Annotation

Overlord

Объявили, что вскоре будут отключены все сервера, и онлайновая игра «Иггдрасиль» навсегда закроется. Но почему-то, после того, как сервер закрылся, игрок Момонга, оставшийся в сети в последний день, не смог выйти, а НИП начали подавать признаки разума. Обычный, любящий играть в игры парень, похоже, вместе со своей гильдией был перенесен в альтернативный мир.

С этого и начинается история величайшего мага-скелета, Момонги. Он ведёт свою гильдию «Аинз Оал Гоун» к невиданному легендарному фэнтези приключению!

Файл был сгенерирован проектом Ranobehub.org. Ranobehub.org - ранобэ на русском онлайн

- Том 1: Король-нежить

- Начальные иллюстрации

- Пролог

- Глава 1. Конец и начало

- Глава 2. Стражи этажей

- Интерлюдия

- Глава 3. Битва у деревни Карн

- Глава 4. Столкновение

- Глава 5. Властелин смерти

- Эпилог

- Персонажи

- Послесловие

- Реквизиты переводчиков

- Том 2: Темный воин

- Начальные иллюстрации

- Пролог

- Глава 1. Два искателя приключений

- Глава 2. Путешествие

- Интерлюдия

- Глава 3. Мудрый Король Леса

- Глава 4. Два меча смерти

- Эпилог

- Персонажи

- Послесловие

- Реквизиты переводчиков

- Том 3: Кровавая валькирия

- Начальные иллюстрации

- Глава 1. Стая хищников

- Глава 2. Истинный вампир

- Интерлюдия

- Глава 3. Замешательство и понимание

- Глава 4. Перед смертельным поединком

- Глава 5. Игровой персонаж против неигрового

- Эпилог

- Персонажи

- Послесловие

- Реквизиты переводчиков

- Том 4: Герои людоящеров

- Начальные иллюстрации

- Пролог

- Глава 1. Отбытие

- Глава 2. Собираемся, ящеры

- Интерлюдия

- Глава 3. Армия смерти

- Глава 4. Рассвет отчаяния

- Глава 5. Бог мерзлоты

- Эпилог

- Персонажи

- Послесловие

- Реквизиты переводчиков

- Том 5: Люди в Королевстве

- Реквизиты переводчиков

- Начальные иллюстрации

- Пролог

- Глава 1. Чувства мальчика

- Глава 2. Синие розы

- Интерлюдия

- Глава 3. Подбирающие и подбираемые

- Глава 4. Мужчины встретились

- Глава 5. Истребление, первые искры огня

- Персонажи

- Послесловие

- Том 6: Люди в Королевстве (часть 2)

- Начальные иллюстрации

- Глава 6. Преддверие беспорядков в королевской столице

- Глава 7. Подготовка к нападению

- Глава 8. Шесть Рук

- Глава 9. Ялдаваоф

- Интерлюдия

- Глава 10. Величайший козырь

- Глава 11. Последняя битва беспорядков

- Эпилог

- Персонажи

- Послесловие

- Реквизиты переводчиков

- Том 7: Нарушители в Великом Склепе

- Начальные иллюстрации

- Пролог

- Глава 1. Приглашение на смерть

- Глава 2. Бабочка в паутине

- Глава 3. Великий Склеп

- Интерлюдия

- Глава 4. Проблеск надежды

- Эпилог

- Персонажи

- Послесловие

- Том 8: Два лидера

- Начальные иллюстрации

- Глава 1. Энри и её суматошные, беспокойные будни

- Глава 2. Один день Назарика

- Эпилог

- Послесловие

- Реквизиты переводчиков

- Том 9: Маг-разрушитель

- Реквизиты переводчиков

- Пролог

- Глава 1. Война слов

- Глава 2. Подготовка к битве

- Интерлюдия

- Глава 3. Другая битва

- Глава 4. Резня

- Новая глава

- Послесловие

- Иллюстрации

- Том 10: Владыка заговора

- Пролог

- Глава 1: Колдовское королевство Аинз Оул Гоун

- Глава 2: Королевство Рэ-Естиз

- Интерлюдия

- Глава 3: Империя Багарут

- Эпилог

- Послесловие

- Реквизиты переводчиков

- Иллюстрации

- Том 11: Мастера дварфов

- Пролог

- Глава 1: Подготовка к путешествию в неизведанные земли

- Глава 2: Поиски Королевства Дварфов

- Интерлюдия

- Глава 3: Надвигающийся кризис

- Глава 4: Переговоры

- Глава 5: Повелитель Ледяных Драконов

- Эпилог

- Послесловие

- Иллюстрации

- Том 12: Паладин Святого Королевства. Часть 1

- Иллюстрации

- Глава 1. Архидемон Ялдабаоф

- Глава 2. В поисках спасения

- Глава 3. Начало Контратаки

- Послесловие автора

- Реквизиты переводчиков

- Том 13: Паладин Святого Королевства. Часть 2

- Начальные иллюстрации

- Реквизиты переводчиков

- Глава 4: Осада

- Глава 5: Смерть Аинза

- Интерлюдия

- Глава 6: Стрелок и Лучник

- Глава 7: Спаситель нации

- Эпилог

- Персонажи

- Послесловие автора

- Том 14. Ведьма разрушенной страны

- Иллюстрации

- Реквизиты переводчиков

- Пролог

- Глава 1: Неожиданный ход

- Глава 2. Начало погибели.

- Интерлюдия

- Глава 3: Последний король

- Глава 4: Расставленные ловушки. Часть 1

- Глава 4: Расставленные ловушки. Часть 2

- Эпилог

- Листы Персонажей

- Послесловие

- Различные Комментарии Автора к Тому 14

- Дополнительные материалы. Принцесса-вампир утерянной страны

- Реквизиты переводчиков

- Пролог

- Глава 1: Встреча в Утерянной Стране

- Глава 2: Двое отправляются в путь.

- Глава 3: Пятилетняя подготовка.

- Глава 4: Сверхсущества

- Эпилог

- Персонажи

- Послесловие

- Дополнительные истории

- Один день из жизни плеяд

- Драма трёх дам

- Эмиссар Короля

- Алтина - Владыка

- Пролог

Том 1: Король-нежить

Начальные иллюстрации

Пролог

Перед молодой девушкой и её сестрой стоял рыцарь, облачённый в доспехи. Он поднял меч. Смилостивиться и забрать жизнь одним ударом. Поднятый высоко вверх меч блеснул на солнце.

Девушка закрыла глаза и прикусила нижнюю губу. Всем своим видом она говорила: «Я не хочу умирать». Она просто приняла смерть, ведь больше ничего не оставалось. Будь у неё хоть какая-то сила, она бы могла отбиться от рыцаря и сбежать.

Но... у девушки не было силы.

Итог будет один:

Девушка погибнет.

Меч понёсся вниз...

...Однако она не почувствовала боли.

Девушка открыла крепко зажмуренные глаза. Первое, что она увидела — меч остановился на полпути к ней; затем того, кто его держит. Рыцарь замер, будто скованный льдом. Он больше не обращал внимания на девушку и стоял совсем беззащитно — явно был сильно потрясён.

Девушка проследовала за взглядом рыцаря.

И... увидела отчаяние.

Там была тьма.

Чистая тьма, тонкая, как бумага, но при этом бездонная. Она поднималась с земли и напоминала яйцо, у которого отрезали нижнюю часть, от неё веяло загадочностью и неописуемой тревогой.

Дверь?

Вот что подумала девушка, когда это увидела... И когда она вновь ощутила стук своего сердца, её мысли подтвердились.

Каааап.

Что-то отделилось от тьмы.

В то мгновение, когда она осознала, что это...

— А-а-а-а-а!

Из груди девушки вырвался пронзительный крик...

Существо, которое не сможет одолеть ни один смертный.

Два красных пятна покачивались внутри полых глазниц белого черепа, словно мутное пламя. Существо посмотрело на двух девушек — холодный взгляд, каким смотрят на добычу. В руках, лишённых кожи и плоти, был священный посох, но своей красотой он вселял ужас.

Будто из тьмы другого мира сюда пришла сама Смерть, окутанная вычурной, чёрной как смоль мантией.

Воздух оцепенел в мгновение ока. Будто само время остановилось перед появлением абсолюта. Девушка забыла, как дышать, словно у неё украли душу. Когда даже чувство времени, казалось, исчезло, она начала хватать ртом воздух от удушья.

Смерть пришла за мной из потустороннего мира. Подумала девушка, но вскоре ощутила какую-то странность происходящего. Ведь рыцарь, пришедший за их жизнью, тоже застыл.

— Угх... — послышался тихий стон.

Кто это? Такое чувство, что застонали она сама и её дрожащая сестрёнка, и даже рыцарь, державший меч.

Очень медленно оно протянуло пальцы, на которых кроме костей ничего не осталось, и указало... нет, не на девушку — на рыцаря, и как будто что-то схватило.

Девушка хотела отвернуться, но была слишком напугана. Она чувствовала, что увидит нечто ещё более ужасающее, если отведёт глаза.

— Хватка сердца, — воплощение смерти сжало руку. Рядом с девушкой раздался громкий стук металла. Она боялась отвести глаза от Смерти, но крошечная капля любопытства, что поднялась из самих глубин её души, заставила перевести взгляд — девушка увидела, как рыцарь лежит на земле. Он больше не двигался.

Он был мёртв.

Да, мёртв.

Бедствие, угрожающее жизни девушки, исчезло, словно это была какая-то шутка. Но она не могла радоваться, ведь Смерть сменила свою форму и проявилась в более явном виде.

Под взглядом напуганной девушки Смерть двинулась в её сторону. Тьма перед ней начала сгущаться.

Тьма... она сейчас меня проглотит, — подумала девушка и ещё крепче обняла сестрёнку. Она уже даже и не думала бежать. Будь противник человеком, она бы еще могла на что-то надеяться. Но нечто, возвышающееся перед ней, с легкостью развеяло такие мысли. Пожалуйста, хотя бы даруй мне безболезненную смерть.

Она могла лишь молиться.

Малышка уцепилась за её талию, дрожа от ужаса. Спасти сестрёнку... но это невозможно. Она могла лишь извиниться за своё бессилие. Сестрёнка, ты не будешь одинока, я пойду с тобой.

И тогда...

Глава 1. Конец и начало

Часть 1

Две тысячи сто тридцать восьмой год. Термин ММОРПГ-П появился давно и к этому времени уже распространился повсеместно.

Это была аббревиатура от «Массовая многопользовательская онлайновая ролевая игра погружения» — интерактивная игра, где человек способен играть в виртуальном мире как будто в настоящей жизни. Для этого требовалось подсоединить выделенную консоль к нейронному наноинтерфейсу — внутримозговой нанокомпьютерной сети, состоящей из квинтэссенции кибер- и нанотехнологий. Ощущения были такими, словно входишь в игру по-настоящему.

Среди мириад таких игр одна сияла особенно ярко.

Иггдрасиль.

Игра была выпущена известным японским разработчиком двенадцать лет назад, в две тысячи сто двадцать шестом году.

С какой виртуальной игрой её бы ни сравнивали, Иггдрасиль предлагала игрокам невиданную свободу. Количество классов, ставших основой игры, с легкостью перевалило за две тысячи, если считать вместе нормальные и высокоуровневые классы. Предельным для них всех стал пятнадцатый уровень, игрок должен был иметь хотя бы семь классов, чтобы достичь сотого, максимального уровня. Более того, можно было попробовать любой класс, пока их суммарный уровень не превышал сотого. При желании игрок мог получить сто профессий первого уровня, хотя это было бы не эффективно.

Другими словами, в Иггдрасиле действовала система, в которой невозможно создать полностью одинаковых персонажей, если только не делать это намеренно.

Такой уровень свободы применялся и к визуализации: используя инструментарий, который продавался отдельно, игрок мог изменить внешний вид оружия и брони, внутренние данные, внешность персонажа и даже до мелочей настроить свой дом.

Игроков, жаждущих приключений, ждала огромнейшая карта из девяти родных миров: Асгард, Альвхейм, Ванахейм, Нидавеллир, Мидгард, Ётунхейм, Нибльхейм, Хельхейм и Муспельхейм.

Обширный мир, бесчисленные классы и полностью настраиваемая визуализация. Игра разожгла ремесленный дух японских игроков и стала причиной явления, которое позже назвали «визуальной популярностью». Со столь взрывной славой Иггдрасиль достигла такого уровня признания, что в Японии стала синонимом ММОРПГ-П.

Увы, это история прошлого поколения.

♦ ♦ ♦

В центре гилдхолла стоял большой круглый стол, сияющий обсидианом. Его окружало сорок одно роскошное кресло. Но большинство из кресел пустовало. Там, где когда-то сидели все члены гильдии, виднелось лишь два силуэта.

Один был в замысловатой угольно-чёрной мантии, края которой были украшены в фиолетовом и золотом цвете. Подвеска на шее выглядела немного чрезмерной, но, как ни странно, она ему шла. Однако голова, которая должна была находиться над роскошным воротником, была не чем иным, как черепом без кожи и плоти. В пустых глазницах блестело тёмно-красное зарево, а над головой мерцал тёмный объект, по форме напоминающий нимб.

Второй, сидевший на соседнем кресле, тоже не был человеком. Это был сгусток чёрной слизи. Поверхность, напоминающая дёготь, дрожала, ни на секунду не принимая постоянную форму.

Первый был «властелин», попавший в топ даже среди старших личей — заклинателей, которые в погоне за высшей магией превратились в нежить. Второй был «старшая чёрная тина» — представитель расы с могущественными кислотными способностями, которая среди слизевых рас была ближе всех к сильнейшим.

Однако они не были монстрами.

Они были игровыми персонажами.

Доступные для игры расы Иггдрасиля разделялись на три категории: классические человекоподобные расы, такие как человек, дварф или эльф; получеловеческие расы с отвратительной внешностью, такие как гоблин, орк и огр, они пользовались популярностью из-за своей физической силы; и гетероморфные расы, обладающие способностями монстров и имеющие некоторые параметры выше, чем у любых других рас, но с различными ограничениями. Если добавить высшие расы каждой категории, число всех рас достигнет семи сотен.

Конечно, властелин и старшая чёрная тина были одни из высших гетероморфных рас, которых могли выбрать игроки.

— Давно не виделись, Хэрохэро-сама. Хотя сегодня последний день Иггдрасиля, я честно не ожидал, что кто-то придет, — властелин обратился к другому, не двигая челюстью. Несмотря на то что в прошлом поколении эта игра была одной из лучших, было технически невозможно менять выражение лица, чтобы следовать разговору.

— Согласен. Давно не виделись, Момонга-сама, — старшая чёрная тина ответила голосом взрослого мужчины, но по сравнению с властелином в нём чего-то не хватало. Наверное, бодрости. Или, может, живости?

— Впервые с того времени, как ты поменял работу в реальности. Так когда же это было?.. Уже как два года?

— Да, похоже на то. Как же давно я сюда не заходил... Ох, парень, у меня нарушилось чувство времени, потому что сейчас я работаю сверхурочно по ночам.

— А это не опасный признак? Ты в порядке?

— Физически? Полностью раздавлен. Врача, конечно, посещать ещё рано, но я почти на грани. Я серьезно хочу убежать. Тем не менее мне нужно зарабатывать деньги, чтобы сводить концы с концами, так что я как раб в поте лица работаю на свою дорогую жизнь.

— Ничего себе... — властелин — Момонга — откинул голову и сделал раздражительный жест.

— Так жить просто невыносимо. — Унылый голос Хэрохэро, от которого так немыслимо тянуло реальностью, словно полетел на Момонгу, чтобы ударить.

Затем Хэрохэро начал жаловаться на работу в реальном мире ещё яростнее.

Истории о некомпетентных подчиненных, планы, которые за ночь полностью менялись, критика от начальника за то, что он не успевал сделать работу вовремя, куча работы, из-за которой он задерживался допоздна, увеличение веса из-за нарушенного биоритма, с каждым днём всё больше и больше лекарств.

Со временем разговор превратился в монолог — жалобы из Хэрохэро хлынули наружу, как из прорвавшейся дамбы.

В виртуальном мире многие предпочитали не говорить о реальности. Вполне понятно, что многие не желали переносить тяготы настоящего мира в виртуальный.

Однако эти двое считали иначе.

У гильдии, — команды, сформированной, организованной и управляемой группой игроков, — к которой они принадлежали, Аинз Оал Гоун, было два правила вступления. Первое: нужно быть членом общества. И второе: нужно быть из гетероморфной расы. Вследствие такой специфики гильдии было много случаев, когда члены жаловались на работу в реальной жизни. Все члены гильдии принимали это как должное. Можно сказать, что такой разговор, как между этими двумя, был повседневной картиной в гильдии Аинз Оал Гоун.

Прошло довольно таки много времени и Хэрохэро наконец перестал жаловаться.

— ...Прости за моё бесконечное нытьё. У меня в реальной жизни не так много возможностей высказаться. — То, что походило на голову Хэрохэро, качнулось, будто он поклонился. Момонга быстро ответил:

— Всё в порядке, Хэрохэро-сама. Это ведь я попросил тебя прийти, когда ты так изнурён.

По сравнению с тем, что было прежде, от Хэрохэро послышался чуть более энергичный слабый смешок.

— Спасибо огромное, Момонга-сама. Я доволен, что вошёл в игру и встретил тебя.

— Рад это слышать.

— ...Но, боюсь, уже почти время мне уходить... — Тентакля Хэрохэро задвигалась в воздухе, будто чего-то касаясь. Он открыл консоль.

— Да, ты прав. Уже довольно поздно.

— Извини, Момонга-сама.

Момонга негромко вздохнул, чтобы скрыть зарождающиеся внутри эмоции.

— Понимаю. Жаль... Честно говоря, весёлые времена пролетели так быстро.

— Я правда хочу остаться с тобой до самого конца, но я истощен.

— Наверное, ты выдохся. Лучше выйди и немного отдохни.

— Мне правда жаль... Момон... нет, Гильдмастер, что ты будешь делать?

— Хочу остаться онлайн до тех пор, пока меня не разъединят при отключении серверов. Ещё есть время... кто знает, может ещё кто-то покажется.

— Ясно... откровенно говоря, я не ожидал, что это место ещё существует.

В такие времена ощущаешь всю прелесть того, что нет возможности показывать выражения лица. Потому что в противном случае у него на лице явно появилась бы гримаса. Момонга никак не ответил, боясь голосом выдать внезапный всплеск эмоций.

Он отчаянно поддерживал гильдию, потому что они создали её вместе. Вполне понятно, что его наполнят неописуемые чувства, когда такие слова скажет один из товарищей. Но эти чувства были развеяны тем, что Хэрохэро сказал дальше:

— Как Гильдмастер, ты поддерживал это место, чтобы мы в любое время могли вернуться. Спасибо.

— ...Мы ведь все вместе его создали. Долг Гильдмастера поддерживать и следить за ним, чтобы любой мог вернуться когда угодно!

— Благодаря тебе мы наслаждались игрой на полную... следующий раз, когда мы встретимся... было бы чудесно, если бы это был Иггдрасиль II.

— Я ещё ничего не слышал о продолжении... но я надеюсь, это случится.

— Давай встретимся снова, когда это время придёт! Ну, мне сейчас очень хочется спать, так что я выхожу... я рад, что встретил тебя перед концом. Хорошей игры.

— ... — На мгновение Момонга потерял дар речи. Однако собрался с мыслями и сказал свои последние слова: — Я тоже хорошо провёл время благодаря тебе. Хорошей игры.

Над головой Хэрохэро засияло — появился улыбающийся смайлик. Поскольку в Иггдрасиле не было способности изменять выражение лица, игроки выражали эмоции смайликами. Момонга нажал несколько кнопок консоли и выбрал ту же эмоцию.

Затем Хэрохэро сказал свои последние слова:

— Давай встретимся вновь в другом месте.

Исчез последний из трёх членов гильдии, которые сегодня зашли в игру.

В гилдхолл вернулась тишина, стирая все следы посетителя. Тишина, лишённая воспоминаний и эмоций. Глядя на кресло, в котором ещё несколько секунд назад сидел Хэрохэро, Момонга выплюнул слова, которые собирался сказать в конце: — Я понимаю, что ты устал, но поскольку сегодня последний день игры и ты уже здесь, можешь остаться до самого конца?.. — Конечно, ответа не последовало. Хэрохэро уже вышел в реальный мир. — Хээх...

Момонга выдохнул от самих глубин сердца.

Он не решился сказать эти слова.

Их краткого разговора было достаточно, чтобы стало ясно, что Хэрохэро всегда уставший. Но Хэрохэро увидел письмо, которое он прислал, и показался сегодня, в последний день Иггдрасиля. Даже за это следовало быть благодарным. Желать большего — уже выходит за рамки приличия.

Момонга уставился на кресло, где сидел Хэрохэро, и затем осмотрелся. Он увидел тридцать девять кресел, где должны были сидеть его старые товарищи. И, после того как он быстро осмотрелся, взгляд снова вернулся к креслу Хэрохэро.

— Давай встретимся вновь в другом месте...

Давай когда-нибудь снова встретимся.

Увидимся снова.

Время от времени он слышал такие фразы. Но почти никто так и не сдержал слова.

В Иггдрасиль никто не вернулся.

— Когда же и где мы снова встретимся... — Плечи Момонги сильно затряслись. Затем истинные чувства, которые он уже давно сдерживал, выплеснулись наружу: — ...Не шутите так! — неистово закричав, он ударил ладонями по столу. Посчитав это действие атакой, система рассчитала бесчисленные переменные, такие как урон от голых рук Момонги и структурную защиту стола, и отобразил результат, число «0». — Это место — Великий Склеп Назарика, которое мы построили все вместе! Как могли вы все от него так легко отказаться?! — После неистового гнева пришла пустота. — ...Нет, не так. Они не отказались. Они просто столкнулись с выбором между «реальностью» и «фантазией». Ничего не поделаешь. Никто никого не предавал. Должно быть, для них это был трудный выбор... — прошептал Момонга, будто убеждая самого себя, и поднялся с кресла. Он подошел к стене, на которой висел единственный посох.

По мотивам кадуцея (обвитого двумя змеями магического жезла греческого бога Гермеса, символа медицины), посох обвивали семь змей. Во рту каждой извивающейся змеи было по драгоценному камню разного цвета. Рукоять была прозрачной, как кристалл, и испускала голубовато-белый свет.

Этот посох превосходного качества был «оружием гильдии», каждая гильдия обладала лишь одним таким, этот предмет, можно сказать, был символом гильдии Аинз Оал Гоун. Изначально Гильдмастеры должны были такое оружие носить с собой, так почему же он висит на стене, как украшение? Потому что символизирует саму гильдию.

Разрушение оружия гильдии означает роспуск гильдии. Вот почему это оружие хранится в самом безопасном месте гильдии и его могущественные способности никогда не видят дневного света. Даже знаменитая гильдия, такая как Аинз Оал Гоун, не была исключением. Именно поэтому посох никогда не был у Момонги в руках, несмотря на то что был сделан специально для него, а вместо этого украшал стену.

Момонга протянул руку к посоху, но на полпути остановился. В этот самый миг — хотя сервер Иггдрасиля скоро выключат — он почувствовал колебание, он не хотел испортить созданные всеми вместе славные воспоминания.

Дни, когда они частенько вместе отправлялись на поиски приключений, чтобы создать оружие гильдии. Старые добрые времена, когда они разделялись на команды и, как будто на соревновании, собирали материалы. Спорили по поводу того, какой должен быть внешний вид у посоха. И объединяли идеи каждого, делая его по крупицам. Это был зенит могущества Аинз Оал Гоун, наиболее прославленные времена.

Кто-то заходил так далеко, что напрягал усталое от работы тело, чтобы зайти в игру. Кое-кто даже заходил в игру после большой ссоры с женой по той причине, что он с семьей проводит мало времени. А некто, смеясь, говорил, что взял оплачиваемый отпуск.

Были времена, когда они проводили весь день болтая и восхищаясь простыми историями. Были дни, когда они планировали приключения и собирали сокровища. Времена, которые они проводили в рейдах или захвате замков враждебных гильдий. Дни, когда они уничтожали каждого найденного скрытого босса. Они нашли бесчисленное множество неисследованных ресурсов. Они размещали различных монстров в своей базе и отбивали атаки вражеских игроков.

Но сейчас никого не осталось.

Тридцать семь из сорока одного человека вышли из гильдии, и хотя оставшиеся трое номинально оставались её членами, Момонга не мог вспомнить последний день, когда они приходили, за исключением сегодня.

Момонга открыл консоль и зашёл на страницу с рейтингом. Однажды они стояли на девятом месте из более чем восьми сотен гильдий, но сейчас опустились на двадцать девятое. Тем не менее это не так плохо, по сравнению с сорок восьмым, их самым низким местом в рейтинге. Гильдии удалось сохранить своё место не из-за подвигов Момонги, а благодаря предметам, оставленным его старыми товарищами, — реликвиям прошлого.

Хотя сейчас гильдия была в руинах, было время, когда она сияла.

— Плод тех времен.

Оружие их гильдии — посох Аинз Оал Гоун.

Во время такой разрухи Момонга не хотел брать с собой оружие, наполненное их славными воспоминаниями. Однако его охватило противоречивое чувство. Всё это время Момонга подчеркивал важность голоса большинства. Хотя он был Гильдмастером, на самом деле он исполнял только мелкую работу, например общался с людьми. Вот почему в эту секунду, когда вокруг никого не было, ему впервые захотелось использовать свою власть Гильдмастера.

— Этому наряду не хватает величия, — пробормотав самому себе, Момонга нажал несколько кнопок консоли и оснастил свой аватар экипировкой, подобающей позиции видного Гильдмастера.

Экипировка в Иггдрасиле подразделялась в соответствии с количеством характеристик. Чем больше характеристик, тем выше качество оружия. Начиная снизу, классы были такими: простые, неплохие, хорошие, отличные, наследственные, реликтовые и легендарные. Но сейчас Момонга вооружился до зубов в высший класс — божественный.

На лишённых кожи пальцах было девять колец, каждое с различной силой. Более того, ожерелье, перчатки, ботинки, плащ и браслет были все божественного класса. Даже по одной стоимости это были шедевры огромной ценности.

С плеч свисала великолепная мантия, а в ногах рябела тёмно-красная аура. Хотя аура была беспокойной и зловещей, это не было умением Момонги. Он просто встроил эффект «хаотической ауры» в мантию, поскольку осталось некоторое свободное место на визуальное улучшение. Прикасаться к ней было совершенно безвредно.

В уголку зрения выскочили многочисленные значки, указывая, что у него увеличились параметры. Снарядив себя с ног до головы, Момонга удовлетворенно кивнул — вот это подобает Гильдмастеру. Затем протянул руку и взял посох Аинз Оал Гоун.

Как только он схватился за посох, тот выбросил вихрь тёмно-красной ауры. Иногда формировались человеческие лица в агонии и исчезали. Лица были настолько живописны, что казалось, будто можно услышать их болезненные голоса.

— ...Нездоровые детали.

Высший посох, который после своего создания никогда не был в чьих-то руках, в преддверии конца Иггдрасиля попал в руки его изначального владельца.

Снова проверив значки, показывающие резкое увеличение параметров, он также почувствовал легкое одиночество.

— Пошли, символ нашей гильдии? Нет, не так... Пойдём, символ нашей гильдии.

Часть 2

Момонга покинул зал, который назывался Круглым столом.

Любой член гильдии, надевший кольцо гильдии, при входе в игру автоматически появится в этом зале, если только не было особых обстоятельств. Если вернётся кто-то ещё из согильдийцев, он точно появится здесь. Однако Момонга понимал: никто сюда не вернётся. Во время последних мгновений Великого Склепа Назарика остался он один.

Снова подавив бурные эмоции, Момонга молча вошёл в пустой коридор. Мир грандиозности и великолепия, напоминающий гигантский замок, обложенный мрамором.

Свисающие с высокого потолка люстры светили мягким, тёплым светом. Этот свет отражался от гладкого пола широкого коридора, сияя, как мозаика ярких звёзд. А если открыть любую дверь коридора, роскошнейшая мебель привлечет внимание многих. Если бы сюда пришли игроки, слыхавшие о Назарике, то точно были бы ошеломлены: такая красота, да в месте, известном своей подлостью.

Однажды игроки организовали величайшее в истории сервера нападение, а Великий Склеп Назарика устоял. Альянс восьми гильдий, отделения гильдий, игроки-наёмники и НИП-наёмники, полторы тысячи человек попытались взять штурмом это место, и были уничтожены. Этот случай превратил Назарик в легенду.

Раньше у Великого Склепа Назарика было лишь шесть подземных этажей, но когда там поселилась гильдия Аинз Оал Гоун, он подвергся большой перестройке. Сейчас он растянулся на целых десять подземных этажей, каждый со своими особенностями.

Этажи 1-3 — Катакомбы.

Этаж 4 — Подземное озеро.

Этаж 5 — Ледник.

Этаж 6 — Джунгли.

Этаж 7 — Подземный вулкан.

Этаж 8 — Дикая природа.

Этаж 9 — Королевские апартаменты.

Этаж 10 — Тронный зал.

Последние два этажа были базой Аинз Оал Гоун, одной из десяти лучших гильдий Иггдрасиля.

Шаги Момонги пронеслись эхом в проходе Королевских апартаментов — им вторило постукивание посоха. После нескольких поворотов широкого коридора, Момонга увидел вдали идущую к нему женщину.

Пышные светлые волосы до плеч и строгие черты лица.

Она была в наряде горничной, на ней был даже большой фартук, а юбка была длинной. Ростом она была почти сто семьдесят сантиметров, со стройным телом и полной грудью, угрожающей вот-вот вывалиться из одежды. В целом, от неё исходило добродетельное и элегантное впечатление.

Когда они подошли друг к другу, горничная отошла в сторону и низко поклонилась. В ответ Момонга чуть приподнял руку.

Лицо горничной не изменилось — как не было улыбки, так и нет. В Иггдрасиле выражения лица не менялись. Однако была разница между неменяющимися выражениями игроков и этой горничной. Горничная была не игровым персонажем (НИП). В игре такой искусственный интеллект двигался согласно своей программе. Другими словами, они были точно движущиеся манекены, даже её поклон был лишь заранее запрограммированным действием.

Может, своим предыдущим приветствием Момонга и потратил время, но у него были свои причины не относиться к НИП с презрением.

Каждая из сорока одной горничной Великого Склепа Назарика была основана на различных иллюстрациях члена гильдии, который жил за счёт рисования и сейчас был мангакой, манга которого выпускалась в ежемесячном журнале. Момонга смотрел не только на внешность горничной, но и на её поразительно детально проработанную униформу. В особенности восхищала утончённая вышивка на фартуке. Поскольку его иллюстрировал человек, заявлявший: «лучшее оружие горничной — её униформа», — уровень проработанности наряда выходил далеко за рамки обычного. Момонга машинально почувствовал ностальгию, когда вспомнил, как отвечавший за визуальный рендеринг член гильдии просто завыл от такой задачи.

— Ах... да. С того времени он всегда говорил: «Униформа горничных — это правосудие!..» — Кстати, героиня манги, которую он рисует, тоже горничная. Ты до сих пор своим чрезмерным вниманием к деталям заставляешь помощников плакать, Вайтбрим-сан?

Ну а что до её программы поведения, её создал Хэрохэро и пятеро других программистов. Другими словами, горничную создали тяжёлый труд и совместные усилия бывших членов гильдии, так что о том, чтобы ею пренебрегать, не могло быть и речи. Как и посох Аинз Оал Гоун, она тоже была частью драгоценных воспоминаний.

Пока Момонга обо всём этом думал, горничная склонила голову, будто чтобы спросить, в чём дело. Когда кто-то находится рядом с ней определенное время, горничная автоматически принимает эту позу. Вспоминая это, Момонга изумился, с какой тщательностью Хэрохэро обращает внимание на детали. Должны быть также несколько других запрограммированных скрытых поз. Хотя ему хотелось увидеть их все, времени оставалось в обрез.

Момонга взглянул на полусферические голографические часы, отображенные на левом запястье. И в самом деле, нет времени на то, чтобы прохлаждаться.

— Спасибо за твой тяжкий труд, — он сказал прощальную фразу, наполненную многими чувствами, и прошёл мимо горничной. Конечно, та не ответила. Тем не менее он верил, что в последний день попрощаться просто необходимо.

Оставив горничную позади, Момонга двинулся дальше.

Вскоре перед глазами появилась длинная, гигантская лестница с роскошным ковром посередине. Он медленно спустился вниз на десятый этаж — самый нижний этаж Великого Склепа Назарика. Сейчас он вошёл в широкий, открытый вестибюль, где его ожидали несколько слуг.

Первый слуга, привлёкший внимание, был старый дворецкий, элегантно одетый в традиционную униформу. Волосы были полностью белыми, как и безупречная борода. Но спина старого человека была прямой, как стрела, и сильной, как стальной меч. На лице со впалыми щёками были заметны морщины, из-за чего он казался мягким человеком, но глаза были остры, как у орла, ищущего добычу.

За дворецким следовали, словно тени, шесть горничных. Однако их снаряжение совершенно отличалось от той горничной, которую он недавно встретил. Руки и ноги облачены в защитные перчатки и поножи, украшенные золотом, серебром и черными металлами. Доспехи с мотивом униформы горничной, а вместо шлема — белый головной убор. Каждая держит разный тип оружия, завершая образ воина-горничной.

Причёски тоже сильно различаются: пучок, хвост, прямые волосы, косы, локоны, французский узел. Но кое-что у них было общим — их божественная красота. Кроме того, горничные были разделены по характеру, например кокетливые, спортивные, традиционные и другие. Хотя они были НИП, а их дизайнер сделал их всех игривыми и уникальными, их главная цель — сражаться с нарушителями.

В Иггдрасиле гильдиям, владеющим базой, эквивалентной замку и более, давали несколько особых привилегий. И одна из таких привилегий — охраняющие базу НИП.

Под эту категорию подпадали и монстры-нежить Великого Склепа Назарика. Так называемые «перерождающиеся НИП» тридцатого уровня, они бесплатно и автоматически перерождаются через определенные промежутки времени, но поскольку было невозможно изменить им внешность и запрограммировать искусственный интеллект, они не представляли большой угрозы игрокам.

С другой стороны, ещё одной особой привилегией была власть создавать оригинальных НИП. Когда гильдия заполучает базу уровня замка, открывается доступ к созданию НИП с общим максимальным уровнем семьсот. Поскольку сотый уровень это максимальный, можно создать, например, пять НИП сотого уровня и четыре пятидесятого.

Чтобы создать оригинальный НИП, в дополнение к внешности и ИИ, было возможно менять им броню и оружие. Это позволяло гильдии делать НИП более сильными и ставить их на охрану ключевых мест.

Но из таких НИП можно было и не создавать воинов. Другая гильдия, захватившая замок, Великое Кошачье Королевство, превратила всех своих НИП в кошек и других кошачьих. Можно сказать, что гильдии давалось исключительное право создавать образ и атмосферу замка.

— Хмм. — Глядя, как дворецкий и горничные ему поклонились, Момонга поднёс руку к подбородку. Поскольку он всегда перемещался из комнаты в комнату телепортом, то приходил сюда не очень часто — и его охватила ностальгия. Момонга нажал несколько кнопок консоли, открыл страницу, доступную лишь членам гильдии, и активировал одну из опций. У слуг над головой появились имена. — Так вот как его зовут.

Момонга забыл его имя. Он горько, но ностальгически улыбнулся, вспоминая, как спорил с товарищами над тем, какое имя выбрать этому НИП. Себастьян, дворецкий, также служащий управителем.

Шесть горничных, стоявших возле Себастьяна, были под его прямым командованием. Боевой отряд горничных назывался «Плеяды». Кроме них у Себастьяна под командованием было несколько слуг и младших дворецких.

На странице было ещё много подробностей, но Момонга был не в настроении много читать. До отключения сервера осталось совсем немного времени, он хотел остановиться кое-где в другом месте.

Все НИП (в том числе горничные) были мельчайше проработаны, ведь многие в гильдии любили копаться в сложных настройках. Благодаря тому, что в Аинз Оал Гоун было много иллюстраторов, графических дизайнеров и программистов, они просто не могли оторваться от визуального ряда и изо всех сил всё прорабатывали.

Изначально Себастьян и горничные были последней линией обороны. Однако поскольку они вряд ли бы выстояли против зашедших так далеко вражеских игроков, единственным их настоящим предназначением было выиграть немного времени. Но поскольку никто из захватчиков не смог сюда даже приблизиться, они никогда не получали приказов и просто постоянно тут ждали.

Схватившись покрепче за посох, Момонга почувствовал жалость к этим НИП, хотя такие мысли и были глупыми. НИП — это просто данные, единственная причина, по которой можно посчитать, что они обладают эмоциями, это их прекрасно проработанный ИИ.

Однако...

— Как Гильдмастеру, мне пора начать приказывать нипам. — Высмеяв себя за эти надменные слова, Момонга отдал приказ: — Следуйте за мной.

Себастьян и горничные почтительно поклонились, показывая, что приняли команду.

Переместить их с этого места — значит пренебречь тем, что хотели члены гильдии. Ибо в Аинз Оал Гоун ценился голос большинства. Было запрещено одному человеку из упрямства играться с тем, что все создали вместе. Но ведь сегодня всё закончится. Момонга верил, что все его простят.

Пока он над этим размышлял, вслед за ним слышались звуки шагов.

Через некоторое время они прибыли в массивный, куполообразный холл. Встроенный в потолок четырехцветный большой кристалл испускал лучи белого света. В стене холла было семьдесят две ниши, в большинстве из которых стояли статуи.

Каждая статуя имитировала внешность дьявола, всего их было шестьдесят семь.

Этот зал назывался «Малый ключ Соломона», также известный как Лемегетон. Это название было взято от известного гримуара христианства.

Статуи, моделирующие Семьдесят два демона Соломона, были на самом деле големами, созданными из редких магических металлов. Их было лишь шестьдесят семь, вместо изначальных семидесяти двух потому, что создателю надоело, и он на полпути забросил проект.

Четырехцветный кристалл, установленный в потолок, был, по сути, монстром. При вражеском вторжении он вызывал высших элементалей земли, воды, огня и ветра, и наступательной магией начинал бомбардировать обширную территорию.

Всё это в сочетании имело огневую мощь, которая могла легко сокрушить две полные группы — двенадцать игроков сотого уровня. И вправду, последняя линия обороны, защищающая сердце Назарика.

Момонга со слугами прошествовал через Лемегетон и стал перед большими вратами, которые находились на другой стороне зала.

Величественные двойные двери, которые возвышаются на пять метров. Дотошно выгравированная богиня на левой двери и дьявол на правой. Гравировка была такой живописной, что возникало чувство, словно они вот-вот выпрыгнут из двери и нападут. Хотя выглядело так, что они могут двигаться, Момонга знал, что на самом деле они этого не могут.

Если герои доберутся аж сюда, давайте прибережем для них торжественную встречу. Многие игроки говорят, что мы зло и тому подобное, давайте тогда внутри будут их величественно ждать финальные боссы!

Это предложение было одобрено большинством голосов. А тем, кто это предложил, был...

— Улберт-сан...

Среди всех членов гильдии, Улберт Аляйн Одл был человек, больше всех зацикленный на слове «зло».

— Ну, он ведь чудаком был...

И свидетельством его чудачества был этот зал.

— ...Эти статуи ведь на меня не нападут? — Голос Момонги наполнился тревогой.

Даже Момонга не мог полностью понять всю сложность этой работы. Не было бы удивительно, если б один из членов гильдии в подарок оставил что-то странное, перед тем как уйти. Тот, кто разработал эти двери, был именно таким человеком. Как-то они активировали могущественного голема, сделанного этим человеком, и так случилось, что его боевой ИИ вышел из-под контроля, начав вдруг атаковать всех подряд. Однако Момонга оставался скептиком и считал, что «ошибка» была намеренной.

— Люци★фер-сан, если из всех дней что-то такое случится именно сегодня, я очень разозлюсь...

Момонга осторожно прикоснулся к двери, но его опасения оказались беспочвенными. Как и подобает их грандиозности, двери открылись медленно, будто автоматически.

Атмосфера вдруг изменилась.

До сих пор своим спокойствием и торжественностью окружение напоминало храм, но вид перед глазами превзошел даже это. Было такое чувство, будто изменение в атмосфере переполнило Момонгу.

Зал был просто громадным: простор достаточно широкий, чтобы вместить сотни человек, и ещё место останется, а потолок столь высокий, что нужно высоко поднимать голову, чтобы на него посмотреть. Стены были белыми, украшенные различными золотыми украшениями. С потолка свисали ряды богатых люстр, созданных из радужных самоцветов, они источали просто фантастический блеск. С самого потолка до пола стены украшал сорок один гигантский флаг с разным узором.

В самом центре зала находились щедро украшенные золотом и серебром низкие ступеньки, — их было десять, — а вверху стоял величественный трон, который, казалось, вырезан из гигантского кристалла. Со стены за троном свисал большой тёмно-красный флаг с вышитым гербом гильдии.

Это было глубочайшее и самое важное место Великого Склепа Назарика — Тронный зал.

— Оох... — Даже Момонга благоговел перед таким величием. Он был убежден, что по размерам в Иггдрасиле этот зал занимает первое или второе место.

Этот зал был идеальным местом для того, чтобы встретить последние мгновения.

Момонга вошел в зал. Он был таким обширным, что, казалось, поглощает каждый звук его шагов. Затем он обратил взор на стоявшую у трона женщину НИП.

Одетая в чистое белое платье, она была прекрасной женщиной с лицом богини. В отличие от платья, волосы были иссиня-черными, они свисали до талии. Хотя золотые глаза со зрачками с вертикальным разрезом были необычными, красота у неё была безупречна. Однако на висках криво выступали толстые рога, а сзади на талии были черные ангельские крылья. Наверное, из-за тени от рогов её божественная улыбка казалась маской, скрывающей её истинное я.

На шее висело золотое ожерелье в паутину, охватывающее плечи и грудь. Тонкая рука в шелковой перчатке держала странный объект — похоже, это был жезл. Он был сорок пять сантиметров в длину, а чуть дальше наконечника в воздухе плавала чёрная сфера.

Момонга не забыл её имя.

Её звали Альбедо, Смотритель Стражей этажей Великого Склепа Назарика. Она была НИП, следившая за семерыми Стражами этажей, и это значило, что её ранг был выше любых других НИП Великого Склепа Назарика. Именно по этой причине ей позволили оставаться в Тронном зале.

Момонга посмотрел на Альбедо острыми глазами и задумался:

— Я знал, что у неё был предмет мирового класса, но как так вышло, что у неё теперь их два?

Во всём Иггдрасиле было всего двести предметов мирового класса, каждый со своими уникальными особенностями. А некоторые были достаточно могущественны, чтобы нарушить игровой баланс. Конечно же, не все предметы мирового класса ломали правила игры. Но тем не менее если игроку удавалось заполучить один такой, его репутация в Иггдрасиле взлетала до небес. У Аинз Оал Гоун было одиннадцать таких предметов — невероятное количество, у других гильдий было максимум три.

С одобрением членов гильдии Момонга обладал одним из таких невообразимых предметов. Остальные были разбросаны по Назарику, большинство бездействовало глубоко внутри сокровищницы под защитой аватаров. Было лишь одно объяснение тому, как Альбедо получила такое тайное сокровище без того, чтобы узнал Момонга. Их дал ей её создатель. Аинз Оал Гоун следовала правилу большинства. Было запрещено одному человеку по своему усмотрению перемещать сокровища, которые собрали все вместе.

С небольшим недовольством Момонга подумал было забрать его. Но сегодня был последний день, и ведь его товарищи так ценили Альбедо, так что он решил не обращать на это внимания.

— Остановитесь здесь, — дойдя до ступеней, ведущих к трону, Момонга приказал Себастьяну и Плеядам прекратить за ним следовать. Но пройдя несколько ступеней, он услышал за спиной шаги. Момонга не смог сдержать горькую улыбку... выражение черепа, конечно же, не изменилось.

НИП не понимали команд, кроме изначально заданных. Им приказывать нужно было особыми словами. А Момонга об этом забыл, он понял, что уже очень давно не командовал НИП.

После того как все покинули гильдию, Момонга охотился в одиночку и собирал средства для поддержания Назарика. Он не завязывал узы дружбы с другими игроками, и даже избегал их. Он также избегал опасных мест, которые часто использовали члены его гильдии.

День за днём он зарабатывал деньги и клал их в сокровищницу, перед тем как выходить из игры. Он почти никогда не встречался с НИП.

— ...Ожидайте.

Шаги остановились.

Отдав правильную команду, Момонга сделал последние шаги к трону.

Он откровенно посмотрел на стоявшую рядом Альбедо. В прошлом он редко посещал этот зал, так что никогда не уделял ей особое внимание.

— Интересно, какие у неё настройки персонажа?

Единственное, что Момонга помнил об Альбедо, это её роль Смотрителя Стражей этажей и то, что у неё высший ранг среди НИП Великого Склепа Назарика.

Охваченный любопытством, он через консоль открыл детальные настройки Альбедо. Зрение заполонил плотный поток текста. По длине, как эпическая поэма. Похоже, на то чтобы всё это вдумчиво прочитать, уйдет больше времени, чем осталось до закрытия сервера.

С чувством, будто он ступает на мину, недвижимое лицо у Момонги начало дрожать. В глубине души ему захотелось отругать себя за то, что он забыл — человек, замысливший Альбедо, был чрезвычайно дотошным.

Но раз он уже начал читать, то решил просмотреть текст до конца. Не обращая внимания на содержимое, он быстро прокрутил стены текста. Пропустив весь длинный текст, Момонга наконец достиг последней части её настроек. Но когда он прочитал, что там было написано — ход мыслей вдруг встал.

«Также она нимфоманка».

Он потерял дар речи.

— ...Э? Что за чёрт?! — невольно выкрикнул Момонга. Держась за свои сомнения, он прочитал предложение несколько раз — но там было написано именно это. Даже после того как он немного поразмыслил, на ум не приходило никакого другого толкования: — Нимфоманка... значит, она имеет чрезмерное сексуальное желание?

Каждый из сорока одного члена гильдии отвечал за настройки по меньшей мере одного НИП. Возможно ли, что один из них решил написать такие установки ради собственного персонажа? Момонга был сбит с толку. Наверное, он сможет найти другой смысл этого, если внимательно прочтёт весь текст.

Но в гильдии и вправду были люди, которые могут придумать такие особые и странные настройки. Один из таких людей был Табула Смарагдина, создатель Альбедо.

— Да, он был без ума от диссонанса в персонаже... Но тем не менее...

...Но тем не мене не слишком ли далеко он зашёл?

Каждый НИП, созданный членами гильдии, был частью наследия гильдии. На Момонгу навалилось унынье: ведь Альбедо, первая среди НИП, обладает такими настройками.

— Хмм... — Правильно ли видоизменять НИП, которого с любовью создал согильдиец? Немного поразмыслив, Момонга принял решение: — Давай это изменим.

Сейчас, с оружием гильдии в руках, он был настоящим Гильдмастером. Ничего не станется, если он воспользуется своей властью. Придя к необоснованной логике, что он должен исправлять ошибки других членов гильдии, Момонга перестал колебаться.

Он протянул руку, которой держал посох. Обычно, чтобы изменить настройки, пришлось бы использовать инструментарий, но поскольку сейчас он пользовался привилегиями Гильдмастера, то мог получить прямой доступ. При помощи консоли он тут же стёр предложение.

— Вот и хорошо, — сказал Момонга, глядя на пустое место в настройках Альбедо.

Наверное, сюда следует что-то добавить...

— Но это ведь нелепо... — высмеяв возникшую в голове мысль, он напечатал на клавиатуре консоли единственное предложение:

«Также она влюблена в Момонгу».

— Как-то это неловко.

Закрыв лицо руками, Момонга сильно смутился. Будто запрограммировать идеальную подружку. Сперва он подумывал это переписать, но решил, что ничего дурного не случится. Сегодня ведь игра закончится, а чувство смущения вскоре уйдёт. В конце концов, часть, которую он удалил, и часть, которую добавил, были почти одной и той же длины. Если бы осталось пустое место, Момонга почувствовал бы себя виноватым.

Сидя на троне, смущённый и слегка удовлетворённый, Момонга осмотрелся вокруг и заметил, что Себастьян и горничные стоят неподвижно. Они тут собрались все вместе, но всё равно он чувствовал какую-то пустоту.

Думаю, там есть такая команда.

Момонга вспомнил команду, которую раньше никогда не использовал. Он протянул руку и медленно опустил её вниз.

— На колени.

Альбедо, Себастьян и Плеяды одновременно преклонили колени.

Вот теперь всё было готово.

Момонга поднял левую руку и посмотрел на голографические часы.

23:55:48.

Как раз вовремя для последних мгновений.

Наверное, снаружи Гейммастера уже начали трансляцию и запуск фейерверков. Но сидя тут в полной изоляции от внешнего мира, предаваясь воспоминаниям, Момонга не мог этого знать.

Он откинулся на троне и медленно поднял голову, чтобы посмотреть на потолок.

Учитывая славу этой базы, уничтожившей великие экспедиционные силы, Момонга подумал, что, быть может, в последний день игры некоторые игроки попытаются вторгнуться в Назарик.

Он ждал. Чтобы как Гильдмастер принять последний вызов.

Хотя он послал письма своим старым компаньонам, почти никто не пришел.

Он ждал. Чтобы как Гильдмастер в последний раз поприветствовать своих товарищей.

Теперь мы уже пережиток прошлого...

В сердце подумал Момонга.

Гильдия сейчас лишь пустая оболочка, но всё же они прекрасно провели время.

Он посмотрел на свисающие с потолка огромные флаги. Всего их было сорок один. По одному для каждого члена гильдии, каждый с собственным рисунком. Момонга поднял свой лишённый кожи палец и указал на один из флагов.

— Я.

Затем указал на флаг, висевший рядом. Этот принадлежал одному из сильнейших игроков Аинз Оал Гоун... нет, всего Иггдрасиля. Основатель гильдии и тот, кто когда-то собрал «Первую девятку».

— Тач Ми.

Затем указал на флаг человека, который в реальном мире был профессор университета, и также один из старейших в Аинз Оал Гоун.

— Си-дзюутэн Судзаку.

Палец задвигался быстрее, указывая на флаг одной из трех девушек Аинз Оал Гоун.

— Анкоро Мотти Моти.

Момонга ровно читал имена владельцев флагов.

— Хэрохэро, Пэроронтино, Букубуку Чагама, Табула Смарагдина, Воин Такэмикадзути, Вэриебл Талисман, Гэндзиро...

Вспомнить имена сорока компаньонов было не так уж и трудно.

Имена друзей глубоко в нём отпечатались.

Момонга устало откинулся на трон.

— Да, было по-настоящему весело...

Каждый месяц Момонга тратил почти одну треть зарплаты на игровые покупки. Не то чтобы у него были особенно высокие доходы, просто у него не было других интересов, так что он тратил почти все деньги на Иггдрасиль.

В игре была система, где игроки могли заплатить за участие в лотерее и выиграть редкий предмет, большинство денег Момонга тратил на это. После многих расходов, ему удалось заполучить множество редкостей. Но когда он услышал, что один из членов гильдии выиграл лотерею, использовав лишь деньги на обед, Момонга позеленел от зависти.

Поскольку каждый член Аинз Оал Гоун был работающим членом общества, все тратили деньги на игру, но Момонга был в собственной лиге. Так сильно он к этому пристрастился. Ходить на приключения было интересно, но забавнее всего было свободно бродить с друзьями. Для Момонги, у которого в реальном мире не было друзей и никого не осталось из семьи, воспоминания о том, как он проводил время с друзьями в Аинз Оал Гоун, были всем.

И сегодня эта гильдия исчезнет.

С полным неверия и разочарования сердцем он покрепче сжал посох. Момонга был всего лишь обычным человеком, у него не было ни денег, ни связей, чтобы предотвратить конец игры. Ему оставалось лишь молча ждать, как истекает время для всех игроков сервера.

Голографические часы показывали 23:57. Сервер закроется в 00:00.

Время бежит. Виртуальный мир закончится, и я вернусь к своей повседневной жизни.

Это очевидно. Люди не могут жить в виртуальном мире, рано или поздно всем приходится уходить.

Завтра вставать в четыре утра. Нужно лечь сразу как выключится сервер, чтобы мне это завтра не повлияло на работу.

23:59:35,

36,

37...

Момонга медленно считал секунды.

23:59:48,

49,

50...

Момонга закрыл глаза.

23:59:58,

59...

Часы отсчитывали последние секунды — он ждал конца этого фантастического мира...

И последующего принудительного выхода...

0:00:00...

1,

2,

3...

— ...Э?

Момонга открыл глаза. Он не вернулся в свою комнату. Он всё ещё сидел в Тронном зале в Иггдрасиле.

— Что происходит?

Время было верным. Сейчас его должны принудительно выкинуть из системы, а сервер отключить.

0:00:38.

Уже прошло анонсированное время и, если только не произошла системная ошибка, было невозможно тут находиться. Момонга в недоумении осмотрелся, ища объяснения.

— Они отложили закрытие? Или решили отложить конец конца, потому что не смогли отключить сервер?

В голову пришли различные объяснения, но ни одно из них не было похоже на правду. Наиболее вероятным представлялась задержка выключения сервера в связи с ошибкой в системе. В таком случае Гейммастера уже сделали бы объявление. Момонга поспешно попытался найти любые новости о закрытии в канале чата... но вдруг остановился.

Не было интерфейса.

— Что за?..

Хотя Момонга оказался в замешательстве и почувствовал тревогу, его также немного удивило своё спокойствие. Он перепробовал все функции игры: Принудительный доступ к системе, Чат, вызов Гейммастера, Выход из системы и так далее...

Ничего не работало, было такое чувство, что его полностью убрали из системы.

— ...Что, чёрт возьми, произошло?! — Сердитый окрик эхом прошёлся по Тронному залу. Чтобы такое случилось в последний день, когда всё должно было закончиться... разработчики всех обманули? Момонга был в ярости, он почувствовал разочарование от невозможности встретить славный конец. Как правило, не должно было быть никакого ответа.

Однако...

— Всё в порядке, владыка Момонга?

Момонга впервые услышал этот сладкий женский голос. Он был потрясён, но всё равно начал искать источник голоса. Когда понял, кто это, — потерял дар речи.

Ответил ему НИП, это была Альбедо.

Часть 3

Бескрайний лес, называемый «Великий лес Тоб», расположился на границе Империи Багарут и Королевства Рэ-Естиз, к югу от Азерлисских гор. На границе этого леса лежала деревенька Карн. Там проживало примерно сто двадцать человек — двадцать пять семей. Не так уж и необычно для пограничного поселения королевства Рэ-Естиз.

В основном крестьяне жили за счёт леса и посевов, ведь в деревне почти не было гостей, за исключением некоторых ищущих травы врачевателей и приходившего раз в год сборщика податей. Эта деревня застыла во времени.

Как только светало, крестьяне шли работать. У деревни не было магического света, так называемого «Вечного света», так что селяне работали от рассвета и до заката, такая вот у них была жизнь.

Как только Энри Эммотт просыпалась, ей нужно было идти к ближайшему колодцу за водой. Это была работа девушки. Как только дома ёмкость для воды наполнится, её первая задача будет завершена. Примерно в это время мама приготовит завтрак, и семья из четырёх человек вместе насладится едой.

На завтрак будет ячменно-пшеничная или просто пшеничная каша, а также немного обжаренных овощей. Иногда они ели фрукты. После завтрака её десятилетняя сестра пойдёт за дровами в лес или поможет с работой на поле. Как только в центре деревни раздастся звон, оповещающий о наступлении полдня, все соберутся на близлежащей площади, чтобы пообедать вместе и отдохнуть.

Обед будет состоять из испечённого несколько дней назад чёрного хлеба и супа с мясным фаршем. После этого все продолжат работать на полях, и как только зайдёт солнце, они вернутся домой и будут ужинать.

Как и обед, ужин тоже будет состоять из чёрного хлеба, но суп будет фасолевым. Если деревенские охотники вернутся с добычей, будет и мясо. После ужина все соберутся на кухне, и в свете огня будут счастливо общаться, чиня при этом порванную одежду.

Около восьми часов вечера они пойдут спать. Энри Эммотт родилась шестнадцать лет назад и вплоть до этого дня никогда не покидала деревню. Ей было интересно: дни всегда такими останутся?

Как и в любой другой день, Энри встала с кровати и пошла к колодцу, набрать воды. Чтобы наполнить большой резервуар, ей требовалось пройти от колодца к дому три раза. «Такс», — Энри засучила рукава, и показалось немного белой, не загорелой кожи. Работа в поле сделала её руки тонкими, но сильными, с мускулами.

Наполненный водой кувшин был тяжёлый, но Энри подняла его с лёгкостью. Если наполнить его до краёв, ходить нужно будет меньше раз, и на работу потребуется меньше времени, так ведь? И слишком тяжёлым он не должен быть. Думая так, Энри зашагала домой. По пути она услышала странный звук. Когда повернулась в ту сторону, от ужаса сжало сердце.

Она услышала, как ломается древесина. А затем...

— Крик?..

Будто кричит от удушья птица, но это точно не птица. Энри бросило в дрожь. Она не хотела в это верить. Должно быть, это воображение, это точно не был человеческий крик. В голове промелькнуло множество ужасающих мыслей.

Нужно поспешить — крик идёт со стороны дома. Бросив кувшин с водой, она побежала со всех ног.

Она почти споткнулась о платье, но сумела не упасть. И снова этот звук. Сердце забилось как бешенное. Это точно человеческий крик, в этом нет сомнений. Она бежала, бежала и бежала. Никогда в своей жизни она не бежала так быстро, она бежала, пока не споткнулась о собственную ногу.

Ржание коня, люди плачут и кричат. Всё становилось яснее и яснее. Впереди, ещё издали Энри увидела: незнакомец, полностью закованный в доспехи, направляет обнаженный меч на сельчан. А недалеко на земле лежит крестьянин со смертельной раной.

— Мистер Морджина...

В такой маленькой деревеньке никто не был чужаком, все были частью одной большой семьи. Поэтому Энри узнала того убитого крестьянина. Хотя иногда он шумел, он был хорошим человеком и не заслуживал смерти. Ей захотелось остановиться... но она прикусила губу и продолжила бежать.

Короткое расстояние от дома до колодца теперь стало бесконечностью. Ветер принёс к ушам крики и ругань. Наконец она увидела свой дом.

— Папа! Мама! Ниму! — закричав, Энри открыла дверь и увидела, как семья застыла с полными ужаса лицами. Однако как только вошла Энри, они сразу же расслабились, показывая облегчение.

— Энри, ты не пострадала! — Отец руками, сильными от работы на поле, поднял Энри.

— Ахх, Энри... — Мать тепло её обняла.

— Хорошо, Энри тоже вернулась, теперь нужно быстро бежать!

Положение семьи Эммотт было незавидным. Они беспокоились, что Энри ещё не вернулась, и потеряли тем самым возможность убежать. Им неминуемо грозила опасность.

Но слишком уж быстро страхи стали горькой реальностью. Как только они захотели сбежать... в дверном проёме показался силуэт человека. В лучах солнца стоял мужчина в полных доспехах с гербом Империи Багарут. В руке он держал ножны с мечом. Империя Багарут часто воевала со своим соседом, Королевством Рэ-Естиз. Но вторжения случались лишь близ города-крепости Э-Рантэл, они никогда не доходили до этой деревеньки.

Тихой жизни деревни вдруг не стало. Глядевшие из щелей шлема холодные глаза сосчитывали членов семьи Энри. Когда она посмотрела в те глаза, ей стало страшно. Рыцарь схватился за меч, послышался звук извлекаемой из ножен стали. И как только он почти вошёл в дом...

— Агх!

— Эгх!

...Отец кинулся на рыцаря, и они оба вывалились за дверь.

— Бегите!

— Ты!

По лицу отца текла кровь, наверное он поранился от удара о рыцаря.

Отец и рыцарь схватились на земле. Рыцарь сдерживал клинок отца, а тот сдерживал меч рыцаря. Когда Энри увидела на отце кровь, разум опустел — она не знала, помогать отцу или живо бежать.

— Энри! Ниму! — выкрикнула мать, вернув её к реальности. Энри увидела, как мать с болью на лице покачала головой. Энри ухватила сестру за руку и побежала. Ею овладело сомнение и чувство вины, но она решила быстро бежать в лес.

Ржание коней, крики, лязг металла и запах гари.

Из каждого уголка деревни... Энри всё это видела, слышала и чуяла. Где, с какой стороны? Энри бежала и отчаянно пыталась понять. Следует бежать до пределов тела или спрятаться в уголку какого-нибудь дома? Подгонял не только страх за свою жизнь и сильное биение сердца. Ей придавало силы чувство того, как за её руку хватается другая, маленькая рука.

Жизнь сестрёнки.

Бежавшая впереди мать у следующего угла вдруг остановилась и развернулась. Она побежала назад, показывая Энри бежать в другую сторону. Думая о том, почему мать повернулась, Энри быстро сжала губы, давя крик. Она сильнее ухватила сестру за руку и побежала, не желая оставаться в этом месте даже на мгновение больше нужного. Ужасаясь того, что может увидеть.

— Владыка Момонга, что-то не так? — снова спросила Альбедо. Момонга не знал, как ответить. Столько всего произошло в одночасье, что разум опустел.

— Извини. — Он мог лишь подняться и по-дурацки уставиться на Альбедо.

— Что-то случилось? — Альбедо, медленно изучая Момонгу, нагнулась поближе своим красивым лицом. Он учуял ароматный запах. Этот аромат вернул Момонге мыслительные процессы, и он медленно вернулся к реальности.

— Нет... это... ничего.

Момонга не был таким человеком, кто будет почтительно говорить с куклами. Но... когда он услышал вопрос Альбедо, машинально ответил почтительно. Потому что из-за её действий и речи было невозможно не замечать её человеческое поведение. Хотя Момонга явно видел, как не нормально ведёт себя Альбедо, он всё ещё не мог понять, что случилось. В таких обстоятельствах оставалось лишь подавить переполняющее его чувство страха и удивления, но поскольку Момонга был обычным человеком, ему это не удалось.

Ему захотелось закричать. Но тут он вспомнил одного согильдийца.

Суматоха — это поражение масштаба страны, ты должен всегда держать голову холодной и мыслить логически. Сохраняй спокойствие, планируй наперёд, и не трать время на мысли о пустяках, Момонга-сан.

Думая об этом, Момонга успокоился. В мыслях он выразил благодарность Пунитто Моэ, стратегу гильдии Аинз Оал Гоун, парню, любившему моэ.

— ...С вами что-то случилось? — спросила Альбедо, её прекрасное лицо, когда она сделала шаг вперёд, стало ещё ближе, Момонга почти ощутил, как она источает свой аромат. Несмотря на то что он наконец сумел успокоиться, он на мгновение чуть снова не потерял самообладание.

— ...Функция вызова Гейммастера, похоже, не работает. — Момонга не мог не ответить этому НИП — у неё были такие щенячьи глаза.

За всю его жизнь у него никогда не было такого опыта с противоположным полом, особенно в такой атмосфере. Хотя он понимал, что она — НИП, у Момонги заколотилось сердце, столь человечными были у неё выражение на лице и действия. Но он подавил биение сердца и снова успокоился. Хотя Момонга был взбудоражен, он вспомнил те мудрые слова согильдийца.

Но в этом ли дело?

Момонга покачал головой — сейчас не время так думать.

— ...Пожалуйста, простите, что не могу ответить на вопрос владыки Момонги о Гейммастерах. Простите, что не смогла оправдать ваши ожидания, если я как-то могу исправить ошибку, я буду рада вам угодить. Пожалуйста, дайте мне ваши следующие приказания.

...Они друг с другом говорили. Тут не было никакой ошибки. Когда Момонга заметил это, то оказался слишком удивлён, чтобы что-то сказать. Такое ведь невозможно?

Этот НИП способен говорить. Нет, вполне возможно было использовать автоматизированную речь, чтобы позволить НИП говорить, игроки, например, могли загрузить многие возгласы и приветствия. Однако нормально разговаривать с НИП — это нечто невозможное. Даже Себастьян, и тот понимал лишь простые команды.

Так что же тогда случилось? Изменилась лишь Альбедо?

Взмахом руки Момонга велел Альбедо подняться, что она с большим сожалением и сделала. Затем Момонга обратил взгляд на дворецкого и шесть горничных.

— Себастьян! Горничные!

— Да! — С идеальной синхронностью отозвались все они и подняли голову.

— Подойдите к трону.

— Да, владыка. — И, снова с идеальной синхронностью, они встали и поднялись к трону. И там они снова преклонили колено. Из этого следовало два вывода: первое, даже без особых команд НИП способны понимать простые приказы; и второе, способна говорить не одна Альбедо.

По крайней мере все НИП в Тронном зале аномальны. И как только он об этом подумал, не смог избавиться от чувства, что есть что-то странное в Альбедо, стоявшей рядом с ним. Желая это прояснить, Момонга посмотрел на Альбедо пронизывающим взглядом.

— ...Что-то случилось? Я сделала что-то не так?..

— !.. — Наконец-то осознав, что не так, он потерял дар речи и мог лишь от удивления сделать вздох... У неё изменялось выражение лица! Даже губы шевелились... — Не... неужели!..

Момонга дотронулся руками до рта и попытался сказать хоть что-то.

...Рот двигался.

Все знали, что в ММОРПГ-П было невозможно при разговоре шевелить ртом. Внешность и выражения лица были просто установлены заранее, будь это всё ещё так — никаких выражений на лице не было бы.

Кроме того, лицо Момонги было лишь черепом — ни языка, ни горла. Посмотрев вниз на руки, он увидел лишь скелет без кожи. У него не было даже внутренних органов, лёгких в частности, так как же он способен говорить?

— Невозможно...

Момонга вдруг ощутил, как рушится весь накопленный здравый смысл. Он почувствовал тревогу. Подавляя посыл закричать, он вдруг успокоился. Момонга намеренно ударил один из подлокотников трона, но, как он и ожидал, не появилось никакого индикатора повреждений.

— ...Что мне делать... что же придумать?..

Совершенно не понимая, что происходит, он также начал злиться, что нет никого рядом, на кого можно было бы положиться, кто мог бы помочь. Самое важное сейчас... искать хоть какие-то намёки на разгадку.

— Себастьян.

Себастьян поднял голову, на лице у него было неподдельное выражение, было такое чувство, будто он живой человек. Он ведь поймёт мои приказы? Хотя я не знаю, что случится, в этом склепе все НИП ведь лояльны ко мне? Но они уже точно больше не НИП, которых мы все вместе создали.

В голове возникало всё больше вопросов, Момонга почувствовал беспокойство, но подавил эту эмоцию. Себастьян в любом случае самый подходящий кандидат для разведки. Несмотря на то что рядом стояла Альбедо, Момонга решил выбрать Себастьяна. Думая о том, чтобы походить на высокопоставленного начальника, приказывающего подчинённому, Момонга подчеркнул свою позицию старшего и скомандовал:

— Оставь Великий Склеп и обыщи окрестности. Если встретятся разумные или дружеские существа, пригласи их сюда. Пока другая сторона не враждебна, переговоры будут предпочтительнее. Радиус поиска — один километр, и попытайся не ввязываться в неприятности.

— Да, владыка Момонга. Слушаюсь ваших приказаний.

В Иггдрасиле НИП, созданные для защиты особых областей, не могли покинуть эти области. Однако сейчас он сделал обратное. Нет, это подтвердится лишь тогда, когда Себастьян покинет Великий Склеп Назарика.

— Возьми с собой одну из Плеяд. Если так случится, что тебе придётся отступать, принеси всю собранную информацию сюда.

С этим первый шаг был сделан. Момонга отпустил посох Аинз Оал Гоун. Посох не упал на землю, а начал парить, будто кто-то его удерживал на весу. Хотя это полностью противоречило законам физики, такое обычно случалось в игре. В Иггдрасиле не были редки случаи, когда брошенные предметы парили над землёй. Со страданием на лице в посохе появились духи и обвились вокруг руки Момонги, на что тот не обратил внимания. Такой эффект происходил не так уж и часто, но он не удивил Момонгу, он просто прокрутил пальцем и развеял духов.

Момонга скрестил руки на груди в размышлениях. Следующим шагом будет...

— ...Нужно связаться с компанией, выпустившей игру.

Учитывая, в какие необычные обстоятельства он попал, больше всех должна знать игровая компания. Но трудность была в том, как с ними связаться. Обычно использовали функции «Возглас» или «Вызов Гейммастера», чтобы немедленно с ними связаться, но этот метод, кажется, сейчас не работает...

— Сообщение?

Игровая магия связи. Как правило, она была пригодна лишь в определенных местах или обстоятельствах, но сейчас был как раз тот случай, когда она должна пригодиться. Хотя этой магией можно было общаться с другими игроками, было неизвестно, можно ли ею вызвать Гейммастера. И в таких ненормальных обстоятельствах не было гарантии, что магия всё ещё работает.

— Но...

Это стоит того, чтобы попробовать.

Момонга был чистым магом. Если не сможет использовать магию, не то что боевая мощь, даже подвижность и способности по сбору информации значительно упадут. Когда ничего неизвестно, очень важно убедиться, можно ли использовать магию. И как можно скорее.

Так где бы применить магию... Момонга осмотрелся в Тронном зале и покачал головой. Положение было чрезвычайным, но он не хотел превращать Тронный зал в комнату для магических экспериментов. Пока он искал подходящее место, одно пришло ему на ум. К тому же, кроме своих способностей, он хотел проверить кое-что ещё. Свою власть. Он хотел проверить, до сих пор ли является лидером Аинз Оал Гоун. Стоявшие перед ним НИП, похоже, были лояльны, но в Великом Склепе Назарика было ещё много НИП, которые по силе сравнимы с Момонгой. Ему нужно было подтвердить, что они всё ещё ему преданны.

Однако...

Момонга посмотрел на стоявших на коленях горничных и Себастьяна, потом на стоявшую рядом с ним Альбедо. У неё на лице была слабая улыбка. Очень красивая улыбка, но какая-то беспокойная, будто Альбедо что-то скрывает. У Момонги возникло плохое предчувствие.

Лояльность НИП всё ещё не изменилась? Если бы в реальности подчинённые встретили неумелого начальника, они бы потеряли в него веру, реакция НИП должна быть такой же, ведь так? Или они никогда не предадут, если это записано у них в программе?

Если преданность может пошатнуться, то что нужно делать, чтобы её удержать? Наградить их? В сокровищнице гильдии горы ценных предметов. Даже если старые товарищи по гильдии будут недовольны, он всё равно будет использовать сокровища, ведь сейчас чрезвычайное положение, затрагивающее выживание гильдии Аинз Оал Гоун, они поймут. Просто ещё не понятно, сколько сокровищ нужно дать.

И, кроме того, может быть, выше считается тот, кто сильнее? Но какая сила сейчас считается сильной? Он всё ещё не знал. Он чувствовал, что если продолжит и дальше в таком духе, то постепенно начнет всё понимать.

Или...

— ...Сила? — Момонга разжал ладонь правой руки, и посох Аинз Оал Гоун автоматически поплыл ему в руку. — Сила стоять над всеми? — Семь драгоценных камней, встроенных в посох, ярко засияли, будто прося хозяина использовать эту мощь. — ...Ну да ладно, подумаю над этим в другой раз. — Момонга отпустил посох и тот упал на пол, словно сердясь в истерике. Резюмируя, пока ведешь себя как лидер, вряд ли другие будут враждебны. Будь это человек или животное, если не показывать никаких слабостей, враг не обнажит клыки и не нападет.

Момонга громко и внушительно заговорил:

— Плеяды, слушайте. Все, кроме горничной, которая пойдет с Себастьяном, следуйте на девятый этаж и защищайте его от любых вторжений из восьмого этажа.

— Вас поняли, владыка Момонга, — горничные возле Себастьяна почтительно ответили, показывая, что поняли приказ.

— Следуйте немедленно.

— Так точно, владыка!

Себастьян и горничные поклонились, поднялись и все вместе ушли. Большая дверь ещё раз открылась и закрылась. Себастьян и горничные исчезли на той стороне. Хороший знак, что они не ослушались приказа.

Будто гора с плеч свалилась. Момонга посмотрел на ту, кто ещё осталась с ним. На Альбедо. Она улыбнулась и спросила: «Что вы хотите, чтобы я делала дальше, владыка Момонга?».

— Ах да, эмм... — Момонга встал с трона, одной рукой взял посох и сказал: — подойди ко мне.

— Как пожелаете, — ответив с улыбкой, Альбедо пошла вперед. Момонга по-прежнему опасался её жезла с черным парящим шаром, но на мгновение он об этом позабыл. Но прежде чем это понял, Альбедо уже была достаточно близко, чтобы его обнять. Какой приятный запах... о чём, черт возьми, я думаю?! Как только он подумал об этом, эта мысль мгновенно ушла — сейчас не время для фантазий! Момонга протянул руку, чтобы коснуться руки Альбедо.

— ...

— Ах?

Лицо Альбедо вздрогнуло от боли. Момонга почувствовал потрясение и быстро отдернул руку. Что случилось? Я заставил её чувствовать себя неприятно? В голову пришло несколько досадных воспоминаний, — будто небеса упали на землю, — но Момонга быстро понял, в чём дело.

— ...Ах...

Для того чтобы стать властелином нежити необходимо было сначала стать скелетом-магом, а у него, в свою очередь, есть навык, который при касании другого человека наносит на того повреждения или отрицательные эффекты. Наверное, поэтому она так отреагировала?

Но даже если это было так, в нём ещё оставались некоторые сомнения. В Иггдрасиле все монстры и НИП, которые перерождаются в Великом Склепе Назарика, регистрировались под гильдией Аинз Оал Гоун. А пока они из одной гильдии — не смогут друг другу навредить. Неужели она больше не состоит в гильдии? Или сейчас стало возможным причинить вред другим членам гильдии? Скорее всего, второе, по крайней мере вероятность этого высока.

Осознав это, Момонга извинился перед Альбедо:

— Прости. Я забыл убрать негативный эффект моего навыка.

— Пожалуйста, не обращайте внимания, владыка Момонга. Мне совсем не больно от такого уровня вреда. Если это владыка Момонга, какой бы боль ни была... Ах!

— Эм... э... неужели... нет, я всё равно искренне извиняюсь. — Момонга понятия не имел, что ответить, когда увидел, как Альбедо застенчиво прикрыла руками лицо, это выглядело так мило, что он начал заикаться.

Это в самом деле были негативные эффекты от касания. Момонга быстро отвернулся и попытался понять, как отключить навык... и вдруг понял метод.

Использовать навыки властелина нежити для Момонги было так же легко, как и дышать. Он невольно рассмеялся, столкнувшись с таким ненормальными обстоятельствами. Случилось столько всего странного, а он засуетился над чем-то подобным. Глупо. Привычки могут и впрямь ужасать.

— Я собираюсь тебя коснуться.

— Ах.

Отключив навык, он протянул руку и коснулся руки Альбедо. На ум пришли некоторые мысли, — какая тонкая... какая белая и некоторые другие, — но все желания мужчины были полностью проигнорированы, так как он просто хотел проверить её пульс.

Она дышит.

Биение сердца. Для биологического существа это данность. Конечно, только для биологического существа.

Отпустив её руку, Момонга глянул на собственное запястье — и увидел одни белые кости. Раз нет кровяных сосудов, то, очевидно, нет и сердцебиения. Конечно, если он властелин нежити, значит бессмертен, вне досягаемости смерти, конечно же сердцебиения не будет.

Отступая на шаг, Момонга посмотрел на Альбедо. И увидел, как из его тени на свет показались её влажные глаза. Лицо было покрасневшим, вероятно из-за резкого повышения температуры тела. Такой вид Альбедо ошеломил Момонгу.

— ...Как же такое может быть?

Разве она не НИП? Просто электромагнитная информация? Как она может быть так похожа на живого человека, какой ИИ на такое способен? И ещё важнее то, что мир Иггдрасиля, похоже, стал настоящим миром...

Невозможно.

Момонга покачал головой. Такая фантастика просто не могла случиться. Но как только идея глубоко укореняется, её не так-то просто выкорчевать. Чувствуя себя немного неловко по отношению к тому, как изменилась Альбедо, Момонга не мог решить, что делать дальше.

Дальше... будет последний шаг. Если сможет это подтвердить, все предчувствия станут явью. Нужно проверить свои подозрения и узнать наверняка, реальность это или нет. Потому абсолютно необходимо кое-что сделать. Даже если она решит применить оружие, которое держит в руке...

— Альбедо... могу я коснуться твоей груди?

— Э?

Атмосфера мгновенно замерла.

У Альбедо от удивления расширились глаза. Даже Момонга смутился. Избежать этого было нельзя, но он всё равно не мог понять, почему это сказал. Спрашивать такое таким высоким голосом... это слишком вульгарно. Нет, использовать свою власть, чтобы совершить действия сексуального характера... это самое гнусное из гнусного.

Он собрал всё своё мужество; это нужно сделать. Момонга себя убедил, он мысленно себя уравновесил и с достоинством правителя произнёс:

— Это ведь не должно иметь значения?

Ни единого чувства достоинства. Но Альбедо, выслушав просьбу Момонги, которую тот сказал дрожащим голосом, выглядела так, будто её переполнила радость.

— Конечно, владыка Момонга. Пожалуйста, приласкайте их, как пожелаете.

Альбедо выпятила перед Момонгой грудь, свои большие холмы. Будь у него слюни, он бы уже сто раз их проглотил.

Он начал протягивать руку, чтобы коснулся скрытых под церемониальной робой грудей. Было неимоверное напряжение и волнение, но в уголке сознания он спокойно за собой наблюдал. Как же глупо я выгляжу, зачем я подумал о таком методе?

Он незаметно взглянул на лицо Альбедо и осознал, что её глаза сияют, а грудь будто говорит: «ну давай же!».

Может, от волнения, а может, от смущения, однако руки тряслись под таким давлением. Но он собрался и протянул руку. Сперва Момонга ощутил немного жёсткую поверхность платья, а затем что-то очень мягкое под ним.

— Умм... Ахх...

Как только Альбедо начала сладко постанывать, Момонга прекратил эксперимент. Вспомнив всё то, что знает, Момонга придумал два возможных объяснения. Первое, это может быть новая ММОРПГ-П. Это значит, что с концом Иггдрасиля был запущен Иггдрасиль II.

Но после этого эксперимента шансы на то, что это новая игра, начали стремиться к нулю. Потому что в игре запрещены действия 18+, или даже 15+. За нарушением этого правила последуют очень суровые наказания: имя преступника будет объявлено на официальном сайте, а аккаунт удалён.

Потому что если записи действий 18+ станут достоянием общественности, это нарушит закон об общественном порядке. В целом, не удивительно, что такое поведение признавалось незаконным.

Компания-владелец игры реализовала бы какой-то метод, чтобы игроки такого не делали. И обычно за игрой наблюдает Гейммастер. Момонга просто не смог бы вести себя непристойно, ему бы сразу же помешали. Но, похоже, никто и не собирался что-то с ним делать.

И согласно базовым правилам ММОРПГ-П и закону о компьютерах, за отсутствием лицензии было запрещено насильно держать игроков в игре. Это классифицировалось как похищение, и преступников судили по закону о похищении. Если игроков заставят присоединиться к игре, прокуроры сразу же это заметят, в особенности если будет невозможно выйти из игры. Не будет ничего удивительно, если всех сотрудников компании заключат под стражу. Для тех случаев, когда игроку не удаётся выйти из игры, в программу встроена функция записи, записывающая целую неделю геймплея, это обязательно по закону. С этим очень легко сообщить о нарушениях. Если Момонга будет отсутствовать на работе неделю, кто-то из коллег заметит, что что-то не так и пошлёт кого-то к нему домой. А как только полиция исследует выделенный интерфейс, она сможет решить проблему.

Какая компания пойдёт на риск оказаться арестованными? Конечно, можно оправдаться тем, что это первый опыт игры или тем, что они обновляли игру. Но для игровой компании брать на себя такой риск... в этом нет никаких преимуществ. Остается единственная возможность того, что это вредоносный акт, не имеющий никакого отношения к игровой компании. Если это так, то нужно придумывать что-то новое, иначе будет невозможно найти ответ.

Трудность была в том, что он не мог понять, как подойти к проблеме. Но также была ещё одна возможность...

...Что виртуальный мир стал реальностью.

Невозможно.

Момонга тут же отверг эту мысль. Как может случиться такое невероятное... но, с другой стороны, чем больше проходило времени, тем лучше это всё объясняло.

Также... Момонга подумал о сладком аромате Альбедо.

Согласно закону о цифровых данных два из пяти чувств — вкус и осязание — должны быть полностью отключены. Хотя в игре была система еды и напитков, в общем-то, это были лишь игровые товары, увеличивающие параметры. Запрет чувства осязания ввели для того, чтобы игроки не приняли игру за реальность. Из-за таких ограничений виртуальная реальность не стала сильно популярной в секс индустрии.

Но сейчас все эти ограничения исчезли.

Это сильно ударило по Момонге: «Что же с моей завтрашней работой? Что же случится дальше?» — Но сейчас всё это было незначительным, он отложил это в глубину сознания.

— Если виртуальный мир стал реальным... учитывая количество данных, это совершенно невозможно...

Момонга прокашлялся, а ведь его горло не должно бы и звука издавать. Разумом он не мог в это поверить, но сердцем уже понял. И наконец убрал руку от грудей Альбедо. Поласкав их некоторое время, Момонга наконец разобрался, в какое положение попал. Он касался их так долго не потому, что они были очень мягкими, и ему не хотелось отпускать... точно не потому.

— Прости, Альбедо.

— Воо ах... — Альбедо тяжело задышала, а лицо стало настолько ярко красным, что, казалось, оно такое горячее, что из него вот-вот пойдёт пар. Она застенчиво спросила Момонгу: «У меня тут будет первый раз?».

Он не смог подавить возглас удивления: — ...Ч-что? — Все мысли вдруг будто исчезли, он не мог понять её слова. Первый раз? Что? О чём она? И почему у неё такой стеснительный взгляд?

— Могу я спросить, что я должна делать со своей одеждой?

— Ха?

— Мне раздеться? Или вы хотите сделать это сами? Если носить одежду, позже она... может измазаться... нет, если владыка Момонга желает, чтобы я была в одежде, я возражать не стану.

Наконец он понял Альбедо. Нет, всё ещё оставалось под вопросом, есть ли под черепом Момонги мозги. И как только он понял её намерения, то вздрогнул.

— Достаточно, Альбедо.

— Э? Да, владыка.

— Сейчас не... сейчас не время для этого.

— Я ужасно сожалею! Мы, очевидно, столкнулись с чрезвычайным положением, а я думаю лишь о собственных желаниях.

Альбедо, чтобы извиниться, начала ставать на колени, но Момонга протянул руку, чтобы её остановить.

— Нет, это всё моя вина, я тебя прощаю. И ещё... у меня есть для тебя другая задача.

— Что бы это ни было, я подчинюсь.

— Сообщи Стражам этажей, что я через час хочу с ними встретиться на Арене шестого этажа. Ауре и Мару я сообщу сам, так что этим двоим сообщать не нужно.

— Да, владыка. Кроме двух стражей шестого этажа, сообщить остальным, что они в течение одного часа должны собраться на Арене.

— Верно, теперь иди.

— Да.

Альбедо быстро покинула Тронный зал.

Момонга смотрел ей в спину. Когда она ушла, он тяжело вздохнул.

— ...Что же я наделал... Это ведь должна была быть просто шутка... Если бы я знал раньше, никогда бы этого не сделал. Я... запятнал созданный Табулой Смарагдиным НИП.

Тогда Альбедо так отреагировала лишь по одной причине. Когда он переписывал ей настройки, то написал: «влюблена в Момонгу». — Вот почему у неё была такая реакция.

— Ах... Чёрт возьми!.. — пробормотал про себя Момонга. Альбедо — наследие, которое из ничего создал Табула Смарагдина, а он без дозволения её изменил. Момонга почувствовал себя так, будто испортил чужой шедевр. Он впал в уныние.

Но голова у него была черепом, было невозможно увидеть его искажённое лицо, когда он покидал Тронный зал. Он сказал себе пока забыть об этой проблеме. Сейчас есть другие, более важные дела.

Глава 2. Стражи этажей

Часть 1

— Услышь мой зов, «демон Лемегетона».

Созданный из редких минералов голем задвигался, слушаясь команды Момонги. Он в конце концов смирился с тем, что виртуальная реальность превратилась в настоящий мир. Теперь самое важное — это себя защитить.

Хотя встреченные до сих пор НИП относились к нему почтительно, это не обязательно значит, что другие встречи будут такими же. Лучше перестраховаться, нежели сожалеть.

Момонге нужно было подтвердить работоспособность големов, своей магии и легендарных предметов Назарика... на кону ведь собственное выживание.

— Наконец-то. С этим первая задача решена.

Глядя на големов, он чуть-чуть расслабился. Голем будет слушаться лишь своего хозяина, так что даже на самый худой конец — вроде восстания НИП — будет хотя бы страховка.

Момонга посмотрел на свои костяные пальцы. На десяти пальцах было девять колец, лишь один, безымянный палец левой руки, остался без кольца. Обычно в Иггдрасиле было невозможно носить кольца на любом пальце, за исключением безымянного левой и правой руки. Но поскольку Момонга использовал особое свойство магического предмета, мог надевать кольца на все пальцы рук и использовать все их способности. Он не только считался особенным, но также был известен на весь сервер как один из самых умелых пользователей способностями. Одно из колец Момонги было кольцом Аинз Оал Гоун. С его помощью можно было свободно телепортироваться между любой комнатой Назарика. Такое нужно было носить каждому члену Аинз Оал Гоун. Когда он его активировал, впереди появился тёмный туннель портала, он шагнул внутрь и в конце появился белый свет.

— Успех...

После того как телепорт увенчался успехом, перед Момонгой предстал широкий проход. Запахло травой и землей — запах леса. Момонга становился всё более и более уверенным, что это место в самом деле стало реальностью.

Пока он шёл, в уме возник один вопрос. Раз он состоит из костей, и в теле нет ни лёгких, ни трахеи, как он может дышать? Его одолели серьезные сомнения, но он почувствовал себя глупо и сразу оставил эту тему.

Когда он дошёл почти до конца прохода, впереди автоматически открылась дверь. С другой стороны находилась большая арена, окружённая несколькими ярусами трибун.

Овальный амфитеатр в длину был сто восемьдесят восемь метров, в ширину сто пятьдесят шесть метров и в высоту сорок восемь метров. Он был спроектирован под римский Колизей.

Над всей структурой был применён так называемый «Вечный свет». Так что внутри было светло, как днём. Аудиторией были многочисленные големы, не показывающие никаких признаков активности.

Это место называлось Арена. С нарушителями будут играть гладиаторы, а зрителями будут големы и члены гильдии Аинз Оал Гоун, сидящие в ВИП-ложе. Какими бы крепкими и многочисленными неприятели ни были, тут они встретят свой конец.

Вверху Арены виднелось тёмное ночное небо, будто бы и вовсе не было магии света, можно было даже увидеть мерцающие звёзды. Шестой этаж Назарика покрывало виртуальное небо. Мало того, что оно медленно менялось с течением времени, так ещё и солнце восходило!

Такой вымышленный пейзаж расслаблял, это стоило потраченных на то усилий членов гильдии. Хотя настроение Момонги чуточку улучшилось, сейчас не было времени миловаться видами.

Он осмотрелся. Ареной должны заведовать два близнеца...

Как вдруг...

— Эй там!

Кто-то выкрикнул и спрыгнул с ВИП-ложи. Здание было шестиэтажным, а магии использовано не было, лишь физические навыки. Её ноги плавно изогнулись и устранили последствия прыжка, затем она надела на лицо гордое выражение и подняла руку со знаком победы «V».

По-девичьи выглядевший ребёнок с милой и тёплой улыбкой. Золотые волосы были ей по плечи. Один глаз был синим, а другой зелёным, и они блестели, как у щенка. Длинные заострённые уши и темноватая кожа показывали, что она тёмный эльф, близкий родственник лесных эльфов.

На ней была тёмно-красная рубашка из драконьей чешуи, белый с золотой вышивкой жакет со знаком Аинз Оал Гоун на груди и белые штаны. А на шее светило золотым ожерелье в форме жёлудя. Вокруг талии был обёрнут кнут, а за спиной виднелся гигантский лук, рукоять которого была украшена экзотическими гравюрами.

— Аура, — Момонга пошёл навстречу тёмной эльфийке, назвавши её имя. Она была Стражем шестого этажа Великого Склепа Назарика, Аура Белла Фиора. Укротительница зверей, способная брать под контроль магические существа, и мастер диверсионной войны.

Аура небольшими шажками побежала в сторону Момонги. Хоть шаги и казались маленькими, бежала она быстрее животного. И аккуратные, и быстрые. Аура резко остановилась. Туфли, изготовленные из золотых пластин, из-за трения подняли позади облако пыли.

— Фух. — Очевидно, не вспотев, Аура сделала вид, что вытерла со лба пот, и показала улыбку как у пса, который пытается угодить хозяину. Детским высоким тоном она встретила Момонгу: — Добро пожаловать, владыка Момонга. Добро пожаловать ко мне на этаж!

Приветствие не было таким элегантным и полным уважения как приветствия Альбедо или Себастьяна, но оно казалось более близким. Момонга не мог понять, вынужденной ли была эта близость, у него ведь опыта в этом не было. Из-за чего заболела голова. Лицо Ауры полнилось улыбкой и он не чувствовал от неё враждебности. От «поиска врагов» тоже не было никакого ответа.

Момонга одними глазами посмотрел влево и вправо, затем расслабил хватку на посохе. В случае чрезвычайных обстоятельств он намеревался атаковать и сразу же уходить, но, похоже, для этого не было необходимости.

— Я тебе помешал?

— Что? Владыка Момонга — владелец Назарика, верховный правитель! Когда бы вы ни приходили, вы никогда не помешаете!

— Так... Аура, а где?..

Услышав вопрос Момонги, Аура вдруг опрятно развернулась и посмотрела на ВИП-ложу:

— Пришёл владыка Момонга! Не будь столь грубым и поспеши вниз!

В уголку ВИП-ложи было видно, как задрожала тень.

— Мар, ты там?

— Он там, владыка Момонга. Вот уж застенчивый парень... он не хочет спрыгивать!

— Н, нет... сестра...

Ауре ответил едва слышимый голос. Из-за расстояния до ВИП-ложи обычно чудо должно было случиться, чтобы его услышать. Но поскольку на Ауре висело магическое ожерелье, для неё это не было проблемой.

Аура вздохнула и объяснила:

— Это, это... Момонга, сир, он всего лишь очень застенчив, конечно же он не хочет грубить.

— Аура, Мар, я никогда не сомневался в вашей преданности.

Как часть сообщества, я должен понимать, когда следует говорить нужные слова. Иногда ложь нужна, чтобы успокоить других. Момонга твёрдо кивнул. Аура, похоже, сразу же вздохнула с облегчением и повернулась в сторону ВИП-ложи:

— Наш господин, владыка Момонга, пришёл на этот этаж встретиться со Стражами. Ты ведёшь себя крайне неприлично, ты ведь сам знаешь! Если слишком напуган, чтобы спрыгнуть, я сама тебя столкну!

— Эм... я спущусь по ступенькам...

— Как долго ты намерен заставлять владыку Момонгу ждать?! Прыгай давай!

— Хо, хорошо!..

Собрав всю свою смелость, маленькая фигура спрыгнула. Тёмный волшебник, такой класс был у этого тёмного эльфа. Когда его ноги коснулись земли, он чуть не упал — полная противоположность Ауре. Ведь ему пришлось использовать физические навыки, а не магию.

Приземлившись, он на полной скорости побежал в их сторону, но по сравнению с Аурой он бежал медленнее.

— Поторопись!

— Д, да...

Появился ребенок с точно такой же внешностью, как Аура. Цвет волос, длина волос, цвет глаз, выражение лица, близнецы просто не могут быть похожими друг на друга ещё сильнее. Однако если Аура была солнцем, то он — луной. Один дрожал от страха, другая его ругала. Момонга немного удивился выражению у них на лице. Согласно тому, что он знал, характер Мара не был так запрограммирован. НИП имеют основное выражение лица, и даже если роль НИП расширится, они не должны уметь изменять выражение. А эти двое тёмных эльфов показывали разные выражения лица.

— Простите, что заставил вас ждать, владыка Момонга...

Это дитя глядело на Момонгу испуганными глазами. Он был одет в тускло-голубую кофту из драконьей чешуи и короткую накидку цвета зелёных листьев. У наряда был такой же базовый белый цвет, как и у Ауры, но из-за юбки ноги были открыты больше. На шее было такое же ожерелье с жёлудем, как на Ауре, но испускало серебряный свет. На тонких руках, которыми тот держал витой чёрный деревянный посох, были ярко белые шёлковые перчатки.

Мар Белло Фиор.

Мар и Аура были Стражами шестого этажа Назарика. Момонга сузил глаза... хотя его глазницы были пустыми, и оглядел их двоих. Аура стояла ровно, возвышаясь, а Мар робко терпел взгляд Момонги.

Как и раньше, похоже, они по-прежнему товарищи.

— Вы в добром духе, очень добром.

— Ох... Просто в последнее время стало скучно, было бы отлично хоть иногда встречать захватчиков...

— А я, я не хочу видеть нарушителей... я их испугаюсь...

Когда Аура услышала, что сказал Мар, она изменилась в лице:

— Ох. Владыка Момонга, простите, мы ненадолго отойдём. Мар, за мной.

— Аа, больно. Сестра, сестра, пожалуйста, больно.

Увидев, как Момонга кивнул, Аура схватила Мара за немного заострённое ухо. Отойдя от Момонги, она начала что-то шептать Мару на ухо. Даже с расстояния было слышно, что она его ругает.

Эх, нарушители. Как и ты, Мар, я тоже не хочу их видеть... по крайней мере хочу встретить врага во все оружии. Момонга подумал об этом, издали глядя на близнецов.

Оправившись от вербальных атак Ауры, Мар с заплаканными глазами опустился на колени. Этот вид явно объяснял, какие у них сложились семейные отношения. Момонга улыбнулся и про себя подумал:

Хе-хе, Мар явно не подходит для убийства врагов. Ему больше подойдёт делать чай и слушать сестру. Но, если подумать... Мар и Аура однажды уже умерли... как они сейчас себя чувствуют?

В прошлом этот склеп штурмовали полторы тысячи человек, и дошли до восьмого этажа. Тогда Аура и Мар умерли. Они ведь должны это помнить?

Что для этих двоих сейчас значит смерть? Она на них сильно повлияла? В Иггдрасиле каждая смерть стоит пять уровней и выпадения оборудованного предмета. Если у персонажа пятый или меньше уровень, после смерти тот исчезает. Но поскольку у игроков особая защита, они не исчезнут, но уровень опустится к первому.

Зато магией «Перерождение» или «Воскрешение мертвеца», ну или любой другой воскрешающей магией, можно было снизить понижение в уровнях. А если ещё и правильный предмет использовать, то заплатить придётся лишь чуточкой опыта.

В случае НИП это ещё проще. Пока гильдия платит за воскрешение, — чем выше уровень, тем выше плата, — воскрешение никак на НИП не повлияет.

Смертью часто пользовались, чтобы понизить в уровне сильных игроков. Повышение уровня требует много часов игры, и даже если лишь предметы упадут — это всё равно будет тяжёлым наказанием. Однако в Иггдрасиле понижение уровня было не так уж и страшно. Ходили слухи, что создавшая игру компания надеялась, что игроки не будут страшиться смерти и осмелятся идти на приключения в неизведанные земли. В подземельях храбрец откроет неизвестные и новые вещи. Из-за такого правила смерти эти двое НИП однажды стояли перед полутора тысячной армией. После воскрешения они стали другими людьми?

Ему хотелось это подтвердить, но он не хотел вызывать подозрений. Наверное, массивное вторжение было ужасным опытом и для Ауры. Просто из любопытства не хорошо её об этом спрашивать. Ведь самым важным для членов Аинз Оал Гоун были их любимые НИП, которых они создали.

У смерти в прошлом и смерти сейчас, скорее всего, разные значения. Если умрёшь в реальном мире, всё будет кончено. Но теперь, может быть, не всё? Момонга хотел это проверить, но нельзя действовать наобум, не получив различную и такую нужную информацию. Будет разумнее отложить этот вопрос на потом.

Момонга лишь знал, что Иггдрасиль изменился очень сильно, оставалось ещё много вопросов без ответов.

Пока он обо всём этом думал, Аура продолжала поучать. Он посчитал, что это немного жалостно. В прошлом, когда его товарищи и братья дрались, Момонга стоял молча в сторонке. Но сейчас всё иначе.

— Давайте на этом закончим, хорошо?

— Но владыка Момонга, как Страж, Мар!..

— Не волнуйся, Аура, я понимаю твои чувства Стража этажа. Конечно, тебе станет грустно, если Мар передо мной скажет такие трусливые слова. Но также я верю, что если кто-то посмеет вторгнуться в Склеп Назарика, ты и Мар будете отважно сражаться до самого конца. Пока он на это способен, не нужно его так сильно винить.

Аура подошла к Мару ближе и потянула его вверх. Момонга ему сказал:

— Мар, видя, как ты раскаиваешься, добрая сестра наверняка тебя простила. Ты должен быть ей благодарен.

Мар с удивлением посмотрел на сестру. Аура торопливо сказала:

— Э? Нет-нет, это не так! Лучше будь благодарен владыке Момонге!

— Аура, для меня это не имеет значения. Я прекрасно вижу твои хорошие намерения. Я не усомнюсь в способностях Мара как Стража этажа.

— Ах, да, да! Спасибо, владыка Момонга.

— Спасибо, спасибо огромное.

Они с уважением поклонились. Момонге невольно стало чуть-чуть неловко. Ну а эти двое смотрели на него сияющими глазами. Никогда его ещё так не уважали, он попытался скрыть смущение, кашлянув:

— Ну что ж, я хотел бы задать тебе вопрос, Аура, тебе скучно от того, что нет нарушителей?

— Ах, нет, это, это...

Увидев в Ауре страх, Момонга понял, что задал вопрос немного не так.

— Я не буду тебя ругать, так что говори от всего сердца.

— ...Да, немного скучновато. В окрестностях нет противников, которые против меня смогли бы продержаться больше пяти минут.

Отвечая, она сдвинула указательные пальцы вместе. Как Страж этажа, она уже достигла сотого уровня. В Склепе немногие могли сравняться с ней по силе. Из НИП, включая Ауру и Мара, но с одним исключением, таких людей было девять.

— А если твоим противником будет Мар?

Внезапно Мар затрясся. Он решительно закачал головой, глаза наполнились влагой и он выглядел очень испуганным. Аура глянула на напуганного брата и вздохнула. С её вздохом окружение наполнил сладкий аромат. Вспомнив способность Ауры, Момонга на шаг отступил.

— Ах, простите, владыка Момонга! — Аура поспешно помахала рукой и разогнала воздух.

«Пассивный навык».

Аура, обладающая навыками укротителя, могла укреплять и ослаблять других. Эти навыки активировались через дыхание, а эффект достигал радиуса нескольких метров. Если активно использовать эти навыки, эффект может достигнуть невероятного расстояния, иногда даже радиуса в десятки метров.

В Иггдрасиле активные эффекты на игроке показывались иконками. Но сейчас иконок не было — довольно утомительно.

— Уже ничего нет, эффект прекратился!

— Это...

— ...Но ведь владыка Момонга — нежить, разве мой навык против вас не бесполезен?

В Иггдрасиле это было так. На нежить не действовали никакие эффекты, хоть плохие, хоть хорошие.

— Я уже вошёл в эффективный радиус?

— Ну... — Аура сжала шею, даже стоявший рядом Мар сделал то же самое.

— Я не злюсь, Аура, — Момонга попытался как можно мягче их успокоить. — Аура... не нужно так пугаться. Думаешь, такие простые навыки на меня подействуют? Я просто спрашиваю, вошёл ли я в радиус.

— Да! Вы уже вошли.

Аура почувствовала облегчение, услышав ответ Момонги. Момонга ощутил давление под одеждой и желудок начал пульсировать. Если он стал слабее, как следует поступить? Каждый раз, когда он об этом думал, ему хотелось отложить в сторону этот вопрос.

— Так какой это эффект?

— Результатом... должен быть «страх».

— Ну, ну...

Он не ощутил «страха». В Иггдрасиле члены одной гильдии или команды не могли атаковать друг друга. Хотя это правило, наверное, больше не действует, всё же следует это подтвердить заранее.

— Как я помню, способности Ауры не накладывают негативные эффекты на союзников.

— Э? — Аура невольно на него уставилась. Мар тоже. По их лицам Момонга не мог понять, оказались ли его слова верными или нет.

— Я запомнил неправильно?

— Да, я могу лишь свободно изменять радиус, может быть, это вас сбило с толку?

Правило, запрещающее атаковать союзников, и вправду не действует. На стоявшего рядом с ней Мара её навык, похоже, не повлиял, возможно на нём был какой-то защитный предмет.

У всех надетых на Момонгу артефактов не было такой защиты. Почему Момонга не почувствовал «страх»? Потому что нежить? Было две догадки. Либо у него настолько высокие базовые характеристики, что блокируют способность. Либо она блокируется из-за особых способностей духа умершего. Поскольку Момонга не знал, какая из догадок верна, решил экспериментировать дальше:

— Ты можешь попробовать использовать эффекты на других?

Аура склонила голову на бок. У неё в глазах читался вопрос. Этот взгляд снова напомнил Момонге щенка, он невольно протянул руку и коснулся её головы.

Мягкие как шёлк волосы, довольно приятное чувство. Поскольку Аура не противилась, Момонге невольно захотелось потрогать её лицо. Но он остановился — в стороне на него уставился Мар. Интересно, что он об этом думает? Чуть поразмыслив, Момонга отпустил посох и погладил Мара по волосам. Его волосы были приятнее. Пока Момонга обо всём этом думал, то наконец вспомнил:

— Дело в том, что сейчас я провожу различные эксперименты... и мне бы пригодилась ваша помощь.

Они всё ещё были чуточку ошеломлены, но когда Момонга убрал руки, они показали застенчивое, но несколько гордое выражение лица.

Аура счастливо ответила:

— Конечно, владыка Момонга, я это сделаю! Просите что угодно.

— Но для начала немного подождите...

Момонга взял в руку плывущий посох. У посоха тоже были свои способности. Среди многих, Момонга выбрал на посохе декоративный драгоценный камень. «Лунный нефрит», способность уровня «артефакт».

— ...Призыв волка лунного света.

Из воздуха появились три зверя. Магические эффекты вызова монстров оказались такими же, как и в Иггдрасиле, так что Момонга не удивился. Волк лунного света и сибирский волк были похожи, разве что этот испускал серебряный свет. Между Момонгой и волком образовалась связь. Она чётко показывала, кто здесь хозяин.

— Волк лунного света? — Голос Ауры подразумевал, что она не понимает, зачем вызывать такого слабого монстра.

Волки лунного света были довольно проворны и использовались для внезапных нападений, но их уровень был всего лишь двадцатым или около того. Для Момонги и Ауры весьма слабый монстр. Но для того, что он задумал, достаточно и монстра такого уровня. Нет, скорее даже, чем слабее, тем лучше.

— Хорошо, я включу его в радиус своего дыхания.

— Хм? Ты можешь?

— Без проблем.

Момонга колебался заставлять Ауру это делать. Сейчас это уже не игра, она может и не подчиниться. Есть ещё вероятность того, что способность Ауры будет работать не совсем правильно. Чтобы этого избежать, нужно вовлечь третью сторону, потому он и вызвал волка лунного света.

Волк тяжело задышал, но Момонга не почувствовал никакого дискомфорта. Он попытался расслабиться и не ощутил ничего странного. Он стоял в том же радиусе, что и волк, на которого, похоже, способность подействовала. Он убедился, что способность Ауры в самом деле активировалась.

С этого эксперимента Момонга понял, что на него, видимо, не действуют влияющие на психику навыки. А это значит...

Как только в игре класс достигал заданной расовой иерархии, — будь то субчеловеческой или иной расы, — игрок получал особые способности расы. У лича-Момонги тоже были такие способности...

Каждый день возможность призывать четыре высшей нежити, двенадцать средней, двадцать низшей; отрицательный контакт; аура отчаяния пятого уровня «мгновенная смерть»; защита отталкиванием; тёмная душа; тёмный свет; бессмертное благословление; способность суммирования ущерба четвёртого уровня; сопротивление метательному оружию пятого уровня; сопротивление режущему оружию пятого уровня; высшее отражение третьего уровня; высшее сопротивление магии третьего уровня; сопротивление льду/кислоте/электричеству; усиленное зрение / видеть сквозь препятствия.

И ещё дополнительные навыки профессии: усиление «мгновенной смерти», опытные тёмные ритуалы, аура бессмертия, создание нежити и так далее. Особые навыки нежити: сопротивление смертельному удару; сопротивление психическому удару; еда/яд/болезни/сон/мгновенная смерть/паралич — всё неэффективно; магия некроманта; сопротивление повреждению плоти; не нужен воздух; сопротивление способностям ослабевания; сопротивление вытягиванию энергии; использование отрицательного восстановления энергии; ночное зрение.

Конечно, были и слабости ко всему тому, что с положительным эффектом: уязвимость к свету; уязвимость к священным атакам четвертого уровня; уязвимость к штурмовому оружию пятого уровня; наказание второго уровня от святого урона; урон от огня удвоен и так далее.

...Эти базовые навыки изучались в классе Нежить, и особые навыки приобретались в процессе обновлений. Навыки у Момонги были очень высокими.

— С такими результатами я... Спасибо, Аура. У тебя есть какие-либо вопросы?

— Нет, не совсем.

— Ладно... волки, исчезните.

Три волка исчезли без следа.

— ...Владыка Момонга, сегодня вы пришли на наш этаж провести эксперименты?

Мар также кивнул, он тоже хотел это знать.

— Э? А, нет. Я ещё пришёл потренироваться.

— Тренироваться? Э? Вы, владыка Момонга?

Глаза Ауры и Мара настолько расширились, что, казалось, сейчас выпадут из орбит. Высший порядок и правитель Склепа Назарика что-то не знает о заклинаниях. Просто удивительно. Момонга предвидел такую реакцию и быстро ответил:

— Да.

Как только Аура услышала его краткий ответ, её лицо начало возвращаться к своему обычному состоянию. Момонгу удовлетворила эта ожидаемая реакция.

— Могу я спросить, какое величайшее оружие владыка Момонга использует, легендарное?

Легендарное? Момонга, похоже, был немного озадачен, но после того как увидел в глазах Мара огонёк, понял, что вопрос был искренним и без какой-либо злобы.

— Да, это... Все члены гильдии работали вместе, чтобы создать это оружие. Оружие высшего порядка, посох Аинз Оал Гоун.

Момонга поднял посох, и он тут же отразился красивым светом. Однако вместе с тем вокруг света появились трясущиеся зловещие тени, которые можно было назвать лишь злом.

Момонга говорил гордо, что даже его голос стал более возбуждённым:

— В посохе вырезано семь змей, в которые вставлены драгоценные камни артефактного и реликтного уровней. Поскольку он принадлежит к сборному предмету, после полного сбора была получена огромная сила. Мы потратили много упорства и времени, чтобы его полностью собрать. На самом деле один из членов гильдии хотел тогда даже сдаться. Не знаю, скольких монстров мы уничтожили, чтобы заполучить сокровища... И ещё у посоха есть способность преодолеть артефактный уровень! Его сила сопоставима с легендарным предметом. Сильнейшей способностью является автоматический вызов... Кхем.

...Момонга слишком перевозбудился. Хотя в прошлом он создал его вместе со своими товарищами, но поскольку посох никогда не выносили из Тронного зала, не было случая показать его способности. Ну а поскольку Момонга сейчас взял посох с собой, ему захотелось показать его другим. Он хотел продолжить им красоваться, но эмоции его остановили.

Он слишком смутился...

— ...Вот так вот.

— Невероятно, такой сильный...

— Вы сильнейший, владыка Момонга!

Глаза двоих детей так засияли, что почти заставили Момонгу улыбнуться. Из-за усилий, потраченных на сдерживание улыбки, лицо лишилось любых выражений... впрочем, выражений и так не было, у него ведь вместо головы был череп. Он продолжил:

— Так что я хочу поэкспериментировать с этим посохом, и я надеюсь, что вы мне поможете.

— Да! Мы немедленно подготовим арену. Тогда... мы сможем увидеть силу посоха?

— Ну конечно. Я дам вам увидеть самое могущественное оружие, которое у меня есть.

— Потрясающе! — от волнения выкрикнула Аура и мило подпрыгнула.

Мар попытался скрыть возбуждение, но длинные уши никак не унимались, продолжая дрожать. Это плохо, нужно сделать серьёзное лицо, чтобы все расслабились. Момонга напомнил это себе и с достоинством произнёс:

— Аура, есть кое-что ещё. Я приказал всем Стражам этажей придти сюда. Они соберутся меньше чем через час.

— Э? Тогда нам нужно приготовиться...

— Нет, в этом нет необходимости. Мы просто подождём здесь, пока все не соберутся.

— Все Стражи этажей?!. Даже Шалти?

— Да, все.

— ...Ох. — Длинные уши Ауры вдруг стали опускаться.

Мар отреагировал не так сильно, как Аура. Согласно языку их тела, Аура, в отличие от Мара, похоже, недолюбливает Шалти. Что же случится дальше? Момонга тихо вздохнул.

Часть 2

Через пастбище на конях ехали пятьдесят воинов. Все были мускулисты, сильны и особенно бросались в глаза. «Крепкие» — идеальное слово, чтобы их описать. Даже под нагрудниками виднелись мускулы.

Человек, которому было около тридцати, с тёмным, загорелым лицом и заметными морщинами, короткими чёрными волосами и чёрными глазами, острым как меч взглядом посмотрел на ехавшего рядом мужчину.

— Капитан, мы подходим к первой деревне на нашем патрулировании.

— Хорошо, лейтенант.

Гордый воин Королевства Рэ-Естиз Газеф Строноф ещё не увидел ни одного деревенского жителя.

Подавляя рвение понестись вперед, Газеф заставил коня идти ровно. Скорость была небольшой, конь не утомится, но он был на марше аж с Королевской Столицы. Мало по малу усталость накапливалась. Даже конь измучается после такой долгой поездки, Газеф не мог ещё больше увеличивать его бремя.

— Надеюсь, ничего не случилось.

В этих словах скрывалась тревога. У Газефа было такое же чувство. Король, отдавший ему приказ, попросил расследовать случаи того, как у границы видели Имперских Рыцарей. Если они их обнаружат — должны сразу же уничтожить.

Сейчас они были на окраине местности, принадлежавшей городу Э-Рантэл, потому послать войска оттуда было бы быстрее. Однако учитывая, что враг — хорошо вооруженные и тренированные Имперские Рыцари, это было плохой мыслью. Солдаты под прямым командованием Газефа — это единственные в Королевстве, кто мог тягаться с Имперскими Рыцарями. Теперь подавление имперских налётов стало его обязанностью и первой головной болью.

Однако город мог бы послать солдат, чтобы защитить деревни, пока Газеф не прибудет на место. Этого хватило бы, чтобы сопротивляться и выиграть ценное время. Да и других способов сопротивляться было много. Однако ничего не было сделано — нет, никому не позволили ничего сделать.

Газеф знал почему. Из-за этого и не мог унять бесконечную тревогу. Он пытался успокоиться, покрепче сжимая поводья. Было очень трудно подавить огонь в сердце.

— Капитан, глупо, что ещё до нашего прибытия город не отправил никого на поиски врагов. И не только это, ведь можно было попросить помощи, чтобы начать поиски в разных местах, так почему же никто этого не сделал? Да хоть искателей приключений наняли бы. Почему же все сидели сложа руки?

— ...Прекрати, лейтенант. Если на территории Королевства средь бела дня появились бы Имперские Рыцари, положение оказалось бы гораздо хуже.

— Капитан, здесь вокруг ни души. Я надеялся, ты скажешь мне правду.— Лейтенант показал презрительную улыбку, в которой не было даже намёка на доброту, и с презрением продолжил: — Виноваты ведь те дворяне, я прав?

Газеф не ответил, потому что знал — это правда.

— Эти проклятые дворяне считают человеческие жизни инструментами в борьбе за власть! Хуже того, поскольку эта территория под прямым контролем короля, они воспользуются этим, чтобы высмеять короля.

— ...Не все дворяне такие.

— Возможно, капитан, ты и прав, есть дворяне, которые живут ради людей, например Золотая Принцесса. Но их мало... Вот собрали бы мы власть в одни руки, как император, и защитили бы народ от этих проклятых дворян, ведь так?

— Но если ты поспешишь, это может привести к гражданской войне и наша страна расколется. Ещё и эта Империя смотрит на нас жадными глазами. Гражданская война станет национальным бедствием.

— Я это знаю, но...

— Давай до поры до времени не будем об этом...

Газеф внезапно умолк и посмотрел прямо вперед. Впереди за небольшим холмом виднелся дым. Он и его люди знали, что это значит. Газеф невольно цокнул языком. Он галопом выехал на холм — он знал, какая перед глазами откроется картина. Деревня была полностью выжжена. Остатки от сгоревших крыш среди этой разрухи походили на надгробья.

Газеф твёрдым голосом скомандовал:

— Будьте наготове. Действуем быстро.

Деревня сгорела полностью, из обломков домов был едва заметен их изначальный вид. Скача через развалины, Газеф ощутил запах гари с примесью крови. Его лицо было очень спокойным, лишённым всяких эмоций. Но если присмотреться, будет видно, в каком он настроении. У скачущего рядом с ним лейтенанта на лице было такое же выражение.

В деревне проживало больше сотни жителей. Выжило шесть. Остальные — безжалостно убиты. Женщины, дети, даже младенцы. Все.

— Лейтенант, пошли нескольких человек сопроводить выживших в Э-Рантэл.

— Подожди секунду, при таких...

— Ты прав, при таких обстоятельствах мы должны их защитить. — Да, город Э-Рантэл входит во владения короля. И король обязан защитить окрестные деревни. Если выживших тут оставить, это доставит много трудностей королю. Фракция большой знати не пройдёт мимо и точно воспользуется этой возможностью, чтобы доставить неприятности и ослабить влияние короля. Но ещё важнее...

— Пожалуйста, ещё раз подумай. Выжившие видели рыцарей Империи. Это первостепенная задача, назначенная королём. Полагаю, мы должны взять наших людей и временно отступить в Э-Рантэл. Нужно надлежаще подготовиться к следующему шагу.

— Нет.

— Капитан! Ты ведь уже знаешь, что это ловушка. Деревню атаковали, пока мы ехали в Э-Рантэл, это не случайность. Такая жестокость явно для того, чтобы нас выманить, иначе они не были бы столь безжалостными. Это очевидная ловушка.

— Выжившие избежали смерти не потому, что скрылись от рыцарей, а из-за милосердия врага. Боюсь, что это планировали. Они хотят, чтобы мы разделили наши силы для защиты выживших.

— Капитан, ты собираешься их преследовать, даже зная, что это ловушка?

— ...Собираюсь.

— Ты серьезно?! Капитан, ты силен. Даже против сотни рыцарей ты выйдешь победителем. Но у Империи есть знаменитый маг. Если врагом окажется этот старик, даже ты будешь в опасности. Капитан, даже если ты столкнешься с гордостью Империи, четырьмя паладинами, они, скорее всего, тебе проиграют. Прошу, давай пока отступим. Ради Королевства. Даже если пожертвуем несколькими сёлами, это не будет идти ни в какое сравнение с потерей твоей жизни, капитан!

Газеф молча слушал, а лейтенант продолжал оживленно говорить:

— Если не хочешь отступать... давай тогда оставим выживших и погонимся за врагом все вместе.

— Наверное, это самый разумный выбор... но так мы попросту оставим их умирать. Думаешь, они смогут выжить в одиночку?

Лейтенант потерял дар речи, потому что знал: шансы выжить у оставшихся жителей деревни практически нулевые. Если они для защиты не пошлют с ними людей и не приведут в безопасное место, через несколько дней они будут убиты. Но тем не менее лейтенант не был не прав... нет, тут не имело значения кто прав, а кто нет.

— ...Капитан, твоя жизнь наиболее ценна, её нельзя сравнивать с жизнями сельчан.

Газеф понимал, насколько тяжко далось это решение лейтенанту, вот почему позволил ему это сказать. Но тем не менее он не мог с ним согласиться.

— Я родился простолюдином, как и ты.

— Да, но большинство солдат вступили в армию, потому что восхищались капитаном.

— Ты ведь тоже родился в деревне?

— Да...

— Деревенская жизнь не легка, люди часто умирают. Уже даже нападения монстров, после которых остаются горы трупов, стали обыденными, разве не так?

— ...Да.

— С Монстром обычный солдат не справится. Нужно нанимать искателей приключений, а если нет денег, остаётся лишь склониться перед Монстром и ждать помощи.

— ...Да.

— И ты никогда не надеялся на помощь? Когда нуждаешься в поддержке, а дворяне и пальцем не шевелят, у кого есть для этого сила?

— ...Они лишь понадеются на ложь, потому что на помощь не придет никто. Аристократия никогда не даст денег пострадавшим деревням.

— В таком случае... давай докажем, что в реальности это не так. Я хочу помочь крестьянам.

У лейтенанта не нашлось, что сказать — он вспомнил собственный жизненный опыт.

— Мой друг, давай же покажем крестьянам, что значит перед лицом опасности быть готовым пожертвовать жизнью. Храбрый придёт на помощь, и сильный поможет слабому.

Газеф и лейтенант встретились взглядом и обменялись бесчисленными эмоциями. Лейтенант наконец сдался и ответил немного уставшим и взволнованным тоном:

— ...Тогда позволь мне взять лидерство и повести солдат. Меня заменить могут многие, но никто не сможет заменить капитана.

— Не глупи. Выживаемость у меня всегда была высокой. Мы идём не на смерть, а чтобы спасти людей Королевства.

Лейтенант то открывал рот, чтобы что-то сказать, то снова его закрывал. Но в конце концов решил промолчать.

— Возьми нескольких солдат для защиты крестьян и немедленно иди в Э-Рантэл.

В степи на фоне красного заката виднелось множество теней. Сорок пять человек. Эта группа людей вдруг появилась из пустого места. Это явно был хитрый способ магической маскировки.

Группа людей не казалась простыми наемниками, путешественниками или искателями приключений. Все они были в одинаковой одежде. В доспехах из особого металла, увеличивающего подвижность и защиту. Усиленная магией одежда превосходила любую обычную защиту. За плечом небольшой кожаный мешок, если бы на нём не было никаких магических знаков, он был бы похож на простой рюкзак путешественника. На талии пояс с несколькими бутылочками с жидкостью и плащ на спине, источающий магическую ауру.

Собрать столько магических предметов не так уж и просто, нужны деньги, время и много усилий. Значит, группу поддерживали на национальном уровне. Но у них на экипировке не было знаков принадлежности к какой-либо стране. Это был диверсионный отряд, который должен скрывать свою принадлежность.

Они смотрели на опустевшую деревню. От деревни шел запах крови и гари. По их глазам было видно, что обычно они не любят смотреть на такую беспощадность.

— ...Ушли, да? — немного разочаровано сказал глухой голос. — ...Похоже, выбора другого нет. Приготовьтесь напасть на следующую деревню, чтобы его выманить. Нужно заманить зверя в нашу ловушку. — Мужчина смотрел на Газефа, который вдалеке направлялся в ту же сторону, что и группа людей. — Скажи же мне, какая следующая деревня послужит нам приманкой.

Часть 3

На Арене Момонга приготовился пальцем бросить заклинание в стоявшее в углу чучело. Кроме заклинаний простого магического урона, Момонга выучил так называемые заклинания мгновенной смерти, а также другие, эффект от которых увеличивает повреждения. Нелетальных заклинаний у него было относительно мало. Фактически если он решит использовать простую магию урона, поскольку у него класс Некромант, магия будет сильнее, ибо сработает увеличивающий повреждения эффект. В итоге простое заклинание урона нанесёт больше повреждений, нежели какое-нибудь заклинание из усиленного боевого класса.

Момонга посмотрел в сторону и увидел, что за ним наблюдают две пары любопытных детских глаз. Он чувствовал на себе давление, поскольку не был уверен, сможет ли оправдать их ожидания.

Момонга незаметно посмотрел на двух больших монстров. Они возвышались аж на три метра. Кости у них были смесью человеческих и драконьих, мускулы сильны и хорошо натренированны, а их, в свою очередь, покрывала чешуя крепче стали.

Лицо — драконье, хвост толстый, как дерево, и не было крыльев. Они были похожи на двуногого дракона. Руки были длиной в половину их тела и толще, чем у любого человека. В руках толстый меч, напоминающий щит. Эти два монстра были родственниками драконов, и их вызвала Аура, укротительница зверей, которая могла их контролировать. Она их использовала, чтобы организовывать Арену для игр.

Хотя уровень у них был лишь пятьдесят пятый, и почти не было особых способностей, они с бесконечной выносливостью нападали этими мощными руками. Этого было достаточно, чтобы посоперничать с высокоуровневым монстром.

Момонга вздохнул и снова направил посох на чучело. Он глядел вперёд и сильно нервничал, хотя издали это не было видно. Он хотел убедиться, что по-прежнему способен использовать магию. А позволяя Ауре и Мару видеть этот «магический эксперимент», он главным образом хотел показать свою силу и дать им понять, что делать из него врага глупо. Ему нужно было это сделать прежде, чем придут остальные Стражи.

Не было похоже, что эти два дитя его предадут, не было даже малейшего признака измены. Но вдруг он утратил способность использовать магию? Момонга не был уверен, что тогда они и дальше будут ему верны.

Аура относилась к Момонге так, будто уже давно его знает. Однако для него это было как первая встреча. Может быть, их роли были очень хорошо настроены. Они ведь детище гильдии. Однако эмоциональная реакция и паттерны поведения на различные условия не были совершенны и имели некоторые недостатки. Но теперь они стали разумными существами со своим мышлением, вполне возможно, что эти недостатки каким-то образом повлияли на их поведение. Если их лояльность не ослабла, то что же тогда изменилось? К тому же у них в программе не было явно написано, насколько они лояльны. Поэтому то, будут они подчиняться приказам или нет, тоже могло варьироваться. Если они просто не подчинятся, это ещё можно исправить. Но что делать, если они предадут его сразу же, как только поймут, что у него недостаточно силы?..

Хотя слишком параноидным быть глупо, доверять им полностью тоже было не разумно. Проще говоря, сейчас Момонге лучше всего следовало быть осторожным. Впрочем, у эксперимента была ещё одна причина: если ему не удастся использовать магию, он сможет обсудить это с Аурой и Маром. Они верят, что эксперимент проводится, чтобы подтвердить силу посоха, так что сила магии будет зависеть от самого предмета. Если возникнут трудности с его магией, он просто оправдается, что это посох. План был совершенен.

Момонга невольно себя похвалил. В прошлом он всегда был столь спокойным и гибким? Никто не мог ответить на этот вопрос.

Сомнения улетучились, и он начал думать о том, как применялась магия в Иггдрасиле. В игре сила заклинания оценивалась от одного до десяти, а самих заклинаний было больше шести тысяч. Заклинания были разделены на разные типы и системы. Момонга мог использовать семьсот заклинаний восемнадцати различных систем. В общем, игроки сотого уровня обычно могли использовать только триста, потому довольно необычно, что Момонга мог использовать столько заклинаний.

Почти все эти заклинания хранились у него в памяти, и он искал самое подходящее, чтобы сейчас использовать.

Поскольку дружеский огонь работал, нужно было знать, насколько далеко заклинание может ударить. Следовательно, важно, чтобы магия атаковала не выбранные цели, а местность. Затем нужно принять во внимание чучело...

В Иггдрасиле магия активировалась простым нажатием на значок. Однако раз интерфейса нет, нужно использовать другие методы.

Он немного понимал, с чего нужно начинать, хоть и не был в этом полностью уверен. Он ощущал внутри себя силу. Но, похоже, ещё должным образом не установил с ней связь. Момонга сосредоточился. Он представил силу парящей в воздухе... и счастливо улыбнулся.

Он уже знал приблизительную дальность и сколько времени займет откат, чтобы запустить следующее заклинание. Момонга уже досконально освоил это в прошлом. После того как он убедился, на что способен, его одолело новое чувство возбуждения. Он ощутил удовольствие, поскольку знал, что теперь магия — часть его собственной силы, в Иггдрасиле он такого не испытывал.

Внутренне он радовался, хотя радость быстро исчезала, он смог почувствовать возбуждение. Он собрал силу в кончиках пальцев и со словами: — Огненный шар, — указал пальцем на чучело и в ту сторону полетел шар из огня. Как и ожидалось, созданный из горячего пламени шар попал по цели. Вырвалось пламя, и земля вокруг чучела превратилась в огненное море.

Всё это случилось в мгновение ока. Помимо горящего чучела, шар ничего не задел.

— Охх...

Аура и Мар посмотрели озадаченными глазами и невольно хихикнули.

— ...Аура, подготовь новое чучело.

— Ах да, уже бегу! Давай, клади туда!

Рядом с обуглившимся чучелом дракон поставил ещё одно. Момонга подошел к чучелу поближе и запустил заклинание:

— Сжигающее пламя.

Внезапно чучело оказалось в столбе огня. Момонга продолжил запускать заклинания:

— Огненный шар.

Огненный шар ударил по чучелу и превратил того в пепел. Интервал между активацией разных типов магии был таким же, как в Иггдрасиле. Нет, даже быстрее, судя по тому, сколько времени прошло от начала до запуска магии. В игре нужно было сначала выбрать дистанцию, а затем ползунком указать радиус.

— Идеально, — машинально произнес Момонга из-за удовлетворительных результатов эксперимента.

— Владыка Момонга, хотите, чтобы я приготовила ещё чучел? — Аура всё ещё выглядела озадаченной. Она знала, что Момонга могущественный маг, так что она не считала показанный уровень чем-то особенным. Но Момонга и хотел, чтобы близнецы так считали. Этим примером он достиг своей цели.

— ...Нет, я хочу провести другой эксперимент. — Отказавшись от предложения Ауры, Момонга перешел к следующему испытанию. — Сообщение.

Связь с Гейммастером. Если в Иггдрасиле применить магию «Сообщение», пока человек, с которым нужно связаться, находился в игре, послышатся телефонные гудки. Если гудков не будет, связь отключится.

Сейчас было такое чувство, будто он в середине сознания к чему-то прислушивается. Он ощущал, словно протянулась длинная нить в поисках человека, с которым нужно связаться. Момонга впервые испытывал такое чувство, это было очень трудно описать.

Прошло уже некоторое время, а признаков контакта не было, и эффект «сообщения» завершился. Внутри возникло сильное разочарование. Момонга повторил ту же магию. Но на этот раз выбрал не Гейммастера, а одного из старых компаньонов — члена гильдии Аинз Оал Гоун.

После девяноста девяти попыток с никаким результатом он уже было почти сдался. Он послал сообщение всем членам гильдии, но соединения не было. Подтвердив это, Момонга слегка покачал головой. Даже если он знал, что его давно покинули, как только факты оказались перед глазами, он всё же сильно разочаровался.

Наконец он применил магию, чтобы связаться с Себастьяном.

Соединение установлено.

Так он определил, что магия «Сообщение» работает, и в этом мире она не ограничена одними местными.

— Владыка Момонга. — В разуме послышался глубоко уважительный голос. Момонга подумал, что, наверное, на той стороне Себастьян почтительно поклонился, как и он во время разговоров по телефону делал в настоящем мире. Пока он думал об этих глупостях, продолжалась тишина, Себастьян посчитал это странным и обратился снова: — ...Могу я спросить, зачем вы меня вызвали?

— Ах, извини, я на секунду задумался. Что происходит снаружи?

— Вокруг одни луга и я не нашёл ни одной разумной жизни.

— Луга... не болото?

Великий Склеп Назарика должно окружать большое болото. Оно было домом похожему на лягушку монстру под названием Цвик. В болоте было много окутанных густым туманом ядовитых топей.

— Да, вокруг луга.

Момонга невольно улыбнулся. Это уж слишком...

— Весь Великий Склеп Назарика перенесся в неизвестное место?.. Себастьян, там ничего не плывет по небу, или же не видно каких-то признаков магии?

— Нет, не вижу ничего подобного. Вверху бескрайнее небо, как на шестом этаже.

— Что! Небо, говоришь?.. А вокруг нет ничего странного?

— Нет... мы нигде не нашли ничего странного. Кроме Назарика, здесь снаружи нет никаких других строений.

— Неужели... неужели...

Что же сказать? Похоже, Момонга не мог заставить себя в это поверить. Однако сердцем он уже знал, что это правда.

Себастьян молчал, ожидая приказаний. Момонга посмотрел на левый наруч. Через каких-то двадцать минут начнут приходить Стражи. В таком случае ему оставалось отдать лишь один приказ:

— Возвращайся в течение двадцати минут. Вернись в Назарик и иди на Арену, где должны собраться все Стражи. Расскажешь нам всё, что видел.

— Да, сэр.

— Поэтому, прежде чем возвращаться, собери как можно больше информации.

После этого Момонга отключил «Сообщение». Он подумал было, что всё уже подошло к концу, и почти вздохнул, но тут вдруг вспомнил, что на него смотрят две пары глаз.

Сейчас, когда они увидели силу посоха, нужно позволить им её испытать. Взявшись за посох, Момонга заколебался, какую магию использовать. В посохе Аинз Оал Гоун скрывалась бесчисленная сила монстров, и если Момонга этого пожелает, может применить «Быстрый призыв». Относительно великолепная небольшая магия...

«Призыв первобытного огненного элементаля», — подумал Момонга и выбрал огненный драгоценный камень, затем активировал скрытое внутри заклинание, «Призыв первобытного огненного элементаля». Отвечая Момонге, камень во рту змея задрожал, и из него полилась мощная сила. Момонга поднял вверх посох Аинз Оал Гоун — перед ним начал накаляться огромный шар света. Из шара появился другой шар, побольше, вокруг которого вихрем закрутился огонь. Пламя завращалось всё быстрее и быстрее, пока наконец не стало огненным торнадо четыре метра в диаметре и шесть метров высотой.

Воздух вокруг стал адски горячим. Уголком глаза он увидел перед Аурой и Маром два больших туловища наследников драконов. Горячий воздух, потрескивая, налетел на плащ Момонги. Не было бы удивительным, если бы после такого невероятного жара остались ожоги. Но Момонга уже преодолел изначальную слабость Нежити — у него было полное сопротивление огню.

Вскоре большой и ослепительно яркий огненный торнадо, достаточно сильный, чтобы расплавить металл, начал собираться в человеческую форму.

Первобытный огненный элементаль среди элементалей был одним из могущественнейших, у него был уровень выше восемьдесят пятого. Как и с волком лунного света, Момонга тоже ощутил удивительную связь между собой и элементом огня.

— Вот это да... — поразилась Аура, неотрывно глядя вперёд. Сама она не могла вызвать высшего элементаля, так что у неё на лице появилась радость как у ребенка, получившего рождественский подарок.

— ...Хочешь поединок?

— Э?

— Э, э?

На мгновение остолбенев, Аура, придя в себя, показала невинную детскую улыбку. Хотя для ребёнка её улыбка была немножко... нет, даже очень свирепой. Как только она коснулась стоявшего рядом Мара, улыбка сменилась назад на более детскую.

— Правда?

— Можете даже уничтожить его, это не важно, — пожал плечами Момонга. С силой посоха можно было вызывать по одному первобытному огненному элементалю в день. Другими словами, завтра он сможет вызвать нового. Так что даже если элементаль будет уничтожен, это не будет такой уж большой потерей.

— Ах, мне вдруг вспомнилось, что у меня есть другие срочные дела...

— Мар. — Аура крепко схватила Мара за руку, не давая тому сбежать. Её улыбка заставила Мара замереть. Для Момонги это была милая девичья улыбка, но в глазах брата это была совсем иная улыбка. У Мара невольно застыло лицо.

Его потянули к элементалю. Забегав глазами в поисках помощи, он, в частности, словно на лице расцвёл цветок, посмотрел в сторону Момонги. но Момонга лишь помолился в ответ. Оказавшись на месте, цветок сразу же завял.

— Ну, вы двое просто поиграйте с ним. Если поранитесь, не вините меня.

— Хорошо-о! — воодушевленно ответила Аура, ну а от Мара послышалось какое-то невнятное бормотание. Момонга счёл, что тот не будет за это держать на него зла. Он хотел протестировать связь с элементалем и дал команду близнецам атаковать. Элементаля обволокло насильственное пламя, Аура и Мар атаковали вместе.

Аура била кнутом, а Мар наносил урон магией.

— Похоже, они справятся с лёгкостью.

Момонга на время отстранился от лицезрения этой битвы силы и задумался над тем, как должен продолжать исследовать этот мир. Магия и активация предметов уже подтвердились. Значит, дальше следует протестировать экипировку. В особенности свитки и палочки. Магические предметы наподобие свитков разрушаются после применения, а палочки и короткие посохи нужно перед использованием заряжать магией.

У Момонги было много магических предметов. Он больше любил их хранить, нежели использовать, такой уж у него был характер. Он чувствовал сожаление, когда использовал расходные предметы. Даже перед боссами ему не хотелось использовать самые передовые зелья восстановления. Его нельзя было назвать осмотрительным, просто он был скупым. Вот так вот предметы и начали постепенно накапливаться.

В Иггдрасиле Момонга держал такие предметы в ящике. Куда он делся теперь?

Момонга представил, как открывает ящик с предметами и начал нащупывать рукой в воздухе. Рука вдруг прошла сквозь что-то и частично исчезла. Будто Момонга просунул её в открывшееся окно. В месте, где изначально ничего не было, образовалось отверстие с несколькими прекрасными палочками внутри. Отверстие было таким же, как ящик предметов Иггдрасиля.

Он задвигал рукой, и предметы внутри изменились. Внутри были свитки, короткие посохи, оружие, броня, украшения, драгоценные камни, а также лекарства и другие расходные магические предметы... количество было просто невероятным.

Момонга невольно расслабился и улыбнулся. С этим даже если весь Назарик станет ему врагом, у Момонги будет достаточно, чтобы гарантировать себе безопасность.

Безучастно глядя на бой Ауры и Мара, Момонга начал подводить итоги на основе полученной информации. НИП, которых он встретил, запрограммированы? Нет, они ничем не отличаются от людей. Программа просто не может показать такие точные эмоции. Следует признать, что по какой-то причине они все стали как люди.

И что это за мир? Он не знал. Раз можно использовать магию из Иггдрасиля, значит, будет уместным предположить, что он сейчас в игре наподобие Иггдрасиля. Но по его собственному суждению это сомнительно. Мир вообще не похож на игру. Так он всё же в игре или в другом мире? Должно быть что-то из двух. Хотя немного странно будет это прямо спрашивать.

Как следует встретить будущее? Нужно узнать, насколько Иггдрасиль повлиял на этот мир. Если монстры в Назарике и НИП основаны на электромагнитных данных из Иггдрасиля, врагов здесь быть не должно.

Трудность в том, что кроме электромагнитных данных, в них есть некие другие данные. Тогда следует к ним относиться по-другому. Одним словом, пока у него здесь высшая позиция следует вести себя величественно и в соответствии своему положению.

Что делать в будущем? Нужно действовать осторожно и попытаться собрать всю возможную информацию, хотя ещё не ясно, как этот мир устроен, сейчас Момонга просто невежественный путешественник.

Если это иной мир, следует ли пытаться найти дорогу назад? Вряд ли. Если бы в старом мире были друзья, тогда да. Наверное, будь живы родители, было бы разумно поискать дорогу домой. Если есть семья, которую нужно поддерживать, или девушка... Но его никто не ждал.

В старом мире он был простым офисным служащим. Когда после работы возвращался домой, заходил в Иггдрасиль и ждал там своих друзей. Боюсь, в будущем такого больше не будет. Тогда какой смысл возвращаться?

Но если есть возможность вернуться домой, следует найти выход. Иметь ещё один вариант всегда лучше, поскольку снаружи может быть ад.

— Что делать теперь... — отразились эхом одинокие слова Момонги.

Часть 4

Большой первобытный огненный элементаль медленно растаял и исчез. Горячий воздух тоже постепенно остывал.

С исчезновением элементаля Момонга почувствовал, как его господство над ним тоже пропало. Хотя первобытный элементаль обладал необычайной разрушительной силой и выносливостью, его невероятный огненный урон мог стать совершенно неэффективным. Для Ауры с её подвижностью это была всего лишь крупная цель.

Обычно Аура тоже немного пострадала бы, но поскольку Мар был друидом, он её защищал. На самом деле он эффективно использовал магию на протяжении всей битвы и помогал Ауре, её усиливая, а врага ослабляя. Они очень хорошо сыграли роли атакующего и защитника, можно сказать, что они идеально друг другу подходили. Вместе с тем Момонга также ощутил разницу между этой битвой и игровыми сражениями. Это был реальный бой.

— Захватывающе... Вы оба... хорошо постарались.

Услышав искренний восторг Момонги, двое детей заулыбались от уха до уха:

— Спасибо за вашу похвалу, владыка Момонга. Мы уже давно не проводили такого отличного упражнения!

Они двое вытерли с лица пот, но пота появилось ещё больше, он ручьем стекал с их тёмной кожи. Момонга молча открыл ящик предметов и достал «бесконечную флягу». В Иггдрасиле был голод и жажда, но это совсем не относилось к Момонге, он ведь был нежитью. Так что он никогда не пользовался этим магическим предметом. Самое большее — использовал его на ездовом животном. Фляга наполнилась свежей водой. Вода была холодной — на фляге начали собираться капельки воды. Он достал две прекрасные чашки, наполнил их водой и дал близнецам:

— Аура, Мар, возьмите, выпейте.

— Э? Вы слишком добры, владыка Момонга...

— Да, ведь своей магией я тоже могу сделать воды.

Видя, как Аура замахала руками, а Мар головой, Момонга улыбнулся:

— Это пара пустяков. Вы всегда хорошо мне служите, и это вам моя благодарность.

— Ах...

— Ух...

Покраснев, Аура и Мар робко взяли чашки.

— Спасибо вам, владыка Момонга!

— М-мне сам владыка Момонга налил воды!

А не перебарщивают ли они, став такими счастливыми? Аура больше не отказывалась — взяла чашку обеими руками и залпом выпила. Она проливала капли воды, которые стекали к горлу и исчезали ниже, у груди. Мар держал чашку тоже обеими руками, но глотки делал небольшие. Даже по тому, как они пили, была видна разница в их характере.

Наблюдая за ними, Момонга коснулся рукой шеи. Для него это чувствовалось так, будто там ещё осталась кожа. Но пока ещё он не чувствовал ни жажды, ни даже сонливости. У нежити нет таких ощущений, это очевидно, но когда вдруг обнаруживаешь, что больше не человек, то не можешь в это поверить, считая всё шуткой. Момонга продолжил себя ощупывать. Не было ни кожи, ни мускул, ни кровяных сосудов, ни нервов, ни органов... одни кости. Он это знал, но всё равно это казалось ему нереальным, он продолжал себя ощупывать. Осязание по сравнению с человеческим ослабло. Будто касаешься чего-то через ткань. С другой стороны, зрение и слух стали острее. Можно было подумать, что тело из самих костей быстро сломается, однако каждая кость была крепче стали. И несмотря на то, что он стал совсем не таким, как был в прошлом, у него было странное чувство удовлетворения и завершенности. Будто таким тело и должно быть. Возможно, именно поэтому он не запаниковал, когда тело превратилось в кости.

— Хотите ещё? — Момонга поднял бесконечную флягу и спросил.

— Ах... спасибо вам! Я уже напилась!

— Правда? А ты, Мар? Хочешь ещё пить?

— Э! Ну... ух... я... уже напился. Я уже больше не чувствую жажды.

Кивая в ответ, Момонга взял чашки и положил их назад в ящик предметов.

Аура вдруг прошептала:

— Я думала, владыка Момонга более устрашающ.

— Э? Правда? Если это так, тогда прямо сейчас...

— Сейчас лучше! Намного лучше!

— Тогда пусть так будет и дальше.

Слыша возбужденные ответы Ауры, Момонга немного удивился, у него даже не нашлось, чем ответить.

— Владыка Момонга, вы ведь добры не только с нами, правда ведь? — спросила Аура.

Момонга не знал, как ответить и просто похлопал Ауру по голове.

— Хе-хе-хе, — Аура была похожа на щенка, отыскавшего себе новую излюбленную игрушку, а на лице Мара появилась сильная зависть.

Внезапно послышался голос:

— Хм? Неужели я прибыла первой?

Хотя тон был зрелым, голос звучал довольно молодо. Из земли начала подниматься тень. Тень медленно превратилась в форму двери и оттуда вышла девушка.

На ней было чёрное вечернее платье. На вид — сделанное из нежной ткани. Низ был тяжелым и широким, а верх придавал ей стройности. На голове была кружевная ленточка, а на руках длинные такие же кружевные перчатки. У неё почти не оставалось открытых участков кожи. Прекрасные черты лица можно было описать лишь одним — «настоящая красавица». Поскольку серебряные волосы были завязаны ленточкой в один хвост, они не закрывали лицо. Глаза были тёмные, а взгляд милый и кокетливый.

На вид ей было около четырнадцати, или даже меньше, её детское личико сочетало в себе простое изящество и тонкость, истинная красота. Но грудь у неё была большой, она немного не сочеталась с её возрастом.

— ...Мгновенные перемещения строго запрещены в Назарике, разве тебе не говорили не пользоваться самовольно «Порталом»? Шалти, ты что, не способна дойти до Арены на своих двоих?

Рядом с ухом Момонга услышал нетерпеливый голос. Таким ледяным тоном не просто укрощают щенков, голос был полон враждебности. Мар снова задрожал и быстро, маленькими шажками, отошёл от сестры. Однако полное изменение отношения Ауры удивило даже Момонгу.

Девушку, которая чтобы сюда прийти применила высшую магию перемещения, звали Шалти. Она даже не удосужилась глянуть на мрачное лицо Ауры, стоявшей рядом с Момонгой, вместо этого став прямо перед ним.

От её тела исходил интригующий аромат.

— ...Воняет, — выругалась Аура. Ирония в её голосе гласила: «Видно, это запах нежити, ибо мясо сгнило».

Наверное увидев, как Момонга машинально поднял руки, чтобы их понюхать, Шалти нахмурилась:

— ...Такие слова очень неприятны. Знаешь, владыка Момонга ведь тоже нежить.

— Что? Что за чушь ты несешь, Шалти? Как может владыка Момонга быть обычной нежитью?! Да он уже достиг реальности выше нежити, или даже на уровне Бога нежити.

Момонга услышал, как Шалти и Мар издали возглас удивления. Хотя сейчас это было немного неясно, но в Иггдрасиле Момонга был обычной нежитью... он ощутил себя немного уязвлённым. В общем, в царстве мертвых не было никакой высшей нежити или Бога нежити.

— Но сестра, твои слова всё равно были немного неприятными.

— О, правда? Ну тогда попробуем снова. Кашель ну... может быть, воняет как гнилое мёртвое мясо?

— Так... лучше, — соглашаясь со второй попыткой Ауры, Шалти потянулась тонкими руками к голове Момонги и обняла его: — Ах, мой господин, мой единственный правитель, ох мой хозяин.

Она приоткрыла красные губы, выставляя влажный язычок. Он был похож на отдельное создание, облизавшее по кругу ей губы. Момонга ощутил из её рта ароматный запах.

Хотя красота у неё была чарующей, из-за внешности ребёнка люди не могли не улыбнуться такому контрасту. Ростом она была небольшим, даже когда хотела обнять Момонгу за шею, выглядело так, будто она лишь повисла на нём. Момонге, не привыкшем к девушкам, это действие казалось очень провокационным. Ему захотелось сделать шаг назад, но в конечном итоге он решил остаться на месте.

У неё такой характер? В голове засела эта новая мысль. Думая о прошлом, он вспомнил, что эту девушку создал Пэроронтино, так что такой характер вполне мог бы быть. Поскольку он сильнее всех любил эро-игры, он гордо говорил: «Эро-игры — моя жизнь!».

Характер Шалти Бладфолен создал этот никуда не годный человек. Она была Страж первых трех этажей Великого Склепа Назарика, «истинный вампир», а также шедевр любителя эро-игр. Каждое его творение было напичкано стереотипами и ролями из эро-игр.

— Покажи хоть немного сдержанности...

Шалти впервые отреагировала на этот глубокий рёв и насмешливо посмотрела на Ауру:

— Коротышка, так ты здесь? Я тебя не видела, я думала, ты ещё не пришла.

Момонга не пытался им помешать. У Ауры дёрнулось лицо, но Шалти совсем на неё не обратила внимания и повернулась к Мару:

— Должно быть, трудно с такой ненормальной сестрой. Будет лучше, если ты побыстрее от неё уйдешь, или в один прекрасный день станешь таким же.

Мар тут же изменился в лице, ведь он знал, что Шалти пытается использовать его, чтобы начать ссору с его сестрой. Но Аура лишь улыбнулась...

— Так шумно, ты, поддельные сиськи.

...И уронила бомбу.

— Что за чушь ты несешь!..

Эх, её характер совсем порушился... невольно подумалось Момонге. Шалти всецело показала свою истинную натуру, она перестала говорить вычурно.

— С одного взгляда можно сказать, что твоя ложбина выглядит так странно. Сколько разного ты туда напихала?

— Ваах... ваах. — Шалти отчаянно отвернулась, пытаясь сокрыть ложное заявление Ауры. Но та, с другой стороны, злобно ухмыльнулась:

— Набивка так высоко... а она не сползает, когда ты ходишь?

— Галк! — Шалти издала странный звук, когда её ткнули протянутым пальцем.

— Прямо в точку! Ха-ха-ха! Ты больше это не скрое-ешь!! Так ты волновалась, и поэтому не ходила, а использовала «Портал» ха-ха...

— Заткнись! Коротышка! Сама-то плоская, как поле! У меня хоть неб... у меня там большие! — Шалти с отчаянием провела контратаку. А Аура показала ещё более злобную улыбку. Шалти на шаг отступила, будто испугавшись. Она машинально прикрыла груди, это было жалко.

— ...Мне всего лишь семьдесят шесть, у меня ещё есть время. В отличие от тебя, Нежити без будущего. Какая жалость, ты никогда не станешь половозрелой.

Шалти невольно застонала и отступила назад. Она потеряла дар речи. Видя её такой, Аура улыбнулась, на этот раз устрашающе:

— На самом деле сейчас я очень довольна своей грудью! — она ударила себя по груди.

Момонга услышал, как что-то со стороны Шалти начало потрескивать. Она наконец вышла из себя.

— Зловонный дьяволёнок! Слишком поздно сожалеть!

Перчатку Шалти заволок чёрный туман. Аура взяла кнут и приготовилась к бою. А Мар, похоже, запаниковал. Эта сцена выглядела знакомой, но должен ли Момонга их останавливать? Он колебался. У создателя Шалти, Пэроронтино, была сестра — создательница Ауры и Мара, Симмеринг Тиапот, они иногда были такими же шумными, как эти две. На таком фоне Момонга вспомнил своих старых товарищей.

— Так шумно.

Пока Момонга предавался воспоминаниям, нечеловеческое создание заговорило человеческим голосом, что совсем не подходило его внешности. И те две сразу же прекратили ссориться. Они посмотрели в сторону голоса и увидели холодную, жутко выглядящую фигуру. Они даже не заметили, как он прибыл. С огромным двух с половиной метровым ростом, оно походило на насекомого, ходящего на двух ногах, если дьявол окажется слиянием богомола и муравья, именно так он и будет выглядеть. У него был длинный, пятиметровый хвост, а тело покрыто острыми, как шипы, сосульками. Сильная челюсть могла с лёгкостью перекусить человеческую руку. Одной парой рук он держал серебряную алебарду, а другой парой — булаву, из которой исходил тёмный свет, и ножны с кривой формой, в которых, похоже, был палаш. Пронизывая холодом, бледно-голубой костяной доспех сочился алмазной пылью, как ярким светом. Плечи и спина походили на поднятый айсберг. Это был Страж пятого этажа Назарика, «Повелитель Льда» Коцит. Он стукнул алебардой о землю, и пол вокруг медленно замерз.

— Ваша маленькая игра зашла слишком далеко...

— Эта мелкая сознательно меня провоцировала...

— А вот и нет...

— Воо аххх...

Шалти и Аура глядели друг на друга пронизывающим взглядом, а Мар недалеко паниковал. Момонга наконец пришёл в чувство и намеренно низким голосом пригрозил:

— ...Шалти, Аура. Хватит ругаться.

Они неожиданно задрожали, но склонили голову:

— Просим прощения!

Момонга неторопливо кивнул, приняв их извинения, и повернулся к Коциту:

— Ты пришел, Коцит.

— Получив приказ от владыки Момонги, конечно я сразу приду.

Изо рта Коцита шёл белый туман, а влага в воздухе замерзала. Холод был сравним с пламенем того огненного элементаля. Температура была достаточно низкой, чтобы наложились различные отрицательные эффекты, можно было даже обморожение получить. Но Момонга ничего не ощущал. Ведь у него было сопротивление огню, льду и кислоте, а также способ противостоять этим атакам.

— В последнее время нет нарушителей, очень расслабляет, так ведь?

— Верно. — Его челюсти издали звук, похожий на жужжание осы, но, видно, это Коцит так смеялся, по крайней мере так посчитал Момонга. — ...Но тем не менее кое-что нужно делать, я не могу расслабляться.

— Да? Что-то нужно делать? Можешь поведать?

— Да, тренировку. Её нужно делать в любое время и в любом месте.

У Коцита был класс воина, хотя по внешности и не скажешь. Его характер и настройки персонажа были заданы соответствующим образом. Если бы Стражей оценивали по использованию разнообразного оружия и силе атаки, он не уступил бы никому.

— Ты делаешь всё это для меня, так ведь? Ты хорошо потрудился.

— Это стоило того, чтобы услышать такие слова. Хм, Демиург и Альбедо. прибыли. — Коцит посмотрел на вход Арены, там приближались две тени. Впереди шла Альбедо, за ней следовал похожий на служащего мужчина.

Когда до Момонги оставалось несколько метров, Альбедо улыбнулась и низко поклонилась. Мужчина тоже элегантно поклонился:

— Я заставил всех ждать, очень сожалею.

Ростом примерно метр восемьдесят, загорелая кожа, частично азиатское лицо и красиво уложенные волосы. За круглыми очками глаза были столь прищурены, что их не было видно. Было такое чувство, что глаза и вовсе закрыты. Одетый в британский костюм, конечно же с галстуком, он был похож на способного предпринимателя или адвоката. Но даже если он был одет как джентльмен, можно было почувствовать его зловещую сторону. За спиной был серебристый хвост, покрытый металлическими пластинами и с шестью длинными шипами на конце. Вокруг постоянно кружились черные огоньки. Этот мужчина был «Творец Адской Тюрьмы» Демиург, Страж седьмого этажа Назарика. Ролью этого демона в его настройках персонажа было «командование обороной из НИП».

— Похоже, все собрались.

— ...Владыка Момонга, кажется, двое ещё не прибыли.

Прозвучал пронизывающий и обворожительно глубокий голос. У слов Демиурга был постоянный особый эффект, называемый «Мантра превосходства». Она мгновенно превращала людей со слабым сердцем в его кукол. Но эта особая способность не действовала на присутствующих. Чтобы подействовать, уровень у другой стороны должен быть ниже сорокового, так что для присутствующих самое большее голос звучал довольно приятно.

— В них нет нужды. Эти два Стража работают только при особых обстоятельствах. Пока они не требуются.

— Понятно.

— ...Кажется, мой союзник не придёт.

Услышав эти слова, Шалти и Аура в мгновение замерли, и даже у Альбедо, похоже, немного ужесточилось лицо.

— ...Ну, этот тип охраняет не только меня... но и часть моего этажа.

— Да, верно...

Шалти и Аура натянуто улыбнулись, а Альбедо несколько раз кивнула в знак согласия.

— ...Принц Ужаса. Да, лучше сообщить и Областным стражам, например Гурену и Гранту. Пусть Страж каждого этажа передаст это соответствующим Областным стражам.

В Великом Склепе Назарика Стражи подразделялись на два типа. Первые, сейчас стоявшие перед Момонгой, отвечали за один или несколько этажей, Стражи этажей. Вторые отвечали за охрану полей, особых зон каждого этажа. Проще говоря, Областные стражи управлялись Стражами этажей и отвечали за охрану особых зон. Их было много, так что они были не так уж и важны. Как правило, упоминая Стражей в Назарике, имели в виду Стражей этажей.

Все Стражи этажей выслушали указание Момонги. И раз все собрались, Альбедо начала:

— Вы все, пожалуйста, покажите свою верность верховному правителю.

Все Стражи склонили голову, у Момонги даже не было возможности встрять. Все выстроились в линию, а Альбедо стала впереди. У каждого на лице было серьёзное и почтительное выражение. Настроение было торжественным. Ближайшей к нему была Шалти, она сделала шаг вперед:

— Страж первого, второго и третьего этажей, Шалти Бладфолен, пришла увидеть господина.

Она опустилась на колено, руку приставила к груди и уважительно поприветствовала.

После церемониального приветствия Шалти, вперед шагнул Коцит:

— Страж. пятого. этажа, Коцит, пришёл. увидеть. господина.

Как и Шалти, он на церемониальный манер стал на одно колено перед Момонгой.

Затем последовали близнецы-тёмные эльфы:

— Страж шестого этажа, Аура Белла Фиора, пришла увидеть господина.

— Страж того... того же шестого этажа, Мар Белло Фиор, пришёл увидеть господина.

Как и остальные, они опустились на колено и почтительно поприветствовали. Тела Шалти, Коцита, Ауры и Мара отличались, шаги у них были разными, но на колено они ставали в довольно аккуратную линию.

Затем грациозно шагнул вперед Демиург:

— Страж седьмого этажа, Демиург, пришел увидеть господина.

Холодным тоном и в элегантной позе Демиург сердечно поприветствовал. Наконец шагнула вперед Альбедо:

— Командир Стражей, Альбедо, пришла увидеть господина.

Момонга улыбнулся Альбедо, которая стала на колено точно так же, как и остальные Стражи. Однако Альбедо с опущенной головой ясным голосом продолжила докладывать:

— Кроме Стража четвертого этажа, Гаргантюа, и Стража восьмого, Виктима, Стражи каждого этажа явились преклонить колено... как господин и приказывал. Ради вас мы без колебаний пройдём через огонь и воду.

Перед шестью опущенными головами Момонга, видно, не мог вымолвить и слова, лишь горло делало булькающие звуки. Сцену покрыло ненормальное давление. Давление... наверное, лишь Момонга его чувствовал.

Я не знаю, что делать.

Такая сцена, наверное, случается лишь раз в жизни. Погружённый в хаос ум Момонги активировал особое умение, ауру, сияющую ярким светом. Но у него не было времени её отменить, он отчаянно искал в памяти фильм или сериал с такой сценой. Он хотел вести себя подобающе.

— Поднимите голову.

Все подняли голову. Действие было таким синхронным, что Момонга почти что спросил их, не тренировались ли они вместе.

— Итак... сначала хочу поблагодарить вас за то, что пришли.

— Пожалуйста, не благодарите нас. Мы лишь преданные подчинённые владыки. Владыка Момонга наш верховный правитель.

Похоже, никто из других Стражей не пытался возразить. Она и вправду была достойным командиром. Перед такими серьезными взглядами Стражей у Момонги застрял ком в горле, он начал чувствовать, будто бы задыхается. Это давление от того, что ты лидер, сильное физическое ощущение. Его указания затронут будущее, он немного колебался, какой сделать следующий шаг. Из-за его решения Великий Склеп Назарика может быть разрушен... его охватила тревога.

— ...Владыка Момонга, чувствовать колебания нормально, потому что по сравнению с владыкой, наша сила незначительна. — Альбедо, прекратив улыбаться, говорила с почтительным и внушающим страх выражением на лице. — Что бы ни приказал владыка Момонга, какой бы сложной задача ни была, я, нет, все Стражи этажей её выполнят, даже если это будет стоить жизни. Мы поклялись никогда не опозорить сорока одного Верховного создателя Аинз Оал Гоун.

— Этим я клянусь!

За Альбедо в унисон ответили остальные Стражи. Голоса их были полны силы, никто не смог бы поколебать их твердую как алмаз преданность и решимость, сколько бы ни пытался. А Момонга ещё подозревал, что эти НИП могут предать. После такого приветствия его мрачное настроение исчезло без следа. Он был глубоко тронут и очень рад. Подумать только, разработанные членами Аинз Оал Гоун НИП оказались столь величественны.

Славный золотой век всё ещё продолжается. Кристаллизация всеобщего труда, Шедевры, которые они создали, по-прежнему существуют в этом мире... и Момонга поистине был этому рад. Он улыбнулся, но поскольку голова у него была черепом — выражение лица не изменилось. Однако красные огоньки в глазницах засияли намного сильнее. Как только тревога ушла, Момонга просто сказал то, что сказал бы лидер:

— Стражи, вы лучшие. Уверен, вы сможете понять мои намерения и с успехом выполните миссию. Может быть, вы что-то не поймете, но сосредоточьтесь на том, чтобы слушать. Полагаю, Великий Склеп Назарика оказался вовлечен в инцидент неизвестного происхождения.

На Стражах по-прежнему был серьезный взгляд, и не было ни намека на удивление.

— Хотя я не знаю, что стало причиной инцидента, Назарик, который в прошлом находился в болоте, переместился на луг. Есть тут те, кто хоть что-то знает об этом явлении?

Альбедо посмотрела на Стражей, чтобы увидеть их выражение, и прямо ответила:

— Нет, я сожалею, но мы ничего не знаем.

— Что ж, тогда следующий вопрос. Ничего странного не случалось на ваших этажах?

Каждый Страж ответил:

— На седьмом этаже не было никаких происшествий.

— На шестом тоже.

— Да... да, сестра права.

— И на пятом.

— На этажах с первого по третий инцидентов не было.

— Владыка Момонга, я хочу как можно скорее исследовать четвертый и восьмой этажи.

— Так тому и быть. Эту задачу я поручаю тебе, Альбедо, но будь осмотрительнее на восьмом этаже. Если что-то случится, ты, возможно, не сможешь с этим справиться.

Альбедо низко поклонилась, показывая своё понимание. Шалти добавила:

— Тогда дайте мне ответственность за поверхность.

— Нет, прямо сейчас поверхность разведывает Себастьян.

Альбедо, которая тогда присутствовала, никак не отреагировала, но остальные Стражи не смогли скрыть удивления.

В Великом Склепе Назарика было четыре НИП, превосходных в ближнем бою. Коцит обладал разрушительной силой и наиболее умело использовал разное оружие. Альбедо в полной тяжелой броне обладала непробиваемой защитой. Однако Себастьян обладал наибольшей боевой мощью, он мог выстоять против них двоих. Впрочем, их мог победить кое-кто ещё.

Вот почему Стражи были удивлены. Сильнейший воин, непобедимый Себастьян, был послан на простую разведывательную миссию. Возможно ещё, что все посчитали, что Момонга слишком осторожен, и потому почувствовали особую напряженность.

— Уже почти время ему вернуться...

И как раз в эту секунду Момонга увидел, как к нему идёт Себастьян. Как и Стражи, Себастьян преклонил колено:

— Владыка Момонга, простите, что опоздал.

— Не волнуйся, доложи о том, что видел.

Себастьян поднял голову и посмотрел на Стражей.

— ...Мы ещё не встречались с таким раньше, разумно дать знать всем Стражам этажей.

— Да. Прежде всего, в один километр вокруг — луга. Нет ничего, созданного человеком. Хотя я видел некоторых маленьких созданий, людей или больших созданий не было.

— Эти маленькие создания, они монстры?

— Нет, видно, они даже сражаться не умеют.

— Ясно. Эти луга, они ведь состоят не из острых замороженных травинок, этаких лезвий, которые проткнут ногу, если на них наступить?

— Нет, там обычная трава. Ничего особого.

— Ты также не видел в небе ничего похожего на замок?

— Нет, ничего такого не видел. Будь-то на земле или в небе, нет ничего рукотворного.

— Ясно, просто обычное небо... Хорошая работа, Себастьян.

Момонга, хваля Себастьяна, разочаровался из-за отсутствия полезной информации. Но он знал, что это уже не виртуальный мир Иггдрасиля. Хотя по-прежнему не понимал, почему может пользоваться инвентарем и магией из Иггдрасиля.

Момонга понятия не имел, как сюда попал, но лучше пока повысить безопасность Назарика. Сейчас невозможно узнать, попал ли Назарик на чьи-то владения, если это так — без сомнений, кто-то придёт жаловаться. Нет, будет чудо, если всё закончится только жалобой.

— Стражи, прежде всего я хочу, чтобы вы увеличили безопасность каждого этажа. Поскольку мы не знаем, что может случиться, не будьте небрежны. Если появятся нарушители, не убивайте их, а захватывайте живыми. Попытайтесь им не навредить тоже. Во время этой неизвестности я извиняюсь, что вас всем этим побеспокоил.

Стражи приняли приказ, почтительно поклонившись.

— Далее я хочу понять, по какой системе мы работаем. Альбедо, как при чрезвычайных обстоятельствах Стражи этажей обмениваются информацией друг с другом?

В игре Стражи были простыми НИП, действующими по заданной программе. Они не могли обмениваться информацией и лишь охраняли свой этаж.

— Каждый Страж охраняет свой этаж согласно собственному суждению, однако общая ответственность лежит на Демиурге и все делятся с ним информацией.

Момонга немного удивился, но затем медленно и с удовлетворением кивнул:

— Великолепно, о безопасности Назарика заботится Демиург, а за Стражей отвечает Альбедо. Вы двое должны подготовить более обширную систему управления.

— Вас поняли. Планирование системы управление не должно включать восьмой, девятый и десятый этажи, так ведь?

— На восьмом этаже Виктим, так что с этим проблем быть не должно. Нет, даже входить на восьмой этаж запрещено. Приказ, который я отдал Альбедо, тоже отменяется. Никто не заходит на восьмой этаж без моего разрешения. После отмены печати, между седьмым и девятым этажом будет прямой доступ. Включите в систему девятый и десятый этажи тоже.

— Вы уверены, что этого хотите? — Альбедо удивилась, и даже Демиург расширил глаза от удивления, явно показывая внутренние чувства. — Правильно ли пускать этих слуг в святая святых верховного правителя? Так ли уж необходимо заходить так далеко?

Под слугами она имела в виду не НИП, которых создали члены Аинз Оал Гоун, а сгенерированных игрой монстров. «За исключением нескольких, на девятом и десятом этажах слуг нет», — прошептал тихим голосом Момонга. Альбедо считала эти этажи святыней, но там не было ничего такого. На девятом этаже не было монстров, потому что если сильнейшие НИП восьмого этажа были бы побеждены, шансы у Аинз Оал Гоун выиграть были бы очень низкими. Таким образом гильдия могла сыграть роль «плохого парня» и собраться на последний бой в Тронном зале.

— ...Ничего, сейчас ведь чрезвычайные обстоятельства, нужно больше рабочей силы.

— Поняла. Я тщательно отберу по силе и характеру.

Момонга кивнул, затем перевел взгляд на близнецов:

— Аура и Мар... вы можете сокрыть Склеп Назарика? Использование магии иллюзий... меня в дрожь бросает при мысли, сколько будет стоить её поддерживать.

Аура и Мар переглянулись и начали думать, через некоторое время Мар ответил:

— Эм, магией довольно трудно сокрыть всё... но можно грязью облепить стены, а затем ещё прикрыть растениями...

— Ты говоришь, что хочешь покрыть грязью великие стены Назарика?! — спросила Альбедо. Хотя голос был сладостно-мягким, эмоции были далеко не мягкими. У Мара затряслись плечи, хотя остальные Стражи не издали ни звука, они все, похоже, были согласны с Альбедо. Для Момонги Альбедо была просто назойливой, это не настолько серьезное дело, чтобы вызывать такой переполох.

— Альбедо... не перебивай. Я говорю с Маром, — низким голосом проговорил Момонга, удивляя даже самого себя.

— Ах, я очень извиняюсь, владыка! — Альбедо низко склонила голову, лицо у неё застыло. Остальные Стражи, и даже Себастьян, продолжали ровно стоять, как будто замерли, словно предыдущее предложение касалось и их. Из-за такой быстрой смены отношения Стражей Момонга подумал, что, может быть, зашел слишком далеко, и пожалел об этом, однако продолжил:

— Ты точно сможешь скрыть всё, покрыв стены грязью?

— Д, да. Если владыка Момонга позволит... но...

— Однако если смотреть с расстояния, не будет ли земля выглядеть слишком неестественно? Себастьян, в округе есть какие-то холмы?

— Нет. В окрестностях одна равнина с лугами. Но здесь также есть и ночной цикл, так что ночью это сможет успешно обмануть других.

— Ясно... Если только чтобы скрыть стены, мысль Мара хороша. Тогда можем ли мы создать в окрестностях грязевые холмы, чтобы замаскированные стены не слишком выделялись?

— Да, полагаю, мы справимся.

— Прекрасно. Значит, Аура и Мар, за это будете отвечать вы двое. Можете использовать любые предметы любого этажа. Что до части Назарика, обращённой к небу, закончите задачу и примените магию иллюзии, сделайте так, чтобы снаружи Назарик никто не увидел.

— Д, да. Да сэр.

«Думаю, пока достаточно. Хотя ещё много о чём следует позаботиться, у нас есть время, чтобы подумать. Потому что с инцидента прошло лишь несколько часов».

— Хорошо, это всё на сегодня. Возвращайтесь на этажи и отдыхайте, начнёте свои задачи завтра. Из-за недостатка в информации постарайтесь не быть слишком безрассудными.

Все Стражи с пониманием склонили голову.

— И последнее. Я хочу кое-что у всех вас спросить. Сначала ты, Шалти, кем ты меня считаешь?

— Прекрасный кристалл. Вы самое прекрасное в мире создание. Даже драгоценные камни не сравнятся с вашим бледно-белым телом, — без промедлений ответила она. Видно, это были её истинные чувства.

— ...Коцит.

— Могущественнее и сильнее любого Стража. Верховный правитель Великого Склепа Назарика.

— ...Аура.

— Заботливый и сострадательный.

— ...Мар.

— О, очень добрый.

— Демиург.

— Мудрый в суждениях и быстрый в действиях. Безупречный.

— ...Себастьян.

— Ответственны за то, что собрали нас всех. Милосердный и тот, кто не покинул нас до самого конца. Тот, кто сражается вместе с нами.

— И Альбедо.

— Абсолютный правитель всех нас, наш величайший мастер и тот, кого я больше всех люблю.

— ...Ясно. Я всех вас понял. Обязанности, которые были даны моим предыдущим товарищам, теперь даются всем вам. В будущем, пожалуйста, будьте преданны своему долгу.

Видя, как Стражи поклонились, Момонга покинул их через портал. Мгновенно вид сменился с первого ряда Арены на магическую решетку, поддерживаемую големами. Осмотревшись и убедившись, что вокруг нет никого, кроме големов, Момонга вздохнул.

— Так утомительно...

Хотя тело не устало, плечи были такими тяжёлыми, столь много стресса накопилось.

— ...Эти... почему они оценивают меня так высоко?

Ведь очевидно — это кто-то другой. Он выслушал, что о нём думают Стражи, но ему казалось, что они над ним насмехаются. «Ха-ха-ха», — засмеялся Момонга, покачав головой. Но в их взгляде читалась полная серьезность. Другими словами, это были их истинные чувства.

Однако если положение окажется не таким чрезвычайным, как думают Стражи, они, вероятно, разочаруются. Из-за таких мыслей у Момонги возникало всё больше и больше стресса. Не говоря уже о том, что была ещё одна проблема. Момонга горько улыбнулся.

Хотя череп не мог показывать эмоции, было такое чувство, что они проступили на лице.

— ...Как мне обойтись с Альбедо... Если так пойдёт и дальше, мне будет стыдно показаться перед Табулой Смарагдиным-саном.

Интерлюдия

Давление, которое почти вдавило их головой в пол, вдруг исчезло без следа. Хотя все понимали, что господин ушёл, никто не поднимался. Через некоторое время кто-то вздохнул с облегчением и напряжение улетучилось. Первой поднялась Альбедо, и хотя белое платье испачкалось, она лишь стряхнула с него пыль, не обратив на это особого внимания. Увидев Альбедо, за ней молча последовали остальные.

— Се, сестра, было жутко...

— Ага, я думала, меня раздавит.

— Как и ожидалось от владыки Момонги, даже на нас, Стражей, он так сильно влияет.

— Хотя я знал, что он Высшее существо, что сильнее любого из нас, я не представлял, что настолько.

Все Стражи начали говорить об оставленном Момонгой впечатлении. Давлением, которое чувствовали они все, была на самом деле аура Момонги. Аура отчаяния. Вдобавок к эффекту Страха, она была способна уменьшить параметры игрока. Обычно она не влияла на стоуровневых НИП, но в Аинз Оал Гоун действовало благословление, усилившее ауру.

— Это владыка Момонга показал свои истинные способности правителя.

— Ага, пока мы себя не назвали, владыка Момонга не показывал свои настоящие способности, но как только мы подтвердили свои роли Стражей, он показал лишь толику своих истинных сил.

— В ответ на нашу преданность владыка Момонга покажет силу истинного правителя.

— Верно.

— Когда он был наедине с нами, он не выпускал эту ауру. Владыка Момонга на самом деле заботливый. Когда он увидел, что нас мучает жажда, он дал нам попить.

Из-за слов Ауры Арену вдруг заполнила напряжённость. Сильнее всех это повлияло на Альбедо: руки задрожали, как будто она хотела ногтями разорвать перчатки.

Чуть дрожа, Мар с широко открытыми глазами сказал:

— Э, это истинная сила правителя Великого Склепа Назарика, поистине невероятно!

Атмосфера мгновенно изменилась.

— Совершенно верно. Он ответил на наши мысли и показал свою силу правителя... как и ожидалось от нашего создателя. Он стоит на вершине сорока одного Создателя, но также он единственный остался до конца, наш сострадательный господин.

Стражи, слушая речь Альбедо, благоговели. Ну а Мар вздохнул с облегчением.

Ничего не сделало бы их счастливее, чем лицезрение истинной силы сорока одного Создателя, которым они поклялись служить абсолютной преданностью. Величайшей радостью любого создания, не только Стражей, было бы помогать высшему существу, своему создателю, чтобы потом тот его искренне признал. Это фундаментальная истина.

Ничто другое не сделало бы более счастливыми тех, кто изначально должен был служить своему создателю. Нарушая приятную и расслабляющую атмосферу, Себастьян заговорил:

— Тогда я удалюсь, хотя я не знаю, куда пошёл владыка Момонга, долг дворецкого идти к своему господину.

Хотя на лице Альбедо читалась зависть, она подавила эмоции и ответила:

— Конечно, Себастьян. Служи владыке как полагается, и не проявляй непочтительности. Если что-то случится, возвращайся и доложи мне. В особенности если владыка Момонга будет меня звать, отложи другие дела и сразу же мне доложи!..

Слушая эти слова, Демиург показал на лице беспокойное выражение.

— ...А если владыка Момонга пожелает вызвать меня в постель, пожалуйста, скажи ему, что я немного прихорошусь и тут же приду. Однако всё в порядке, если он захочет, чтобы я явилась сразу. Я всегда держу себя в идеальном состоянии и всегда выбираю лучшую одежду, чтобы быстро ответить на зов владыки Момонги. Для меня вызов владыки имеет высшее, первоочередное значение...

— ...Я понял, Альбедо. Однако я должен уходить, потратить больше времени будет грубостью к владыке. Поэтому, Стражи, я ухожу, — сказав это, Себастьян быстрыми шагами покинул Арену, не дав Альбедо ничего больше добавить.

— Как бы там ни было... стало тихо. Что с тобой случилось, Шалти?

Услышав Демиурга, остальные Стражи посмотрели на Шалти — та по-прежнему преклоняла колено.

— Что-то не так, Шалти?

Шалти медленно подняла голову. Взгляд у неё был туманный, как будто она только что проснулась.

— ...Что случилось?

— Почувствовав внушительность владыки Момонги, я... невольно возбудилась там внизу.

Тишина.

Никто не знал, что сказать. Все Стражи знали, что Шалти среди них наиболее сексуально озабочена, и одной из её озабоченностей была некрофилия. Они могли лишь в неверии хлопнуть себя по лбу. Однако Мар ничего не понимал и был озадачен. И среди Стражей ещё кое-кто не хотел оставлять всё как есть.

Это была Альбедо. Она ревниво воскликнула:

— Вот шлюха.

Услышав враждебные слова, Шалти подняла голову и показала кокетливую улыбку:

— А? Почувствовать силу нашего неповторимого и могущественного господина, владыки Момонги, это поистине достойная награда. Проблемы у тех, кто не намок. Не говори мне, что ты вела себя как невинная овечка и не почувствовала вожделения? Ты, большеротая горилла.

— ...А ты минога.

Они двое уставились друг на друга. Остальные Стражи понимали, что они не начнут обмениваться ударами, но всё же смотрели глазами, полными тревоги.

— Мою внешность определил создатель, и я не жалуюсь на такой вид.

— И я так же.

Шалти медленно приподнялась, и они обе медленно пошли навстречу друг другу. Они не отводили глаз до тех пор, пока не оказались непосредственно друг перед другом.

— Не думай, что раз ты отвечаешь за Стражей, то можешь стоять подле владыки Момонги и думать, что победила. Если и впрямь так считаешь, то все со смеху помрут.

— Ха. Как только тебя выпрут на дальнюю границу, я воспользуюсь этим и заполучу полную победу.

— ...Что же это за полная победа, просвети меня, о великая госпожа лидер.

— Как шлюха, ты должна прекрасно это понимать.

Хотя они двое активно оскорбляли друг друга, они ни на миг не отводили взгляда. Они просто уставились друг на друга.

Хлопок! Альбедо угрожающе раскрыла крылья. Ей не уступая, Шалти начала испускать черный туман.

— Эх... Аура, женские проблемы пусть решают сами женщины. Если что-то случится, я приду их остановить, просто найдешь меня.

— Подожди секунду, Демиург! Ты хочешь оставить с ними меня одну?

Помахав рукой, Демиург развернулся уходить. Коцит и Мар тоже, поскольку никто не хотел в это вмешиваться.

— Зачем... зачем же так ругаться?

— Ну, мне самому интересно, какой будет результат.

— Какой ещё результат, Демиург?

— Результат, который определит военную мощь и будущее Великого Склепа Назарика.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну... — Задумался демиург о том, как бы ответить Мару. Появилась мимолётная мысль научить Мара кое-чему взрослому, но он передумал. Хотя Демиург был из демонической расы, которая считалась как жестокой, так и холодной, в Назарике таких демонов не было. Стражи были творениями сорока одного Создателя. Потому таких же творений, как он сам, Демиург считал важными товарищами и был им предан. — Великим правителям требуются наследники, так ведь? Хотя владыка Момонга остался до конца, если настанет день, когда он потеряет к нам интерес, он уйдет как остальные. До того времени очень важно оставить для нас наследника, которому мы поклянёмся в верности.

— Конечно. Но кто наследник владыки?

— Так думать очень непочтительно. Наш долг — защищать Владыку Момонгу так, чтобы он мог оставаться здесь, и чтобы не было никаких неприятных происшествий, так ведь?

Демиург перебил Коцита:

— Конечно, я тебя понимаю, Коцит. Но неужели ты не желаешь, чтобы владыка Момонга оставил наследника, которому мы посвятим нашу верность?

— Ну... на самом деле было бы замечательно показать свою преданность его наследнику... — В голове Коцита появился образ наследника Момонги. Как Коцит учит его мастерству владения мечом, чтобы тот мог за себя постоять, как слушает указания растущего молодого господина. — ...Эх, это просто здорово. Какая. прекрасная сцена... Учитель... Учитель.

Видя, как Коцит наслаждается, воображая, что стал успешным учителем наследника Момонги, Демиург не стал его отвлекать и отвернулся:

— Кроме того, меня также очень интересует план по усилению Назарика. Я хочу знать, как далеко наши детишки пойдут. Как насчет тебя, Мар, хочешь иметь детей?

— Э?

— Однако это невозможно без партнёрши... если найдешь людей, темных эльфов или лесных эльфов, можешь, пожалуйста, их словить?

— Э? Э-э? — Мар кратко кивнул: — Если это поможет владыке Момонге... то я это сделаю. Но как рождаются дети?

— Ну, когда придёт время, я тебя научу. Если решишь поэкспериментировать самостоятельно, владыка Момонга, наверное, отругает тебя. Чтобы управлять Склепом Назарика не вышло слишком дорого, будет лучше сперва постараться поддерживать баланс.

— Э, это верно. Я слышал, что низшие слуги порождаются при помощи очень тонкого расчета... Если я просто так увеличу количество, меня могут отругать. Я, я не хочу, чтобы меня ругал владыка Момонга...

— Я тоже не хочу навлечь на себя его гнев... если б только построить ранчо за пределами Назарика...

Подумав об этом, Демиург решил спросить Мара о том, чем ещё никто того не дразнил:

— Кстати, Мар, почему ты одет как девочка?

Услышав это, Мар растянул юбку, пытаясь прикрыть ноги.

— Потому что так решила госпожа Букубуку Чагама. Она сказала, что это называется «ловушкой», я в этом уверен.

— Ясно... так это идея госпожи Букубуку Чагамы. Ну, с твоим телом проблем быть не должно... но юнцы всегда так одеваются?

— В этом... я не уверен.

Хотя сорока одного Создателя тут не было, их создания не имели выбора, кроме как послушно следовать их указаниям. На самом деле во всём Великом Склепе Назарика лишь одежда Мара была не самой подходящей, и только кто-то равный Создателям был способен изменить одежду.

— Тогда следует поговорить об этом с владыкой Момонгой. Наверное, мы сможем нарядить так всех юнцов... Ах, похоже, Коцит уже почти закончил со своими фантазиями.

Услышав слова товарища, Коцит показал полную удовлетворения улыбку:

— Какая прекрасная сцена... поистине чудесный вид.

— Ясно, это великолепно... Альбедо и Шалти до сих пор ругаются?

Те всё ещё глядели друг на друга, Демиургу ответила уставшая Аура:

— Они... уже закончили. Но сейчас спорят о том... кто законная жена.

— Было бы странным, если б у правителя Великого Склепа Назарика была лишь одна наложница. Проблема лишь в том, кто достоин быть законной женой...

— ...Хоть это и интересно, обсудим это в другой раз. Хорошо, Альбедо, не должна ли ты отдать нам приказания? Нужно устранить ещё много проблем.

— Да, ты права. Нам нужно побыстрее организовываться. Шалти, давай продолжим наш разговор попозже, так как есть более неотложные дела.

— Не возражаю. Нам, без сомнений, предстоит долгий разговор.

— Прекрасно. Тогда я начну разработку нового плана.

Видя, что она снова стала командующим, Стражи поклонились с почтением, но не преклонили колено.

Хотя они уважали Альбедо как своего командира, они перед ней не ставали на колени. Во время создания Стражей сорок один Создатель сделали Альбедо старшей и поставили командовать остальными. До тех пор пока она старшая, Стражи будут подчиняться её приказам и показывать вежливость. Альбедо была не против такого отношения, поскольку считала, что так и подобает быть.

— Прежде всего...

Глава 3. Битва у деревни Карн

Часть 1

Гардеробная в покоях Момонги была заполнена разнообразными предметами, даже места свободного почти не осталось. Момонга мог там найти любую экипировку, например плащи. Ещё в игре иногда он покупал броню, но когда она становилась бесполезной, просто хранил её здесь. И не только броню, разнообразное оружие, от шестов и до мечей, здесь было всё.

После убийства монстров в Иггдрасиле выпадали кристаллы данных. Позднее эти кристаллы можно было вставить в предметы, и так создавалось бесчисленное множество оригинальных вещей. Если в продаже появлялся потрясающий предмет, многие просто не могли пройти мимо и не купить.

Вот комната и оказалась в таком состоянии.

На стойке с оружием Момонга выбрал случайный меч. На серебряном клинке не было ни царапинки — он ярко сиял на свету. На лезвии меча были выгравированы символы, их было хорошо видно в отражённом свете.

Момонга поднял меч и взмахнул. Лёгкий, как пёрышко.

И не потому, что меч был создан из очень лёгкого материала, просто Момонга был невероятно силён. Он был маг, потому магические параметры у него были высокие, а физические — сравнительно низкие. Однако достигнув сотого уровня, он тренировками накопил много очков силы, что не следовало недооценивать. Низкоуровневого монстра он мог победить одним лишь ударом посоха.

Момонга медленно стал с мечом в боевую позу, но сразу же послышался тяжёлый скрежет металла. Меч, который он до этого держал в руке, упал на пол.

В комнату тут же вошли горничные, подняли меч и протянули его Момонге. Однако тот его не взял, а уставился себе на пустые руки. Вот оно. Вот что поставило Момонгу в тупик. Если НИП, ведущие себя как живые, заставляют поверить, что этот мир — не игра, тогда что же о кандалах этого тела? Многие игроки из-за ограничений уставали жить в игре. В Иггдрасиле такой игрок, как Момонга, не выбравший ни одного воинского класса, не мог взять в руки меч. Но если этот мир стал реальным, почему он до сих пор не может использовать меч?

Момонга покачал головой, решив над этим сильно не задумываться. В отсутствие достаточной информации, сколько бы он ни думал, ответа всё равно не нашёл бы.

— Приберите.

Горничные последовали указанию Момонги. Он развернулся к стене, которая была почти полностью покрыта зеркалами, в них отражался скелет в одежде. Видеть, как собственное тело превратилось в это чужеродное, должно бы быть ужасно. Однако Момонга был равнодушен, ему это даже странным не казалось.

Поскольку он раньше играл в Иггдрасиле, то уже привык к своей текущей внешности, однако у его спокойствия была ещё одна причина.

Как и внешность, видно, умственные функции тоже были затронуты. Прежде всего, эмоции. Как только он ощущал сильную эмоцию, она тут же улетучивалась, и он успокаивался; будто что-то её подавляло. Ещё одно — это отсутствие любых желаний, будь то голод или сонливость. Поначалу казалось, что половое влечение есть, но даже когда он потрогал мягкую грудь Альбедо, влечения не было. Чувствуя, будто потерял нечто очень важное, Момонга невольно посмотрел на талию.

— Раз этому нет никакого применения... то оно исчезнет? — в разочаровании пробурчал он, становясь чуть эмоциональным, но прежде чем закончил половину предложения, это чувство полностью испарилось. Момонга считал, что эти изменения сильно пригодятся, особенно психические изменения. По-видимому, нежить полностью устойчива к духовным атакам.

Хотя сейчас Момонга обладал телом и разумом нежити, глубоко внутри он был по-прежнему человек. Из-за этого иногда он чувствовал эмоции, но как только они становились слишком сильными, то подавлялись в мгновение. Момонга боялся, что в будущем, если продолжит оставаться в этом теле, утратит все эмоции.

Конечно, если это случится, это будет не таким уж и большим делом, потому что каким бы мир ни был, то, как Момонга себя видит, не изменится. Кроме того, есть такие НИП, как Шалти. Вполне возможно, что причины отсутствия эмоций не в том, что он нежить, хотя судить об этом было ещё слишком рано.

— ...«Создание большого предмета».

После того как он применил заклинание, тело мгновенно покрылось полным набором пластинчатых доспехов. Они были из стали и блестели чёрным матовым блеском, а из-за золотой и пурпурной отделки отдавали дороговизной. Момонга походил туда-сюда. Немного жмут, но не мешают движению. Доспехи были очень хорошо подогнаны и покрывали всё тело — ни одна кость не была видна.

Если это магически созданное снаряжение, Момонга мог его использовать, как и в Иггдрасиле.

Какая великая магия. Он смотрел на своё отражение и восхищался: шлем, закрывающий всё лицо, будто как у величественного воина. Он совсем не был похож на мага. Момонга кивнул в удовлетворении, проглотив свою не существующую слюну. С озорным и невинным видом он сказал:

— Я немного прогуляюсь.

— Стража готова в любое время, — тут же машинально ответила горничная.

Но... это уже начинает докучать. В первый день, когда за ним следовала стража, он чувствовал себя угнетённо. На второй день он начал привыкать и ему захотелось величественно ходить со стражей. Но когда настал третий день... Момонга невольно вздохнул. Куда бы ни пошел — везде по пятам следовали телохранители. И все, кого он встречал по пути, кланялись. Это было слишком тяжело выносить.

Он смог бы стерпеть, если бы только мог со стражей ходить нормально. Но это было невозможно. Поскольку ему нужно было поддерживать свою роль правителя Великого Склепа Назарика, он не мог показать ни малейшей слабости — та ещё нервотрёпка. Для такого обычного человека, как Момонга, это было крайне утомительно.

Даже если все его эмоциональные всплески сразу подавлялись, он всё же чувствовал себя, будто горит на маленьком огне. Особенно если за ним следовали невероятно красивые женщины, всё время внимательно о нём заботясь. Как мужчина он явно был счастлив, но ведь пострадала его частная жизнь.

Эта душевная усталость была тоже частью его человеческой стороны. Но будет очень опасно, если правитель Великого Склепа Назарика столкнется с непредвиденными обстоятельствами, а душевно будет исчерпан. В ключевой момент он может сделать роковую ошибку. Ему было необходимо немного расслабиться. Придя к такому выводу, Момонга открыл глаза. Хотя выражение на лице не изменилось, огонь в глазницах разгорелся сильнее.

— Не нужно... я не хочу, чтобы за мной следовали, я просто хочу прогуляться один.

— Пожалуйста, подождите. Если владыка Момонга столкнется с трудностями, мы должны быть вашим щитом, мы не можем допустить, чтобы с владыкой Момонгой что-то случилось!

Оставлять без внимания их желание пожертвовать собой, чтобы защитить хозяина, который просто хочет прогуляться, — бездушно. Однако с инцидента прошло уже три дня — не менее семидесяти двух часов. Всё это время Момонга пытался вести себя подобающе правителю Великого Склепа Назарика, сердце просто требовало отдыха.

Так что хотя Момонга и чувствовал себя перед ними виноватым, он уже приготовил оправдание:

— ...Мне нужно посетить одно секретное место, я не могу позволить никому за мной следовать.

Настала короткая тишина. Но Момонга чувствовал, будто прошло уже много времени. Горничная наконец ответила:

— Хорошо, владыка Момонга. Пожалуйста, будьте осторожны.

Глядя на поверившую горничную, Момонга почувствовал себя скверно, но решил просто этого не замечать. Ничего не случится, если он немного отдохнёт. Сначала он выйдет наружу посмотреть на окружающий пейзаж. Нужно собственными глазами убедиться, что можно ходить в другие места, это чрезвычайно важно. Момонга придумывал всё новые и новые оправдания, потому что посчитал своё текущее поведение слишком эгоистичным.

Стряхнув чувство вины, он активировал силу кольца.

Момонга переместился на большую площадь. Рядом стояло множество плоских каменных столов, которые предназначались для трупов, но сейчас они пустовали. Пол был покрыт отполированным известняком, а за Момонгой были ведущие вниз ступени, а на их конце — большие ворота, ведущие на первый этаж Великого Склепа Назарика. На стенах не было никаких факелов, единственным источником освещения была голубовато-белая луна. Кольцом Аинз Оал Гоун было возможно мгновенно переместиться к месту, наиболее близкому к поверхности — к надземному этажу Великого Склепа Назарика, Центральному храму.

Несколько шагов — и он выйдет наружу. Хотя место назначения было прямо перед ним, Момонга не двигался, потому что увидел кое-что неожиданное — несколько необычных фигур. Тут было три типа монстров, каждого по четыре штуки, всего двенадцать. Один из них был похож на ужасающего демона: чешуйчатое тело, изо рта торчат клыки, а на толстых руках длинные когти. Хвост у него был змеиным, а чуть выше была пара огненных крыльев, придавая ему вид дьявола.

Второй был женщиной-монстром в обтягивающей кожаной одежде и с чёрной головой ворона.

И последний монстр был в броне с открытой грудью, демонстрируя свою грудь и сильный пресс. Если бы на спине не было чёрных крыльев летучей мыши, а из висков не торчали бы рога, его легко можно было бы спутать с простым человеком. Хотя он выглядел красавцем, в глазах виднелось ненасытное желание.

Их звали Демон Гнева, Демон Ревности и Демон Жадности. Все демоны посмотрели на Момонгу. Они не двигались, лишь глядели. Серьёзный взгляд, заставляющий чувствовать на себе давление.

Эти монстры примерно восьмидесятого уровня возрождались в реальности Демиурга, Подземном вулкане, недалеко от двери на восьмой этаж, и они отвечали за охрану той двери. Обычно надземный этаж охраняли солдаты-нежить Шалти. Почему тогда здесь солдаты Демиурга?

Возле монстров появилась тень, показался незаметный вначале дьявол. И с его появлением головоломка разрешилась.

— Демиург...

Когда дьявол услышал своё имя, на нём появился удивлённый взгляд. Этим взглядом он спрашивает «почему здесь господин?» или же «кто этот таинственный монстр?»? Момонга сделал ставку и двинулся вперед. Если бы он так и стоял, было бы странно, если б его не узнали. Он пошёл в сторону стены, намереваясь не обращать внимания на демонов и пройти мимо.

Их глаза сосредоточились на Момонге, но тот силой воли подавил трусость, с высоко поднятой головой двигаясь вперёд.

Когда расстояние между ними стало довольно небольшим, все демоны преклонили колено. Впереди всех, конечно же, находился Демиург. Довольно аккуратные и элегантные движения, будто он воплощение принца.

— Владыка Момонга. Что вы здесь делаете одни, без охраны? И в такой одежде...

Секрет был сразу же раскрыт.

Демиург считался одним из мудрейших в Великом Склепе Назарика, так что вполне понятно, что он видел его маскировку насквозь. Но Момонга посчитал, что Демиург его узнал из-за того, что Момонга сюда телепортировался. Единственным, кто в Назарике мог телепортироваться, был единственный владелец кольца Аинз Оал Гоун — Момонга.

— Ну... тут много причин. Если это ты, Демиург, думаю, ты догадаешься, почему я так одет.

На лице Демиурга появилось сложное выражение. После нескольких вдохов он сказал:

— Простите, но я не понимаю намерений владыки Момонги...

— Зови меня Тёмный Рыцарь.

— Владыка Тёмный Рыцарь...

Демиург выглядел так, будто хотел что-то сказать, но Момонга решил не замечать этого. Несмотря на то что имя звучало очень скромно, по сравнению с именами монстров в игре оно было вполне нормальным.

Он хотел, чтобы Демиург его так называл, не просто так. Хотя тут присутствовали лишь слуги Демиурга, это место ведь вход, здесь должно проходить много разных слуг. Чтобы они не узнали, что это Момонга, он хотел, чтобы не называли данное имя.

Не было ясно, сколько о его намерениях понял Демиург. В этот миг тот посмотрел так, будто на него снизошло озарение.

— Ясно... так вот что происходит.

«Э? Что?» — не мог не заинтересоваться Момонга. У него даже догадок не было, насколько умен Демиург и сможет ли его понять. Он мог лишь под шлемом вспотеть несуществующим потом, надеясь, что Демиург по крайней мере поймёт его намерения.

— Владыка Момон... Тёмный Рыцарь, я наконец немного понял ваше глубокое мышление. Это, безусловно, для правителя достойная проблема. Но я не могу праздно сидеть, когда с вами нет спутников. Хотя я знаю, что это вызовет некоторые трудности, но я надеюсь, что вы милостиво позволите нам следовать за вами.

— ...Ничего не поделаешь. Тогда я позволю лишь одному.

Демиург элегантно улыбнулся.

— Я благодарен, что владыка Тёмный Рыцарь принял мой самовольный запрос.

— ...Просто зови меня Тёмный Рыцарь, не нужно никакой вежливости.

— Как мы можем! Я никому не позволю так к вам обращаться. Конечно, если будет работа под прикрытием или очень особое задание или приказ, я подчинюсь, но в Великом Склепе Назарика никто не посмеет к вам так обращаться, владыка Момонга... нет, владыка Тёмный Рыцарь!

Услышав пламенную речь Демиурга, Момонга взбодрился и кивнул. В сердце он думал, что если будет называть себя Тёмным Рыцарем, другие будут смеяться за выбор такого глупого имени, и он даже начал сожалеть об этом.

— Извините, владыка Момон... Тёмный Рыцарь, я отнял у вас драгоценное время. Остальные, ждите моих указаний и скажите другим, что я буду снаружи.

— Да сэр Демиург.

— Пошли, Демиург.

Момонга прошёл мимо поклонившегося Демиурга. Подняв голову, тот последовал за ним.

— Интересно, почему владыка Момон... кашель, Тёмный Рыцарь так оделся?

— Не знаю, но должна быть какая-то причина.

Оставленные позади и сбитые с толку, демоны перешептывались друг с другом.

Они узнали Момонгу не потому, что тот телепортировался. Хотя Момонга не мог это ощутить, все внутри Великого Склепа Назарика, нет, все в Аинз Оал Гоун, излучали своего рода присутствие, по которому слуги могли понять, союзник ли перед ними или нет. Более того, изначальные сорок один правитель Великого Склепа Назарика — из которых остался один Момонга — имели особое присутствие, окутывающее всё тело. Оно позволяло слугам немедленно понять, кто их правитель. Как бы далеко такое сильное присутствие ни было, они всегда могли его ощутить. Хоть Момонга и покрыл всё тело пластинчатой броней, они никогда бы ни с кем его не перепутали.

Его ауру отличить от других было даже легче. Кто-то поднимался по ступенькам, ведущим вниз, на первый этаж Назарика. Судя по ауре, это был Страж этажа. По ступенькам поднялась прекрасный командир Стражей, Альбедо. Увидев, что перед ними прямой начальник Демиурга, демоны преклонили колено.

Для Альбедо такая картина была совершенно естественна, она, будто не видя их, начала осматриваться. Не найдя то, что искала, она подошла к демонам и спросила:

— ...Я не вижу Демиурга, где он?

— Это... только что пришел владыка Тёмный Рыцарь, так что Демиург последовал за ним наружу.

— Владыка... Тёмный Рыцарь? Я никогда не слышала этого имени... Демиург вышел с этим типом? Достойный Страж последовал за ним? Не слишком ли странно?

Демоны не знали, что делать, им оставалось лишь смотреть вперед. Альбедо тепло улыбнулась и посмотрела на них:

— Неужели простые слуги решаются от меня что-то скрывать?

Тёплое и ласковое предупреждение заставило демонов вздрогнуть. Они больше не могли утаивать правду.

— Господин Демиург определил, что владыка Тёмный Рыцарь на самом деле наш владыка.

— ...Здесь был владыка Момонга! — взвизгнула Альбедо, а демоны спокойно ответили:

— ...Нет, его зовут владыка Тёмный Рыцарь.

— ...А что же стража? Демиург получил указания от владыки Момонги? Но я уже назначила встречу с Демиургом, и он не должен был знать, что сюда идет владыка, так ведь? Ладно, забудьте. Сначала мне нужно переодеться и принять ванну!

Альбедо коснулась своей одежды. Из-за постоянной работы одежда вымазалась, крылья и хвост тоже выглядели взъерошенными.

Однако даже если такая бесподобная красавица, как Альбедо, немного испачкается, она останется такой же симпатичной. Это как миллион очков уменьшить на одно, это не такое уж большое дело, оно вовсе не затронуло её красоту. Но для Альбедо это было неприемлемым, она не могла позволить тому, кого любит, увидеть её такой.

— Ближайшая ванная комната... Шалти?.. Меня встретят с некоторым подозрением... но я стерплю. Вы трое, идите ко мне в комнату и принесите какую-то одежду! Быстро!

— ...Госпожа Альбедо, не примите это за неуважение, но разве ваш текущий наряд не хорош? — Один из демонов обратился к уходившей Альбедо. Это был Демон Ревности.

— ...Что ты сказал? — Альбедо остановилась и гневно ответила. Она посчитала, что демон хочет, чтобы она перед Момонгой выглядела грязно.

— ...Я, я просто подумал, госпожа Альбедо такая красивая, что если вы покажете, что много работаете, выполняя приказы владыки Момонги, вы произведёте более благоприятное впечатление. В конце концов, это ведь будет вам выгоднее, госпожа Альбедо?

Остальные демоны тоже посоветовали: — Пока госпожа Альбедо закончит купаться и наряжаться, и появится перед владыкой Момонгой... Тёмным Рыцарем, кто знает, сколько времени пройдет. Разве не будет жалко упустить такую возможность?

— Хммм... — Альбедо глубоко задумалась. То, что они сказали, не было неправильным. — В этом есть смысл... Наверное, просто я уже давно последний раз паниковала. Я не видела владыку Момонгу целых восемнадцать часов, не думаете, что это слишком уж долго?

— Да, это очень долго.

— Я хочу как можно скорее всё закончить и вернуться к владыке Момонге... не хочу больше слоняться, мне нужно как можно быстрее найти владыку. Где он сейчас?

— Он только что вышел через эту дверь.

— Значит, там, — холодно ответила Альбедо, но на лице появилась застенчивая улыбка и она волнующе захлопала крыльями — ведь представилась возможность увидеть Момонгу. Она быстро прошла мимо демонов. Затем её шаги вдруг остановились, Альбедо снова обратилась к демонам: — Спрошу ещё раз: если я увижусь с владыкой Момонгой в таком виде, это улучшит впечатление обо мне?

Когда Момонга покинул храм, его встретила великолепная картина. Площадь Великого Склепа Назарика была примерно двести квадратных метров. Склеп был окружен шестиметровой защитной стеной с входом впереди и сзади.

Трава на кладбище была короткой, придавая ему освежающий вид. Но, с другой стороны, тут росли большие лиственные деревья, покрывая всё тенью — мрачное чувство. Также много белых надгробий стояло беспорядочно.

Остриженная трава и беспорядочные надгробья создавали какое-то сильное чувство несоответствия. И не только это, то тут, то там виднелись вырезанные ангелы и богини, наряду с другими произведениями искусства. Кладбище было просто хаотическим. Более того, по углам стояло четыре маленьких храма, а в центре — большой храм с шестиметровой статуей воина, которого защищают солдаты.

Именно из этого большого Центрального храма Великого Склепа Назарика и вышел Момонга. Он стоял на верхней части каменных ступеней и молча смотрел на пейзаж. Великий Склеп Назарика располагался в Хельхейме, холодном мире с бесконечной ночью. Из-за вечной ночи там было довольно темно, а небо всегда было затянуто тёмными облаками. Но сегодняшний пейзаж отличался. Перед глазами было прекрасное ночное небо. Момонга посмотрел вверх, и выпустил полный эмоций вздох. Он, качая головой, не мог поверить в то, что видит.

— Сделать бы такое в виртуальном мире... поистине изумительно... воздух такой свежий, ни следа загрязнений. Людям, рождённым в этом мире, не понадобятся искусственные лёгкие или сердце...

Он никогда не видел такого чистого неба.

Момонге захотелось применить магию, но мешали доспехи. Некоторые магические классы обладали особыми навыками, дающими возможность использовать магию в броне, но Момонга никогда не изучал такие навыки. Так что его полная броня препятствовала применению магии. Так что хоть доспехи и были созданы магией, они не обладали преимуществом применять заклинания при ношении. В доспехах можно было использовать лишь пять видов заклинаний. Увы, заклинание, которое он хотел использовать, было не из этих пяти. Момонга протянул руку в пустой воздух и достал украшение. Это было ожерелье в форме крыльев птицы.

Надев ожерелье, Момонга на нём сосредоточился, активируя скрытую внутри силу.

— Полёт.

Разорвав оковы гравитации, Момонга медленно воспарил в воздух. Ускорившись, он на одном дыхании полетел прямо вверх. Хотя Демиург поспешил следом, Момонга не обратил на него никакого внимания, продолжая подыматься. Не осознавая того, он поднялся на несколько сотен метров. Затем, медленно сбавив скорость и сняв шлем, он просто онемел... нет, его заставила онеметь картина этого мира.

Голубовато-белый свет луны и звезд отгонял от земли тьму. Качаясь на ветру, блестели пастбища, будто бы сиял весь мир. На небе горели бесконечные звезды, а также луна и планеты, дополняя земной пейзаж.

Момонга невольно вздохнул:

— Прекрасно... нет, слишком прекрасно для слов... Интересно, какое бы лицо сделал Блу Планет-сан, если бы это увидел...

Если бы увидел мир без загрязнённого воздуха, воды и почвы. Момонга вспомнил друга. Его все называли романтиком, у него на лице, похожем на камень, всегда была улыбка — тёплый и мягкий человек, любивший ночное небо.

Нет, не только небо — природу. Он любил природу, хотя она загрязнялась и исчезала. Он хотел любоваться пейзажем, которого больше не существовало в реальности, потому и начал играть в Иггдрасиль. Он также потратил много времени и сил, работая над шестым этажом, в особенности над ночным небом, тем самым создавая свой безупречный мир.

Для такого человека было особенно волнующим говорить о природе. Его восторг был почти чрезмерным. Увидь он этот мир, как сильно бы взбудоражился? Или насколько пылко он начал бы описывать пейзаж? Момонга по-настоящему хотел услышать глубокие знания старинного друга, Блу Планет, которого ему сильно не хватало. Он слегка повернулся в сторону. Конечно, рядом никого не было. Это было невозможно. Момонга услышал хлопанье крыльев, в поле зрения вошла фигура Демиурга.

Сзади была пара мокро выглядевших чёрных крыла. Лицо тоже изменилось от человечьего до жабьего. Это была наполовину демоническая форма Демиурга.

Некоторые гетероморфные расы могли трансформироваться в несколько разных форм. В Назарике и у Себастьяна, и у Альбедо были разные формы. Хотя было трудновато изучить эти необычные расовые формы, они давно стали популярными, потому что походили на финального босса с различными формами из разных гетероморфных рас. Многие любили эти необычные расы, но у чистого человека или получеловека были некоторые слабости, а игра за гетероморфную расу давала особые способности.

Момонга отвёл взгляд от преобразованного Демиурга и посмотрел обратно на звезды в небе. Он вздохнул, будто говоря другу, которого здесь нет:

— ...Всего лишь луны и звезд достаточно, чтобы я увидел ландшафт... трудно поверить, что это в самом деле настоящий мир. Блу Планет-сан... небо и вправду сияет, как шкатулка с драгоценностями.

— Наверное, это так. Красота этого мира — как драгоценные камни, созданные только ради украшения владыки Момон... Тёмного Рыцаря, — польстил ему Демиург.

Эти внезапные слова, похоже, пришли из странных заблуждений. Момонга немного рассердился. Однако гнев вскоре исчез, ведь перед глазами был такой пейзаж. Более того, посмотрев на мир сверху вниз, он почувствовал, будто мир такой маленький. В сердце он начал думать, что продолжать вести себя как «злой властелин» будет хорошей мыслью.

— Поистине прекрасное зрелище. Эти звезды созданы, чтобы украсить меня... наверное, это так. Я сделаю всё, чтобы заполучить эту шкатулку с драгоценностями, которая никому не принадлежит. — Момонга протянул вперед руку и сжал в кулак. Звезды в небе будто бы попали ему в руку. Конечно, он всего лишь закрыл их рукой. Момонга пожал плечами на своё ребячество, повернулся к Демиургу и сказал: — ...Нет, такая шкатулка — это не то, чем могу обладать я один. Наверное, она должна украшать Великий Склеп Назарика... меня и моих друзей из Аинз Оал Гоун.

— ...Истинно внушающая благоговение речь. Если вы пожелаете, я немедленно соберу армии Назарика и захвачу шкатулку. Величайшей честью Демиурга будет вручить этот дар владыке Момонге.

Момонга мягко улыбнулся. Ему было интересно, затянула ли эта атмосфера и Демиурга.

— Пока мы не знаем, какие создания живут в этом мире, я могу лишь указать на ошибочность твоей идеи. Мы здесь крайне невелики. Однако покорить мир — очень интересная мысль.

«Покорить мир» — лишь плохие парни в детских телевизионных шоу такое скажут. Покорять мир не так уж и легко. Даже если кто-то завоюет весь мир, появятся сложности, ведь нужно поддерживать закон и порядок, чтобы не допустить восстания, должно быть единство между странами и так далее. Одной мысли об этом было достаточно, чтобы идея завоевать мир быстро потеряла привлекательность.

Хотя Момонга прекрасно всё это понимал, он всё равно заговорил о том, что хочет его покорить. Потому что красота этого мира взбудоражила его детские желания. И, кроме того, чтобы сохранять позицию лидера пресловутой Аинз Оал Гоун, следовало иногда вести себя по-детски.

Но была и ещё одна причина.

— ...Урбет-сан, Люци★фер-сан, Вэриебл Талисман-сан, Беруриба-сан...

Не раз он вспоминал, как в шутку говорил согильдийцам: «вместе мы покорим мир Иггдрасиля». Он знал, что Демиург умнейший в Назарике, он должен понимать, что разговор о покорении мира — всего лишь ребячество. Знай Момонга, какое выражение приняло жабье лицо Демиурга, разговор бы на этом не закончился. Но Момонга смотрел не на Демиурга, а в горизонт, туда, где небо встречает землю.

— ...Незнакомый мир. Но в этом мире... лишь я один? Никто из членов гильдии сюда не попал?

Хотя в Иггдрасиле было невозможно создать второго персонажа, покинувшие игру могли создать нового персонажа, чтобы хоть в последний день вернуться. Также было возможно, что Хэрохэро вернулся в самую последнюю секунду перед запланированным закрытием сервера.

В довершение всего, пребывание Момонги здесь — не нормальный случай. Если это вызвало некое неизвестное явление, тогда продолжавшие играть в игру тоже могли застрять в этом мире. Хотя он не мог связаться с ними через «Сообщение», этому могло много что мешать. Например, они могли оказаться на другом континенте, или мог действовать какой-то магический эффект.

— ...В таком случае... я сделаю так, чтобы весь мир узнал имя Аинз Оал Гоун...

Если хоть кто-то из товарищей окажется неподалёку, он это услышит. И обязательно придёт. Момонга был уверен в их дружбе. Погружённый в мысли, Момонга вдруг повернулся к Назарику — его встретило впечатляющее зрелище.

На сто метров вокруг Назарика земля возвышалась подобно океанской волне, которая превратилась в огромную волну почвы. Равнины начали медленно превращаться в маленькие выступы и медленно идти в нужную сторону. Они начинали собираться вместе, наконец недалеко от Назарика становясь холмиком. Курганы почвы наваливались на стены Назарика, накатывая как волны цунами со всех направлений.

— ...«Земляные волны». Кажется, он использует не только магию, но и классовый навык, чтобы увеличить область воздействия... — тихо восхитился Момонга. В Назарике лишь один был способен на такую магию. Как и ожидалось от Мара.

Видно, хорошо я придумал, что оставил на него сокрытие стен.

— Да, ещё Мару помогают неутомимая нежить и големы. Но процесс идет медленно и не достаточно хорошо. После перемещения земли останется множество углублений, нужно будет посадить много растений, чтобы их скрыть. Это нагрузит Мара ещё сильнее...

— ...Стены Назарика мы будем скрывать долго, трудность в том, обнаружат ли нас во время строительства. Как обстоят дела с безопасностью?

— Начальная стадия систем раннего оповещения уже завершена. Если будет вторжение любого разумного, мы это сразу же узнаем, держа нарушителя в неведении.

— Хорошая работа. Но... эти системы раннего оповещения также были сделаны слугами?

После того как Демиург это подтвердил, Момонга посчитал, что на всякий случай уместно построить ещё одну сеть оповещения.

— ...У меня есть одна идея о том, как дополнить систему. Будь добр, построй её вот так.

— Да сэр. Я посоветуюсь с Альбедо, и мы объединим усилия. Да, владыка Тёмный Рыцарь...

— ...Достаточно, Демиург. Называй меня Момонгой.

— Вас понял... Могу я спросить, куда вы направитесь дальше?

— Хочу наведаться к Мару и дать ему подходящую награду за безупречное выполнение задачи...

Демиург улыбнулся. Доброй улыбкой, совсем не похожей на ту, которую можно ожидать от демона.

— Получить благодарность прямо от владыки Момонги уже будет большая награда... это... Мои извинения, но я вдруг вспомнил, что мне нужно кое о чём позаботиться. Что касается того, где Мар...

— Нет проблем. Можешь идти, Демиург.

— Премного благодарен, владыка Момонга.

Как только Демиург начал улетать, Момонга тоже начал спускаться на землю и обратно надел шлем. Он летел к тёмному эльфу, который что-то заметил и поднял голову, чтобы посмотреть в небо... а увидев Момонгу, он был потрясен. Ожидая, пока Момонга приземлится, Мар торопливо побежал. Его юбка развевалась на ветру. Чуточку можно было увидеть. Нет, Момонга совершенно не хотел это видеть, ему просто было любопытно, что тот носит внизу.

— Момо... владыка Момонга, для меня честь встретить вас здесь.

— Э... Мар не нужно так пугаться, помедленнее. Не нужно вести себя столь официально, если к этому не привык... Конечно, если только никого нет рядом.

— Т-так нельзя, как я могу обращаться к вам без почтения... даже сестра никогда этого не сделает. Это слишком грубо.

Хотя он не любил, чтобы дети к нему относились с таким уважением...

— Ладно, Мар. Если настаиваешь, я не буду возражать. Однако я хочу, чтобы ты знал — я не заставляю тебя так себя вести.

— Д-да!.. К.. к слову, владыка Момонга, почему вы здесь? Я... сделал что-то не так?..

— Ничего такого, Мар. Я пришел тебя наградить.

Выражение на лице Мара изменилось от тревоги и страха, что его отругают, на удивление.

— Мар, ты сейчас делаешь очень важную работу, ведь люди этого мира могут быть в среднем сотого уровня, или даже выше. Если появятся такие противники, хоть и есть сеть оповещения, на всякий случай необходимо спрятать Великий Склеп Назарика от посторонних глаз. Это очень важно.

Мар закивал в знак согласия.

— Так что, Мар, я хочу, чтобы ты знал: ты отлично делаешь свою работу, я тобою доволен. У меня на душе спокойно, когда эта работа доверена тебе.

Начальник должен хвалить выделившихся подчинённых за тяжелую работу, Момонга извлёк этот урок из собственного опыта в обществе. Стражи высоко уважают Момонгу, поэтому, чтобы они и дальше были преданны, следует оценивать по достоинству их работу.

Если Стражи и созданные гильдией НИП почувствуют себя обманутыми и разочарованными после попытки делать работу идеально, это будет провал Момонги как лидера. Именно потому он всегда должен быть внимательным и перед ними вести себя, как правитель.

— ...Ты ведь меня понимаешь, да, Мар?

— Да! Владыка Момонга!

Хотя он был в женской одежде, по напряжённому лицу было ясно, что он парень.

— Прекрасно, тогда за твою отличную работу я хочу дать тебе награду.

— К, как я могу её принять! Это мой долг!

— ...Ты хорошо поработал, вполне естественно тебя наградить.

— Нет-нет! Единственная причина нашего существования — служить верховному правителю. Ведь усердно работать — это самое естественное.

Если он всё время будет так отвечать, они никогда не придут к общему мнению, так что Момонга решил прийти к компромиссу:

— Как насчет такого. Давая эту награду, я также надеюсь, что ты и дальше будешь мне преданным, так ведь не должно быть проблем, верно?

— П-правда?

С величественным видом Момонга достал награду — это было кольцо.

— Момон, владыка Момонга... Вы достали не тот предмет!

— Тот...

— ...Не тот! Это кольцо Аинз Оал Гоун, лишь верховные правители могут им обладать! Я не могу принять такую вещь.

Из-за такой неожиданной награды Мар задрожал, Момонга этому удивился. Кольцо и вправду предназначалось для использования лишь преданными членами гильдии, этих особых предметов была лишь сотня. Их уже распределили по сорок одному члену, так что осталось пятьдесят девять... нет пятьдесят восемь колец без владельцев. Предмет был и вправду ценным, но, давая его как награду, Момонга надеялся, что его будут правильно использовать.

Чтобы успокоить хотевшего убежать Мара, Момонга серьезно сказал:

— Успокойся, Мар.

— Нет, нет, не могу! Как я могу принять кольцо, которым может обладать лишь верховный правитель...

— Спокойно подумай. Если у тебя не будет способности телепортироваться по Великому Склепу Назарика, появится масса неудобств.

Слушая, Мар медленно начал успокаиваться.

— Надеюсь, что когда нападут враги, каждый Страж сможет действовать командиром каждого этажа. Будет плохо, когда придёт это время, а ты не сможешь свободно телепортироваться или сбежать. Вот почему я даю тебе кольцо. — Момонга протянул руку с кольцом. Под лунным светом оно, казалось, сияет славой. — Мар, я счастлив, что ты так предан, и я понимаю, почему ты, как подчинённый, не хочешь принимать кольцо, которое представляет нас. Однако если ты меня поймешь, то послушаешься и примешь кольцо.

— Н... но, почему я?.. Может быть, другие Стражи уже получили по одному?..

— Хотя я намерен дать и им, ты первый. Я ведь удовлетворён твоей работой, а если дам кольцо тому, кто ничего не сделал, это обесценит кольцо в качестве награды. Ты хочешь, чтобы я уменьшил ценность кольца?

— Я никогда бы не посмел!

— Тогда возьми его и продолжи усердно стараться ради Назарика и ради меня.

Мар, дрожа, протянул руку и медленно принял кольцо. Видя его таким, Момонга ощутил себя виноватым. Хотя он хотел кольцом его наградить, также была ещё одна, эгоистичная причина. Если другие смогут свободно телепортироваться, Момонге будет легче двигаться незамеченным.

Как только Мар надел кольцо Аинз Оал Гоун, оно тут же изменило размер, чтобы быть впору тонкому пальцу Мара. Он всмотрелся в кольцо на пальце, немного расслабился и вздохнул. Затем низко поклонился: — Владыка Момонга, спасибо, спасибо огромное за такой подарок... Я буду работать ещё усерднее, чтобы оправдать ваши ожидания!

— Тогда извини, что побеспокоил тебя, Мар.

— Да! — твёрдо ответил Мар, на его юном лице была непоколебимая решимость.

Букубуку Чагама-сан, почему ты нарядила его в такую одежду? Чтобы создать контраст с нарядом Ауры, или есть другая причина? Как только Момонга подумал об этом, Мар задал вопрос:

— Могу, могу я спросить владыку Момонгу... Почему вы так одеты?

— ..Э, ну...

Потому что я хотел улизнуть... конечно, он не мог так ответить. Мар сверкающими глазами смотрел снизу вверх на беспокойного Момонгу. Как же его ввести в заблуждение? Если он тут провалится, то его старания вести себя достойно владыке пропадут даром. Ни один подчинённый не примет лидера, который хочет улизнуть. Момонга попытался было придумать оправдание, но ничего на ум не приходило, но в этот миг позади раздался голос.

— Это просто, Мар.

Момонга обернулся и тут же был очарован. Прекрасная дама стоит в свете луны. От голубоватого света она сияет, словно спускается богиня. Чёрные крылья машут, неся к ним порывы ветра. Это была Альбедо. Хотя Демиург тоже прибыл, из-за красоты Альбедо Момонга его не сразу заметил.

— Владыка Момонга носит доспехи, чтобы скрыть своё имя и никому не мешать работать. Если кто-то увидит, что прибыл владыка, все тут же остановят работу и поклонятся. Однако владыка не хочет вмешиваться в работу, вот почему оделся как Тёмный Рыцарь.

«Это ведь так, владыка Момонга?» — услышав вопрос Альбедо, Момонга тут же кивнул:

— Как и ожидалось от Альбедо, ты верно поняла мои намерения.

— Я ведь командующая Стражами, не могло быть иначе. Нет, даже если бы я не была командующей, я верю, что смогла бы понять сердце владыки Момонги.

Улыбаясь, Альбедо низко поклонилась, а на лице Демиурга появилось сложное выражение. Несмотря на то что он с ней не был согласен, у него не было никакой возможности прояснить заблуждение.

— Так вот в чём дело... — осознал Мар, услышав объяснение.

Момонга последовал за взглядом Альбедо и, когда снова посмотрел на неё, увидел нечто невероятное. У Альбедо вдруг расширились глаза, будто собираясь выскочить, и она резкими движениями указала на палец Мара. Как только Момонга об этом подумал, её лицо вернулось в норму, стало обычным прекрасным лицом, будто бы предыдущей сцены и не было вовсе.

— ...Что-то не так?

— Ах, нет, ничего... Ну, Мар, прости, что побеспокоили. Немного отдохни и продолжи работать.

— Д-да! Тогда, владыка Момонга, я ухожу первым.

Момонга непринуждённо кивнул и Мар ушёл, потирая кольцо на пальце.

— Кстати, Альбедо, почему ты здесь?

— Потому что я услышала от Демиурга, что владыка Момонга будет здесь, и решила оказать почтение. Прошу прощения, что вы видите меня такой грязной.

Грязной? Момонга посмотрел на Альбедо, но вообще не мог подумать, что она грязная. Хотя на одежде было немного грязи, это вовсе не умаляло её красоты.

— Твоя красота никогда не потеряет своего блеска из-за чего-то такого. Конечно, заставлять такую прекрасную женщину бегать — неправильно. Но сейчас тяжкое положение, так что прости меня. Надеюсь, ты и дальше будешь усердно работать ради Назарика.

— Ради владыки Момонги, как бы сложно это ни было, не будет никаких трудностей!

— Спасибо за преданность. Ах да... Альбедо, я хочу тебе кое-что дать.

— ...Что... это? — смиренно склонив голову, Альбедо спросила глухим голосом. Момонга достал кольцо, конечно же это было кольцо Аинз Оал Гоун.

— Как командиру Стражей, тебе, безусловно, потребуется это.

— ...Большое спасибо.

Её реакция сильно отличалась от реакции Мара. Момонга почувствовал себя немного разочарованным. Но потом осознал, что был неправ. Уголки рта Альбедо задергались, а лицо постоянно менялось. Крылья дрожали — она подавляла желание их расправить. Она приняла кольцо и плотно его сжала, затем начала дрожать. Даже дураку было понятно, что она восхищена.

— Продолжай и дальше мне верно служить. Что касается Демиурга... поговорим об этом в следующий раз.

— Вас понял, владыка Момонга. Я продолжу усердно работать, чтобы заработать право получить это великое кольцо.

— С этим всё, что я хотел сделать, уже сделано. Я вернусь назад на девятый этаж, пока меня не отругали.

Видя, как Альбедо и Демиург склонили голову, Момонга активировал кольцо Аинз Оал Гоун и начал телепортироваться. В тот миг, когда пейзаж менялся, он подумал, что услышал крик девушки, но поскольку это точно не могла быть Альбедо, Момонга просто предположил, что ошибся.

Часть 2

Окраина деревни становилась всё ближе. Энри бежала и слышала звуки удара металла о металл. Молясь, она оглянулась... и увидела самое худшее. Прямо за сёстрами бежал рыцарь. Ещё чуть-чуть, и он догонит. Энри подавила посыл выругаться — у неё не было сил тратить их на то, чтобы жаловаться.

Она дышала прерывисто, ноги дрожали, а сердце стучало так сильно, что, казалось, вот-вот лопнет. Возможно, вскоре она выдохнется настолько, что просто упадёт на землю.

Будь она одна, уже, наверное, потеряла бы всю надежду и утратила силу бежать. Но рука сестрёнки давала Энри силы. Желание спасти сестренку — лишь из-за этого она продолжала убегать.

Она оглянулась. Расстояние не изменилось. Хотя рыцарь носил доспехи, его скорость вовсе не была медленной. Разница между тренированным солдатом и обычной деревенской девушкой была очевидной.

Энри ощутила, как по спине прошёлся холодок. Если это продолжится... будет невозможно довести сестру до безопасного места.

Отпусти.

Такие мысли появились у Энри в голове.

Будешь одна, наверняка сбежишь.

Хочешь здесь умереть?

Разделиться не обязательно будет безопаснее.

— Замолчи, замолчи, замолчи! — громким криком Энри себя упрекнула.

Она оказалась плохой сестрой. Ниму выглядит так, будто хочет заплакать, но почему не плачет? Потому что верит в старшую сестру. Она верит, что старшая сестра спасёт. Держа сестру за руку... за руку, которая придаёт смелости, Энри укрепила свою решимость. Она никогда не оставит сестрёнку.

— Ах!

Не только Энри была измотана, сестрёнка тоже много бежала. Из-за этого она вдруг споткнулась, закричала и почти упала. Они двое не упали, потому что держались за руки. Энри не потеряла равновесие только потому, что сестрёнка потянула её вверх.

— Быстрей!

— Фух, фух!

Хотя они хотели продолжать бежать, сестрёнка подвернула ногу и остановилась. Энри подумала её понести, но металлические звуки остановились прямо возле неё — Энри ужаснулась. Там стоял рыцарь с окровавленным мечом. Но кровь была не только на мече, следы от её брызг были также на доспехах и шлеме. Энри стала перед сестрой и свирепо посмотрела на рыцаря.

— Не сопротивляйтесь зря, — даже без малейших колебаний рыцарь произнёс полные насмешки слова. Слова, которые говорили: даже если будете бежать, не убежите от смерти. Сердце Энри вдруг переполнили эмоции. Рыцарь медленно поднял меч над неподвижной Энри. Ещё мгновение и...

— Не смотри свысока на людей!

— Гууу!..

Энри безжалостно ударила его в шлем. В этот удар она вложила весь свой гнев и всё желание защитить сестрёнку, она не боялась бить голым кулаком по металлу. Этим ударом она израсходовала последние свои силы.

Энри услышала звук ломающихся костей, по всему телу вдруг разнеслась боль. Рыцарь от такого удара сильно закачался.

— Бежим!

— Эх!

Энри, терпя боль, побежала... но вдруг почувствовала на спине жжение.

— ...Вууу!

— Чёртова сука!

Простая деревенская девушка ударила его по голове — рыцарь озверел. Он утратил самообладание и начал дико размахивать мечом. В итоге он не смог её зарубить, но в следующий раз ей так не повезет. Энри была ранена, а рыцарь бушевал — следующий удар точно будет последним.

Она посмотрела на высоко поднятый меч, блестевший на солнце, и кое-что поняла. Первое — они обе через несколько секунд будут убиты. И второе — обычная деревенская девушка никак не сможет сопротивляться. Самый кончик меча был покрыт её кровью — увидев это, она вдруг почувствовала, как быстро бьется сердце, как боль от спины распространяется на всё тело и как жжет на спине порез.

Она никогда не ощущала такой боли, её охватил страх и она почувствовала тошноту. Может, со рвотой уйдет и ужас? Но Энри искала, как выжить, не было времени напрасно тратить его на рвоту. В сердце она хотела отчаяться, потерять надежду, но у неё была причина не сдаваться. Тепло у груди — сестрёнка.

Хотя бы сестрёнка должна выжить. Эта мысль не давала Энри сдаться. Однако перед ней стоял рыцарь и насмехался над её решимостью.

Рыцарь поднимал высоко меч, готовясь взмахнуть им вниз.

Возможно, она слишком сосредоточилась, или разум начал работать быстрее из-за того, что она находилась на грани жизни и смерти, но Энри ощутила, как замедлилось время, пока думала как спасти сестрёнку.

Но хорошего решения не было. Самое большее, что она могла придумать — использовать своё тело как щит и, когда меч проткнет тело, сестрёнка воспользуется случаем и убежит, это была последняя надежда.

Пока у неё остаются силы, кто бы её ни проткнул, она не отпустит, пока её огонь жизни не погаснет.

Если это случится — она примет судьбу. Энри почувствовала себя мученицей и улыбнулась. Для сестры она может сделать лишь это. Такая мысль заставила Энри улыбнуться. Она не была уверенной, сможет ли сестрёнка в одиночку сбежать из этого ада.

Даже если убежит в лес, может натолкнуться на патрулирующих солдат. Но если переживет это, будет шанс, что она сумеет сбежать. Ради шанса сестрёнке выжить Энри поставила на кон свою жизнь... она поставила всё, что у неё есть.

Тем не менее, страшась предстоящей боли, она невольно закрыла глаза. В мире тьмы она мысленно приготовилась к неминуемой гибели...

Часть 3

Момонга сел перед зеркалом на кресло. Зеркало было один метр в высоту и, вместо того чтобы показывать отражение, показывало пастбища. Будто телевизор, зеркало показывало сцены неизвестной прерии. Трава покачивалась — картина в зеркале двигалась. Постепенно вставало солнце, отгоняя от пастбищ тьму. Живописное очарование деревенской местности разительно отличались от мрачного отчаяния Хельхейма, где был раньше Назарик.

Момонга указал рукой на зеркало и осторожно махнул вправо. Картина быстро сменилась.

«Линзы удалённого просмотра».

Для ПК или ППК этот предмет, который может показывать местоположение игроков, был незаменим. Однако игроки могли с лёгкостью скрыться за какой-нибудь низкоуровневой противопоисковой магией. И не только это, используя зеркало, можно было легко нарваться на атаку, так что предмет этот был довольно сбалансирован.

Однако с ним можно было легко увидеть внешние пейзажи, так что сейчас этот инструмент был очень полезен. Момонга любовался пастбищами, будто фильмом. Пейзажи в зеркале постоянно менялись.

— Изображение меняется взмахом руки, так что с этим можно увидеть одно место с разных углов.

Момонга нарисовал в воздухе круг — вид на пейзаж изменился. Хотя он продолжал жестами изменять вид в зеркале, надеясь найти людей, он не нашёл ни одного признака разумной жизни... желательно людей. Он продолжил монотонно работать, но в зеркале были лишь бесконечные луга. Ему наскучило, и он посмотрел на единственного, кто был кроме него в комнате.

— Что-то не так, владыка Момонга? Если вам что-то нужно, пожалуйста, без колебаний скажите мне.

— Нет, ничего, Себастьян.

Вторым в комнате был Себастьян, он показал улыбку, но у его предыдущих слов на самом деле было и ещё одно значение. Хотя Себастьян был обязан повиноваться любому приказу, он немного расстроился, из-за того что Момонга не взял с собой свиту.

После того как Момонга вернулся с прогулки, Себастьян прочёл ему нотацию.

«Ну, в каком-то смысле он прав...» — выразил Момонга то, что было на сердце. Рядом с Себастьяном он вспоминал старого товарища по гильдии, Тач Ми-сана. Ведь Себастьяна создал именно он, хотя и не точно похожим на себя, хотя сердитый взгляд Себастьяна выглядел столь же страшным. Молча пожаловавшись, Момонга снова всмотрелся в зеркало, подумывая научить технике управления зеркалом Демиурга. Ведь он тогда говорил Демиургу, что у него есть идея как улучшить сеть безопасности.

Хотя было бы проще передать свою ответственность подчинённому, Момонга всё же чувствовал, что должен делать это лично. На самом деле у него был и другой мотив: он хотел, чтобы подчинённые видели, как он усердно трудится и восхищались им. Так что нельзя, чтобы скука заставила его бросить дело на полпути. А почему бы не посмотреть с высоты птичьего полёта?.. Если б только руководство было... с горьким выражением на лице Момонга продолжил скучные эксперименты с зеркалом.

Прошло неизвестно сколько времени. Может, немного, но когда нет результатов, всегда кажется, что время тратится даром. С пустым выражением на лице Момонга делал случайные жесты, как вдруг сцена стала больше.

— О! — Удивление, радость и гордость — с этими эмоциями на лице Момонга восхитился. После стольких беспорядочных жестов изображение наконец изменилось так, как он хотел. Будто бы группа программистов закончила восьмичасовую сверхурочную работу, ободрился Момонга.

В ответ он услышал аплодисменты. Очевидно, это был Себастьян.

— Поздравляю, владыка Момонга. Поистине замечательно!

Он прошёл через много проб и ошибок и у него наконец получилось, это не стоит такой похвалы. Подумал Момонга, но, увидев счастливое лицо Себастьяна, откровенно принял похвалу.

— Благодарю, Себастьян. Но прости, что тебе пришлось столь долго меня сопровождать.

— Что вы говорите, быть рядом с владыкой Момонгой и слушаться ваших приказов — это смысл существования дворецкого. Не нужно извиняться... Вы провели над этим много времени. Владыка, не хотите немного передохнуть?

— Нет, в этом нет необходимости. Я ведь нежить, я не чувствую усталости. Однако если ты устал, можешь пойти отдохнуть.

— Спасибо за вашу внимательность, но какой слуга будет отдыхать, пока хозяин усердно трудится. С помощью некоторых предметов я тоже никогда не почувствую физическую усталость, пожалуйста, позвольте мне остаться с вами, пока вы не закончите.

Из разговора Момонга кое-что заметил. Все обыденно используют игровые термины. Такие как Особые навыки, Классы, Предметы, Статус, Урон, Негативные эффекты и так далее... Они с серьёзным лицом говорят игровые термины. Отныне будет легче давать указания.

Согласившись с просьбой Себастьяна, Момонга снова начал экспериментировать над способами управления зеркалом. Наконец он нашел способ регулировать высоту. Удовлетворенно улыбнувшись, Момонга начал искать места с людьми. Наконец появилась сцена с деревенькой. Деревня располагалась приблизительно в десяти километрах от Великого Склепа Назарика, недалеко от леса, её окружали пшеничные поля. Даже с первого взгляда было ясно, что деревенька не такая уж и продвинутая. Момонга расширил вид на деревню, и почувствовал, что что-то не так.

— ...Они проводят фестиваль?

Было раннее утро, а люди выбегали и вбегали в дома — очень хаотический вид.

Себастьян подошел к Момонге и острыми глазами посмотрел в зеркало, со сталью в голосе он ответил:

— Нет, это не фестиваль. — Его голос был полон отвращения.

Увеличив изображение, Момонга тоже нахмурился.

Рыцари в полной броне поднимали мечи и загоняли крестьян, которые не носили ничего кроме тряпья.

Это была резня.

С каждым ударом падало по крестьянину. Не похоже, что у крестьян была хоть какая-то защита, они лишь с отчаянием убегали. А рыцари продолжали убивать спасающихся бегством. На поле виднелся конь, жующий пшеницу, он, вероятно, принадлежал одному из рыцарей.

— Тцч! — Момонга цокнул языком, ему сразу же захотелось переключить изображение. У этой деревни не было стратегического значения. Может, если бы что-то можно было от них получить, он нашел бы способ спасти сельчан, но, глядя на положение деревни, он не находил никаких причин её спасать.

Их спасать незачем.

Придя к такому мрачному выводу, Момонга начал сомневаться в собственных мыслях. Перед глазами резня, а он может думать лишь о том, что лучше для Назарика. Сердце уже утратило чувства жалости, гнева и тревоги, которыми должен обладать человек. Он будто смотрел телевизионное шоу о том, как животные и насекомые охотятся друг на друга. Возможно ли, что, став нежитью, он перестал считать себя человеком?

Нет, как такое может быть.

Момонга отчаянно попытался найти отговорки, чтобы оправдать собственное мышление. Он не был праведником.

У него был сотый уровень, но, как он и говорил прежде Мару, в этом мире могли быть обычные люди, у которых тоже сотый уровень. Нельзя просто ворваться в неизвестность. У рыцарей может быть причина оправдать свои действия. Болезни, преступление или просто демонстрация силы, много разных причин пришло на ум Момонге. К тому же, напав на рыцарей, он может нажить себе врагов в лице их страны.

Момонга протянул костяную руку и... в раздумьях почесал череп. Превратившись в нежить, иммунную к ментальным эффектам, он правда ничего не чувствует, глядя на такую сцену? Определенно ничего.

Он снова взмахнул рукой, зеркало показало другой уголок деревни. Два рыцаря собирались забрать жизнь у крестьянина. У того были завязаны руки и он не мог пошевелиться. Прямо на глазах у Момонги крестьянина закололи. Меч проколол тело и вышел с другой стороны — смертельный удар. Однако на этом всё не закончилось. Один, второй, третий... будто он давал выход гневу, рубя крестьянина.

Наконец рыцарь ударил ногой крестьянина, вокруг которого образовалась лужа крови. Крестьянин встретился глазами с Момонгой. Наверное, это было просто его воображение. Просто случайность. Без противопоисковой магии было невозможно обнаружить зеркало. Крестьянин выплюнул кровь, отчаянно пытаясь заговорить. Его глаза затуманились, Момонга не знал, куда тот смотрит, однако было ясно, что он умирает, но крестьянин открыл рот и сказал:

— Пожалуйста, спаси мою дочь.

— Что вы собираетесь делать? — тихо спросил Себастьян, он, похоже, прочёл настроение. Был лишь один ответ. Момонга спокойно ответил:

— Ничего. Нет причин, ценности или пользы от их спасения.

— ...Да сэр.

Момонга спокойно посмотрел на Себастьяна... и рядом увидел тень старого товарища по гильдии.

— Это... Тач Ми-сан...

В это мгновение Момонга кое-что вспомнил.

Если дорога сурова, совершенно естественно взять свой меч и помочь.

Когда Момонга начал играть в Иггдрасиль, было очень популярно охотиться на полулюдей и гетероморфные расы, и, как нежить, Момонга тоже был объектом для охоты. Когда он был на грани того, чтобы бросить игру, его спасли слова одного человека.

Если бы не эти слова, Момонги тут не было бы. Он вздохнул и показал беспомощную улыбку. Раз он вспомнил это, то должен спасти тех крестьян.

— Мужчина должен всегда выражать благодарность... В любом случае, рано или поздно мне все равно пришлось бы подтвердить свои способности в этом мире.

Поговорив с другом, которого здесь не было, Момонга изменил вид на деревню так, чтобы она была видна вся. Он хотел найти выживших.

— Себастьян, подними уровень тревоги Назарика до максимума. Я пойду вперед, уведомь Альбедо, чтобы она полностью вооружилась и последовала за мной. Однако нет нужды брать Бездну Ада. Затем подготовь отряды поддержки. Мы должны быть готовы к любым непредвиденным обстоятельствам, из-за которых, возможно, я даже не смогу убежать, поэтому подготовьте отряды со способностями скрытности на случай, если в той деревне нам придётся столкнуться с врагами.

— Да, властелин, но долг защищать владыку Момонгу был дан мне.

— Кто отдал тебе такой приказ... Эти рыцари разрушают деревню, а это значит, что там могут быть рыцари, способные вторгнуться в Назарик, который недалеко оттуда. Поэтому ты должен остаться здесь.

Сцена сменилась, перед глазами появилась картина того, как девочка ударяет рыцаря. Девочка обнимала другую, меньшую девочку, должно быть, это была её сестра, и они пытались убежать. Момонга быстро открыл ящик предметов и вынул посох Аинз Оал Гоун.

В ту секунду, когда девушка попыталась убежать, её полоснули по спине. Так как время было на исходе, Момонга вызвал слово силы:

— «Портал».

Нет ограничений по дальности, а ошибки при переносе — ноль процентов. Во времена, когда Момонга играл в Иггдрасиль, это была самая точная магия телепортации. Сцена перед глазами изменилась. Видя, что телепортации ничего не помешало, Момонга вздохнул с облегчением. Быть схваченным, вместо того чтобы помочь — самый худший из исходов.

Сцена перед глазами была такой же, как прежде — две девочки сжались от страха. Младшенькая была с каштановыми волосами, заплетёнными в косички. Здоровая, загорелая кожа теперь из-за страха потеряла весь цвет, а тёмные глаза переполнялись слезами.

Она уткнулась лицом в талию сестры и дрожала от ужаса. Момонга холодными глазами посмотрел на рыцаря, стоявшего перед двумя девочками. Было не ясно, случилось ли это из-за внезапного появления Момонги, но рыцарь повернулся к нему, забыв даже о мече, которым до этого размахивал.

Момонга с самого рождения вел жизнь, лишённую насилия. И он был уверен, что сейчас не в виртуальном мире, а в реальном. Но тем не менее, глядя в глаза рыцарю с мечом, он вовсе не боялся. Момонга холодно вынес приговор. Он протянул руку и активировал магию:

— «Хватка сердца».

Эта магия раздавит врагу сердце. Из десяти рангов магии, эта была девятого ранга Некромантии. Многие заклинания Некромантии, которыми владел Момонга, обладали свойством «смерть», эта магия была одной из таких. Он выбрал это заклинание, потому что даже если враг против него выстоит, оно всё же затуманит ему разум, таким оно обладало отрицательным эффектом.

Если рыцарь устоит, Момонга схватит двух девочек и прыгнет в открытый «Портал». Когда способности противника неизвестны, лучше всего иметь план, в котором можно легко нападать и отступать.

Вот только отступать не пришлось. Момонга ощутил, как раздавилось что-то мягкое — и рыцарь обмяк и умолк. Момонга холодно посмотрел на павшего рыцаря. Душой он понял, что прогноз сбылся... даже убив человека, он ничего не почувствовал. Он не ощутил ни вины, ни страха, ни даже замешательства, он был спокоен, как тихая поверхность озера. Но почему?

— Похоже... не только тело, но и моё сердце перестало быть человеческим...

Момонга двинулся вперёд. Когда он проходил мимо двух девочек, возможно из-за страха от того, как умер рыцарь, но младшая сестра, перепугавшись Момонги, издала какой-то звук.

Момонга, очевидно, пришел её спасти. Но как-то странно девушка отреагировала, интересно, что она сейчас думает?

Хотя Момонга был настроен скептически, сейчас у него было не так много времени. Подтвердив, что спина старшей девушки до сих пор кровоточит, Момонга стал перед ними двумя и острым взглядом посмотрел на второго рыцаря, выходящего из соседнего дома.

Рыцарь, увидев Момонгу, испуганно на шаг отступил.

— ...Ты смеешь гнаться за маленькими девочками, но тебе не хватает мужества дать отпор врагу?

Момонга с презрением посмотрел на рыцаря, который был полон страха, и начал думать, какую бы магию использовать. Перед этим он применил заклинание высокого ранга «Хватка сердца». С этой магией он был очень хорошо знаком. Поскольку он был экспертом в заклинаниях смерти, и из-за его класса «властелин нежити», эффект от «Хватки сердца» был значительно выше. Однако так он не смог определить настоящую силу рыцарей.

Поэтому, чтобы рыцарь мог воспользоваться своими умениями, его нельзя убивать мгновенно. Так Момонга сможет судить о силе этого мира, а также о своей.

— ...Раз уж я потратил время, чтобы сюда прийти, нужно найти ещё один субъект для экспериментов. Ты как раз мне пригодишься.

Хотя Некромантия Момонги была усилена, сила базовых заклинаний не была высокой. К тому же металлическая броня обычно слаба против шоковых атак, поэтому во времена Иггдрасиля большинство людей добавляли к броне сопротивление шоку. В силу этого Момонга против рыцаря решил применить шоковое заклинание, чтобы определить, какой будет нанесён урон.

Чтобы не убить врага, он не использовал никаких особых эффектов усиления.

— «Драконья молния».

С рук и плеч Момонги яростно вырвалась похожая на дракона белая молния. Ослепительно сверкнув, она устремилась на рыцаря, на которого указал Момонга.

Тот ни спасался, ни защищался.

Молния в форме дракона попала по рыцарю, ослепительно засияв белым светом, который, по иронии судьбы, выглядел невероятно красиво. Свет померк и рыцарь, как сломанная кукла, упал на землю. Тело под бронёй обуглилось, выпуская зловоние. Момонга собирался было преследовать рыцаря, но был ошеломлен тем, насколько слабым тот оказался.

— Какой слабый... умереть от такого...

Заклинание пятого ранга «Драконья молния» для Момонги было слабым. Во времена, когда он сражался против стоуровневых игроков, Момонга применял лишь заклинания восьмого ранга и выше. А заклинания пятого ранга почти никогда не использовались.

Напряжение в Момонге мгновенно улетучилось, ведь рыцарь оказался достаточно слаб, что умер от заклинания пятого ранга. Конечно, вполне возможно, что слабы лишь эти два рыцаря, но он всё равно чуть расслабился. Однако план по использованию магии телепортации для отхода не изменился.

Возможно, рыцари — эксперты ближнего боя. В Иггдрасиле удар в шею наносил значительно больше урона, но сейчас, в настоящем мире, удар может оказаться даже смертельным. Момонга снова напрягся. Слишком глупо умереть из-за ошибки по неосторожности. Пока нужно продолжать испытывать собственную силу.

Он активировал свой особый навык.

— «Поднятие рыцаря смерти».

Это была особая способность Момонги — создание монстров-нежити. Рыцарь смерти был одним из его излюбленных созданий, поскольку был очень полезным в качестве щита. С его тридцать пятым уровнем по силе он равнялся монстрам двадцать пятого, но защита у него была очень хороша, сравнимая с монстрами сорокового уровня. Для Момонги такой монстр был очень полезен.

К тому же рыцарь смерти обладал двумя очень важными особыми навыками. Первый — способность привлекать атаки врагов. И второй, хоть его и можно было использовать только раз, но рыцарь всегда сможет пережить одну смертельную атаку, правда пока у него достаточно очков жизни. Из-за этих двух навыков Момонга любил использовать рыцаря смерти как щит.

В этот раз он тоже создал его, чтобы тот был щитом. В Иггдрасиле, если применить особую способность создания нежити, нежить появится из воздуха недалеко от призывателя. Однако в этом мире, похоже, это было по-другому.

Из ниоткуда появился чёрный туман и покрыл рыцаря с раздавленным сердцем. Туман, медленно расширяясь... вошёл в тело рыцаря. Затем, как зомби, рыцарь медленно поднялся.

— Хииии! — Хотя девушки завопили от ужаса, Момонга этого не заметил. Потому что тоже был удивлён картиной перед глазами.

С бульканьем из шлема начала вытекать чёрная жидкость, похоже, она вытекала изо рта рыцаря. Бесконечным потоком чёрная жидкость покрыла всё тело. Будто человека поглотила слизь. Затем это начало принимать человеческую форму. Через несколько секунд чёрная жидкость утекла и то, что предстало перед глазами, определённо было рыцарем смерти.

Он был крупнее человека, примерно двести тридцать сантиметров в высоту, и уже не был похож на человека, больше походил на зверя.

Левой рукой он держал осадный щит, закрывающий три четверти тела, а правой — фламберг, волнистый меч примерно сто тридцать сантиметров в длину. Обычный человек держал бы такой меч обеими руками, но немалый рыцарь смерти легко обходился и одной. Меч покрывали волны ужасающего красного и чёрного тумана, то наплывая на окружение, то втягиваясь назад, как сердцебиение.

Его большое тело покрывал доспех, созданный из чёрного металла с выгравированными красными кровавыми потёками. Доспех полностью, будто воплощая насилие, покрывали острые шипы. Из шлема выходило два демонических рога, а внизу лицо не было закрытым. Отвратительное, сгнившее лицо, пустые мерцающие красным светом глазницы которого наполняла ненависть и намерение убийства.

В порванной чёрной мантии, которая развевалась на ветру, он ожидал приказаний Момонги. Он излучал ауру, достойную рыцаря смерти.

Как и при вызове первобытного огненного элементаля или волка лунного света, Момонга установил связь с вызванным духом — рыцарем, убитым «Хваткой сердца», и приказал:

— Уничтожь всех рыцарей, атакующих деревню.

— ОРРРРРРААААААААРРРРРРРР! — рыцарь оглушительно зарычал.

Услышавшие наполненный жаждой крови рёв ощутили мурашки на коже, и даже воздух задрожал. Рыцарь смерти без колебаний побежал вперёд, его движения были быстры как молния, он был словно гончая, унюхавшая добычу. Нежить, ненавидящая жизнь и желавшая искоренить врага.

Глядя рыцарю смерти в спину, Момонга понял, что то, что сейчас, чётко отличается от того, что было в Иггдрасиле.

«Свобода передвижений».

Изначальный рыцарь смерти остался бы возле призывателя, Момонги, и ожидал бы возможности атаковать приближающихся врагов. Он бы не слушал таких приказов и автоматически атаковал. Сейчас не хватало информации, что может оказаться фатальным.

Момонга вдруг почувствовал, что сделал промах. Он почесал голову и вздохнул.

— Уже убежал... как же я мог выкинуть мой щит. Ещё и сам отдал приказ... — Момонга упрекнул себя за ошибку.

Хотя он мог создать ещё рыцарей смерти, он не очень много знал о силе врагов, вот почему нужно было с умом использовать ограниченное количество заклинаний. Более того, поскольку Момонга обычно применял магию из тыла, то оказавшись без какой-либо защиты, он почувствовал себя будто голым перед опасностью.

Потому нужно было создать другой щит. Ради эксперимента он решил посмотреть, можно ли создать рыцаря смерти без трупа. Но как только он об этом подумал, из всё ещё открытого портала вышла фигура. И в то же время портал начал медленно исчезать, не оставляя после себя никакого следа.

Перед ним появилась особа в полном облачении. Доспехи будто самого дьявола — покрыты шипами и не видно даже маленького пятнышка открытой кожи. Перчатки — металлические, с длинными когтями, в одной руке каплевидный щит, в другой — топор, испускающий мягкое зелёное свечение. На ветру развевается кроваво-красный плащ, дополняя красную блузу под ним.

— Меня немного задержала подготовка. Простите, что заставила ждать, — из-под шлема раздался мелодичный голос Альбедо. Уровни Альбедо были вложены в защитные техники профессии «Рыцарь смерти». Поэтому среди трёх НИП сотого уровня Назарика — Себастьяна, Коцита и Альбедо — Альбедо обладала самой высокой защитой. Можно сказать, что она — сильнейший щит Назарика.

— Не волнуйся, ты ведь всё равно прибыла.

— Спасибо. Тогда... как вы желаете избавиться от этих низших существ? Если владыка Момонга не желает пачкать руки, оставьте эту задачу мне.

— ...Что Себастьян тебе сказал?

Альбедо не ответила.

— Значит, ты не слушала... Я хочу спасти эту деревню. Наши враги — рыцари в такой же броне, как у лежащего там. — Видя, что Альбедо понимающе кивнула, Момонга перевел взгляд. — Что ж...

Две девочки затряслись от взгляда Момонги, желая где-то спрятаться. Они сильно дрожали. Из-за рыцаря смерти? Или его рёва? Или заявления Альбедо?

Наверное, из-за всего вместе.

Момонга верил, что должен показать доброту, он протянул руку, чтобы помочь излечить старшую сестру, но девочки его неправильно поняли.

Старшая обмочилась, младшая тоже не могла себя контролировать.

— ...

Почувствовался запах аммиака. Момонге захотелось вздохнуть от усталости. Хотя он не знал, что делать, просить Альбедо о помощи было бесполезно, так что Момонга решил продолжить добрым голосом:

— ...Кажется, ты поранилась.

Как член общества, Момонга уже привык к определённому недоверию. Он сделал вид, что ничего не видел, и открыл ящик предметов, чтобы достать сумку. Хотя эта сумка называлась Бесконечным ранцем, туда максимум вмещалось пятьсот килограмм. Поскольку предметы из такой сумки можно было положить на панель быстрого доступа, игроки Иггдрасиля всегда клали в неё предметы, которые нужно использовать быстро.

Покопавшись в сумке, он наконец нашёл бутылочку с красной жидкостью.

«Малое лечебное зелье».

Это маленькое низкоуровневое зелье исцеляло пятьдесят очков здоровья, в Иггдрасиле его часто использовали на ранних уровнях. Однако сейчас для Момонги оно было совершенно бесполезно. Поскольку зелье исцеляло, для нежити оно было всё равно что яд. Однако поскольку не все члены его гильдии были нежитью, Момонга хранил это зелье.

— Выпей. — Момонга протянул красную жидкость. У старшей сестры побледнело лицо:

— Я... я это выпью! Но, молю вас, отпустите мою младшую сестру...

— Сестра! — С заплаканным лицом младшая попыталась остановить старшую, а также извиниться перед ней за то, что та собралась выпить зелье. Это озадачило Момонгу.

Он с самого начала явно пытался их спасти, даже зелье им предложил, почему они перед ним проявляют сестринскую любовь друг к другу? Что, чёрт возьми, происходит?

Они ничему не хотят верить. А ведь только недавно они ждали смерти, сейчас он должен считаться их спасителем, они должны плакать и благодарить его за доброту. Разве такие сцены не происходят часто в манге и фильмах? Но картина перед ним была совсем иной.

Что пошло не так? Может, я должен быть красивым? Сомнение закралось в Момонгу, но затем он услышал нежный голос:

— ...Владыка Момонга по доброте своей дал вам лекарство, но, подумать только, вы отказались... ничтожные существа... Вас нужно убить за вашу дерзость.

Альбедо подняла топор, намереваясь обезглавить двух девушек. Подвергнуть себя опасности, только чтобы их спасти, а потом получить такое отношение... Момонга понимал чувства Альбедо, но если она убьет этих детей, окажется так, что он спасал их зазря.

— По, подожди, перестань безрассудничать. Сейчас другие приоритеты, опусти оружие.

— ...Слушаюсь, владыка Момонга, — тепло ответила Альбедо, опуская топор. Однако она продолжала источать сильное намерение убийства, достаточно сильное, чтобы заставить двух девочек дрожать от ужаса, из-за него также у Момонги в животе появилось плохое чувство.

В общем, следует побыстрее покинуть это место. Ещё неизвестно, сколько несчастий произойдет, если тут остаться. Момонга снова протянул лекарство:

— Это лекарство, оно не навредит. Быстро его выпей, — сильным и нежным голосом сказал он. Вместе с тем это также подразумевало, что если она быстро его не выпьет, они будут убиты.

Старшая сестра быстро взяла зелье и выпила. Затем с испуганным лицом:

— Не может быть...

Спина не болела, девочка не могла поверить и попыталась изогнуться, дотянулась рукой и дотронулась до спины.

— Больше не болит, так ведь?

— Д... да, — старшая сестра кивнула в изумлении. Похоже, рана на ней была небольшая, низкоуровневого зелья хватило. Видя, что отношение девушек изменилось, Момонга хотел задать вопрос. Этого вопроса невозможно было избежать, потенциально он может повлиять на будущие действия.

— Ты знаешь о магии?

— Д... да. Иногда в нашу деревню приходил аптекарь... мой друг, он мог использовать магию.

— Ясно, тогда объяснить всё будет проще. Я заклинатель. — Момонга начал произносить магию: — «Защитный кокон», «Стена защиты от стрел».

Сестёр покрыл трехметровый защитный свет. Второе заклинание было невидимым для невооруженного глаза, но поток воздуха вокруг них изменился. Обычно чтобы защита наверняка была полной, было достаточно применить снова первую магию, но поскольку было неизвестно, какие заклинания доступны в этом мире, хватить должно и этого. Если среди врагов есть маг, то девушкам просто не повезло.

— Я окружил вас защитными заклинаниями, которые защитят от большинства монстров, и заклинанием, которое ослабляет дальние атаки. Вам нужно всего лишь оставаться здесь и вы будете в безопасности... на всякий случай я дам вам вот это.

Сёстры были потрясены описанием магии, Момонга затем кинул им два простеньких рога. Их не остановила магия, они пролетели прямо через Стену защиты от стрел и упали возле сестер.

— Этот предмет называется «Рог гоблина-генерала», нужно просто подуть в него и перед вами появятся гоблины... такие маленькие монстры. Вы сможете им приказать вас защищать.

В Иггдрасиле некоторые предметы, кроме расходных, можно было превратить в кристаллы данных, и таким способом можно было добавить их эффекты другим предметам. Тем не менее некоторые предметы невозможно было превратить в кристаллы, и рог был одним из таких низкоуровневых предметов.

Таким рогом Момонга мог вызвать двенадцать слабых гоблинов, два гоблина-лучника, одного гоблина-мага, одного гоблина-священника, двух гоблинов-наездников на волках и одного гоблина-лидера.

Это была «гоблинская армия» — небольшая и довольно слабая.

Для Момонги этот предмет был просто мусором, странно, что он его ещё не выбросил. Момонга почувствовал себя очень находчивым, раз сумел сейчас найти ему правильное применение.

Ещё одним преимуществом предмета было то, что как только гоблины будут вызваны, они исчезнут лишь тогда, когда умрут, а не через истечение определённого времени. Они будут полезны хотя бы для того, чтобы выиграть время.

Закончив с этим, Момонга, думая о том, что сейчас происходит в деревне, повернулся уходить, Альбедо пошла рядом. Но отойдя на несколько шагов, он услышал сзади два голоса.

— С... спа... спасибо, что спасли нас!

— Большое спасибо!

Момонга остановился. Обернувшись, он увидел двух девушек с полными слез глазами. Он ответил одним коротким предложением:

— ...Не волнуйтесь об этом.

— И... и это эгоистично с моей стороны, но мы можем положиться лишь на вас. Пожалуйста, пожалуйста! Спасите и наших родителей!

— Понял. Если они живы, я их спасу.

Услышав ответ Момонги, старшая сестра широко открыла глаза, показывая неверие. Она быстро пришла в себя и поклонилась:

— С... спасибо! Огромнейшее, Огромнейшее спасибо! И, могу я спросить... — девушка колебалась, — как вас зовут?..

Момонга почти ляпнул своё настоящее имя. А имя «Момонга» было именем Гильдмастера ушедшей гильдии Аинз Оал Гоун. Имя последнего человека, оставшегося в Великом Склепе Назарика...

Хм, точно.

— ...Запомни моё имя. Меня зовут Аинз Оал Гоун.

Часть 4

— ОААААААААААРРРРРРР! — Рёв потряс окрестности. Это ознаменовало начало другой резни.

Охотник стал добычей.

Лондэс Ди Джеланпо не знал, сколько раз проклял свою веру в бога. Но никогда в своей жизни он не проклинал её так часто, как в последние несколько минут. Если бы Бог существовал, он бы уже спустился на землю и победил этого монстра. Лондэс такой преданный верующий, так почему же Бог ничего не делает?

Потому что Бога нет.

Он годами презирал жалких людишек, неверующих в Бога. Если не верите в Бога, то как тогда была создана магия Священников? Но теперь оказалось, что это он был глуп.

К нему шаг за шагом приближался Монстр, которого они пока нарекли рыцарем смерти. Он инстинктивно отступил на два шага, чтобы снова оказаться от него подальше. Он то и дело вздрагивал, что аж доспехи громко тряслись, и меч, крепко зажатый в руке, тоже не мог перестать дрожать. Группа из восемнадцати его товарищей окружила рыцаря смерти, но их мечи тоже дрожали.

Всех их просто переполнял ужас, но они даже не пытались бежать. Не из храбрости, ведь каждый был парализован страхом. Они так дрожали, что гремели доспехи. Верь они, что можно убежать — отчаянно побежали бы, спасая свою жизнь.

Но они знали, что не могут сбежать.

Лондэс чуть-чуть отвёл взгляд, ища помощи.

Это был центр деревни — деревенская площадь. Тут собрались шестьдесят людей, крестьяне, которых схватил Лондэс. Когда он на них глянул, то увидел полные страха лица. Группа детей пряталась за высоким деревянным постаментом. Некоторые из них держали палки, пытаясь защитить родителей, но не принимали боевую позу и из-за полного изнеможения палки были опущены.

Когда Лондэс напал на деревню, крестьяне со всех сторон побежали на центральную площадь. Обыскав все дома, чтобы не дать людям спрятаться в тайных погребах, рыцари приготовили алхимическое масло, чтобы сжечь дома дотла. А окрестности деревни охраняли четыре конных рыцаря, каждый с луком. Они пустят стрелу в любого, кто сумеет выбраться из деревни. Этот метод уже использовался несколько раз и доказал свою надёжность. Хотя резня заняла некоторое время, она шла гладко. Выживших крестьян согнали в одно место, скоро рыцари позволят нескольким убежать, как и планировалось.

Так всё должно было происходить, но...

Лондэс до сих пор помнил тот миг.

За спиной сбежавших на площадь крестьян его товарища Илиана, ответственного за зачистку, вдруг подбросило в воздух.

Никто не осознал, что случилось, столь невероятным это было. Никто не мог поверить своим глазам, что хорошо натренированного бойца в полном комплекте доспехов подбросило в воздух, ведь хоть и было возможно уменьшить вес магией, полностью его убрать было невозможно.

Илиан отлетел дальше, чем на семь метров, и приземлился с оглушительным грохотом, перестав двигаться. А на том месте, где он раньше стоял, была картина ещё невероятнее — там стоял ужасающий монстр-нежить, «рыцарь смерти», он медленно опустил щит, которым и послал в полёт Илиана.

После всё превратилось в хаос.

— Ааааааа! — раздался вопль. Один из окружающих площадь рыцарей не выдержал ужаса и с отчаянием попытался убежать. В таком состоянии было трудно и дальше держать построение, а с высоким напряжением окружение могло и вовсе рухнуть. Однако ни один рыцарь не попытался сбежать вместе с ним. Из-за того, что тотчас же с ним случилось.

В уголку зрения Лондэса появился чёрный вихрь. Хотя у рыцаря смерти было крупное тело размером побольше обычного человека, он был невероятно подвижен. Убегающий рыцарь сумел сделать лишь три шага. Как только он собирался ступить четвертый шаг — его тело в блестящих серебряных доспехах было перерезано напополам. Отделённые правая и левая половины упали в разные стороны. Сразу же рядом распространился запах кислого газа, а в линии сечения разбросало розовые внутренности.

— Гоовууувууувууу... — Размахивая волнистым мечом, забрызганный кровью «рыцарь смерти» громко взревел. Это был крик наслаждения...

Даже те, кто не видел его гниющего лица, знали — он наслаждается. Рыцарь смерти со своей подавляющей жаждой убийства наслаждался человеческой слабостью, ужасом и отчаянием.

Рыцари держали мечи, но никто не смел атаковать первым.

Оправившись от первого потрясения, они попытались атаковать, но даже когда меч проходил через защиту противника и удачливо по нему попадал, даже поцарапать доспех не мог. А рыцарю смерти даже меч использовать не понадобилось, он одним щитом послал Лондэса в полёт. Мало того, удар не был смертельным.

Оно намеренно открывалось, желая не более чем «поиграть». Было очевидно, что рыцарь смерти хочет насладиться их схваткой за жизнь.

Лишь когда рыцарь пытался убежать, рыцарь смерти становился серьёзен и наносил смертельный удар. Первого рыцаря, который попытался сбежать, звали Рилик. Добродушный человек, но любил выпить. Ему в мгновение отрубили голову и руки. Им хватило увидеть это дважды, чтобы понять, что рыцарь смерти не желает давать им уйти, никто не посмел попробовать снова.

Их атаки были неэффективны, а попытка сбежать означала мгновенную смерть. Оставалось лишь одно — играть с ним до самого конца, до своей смерти. Хотя на всех них были шлемы, полностью скрывающие лицо, сейчас уже все должны были осознать свою судьбу. Эти взрослые мужчины заплакали, как дети. Они пришли запугивать слабых, но никогда в жизни не могли представить, что их постигнет такая же участь.

— Бог, пожалуйста, спаси...

— Боже...

Несколько человек, сдерживая слёзы, просили о божьем благословлении. Чувствуя бессилие, Лондэс почти опустился на колени, чтобы начать проклинать или просить божественного вмешательства.

— В... вы все, поторопитесь и задержите этого монстра!

Когда осознавшие грядущую судьбу рыцари начали молиться, их молитвы вдруг прервал пронзительный визг. Это сказал тот, кто сейчас был ближе всех к рыцарю смерти. Желая не пересекаться с лежащими невдалеке телами двух мертвых товарищей, он, дрожа, обходил их на цыпочках — довольно забавно.

Лондэс, глядя на всё со страданием на лице, нахмурился. Поскольку все были в шлеме, лицо было увидеть невозможно, а по наполненному ужасом голосу было невозможно понять, кто отдал этот приказ. Но такое отношение могло быть только у одного человека.

...Капитан Белиус.

Лондэсу скрутило лицо.

Белиус был развратником, он попытался изнасиловать одну из деревенских девушек и столкнулся с её отцом, попытавшимся её спасти. После того как они выволокли этого крестьянина, Белиус излил на него свой гнев, множество раз проколов его мечом. Он был такой человек. Он присоединился к этим силам лишь из-за золота своей богатой семьи, которой в стране принадлежали многие поместья.

Иметь такого человека капитаном... что сказать, не повезло.

— Я не могу здесь умереть! Вы должны выиграть для меня время! Станьте моим щитом!

Никто даже не пошевелился. Хотя он был капитаном, но только на словах, его никто не уважал. Кто пожертвует собой ради такого человека? Лишь рыцарь смерти отреагировал на его громкий крик и медленно повернулся к Белиусу.

— Йии!..

Стоять рядом с рыцарем смерти и сохранить способность громко кричать — невероятный подвиг. Лондэс почувствовал восторг, глядя на эту странную ситуацию, но тут он услышал, как Белиус снова закричал:

— Деньги, я дам вам денег. Две сотни золотых! Нет, пять сотен золотых!

Довольно большая сумма, но сейчас это всё равно что попросить их прыгнуть с пятисотметрового утёса, и только если выживут — получат награду.

Пока никто не шевелился, один человек задвигался... нет, пол человека. Выглядело почти так, будто он хочет ответить.

— Опппооооо...

Правая половина разрезанного пополам рыцаря схватила Белиуса за лодыжку. Рот этого выплюнул кровь и застонал.

— ...Оооаааааррррр! — Белиус закричал, а ближайшие рыцари и крестьяне, видевшие, что случилось, окоченели от ужаса.

«Зомби-раб».

В Иггдрасиле когда рыцарь смерти убивает свою цель, та тоже становится нежитью и на месте убийства восстаёт в качестве зомби. Если вы умерли от меча рыцаря смерти, станете его миньоном навечно. Такой уж была игра.

Белиус перестал кричать и упал на землю, будто марионетка, которой отрезали нити. Наверное, он отключился. Рыцарь смерти подошёл и занес над ним фламберг.

И проткнул Белиуса...

— Вооооаааааа. — ...Придя в себя от боли, Белиус душераздирающе закричал. — От, отпусти! Молю! Я сделаю всё, что попросишь! — Белиус схватил проткнувший его волнистый меч, но рыцарь смерти не обратил внимания на его слова. Вместо этого он начал двигать мечом вверх-вниз, как пилой. Наряду с жёстко разрезанными доспехами, всё заляпала кровь. — Аааргх... я, дам тебе денег, от, отпус... — Белиуса несколько раз тряхнуло, и он сделал последний вдох. Рыцарь смерти с удовлетворением оставил его тело.

— Нет... нет... нет.

— Боже!

Из-за картины перед глазами потрясённые товарищи Лондэса завопили в мучениях. Убежать значит лишиться жизни, но остаться — столкнуться с судьбой хуже смерти. Хотя они все это понимали, они понятия не имели, что делать, и потому не могли сделать и шага.

— ...Успокойтесь! — зарычал Лондэс. Наступила тишина, будто остановилось время. — ...Отступаем! Поспешите послать сигнал, отзовите сюда всадников и конных лучников! Пока будет трубить рог, оставшиеся попытайтесь выиграть время! Я, например, не хочу так умирать, шевелитесь!

Все засуетились в действиях. Прежняя растерянность исчезла, все начали работать как один, и двигаться со скоростью водопада. Они, механически следуя приказам, прекратили думать и пытались сделать чудо. Предыдущий хаос не повторится. Все рыцари знали, что делать. Им нужно было защищать того, кто трубит в рог, чтобы связаться с остальными рыцарями.

Отступающий рыцарь опустил меч и достал с сумки рог.

— ОАРРРРРРРРРР!

По-видимому, это послужило сигналом к действию, рыцарь смерти устремился вперёд. Его целью был рыцарь с рогом, у всех сердце чуть не выскочило, ведь противник хочет отнять их единую надежду на спасение, разве это не слишком безжалостно?

Угольно-чёрный вихрь неустанно приближался к рыцарям, и они знали, что преградить ему дорогу значит мгновенная смерть. Однако все встали в защитную стену. Используя ещё более сильный страх, чтобы убить страх того, что перед ними, они стояли и блокировали путь.

С одним взмахом щита рыцарь летел в воздух. С одним ударом меча другой рыцарь разрезался пополам.

— Дитз! Морит! Быстро отсеките головы тем, кто умер. Иначе они вернутся к жизни как зомби!

Названные рыцари поспешили к зверски убитым товарищам. И снова взмах щита, и снова рыцари полетели в воздух, а меч с легкостью разрубил ещё одного. В мгновение умерло четверо. Хотя Лондэс боялся, он поднял меч и стал перед чёрным вихрем, готовый героически принести себя в жертву, как мученик.

— ОАААРРРРРРР! — Даже если вероятности победить не было, Лондэс не был намерен стоять столбом, он, крича боевой клич, собрал всю свою силу и взмахнул мечом. Наверное, потому что это была последняя надежда, но Лондэс, ломая себе руки, высвободил мощь, которая удивила даже его, это был лучший удар во всей его жизни.

Рыцарь смерти тоже взмахнул волнистым мечом, своим фламбергом.

Мгновением позже глаза Лондэса закружились...

...его безголовое тело свалилось на землю, а меч полетел по дуге в воздухе. И в то же время послышался рог...

Момонга... Аинз повернул голову в сторону деревни, там протрубили в рог... На земле вокруг него лежали тела рыцарей, охраняющих окрестности деревни. Несло запахом крови, потому что Аинз жадно экспериментировал, и в этот миг он проклял себя за то, что смешал свои приоритеты.

Аинз бросил меч на землю. Изначально он принадлежал одному из поверженных рыцарей, и его заострённый клинок сейчас был в грязи.

— ...Я уже об этом упоминал, но мне завидно его сопротивлению физическому урону и способности уменьшать полученный ущерб.

— Владыка Аинз Оал Гоун.

— Можно просто Аинз, Альбедо.

Услышав желание Аинза, Альбедо немного смутилась:

— Гууугуууххуух! Мне, мне правда можно?! Называть верховного лидера сорока одного правителя Назарика, который даже использует имя, предназначенное для сорока одного хозяина Назарика, простым прозвищем будет слишком неуважительно!

Аинз считал, что в этом нет ничего страшного. Но раз Альбедо думает иначе, то она высоко уважает имя Аинз Оал Гоун. Аинз почувствовал себя счастливым и более нежно ответил:

— Ну, всё нормально, Альбедо. Пока мои старые друзья не появятся снова, это будет моим именем, и я позволяю тебе меня так называть.

— Хорошо, нет, я должна добавлять почтение. Как насчет... владыки, владыка Аинз, хе-хе... точно, это...

Альбедо застенчиво отвернулась. А поскольку она была в полных доспехах, закрывающих её красивое лицо, Аинз подумал, что она выглядит и впрямь странно.

— Неужели, неужели хе-хе-хе... Потому что я... я более особенная, что могу называть вас...

— Нет, называть меня каждый раз таким длинным именем немного странно, я просто хочу, чтобы все называли меня коротким именем.

— ...Так это... да... вы правы...

Настроение у Альбедо мгновенно упало. Чувствуя себя немного неловко, Аинз спросил:

— Альбедо, называя моё имя, что ты о нём думаешь?

— Я думаю, это имя подходит вам идеально, и я люблю... кашель, оно показывает вашу величественность, наш верховный правитель.

— ...Это имя изначально принадлежало сорока одному мастеру, включая твоего создателя Табулу Смарагдина. Я пренебрёг твоими другими мастерами и без дозволения взял это имя. Учитывая это, как ты думаешь они к этому отнесутся?

— ...Хотя это может вас обидеть... пожалуйста, позвольте мне сказать эти слова. Если это расстроит владыку Аинза, вы можете даже приказать мне покончить с жизнью... Если владыка Момонга будет использовать это имя, я уверена, что остальные правители, оставившие нас позади, к этому отнесутся по-разному. Однако когда остальные мастера нас покинули, лишь владыка Момонга остался до самого конца, поэтому мы будем вне себя от радости, если он использует это имя.

Альбедо опустила голову, а Аинз потерял дар речи.

Лишь слова «нас покинули» вторили у него в голове. У его старых товарищей были собственные причины уйти. Иггдрасиль был лишь игрой, не было причин ради неё жертвовать реальной жизнью. И для «Момонги» это тоже было верно. Но забросить Аинз Оал Гоун и также Великий Склеп Назарика... разве он не будет хоть немного разозлён на этих прошлых товарищей?

Они оставили даже меня.

— ...Возможно, они будут злиться, возможно нет. Эмоции людей довольно сложны... Верного ответа здесь нет... Подними голову, Альбедо. Я тебя понял. Я решил... это будет моим именем. Пока мои товарищи не вернутся и не выскажут свои возражения, имя Аинз Оал Гоун будет моим.

— Да, мой верховный правитель... мне очень приятно, что мой самый любимый человек использует такое благородное имя.

Её самый любимый человек... эх. Беспокойный Аинз пока решил не замечать эту проблему.

— ...Неужели? Спасибо.

— Так, владыка Аинз, вы хотите побыть тут некоторое время? Хотя мне приятно просто стоять возле владыки и сопровождать вас, прогуляться... да, прогуляться тоже будет хорошо.

Ничего не поделаешь, ведь Аинз пришёл спасти деревню. Родители, которых сёстры молили спасти, уже были найдены мёртвыми. Вспоминая их тела, Аинз почесал голову. Он смотрел на них так, будто это мёртвые жуки на улице — не чувствовал ни жалости, ни печали, ни гнева.

— Что ж, прогуляться вполне можно, сейчас нет ничего срочного. Рыцарь смерти, похоже, усердно выполняет свою работу.

— Нежить, достойная быть созданием владыки Аинза. Его прекрасно выполненная работа заслуживает восхищения.

Для создания монстров-нежити Аинз использовал магию и особые навыки. Монстры, созданные с помощью особых навыков Аинза, были сильнее обычных монстров. Конечно, недавно созданный рыцарь смерти был намного сильнее обычного рыцаря смерти. Однако уровень у рыцаря смерти мог быть не больше тридцать пятого. Для призыва «властелина-мудреца» и жнеца смерти «Танатоса» Аинзу нужно расходовать очки опыта. По сравнению с ними рыцарь смерти так, мелкая сошка. Но раз он мог сражаться, значит, враг не так уж и силен.

А это значило, что опасности нет. Ему захотелось принять победоносную позу, но учитывая необходимость вести себя величественно, Аинз подавил это желание и, спрятав под мантию, стиснул руку в кулак.

— Враги, атакующие деревню, слишком слабы. Но нужно убедиться, остались ли в деревне выжившие.

Прежде чем сделать следующий шаг, Аинз решил ещё раз проверить всё, что нужно сделать. Во-первых, он отключил эффекты посоха Аинз Оал Гоун. Всеобъемлющая злая аура исчезла без следа, как свеча, задутая ветром.

Затем вынул из ящика предметов маску, способную закрыть ему всё лицо. Она была чрезмерно украшена и с выражением, которое трудно описать — ни плач, ни гнев. Она была удивительно похожа на вычурные маски Баронга из острова Бали. Хотя маска выглядела странно, в ней не было никакой скрытой силы. Это был просто предмет с ивента, в который даже кристаллы данных нельзя было вставить.

Если в Канун рождества зайти в Иггдрасиль с семи утра до десяти вечера и играть больше двух часов... нет, просто оставаться в игре больше двух часов, можно автоматически получить эту маску. Можно сказать, что этот предмет был совершенно бесполезен.

Это была маска завистливых, также известная как «маска зависти».

Аинз один раз когда-то надел эту маску, что вызвало массу спама на доске мгновенного обмена сообщениями. «Игровая компания сошла с ума?», «Мы ждали этого», «У одного из членов нашей гильдии нет такой маски, может кто-нибудь его убить и её забрать?», «Я больше не человек охохо!» появлялись такие сообщения о маске.

Затем он вынул пару металлических перчаток. Внешне они напоминали грубо сделанные железные рукавицы, ничего особенного. Этот предмет назывался «железные перчатки», их создали члены Аинз Оал Гоун для того, чтобы изменять внешность своих рук. Их единственным свойством было небольшое увеличение силы.

Когда он надел эти предметы, то полностью скрыл свой скелетный вид. Для этого у Аинза были свои причины. Он осознал, что сделал непоправимую ошибку. В Иггдрасиле Аинз уже привык выглядеть как скелет и это больше его не пугало. Однако для людей этого мира он был идеальным олицетворением ужаса. Будь то две девушки, которых чуть не убили, или рыцарь во всеоружии, все его боялись.

В общем, из «злого монстра» превратиться в «злого мага» должно быть достаточно. В конце концов, он не знал, куда деть посох, так что решил просто взять его с собой. Он не должен стать большой проблемой.

— Что ж, на всё воля Божья, знай я это раньше, не начал бы убивать этих людей.

Аинз сказал то, что сказали бы только атеисты, возвёл рукой молитву и мертвые тела исчезли в свете, затем он активировал следующее заклинание.

— «Полёт».

Аинз медленно воспарил в воздух. Вскоре к нему подлетела Альбедо.

— ...Рыцарь смерти, если рыцари ещё живы, не убивай их. У них всё ещё есть определённая ценность.

Рыцарь смерти выслушал приказы Аинза и подчинился команде. Однако то, что рыцарь смерти чувствовал, когда ответил на свой новый приказ, было довольно трудно описать.

Аинз на высокой скорости полетел к месту, где протрубил рог. Очень сильно дул ветер, никогда в Иггдрасиле он не летал так быстро. Хотя ему было неприятно, что длинная мантия давит на тело, потерпеть оставалось совсем немного.

Вскоре он уже парил над деревней и смотрел на то, что происходит внизу. Аинз заметил, как выглядит площадь — будто заполнена тёмной жидкостью. На земле, недалеко от нескольких трясущихся рыцарей, лежали тела, а перед ними стоял рыцарь смерти. Аинз посчитал умерших и посмотрел на четырёх выживших рыцарей, которые едва двигаться могли. Выжило больше, чему ему было нужно, впрочем, будь их даже ещё больше, ему бы было всё равно.

— Рыцарь смерти, этого хватит.

Тон его голоса был немного не к месту, как у покупателя, который говорит в магазине список покупок, да и для Аинза это было всё равно что обыденно прогуляться до магазина и что-то купить.

Он в сопровождении Альбедо медленно опустился на землю. Рыцари были ошеломлены их прибытием. Они, очевидно, ждали подкрепления, но пришли не те, кого они хотели видеть, их надежды полностью разрушились.

— Это наша первая встреча, почтеннейшие рыцари, меня зовут Аинз Оал Гоун.

Никто не ответил.

— Если сдадитесь, сможете сохранить себе жизнь. И, может быть, сражаться в другой день...

Один из мечей тут же упал. Вскоре неряшливо упали все четыре меча. Никто не проговорил ни слова.

— ...Вы выглядите уставшими. Но учитывая, что вы стоите перед хозяином рыцаря смерти, вы, кажется, держите голову высоковато.

Рыцари быстро стали на колени и низко опустили голову. Они выглядели не как рыцари, кланяющиеся своему королю, а как заключённые, ожидающие казни.

— Я позволю вам уйти, сохранив свои жизни. Но я хочу, чтобы вы пошли к своему хозяину и передали сообщение. — Аинз применил «Полёт», подлетел к одному из рыцарей, и посохом любезно снял с того шлем. Из-под маски он посмотрел рыцарю прямо в усталые глаза. — Не вызывай здесь никаких проблем. Если не послушаешь моего совета, в следующий раз ты и твоя страна сгорите вместе.

Дрожащий рыцарь закивал. Как же он старается — довольно забавно.

— Теперь идите. Не забудьте передать это своим хозяевам.

Как только он указал подбородком, рыцари бросились наутёк.

— ...Как же утомительно, — тихо пожаловался Аинз, глядя в спины убегающим рыцарям. Если бы рядом не было деревенских жителей, он бы расслабил плечи. Хотя в Великом Склепе Назарика он вёл себя похоже, надевать на себя маску полного величия было очень напряжённо для обычного офисного служащего, такого как Аинз. Но снимать маску было ещё рано.

Аинз подавил вздох и направился к крестьянам, Альбедо последовала за ним. Когда она шла, от неё слышался лязг доспехов.

Прибери зомби-рабов. Приказал в уме Аинз рыцарю смерти, подходя к жителям. Постепенно он начал видеть смесь растерянности и тревоги на их лицах.

Не то чтобы они были недовольны тем, что рыцарям позволили бежать, просто человек перед ними был страшнее рыцарей. Аинз наконец осознал, в какое попал положение. Поскольку он был сильным, даже сильнее тех рыцарей, он никогда не ставил себя на место этих крестьян.

Аинз собрался с мыслями и немного подумал. Подходить к ним слишком близко будет плохо, он остановился на некотором расстоянии и обратился к ним добрым тоном:

— Вы уже спасены, не волнуйтесь.

— Вы, вы... — Один из крестьян, видно их лидер, заговорил, но даже теперь они продолжали поглядывать на рыцаря смерти.

— Я увидел, что на деревню напали, и пришёл помочь.

— Оххх... — Все удивились и с облегчением вздохнули. Однако не все собранные здесь крестьяне полностью успокоились.

Ничего не поделаешь. Может, лучше сменить подход? Аинз решил использовать подход, который не любил.

— ...Хоть я это и сказал, мои услуги не бесплатны. Я хотел бы получить вознаграждение за каждого спасшегося жителя, вы меня понимаете?

Крестьяне переглянулись между собой, явно беспокоясь о деньгах. Но Аинз видел, что даже самые скептически настроенные из них начали медленно менять мнение. Они были спасены из-за денег, и эта мысль немного убрала часть их сомнений.

— Но, но состояние деревни...

Аинз поднял руку:

— Давайте поговорим об этом позже. По пути сюда я спас двух сестёр. Я пойду и приведу их сюда, не могли бы вы меня подождать?

Он должен был убедиться, что сестры будут хранить его секрет, он не мог позволить, чтобы они кому-то сообщили о его истинном облике. Аинз медленно ушел прочь, не дожидаясь ответа крестьян. Вместе с тем он подумал, что сможет магией изменить им воспоминания.

Глава 4. Столкновение

Часть 1

Дом деревенского старосты стоял недалеко от площади. Внутри, сразу у входа, было большое открытое пространство, рядом с которым находилась кухня. В этой пустой гостиной стоял потертый стол и несколько стульев. Аинз сидел на одном таком и осматривался вокруг. Через решётчатые окна солнце освещало каждый уголок дома. Всё было ясно видно даже без «Ночного зрения».

Аинз глянул на женщину, стоящую в уголку кухни, затем прошёлся взглядом по лежащим то тут, то там различным инструментам. Нигде не было никаких механизмов.

Когда Аинз начал подумывать, что наука и техника в этом мире менее развиты, то сразу осознал наивность своих ожиданий. Даже с магией наука не обязательно должна продвигаться быстро.

Чтобы на руку не светило солнце, он её чуть отодвинул, а поскольку она лежала на простеньком старом рабочем столике, тот зашатался, хотя металлические перчатки были не такими уж тяжелыми. Стул тоже громко заскрипел, ведь Аинз перенес свой вес.

Бедность, в прямом смысле этого слова.

Чтобы посох не мешал, Аинз прислонил его к столу. Посох отразил солнечный свет, заиграв многочисленными отражениями. Хотя Аинз был в старом деревенском доме, он оказался в окружении иллюзий сказочного мира. Аинз вспомнил, какие у деревенских жителей были изумлённые лица. Крестьяне благоговели, взирая на высокоуровневый посох, который Аинз создал со своими товарищами. Он почувствовал себя очень гордым. Однако это мимолётное чувство сразу же стало простым довольством, вследствие чего Аинз нахмурил несуществующие брови. Он поистине не любил своё вынужденное самообладание. Однако если быть слишком рассеянным, будет сложно преодолевать будущие трудности. Размышляя об этом, Аинз приготовился к предстоящему испытанию.

Ему нужно было провести переговоры с деревенским старостой о награде за спасение села. Истинными намерениями Аинза был сбор информации, а не золота, но если бы спросил об информации прямо — вызвал бы подозрения.

Хотя такая маленькая деревенька не должна быть большой проблемой, Аинза по-прежнему волновали владельцы земли, на которой находится деревня. Если такие люди узнают, что Аинз ведёт дела с крестьянами, чтобы получить информацию об этом мире, они могут тотчас же начать им манипулировать.

Не слишком ли я осторожен?

У Аинза было такое чувство, будто он сейчас перебегает дорогу. Казалось, что в любую секунду можно попасть в смертельную аварию. Другими словами — встретить сильнейших бойцов этого мира.

Сила относительна. В этой деревеньке Аинз уже был сильнее всех, кого встретил, однако это не значит, что он сильнее всех в этом мире. Кроме того, сейчас Аинз был нежитью, а судя по той реакции девушек, как относятся к нежити очевидно. Ему нужны были знания, и ему нужно было быть осторожным, поскольку в любое время могли напасть люди, которые ненавидят нежить.

— Я заставил вас ждать. — Напротив Аинза сел староста, а его жена стала за ним. У старосты была тёмная, мускулистая кожа и полное морщин лицо. С первого взгляда можно было сказать, что его крепкое тело выковано тяжёлым физическим трудом. Он уже наполовину поседел. На одежде из хлопка виднелись пятна грязи, но она не воняла. По усталому лицу можно было предположить, что ему больше сорока. Однако сколько ему на самом деле, было трудно определить. По-видимому, из-за случившегося сегодня он постарел на несколько лет. Его жена, похоже, была того же возраста, что и он. Хотя в ней оставались черты стройной, хрупкой красавицы, многие годы тяжкого сельского труда смыли это почти полностью. Лицо у неё было в веснушках. Сейчас она была лишь худощавой, старой тётей с растрёпанными чёрными волосами до плеч. Даже в свете дня их цвет казался бледным.

— Пожалуйста. — Старая леди положила на стол скромную деревенскую чашку. Альбедо тут не было, она всё ещё обходила деревню.

Аинз поднял руку, чтобы отказаться от парующей чашки с кипячёной водой. Он не испытывал жажды и не мог снять маску. Но ему следовало отказаться раньше, ведь он видел, сколько труда вложено в то, чтобы приготовить воду. Кстати, труд заключался в кипячении.

Она начала с кремня. Маленькими искрами подпалила тонкие щепки, и затем раздула огонь. Потребовалось некоторое время, чтобы огонь в печи разгорелся, а затем ещё время, пока закипит вода. Чтобы вскипятить воды она использовала не электричество, а произведённый вручную огонь. Аинз впервые это видел, и его очень заинтересовал сам процесс. В мире, с которого пришёл Аинз, все готовили на газу, так что то, что она сейчас сделала, должно быть трудным.

Аинз хотел использовать эту возможность, чтобы собрать информацию даже об этой технологии. Думая так, он снова посмотрел на старосту.

— Хотя вы вскипятили воду специально для меня, я искренне сожалею.

— Вы слишком добры, не нужно извиняться.

Из-за того что Аинз с извинениями любезно склонил голову, паре стало неловко. Они не могли представить, что человек, повелевающий рыцарем смерти, может склонить голову и извиниться.

Но для Момонги эта идея вовсе не была странной. Ведь перед началом переговоров стоит показывать дружеское отношение.

Конечно, он мог выудить информацию, использовав «Конфуз гуманоида», как сделал с теми сёстрами, или другую магию, и позже высокоуровневой магией изменить им память. Но такую магию следовало использовать только как последнее средство, потому что на это тратилось слишком много очков магии. Аинз вспомнил то чувство, когда исчерпал очки магии: почувствовал странную усталость, будто что-то потерял.

А после того как он надел маску и перчатки, на простое изменение десяти секунд воспоминаний потребуется просто гигантское количество очков магии.

— ...Тогда давайте перейдем сразу к делу, обсудим мою награду.

— Да. Однако прежде чем мы начнём... Спасибо вам огромное! — староста поклонился, он почти что ударился головой о стол. Его жена последовала за ним и тоже поклонилась:

— Если бы не вы, все жители деревни погибли бы. Мы очень вам признательны!

Аинз удивился такой сердечной благодарности. В прошлой жизни с ним никогда такого не случалось... нет, те две девочки тоже его так поблагодарили. Просто он никогда прежде никого не спасал, и теперь он понял, что поступил правильно. Даже когда был человеком, он не испытывал неприязни к такой искренней благодарности, хотя он всё же смутился... наверное, это были остатки человечности.

— Пожалуйста, поднимите голову. Как я и сказал, вам не следует ни о чём тревожиться. Потому что я помогал не задаром.

— Мы это знаем, но, пожалуйста, позвольте нам вас поблагодарить. Потому что с вашей помощью многие жители выжили.

— ...До тех пор, пока они будут платить. Прежде всего, давайте обсудим вопрос о награде. Как староста, вы, должно быть, очень заняты.

— Нет ничего более важного, чем провести время с нашим спасителем, однако следовать моим принципам будет самой искренней формой уважения.

Староста медленно поднял голову и Аинз быстро задействовал на полную свой несуществующий мозг. Чтобы собрать информацию, полагаясь не на магию, а на разговор.

Как хлопотно.

Как сильно сейчас поможет его прошлый опыт продавца? Аинз надеялся, что сможет использовать хотя бы половину своих старых навыков. Мысленно себя подготовив, он заговорил:

— Тогда начнем, сколько вы мне сможете заплатить?

— Мы не можем позволить себе скупиться к нашему спасителю. Мы не уверены, сколько сможем собрать медных и серебряных монет, и пока не соберём, не узнаем, но медных монет должно быть приблизительно три тысячи.

Аинз не знал, насколько ценно это количество, в мыслях он себя высмеял. А спрашивать сейчас будет роковой ошибкой, нужно принять иной подход и медленно повести разговор в нужное русло. Впрочем, поскольку продавцом он был скверным, деловые навыки у него тоже были бедны.

Хотя число было большим, он не знал ценность этих денег, и потому не мог определить, подходящая ли это сумма. А принимать слишком маленькую сумму, или, наоборот, слишком большую, просто нельзя, иначе он покажет собственное невежество.

Нет, раз они не дали ему четыре больших коровы, он уже вздохнул с облегчением. Он почти загнал себя в депрессию, но быстро успокоился. За это он поблагодарил своё тело нежити, и в то же время он кое-что выяснил. Основной валютой деревни были медные и серебряные монеты. И вместе с тем ему захотелось узнать, сколько же эти валюты стоят друг друга, но пока у него было мало информации.

Сперва нужно узнать о ценности медных монет. Если не знать базиса, это может стать довольно хлопотным. Но если он покажет, что ничего не знает о стоимости валюты, это вызовет подозрения. Пока он ещё не начал узнавать об этом мире больше, он не хотел выделяться. Вот почему он продолжал думать, пытаясь избежать ещё большей ошибки.

— Будет трудно нести столько маленьких монет, я надеюсь, что их можно обменять на монеты с большей стоимостью.

— Извините нас, было бы замечательно, если бы мы заплатили вам золотыми монетами. Но... у нашей деревни нет никаких золотых монет...

Аинз подавил посыл вздохнуть с облегчением. Поскольку староста повёл разговор именно в ту сторону, которую он хотел. Так что Аинз чуть получше подумал о своём следующем вопросе:

— Ну, в таком случае я просто хочу потратить деньги, которые получу, чтобы купить у деревни товары, я просто хочу, чтобы вы дали мне достаточно.

Аинз засунул руку в мантию и незаметно открыл ящик предметов и достал две золотые монеты Иггдрасиля. На одной был женский профиль, а на второй — профиль мужчины. Первую монету представили после ивента «Падение Валькирии», это была ревизия денег, которые игроки использовали до тех пор, ну а вторая монета была старыми деньгами. Хотя обе монеты были одинаковой стоимости, для Аинза они имели разное значение. Старую монету Аинз носил с собой ещё с тех пор, как начал играть в Иггдрасиль, когда была основана Аинз Оал Гоун. Новые же деньги были введены во время пика активности гильдии, но поскольку к тому времени все уже собрали себе весь инвентарь, новые монеты они просто складывали себе в ящик предметов.

Он стал скелетом-магом и магией побеждал монстров, после которых оставались парящие на весу старые золотые монеты. Он сам ходил в лабиринты и побеждал там свирепых монстров, через огромные трудности получая горы золотых монет. Когда была создана гильдия, согильдийцы проходили многие лабиринты и продавали все полученные кристаллы данных, зарабатывая золотые монеты, символизирующие их славную историю...

Но Аинз отбросил эти ностальгические воспоминания. Попридержав старую монету, он вынул новую.

Как только он положил золотую монету на стол, староста и его жена широко открыли глаза в удивлении.

— Э, это!

— Это валюта далёкой земли. Могу я ею здесь пользоваться?

— Думаю, что да... Пожалуйста, подождите немного.

Аинз вздохнул с облегчением, после того как узнал, что монеты можно использовать, тем временем староста встал со стула, пошёл в другую комнату и принёс нечто, что можно увидеть лишь в учебнике истории.

Антикварные весы.

Затем принялась за работу жена, она взяла золотую монету, а также круглый объект, и, похоже, сравнивала их размер. Увидев достаточно, она положила монету на одну чашу весов, а грузик на другую. Это походило на процесс «взвешивания денег». Аинз порылся в памяти, думая о смысле действий жены. Если первый шаг был сравнением размера денег этой страны с монетой, то второй шаг, должно быть, это подтверждение содержания золота в монете. Похоже, золотая монета была тяжелее, поскольку чаша весов на другой стороне начала подниматься. Жена положила другой грузик, чтобы сбалансировать обе стороны.

— Похоже, вес как у двух золотых монет... позвольте спросить, можно ли царапнуть поверхность?..

— Ж, жена, ты слишком груба! Пожалуйста, простите наглость моей жены...

Видно, она подумала, что монета позолочена. Однако Аинз не был ни расстроен, ни разгневан.

— Вперед... но если монета окажется из чистого золота, вы компенсируете полную стоимость, хорошо?

— Не, не нужно, я правда сожалею, — жена старосты извинилась и вернула монету.

— Не волнуйтесь, я хочу узнать кое-что другое. Что вы думаете об этой монете? Она похожа на резную скульптуру, так ведь?

— Да, выглядит очень красиво. Какой она страны?

— Эта страна... её больше не существует.

— Ох, правда?..

— ...Хотя у монеты тот же вес, что и у двух обычных золотых монет, в сочетании с произведением искусства следует ожидать высокую цену, я прав?

— Скорее всего... но я не купец и не знаю, как правильно судить о ценности искусства...

— Ха-ха-ха, вы правы. Значит, если я буду что-то покупать, монета будет равна двум обычным золотым?

— Да, конечно.

— На самом деле у меня несколько таких монет. Какие товары вы можете мне продать? Конечно, я куплю столько, сколько вы пожелаете предложить, и для меня не имеет значения, буду ли я покупать по обычным ценам. Вы можете даже свободно проверить монеты. Будьте любезны...

— Господин Аинз Оал Гоун!

Аинз был поражён внезапным окриком деревенского старосты, который посерьёзнел ещё сильнее.

— ...Зовите меня просто Аинз.

— Господин Аинз? — поначалу староста с подозрением отнесся к тому, чтобы его так называть, но несколько раз кивнув, он продолжил: — Я понимаю, что вы хотите сказать, господин Аинз.

Аинз был сбит с толку. Интересно, у меня над головой всплыл большой знак вопроса? Должно быть, староста что-то неправильно понял, но поскольку Аинз даже не представлял, что тот хочет сказать, то и не представлял, как реагировать.

— Я понимаю, господин Аинз не хочет продавать себя задёшево, вполне понятно, что вы хотите подобающую награду за свою работу. Нам потребовалось бы много денег, чтобы нанять такого человека, как господин Аинз. Но вы хотите получить что-то ещё вдобавок к трём тысячам медных монет, я прав?

Аинз не мог проследить за мыслями старосты, он запутался, и невольно поблагодарил себя за то, что решил надеть маску. Аинз достал золотую монету для того, чтобы понять, сколько на неё можно купить товаров, он хотел примерно оценить рыночные цены этого мира. Когда же всё пошло не так?

Не давая Аинзу времени заговорить, староста продолжил:

— Но как я и сказал, деревня способна заплатить примерно три тысячи медных монет, не больше. Вы, конечно, подозреваете, что есть больше, но я могу заверить вас, что мы ничего не прячем от нашего спасителя господина Аинза.

Лицо старосты было полно искренности, не было похоже, что он врёт. А если он обманывает, Аинзу следует винить лишь себя за неспособность читать людей.

— Нет, мы никогда не соберём достаточно денег, чтобы заплатить такому могущественному человеку. Если все в деревне отдадут все свои сбережения, наверное мы сможем вас удовлетворить, но... наша деревня потеряла много людей, если мы заплатим больше чем три тысячи медных монет, мы не переживём следующий сезон. То же самое и с товарами, из-за потерь многим полям будет не хватать рук. Поэтому если мы отдадим сейчас наши припасы, будущее у нас окажется весьма мрачным. Хотя это грубо по отношению к нашему спасителю, но если это возможно... не могли бы мы оплатить с помощью рассрочки?

Хм? Неужели настала прекрасная возможность? Аинз, просветлев, сделал вид, что глубоко задумался. Его цель была прямо перед ним, сейчас он мог лишь молиться на успех. Через несколько секунд Аинз наконец заговорил:

— Я понял. Тогда я не буду просить вознаграждения.

— Э? По... почему?

Староста и его жена были ошеломлены. Аинз любезно поднял руку, показывая, что ему ещё есть что сказать. На переговорах нужно думать, что следует говорить, а чего не следует, это было и впрямь хлопотно. И он не знал, пройдёт ли всё гладко, получит ли он желаемую информацию, но всё равно следовало попробовать.

— ...Я заклинатель, я обучался магии в одном месте под названием Назарик, и лишь недавно оттуда вышел.

— Понятно. Так вот почему вы так одеты.

— Э, да.

Аинз прикоснулся к маске зависти, непринуждённо потерев брови. Если бы все заклинатели носили такую маску, как люди на улице на них бы смотрели? У него в мыслях возникла картина оживлённых улиц острова Бали. Аинз, не ожидавший появиться в этом мире, вдруг заметил, что не понимает кое-что ещё. Почему местные используют термины из Иггдрасиля?

Например, термин «заклинатель» использовался очень часто. Отшельник, Священник, Друид, Мистик, Колдун, Маг, Бард, Мико, Алхимик, Святой и другие профессии. Все эти классы в Иггдрасиле были известны под общим названием «заклинатель». И в этом мире тоже — невероятное совпадение.

Аинз, продолжая наблюдать за их реакцией, продолжил:

— Хотя я сказал, что не хочу вознаграждения, как заклинатель я использую различные инструменты, и, конечно, сюда входят страх и знание. С их помощью можно зарабатывать деньги. Как я и сказал, я сосредоточился исключительно на обучении магии, потому я очень долго не обращал внимания на внешний мир и теперь не знаю, что происходит в этой области. Так что я хочу получить от вас двоих информацию. Более того, я надеюсь, что вы никому не скажите о том, что я покупал информацию. Я готов рассмотреть это в качестве моего вознаграждения.

Бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Если что-то даётся даром, то это чтобы кого-то поймать. Если он потребует вознаграждение за спасение крестьян, а потом вдруг передумает, очевидно, они отнесутся к нему с подозрением.

Но пока они верят, что уплатили надлежащую награду, даже если она неосязаема, они поведутся. Другими словами, если они поверят, что продали информацию в качестве награды, они будут менее подозрительными и станут чувствовать себя более непринуждённо. Староста и его жена с твердым взглядом кивнули:

— Я понял, мы точно никому не скажем.

Аинз сжал кулаки и тайно отпраздновал победу. Вот и оказался полезным его реальный деловой опыт.

— Вот и отлично. Я поверю в вашу честность, ибо не хочу на вас использовать магию.

Аинз протянул руку в перчатках. Староста на секунду замялся, но осознав намерения Аинза, он крепко пожал ему руку. Аинз вздохнул с облегчением от того, что в этом мире есть традиция рукопожатия. Если б староста посмотрел на него вопросительно, он точно заплакал бы.

Конечно, Аинз не доверял им полностью. Как только людям предложат лучшую выгоду, они, без сомнений, вас выдадут. Даже если поначалу тайна будет держаться, в любую секунду люди могут передумать. Но поскольку не может быть самого лучшего решения, Аинз решил рискнуть и поверить, что староста достаточно честен, чтобы не выдать тайну. Он ничего не мог сделать, чтобы не дать им раскрыть информацию и даже если это случится, он сможет использовать это в качестве козыря в следующий раз, когда будет в этой деревне.

Но интуиция говорила Аинзу: они никогда не предадут, ведь они так признательны и искренни.

— Так... можете вы рассказать мне об этом месте?

♦ ♦ ♦

— ...Как такое может быть.

— Э! Что-то не так?

— Нет, ничего, я просто говорил сам с собой. Извините, что вы меня услышали и забеспокоились...

Аинз мгновенно возобновил актёрскую игру. Будь у него человеческое тело, его бы сейчас бросило в холодный пот. Староста просто сказал: — А, ясно. — И дальше не спрашивал. Или, может, он и так считал заклинателей странными. Аинзу это было бы выгоднее...

— Вам приготовить попить?

— Ах, нет, меня не мучает жажда, не тревожьтесь.

Жена старосты уже вышла из дому, ведь много чего нужно было ещё сделать. В доме сейчас были лишь староста и Аинз.

Сперва Аинз спросил о соседних государствах. Оказалось, что он никогда даже не слышал об упомянутых старейшиной странах. Он умственно подготовился, сказал себе, что его ничего не удивит, но когда это услышал, всё равно удивился. Поначалу Аинз представлял себе, что этот мир базируется на знаниях Иггдрасиля. Раз тут можно было пользоваться магией Иггдрасиля, наверное, он как-то связан с Иггдрасилем. Однако услышанные названия не имели к игре никакого отношения.

Соседние страны были Королевство Рэ-Естиз, Империя Багарут и Слейновская Теократия. В скандинавской мифологии и в Иггдрасиле таких названий не появлялось. Его глаза метались по комнате, а сам он дрожал. Аинз положил руки в перчатках на стол и едва сумел сохранить равновесие. Он уже знал, что прибыл в странный мир и умственно к этому приготовился, но было невозможно не удивиться.

Удар был тяжелее, чем он ожидал. Впервые с того времени, как тело стало нежитью, он ощутил такой большой удар.

Пытаясь оставаться спокойным, Аинз вспомнил названия тех соседних стран и где они расположены на карте.

Ближайшие были Королевство Рэ-Естиз и Империя Багарут. Эти две страны разделяли Азерлисские горы. К югу от гор находился обширный лес, принадлежащий Королевству. Эта деревня и близлежащий город-крепость располагались на границе леса.

Эти две страны часто воевали между собой, почти каждый год в глуши недалеко от города-крепости происходили стычки.

На юге располагалась Слейновская Теократия.

Если нарисовать круг, а в нём перевёрнутую букву «Т», она и будет границей стран. Может такое объяснение немного расплывчато, но так понять проще. Королевство Рэ-Естиз слева, Империя Багарут справа и Слейновская Теократия снизу. Похоже, были и другие страны, но староста знал лишь эти три. А о политических событиях староста маленькой деревеньки и подавно не знал.

А это значило...

...Я оказался полным дураком.

Лишь по тому, что на доспехах рыцарей был символ Империи Багарут, староста предположил, что это багарутские рыцари. Но раз это место граничит и с Слейновской Теократией, они также могли быть и замаскированными слейновскими рыцарями.

Отпускать всех рыцарей было ошибкой, хотя бы одного нужно было попридержать, чтобы задать вопросы. Но уже слишком поздно сожалеть. Если это и вправду сделала Слейновская Теократия, ему, наверное, стоит предупредить Империю. Ну а что до Королевства, раз крестьяне были спасены, всё должно быть в порядке.

Аинз глубоко задумался. В этот мир попал лишь он один? Невозможно, с очень большой вероятностью сюда попали и другие игроки. Может быть, даже Хэрохэро. Следующим шагом следует решить, что делать на случай встречи с другими игроками.

С точки зрения японца, если сюда перенеслись другие игроки, им следует держаться вместе. Когда такое случилось, лучше друг с другом сотрудничать. Пока это не касается Аинз Оал Гоун, он пойдёт на любые уступки. Но была одна единственная трудность — его могут посчитать врагом. Хотя вероятность этого очень маленькая, она не равна нулю. Аинз Оал Гоун всегда играли роль плохих парней, часто охотясь на других игроков. В итоге многие их не любили. Не было ясно, исчезла эта обида или нет. Возможно, некоторые, движимые гневом и ненавистью, даже попытаются его предать в руки правосудия. А чтобы его не ненавидели, нужно попытаться в окрестностях Назарика не вести себя враждебно. Если он устроит резню местным жителям, в особенности невинным людям, это, скорее всего, разъярит других игроков, не потерявших человечности. Конечно, если он предоставит вескую причину, дело может обернуться совсем по-иному. Например, если он спасёт крестьян.

Все будущие действия должны быть основаны на достоинстве, а не на удобстве. Другими словами, в следующий раз, может быть, ему придётся делать то, что он не хочет, но что нужно. Тем не менее если к Аинз Оал Гоун из-за прошлого всё равно будут относиться враждебно, битва будет неизбежна. Так что на этот случай ему придётся придумать меры противодействия. Если противниками будут около тридцати стоуровневых игроков, боевой мощью Великого Склепа Назарика он сможет легко их сокрушить. А поскольку он ещё и предметы мирового класса будет использовать, Назарик превратится в неприступную крепость. Если враги будут такой же силы, как те рыцари, отразить нападение будет ещё легче.

Но как можно себе представить, сражаться в крепости без подкрепления будет очень невыгодно. Используя предметы мирового класса Аинз Оал Гоун, можно легко всех убить, но каждый раз, когда он будет высвобождать максимальную силу предмета, у Аинза будет понижаться уровень. Если он будет ими отражать каждую атаку, в один прекрасный день не сможет их использовать.

Аинз понимал, как это просто делать ошибки или что-то не замечать, если сосредоточен лишь на битве. Но он не был ребёнком, он ещё до начала сражения примет во внимание худшие сценарии. Так он сможет придумать контрмеры ещё до того, как проблема возникнет. Если бы он хотел просто жить, ему не надо было бы так много думать. Он просто мог бы как животное жить в лесу. Но из-за силы и теперешнего гордого имени он не мог себе этого позволить. Если он хочет жить со всеми в мире, просто нужно импровизировать.

Потому важно, как встречать бой в будущем. Нужно должным образом расширять свою военную силу. Затем собирать информацию об этом мире, в том числе любые новости о других игроках.

— ...Этого должно быть достаточно.

— Что-то не так?

— Нет, ничего. Просто мои предположения оказались не такими как реальность, так что я немного забылся. Вы можете мне поведать ещё что-то?

— Ах да, хорошо.

Староста начал говорить о монстрах. Этот мир был похож на Иггдрасиль в том, что тут были монстры. В лесах водились магические звери, в особенности много их было в месте под названием «Лес мудрого короля». Также были гномы, лесные эльфы или феи, гоблины, орки, огры и другие полулюди. Где-то полулюди даже основали свою страну. Были и те, кто называл себя «искателями приключений», они получали награду за уничтожение монстров. Среди искателей приключений попадалось много заклинателей. В городах также были гильдии искателей приключений. Кроме того, похоже, можно собрать информацию в городе-крепости Э-Рантэл.

По словам старосты, Э-Рантэл — самый большой ближайший город, хотя и было неясно, сколько там живёт народу. Как раз подходящее место для сбора информации.

Хотя староста поделился полезной информацией, многое он не знал. Чтобы это понять, быстрее будет просто послать кого-то это проверить.

И наконец язык. Хотя это, похоже, иной мир, странно, почему они понимают японский. Так что Аинз внимательно посмотрел на рот старосты и понял, что он говорит вовсе не по-японски. Не было похоже, что так шевеля губами, он выговаривает японские слова. Следует позже поэкспериментировать.

В общем, похоже, люди этого мира однажды съели некое растение под названием «Переводческий Коньяк». Просто было неизвестно, кто им это растение дал. Похоже, слова автоматически переводились, прежде чем их услышит собеседник. А раз все понимают друг друга, то может быть возможно говорить и с другими видами. Например, с собаками или кошками. Единственной проблемой было то, что никто не знал, почему всё было именно так, с чего всё началось. Но почему-то староста не находил в этом ничего странного. Будто это нечто совершенно обыденное.

Другими словами, это здравый смысл этого мира. Раз это магический мир, не так уж и странно, что в нём совсем иной здравый смысл.

Здравый смысл, которому он учился всю прошлую жизнь, в этом мире был совсем другим. Это гибельная проблема. Если он не узнает лучше этот мир, то вполне может в будущем совершить роковой промах. «Отсутствие здравого смысла» — определённо плохая черта. А Аинзу как раз сейчас его недоставало. Нужно было подумать о решении, но ничего хорошего на ум не приходило. Может, просто выбрать первого встречного и заставить выложить все общие принципы этого мира? Конечно нет. Видно, оставался лишь один выход.

...Похоже, придётся немного пожить в городе.

Многое будет требовать знаний об этом мире. Также было важно понять магию этого мира. Уж слишком много нужно знать.

Погружённый в мысли, Аинз услышал, как к дверям с той стороны приближаются тихие шаги. Хотя шаги были тяжелыми, время между ними указывало на то, что человек идёт не быстро и никуда не спешит. Как только Аинз повернулся к двери, кто-то постучал. Староста машинально посмотрел на Аинза. Поскольку ценой за спасение жизней было объяснение всего, он не смел уходить без его разрешения.

— Можете идти. Я всё равно хотел сделать перерыв, так что не имеет значения, уйдете вы или нет.

— Я очень, очень сожалею, — староста любезно кивнул в извинениях, поднялся и пошёл к двери. Там показался крестьянин, он сразу посмотрел на старосту, а потом на Аинза.

— Староста, прошу прощения, что тебя беспокою, когда ты говоришь со своим гостем, но похороны готовы...

— Ох... — Староста перевёл взгляд на Аинза, будто прося разрешения.

— Мне всё равно, я не возражаю.

— Благодарю вас. Скажи всем, я сейчас буду.

Часть 2

Похороны проводились на кладбище за деревней. Не очень большое огороженное ветхим заборчиком место с несколькими вертикально положенными круглыми камнями, на которых выгравированы имена.

Староста читал эпитафию, чтобы упокоить души недавно ушедших. Он говорил о богах, которых не было в Иггдрасиле, и молился, чтобы души упокоились с миром.

Похоже, из-за нехватки рабочей силы они закапывали не все тела, а только часть. По мнению Аинза, закапывать кого-то в день его смерти было немного рановато. Наверное, религиозные обряды этого мира были не такими, которые знал Аинз, и хоронить быстро считалось нормой.

На кладбище собрались все деревенские жители, среди них Аинз увидел двух спасённых сестёр — Энри и Ниму Эммотт. Аинз понял, что два трупа, которые там лежат, — родители девушек. По-видимому, вскоре настанет черед и их похорон. Аинз стоял недалеко и глядел на них, а под мантией сжимал тридцатисантиметровую палочку. Она была сделана из слоновой кости, а кончик украшен золотом. На рукояти были выгравированы руны, от которых ощущалась божественность.

Это была «палочка воскрешения». Этим магическим предметом можно было вернуть мёртвого к жизни. Очевидно, у Аинза такая палочка была не одна. Их хватило бы даже на то, чтобы воскресить всех жителей и ещё остались бы.

Староста говорил, что в этом мире нет магии, способной оживить мёртвого. Если бы Аинз применил палочку воскрешения, то сотворил бы в этой деревне чудо. Но когда молитвы были прочтены, а похороны подходили к концу, Аинз медленно положил палочку обратно в ящик предметов.

Он мог воскресить мёртвого, но этого не сделал. Он не считал, что это Бог должен заботиться о душах умерших, просто не было смысла это делать. Одни заклинатели могут магией убивать, другие — воскрешать. У каких проблем будет больше? Даже если воскрешение будет с условием никому не говорить, шансы, что всё будет держаться в тайне, очень малы. Ведь все мечтают о способности преодолеть смерть, так ведь? Возможно, при других обстоятельствах он ещё применит воскрешение. Но пока у него мало информации, лучше палочку не использовать.

— Я спас их деревню, этого должно быть достаточно, чтобы их осчастливить, — прошептал Аинз молитву, глядя на стоящего чуть позади рыцаря смерти.

Тот был ещё одна загадка.

В Иггдрасиле вызванные магические существа со временем исчезали, если только особым методом вызова их не вызвать снова. Этот рыцарь смерти не был вызван как-то по-особому. Он уже должен был исчезнуть, но нет. Хотя Аинз над этим размышлял, в связи с отсутствием информации не смог найти внятного объяснения. Пока он был в глубокой задумчивости, рядом появились две фигуры.

Это была Альбедо и похожее на человека магическое существо с восемью ногами, которые, в свою очередь, были похожи на острые лезвия. И он был в чёрном костюме паука-ниндзя.

— Восьминогий кинжалопаук-убийца? Альбедо, это... — Аинз огляделся по сторонам. Крестьяне, похоже, не заметили. Альбедо — это ещё куда ни шло, но если кто-то увидит такое магическое существо, даже посреди похорон оно окажется центром внимания.

Но потом он вдруг вспомнил, что восьминогий кинжалопаук-убийца принадлежит к магическим существам, которые способны становиться невидимыми.

— Он хотел высказать почтение владыке Аинзу, потому я взяла его с собой.

— Для меня великая честь встретить владыку Момонгу...

— Не нужно любезностей. Ты из резервного отряда?

— Да, кроме меня мы подготовили четыре сотни слуг, чтобы напасть на деревню.

Напасть? Как всё так обернулось? Невольно подумал Аинз. Себастьян и правда не имеет таланта доставлять сообщения.

— ...Нападать нет необходимости, проблема уже решена. Под чьим ты командованием?

— Госпожи Ауры и господина Мара. Господин Демиург и госпожа Шалти находятся наготове в Назарике, а господин Коцит патрулирует окрестности Назарика.

— Ясно... слишком многие из нас будут просто мешаться под ногами. Все, кроме Ауры и Мара, отходите. Сколько здесь кинжалопауков-убийц?

— Пятнадцать.

— В таком случае вы вместе с Аурой и Маром остаетесь в режиме готовности.

Видя, что кинжалопаук принял приказ, Аинз перевел взгляд на похороны. Когда могилы начали засыпать, две девушки заплакали. Не было похоже, что похороны скоро закончатся, поэтому Аинз медленно пошёл в сторону деревни. Альбедо и рыцарь смерти последовали за ним. Хотя ему помешали похороны, Аинз всё же провёл здесь достаточно времени, разному обучаясь, например основным понятиям этого мира. Когда он покидал дом старосты, уже начинался закат. Видно, игра в спасителя заняла много времени.

Но он не считал это время потраченным зазря. С той поры как он узнал об этом мире, накапливалось всё больше и больше вопросов без ответов. Он был рад, что сумел столько выучить. Глядя на прекрасный закат, Аинз думал о том, что делать дальше. Очень опасно действовать, почти ничего не зная о мире. Лучше всего сначала собрать много информации скрытно. Но он спас эту деревню, дальше скрывать себя будет невозможно. Даже если бы он полностью уничтожил тех рыцарей, они ведь принадлежали к стране, которая могла попытаться выяснить, что случилось. В старом мире расследования были научными и хорошо развитыми, а в этом мире, возможно, есть другие методы следствия. Даже если тут нет продвинутых методов, пока деревня на месте, в один прекрасный день кто-то может найти следы к Аинзу. Чтобы информация не просочилась, крестьян можно послать в Назарик. Однако Королевство, к которому эти крестьяне принадлежат, точно будет против. Не будет ничего удивительного, если такой случай расценят как массовое похищение.

Было две причины назвать своё имя и дать рыцарям сбежать. Первая — Аинз не собирался вечно скрываться в Назарике, потому новости о нём начнут медленно распространяться. В таком случае будет лучше, если это он будет распространять информацию. И вторая — распространять новости, что Аинз Оал Гоун, убив рыцарей, спас крестьян. Конечно, основной целью было дать об этом услышать другим игрокам Иггдрасиля.

Аинз хотел иметь убежище в Королевстве, Империи или Теократии.

С одной стороны, если в тех странах будут другие игроки, они точно оставят после себя какие-то следы. С другой стороны, если Аинз мобилизует весь Назарик на поиски этих следов, на это не только потребуется куча усилий, но и риск будет велик. Если кому-то с темпераментом Альбедо отдать неверный приказ, это точно создаст ненужных врагов.

Стать союзником одной из тех стран будет очень выгодно в плане сбора разведывательных данных. Чтобы защитить независимость Великого Склепа Назарика, полезно заручиться поддержкой сильных мира сего. Но поскольку он не знал относительную силу государств, рассудил, что мудрее пока не связывать себя с одним из них. Более того, поскольку Аинз не знал, кто в этом мире сильнейший человек, он не мог позволить себе расслабиться. В этих трёх странах кто-то мог быть даже сильнее Аинза.

Становление гражданином одной из стран принесёт немало недостатков, но должно быть и много преимуществ, так ведь? Вопрос лишь в том, как получить гражданство?

Если ответ — стать рабом, тогда нет, спасибо. И становиться злобным сотрудником компании, как Хэрохэро, он тоже не хотел. Вот почему следует явить себя всем силам, наблюдать за их реакцией и потенциальными предложениями, затем выбрать лучшую сторону. Это основы поиска работы.

Так куда же иммигрировать? При отсутствии информации есть вероятность, что Аинзом будут манипулировать. Думая обо всём этом, он устало покачал головой. В последние несколько часов он уж слишком много использовал мозг. Ему больше не хотелось думать.

— Вздох... На сегодня всё, мы тут закончили. Альбедо, возвращаемся.

— Вас поняла, — она ответила очень напряжённо. Почему она столь насторожена? Ведь опасность уже миновала. Аинзу на ум пришла лишь одна причина. Он тихо спросил:

— ...Ты ненавидишь людей?

— Я их не люблю. Люди хрупкие и низшие существа. Если я их раздавлю как насекомых, вот будет великолепное зрелище... хотя те две девочки исключение.

Голос Альбедо был сладок как мёд, но она говорила очень жестокие слова. Они не подходят её добродушной внешности богини, подумал Аинз и предостерег её:

— Неужели?.. я понимаю, что ты чувствуешь. Однако я надеюсь, ты немного успокоишься, поскольку знать, как себя вести, очень важно.

Видя, как Альбедо отчаянно закивала, Аинз начал волноваться.

Пока нрав Альбедо не вызвал никаких проблем, но в будущем произойти может всё что угодно. Знать предпочтения подчиненных очень важно.

Отметив в голове, что Альбедо с предрассудками относится к человечеству, Аинз начал искать деревенского старосту. Учтивость предписывала попрощаться перед уходом. И он сразу нашел старосту. Тот стоял в углу площади и с серьезным выражением на лице говорил с несколькими жителями, однако было что-то не так. Он суетился, будто что-то вот-вот случится. Что-то беспокойное? Аинз подавил посыл попрощаться. Когда кого-то спасаешь, нужно делать это должным образом. С этой мыслью в голове он подошел к старосте:

— Что-то случилось, староста?

У того на лице появился проблеск надежды:

— Ох, господин Аинз. Кажется, к деревне приближаются люди на конях, и они похожи на солдат...

— Ясно...

Староста смотрел на Аинза обеспокоенными глазами, как и остальные крестьяне.

Аинз поднял руку, говоря всем, чтобы успокоились:

— Оставьте это мне. Все жители должны спрятаться в доме старосты. А мы двое останемся здесь.

Зазвенел колокол, и крестьяне начали собираться. И в то же время рыцарь смерти стал перед дверью дома старосты, его охраняя, а Альбедо стала возле Аинза, ожидая указаний. Чтобы развеять тревогу старосты, Аинз бодро заговорил:

— Не волнуйтесь, поскольку это особый случай, я помогу задаром.

Староста унял дрожь и заставил себя улыбнуться. Наверное, он уже умственно подготовился поставить всё на Аинза.

Через некоторое время на дороге появились несколько всадников и медленно прошествовали на площадь.

— ...У них разная экипировка и, похоже, они идут не строем... Это правда солдаты, не очень-то они на них похожи? — Аинз был озадачен. У предыдущих рыцарей на доспехах был символ Империи, и они были в полном наборе брони и вооружены соответствующими мечами. Но эти всадники хоть и носят доспехи, не имеют отличительной униформы. Некоторые носили кожаные доспехи, а некоторые вообще были без доспехов, в одной лишь кольчуге.

Одни были в шлемах, другие — нет. У них было лишь одно общее — лицо было открытым. Все были с похожими мечами, но у некоторых ещё был лук, или, может, пистолет, булава и другое запасное оружие.

Красивее говоря, группа была наполнена ветеранами, побывавшими на множестве полей сражений. Ну а если не быть столь великодушным, они выглядели как группа наёмников в лохмотьях. В конце концов, на площадь выехало двадцать всадников. Хотя они с подозрением смотрели на рыцаря смерти, они сумели более или менее организованно стать перед старостой и Аинзом. Из их рядов выехал один мужчина и направился к Аинзу.

Похоже, это был их лидер — больше всех бросался в глаза и имел храбрый вид. Он медленно огляделся вокруг, сначала посмотрел на старосту, потом на рыцаря смерти и затем на Альбедо. Он осматривался достаточно долго, но когда осознал, что другая сторона остаётся неподвижной, вдруг пронзил Аинза взглядом.

Но даже когда на него глядели такими яростными глазами, Аинз оставался спокойным и не двигался. Такое давление не вызвало даже крошечной ряби у него на сердце. Но не потому, что Аинз не испугался этих глаз, он был старший лич, и его непроницаемость просто была побочным эффектом. Видно, способности из Иггдрасиля позволили ему быть в полной уверенности в себе.

Обследовав окружение, капитан внушительным голосом заговорил:

— ...Я воин-капитан Королевства Рэ-Естиз, Газеф Строноф. По приказу Короля я пришёл с карательным отрядом сражаться против рыцарей Империи и сейчас патрулирую окрестные деревни.

Его глубокий, ровный голос раздался на площади, и староста деревни, стоявший позади Аинза, прошептал:

— Воин-капитан Королевства...

Во время беседы староста никогда о нём не упоминал... с небольшими нотками вины, направленной на старосту, Аинз тихо спросил:

— ...Что он за человек?

— Приходившие через деревню торговцы рассказывали, что он стал чемпионом турнира, который когда-то проводил Король, чтобы выбрать себе личную охрану. Сейчас он прямой подчиненный Короля и командует элитными солдатами.

— Человек передо мной и правду столь велик?..

— ...Я не знаю. Это лишь слухи.

Аинз осторожно оглядел всадников. У них на груди был явно один и тот же герб. И он был очень похож на герб, который Аинз видел в деревне. Но тем не менее информации было недостаточно и этим нельзя было установить личность всадника.

Газеф посмотрел на старосту:

— Должно быть, вы староста деревни. Не могли бы вы мне сказать, что за человек стоит рядом с вами?

— Не утруждайте себя. Приветствую, сэр воин-капитан Королевства, меня зовут Аинз Оал Гоун, я заклинатель. Поскольку на крестьян напали рыцари, я пришёл их спасти, — добродушно представился Аинз, остановив старосту, который собирался ответить. Газеф быстро сошёл с коня, погремев своими тяжёлыми металлическими доспехами, и низко поклонился:

— Благодарю за спасение деревни, ваша доброта не знает границ.

Воздух слегка задрожал.

Как воин-капитан, он, наверное, — часть привилегированного класса, любого сильно удивит, что такой человек покажет уважение к безымянному Аинзу. В этой стране, или даже во всём мире, права человека ещё не были полностью установлены. Каких-то несколько лет назад были страны, практикующие рабство.

Хотя они стояли на совершенно разных уровнях, Газеф слез с лошади и поклонился. Аинзу стало ясно, что это за человек. Интуиция говорила, что он не солгал, назвавшись воином-капитаном Королевства.

— ...Не нужно быть столь почтительными. На самом деле за это я получил награду, так что в благодарности нет необходимости.

— Ох, награда. Так вы искатель приключений? Хм... понятно. Похоже, вы великий искатель приключений... но, пожалуйста, простите моё невежество, но я раньше никогда не слышал имя господина Гоуна.

— Я путешественник и просто проходил мимо, я не очень известная фигура.

— ...Сейчас путешествуете, да. Простите, что трачу время такого выдающегося искателя приключений, но не могли бы вы мне сказать, что случилось с теми людьми, которые совершили набег на деревню?

— С превеликим удовольствием, сэр воин-капитан. Большинство напавших рыцарей уже мертвы. Они больше не вызовут никаких трудностей. Ещё объяснять нужно?

— ...Убиты... руками господина Гоуна?

Услышав, как к нему обратился Газеф, Аинз осознал, что имена в этом мире произносятся по-западному, то есть сначала имя, а потом фамилия. Это объясняло, почему староста показал такое странное лицо, когда Аинз попросил обращаться к нему просто «Аинз», ведь он имел в виду японский обычай. Хотя они не были знакомы, Аинз попросил, чтобы его называли по имени. Конечно же, староста удивился.

Аинз осознал свою ошибку, но у него был бесстыдный характер, который он приобрёл как работающий член общества, потому он вел себя непринуждённо.

— ...Верно, но не совсем.

Смутно осознавая, что имеет в виду Аинз, Газеф посмотрел на рыцаря смерти, от которого, наверное, учуял тонкий запах крови.

— Я хочу задать два вопроса... что это?

— Один из созданных мною слуг.

Газеф острыми глазами осмотрел Аинза с головы до пят.

— В таком случае... что это за маска?

— Поскольку я заклинатель, я должен её носить.

— Вы можете её снять?

— Если я это сделаю, тот парень... — Аинз указал на рыцаря смерти, — выйдет из-под контроля, и тогда хлопот не оберешься.

Староста, а также слышавшие их разговор крестьяне, своими глазами видели силу рыцаря смерти, они все очень удивились. Возможно, почувствовав изменение настроения старосты и остальных, Газеф тяжело кивнул:

— Ясно, в таком случае лучше маску не снимать.

— Благодарю.

— Тогда...

— Перед этим, извините, что перебиваю, но на деревню недавно напали рыцари Империи. Если все войдут сюда с оружием, вполне возможно, что крестьяне вспомнят свой недавний пугающий опыт. Могу я попросить всех сложить оружие в уголку площади, чтобы крестьяне вели себя более непринуждённо?

— ...То, что вы говорите, конечно, правильно. Однако эти мечи были нам дарованы Королём, без его дозволения мы не можем их оставить.

— ...Господин Аинз, всё в порядке.

— Разве? Староста... и сэр воин-капитан, простите за мой необоснованный запрос.

— Господин Гоун, это и вправду была хорошая мысль. Если бы этот меч не был дарован Королём, я бы с радостью его сдал. Тогда не могли бы мы где-то посидеть и обговорить подробности происшествия? Если не возражаете, я хотел бы отдохнуть в деревне, ведь уже вечереет...

— Хорошо. Пройдёмте ко мне в дом...

Пока староста отвечал, на площадь торопливо выбежал рыцарь. Он тяжело дышал, видно, пришёл доложить срочные новости. Он громко закричал:

— Капитан! Нас окружают множество теней. Они подходят к деревне!

Часть 3

— Внимание.

Все услышали спокойный, тихий голос.

— Добыча вошла в клетку.

Говорил мужчина. Внешность у него была самой заурядной, он мог спокойно затеряться в толпе. Выделялись лишь его тёмные, искусственно выглядящие глаза и шрам на лице.

— Посвятим же себя Богу.

Все тихо произнесли молитву. Это была упрощённая молитва Богу. Даже на задании, даже за пределами страны, они нашли время помолиться. Это было не просто, но они всегда проявляли стойкую и глубокую веру в Бога.

Рыцари, отдавшие всех себя Слейновской Теократии и Богу, имели более глубокую веру, нежели обычные граждане. Вот почему они могли выполнять жестокие акты, не чувствуя греха. После молитвы глаза у всех стали холодными, как лёд.

— Выдвигаемся.

Всего лишь одно слово. Они отлично скоординированными движениями окружили деревню, производя впечатление, что это был результат постоянных тренировок. Они были рыцари Слейновской Теократии, которые специализируются на проведении тайных операций. О них лишь слышали, но никогда не видели.

У Слейновской Теократии было шесть таких групп, все они работали на разведку. Типичные обязанности адептов Писания Солнечного света заключались в уничтожении деревень полулюдей. Они часто сражались, но их численность была довольно мала. Их было меньше ста человек, включая скаутов.

Ибо попасть в адепты Писания Солнечного света было очень трудно. Прежде всего, нужно было уметь использовать священную магию третьего ранга, а также обычную высокоуровневую магию, свойственную заклинателю. Сверх того, нужно было обладать превосходными физическими навыками, устойчивостью и духом, наряду с глубокой верой. Одним словом, они были лучшими из лучших.

Глядя на мужчин вокруг, их лидер мягко выдохнул. Как только они разойдутся, будет трудно уловить все их передвижения. Но он нерушимо верил в построенную им безупречную клетку.

Капитан адептов Писания Солнечного света, Ниган Грид Луин был спокоен, ведь успех задания уже у него в руках.

Адепты этого Писания не были большими экспертами в тайных или заграничных операциях, и в итоге они упустили четыре другие возможности. Каждый раз, когда они гнались за Газефом и его группой рыцарей, они двигались очень осторожно, чтобы избежать обнаружения. Если упустят и эту возможность, придётся снова кинуться в погоню.

— В следующий раз... следует попросить помощи у других команд и переложить ответственность на них.

— Верно, ведь мы опытны в уничтожении, в конце концов, — кто-то ответил на недовольство Нигана.

Это был один из членов его группы, кто остался стоять позади и защищать Нигана.

— Похоже, наше задание на этот раз довольно необычное. Но оно очень важное, не было бы ничего странного, если б мы заручились поддержкой адептов Анемоны...

— Ты прав. Хотя я не понимаю, почему отправили нас, это тем не менее полезный опыт. Проникнуть в ряды врага — это и вправду хорошая тренировка. Нет, пожалуй, это хорошая конечная цель.

Хотя он так говорил, Нигану было ясно, что в будущем принимать такое же задание будет хлопотно. На этот раз ему приказали убить сильнейшего воина Королевства, которому нет равных даже в соседних странах, Газефа Стронофа. В общем-то, такое задание не очень подходило адептам Писания Солнечного света, оно больше подходило адептам Чёрного Писания, среди которых были воины, обладающие силой героического уровня. Но в этот раз ничего нельзя было поделать.

Ниган знал истинную причину того, почему другие группы ему не помогают, но из-за секретности ему было запрещено говорить это подчиненным. Адепты Черного Писания сейчас разбираются с предстоящим воскрешением Драконьего Короля Бедствия, и сейчас защищают священный артефакт «Пленение Бедствия, Кэй Сэкэ Коку». Адепты Писания Анемоны тоже всеми силами гонятся за предателем, укравшим священный артефакт Принцессы-Мико, потому у них не было свободных сил. Ниган неосознанно потёр шрам на лице, ярко вспоминая единственный раз, когда ему пришлось убегать, как трусу. Он вспомнил лицо женщины с угольно-чёрным магически созданным мечом, который и оставил этот шрам.

В большинстве случаев магией можно полностью вылечить любую рану, что даже шрама не останется, но Ниган сознательно оставил шрам как напоминание о поражении.

— ...Чёртова Синяя роза.

Ниган ненавидел то, что Синяя роза и Газеф были из Королевства. И он не мог простить Синюю Розу за то, что она жрица, служащая иному богу. И когда Ниган пытался разрушить селение полулюдей, она ему помешала. Таких как она Ниган ненавидел больше всего, она была как милостива, так и глупа.

— ...Слабые должны искать, как себя защитить, если хотят выжить. Как же глупо не знать даже этого.

Заметив в искусственно выглядевших глазах лидера подавленный гнев, один из подчиненных быстро его прервал:

— Но, но Королевство ещё глупее.

Ниган не ответил, но согласился с этим заявлением. Газеф был силён, потому они должны были ослабить его, лишив экипировки.

Королевство разделилось на два лагеря, одни поддерживали Короля, а другие Дворянство, и они постоянно сражались за политическую власть. Как только дворяне избавятся от Газефа, одного из главных козырей Короля, они смогут действовать более свободно. Даже если это задание назначили из-за влияния иностранных шпионов, не так уж и удивительно, что высшие слои Королевства поддержали эту миссию по убийству. Ведь Газеф был простолюдином, который поднялся из низов, используя превосходное мастерство владения мечом. Дворяне его просто ненавидели. Вот почему всё так удачно сложилось. Чемпион Королевства, а убит собственными людьми.

Так поступают и вправду глупцы, считал Ниган.

Мы, люди Слейновской Теократии, разделены на шесть разных религиозных фракций, но мы будем сотрудничать друг с другом, когда возникнет нужда. Одна из причин этого была в том, что они уважали богов друг друга. А другая причина — знание о других расах и демонических существах этого мира, знание о нелюдях. Слишком опасно не быть едиными.

— ...Всем очень важно следовать одному учению и идти одной дорогой. Люди не должны сражаться друг с другом. Нам нужно вместе проложить дорогу в будущее.

Газеф будет принесён в жертву, чтобы достигнуть этой цели.

— А у нас достаточно сил, чтобы от него избавиться?

Ниган не высмеял тревогу подчинённого. На этот раз цель — воин-капитан Королевства, сильнейший боец соседней страны, Газеф Строноф. По сравнению с налётом на великое гоблинское поселение и убийством там всех, эта миссия намного сложнее. Чтобы успокоить подчинённого, Ниган спокойно произнёс:

— Не будет никаких проблем. Сейчас при нём нет сокровищ Королевства, потому что он не получил на них разрешение. А без сокровищ убить его не составит труда... Нет, если бы не подвернулся этот огромный случай, победить его было бы невозможно.

Воин-капитан Королевства, Газеф Строноф, был одним из сильнейших рыцарей. Его очень страшились из-за превосходного мастерства владения мечом, но была и ещё одна причина. Он имел право носить пять сокровищ Королевства. Сейчас у адептов Писания Солнечного света была информация лишь о четырёх из них, но если Газеф получит разрешение, то наденет их все.

«Перчатки выносливости» даруют бесконечную стойкость. «Амулет бессмертия» дарует регенерацию. Созданные из невероятно твёрдой стали «Доспехи Стража» защищают от атак мгновенного убийства. И «Бритвенный клинок», магически заточенный меч, способен резать доспехи как бумагу.

Даже Ниган не сможет выиграть, если Газеф будет благословлён сокровищами, улучшающими как атаку, так и защиту. Нет, из всех людей его никто не сможет победить. Но сейчас он без этих сокровищ, потому победа обеспечена.

— К тому же... у нас есть козырная карта. В этой битве мы просто не можем проиграть.

Ниган положил руку на грудь. В этом мире существовало три невообразимо могущественных магических предмета. Один из таких предметов оставили после себя Восемь Королей Жадности, которые недолго правили этим миром пять сотен лет назад. Второй пришёл со времён за долго до того, как были побеждены Восемь Королей Жадности, когда миром всё ещё правили драконы; скрытый инструмент, созданный магией высшего драконьего повелителя. И последний предмет — сокровище, которое оставили шестьсот лет назад Шесть Великих Богов, это было основой учения Слейновской Теократии. Такими были три магических предмета.

И Ниган обладал сокровищем, о котором в Слейновской Теократии знали лишь несколько избранных, это была его убийственная козырная карта. Он посмотрел на стальной браслет на запястье. Всплыло несколько цифр, показывая, что назначенное время пришло.

— Ну что ж... В атаку.

Ниган и его подчинённые начали применять магию. Все они сотворяли высокоуровневые заклинания вызова ангелов.

— Да... Там и вправду люди.

Газеф высунулся из тускло освещённой комнаты поглядеть на силуэты, окружающие деревню. Он увидел троих — они держались друг от друга на расстоянии и медленно приближались к деревне. Они не были вооружены и не носили тяжёлые доспехи. Но это не значило, что в бою они легко проиграют. Многие заклинатели не любили тяжёлую броню, предпочитая более лёгкое снаряжение. Эти люди, наверное, такие же.

Рядом парили ярко сияющие крылатые магические существа — было очевидно, что это за существа такие. Ангелы, вызванные из иной реальности. Многие верили, что это посланники Бога, в особенности люди из Слейновской Теократии. Хотя было невозможно доказать, являются ли ангелы посланниками Божьими, Королевство всё равно заявило, что они простые магические создания. И хотя споры в отношении ангелов были одной из главных причин раздора между Королевством и Теократией, Газефу было всё равно, посланники ангелы, или нет. Его волновала лишь их боевая мощь.

Газеф знал, что ангелы сильнее в сравнении с другими магическими существами, вызванными магией такого же ранга. Они имели особые способности и даже магией могли пользоваться. В общем, он считал их неприятными противниками.

Но также следовало учитывать, какие это ангелы, ведь не со всеми из них обязательно было трудно иметь дело. Эти ангелы были в сияющих нагрудниках и с ярким длинным мечом в руках. Газеф таких не знал. Рядом с ним, не сумевшим определить истинную силу ангелов, стоял Аинз и тоже за всем этим наблюдал. Он спросил:

— Откуда пришли ангелы? И какая у них цель? Деревня ведь не стоит того, чтобы её атаковать?

— Я не знаю, господин Гоун... но если они не за владениями, то может быть только одна причина.

Два взгляда встретились.

— Потому что у них зуб на сэра воина-капитана?

— Ничего не поделаешь, ведь я воин-капитан. Но... это и впрямь меня тревожит. Поскольку у них так много заклинателей, способных вызвать ангелов, видно, они принадлежат Слейновской Теократии... И поскольку они предпринимают столь сомнительные действия, очевидно, что они из одной из особых команд... так называемых Шести Писаний. И по численности и по навыкам они сильнее.

Газеф, разбирая такие тернистые обстоятельства, заставил себя расслабить плечи. На первый взгляд, он был спокоен и собран, но в сердце он был очень встревожен и разгневан. Они, используя дворянский лагерь, заставили меня оставить священные сокровища. Должно быть, я обеспокоил их слишком сильно. Однако если этот «змей» остается во дворце, проблем будет ещё больше. Эта возможность выяснить, почему он хочет убить меня, может оказаться удачей. Но как бы то ни было, я никогда не думал, что обратит свой взгляд на меня и Слейновская Теократия.

Газеф ещё раз хмыкнул.

Однако ему не хватало людей, и он был совсем не готовым. Обычно это значило, что шутки кончились, но, может быть, у него ещё остался джокер в рукаве.

— Это архангел огня? Довольно похож, но... почему появилось настолько похожее магическое существо... потому что было применено заклинание вызова? А если это так, то?..

Газеф перевёл взгляд на бормочущего Аинза и с волоском надежды спросил:

— Господин Гоун, вы не желаете быть нанятыми?

Ответа не последовало, но Газеф понял общее настроение Аинза.

— Я соответствующе заплачу, гарантирую, что вы будете удовлетворены.

— Пожалуйста, простите, но я откажусь.

— Даже если дадите вызванного вами рыцаря, нам этого хватит.

— Пожалуйста, простите, но я снова откажусь.

— Ясно... тогда, как гласит закон Королевства, могу я призвать вас в армию?

— Это глупая альтернатива... Я не хотел этого говорить, но если вы намерены использовать власть Королевства, я буду немного сопротивляться.

Они двое посмотрели друг другу в глаза, первым отвёл взгляд Газеф.

— ...Быть уничтоженными ещё до того, как встретить людей Слейновской Теократии, как устрашающе.

— Уничтоженными... вы умеете шутить. В любом случае, я очень благодарен за ваше понимание, — поклонился Аинз, выражая свою признательность.

Газеф закрыл глаза, разбирая того по полочкам. Газеф не шутил, когда сказал «быть уничтоженными». Интуиция ему просто кричала: небольшое сопротивление этого заклинателя очень опасно. Он считал, что лучше довериться интуиции, нежели новоиспечённым идеям, в особенности когда на кону стоит жизнь.

Кто он на самом деле?

Думая об этом, Газеф глянул на чудную маску Аинза. Что, чёрт возьми, под этой маской? Он человек, которого я знаю? Или...

— Что-то не так? Что-то у меня на маске?

— Ах, нет... ничего, я просто думал, что это очень особая маска. Ею можно контролировать такое магическое существо... В таком случае это могущественный предмет... я прав?

— Ну, это очень редкий и дорогой предмет, уникальный в этом мире.

Если у кого-то будет высокоуровневый предмет, значит, способности у этого человека тоже очень велики. Потому Аинз должен быть очень сильным магом. Когда Газефу отказали в просьбе о помощи, он почувствовал себя немного удрученно. Глубоко в сердце он надеялся, что Аинз примет его предложение, поскольку был искателем приключений.

— ...Продолжать это бессмысленно. Тогда, господин Гоун, берегите себя. Спасибо ещё раз за спасение деревни. — Газеф снял металлические перчатки и протянул руку. Обычно Аинзу следовало тоже любезно снять перчатки, но он этого не сделал. Впрочем, Газефу было всё равно, он крепко пожал Аинзу руку, говоря свои сокровенные мысли: — Я очень благодарен, что вы защитили от резни невинных жителей. Также... я не хочу этого просить, но надеюсь, что вы снова их защитите. Сейчас у меня нет ничего, что я могу вам предложить, но тем не менее я прошу, чтобы вы приняли мою просьбу... я молю вас.

— Это...

— Если вы будете в Королевской Столице, я обещаю, что подарю вам всё, что вы захотите. Клянусь именем Газефа Стронофа.

Газеф освободил руку с намерением стать на колени, но Аинз руками того остановил:

— Не нужно заходить так далеко... Я понял, я защищу жителей. Клянусь именем Аинз Оал Гоун.

Газефу стало немного легче, когда он услышал, как Аинз поклялся на своём имени.

— Благодарю, господин Гоун. Теперь я могу со спокойной душой идти вперед.

— ...Тогда возьмите вот это. — Аинз достал предмет и передал его счастливо выглядевшему Газефу. Это была странная маленькая статуэтка, не казалось, что в ней есть что-то особенное. Но...

— Пока это ваш дар, я с удовольствием его приму. Что ж, господин Гоун, хотя это меня печалит, я должен идти.

— ...Не следует ли подождать наступления ночи, прежде чем выдвигаться?

— У противников есть магия под названием «Ночное зрение». Нападать ночью будет нам невыгодно, но не обязательно им. Кроме того... господин Гоун, вам необходимо иметь возможность наблюдать за ходом битвы.

— Хорошо, я понял. С таким глубоким чувством планирования вы достойны своего звания воина-капитана Королевства. Желаю вам успехов, сэр воин-капитан.

— И я желаю господину Гоуну безопасного пути домой.

Аинз молча смотрел, как Газеф постепенно исчез из виду. Альбедо ощутила, что что-то в господине изменилось, но не задала никаких вопросов.

— Что ж... встретив здесь людей, я смог собрать достаточно сочувствия, чтобы относиться к ним как к насекомым... Но побеседовав с ними, я начинаю видеть в них мелких животных.

— Так вот почему вы поклялись на своём имени их защищать?

— Может быть... Нет, наверное потому, что он имел решимость лицом к лицу встретить собственную смерть. — У воина-капитана была другого рода решимость. И Аинз жаждал такой решимости. — ...Альбедо, прикажи всем слугам, которые остались здесь, выводить из строя каждого, кто скрывается в засаде.

— Так точно... владыка Аинз, приближается староста и пара крестьян.

Аинз повернулся к Альбедо и увидел старосту и двоих крестьян, бегущих в его сторону. Они хватали воздух, паникуя, их тревога была очевидной. Староста сразу же открыл рот, и, будто даже выдох будет напрасной тратой времени, заговорил:

— Господин Аинз, что мы должны делать? Почему сэр воин-капитан покидает деревню, оставляя нас беззащитными?

Голос старосты был полон страха, но также в нём был и гнев.

— Он делает правое дело, господин староста... Враг нацелился на сэра воина-капитана. Если он останется здесь, деревня превратится в поле боя. Более того, не похоже, что враги готовы позволить вам сбежать. Он учёл ваши интересы.

— Так вот почему воин-капитан ушёл... тогда, тогда мы должны оставаться здесь?

— Так будет лучше всего. После сэра воина-капитана они, скорее всего, нацелятся на деревню. Пока мы остаёмся у них в сетях, нам некуда бежать. Однако... нашим противникам, вероятнее всего, потребуется использовать всю свою силу, чтобы одолеть сэра воина-капитана, предоставляя нам отличную возможность ускользнуть. Тогда и нужно будет бежать.

Вот почему воин-капитан ушёл с таким большим шумом. Он хотел выманить врага и спровоцировать его атаковать всеми своими силами.

Поняв намерения Газефа, с которыми был очень маленький шанс на выживание, староста опустил покрасневшее лицо. Ради того чтобы дать крестьянам возможность сбежать, он был готов пойти на поле боя и пожертвовать жизнью. А староста это не только не понял, даже неправильно понял и разгневался. Наверное, он себя устыдился.

— Я просто думал... не понял их добрые намерения... господин Аинз, что мы должны делать?

Даже стоявшие за старостой крестьяне показали раскаяние:

— Хотя мы живём у леса, на самом деле мы не имеем никакой защиты против нападений демонов. Нам просто везло, а мы это неправильно поняли и думали, что тут безопасно. Даже не думали о том, как себя защищать. В итоге мы не только потеряли наших дорогих соседей, но и стали обузой для посторонних...

— Тут ничего не поделаешь. На деревню напали тренированные для боя солдаты. Если бы вы попытались сопротивляться до моего прибытия, вполне возможно, что вас бы уже предали мечу.

Аинз попытался их утешить, но чувствовал, что его слова оказались напрасными. Кто бы их ни утешал, это не изменит того, что деревня оказалась в неотвратимой беде. Можно было только молиться о том, что время залечит раны.

— Староста, у нас нет времени. Чтобы почтить намерения сэра воина-капитана, нужно действовать быстро.

— Т, тогда... господин Аинз, что нам делать?

— Я буду следить за битвой, и когда представится возможность бежать, я всех вас защищу.

— Я снова побеспокоил вас, господин Аинз, мне поистине...

— Не волнуйтесь. Я уже пообещал сэру воину-капитану... Буду краток, соберите всех жителей в большом доме, затем я на него наложу защитную магию.

Часть 4

Конь рысью перебирал копытами, и даже в этом отражалось его волнение. Хотя он был воспитан как боевой конь... нет, именно потому, что был воспитан как боевой конь, он был в особенности чувствителен, когда подходил к угодьям смерти. Всю деревню пытались окружить каких-то там четверо или пятеро людей. А это значило, что между ними большое расстояние. В таком случае не должен ли у них быть некий способ, с помощью которого наверняка ни одна мышь не ускользнёт из сети? Другими словами, в окрестностях могут быть установлены смертельные ловушки. Всё обдумав, Газеф всё же решил прорываться. Нет, учитывая обстоятельства, этот вариант был единственным. Оценивая расстояние между врагом и собой, Газеф решил, что столкновение на дальней дистанции было бы крайне невыгодным. Обороняться было бы глупее, нежели просто идти вперёд. Будь на его стороне лучники, дело было бы совсем иным, но сейчас ему нужно было избегать нападающих издали заклинателей.

Было бы чудесно, если б дома были из камня или деревня была крепостью. Но защищаться от магических атак в деревянных домишках — плохая мысль. Они просто сгорят вместе с людьми внутри. Оставалась ещё одна идея, но на неё пошел бы лишь еретик. Позволить деревне стать полем боя, и вынудить тем самым Аинза Оала Гоуна на бой. Но такой план полностью разрушил бы их изначальную цель по защите крестьян. Вот почему в этих опасных условиях Газеф решил атаковать.

— Как только столкнётесь с врагом, сразу выманивайте окружение и быстро отступайте. Не упустите ни одной возможности.

Услышав, как за спиной яростно ответили, Газеф нахмурил брови. Сколькие из них переживут битву? Эти мужчины были не сильнее обычных людей, и они не родились с особыми силами. Они просто прошли жёсткую тренировку под наставлением Газефа. Будет жалко потерять таких людей, плоды его тщательного труда и напряжённой работы. Реши он прыгнуть в пропасть, и эти мужчины с готовностью последуют за ним. Газефу хотелось извиниться перед подчинёнными за то, что вовлёк их во всё это, но когда он повернул голову и посмотрел на их лица — проглотил слова. У них на лице было написано, что они готовы последовать за ним даже в ад. Подчинённые знали, какая их подстерегает опасность, не было нужды в извинениях. Они сказали пристыженному Газефу:

— Не переживай так, капитан!

— Ага, мы пришли сюда, поскольку сами так решили. Мы поклялись сражаться вместе с тобой, капитан!

— Давайте защитим нашу страну: как народ, так и наших товарищей!

Больше не осталось что сказать.

Газеф взревел:

— Вперёд! Порвём их в клочья!

— Даааааааааа!

Газеф пришпорил коня, подчинённые последовали за ним. Все силы устремились вперёд, будто пущенная из лука стрела, оставляя за собой клубы пыли. Газеф, находясь в седле, взял лук и наложил стрелу. Хоть положение и было неустойчивым, он умел стрелять так, будто стоит на земле. Он отпустил тетиву и стрела пробила голову одному из стоявших впереди заклинателей... по крайней мере так показалось.

— Чёрт! Бесполезно, как и ожидалось. Может быть, магическая стрела и смогла бы пробиться, но... чего нет, того нет, бессмысленно скулить.

Стрела отскочила, будто попала по прочному шлему. Такая абсурдная твёрдость была, очевидно, вызвана магией. Газеф знал единственный способ пробить такой магический щит — использовать магическое оружие. Но поскольку у него не было такого оружия, он тут же отбросил такие мысли и отложил лук. Заклинатели начали отвечать магией. Газеф собрал все свои душевные силы, принял защитную позу и приготовился встретить удар. Как вдруг... конь громко заржал и стал на дыбы.

Покрепче схватив поводья, Газеф наклонился вперед и обхватил коня за шею, полагаясь на свою ловкость, чтобы не упасть. Несмотря на неожиданность, он остался спокойным, но когда осознал, что могло произойти, мурашки пробежали по спине. Но то, что творилось перед глазами, было важнее. Газеф тяжело и хаотично дышал. Он пришпорил коня в живот, но тот не сдвинулся ни на сантиметр. Будто бы ему отдал приказ кто-то, у кого авторитет выше, чем у наездника. Такому ненормальному поведению было лишь одно объяснение.

Магия управления сознанием.

На коня воздействовали такой магией. Если бы управление сознанием было наложено на Газефа, он смог бы сопротивляться. Однако целью оказался боевой конь, и даже не демоническое существо, о сопротивлении не могло быть и речи. Газеф на себя разгневался, потому что не понял, как враг косвенно на него напал. Он быстро спрыгнул с коня. Подчинённые, чтобы в него не врезаться, один за другим объезжали его с обеих сторон.

— Капитан!

Большинство его людей замедлилось, пытаясь приблизиться и попытаться затащить Газефа к себе на лошадь. Но ангелы были быстрее, они на большой скорости спускались с неба. Газеф посмотрел в сторону ангелов — сверкнул меч. В ударе мечом сильнейшего воина Королевства было достаточно силы, чтобы разрезать человека надвое. Однако ангел не умер, хотя и сильно пострадал.

Брызнула кровь, но она тут же обратилась в магическую силу и исчезла.

— Ненужно! Начинайте контратаковать!

Отдав приказы своим людям, Газеф пронизывающе посмотрел на убежавшего ангела. Хотя противник был серьезно ранен, он был полон боевого духа и пытался найти брешь в обороне Газефа.

— Так вот, значит, как.

Тот удар показался Газефу неважным, и он понял почему. У некоторых монстров были особые способности, позволяющие существенно снизить количество повреждений, таких нужно было бить оружием, созданным из особого материала. Видно, такой способностью обладали и эти ангелы, потому один из них и выжил после такого сильного удара Газефа. Поэтому он решил собрать всю свою силу и его клинок замерцал светом, Газеф подготовился применить особый навык «Сосредоточье боевой мощи». Заметив возможность, ангел замахнулся огненно-красным мечом. Но...

— ...Слишком поздно.

В глазах сильнейшего воина Королевства ангел двигался уж очень медленно. Меч Газефа двинулся. Этот удар был намного могущественнее предыдущего, меч легко прошёл сквозь ангела. Пострадав от колоссального урона, тот медленно растаял в воздухе. Ярко засияв, крылья рассеялись и исчезли, создавая захватывающе-сказочную картину. Если бы не наполненное кровью отчаяние, Газеф восхитился бы этим. Но сейчас у него было не такое беззаботное настроение. Он осмотрелся, ища, кто будет нападать следующим... и не смог сдержать кривой улыбки. К ангелам прибыло подкрепление. И Газеф понимал, что это не обычное подкрепление.

— ...И что мне делать против магии? Дьявол. — Он проклял заклинателей, которые могли с легкостью из ничего создавать солдат. Он спокойно посчитал врагов вокруг и убедился, что все окружающие деревню люди собрались здесь. Так что деревня больше не окружена. — Теперь всё зависит от вас, господин Гоун... — Газеф почувствовал удовлетворение, ведь смог спасти жизнь крестьянам. Пока он с силой глядел в глаза врагам, всё громче и громче становился цокот копыт. Это его люди, выманив врага, возвращались. — Я ведь говорил отступать, как только окружение исчезнет... вот дураки... гордая куча дураков.

Со всей своей силой Газеф устремился вперед.

Наверное, это мгновение в битве будет единственной и лучшей возможностью. Всадники были быстрыми, потому заклинателям пришлось сосредоточить все усилия на том, чтобы не дать им объединиться с главными силами. Учитывая, в какую сторону текла битва, у заклинателей оставался лишь один выход. Кони его подчинённых заржали и повели себя так же, как конь Газефа несколько мгновений назад, они встали на дыбы и многие наездники попадали на землю. Ангелы не упустили этой возможности.

Хотя по силе наездники были сопоставимы с ангелами, они явно были в невыгодном положении, ведь у них не было особых способностей и снаряжение у них отличалось. Да и наездников было вполовину меньше, поэтому, как и ожидалось, их медленно загоняли в угол. А с добавлением магических атак заклинателей, разрыв между двумя силами начал увеличиваться. Один за другим наездники падали на землю.

Газеф не мог смотреть на их неминуемую гибель, он бросил взгляд прямо вперед. Он нацелился на вражеского командира. Но даже если он убьет командира, противники не отступят. Но лишь так все могут выжить. Более тридцати ангелов встали у него на пути. Он не был счастлив увидеть, как противник укрепляет защиту.

— С дороги...

Газеф высвободил скрытое движение убийства. Руки начали излучать тепло, которое распространилось на всё тело. Он вырвался из физических оков, достигнув силы уровня героя. В то же время он активировал различные боевые навыки. Их можно было назвать магией воина.

Газеф среди летящих ангелов выделил шестерых.

— «Шестикратный удар света».

Блеснула вспышка. Одним ударом он рубанул шестерых. Распавшись пополам, ангелы превратились в шары света и исчезли. Остальные ангелы ахнули от удивления, а люди Газефа восторженно воскликнули. Хотя от использования этой козырной карты болела рука, такой боли не было достаточно, чтобы ему помешать. Будто получив приказ остановить возгласы, большое количество ангелов снова полетело в атаку. Один из них, вытянув вперед красный огненный меч, устремился на Газефа.

Когда ангел уже собирался его проткнуть мечом, Газеф немедленно активировал боевой навык, и его будто бы размыло — он уклонился в сторону. Ангел не успел даже взмахнуть мечом — он тут же пострадал от удара Газефа. Одно движение, и ангел превратился в шар света. Но Газеф на этом не остановился.

— «Полный ход».

Движениями, похожими на поток воды, он уклонялся от всех ударов ангелов и уникальным навыком ударил двух ангелов. Будто чудо, упрямым сопротивлением Газеф дал своим людям надежду на победу. Однако Теократия не могла этого позволить, насмешливым голосом лидер нападавших погасил последний проблеск надежды солдат:

— Как забавно. Но... давайте покончим с этим. Каждый, кто потерял ангелов, вызывайте замену. Атакуйте Стронофа всей своей магией.

Его кипящие эмоции мгновенно охладились.

— Нехорошо, — тихо пробормотал Газеф, рассеяв ещё одного ангела. Не последовало никаких восторженных криков, хотя Газеф продолжал рубить ангелов одного за другим. Лица его людей были полны тревоги, они приготовились мечами встретить врага.

По количеству, оружию, тренировке и способностям... во всём этом отряд Газефа уступал врагу. А теперь даже крохотная надежда на победу, и та исчезла. Газеф отбивался на рефлексах, уклоняясь от мечей врагов. На одного ангела требовался всего лишь один удар, но главные силы врага были по-прежнему слишком далеко. Хотя он надеялся, что его люди что-то изменят, без магического оружия они не могли прорваться сквозь оборону ангелов. Они не могли использовать такие навыки, как «Сосредоточье боевой мощи» Газефа, и у них не было никакого зачарованного оружия. Иногда им удавалось ранить ангелов, но смертельную рану было нанести очень трудно.

Безнадёжно.

Газеф прикусил губу и мог лишь продолжать держать меч. Он много раз подряд использовал «мгновенное убийство». Количество использованных «Шестикратных ударов света» постоянно росло. Такой воин, как Газеф, во время одного боя мог использовать до шести разных боевых навыков. А если добавить сюда скрытое движение, то он мог использовать семь типов на битву. Сейчас он использовал «Укрепление тела», «Укрепление духа», «Сопротивляемость магии», «Усиление магического оружия» и навык, которым он мог напасть на пять различных целей.

Он не активировал все семь навыков, свой лимит, потому что для этого потребовалась бы уж слишком большая сосредоточенность. В особенности для «Шестикратного удара света», который требовал в три раза больше сосредоточенности. Газеф мог использовать два завершающих удара, один требовал использования всей его энергии, а второй в четыре раза больше сосредоточенности. Если бы он использовал эти боевые навыки, с легкостью победил бы ангелов. Но даже победи он их, их вызовут снова. Пока он не победит призывателя, ему придется сокрушать одну волну ангелов за другой. Ещё одна мысль была в том, чтобы подождать, пока у врага не закончится магическая сила, но к тому времени Газеф уже полностью вымотался бы.

Тем более что меч в руке Газефа медленно тяжелел, а сердце билось беспорядочно.

«Мгновенный отход» — это навык, позволяющий быстро контратаковать, он позволяет после атаки вернуться на изначальную позицию и атаковать снова. Хотя принудительное изменение положения тела сильно его нагружало.

«Полный ход» — техника, позволяющая пользователю временно ускорить мыслительный процесс, увеличивая тем самым скорость атаки. Но из-за продолжительного использования душевная усталость становится просто огромной.

А вместе с использованием «Шестикратного удара света» нагрузка не его тело была невообразимой, но иначе просто было нельзя.

— Неважно, ангелы, сколько вас придёт! Вы настоящие слабаки!

Полный мощи рёв испугал солдат Теократии.

— Не обращайте на него внимания, это только и всего, что рёв попавшего в клетку зверя. Не нужно тревожиться, просто медленно ослабляйте и не подходите слишком близко. Когти у этого зверя и вправду длинны, — тут же прозвучал спокойный голос и вернул им самообладание.

Газеф посмотрел на мужчину со шрамом на лице. Если бы он только убил этого командира, вполне возможно переломил бы положение дел. Трудность была в том, кто находился рядом с ним — ангелы, не похожие на тех с огненными мечами, более того, их разделяло большое расстояние и его окружало множество слоёв защитных барьеров. Он был слишком далеко.

— Зверь хочет вырваться. Пусть познает, что такое невозможно.

Мужчина говорил столь спокойно, что Газеф почувствовал нетерпение. Даже если Газеф использовал силу уровня героя, у такого как он, знавшего лишь ближний бой, почти не было шансов на победу. Но... что с того? Если лишь так можно избавиться от командира врагов, ему оставалось лишь всей своей силой прорываться.

Глядя вперёд пронизывающим взглядом, Газеф побежал. Он знал, что задача трудна. Ангелы то и дело атаковали бушующими пламенем мечами, но он уклонялся и одновременно контратаковал, а когда их победил — почувствовал внезапную боль. Будто бы что-то врезалось в живот. Посмотрев в ту сторону, он увидел группу заклинателей, применяющих какую-то магию.

— Раз вы священники, то должны по крайней мере играть свою роль, применяя магию исцеления!

Будто в ответ на сарказм Газефа по нему попало невидимой ударной волной. Даже от невидимой атаки, если бы врагов было не много, Газеф смог бы уклониться, наблюдая за глазами противников, он был в этом уверен. Но поскольку ударов было более тридцати, всё что он мог — это всеми силами защитить голову, прикрывшись мечом и руками. Он почти рухнул наземь, столь сильно тело кричало в агонии, он уже даже не мог сказать, какая часть тела болит.

— А-хак!

Горло не выдержало вкуса железа, заставив Газефа выплюнуть много крови. На него всё налетали невидимые ударные волны, он отступил на несколько шагов, пытаясь уклониться от меча ангела. Однако не смог. К счастью, меч отскочил от его доспехов, но он всё же пострадал от инерции. Он машинально ударил ангела, но поскольку он потерял равновесие, тот сумел легко уклониться. Газеф тяжело дышал, а рука с мечом дрожала. Будто сильная усталость шепчет на ухо: приляг и отдохни.

— Уже как раз время заканчивать нашу охоту. Не позволяйте зверю отдохнуть, пусть ангелы продолжают нападать.

Хотя Газефу хотелось перевести дух, ангелы, получив приказания, один за другим безжалостно атаковали. Сперва он уклонялся, затем рубил мечом со стороны. Потом своими крепкими доспехами блокировал атаку следующего ангела, спускающегося с неба. Газеф хотел отступить, но их было слишком много.

Накопленная усталость подорвала ему силы, он мог разбираться лишь с одним врагом за раз. У него практически не осталось сил на то, чтобы активировать особые навыки, а его люди по одному падали на землю, позволяя врагам сосредоточиться исключительно на нём. Он не мог прорваться сквозь вражеское окружение и чувствовал: смерть всё ближе и ближе. В секунду неосторожности он почти рухнул на колени, но без задержки снова поднялся духом и продолжил сражаться. И снова на Газефа, когда он изо всех сил пытался двигаться, полетели магические ударные волны. Взгляд сильно поплыл.

Нехорошо!

Газеф всей оставшейся силой попытался удержать равновесие. Но что-то было не так, ведь вся сила начала уходить. Вдруг лицом он почувствовал траву, похоже, он уже упал на землю. Он изо всех сил постарался подняться, но тело не слушалось. Теперь мечи ангелов значили лишь «смерть».

— Добейте его уже наконец, но не сами, пошлите ангелов, и убедитесь, что он умер.

Я обречён.

Тренированная рука не прекращала дрожать, он даже не мог поднять меч, но всё равно не сдавался. Оскалив зубы, он резко зарычал. Газеф не боялся смерти. Он сам забрал уже множество жизней, потому он душевно был готов встретить на поле боя такой же конец. И он сказал Аинзу, что есть люди, которые его ненавидят. Однажды эта ненависть станет мечом и заберёт его жизнь. Но он не мог смириться с тем, что творилось сейчас. Напасть на стольких крестьян, убить безоружных и невинных жителей лишь для того, чтобы заманить Газефа в ловушку. Он абсолютно не мог позволить себе умереть с таким позором, но больше всего он не мог стерпеть свою беспомощность.

— ГАХХХХХХХХХХХХХХ! НЕ НЕДООЦЕНИВАЙТЕ МЕНЯ!.. — всем своим телом он издал огромный крик. Выплёвывая много крови и слюны, Газеф медленно поднялся.

Чувствуя трепет перед человеком, у которого не должно было остаться сил на то, чтобы сделать хоть шаг, ангелы невольно отпрянули.

— Ху!.. Ху!..

Не то что стоять, даже дышать было тяжело, сознание было туманным, а всё тело — будто под толстым слоем грязи. Но он не мог отдохнуть, ведь тогда всё будет кончено. Более того, даже с такой болью нельзя было сказать, что он может понять боль крестьян, которые умерли.

— Я воин-капитан Королевства! Ради любимого Королевства, и чтобы защитить его граждан! Как я могу проиграть вам, подонкам, запятнавшим имя Королевства!..

Тот человек защитит крестьян. Газефу оставалось лишь сделать всё, чтобы победить стоявшего перед собой врага. Он мог думать лишь о том, чтобы защитить будущее граждан Королевства.

— ...Ты умрешь в таком месте, поскольку продолжаешь говорить подобную чушь. Газеф Строноф.

Газеф глядел на вражеского командира, слушая его насмешку.

— Если бы ты решил покинуть крестьян на границе, всё не закончилось бы так плачевно. Невозможно, чтобы ты не знал, что одна твоя жизнь стоит дороже жизней тысячи простолюдинов. Если бы ты и вправду любил свою страну, то отказался бы от этих крестьян.

— Ты и я... никогда... не найдём общий язык!

— Что такой ты можешь сделать? Прекрати напрасно бороться и ляг, как хороший мальчик. Может, я тебя пожалею и дарую безболезненную смерть.

— Если ты правда... думаешь, что у меня больше нет сил, тогда почему... не подойдёшь и не отрубишь мне голову? Ведь со мной таким... это должно быть легко?

— ...Что ж, говорить ты умеешь. Думаешь, раз до сих пор желаешь сражаться, у тебя есть шансы на победу?

Газеф просто глядел вперёд, дрожащей рукой держась за меч. Туманно смотря на врага перед собой, даже не заботясь об окружающих его беспокойных ангелах.

— ...Что за напрасная трата времени. Как глупо. Как только я тебя убью, те выжившие крестьяне последуют за тобой. Ты лишь продлил им страдания, и всё.

— Ха, ха... ха-ха-ха... — Газеф засмеялся.

— ...Что смешного?

— ...Хах, это ты глуп. В деревне... находится некто сильнее меня. Этот человек непостижим, он победит всех вас даже в одиночку... убить крестьян, которых он защищает... просто невыполнимо...

— ...Сильнее тебя, сильнейшего воина Королевства Рэ-Естиз? Ты правда думаешь, что можешь надуть меня? Как глупо.

Газеф улыбнулся. Интересно, что у этого мужчины будет за лицо, когда он встретит этого непостижимого человека, Аинза Оала Гоуна? Это величайшая награда, которую Газеф мог получить в загробной жизни.

— ...Ангелы, убейте Газефа Стронофа.

После этого холодного приказа затрепетали бесчисленные крылья.

Газеф собрал решимость, чтобы встретить смерть, но вдруг послышался голос.

Похоже, время вмешаться.

Вид перед глазами сменился от пропитанных кровью лугов к простому дому. Вокруг были фигуры его людей и крестьяне с беспокойными лицами.

— Эт, это место...

— Это склад, который господин Аинз защитил магией.

— Староста... го, господина Гоуна здесь не видно...

— Нет, он только что здесь был, но он, похоже, поменялся местами с господином воином-капитаном, исчезнув прямо у меня перед глазами.

Так вот оно что, тот голос у меня в голове...

Газеф расслабил тело. То, что случится дальше, уже будет вне его власти. Газеф упал на пол, к нему подбежали крестьяне. Шесть Писаний. Противник, которого сильнейший воин Королевства не смог победить. Но он не думал, что Аинз проиграет.

Глава 5. Властелин смерти

Часть 1

Ни единого следа не осталось на лугах от проходившей мгновение назад битвы. Крови не было видно из-за послесвечения от заходящего солнца, а её запах уносило сильным ветром. На лугах стояло две фигуры, которых раньше тут не было. Ниган, капитан особых сил разведки Слейновской Теократии, Писания Солнечного света, с удивлением глядел на этих двоих. Один был одет в робу заклинателя, всё его лицо покрывала маска, а руки были в металлических перчатках. Чёрная, длинная роба выглядела дорого, аристократически. Другой был в полных чёрных доспехах. Доспехи тоже казались невероятными, явно не дешёвыми и очень редкими. По одному их виду было ясно, что это сильный магический предмет.

Сильно ослабленный Газеф и его люди исчезли, а на их месте появились две загадочные фигуры. Похоже, виной всему была какая-то магия телепортации, но он понятия не имел какая. Загадочный человек, использующий неизвестную магию, — нужно быть начеку. Ниган приказал всем ангелам отступить и выстроиться вокруг него на определенном расстоянии, чтобы в случае чего защитить. Он осторожно осматривал противника перед собой, заклинатель шагнул вперед:

— Добрый день, люди Слейновской Теократии. Меня зовут Аинз Оал Гоун. Для меня будет великой честью, если вы будете меня называть просто Аинз.

Он стоял довольно не близко, а ещё дул ветер, но всё равно голос был очень чётким. Ниган не ответил. Человек, назвавшийся Аинзом, продолжил:

— За мною стоит Альбедо. Я желаю заключить со всеми вами сделку, уделите мне немного времени?

Ниган поискал в памяти имя Аинз Оал Гоун, но ничего не вспомнил, вполне возможно, что это было фальшивое имя. Похоже, будет лучше узнать, что этот человек хочет, и собрать информацию. Рассудив, что лучше послушать, Ниган поднял подбородок, указывая Аинзу продолжить.

— Замечательно. Спасибо, что решили уделить мне время. Во-первых, я хочу кое-что отметить: вам меня не победить, — решительно промолвил он. Похоже, у него была абсолютная уверенность в себе. Это точно не был блеф или беспочвенная чепуха, этот человек, назвавшийся Аинзом, был абсолютно уверен в своих способностях.

Ниган чуть нахмурился. В Слейновской Теократии никто такого не сказал бы людям с властью.

— Печально, что ты столь невежественен. Ты заплатишь за свою глупость.

— ...А вы уверены? Я внимательно наблюдал за боем, а раз я здесь стою, это значит, что я полностью уверен в своей победе. Думаете, я правда явился бы спасти того человека, если бы не верил, что выиграю?

Совершенно верно.

Если этот человек — заклинатель, который полагается на магию, были бы более подходящие способы. Мистики, Колдуны и Волшебники носят лёгкие доспехи и большинство избегают ближнего боя, вместо него используя магию полёта, чтобы с расстояния стрелять «Огненными шарами». Но Аинз решил прийти на поле битвы, а значит, он обладает хоть какой-то, но силой. Не зная, как другая сторона расценит тишину, Аинз продолжил:

— Если вы поняли, тогда я кое-что хочу спросить. Чтобы вызвать ангелов, вы использовали заклинание третьего ранга «Вызов ангела», я ведь прав?

Риторический вопрос.

Не обращая внимания на презрение во взгляде Нигана, Аинз продолжил:

— Вызванные вами монстры довольно похожи на монстров из Иггдрасиля, так что мне было любопытно, название у заклинания такое же или нет. Монстры Иггдрасиля были названы по мифам... ангелы и демоны тоже должны иметь что-то общее с мифами. Они обычно относятся к Христианству, но с отсутствием Христианства в этом мире было бы очень странно появиться чему-то с именем Архангел. А значит, в этом мире есть похожие на меня люди.

Понятия не имея, о чём тот говорит, Ниган яростно ответил:

— Прекрати говорить сам с собой, куда ты отправил Газефа Стронофа?

— В деревню.

— ...Что? — Ниган не ожидал, что тот ответит, он был озадачен, но быстро заключил, что у того может быть повод так говорить. — Как глупо, даже если ты лжёшь, простого обыска деревни будет...

— Я не вру, лишь отвечаю на вопрос... и, если честно, этому есть причина.

— ...Неужели просишь пощады? Если сэкономишь нам время, тогда я, может быть, и подумаю.

— Нет, нет, нет... На самом деле... я слышал твой разговор с воином-капитаном... как храбро. — Тон и манера Аинза изменились, он смотрел на насмешливую улыбку Нигана. — Ты посмел бесстыдно заявить, что убьешь крестьян, которых я, Аинз Оал Гоун, кропотливо спас. Ничего меня не разгневает более.

Сильный ветер подул на робу Аинза и через Нигана и его людей пошёл дальше. Ветер пришёл со стороны Аинза просто по совпадению, но Ниган быстро стряхнул появившееся в голове заблуждение, очевидно ведь, что он ошибся, и от ветра не несло смертью.

— ...Т, так ты разгневался из-за этого, заклинатель? И что? — Ниган испугался, но всё равно не убрал цинизм.

Как может капитан Писания Солнечного света, у которого есть даже козырная карта Слейновской Теократии, забояться, услышав слова какого-то случайного парня. Конечно же не может. Но...

— Ах да, сделка, которую я упомянул. Я надеюсь, что вы молча отдадите свои жизни, так вы сможете избежать боли. Иначе, если будете сопротивляться, а это с вашей стороны будет очень глупо, вам придётся заплатить цену — смерть в мучении и отчаянии.

Аинз сделал шаг вперед. Простой шаг, но Аинз казался огромным. Все люди из Писания Солнечного света попятились.

— Ахх...

Несколько человек рядом с Ниганом хрипло вскрикнуло.

Голос страха.

Полный невероятной внушительности сильного бойца. Ниган впервые ощутил такое сильное давление. Он мог понять страх подчиненных. Даже Ниган, ветеран бесконечных битв, который не был уверен, сколько раз оказывался на грани смерти, или сколько жизней забрал, ощутил исходящее от таинственного заклинателя Аинза удушающее давление. Его подчиненные, наверное, чувствовали давление ещё сильнее. Кто он, чёрт возьми? Кто на самом деле этот заклинатель, кто же скрывается под маской?

Не обращая внимания на тревогу Нигана, Аинз холодно произнёс:

— Вот почему я не вру. Ведь нет причин врать людям, которые сейчас умрут.

Аинз медленно развёл руки и сделал ещё один шаг вперед. Было такое впечатление, что он хочет обнять, но с такими странно изогнутыми пальцами он походил на магическое животное, которое вот-вот бросится в атаку. По спине Нигана прошёл холодок. Он уже бывал на грани смерти и знал, что это чувство — предчувствие смерти.

— Ангелы, в атаку! Не дайте ему приблизиться! — хрипло прокричал Ниган. Он хотел не повысить мораль своего отряда, а просто боялся приближения Аинза Оала Гоуна. Два архангела огня, услышав приказы Нигана, полетели в атаку. Захлопав крыльями, они устремились вперёд верхом на ветру. Ангелы по прямой полетели на Аинза и без колебаний вонзились в него огненными мечами.

Сейчас стоявшая позади Аинза Альбедо шагнет вперёд и перехватит атаку. Вот что все ожидали, но никто не мог поверить в картину перед глазами. Не случилось ничего удивительного, совсем даже наоборот.

Не случилось совершенно ничего.

Да, Аинз ничего не делал, он просто позволил ангелам себя проткнуть. Он мог применить магию, уклониться, защититься или прикрыться товарищем — но ничего из этого не случилось.

Удивление превратилось в насмешку. Они так надменно себя вели, а всё это оказалось лишь блефом. Это не Альбедо не хотела его защитить, просто она не поспела за высокой скоростью ангелов. Когда узнаёшь правду, она оказывается не таким уж и большим делом.

Подчинённые вздохнули с облегчением. А Ниган ещё так необъяснимо тревожился, это заставило его сконфуженно посмотреть на Альбедо:

— Какой позор. Делать вид, что сильны, а оказаться такими... — Но вдруг закралось сомнение. Почему Аинз не падает? — ...Чего стоите? Быстро прикажите ангелам отступить. Он не падает на землю, потому что его удерживают мечи.

— Н-но мы уже отдали приказ, — полным сомнения голосом ответили подчиненные. Он снова посмотрел на Аинза. Два ангела сильно махали крыльями, будто бабочки попали в паутину. Странными движениями они медленно переместились в сторону, но казалось, будто их перемещают силой.

Тогда он и смог увидеть Аинза, которого до этого закрывали ангелы.

— Разве я не говорил? Вам меня не победить. Серьезно, других нужно слушать.

До ушей донёсся спокойный голос. Ниган не верил своим глазам: как такое может быть? Грудь и живот Аинза были проткнуты, а он спокойно стоял.

— Невозможно... — один из его людей выразил то, о чём думал Ниган. Все окружающие считали, что мечи нанесли смертельные раны. А на самом деле Аинзу, кажется, даже не было больно. И удивляло не только это. Аинз держал руками бьющихся ангелов за горло.

— Невозможно... — Не было ясно, кто это пробормотал. Тело магически призванного ангела было создано из магии призывателя, но всё равно оно не было лёгким. Оно было чуть тяжелее взрослого мужчины, если взвесить вместе с доспехами. Это не тот вес, который с лёгкостью можно поднять одной рукой. Конечно, натренированный воин с большими мускулами смог бы такое сделать. Но у человека перед ним не было никаких заметных мускулов, он больше походил на того, кто сосредоточился на учёбе, улучшая интеллект и заклинания. И даже если он себе магически увеличил силу, если базовое значение не достаточно велико, не будет заметных результатов.

Но почему такое произошло? В него вонзились мечи, а его это, кажись, даже не волнует.

— ...Это, это какая-то иллюзия.

— Да точно! Кто выживет после такого?!

Уж очень громко прокричали члены особого отряда Теократии. Хотя они все привыкли к опасности и пережили множество битв, нечто такое они видели впервые. Даже Ниган и вызванные ангелы не могли в это поверить.

До ушей Нигана и остальных донёсся тихий голос даже без намека на боль:

— Это высокоуровневый пассивный навык физического сопротивления, весь урон от низкоуровневого оружия и некоторых низкоуровневых заклинаний становится полностью неэффективным. Самое большее, неэффективными будут атаки ниже шестидесятого уровня, другими словами любые атаки выше шестидесятого уровня всё же мне навредят. Эта способность или полностью блокирует урон, или совсем его не блокирует... я не ожидал, что она пригодится на этот раз. Так что... эти ангелы и вправду просто мешаются.

Вдруг ангелов, которых Аинз всё ещё держал в руках, он бросил на землю. Землю тряхнуло — просто невообразимая сила была вложена в бросок. Ангелы умерли, превратившись в бесчисленные шары света. И, конечно же, воткнутые в Аинза мечи тоже исчезли.

— Если я узнаю имена этих ангелов, тогда, может быть, смогу понять, почему вы знаете, как использовать магию из Иггдрасиля... но это уже в другой раз.

Медленно выпрямившись, Аинз снова сказал что-то непонятное. Но это заставило людей даже больше бояться его загадочной силы. Ниган отчетливо сглотнул.

— Ладно, игра уже стала надоедать. Вам уже достаточно? Раз вы не хотите соглашаться на сделку, похоже, настал мой черёд. — Расправившись с ангелами, Аинз снова медленно развёл руки. Видно, он показывал, что руки у него пусты. Настала жуткая тишина, в которой голос Аинза был отчетливо слышен: — Теперь мой черед всех убивать.

Будто сосульки воткнулись в спину, чувство, вызывающее у людей тошноту. Опытный убийца Ниган никогда не испытывал такого прежде. Нужно отступать. Без каких-либо возможностей выиграть битву, сражаться против Аинза будет чрезвычайно опасно. Но Ниган попытался не обращать внимания на интуицию. Они наконец сумели загнать в угол свою добычу, Газефа, как можно дать ему уйти? Закрывая глаза на предупреждение инстинктов, Ниган громко приказал:

— Все ангелы в атаку! Быстро!

Все архангелы огня, будто пули, помчались на Аинза.

— Что за резвая кучка народу... Альбедо, оставайся позади. — Говорил он спокойно и собранно, несмотря на грядущую атаку ангелов. Те его полностью окружили, но он совсем об этом не волновался, хотя ему не осталось куда бежать. Когда его уже почти пронзили мечами, Аинз применил магию: — «Отрицательный взрыв».

Воздух затрясся. Со всех сторон появился чёрный свет и собрался вокруг Аинза. Это продлилось лишь мгновение, но итог был очевиден сразу же.

— Не-невозможно...

Ветер принёс голос. Сцена перед глазами была просто неправдоподобна. Почти сорок ангелов было уничтожено после того, как их охватила волна тьмы. Противник Нигана не использовал какое-то заклинание, прекращающее призыв. Попавшим под чёрную волну ангелам был нанесён урон. Проще говоря, Аинз применил некую могущественную магию и смёл всех ангелов. Ниган невольно задрожал от ужаса. Он вспомнил слова сильнейшего воина Королевства, Газефа Стронофа.

...Хах, это ты глуп. В деревне... находится некто сильнее меня. Этот человек непостижимый, он победит всех вас даже в одиночку... убить крестьян, которых он защищает... просто невыполнимо...

Сцена перед глазами подтвердила те слова. Ниган попытался выкинуть их из головы, отчаянно стараясь себя переубедить. Насколько он знал, адепты сильнейшей ветви, Чёрного Писания, тоже могли справиться с множеством ангелов. Просто нужно думать об Аинзе как о противнике такого уровня. Даже если по силе он сравним с Чёрным Писанием, по-прежнему остаётся надежда на победу, ведь по численности их больше. Но смог бы хоть кто-то из адептов Чёрного Писания в одиночку и одним ударом победить всех этих ангелов?

Ниган покачал головой, чтобы избавиться от сомнений. Нужно об этом не думать. Если он получит ответ, то окажется по-настоящему беспомощным. Вот почему Ниган сунул руку в карман, получая мужество от лежавшего там магического предмета. Он был убеждён, что пока имеет при себе этот предмет, всё будет в порядке. Однако его подчинённые не могли похвастаться тем же, потому попытались использовать другие методы.

— Воо, вооахх!..

— Как такое могло произойти!

— Монстр!

Найдя ангелов бесполезными, подчинённые закричали и начали применять иные заклинания, в которых были уверены. «Конфуз», «Молот правосудия», «Слепота», «Огненный дождь», «Нефритовый гроб», «Святой луч», «Взрыв», «Каменная стрела», «Открытые раны», «Яд», «Страх», «Проклятье», «Слепота»... Вся эта магия ударила по Аинзу. А Аинз весь этот шторм магии выдерживал со спокойным лицом.

— Очень знакомые заклинания... кто вас им обучил? Кто-то из Слейновской Теократии? Или кто-то другой? Похоже, нужно выяснять всё больше и больше.

Он не только убил ангелов одним ударом, но и был ещё невосприимчив к магии. Ниган ощутил, будто попал в ночной кошмар.

— Йиии!.. — Поскольку ни одно из заклинаний не подействовало, один из его людей странно вскрикнул и взял железный шар для катапульты. Ниган подумал, что если мечи ангелов ему не смогли навредить, то какой смысл в железном шаре? Но всё же не остановил своего подчинённого.

Железный шар, способный с лёгкостью переломать человеку кости, полетел прямо на Аинза.

Послышалось, как что-то взорвалось.

Мгновение.

Всё и вправду произошло в мгновение.

Когда сражаешься, нельзя отводить глаза от цели. Но Альбедо, которая должна была стоять прямо позади Аинза, вдруг появилась перед ним. На месте, где она прежде стояла, из-за сильного толчка остался глубокий след, вот что было тем взрывом. Альбедо на скорости, почти не видимой невооруженному глазу, подняла длинный топор, оставляя в воздухе красивый зеленый след. А потом мужчина, атаковавший тем железным шаром, упал на землю.

— ...Что?

Никто не понимал, что только что случилось перед глазами. Это они должны были атаковать, а вместо этого атаковали их. Один из мужчин подбежал к упавшему соратнику и, увидев, что тот мёртв, выкрикнул:

— Е, его голова раздавлена железным шаром!

— ...Что? Железным шаром... разве этот шар не мы запустили?!

Почему одного из них убили железным шаром, который они сами же и кинули? В это мгновение до ушей Нигана ветер донес голос:

— Ужасно сожалею, похоже, моя подчинённая применила два заклинания, «Противоснарядный щит» и «Отражение», чтобы послать снаряд обратно. Кажется, вы на себя наложили барьеры сопротивления снарядам, но атака, которая сильнее защиты, всё равно пробьется, так ведь? Не следует так удивляться.

Объяснив, что произошло, и не обращая внимания на Нигана, Аинз повернулся к Альбедо:

— Однако Альбедо, ты должна знать, что такое метательное оружие не сможет мне навредить. Не нужно было...

— ...Пожалуйста, подождите, владыка Аинз. Если они хотят вызвать на бой верховного властелина, они сначала должны достигнуть определённого стандарта силы. Этот железный шар... это слишком грубо!

— Ха-ха, это как будто сказать, что Ниган и его люди не имеют никакой квалификации, я прав?

— Начала созерцания! В атаку!

Услышав приказ Нигана, ангелы, до этого машущие крыльями вдалеке, задвигались. Начала созерцания — так называли ангелов, одетых в полную броню. В одной руке они держат боевой молот, в другой — круглый щит. Ноги прикрывает длинная роба.

Этих ангелов, которые были сильнее архангелов, до этого дня не использовали в бою из-за их особой способности. Начала созерцания, как и подразумевало их название, увеличивали защитные способности всех союзников, которые попадают в поле зрения. А если кто-то не попадёт в поле зрения, усиления не будет, вот почему мудрым шагом было оставлять их позади поля боя. Похоже, Ниган был уже на пределе, раз отдал такой приказ. Пока есть шанс выжить, даже если это одна соломинка, он всё равно за неё ухватится.

— Альбедо, стой позади.

Аинз вдохнуть не успел, а ангелы, приняв команду, уже появились перед ним и подняли свои сияющие боевые молоты. Аинз нетерпеливо протянул левую руку, чтобы защититься. Хотя такой удар с лёгкостью крошил кости, рука Аинза оказалась невредимой, он спокойно выдерживал многочисленные атаки ангелов.

— Хо, хо... Теперь моя очередь атаковать. «Адское пламя».

Аинз протянул правую руку, и на кончике пальца появилось маленькое пламя, казалось, что его вот-вот затушит ветер, оно прицепилось к ближайшему Началу созерцания. На фоне сияющего ангела пламя было таким маленьким, будто это какая-то шутка.

Но...

Ангела тут же поглотило чёрное пламя, да такое сильное, что даже стоявший далеко Ниган ощутил его жар, аж глаза нельзя было открыть. В таком внушительном чёрном пламени тело ангела растаяло без сопротивления. Поглотив свою цель, пламя исчезло. Не осталось ни следа. Предыдущая сцена, атакующий ангел и сжигающее черное пламя, показалась просто иллюзией.

— Как, как такое возможно?

— Одним ударом...

— Йии!

— Это, это просто невозможно аррррр! — зарычал Ниган среди беспорядочных голосов подчиненных. Он даже не понимал, что кричит. Он просто хотел преобразовать свои мысли в слова, и неосознанно закричал.

Начала созерцания были высокоуровневыми ангелами, а соотношение атаки и защиты у них было три к семи. Из всех начал, которых можно было вызвать высокоуровневыми заклинаниями, начала созерцания обладали величайшей защитой. К тому же своей врождённой способностью, «Усиление вызванных созданий», Ниган мог усилить способности всех своих вызванных существ. Очень мало людей могли победить его начал созерцания. За всю свою жизнь Ниган не встретил никого, кто мог бы победить такого ангела одним заклинанием. На это были неспособны даже сильнейшие люди, которых он знал, адепты Чёрного Писания, почти достигшие пределов человеческих способностей. Это значило, что сила Аинза Оала Гоуна за пределами человеческой.

— Такое просто не может произойти! Совершенно немыслимо! Никто не способен одним заклинанием уничтожить высокоуровневого ангела! Откуда ты пришёл, Аинз Оал Гоун?! Такой человек просто не может быть неизвестен! Какое твоё настоящее имя?! — Ниган, не желая признавать этот факт, прорычал, оставив всякую видимость спокойствия. Аинз лишь медленно развёл руками. При свете заходящего солнца казалось, что эти руки по локоть в крови.

— ...Почему это невозможно? Только из-за вашего невежества? Или так устроен этот мир? Хотя я могу сказать вам лишь одно.

Ожидая ответов, все затихли. Лишь яркий голос Аинза был исключением.

— Меня зовут Аинз Оал Гоун. Это настоящее имя.

В голосе Аинза слышалась гордость и удовольствие. Ниган был не в состоянии ничем ответить, ибо в словах Аинза была какая-то неизвестная значимость.

Ниган тяжело задышал. Ещё и веющий по лугу ветер очень раздражал. А сердцебиение было таким громким и дыхание неровным, будто он пробежал огромное расстояние и вымотался. Некоторыми словами он пытался в мыслях себя успокоить. Но вспомнил ту сцену, когда противника пронзили мечами, и сцену, когда тот одним заклинанием уничтожил столь многих ангелов, всё это говорило Нигану только одно:

Что это невообразимый монстр. Он не выстоит против него.

— Ка, капитан, ч, что нам делать...

— Сами думайте! Я вам не мать! — прокричав это, Ниган увидел в глазах подчинённых ужас, и пришёл в себя. Паниковать перед лицом такого монстра очень плохо. Солнце уже заходило, мир постепенно погружался во тьму. Казалось, будто Смерть открывает свой рот, готовясь пожрать всё без остатка. С некоторым усилием Ниган подавил страх и приказал: — Защитите меня! Все, кто хотят жить, выиграйте мне немного времени!

Дрожащими руками Ниган достал кристалл. Его люди славились своей ловкостью, но сейчас их сковали цепи страха, они стали двигаться намного медленнее. Им приказали стать щитом против этого монстра, и даже если они не страшились смерти, всё же с нерешительностью её принимали. Но они всё равно будут сражаться, чтобы выиграть время.

Магическая печать внутри кристалла могла вызвать сильнейшего ангела. Этот ангел в одиночку смог уничтожить бушевавшего двести лет назад Демона-бога. Сильнейший ангел, способный уничтожать целые города. Было невозможно посчитать, сколько труда и денег потребуется, чтобы снова его вызвать, но чтобы уничтожить этого загадочного человека, Аинза Оала Гоуна, это того стоит. И, что более важно, будет намного худший исход, если кристаллом не воспользоваться и его заберут. Ниган этим себя убедил. Он спрятал свой ужас, он страшился умереть так же, как те, умершие от его руки, став куском мяса.

— Я собираюсь вызвать ангела высшего уровня, поспешите и выиграйте время!

Подчинённые ускорились, ведь они услышали, что он собирается сделать. Это зажгло дух надежды. Аинз должен был заметить это изменение, но он ничего не предпринимал, лишь невнятно говорил сам с собой:

— ...Неужели это кристалл магической печати?.. По количеству исходящего света там должно быть запечатано какое-то сильное заклинание. Такие предметы были и в Иггдрасиле... это заклинание вызова ангела... неужели уровня Серафима? Альбедо, прошу, используй свои особые навыки, чтобы меня защитить. Хотя маловероятно, что появится Сераф Эмпирейский, но если это высший Сераф или сильнее, нам придётся сражаться в полную силу. Нет... может, появится уникальный монстр этого мира?

Пока Аинз думал, Ниган, используя надлежащие методы, взломал печать — и землю вокруг осветили яркие лучи света. Будто солнце появилось над землей, луга полностью побелели, Ниган учуял слабый аромат. Появился ангел из легенд, Ниган воскликнул:

— Смотри! Вот слава высшего ангела! Доминион Власти!

Много сияющих крыльев, а в руках держит дощечку с выгравированными королевскими символами, но ни головы, ни ног не видно. Хотя внешность у него была странной, любой сказал бы, что это божественное создание. Поскольку вдруг появился такой ангел, атмосфера стала прежней. Это было высшее воплощение добра, все разразились бешеными приветствиями. Боевой дух мужчин сильно повысился. На этот раз они точно убьют Аинза Оала Гоуна. На этот раз это его участь будет незавидной. Столкнувшись с силой бога, он узнает, каким был дураком.

Увидев их с таким радостным настроением, Аинз с трудом сказал:

— Всего лишь... это? Этот ангел?.. Против моей сильнейшей способности убийства?

Глядя на удивлённого Аинза, встревоженный Ниган почувствовал облегчение и даже возрадовался:

— Верно! Ничего не поделаешь, если испугался, ведь так выглядит ангел высшего уровня. Изначально использовать его здесь было бы напрасной тратой, но я рассудил, что ты того стоишь.

— Как такое может быть...

Аинз медленно поднял руку и дотронулся до своей маски. В глазах Нигана это был жест отчаяния.

— Аинз Оал Гоун. Откровенно говоря, ты заслуживаешь уважения, раз заставил меня вызвать ангела высшего уровня. Ты заклинатель, обладающий ужасающей магической силой, гордись этим! — Затем Ниган тяжело кивнул: — Лично я хотел бы сделать тебя своим союзником. Даже сейчас ты столь силён... Но ты должен меня простить, обстоятельства мне не позволяют. По крайней мере мы будем тебя помнить. Помнить как заклинателя, заставившего меня вызвать ангела высшего уровня.

Но на похвалу Нигана ответил холодный голос:

— В самом деле... как скучно.

— Что? — Ниган не понимал, что говорит Аинз. Ведь для этого ангела, которого человечество никогда не победит, Аинз был лишь простой жертвой. Но почему он столь расслаблен?

— Насторожиться против такой детской игры... я ужасно сожалею, Альбедо. Что заставил тебя использовать свой особый навык.

— Прошу, не говорите так, владыка Аинз. Поскольку мы не знали, какого невообразимого монстра они вызовут, было необходимо минимизировать возможный урон.

— Правда?.. Нет, ты права. Просто я не ожидал такого уровня, как неожиданно.

Поняв, что те двое полны презрения, Ниган не мог продолжать думать нормально.

— Даже перед ангелом высшего уровня ты всё так же надменен! — непроизвольно выкрикнул он, ведь Аинз так неторопливо говорил с Альбедо, и даже не смотрел на ангела.

Чувствуя, будто у него полное преимущество, Ниган неторопливо им наслаждался, но вдруг это пропало и снова превратилось в ужас. Неужели, неужели Аинз Оал Гоун даже сильнее этого ангела?

— Нет! Невозможно! Такого просто не может быть! Невозможно, чтобы человек был сильнее ангела высшего порядка! Этот ангел сумел победить даже Демона-бога! А сейчас он против простого человека, должно быть, это блеф! Точно блеф!

Похоже, Ниган не мог сдержать эмоции. Он не мог это признать. Человек, способный победить ангела высшего уровня, был не только врагом Слейновской Теократии, но и стоял перед ним.

— Активировать «Экстремальный святой удар»!

Заклинания, которых люди не могут достичь, седьмой ранг. Даже в ритуалах большого масштаба Теократии было невозможно такие использовать, но этот ангел, Доминион Власти, может использовать такую магию в одиночку, вот почему его называли ангелом высшего уровня. Заклинание, которое Ниган приказал применить, было магией седьмого ранга, который считался самой великой магией.

— Знаю, знаю. Побыстрее его примените, я не буду ничего делать. Довольны?

Но Аинз выглядел так же спокойно, как пешеход, переходящий дорогу. Ниган почувствовал страх. Это был ангел высшего уровня, победивший Демона-бога. Он непомерно силён, сильнейший на всём континенте, его просто невозможно победить.

Если кто-то может победить ангела, если неизвестному заклинателю это удастся, значит по силе этот загадочный человек намного превосходит Демона-бога. Просто невозможно, чтобы существовал такой преступивший пределы человек. В ответ на ожидаемый приказ призывателя дощечка в руках Доминиона Власти разрушилась. А фрагменты медленно закружились вокруг него.

— Ясно, каждый раз, когда его вызывают, он может использовать одноразовую особую способность, чтобы увеличить силу заклинания. Похоже, способности доминионов те же, что и в Иггдрасиле...

— «Экстремальный святой удар».

Магия активировалась, и всё заполонил падающий с неба сияющий луч света. С ревом на Аинза упал голубовато-белый божественный свет, а тот просто поднял руку, будто держит зонт. Седьмой ранг — ранг, недоступный человеку. Абсолютно злая сущность будет уничтожена этой силой, и даже добрую постигнет та же участь. Единственная разница лишь в том, полностью ли она будет уничтожена, или немного посопротивляется. Столь невероятной была магия, выходящая за человеческие рамки. Нет, было бы странно, если б было иначе.

Но... он по-прежнему был жив. Аинз Оал Гоун, этот монстр, не только не был стёрт с лица земли, свалился на землю или полностью уничтожен, но по-прежнему спокойно стоял, насмешливо хохоча:

— ...Ха-ха-ха-ха-ха-ха. Как и ожидалось от магии, сильной против зла... Так вот как чувствуется боль... это больно? Конечно, конечно! Но даже если я ощущаю боль, я мыслю ясно и это не затронуло мои действия. — Луч исчез. Никаких других эффектов не появилось. — Превосходно, ещё один эксперимент закончился.

— Он говорит так, будто ничего не случилось...

Ниган мог только показать жёсткую улыбку.

Лишь одна особа была рассержена.

— Т, ты, ничтожное существо! — Альбедо пронзительно закричала. — Низшая форма жизни! П, посметь сделать такое с нашим любимым владыкой Аинзом! Заставить моего любимого почувствовать боль, знай своё место! Я никогда тебя не прощу, я заставлю тебя чувствовать самую страшную боль в твоей жизни до тех пор, пока ты не лишишься рассудка! Кислота разъест твои руки и ноги, а потом я отрежу тебе гениталии, сделаю из них фарш и заставлю тебя их съесть! После этого магией лечения тебя вылечу! Аххххххххх! Проклятье! Проклятье, проклятье, проклятье, проклятье, моё сердце сейчас взорвется!

Женщина в чёрных доспехах начала неустанно шевелить руками. Было такое чувство, будто мир искажается с эпицентром в этом месте; подобно буре на них налетела головокружительная зловещая аура. Под чёрными доспехами что-то извивалось, будто большое тело вот-вот взорвётся. Ниган это видел, но мог лишь молча стоять, глядя, как из кокона вырывается монстр, способный пожрать мир. В этом мире сейчас только один человек мог остановить Альбедо. Аинз поднял руку и тихо сказал:

— Достаточно, Альбедо.

После пары этих слов Альбедо остановилась.

— ...Но, но владыка Аинз, эти низшие формы жизни...

— Этого достаточно, Альбедо... Всё, помимо слабости ангела, было в пределах моих ожиданий, на что тут злиться?

Услышав это, Альбедо, приставив руку к груди, поклонилась:

— ...Как и ожидалось от владыки Аинза, благоразумие — это самое подходящее слово, которым можно вас описать. Поистине восхитительно.

— Я очень счастлив, что ты волнуешься обо мне, Альбедо, и даже разозлилась, но... твоя улыбка очаровательнее.

— Гухуху!.. О, очаровательнее!.. Спасибо, владыка Аинз.

— Хорошо, я, кажется, заставил вас ждать, извините.

Ниган недоумённо смотрел на них двоих, спокойно говоривших друг с другом, но потом наконец пришёл в себя и закричал:

— Я знаю... Я знаю кто вы на самом деле!.. Демоны-боги! Вы двое — демоны-боги!

Ниган знал лишь нескольких созданий, способных выстоять против силы ангела высшего уровня. Шесть богов, в которых он верил; сильнейший из всех драконьих рас — Драконий Король; легендарный монстр, способный уничтожать города — Ландфол; и также Демон-бог. Хотя он слышал, что все Демоны-боги были запечатаны тринадцатью героями, высвобождения той предыдущей злой силы было достаточно, чтобы сломать печати Демона-бога. В Нигане теплилась надежда, что если это Демон-бог, то у ангела высшего уровня всё ещё есть надежда на победу.

— Ещё раз! Активировать «Экстремальный святой удар»!

Ведь только что Аинз сказал, что почувствовал боль, а это значит, что он поранился, может быть, ему сейчас даже трудно стоять. На ум пришло много «может быть», но если бы он так не думал, сошёл бы с ума.

Однако Аинз не мог позволить второй атаки.

— ...Похоже, теперь мой черёд... Почувствуйте отчаяние, «Чёрная дыра».

На ярком теле Доминиона Власти появилась маленькая точка. Затем она разрослась в большую дыру. Всё засосало в пустоту. Все были настолько ошеломлены, что картина перед глазами казалась им смешной, ведь на том месте ничего не осталось. Свет Доминиона Власти исчез, и окрестности перестали сиять. Лишь ветер продолжал дуть через луга да стрекотать сверчки. Вдруг тишину нарушил хриплый крик.

— Что ты такое!.. — Ниган снова спросил непостижимого человека. — Я никогда не слышал имени заклинателя Аинза Оала Гоуна... и никто не способен уничтожить ангела высшего уровня. Просто нет такого существа... — Ниган слабо покачал головой: — Я знаю только, что ты намного превосходишь мощь Демона-бога... это уже слишком... кто ты...

— ...Я ведь уже говорил, я Аинз Оал Гоун. Я ещё не очень хорошо известен. Давай прекратим болтать и понапрасну тратить время. Ах да, чтобы ты напрасно не пытался, я тебе кое-что скажу: я уже сделал так, чтобы тут не действовала магия телепортации. К тому же недалеко мои подчинённые ждут в засаде, так что ты не сможешь сбежать.

Солнце уже полностью зашло, и луга медленно поглощала тьма. Ниган знал, что всё кончено. Как только все его люди были деморализованы, из ниоткуда появилась дыра, похожая на глиняный горшок. Но она быстро исчезла. Ниган был сбит с толку, а Аинз ответил:

— ...Вам, ребята, лучше меня поблагодарить. Похоже, кто-то наблюдал за вами, используя разведывательную магию, но поскольку я попал в эффективный радиус, я, используя антиинформационную магическую стену, был в состоянии противостоять заклинанию и не стал объектом наблюдения... Ахх, если бы я знал, что это случится, то подготовил бы побольше высокоуровневых контр заклинаний.

По этой речи Ниган понял, что это было. Слейновская Теократия должна была точно за ним наблюдать.

— Немного потрудившись, я мог бы использовать «Взрыв» на большей области, и, может быть, так я преподал бы наблюдателю урок... Впрочем, игра и так уже окончена.

Ниган понял смысл этих слов, у него по спине прошёл холод. Обычно они были на той стороне, но сейчас оказались жертвами. Он боялся. Он забрал уже много жизней и боялся, что теперь заберут его жизнь. Подчинённые, увидев страх в глазах командира, испугались ещё сильнее. Они были на грани слёз.

Он хотел стать на колени и молить о пощаде, но Аинз не был похож на сострадательного человека. Ниган сдержал слёзы и с отчаянием попытался найти надежду на спасение. Но сколько бы он ни думал, никто другой ему не поможет. Он мог думать лишь о том, чтобы обратиться к состраданию Аинза.

— По, подождите! Лорд Аинз Оал Гоун... нет, хозяин! Молю вас, подождите, мы... нет, я хочу заключить с вами сделку! Уверяю вас, вы не останетесь в убытке! Если вы сохраните мне жизнь, я отдам вам столько золота, сколько вы захотите!

В уголку зрения он увидел, как несколько подчинённых удивились, но больше они для него ничего не значили. Сейчас самое важное была его собственная жизнь, всё остальное — несущественно. К тому же он всегда мог найти им замену, но сам он был незаменим. Не обращая внимания на бесчисленные недовольства, Ниган продолжил:

— Удовлетворить такого великого заклинателя, как вы, будет трудно, но я обязательно подготовлю вам столько золота, что вы будете довольны! В моей стране у меня прочная позиция, государство не поскупится и заплатит любую цену, чтобы меня спасти! Если у вас есть какие-либо другие требования, я их, конечно, с удовольствием выполню! Молю вас! Пожалуйста, пощадите! — Ниган начал становиться на колени. — Т, так как? Хозяин Аинз Оал Гоун!

Умоляющему Нигану тихим голосом ответила Альбедо:

— Разве ты уже не отказался от сострадательной сделки верховного владыки Аинза?

— Это было!..

— ...Я понимаю, что ты пытаешься сказать. Поскольку даже если бы ты принял предложение, конец был бы тем же, так значит ты хочешь просить пощады? — Чёрный шлем медленно покачался из стороны в сторону, будто Альбедо больше не могла терпеть. — Ясно, похоже, ты так и не понял. Как уже сказал владыка Аинз, который держит в руках силу Назарика, вы, люди, низшие формы жизни, должны склонить голову и с благодарностью ждать смерти, — не терпящим возражений тоном сказала она.

Сумасшедшая. Эта женщина точно сошла с ума. Осознав это, Ниган с проблеском надежды посмотрел на Аинза.

Молча слушая разговор, Аинз понял, что они ожидают его решения, он покачал головой и сказал:

— Вот... так вот. Не сопротивляйтесь, послушно лягте и ожидайте смерти. Так я смогу лишить вас жизни безболезненно.

Часть 2

Настала ночь и в небе показались прекрасные звезды.

Аинз, увидевший такую картину во второй раз, был в восторге, он молча шёл в сторону деревни. Сегодня он немного перестарался. Когда рядом Альбедо он не мог вести себя слишком слабо. Перед подчинёнными господин должен выглядеть достойно. Хотя на этот раз он немного перестарался, всё же он сделал всё возможное, чтобы играть роль господина. Он не знал, добился ли своего, но был удовлетворён и тем, что не опустился в глазах Альбедо. Шлем Альбедо мешал увидеть Аинзу восхищённое выражение у неё на лице, потому он не знал, что она думает. Сейчас он размышлял о том, что случилось сегодня.

— Но владыка Аинз, почему вы спасли Газефа?

Почему? Аинз не мог объяснить, что тогда чувствовал, поэтому попытался увильнуть от вопроса.

— Мы это начали, мы и должны закончить, разве не так?

— Тогда почему вы дали ему ту статуэтку?

— Это ради будущего, нам будет выгодно, если он возьмет её с собой.

Статуэтку, которую Аинз подарил Газефу, в Иггдрасиле он просто продал бы, таких предметов у него было навалом. Может быть, он не сможет пополнить запасы, но это не такая уж и большая потеря.

В любом случае Аинз был счастлив, что таких предметов у него стало меньше.

Потому что этот утешительный приз из капсулы лотереи стоимостью в пятьсот иен напоминал Аинзу о потраченных даром днях, когда он ничего не заработал. После бесчисленных попыток ему наконец удалось достать чрезвычайно редкий предмет, но его старый товарищ, Ямаико, заполучила такой предмет в первый же день. У Аинза в сердце до сих пор осталась травма. Он много раз думал выбросить утешительный приз, но как только вспоминал, что он стоит пятьсот иен... не решался.

— Мне не важно, где будет этот предмет, и будет ли он когда-либо использован.

— ...Позволить мне одной с этим разобраться было бы ведь лучше? Владыка Аинз, не нужно было помогать этим низшим созданиям лично. Люди, окружившие Газефа, — мелкая сошка, вот почему вам, владыка Аинз, не нужно было действовать лично.

— Ясно... — Аинз, у которого не было силы скаута, мог ответить лишь так. В Иггдрасиле можно было судить о силе врага по цвету имени. А потом только и всего, что положиться на информацию соратников и руководства из интернета, чтобы оценить его силу. Аинз невольно почувствовал ностальгию. Если бы он хоть немного поднял себе магию, ориентированную на сбор информации... Аинз почувствовал сожаление. Конечно, нельзя было сказать, можно ли здесь пользоваться такой магией, но если можно, ему не пришлось бы быть столь осторожным.

Не было смысла сетовать о том, чего у него нет, потому Аинз решил сменить настроение:

— ...Я знаю, что ты сильна, и я тебе доверяю. Но я хочу, чтобы ты не мыслила так наивно и всегда помнила, что может в любое время появиться враг сильнее меня. Мы должны быть ещё осторожнее особенно сейчас, когда нам не знаком этот мир... Вот почему я позволил Газефу на нас работать.

— Теперь я поняла... он пешка, которой мы оцениваем, насколько враг силён. Такая роль и вправду подходит низшей человеческой расе.

Он не видел, какие у неё эмоции скрываются под шлемом, но её голос был радостный, как расцветший цветок. Аинз знал, что Альбедо недолюбливает людей, и он сам был бывшим человеком, который стал нежитью, но ему из-за этого не было ни грустно, ни одиноко. Он считал, что чужеродным расам Великого Склепа Назарика вполне правильно иметь такие мысли.

— ...Верно. Но не только. Люди, попав в смертельную опасность, будут более признательны своему спасителю. И врагами был особый отряд, высшие чины страны не будут открыто вызывать проблемы из-за их исчезновения. Вот почему я вмешался.

— Ах... как и ожидалось от владыки Аинза, настолько всё предвидеть прежде, чем захватить этих людей, впечатляюще!

Аинз возгордился, слушая похвалу Альбедо. Он за короткий срок придумал такой логический план, должно быть, у него врождённый талант быть властелином. Но затем до его ушей донёсся капризный голос Альбедо:

— ...Но владыка Аинз, не было необходимости принимать своим бесценным телом тот удар мечом ангела, так ведь?

— Неужели? Когда мы прибыли в деревню Карн, на тех рыцарях за деревней мы убедились, что высококлассный иммунитет против физических атак работает нормально.

— Да, вы правы. Я тоже видела это своими глазами. Но я не могла позволить, чтобы эти низшие ангелы пронзили владыку Аинза своими мечами.

— Ясно. Ты защищала меня как щит, но я не думал об этом с твоей точки зрения. Мне и вправду жа...

— Даже если я знала, что вы не поранитесь, ни одна женщина не сможет смотреть на то, как её любимого пронзают мечами.

Аинз не знал как ответить, он просто молча продолжал идти в деревню. А Альбедо не требовался ответ, она молча следовала за ним.

Как только они вошли в деревню, их встретил рыцарь смерти и окружили крестьяне. Принимая благодарность и похвалу всех жителей, Аинз увидел среди них Газефа.

— Сэр воин-капитан, я рад, что вы в порядке. Я должен был прийти раньше, но той статуэтке требовалось некоторое время на активацию, я сожалею, что едва успел.

— Не нужно беспокоиться, я очень вам благодарен, господин. Я спасён благодаря вам... ах да, что случилось с теми типами?

Заметив, что тон Газефа изменился, Аинз невозмутимо того оглядел. Газеф был без доспехов и без оружия. Лицо было в синяках и наполовину опухло, оно было похоже на деформированный мяч. Но глаза были по-прежнему полны жизни. На левом безымянном пальце Аинз заметил что-то сияющее, это было кольцо. Он был женат. Замечательно, что его жене не пришлось горевать. Подумал Аинз и осторожно начал свою игру:

— Что ж, я их прогнал. Я не сумел их всех уничтожить.

Это была ложь, все они были отправлены в Назарик. На мгновение Газеф сузил глаза, и они двое смотрели друг на друга в тишине. Между ними начало нарастать напряжение. Нарушил молчание Газеф:

— Это удивительно, я не знаю, как отплатить господину Гоуну за помощь. Посетите мой дом, когда будете в Королевской Столице, я великолепно вас встречу.

— Хорошо... когда-нибудь я к вам зайду.

— ...Господин Гоун, я не знаю, какие у вас планы, но не хотите поехать с нами? Мы ещё немного отдохнем в деревне.

— Ясно. Однако я собираюсь уже уходить, правда я ещё не решил куда.

— Уже поздно, путешествовать в такой час немного... — Газеф на мгновение замолчал. — Мои извинения, это лишние заботы для такого могущественного человека, как господин Гоун. Если будете в Королевской Столице, пожалуйста, зайдите ко мне, мои двери всегда будут для вас открыты. Кроме того, я благодарен, что вы дали мне снаряжение, которое осталось от напавших на деревню рыцарей.

Аинз кивнул и рассудил, что в деревне уже сделал всё, что требовалось. Он решил, что лучше не задерживаться с гостеприимством, ведь могут ещё какие-то неожиданные события произойти.

— Возвращаемся, Альбедо, — тихо сказал Аинз, чтобы услышала лишь Альбедо. Она сразу же с удовольствием кивнула, впрочем, она всё так же была в доспехах.

Эпилог

Комната Аинза была наполнена элегантной и дорогой мебелью, а на полу лежал ярко-красный ковёр. Эта комната, как правило, была покрыта тонким покровом тишины, но сегодня было даже ещё тише. Даже горничной, которая должна была ожидать приказаний, тут не было. Здесь был лишь Аинз и рыцарь смерти, стоящий в уголку.

Желая сохранять тишину и покой, Альбедо доложила нежным и сладким, как мёд, голосом:

— Командир слейновского Писания Солнечного света был отправлен в Ледяную тюрьму. Информацию будет добывать особый дознаватель.

— Нейронисты должно хватить. Но я собираюсь проводить эксперименты с телами... ты в курсе?

— Да. Согласно докладам, мы сейчас исследуем снаряжение, которое осталось от рыцарей, пока не найдено никаких признаков особых зачарований. После окончания исследования, снаряжение будет отправлено в Сокровищницу.

— ...Отлично, этого будет достаточно.

— И последнее, чтобы защитить и наблюдать за деревней, я планирую послать двоих демонов тени. Как нам поступить с Газефом Стронофом?

— Пока на воина-капитана не обращайте внимания. Более важно то, что деревня будет местом, где начнутся наши хорошие отношения. Возможно, однажды нам понадобится его помощь, так что лучше не портить с ним отношения.

— Вас поняла. Я всё разъясню подчинённым. На этом доклад закончен.

Ответив: «Спасибо за твой тяжкий труд», — Аинз посмотрел Альбедо в лицо. Её улыбка чуть-чуть отличалась от её обычной нежной улыбки и она, похоже, была в хорошем настроении. Причиной тому было кольцо на безымянном пальце левой руки, которое она гладила правой рукой. Это было сверкающее кольцо Аинз Оал Гоун.

Она сама решила, на какой палец его надеть, но было очевидно, почему она выбрала именно этот палец.

Будь это истинными чувствами Альбедо, он, как мужчина, был бы счастлив. Но её чувства были результатом случайного редактирования Аинзом, что заставляло его чувствовать себя виноватым.

— Альбедо... твои чувства ко мне лишь итог того, что я тебя изменил, это точно не твои настоящие чувства. Так что...

Что сказать дальше? Применить магию, чтобы изменить воспоминания, будет правильным поступком? Аинз не решался продолжить. Глядя на Аинза, Альбедо с улыбкой спросила:

— Какой я была до того, как вы меня изменили?

Шлюхой.

Аинз не знал, как можно сказать нечто подобное. Альбедо посмотрела на Аинза, который снаружи казался спокойным, но паниковал внутри, и сказала:

— Я думаю, что нынешняя я великолепна, так что не грустите, владыка Аинз.

— Но...

— Но?.. Но что?

Он не ответил, однако почувствовал в улыбке Альбедо что-то непостижимое. Она продолжила говорить замолчавшему Аинзу:

— Важно другое, это...

Аинз ожидал, пока она продолжит, но она только подавлено прошептала:

— Это вам приносит хлопоты?

Он по-дурацки открыл рот, глядя в прекрасное лицо Альбедо. Её слова глубоко засели ему в голову, — хотя она и была сейчас пуста, — но Аинз понял, что Альбедо пытается сказать, и поспешно ответил:

— Конечно нет, как это может мне принести хлопоты.

Он просто не мог быть недовольным, когда его любит такая красавица. По крайней мере пока.

— Тогда всё должно быть в порядке, так ведь?

— Э...

Аинз просто считал это неправильным. Но он не мог найти причин, которыми можно ей возразить.

— Всё должно быть в порядке, так ведь?

Повторившая Альбедо выглядела как-то таинственно. Аинз попытался использовать последний довод и спросил:

— Я изменил настройки Табулы Смарагдина, разве ты не хочешь стать прежней собой?

— Если это господин Табула Смарагдина, он точно меня благословит с чувством, будто посылает дочь выходить замуж.

— ...Неужели?

Разве он был таким человеком? Как только Аинз об этом подумал, послышался звон металла. Посмотрев в ту сторону, он увидел на полу длинный меч. Державший этот меч рыцарь смерти исчез. Он был вызван не так уж давно.

— ...Он исчезает через некоторое время, если его вызвать обычными методами... А поскольку на земле остался меч из этого мира, рыцарь смерти не будет задерживаться, если в качестве медиума для связи с потусторонним миром было использовано снаряжение. Стало быть, рыцарь смерти остаётся в этом мире, если его вызывать с использованием тела? Если будет много трупов, я смогу усилить Назарик.

— Нам следует массово собирать трупы?

— ...Да, однако нельзя раскапывать могилы из той деревни, хорошо?

— Вас поняла, но нам нужно будет подумать о новом способе получения свежих трупов. Тогда, раз рыцарь смерти исчез и все собрались в Тронном зале, пожалуйста, почтите вместе с Себастьяном нас своим присутствием. Я пойду туда первой.

— Ясно. Хорошо, Альбедо, увидимся позже.

Альбедо молча покинула комнату Аинза и увидела, как туда идёт Себастьян.

— Себастьян, ты пришёл как раз вовремя.

— Госпожа Альбедо. Владыка Момонга у себя?

— Да.

Альбедо почувствовала превосходство, когда услышала, что Себастьян всё ещё называет Аинза Момонгой. Увидев её лицо, Себастьян поднял бровь:

— У вас, похоже, отличное настроение. Случилось что-то хорошее?

— Верно.

Альбедо была счастлива не только из-за имени, но и из-за предыдущего разговора с Аинзом. Она сказала, что хочет выйти за него замуж, и он не показал никаких признаков отказа или раздражения. А это значит...

Улыбка Альбедо в мгновение изменилась от элегантной на злую и распутную. Такую улыбку она никогда не показывала в присутствии Аинза.

— Фу-фу-фу. Это сработает, это точно сработает. Сидеть возле властелина буду я. У Шалти не будет другого выбора кроме как уступить. — Это были мысли Альбедо как женщины, а не Смотрителя. Она сжала кулачок: — Моя кровь суккуба кипит...

Тронный зал.

Себастьян молча следовал за Аинзом, который прибыл после всех остальных.

Зал был полон преклонивших колено людей, показывающих свою верность.

Никто не суетился, было настолько тихо, что можно было услышать дыхание. Раздавались лишь шаги господина этого зала и Себастьяна, а также периодичное постукивание о пол посоха Аинз Оал Гоун.

Аинз поднялся по ступеням и сел на трон. Себастьян преклонил колено рядом с Альбедо там, где начинались ступени. Аинз посмотрел на картину внизу.

Тут собрались почти все НИП, это был величественный вид, почти как Хякки Яко — Ночной парад Ста демонов. В сердце Аинз похвалил воображение членов гильдии за такое разнообразие персонажей. Глядя на толпу, он понял, что показались не все НИП, но с этим ничего не поделаешь. Колоссальный голем Гаргантюа и Страж восьмого этажа Виктим не могли покинуть свои посты.

Тут собрались не только НИП. Хотя замены тем двум не было, Стражи этажей взяли с собой многих слуг высокого ранга.

Но тем не менее Тронный зал был обширен, вообще не казалось, что здесь слишком многолюдно. Он понял, почему подчинённые не хотят пускать низших слуг в сердце Великого Склепа Назарика, Тронный зал, но он считал, что нет необходимости быть столь строгим.

Ну да ладно, это не срочно. Аинз решил обсудить это позже и медленно заговорил:

— Прошу прощения, что собрал всех вас здесь, — твердо сказал он без какого-либо раскаяния.

Хоть для виду, но извиниться было необходимо. Собрать всех было решением одного Аинза, но это было для того, чтобы дать подчинённым понять, что Аинз им доверяет.

— Альбедо скоро объяснит, почему я всех вызвал. Но сейчас есть кое-что более важное, о чём я должен известить всех членов Великого Склепа Назарика... «Высокоуровневое разрушение предмета», — Аинз активировал заклинание, которое могло разрушать магические предметы определённого уровня. С потолка упал большой флаг. Знак на этом флаге символизировал «Момонгу». — Я сменил себе имя. Когда будете ко мне обращаться... — Аинз указал вверх рукой и взгляд каждого последовал за ним. — Зовите меня Аинз Оал Гоун... или просто Аинз.

Аинз указал за трон, на флаг с символом гильдии Аинз Оал Гоун. Он взял посох и постучал по полу, привлекая внимание всех присутствующих.

— Все, кто против, выскажитесь.

Никто не возразил. Альбедо улыбнулась:

— Теперь мы все знаем имя нашего повелителя. Ура Аинзу Оалу Гоуну! Властелин Аинз Оал Гоун, все члены Великого Склепа Назарика клянутся вам в вечной верности.

Стражи одновременно выкрикнули:

— Ура владыке Аинзу Оалу Гоуну! Властелину, который ведёт нас! Мы посвящаем всех нас вам и клянёмся в вечной верности!

— Долгой жизни владыке Аинзу Оалу Гоуну! Все знают величие владыки и ужасающую силу, которой он обладает!

НИП и слуги воспели хвалу. Тронный зал разразился в приветствиях.

Поглощённый восхвалениями своих подчиненных, Аинз подумал:

Друзья мои, что вы думаете о том, что я захватил это славное имя? Вы будете счастливы? Или недовольны? Отзовитесь и скажите, что это имя не только моё. И я без колебаний снова буду Момонгой.

— Что ж, тогда... — Аинз посмотрел на всех перед собой. — ...Я объявлю нашу цель. — Он сделал паузу, подчинённые посерьезнели. — Превратить Аинз Оал Гоун в вечную легенду. — Посохом Аинз Оал Гоун в правой руке он ударил по полу. Посох, похоже, ответил Аинзу и кристалл на нём красочно засиял. — Если тут много героев, тогда мы вытесним их всех и дадим всему миру знать, что истинный герой — это Аинз Оал Гоун! Если в этом мире есть люди сильнее нас, я найду другой путь помимо насилия. Если мы встретим мага с множеством подчинённых, мы будем использовать другой метод. Это только этап подготовки для того, чтобы все узнали, что Аинз Оал Гоун — величайший, давайте постараемся вместе!

Нужно, чтобы это имя услышали все в мире. Старые члены гильдии возможно и покинули Иггдрасиль, но они всё же могли попасть в этот мир точно так же, как Аинз.

Вот почему он хотел, чтобы имя Аинз Оал Гоун стало легендой, стало именем, которое знают все. На земле, в воздухе или море, он хотел, чтобы все разумные живые существа его знали. Так это имя сможет достичь ушей его товарищей, если они есть в этом мире.

Величественный голос Аинза достиг каждого уголка Тронного зала. Все склонили голову в молитве.

Когда хозяин ушёл, трон опустел, но возбуждение задержалось в Тронном зале. Все, как один, слушали верховного властелина, это их сильно мотивировало, в особенности, когда он даровал им приказ.

— Поднимите голову.

Услышав твёрдый голос Альбедо, все склонившие голову посмотрели вверх.

— Все будут действовать согласно приказаниям владыки Аинза. Но есть одно важное объявление.

Взгляд Альбедо остановился на флаге Аинз Оал Гоун, висевшем за троном. НИП и слуги, которые находились за ней, тоже посмотрели на флаг.

— Демиург, поделись со всеми тем, что сказал тебе владыка Аинз.

— Хорошо.

Демиург и все присутствие стояли на коленях. Но его голос был чётким, его слышали все.

— Владыка Аинз сказал мне, посмотрев в ночное небо, «может быть, я здесь существую, чтобы заполучить эту шкатулку с драгоценностями, которая никому не принадлежит». А затем добавил «нет, это не то, чем могу обладать лишь я один. Наверное, она должна украшать Великий Склеп Назарика... меня и моих друзей из Аинз Оал Гоун». Шкатулка с драгоценностями означает этот мир. Это истинное желание владыки Аинза.

Демиург улыбнулся, но улыбка эта не была доброй.

— И владыка продолжил «покорить мир — очень интересная мысль». Потому...

Глаза у всех стали резкими. Эти глаза показывали твёрдую решимость. Альбедо медленно поднялась и посмотрела всем в лицо. В ответ они посмотрели на Альбедо. И в то же время на флаг Аинз Оал Гоун за ней.

— Понять истинные намерения владыки Аинза и готовиться — так должны себя вести преданные и выдающиеся подчинённые. Все должны понять, что конечная цель Великого Склепа Назарика — передать эту шкатулку, этот мир, владыке Аинзу. — Альбедо улыбнулась и повернулась в сторону флага. — Владыка Аинз, мы точно отдадим вам этот мир.

— Отдадим всё в этом мире истинному властелину Аинзу.

Голоса всех отразились в Тронном зале.

Персонажи

Послесловие

Приветствую, дорогие читатели, рада первой нашей встрече.

Я автор Куганэ.

Эта работа — переработанная версия новеллы «Властелин», опубликованной в интернете. Я добавила новых персонажей, увеличила и поправила содержимое.

Я очень благодарна, если вы уже купили эту книгу.

А если вы читаете это сейчас, собираясь её купить, я своей ментальной силой заставлю вас заплатить за неё на кассе. Уху-ху~

Главный персонаж книги — скелет-маг, который стоит во главе злой организации, будто последний босс игры. Я не верю главным персонажам книг и фильмов, которые спасают людей, не прося ничего взамен. От этой книги получат удовольствие читатели, признающие, что ставить себя превыше всего, правильно. Она очень прямолинейная.

Также эта работа была опубликована в интернете уже очень давно, но, переписывая её в книгу, я попыталась добавить важного персонажа. Я буду очень счастлива, если она завоюет популярность.

Я раньше никогда не писала послесловия. Дальше я хотела бы выразить свою благодарность.

Хочу сказать спасибо редактору Ф-та-сан за все те беспокойства, что я ей причинила, и So-bin-сама за то, что выполнили мои эгоистичные просьбы и нарисовали эти прекрасные иллюстрации.

Выражаю особую благодарность студии дизайна «Chord Design Studio» за прекрасную обложку и Осако-сама за то, что поправили много моих ошибок, я очень благодарна.

И читателям, которые поддерживали меня с того дня, как я опубликовала книгу в интернете. Если бы вы не посчитали работу интересной, она не превратилась бы в печатную книгу.

Благодарю также друга из колледжа, Хани, за то, что редактировали и исправляли противоречия и неясные места. Я буду и дальше вас беспокоить, пожалуйста, позаботьтесь обо мне. И наконец я хочу сказать спасибо всем читателям, купившим книгу. Для меня будет большой честью, если вы посчитаете «Властелина» интересным.

Кстати, я намерена переделать и добавить больше содержимого и историй во второй том. У меня такое чувство, будто я создаю новую работу, и, кажись, я много жалуюсь, что не хватает времени.

Если возможно, пожалуйста, поддержите и второй том.

На этом я заканчиваю послесловие.

Я очень благодарна и буду очень счастлива, если мы встретимся вновь.

Увидимся в следующий раз.

Реквизиты переводчиков

Над переводом работала команда RuRa-team

Перевод с английского: Akdotu

Редактура: ZloyVasya

Эдит: Hachiman

Том 2: Темный воин

Начальные иллюстрации

Пролог

Кабинет властелина Великого Склепа Назарика был роскошным. Вся мебель была редкой и сделана со вкусом. А на полу лежал тёмно-красный мягкий ковер, полностью поглощающий звуки шагов. На стенах висели гобелены с различными рисунками.

В середине комнаты стоял чёрный деревянный стол; владелец сидел на полностью чёрном кожаном кресле. Он был в длинной чёрной мантии, которая, казалось, поглощает весь свет, одним словом, это был «властелин смерти». Ничем не прикрытая голова была черепом, на котором не было ни клочка кожи или плоти. Красные огоньки, сияющие в тёмных глазницах, немного мерцали темнотой. Раньше этого человека звали Момонга, но теперь он был известен как Аинз Оал Гоун, он взял имя своей гильдии.

Аинз скрестил на груди руки, которые были одними костями. Девять колец на пальцах блеснули под «Вечным светом».

— ...Что же делать дальше?

Известная как «Массовая многопользовательская онлайновая ролевая игра погружения», эта интернет игра позволяла игрокам войти в виртуальный мир Иггдрасиля. В последний день существования игры Аинз по неизвестной причине в форме своего игрового аватара — скелета — перенёсся в неизвестный альтернативный мир. С того происшествия уже прошло восемь дней.

За это время он обследовал свою резиденцию, Великий Склеп Назарика, и изучил своих слуг. Аинз обнаружил, что этот мир похож на игру, что побудило его сделать следующий шаг.

— Мы исполним любую вашу волю, владыка Аинз, — тихо ответила прекрасная дама, стоявшая невдалеке, когда услышала вопрос Аинза. Безупречная красавица в чисто белом платье, а её нежная улыбка — как у богини. Сияющие чёрные волосы контрастировали с платьем. Из-за талии выходили чёрные ангельские крылья, которыми она прикрывала ноги.

— Это так, Альбедо? Меня радует твоя верность.

Это была Альбедо — Смотритель Великого Склепа Назарика. Она отвечала за семерых НИП, за Стражей этажей Назарика. Когда в прошлом Аинз и его согильдийцы создали Великий Склеп Назарика, Альбедо, согласно своим настройкам персонажа, была работающей тут слугой-НИП. Но с того времени она стала живой и поклялась в верности Аинзу. Это прекрасно, но в то же время это тяжёлое бремя для Аинза, простого служащего. Вести себя перед подчинёнными как господин и, как властелин, отвечать за эффективное управление организацией было просто слишком обременительно.

Самой большой проблемой была острая нехватка информации об этом неизвестном альтернативном мире.

— Где следующий доклад?

— Вот, владыка Аинз.

Получив документы, он тут же прошёлся глазами по написанному от руки тексту. Это был доклад Стража шестого этажа, Ауры Беллы Фиоры. Там чётко говорилось, что они не встретили ни одного игрока Иггдрасиля, даже их следов не обнаружили. А что касается исследования большого леса, который находился недалеко от Великого Склепа Назарика, они успешно нанесли на карту область аж до гор на той стороне леса и обнаружили озеро.

Аинз кивнул, он почувствовал облегчение из-за того, что они не обнаружили других игроков — самых опасных здесь для него людей.

— Ясно. Передай мой приказ Ауре и её команде, чтобы продолжали выполнять свою задачу.

— Как пожелаете...

Послышался тихий стук в дверь. Альбедо посмотрела на Аинза, прося позволения, поклонилась и пошла к двери. Спросив, кто пришёл, она объявила:

— Шалти просит аудиенции.

— Шалти? Хорошо, впусти её.

С разрешения Аинза в комнату вошла элегантная девушка, которая выглядела примерно на четырнадцать, она была в пышном чёрном платье. Кожа была белой, как воск, а лицо симпатичным — подлинная красота. Длинные серебряные волосы с каждым шагом покачивались, как и большие груди, не подходящие её видимому возрасту.

Она была Страж первых трёх этажей, «истинный вампир», Шалти Бладфолен.

— Добрый день, владыка Аинз.

— И тебе добрый день, Шалти. Что привело сегодня тебя ко мне?

— Я пришла восхититься вашим прекрасным лицом, владыка Аинз.

На черепе Аинза не было никаких эмоций, но на мгновение красный свет в глазницах замерцал.

Он решил было приказать ей прекратить с ненужными комплиментами, но передумал. Альбедо искоса глядела на Шалти, а красные глаза Шалти затуманились от возбуждения. Улыбка Альбедо изменилась. Лицом она всё ещё улыбалась и была такой же прекрасной, как и всегда, но это лицо нельзя было назвать радостным.

Это было лицо дьявола.

Но Аинз вздохнул с облегчением, поскольку Альбедо глядела на Шалти, не на него.

— Должно быть, ты уже удовлетворена, можешь уходить, Шалти. Владыка Аинз и я сейчас обговариваем будущее Великого Склепа Назарика, будь добра, не мешай.

— ...Поприветствовать прежде, чем перейти к главной теме, — это основа вежливости... Какая жалось, что старушки даже этого не знают. Может, они тревожатся, потому что срок их годности закончился?

— ...А ты не думаешь, что еда со столькими консервантами, что у неё нет срока годности, не отличается от яда? По сравнению с этим еда, у которой закончился срок годности, ведь безопаснее?

— ...Не смотри свысока на пищевое отравление. Некоторые бактерии заразны.

— ...Полагаю, ценнее то, что можно съесть, не так ли? Может, эта еда и выглядит вкусно, а на самом же деле... да?

— ...Выглядит? Я тебя убью, хорошо?

— ...И у кого же это дата закончилась? Хуммм.

Две красавицы бранились перед Аинзом с выражениями лица, которые трудно было описать. Такие лица охладят даже любовь, которой более миллиарда лет. Подавляя порыв выругаться, Аинз, прежде чем началось опустошительное сражение, сказал:

— Вы обе, прекратите.

В мгновение ока они улыбнулись Аинзу лучезарной улыбкой. Те их сложные выражения лица исчезли. Они снова стали симпатичными и чистыми девушками, которые влюблены.

Женщины страшны... нет, эти две, наверное, особенные...

Когда Аинз стал нежитью, все сильные эмоции, казалось, подавляются. Но даже такой Аинз почувствовал, что они уж очень быстро сменили выражение лица. Они так сильно не терпели друг друга, потому что были соперницами в любви. Альбедо и Шалти одновременно влюбились в Аинза. Любой мужчина был бы счастлив, если бы его обожали две прекрасные леди. Но Аинз не мог принять это от всего сердца. Потому что Шалти, некрофилка, нежно шептала ему на ухо: «Такая прекрасная скелетная форма, шедевр творцов».

Должно быть, для Шалти это был сладкий шепот любви... или просто она хвалила внешность Аинза. Но он был шокирован: первый раз похвалили его внешность, и то за кости. Это случилось несколько дней назад. Выкинув пустяковые мысли из головы, Аинз сказал:

— Спрошу снова. Шалти, у тебя есть для меня что-то?

— Да. По вашим приказаниям я собираюсь встретиться с Себастьяном. Возможно, я не смогу некоторое время вернуться в Назарик, потому я пришла попрощаться.

Аинз вспомнил инструкции, которые дал Шалти, и кивнул:

— Хорошо. Будь осторожна и вернись в целости и сохранности.

— Да! — решительно и серьёзно ответила Шалти.

— Можешь идти, Шалти. Когда будешь уходить, скажи Нарберал или Энтоме вызвать сюда Демиурга. Передай, что я хочу обговорить с ним свой следующий план.

— Вас поняла, владыка Аинз.

Глава 1. Два искателя приключений

Часть 1

Город Э-Рантэл, принадлежащий Королевству, расположился на границе между Империей Багарут и Слейновской Теократией. Окружённый тремя ярусами городских стен, он был известен как город-крепость. Область между каждым ярусом была со своими уникальными особенностями.

Внешние стены использовались армией Королевства, и там было установлено всё нужное оборудование. За внутренними стенами располагалась административная зона. В этой зоне были собственные пищевые склады, и она очень хорошо защищалась солдатами. Область между этими двумя ярусами была жилым районом для горожан. Когда говорили «город», имели в виду именно этот район.

В жилом районе было много площадей, самая большая из которых называлась центральной площадью. Тут много людей установили свои лавки, продавая всевозможные овощи, специи и другие товары. Среди оживлённой толпы владелец лавки громко зазывает посетителей. Старенькие домохозяйки и купцы торгуются над ценой свежих продуктов, а дети заворожено идут на аромат сочного жареного мяса шашлыков. Сегодня на площади было в особенности людно и шумно, и это будет продолжаться до самого заката. Но вдруг весь шум прекратился — из пятиэтажного здания вышли двое.

Все на площади устремили взгляд на стоявшую неподвижно пару.

Девушка, которой от пятнадцати до двадцати лет. Уголки глаз остры, а сами глаза сияют блеском обсидиана. Густые, блестящие чёрные волосы завязаны в конский хвост, и белоснежная кожа блестит на солнце, как жемчуг. Самой заметной частью была её элегантность и экзотическая красота, которая заставит любого на неё оглянуться. Коричневый плащ был простым, но на ней он был похож на роскошную мантию.

Её партнер был неопредёленного пола, поскольку не было открытых частей тела. Некто пробормотал: «Тёмный воин». Верно, этот человек был в элегантной полной броне, украшенной фиолетовым и золотым орнаментом. Через тонкие щели в шлеме лицо не было видно. А за спиной, под красным плащом, виднелись два больших меча, дополняя стиль одежды.

Они двое осмотрелись, и человек в доспехах сделал первый шаг.

Толпа начала перешептываться, наблюдая за тем, как спины их двоих исчезают вдалеке. Они были удивлены редким зрелищем, свидетелями которого только что стали, но к вооружённому дуэту они не чувствовали ни страха, ни настороженности. Потому что те двое вышли из здания, известного под названием «Гильдия искателей приключений» — ассоциации экспертов, которые охотятся на монстров. После тех двоих из здания выходили другие вооружённые люди. А наблюдательные прохожие также заметили, что у них на шее висела небольшая медная медаль.

Пара привлекла внимание лишь потому, что дама была красавицей, а броня была просто поразительной.

Они молча шли по узкой дороге.

В следах, оставленных колёсами повозок, были лужи, и в них отражалось солнце. А сама дорога состояла из песка и грязи, она не была столь хороша как те, что вымощены камнем, и по ней было трудно идти. Было легко поскользнуться и упасть, но у пары был отличный баланс, а скорость у них была почти такой, будто они идут по дороге, вымощенной камнем.

Быстроногая дама осмотрелась вокруг, убедилась, что никого нет, и сказала идущему рядом человеку в полной броне:

— Владыка Аи...

— ...Нет, меня зовут Момон. И ты не боевая горничная Нарберал из Великого Склепа Назарика, а партнёр по приключениям Момона, Набель, — человек в полной броне — Аинз — перебил девушку по имени Нарберал, и она ответила:

— Ах! Мои искренние извинения, влады...

— Не называй меня владыкой. Мы обычные искатели приключений и соратники. Будет странно, если ты будешь называть меня владыкой.

— Н-но! Как я могу перед вами, верховным правителем, быть столь дерзкой?

Жестом руки Аинз остановил взволнованно говорившую Нарберал, показывая той говорить потише. Затем, почти что смирившись, он беспомощно ответил:

— Я уже много раз повторял: тут я Тёмный воин Момон... нет, всего лишь твой партнёр Момон, не называй меня владыкой. Это приказ.

После мгновения тишины Нарберал неохотно ответила:

— Вас поняла, влады... Момон.

— Ничего, это придётся делать, нет необходимости быть столь вежливой. Называть товарищей «владыкой» или «господином»... как бы сказать... другие подумают, что мы не близки.

— Но... это будет слишком непочтительно... — с запинкой произнесла Нарберал. Аинз пожал плечами:

— Мы не можем раскрыть наши реальные личности. Это ты понимаешь?

— Вы совершенно правы.

— ...Твой тон... ладно, забудь. Как бы то ни было... ты должна быть осторожной во всём, что говоришь или делаешь.

— ...Вас поняла, вл... Момон. Но мне правда можно вас сопровождать? Разве такая красивая и нежная женщина, как госпожа Альбедо, не подошла бы лучше?

— Альбедо, хех... — Слова Аинза наполнились сложными чувствами. — Она должна управлять Назариком, пока меня нет рядом.

— Простите мою дерзость, но вы могли оставить управление Назариком господину Коциту. Все стражники думают так же... учитывая вашу безопасность, если бы с вами была лучший Страж, госпожа Альбедо, разве это не было бы наилучшим выбором? — спросила Нарберал.

Аинз неловко улыбнулся.

Когда он пожелал направиться в Э-Рантэл, Альбедо возражала наиболее всего. В конце концов, она ведь знала, что не может отправиться вместе с ним.

Вскоре после того, как его перенесло в этот мир, Аинз вышел наружу, оставив свой эскорт, и Альбедо винила себя за некомпетентность. Потому Аинз не мог решительно выступать против её мнения. Но в этот раз всё было иначе, поскольку решение было принято после тщательного планирования, так что он не отступил бы. А сопротивление состояло из Стражей, которые послушно следовали его «приказам», даже если это им не нравилось. Но Аинз не думал, что это хорошо. Он чувствовал вину за то, что силой навязывал свою волю Стражам, созданным согильдийцами.

Аинз, который пытался их убедить, и Альбедо, которая была решительно против. Решения, которое устроит обоих, не было, им суждено было никогда не достичь согласия. Но Демиург что-то прошептал Альбедо на ухо, и она вдруг прекратила сопротивление. Она даже одобрительной улыбкой попрощалась с Аинзом.

Он до сих пор не знал, что ей сказал Демиург, и ему было неспокойно из-за того, как резко переменилась Альбедо.

— ...Я не взял её с собой, потому что нет никого, кому я доверяю больше. Я могу спокойно покинуть Назарик, потому что там она.

— Как я и думала! Это значит, что госпожа Альбедо наиболее близка к вам, в... Момон, да?

Аинз кивнул, хоть и не подтвердил это словами.

— Я знаю об опасности. — Аинз поднял правую руку и указал на свой безымянный палец: — Но я хочу сделать это лично. Если в этом неизвестном мире я буду просто отдавать приказы из Назарика, могу наделать ошибок. Нужно выйти в мир и лично его прочувствовать... наверное, для этого есть лучшие решения, но мне беспокойно, когда столько всего неизвестно, — серьезно ответил он через бреши в шлеме.

Когда Нарберал ответила: «Теперь я поняла», — а лицо её говорило, что это и вправду так, Аинз с небольшим беспокойством задал вопрос:

— Я хочу у тебя кое-что спросить... ты считаешь людей низшими созданиями?

— Верно, люди — никчёмные твари, — ответила она от чистого сердца, но с небольшим колебанием.

Аинз тихо прошептал: «Эх, и ты туда же, — но поскольку говорил он слишком тихо, Нарберал не услышала. Он продолжил свою тираду: — И у неё такой же характер, потому-то я и не хотел идти в людской город. Следовало сначала понять характеры подчинённых».

Это была одна из причин, почему он не взял с собой Альбедо. Она была убеждена, что люди — создания низшего класса. Если бы Аинз привёл кого-то вроде неё в город, полный людей, это, допусти он оплошность, закончилось бы кровавой баней. С этим нельзя шутить. Второй причиной была неспособность Альбедо себя замаскировать, она не могла скрыть свои рога и крылья.

И главная причина, которую он не мог высказать вслух.

Аинз, простой служащий, не был уверен, что сможет управлять организацией, просто читая рапорты других. Вот почему он свалил тяжёлую ответственность управления Назариком на талантливую Альбедо. Если подчинённый превосходен, отдать ему в руки бразды правления — лучшее решение. Неумелый правитель, который будет без нужды встревать, вызовет лишь трагедию.

И Альбедо была скована двойными цепями «преданности» и «любви». Потому Аинз и мог оставить Великий Склеп Назарика в её руках.

Любовь, эх...

Каждый раз, когда Аинз видел Альбедо или слышал, как она выражает свою любовь к нему, он вспоминал, как безрассудно поменял ей настройки. Когда сервер должен был уже почти отключиться, Аинз изменил «настройки персонажа» Альбедо, чтобы та сильно любила Момонгу, который теперь стал Аинзом. Тогда он не знал, что перенесется в этот неизвестный альтернативный мир, он всего лишь хотел в самом конце немного пошутить.

Такой человек, как он.

Что же подумает его друг Табула Смарагдина, если узнает, что наделал Аинз? Хотя Альбедо не возражала, Аинз глубоко задумался. Какие у него будут чувства? Ведь друг переписал НИП, которого тот создал... Аинз воспользовался этим, использовал то, что Альбедо его не предаст. Он ненавидел себя за это.

Аинз покачал головой, чтобы избавиться от плохих мыслей. Все его сильные эмоции подавлялись, после того как он стал нежитью, но эмоции такого уровня он всё же мог чувствовать, будто до сих пор человек. Если его разум и вправду стал бы разумом нежити, ему не пришлось бы больше чувствовать такую вину.

Отвлечённый такими мыслями, Аинз повернулся головой в шлеме к Нарберал:

— ...Набель, я не прошу тебя прекратить так думать, но ты должна подавлять такие мысли. Это человеческий город и мы понятия не имеем, насколько сильного человека можем здесь встретить, не привлекай ненужное внимание врага.

Нарберал низко поклонилась, выражая свою верность Аинзу, но он протянул к ней руку, поднял ей лицо и предупредил:

— И ещё одно, я не уверен, посчитают ли люди угрозой... наше намерение убийства, когда мы захотим драться или уже будем драться. Но, похоже, от нас исходит такая аура. Так что не веди себя безрассудно без моего дозволения, поняла?

— Хорошо... Момон.

— Прекрасно... Таверна, которая была разведана заранее, должна быть уже близко.

Аинз осмотрелся. Тут стояло несколько лавок, в которых было много покупателей. А в стороне несколько работников в рабочих фартуках несли товары. Чтобы найти таверну в этом популярном районе, нужно было сопоставить рисунок в руке Аинза с рисунком на вывеске. Поскольку ни Аинз, ни Нарберал не умели читать на языке этой страны, им пришлось положиться на это. Вскоре они нашли правильный рисунок. Аинз неосознанно ускорился, Нарберал последовала за ним.

Стряхнув пыль со своих бронированных ботинок, Аинз прошёл два шага, обеими руками открыл двойные двери таверны и вошёл внутрь. Почти все окна были закрыты, в помещение проникал лишь тусклый свет. Те, кто привык к яркому свету дня, к такому не сразу привыкнут. Но для Аинза, у которого было ночное зрение, такого освещения оказалось более чем достаточно. Внутри было просторно, первый этаж был обеденной залой с прилавком. За прилавком стояли два шкафа, в которых находилось несколько десятков бутылок вина. Дверь возле прилавка, наверное, вела на кухню.

В уголку залы была лестница на второй этаж. Согласно тому, что сообщила официантка, на втором и третьем этажах располагались спальни для гостей. Вокруг нескольких круглых столов сидели люди, большинство из них были враждебно настроенными мужчинами. Все смотрели на Аинза и, похоже, оценивали его. Его проигнорировала лишь сидевшая в уголку залы женщина, которая смотрела на бутылку на своём столике.

Сцена в таверне заставила Аинза поднять под шлемом несуществующие брови. Он умственно себя к этому подготовил, но это оказалось ещё более мерзко, чем он думал.

В Иггдрасиле было много грязных и отвратительных мест, даже в Великом Склепе Назарика было такое. Например, зал Лорда Ужаса или гигантская пещера ядовитых червей. Но мерзость этого места была иной. По полу были разбросаны остатки еды и неизвестной жидкости, странные пятна на стене, а в уголку висит какой-то странный куб...

Аинз в душе вздохнул и осмотрелся.

Впереди стоял мужчина, вокруг шеи которого был обмотан грязный шарф, рукава были закатаны, показывая мускулистые руки. Было несколько шрамов, которые оставили или звериные когти или меч. Его взгляд был где-то между брутальным и звериным, на лице отчетливо виднелись шрамы, а голова была выбритой.

Он больше походил на вышибалу, нежели на владельца, он держал в руке тряпку, открыто наблюдая за Аинзом.

— Ищите комнату? На сколько ночей? — спросил он через всю залу голосом, звучащим как поломанный звонок.

— Мы хотим остановиться на одну ночь.

Босс грубо ответил:

— ...Медная медаль. Общий зал будет пять медяков за ночь. Едой будет овсянка с овощами, если хотите мяса — ещё один медяк. Овсянка может быть заменена на хлеб, которому несколько дней.

— Если возможно, я хотел бы двойную комнату.

Хозяин фыркнул:

— ...В городе есть три таверны исключительно для искателей приключений, и моя самая худшая из них... ты знаешь, почему люди в гильдии рассказали тебе о ней?

— Нет, будьте любезны, просветите меня.

Владелец поднял бровь и показал свою пугающую сторону:

— Мозги свои используй! Или под этим показушным шлемом пусто?

Даже услышав раздражённый и громкий голос хозяина, Аинз остался равнодушным. Он был само спокойствие, а из-за битвы, которая случилась несколько дней назад, он и вовсе считал это детским лепетом. После той битвы Аинз собрал много информации от заключённых и понял, насколько силён. Вот почему он вообще не был взволнован, когда на него накричали. Владелец немного удивился:

— ...А храбрости тебе хватает... Большинство искателей приключений, которые здесь останавливаются, имеют при себе медную или железную медаль. Даже если ты встретишь кого-то впервые, то сможешь объединиться с ним в группу, если ваши способности будут на одном уровне. Вот почему моё место больше всего тебе подходит, чтобы найти товарищей, которые соответствуют твоим текущим способностям...

Глаза хозяина на мгновение блеснули.

— Можешь спать в комнате, если хочешь, но ты не заведёшь товарищей, если не будешь использовать общую комнату. Если не сформируешь сбалансированную группу, помрёшь, сражаясь с монстрами. Новички без товарищей обычно рекламируют себя в таких людных местах. Спрашиваю последний раз, тебе общую комнату, или двойную?

— Двойную. И я пропущу еду.

— Вот как, отказался от моей доброй воли... Или, думаешь, ты такой особенный, а твоя кричащая броня не для шоу? Ладно, забудь, одна ночь — семь медяков. Плата вперёд, конечно же.

Хозяин сразу же протянул руку.

Под всеобщим испытывающим взглядом Аинз зашагал в его сторону, Нарберал последовала за ним... но вдруг ему преградила путь чья-то нога. Аинз остановился и глянул на того, кто протянул ногу. Мужчина раздражённо ухмыльнулся. А другой мужчина, сидевший за тем же столом, сделал то же самое и уставился или на Аинза, или на Нарберал.

Хозяин и другие клиенты молчали и не вмешивались. Казалось, что все продолжали делать то, чем занимались, но на самом деле они ожидали увидеть хорошее шоу, а некоторые даже наблюдали за всей сценой вблизи.

Ну-ну...

Аинз тихо вздохнул от недовольства и любезно оттолкнул ногу.

Мужчина, похоже, как раз этого и ждал, он поднялся. Поскольку на нём не было доспехов, под рубашкой были хорошо заметны прекрасно развитые мускулы. Ожерелье покачивалось с каждым его движением. Похожее было и у Аинза, но это было сделано из железа, а не меди.

— Эй, больно же, — мужчина пригрозил Аинзу острым голосом и медленно подошёл. Он был в перчатках и когда подымался, металлические части заскрипели — он сжал кулак. Мужчина был таким же крупным, как Аинз, и слишком уж близко он стал, видно, нарываясь на драку. Они глядели друг на друга. Аинз вызывающе ответил:

— Ясно. Из-за шлема у меня довольно ограничено поле зрения, так что твою ногу я перед собой не видел. Или, может быть, я её не заметил, потому что она слишком коротка... Ну так что, вы меня простите?

— ...Ублюдок.

Мужчина угрожающе на него посмотрел, но когда перевёл глаза на стоявшую за Аинзом Нарберал, взглядом к ней прилип:

— Ты, дружок, раздражаешь... но я великодушный человек. Я тебя прощу, если отдашь мне на одну ночь эту женщину.

— Ха, ха-ха-ха. — Аинз холодно засмеялся, сдерживая Нарберал, которая чуть было не кинулась на мужчину.

— ...Чего смеешься?

— Ничего, просто ты сказал клише классического преступника, вот я и рассмеялся, не утруждай себя.

— Чего?

Из-за гнева лицо мужчины покраснело.

— Ах да, прежде чем начнем, хочу спросить: ты сильнее Газефа Стронофа?

— Чего? О чем это ты болтаешь?

— Ясно, могу сказать по твоей реакции. Мне даже свою силу не придётся использовать, чтобы с тобой поиграть... лети.

Аинз схватил мужчину за грудки и мгновенно поднял. Тот не уклонился и не сопротивлялся, лишь вскрикнул: «Что за!» — в удивлении. Толпа зашумела. Насколько же он силён, раз смог одной рукой поднять взрослого мужчину? Все присутствующие могли себе представить, насколько нужно быть сильным, чтобы такое совершить.

Мужчина задрыгал ногами, но тщетно. Толпа ахнула. Аинз мягко его отбросил. Но «мягко» относительно Аинза. Мужчина чуть о потолок не ударился, пролетев по дуге и тяжело упав на пол.

По залу разнесся звук того, как кто-то упал, на столе что-то разбилось, затрещало дерево, а также болезненный вой мужчины. Таверну окутала тишина, все были потрясены. Но...

— Хья!.. — ...Чуточку погодя закричала сидевшая за столом женщина. Такой крик, будто случилась катастрофа. Нет, это нормально так кричать, если вдруг с неба упадёт мужчина, но в этом крике кроме удивления было что-то ещё.

— ...Так, ребята, что вы собираетесь делать? Может, наброситесь на меня все вместе, чтоб я лишний раз не бегал? Как-то глупо терять время на такое. — Аинз повернулся к мужчинам, которые сидели за одним столом с тем задирой, и его товарищи поняли смысл этих слов и опустили голову:

— Э? Ах! Наш друг тебя обидел! Нам очень жаль!

— Хорошо, я вас прощаю. Это не так уж и сильно меня побеспокоило, но не забудьте возместить хозяину ущерб за стол.

— Конечно. Мы всё возместим.

Когда Аинз уже было подумал, что дело решено и хотел уходить, кто-то его остановил:

— Эй, эй, эй!

Он обернулся и увидел, как в его сторону бесцеремонно идёт та закричавшая женщина. Ей было около двадцати или даже меньше. Чтобы легче двигаться, беспорядочные волосы были коротко пострижены. С какой стороны ни смотри, но её волосы были просто неряшливыми. Откровенно говоря, они походили на птичье гнездо.

Черты лица не плохи, глаза остры, нет макияжа, а кожа цвета пшеницы из-за того, что долго находилась на солнце. На руках крепкие мускулы, а на ладонях от длительного пользования мечом — мозоли. Первое пришедшее в голову впечатление: она не «женщина», а «воин». Чуть выше груди сильно покачивалось ожерелье с железной медалью, пока она шла.

— Смотрите, что вы наделали!

— В чём дело?

— Э? Вы даже не знаете, что наделали? — Женщина указала на разбитый стол. — Поскольку вы швырнули того мужчину туда, моё зелье, моё драгоценное зелье разбилось!

— Это просто зелье...

— ...Я даже не ела, чтобы сберечь на него денег. И сегодня наконец его купила, но вы его разбили! Каким бы опасным приключение ни было, это зелье спасёт мне жизнь. А вы разбили мою благочестивую надежду и всё равно так ко мне относитесь? Меня это выводит из себя.

Женщина ещё на шаг подошла к Аинзу. Прям бешеный бык с налитыми кровью глазами. Аинз сдержал вздох. Это его вина, это он бросил мужчину, не думая куда, но у Аинза тоже были свои причины, он не мог так легко возместить ей ущерб:

— ...Как насчёт того, чтобы взять деньги с того типа? Если бы он не протянул свою короткую ногу, трагедии бы не случилось, ведь так? — Через щели в забрале Аинз глянул на товарищей мужчины.

— Ах, это так...

— Но...

— Неважно кто, просто возместите мне за зелье... оно стоит одну золотую и десять серебряных монет.

Мужчины опустили голову, похоже, у них не было таких денег. Женщина снова посмотрела на Аинза:

— Вот видите. Конечно же, у них не будет никаких денег, учитывая, как они пьют. А у вас такая роскошная броня, у вас ведь должны быть какие-то зелья?

Аинз понял, почему женщина просит его о возмещении. Довольно трудный случай. Подумав немного, он собрался с духом и спросил:

— У меня немного есть... вам ведь нужно зелье восстановления?

— Верно. Я проливала пот до последней капли, чтобы...

— ...Да-да, не нужно повторять. Я дам вам зелье и урегулирую вопрос.

Аинз достал низкоуровневое зелье и передал его женщине. Та странным взглядом посмотрела на зелье и неохотно его приняла.

— ...Теперь мы в расчёте?

— Ага, всё отлично. — Женщина говорила так, будто хотела что-то добавить, но Аинз оставил без внимания сомнение в сердце. Он волновался за Нарберал, затевающую большой шум, это было важнее.

Хоть Аинз её и предупредил, Нарберал всё равно смотрела пронизывающим взглядом. Нескольким людям стало не по себе, после того как они ощутили её убийственный взгляд.

— Пошли, — сказал Аинз тоном, говорившим сдержаться, и подошёл к хозяину таверны. Он достал кожаный кошелек, вынул серебряную монету и положил её в грубую руку хозяина. Тот молча положил монету в карман и достал несколько медных монет.

— Вот шесть медяков на сдачу. — Он положил медные монеты Аинзу в руку, а на прилавок маленький ключ. — Вверх по лестнице и первая комната справа, можете хранить багаж в шкафу за кроватью. Тебе ведь незачем напоминать, что не следует безрассудно подходить к комнатам других постояльцев? У меня будет куча проблем, если возникнет недоразумение, но свободно можешь себя рекламировать. Ты выглядишь так, будто сможешь справиться с чем угодно, не вызывай мне никаких неприятностей. — Хозяин глянул на стонущего на полу мужчину.

— Я понял. Не могли бы вы подготовить минимум необходимого оборудования для искателей приключений? Мы потеряли наше, а в Гильдии сказали, что для клиентов вы его подготовите, если мы попросим.

Хозяин оглядел Аинза и Нарберал, остановившись взглядом на кожаном кошельке Аинза:

— Хорошо. Я приготовлю всё нужное перед ужином. Ну а ты подготовь свои деньги.

— Конечно. Набель, мы уходим. — Аинз с Нарберал поднялся по старой, скрипучей лестнице и пошёл в свою комнату.

Когда Аинз исчез на втором этаже, товарищи мужчины, которого бросил Аинз, поспешно наложили на того лечащее заклинание. Они будто зажгли фитиль — таверна снова зашумела.

— ...Похоже, он столь же грозен, как и выглядит.

— Точно. Такая сила рук просто невероятна, сколько нужно тренироваться, чтобы достичь такого уровня?

— Никакого другого оружия, кроме двух здоровенных мечей за спиной, должно быть, он уверен в себе.

— Почему это случилось снова... ещё один нас превзошёл так быстро!

Разговор был наполнен вздохами, удивлением и страхом. Все с самого начала знали, что Аинз не обычный искатель приключений. Прежде всего, его броский доспех. Броня, закрывающая всё тело, не дешева, позволить её могут лишь те, у кого большой опыт и кто продолжает ходить на приключения. Лишь те, кто продвинулся на серебряный ранг, могут накопить такое богатство с вознаграждений из миссий. Но некоторым доставалось такое снаряжение в наследство, или они находили его на поле боя или в подземельях.

Они хотели узнать его настоящую силу не просто так. Все были товарищами и в то же время соперниками. Они все хотели знать способности новичков, так что произошедшее повторялось уже множество раз. Все присутствующие прошли через такой же ритуал. Но никто не проходил его с такой лёгкостью. А это значит, что пара с медной медалью... определённо сильна, это было очевидно всем.

— Как нам с этими двумя иметь дело? — Мы больше не сможем пофлиртовать с той красоткой. — Но если их только двое, они могут присоединиться к нашей команде. — Нет, ты неправильно сказал, это мы должны проситься к ним в группу. — Интересно, а как он выглядит под шлемом? — Сегодня ночью я попытаюсь подсмотреть с соседней комнаты. — Он упомянул Газефа Стронофа, сильнейшего воина среди соседних стран, так ведь? Может быть, он ученик воина-капитана? — Вполне возможно. У меня хороший слух, с моими-то воровскими ушами, давайте-ка за это возьмусь я.

Пока толпа весело обговаривала загадочную пару, хозяин таверны подошёл к одному искателю приключений. Это была женщина, получившая от Аинза зелье. Женщина, её звали Брита, отвела глаза от красного зелья, которое чуть взглядом не прожгла, и с неясным выражением на лице посмотрела на хозяина.

— Что это за зелье?

— Кто знает?

— ...Эй, ты даже не знаешь? Разве ты не приняла его возмещение сразу же, потому что поняла цену зелья?

— Это невозможно, я никогда прежде не видела такого зелья. Разве ты сюда пришёл не для того, чтобы тоже поглядеть, поскольку никогда его не видел, а, старик?

Брита верно догадалась.

— Этого зелья тебе точно хватило? Твоё же разбилось, так ведь? А это может быть дешевле твоего.

— Может быть... это была ставка, но я уверена, что оказалась в выигрыше. Ведь его дал мне парень в дорогих доспехах, услышав стоимость моего зелья.

— Ясно...

— ...Я никогда не видела зелья восстановления такого странного цвета, возможно, это редкий предмет. Если бы я тогда замешкалась и взамен попросила денег, это было бы то же самое, что покинуть логово тигра с пустыми руками. Завтра я понесу его оценщику и узнаю, сколько оно стоит.

— Ох, я заплачу за оценку. И не только, я порекомендую тебе хорошее место.

— Старик? — Брита нахмурилась. Хозяин таверны не был плохим парнем, но он точно не занимается благотворительностью. Где-то тут загвоздка.

— Эй, не смотри на меня так. Я просто хочу, чтобы ты сказала эффекты своего зелья.

— Ты точно планируешь лишь это?

— Это ведь хорошая сделка, разве не так? А с моими связями я могу представить тебя лучшему аптекарю, Лиззи Барел.

Брита была потрясена.

В Э-Рантэле собиралось много наёмников и искателей приключений, так что продавцы, которые специализируются на оружии и оборудовании, могли заработать кучу денег, а торговля зельями восстановления была самой выгодной. Вот почему в Э-Рантэле было больше аптекарей, чем в других городах. Однако даже при такой конкуренции Лиззи Барел была лучшей. Среди всех аптекарей города она изобретала больше всех сложных зелий. Поскольку хозяин упомянул Лиззи Барел, Брита не могла отказать.

Часть 2

Деревянная дверь со скрипом закрылась.

Кроме небольшого столика и двух одноместных деревянных кроватей с прикреплёнными ящиками, другой мебели не было. Открыв шторы, можно было впустить свежий воздух или посмотреть на солнце. Аинз осмотрелся и оказался разочарован. Он не ожидал, чтобы в простой таверне была мебель и чистота как в Назарике, но всё же ему это было неприятно.

— Как они посмели дать вам такое жилье, господин.

— Не говори так, Набель. В этом городе мы для того, чтобы стать искателями приключений и прославиться. А прежде чем это случится, это будет хороший опыт пожить так, как подобает нашему статусу.

Он не упомянул своё недовольство, утешая Нарберал и закрывая шторы. Солнечного света, проникающего через щели в шторах, не было достаточно, чтобы осветить всю комнату. Для Аинза и Нарберал это было нормально, ведь они владели ночным зрением, но для обычных людей комната была слишком тёмной.

— Быть искателем приключений... эта работа не такая сказочная, как я представлял.

Искатели приключений.

Иногда Аинз мечтал стать одним из них. Люди, которые путешествуют по миру и разведывают неизвестное. У Аинза были определённые ожидания от этой карьеры, которая воплощала собой правильную игру в Иггдрасиль. Но когда он выслушал объяснение работницы гильдии, то понял, что это практичная и скучная карьера.

В общем, искатели приключений были наёмниками, имеющими дело с монстрами. Некоторые части этой работы были похожи на идеализированную версию искателя приключений Аинза. Они разведывали руины стран, разрушенных Демонами-богами, и искали неизвестные сокровища в скрытых местах. Но в основном они были охотниками на монстров.

Все монстры обладали особыми способностями, потому были нужны люди с широким разнообразием навыков, чтобы их уничтожать. Если думать об этом с этого угла, то тут в самом деле должны были быть герои, в которых нуждаются люди и которые ведут себя так, как будто вышли из игр. Но реальность была иной. Правительственным организациям не нравилось, что существуют вооружённые группы вне их контроля. Даже если не считать денежный вопрос, социальный статус искателей приключений был всё ещё низок.

Были и другие причины того, почему страны не признавали искателей приключений в массовом порядке. Вместо того чтобы нанимать отдельного искателя приключений на постоянную работу с высоким заработком, было лучше передать работу местной гильдии искателей приключений, что экономило деньги. А в организациях, которые могут существовать без таких гильдий, или в странах, которые могут зачищать монстров своими войсками, статус искателей приключений был даже ниже.

Та работница жаловалась Аинзу, что в Слейновской Теократии нет гильдий искателей приключений. А статус искателей приключений в Империи Багарут стал ещё ниже, после того как на престол взошел текущий император. Аинз попытался избавиться от этого небольшого чувства разочарования. Взяться за работу, которую хотел, и осознать, что реальность отличается от мечтаний, — частое явление.

Аинз чуть взмахнул рукой и тёмная полная броня и два гигантских меча без следа исчезли, показывая его скелетное тело в магическом снаряжении. Два красных пятна замерцали за его серыми очками. Головной убор был кольчужным и декорированным аметистами. Он был в чёрной шёлковой рубашке с длинными рукавами, а также в мешковатых штанах. Пояс был простой, чёрной лентой.

Он снял стальные перчатки и на каждом пальце показались кольца, за исключением безыменного на одной руке. Коричневые кожаные сапоги хоть и были шероховатыми на ощупь, но их украшала золотая вышивка. С шеи свисал серебряный диск с рисунком льва, а с плеч — красная накидка.

Обычно в Иггдрасиле на разную экипировку вешались разные кристаллы данных, потому было трудно сделать так, чтобы экипировка была однотипной. Но поскольку многие игроки ненавидели надевать смешанные части экипировки, в одном из обновлений это было решено. Добавили опцию стандартизации внешнего вида, не затрагивая свойства экипировки. Чёрная броня, покрывающая всё тело Аинза, требовала некоторых условий, и одно из таких условий было обладание навыком «Создать высокоуровневый предмет».

Сейчас на Аинзе были «Очки меткого попадания», «Корона ментальных барьеров», «Одежда чёрной вдовы», «Чёрный пояс», «Металлические перчатки», «Немейский лев» и «Сапоги скорости».

Обычно в Иггдрасиле торговали кристаллами данных, но, чтобы собрать более могущественную экипировку, некоторые покупали подержанные вещи. Трудности возникали тогда, когда созданная другим человеком вещь обладала именем, в котором были запрещенные на сервере слова, или которое оскорбляло другого человека. Модераторы могли потребовать изменить имя, но, как правило, такого не случалось и предметы оставляли за собой имя, дарованное создателем.

Ведь странное имя не будет популярным, если попытаться продать предмет. Переименование было не таким уж и дорогим, но мало кому хотелось покупать предмет, чтобы позже его переименовывать. Так что каждый игрок выкладывался на полную, чтобы называть свою экипировку. Имя могло происходить из мифологии или английского языка. И, конечно же, были исключения тоже.

Было хлопотно придумывать названия для колец, потому не так уж и плохо было называть их «кольцо 1», «кольцо 2», «кольцо 3». А Аинз видел даже игроков, которые называли их «кольцо большого пальца», «кольцо указательного пальца» и «кольцо среднего пальца».

Друг Аинза, Такемикадзути, использовал два длинных самурайский меча, если положение того требовало. Он назвал восьмое поколение одного из таких мечей «Такемикадзути Мк 8». Красная накидка Аинза была названа таким же образом. Поскольку он скопировал тёмного героя американских комиксов, она называлась «Накидка Спауна». Вся эта экипировка была реликтового уровня. По сравнению с основной одеждой Аинза, эта была двумя рангами ниже, ведь слишком сильная экипировка могла бы создать трудности, так что он решил взять лишь такой уровень.

Когда Аинз вытянулся плечами, чтобы насладиться чувством свободы после того, как снял броню, Нарберал выбрала это мгновение, чтобы спросить:

— Кстати, как мы избавимся от той надоедливой девки?

— А, ты имеешь в виду ту женщину, чье зелье было разбито? Просто забудь о ней. Если бы кто-то сломал что-то важное для меня, я бы тоже потерял голову... — поскольку когда Аинз получил это тело, у него изменился склад ума, он на мгновение остановился, но потом продолжил: — ...наверное. Вполне естественно критиковать меня за безрассудство.

— Но винить нужно лишь того глупого человека, который нарвался на неприятности с верховным правителем, если бы не он, ничего бы не случилось.

— Наверное это так, но поскольку это я его швырнул, на этот раз я великодушно её прощу. К тому же в этом городе мы хотим стать частью этого мира и поднять нашу славу, славу Момона и Набель. Если бы другие узнали, что мы не можем даже заплатить за бутылку зелья, это запятнало бы наши имена.

Хотя Нарберал выглядела неудовлетворённой, она всё же с пониманием кивнула.

— К тому же там все были нашими старшими товарищами, мы, младшие, просто должны были позволить ей сохранить лицо, — сказал Аинз, играясь с цепочкой на шее и пытаясь не касаться «Немейского льва».

...Если б только можно было подделать эту медаль... но это вызвало бы проблемы с гильдией искателей приключений. К цепочке была прикреплена медная медаль, которая служила идентификационной пластиной. Эта пластина использовалась, чтобы определять способности искателя приключений.

Медь, Железо, Серебро, Золото, Мифрил, Орихалк и Адамант.

Этими металлами определяли ранг искателя приключений, медная медаль была самым низким рангом, а адамантовая самым высоким. Искатели приключений высокого ранга могли выбрать более трудную работу с более высокой наградой. Эту систему учредили, чтобы искатели приключений напрасно не теряли свою жизнь.

Поскольку Аинз зарегистрировался в гильдии совсем недавно, у него была лишь медная медаль, которую давали новичкам, а у той женщины была железная. Уважать старших — трюк, которым можно плавно влиться в общество.

— Но владыка Аинз, не думаю, что вам даже подходит такой мягкий металл, как адамант. Может быть, изумруды душ, золотые рубины или один из радужных металлов вам бы подошли больше. Эти плебеи не ценят величие.

Нарберал обыденно упомянула высшие классы металлов Иггдрасиля. Аинз резко на неё посмотрел и напомнил:

— Нарберал, на всякий случай в городе называй меня Момоном.

— Как прикажите! Господин Момон!

— Ты заставляешь меня повторять? Зови меня Момон.

— Я, я очень сожалею! Го... Момон.

— ...Гомомон звучит нелепо, разве не так? Ладно, забудь, если обращаться ко мне на «ты» для тебя слишком тяжело, то хотя бы прекрати со всякими «господами» и называй меня Момон. Поняла?

— Вас поняла, Момон.

Нарберал снова низко поклонилась. Аинз разочаровано вздохнул.

Она до сих пор не поняла, почему я хочу, чтобы она называла меня просто Момоном. Бесполезный товарищ... ладно, другого выбора нет.

— Тогда я объясню, что мы собираемся делать.

— Да! — Нарберал стала на колено и опустила голову, это была поза слуги, ждущего команды хозяина.

Что же делать. Хлопот никаких возникнуть не должно, ведь дверь крепко заперта, но люди точно начнут шептаться, если увидят такую сцену. Почему... почему она не понимает, почему я настаиваю обращаться ко мне как Момон? Я ведь объяснил ей, перед тем как мы пришли в таверну... Аинз, наполовину смирившись, объяснил:

— В этом городе мы собираемся замаскироваться под искателей приключений. Ведь так можно собрать информацию об искателях приключений этого мира, среди которых могут оказаться могущественные люди, что в особенности важно для таких игроков из Иггдрасиля, как я. Если мы получим идентификационные медали высокого ранга, то сможем брать официальную работу, а информация, которую мы сможем получить, будет более полезной и надёжной. Так что первым шагом нам следует стать успешными искателями приключений.

После того как Нарберал показала своё понимание, Аинз сообщил ей задачу, которая не терпит отлагательства:

— Но тут есть одна проблема. — Он достал и открыл кожаный кошелек, затем высыпал содержимое в руку. Появилось лишь несколько монет, и они точно не блестели. — У нас нет денег.

Во время предыдущего спора у Аинза было несколько причин возместить ущерб зельем, и одна из них была в том, что он не был уверен, что сможет решить дело деньгами. Было бы странно, если б он заявил, что у него недостаточно денег. Аинз объяснил озадаченной Нарберал:

— Нет, деньги у нас есть, но единственная валюта, которая у меня есть, — это золотые монеты Иггдрасиля, и я буду их использовать только в крайнем случае.

— Но почему? Разве мы не подтвердили, что монеты из Иггдрасиля тут тоже имеют стоимость?

— Да, мы и вправду узнали в деревне Карн, что одна золотая монета Иггдрасиля... то есть две золотые монеты этого мира, известные ещё как обычные золотые, равны одной монете Иггдрасиля. Но если в этом городе мы расплатимся золотыми Иггдрасиля, это может закончиться чем угодно. Мы можем встревожить каких-то людей, даже многих людей, а если тут есть игроки Иггдрасиля, то это будет всё равно что заявить, что мы здесь. А этого нужно избегать, пока мы полностью не поймём этот мир.

— Игроки... люди того же уровня, что и владыка Аинз, злодеи, напавшие в прошлом на Назарик.

Аинз нахмурился тому, как она его назвала, но ничего не сказал по той самой причине, что и прежде.

— Верно, к таким людям мы не можем относиться легкомысленно.

Он, Аинз Оал Гоун, достиг сотого уровня, максимального уровня Иггдрасиля. Игроки достигали максимального уровня не так уж и редко. Скорее даже, сотого уровня было большинство игроков.

И среди этих игроков Аинз считал, что находится в середине лучших. Потому что в игре он сосредоточился на том, чтобы отшлифовывать профессии и заклинания, подходящие нежити, пренебрегая боевой мощью. А учитывая экипировку божественного уровня и «плати за победу» предметы, он должен быть одним из лучших, но он не забывал, что всегда есть люди сильнее него.

Следует не попадаться на глаза другим игрокам. Было много противников, которых Аинз не мог победить в бою.

Игроки изначально люди, потому большинство из них в этом мире будут помогать людям. Если такие игроки столкнуться с Альбедо и остальными, считающими людей низшими созданиями, Великий Склеп Назарика и все в Аинз Оал Гоун станут врагами человечества. Вот почему он не хотел брать с собой Альбедо, это было опасно.

Но я понятия не имел, что Нарберал думает так же.

Хотя Аинз не был враждебен к людям, он не будет колебаться, их убивая, если это позволит ему достичь цели, но с другими игроками он бы предпочёл не сталкиваться.

— Эх, как жаль.

— Что жаль?

— Потерять так легко того мужчину по имени Ниган. Он, возможно, был кладезю информации, но я случайно его убил, когда задал несколько простых вопросов.

В деревне Карн было схвачено несколько десятков членов Писания Солнечного света. Некоторые из них умерли, когда им задавали вопросы; они пошли на материал Аинзу для его особой способности по вызову нежити. Вспоминая информацию, которую они получили на допросах, Аинз невольно себя высмеял:

— Обычные игроки... наверное, будут поддерживать Слейновскую Теократию.

Слейновская Теократия — религиозная страна, которая поклоняется шести великим богам, снизошедшим шесть столетий назад. Согласно Писанию Солнечного света, Слейновская Теократия существует, чтобы слабая человеческая раса побеждала другие, более сильные расы, что позволяет человечеству крепнуть и процветать. Любой игрок, сохранивший человечность, точно согласится с учениями Слейновской Теократии, страны, которая усердно работает ради своей цели.

В отличие от реального мира, где человечество господствует, тут оно считается одной из слабейших рас. Люди построили величественные города на равнинах, но просто то, что они в них жили, подчёркивало, насколько хрупко человечество.

Открытые равнины — опасное место. Враги могут легко обнаружить людей, так как негде прятаться. Они поселились в таком месте, потому что у них нет ночного зрения, слабые ноги и недостаёт выносливости. Поскольку люди — слабая раса, они никогда не смогут построить собственное общество или цивилизацию в том месте, которое захотят.

Многие расы были сильнее или более продвинутыми, чем люди, но эти расы не доминировали над землёй. Они дрались против восьми Королей, которые пытались править миром, дав тем самым человечеству пережить войну. Если бы не это, человечество уже было бы уничтожено.

Это нормально в таком мире хотеть помочь человечеству, и вот почему Аинз не хотел ничего делать с Слейновской Теократией, ведь он опасался игроков.

— Что касается денег, я собираюсь продать мечи, которые остались от слейновских солдат, замаскировавшихся под рыцарей... но перед этим нам нужно найти работу.

— Вас поняла. Значит, завтра мы вернёмся в гильдию?

— Да. Я хочу погулять по городу и больше о нём узнать, но это может подождать до того, пока мы не заработаем немного денег.

— Вас поняла. Как одна из боевых горничных, я предлагаю свою полную поддержку.

— Отлично. Я на тебя полагаюсь, Нарберал.

Аинз был доволен Нарберал, которая низко поклонилась. Он активировал магию, снова накладывая на себя иллюзию и надевая броню.

— Я разведаю местность, оставайся тут наготове.

— Позвольте мне вас сопровождать!

— Не нужно, я просто осмотрюсь поблизости. Если возможно, я хотел бы посетить кладбище, которое по слухам очень обширно... я оставляю тебя здесь, чтобы никто сюда не заглядывал. Не опускай настороженности и оставайся начеку. Мы вряд ли где-то ошиблись, но это территория врага, будь бдительной.

— Как прикажите.

— Периодический отчёт я оставляю на тебя.

Когда Аинз покинул комнату, Нарберал глубоко вздохнула. Затем помассировала уголки глаз, острый взгляд от слабости опустился, она выглядела истощённой. Даже завязанные в хвост волосы выглядели обессиленными и безжизненными. Но она помнила приказания своего уважаемого господина. Нарберал сосредоточилась, пытаясь больше разузнать о том, что происходит снаружи, но она была заклинателем, ей недоставало лукавства вора. Чтобы компенсировать это, она применила один из своих навыков.

— «Кроличьи уши».

После активации заклинания из головы Нарберал выскочила пара милых кроличьих ушек. Уши затряслись, когда она начала вслушиваться в окружающие звуки.

Это было одно из трёх заклинаний кроликов, которые игроки Иггдрасиля прозвали «кроличьей магией». Другое заклинание называлось «Кроличьи ноги», оно увеличивало удачу, и ещё одно, «Кроличий хвост», которое немного уменьшало агрессивность врага. Если активировать все три заклинания вместе, внешность персонажей-девушек полностью менялась, что делало эту магию очень популярной. Но поскольку сейчас не было надобности в остальных двух заклинаниях, Нарберал их не использовала.

Большинство заклинаний Нарберал были боевыми, но это было одним из нескольких исключений. Прислушавшись, она убедилась, что сейчас безопасно и активировала «Сообщение». И тут же в голове она услышала сладкий женский голос. Будто бы её вызова ожидали.

— Нарберал Гамма, ты желаешь мне что-то доложить?

— Да, это регулярный доклад.

Сейчас Нарберал говорила со Смотрителем Великого Склепа Назарика, Альбедо. Доложив обо всём, она наконец заговорила о том, что Альбедо хотела услышать:

— Владыка Аинз упомянул госпожу Альбедо, говоря, что «кроме неё, я не могу так сильно никому доверять».

— Хе-хе!..

В голове Нарберал раздался странный волнующий выкрик.

— Очень хорошо~, очень хорошо~. Нарберал хорошая девочка! Продолжай и дальше меня об этом извещать! Это приказ Смотрительницы Назарика!

У Нарберал над головой появились знаки вопроса: неужели нечто подобное стоит приказа? Она невозмутимо это обдумала и пришла к выводу, что если это часть состязания, которое решит, кто будет служить властелину, то такой приказ вполне естественен.

Пока Нарберал думала, Альбедо снова заговорила волнующим голосом:

— Я воспользуюсь тем шансом, что Шалти на миссии, и неспешно преодолею расстояние между мной и владыкой Аинзом! Такой форт штурмовать будет трудно, но если атаковать волнами, он, когда я создам плацдарм, в итоге падёт! Когда эти замечательные дни настанут, Шалти прольёт слёзы сожаления! — ликовала Альбедо.

Нарберал нахмурилась. Даже её начали раздражать такие возбуждённые слова.

Радостным голосом и упуская нюансы, Альбедо рассказала о своих планах и о том, как всё должно быть. Но потом она вдруг спокойно спросила:

— Почему вы все мне помогаете? Почему вы выбрали меня, а не Шалти? Есть что-то, чего вы хотите?

— Это простой вопрос. Если вы спросите, кто больше подходит, госпожа Шалти или Альбедо, для того чтобы сидеть возле владыки Аинза, я с уверенностью отвечу, что госпожа Альбедо.

— Хе-хе!.. Невероятно. Я не ожидала, что ты думаешь о будущем Назарика, впечатляюще.

— И сестрёнка Юри не очень хорошо уживается с госпожой Шалти.

— Ох, Юри Альфа. Да... это верно. Есть ещё кто-то в моей команде?

Нарберал вспомнила не только заместителя капитана боевых горничных, Юри Альфу, но и остальных:

— Я в этом не совсем уверена, но Люпус Регина в команде госпожи Альбедо, однако Солюшн на стороне Шалти. Энтома и Сизу неизвестно, наверное занимают выжидательную позицию.

— Есть способ завербовать Солюшн?

— Это будет очень трудно, поскольку её интересы похожи на интересы госпожи Шалти.

— Ясно... что за низкопробное хобби.

Нарберал, не в состоянии понять интересы Солюшн Эпсилон, согласилась с Альбедо и склонила голову на бок. За исключением одного человека, все люди — низшие создания, но она не приходила в восторг, их запугивая. Однако она их убьёт, если они станут у неё на пути. Впрочем, убивать людей намеренно она не будет.

— У нас нет выбора. Давай поторопимся и перетянем остальных девушек в мой лагерь. Первыми будут Энтома и Сизу.

— Тут не должно быть проблем. Солюшн и Энтома предпочитают относиться к людям как к еде. Если мы переманим на сторону госпожи Альбедо Энтому, Солюшн, скорее всего, тоже станет нашей союзницей.

— Ты права... я запомню. Ладно, давай поговорим о другом... Что ещё делал мой любимый владыка, можешь рассказать поподробнее?

— Как прикажите.

Периодический контакт с Альбедо был очень оживлённым, — когда Альбедо услышала, что Аинз и Нарберал спят в одной комнате, она как-то странно и неспокойно вскрикнула, — им даже пришлось четыре раза снова активировать «Сообщение». Это рассердило Аинза, когда тот вернулся, но это уже совсем другая история.

Часть 3

Казалось, будто даже воздух окрашен зелёным, Брита несколько раз нюхнула, словно собака. Она не ошиблась — и вправду пахло зеленью. Это пахли измельчаемые неизвестные лекарства и травы. Запах также сказал Брите, что она дошла до места назначения.

Она продолжала идти вперёд, туда, где запах был ещё сильнее. Осторожно осмотревшись, она остановилась перед самым большим зданием. Оно отличалось от соседних, в которых спереди находился магазин, а в задней части рабочее место. Всё здание было построено так, чтобы быть рабочим местом, никакого магазина тут не было.

Согласно словам на деревянной табличке, висевшей на двери, и внешним признакам, место было правильным. Когда она открывала дверь, свисающий с двери звоночек зазвенел пугающе громко. Она вошла в зал, который, похоже, служил для приёма гостей — в середине стояли друг напротив друга две скамейки. На стенах были книжные полки, а по углам расставлены декоративные растения.

Как только Брита вошла, кто-то её поприветствовал:

— Добро пожаловать!

Голос был мужским, но для мужчины звучал слишком юно. Она повернулась на голос и увидела юношу, одетого в потрёпанную рабочую одежду. В руках он держал бутылочку с соком какого-то растения, от которой тоже доносился сильный запах. Лицо было наполовину прикрыто длинными, светлыми волосами, потому было трудно определить его возраст. Но судя по росту и голосу, он, должно быть, ещё растущий юноша. Может, ему и было не так много лет, но Брита догадывалась, как его зовут. Он, как и его бабушка, был одним из нескольких знаменитостей города Э-Рантэл, ведь он был столь талантлив.

— Господин Энфри Барел?

— Да, это я, — молодой человек, Энфри, кивнул, затем спросил: — Как я могу вам помочь?

— Ах да. Секунду.

Брита достала сложенный лист бумаги, который дал ей хозяин таверны, и передала его молодому человеку. Энфри тут же его разложил и прочёл.

— Ясно... так вот оно что. Не могли бы вы, пожалуйста, показать мне зелье?

Энфри принял от Бриты зелье и поднял его на уровень глаз, хотя глаза были прикрыты волосами.

Атмосфера изменилась.

Когда Энфри откинул волосы, показалось его лицо, очень симпатичное лицо. В будущем многие женщины будут им очарованы. Но несмотря на пронизывающий взгляд, лицо по-прежнему казалось детским. Учитывая то, как он говорил, было трудно представить, что глаза у него будут столь остры, они загорелись сильным волнением. Энфри несколько раз взболтнул зелье и кивнул:

— Простите, но тут говорить не очень удобно, вы не против, если мы пойдём в другое место?

Брита согласилась и последовала за Энфри в другую комнату, в которой был полный беспорядок. Впрочем, она так подумала лишь потому, что ей не хватало профессиональных знаний. На столе были колбы, пробирки, дистилляторы, мензурки, ступы, спиртовые горелки, весы, жуткие котелки и много чего ещё. Полки у стен были заполнены различными травами и минералами.

В комнате стоял уникальный острый запах, было такое впечатление, что он вреден для организма. Особа, которая находилась в комнате, глянула на двух внезапных нарушителей. Это была старая леди с полностью седыми волосами, которые ей были до плеч, на руках и лице было полно морщин. На её рабочей одежде было больше зелёных пятен, нежели на одежде Энфри, и она отдавала сильным запахом травы. Когда они вошли, Энфри обратился к старой леди:

— Бабушка!

— Ну что такое, не нужно так кричать, я тебя слышу. С ушами у меня по-прежнему всё в порядке.

У Энфри была лишь одна бабушка, по отцу, она была лучшим аптекарем города, Лиззи Барел.

— Вот, взгляни, скорее.

Когда Лиззи брала у Энфри зелье, у неё был такой сильный взгляд, что Брита аж вздрогнула, будто увидела могущественного ветерана. И это не было иллюзией. При создании лекарств аптекарям приходилось использовать магию. Чем известнее аптекарь, тем высшего ранга заклинание он мог использовать. Вот почему Лиззи, лучший аптекарь Э-Рантэла, была сильнее Бриты.

— Это зелье... ты принесла сюда... легендарное зелье? Нет, неужели это... Кровь Бога? Эй, что это за зелье?

— Э? — Брита уставилась на неё широко открытыми глазами и с открытым ртом. Именно это я и хотела спросить, подумала она.

— Чтобы такое зелье существовало... просто невозможно. Где ты его откопала? В каких-то руинах?

— Э? Эм, нет, это...

— Какая медленная девочка. Просто ответь на мой вопрос, где ты его взяла! Украла? Хммм?

У Бриты от потрясения затряслись плечи. Она не сделала ничего плохого, но всё равно почувствовала, будто её отчитывают.

— ...Бабушка, не пугай её так.

— О чём ты говоришь, Энфри. Я её не пугаю... так ведь?

Нет, пугаешь. Хотела сказать Брита, но, переведя дух, поведала историю о том, как получила это зелье:

— Эм, кое-кто дал мне его в качестве возмещения ущерба.

— Э?.. — Взгляд Лиззи стал серьезным. — Столь дорогое...

— Минутку, бабушка. Мисс Брита, могу я спросить, кто вам его дал? И почему?

Брита просто объяснила, как получила зелье от таинственного незнакомца, всё тело которого закрывала броня. Когда Лиззи это услышала, морщины у неё стали ещё глубже.

— ...Ты знаешь, что существует три типа зелий?

Не давая Брите возможности ответить, Лиззи продолжила:

— Первое создаётся с использованием лишь трав. Оно действует медленно и всего лишь улучшает базовые человеческие способности. Эффект от него минимален, но оно дешево. Второе создаётся из трав и магии. Такие зелья показывают свой эффект быстрее первого, но всё же им требуется определенное время. Если после боя есть свободное время, большинство искателей приключений используют именно такое зелье. И последнее, это зелье, созданное одной лишь магией. Оно создаётся впрыскиванием манны в алхимическую жидкость. Эффект от такого зелья мгновенен, но оно очень дорогое. Так какое же зелье принесла ты? Внутри я не вижу никаких трав, так что оно должно быть создано магией. Но...

Лиззи взяла бутылочку с синей жидкостью и показала её Брите.

— Это базовое зелье восстановления. Заметила разницу в цвете? Во время создания зелье восстановления всегда становится синим, но твоё — красное. А это значит, что процесс производства твоего зелья отличается от производства обычных зелий восстановления. Проще говоря, это очень редкое зелье, оно может создать революцию в техниках варения зелий... Наверное, тебе трудновато понять, что это значит.

После того как Лиззи закончила с объяснениями, она активировала магию:

— «Идентификация предмета», «Обнаружение магического очарования».

Когда Лиззи применила два заклинания, у неё на лице появилось потрясение и ярость.

— Ку-ку-ку... ха-ха-ха!

...В крохотной комнатке раздался маниакальный смех. Лиззи медленно подняла голову, показав сумасшедшую и ужасающую улыбку. Бриту изумило внезапное изменение Лиззи, она потеряла дар речи, даже пальцем пошевелить не могла.

— Ку-ку-ку! Как я и думала! Энфри, посмотри поближе! Это конечная форма зелья. Прямо здесь, перед нами! Мы, аптекари, алхимики и все остальные, связанные с созданием зелий, даже после столь долгих лет исследований не могли достичь такой идеальной стадии!

От сильного возбуждения щеки Лиззи покраснели, она учащенно и прерывисто задышала. Отказываясь выпускать зелье из рук, она поднесла его к лицу Энфри:

— Зелья портятся. Так ведь?

— Да, конечно.

В отличие от взволнованной Лиззи, Энфри говорил очень спокойно, но Брита всё же заметила у него на лице признаки возбуждения. Она не знала, почему они двое столь взбудоражены, но понимала, что втянута в большое событие. Ведь зелье, которое она принесла, так сильно взволновало сильнейшего аптекаря.

— Зелья, которые создаются одной магией, делают из алхимической жидкости. При создании этих жидкостей за основу берут минералы, а потом уже их изменяют алхимией, так что вполне естественно, что со временем они портятся! Вот почему нам необходимо налаживать «Сохранность». — Лиззи сделала паузу, затем заключила: — Так оно было раньше.

Брита немного поняла слова Лиззи и в потрясении уставилась на красную жидкость.

— Эта бутылочка! Это зелье! Красное! Оно не будет портиться даже без магии сохранности, идеальное зелье! Раньше никто такого не делал! По легенде настоящее зелье восстановления — это кровь богов. — Лиззи взболтнула зелье, внутри ярко красная жидкость завращалась. — Конечно, это лишь легенда. Аптекари часто шутят, что у бога кровь синяя. — Секундой позже Лиззи посмотрела на зелье, которое держала сильно трясущейся рукой: — Но это может быть настоящая кровь бога!

Запыхавшаяся Лиззи, похлопывающий её по спине Энфри, онемевшая Брита. Все трое замолчали. Но потом наконец тишину нарушила Лиззи:

— ...Ты пришла узнать, какой у зелья эффект, так ведь? Оно эквивалентно магии лечения второго ранга. Если не обращать внимания на редкость и его нематериальную ценность, то его цена восемь золотых монет.

Всё тело Бриты задрожало.

Даже сама стоимость и эффект для искателя приключений с железной медалью были очень высокими. Сложность заключалась в нематериальной ценности, взгляд Лиззи был таким пронизывающим, будто она ищет возможности его украсть. Но у неё в сердце всё же были сомнения. Почему тот мужчина в полной броне так легко расстался с таким зельем? Кто скрывается под теми доспехами? В сердце возникло множество вопросов, Лиззи спросила:

— Не хочешь продать его нам? Я хорошо заплачу, как насчёт тридцати двух золотых монет?

Глаза Бриты расширились ещё сильнее. Для неё предложенная цена была просто невероятной. Если не тратиться, такой суммы хватит, чтобы три года прокормить три семьи.

Брита заколебалась, она понимала невероятную ценность зелья, но правильный ли выбор прямо сейчас продать его за тридцать два золотых? Ведь возможность заполучить ещё одно зелье очень мала.

Но её отпустят живой, если она откажется?

Видя, что Брита колеблется, Лиззи покачала головой и предложила другой план...

Часть 4

На следующее утро Аинз, сейчас называющий себя Момоном, открыл дверь гильдии. Войдя в здание, он увидел, что за стойкой три девушки, улыбаясь, принимают искателей приключений. Тут были воины в полной броне, проворно выглядящее люди с луком и в лёгких доспехах, люди с религиозными символами в одеяниях священника... и заклинатели в длинной робе, держащие в руках посох.

Слева была большая дверь, а справа доска объявлений. Вчера он их не видел, но на доске висело несколько пергаментов, перед которыми о чём-то говорила группа искателей приключений. Чувствуя недовольство при виде этой сцены и пергаментов, Аинз направился к стойке.

Многие посмотрели на медную медаль у Аинза на шее, он ощутил, как они вытаращили глаза на его доспехи, похожее было вчера в таверне. Уголком глаза Аинз глянул на этих искателей приключений. Медали у них на шее были серебряными или золотыми, медных не было. Чувствуя себя немного не к месту, он подошёл к стойке.

Группа искателей приключений как раз отправилась в путь, оставляя одну из работниц свободной. Подойдя к ней, он спросил:

— Извините, я ищу работу.

— В таком случае выберите один из пергаментов и принесите сюда.

Аинз кивнул, показывая понимание, но всё это время он чувствовал, будто снова заработали потовые железы. Он подошёл к доске объявлений, просмотрел список пергаментов и сильно кивнул.

Ага, читать я не умею.

Одно из правил этого мира заключалось в том, что разговор переводился, но, по-видимому, это не относилось к надписям.

Когда он прошлый раз посещал гильдию, ему помогла одна из девушек, работающих в приёмной, и он наивно предположил, что в этот раз будет так же. Ему захотелось вздохнуть или от безвыходности покататься по полу, но он смог собраться. Сказав спасибо такому телу, Аинз начал ломать голову.

Уровень грамотности тут был небольшим, но всё же странно будет, если другие узнают, что он не умеет читать, они, может, будут даже смотреть на него свысока. Аинз отдал все инструменты распознавания слов Себастьяну, и во времена Иггдрасиля он не выучил ни одного такого заклинания. Вместо этой на первый взгляд бесполезной магии он использовал свитки. Никак не подготовиться, хотя он не может читать на языке этого мира — глупо, но уже слишком поздно сожалеть.

Нарберал тоже не умела читать, так что другого выхода не было. Хотя его голова была наполнена негативными мыслями, как верховному правителю Назарика ему следовало избегать постыдного поведения.

Приняв решение, Аинз оторвал один листок и направился к стойке:

— Я хочу вот эту работу.

Девушка озадачено посмотрела на пергамент и неловко улыбнулась:

— Прошу прощения, но эту работу могут взять лишь искатели приключений мифрилового ранга...

— Я знаю, вот почему я её хочу.

Услышав спокойный и решительный голос Аинза, девушка удивилась.

— Эм, это...

— Я хочу взять эту работу.

— Э? Но даже если вы её потребуете, правила и условия...

— Правила глупы. Я не желаю дни напролёт делать эти бессмысленные задания, чтобы получить повышение.

— Но если работа окончится неудачей, многие люди могут потерять свою жизнь.

Работница говорила твёрдо, ведь её поддерживала гильдейская система оценки и объединённые усилия многих искателей приключений.

— Пф.

Услышав высокомерный голос Аинза, искатели приключений и работницы приёмной посмотрели на него недружелюбно. Этот новичок просто насмехается над их строгим соблюдением правил. Впрочем, такое отношение он посчитал совершенно нормальным. Аинз был нежитью и потому не мог чувствовать ни страдания, ни сильные желания, однако ему захотелось низко поклониться и попросить прощения, ведь частичка от Судзуки Сатору в нём всё ещё осталась.

Судзуки Сатору ненавидел людей, которые, несмотря на отсутствие собственных идей, всё равно отказываются от предложений других, этакие люди без здравого смысла. А Аинз вёл сейчас себя именно так, ему захотелось, чтобы кто-то его побил. Но он не мог сейчас отступить. Хоть он и думал, что должен быть помягче, ему нужно было добиться для себя более благоприятного исхода, поэтому Аинз прибег к убийственному ходу:

— У меня за спиной стоит девушка, она — мой товарищ. И она маг третьего ранга.

Несмотря на напряжение в воздухе, все всё равно с удивлением в глазах посмотрели на Нарберал. В этом мире заклинатели, достигшие третьего ранга, считались достигшими уровня мастера.

Это правда? Все уставились на Аинза и его дорогой набор брони, сомневаясь в его словах.

Способности искателя приключений и его экипировка были связаны: чем способнее человек, тем лучше становится экипировка. С такой компаньонкой и дорогими доспехами Аинз был очень убедительным. Заметив изменения в их взглядах, он в сердце ободрился и решил ударить, пока железо горячо:

— А я сам — воин, который соответствует силе Набель. Я могу подтвердить, что такой уровень работы — всё равно что прогулка по парку.

На этот раз удивление работницы и искателей приключений было меньшим. Аинз чувствовал, что взгляды, которыми на него смотрят, меняются.

— Мы стали искателями приключений не для того, чтобы выполнять простые задачи и зарабатывать медные монеты. Я хочу бросить вызов миссиям более высокого класса. Если хотите увидеть наши навыки, я могу вам показать. Так вы дадите нам эту работу?

Враждебность постепенно уходила, а вместо неё приходила «он прав» и «так вот в чём дело» атмосфера. Искатели приключений, уважающие силу, понимали Аинза.

Но работница приёмной была не такой, как они.

— ...Я очень сожалею, но из-за правил я не могу дать вам эту работу.

Девушка в извинениях поклонилась, Аинз в сердце принял победоносную позу.

— Что ж, ничего не поделаешь... я был слишком настойчив, извините, — он слегка опустил голову и попросил прощения. — Тогда не могли бы вы найти мне самую трудную работу для медной медали? Тут есть какая-то другая, кроме тех на доске?

— Ах, я поняла. Доступна и другая работа.

Девушка поднялась, и как только Аинз собрался пролить слезу радости над полной победой, до ушей донёсся голос мужчины:

— Как насчёт того, чтобы помочь с нашей работой?

— Э?

Он машинально угрожающе нахмурился. Обернувшись, Аинз попытался смягчиться, он увидел группу из четырёх искателей приключений, на шеё каждого сверкала серебряная медаль. Аинз в сердце пожаловался: «А я как раз добился своего...» — и заговорил с ними:

— Работа... стоящая работа?..

— Ага... полагаем, стоящая, — ответил выглядящий лидером мужчина.

На нём были кольчужные доспехи, он выглядел как воин. Может, присоединиться к нему и работать с ними? Нужно выслушать их и решить, но ведь тогда девушка у стойки может уже передумать помогать в выборе работы. С другой стороны, если он возьмёт их работу, то это позволит завязать с ними отношения и получить информацию, которая ему и была нужна.

Аинз медленно кивнул:

— Поскольку я ищу стоящую работу, давайте поработаем вместе. Но я всё же должен задать несколько вопросов.

Услышав его ответ, мужчина попросил девушку у стойки подготовить для них комнату.

Комната походила на переговорную: деревянный стол в центре, вокруг которого расставлены стулья. Мужчины сели друг возле друга.

— Ну, садитесь.

Аинз, как и попросили, сел, Нарберал молча села возле него.

Мужчины выглядели молодо, казалось, им даже меньше двадцати, но в них не было ничего детского. Они были зрелы не по возрасту, по крайней мере так посчитал Аинз. Могло показаться, что они сидят непринуждённо, но их позиции позволяли мгновенно выхватить оружие. Может, они так сели неосознанно, а может, по привычке, выработанной после бесчисленных опытов со смертью.

— Прежде чем говорить о работе, давайте представимся, — походивший на воина мужчина сказал от лица каждого. У него были светлые волосы и голубые глаза — в Королевстве обычная внешность, да и лицо было непримечательным, хотя он и был чисто побрит. — Приятно познакомиться, я лидер «Меча тьмы», Пётр Морк. Это — рейнджер нашей команды, Люклютер Болбу.

Лысый мужчина в кожаных доспехах кивнул. Его карие, прищуренные глаза были весёлыми, а длинные, загорелые руки и ноги производили такое впечатление, будто он паук. Но его худощавое тело было итогом того, что он убрал в себе весь жир.

— Следующий это наш заклинатель, стратег команды. «Маг» Нинья.

— Пожалуйста, позаботьтесь обо мне.

В группе он был самым младшим. У него были каштановые волосы и голубые глаза, но улыбка на лице по-прежнему выглядела детской. В отличие от загорелых остальных членов группы, у него кожа была бледной, и лицо самым красивым из всех. Не «мужеподобная» красота, а, скорее, метросексуальная. По сравнению с другими мужчинами, его голос был высоким.

Но улыбка на лице казалась маской, она не отличалась от фальшивой. Что до одежды, хотя все его товарищи были в доспехах, он был в кожаной одежде. Если бы кто-то заглянул под стол, то увидел бы на поясе мириады странных предметов, включая бутылочки со странной формой и странные деревянные предметы. Учитывая, что он был магом, он должен быть похож на Аинза — так сказать, боевой заклинатель.

— ...И Пётр, будь добр, не используй во время знакомства мое постыдное прозвище, хорошо?

— Э? Но оно круто.

— У вас есть прозвище? — спросил Аинз, потому что не был уверен в том, что только что услышал, Люклютер объяснил:

— Он родился с врождённым талантом, знаменитый «гениальный маг».

— Ясно... — вздохнул Аинз, он был впечатлён. О врождённом таланте он узнал после того, как под пытками умерло три члена Писания Солнечного света. Он был взволнован, ведь встретил такого в жизни.

Нарберал лишь фыркнула в презрении, но, к счастью, никто не услышал и Аинз расслабился. Во время переговоров странные действия неумелого подчинённого влияют на настроение босса, и Аинзу пришлось с этим чуточку согласиться. Но сейчас ругаться — плохо, так что он сохранил самообладание.

— В этом нет ничего впечатляющего. Просто так совпало, что мой врождённый талант оказался той системы.

— Охх.

Теперь Аинз заинтересовался ещё больше. Он наклонился вперёд, внимательно слушая. «Врождённые таланты» похожи на боевые искусства, это особые навыки, уникальные для этого мира, в Иггдрасиле их не существовало. Такой особой способностью обладает примерно один из двухсот. Врождённые таланты не редки, но особые навыки очень сильно различаются. Есть сильные и слабые типы со многими вариациями.

Например, предсказывать завтрашнюю погоду с точностью семьдесят процентов, усиливать вызванных существ, выращивать растения на несколько дней быстрее, уметь пользоваться магией драконов, которые существовали в прошлом, и так далее. Поскольку такая сила определялась при рождении, её выбрать или изменить невозможно. Было много случаев, когда люди не могли использовать полную силу такого навыка. Например, если человек умеет увеличивать разрушающую мощь магии, а магией пользоваться не умеет, то врождённый талант будет пропадать даром.

Лишь несколько счастливчиков могли использовать свой врождённый талант на полную. За исключением людей с особенно могущественным талантом, врождённый талант, который может изменить всю жизнь владельцу, встречался редко. То, что такой воин, как Газеф Строноф, не имел врождённого таланта, подтверждало эту точку зрения. Те, у кого обнаруживался врождённый талант, ориентированный на бой, были склонны выбирать профессию искателя приключений. Вот почему среди них попадалось много людей с врождёнными талантами. Просто так случилось, что обладатель врождённого таланта перед ним оказался одним из счастливчиков, сумевших использовать его на полную.

— Насколько я помню, твой врождённый талант, «Магический талант», позволяет тебе выучить за четыре года заклинание, на которое обычно уходит восемь лет, я прав? Я не заклинатель, так что не знаю, насколько это величественно.

Поскольку у Аинза был класс, имеющий отношение к магии, ему стало любопытно, и он решил собрать информацию. Заполучить способности, недоступные Великому Склепу Назарика, будет полезно для гильдии. Если есть способ украсть эту способность, это будет стоить того, даже если он сделает их врагами. Способность ускорять время обучения — в некотором смысле это похоже на магию сверхуровня, например «Падающую звезду». Они двое продолжали говорить, не подозревая об угрожающем взгляде Аинза под его шлемом.

— ...Мне повезло, что я с рождения обладаю этой способностью, она позволила мне сделать шаг на пути к моей мечте. Если бы не эта способность — быть мне простым обывателем, усердно проживающим свою жизнь.

В тихом голосе была печаль и тяжесть. Пётр попытался сменить настроение и заговорил более весело:

— Как бы то ни было, а в этом городе ты известный обладатель врождённого таланта.

— Есть кое-кто известнее меня.

— Лидер «Голубой Розы»?

— Эта особа тоже знаменита, но я говорю об этом городе.

— Так ты имеешь в виду Барела! — громко воскликнул последний из них, которого ещё не представили. Аинза заинтересовало это имя и он спросил:

— ...Барел, говорите? А какой врождённый талант у него?

Все четверо удивились, похоже, о том, что он спросил, знали все. Аинз сплоховал из-за своего любопытства и желания заполучить эту силу и укрепить Назарик. Он огорчился из-за своей ошибки, но сказал себе, что ошибку такого уровня исправить можно. Но прежде чем он успел что-либо объяснить, искатели приключений пришли к собственному выводу:

— Ясно, вы ведь не отсюда, я прав? Вы одеты в такие броские доспехи и ходите с такой красавицей, не удивительно, что мы о вас ничего не знаем.

Своим ответом они ему помогли, Аинз кивнул:

— Верно, вы правы. Мы только вчера сюда прибыли.

— Так вы не знаете? В городе он известный человек, но, похоже, его имя ещё не дошло до других городов, да?

— Да, мы никогда о нём не слышали. Не могли бы вы нам рассказать?

— Его зовут Энфри Барел, он внук известного аптекаря. Его талант — это способность использовать любой магический предмет. Не только свитки разных магических систем, но и предметы, на которых стоит ограничение по расе — предметы, которые не могут использовать люди. Да и предметы, которые может использовать лишь королевская семья, тоже ему подвластны.

— ...Ох, — Аинз попытался подавить тревогу в голосе и вздохнул. Он настолько широко может использовать свой врождённый талант? Даже «посох Аинз Оал Гоун»? Ведь у посоха такие редкие условия, что его может использовать только Гильдмастер. А как насчёт остальных легендарных предметов? Этот человек может использовать их все? Или есть ограничения?

Этого человека следует опасаться, но его ценность как пешки тоже высока. Нарберал тоже так подумала. Она губами приблизилась туда, где у него под шлемом должно было быть ухо, и сказала:

— Думаю, этот человек опасен.

— ...Знаю. Прийти в этот город было правильным решением.

— Момон, что-то случилось?

— Ох, ничего. Не обращайте внимания. Кстати, можете представить своего последнего друга?

— Хорошо. Он друид, Дайн Вудвондер. Он может использовать магию лечения, магию управления природой и также он знает о травах. Если почувствуете себя плохо, сразу говорите ему, у него есть лекарство, которое полезно против болей в животе.

— Пожалуйста, позаботьтесь обо мне!

Рот поприветствовавшего его мужчины покрывала большая борода, а вместе с громоздким телом он походил на варвара. Но всё же он выглядел моложе Аинза. От него шёл тонкий запах травы, похоже, это пахли небольшие сумочки у него на талии.

— Теперь представимся и мы. Это Набель, а меня зовут Момон. Приятно познакомиться.

— Приятно познакомиться.

— Хорошо, мы рады знакомству с вами двумя. Момон, можешь называть нас просто по имени. Извини, что переходим к делу так быстро, но давайте поговорим о работе. На самом деле то, что мы хотим у вас попросить, это не совсем работа.

— Тогда это...

Услышав озадаченный голос Аинза, Пётр поднял руку, чтобы его остановить, тем самым показывая, что хочет, чтобы Аинз задал свой вопрос позже.

— Наша работа заключается в том, чтобы охотиться на монстров в окрестностях города.

— Истребление монстра?.. — Тогда это работа. Или есть некое предписание искателям приключений, что делает это не работой? Аинз хотел это спросить, но если это здравый смыл, будет хлопотно, если другие подумают, что ему не хватает знаний, потому он спросил нечто безвредное: — А какой тип монстра мы будем истреблять?

— Ну, это не совсем истребление монстра. Мы охотимся на монстров и в зависимости от их силы, город через гильдию платит подходящее вознаграждение. Момон, а как такая деятельность зовется в твоей стране?

Так вот оно что. Аинз наконец понял, почему Пётр назвал это не совсем работой. Согласно знаниям из игры Иггдрасиль, такая деятельность называлась «фармить монстров».

— Ведь мы зарабатываем этим себе на жизнь, — тихим голосом встрял друид Дин. Люклютер присоединился:

— Но не только. Это уменьшает опасность для окружающих нас людей, обеспечивает безопасность странствующим торговцам и сборщикам податей. От наших действий никто ничего не теряет.

— Это делают большинство гильдий и стран, но пять лет назад о таком даже не слыхали, разве не удивительно?

Все в команде кивнули в знак согласия со словами Ниньи. Они обсуждали это между собой, не давая Аинзу возможности присоединиться. Было бы слишком странно ничего не знать об этой стране, так что Аинз решил заткнуться и слушать.

— Всё это благодаря мудрости Золотой Принцессы.

— Хоть это и не учредили, но ради выполнения такой политики она даже хотела избавить искателей приключений от налогов.

— Ох... она так высоко уважает искателей приключений.

— Верно. Мы — вооружённая организация, которая даже не поклялась в верности стране, в нас могут видеть даже угрозу. Даже Империя не настолько великодушна.

— Эта принцесса довольно мудра, она предлагает много добродетельных стратегий... просто большинство из них отклоняются.

— Я хочу жениться на такой красавице...

— Тогда усердно работай и стань дворянином!

— Эх... невозможно, я не могу принять такой ограниченный образ жизни.

— А я думаю, быть дворянином не так уж и плохо. Законы Королевства позволяют аристократам притеснять граждан, чтобы те выполняли все их желания.

В улыбке Ниньи скрывалась сильная насмешка. Аинз поднял под шлемом свои несуществующие брови, ну а Нарберал осталась равнодушной. Люклютер намеренно светлым тоном сказал:

— Вах... твой язык порочен, как обычно. Ты и впрямь ненавидишь знать...

— Я знаю, что некоторые из аристократов — достойные люди, но из-за той свиньи, который забрал мою старшую сестру, я не перестану их ненавидеть.

— ...Мы слишком далеко ушли от темы! Это не то, что можно говорить перед Момоном и Набель, которые будут драться вместе с нами. — Пытаясь вернуться назад к делу, Пётр кашлянул и сказал: — Это всё, мы разведываем окрестности. Поскольку это рядом с регионом, который развился лишь недавно, там не должно быть слишком сильных монстров. Момон, тебя это устраивает? — Пётр достал пергамент и положил его на стол, это была местная карта. Там была отмечена информация о деревнях, лесах и речках. — В основном, мы разведываем южные части. — От центра пергамента он провёл пальцем к южному лесу. — Главным образом, мы охотимся на монстров в лесу у границ Слейновской Теократии. И из монстров, которые там попадаются, могут использовать дальнобойное оружие лишь гоблины.

— Правда, награда за такого слабого монстра небольшая.

У Аинза вызвала подозрение беспечность группы. Насколько он знал, у иггдрасильских гоблинов были различные имена, а уровень варьировался от первого до пятидесятого. По силе они очень отличались, нельзя сваливать всех гоблинов в одну кучу. Будет катастрофа, если не быть осторожным. Они так расслаблены, потому что уверены, что высокоуровневые гоблины не покажутся, или все гоблины этого мира такие слабые?

— ...А могущественные гоблины не появятся?

— Хоть могущественные гоблины и существуют, в том лесу они не появляются. Как правило, сильные гоблины — это вожди племени, они не будут нападать всем племенем.

— Гоблины тоже знают, как далеко уходит область влияния людей, и они понимают, что атаковать массой будет катастрофа. В особенности могущественные гоблины, которые наделены интеллектом.

— Набель может использовать заклинания третьего ранга, так что не будет никаких проблем, даже если мы их встретим, так ведь?

— Но я хочу напомнить, что есть гоблины, которые тоже могут использовать заклинания третьего ранга. Не могли бы вы сказать, какие виды монстров мы можем встретить?

Члены Меча тьмы повернулись к Нинье. Понимая их намерения, стратег команды с наставническим выражением лица принялся объяснять:

— Скорее всего, мы встретим гоблинов и их волков. Что до остальных монстров, нет записей, что в этом регионе появляются сильные враги. Самый опасный монстр на равнинах это, наверное, огр.

— Мы не зайдём в лес?

— Да, потому что лес опасен. С прыгающими пиявками и жуками справиться ещё можно, но с пауками, которые стреляют паутиной с верхушек деревьев, и с лесными змеями, которые кидаются на жертву снизу, совладать трудно.

Так вот в чём причина. Аинз с пониманием кивнул. Они охотятся на монстров, которые забрели из леса на равнину.

— В этом и весь план. Что думаешь, Момон? Желаешь протянуть нам руку помощи?

— ...Да, пожалуйста, позаботьтесь обо мне... но перед этим могу я подтвердить плату?

— Ах да, это тоже важно. В принципе, команда Момона будет сотрудничать с нашей командой, так что заработок мы поделим пополам.

— Учитывая количество участников, такое разделение кажется очень великодушным.

— Но Момон, твоя команда будет разбираться с половиной монстров, которых мы встретим. Мы ведь можем использовать заклинания всего лишь второго ранга. Учитывая это, разделение справедливо.

Аинз сделал вид, что немного над этим подумал, затем кивнул в знак согласия:

— Отлично, тогда давайте сражаться вместе. Поскольку мы будем работать сообща, я позволю вам увидеть моё лицо.

Аинз принялся снимать шлем, и, когда закончил, своим видом удивил всех четверых.

— Чёрные волосы и глаза, как и у Набель, вы, похоже, не местные. Я слышал, что такие люди, как вы, приходят с юга, вы оттуда?

— Да, мы пришли с очень далёких краёв.

— Он старше, чем я ожидал, достаточно взрослый, чтобы его называть «дядей».

— Это грубо, воин уровня Набель, мага третьего ранга, должен быть этого возраста.

— Набель просто великолепна.

Слух у Аинза был достаточно хорошим не только чтобы слышать Петра, но и услышать остальных троих, которые шептались между собой. Аинзу стало неудобно из-за того, что его назвали «стариком», но вполне понятно, почему его так назвали эти молодые люди. Если шестнадцать — достаточный возраст для того, чтобы считаться взрослым, тогда Аинз и вправду дядя.

— Теперь, когда вы увидели, как я выгляжу, я продолжу скрывать своё лицо. Мы можем попасть в лишние неприятности, если остальные узнают, что я иностранец, — сказал Аинз и снова надел шлем. Под шлемом появилась радостная улыбка. На всякий случай он наложил на себя заклинание иллюзии. Впрочем, оно было низкоуровневым, любой физический контакт его развеял бы. — Поскольку мы будем охотиться вместе, будет лучше, если мы заранее разберёмся с любыми проблемами. У вас к нам есть какие-либо вопросы?

— У меня! — громко выкрикнул Люклютер. Убедившись, что ни у кого больше вопросов нет, Люклютер ясным голосом спросил Нарберал: — Пожалуйста, скажи мне, какие отношения между вами двумя!

Наступила тишина. Аинз не знал, зачем Люклютер задал такой вопрос, но команда Петра прекрасно понимала, куда тот клонит.

— ...Мы товарищи.

После того как Аинз ответил, следующие слова Люклютера вызвали бурю негодования.

— Я в тебя влюбился! Это любовь с первого взгляда! Пожалуйста, давай пойдём на свидание!

Все посмотрели на Люклютера, зная, что он не пытается укрепить их отношения шуткой. Аинз перевёл взгляд на Нарберал, которая сейчас стала центром внимания, она сделала глубокий вдох и сказала:

— Заткнись, низшая форма жизни — слизняк. Знай своё место, или хочешь, чтобы, когда ты следующий раз раскроешь свой рот, я вырвала твой язык?

Тишина стала ещё глубже.

— Ах, нет...

Аинз хотел смягчить настроение, но Люклютер заговорил первым: «Спасибо за твой решительный отказ! Давай с этого начнём нашу дружбу!»

— Умри, низшая форма жизни. Как я могу подружиться с тобой, личинкой? Хочешь, чтобы я вычерпнула ложкой твои глаза?

Когда все отвели взгляд от спорящей пары, Пётр и Аинз поклонились друг другу и извинились.

— ...Моя спутница доставила вам хлопоты.

— Нет, это мне следует извиняться.

— Давайте просто убедимся, что здесь нет никаких проблем, хорошо? — сказал Пётр, посмотрев на всех и игнорируя радостного Люклютера и холодную Нарберал.

— Момон, давай выходить, когда вы будете готовы. Мы уже подготовлены.

Услышав слово «готовы», Аинз вдруг вспомнил. Он купил лишь минимум необходимого у владельца таверны. Хотя Аинзу и Нарберал не нужно было тратить время на то, чтобы есть и пить в таверне, будет подозрительно, если они не будут ничего есть, потому нужно подготовить немного еды.

— Хорошо. Будем выходить, когда мы запасёмся пищей.

— Вам нужна лишь еда? Если вам не нужно заходить в какие-либо особые магазины, то вы можете купить сухие припасы у стойки. Они быстро вам их подготовят.

— Неужели? Тогда отлично, мы быстро закончим приготовления.

— Что ж, идёмте.

Все поднялись и покинули комнату.

Вернувшись в гильдию, они увидели, что искателей приключений стало больше. Несколько групп шатались у доски объявлений, но почти все они глядели на одного молодого человека. Юноша со светлыми волосами говорил с работницей приёмной, а остальные две тоже внимательно слушали. Если до этого дела шли хорошо, то когда Аинз пришёл, всё повернулось на сто восемьдесят градусов. Лицо работницы... она открыла рот от потрясения и посмотрела прямо на Аинза.

Что случилось? Аинз недоумевал. Работница поднялась со своего места, подошла к нему и заговорила:

— Мы получили на ваше имя запрос работы.

Её слова радикально переменили атмосферу, и Аинз почувствовал, как на него откровенно уставились любопытные глаза. Члены Меча тьмы тоже удивились.

Видя странную перемену настроения, Нарберал слегка передвинулась. Это она готовилась к бою на случай чрезвычайных обстоятельств. Аинз начал беспокоиться. Дела плохи, Нарберал ведёт себя не очень хорошо. Она, наверное, посчитала это изменение ненормальным и приняла меры, чтобы защитить Аинза. Но сейчас это слишком заметно. По здравому смыслу для таких действий не было необходимости. Защита, конечно, шла первым приоритетом, но сейчас это слишком неразумно.

Это глупо. Альбедо такая же, что же они думают? Нет... они даже мозгами не пользуются. Поскольку они дискриминируют людей, то считают, что можно их давить, как букашек.

Поскольку все члены гильдии Аинз Оал Гоун были гетероморфной расы, вполне понятно, что у них будет такое отношение, но ведь нужно же учитывать правильное время и место. «Почему вы создали таких НИП?» — хотел спросить Аинз своих старых товарищей по гильдии. Неважно, какие у них настройки персонажа, но у них должна быть хотя бы базовая способность иметь дело с другими и они должны знать, как вести себя в зависимости от времени, места и обстоятельств, они должны уметь читать настроение! А сейчас на поучения времени нет. Если другие заметят, что Нарберал готовится к бою, даже представить себе нельзя, какой поднимется беспорядок.

Аинз тут же рукой ударил Нарберал по голове. Он не использовал полную силу, но от удара металлических перчаток, похоже, было больно. Когда сбитая с толку Нарберал посмотрела слезливыми глазами на Аинза, он оставил её без внимания и спросил работницу:

— Кто сделал запрос?

Аинз упрекнул себя, что спросил, ведь было очевидно, что это молодой человек перед ним.

— Да. Это господин Энфри Барел.

А ведь мы о нём только что говорили. Как только он об этом подумал, юноша к нему подошёл:

— Здравствуйте. Это я запрашиваю работу, — молодой человек кивнул, поприветствовав Аинза, который тоже кивнул в ответ. — А что до запроса...

Прежде чем молодой человек закончил, Аинз поднял руку и его перебил:

— Мои извинения, но я уже подписал контракт с другой группой, так что я не могу взять ваш.

Напряжение возросло, и члены «Меча тьмы» сильно заволновались.

— Момон! Это именной запрос.

Неужели именной запрос столь удивителен? Засомневался Аинз из-за реакции Петра, но...

— Может, оно и так, но перед этим я должен выполнить работу, за которую взялся, разве нет?

Суждение Аинза было правильным, стоявшие невдалеке искатели приключений тоже закивали в знак согласия. Но затем Пётр из доброй воли предположил:

— Н-но... наша работа не совсем запрос, мы даже не заплатим вам, если не встретим монстров... — неуверенно сообщил он, запинаясь.

Запрос работы от юноши, у которого была знаменитая бабушка, да и сам он был знаменит, — огромный шаг вперёд по сравнению с блужданием в поисках монстров. Вот почему Пётр был так сдержан. Аинз, сделав этот вывод, добродушно сказал:

— ...Как насчёт такого, Пётр. Барел не обговорил со мной детали контракта, оплату и время выполнения, я решу, когда его выслушаю.

— Меня это устроит. Я, конечно, хочу начать побыстрее, но день или два я подожду.

— Как насчёт того, чтобы позволить нашим друзьям из Меча тьмы послушать наш разговор? Если мы заключим сделку... нет, если мы не заключим сделку, позвольте мне взять работу, которую я обещал им.

— Э? Момон, а нам правда можно присутствовать?

— Да. Я желаю услышать ваше мнение как одной из затронутых сторон.

Получив согласие Меча тьмы, Аинз и остальные вернулись в комнату, с которой только недавно вышли.

Казалось, что всё идёт слишком быстро. Аинз снова скромно улыбнулся, сев на то же самое место. Нарберал села рядом, а юноша оставил между собой и Аинзом одно свободное место и тоже сел. Команда Меч тьмы, как и Аинз, сели на своих старых местах.

Первым заговорил юноша:

— Девушка в приёмной уже назвала моё имя, но позвольте я снова представлюсь. Я Энфри Барел, работаю в этом городе аптекарем. А суть вашей работы заключается в том, что я хочу отправиться в близлежащий лес. Как все знают, этот лес очень опасен, вот почему я хочу, чтобы вы, если это возможно, стали моим эскортом и помогли собрать травы.

— Телохранитель. Ясно, — спокойно кивнул Аинз, думая о сложности такой работы. Он знал, что силён, и вместе с Нарберал может уничтожить любого монстра. Но поскольку как Аинз, так и Нарберал были заклинателями, у них не было защитных способностей или навыков защиты других, он не был уверен в том, что справится с работой эскорта.

— Оплата будет высокой...

— ...Пожалуйста, подождите секунду. Работа эскортом больше подойдет вам, Пётр. Не хотите поработать?

— Э?

— Для задач по эскорту и собиранию трав помощь рейнджера Люклютера и друида Дайна будет более эффективной.

— Ох! Момон, у вас хорошая дальновидность. Друиды в лесу могут на полную использовать свою силу, они там становятся могущественнее рейнджеров, таких как Люклютер, — проговорил Дайн глубоким голосом, полным заносчивости; Люклютер с недовольством на него посмотрел.

— Что ты такое говоришь, Дайн!

— Учитывая способности друида, это неоспоримый факт! И не забывай, что я ещё немного изучал искусство медицины!

— Хмм... хорошо, Пётр, соглашайся. Я покажу, насколько я сильнее друида.

— Значит, все согласны. Мы будем охотиться на всех монстров, которых встретим, и тем самым заработаем дополнительные деньги. Пётр, как насчет того, чтобы разделить заказ господина Барела поровну между нами шестью?

— Если ты не против, Момон, мы возражать не станем.

— Господин Барел, простите, что заставили ждать. Вам будет удобно, если работу возьмут все присутствующие?

— Хорошо, я не возражаю. Тогда я полагаюсь на вас всех. И, пожалуйста, зовите меня просто Барел.

Группа Аинза начала себя представлять. Нарберал глядела на него с недовольством во взгляде, но всё же представилась.

— Теперь наш план: мы отправимся в деревню Карн и установим её нашей базой, а затем уже пойдём в лес, так мы всегда делаем. Количество дней, которые мы проведём за сбором трав, будет зависеть от того, хороший ли в этом году урожай трав. Но самое большее это три дня, обычно это занимает два дня.

— Как мы туда доберёмся?

— У меня есть лошадиная повозка, но она будет заполнена ёмкостями для трав, так что места свободного в ней не останется.

— В деревне Карн мы сможем пополнить запасы продовольствия?

— Воду сможем, но не еду. Эта деревня не очень большая.

Члены Меча тьмы начали обсуждать необходимые приготовления, задавая Барелу разные вопросы. Заметив это, Аинз к ним присоединился:

— Могу я задать несколько вопросов?

Видя, что юноша улыбнулся и кивнул, Аинз задал первый вопрос:

— Почему я? Я лишь недавно пришёл в этот город, так что я тут никого не знаю и я не знаменит. Но вы всё равно попросили меня, и поскольку вы упомянули, что это обычная практика, это значит, что вы нанимали раньше других искателей приключений, я прав? Что случилось с ними?

Под шлемом взгляд Аинза стал пронизывающим. Он не знал, почему юноша попросил именно его. Если его раскрыли, то необходима новая маскировка и другой подход. Аинз наблюдал внимательно, но поскольку половина лица юноши была прикрыта чёлкой, он плохо видел его глаза и не мог понять настоящие мотивы юноши. Аинз глубоко задумался, чувствуя сомнения. Энфри ответил:

— Ах, похоже, искатели приключений, которых я обычно нанимаю, покинули Э-Рантэл, и пошли в другие города. Вот почему я ищу новых. И ещё... от своих клиентов я слышал об инциденте в таверне.

— Инциденте в таверне?

— Да, я слышал, что кто-то с лёгкостью поднял и бросил искателя приключений, который был на один класс выше него.

— Ясно...

Тогда он хотел показать свою силу и увеличить славу. Юноша клюнул на удочку? Когда Аинз почувствовал облегчение, молодой человек указал на медную медаль, висевшую у Аинза на шее, и шутливо добавил:

— Да и искатели приключений с медной медалью дешевле, не так ли? Может, мы даже поработаем вместе более длительный срок.

— Ха-ха, и то верно.

Нанимать нового рекрута — Аинз понимал это чувство. Настороженность уменьшилась, но всё же нечто его по-прежнему беспокоило. Если то, что он сказал, и в самом деле правда... Пока Аинз думал, остальные ещё много чего спрашивали и Энфри по очереди им отвечал. Убедившись, что ни у кого больше нет вопросов, Энфри сказал:

— Давайте готовиться и отправляться в путь!

Часть 5

В середине ночи тёмная фигура плыла через великое кладбище Э-Рантэла. Одетая в чёрный плащ с капюшоном она двигалась, словно призрак — не шевеля ни плечами, ни талией. Фигура, ловко обходя кладбищенский магический свет, зашла во внутреннюю часть кладбища.

Дойдя до одного склепа, тень сняла капюшон. Это была молодая женщина лет двадцати от роду — на пике своей молодости. Она была стройной и красивой, похожей на кошку. Может, она выглядела мило, но под этим выражением лица скрывалась свирепость хищника, который может наброситься в любую секунду.

— Наконец-то дошла, — полушутя сказала женщина, ероша свою короткую и светлую челку, затем она толкнула каменную дверь склепа. Послышался звук удара металла о металл, такой же, как от кольчуги. Внутри склепа каменное основание, на котором обычно лежали мертвые тела, было пустым. Все подношения усопшим тоже были убраны.

Камень, похоже, вобрал в себя много благоуханий; сладкий запах раздразнил женщине нос. Она чуть насупилась и подошла к каменному основанию.

— Хмммм-хмм-хмм, да вот же он, — промурлыкала женщина и нажала на незаметный знак внизу. Когда он опустился, послышался щелчок, указывая, что механизм активировался. Мгновением позже послышался треск — плита медленно задвигалась, открывая взору ступени, ведущие вниз.

— Вхожууу, — беззаботно сказала женщина, протянув конец слова, и зашагала вниз. В середине свернув за угол, она прибыла в просторное место. Стены были земляными, но их обработали рабочие, так что не завалятся. Воздух был не стоячим, а свежим, ведь где-то работала вентиляция. Это место не было частью кладбища, оно было чем-то более зловещим. Со стен свисали странные гобелены, а внизу красные свечи, изготовленные из крови, испускали слабый свет и запах обугленной крови. Мерцающее пламя свеч творило бесчисленные тени. Недалеко виднелись несколько пещер, и все они смердели уникальным запахом низкоуровневой нежити. Женщина осмотрелась, и её глаза задержались на одном месте. — Эгей, тот, кто тут скрывается, гостья пришла.

Мужчина, который скрывался в тёмном уголку и следил за ней, содрогнулся.

— Приветик, я здесь, чтобы встретиться с Каджинчиком, он тут?

Мужчина не знал, что делать, он, когда услышал приближение её шагов, начал дрожать.

— Всё нормально. Свободен, — сказал другой мужчина, выйдя из тени. Он был тощим, глаза впалые, а цвет лица совсем отличался от здорового. У него на теле не было никаких волос, он не только был лысым, не было даже бровей и ресниц. Судить о возрасте было трудно, но он не был слишком стар, поскольку морщин не было. Этот мужчина был одет в тёмно-красную робу, а с шеи свисала цепочка, созданная из костей маленьких животных. Его руки были всё равно что кости, покрытые одной кожей, и в одной руке, ногти которой были немного желтоватыми, он держал чёрный посох. Он был больше похож на монстра-нежить, чем на человека.

— Здоров! Каджинчик.

Небрежный тон женщины заставил мужчину нахмуриться.

— Можешь не называть меня так? Это порочит имя Зуранона.

Зуранон.

Могущественная, злая и тайная организация с печально известным лидером, состоящая из заклинателей-ветеранов. Они были организаторами нескольких трагедий, и окружающие страны считали их своими врагами.

— Да ты что?..

Женщина, похоже, пропустила мимо ушей просьбу мужчины, он нахмурился ещё сильнее.

— ...Так почему ты здесь? Ты ведь знаешь, я тут подпитываю энергией Жемчужину смерти. Если хочешь доставить неприятностей, у меня есть способы с тобой справиться, — скосил взгляд мужчина, покрепче сжав посох.

— Как злобно, Каджинчик. А я хотела принести тебе это, — миловидно улыбнулась женщина, поискав что-то под плащом. Найдя нужный предмет, она счастливо его вытянула. Это была корона. Бесчисленное множество маленьких драгоценностей украшало золотые нити — будто капли на паутине. Тонкая работа. В центре короны — там, где должен быть лоб — находился большой камень, похожий на чёрный кристалл.

— Это! — слетело с языка мужчины. Он глядел на корону с расстояния, но был уверен: когда-то давно он видел именно эту корону. — Символ Принцессы-Мико, «Корона мудрости»! Разве это не одно из величайших сокровищ Слейновской Теократии?

— Угадал, я увидела её на милой девушке, но как же она ей не шла, вот я её и забрала. Но потом я была просто потрясена! Девушка взбесилась, стала берсерком и разбросала свои внутренности.

Женщина продолжала смеяться. Если кто-то украдёт «Корону мудрости», то состояние её текущего владельца — центральной фигуры на магических церемониях Слейновской Теократии, Принцессы-Мико — станет просто ужасающим. Просто невозможно, чтобы эта женщина, бывший член Тёмного Писания, не знала, что именно случится, если это сделать. В конце концов, ведь это дело Тёмного Писания посылать к богам взбесившуюся Принцесу-Мико после того, как с неё снимут корону, чтобы передать следующей Принцессе.

— Но ничего не поделаешь. Ведь только так я могла получить короночку. Это не моя вина, это вина создателя короны.

Было невозможно снять корону безопасно для владельца, разве что уничтожить. Корона запечатывала владельца, превращая его самого в высокоуровневый магический предмет, не должно было быть никого столь расточительного, кто решился бы убить кого-то такого. Но эта ненормальная это сделала.

— Пф, вещь, которую я украла ценой предательства Тёмного Писания, — просто мусор. Следовало бы прихватить божественный артефакт, оставленный Шестью Богами.

— Называть её мусором немного... — заговорил мужчина, но женщина, надув щеки, его перебила:

— Но она ведь мусор, не так ли? Её может надеть лишь одна из десяти тысяч женщин. Будет трудно найти кого-то подходящего за пределами Слейновской Теократии.

В регионе лишь в Слейновской Теократии был регистр граждан. Используя регистр, можно было легко найти кого-то подходящего для короны — жертву. А без него будет трудно найти подходящего кандидата даже с влиянием Зуранона.

— Ну да ладно, всё равно украсть тот божественный артефакт невозможно, его ведь охраняет сильнейший монстр Тёмного Писания, перешагнувший за пределы человеческих возможностей. В его венах течёт кровь шести Богов, вот же атавистический ублюдок.

— Полубоги... эти ребята и вправду столь сильны? Я лишь от тебя о них слышал.

— Это ещё мало сказано, сильны. Ты не знаешь, потому что информация секретна. Будет катастрофа, если тех, кто знает, допросят с помощью контроля разума. Говорят, что если такие новости просочатся наружу, начнётся война с оставшимися силами истинного Драконьего Короля. Это очень сильно повлияет на Теократию, может, она даже будет уничтожена, так что я надеюсь, что ты притворишься, что ничего не слышал.

— Звучит неправдоподобно.

— Ты так думаешь, потому что не видел этой силищи. Ладно, давай вернёмся к наболевшему: Каджит Дейл Бадантел, как один из двенадцати основных членов, вы готовы протянуть мне руку помощи? — Женщина наконец изменила свой тон.

— Ох, в конце концов, показала свой истинный облик? Двойник Императрицы Слёз... и не зови меня Дейлом, я больше не использую это имя.

— ...А ты не зови меня двойником Императрицы Слёз, договорились? Называй меня Клементина.

— ...Клементина, так чем же я могу тебе помочь?

— Разве в этом городе нет выдающегося человека с врождённым талантом? Этот паренёк, вероятно, сможет надеть корону.

— ...Ясно, этот известный человек. Ты что, не можешь выкрасть одного человека самостоятельно?

— Могу, но я, когда примусь за дело, хочу создать хаос.

— Ясно... и во время хаоса сбежать...

— Я могу помочь тебе с ритуалом, ну так что? Это ведь великолепная сделка?

Каджит искоса на неё посмотрел, зловеще улыбаясь:

— Вот и чудесно, Клементина. Если желаешь помочь, фестиваль смерти будет завершён с опережением графика. Нет проблем, я сделаю всё от меня зависящее, чтобы тебе помочь.

Глава 2. Путешествие

Часть 1

Из города Э-Рантэл в деревеньку Карн вело две дороги, позволяющие путешествовать на запряжённой лошадью повозке. Поехать на север, по краю объезжая лес справа. Или поехать на восток, а затем повернуть на север. На этот раз выбрали первый путь.

Поскольку на краю леса вероятность встретить монстров была выше, с точки зрения телохранителя ехать этой дорогой было плохим решением, но тем не менее все выбрали этот путь. Это сделали, чтобы выполнить обещание Аинза Петру и поохотиться на монстров. Хотя недостатков было намного больше, нежели преимуществ, они всё же без опасений выбрали этот путь, ведь с ними были Момон и Набель. К тому же сильно на них повлияло то, что когда они покинули город, Нарберал показала магию третьего ранга «Молнию».

И технически они не входили в лес. Они путешествовали на границе леса и равнины, так что монстры тут не должны быть слишком сильными. Со способностями группы они должны с ними справиться. Более того, встречи с монстрами позволят членам группы проверить боевую мощь друг друга. Вот почему они и выбрали эту дорогу.

Когда они покинули Э-Рантэл, солнце было в зените; вдалеке виднелся густой, старый лес. Роскошные ветви и листья гигантских деревьев были столь густы, что в лес не доходил солнечный свет. Казалось, словно лес поглотила тьма. Бреши межу деревьями были похожи на зияющие пасти, ожидающие добычу. От этой жути группе стало не по себе.

Они образовали вокруг повозки защитный круг. Вёл повозку Энфри, рейнджер Люклютер шёл впереди повозки, воин Пётр шёл слева, друид Дарвин и заклинатель Нинья — справа, а Аинз и Нарберал сзади. Поскольку обзору ничего не мешало, никто не был настороже. Однако Пётр вдруг посерьёзнел:

— Момон, дальше будут опасные земли. Мы не встретим монстров, с которыми не сможем справиться, но на всякий случай лучше быть осторожными.

— Понял, — кивнул Аинз и кое о чем подумал.

Будь это игрой, встреченный монстр зависел бы от места, но реальность не такая. Кто знает, какой трудный враг может сюда забрести.

Судя по битве в деревне Карн, которая произошла несколько дней назад, и по информации, которую достали при допросе заключенных из Писания Солнечного света, Аинз был уверен, что силён. Но это была его сила как заклинателя. Сейчас же он носил созданную магией броню, и потому не мог использовать большинство своих заклинаний. Сможет ли он с подавленной силой играть роль авангарда? И не только это, ведь условия победы не в том, чтобы уничтожить врага, а в том, чтобы всецело защищать нанимателя, в этом случае Энфри. Размышляя об этом, Аинз почувствовал тревогу.

Если положение будет критическим, он собирался развеять свою броню, но в таком случае придётся убить попутчиков или хотя бы изменить им память. Аинз не желал этого делать.

Слишком много хлопот.

Аинз повернул голову и посмотрел на Нарберал, которая кивнула, ощутив его взгляд. Они заранее обговорили, что при крайней необходимости Нарберал применит магию более высокого ранга, вплоть до пятого, в надежде разрешить проблему. Если этого будет недостаточно, Аинз развеет свою броню и начнет драться серьезно.

Увидев, что пара переглянулась — Аинз по-прежнему был в закрытом шлеме — Люклютер это неправильно понял и, заигрывая, пошутил с Нарберал:

— Всё будет хорошо, не волнуйся. Пока не будет неожиданной атаки, слишком сложно не будет. А когда я слежу за окрестностями, ни один враг не пройдет незамеченным. Я ведь силён, да, Набелька?

Нарберал проигнорировала Люклютера и его серьезное выражение на лице.

— Момон, могу я раздавить эту... низшую форму жизни — комара?

— Холодные слова Набельки просто великолепны! — поднял большой палец Люклютер, не обратив внимания на безжалостность в ответе Нарберал. Все неловко улыбнулись. Они предположили, что она считает не всех людей низшими формами жизни, а только особых.

Аинз отклонил искреннюю просьбу Нарберал, почувствовав, что несуществующий живот начинает болеть. Сейчас они путешествуют с людьми, поэтому он желал, чтобы она держала такие мысли при себе. Энфри, похоже, что-то не так понял, и встрял:

— Всё будет хорошо. Отсюда до деревни Карн мы на территории «Мудрого Короля Леса», могущественного монстра. Если только нам сильно не повезет, монстров мы не встретим.

— Мудрый Король Леса?

Аинз вспомнил информацию, собранную в деревне Карн. «Мудрый Король Леса» — монстр, способный использовать магию, он обладает невероятной силой. Он живёт глубоко в лесу, так что его видели крайне редко, но живёт он уже очень долго. Некоторые даже говорят, что это серебристо-белый четырехлапый зверь со змеиным хвостом, которому несколько сот лет.

Я хочу его встретить. Не уверен, правдивы ли слухи, но он может обладать невероятными знаниями, если прожил так долго. Ведь, думаю, он получил прозвище Мудрый Король Леса не просто так. Если я смогу его словить... он увеличит силу Назарика. Аинз представил, как монстр может выглядеть. Из вымерших зверей какие-то были похожи на мудрых... некие обезьяны... ах, орангутанги. Лесной житель... мудрец? Со змеиным хвостом... А такой монстр вообще существует? Думая о различных монстрах Иггдрасиля, Аинз наконец нашёл ответ:

Это Нуэ!.. Голова обезьяны, тело енота, лапы тигра и хвост змеи... не уверен, из Иггдрасиля ли этот монстр, но, вполне возможно, его можно призвать, как тех ангелов.

Пока Аинз думал об Нуэ из Иггдрасиля, Люклютер снова начал флиртовать с Нарберал:

— Хммм, если я выполню свою работу безупречно, ты изменишь обо мне своё мнение?

Нарберал с отвращением щелкнула языком. Люклютер повёл себя так, будто его ранили, но никто его не утешил. Все считали их взаимодействия комедией. Под палящим солнцем группа неторопливо болтала. Их обувь измазалась соком примятой травы, запах которой был довольно заметным. Глядя, как группа истекает потом, Аинз сказал спасибо своему бессмертному телу. Его не тревожил яркий солнечный свет, и он не устал носить тяжёлые доспехи. Лишь Люклютер оставался оживлённым, он то и дело шутил, пока группа молча шла.

— Эй, вы все, не нужно быть столь осторожными, я ведь на стрёме. Набелька верит в меня, глядите, какая она спокойная.

— Не из-за тебя. А из-за того, что тут Момон, — нахмурилась Нарберал. Думая, что всё может выйти из-под контроля, Аинз положил руку ей на плечо, и её лицо тут же смягчилось.

Наблюдая за их взаимодействием, Люклютер спросил:

— Скажите, Набель, Момон, вы пара?

— П-пара? Ч-что ты говоришь! Это Альбедо!

— Ты! — Аинз прокричал. — Что ты говоришь, Набель!

— Ах! — Широко открыв глаза, Нарберал прикрыла рот руками. Аинз кашлянул и холодно заговорил:

— Люклютер, можешь, пожалуйста, не делать беспочвенных предположений?

— Ах... моя вина. Просто шучу. Хм... может быть, у тебя уже есть вторая половинка?

То, как Люклютер поклонился, показывало, что он вовсе не сожалеет, но Аинз уже не был столь сердит, как прежде. Взять в компаньоны Нарберал было и вправду глупым решением. Впрочем, у него всё равно не было выбора, тогда он мог положиться лишь на неё. Почти все НИП в гильдии Аинз Оал Гоун были гетероморфной расы. В человеческий город можно было взять лишь некоторых из них. Нарберал хотя бы притворялась человеком и выглядела человеком... вот только он забыл учесть её характер. Может, больше подошла бы другая боевая горничная, Люпус Регина Бета, но уже слишком поздно что-то менять.

Из-за ошибки лицо у Нарберал побледнело, так что Аинз нежно похлопал её по спине, чтобы успокоить. Хороший начальник должен прощать первую ошибку подчинённого. Но если она повторит ошибку, нужно будет подобающе её отчитать. Ведь если она станет подавленной или замкнётся в себе, это негативно скажется на миссии. Да и она упомянула лишь имя Альбедо. Нет необходимости изменять воспоминания... наверное.

— Люклютер, прекращай заниматься дерьмом и оставайся начеку.

— Понял.

— Момон, извини за грубость моего товарища. Лезть в дела других — неправильно.

— Не волнуйся. Если он это запомнит, я пропущу это мимо ушей.

Они вдвоём посмотрели Люклютеру в спину и услышали, как то пробормотал: «Вах... Набелька теперь меня ненавидит. Угу, она думает обо мне совсем плохо», — и тоскливо опустил голову.

— Вот глупец!.. Я позже его отчитаю. А пока сделаю вид, что ничего не слышал.

— Что ж, мне придётся тебя этим побеспокоить. Поскольку Люклютер на страже, давайте оставим его в покое. А пока я хотел бы кое-что узнать.

— Без проблем. Он доставил тебе неприятности, так что пусть работает.

После того как Пётр в знак признательности улыбнулся, Аинз перешёл на сторону Ниньи и Дарвина. Он поменялся местами с Дарвином, который затем пошёл рядом с Нарберал.

— У меня есть несколько вопросов относительно магии.

Энфри тоже заинтересованно посмотрел в их сторону. После кивка Ниньи Аинз заговорил:

— Если человека заколдовать или контролировать магией, он может выдать тайную информацию. В качестве контрмеры есть ли заклинания, которые условно могут убить этого человека, когда он ответит на несколько вопросов?

— О такой магии я слышу впервые.

Аинз повернулся и из-под шлема посмотрел на Энфри.

— Я тоже никогда о ней не слышал. Магия, которая может что-то изменить или усилить, может активироваться после фиксированного промежутка времени, но не настолько хорошо, как ты говоришь.

— ...Ясно.

Аинз разочаровался, что не услышал ответ, на который надеялся. Так что проблема того, как использовать выживших членов Писания Солнечного света, подождёт. Выжило лишь несколько, но избавляться от них будет расточительством. Чтобы понять магическую теорию того, почему члены Писания Солнечного света после смерти исчезли, на нескольких живых было проведено вскрытие, что оказалось поистине расточительным. Поскольку они умерли так легко, не будет ли лучше вытянуть из оставшихся больше информации? Потерять одного человека — всё равно что отказаться от возможности задать три вопроса.

Прискорбнее всего была потеря Нигана, умершего первым. На паре простых вопросов они потеряли того, кто, наверное, обладал наибольшим количеством сведений. Но эта оплошность научила Аинза тому, что использовать знания из Иггдрасиля в этом мире недостаточно, так что смерть Нигана не была полностью напрасной. Лучше смотреть на светлую сторону, оплошность ведь тоже его многому научила.

Пока Аинз расстроено обо всём этом думал, объяснение Ниньи продолжилось:

— Впрочем, о магии я знаю не так уж и много. Заклинатели, которых спонсирует и обучает страна, вероятно вполне могут создать такое заклинание. Священники Слейновской Теократии получают основанное на вере магическое образование. У Империи есть мистики, варлоки и маги, которые обучаются в колдовских школах. Не будет ничего удивительного в том, если другие страны, такие как Союз Агранд, смогут использовать магию драконов.

— Ясно. С поддержкой всей страны нет ничего удивительного в том, что может появиться любая магия.

По информации, которую он получил ранее, Союзом Агранд называли страну, созданную полулюдьми. Политику там устанавливали советники. Говорят, что самыми могущественными были Советники пяти драконов. Союз был потенциальной угрозой для Слейновской Теократии, проповедовавшей принцип человеческого превосходства. Аинза заинтересовала эта страна, но он до сих пор строил свою базу и не мог выделить время на расследование. Одно выполнение текущего плана и так исчерпало много ресурсов Назарика.

— Могу я спросить кое-что ещё?

Аинз задал Нинье другие вопросы и почувствовал удовлетворение. Нинью и Петра он спрашивал о многом. «Они что, до сих пор болтают?» — глядели на них таким взглядом остальные члены Меча тьмы. Они говорили о заклинаниях, боевых навыках, искателях приключений, новостях о соседних странах, об очень, очень многом. Хотя вопросы следовало задавать с осторожностью, ответы были очень полезны. Аинз был уверен, что узнал об этом мире много нового.

Но этого было недостаточно. Об одном он узнавал, а вопросов появлялось всё больше, в особенности когда дело касалось магии. Мир, построенный с магией в качестве основы, сильно отличался, это очень удивило Аинза. Самая большая разница была в уровне цивилизации. На первый взгляд тут были средние века, но на самом деле мир лишь на несколько поколений отставал от мира Аинза; а что-то было уже на современном уровне. И всё это развитие было вызвано магией. Узнав это, Аинз сдался исследовать технологии этого мира. Просто невозможно сравнивать магически развитый мир с научным. Здесь существовала магия, создающая соль, сахар и специи, и люди также использовали земледельческие заклинания, чтобы восстанавливать питательность почвы, вместо чередования посевов. И море было не солёным! Эта информация совершенно отличилась от того, что Аинз считал здравым смыслом.

Аинз осторожно удовлетворил своё любопытство. Через некоторое время:

— Есть движение, — вдруг напряженно сказал Люклютер. Его тон полностью отличался от того, которым он флиртовал с Нарберал. Сейчас он выглядел как профессиональный искатель приключений, ветеран. Все выхватили оружие и посмотрели в ту сторону, куда указал Люклютер.

— Где?

— Там. Прямо там.

В ответ на вопрос Петра Люклютер указал в уголок массивного леса. Видимость была плохой, ведь мешали деревья, и не было видно никаких движений. Но тем не менее никто не усомнился в Люклютере.

— Что будем делать?

— Не будем сходить с дороги. Если оно останется в лесу, просто пройдём мимо!

— Давайте набросаем план и поставим Энфри позади!

Пока они громко это обсуждали, в лесу что-то зашевелилось. Монстры себя показали. Пятнадцать созданий ростом с человека окружали шестерых гигантских существ. Первыми шли полулюди — гоблины. На скрученном лице плоский нос, а с крупного рта торчат острые клыки. Кожа тёмно-коричневая, а неряшливые чёрные волосы, казалось, настолько грязны, что слепились в один комок. Одежда рваная, пепельно-коричневого цвета — грязная и выцветшая. А поверх доспехов они носили крашенные шкуры. В одной руке дубина, а в другой — маленький щит. Помесь обезьяны и человека, злой монстр.

Гигантские существа были два с половиной — три метра в высоту. Из-за резко выступающей челюсти они казались туповатыми. Спины у гигантов были сгорблены, и мускулистые, толстые как дерево руки почти доставали земли. Каждый держал в руке ствол дерева с отломанными ветками, а одеты они были лишь в неокрашенную шкуру у талии. Даже с такого расстояния от них несло вонью. Полная бородавок кожа была пепельно-коричневого цвета. Широкая грудь и брюшные мышцы, казалось, довольно крепки. Они выглядели очень сильными, будто побритые гориллы — монстры-полулюди, известные как огры.

Почти у всех монстров были обшарпанные сумки, которые, похоже, использовались для длительных путешествий. Выйдя на равнины, монстры посмотрели на группу Аинза. Хотя до них было ещё далековато, на их рожах была видна враждебность.

— ...А их довольно много. Похоже, битвы не избежать.

— Да, ты прав. Гоблины и огры атакуют, когда видят меньшую группу. Или, скорее, их интеллект говорит сравнивать боевую мощь по количеству, что немного хлопотно.

Аинз познал на своём опыте, что этот мир — не игра, но кое-что его всё равно сбило с толку. По росту и цвету кожи можно было сказать, что каждый огр и гоблин имеет разные характеристики, а значит, что они — личности. Казалось, будто они столкнулись с двадцать одним разным монстром.

— Реальность отличается от игры? — Будто он вступает в зону без пошагового руководства и сражается с неизвестными монстрами, эта встреча напомнила Аинзу то чувство, которое у него было, когда он сражался в деревне Карн. Аинз пробормотал это голосом, который никто не услышал.

— Ну, тогда, Момон.

— ...Ох, что такое?

— Мы согласились, что каждый берёт половину врагов, которых мы встретим, но что будем делать теперь?

— Разве нельзя разделиться на две команды и расправиться с нападающими врагами?

— Будет плохо, если они все побегут в одну сторону. Набель может использовать магию на местности, вроде «Огненного шара», и расправиться со всеми ними?

— «Огненный шар» я использовать не могу. Моё сильнейшее заклинание — это «Молния».

Аинз вспомнил, что это ограничение дал ей он.

— «Молния» — это заклинание, поражающее врагов в ряд?

— В таком случае как насчёт того, чтобы мы выманили их в ряд, чтобы она расправилась с ними с одного удара?

— Нужно будет построить линию обороны, чтобы их сдерживать...

— Я об этом позабочусь. Могу я попросить всех защитить Энфри в повозке?

— Момон...

— Если меня побеспокоит простой огр, окажется, что я грозен лишь на словах. Пожалуйста, смотрите, как я с легкостью избавлюсь от огров.

Уверенный голос Аинза сказал членам Меча тьмы, что это лучший план. Это дало им чувство безопасности.

— Хорошо. Но мы не будем праздно наблюдать, пока враги атакуют. Мы сделаем всё возможное, чтобы помочь со стороны.

— Тебе нужна магия поддержки?

— Ах, нам это не нужно. Друзья из Меча тьмы, пожалуйста, поддержите собственных товарищей по команде.

— Как пожелаешь. Слушайте все, если битва начнется в этих условиях, не попытается ли враг убежать, мы ведь возле леса?

— Как насчёт нашей обычной тактики? Выманим их подальше.

— Отлично! Поскольку врагам даст отпор Момон, что насчет тех, кто проскочит, Пётр?

— Я активирую свой боевой навык «Крепость», чтобы держать под контролем огров. Дарвин, ты остановишь гоблинов. Нинья, наложи на меня защитную магию, затем сосредоточься на атакующей магии. И ещё, может это и не обязательно, но, пожалуйста, следите за безопасностью мисс Набель. Люклютер, позаботься о гоблинах. Если проскочит какой-то огр, останови и его. В этом случае Нинья поставит себе приоритетом уничтожение гоблинов.

Все переглянулись и кивнули, показывая, что поняли указания. План битвы был плавно установлен — просто отличная совместная работа. Аинз был впечатлен. Он вспомнил дни Иггдрасиля. Когда он часто охотился со своими товарищами, на поле боя у них была идеальная командная работа. Выманивать, танковать, выбирать цель для атаки. Поскольку они знали способности друг друга, они в такой манере могли сражаться в группе. Аинз был немного предвзятым, но всё же он был уверен, что взаимодействовать в такой маленькой группе было не так уж и легко. Меч тьмы был не на их уровне, но немного сходства он увидел.

— Момон, кроме магии, тебе нужна какая-либо поддержка?

— Нет. Нас двоих будет достаточно.

— Вы и впрямь... очень уверены, — немного с опаской сказал Пётр. Если те, кто отвечают за линию обороны, упадут, это приведет к эффекту домино — развалится вся команда. Скорее всего, именно об этом он беспокоился. В конце концов, это ведь не игра, на кону их жизни.

— Увидишь, как только мы начнём.

Этим предложением Аинз завершил разговор.

— Начинаем, когда будете готовы.

Люклютер натянул тетиву своего составного длинного лука, пока тот не заскрипел. Резкий звук — и стрела полетела прямо на гоблинов, приземлившись за десять метров от них. Гоблины начали глумиться. Они смеялись, ведь Люклютер промазал. Гоблины тоже не могли попасть по цели на расстоянии сто двадцать метров, но они, видно, об этом позабыли. Их атаковали, а численное превосходство ведь у них, гоблины налились яростью и начали что-то громко выкрикивать в сторону Люклютера. Огры следовали за ними. Они потерялись в жажде крови, они не выстроились в ряд, и не выставили щиты. Их разум опустел.

Убедившись в этом, Люклютер улыбнулся.

— Погляди на это...

На расстоянии девяносто метров он выстрелил снова. Удар был точным, стрела пробила голову гоблина. Тот, отшатнувшись назад на пару шагов, упал замертво. Расстояние уменьшилось, но Люклютер не выглядел напряжённым. Он верил, что кто-то его защитит, даже если враг окажется прямо перед носом.

— Усиление брони.

Сзади на Люклютера от Ниньи полетели защитные заклинания. Слыша голос товарищей, Люклютер достал ещё одну стрелу. Он выстрелил на расстояние пятьдесят метров, попав в голову ещё одному гоблину. В это время Пётр и Дарвин также начали действовать.

Гоблины были проворными и быстрыми, но у огров был широкий шаг, так что двигались они почти с одной и той же скоростью. Но после того как они пробежали по равнине примерно сто метров, огры со своими мощными ногами оказались впереди. Для магии, бьющей по площади, монстры ещё были слишком далеко.

Но этого было достаточно для Дарвина, поскольку у него была задача задержать одного из огров.

— Природное связывание, — наложил заклинание Дарвин и трава под ногами у огра начала извиваться, превращаясь в лозу и опутывая его. Неестественно прочные цепи из растений связали огра, заставляя того рычать от злости.

В это время Аинз непринуждённо шёл вперёд с Нарберал позади. Они шагали, будто на прогулке, а не перед монстрами. Когда лидирующий огр уже был близко, Аинз протянул руки за спину, схватившись за рукояти мечей. А Нарберал свой меч достала из-под плаща.

Чертя большую дугу, перед Аинзом появилось два клинка. Яркий свет, попавший в поле зрения, заставил членов Меча тьмы ахнуть.

Два меча в руках Аинза сильно бросались в глаза и были более полутора метров в длину. Они больше походили не на инструменты войны, а на дорогое произведение искусства. Гравировка в желобках мечей напоминала две переплетённые змеи. А кончик мечей расширялся, будто веер, испуская холодное, резкое сияние.

Героическое оружие.

Мечи в руках Аинза были прославленными мечами Героя. Его фигура заставила команду Меч тьмы снова ахнуть. Если предыдущая сцена вселяла благоговение, то из-за текущей они потеряли дар речи.

Чем длиннее меч, тем он тяжелее. Даже оружием, на которое наложены чары уменьшения веса, не так-то просто пользоваться. Из этого короткого путешествия они поняли, что у Аинза невероятная сила рук, но по здравому смыслу они просто не могли поверить в то, что кто-то с такой лёгкостью может поднять такие колоссальные мечи.

Но...

Но Аинз махал ими, будто какими-то деревяшками, этот образ поистине повергал в трепет.

— Момон... кто же ты такой... — от имени всех сказал Пётр, вздохнув. Как воин он понимал, насколько сильными должны быть руки, чтобы использовать такую могущественную технику. Он не знал, сколько времени нужно тренироваться, чтобы достичь такой стадии, это его потрясло. Он понимал, что они в разных лигах, но сцена перед глазами всё равно заставила дрожать ноги.

Даже тупые гоблины испугались, они замедлили свой безрассудный темп и сделали крюк в сторону Петра и остальных.

Только глупые огры, уверенные в силе своих рук, продолжали наступать на Аинза. Дистанция уменьшилась и лидирующий огр поднял дубину. Мечи в руках Аинза были огромными, но у дубины огра был более широкий радиус атаки. Когда огр замахнулся, Аинз уже вошёл в этот радиус.

Он был словно ветер. А взмах гигантского меча в его правой руке был даже быстрее. На мгновение показалось, что остаточный образ белой вспышки прорезал само пространство.

Этот рубящий удар был слишком впечатляющий, хотя он был направлен не на членов Меча тьмы, они ощутили, будто наблюдают за смертью прямо рядом с собой.

Он закончил всё одним ударом. Аинз переключил внимание на следующего огра. Будто ожидая, пока Аинз уйдёт, верхняя половина зарубленного огра постояла немного и наконец упала на землю; нижняя половина продолжала стоять. Брызнула кровь и на землю вывалились органы, появился резкий запах, доказывая, что это не иллюзия.

Диагональный разрез был очень ровным.

Битва была в самом разгаре, но, будто остановилось само время, обе стороны замерли, молча глядя на эту невероятную сцену. Убийство с одного удара. Даже огр с громоздким телом не смог избежать такой участи — был перерублен пополам.

— ...Невероятно, — кто-то прошептал. Но на замолчавшем поле боя голос слышался ясно.

— ...Невообразимо. Он превзошёл мифриловый ранг и достиг орихалкового... нет, неужели он адамантового ранга?

Перерезать надвое одним ударом.

Просто невозможно. Может, на такое и способны несколько мечников или те, кто обладает могущественным магическим оружием. Но если держать двуручный гигантский меч в одной руке, будет трудно за один удар высвободить силу, достаточную для того, чтобы перерезать врага пополам, это здравый смысл. Двуручное оружие ведь и предназначено для того, чтобы его держать двумя руками. Весь смысл этого в том, чтобы для атаки использовать как центробежную силу, так и вес меча; он не предназначен для силы одной руки.

Потому или меч Аинза усилен могущественной магией, или одна рука Аинза сильнее, нежели две руки обычного воина. Или оба этих предположения верны. Видя эту шокирующую сцену, огр подсознательно остановился, у него на лице появился ужас и он попятился. Аинз ускорился, чтобы сократить расстояние.

— Что? Не идёшь? — Спокойный и тихий голос прозвучал на поле боя. Такого простого вопроса было достаточно, чтобы испугать огров — ведь они видели разницу в силе. Аинз приблизился к другим ограм просто на невероятной скорости, на скорости, которой просто не может обладать человек в такой броне.

— Вааарг!.. — огр издал вой — что-то среднее между воплем и криком, поднимая дубину, чтобы встретить атаку Аинза. Но все поняли, что он слишком медленен. Приблизившись, Аинз взмахнул гигантским мечом в левой руке горизонтально. Верхнюю половину тела огра подбросило в воздух, и она приземлилась довольно далеко от нижней половины.

Это был горизонтальный удар, перерубивший огра с одного раза.

— Момон... он монстр?..

Снова потрясённые сценой перед глазами, никто не возразил на слова Дарвина.

— ...Теперь остальные... — Аинз сделал шаг вперёд, уродливые лица огров застыли, они попятились ещё быстрее.

Тем временем гоблины, сделавшие большой крюк вокруг линии обороны Аинза, напали на Петра и остальных. Члены Меча тьмы, глядевшие на бой, заметили гоблинов и начали действовать.

Пётр поднял палаш и большой щит, принимая на себя десяток или около того гоблинов. Удар меча — и голова лидирующего гоблина полетела. Пётр уклонился от брызнувшей крови, и началась схватка с гоблинами.

— Вот тебе!

Гоблины обнажили свои жёлтые зубы и издали какие-то булькающие звуки. Пётр ловко прикрылся щитом от гоблинских палиц, но тут атаковал другой гоблин — послышался глухой стук, это Пётр магически укреплённой бронёй выдержал его удар.

— Магическая стрела.

По гоблину, который попытался напасть на Петра сзади, ударили две магические стрелы, и он тихо упал на землю. Половина окруживших Петра гоблинов кинулись на остальных троих членов группы, они все оставили без внимания Нарберал, стоявшую позади Аинза — вихря смерти. Опустив длинный лук, Люклютер из ножен на талии вынул короткий меч. Вместе с Дарвином, державшим свою булаву, они побежали на линию огня Ниньи.

Люклютер и Дарвин набросились на пятерых гоблинов — действовали очень слажено. Они убивали их одного за другим, но в текущем положении это займет много времени. Люклютер скривился от боли — один из гоблинов палицей попал ему по руке, когда он воткнул палаш в щель между кожаными доспехами гоблина. Дарвин пропустил пару ударов и немного замедлился, но серьёзных ранений он не получил.

У Ниньи на лице было напряжение, ведь бой был свирепым, а нужно было сберегать магию. На некоторых огров было наложено заклинание слепоты, и если положение изменится, Нинье придется иметь с ними дело.

Пётр наравне сражался с шестью гоблинами — напряжённый бой. На них не накинулось одиннадцать гоблинов, потому что те колебались. После того как они стали свидетелями невероятного удара Аинза, мораль у гоблинов упала, они не могли решить, бежать или продолжать бороться.

Будто чтобы полностью разбить мораль гоблинов, Аинз взмахнул своим гигантским мечом. За звуком разрезания ветра последовал глухой стук. Дважды подряд. Как все и ожидали, число мёртвых огров продолжало расти. Продолжали цепляться за жизнь лишь двое, первый был связан травой, а второй дрожал перед Аинзом.

Аинз повернулся к последнему огру. Тот, похоже, через тонкие щели шлема почувствовал взгляд Аинза, он опустил свою палицу и, издавая странные стоны, побежал в лес. Он бежал быстрее, нежели недавно шёл в атаку, но невозможно, чтобы он сбежал.

— Набель, действуй, — он отдал холодную команду, и Нарберал, стоявшая за ним, чуть кивнула.

— Молния.

С яростным треском молния понеслась вперёд и со звуком грома ударила убегающего огра. Она также прошла через огра, который невдалеке был связан травой. Два огра были с легкостью убиты.

— Бежим!

— Бежим, бежим!

Гоблины, в отчаянии смотревшие на эту сцену, попытались сбежать, но Пётр оказался быстрее. Улепетывающие гоблины не представляли угрозы. Группа по одному поубивала их всех. Заклинания летели и от Ниньи — больше сберегать магию было не нужно. Гоблины стали трупами, никто не убежал. На фоне резкого запаха трупов, Дарвин «Малым лечением» вылечил раны Люклютера и Петра. Сейчас свободный Нинья достал кинжал и отрезал гоблинам уши.

Сдав уши, они получат награду. Конечно, не всегда нужно было отрезать уши, это зависело от монстра. Но для полулюдей вроде огров и гоблинов это в большинстве своём были уши.

Заклинатель Нинья, умело орудуя ножом, увидел, как Аинз и Нарберал, похоже, что-то ищут около огра.

— Что-то не так?

Услышав вопрос Ниньи, Аинз поднял голову и ответил:

— Ах, я просто думал, что... может, с этих монстров упадут предметы, такие как кристалл.

— ...Кристалл? Я никогда не слышал, чтобы огры обладали драгоценностями.

— И то верно. Мне просто было интересно, есть ли тут редкие предметы.

— Да, было бы здорово, если б огры обладали сокровищами, — ответил заклинатель, отработанными движениями отрезав уши огров. — Момон... ты и вправду силён. Мы все знали, что ты воин, уверенный в своих способностях, но не представляли, что ты настолько хорош.

Услышав слова Ниньи, остальные трое завершили лечение и сказали Аинзу:

— Удивительно! Я ведь тоже воин, ты внушал благоговение! Как ты натренировал такую силу рук?

— Я думал, что ты богат, поскольку с Набелькой, но насколько же редкое сокровище этот меч? Я никогда не видел такого ценного меча.

— Глубоко внутри я чувствовал, что в гильдии ты сказал правду, ты и впрямь на уровне знаменитого сильнейшего воина Королевства, впечатляюще.

На лице стоявшей рядом Нарберал было гордое выражение, но Аинз просто помахал руками:

— Вы слишком сильно меня хвалите, мне просто повезло.

— Повезло...

Группа Петра неловко улыбнулась.

— ...После этой битвы я от чистого сердца соглашусь с высказыванием, что всегда есть кто-то сильнее.

— Когда-то все смогут достичь моей силы.

Слова Аинза заставили их улыбнуться ещё более неловко.

Группа Петра усердно работала, чтобы стать сильнее и не тратила даром награду, которую зарабатывала, они использовали всё, чтобы себя усилить. И поскольку они были такими товарищами, все были в хороших отношениях. Даже вспоминая свои усилия, они не могли представить, что когда-нибудь смогут достичь уровня Аинза. Для группы Петра позиция Аинза была абсолютной вершиной, которой может достичь лишь горстка людей.

Этот человек точно станет знаменитым героем, великим человеком, стоящим на вершине искателей приключений.

Они все в это верили.

Часть 2

Группа начала готовить лагерь, хотя до заката ещё было далеко. Аинз взял деревянные колышки, которые ему передали, и разложил вокруг того места, где будет лагерь. Поскольку нужно было вместить целую карету, место для лагеря разрослось примерно на двадцать метров в диаметре — довольно большая область. Он забил колышки в землю в четырёх разных местах и связал их тонкими, чёрными верёвками, образуя квадрат. Затем в центре веревок он связал узел, протянул его до палаток и присоединил к большому колоколу. Это была сеть раннего предупреждения.

Пока Аинз забивал колышки, к нему сзади подошла Нарберал... Она должна сейчас быть занятой собственными задачами... было бы чудесно, если б она уже их закончила, но если её снова спровоцировал Люклютер, нужно с ней переговорить... Приняв такое решение, Аинз обернулся и увидел, что Нарберал подавляет кипящие эмоции, она прошептала:

— ...Момон, почему вы занимаетесь такой рутиной?

Когда Аинз понял, почему она разгневана, то вздохнул с облегчением. Он посмотрел на неё и тихо сказал:

— Все трудятся, чтобы обустроить лагерь, будет странно, если я один буду шататься без дела, разве не так?

— Разве вы не показали им своё исключительное боевое мастерство? Работа должна подобать человеку, такие задания следует оставлять слабакам.

— Не говори так. Послушай, это наш дебют как могущественных искателей приключений, но нам не следует быть высокомерными. Будь осторожна в том, что говоришь и что делаешь.

Нарберал кивнула, но выглядела недовольной. Она делала так лишь потому, что приказал Аинз. Учитывая, какое она сделала лицо, её преданность явно подавляла её недовольство. С другой стороны, Аинз тревожился, что из-за этого они могут ненароком оступиться. Он наслаждался свежим воздухом и пейзажем. Поскольку он не мог испытать этого ни в реальном мире, ни в Иггдрасиле, это освежало. Хотя чтобы начать потребовалось много времени, эта поездка напомнила Аинзу дни Иггдрасиля, когда он ходил в приключения на поиски неизвестного. Если бы в этот мир не перенёсся весь Великий Склеп Назарика, и я бы здесь оказался один, то, наверное, начал бы путешествовать по миру.

Тело нежити не требовало ни пищи, ни воздуха. Он мог на своих двоих покорять горы или заходить глубоко в море. Он мог наслаждаться неизвестными красами этого мира.

Но сокровища, оставленные его старыми товарищами, теперь были его верноподданными, поэтому Аинз чувствовал, что должен взять на себя роль властелина Великого Склепа Назарика, чтобы вознаградить их преданность. Аинз на время отложил такие мысли и сосредоточился на своей текущей задаче. Забив в землю четыре колышка и крепко привязав верёвки, он вернулся к палаткам.

— Спасибо, что так постарался.

— Пустяки.

Люклютер не смотрел на Аинза, когда его поприветствовал. Это было грубовато, но Люклютер не бездельничал, он копал яму для печки. Тем временем Нинье нужно было на место привала наложить заклинания. Это были заклинания предупреждения «Тревога», они сообщат всем, если кто-то близко подойдёт. Ими нельзя было покрыть большую область, но в качестве предосторожности их было достаточно.

Этого заклинания в Иггдрасиле не существовало, Аинз внимательно смотрел на Нинью. Он передал задачу по сбору неизвестной магии другим, но неизвестные заклинания стимулировали в нём дух заклинателя. Магия «Тревога» принадлежала системе, похожей на ту, которую знал Аинз, и было ближе всего к иггдрасильским заклинаниям. Из-за расового пассивного навыка «Мудрость тьмы» Аинз мог увеличить количество заклинаний, которые мог выучить.

Смогу ли я, проведя ритуалы с жертвоприношением, выучить магию, которая не существовала в Иггдрасиле? Или есть какой-то другой способ? Ещё столько всего нужно изучить...

Нинья не настолько сторонился Аинза, как при первой встрече, но всё же, заметив его взгляд, он улыбнулся явно фальшивой улыбкой и подошёл к нему:

— Не следует смотреть так пристально. Это просто мелочь, неужели это так интересно?

— Мне любопытна магия, и мне интересно, что ты делаешь.

— Невозможно... я ведь намного слабее Набель.

— Но ты знаешь магию, которую не знает она.

Несмотря на слабое освещение, Аинз не пропустил то, как при этих словах Нарберал чуть опустила голову, она завидовала даже без намёка на стыд.

— Как и ты, я тоже хочу использовать магию.

— А ты жадный. Ты настолько силён с мечом, а всё равно хочешь изучить магию. Хотя, следует сказать, у тебя характер искателя приключений, да?

— Магия — это не то, что можно изучить за день или два. Первое условие — это способность соединяться с миром, но легко это даётся лишь тем, у кого есть потенциал. Остальным остаётся лишь медленно, с течением времени, это понять, — добавил Люклютер, не поднимая головы, он сейчас был занят обустройством печки. Нинья посерьёзнел:

— Ага, думаю, Момон, у тебя есть потенциал. Ты не похож на других, от тебя исходит... своего рода нечеловеческое чувство.

Аинз ощутил, как его несуществующее сердце замерло. Слова Ниньи звучали довольно расплывчато, но, может быть, он догадался, что Аинз — нежить.

Хотя он наложил на себя иллюзии и антиинформационные заклинания, неизвестная магия и уникальные навыки вполне могли с лёгкостью увидеть истинную природу Аинза. Он с осторожностью спросил:

— ...Неужели? Думаю, я силён, но не настолько, чтобы не считаться человеком. Вы ведь видели моё лицо и должны это знать, так ведь?

— Дело не во внешности... Мы, увидев твою силу, поняли, что она вне пределов обычного человека. Убить огра одним ударом... Быть человеком — это не внешность, а способности! А с тобой ещё такая красотка, как Набелька.

Если о словах Люклютера подумать спокойно, то иллюзия, которую Аинз наложил себе на лицо, выглядела не очень красиво. Но Аинз мог лишь согласиться, вспомнив, как выглядят люди, которых он до этого встречал.

В этом мире было очень много красивых мужчин и прелестных девушек. Лица прохожих в городе были просто великолепны. После того как я оказался в этом мире, моя оценка собственного лица снизилась на две ступени.

— Какой бы ни была внешность, но Люклютер прав. Люди, известные как герои, будут, вне всяких сомнений, вне пределов простолюдинов. Я тоже так считаю.

— Нет, ты мне льстишь. Называть меня героем... это слишком большая честь, — Аинз ответил Нинье, сделав вид, что смутился, при этом останавливая себя от того, чтобы вздохнуть с облегчением.

— Не хочешь встретиться с моим учителем? Своим врождённым талантом он может оценивать магическую силу других, если у тебя есть потенциал мага, он это почувствует. Учитель может даже классифицировать ранг магии для колдунов.

— Я всегда хотел... Это такой же врождённый талант, как и у лучшего волшебника Империи?

— Ага.

Поскольку такую информацию пропустить было нельзя, он продолжил спрашивать:

— ...А что это за способность?

— Согласно тому, что говорил учитель, у нас, заклинателей, есть нечто вроде ауры. Чем лучше способность к магии, тем больше аура. Способность учителя позволяет ему уловить эту ауру.

— Хм... ясно. — Аинз чуть не ахнул от удивления. Чтобы избежать подозрений, он ответил нормальным тоном и кивнул.

— Учитель использует этот метод, чтобы собирать и обучать талантливых детей... и меня тоже подобрал учитель.

У кого-то есть такой хлопотный врождённый талант. Это плохо. Аинз, выругавшись в мыслях, попытался перевести разговор в другое русло:

— А какой нужно сделать первый шаг, чтобы начать учиться магии?

— Найти хорошего учителя.

— ...Такого как ты, Нинья?

— Хммм... лучше найти кого-то посильнее. Но в Королевстве в основном обучают на частных уроках, чужой человек не сможет войти в магическую гильдию. Если у тебя нет связей, нужно быть маленьким ребёнком, чтобы туда попасть. Такому как ты, Момон, без особых рекомендаций будет трудно войти в гильдию. Что до других стран, в Империи есть хорошая магическая академия. А в Теократии очень хорошее магическое образование, правда лишь религиозной магии.

— Ясно, так я могу поступить в имперскую магическую академию?

— Думаю, это будет трудно. Магическая академия — это государственное учебное заведение, так что там могут обучаться лишь граждане Империи...

— Ясно...

— Ну а что до обучения у меня, тут ты извини. Мне нужно ещё много чего сделать, у меня нет времени, чтобы обучать других.

Лицо Ниньи потемнело и наполнилось сильными негативными эмоциями. Всем было очевидно, что это — гнев.

Не встревай в это слишком глубоко. Не думаю, что из этого я получу что-либо хорошее. Когда Аинз принял такое решение, Люклютер светлым тоном перебил его мысли:

— Эй... извините, что врываюсь в ваш разговор, но еда почти готова. Можете помочь мне собрать остальных троих?

— Момон, позвольте мне это сделать.

— Хммм... Набелька, ты уходишь? Не останешься со мной завершать готовить ужин? Создавать наши любовные воспоминания?

— Умри, низшая форма жизни — сороконожка. Тебе что, залить в горло кипящее масло, чтобы ты прекратил говорить ерунду?

— Перестань, Набель. Пойдём вместе.

— Да! Поняла!

Поблагодарив Нинью, Аинз пошёл к двум людям, молча работающим невдалеке от палатки.

Пётр и Дайн обслуживали своё оружие: смазывали маслом, чтобы оно не ржавело, проверяли, не расшаталось ли что-то, и так далее. На броне были вмятины, а на мечах — зазубрины, которые появились от соударений с мечами гоблинов. Всё это нужно было починить как можно быстрее. Следует ли нарушать их концентрацию? Ему нужно было сообщить этим двоим, а также Энфри, который заботился о конях, что ужин уже готов.

Солнце уже было у горизонта, группа ужинала на фоне кроваво-красного заката. В чашах был суп из птицы, приправленный беконом, тостами, сушёным инжиром и орехами. Это и был сегодняшний ужин.

Аинз уставился на свою чашу с супом. Через перчатки он не чувствовал тепло, но видел, что все с удовольствием едят, не дожидаясь пока он остынет, так что температура должна быть нормальной.

Что же делать?

Аинз был нежитью и потому не мог есть. Он замаскировался заклинанием иллюзии, но его раскроют, если он своим скелетным ртом начнёт есть суп. Он не мог позволить, чтобы кто-то увидел его истинную внешность. Неизвестный мир с неизвестной едой. Может, это простые несколько блюд, но Аинз всё равно начал сожалеть о том, что не может есть. Хотя его больше не мучил голод, он был недоволен: перед ним стоят такие вкусные и интересные блюда, а он не может их съесть. Впервые с того дня, как Аинз пришёл в этот мир, он пожалел, что имеет тело нежити.

— Ах... Ты что-то из этого не любишь есть? — спросил Люклютер, глядя на Аинза, который ещё не начал есть.

— Нет, это по личным причинам.

— Неужели? Не заставляй себя, хорошо? Но уже время еды, можешь и снять шлем.

— ...Это религиозные причины. В те дни, когда я убиваю, пять и более человек не могут есть вместе.

— ...У тебя довольно странная религия. Но мир велик, неудивительно, что такая религия существует.

Услышав, что это относится к религии, все перестали на него смотреть с подозрением. Наверное, в этом мире религия — сложное дело. Аинз поблагодарил бога, в которого не верил. Чтобы сменить тему разговора, он спросил Петра:

— Вы называете себя «Меч тьмы», но, кажется, ни у кого из вас нет такого меча.

Пётр основным оружием использовал обычный магически усиленный длинный меч, Люклютер использовал лук, Дайн — булаву, а Нинья посох. Ни у кого не было чёрного меча. Главное оружие Петра и дополнительное оружие Люклютера были мечами, но они никак не были чёрными. Существовала техника изменения цвета — металл посыпали особым порошком, так что не так уж и трудно было выковать чёрный меч. Скорее даже, это было необычно, что ни у кого нет чёрного меча.

— Ах, этот вопрос, — Люклютер застенчиво улыбнулся, будто вспоминал своё позорное прошлое. У Ниньи и вовсе лицо стало ярко-красным, и не от отражения костра. — Когда-то Нинья искал один меч.

— Не вспоминай об этом, я тогда был ещё юн.

— Здесь нет ничего постыдного! Очень важно иметь великую мечту!

— Пощади, Дайн, серьёзно.

Члены Меча тьмы весело рассмеялись, шутя над Ниньей, который настолько смутился, что ему захотелось сквозь землю провалиться. Имя «Меч тьмы», похоже, было их внутренним секретом.

— Когда-то давно «Мечами тьмы» владел один из легендарных «Тринадцати героев», — с улыбкой сказал Пётр, но не продолжил.

Если он на этом остановится, будет слишком расплывчато... всё, что я знаю о Тринадцати героях, так это то, что они были на совершенно ином уровне, нежели обычные люди, именно они победили бушевавшего двести лет назад демона. Понятия не имею, кем были эти герои, и какое у них было снаряжение... Я, всё это не зная, потеряю перед ними лицо? Следует притвориться, что знаю?

Пока Аинз не знал, что делать, встряла Нарберал:

— А кто это?

Замечательно. В мыслях Аинз принял победоносную позу, а члены Меча тьмы выглядели потрясёнными. Не знать о магическом предмете, который они сами назвали, — должно быть, это немного шокирует.

— Так ты не знаешь, Набелька. Могу тебя понять. Хотя он был одним из Тринадцати героев, его называли злодеем, потому что остальные верили, что он отпрыск демонов. Когда рассказывают сказание о легендарных героях, его часто пропускают... но, говорят, он был очень могущественным.

— Мечи тьмы — так называли четыре меча, которые использовал «Тёмный Рыцарь», один из тринадцати героев. Демонический меч Килинейрам, излучающий демоническую ауру; меч разложения Колокудабар, раны от которого не заживают; меч смерти Суфиз, способный убить от одной царапинки; и меч зла Хумилис, чьи способности неизвестны.

— А... — без интереса ответила Нарберал. Все неловко улыбнулись. Аинз склонил голову на бок, глубоко задумавшись, ведь описание этих способностей показалось ему знакомым. Вдруг в голове всплыл образ одной вампирши: эти особые способности похожи на класс Шалти, «Проклятый рыцарь».

Легенда Проклятых рыцарей гласила, что они проклятые паладины, в Иггдрасиле это была сильная профессия, но поскольку в ней было много недостатков, она была не очень популярна. Некоторые из навыков, которые могли выучить Проклятые рыцари, включали в себя: излучение волны тьмы; нанесение ран, которые нельзя исцелить низкоуровневыми заклинаниями; смертельные проклятья и так далее.

Аинз сузил под шлемом свои иллюзорные глаза, полагая, что это не может быть совпадением. Возможно, это Мечи тьмы могли наделять особыми навыками, похожими на навыки Проклятого рыцаря, но также была высокая вероятность, что сам герой был Проклятым рыцарем.

Если это так, то одним из требований становления Проклятым рыцарем было достижение шестидесятого уровня, так что «Тёмный Рыцарь» должен быть по меньшей мере шестидесятого уровня... а учитывая навыки, которые он изучил, уровень должен быть по меньшей мере семидесятым.

Демон-бог сражался против такого героя, так что их уровни должны быть примерно равными. Но Ниган из Писания Солнечного света заявил, что Демона-бога победил Доминион Власти, значит, Демон-бог не настолько силён, как герои.

Судя по собранной информации, наиболее разумным будет заключить, что Демон-бог не так уж и силён, но единственный способ найти ответ — это заполучить такой меч или встретить героя лично.

Пока Аинз думал, группа продолжала болтать. Он поспешно сосредоточил внимание на их разговоре, чтобы не пропустить ни одной возможности получить больше информации.

— ...Найти такой меч было моей первой целью. В мире было много легендарного оружия. Доказано, что некоторое оружие существовало на самом деле, но неизвестно, дожило ли оно до наших дней...

— Ах, кое-кто уже обладает одним из Мечей тьмы, — Энфри обыденным тоном уронил бомбу, заставляя всех членов Меча тьмы к нему повернуться:

— К-кто?!

— Правда?! Это значит, что осталось лишь три!

— Эх, теперь мы не сможем дать по одному каждому члену...

Энфри с осторожностью ответил:

— Эм, есть группа искателей приключений, которые называют себя «Синяя Роза», у их капитана и есть этот меч.

— Ох, эта группа адамантовых искателей приключений... тогда ничего не поделаешь.

— Точно. Но поскольку ещё осталось три меча, давайте усердно поработаем и станем достаточно сильными, чтобы заполучить их все.

— Ты прав, раз один существует, остальные три меча тоже должны существовать. Надеюсь, они запрятаны в месте, где их никто другой не найдет, пока их не обнаружим мы.

— Нинья, запиши это в свой дневник, чтобы мы не забыли.

— Хорошо, запишу. Но это мой личный дневник, не должны ли вы сами себе записать или запомнить?

— Оставлять письменную запись — хорошо!

— В этом ли дело? Дайн...

— Как бы то ни было, у нас есть вот что.

— Что?

— Вот, Момон. — Пётр достал короткий меч, в рукоять которого были вставлены четыре драгоценных камня. Он его вынул, чтобы показать чёрный клинок. — Пока не достанем настоящий, мы собираемся использовать этот в качестве нашего символа...

— Наверное, следовало назваться «Клинком тьмы», а не «Мечом тьмы». Впрочем, это не подделка настоящего меча, это символ нашей команды!

— А Люклютер хоть иногда дело говорит!

Члены Меча тьмы разразились смехом. Похоже, они очень дружны. Под влиянием атмосферы Аинз улыбнулся вместе с ними. Их чувства к короткому мечу были такими же, как чувства Аинза к символическому посоху его гильдии.

Темы, подходящие разговору за ужином, всплывали одна за другой, в основном болтали члены Меча тьмы, которых тут было большинство, время от времени переговариваясь с Аинзом, Нарберал и Энфри.

Аинз присоединился к беседе, но всё же чувствовал некоторое расстояние от членов Меча тьмы. Ему не хватало знаний этого мира, приходилось обдумывать каждое слово, вот почему он не мог хорошо общаться и в результате говорил меньше, создавая порочный круг.

Когда они заговаривали с Нарберал, она отвечала странностями, так что постепенно они от неё отстали. Энфри поддерживал разговор хорошо. Он всегда жил в этом мире и был более гибок с другими. Он легко присоединялся к разговорам на любые темы и умел читать настроение.

«Ничего удивительного. У меня тоже в прошлом были товарищи», — в приступе гнева подумал Аинз, наблюдая, как группа при свете огня весело беседует. У них были великолепные отношения, как и ожидалось от товарищей, вместе смотревших в лицо смерти. Энфри, когда смотрел на команду, тоже выглядел так, словно завидует.

Аинз вспомнил своих бывших согильдийцев, он от зависти под шлемом стиснул зубы.

В прошлом он был таким же.

— ...У вас глубокая дружба. Остальные искатели приключений такие же?

— Наверное. Они тоже вместе прошли через огонь и воду, а не понимать мысли и действия друг друга очень опасно. Время укрепляет узы.

— Верно. Кстати, в нашей команде нет девушек. Я слышал, что когда одна появляется, начинаются ссоры.

— ...Точно. — Нинья, неловко улыбнувшись, продолжил: — Если бы была, Люклютер первым причинил бы неприятности. Как бы то ни было, узы у нас крепки, потому что есть цель, так ведь?

Пётр и остальные кивнули в знак согласия.

— ...Верно. Когда все думают как один, чувства иные.

— Э? Момон, в прошлом ты состоял в команде?

Аинз не знал, как ответить Энфри, но не было надобности придумывать странное оправдание, чтобы уклониться от вопроса.

— Мы были не совсем... искателями приключений.

Вполне понятно, что когда он вспомнил своих старых товарищей, его голос стал тяжёлым. Хотя он был нежитью, у него ещё остались эмоции, и по своим старым товарищам Аинз скучал сильнее всего.

Видя, что Аинз не хочет об этом говорить, никто на него не давил, настала тишина. Было так тихо, что, казалось, в этом мире лишь они одни. Аинз поднял голову и посмотрел на ночное небо, полное сияющих звезд.

— Когда я был слаб, меня спас паладин, одетый во всё белое, в одной руке у него был меч, а во второй — щит. Он представил меня четырём другим членам команды. Включая меня, нас стало шестеро. Вскоре присоединилось ещё трое таких же слабых, как я, и девятеро основали изначальную команду.

— Ох... — под треск костра кто-то охнул. Но Аинз не обратил внимания и продолжил вспоминать «изначальную девятку» его гильдии «Аинз Оал Гоун»:

— Они были отличной командой. Паладин, мечник, священник, тёмный... бандит, нин... бандит с двумя мечами, колдун, повар, кузнец... незаменимые хорошие друзья. Мы прошли множество приключений, я до сих пор не могу забыть те дни.

Благодаря ним он узнал, что значит друзья. Он думал, что и в Иггдрасиле его будут не замечать, но реальность оказалась иной, они были идеальной командой, готовой протянуть руку помощи. Медленно набирая членов, они переживали удивительную жизнь, проходя через многие трудности.

Вот почему гильдия «Аинз Оал Гоун» была для Аинза неоценимым сокровищем. Даже если бы он захотел отказаться от всего и разрушить мир, ему всё равно хотелось защитить наследие.

— Когда-нибудь ты найдёшь таких же товарищей, — утешил Нинья.

Но Аинз яростно набросился:

— Такой день никогда не настанет.

Его голос был полон гнева. Потрясённый собственными словами, Аинз медленно поднялся.

— ...Извините... Набель, я поем вон там.

— Я к вам присоединюсь.

— Хорошо... Ничего не поделаешь, раз это дело религии.

«Жаль», — подумал Пётр, но не убеждал его остаться. Нинья, похоже, выглядел удрученно, но Аинз решил ничего ему не говорить. Хотя простых слов «я не принимаю это близко к сердцу» было бы достаточно.

Они двое, похоже, начали ужинать в уголке, где были завязаны веревки.

Если человек так уйдет, остальные будут говорить о нём. Особенно когда он был в центре внимания.

Когда их разговор на мгновение прекратился и все замолчали, костер затрещал. Нинья посмотрел на исчезающие искры и упрекнул себя:

— ...Похоже, я сказал то, чего не следовало.

— Ну, мы ведь не знаем, что тогда произошло.

Дайн сильно кивнул, а Пётр продолжил:

— Возможно, их всех уничтожили. Люди, потерявшие в бою всех своих товарищей, реагируют именно так.

— Такие дела... невыносимы. Даже для нас, кто живёт на грани жизни и смерти, потеря товарищей...

— Ты прав, Люклютер. Я был неосторожен со своими словами.

— Нельзя забрать назад слова, которые сказал. Так что нужно что-то сделать, чтобы он сменил настроение.

Нинья был удручён, он тихо заметил: «Я знаю, что чувствуешь, когда теряешь товарищей, почему я не поставил себя на его место?» — но никто на это не ответил.

В тишине дрова снова затрещали и вспыхнули искры. Чтобы изменить тяжёлую атмосферу, Энфри осторожно сказал:

— ...Момон сегодня был удивительным.

Дожидаясь этих слов, Пётр продолжил:

— Ага, я не думал, что он будет столь великолепен. Одним ударом зарубить огра...

— Просто невероятно.

— Победить огра с одного удара, конечно, удивительно, но насколько же он искусен, что одним ударом разрубал его на две половинки? — озадачено спросил Энфри. Члены меча тьмы переглянулись между собой.

Знаменитый юноша Энфри не только родился с врождённым талантом, он также был превосходным заклинателем. Он обладал талантом, который позволит ему ярко сиять в будущем, но он никогда не знал воина своего уровня, так что ему было трудно понять, насколько Аинз силён как воин.

Пётр ему объяснил:

— Обычно большие мечи используются, чтобы наносить тупые удары, а он его использовал, чтобы рубить противников на части. Просто невозможно разрубить такого крупного монстра, тем более одной рукой... но бывают и исключения.

Похоже, объяснение Петра впечатлило Энфри. Но чувствуя, что это впечатление недостаточно сильно, Пётр привёл для сравнения имя:

— Откровенно говоря, полагаю Момон уже на уровне воина-капитана Королевства.

Энфри широко открыл глаза от потрясения. Он наконец-то понял, каким уровнем члены Меча тьмы оценивают Аинза.

— ...Хочешь сказать, он соответствует искателям приключений адамантового ранга... высшему уровню гильдии искателей приключений, живым легендам и вершине человеческой силы?

— Совершенно верно, — Пётр спокойно кивнул. Энфри перевёл взгляд на остальных членов Меча тьмы, они все кивнули в знак согласия. Энфри потерял дар речи.

Адамант. Магический металл, созданный самой передовой технологией. Вершина пирамиды искателей приключений, и очень маленькая. В Королевстве и Империи лишь две команды сумело добраться до такого ранга. Их способности достигли высшего уровня человечества, и они были буквально герои.

И Аинз соответствовал таким людям.

— Невероятно... — не мог перестать хвалить Энфри.

— Вначале... когда мы впервые встретились, я завидовал Момону. На нём была такая кричащая полная броня, несмотря на то что он был искателем приключений низшего уровня, с медной медалью. Но мы своими глазами видели, что его сила подходит броне, и я убедился, что он её стоит. Такая броня полностью соответствует его способностям. Я завидую такой силе...

Воин Пётр не носил полную броню, на нём была кольчуга. Конечно же, ему хотелось чего-то лучшего, но это была лучшая броня, которую он мог себе позволить.

— Всё нормально, Пётр, уверен, в ближайшем будущем ты сможешь позволить себе отличные доспехи.

— Да, если ты желаешь подобной силы, то должен трудиться ради своей цели. Благодари судьбу, что тебе так повезло увидеть цель, которой ты хочешь достигнуть.

— Нинья прав, просто установи Момона своей целью и усердно работай. Мы поможем, так что давай хорошо поработаем вместе.

— Точно! Просто будем работать шаг за шагом! Судя по внешности Момона, он точно провёл за тренировками больше времени, нежели ты!

Слова Дайна подняли у Энфри сомнения.

— Вы видели, какое у Момона под шлемом лицо?

Аинз, после того как встретился с Энфри, не снимал свой шлем даже во время обеда. Они понятия не имели, как он пьет воду.

— Да, видели. Это обычное лицо... но он не местный, у него чёрные волосы и глаза точно такие же, как у Набель.

— Ясно... он упомянул, из какой страны пришёл?

Члены Меча тьмы посмотрели друг на друга, чувствуя, что Энфри это дело сильно волнует.

— Мы не спрашивали так много подробностей...

— Неужели... Ах, просто если он пришёл из далёкой страны, зелья, которые он использует, могут отличаться от тех, которые используются в этом регионе. Я ведь аптекарь, меня это очень интересует.

— Понятно... Он и Набель, похоже, из одного места, но их внешность сильно разнится... он никогда не будет считаться красавцем. Интересно, кто-нибудь его полюбит?

— Внешность — это ничто, поскольку он силён, в него, скорее всего, влюбится много девушек.

Верно, сильные мужчины популярнее, поскольку в этом мире существуют монстры, и человечество считается низшей расой. Большинство женщин будут инстинктивно предпочитать сильных мужчин.

— Вздох... неужели моя любовь не принесёт никаких плодов...

— Конечно нет. Ведь даже признаков прогресса нет. — Нинья вспомнил реакцию Нарберал и неловко улыбнулся.

— Ничего подобного. В любом случае, мне нужно за ней гнаться. Нужно быть более активным, чтобы это работало. Она суперкрасотка, разве не так? Если она начнёт относиться ко мне хоть немного дружелюбнее, я буду победителем в жизни.

— ...Да, она и вправду красива... — с тяжелым выражением на лице сказал Дайн и заметил, что Энфри немного обеспокоен.

— Господин Энфри, что-то не так?

— Ах, нет. Ничего...

— Э? — Люклютер зловеще улыбнулся. — Ты влюбился в Набель?

— Конечно нет! — необязательно громким голосом ответил Энфри. Из-за такой сильной реакции Пётр почувствовал себя неудобно и посчитал, что лучше не задавать вопросов. Он решил снять напряжение:

— Люклютер, это слишком. Думай, прежде чем говорить.

После того как Люклютер искренне извинился, Энфри, казалось, забеспокоился, он не знал, как ответить на это извинение.

— Нет, это, не беспокойтесь. Ну... я немного волнуюсь... Момон правда настолько популярен?

— ...Неважно, какая у него внешность, но с его силой возможность того, что он станет популярным, очень высока. А судя по его доспехам и мечам, он, наверное, богат...

— Ах...

Казалось, что Энфри опечалился, Пётр, будто старший заботится о младшем, спросил с беспокойством:

— Что-то вас тревожит?

Энфри не решался говорить. Рот то открывался, то закрывался, будто как у рыбы. Пётр и остальные не давили, они не заставляли его говорить, если он не хотел. Через несколько секунд Энфри взял себя в руки и с большим трудом открыл рот:

— Эм... просто я не хочу, чтобы девушка из деревни Карн, которая мне нравится, полюбила Момона.

Чувствуя в этих словах бурю эмоций, члены Меча тьмы улыбнулись.

— Тогда давай большой брат научит тебя нескольким трюкам...

Пётр врезал Люклютеру, заставив того странно закричать. Остальные из Меча тьмы проигнорировали его болезненный вид и продолжили утешать потрясённого Энфри. Под сиянием от костра юноша наконец-то улыбнулся.

♦ ♦ ♦

...В то же время.

Лоб был пробит вместе с железным шлемом. Товарищ на мгновение сильно затрясся и упал, будто марионетка, которой обрезали нити. В тёмной ночи послышался глухой удар — это металлическая броня ударилась о землю. Он молился, чтобы кто-то услышал этот звук и пришёл на помощь, но никто не был достаточно глуп. В бедном районе было слишком много заброшенных улиц. Вот почему он тут встретился со своим клиентом.

Мужчина глядел на женщину перед собой. Но он не мог сокрыть то, что лишь на вид старается быть храбрым. Боевой дух весь пропал, когда он увидел, как женщина по очереди с легкостью убила троих его товарищей. Женщина чуть взмахнула коротким эстоком, с которого капала кровь. Кровь забрызгала землю, а эсток засиял так же холодно, как раньше.

— Хмм, хмм, хмм... ты последний, приятель... — Женщина обнажила зубы, хищно улыбаясь.

— Почему?

Мужчина знал, что это глупый вопрос, но он и вправду не понимал, почему всё так обернулось. Он и его товарищи не были искателями приключений, они были известны как «работники» или «сумеречные работники», они принимали работу, граничащую с криминалом, или даже прямо совершали преступления.

Возможно, некоторые их ненавидели, но они никогда не работали в этом городе, а эту женщину даже в глаза не видели.

— Почему же я это делаю? Хм... Я просто хочу тебя, приятель...

Не в состоянии её понять, мужчина несколько раз моргнул и спросил:

— Что ты имеешь в виду?

— Внука этого знаменитого аптекаря сейчас нету дома... а мне нужно, чтобы кто-то проследил за его домом и сообщил мне, когда он вернется. Не хочу заниматься такой хлопотной работёнкой...

— Тогда просто сделай такой заказ! А ты пытаешься сделать совсем иное!

Работники были готовы даже нарушить закон, он не понимал, почему женщина хочет его убить.

— А, ну так вы можете меня предать...

— Если мы получим договоренное вознаграждение, мы не предадим!

— Хмм? Давай поговорим немного о другом, хорошо? Я люблю убивать людей, просто обожаю, не могу сдержаться.

«Ах, вести допросы я тоже люблю», — женщина добавила.

Выслушав такую ненормальную причину, мужчина посерьёзнел:

— Что с тобой не так?!

— Что не так? Может, я привыкла убивать на работе? Или меня всегда сравнивали со старшим братом? Родители посвятили всю свою любовь ему? Или со мной игрались, пока я не стала сильна? А может, после промашки меня схватили и допрашивали дни напролёт? Как же неприятно, когда в рот кладут раскаленные угли, хо.

Перед ним была всего лишь молодая девушка. Но в мгновение этот образ исчез, и она снова улыбнулась:

— Шучу, всё это ложь. Обман, о б м а н. Я не испытывала ничего такого. Но даже если бы всё это было правдой, знание прошлого ничего бы не изменило. Я стала такой благодаря накопленному опыту. Да, кстати, я с вами, парни, связалась так быстро, благодаря тому, что Каджинчик собрал для меня информацию. Знаете, как долго в наши дни искать помощи...

Она отпустила эсток, позволяя ему упасть. Он глубоко вонзился в свою цель благодаря лишь одной гравитации. Такая острота означала, что эсток создан не из простой стали.

— Это орихалк. Точнее, мифрил, покрытый орихалком. Удивительно хорошая штука.

Такое редкое оружие доказывало, насколько сильна эта женщина, а это значит, что шансов на победу нет.

— Тогда... время следующего шага. Если ты поранишься, приятель, станешь бесполезным... Правда, сколько бы я тебя ни ранила, Каджинчик заклинаниями веры тебя починит... А это значит, что я могу наслаждаться пытками бесконечно, да?

Женщина сказала нечто ужасающее, она из-под робы достала другой эсток.

— Полагаю, этого хватит... Извини, если промажу... — женщина высунула язык и извинилась... поистине мило. Но сердце у неё было чёрным. Мужчина повернулся к ней спиной и побежал. Хотя он услышал, как женщина будто бы издала возглас удивления, он сосредоточился на том, чтобы убегать. Во тьме без капли света он мчался, полагаясь на одно чувство направления, которым гордился.

Но с треском сзади послышался спокойный и жестокий голос женщины:

— ...Слишком медленно.

В плече он ощутил обжигающую боль. Как только мужчина подумал, что его ударили эстоком, разум покрыла тень.

Контроль разума.

Мужчина изо всей мочи сопротивлялся, но тень только усиливалась.

Сзади послышался голос друга.

— ...Ты в порядке? Рана не глубокая?

— Да нет, пустяки.

Мужчина обернулся и улыбнулся своему другу. Женщина, услышав это, жутко ухмыльнулась.

Часть 3

Собравшись на рассвете, группа последовала по скрытой в лугах дороге.

— Вскоре мы дойдём до деревни Карн.

Аинз там уже бывал, но никто не должен был об этом знать, среди них, скорее всего, знал о деревеньке лишь Энфри, все остальные в унисон кивнули. Никакой другой реакции не последовало, они просто молча шли. У Энфри, который об этом заговорил, было на лице нетерпеливое выражение.

Между ними была в особенности странная атмосфера. Создавший эту атмосферу, Аинз, скрывал своё настроение под шлемом.

Нинья даже не смотрел в его сторону, но виной тому был сам Аинз, так что нечего было жаловаться. Это также было последствием вчерашней речи. Во время завтрака Нинья извинился, к этому времени уже можно было легко простить, но он не мог сказать простых слов «я тебя прощаю». Аинз понимал, что мелочен, но не мог просто так это забыть. Даже превратившись в нежить, изменившую как моё тело, так и разум, я по-прежнему такой...

После того как он стал нежитью, все сильные эмоции подавлялись, но все более слабые чувства не исчезали полностью. Доказательством чего было то, что до сих пор в нём остался этот мелочный гнев. Старые товарищи занимали важное место у него в сердце. Хотя эти чувства были глубоко, плохо будет, если он продолжит себя так вести. Впрочем, сейчас у него не было никакого желания становиться тем, кто изменит настроение.

Аинз понимал, что ведёт себя словно ребёнок, который бросается в истерику, он был зол на себя за такое детское поведение.

В этой неловкой атмосфере было одно исключение — Нарберал, которая шла возле Аинза. Поскольку Люклютер её не изводил своими речами, она была так счастлива, что даже начала что-то напевать себе под нос. Таким образом, группа молча шла вперёд и быстро дошла до окрестностей деревеньки Карн.

— Н-ну что ж! Обзор здесь столь хорош, что нам, наверное, уже не нужно шагать в формации... — намеренно сказал Люклютер.

С одной стороны дороги виднелся обширный зеленый лес, что бросало некоторые сомнения на его слова. К тому же нельзя снижать бдительность даже на открытой местности, это сами основы. Будет мудро продолжать идти в формации. Просто все знали, что они идут молча не из-за бдительности, требуемой искателям приключений.

— ...Очень важно оставаться бдительными. Давайте... таким же образом пройдём в деревню.

— Конечно! Чтобы на нас не напали, важно всё время быть настороже!

По очереди ответили Пётр и друид Дайн, лицо Люклютера говорило: «Только не снова об этом».

— А если вдруг из далёких краёв прилетит дракон и на нас нападёт? — добавил Нинья. Люклютер быстро ответил:

— Что это за развитие событий такое. Здравым смыслом руководствуйся, как может сюда прилететь дракон, Нинья!

— Конечно это невозможно. Просто слухи ходят, что в окрестностях Э-Рантэла водятся драконы. А говорят, в древние времена существовали даже драконы, которые могли свободно управлять погодой, но, кажется, в последнее время тут даже простых драконов не видели. Ах, точно... я слышал, что недалеко от Азерлисских гор появлялись морозные драконы, но их видели далеко в северной части гряды.

В древние времена? Учитывая, что сказали пленники из Писания Солнечного света, драконы — это сильнейшая раса в этом мире...

В Иггдрасиле драконы тоже считались сильнейшей вражеской расой. У них не только была большая физическая атака, физическая защита и бесконечная выносливость, они также могли использовать бесчисленные особые способности и магию.

Они уже достигли особого уровня.

В Иггдрасиле было много разных монстров, среди них встречались именованные монстры, а также региональные монстры-главари и очень сильные монстры мирового класса. Даже если шесть команд, состоящие из шести людей каждая, будут драться против такого монстра, вероятность победы будет очень низкой.

Кроме босса, который появлялся в конце главной истории, «Пожирателя Девяти миров», были также «Восемь драконов», «Семь демонических Королей греха», «Десять великих ангелов Древа жизни». В расширении «Падение Валькирии» появились новые боссы: «Бог шестого дня» и «Пять радужных Будд». Всего было тридцать два внеуровневых монстра. Некоторые из таких боссов были из драконьей расы, что показывало предпочтения разработчиков.

Если драконы в самом деле существуют, нужно быть очень осторожным. В Иггдрасиле драконы были расой с неопределённой продолжительностью жизни, так что встретить дракона с силой, превышающей воображение, не было странно.

— Ах... если ты не возражаешь, то я хочу кое-что спросить. Как зовут того дракона, способного изменять погоду?

Аинз не был достаточно бесстыдным, чтобы спокойно спрашивать что-то у человека, с которым у него была ссора, так что он молча прошептал. Но всё же достаточно громко, чтобы привлечь всеобщее внимание, поэтому Нинья быстро повернулся к нему головой.

Они вели себя, будто поссорившаяся пара. Аинз хотел этим вопросом примириться с Ниньей. Он машинально сравнил эту сцену со сценой, которую когда-то видел в кафе.

Но тем не менее поскольку вопрос задал Аинз, Нинья, хоть и немного, но повеселел. Члены Меча тьмы и Энфри улыбнулись, никак не отреагировала лишь Нарберал. Кстати, с самого утра она даже не заметила неловкую атмосферу между этими двумя.

— Ужасно сожалею! Как только мы вернемся в город, я разузнаю!

Не нужно так волноваться... просто сказать, что не знаешь, было бы достаточно... я просто хотел услышать ответ...

Вот только он не сказал эти слова.

— В таком случае, Нинья, если позволит время, не поможешь мне найти об этом сведения?

— Хорошо, Момон!

Все удовлетворённо кивнули, заставив Аинза смутиться. Он был самым старшим в группе, поэтому не мог не смутиться. В ином случае всё могло бы быть по-другому.

— Отлично, похоже, мы уже скоро будем в деревне...

С самого утра это были бы наиболее радостные слова, но вдруг Энфри замолчал.

Все посмотрели в сторону деревеньки, которая постепенно начала показываться из-за горизонта. Простая деревня, расположенная возле леса. Никакой необычной атмосферы и ничего интересного, поэтому никто не понимал, почему Энфри вдруг замолк.

— Что-то не так, господин Энфри? Что-то случилось?

— А, не обращайте внимания. Просто раньше тут не было этой прочной изгороди...

— Неужели? Но поглядите, в ней нет ничего особого. Честно говоря, такая защита немного потрепанная как для пограничной деревни, не думаете? Деревня расположена рядом с лесом, так что крестьяне, наверное, огородились от монстров. Не было бы странно, даже если бы изгородь была посильнее, не так ли?

— Эх... ты верно говоришь... но деревню Карн защищает Мудрый Король Леса, крестьяне раньше никогда не нуждались в частоколе...

Все посмотрели на деревню. Из того, что они видели, деревня была полностью окружена стенами, правда, некоторые части были из столь ветхого дерева, что его можно было легко сломать.

— И вправду странно... что же тут случилось...

Даже услышав неспокойный вопрос юноши, Аинз ничего не сказал, потому что последний раз он был в деревне как заклинатель «Аинз Оал Гоун», а сейчас он был искателем приключений Момоном.

Нинья, приняв серьезный вид, вмешался:

— Наверное, я просто слишком сильно волнуюсь... но я явно помню, какой была деревня, когда я последний раз тут был, и я заметил две очень подозрительных разницы. Первая — даже сейчас я не вижу, чтобы кто-то работал на полях, а вторая — часть урожая уже собрали.

Посмотрев в сторону, в которую глядел Нинья, они явно увидели, что некоторая часть пшеничных полей уже собрана.

— Ясно. Но что же тогда тут случилось?..

Аинз с беспокойным выражением лица всем сказал:

— ...Оставьте это на нас. Набель, пожалуйста, используй полёт, чтобы обследовать деревню.

Дослушав указания Аинза, Набель активировала магию маскировки и исчезла. Затем Нарберал завершила произносить магию полёта и после неё даже следа не осталось. Все ждали на дороге, когда вдруг фигура Нарберал появилась на том же месте, она доложила:

— ...Крестьяне в деревне занимаются обычными делами, не похоже, что кто-то ими управляет или командует. На другой стороне деревни есть ещё одно поле, на котором сейчас крестьяне работают.

— ...Что ж, похоже, я просто слишком волнуюсь.

— Тогда не должно быть никаких проблем. Ну что, продолжим идти?.. — Пётр посмотрел на Энфри и Аинза, те кивнули. Поскольку дорога в деревню делалась всё уже и уже, группа стала в колону по одному и направилась к входу в деревню.

Зелёные пшеничные поля, растущие по обе стороны дороги, качались на ветру. Казалось, будто они зашли в зелёный пруд.

— Э?

Повозка, грохоча, ехала вперёд, когда Люклютер, второй в линии, вдруг заговорил озадаченным голосом и внимательно посмотрел на пшеницу. Хотя время сбора урожая ещё не настало, пшеничные стебли достигли высоты семидесяти сантиметров, что затрудняло обзор в море пшеницы.

— Что-то не так? — растерянно спросил идущий сзади Нинья.

— Э? Ничего, наверное, просто моё воображение?

Голова Люклютера была полна сомнений, но он увеличил темп и быстро уменьшил дистанцию между собой и Петром. Нинья тоже посмотрел в ту сторону, убедился, что там нет движений, и ускорился. Пшеницей заросла даже дорога в деревню, казалось, будто её затопило море. Чтобы пройти, они подумывали срезать пшеницу, но так у них наверняка появились бы проблемы.

— Надеюсь, крестьяне правильно обработают поля. Оставлять их так слишком расточительно. — Пётр, идущий впереди, сбивал многие колосья пшеницы, когда задевал их своей кольчугой. Заметив это, он пробормотал себе под нос, чувствуя, что что-то здесь не так.

Интуиция, отточенная бесчисленными опасностями, предупреждала его. Зелёные колосья пшеницы в самом деле падают так легко? Всмотревшись в поле, Пётр осознал, что на него смотрит пара глаз. Там было маленькое создание, которое могло полностью скрыться в пшеничном поле. Хотя ему не было видно черты лица, так как их скрывала пшеница, это точно не был человек.

— Что!

Удивившись, Пётр захотел выкрикнуть предупреждение своим товарищам, но создание — получеловек — заговорило первым: «Не могли бы вы сложить оружие?».

Короткий получеловек уже вынул своё оружие. Каким бы быстрым Пётр ни был, противник всё же будет быстрее.

— Ох, пожалуйста, положите оружие. Можете передать то же самое людям за вами? Мы не хотим убить вас этими стрелами.

Услышав, как из другого места послышался тихий голос, он посмотрел в ту сторону и обнаружил умно скрытую в полях дыру, в которой виднелась верхняя половина нескольких полулюдей. Они также замаскировали себя пшеницей.

Пётр невольно заколебался. Согласно тому, что говорило это существо, похоже есть вероятность для переговоров.

— ...Вы сохраните нам жизнь?

— Конечно. Если вы сдадитесь.

Пётр растерялся. Он должен был стоять перед повозкой и гарантировать, чтобы ни одна стрела не достигла Энфри, сидевшего на повозке. Также нужно было узнать, сколько врагов и какие они. Важно также понять цели противников, но сейчас он не мог ни сдаться, ни отклонить их предложение. Будто бы они видели сквозь замешательство Петра, с шорохом там встало ещё двое полулюдей.

— ...Гоблины, — прошептал Нинья.

Полулюди были из той же расы, что вчерашние гоблины. Они подняли луки, прицеливаясь своими острыми глазами.

Следует драться?

Нинья, Люклютер и Дайн переглянулись между собой, читая намерения друг друга по выражению лица. По росту, весу, мускулам и физическим данным гоблины были слабее людей. Поскольку они обладали ночным зрением, ночью сражаться с ними было сложно, но под солнцем средь бела дня для закалённых в боях членов Меча тьмы они будут не такими уж сложными соперниками.

Более того, здесь был Аинз, так что бой должен пройти так же легко, как вчера. В сражении против гоблинов Пётр был уверен, что победит, даже если придётся спасать заложников. Но он не решался действовать по иной причине. По сравнению со слабыми и костлявыми вчерашними гоблинами, эти имели хорошее телосложение, тело с крепкими мышцами.

И не только. Гоблины также очень умело держали свои луки. Вчерашние гоблины были похожи на детей с палками, но нынешние выглядели как солдаты, знакомые с луком. Поскольку люди могли тренироваться, чтобы становиться сильнее, очевидно, что даже монстры могли это делать. И, разумеется, это относилось и к гоблинам. Стало быть, эти гоблины могут оказаться намного сильнее любых полулюдей, с которыми Меч тьмы дрался раньше. Затем через пшеничное поле ветер принёс новый голос, Люклютер поспешно посмотрел в тыл.

— ...Эй, эй, нас уже обнаружили? — Гоблин высунул из поля лицо, показывая язык. Вполне возможно, он хотел прокрасться назад и скрытно атаковать, но у него оказалось недостаточно навыков, чтобы обмануть рейнджера Люклютера. Хотя гоблина он заметил, это никак не улучшило их положение.

Спокойно осмотревшись, они заметили на полях много передвижений. Похоже, там ещё многие прятались. Видно, все они двигались на повозку, медленно завершая окружение. Положение было очень невыгодным. Члены Меча тьмы больше не могли придумать, как выйти из этой дилеммы. Аинз рукой остановил Нарберал, которая собиралась убить всех монстров, и, понаблюдав за гоблинами, он убедился в верности своей догадки.

— Это гоблины и гоблины-лучники, вызванные «Рогом гоблина-генерала».

Если гоблины под контролем девочки, которой он дал рог, то нужно избегать любых враждебных действий. Нужно подумать о контрмерах, но раз они не ровня мне и Нарберал, проблем быть не должно.

Глядя на спокойного и расслабленного Аинза, гоблины сказали:

— Человек в полной броне, если возможно, не руби с плеча. Мы не хотим драться.

Аинз снова остановил Нарберал и осторожным и жёстким голосом сказал:

— Не волнуйтесь, если вы не нападёте, мы тоже не нападём.

— Благодарю. Эти ребята, может, и сильны, но на самом деле они не пугают... но ты вместе с леди возле тебя, напротив... инстинкты говорят мне, что будет ужасно, если вы двое станете моими врагами.

Аинз не ответил, просто пожал плечами.

— Пожалуйста, немного подождите, пока не придёт старшая сестра.

— Кого ты зовёшь старшей сестрой?! Эта особа оккупировала деревню Карн?!

Взволнованный голос Энфри удивил гоблинов.

— Энфри, успокойтесь. Мне ведь не нужно говорить, у кого сейчас преимущество? Вспомните, что Набель сказала о деревне, тут ещё остались некоторые странности. Поэтому пока мы не узнаем больше о том, что происходит, я надеюсь, мы избежим ненужного конфликта.

Хотя Энфри услышал совет Ниньи, он не мог унять тревогу. Правда, лицо, говорившее, что он готов сражаться до смерти, превратилось в лицо, показывающее недовольство, он медленно расслабил сжатые кулаки.

Видя такие резкие изменения в Энфри, Аинз как удивился, так и озадачился. Конечно, поскольку путешествие было коротким, он не знал всё о характере этого юноши, но всё равно он не думал, что реакция будет такой сильной. Наверное, деревня для него была больше, чем место, где он собирает травы.

Чувствуя подозрение, Аинз посмотрел на юношу. Гоблины, с другой стороны, почувствовали гнев Энфри, и озадачено переглянулись между собой.

— Эх... Это чувствуется иначе, чем ранее...

— На деревню старшей сестры недавно напали рыцари Империи, мы просто осторожны.

— Деревня была атакована?!. Надеюсь, она в порядке!

Будто отвечая на выкрик Энфри, у входа в деревню под защитой гоблинов появилась девушка. Увидев её, Энфри широко открыл от потрясения глаза, громко выкрикнув имя:

— Энри!

Услышав это, девушка тоже ответила дружеским голосом, полным доброты и тепла:

— Энфри!

Аинз вдруг вспомнил о том, что слышал раньше.

— Ах, так тот друг аптекарь... не женщина, а мужчина.

Интерлюдия

Демиург шёл по девятому этажу Великого Склепа Назарика. Стук от каблуков отражался эхом и исчезал в тишине. Хотя в качестве меры предосторожности против вторжения сюда было послано несколько слуг, это не нарушало атмосферу легендарности. Демиург осмотрелся, у него на лице появилась улыбка.

— Как славно и величественно.

Он восхищался всем величием девятого этажа. Его восхищала эта красота, потому что она и сорок одно Высшее существо очень хорошо дополняли друг друга, настолько, что Демиург ценой своей жизни защитил бы этаж. Вот почему он любовался этим видом. Каждый раз, когда он шёл по девятому этажу, его переполняло счастье, и он снова клялся посвятить себя создателям. Впрочем, так себя тут чувствовал бы не только он. Кто бы ни пришёл на этот этаж, его переполнял трепет, даже шумные клоуны или музыканты, и те старались бы не проронить ни звука, который нарушил бы спокойствие.

Эта сцена не понравилась бы лишь предателям сорока одного Высшего существа или тем, кто мыслит о предательстве. Подумав об этом, Демиург повернул за угол и пришёл к месту назначения. Это была комната последнего Высшего существа Великого Склепа Назарика, их властелина Аинза Оала Гоуна.

Он увидел, что кто-то выходит из дверного проёма. Эти кто-то, похоже, тоже заметили Демиурга, они почтительно остановились, ожидая, пока тот подойдёт. Один из них был будто дворецкий: одетый во всё чёрное, кроме белых перчаток. Вот только походил он больше на бойца, а не на дворецкого. В Назарике это был один из десяти слуг мужского пола. Но даже Демиург не мог отличить, кем именно из этих десяти тот был. Потому что все они были в маске, закрывающей лицо, и могли издавать лишь странные звуки.

А вторым был этот, стоящий возле слуги. «Голый с галстуком», — странная мысль появилась у Демиурга в голове.

Это был пингвин. Пингвин с галстуком. Чёрным.

— Давно не виделись, помощник дворецкого.

Услышав тёплое приветствие Демиурга, пингвин радостно улыбнулся — по-видимому, радостно — и тоже поприветствовал:

— Давно не виделись, господин Демиург.

Он низко поклонился.

Конечно же, этот пингвин не был простым, это был помощник дворецкого Великого Склепа Назарика. Он был из гетероморфной расы людей-птиц, известный под именем Эклеа Эклер Эйклеа.

Обычно люди-птицы были похожи на Пэроронтино, одного из Высших существ, они должны обладать крыльями и головой птицы, а пальцы должны быть когтистыми, тоже как у птиц. Но почему-то это существо было похоже на пингвина. Впрочем, Демиурга не смутила такая внешность. Ведь тот, без сомнений, был созданием Высших существ.

— Альбедо внутри?

— Да, госпожа Альбедо там.

Пока Аинза не было, за Великий Склеп Назарика отвечала Альбедо. Но она работала не у себя, а заперлась в этой комнате. Это все знали.

Всё это разрешил Аинз, так что протестовала бы, наверное, лишь Шалти Бладфолен, которая сейчас была далеко. Демиург спросил Альбедо: «Разве хорошая жена не должна дожидаться мужа и заботиться о доме?», — на что она ответила: «Нет ничего плохого в том, чтобы жена охраняла комнату мужа», и Демиургу не чем было возразить.

Демиург кивнул, показывая тем самым, что понял, и спросил Эклера:

— Тебя тут редко увидишь. Разве обычно ты работаешь не в гостевой комнате?

— Пока нет господина Себастьяна, мне приходится работать вдвойне усерднее и за него. Я как раз в подробностях обсуждал разделение задач с госпожой Альбедо.

— Понятно. Пока его нет, девятый этаж будет в твоих руках.

— Точно, чтобы править Великим Склепом Назарика в будущем, сейчас самое время усердно работать.

Хотя перед Демиургом были произнесены странные слова, он продолжал улыбаться. Все знали, что Эклер положил глаз на трон Назарика. Но такой уж была часть создания Высших существ, так что в этом трудностей не было.

Если верховные правители прикажут, Демиург безжалостно от него избавится, но пока с этим проблем нет.

— Да, работай усердно. Так что ты собираешься делать сначала?

— Убирать. Разве есть хозяйственные дела поважнее? Никто не убирает лучше меня! Даже унитаз лизать можно, после того как я его почистил.

Услышав уверенный ответ Эклера, Демиург с удовлетворением кивнул:

— Замечательно. У тебя очень важная работа. Если этот этаж станет грязным, это оскорбит Высших существ. — Затем он спросил о другом: — Я знаю, что твоя работа имеет огромное значение, но кто вместо Себастьяна отвечает за этот этаж?

— Это работа главной горничной Пэстонии. По сравнению с уборкой, управление — не такое уж большое дело.

— Ясно... слугам, созданным Высшими существами, были переданы надлежащие задачи... Кстати, тебе не трудно убираться ластами?

— Я своими навыками успешно справляюсь с этой трудностью и ловко убираю, — Эклер выпятил грудь и уверенно ответил, но с оттенком недовольства он продолжил: — Между тем, господин Демиург, этот вопрос не похож на вопрос, который спросит человек, почти настолько же умный, как я. — Эклер взял гребень, который передал ему стоявший позади слуга, и начал причесывать золотые перья, которые торчали по бокам головы. — Я не простой пингвин, я рокхоппер, хохлатый пингвин! Меня создала госпожа Анкоро Мотти Моти. Пожалуйста, не подумайте неправильно. И это не ласты... это крылья!

— Прошу прощения.

Увидев, что Демиург поклонился, Эклер не принял это близко к сердцу, развернулся и приказал слуге:

— Отнеси меня вот туда.

— Ээээк!

Слуга взял Эклера под мышку и понёс.

Поскольку Эклер ходил, перемещая вес с ноги на ногу, двигался он медленно. Так что, как правило, его носили слуги.

— Тогда я пойду, господин Демиург.

— Да, до встречи, Эклер.

Дождавшись, пока помощник дворецкого, которого несли словно мягкую игрушку, уйдёт, Демиург постучал в дверь.

Разумеется, хозяина там не было, но всё же Демиург вёл себя почтительно. Для него эта комната была местом, заслуживающим уважения. Он зашёл в комнату, из которой не послышалось ответа. Осмотревшись, он не увидел Альбедо. Вздохнув, он открыл другую дверь и вошёл в одну из внутренних комнат.

Комнаты сорока одного верховного правителя были спроектированы по образу президентского номера: с большой ванной, барной стойкой, гостиной с пианино, спальней хозяина, гостевой комнатой, кухней, чтобы самому готовить, большой гардеробной и многими другими комнатами.

Демиург, чуть поколебавшись, направился в спальню хозяина. Он постучал и, не дожидаясь ответа, открыл дверь.

В комнате стояла невероятно большая кровать. А под одеялами извивалось нечто, немногим большее человека.

— Альбедо, — утомлённо обратился Демиург. Показалось красивое лицо. Были видны обнажённые плечи, она, наверное, была голая. Лицо было розовым от возбуждения, она, скорее всего, извивалась под одеялами. — ...Что ты тут делаешь?

— Я хочу, чтобы когда владыка Аинз вернётся, его окружал мой запах.

Она, видно, извивалась для того, чтобы оставить свой запах.

Демиург был ошеломлён, он молча смотрел на НИП высшего ранга, Смотрителя Великого Склепа Назарика. Затем он слабо покачал головой. Он не сказал, что «владыка Аинз — нежить, он, наверное, и не спит-то». Или «даже если спит, простыни всё равно поменяют». Если этого достаточно, чтобы удовлетворить Альбедо, тогда он закроет на это глаза.

— Только не перестарайся.

— ...Не знаю, сколько это — перестараться, но я запомню. Да, владыка Аинз?

Демиург потерял дар речи. На мгновение он подумал, что там Аинз Оал Гоун, но этому не хватало глубины и присутствия.

— Это... подушка для объятий в форме него... кто её сделал?

— Я сама.

Демиург чуть приоткрыл глаза, которые, казалось, были всегда закрыты. Он не думал, что у Альбедо есть такие навыки.

— Убирать, стирать или шить, я всё это умею на профессиональном уровне. — Обрадовавшись потрясённому лицу Демиурга, Альбедо очаровательно похвасталась: — Для ребёнка, который родится в будущем, я пошью одежду и носки. Всё до пяти лет.

Альбедо улыбалась до ушей, её «фу-фу-фу» смех заставил Демиурга опустить руки. Я просто оставлю эту женщину и прямо сейчас уйду.

— Подойдут и девочки и мальчики... ах! А как насчёт двойного пола или бесполого?

Демиургу нечего было сказать, он просто смотрел, как Альбедо радостно говорит.

Альбедо отменно управляла Великим Склепом Назарика, превосходя Демиурга очень сильно. Однако она не настолько хорошо разбиралась в военном вопросе, так что помощь Демиурга была необходима. Впрочем, раз нет явных врагов, проблем быть не должно.

Рассудив так, Демиург подавил своё беспокойство. Мастер приказал ему отправиться на миссию, так что он не мог протестовать.

— По приказу владыки Аинза мне уже почти время уходить. Из стражей, которые остались в Назарике, позволено свободно действовать только тебе и Коциту. У меня больше нет ничего, что я могу тебе посоветовать, будь осторожна.

— Аура, Мар, Себастьян и Шалти, теперь и ты. Да, оставь это на меня, при крайней необходимости я попрошу сестрёнку о помощи. И я задействую Плеяд, так что я обязательно продержусь, пока вы все не вернётесь.

— ...Даже при чрезвычайных обстоятельствах ты не можешь задействовать свою сестру без дозволения владыки Аинза. И Плеяд тоже. Две из них не на месте, так что ты не сможешь собрать их всех. Возможно, ты захочешь переместить Виктима на верхние этажи, если положение того потребует?

— Нечто настолько серьёзное... я подготовлюсь, чтобы с этим справиться. Если настанет кризис, я тебя вызову. Кстати, что ты собираешься делать с выжившими из Писания Солнечного света? Владыка разрешил тебе с ними делать всё, что угодно, ведь так? Их можешь оставить на меня тоже, правда я понятия не имею, что нужно делать...

— Ах, эти... я по приказу Аинза провожу над ними эксперименты.

Демиург счастливо улыбнулся, заставляя Альбедо нахмурить свои прекрасные брови.

— Сначала эксперименты с магией лечения. Если отрезать руку и наложить на рану заклинание лечения, отрезанная рука исчезнет. Что случится, если заставить их съесть отрезанную руку и наложить лечение, питательные вещества исчезнут? А если повторять это неопределённый срок, те, кто едят, умрут с голоду?

— Э... понятно.

— И не только это, я позволяю им голосовать, чтобы выбрать того, кто станет едой, и того, кто будет отрубать руки тупым топором. Голосование не анонимно.

— А в этом есть смысл?

— Конечно. Среди заключённых наладилась иерархия, есть те, кого едят, те, кто отрубает руки, и те, кто ест руки. Товарищи становятся врагами. А тех, кого едят, мы аккуратно подстрекаем. Это заставит их восстать, результаты на лицо. Живые существа, которые ненавидят всё, — страшны.

— ...Как глупо. Создания в Назарике сотворены Высшими существами, мы никогда не предадим владыку Аинза. Но люди поворачиваются против своих хозяев... у них нет преданности.

— Вот почему это так интересно. Наслаждайся этой частью людей, Альбедо. Просто считай их игрушками и всё будет отлично.

— Я совершенно не понимаю твоего мышления.

— Жаль. Хорошо, если будем болтать тут весь день, это задержит выполнение приказов владыки. Если что-то случится, я сразу же прибегу обратно.

— Да, но ничего не случится. Я уведомлю тебя, если будет надобность.

— Тогда я ухожу. Ах да... Поскольку ты делаешь одежду для мальчиков, я должен был сообщить тебе ранее. Верховные правители, похоже, предпочитают, чтобы мальчики носили одежду девочек, разве не так?

— ...Э?

Глава 3. Мудрый Король Леса

Часть 1

Клементина вернулась в секретный склеп-базу, расположенный под кладбищем Э-Рантэла. Она практически горела от гнева. Шаги были стремительные, брови нахмуренные, а губы изогнутые. Её тонкие черты лица искривились — стали уродливыми.

Правда, её характер, наверное, даже уродливее. Каджит пробормотал в сердце, командуя своим недавно созданным зомби направиться в зону содержания нежити.

— Оо? Новые зомби? И больше ста пятидесяти, Жемчужина смерти и впрямь та ещё редкость!

При использовании заклинания третьего ранга «Создать нежить» количество нежити, которое можно контролировать, зависит от способностей заклинателя. Чем сильнее нежить, тем меньшее число можно контролировать. Но Каджит, невероятно умелый в контроле нежити, мог командовать больше чем сотней низкопробной нежити, вроде зомби. Это ему удавалось благодаря особому предмету — Жемчужине смерти.

— Проблема в том, что ты слишком сильно любишь играть.

— Извини-извини, — поклонилась Клементина даже без намёка на сожаление. — Но ведь приятели, умершие так легко, — дефектны. Эх, они даже такую малость не вытерпели.

— ...От твоих ударов любой бы с лёгкостью умер...

— А вот и нет. Только не искатели приключений.

— Но это ведь не искатели приключений, а обычные люди... они умрут... Клементина, тебе что, нравится тратить время на болтовню об очевидном?

— Ладно-ладно. Извини. Я не поступлю так снова, пожалуйста, прости меня!

Каджит щёлкнул языком:

— Я тебе не верю, просто прекрати пока похищать людей.

— Хорошо.

Её непринуждённый ответ заставил Каджита нахмуриться. Но поскольку говорить что-либо ещё — бесполезно, он прекратил её отчитывать. Он, хмурясь, показал сильное недовольство, что было, как всегда, проигнорировано.

— Но ведь так скууучно... Кстати, куда же он пошёл?

— Он ещё не вернулся?

— Пока нет, эх, я снова вернулась с пустыми руками. А ведь сейчас хороший шанс, может, украдём бабку?

— Не спеши. Не недооценивай старуху, она может использовать заклинания третьего ранга, и в этом городе она очень известна. Если мы нападём легкомысленно, это нам добавит ещё больше проблем.

— Эх. Но...

Каджит потянулся рукой под мантию и схватил чёрный драгоценный камень:

— ...Клементина, ради того чтобы превратить этот город в царство мёртвых, на подготовку я потратил годы. Я не хочу, чтобы твои глупые игры помешали моим планам. Если продолжишь доставлять проблемы... я тебя убью, поняла?

— ...Это называется Спираль смерти, да?

— Верно, ритуал, который проводит наш мастер.

В местах, где собралась нежить, можно было создать более сильную нежить. А если собрать сильную нежить, станет возможным создать нежить ещё сильнее. Магический ритуал, использующий это спиралеподобное свойство, которое позволяло бесконечно создавать более сильную нежить и могло уничтожить целый город, был известен как «Спираль смерти».

В прошлом этот злой ритуал уже превращал город в царство мёртвых. Каджит хотел превратить Э-Рантэл во второй город нежити, а потом использовать в таком городе силу смерти, чтобы превратить себя в нежить.

Он потратил много усилий, чтобы достичь этой цели. Он не позволит женщине, которая появилась пару дней назад, пустить план под откос.

— Ты понимаешь?

Каджит видел насквозь милые надутые щеки Клементины, он ощутил её жестокость. В это мгновение её намерение убийства вырвалось, словно порыв ветра. Она сократила дистанцию, нанося удар на невероятной скорости. Блеснул острый короткий меч, несясь к горлу Каджита...

Оружие Клементины было колющее, также известное под названием эсток. Он был ограничен в способах атаки, и им было трудно орудовать. Но Клементина любила такое оружие, поэтому она натренировала мышцы, достала хороший инвентарь и обучилась различным техникам. Всё это чтобы убивать с одного удара.

Развив этот навык, она выжила во множестве битв против мужчин и монстров, и достигла состояния, когда обычным людям уклониться от неё невозможно. У Клементины был врождённый талант и невероятный потенциал, так что вполне естественно, что, проведя большую часть жизни в изучении этого навыка, она достигла такого состояния.

Но её цель тоже не была слабой. Гордость Зуранона, Каджит из двенадцати учеников, так просто не умрёт.

Кончик клинка, от которого невозможно было уклониться, был блокирован появившейся из-под земли белой стеной. Это был коготь, созданный из множества человеческих костей, коготь ящера. Он двигался, оставляя за собой в земле трещины. Этот большой объект, похоже, был под контролем Каджита.

Под ногами Каджит ощутил присутствие могущественной нежити. Чувствуя удовлетворенность, он посмотрел на Клементину:

— Что за бесполезная атака. Ты лишь отвлекла меня достаточно, чтобы я на мгновение потерял контроль над нежитью.

— Э, ну извини, но я ведь даже полную силу не использовала. А ты блокировал этот удар всей своей силой, разве не так?

— Не говори чепухи, Клементина. Ты не та, кто будет сдерживаться.

— Вах, ты видишь меня насквозь? Ага, если бы ты не защитился, я проткнула бы тебе плечо. Но я не собиралась тебя убивать. Честное слово не собиралась.

Увидев, как женщина улыбнулась, Каджит нахмурился.

— И ещё я могу победить эту штуку, может, у него и есть шанс против заклинателей, но меня, воина, должно быть более чем достаточно, разве не так? Но тогда мне придётся использовать дробящее оружие, а с ним я не очень хороша.

— ...Возможно, со своей техникой убийства с одного удара ты сильна против живых существ, но что ты противопоставишь нежити, у которой нет жизненно важных органов? Ты вправду считаешь, что это мой последний козырь?

— Хммммм... да, а ты прав.

Клементина глянула на коридор, по-видимому чувствуя ожидающую там нежить, которую контролировал Каджит.

— Полагаю, с парочкой я справлюсь... но при таких обстоятельствах бой превратится в сражение на истощение и я, вероятно, потреплю поражение. Извини, Каджинчик.

Клементина спрятала под плащом оружие, которое держала в руке, и земля перестала дрожать.

— Как и ожидалось от усиленного контроля нежити! Впечатляюще! — Клементина повернулась и пошла прочь, но на полпути добавила: — Ах да. Я не трону бабку до самого конца. И больше не буду похищать людей, этого достаточно?

— ...Да. — Каджит не освобождал силу в руках, пока женщина не ушла. Даже когда её фигура исчезла у выхода из подземного склепа. — Сумасшедшая. — Этим словом Каджит завершил их беседу. Он тоже был порочен, но не настолько, насколько Клементина. — Что за невероятная сила... нет, именно из-за невероятной силы её характер стал таким скрученным.

Клементина была сильна. Даже среди двенадцати высокопоставленных членов их секретной организации лишь трое могли её победить. К сожалению, Каджит не был одним из них. Даже если бы он использовал свой особый предмет, его шансы выиграть были бы лишь тридцать процентов.

— Бывшее девятое место в Чёрном Писании, хех... психопатка с силой героя... с ней шутки плохи.

♦ ♦ ♦

— Так вот что случилось, — прошептал Энфри и глубоко вздохнул. Он хорошо знал родителей Энри. Они были идеальными родителями. Он завидовал двум дочерям, в которых они души не чаяли. Он осиротел ещё когда был ребёнком, и своих родителей помнил смутно. Всякий раз, когда упоминались чудесные родители, он вспоминал родителей Энри.

Энфри был зол на самозваных имперских рыцарей, забравших жизнь её родителей. Когда он услышал, что рыцарей убили, то посчитал, что они этого заслуживают. И он был зол на чиновников из города Э-Рантэл, которые не пожелали послать солдат. Однако та, кто должна быть наиболее зла и грустна, Энри, сдерживала свои чувства, что было немного странно. Он смотрел на Энри, когда она вспоминала произошедшее, и не был уверен, следует ли её утешать или нет, она вытерла накатившие на глаза слёзы и улыбнулась:

— У меня осталась сестрёнка, так что я не могу унывать.

Энфри, который собирался встать, снова сел. Прискорбно, что я упустил шанс её утешить. Я просто бесполезен.

Но... желание её защитить не изменилось. Чуть поколебавшись, Энфри решился: кроме себя, я никому не позволю сидеть возле Энри, даже если этот человек окажется достаточно сильным, чтобы её защитить. Возможно, он поступал немного поспешно, но он не хотел терять Энри, потому решился выразить чувства, которые скрывал с самого первого дня, когда ребёнком пришёл в эту деревню.

— Энри...

Он не мог продолжить, будто горло сдавило. Скажи это, скажи. Он хотел сказать, но слова будто застряли в горле и не желали выходить.

И Энри, и Энфри были возраста, когда уже можно жениться, а денег, которые он собрал, работая аптекарем, было достаточно, чтобы заботиться об Энри и её сестре. Даже если бы у них появился ребёнок, денег бы хватило...

В мыслях появилась картина того, как он создаёт свою семью... но он остановил разыгравшееся воображение. Заметив, что Энри озадачено на него смотрит, Энфри заволновался ещё сильнее.

Он то открывал, то закрывал рот.

Ты мне нравишься.

Я тебя люблю.

Но он не сказал эти два предложения. Потому что боялся услышать отказ. Тогда нужно сказать что-то, что сблизит их ещё сильнее.

В городе безопаснее, хочешь жить вместе? Я позабочусь и о твоей сестре. Если хочешь работать, можешь помогать бабушке с магазином. А если тебе в городе не нравится, я сделаю всё возможное, чтобы тебе помочь.

Просто сказать этих слов было бы достаточно. Шанс отказа был бы ниже, чем если бы он выразил любовь.

— Энри!

— Чт-то такое? Энфри.

Энри удивилась его внезапному выкрику, и Энфри начал своё признание:

— ...Если... у тебя будут трудности, пожалуйста, скажи мне. Я сделаю всё возможное, чтобы тебе помочь!

— Спасибо!.. Энфри, ты хороший друг, лучший, чем я заслуживаю!

— Ах, эх, эммм... Нет, не говори так, мы уже так долго друг друга знаем.

Энфри был не в силах что-либо ещё сказать улыбавшейся Энри. Какой же я бесполезный. Вместе с тем он подумал, что Энри очень милая, и они немного поговорили о своём детстве. Когда тема подошла к концу, он спросил:

— Кстати, что это за гоблины такие?

Гоблины называли Энри старшей сестрой. И в отличие от обычных гоблинов, которых он видел по дороге, каждый из этих выглядел как ветеран. А следы заклинателя в деревне потрясали ещё сильнее. Ему было интересно, как Энри, обычная деревенская девушка, познакомилась с группой гоблинов и какие у них отношения.

Она просто ответила:

— Я подула в предмет, который оставил спаситель деревни, Аинз Оал Гоун, и они появились. Они слушаются моих приказов.

— Понятно... — Его глаза засверкали, будто звёзды; он, ответив как бы невзначай, выглядел жалко.

Аинз Оал Гоун.

Энри уже несколько раз упоминала это имя. Когда на деревню напали люди, замаскированные под рыцарей Империи, случайно проходивший мимо загадочный заклинатель своей удивительной силой спас деревню и принёс в неё мир. Он был героем, спасшим Энри, он был тем, кого Энфри следовало поблагодарить.

Но ему сложно было выразить свою благодарность, ведь у Энри было такое лицо. Вполне естественно, что, упоминая спасителя, она будет так выглядеть, но у него в сердце всё равно зародилась зависть. Мужчины ведь всегда соперничают, такой уж у них характер, потому он почувствовал зависть, ведь Энри не смотрела таким взглядом на него. Он застрял в этих тёмных чувствах и уродливых мыслях.

Какой же я жалкий.

Энфри попытался избавиться от таких эмоций и подумать о предмете, который упомянула Энри. «Рог гоблина-генерала» — предмет для вызова гоблинов. Великий заклинатель, спасший деревню, очевидно сказал что-то об этом роге, но поскольку тогда она была в растерянности, то не могла вспомнить всё ясно. Энфри подумал, что это странно. Она могла не знать, какого типа этот предмет, но она не должна была об этом забывать. Поскольку это предмет с особыми эффектами, любой, как только один раз о нём услышит, уже не забудет. Существовало множество предметов, предназначенных для призыва, а также заклинаний призыва. Но после определённого времени призванные существа исчезали.

«Призванные монстры» — это не те монстры, которых возможно контролировать долго. Если этот рог на такое способен, вся история магии перевернётся с ног на голову. Насколько же он ценен? Энри, видно, не знает его ценности, но если она захочет его продать, то денег ей хватит на всю жизнь.

Энри применила эту редкую находку, потому что не хотела, чтобы деревня снова пострадала. Такой уж Энри была, подумал Энфри, вот почему вызванные гоблины защищают деревню, называют Энри старшей сестрой, следуют её приказаниям и даже помогают в полях. Он слышал даже, что они учат крестьян использовать лук, учат их себя защищать. Вот как в деревне появились странные новые жители.

Частично, крестьяне приняли гоблинов потому, что на них напали рыцари, те же люди. Они больше не могли доверять другим людям так же, как прежде, и в то же время из-за этого они проще приняли помощь гоблинов.

Но главная причина была в том, что предмет был подарком заклинателя, спасшего деревню.

— Этот человек назвался Аинз Оал Гоун? Что он за человек? Я хочу выразить благодарность.

Энфри понятия не имел, кто же такой этот Аинз Оал Гоун. Энри сказала, что не знает, как он выглядел под маской. Так что даже если бы этот кто-то был знакомым Энфри, узнать это было бы невозможно. Но он великий человек, ведь отдал такой ценный предмет. Энфри никогда бы не забыл, если бы видел его раньше. Когда он поделился с Энри своими мыслями, она, похоже, разочаровалась.

— Ясно. Я думала, ты знаешь, кто он... — сказала она.

Из-за этого у Энфри начало быстро стучать сердце и потеть спина. «Неважно, какая у него внешность, но с его силой возможность того, что он станет популярным, очень высока» в уме возникли слова, которые он слышал прошлой ночью. Его дыхание стало прерывистым.

На мгновение успокоившись, он спросил:

— Эм, Энри, в чём дело? Почему ты хочешь ещё раз увидеть этого Аинза?

— Э? Ну, я хочу надлежаще его отблагодарить. Крестьяне предложили построить небольшую бронзовую статую в память о том, что он спас нам жизнь, мне тоже нужно сказать ему спасибо...

Поняв, что любви, которой боялся Энфри, тут нет, он вздохнул с облегчением, расслабил напряжённые плечи и сказал:

— Ох, ясно... фух. Точно, нужно его поблагодарить. Если в нём есть что-то особенное, мы сможем сузить места поиска... Ах, точно, ты знаешь, какую магию он использовал?

— Ах, магия. Она была потрясающа. С грохотом ударила молния и рыцарь упал.

— Молния... ты слышала, как он сказал слово «молния»?

Энри посмотрела в небо и тяжело кивнула:

— Да!.. я слышала, как он это говорил.

Но это было длиннее... слушая, как Энри пробормотала два слова, Энфри рассудил, что это то, что говорят перед активацией заклинания.

— Это... заклинание третьего ранга.

— ...Третий ранг... это удивительно?

— Конечно удивительно! Я могу использовать лишь второго ранга, третий ранг — это высшее, чего могут добиться нормальные люди. Дальше уже царство врождённого таланта.

— Сэр Гоун невероятен!

Энри была впечатлена и кивнула, но Энфри не думал, что этот заклинатель ограничен третьим рангом. Он так просто расстался с таким предметом, так что он, скорее всего, может использовать магию пятого ранга, которая уже находится в царстве героев. Озадаченный Энфри невольно склонил голову на бок, но когда он услышал следующие слова Энри, сомнения у него исчезли:

— Он ещё дал мне какое-то красное зелье...

История по кусочкам складывалась в полную картину, это напомнило ему разговор, который он слышал некоторое время назад.

— Я заплачу тебе за доставленные неудобства, можешь подробно описать человека, который дал тебе зелье?

Женщина-воин по имени Брита, услышав просьбу Лиззи, с недовольством ответила:

— Что вы собираетесь делать, спрашивая такое?

— Очевидно, это будет подсказка, чтобы найти его. Этого загадочного человека, закованного в броню. Если я к нему подберусь поближе, он, вполне возможно, расскажет, где достал зелье, ведь так? Если он искатель приключений, я его найму. Что думаешь, Энфри?

Вот почему Энфри запросил работу на имя Момона. Он хотел найти информацию о зелье, укрепив их дружбу. А кроме этого, пока они будут идти в лес собирать травы, Момон может неосознанно выдать и какую-нибудь другую информацию.

Энфри потрудился, чтобы скрыть волнение, и спокойным голосом осторожно спросил:

— Ох, что это за зелье было?

— Э?

— Ты ведь знаешь, я аптекарь, меня интересуют все зелья.

— Ах, точно! Ты ведь аптекарем работаешь.

Энри рассказала всё о том, как заклинатель дал ей зелье. Рассказывая, она упомянула невероятные подвиги Аинза Оала Гоуна, что могло заставить Энфри ревновать. Но сейчас его голова была полна кое-чем другим. Объединив всю информацию, он наконец раскрыл завесу тайны. Зелье в Э-Рантэле и зелье, которое выпила Энри, похоже, одинаковы. И люди, которые появились в обоих местах, — пара искателей приключений, состоящая из заклинателя и воина в чёрной броне.

Ответ был лишь один, но было два кандидата на роль Аинза Оала Гоуна. Один из них был похож на человека из описания Энри, но на всякий случай Энфри спросил:

— ...Человек по имени Аинз Оал Гоун может быть... женщиной?

— Хммм? Нет? Лица я не видела, но голос был мужским.

Этого было недостаточно, чтобы сказать, что это точно мужчина, ведь существуют заклинания и предметы, изменяющие голос. Но, казалось, что как-то неправильно сравнивать Набель и Аинза Оала Гоуна. Холодная и неуклюжая Набель по сравнению с умным, собранным и отзывчивым Аинзом, они слишком разные. Связать их можно с большой, большой натяжкой...

— А ту, что была в чёрных доспехах, звали Альбедо.

— Й, ясно...

Он вспомнил, что Набель упомянула это имя. Вот тайное и стало явным. Аинз Оал Гоун — это Момон. Просто невероятно. Заклинатель, спасший деревню, также является опытным воином. Были, конечно, воины, которые могли использовать магию, но баланс всегда склонялся к одному из навыков. То же самое относится и к заклинателям. Если заклинатель наденет тяжёлые доспехи, то не сможет применять магию.

Заклинатель третьего ранга и мечник, который равняется искателю приключений адамантового класса. Это просто абсурдно. Если он и вправду такой, он будет героем среди героев. Но почему тогда во время поездки он задавал столь много вопросов? Логичнее всего будет заключить, что он заклинатель, изучивший неизвестные техники в каком-то государстве, поэтому не знает обычных вещей. Если это так, вполне естественно, что он может обладать странными зельями, о которых Энфри ничего не знает.

От такой информации дыхание Энфри стало прерывистым. Он не мог успокоиться, хоть и знал, что Энри удивлённо на него смотрит.

В сердце возникли сложные чувства. По сравнению с Аинзом, который спас Энри и дал ей зелье, он был жалким и мерзким, ведь хотел стать к нему ближе лишь для того, чтобы узнать секрет приготовления зелья. Энри больше понравится такой человек, как Аинз. Подумав об этом, он неосознанно вздохнул.

— Ты не заболел? Ты плохо выглядишь.

— Эм, нет. Я в порядке, просто задумался...

Если он узнает, как создавать это зелье, то спасёт множество жизней, и больше не будет чувствовать вину. Но шансы на это очень маленькие. Он, как аптекарь, просто хочет заполучить новый способ создания зелий.

Аинз не просто могущественный воин, но и отличный заклинатель. Его сопровождает красотка, у него есть неизвестные зелья и он обладает достаточно сильным чувством правосудия, чтобы спасти деревню. Энфри сравнил такого человека с собой. Он почувствовал, что удручающе широкая пропасть находится между ним и Момоном... нет, Аинзом Оалом Гоуном.

— Что-то случилось? Ты странно выглядишь.

— Ах, нет. Ничего.

Энфри сдержал вздох и улыбнулся, но он не был уверен, что эта улыбка естественна. К тому же у Энри было такое лицо, будто она видит его фальшивую улыбку насквозь.

— ...Что же делать? Энри, ты ненавидишь людей, которые скрывают свои постыдные дела?

— ...Пока нас не вызывают на суд Божий, у всех есть, что скрывать. Особенно то, что приносит несчастье, когда это говоришь. Но если хранение тайны принёсет несчастье другим, тогда это уже другой вопрос... я не буду тебя ненавидеть, так что какое бы преступление ты ни совершил, лучше сдайся властям!

— ...Нет, я не совершал преступлений.

— Эх... Да! Точно! Просто невозможно, чтобы Энфри совершил преступление! Я тебе доверяю!

Глядя на Энри, которая выдавила из себя смешок, Энфри расслабил плечи.

— Да, но я всё же хочу тебя поблагодарить. В некотором смысле ты всё упростила. Я буду упорно трудиться, чтобы стать столь же хорошим, как он.

Чтобы высоко поднять голову и сказать: ты мне нравишься, я тебя люблю.

В ответ на решимость Энфри и те его слова, озадаченная Энри просто кивнула и вежливо улыбнулась.

Часть 2

— Ох... — вздохнул Аинз и восхищённо посмотрел на деревню. Множество крестьян стояло в ряд. Мужчины и женщины, старики и дети, все были тут. Сорокалетние пухленькие женщины, выглядящие как матери, а также дети, которым на вид около десяти. Все они были настолько серьёзны, что, казалось, источают вражду. Никто не бездельничал.

С ними говорил гоблин, держащий в руках лук. Даже своим чувствительным слухом с такого расстояния Аинз не слышал, о чём они говорят. Несколькими мгновениями позже выстроенные крестьяне медленно подняли луки. Это были простые короткие луки и, судя по форме, самодельные. Натянув тетиву, они прицелились в стоявшие невдалеке соломенные чучела. Гоблин, наверное, скомандовал — крестьяне в унисон выстрелили. Луки, может, и выглядели простыми, но дуга, по которой полетели стрелы, выглядела прекрасно. Все попали по чучелу, никто не промазал.

— Неплохо, — похвалил Аинз.

— Неужели? — в сомнениях спросила стоявшая рядом Нарберал. Она, наверно, не понимала, почему техника такого уровня удостоилась похвалы. По сравнению со стрелками Великого Склепа Назарика, это было детской игрой.

Аинз понял, что чувствует Нарберал, под шлемом он горько улыбнулся.

— Ты права, Нарберал, их навыки с луком не такие уж невероятные. Но всего лишь десять дней назад они даже не знали, как держать лук. Они не просто пассивно молятся, чтобы супруги, дети и родители не умерли в ещё одной трагедии, они взялись за оружие, чтобы себя защитить, когда в этом будет необходимость. Разве техника, которую они выучили с таким мужеством, не достойна похвалы?

Достойна похвалы была ненависть, настолько сильно подтолкнувшая сельчан.

— Мои извинения. Я не думала об этом так много...

— Всё в порядке, Нарберал. Их техника всё равно не заслуживает похвалы.

Пока Аинз смотрел, как стрелы полетели по небу и пробили чучело, у него в голове возникли мысли: Насколько сильными они станут? И какую силу могу получить я?

В Иггдрасиле Аинз уже достиг максимального сотого уровня. Когда он появился в этом мире, его очки опыта были на девяносто процентов от лимита. Это лишь гипотеза, но раз его способности остались, то и система уровней тоже должна остаться. Но трудность в том, сможет ли он набрать эти оставшиеся десять процентов опыта, чтобы достигнуть сто первого уровня.

Аинз мог предположить, какими будут ответы на вопросы. Он не станет сильнее. Он уже достиг вершины могущества. Он сейчас силён, но сильнее стать не сможет. А крестьяне были слабыми и могут стать неожиданно сильными.

Если люди этого мира могут расти без ограничений, то они могут превзойти максимальный сотый уровень Иггдрасиля. Если это случится, Аинз и его подданные в Великом Склепе Назарика будут им не ровня.

Но это совершенно не...

— Хотя, вполне возможно...

Аинз подумал, что, возможно, Шесть богов Слейновской Теократии были игроками. Он не знал, почему они появились в этом мире так давно, но если они гетероморфной расы, у которой продолжительность жизни не ограничена, или если у них класс, увеличивающий продолжительность жизни, есть высокая вероятность, что они всё ещё живы.

Если Шесть богов до сих пор прячутся в Слейновской Теократии, то в течение этих шестисот лет могли появиться люди, которые использовали силу Шести богов, чтобы увеличить уровень, — с помощью могущественных игроков зарабатывать опыт быстрее, чем обычно, — не будет ничего удивительного в том, если появится кто-то, у кого уровень больше сотого.

Тогда Слейновская Теократия не правит миром потому, что существуют другие аналогичного уровня. Или может даже сотый уровень здесь обычное дело.

Когда Аинз об этом подумал, ему скрутило несуществующий живот.

Если Шесть богов — игроки, нужно сделать всё возможное, чтобы предстать перед ними в лучшем свете, даже если сбор информации не закончится. Но, по словам выживших членов Писания Солнечного света, рыцари Империи, напавшие на деревню, на самом деле были переодетыми солдатами Теократии, а это значит, что спасти деревню было всё равно что пойти против Теократии.

— Наверное, я совершил ошибку, помогая им...

В конце концов, нужно собрать больше информации. Пока Аинз был поглощён таким мыслями, он заметил, что в его сторону бежит юноша. Волосы трепал ветер и было видно глаза, которые обычно были прикрыты чёлкой. Он смотрел прямо на Аинза. У Аинза появилось плохое предчувствие. Такой же панический вид он когда-то видел у деревенского старосты.

— Что за спешка? Опять что-то случилось? Эта деревня и вправду...

Энфри наконец добежал до Аинза. Он тяжело дышал, а лоб так сильно потел, что волосы намокли и прилипли к голове. Из-за чего его лицо было прекрасно видно, он был серьезен и смотрел на Аинза и Нарберал. Мгновение он, похоже, колебался, не зная, с чего начать. Но наконец-то решился и спросил:

— Момон, вы сэр Аинз Оал Гоун?

Этот внезапный вопрос ошеломил Аинза. Правильно ответить было бы «нет». Но есть ли у него на это право? Ведь это имя создали он и его друзья. И хотя сейчас это имя он взял себе, может ли он ответить отрицательно?

Его колебание было лучшим доказательством. Энфри сказал:

— Так это вы, сэр Гоун. Благодарю, что спасли эту деревню и Энри, — поклонился он.

Аинз ответил: «Нет... я...».

Услышав слова, которые Аинз сумел выдавить, Энфри с пониманием кивнул:

— Я понимаю, что у вас есть свои причины скрываться, но я всё равно хотел поблагодарить вас за спасение деревни... нет, за спасение Энри. Спасибо, что спасли девушку, которая мне нравится.

Подумав, что слово «нравится» используют лишь молодые, Аинз почувствовал себя старым дядей. На мгновение он позволил себе вспомнить прошлое, но затем подумал о других, более важных делах.

— Эх... достаточно... подними голову.

Это значило, что он признал, что является Аинзом Оалом Гоуном, у него больше не осталось объяснений, чтобы опровергнуть заявление Энфри. Он проиграл.

— Хорошо, сэр Гоун. И ещё, на самом деле... я кое-что скрывал от вас.

— ...Следуй за мной. Набель, стой здесь, — отдав приказ Нарберал, Аинз отвёл Энфри немного в сторону, чтобы Нарберал не услышала ничего странного и не начала волноваться.

Отойдя от неё на приличное расстояние, Аинз повернулся к юноше.

— На самом деле... — Энфри нервозно сглотнул, затем сделал решительное лицо. — Сэр Гоун, зелье, которое вы дали женщине в таверне, невозможно создать нормальными методами, оно очень редкое. Я хотел узнать, что за человек обладает таким зельем и способ его варения, вот почему я пригласил вас на эту работу. Я очень сожалею.

— Ох, так вот в чём дело.

Это было ошибкой. В этой деревне Аинз дал зелье Энри, и такое же зелье кому-то в Э-Рантэле. Вот как его раскрыли. Нужно было забрать то зелье... если бы я только спросил её имя... Впрочем, сделанного не воротить.

Тогда в Э-Рантэле Аинз посчитал, что дать ей зелье было лучшим решением. Она сказала: «У вас такая роскошная броня, у вас ведь должны быть какие-то зелья?» — она, наверное, не хотела этого, но это значительно ограничило Аинзу варианты действий.

Например, если кто-то из дорогой машины выйдет в дорогом костюме, все посчитают, что машина соответствует человеку. А если он будет одет бедно? Все подумают, что он потратил все деньги на машину и будут над ним смеяться.

Аинз хотел этого избежать. Если бы тогда он отказался давать зелье, его красотка спутница и яркая броня были бы предметом зависти, и начали бы распространяться невыгодные ему слухи. А слухи это такая штука, которая прицепится к человеку на всю жизнь, люди будут теребить рану бесконечно. Аинз пришёл в это место, чтобы поднять свою славу как искателя приключений, так что ему нужно было всячески избегать того, что может навредить репутации.

Обдумав всё это, он тогда решил отдать зелье. Это был риск, но хоть он и проиграл, сожалений не было. Проигрыш был не полон, всё же была вероятность исправить положение дел. Аинз не был идеальным, он и дальше будет совершать ошибки. Но он не понял, почему Энфри извиняется.

— Но ведь в извинениях нет надобности, разве не так?

— Э?

— Неловко, когда что-то скрываешь, жать руку с улыбкой. Но ведь вы запросили работу для того, чтобы построить отношения, так ведь? Так в чем проблема? — с искренним недоумением спросил Аинз.

— Сэр Гоун вы и вправду великодушны...

Аинз не понимал, почему Энфри впечатлён. Человеческие отношения — основное требование в обществе, нет ничего плохого в желании наладить отношения. Может и смутно, но Аинз кое-что понял. Возможно, Энфри считал себя промышленным шпионом, который подбирался к нему, чтобы украсть секреты.

— Если я скажу, как создавать зелье, что ты будешь делать с этой информацией?

Энфри вскрикнул от удивления и, чуть поразмыслив, ответил:

— Я не думал так далеко. Меня вело любопытство... мою бабушку, наверное, тоже.

— Ясно. В этом нет ничего плохого. Ну, совсем иначе было бы, если бы ты собирался совершить какое-нибудь преступление.

— Как изумительно. Неудивительно, что... она боготворит вас... — прошептал юноша, его волосы уже высушил ветер, и они снова прикрыли ему глаза. Но Аинз всё же увидел в них зависть. Это были глаза любящего бейсбол юноши, который увидел профи.

Выражение у него на лице было похоже на то, которое было у Аинза и его товарищей, когда их спасли от неоднократных нападений игроков. Это был трепет от силы спасителя.

Возникшее чувство неловкости тут же было подавлено. Отношение Энфри повлияло на сердце Аинза, удивив его, но он сразу оправился и принялся действовать. В первую очередь нужно было кое-что выяснить.

— Кстати, вы никому не говорили, что я Аинз?

— Нет, никому.

— Хорошо, чудесно. — Аинз не знал, как бы это сказать Энфри. Так что попросил прямо: — ...Сейчас я обычный искатель приключений по имени Момон. Я буду благодарен, если вы это запомните.

— Да, я полагал, что вы это скажите. Я знал, что это доставит вам много хлопот, но я так сильно хотел выразить свою признательность. Спасибо вам огромное, что спасли Энри и эту деревню, — с серьёзными глазами Энфри искренне поблагодарил Аинза.

— Нет необходимости быть таким формальным. Я просто случайно проходил мимо.

— Но тем не менее не было надобности дарить тот рог.

Рог он подарил без всякой причины, но хорошо, что Энфри подумал, что это доброта. Аинз ничего не сказал, просто кивнул.

Энфри как клиент сообщил, что через час они пойдут в лес. Он снова поблагодарил за спасение деревни и ушёл.

Увидев, что Энфри ушёл, Нарберал подошла к Аинзу и поклонилась.

— Владыка Аинз, я очень сожалею!

— Люди смотрят, подними голову. — Когда Нарберал подняла голову, Аинз колко заговорил: — Да, ты должна сожалеть. Ведь это потому, что ты упомянула Альбедо.

То, что узнали моё настоящее имя, не имеет ничего общего с упоминанием Альбедо, но всё же это было огромной ошибкой. Я воспользуюсь этой возможностью, чтобы исправить её и предупредить, чтобы она никогда больше этого не делала. Правда, сперва нужно запретить называть меня Аинзом... но... кажись, никто не слышал...

— Позвольте мне смертью искупить своё преступление!

Не было похоже, что она шутит.

Все в Великом Склепе Назарика были такими, они все считали сорока одного члена Аинз Оал Гоун высшими существами, абсолютной властью, и считали, что это честь служить им.

Для Аинза это было тяжеловато, но не так уж и плохо, чтобы созданный им НИП служил ему с радостью. Такая уж судьба всех создателей. Нарберал была именно таким НИП. Если бы ей в шутку приказали совершить самоубийство, она бы послушно исполнила приказ. Ей нужно было разрешение из-за чувства абсолютного долга перед хозяином, поскольку она считала, что её жизнь принадлежит хозяину.

— ...Достаточно. Все делают ошибки, неважно кто. Просто усердно работай, чтобы снова не оплошать. Я больше не буду вспоминать эту неудачу, Нарберал Гамма.

Желание умереть, чтобы искупить свою неудачу, и отказ Аинза, чтобы она это сделала. Нарберал была поймана между этими двумя эмоциями. Но вскоре Аинз ощутил, что чаша весов склонилась в одну сторону.

Нарберал медленно наклонила голову:

— Я очень благодарна! Я позабочусь, чтобы не сделать ту же ошибку снова!

— ...Отлично, но не принимай это близко к сердцу. Поскольку искатель приключений по имени Момон... эта замаскированная личность, ещё не полностью провалилась, просто будь осторожна в следующий раз. Но... в зависимости от того, как всё пойдёт, нам, возможно, придётся избавиться от Энфри...

— Прямо сейчас?

— Не шути со мной. Появится больше хлопот, если мы провалим полученную работу.

Бабушка Энфри — в Э-Рантэл известный аптекарь. Если он её разозлит, это может ещё сильнее помешать Аинзу добиться своей цели.

— Как бы там ни было... давай посмотрим, как всё обернётся.

Сейчас это было лучшее, что он мог сделать.

Часть 3

Если идти в сторону леса, через несколько сотен метров появится большая поляна. Гоблины повалили там деревья и пустили их на частокол, но пространство выглядело, словно гигантская пасть монстра. Но место назначения группы Аинза было дальше. Юноша, заказавший эту работу, заговорил первым:

— Мы входим в лес, так что я полагаюсь на всех вас. Территория Мудрого Короля Леса начинается не так далеко отсюда, если всё пройдёт гладко, вероятность встретить монстров будет небольшой. Вот только проблема в том, что то место, где мы вчера натолкнулись на огров, было тоже на территории Мудрого Короля, поэтому, возможно, в лесу что-то случилось. Может, это несколько тривиально, но тем не менее я надеюсь, что вы все будете настороже.

На мгновение взгляд Энфри остановился на Аинзе. Члены Меча тьмы тоже на него посмотрели.

— Раз с нами Момон, проблем быть не должно.

— Если появится Мудрый Король Леса, мы его задержим. Пожалуйста, в это время постарайтесь убежать, — уверенно сказал Аинз.

Все пришли просто в восторг. После вчерашней битвы с ограми он стал центром внимания.

Аинзу было неудобно, когда все его хвалили. Ведь в реальной жизни его хвалили не так уж и часто. Он завидовал Нарберал, которая принимала всё это с гордостью.

— Если придётся бежать, не могли бы вы уйти как можно быстрее? Чем сильнее будет Мудрый Король Леса, тем больше силы мне придётся использовать, и я не хочу, чтобы кто-то попал под перекрёстный огонь.

— Поняли. Мы защитим господина Энфри и убежим из леса. Момон, не слишком перенапрягайся.

— Спасибо. Я убегу, если посчитаю, что стало слишком опасно.

— Эм... Момон, — Энфри, немного поколебавшись, заговорил: — Вы можете сохранить жизнь Мудрому Королю Леса и просто его прогнать?

— ...Зачем?

— Ну... ведь благодаря его влиянию на деревню Карн не нападают монстры. Если вы его победите...

— Ясно...

— Это будет трудно. Момон, может, и силён, но противник — легендарный монстр. Если Момон не будет использовать полную силу, он, возможно, не сможет себя защитить. Как он может тратить силы на...

— Я понял.

— Э?! — выкрикнул от удивления Люклютер. Остальные члены Меча тьмы не заговорили, но всё же у них на лице появилось удивление.

— Может быть, будет трудно, но я сделаю всё возможное, чтобы сдержаться, я попытаюсь его отогнать.

Когда группа искателей приключений услышала слова Аинза, у них по спине прошёл холодок.

— Даже если противник... легендарный монстр, живущий столетиями...

— Таким и должно быть отношение могущественного человека...

— Учитывая характер Момона, он не хвастается...

В отличие от членов Меча тьмы, Энфри смутно представлял, насколько силён Аинз. Он вздохнул с облегчением. Аинз в сердце улыбнулся, глядя на этого юношу.

Энфри надеялся, что никакие монстры не будут нападать на деревню Карн. Если Аинз заменит Мудрого Короля Леса другим монстром, чтобы поддерживать сферу влияния, он сумеет исполнить желание юноши. Даже если придётся убить Короля Леса, он разрешит вопрос, если пошлёт подчиненного из Назарика.

— Хорошо! Давайте поспешим, трава, которую я хочу собрать, выглядит так. Сообщите мне, если найдёте. — Энфри достал из сумки на талии высушенное растение.

— Ох, это же арника!

Для Аинза это растение ничем не отличалось от сорняков, но друид Дайн мог определить разницу. Услышав название, Люклютер и Нинья кивнули в знак согласия. Они, похоже, много знали о растениях и посчитали его знакомым. Все смотрели на Аинза, пока тот не решался, следует ли делать вид, что он тоже это знает.

— У тебя не будет с этим трудностей, Момон?

— Хммм? Ах, это растение? Всё нормально, — Аинз спокойно кивнул.

Если бы не ментальная стойкость нежити, у него изменилась бы тональность или дрогнул голос. Но лицо Аинза было покрыто шлемом, так что никто не узнает, о чём он думает. Аинз, покрытый слоями металла, выглядел впечатляюще, но внутри он колебался.

— Да, это растение обычно используется при варении лечебных зелий.

— И оно растёт возле гильдии искателей приключений!

— Ох, неужели? Тогда загадка того, почему мы поехали в лес, чтобы собирать травы, — решена. Я слышал, что дикие растения более сильны, нежели выращенные, так ведь?

— Да, во всех наших зельях используются дикие растения, этим мы гордимся! Но эффективность увеличивается лишь на десять процентов.

— Для людей, поставивших на кон свою жизнь, эти десять процентов прибавки к качеству очень важны. А вы продаёте лучшие зелья за ту же цену... как и ожидалось от знаменитого аптекаря Барел.

Слушая, как члены Меча тьмы с Энфри обсуждают зелья, Аинз глубоко задумался. В Иггдрасиле зелья создавались при помощи навыков, доступных для особых специальностей, а ингредиенты усиливались заклинаниями. Аинзу было известно об этом, но он также слышал, что они создавались из особого материала и алхимической жидкости. Он никогда не слышал, чтобы использовали травы...

Это значит, что создание зелий в этом мире отличается от Иггдрасиля. Когда Энфри сказал, что «такое зелье невозможно создать нормальными методами», он имел в виду, наверное, именно это. Аинз полагал, что если овладеет навыками создания зелий этого мира, это усилит Назарик. Единственный вопрос — как. Пока он был в задумчивости, разговор обратно вернулся к предстоящей работе, и Аинз внимательно прислушался.

— В лесу есть большая поляна. Я хочу, чтобы мы пошли именно туда. Люклютеру я уже сказал об этом месте, так что, пожалуйста, веди нас.

Услышав ответ Люклютера: «Предоставьте это мне». — Энфри окинул всех взглядом.

— Давайте начнём сбор трав...

— ...Я хотел бы кое-что предложить.

— Пожалуйста, просветите нас, Момон.

— Поскольку Набель может использовать заклинание, похожее на «Тревогу», которое использовалось тогда в лагере, можем ли мы временно разделиться, когда дойдем до поляны?

Все, включая Энфри, нахмурились. Они забеспокоились из-за того, что сильнейший воин собирался покинуть их посреди самой опасной области. Энфри взял себя в руки и ответил:

— Хорошо, но, пожалуйста, не уходи слишком далеко.

— Конечно. Чтобы не заблудиться в лесу, я оставлю позади верёвку. Просто потяните её, если что-то случится.

— Может, мне пойти с тобой? Нужно ведь убедиться, что ты не сделаешь ничего странного с Набелькой.

— Умри, низшая форма жизни — тля. В твоих мозгах что, только похоть? Ты хоть двигаться сможешь, если она пропадёт?

— ...Достаточно, Набель. Люклютер, в этом нет необходимости. Нинья, есть ли магия, которая позволит нам обнаружить друг друга, если мы разделимся в лесу? Было бы удобно, если б была.

— Я никогда не слышал о таком заклинании. Да, оно и вправду было бы удобно.

Услышав отрицательный ответ Ниньи, Аинз кивнул. Среди магии шестого ранга было заклинание, которое позволяет определять местонахождение особых объектов. Нинье не хватает знаний? Или в Иггдрасиле были заклинания, которых в этом мире не существует?

Пока оставив этот вопрос в стороне, Аинз просигнализировал подбородком, чтобы Нарберал была готова. Та приняла приказ и глянула на членов Меча тьмы.

— Момон и Набель на время уйдут. Они начнут собирать травы, когда вернутся.

Раз клиент так решил, никто не возражал. Все члены Меча тьмы согласились и кивнули.

Сделав последнюю проверку, Энфри громким голосом объявил об отправлении.

Земля, где селяне вырубили деревья, была сухой. Проходимость в лесу была хорошей, но пейзаж постепенно сменился на зелёный лабиринт. В лесу не было никаких указателей, до такой степени, что невозможно было сказать, в какую сторону они сейчас идут. Появилось чувство беспомощности и тревоги, беспокойства из-за того, что не на что положиться. Деревья, закрывающие небо, усилили этот эффект, обычные люди испугались бы. Но в связи с ментальной силой нежити, Аинз не чувствовал никакого страха, кроме собственных затяжных человеческих эмоций, он с восхищением смотрел на грандиозную сцену природы.

В Иггдрасиле леса и другие природные зоны были не более чем игровой декорацией. В сердце появились такие мысли. Аинз, который гордился дизайном Великого Склепа Назарика, почувствовал противоречие. Он не осознавал, что натуральный лес будет столь невероятен. Теперь я понимаю, почему Блу Планет-сан так любит природу... Выискивая между деревьев следы монстров, он заметил, что стало очень тихо. Помимо далёкого щебетания птичек, Аинз не видел и не слышал никаких живых существ.

Он посмотрел рейнджеру Люклютеру в спину, тот напряг все чувства и шёл осторожно. Люклютер, похоже, считал, что в окрестностях никакие живые существа не скрываются. На самом же деле кое-кто за ними притаился. Аинз гордился, что эта особа подошла со спины незамеченной.

Группа — за исключением Аинза и Нарберал — молча шла при свете дня и чувствовала сильное напряжение. В лесу было неожиданно холодно, но из-за неровностей на земле и психологического давления пот с группы лился ручьем. Наконец они дошли до поляны, которая была шириной метров пятьдесят.

— Тут будет наша база. Давайте собирать растения, начиная с этого места и потом дальше в лес.

Услышав слова Энфри и увидев, как он сложил сумки, все остальные последовали его примеру, но не уменьшили бдительности, они были готовы к любым чрезвычайным обстоятельствам.

Этот мир уже не был людским.

— Ну, мы пойдём, как и собирались, — уведомив Энфри, Аинз привязал к ближайшему дереву веревку и вошёл в лес, распутывая её за собой. Она была толстой и крепкой, из-за трения о землю она так просто не порвётся. Аинз и Нарберал старались двигаться по прямой линии.

В лесу обычно невозможно идти по прямой, так как приходится обходить деревья. Но с верёвкой в качестве ориентира они двое, неопытные в навигации по лесу, двигались по прямой линии. Их спины были прикрыты деревьями, так что не было никакой опасности, что кто-то их увидит. К тому же рядом был кое-кто, кто мог легко обнаружить любого, так что волноваться было не зачем.

— Это место подойдёт.

— Да.

— Давай обговорим, как поднять мою славу.

— ...Могу я спросить, что вы намерены делать? Найти много трав, за которыми они пришли?

Аинз молча посмотрел на Нарберал и покачал головой:

— Я собираюсь сразиться с Мудрым Королём Леса. — Аинз продолжил объяснять сбитой с толку Нарберал: — Наша цель состоит в том, чтобы показать нашу силу простым и ясным способом.

— ...Разве мы не показали им достаточно во время сражения с ограми?

— Ты права, но монстров вроде гоблинов и огров недостаточно. Если они, когда вернутся в город, расскажут о том, что я победил Мудрого Короля Леса, а не разрубил пополам каких-то там огров, моя слава взлетит до небес. Вот почему мы должны устроить грандиозное представление.

— Так вот оно что! Как и ожидалось от владыки Аинза! Безупречный план! Но как мы найдём Мудрого Короля?

— Я уже спланировал это.

Нарберал собиралась спросить ещё что-то, но её перебил третий голос:

— Да!.. И вот почему здесь я.

Внезапный звук заставил Нарберал обернуться и пронизывающе туда посмотреть. Она вытянула правую руку и приготовилась выпустить заклинание, но узнав владелицу голоса, снова стала невозмутимой.

— Госпожа Аура! Не пугайте меня так.

— Извини.

Из-за деревьев появилась улыбающаяся тёмная эльфийка. Одна из Стражей-близнецов шестого этажа Великого Склепа Назарика, Аура Белла Фиора.

— Когда вы пришли?

— Хмм? Я следовала за вами с того времени, как ты и владыка Аинз вошли в лес.

Аура была рейнджером и укротителем зверей, отследить кого-то в лесу ей было проще простого. Люклютер, может, тоже был рейнджером, но разница в навыках была слишком велика, чтобы он мог обнаружить Ауру.

— Я была сюда вызвана, чтобы найти монстра, известного как Мудрый Король Леса, и сделать так, чтобы он напал на владыку Аинза.

— Верно. Согласно информации, которую я получил, у Мудрого Короля Леса белый мех, змеевидный хвост и он четырёхлапый... это что-то напоминает?

— Да, нет проблем. Это, наверное, тот парень. — Аура посмотрела вверх и с уверенностью ответила:— В таком случае, хотите, чтобы я его приручила?

— ...Я думал об этом, но не нужно.

Если это укротительница Аура, то она сможет приручить такого зверя с лёгкостью. Но будет плохо, если другие обнаружат, что это было просто шоу. Лучше всего, убрать все возможные трудности с самого начала.

— Кстати, Аура, как продвигается твоя другая задача?

— Да!

Аура тут же преклонила колено, чтобы выразить уважение мастеру. Это не было похоже на её стиль, но Аинз принял её отношение и слушал с видом господина.

— Приказы владыки «разведать и понять лес, найти любых живых существ, готовых присоединиться к Назарику, и построить склад для хранения ресурсов» идут гладко.

— Хорошо, — кратко ответил Аинз.

Прежде чем отправиться в Э-Рантэл, он отдал различные приказы каждому из Стражей. Аура и Мар были отправлены в лес, чтобы убедиться в безопасности Назарика и собрать информацию.

Ну а для склада термин чрезвычайное убежище подойдёт больше. Ауре было приказано построить такое место, чтобы в случае чрезвычайных обстоятельств, из-за которых невозможно будет вернуться в Назарик, оно служило укрытием. К тому же наличие другой базы поможет лучше спрятать Назарик. И, конечно же, в таком складе будут храниться разнообразные материалы.

Приказ найти существ, готовых работать на Назарик, был отдан, чтобы убедиться в возможности увеличения силы Назарика, и также узнать способы увеличения уровня в этом мире.

Получив различные приказания, могущественные создания, такие как Аура, Мар и их подчиненные пришли в лес построить базу, и тем самым нарушили баланс леса. Это вынудило монстров вроде огров зайти на территорию Мудрого Короля, чтобы сбежать из леса.

— Но строительство склада займёт много времени.

— Ну, это неизбежно. Я ведь отдал приказ не так уж и давно.

Хотя они взяли с собой големов и помощников-нежить, которые могли работать без отдыха, всё же нужно было сделать огромный объём работы.

— Можешь не торопиться, но делай всё правильно. И обеспечь надлежащий уровень обороны.

— Да! Как прикажете!

— Замечательно. Ну, тогда оставляю Мудрого Короля леса на тебя.

— Да! — энергично ответила Аура и поднялась.

♦ ♦ ♦

После того как Аинз ушёл, гигантский чёрный волк с блестящей шерстью, будто дожидаясь этого времени, медленно вышел из-за деревьев. Казалось, будто его полные интеллекта багровые глаза горят, доказывая, что это не простой зверь. И это ещё не всё. На другом дереве показался шестиногий монстр, похожий на помесь хамелеона и игуаны, он быстро менял цвет кожи. И он был такой же большой, как волк.

— Фенни, Крекерласил, что случилось? Волнуетесь за меня?

Гигантский волк по имени Фенни заскулил и потерся об Ауру головой. Крекерласил высунул язык и облизал ей голову.

— Эй, нам ещё нужно сделать работу, которую приказал владыка Аинз.

Среди Стражей Аура была далеко не первой по силе, даже некоторые Областные стражи были сильнее. Но это только в битве один на один.

Аура была сильна не в одиночных сражениях, а в групповых боях. Среди сотен монстров, прирученных Аурой, сильнейший был восьмидесятого уровня. А благодаря особым навыкам поддержки Ауры он был равен девяностому. Со своими монстрами по боевой мощи Аура превосходила одиноких Стражей. Среди прирученных зверей те двое были её любимыми высокоуровневыми монстрами: святой зверь фенрир, Фенни, и такой же сильный итзамна, Крекерласил. Фенни и Крекерласил, услышав слова Ауры, перестали играться.

— Хорошо, вперёд!

Аура взяла с собой двух зверей и побежала. Она не замедлилась, хоть и была в лесу, она бежала, словно ветер. Примерно через тридцать минут Аура достигла назначения. Она холодно улыбалась, это не вязалось с её юным возрастом. Казалось, будто улыбка одновременно невинна и жестока. «Я хотела забрать его себе, но раз это приказ владыки, ничего не поделаешь», — прошептала она словно о каком-то аксессуаре, а не о питомце.

Аура знала о гнезде Мудрого Короля Леса, потому что хотела его приручить. По сравнению с её монстрами Мудрый Король был слаб и по силе не стоил многого. Но это был для неё неизвестный монстр, он подстегнул её дух коллекционера. Было печально не добавить его к своей коллекции, но она не жаловалась, поскольку это ради мастера, которому она была готова предложить всё что угодно.

— Так.

Аура изменила состав воздуха в лёгких. Она чуть приоткрыла розовые губы и выдохнула. Это была дыхательная техника для управления эмоциями. Обычно она расходилась вокруг неё всегда и имела короткий радиус, это была особая пассивная способность. Но если Аура того пожелает, то сможет скомбинировать её с дистанционной атакой и поразить цель на расстоянии два километра. Даже в таком густом лесу.

Но в этот раз не было надобности такое делать. Она просто намеревалась стереть своё присутствие и подойти к цели незамеченной. Не то что дикие звери, даже монстры, у которых чутье лучше, не заметили бы Ауру.

Она подошла прямо к логову Мудрого Короля Леса и чуть выдохнула. Её дыхание, состоящее из элементов, вызывающих страх, вдруг разбудило крепко спавшего Короля Леса.

Шерсть стала дыбом и он в панике побежал. Испуганный четырёхлапый зверь оказался на удивление быстр. Но гнавшая его Аура была быстрее. Время от времени выдыхая, чтобы направлять Короля к Аинзу, она гналась за ним, будто «смерть».

♦ ♦ ♦

Лес зашумел.

Прислушавшись, Люклютер насторожился из-за изменения в атмосфере и с серьезным лицом начал осматривать окрестности.

— Что-то приближается.

Услышав это, члены Меча тьмы, которые собирали травы, достали оружие и приготовились к бою. Аинз тоже вытащил свой гигантский меч.

— Это Мудрый Король Леса? — спросил Энфри, укладывая травы в сумку.

Никто не ответил. Все молча всмотрелись в глубину леса.

— Дело плохо, — мрачно выкрикнул беззаботный Люклютер. — В нашу сторону несется что-то большое. Не знаю, почему оно движется зигзагами, но судя по тому звуку, как оно топчет траву, оно скоро будет здесь. Но... я не уверен, это Мудрый Король Леса или нет.

— Отступаем, опасно оставаться здесь, даже если это не Король Леса. Мы на его территории, так что даже если это не он, вероятность того, что оно на нас нападет — большая, — сказал Пётр и посмотрел в сторону Аинза. — Момон, можешь прикрыть нас сзади, пока мы будем отступать?

— Конечно, оставьте это мне... об остальном я позабочусь.

Члены Меча тьмы сказали ободрительные слова, отступая вместе с Энфри из леса.

— Момон, не переусердствуй.

Своим голосом Энфри показывал абсолютную уверенность в Аинзе, его глаза, прикрытые чёлкой, полнились восхищением. Аинзу стало неловко, и он призвал их отступать быстрее. Увидев, что группа исчезла на той стороне леса, Аинз осознал, что самостоятельно из леса выбраться не сможет. Но он тут же вспомнил, что может попросить помощи у Ауры.

Ну а что до текущей задачи...

— О нет... никто ведь не узнает, что это Мудрый Король Леса... даже если я хочу забрать его в Назарик, мне нужно получить доказательства, что это я его победил... может, отрезать одну из его лап?

— ...Владыка Аинз.

В той стороне, куда смотрела Нарберал, за деревьями показалась большая тень. Само существо Аинз не видел, поскольку оно было скрыто деревьями. Солнечный свет туда не доходил, потому он не мог подтвердить, что у него тело серебристо-белое.

— Гость пришёл?

Наверное, я — гость... подумал о бесполезном Аинз, став перед Нарберал. Он не мог посмотреть на уровень, так что не был уверен в силе Мудрого Короля Леса. Так что он, естественно, встал перед заклинательницей Нарберал, которая не была искусна в ближнем бою, чтобы её защитить. И как раз тогда Аинз ощутил поток воздуха и воспользовался гигантским мечом в качестве щита. Эхом разошёлся звук соударения металла и Аинз ощутил в руках сильное давление. Что-то большое на высокой скорости ударило по его гигантскому мечу.

Он увидел, как за деревьями скользит длинный хвост с чешуёй как у змеи. Хвост ударял, словно хлыст. А судя по звуку и ощущению от удара, хвост был будто из стали. Его длина в двадцать метров беспокоила, но как же этот зверь живёт нормальной жизнью с таким хвостом? Аинзу не хватало особых навыков авангарда, он не мог придумать способа сражения на такой дистанции. Так что единственное, что ему оставалось, — это сражаться мечом.

Аинз вздохнул. У него не было лёгких, так что он просто сделал такое движение. Он опустил плечи и встал на позицию. Из леса послышался глубокий и спокойный голос:

— Полностью заблокировать атаку этого короля, впечатляюще... встретить такого противника... для этого короля это впервые.

— Этот король... — Иллюзорное лицо Аинза напряглось, но потом он вспомнил, что слова переводятся. Согласно суждению разума Аинза это были наиболее близкие слова к тому, что тот сказал.

— Что же, тот, кто вторгся на территорию этого короля. Если ты думаешь бежать, я оставлю всё так, как есть, поскольку ты показал такую отличную защиту... ну как?

— ...Глупый вопрос. Конечно же, пожинать плоды победы буду я... Кстати, ты скрываешься, потому что тебе не хватает уверенности в своей внешности или король застенчив по природе?

— ...Что за наглые слова, нарушитель! Узри же величественную фигуру этого короля и трепещи в страхе! — Мудрый Король Леса медленно вышел из-за деревьев, показываясь Аинзу.

Когда Аинз увидел это, его иллюзорное лицо уставилось на это с широко открытыми глазами.

— Ха-ха-ха, этот король чувствует ужас и шок под твоим шлемом. — Лицо монстра разошлось улыбкой, а длинный хвост свернулся. На серебряно-белом мехе появились странные знаки, напоминающие слова. Он был размером с коня, но очень короткий, его тело было крепким и тучным. Мудрый Король Леса медленно приближался.

— Что это за чувство?.. — На Аинза накатили эмоции, которые было трудно понять. После того как он стал нежитью, все сильные эмоции подавлялись. Раз так, то это не сильные эмоции. Тем не менее он никогда не чувствовал такого, когда смотрел на монстров, включая время, когда был ещё в Иггдрасиле. — ...Хочу кое-что спросить, как называется твой вид?

— Этот король — Мудрый Король Леса. Других имён нет.

— Может быть, твой вид называется... джунгарский хомяк?

Мудрый Король Леса. Насколько Аинз знал, своим видом он был очень похож на животное, известное как «джунгарский хомяк». У них обычно серебряный или белый мех, чёрные круглые глаза и тело, похожее на «моти».

Конечно, у хомяков нет такого длинного хвоста, и они не вырастают такими огромными. Но описать это по-другому Аинз просто не мог. Спроси сто людей, и сто раз ответ будет «хомяк». Гигантский джунгарский хомяк, или джунгарский хомяк-мутант.

Оно склонило набок свою милую голову — казалось, что у него вовсе нет шеи — и, принюхиваясь, заговорило:

— Хмм... этот король всегда жил уединённо. Он не знает о других своего вида, и не может ответить... Возможно, ты знаешь, к какому виду этот король принадлежит?

— Э... Ага... Можно сказать и так... мой старый товарищ выращивал животное, похожее на тебя...

Аинз вспомнил, как этот компаньон целую неделю не заходил в Иггдрасиль, после того как его питомец джунгарский хомяк умер от старости.

Стоя позади Аинза, Нарберал тихо прошептала: «Ох», — наверное, она узнала нечто новое о сорока одном высшем правителе.

— Что! Держать похожее на этого короля создание домашним любимцем!

Мудрый Король Леса надул щеки. То ли печаль, то ли угроза... Аинз в этом не был уверен, может, и вовсе это какая-то другая эмоция. Аинз лишь был уверен, что оно ничего не жуёт.

— Хммм... поведай подробности. У этого короля есть обязательство продолжать род. Если другие из его вида существуют, у него есть долг взрастить следующее поколение, или этого короля нельзя будет назвать живым существом.

По теории Мудрого Короля Леса Аинз, который не мог дать потомство, Аинз не был живым существом. Аинз оправдался тем, что нежить — не живое существо, и устало ответил:

— ...Эх, то создание было не таким большим, как ты.

— Неужели?.. может, это был ребёнок?

— ...Нет, даже взрослый он был достаточно мал, чтобы поместиться у меня в ладони.

Мудрый Король Леса, похоже, был удручен, у него повисли усы.

— Как же так... неужели этому королю суждено прожить всю жизнь в одиночестве...

— ...Для другого вида, может, оно и так, но для хомяка... Я тебе сочувствую, но если ты найдешь ещё одного себе подобного, ваше количество возрастёт экспоненциально и мир будет разрушен...

Усы Мудрого Короля Леса встрепенулись, но напоминающие бусинки глаза остались неизменными. Чуть сердито он ответил: «Как абсурдно! Продолжить свой род — в этом огромная важность! И этот король всегда был одинок! Вполне естественно хотеть встретиться с другими представителями вида!».

— Э... Ага... такие мысли вполне понятны... прости, я оговорился... — Аинз подумал о своих товарищах из Аинз Оал Гоун и извинился. Слова этого хомяка напомнили ему о старых друзьях, и он извинился перед хомяком. У него возникли сложные чувства.

— ...Не беда, я тебя прощаю. Время покончить с бесполезной болтовнёй, давай сражаться до смерти... знай же... что тот, кто вторгнулся во владения этого короля, закончит в качестве пищи!

— Хех... Ага...

Аинз растерял весь пыл. Он знал, что Король Леса милый лишь внешне, но мотивация всё равно пропала. Властелин Великого Склепа Назарика сражается с гигантским хомяком. Объективно говоря, слишком грустная сцена.

Если я одержу победу, мне придётся притащить тело гигантского хомяка к остальным? «Это — Мудрый Король Леса, я не смог его прогнать, поскольку битва была слишком ожесточённой». Как другие искатели приключений, включая членов Меча тьмы, на это посмотрят? В лучшем случае, утешат добрым взглядом.

Тогда лучше его не убивать, а захватить живым и обо всём расспросить.

— Набель, стой сзади, — Аинз наконец-то собрал волю к сражению и отдал приказ. Нарберал полностью верила в победу Аинза, она низко поклонилась и отошла в уголок поляны.

— Хмм... можете нападать оба одновременно.

— ...Если двое объединят силы, чтобы побить хомяка, я никогда не оправлюсь от такого позора.

Увидев, что Аинз принял боевую позицию, Мудрый Король Леса стал в низкую стойку и напряг тело:

— Не пожалей! Этот король идёт!

С хлопком гигантское тело оттолкнулось от земли, что она аж задрожала, прыгая на Аинза. Тело Короля было столь огромным, что обычный человек, столкнувшись с ним, отправился бы в полёт, если бы не использовал боевой навык.

Но Аинз использовал гигантский меч в качестве щита и встретил прыжок лоб в лоб. Удар был невероятно сильным, но Аинз с лёгкостью его заблокировал.

— Ох! — Мудрый Король удивился, что Аинз даже не сделал шаг назад, и взмахнул своими неожиданно острыми когтями. Аинз парировал их мечом в левой руке, атакуя при этом мечом в правой. Удар не был таким уж сильным, но всё же достаточным.

С пронзительным звуком удар Аинза был отражён. Мудрый Король Леса защитился когтями. Меч Аинза и когти Короля отлетели друг от друга, столкнувшись в воздухе.

— Впечатляет! А как тебе это! «Очарование».

Против нежити ментальные атаки были неэффективны. Не обращая внимания на заклинание, Аинз взмахнул обоими мечами. Снова послышался звук соударения металла, и мечи Аинза были отражены.

Аинз сузил глаза под шлемом. Он лишь прощупывал почву, но Мудрый Король отразил удар своим мехом. Он был крепок, словно сталь. Так шерсть у него не мягкая? Это было немного неожиданно, но Аинз вытряхнул из головы мысль, которая не должна появляться в середине битвы.

Аинз посчитал, что если использовать уровни Иггдрасиля, сила атаки Короля будет сравнима с тридцатиуровневым воином. Но она могла быть увеличена заклинаниями или экипировкой, так что так судить нельзя. Но если использовать это как меру, по боевой мощи Мудрый Король Леса будет примерно тридцатого уровня. Иллюзорное лицо Аинза нахмурилось:

— Неплохо... подходит для практики ближнего боя.

Аинз заключил, что точно выиграет бой, если использует полную силу. Снижать бдительность всё равно нельзя, но для авангарда это будет хорошая практика битвы с мечом.

Аинз несколько раз взмахнул мечами, Мудрый Король когтями передних лап ловко парировал удары... На его теле засветился ещё один символ, и активировалось другое заклинание.

— «Слепота».

В отличие от «Очарования», эта атака не была ментальной и была эффективна против Аинза. Но поскольку у него был расовый навык, обнуляющий любую низкоуровневую магию, заклинание исчезло, не вызвав никаких эффектов. Когда Король использовал заклинание ранее, у него на теле засветился другой знак... Так значит число знаков равно количеству заклинаний, которое он может использовать. Количество заклинаний у монстров Иггдрасиля зависело от уровня и расового типа, но обычно их было около восьми. На теле Мудрого Короля Леса тоже было восемь знаков, потому Аинз почувствовал себя так, будто сражается с монстром в Иггдрасиле.

Мудрый Король Леса не заметил, что его заклинание было обнулено, и ударил передними лапами. Одним мечом Аинз защитился, а другим атаковал. Он вспомнил, как в прошлом сражался вместе с товарищами. Одним из сильнейших воинов Иггдрасиля, который использовал меч и щит, был Тач Ми. А величайшей силой атаки обладал Нисики Энрай, он использовал два меча «Аматерасу» и «Цукуёми». И ещё один заявлял, что в битве ему хватит и одного взмаха мечом, — хотя это было неправдой — он использовал два японских длинных меча «тати», которые назывались «Клинок убийцы богов» и «Такэмикадзути Мк 8», Воин Такэмикадзути.

Он также вспомнил воина, которого встретил недавно — воина-капитана Королевства, Газефа Стронофа. Аинз замаскировался под воина, когда направился в Э-Рантэл, потому что его впечатлил этот человек. Аинз упрекнул себя за то, что сейчас об этом думает.

В середине боя нельзя думать о всякой ерунде. Всё идёт гладко, но нельзя снижать бдительность... Даже если противник — хомяк...

Вспомнив, как товарищи в прошлом сражались на мечах, Аинз решил скопировать их движения. Вместе с тем он быстро блокировал мечом в левой руке контратаку Мудрого Короля Леса. Но в тупик бой не зашёл, гигантский меч Аинза наконец пробился через оборону Короля.

— Что!

Аинз почувствовал, как гигантский меч вонзается в плоть, засмердело кровью. Мечом в правой руке он чуть задел кожу Мудрого Короля Леса, полетело несколько клочков шерсти.

Аинз затем попытался ударить мечом в левой руке, но Мудрый Король Леса ощутил опасность и отпрыгнул назад почти на десять метров.

Я слышал, что хомяки, если нужно бежать из своей норы, уходят прыжками, но я не знал, что они умеют прыгать назад... Праздно подумал Аинз с чувством, будто борется с гигантским хомяком. Мудрый Король Леса стал в низкую стойку. Аинз удивлённо на него посмотрел. Что он собирается сделать с такого расстояния? Если попытается снова на меня кинуться, я подниму меч, и он сам придёт к своей смерти... но он, скорее всего, применит ещё одно заклинание.

Своим скрученным хвостом он не должен бы достать аж сюда...

— Нет, неправильно! — Аинз понял свой просчёт. Первый удар хвостом пришёл даже с ещё большего расстояния. Аинз по-прежнему находился в пределах досягаемости хвоста.

Как и ожидалось, хвост пошел по большой дуге на Аинза. Он, защитившись мечом, широко открыл глаза от удивления. Хвост использовал меч в качестве точки опоры, чтобы повернуться.

— !

Аинз быстро двинул меч в сторону, чтобы стряхнуть хвост, но немного опоздал, тот с громким звуком ударил Аинза по спине. Из-за расовых навыков Аинз не получил много урона, хоть удар и пришёлся по доспехам. Но будь это аркадный шутер, это был бы проигрыш.

— Теперь счёт один:один.

Какой-то там хомяк! На него накатил гнев. Тогда и я использую дальнобойную атаку. Решил Аинз, напрягая правую руку. Пока он готовился, Мудрый Король Леса с трепетом сказал:

— Твоя броня... и вправду величественна. Нет, впечатляет твоя сила и навык владения мечом. Ты превосходный воин. Ты известен в человеческом обществе?

Аинз расслабил правую руку. С небольшим разочарованием он спросил:

— Я похож на воина?

— ...Почему ты это спрашиваешь? Если не воин, тогда кто? Нет, может, рыцарь?

— Мудрый Король Леса... незаслуженный титул. Будто сценарий оказался плох, после того как я узнал, что ты — гигантский хомяк...

В Аинзе, закованном в броню, было трудно узнать заклинателя. Но он надеялся, что существо с впечатляющим именем Мудрый Король Леса почувствует, что что-то не так. Невосприимчивость к магии, может, и могла быть вызвана сильной волей, однако эффекты невосприимчивости и магического сопротивления мало чем отличались от тех, что были в игре, и, скорее, подходили мудрецам.

Прозвище Мудрый Король ему совсем не подходило. Называйся он с самого начала гигантским джунгарским хомяком, у Аинза не было бы такой большой надежды. Проблемы у тех, кто называет это Мудрым Королём. Это будто реклама или бренд, который вводит в заблуждение. Аинз потерял волю сражаться и опустил свой гигантский меч.

— Что ты делаешь! Невозможно... сдаёшься, когда бой ещё не завершён? Сражайся с этим королём со всей силы! Это битва до смерти!

Каждый раз, когда Мудрый Король Леса говорил что-то неожиданное, это ударяло по Аинзу психологически. Но поскольку сильные эмоции подавлялись, у него все же остались силы.

— Уже... достаточно, — ледяным тоном проговорил он, направляя меч в правой руке на Мудрого Короля Леса и активируя свою силу.

Аура отчаяния пятого уровня.

Поскольку вероятность убить мгновенно была слишком высока, Аинз сдержался и лишь использовал эффект страха первого уровня. Закружился воздух с Аинзом в центре, вокруг распространялся холод, влияющий на психику. Когда мороз дошёл до Мудрого Короля, у того шерсть встала дыбом и он перевернулся на невероятной скорости. Стало видно беззащитный мягкий животик, полный серебряного меха.

— Этот король сдается! Этот король признаёт своё поражение!

— Эх... в конце концов, это простое животное... — устало ответил Аинз, подойдя к Мудрому Королю Леса, он глядел на беззащитный живот Короля и обдумывал свой следующий шаг. Жалко будет прогонять монстра этого мира. И жаль, что он всего лишь хомяк, может, держать его в качестве домашнего животного?.. В крайнем случае пригодится его труп . Одной из профессий Аинза была «некромантия», он мог порабощать тела, но сила созданного зомби зависела от вида трупа.

Самые лучшие трупы — могущественные виды вроде драконов, тогда как тела людей превращаются в зомби или скелетов. Какой нежитью станет Мудрый Король Леса, которого не существовало в Иггдрасиле? Зомби-Мудрый Король Леса?

— Хотите убить это?

Позади прозвучал яркий голос. Аинз обернулся и увидел, как возле Нарберал вдруг появилась Аура.

— Если хотите убить, я хочу себе шкуру. Думаю, получится великолепная кожа.

Аинз посмотрел вниз и увидел глядящие вверх заплаканные глаза Мудрого Короля. Усы дрожали, будто он молча страшился своей судьбы. Аинз вспомнил свой разговор с Мудрым Королём Леса. Это напомнило ему старых товарищей. Чуть поколебавшись, он вздохнул и принял решение:

— Моё настоящее имя — Аинз Оал Гоун. Если желаешь служить мне, я сохраню тебе жизнь.

— Благодарю, благодарю за ваше милосердие! Этот король отплатит вам своей преданностью. Мудрый Король Леса будет служить великому воину господину Аинзу Оалу Гоуну!

Аура жалостливо посмотрела на Мудрого Короля, который объявлял о своей лояльности.

Когда Аинз и Нарберал вышли из леса, группа встретила их весело, поскольку они вернулись невредимыми. Лишь Люклютер выглядел немного растерянно.

Энфри спросил Аинза с похвалой и удивлением:

— Вообще не ранены... Вы избежали битвы?

Когда Аинз почти ответил, Люклютер вмешался:

— Момон, ты что-то принёс с собой? Тебя заколдовали?

— Я дрался с Мудрым Королём Леса и приручил его. Эй, покажись.

Мудрый Король Леса с жемчужно-белым мехом медленно вышел из-за деревьев. Члены Меча тьмы с потрясённым выражением на лице стали вокруг Энфри, подняли мечи и сделали шаг назад.

Может, это и джунгарский хомяк, но он такой большой... Хотя его детские глаза были милыми, гигантский размер устрашал. Вполне естественно, что искатели приключений будут защищать своего клиента. Но Аинз сказал обычным голосом:

— Не волнуйтесь. Он мне покорился, он не станет бушевать или вредить людям. — Аинз подошёл к Мудрому Королю и наигранно его погладил.

— Как мой лорд и сказал, этот Мудрый Король Леса поклялся в верности лорду, и будет служить ему вассалом. Этот король поклялся милорду, что не вызовет никому проблем!

Мудрый Король Леса снова объявил свою преданность Аинзу. Может, все с настороженностью отнеслись к такому большому телу, но это ведь милый джунгарский хомяк, вскоре все к нему привыкнут. Трудность была в том, как всех убедить, что это настоящий король леса. Аинз не знал, что делать.

Но всё пошло не так, как Аинз представлял.

— ...Это Мудрый Король Леса! Невероятно, какой великий зверь!

Что?

Аинз внимательно оглядел сначала Мудрого Короля, а потом Нинью. Он что, шутит? Но нет, у Ниньи на лице была сама серьёзность.

— ...Вот это да, этот Мудрый Король Леса... так же велик, как в легендах! Я чувствую его громадную силу, просто стоя рядом! — с трепетом сказал Дайн.

Э? Громадную силу?

— Снимаю перед тобой шляпу. Совершить такой великий подвиг. С такой силой ты и правду имеешь право быть с Набель.

— Нас бы точно уничтожили, если бы мы встретили такого монстра. Как от тебя и ожидалось, Момон. Ты слишком хорош.

Слушая похвалу Люклютера и компании, Аинз снова посмотрел на Мудрого Короля Леса.

Гигантский джунгарский хомяк.

На ум приходило лишь это. Почему они считают такого монстра грозным?

— ...А вы не думаете, что глаза у этого монстра милые?

Все уставились на него с широко открытыми глазами, будто глазницы вот-вот вывалятся из орбит. Наверное, для них это звучало смешно.

— Мо, Момон! Ты считаешь, что глаза этого монстра милые?

Конечно. Возразил Аинз в мыслях, кивнув. Может, у этого Короля активирован пассивный навык очарования?

— Невероятно, как и ожидалось от Момона. Нинья, что ты думаешь, глядя ему в глаза?

— ...Полагаю, эти глаза полны мудрости и я чувствую, насколько монстр силён. Даже если бы я относился к нему легкомысленно, я никогда не подумал бы, что он милый.

— ?.. — Аинз, потеряв дар речи, обвел всех взглядом. Он понял, как все думают. Его это ошеломило. — А что ты, Набель?!

— Каким бы ни было его могущество, в глазах у него сила.

— ...Не... не может быть...

Все с сияющими глазами хвалили Аинза. Это значило, что все почувствовали уважение за то, что он назвал глаза такого монстра милыми. Аинз посмотрел в глаза Мудрого Короля Леса и не увидел никакой «мудрости».

Моя способность различать красоту изменилась, когда я превратился в нежить?

Поскольку все без исключения думали не так, как он, была вероятность, что это его суждение изменилось. Но всё же ему требовалось последнее подтверждение:

— Кстати, кто-нибудь считает крыс сильными?

— Крыс... гигантских крыс? В таких монстрах нет ничего особенного.

— Их можно найти в канализации Э-Рантэла.

— Гигантские крысы распространяют чуму. А ещё есть крысолюди... они невосприимчивы к любому оружию, кроме серебряного, так что с ними биться довольно трудно.

Разве хомяки и крысы не похожи? А поскольку у Мудрого Короля Леса длинный хвост, он ближе к крысе, нежели хомяку...

Сбитый с толку Аинз пришёл к выводу, что этот мир немного странный. Пока он беспокоился над мелочами этого мира, Энфри чуть беспокойно спросил:

— Но если ты заберешь Мудрого Короля Леса, остальным монстрам будет нечего бояться, и они нападут на... на деревню Карн.

Аинз сделал жест подбородком Мудрому Королю. Тот всё понял и сказал:

— Ты говоришь о той деревне? Хммм... баланс сил в лесу нарушен, даже присутствия этого короля недостаточно, чтобы обеспечивать безопасность.

— Как такое может быть...

Аинз не утешил удрученного Энфри, он просто мысленно улыбнулся. Мудрый Король Леса недостоин своего титула, но я всё же смогу из этого что-то получить.

Обдумывая, как бы повести разговор в нужное русло, Аинз заметил, что на него смотрит Энфри. Тот открыл рот, колеблясь говорить. Аинзу было очевидно, что в сердце Энфри появились противоречия. Он хотел, чтобы Аинз снова спас деревню, но колебался всё на него оставлять.

Пока члены Меча тьмы обсуждали, как спасти деревню, Энфри решился и, посерьезнев, заговорил:

— ...Господин Момон.

— Что?

Аинз радостно ждал слов Энфри. Он с самого начала собирался защитить деревню Карн, богатый источник информации, но было очень важно получить запрос. Сделав услугу Энфри и получив награду, он убьёт двух зайцев одним выстрелом. Этим Аинз хотел компенсировать ошибку переоценки Мудрого Короля Леса.

Но слова Энфри оказались за гранью воображения Аинза.

— Господин Момон! Пожалуйста, позвольте мне к вам присоединиться!

— Что?

— Я хочу защитить Энри... деревню Карн. Но у меня нет силы. Поэтому я хочу стать сильнее! Даже базисов будет достаточно, я надеюсь, что вы научите меня хотя бы частице своей силы! Но у меня недостаточно денег, чтобы нанять такого элитного искателя приключений надолго! Поэтому, пожалуйста, позвольте мне к вам присоединиться! Я хорошо знаю аптечное дело и даже готов нести багаж или выполнять любые хозяйственные работы! Пожалуйста, примите мою просьбу!

Аинз моргнул в раздумье своими несуществующими глазами, Энфри продолжил:

— Я всегда исследовал лекарства. Моя бабушка и отец были аптекарями, потому я, недолго думая, тоже пошёл по их стопам... но теперь я нашёл себе другой путь.

— Ты хочешь стать могущественным заклинателем и защитить деревню?

— Да.

Энфри посмотрел на Аинза искренними, мужественными глазами, он больше не походил на ребёнка. В Иггдрасиле многие хотели присоединиться к Аинз Оал Гоун. Большинство из них хотели этого из личной выгоды, они желали получить что-то из вступления в высококлассную гильдию. Они думали не о том, что могут сделать для гильдии, а о том, что гильдия для них. А кроме них ещё были коварные люди, планирующие проникнуть в гильдию, чтобы украсть информацию и редкие предметы.

Из-за этого в гильдии Аинз Оал Гоун оставались только основные члены, и она сильно не росла. Они были осторожны и не позволяли своим усилиям пропасть даром.

Но Энфри не знал о гильдии Аинз Оал Гоун, у него были простые мысли. Мысли, которые казались хорошими, но неуместными, и они обрадовали Аинза.

— ...Ха-ха-ха-ха! — Он сердечно рассмеялся, не сдерживаясь. Затем он прекратил смеяться, снял шлем и с искренним и серьезным отношением низко поклонился.

Он услышал, как Нарберал ахнула.

Такое отношение, вероятно, не подходило её мастеру, властелину Великого Склепа Назарика, но Аинз считал, что нужно поклониться, и без колебаний это сделал. Он не думал, что кланяться юноше, который намного младше него, постыдно.

И своим смехом он не имел в виду ничего плохого, и Аинз знал, что не должен смеяться. Он поднял голову и сказал потрясённому Энфри:

— ...Извините, что утратил над собой контроль, но я надеюсь, вы поймёте, что я над вами не смеюсь. Чтобы присоединиться к моей команде, вы должны соответствовать двум критериям, а вы выполнили только один. К сожалению, я не могу позволить вам присоединиться.

Скрытый критерий — это консенсус половины членов гильдии, так что хоть Аинз и согласился, он не мог самовольно принимать новичков. Но с самого прихода в этот мир Аинз был наполнен радостью из-за преданности Стражей Назарика, он продолжил:

— Я понимаю, что вы думаете, и я запомню, что вы хотите присоединиться к моей команде. А что до защиты деревни, я сделаю всё, что смогу, чтобы помочь. Но мне, скорее всего, тоже понадобится ваша помощь...

— Да! Пожалуйста, помогите мне!

— Хорошо, хорошо. — Кивая, Аинз на мгновение встретился глазами с Ниньей. Тот выглядел так, будто увидел что-то интересное, Аинз почувствовал себя неловко. — Поговорим об этом позже. Сначала я хочу поведать всем нечто интересное. А именно: как я приручал Мудрого Короля Леса.

Глава 4. Два меча смерти

Часть 1

Потратить день на поездку в деревню Карн, остаться там на один день, затем вернуться в Э-Рантэл. Запланированное путешествие длиной в три дня и две ночи наконец подходило к концу. Когда они прибыли в Э-Рантэл, их встретил вечерний город.

Дорогу освещало белое свечение от «Вечного света», прохожие тоже изменились. Пропали молодые женщины и дети, большинством сейчас были рабочие, которые возвращались домой. Вдоль улицы выстроились всевозможные лавки — от них исходили звуки веселья и яркие огни.

Аинз осмотрелся.

После трёх дней не казалось, что город изменился. Нет, он не достаточно хорошо запомнил город, чтобы сказать наверняка, ведь, прибыв в Э-Рантэл, он на следующий же день отправился в деревню Карн. Однако он чувствовал, что тихие улочки остались такими же тихими.

Дойдя до поворота на главную улицу, Аинз вдруг остановился. Как правило, если остановишься посреди дороги, то точно помешаешь другим пешеходам, но никто даже не пожаловался. Потому что никто не решался даже подойти к Аинзу.

Аинз, смирившись, опустил плечи и оглядел людей вокруг. Почти все смотрели на него... нет, не просто смотрели, а уставились и тихо что-то шептали рядом стоящим людям. Он слышал, что они о чем-то говорят, и ему казалось, что они над ним смеются. Но это было не так. Если бы он разобрал слова, то понял бы, что они наполнены удивлением, уважением и страхом.

Тем не менее кое-что не давало ему расслабиться. Аинз молча посмотрел вниз — под ним был жемчужно-белый мех. Потому что Аинз сейчас ехал на Мудром Короле Леса.

Все прохожие смотрели на внушающего благоговение Мудрого Короля Леса — Аинз с этой точкой зрения согласен не был, — они говорили о воине, который способен ехать на таком страшном, однако достойном магическом животном.

Нужно держать голову высоко...

Люди восхваляли величественный вид Мудрого Короля, но для Аинза это было уже что-то похожее на наказание. Другими словами, это будто не имея семьи или девушки, с невозмутимым видом сидеть на карусели и в одиночестве смотреть на прохожих.

И он ехал в довольно неприглядной позе. Поскольку Мудрый Король отличался от лошади, задняя часть Аинза была направлена вверх, а ноги широко расставлены. Если бы он не принял эту позу, похожую на прыжок через козла, было бы сложно удерживать равновесие.

Следовательно, мысль ехать на Мудром Короле точно пришла в голову не Аинзу. Вдобавок к убеждению членов Меча тьмы и самого Мудрого Короля, Нарберал вежливо добавила: «Для правителя идти — это слишком», — это заставило его думать, что прокатиться — не такая уж и плохая идея, вот так всё и закончилось этим.

Если б знал, отказался бы. Но, вроде, никто меня подставить не хотел, устанавливая такую ловушку...

Оно выглядело как хомяк, вышедший из сказки. На нём могут только дети кататься. С небольшим компромиссом — женщины тоже. Но чтобы на этом ехать воину... Но скажи он это кому-то, любой посчитал бы, что странный тут Аинз.

Это проблема с моими эстетическими взглядами, их, или эстетикой этого мира?

Конечно же, ответ был очевидным. Пока большинство думает, что Мудрый Король выглядит великолепно, то неправильный эстетический взгляд у Аинза. Из-за этого он не сильно протестовал против того, чтобы поехать на Мудром Короле Леса. Кроме того, отказаться от этой идеи было труднее ещё потому, что имя Момон могло стать ещё внушительнее, а его позиция прочнее. Но всё же...

Какой стыд...

Как только эмоции Аинза доходили до определенной точки, они сразу же подавлялись, но до сих пор такого чувства не было, значит, смущения было не так уж и много. Из этого Аинз понял лишь одно:

Разве это не значит, что у меня развился иммунитет к стыду... не мог же я стать М?.. Я всегда думал, что больше похож на С...

— Раз мы вернулись в город, наша работа выполнена.

Пока Аинз, вспоминая былые времена, сравнивал своё текущее душевное состояние с прошлым и мучился над своими фетишами, Энфри говорил с Петром.

— Да, ты прав, ваша работа окончена. Тогда... хотя договоренную награду я готов заплатить прямо сейчас, но... чтобы заплатить дополнительную награду, о которой мы говорили в лесу, не могли бы вы подойти к магазину у моего дома?

Повозка Энфри была заполнена целебными травами до краёв. Также там лежало немного древесины, некоторые фрукты, выросшие похожими на ветки, огромный гриб размером с человека и много разнообразных трав для зельеварения. Для любителя это было множество простых растений, однако для эксперта это были сияющие горы сокровищ.

Когда Аинз приручил Мудрого Короля Леса, это позволило безопасно обследовать его территорию. Они обнаружили различные дорогие растения и многие другие травы, которые можно использовать при приготовлении снадобий. Энфри, непрерывно собирающий растения, согласился за это заплатить им дополнительные деньги.

— Момон, вам сначала нужно посетить гильдию искателей приключений!

— А, точно. Раз я привёл в город магическое животное, нужно его зарегистрировать в гильдии.

— Хоть это и хлопотно, выбора нет.

— Огров и монстров мы уничтожили вместе, так почему бы нам не пойти в гильдию искателей приключений вместе?

— Ну... в этот раз мы главным образом полагались на тебя, Момон, так что мы сначала отправимся к Энфри домой. По крайней мере мы поможем выгрузить повозку. Если мы получим ту же награду, что и ты, Момон, это будет несправедливо, — отметил Пётр. Члены Меча тьмы кивнули, но Энфри любезно вмешался:

— Можете не беспокоиться об этом...

— Нет, раз вы платите дополнительную награду, позвольте оказать бесплатную услугу, — в шутку ответил Пётр, Энфри вежливо сказал:

— Ну тогда если следующий раз зайдёте ко мне в магазин покупать зелья, я сделаю вам скидку.

— Вот и прекрасно. Момон, ты сначала сходи в гильдию, а потом направляйся к Энфри домой. Мы пойдём к нему первыми, поможем разгрузить повозку, затем направимся в гильдию уладить формальности. Поскольку нужно подождать до завтра, чтобы в гильдии получить награду за огров, извини, что тебе придется пойти туда ещё раз завтра... полагаю, время встречи будет тем же, когда мы впервые встретились.

— Понял, — с облегчением кивнул Аинз. Чтобы зарегистрировать магическое животное, нужно было просто подойти к стойке и попросить, он не хотел идти в гильдию вместе с ними, сталкиваясь с дилеммой «пожалуйста, напишите это» и «пожалуйста, посмотрите сюда». Тогда все его старания пропали бы даром. — Тогда простите, что побеспокоил вас, — Аинз, сидя верхом на Мудром Короле Леса, любезно кивнул головой и разошелся с Энфри и членами Меча тьмы, с одной Нарберал он направился в гильдию искателей приключений.

На этот раз она к нему наклонилась и спросила:

— Мы можем им доверять?

— ...Это не так уж и важно. Даже если нас предадут, мы потеряем лишь награду за уничтожение каких-то там огров. Если нас будет волновать такая маленькая сумма денег, нас посчитают скупыми, а это ещё хуже.

Аинз пришёл в этот город, чтобы увеличить славу, если его будут считать мелочным, это помешает его дальнейшим планам.

Вести себя обманчиво. Думая об этой фразе, Аинз дотронулся до мешочка для денег, который лежал в нагрудном кармане. Он нащупал несколько монет и сразу же понял, сколько у него осталось. Этого должно хватить на две ночи в гостинице.

А если добавить цену за еду, денег ему не хватит, но учитывая, что Аинз — нежить, а у Нарберал на пальце есть кольцо с магией, которая позволяет обходиться без еды, это сильно помогает экономить. Нарберал могла носить два кольца, и одно из них было этим кольцом, изначально оно предназначалось для того, чтобы не есть отравленную еду, он никогда не думал, что оно принесёт такую пользу.

Однако он глянул на Мудрого Короля Леса и подумал: «Этот парень всегда должен что-то есть». Нарберал снова сказала:

— Верно... Странно, что величайший владыка должен обходиться такой незначительной суммой денег. Как оскорбительно.

— Ну...

Аинз снова дотронулся до мешочка с деньгами, чувствуя, будто спина, которая не может потеть, вспотела. Он проклял себя за то, что увеличил расходы, когда в этом не было необходимости. А также...

«Владыка»... перестань меня так называть, Нарберал. Чудесно, если никто этого не услышал...

В сердце он опустил руки, а Нарберал радостно сказала:

— Эти низшие формы жизни, комары, падают ниц перед невероятной силой владыки Аинза.

— Ещё рано так говорить.

— Вы слишком скромны. Хотя в глазах владыки те огры были не более чем насекомыми, навыки владения мечом владыки были на совершенно ином уровне, поистине восхитительно.

Под ним Мудрый Король Леса странно затрясся, но Аинз не обратил на это внимания, он ей ответил:

— ...Я лишь игрался с грубой силой.

Может, его слова и звучали круто, но это было не так. Когда я наблюдал за боем Газефа, то видел его плавные движения, по сравнению с ним я двигаюсь, будто ребенок, который дико махает мечом. Как уродливо. Все хвалят лишь разрушительную силу моих рук. Это совсем отличается от почестей истинному воину, такому как Газеф.

— Двигаться как настоящий воин на самом деле очень трудно.

— ...Тогда почему бы не использовать магию, дабы сменить класс на воинский?

Нося доспехи, он мог применять пять разных типов магии, одним из них было заклинание преобразования навыков Заклинателя в навыки Воина соответствующего уровня. А это значило, что он временно мог превратиться в воина сотого уровня.

Хотя таким способом он мог использовать снаряжение другой профессии, недостатков было много. Во-первых, он не сможет использовать магию, и как только превратится в воина, у него исчезнут все особые навыки. Пересчитанные характеристики тоже будут очень низкими для воина. Проще говоря, он будет недоделанным воином сотого уровня. Совсем другая история будет, если он, например, будет драться на мечах против Высшего священника, но если он пойдет против настоящего Воина, шансов на победу не будет никаких.

Тем не менее он будет сильнее текущего себя.

Но трудность в том...

— Тогда будет очень много недостатков. Если на меня вдруг нападёт противник моего уровня, я не смогу быстро начать использовать магию, а это точно приведёт к моему поражению. Даже если я использую магические свитки, всё равно будет слишком много недостатков, учитывая время на их подготовку и так далее.

Пока неизвестно, есть ли здесь враждебные игроки или нет, к ним нельзя относиться легкомысленно. Нет надобности использовать эту магию и специально себя ослаблять.

— Я стал воином всего лишь для того, чтобы скрыть себя. Из-за этого нет нужды расстраиваться.

— ! — Тело Мудрого Короля Леса затряслось, он с удивлённым видом повернул голову, чтобы посмотреть на Аинза: — Этот подчиненный слушал разговор, разве хозяин не воин?

Встретив его взгляд, Аинз молча кивнул. Снисходительным тоном Нарберал объяснила:

— Владыка Аинз лишь игрался, притворяясь воином. Используй он настоящую магическую силу, и Армагеддон был бы пустяковым делом.

Столкнувшись с абсолютной истиной, или думая, что это совершенно естественно для Нарберал, Аинз не смог сказать в ответ «невозможно».

— ...Что ж, наверное, так оно и есть. Мудрый Король Леса, разве ты не рад, что не дрался с настоящим мной? Если бы я использовал настоящую силу, ты не продержался бы и секунды.

— В-вот как, хозяин. Ваш скромный слуга, Хамскэ, снова клянется в вечной преданности!

Когда Мудрый Король Леса сказал, что хочет имя, первое, что пришло в голову Аинзу — Хамскэ. Получив это имя, Мудрый Король Леса очень обрадовался. Но спокойно подумав, Аинз решил, что имя Хамскэ просто безвкусное.

...Слишком поспешно я его придумал. Может, Моти... было бы более забавным... мои старые товарищи когда-то заметили, что я не умею придумывать хорошие имена...

Чувствуя некоторое сожаление, Аинз, сидя на Мудром Короле, Хамскэ, медленно направился в сторону гильдии искателей приключений.

Энфри завёл повозку прямо на задний двор дома. Взяв магический фонарь, он спрыгнул с неё и открыл задние двери дома. Повесив фонарь на стену, он осветил тёмную комнату. Стало видно несколько ведер. Оттуда доносился запах сушеных трав — видно, это было место для хранения растений.

— Извините, что беспокою вас, не могли бы вы перенести сюда травы?

Ответив с готовностью, члены Меча тьмы осторожно перенесли узелки растений из повозки в дом.

Пока Энфри указывал, куда какое растение следует класть, в мыслях возник вопрос: «Бабушки нет дома?».

Несмотря на то что его бабушка была преклонного возраста, слух и зрение у неё не были плохи, она бы услышала шум и вышла посмотреть. Однако если бы она слишком сосредоточилась на создании зелий, то не обратила бы никакого внимания на мелкий шум. Посчитав это обычным делом, Энфри не стал её звать. Дожидаясь, пока травы разложат по соответствующим местам, он обратился к членам Меча тьмы:

— Хорошая работа! В доме должно быть немного холодного сока, можете пойти попить.

— Чудесно, — сказал Люклютер, лоб у него немного вспотел. Остальные счастливо кивнули головой.

— Тогда за мной.

Энфри повёл всех в дом, затем вдруг кто-то открыл дверь с той стороны.

— Здоров, с возвращением.

У них перед глазами стояла красивая женщина, но от неё исходило смутное чувство тревоги. Её короткие светлые волосы качнулись.

— А-а, я ведь волновалась, знаешь? Думала, ты пропал. Какое несчастье, я понятия не имела, когда ты вернешься, так что пришлось всё это время прождать здесь.

— ...Мо-могу я спросить, кто вы?

— Эй! Неужели вы все меня не узнаёте?

Из-за дружеского голоса, будто они двое — знакомые, Пётр издал звук удивления.

— Эх? Ха-ха-ха, я пришла тебя украсть. Нам нужен кто-то, способный использовать магический артефакт, чтобы призвать много нежити, «Легион нежити», так что, станешь моей игрушечкой? Сестрёнка просит об одолжении, пожалуйста!

Члены Меча тьмы, почувствовав от неё злую ауру, тут же достали оружие. Даже перед лицом грядущего сражения женщина говорила беззаботно:

— Это заклинание седьмого ранга, которое людям очень трудно использовать, но с помощью короны это станет возможным. Хотя всех зомби будет контролировать невозможно, оно всё же на них повлияет! Какой безупречный план! Идеальный!

— ...Господин Энфри, отступайте! Быстро! — Направив на женщину меч, Пётр серьезным тоном сказал: — Эта женщина не прекращает болтать, она, должно быть, уверена, что справится с нами. Поскольку её цель — вы, бегите. Лишь так можно исправить положение.

Члены Меча тьмы своими телами прикрыли запаниковавшего Энфри.

— Нинья! Ты тоже беги!

Следом за Дайном выкрикнул и Люклютер:

— Хватай мальца и беги! Разве ты не хочешь спасти сестру?!

— Да. У тебя ещё остались дела. Может, мы не сможем тебе помочь... но мы хотя бы выиграем немного времени.

— Парни...

— Как душевно! Почти плакать хочется. Но если он убежит, прибавится хлопот. Хотя бы одного человека оставьте поиграть.

Видя, что Нинья сильно сжал зубы, не зная, что делать, женщина радостно улыбнулась. Она медленно из-под робы извлекла эсток. В это мгновение из задней двери вышли несколько бледных тощих людей.

Члены Меча тьмы помрачнели.

— ...Игры кончились.

— Эй, что ты говоришь, Каджинчик. Разве не ты помог мне подготовиться? Разве не ты помог мне сделать так, чтобы с улицы никто не услышал крики? Пожалуйста, разреши мне поиграть хотя бы с одним.

От её колючего смеха у Энфри волосы стали дыбом.

— Что ж, раз больше некуда бежать, давайте начнём!

Часть 2

Зарегистрировать Хамскэ было просто, но всё же это заняло полтора часа. Больше всего времени было потрачено на рисование портрета Хамскэ. Магией его нарисовать было бы быстрее, но Аинз не хотел тратить деньги.

Чтобы остальные не посчитали его мелочным, Аинз нашёл оправдание.

— Может, говорить это немного поздно, но интерес к рисованию — утомительное оправдание... Ну да ладно, теперь нужно пойти к Энфри, — Аинз, завершив регистрацию, сказал это стоявшей у входа в гильдию Нарберал, затем подошёл к Хамскэ.

Он уже привык.

На каруселях могут кататься не только победители по жизни — люди со второй половинкой или детьми, — так что не должно быть проблем на ней кататься одинокому старику.

Аинз, сдавшись, не колебался.

Он использовал свою высокую ловкость и взобрался на Мудрого Короля Леса, будто знаменитый гимнаст. Хотя никакого седла не было, несколько часов практики Аинзу было достаточно, чтобы овладеть техниками езды.

Видевшие эту сцену прохожие вздыхали в восторге. Некоторые дамы даже визжали. Глаза искателей приключений были в особенности пылкими. А когда они замечали медаль у Аинза на шее, не могли поверить своим глазам.

Это я с трудом в это верю. Что случилось с всеобщим чувством эстетики?

— Эм, разве это не ты пошёл собирать травы с моим внуком?

Кто-то обратился к Аинзу, который жаловался в сердце на толпу и приказывал Хамскэ уходить. Услышав голос пожилой особы, он повернул голову и увидел старую леди.

— ...Кто вы? — спросил он, хотя уже догадался. Если пожилая леди сказала правду, ответ был лишь один.

— Я Лиззи Барел, бабушка Энфри.

— Ах! Так это вы? Вы правы, это я сопроводил Энфри до деревни Карн, меня зовут Момон. Это Набель.

Нарберал почтительно поклонилась. Лиззи её похвалила:

— Какая невероятно красивая девушка. А как называется монстр, на котором вы едете?

— Мудрый Король Леса.

— Этот король — Хамскэ! Приятно познакомиться!

— Что! Этот страшный монстр — легендарный Мудрый Король Леса?!

Искатели приключений, услышавшие возглас Лиззи, с удивлением на них посмотрели. Похоже, их это очень потрясло, они перешептывались: «так это и есть легендарный монстр?».

— Да, в соответствии с просьбой вашего внука я приручил его, когда с ним столкнулся на месте назначения.

— П... приручить Мудрого Короля Леса... — Лиззи запнулась. — Что ж... а где мой внук?

— Ах, он вернулся домой с травами. Мы как раз идём к нему, чтобы забрать награду.

Пожилая леди, вздохнув с облегчением, изумлёнными глазами посмотрела на Аинза и спросила:

— Ох, ясно... Хотите пойти вместе? Мне интересны ваши приключения.

Предложение Лиззи сильно помогло Аинзу.

— С удовольствием.

С Лиззи во главе группа прошла через город Э-Рантэл.

— Пожалуйста, заходите. — Дойдя до магазина, Лиззи достала ключ и опустила голову. Она толкнула дверь, та открылась без какого-либо сопротивления. — Что ж такое, он слишком беспечный, — пробормотала сама себе Лиззи, войдя вместе с Аинзом и Нарберал в дом. — Энфри, тут господин Момон... — прокричала она в магазин. Было тихо, признаков людей вообще не было. — Неужели что-то случилось? — в недоумении склонила голову Лиззи, но Аинз кратко ответил:

— Плохо.

Лиззи была сбита с толку, но Аинз не обратил на неё внимания и положил руку на рукоять меча. Нарберал поняла, что Аинз имеет в виду, и вынула свой клинок.

— Что, что вы делаете?!

— Не спрашивайте, просто следуйте за мной, — кратко ответил Аинз и извлёк оружие, входя в дом с мечом в руке. Он толкнул внутреннюю дверь и направился вправо. Дом был незнакомым, но он не колебался, выбирая направление. Аинз добежал до двери, которая была в конце прохода, и спросил нагнавшую его Лиззи: — Для чего это место?

— Это склад трав, и там ещё есть дверь, ведущая на задний двор.

Хотя Лиззи не понимала, что случилось, она почувствовала странную атмосферу и забеспокоилась. Аинз не потрудился её просветить и открыл дверь.

Почувствовался не аромат трав, а нечто более резкое — запах крови.

Впереди были Пётр и Люклютер, Дайн был дальше, а Нинья был в самом конце. Все четверо безжизненно опирались о стену. Ноги были прямые, а руки безвольно свисали. На полу была тёмная лужа крови, которая, похоже, вытекла из их тел.

— Что, что случилось...

Удивлённая Лиззи нетвердыми шагами хотела войти. Аинз, положив руку ей на плечо, остановил её. Затем ринулся в комнату. Пётр вдруг задвигался, будто марионетка, но прежде чем оно успело встать, Аинз без колебаний рубанул мечом.

Голова Петра покатилась по земле. Ударом слева направо Люклютер, который пытался встать, был обезглавлен. Лиззи остолбенела из-за трагедии перед глазами, Дайн, сидевший дальше, встал. Его лицо было бледным, не подававшим признаки жизни. Оно туманными глазами глядело на Аинза и Лиззи. Во лбу виднелась дыра. Очевидно, смертельная рана.

Мёртвые могли двигаться лишь по одной причине. Они стали нежитью.

— Зомби! — закричала Лиззи. С хрипом Дайн приближался. Аинз тут же мечом проткнул ему горло. Тот зашатался и рухнул на пол.

Больше ничего не двигалось.

Аинз посмотрел на Нинью, который неподвижно и в тишине лежал на полу.

— Энфри!

Лиззи наконец осознала происходящее и кинулась вперед, чтобы найти внука. Аинз посмотрел ей в спину и приказал Нарберал:

— Защити её. Мой пассивный навык «Благословление нежити» не реагирует, поэтому в доме нежити больше быть не должно. Но где-то могут прятаться живые.

— Вас поняла.

Нарберал, чуть поклонившись, последовала за Лиззи.

Аинз убедился, что те двое ушли, и перевёл взгляд на Нинью. Он медленно опустился на колени и осторожно прикоснулся к телу. Убедившись, что в теле нет ловушек, распространённых в Иггдрасиле, он поднял лицо Ниньи. Тот не был без сознания, он был мёртв.

Лицо было опухшим, наверное из-за ударов от дробящего оружия. Аинз не мог узнать его по лицу.

Левый глаз был раздавлен и вытек из глазницы, будто слеза. Все кости пальцев были переломаны, а кожа разодрана, виднелись красные мышцы. В некоторых местах даже мяса не было. Когда Аинз снял его одежду, чтобы обследовать тело, он широко открыл глаза от потрясения.

Он положил одежду назад и прошептал:

— ...Даже тело...

Тело было таким же, как лицо — везде раны, которые раньше сильно кровоточили. И оно было опухшим от, наверное, внутреннего кровотечения, было трудно найти место, на котором не было раны.

Аинз закрыл Нинье глаза.

— ...Мда... не самое приятное ощущение.

Его тихие слова унесло ветром.

— Мой внук! Энфри пропал! — закричала Лиззи, вернувшись. Аинз, смотревший в уголку комнаты на трупы, спокойно ответил:

— ...Я просмотрел их вещи, и не похоже, что их обокрали. Раз так, целью врага было похищение Энфри.

— Угх!

— Пожалуйста, посмотрите на это.

Аинз указал на кровавые слова под телом Ниньи. Их можно было увидеть, только передвинув тело.

— Это... канализация? Значит, Энфри забрали в канализацию?

— Возможно, это ловушка, которую создали те же, что и эту трагедию. Я понятия не имею, насколько канализация большая... чтобы её обыскать, потребуется много времени. Что вы об этом думаете?

— Там есть и цифры! 2-8, что это значит?!

— Это значит, что надпись ещё подозрительнее. Я не знаю, что означают цифры... возможно, если разделить город на восемь частей по осям компаса, местом будет пересечение двух и восьми, или это некий адрес... Неужели у Ниньи оставалось достаточно сил, чтобы оставить такую сложную подсказку?.. И даже если это написал Нинья, сколько же информации выдал враг? Слишком большое совпадение.

Лиззи нахмурила и так морщинистое лицо, она выглядела так, будто разозлилась на удивительно спокойного Аинза. Затем она перевела взгляд на четыре тела, лежавшие на полу:

— Кто были эти люди?

— ...Искатели приключений, нанятые вместе со мной вашим внуком. Когда мы разделились, они, вероятно, пошли сюда разгрузить повозку с травами.

— Что! Они были твоими товарищами?!

Аинз покачал головой:

— Нет. Мы просто случайно пошли вместе на приключение.

Эти холодные слова заставили Лиззи разочароваться.

— Кстати, я уже долго над этим думаю и хочу спросить ваше мнение. Что вы думаете о том, что они превратились в зомби?

— ...«Создание зомби». Враг может использовать по меньшей мере магию третьего ранга. Какие ж ещё версии могут быть?

— Думаю, следует разобраться с этим побыстрее.

— Разве это не очевидно... что вы хотите этим сказать?

— ...Враги могли использовать или контроль разума или просто спрятать тела, но они этого не сделали. Они совершили такое с телами, чтобы поразвлечься. Они либо абсолютно уверены в том, что их не найдут, либо в том, что сбегут. И... я не знаю, что из этого. Раз они могут превращать тела в зомби, значит, они могли забрать их с собой?

Если цель — похитить Энфри, они могли выиграть достаточно времени, просто спрятав тела. Но они этого не сделали, а значит они планируют нечто другое или хотят, чтобы Лиззи что-то сделала.

Со вторым справиться было бы легче, а с первым будут проблемы. Жизнь и способности Энфри ценны, но могут быть полезны не очень долго. Отпустят ли его эти безжалостные преступники, когда используют?

Лиззи, понявшая, что Аинз имеет в виду, превратилась из зелёной в белую. Она не знала, где в этом большом городе его держат, а обыскивать весь город слишком долго.

Единственная зацепка — канализация, но в ней Аинз сомневался.

Шансы спасти Энфри уменьшались с каждой секундой.

Аинз спокойно сказал напряжённой Лиззи:

— Как насчёт того, чтобы организовать спасательную группу? — Сделав паузу, таким же спокойным голосом он продолжил: — Разве это не то задание, которое вы должны давать искателю приключений?

Глаза Лиззи засияли, она, похоже, поняла, к чему тот клонит.

— Вам повезло, Лиззи Барел. Перед вами стоит сильнейший искатель приключений города, и единственный, кто может вернуть вам внука в сохранности. Если вы дадите мне это работу, я её приму. Но... цена будет очень большой, потому что я понимаю, насколько работа сложна.

— Да... если это вы... человек с тем зельем... укротитель Мудрого Короля Леса, то вы, без сомнений, сильны... я хочу вас нанять!

— Вот как... вы готовы заплатить цену?

— Сколько вас устроит?

— ...Всё.

— Что?

— Дайте мне всё, что у вас есть.

Лиззи широко открыла глаза от удивления и просто уставилась на него, задрожав.

— Абсолютно всё. Если Энфри благополучно вернётся, отдайте мне всё, что у вас есть.

— Вы... — Лиззи попятилась от страха и тихим голосом сказала: — Всё... не деньги или редкие зелья... я слышала, что дьявол исполнит любое желание в обмен на человеческую душу. Вы — дьявол?

— Даже если да, это не имеет значения, разве не так? Вы хотите спасти внука?

Лиззи замолчала и кивнула, прикусив губу.

— Тогда есть только один ответ, так ведь?

— Да... я вас нанимаю. Я отдам вам всё, чтобы спасти внука!

— Хорошо, контракт заключён. Тогда давайте поторопимся, у вас есть карта города?

Лиззи посчитала это странным, но сразу же достала карту и передала её Аинзу.

— Сейчас я найду, где Энфри находится.

— Вы это можете?!

— Придётся использовать один метод. Но я не уверен, глуп ли враг... — Аинз не закончил говорить и перевёл взгляд на четыре тела. — Я начну поиск, а вы обыщите другие комнаты, может, найдёте какие-то зацепки, которые оставили люди, похитившие Энфри. Если его похищение тоже для отвода глаз, тогда всё плохо. Вы более знакомы с домом и лучше для этого подходите.

Найдя случайную причину, чтобы выпроводить Лиззи, Аинз повернулся к Нарберал.

— Властелин, что вы планируете делать?

— Всё очень просто. Гляди, все их медали пропали, их, наверное, забрали нападавшие. Вопрос в том, почему они не взяли ничего более ценного, одни медали... что думаешь?

— Мои извинения, не знаю.

— Они забрали их, как...

Недоговорив, Аинз услышал в мыслях звук, это было «Сообщение».

«Владыка Аинз».

Голос был немного взволнованным, и слышалось жужжание.

— Энтома?

«Да».

Энтома Дзета. Боевая горничная, как и Нарберал, также известная как Королева-насекомое.

«У меня есть кое-что вам доложить».

— ...Я сейчас занят. Я свяжусь с тобой, когда освобожусь.

«Как пожелаете. Пожалуйста, свяжитесь с госпожой Альбедо, когда будете свободны».

Заклинание развеялось, и Аинз продолжил разговор с Нарберал:

— Трофей, приз после охоты. Преступник, наверное, забрал их в качестве сувенира. Но это смертельная ошибка. Нарберал, активируй заклинание.

Аинз достал свиток из магической сумки и передал его Нарберал.

— Это свиток «Нахождение предмета». Ты ведь знаешь цель?

— Вас поняла.

Нарберал развернула свиток. Когда она уже собиралась активировать заклинание, Аинз схватил её за руку и удивлённую Нарберал холодно отчитал:

— ...Глупая.

Это заставило её плечи дрогнуть.

— Я, я сожалею!

— Когда используешь магию сбора информации, нужно быть готовой к контрмагии врага, это железное правило. Всегда помни, что противник может защитить себя «Обнаружением места», применить «Ложную информацию» или «Антиобнаружение» — это основы основ. А ещё...

Аинз приготовил десять свитков, и, как учитель, объяснил ей о каждом.

При использовании заклинаний сбора информации нужно подготовиться. Это основы.

Когда гильдия Аинз Оал Гоун нападала на других игроков, члены гильдии собирали всю доступную информацию о противниках и устраивали одно внезапное нападение. «Битва решена ещё до того, как даже началась» — такой была догма Пунитто Моэ, который придумал базовую стратегию гильдии, «охотиться на игроков может любой с легкостью».

Когда они встретят других игроков в будущем, то одержат верх в сражении, вот почему Аинз обучил базисам и Нарберал.

— ...Это всё. На всякий случай ещё особой способностью можно усилить защиту, но ради этих врагов заходить так далеко нет смысла. Если бы они подумали о дополнительных методах противостояния заклинателям, то не применили бы на трупах магию такого уровня. Ну что ж, начнём, Нарберал.

Она наконец развернула свитки по порядку и прочитала написанную там магию. Из свитка появились холодные языки пламени и сожгли его за секунды, высвобождая запечатанную магию. Высвободив магию из всех свитков, Нарберал, теперь защищённая многочисленными заклинаниями, наконец активировала «Нахождение предмета». Она указала на точку на карте:

— Здесь.

Аинз, не умевший читать, поискал это место в памяти.

— ...Кладбище. Вероятность, что это не канализация, была и вправду высока.

Город Э-Рантэл был военной базой, его кладбище было неимоверно большим. Заклинание указало на самую глубокую точку на кладбище.

— Ясно, дальше нужно использовать «Дальновиденье» и «Кристальный экран» вместе, чтобы я тоже мог увидеть, что там происходит.

Нарберал активировала ещё свитки, и в воздухе появился экран, который показывал многочисленные фигуры. Но их движения казались жуткими и жёсткими. А также там были какие-то существа, явно не люди.

В середине всего этого находился юноша. Одежда была другой, но Аинз не мог его не узнать.

— Это правильное место. Медали недалеко и... толпа нежити?

Нежити было много. Низкосортной нежити, но просто пугающе много.

— ...Владыка, что вы собираетесь делать? Телепортироваться и уничтожить их одним махом? Или использовать магию полёта, чтобы атаковать с фронта?

— Не глупи. Таким способом ведь никто не узнает, что их уничтожили мы. — Аинз объяснил озадаченной Нарберал: — Приготовив столько нежити, противники, должно быть, собираются сделать нечто большое. Поскольку мы собираемся спасти Энфри, мы разрешим этот кризис по пути, чтобы поднять нашу славу. Ведь если никто об этом не узнает, у нас останется лишь награда Лиззи, вряд ли это увеличит нашу известность.

Может, оно и так, но если они не разрешат проблему как можно скорее, Энфри умрёт. Даже Аинз не мог вызвать и управлять столь большим количеством нежити, так что они, должно быть, использовали какой-то трюк. Присутствие Энфри может быть ключевой частью этого трюка.

В таком случае нужно найти секрет этого трюка, даже если потребуется пожертвовать Энфри.

Для Аинза самой важной целью было усилить Великий Склеп Назарика. Если для этого нужно пожертвовать Энфри, у Аинза не останется иного выбора.

— Я хочу собрать больше информации, но времени недостаточно, — пробормотал Аинз, идя к парадному входу. Открывая дверь, он прокричал: — Лиззи! Подготовка завершена. Мы идём на кладбище!

— А как же канализация?

Голос прозвучал издали, и Лиззи кинулась к Аинзу.

— Канализация — всего лишь диверсия врага, настоящее местоположение — кладбище. И там армия нежити, мертвецов там тысячи.

— Что!

Он лишь предположил, в точности посчитать было невозможно.

— Не удивляйтесь так, мы идём прямо к Энфри. Проблема в том, что я не могу гарантировать, что армия нежити не выйдет из кладбища. Попробуйте рассказать всем об этом, и попросить, чтобы они отбились от нежити, которая выйдет из кладбища. У нас не хватает доказательств, но поскольку это будет просьба от такой знаменитой особы, как вы, люди должны ведь послушаться? Если мертвецы выйдут из кладбища и никто не будет готов... всё будет плохо.

Под шлемом Аинз ухмыльнулся.

Будет проблемно, если люди не наделают много шуму. Чем больше шуму, тем больше славы я получу, разрешив кризис. Вот почему я это делаю.

— Это всё, что я хотел сказать. Время — деньги, так что я поспешу.

— У вас есть способ пробиться через армию нежити?

Аинз посмотрел на Лиззи и указал на мечи у себя за спиной:

— Один способ есть.

Часть 3

Четверть стен Э-Рантэла окружала громадную область — половину западного района города, кладбище Э-Рантэла. В других городах тоже были кладбища, но ни одного такого большого.

Оно было построено, чтобы не дать подняться мертвецам.

Многое всё ещё было неизвестно относительно того, почему появляется нежить, но она, как правило, появлялась там, где живые встречали свой конец. Вероятность появления нежити из убитых или тех, кого не оплакивали, была выше. Вот почему было обычным делом встретить нежить на месте прошедшего сражения и в руинах.

Э-Рантэлу, возле которого множество раз происходили сражения с Империей, необходимо было гигантское кладбище, чтобы мертвецы не восставали — место, где люди могут отдать последние почести мёртвым.

Для соседней нации, Империи, в этом отношении всё было таким же. У Королевства и Империи было соглашение во время войны отдавать дань памяти умершим. Хотя они сражались друг с другом, они всё же считали нежить общим врагом.

Кроме того, у нежити была ещё одна проблема. Если оставить её без внимания, может появиться более сильная нежить. Вот почему искатели приключений и стража каждую ночь патрулировали кладбище и уничтожали мертвецов, пока они ещё слабы.

Кладбище было окружено стеной — линией, отделяющей живых от мёртвых. Четырехметровые стены не шли ни в какое сравнение с крепостными стенами, но этого было достаточно, чтобы люди могли по ним ходить. Ворота были большими и крепкими, проломить их было непросто.

Всё это предназначалось для того, чтобы защититься от мертвецов, встающих на кладбище.

С обеих сторон ворот были лестницы, а у стены была возведена обзорная башня. Каждая смена состояла из пяти стражников, они, зевая, поочередно следили за кладбищем.

Кладбище освещалось столбами, на которые был наложен «Вечный свет», так что было светло, несмотря на ночь. Но всё же тёмные места имелись, и надгробия тоже мешали просмотру.

Стражник с копьём рассеянно оглядел кладбище, зевнул, и сказал товарищу:

— Сегодня ночью тоже тихо.

— Ага, всего лишь пять скелетов было, да? По сравнению со скоростью их появления в прошлом, это практически ничего.

— Да, Шесть богов что, назад к себе призвали души мёртвых? Вот было бы чудесно.

Остальную стражу заинтриговала эта тема, и они присоединились:

— Со скелетами и зомби мы справиться можем, но копьями уничтожать скелетов трудновато и хлопотно.

— Думаю, с упырём справиться сложнее всего.

— А для меня самые сложные — это скелеты-многоножки. Если бы тогда не пришли на помощь недалеко патрулирующие искатели приключений, я был бы уже мертв.

— Скелеты-многоножки? Я слышал, если оставить слабых мертвецов, то на их месте появится сильный. Если убивать, пока они слабы, сильный не появится.

— Да, совершенно верно. Капитан нашего патруля прочёл лекцию патрулю, который ходил на прошлой неделе. Вино, которое они ему подарили в качестве извинений, было великолепно, но я не хочу снова это испытать.

— Но... если подумать, не появление нежити может означать неприятности.

— ...Почему?

— Ну, такое чувство, будто наш надзор что-то упускает.

— Не переживай так сильно, нежити обычно не так уж и много. Я слышал, что мертвецы встают чаще, когда хоронят тела убитых людей в бою против Империи. А если войны нет, их ведь должно быть меньше, не так ли?

Стражники кивнули в знак согласия. Хотя в деревнях тоже хоронили своих мёртвых, они никогда не слышали о частом появлении нежити.

— Сейчас, когда ты это упомянул, положение на равнинах Каз вышло из-под контроля.

— Ага, я слышал, там появился невероятно сильный мертвец.

На этих равнинах произошло сражение между Империей и Королевством. Это место было довольно известно сильной нежитью. Искатели приключений, нанятые Королевством и рыцарями Империи, довольно часто уничтожали там нежить. Важность этой работы побудила отряд поддержки Королевства и Империи основать там небольшой городок.

— Я слышал...

Заговоривший стражник вдруг замолчал.

Другой стражник почувствовал из-за этого беспокойство и сказал:

— Эй, не умолка...

— Тихо!

Стражник, который тогда замолчал, похоже, что-то разглядел в темноте, он вгляделся в кладбище. Остальная стража решила последовать его примеру.

— ...Ты это слышал?

— Может, воображение разыгралось?

— Я ничего не слышал... но запахло землёй. Мы недавно копали могилу? Запах именно такой...

— Не шути так.

— ...Э? Ах, эй! Смотрите, там! — стражник указал на кладбище. Все посмотрели в то место.

Там двое стражников бежали к главным воротам. Они тяжело дышали, а их широко открытые глаза налились кровью. Пропитанные потом волосы прилипли ко лбу.

Такая сцена заставила стражу почувствовать, что случилось что-то неладное.

Стражники, патрулирующие кладбище, ходили в группе по десять человек. Почему их только двое? Они бежали без оружия и, похоже, опасались за свою жизнь.

— Быстро откройте ворота! Сейчас же!

Услышав их отчаянный крик, стража спустилась по лестнице и поспешно открыла ворота. Два стражника стремглав пронеслись через ворота, не дожидаясь их полного открытия.

— Что слу...

Два стражника с бледным лицом, тяжело дыша, прервали:

— Быстро закройте ворота! Сейчас же!

У всей стражи прошли мурашки по коже, они закрыли ворота и поставили на место засов.

— Что случилось? Где остальные?

Один из двух стражников поднял голову, у него на лице был шок:

— Их... их съела нежить!

Услышав, что восемь товарищей пали, все посмотрели на капитана. Тот сразу приказал:

— ...Ты, взберись на стену и посмотри!

Стражник взобрался по лестнице и на полпути остановился.

— Ну что, что там?

Трясущимся голосом он прокричал:

— Нежить! Целая куча нежити!

Стражники прислушались. И услышали. По ту сторону стены словно нёсся табун лошадей. Был ошарашен не только первый стражник, который это увидел, но и все остальные.

Просто невообразимое количество нежити шло к воротам.

— Сколько же их тут...

— Больше ста или двух сотен... может, тысячи...

Там, куда не попадал свет, было бесчисленное множество мертвецов, было трудно их пересчитать.

С гнилым зловонием бесчисленные мертвецы неустойчивыми шагами приближались к воротам, будто туча. Там были не только зомби и скелеты, среди них виднелось и некоторое число сильной нежити: вурдалаки, пожиратели, упыри, утопленники, собиратели мертвечины и так далее.

Стражники затряслись от страха.

Город защищают стены, и нежить не сможет атаковать мирных жителей, не пробившись сквозь них. Но даже если мобилизовать всех стражников, вряд ли они смогут сдержать такую большую толпу. В стражу шли обычные крестьяне, и они надевали простые доспехи, они не были уверены, что смогут истребить всю нежить.

А ещё некоторые мертвецы могли, убив человека, превратить его в своего сородича. Если всё пойдёт плохо, стражники превратятся в нежить и нападут на товарищей. Летающей нежити пока ещё видно не было, но если вскоре обо всём не позаботиться, появится и она, это лишь вопрос времени. Это приводило стражников в ужас.

Волна нежити врезалась в стены.

Удар, удар.

Толпа несообразительной нежити не чувствовала боль, она просто билась о ворота. Похоже, они осознали, что, проломив их, смогут напасть на живых.

Удар, удар.

Удары, скрип гнущихся ворот под натиском силы нежити, и стоны всё прибывающих мертвецов.

Нежити не нужно было беспокоиться за свою жизнь, она, не останавливаясь, шла на ворота, будто таран.

Видевшие это стражники обливались холодным потом.

— Бейте в колокол! Вызовите подкрепление из сторожевого поста! Вы двое, сообщите другим воротам о чрезвычайном положении! — Капитан, собравшись с силами, начал отдавать приказы. — Вы, что сзади, атакуйте копьями подходящую к воротам нежить!

Стражники, услышав приказы, вспомнили свой долг и начали бить копьями мертвецов внизу. По нежити, заполонившей всю землю, попадать было легко.

Ткнуть копьём, оттянуть назад, и снова ткнуть.

Тёмная кровь и сгнившая плоть сильно воняла, но стражники повторяли одни и те же движения, будто фабричные рабочие. Несколько мертвяков потеряли свою отрицательную жизненную силу и были растоптаны нежитью, которая наваливалась сзади.

У нежити отсутствовал интеллект, так что они не отвечали на атаки копьём. Стража, повторяя одни и те же действия, утратила чувство страха.

Будто бы нежить этого и ждала...

— Аа!

Послышался крик, а когда все посмотрели в ту сторону, увидели, что шею стражника окутало что-то длинное и извивающееся.

Это были гладкие и розовые... кишки.

В том месте, с которого они тянулись к стражнику, стояла нежить, по форме напоминающая яйцо. Перед нею было большое отверстие с извивающимися, будто паразиты, органами нескольких человек.

Эта нежить была известна под названием Яйцо внутренностей.

Кишки потянули стражника.

— Аааа! — закричал он, но никто не успел ему помочь... — На помощь! Спасите! Аа... — он закричал снова. Все стражники увидели ужасающую судьбу товарища — он был съеден заживо скоплением нежити.

Защищающие тело доспехи и попытка руками защитить лицо лишь продлили это ужасающее мгновение. Пальцы, руки, голова, со всего этого была содрана кожа.

— Отступаем! Вниз со стен!

Увидев, как Яйцо внутренностей снова начало извиваться, капитан приказал отступать. Все стражники кинулись вниз по лестницам и звук нежити, ударяющей о ворота, стал громче, а скрип — отчётливее.

Отчаяние. Шансы прихода подкрепления, прежде чем появится более сильная нежить, были слишком невелики. Как только ворота откроются, вырвется волна смерти, которая заберёт множество жизней.

Отчаяние было написано на лице у всей стражи, как вдруг послышался металлический лязг.

Все посмотрели в ту сторону.

Перед ними на монстре с чёрными умными глазами сидел воин в полной броне. Возле него стояла красотка, которая не вязалась с этим местом.

— Эй! Тут опасно! Быстро уходите...

В это мгновение стражники увидели медаль, свисающую у груди воина.

Искатель приключений!

Но проблеск надежды погас, как только они увидели, что медаль медная. Невозможно, чтобы искатель приключений низкого ранга смог разрешить этот кризис. На всех накатило разочарование.

Воин ловко спрыгнул с монстра.

— Разве ты не слышал! Побыстрее покинь это место!

— Нарберал, передай мне мой меч.

Голос у воина был, очевидно, мягче, чем у стражников, и несмотря на шум толпы нежити, был необычайно ясным. Красотка подошла к воину и достала меч из-за его спины.

— Посмотрите назад, разве там не опасно?

Услышав предупреждение воина, стражники обернулись и увидели, как над ними навис их конец. Там стояло нечто на четыре метра выше стены. Гигантская нежить, созданная из бесчисленных трупов и упырей.

— Аааа...

Стражники закричали и собрались было бежать, но перед глазами начало происходить что-то неожиданное. Воин держал свой меч в стойке, будто собирался бросить копьё.

Что он делает?

Ответ возник в следующее мгновение.

Воин швырнул меч с невообразимой силой. Стражники проследили, куда тот полетел, и увидели нечто ещё более невероятное. Созданный из мертвецов гигант, монстр-нежить, которого, казалось, невозможно победить, пошатнулся, будто бы его ударил ещё больший враг. Затем он упал назад с колоссальным грохотом.

— ...Не вставай у меня на пути, нежить, — тёмный воин сказал лишь это, достал другой меч и шагнул вперед. — Откройте ворота.

Стража не сразу поняла, что тот говорит, они поняли, лишь когда несколько раз моргнули.

— Не, не говори ерунду! На другой стороне огромная толпа нежити!

— И? Какое это имеет отношение ко мне, Момону?

Все потеряли дар речи, столкнувшись с абсолютной уверенностью воина.

— ...Забудьте, ничего не поделаешь, если вы не хотите открывать, я сам туда доберусь.

Воин побежал, оттолкнулся от земли и исчез по ту сторону стены. И он был в полной броне.

Казалось, будто это иллюзия.

Стража не могла поверить в случившееся, они, открыв рот, уставились в опустевшее пространство.

Оставшаяся красотка медленно взлетела в воздух и когда почти перелетела через стену, была остановлена.

— Пожалуйста, подождите. Возьмите этого короля с собой! — сказал могущественный монстр, на котором ехал воин, голос был достоин такого величественного вида.

Красотка чуть нахмурила брови — что не бросило тень на её красоту — и ответила:

— ...Взберись по лестнице. Или ты боишься травмироваться, упав с такой маленькой высоты?

— Конечно нет! Этот король хочет быть возле хозяина! Хозяин, подождите этого короля! — Гигантский монстр на большой скорости пробежал мимо стражников, проворно взобрался по лестнице и спрыгнул со стены.

Настала тишина.

Будто после шторма. Они стояли на месте неопределенное время. Когда все собрались с духом, один из стражников дрожащим голосом спросил:

— Эй... вы это слышите?

— Слышим что?

— Звуки нежити. — Испуганный стражник дрогнул, прошептав это.

Даже прислушавшись, они ничего не услышали. Бесконечные стуки о ворота тоже прекратились.

— Вы в это верите? Воин... он с легкостью пробился через такую толпу мертвецов... и пошёл дальше невредимым.

Стражники почувствовали потрясение и восхищение.

Шум утих, потому что новая цель увела отсюда всю нежить. Наверное, до сих пор тихо потому, что где-то там продолжается бой.

Неправдоподобная мысль заставила стражников забраться на стену. Они, не веря своим глазам, просто простонали:

— Что случилось... тот воин... кто это был...

Единственное, что они увидели — землю, усыпанную бесчисленными телами. Трупы были будто сложены в холмы, тела заполняли всё кладбище. У некоторых мертвецов ещё осталась отрицательная жизненная сила, но они едва шевелили конечностями и потеряли способность сражаться.

Как и ожидалось, ветер принёс гнилое зловоние, и вдалеке слышались звуки боя.

— ...Не может быть... они до сих пор сражаются? Они прорвались через огромную кучу нежити! Просто непостижимо!..

— Кто же этот воин?!

— ...Кажется, он назвался Момоном... просто невозможно, чтобы такой умелый искатель приключений был с медной медалью. Он должен быть легендарным обладателем адамантовой медали!

Все кивнули в знак согласия, такие навыки определенно не уровень медной медали.

Он должен обладать более высокой медалью, должен быть героем.

Другой возможности просто нет.

— Мы... наверное, видели легендарную фигуру... тёмного воина... нет, тёмного героя... — кто-то прошептал и все кивнули.

♦ ♦ ♦

Удар правой руки послал нежить в полёт, удар левой — перерубил мертвеца пополам.

Шторм Аинза из убийств с одного удара наконец остановился.

— Надоедливые миньоны.

Аинз, держа в руках магически созданные мечи, которые были перепачканы в мерзости, с раздражением глядел на нежить. Та шумела, пытаясь убраться подальше от Аинза. Незнающие страха мертвецы, похоже, перед ним именно это и испытывали.

— ...Этот король извиняется за себя.

Где-то сверху послышался голос. Мудрый Король Леса, расставив лапы, парил в воздухе, усы были опущены, а голос звучал подавленно.

А ответил ему не Аинз.

— Просто... не дергайся. Тебя трудно держать, когда ты шевелишься.

Пришёл голос Нарберал с места у живота Мудрого Короля. Поскольку тот не умел летать, его снизу подняла Нарберал, активировавшая магию полёта. Она наполовину вдавилась в мягкий животик Мудрого Короля Леса.

— Этот очень извиняется...

Низкосортная нежить, которой недоставало интеллекта, не нападала на Аинза. Она была чувствительна к жизни, потому ощутила, что Аинз их собрат. Однако она не могла пройти мимо «жизни» Мудрого Короля Леса, который появился позже. Это втянуло Аинза в хаос. Нарберал подняла Мудрого Короля своим заклинанием полёта, чтобы нежить его не поранила.

Когда Аинз делал шаг вперёд, нежить делала шаг назад. Нежить его окружила и оставалась от него на одном и том же расстоянии.

И окружение двигалось с темпом Аинза. Нежить, похоже, искала возможность напасть, но любой, делавший шаг вперёд, уничтожался Аинзом с одного удара. Потому она просто его окружила, не смея нападать. Перед глазами было скошено множество нежити, посмевшей подойти. Даже мертвецы, которым не хватает интеллекта, извлекли из этого урок.

— Так мы зайдём в тупик, — пожаловался Аинз на количество оставшейся нежити.

Если он посерьезнеет, толпы нежити такого уровня для него не станут проблемой. Но если он прорвётся сквозь них силой, они могут рассеяться, а это приведёт к тому, что ближайшие стражники могут помереть. Аинз потеряет важных свидетелей и не сможет стать искателем приключений, разрешившим этот кризис. Так что ему, продвигаясь вперёд, приходилось приманивать нежить, чтобы убедиться в безопасности стражи. Но это привело к тому, что прогресс замедлился.

Но Нарберал поняла его слова буквально.

— Давайте вызовем подкрепление из Назарика. С несколькими десятками помощников мы скосим каждый отброс на этом кладбище, посмевший противостоять владыке.

— ...Не глупи. Я тебе множество раз говорил, почему мы пришли в этот город.

— Но владыка Аинз, если вы хотите прославиться, будет лучше подождать, пока нежить прорвется через ворота, и появиться, когда жертв будет больше, разве не так?

— Я об этом думал. Если бы мы знали цели врага и боевую силу этого города, мы, возможно, так и поступили бы. Но нам недостаёт информации, нельзя терять инициативу. Будет неприятно, если всё пойдёт по плану врага. И, судя по моим наблюдениям, могут прийти другие команды и забрать нашу славу.

— Понятно... владыка Аинз, вы невероятны. Просчитать каждую деталь, как и ожидалось от Высшего существа, я снова испытываю благоговение перед вами. Кстати говоря... вы можете меня кое в чём просветить? Если бы мы послали наблюдать слуг, способных маскироваться, вроде восьминогих кинжалопауков-убийц и демонов тени, разве это не помогло бы нам выбрать лучшее мгновение?

Аинз молча посмотрел на летящую Нарберал.

Настала тишина, подул ветерок. Думая, что это шанс, несколько мертвецов шагнули вперёд и невзначай были перерезаны взмахом меча.

— ...Если, если я буду разжёвывать тебе каждую деталь, как ты чему-то научишься? Подумай об этом сама.

— Да! Мои смиренные извинения.

Аинз, чуть задрожав, повернул голову в сторону ворот, чтобы оценить до них расстояние и понять, могут ли стражники его видеть.

— Что ж, послать слуг можно было бы, но время поджимает. Чтобы пробить путь, я использую свою силу. — Аинз высвободил свои способности. — «Создание нежити среднего ранга, Джек Потрошитель», «Создание нежити среднего ранга, сборщик трупов».

После того как Аинз активировал свои навыки, появилось два мертвеца.

Первый был в маске с улыбающимся лицом и плаще. Нижней половиной его пальцев были скальпели.

Второй был с крупным телосложением и гнойниками по всему телу. Бинты по всему телу были жёлтые с несколькими стальными крючками, которые соединялись с цепью, ведущей к стонущим черепам.

Слушаясь команды Аинза, они напали на толпу нежити. Их было всего двое, но по силе они намного превосходили обычную нежить.

Пока Джек Потрошитель отрезал нежити руки и ноги своими скальпелями, а сборщик трупов разрывал головы своей цепью, Аинз решил активировать ещё навыки.

— Я разберусь со всем этим немедленно, «Создание нежити низкого ранга, призрак», «Создание нежити низкого ранга, черепной стервятник». — Призвав их, он приказал: — Если кто-то зайдёт на кладбище, выгоните его. Искателей приключений можете убить, но не стражников.

Призрак исчез, будто тень, а черепной стервятник раскрыл свои костяные крылья и полетел. Закончив подготовку, Аинз рассмеялся.

Он послал низкоранговую нежить в качестве предосторожности, чтобы не дать искателям приключений перебраться через толпу нежити магией полёта и убить главного противника, украв тем самым его славу.

— Пойдём.

Джек Потрошитель и сборщик трупов вовсю орудовали своими навыками, позволяя Аинзу пройти сквозь уменьшающуюся толпу нежити.

Аинз вместе с одной Нарберал пришли к склепу, который находился в глубине кладбища. Перед склепом он увидел несколько подозрительных фигур, которые выстроились в круг и проводили какой-то ритуал.

Одеты они были в серовато-чёрные робы, которые, очевидно, были низкого качества. Лицо покрывала материя треугольной формы, были видны лишь глаза. На наконечнике их деревянных посохов была странная гравировка.

Они были низкого роста и, судя по силуэтам, все были мужчинами.

Показывал своё лицо лишь похожий на мертвеца человек в середине круга, и его одежда была элегантной. В руке он держал чёрный камень и, похоже, на чем-то концентрировался.

Ветер доносил до ушей Аинза их тихий шепот. Они, в унисон изменяя тональность, казалось, будто читают молитву, но не молитву для упокоения усопших, это больше походило на злой ритуал осквернения мёртвых.

— Нападём скрытно? — прошептала Нарберал Аинзу на ухо, но он покачал головой и ответил:

— Бесполезно. Они, похоже, нас уже заметили.

Не имея навыков скрытности, Аинз просто прямо пошёл к ним. Он обходил свет кладбища, но враг, если использовал «Ночное зрение», мог видеть так же ясно, как днём. Аинз по собственному опыту знал, что у призывателя и призванных монстров есть телепатическая связь. Когда умерло столько нежити, противник должен был обнаружить приближение Аинза.

Некоторые из них даже смотрели в его сторону.

Они не атаковали, наверное, потому, что хотели что-то сказать. К такому выводу пришёл Аинз.

Когда он и Нарберал вышли на свет, подозрительная группа приготовилась к бою, и один из них сказал мужчине в центре: «Господин Каджит, они прибыли».

Да, они в самом деле глупы... нет, наверное, они просто делают вид, что мешкают. Что ж, сначала нужно услышать, что они хотят сказать.

— Какая прекрасная ночь. Не думаете, что это позор тратить её на скучные ритуалы?

— Пф... Я сам решу, подходит она для ритуалов или нет. Как бы то ни было, кто ты такой? Как ты пробился через толпу нежити?

Человек в центре круга — его звали Каджит, если только это не псевдоним, и у него был высший статус — спросил Аинза от имени всех.

— Я — искатель приключений, который взял работу по поиску исчезнувшего юноши... Вы должны знать, кто это, даже если я не назову имя, так ведь?

Группа направила на Аинза свои посохи, подтверждая его подозрение о том, что они не невинные очевидцы. Аинз из-под шлема посмотрел на Каджита, который с горькой улыбкой сканировал окрестности.

— Вас лишь двое? Где остальные?

Эй, эй, кто ж так спрашивает? Может, он опасается засады?.. Но хоть немного поразмысли, а потом уже спрашивай. Судя по всему, этот парень не более чем брошенная шахматная фигура.

Аинз пожал плечами и ответил:

— Здесь только мы. Мы проделали весь путь сюда, используя магию полёта.

— Лжец, это невозможно.

Аинз ощутил, что за уверенностью Каджита что-то стоит, и спросил:

— Хотите верьте, хотите нет. Вернёмся к главной теме, если вы вернёте юношу невредимым, я сохраню вам жизнь, ну как? Каджит.

Каджит глянул на глупого последователя, назвавшего его по имени.

— ...А твоё имя?

— Прежде я хочу кое-что спросить. Кроме вас всех есть кто-то ещё?

Каджит посмотрел на Аинза холодными глазами:

— Мы одни...

— ...Это не все вы, так ведь? Должен быть кто-то, использующий обычное оружие... Планируете внезапное нападение? Или они скрываются, потому что боятся нас?

— О, ты исследовал тело, впечатляюще!

Со стороны склепа послышался женский голос. Женщина медленно показалась, с каждым её шагом слышался металлический лязг.

— Ты...

— Нас нашли, бесполезно скрываться. Кстати, я прячусь лишь потому, что не умею использовать «Сокрытие жизни», — женщина горько улыбнулась, ответив разъярившемуся Каджиту.

Несмотря на высокомерие, они до сих пор не воспользовались заложником, Энфри... возможно, он уже мёртв. Когда Аинз подумал об этом, женщина спросила:

— Могу я узнать твоё имя? Ах, меня зовут Клементина. Приятно познакомиться.

— ...Это бесполезно, но я тебя рассмешу. Меня зовут Момон.

— Я никогда не слышал этого имени... А ты, Клементина?

— И я, я собрала информацию обо всех высокоуровневых искателях приключений города, но имени Момон нигде не было. Откуда ты знаешь об этом месте? Ведь посмертное послание вело в канализацию.

— Ответ у тебя под плащом. Покажи это.

— Вах, извращенец! — Когда женщина по имени Клементина сказала это, у неё искривилось лицо. Ухмылка была столь широка, что почти доходила до ушей: — Просто шучу, имеешь в виду это?

Клементина подняла плащ, показывая разноцветные чешуйчатые доспехи. Но своим превосходным зрением Аинз сразу же увидел, что это на самом деле. Это были не чешуйчатые доспехи, а металлические медали.

Там было множество медалей искателей приключений. Платиновые, золотые, серебряные, железные, медные, и даже мифриловые и орихалковые. Это доказывало, что Клементина убивала искателей приключений и забирала их медали в качестве трофея. Лязганье металла было похоже на стоны мёртвых.

— Из-за этих трофеев... я и нашел это место.

Клементина озадаченно на него посмотрела, но Аинз не желал объяснять.

— ...Набель. Позаботься о мужчинах, включая Каджита. Я возьмусь за эту женщину.

Договорив, Аинз шепотом предупредил Нарберал следить не только по сторонам, но и за небом.

— Вас поняла.

Каджит насмешливо улыбнулся, тогда как Нарберал смотрела на него холодными глазами и не заинтересованно.

— ...Клементина. Будем сражаться там.

Аинз, не дожидаясь её ответа, пошёл прочь. Он был уверен, что она не откажет, и раздающиеся сзади неспешные шаги это подтверждали.

Когда они отошли на некоторое расстояние, в место, где остались Нарберал и Каджит, с грохотом ударила яркая молния. Это послужило словно знаком, заставившим Аинза и Клементину посмотреть друг на друга.

— Неужели люди, которых я убила в магазине, были твоими товарищами? Ты зол, потому что соратники умерли? — Будто насмехаясь, Клементина продолжила: — Ха-ха-ха, тот заклинатель меня повеселил. Он до самого конца верил, что кто-то придет на помощь. Но с такой крошечной выносливостью он не дожил... так спасителем был ты? Извини, я убила их.

Аинз покачал головой всё время улыбающейся Клементине.

— ...Нет, не нужно извиняться.

— Правда? Какая жалось. Ведь так интересно приводить в ярость тех, кто волнуется, когда упоминают их товарищей. Эй, почему ты не зол? Как скучно! Они не твои товарищи?

— ...Что-то в этом роде. — Аинз медленно поднял меч: — ...Они были инструментами, чтобы увеличить мою славу. Вернувшись в таверну, они бы рассказывали другим искателям приключений истории моих подвигов, как мы двое победили Мудрого Короля Леса. А ты вмешалась в мои планы, мне это не нравится.

Что-то в тоне Аинза заставило Клементину улыбнуться:

— Ясно. Как грустно, когда тебя презирают другие. Ах да, выбирать меня для сражения было ошибкой. Та красивая девушка — заклинатель, да? Она не сможет победить Каджинчика. Если вы двое поменяетесь, ты, может, и выиграешь, если повезет. Но та женщина не победит меня тоже.

— Чтобы победить тебя Набель вполне достаточно.

— Как нелепо, простой заклинатель меня не победит. Всё будет кончено прежде, чем ты успеешь об этом подумать. Так всегда было.

— Ясно, ты уверена в своей силе воина...

— Конечно. В этой стране нет воинов, которые могут меня победить. Поправочка, почти нет.

— Неужели... хм, я кое-что придумал. Я дам тебе фору и так отомщу.

Клементина скосила взгляд и впервые выразила недовольство:

— Согласно расследованию ребят из Анемоны, существует лишь пять человек, которые могут выстоять против меня. Газеф Строноф, Гагаран из Синей розы, Люсьен Багэл из Алой капли, Брейн Унглас и ушедший в отставку Вайс Крофт де Лефан... но они не победят, даже если не будут сдерживаться. Я выстою даже без магического предмета, дарованного мне страной. — Клементина показала Аинзу отвратительную улыбку: — Не знаю, сколь уродливое лицо под этим шлемом, но я, превзошедшая пределы смертных и шагнувшая в реальность героев, никогда не проиграю!

По сравнению с возбуждённой Клементиной Аинз был спокойным и собранным.

— Вот почему я дам тебе фору. Я не буду драться изо всех сил.

Часть 4

— «Удвоение силы», «Шаровая молния».

Создав в ладонях две шаровые молнии, которые были в два раза крупнее обычных, Нарберал их бросила.

Удар.

Шаровая молния быстро увеличилась, стала просто гигантской, на кладбище посветлело, словно днём. Через мгновение магическая молния рассеялась, высвободив огромную разрушительную силу.

Попавшие под разряд подчиненные Каджита упали на землю.

Остался стоять лишь один человек.

— И почему же ты не упал, как те низшие формы жизни, гусеницы?.. ты активировал «Инверсию элемента молнии»? — спросила Нарберал и увидела на лице Каджита следы ожогов.

В таком случае это было заклинание более низкого ранга, «Сопротивление элементу молнии».

Какая жалость, что я не разобралась с ними с одного удара. Но она утешила себя тем, что это было в пределах допустимого. Было бы слишком скучно покончить со всем с одного удара.

— Ты не просто идиотка, а идиотка, которая может использовать магию третьего ранга!

— ...Идиотка? Низшая форма жизни, клещ, посмел назвать меня идиоткой! — Нарберал рассердилась.

— Любой, кто по глупости пытается сорвать мои планы, очевидно, идиот. Ты не знаешь моей силы и пришла сюда встретить свой конец! Подготовка завершена! Позволь показать тебе силу высшей жемчужины, полностью заряженной негативной энергией!

Каджит поднял жемчужину.

Она блестела как чёрная глыба железа, простой жемчуг. Она не была отполирована и форма была грубой, так что она больше походила на руду. Нарберал увидела, как жемчужина запульсировала.

Вдруг шестеро последователей, которых сожгла молния, поднялись. И двигались они не так, как живые. Шестеро, спотыкаясь, стали между Нарберал и Каджитом. Нарберал с раздражением смотрела на сцену перед собой.

— Посылаешь на меня зомби?

— Ха-ха-ха, верно. Их более чем достаточно! В атаку!

Зомби, низшая форма нежити, не имели способности использовать магию. В шестерых подчинённых Каджита, которые приближались с вытянутыми руками, Нарберал запустила заклинание:

— «Шаровая молния».

Белый шар снова наэлектризовал окружение, поглощая зомби. Молния тут же исчезла, и те снова упали. С врагами Нарберал расправилась легко, но она не выглядела счастливой.

Заклинанием «Создать нежить» невозможно поднимать нескольких мертвецов одновременно. Скорее всего, враг использует некий особый навык.

Нарберал перевела взгляд на чёрный шар в руке Каджита. Сила этого предмета позволила ему контролировать нескольких зомби одновременно.

Жемчужину с такими простыми эффектами назвать высшей? Лишь властелин Великого Склепа Назарика и сорок одно Высшее существо, которые нас создали, достойны называться «высшими».

Пока Нарберал гневалась, Каджит счастливо сказал:

— Достаточно! Она поглотила достаточно негативной энергии!

Чёрный шар в руке Каджита поглотил тьму кладбища и, похоже, начал светиться. Он пульсировал, словно сердце, и билось оно сильнее, чем прежде.

Если это так оставить, в будущем он может принести хлопоты.

Нарберал, рассудив так, почти начала действовать, но тут кое-что услышала. Звук ветра. Помня предупреждение мастера, она сделала большой прыжок назад.

Недалеко от неё с неба спустился большой объект и медленно полетел в сторону Каджита, затем приземлился.

Это существо было три метра в высоту. Составленное из бесчисленных человеческих костей, оно имитировало мифическое создание с длинной шеей, крыльями и четырьмя лапами, дракона. Костяной хвост с силой ударил по земле. Этот монстр был известен как «костяной дракон».

Для Нарберал его уровень не был большим, но его особенности были опасны. Она впервые оказалась удивлённой.

— Ха-ха-ха! — Со всех сторон раздался несдержанный смех Каджита. — Костяной дракон с полным сопротивлением магии, могущественный враг, против которого заклинатели беспомощны!

Если заклинания Нарберал не поранят костяного дракона, тогда...

Она извлекла из ножен меч; мастер настаивал на том, чтобы она прихватила его просто на всякий случай. Меч был привязан к ножнам веревками, так что его не так уж и легко было извлечь.

— ...Я изобью тебя до смерти.

Нарберал сделала шаг вперёд. Ловко уклонившись от передней лапы дракона, она собралась контратаковать. После удара образовалась пыль, и Нарберал подобралась к груди дракона. И ударила со всей силы. Костяной дракон трёхметровой высоты подлетел в воздух. Когда он упал, земля аж задрожала.

— Что?! — Каджит был потрясён. Созданный из костей дракон на вид был лёгким, но только на вид. Заклинатели, которые каждый день стремятся улучшить заклинания, не должны иметь силы, чтобы совершить такой удар. Каджит спрятался за огромным телом костяного дракона и прокричал: — ...Ты! Кто ты такая! Искательница приключений мифрилового... нет, орихалкового ранга?! Здесь не должно быть таких искателей приключений, ты проследовала за мной или Клементиной в этот город?! — от раздражения он заскрипел зубами.

— Да, такие предположения подходят низшим формам жизни, жукам-щелкунам.

— Ты, ты!

Как может так легко проиграть костяной дракон, на создание которого было потрачено столько негативной энергии? Великий ритуал проходил целых два месяца! Это — шедевр, на планирование которого ушли годы.

У Каджита лицо покраснело от гнева. В это время костяной дракон с треском медленно поднялся. На костях, формирующих грудь, появилась гигантская трещина, от которой периодически отваливались фрагменты. Много таких ударов он не выдержит.

— Нет! Нет! Нет! «Негативный луч», — рука Каджита засветилась чёрными лучами, которые тот направил на костяного дракона, он негативной энергией восстанавливал дракона.

— Абсолютное сопротивление магии, но заклинаниями лечится.

Игнорируя придирку Нарберал, Каджит продолжил налаживать магию:

— «Усиление брони», «Малая сила», «Пламя смерти», «Барьер». — Каджит продолжал усиливать костяного дракона. Благодаря магии костяное тело стало прочнее и сильнее, дракона покрыло ослепительное чёрное пламя. Вокруг него появился даже невидимый барьер.

— Тогда я тоже так сделаю. «Усиление брони», «Барьер», «Негативное элементное сопротивление». — Нарберал тоже активировала защитные заклинания.

После того как обе стороны наложили защитную магию, битва возобновилась. Нарберал взмахнула мечом. Меч попал по передней лапе костяного дракона, но Нарберал нахмурилась. Хотя она попала по противнику так же легко, как и раньше, результат не оказался столь хорошим. Она не была искусна в ближнем бою, да и оружие было неподходящим.

Против дракона из костей колющее и рубящее оружие было неэффективным. А поскольку у Нарберал не было никакого дробящего оружия, которое подошло бы лучше всего, она могла использовать лишь ножны. Она одерживала верх, но из-за небольшой силы атаки не могла эффективно повредить костяного дракона.

Профессиональный воин, наверное, сумел бы нанести урон, но Нарберал была заклинателем.

Костяной дракон ударил передними лапами по голове согнувшейся Нарберал. Покрывающее дракона чёрное пламя обожгло уклонившуюся Нарберал, но «Негативное элементное сопротивление» свело на нет эффект и чёрное пламя исчезло без следа. Если бы она заранее не наложила защитные заклинания, то поранилась бы, хоть и уклонилась от атаки.

— «Негативный луч».

Каджит излечил костяного дракона своими магическими лучами.

Это была вторая причина того, почему Нарберал хмурилась. Сколько бы она урона ни нанесла, Каджит, стоя сзади, восстанавливал костяного дракона. Она хотела сначала разобраться с Каджитом, но на пути стоял дракон.

Даже если она использует пронизывающее заклинание, такое как «Молния», его заблокирует костяной дракон, способный сводить магию на нет. Заклинания, бьющие по площади, вроде «Шаровой молнии», тоже будут практически неэффективны против магической обороны Каджита.

А если использовать контроль разума, чтобы убрать защиту, это тотчас решит победителя...

— «Очаровать человека».

— «Дух нежити».

Нарберал и Каджит одновременно активировали магию. Нарберал применила заклинание контроля над человеком, тогда как Каджит применил на себе заклинание, которое делает ментальные атаки неэффективными.

В итоге Каджит победоносно улыбнулся, а Нарберал щёлкнула языком. Наверное, её отвлекла улыбка Каджита, лицо Нарберал накрыла тень. Перед ней появился белый объект, закрывший всё поле зрения.

Невозможно уклониться.

Со вспышкой вдохновения Нарберал повернула меч так, чтобы кончик был у плеча, она использовала клинок в качестве щита. Рукоять меча и плечо взяли на себя основную тяжесть удара, у неё онемело тело, и она отлетела на несколько метров.

Таков был результат того, что костяной дракон ударил хвостом, целясь ей в лицо.

— Ох, охх.

Нарберал не упала, а ловко приземлилась на ноги, но всё же попятилась.

Это была отличная возможность продолжить атаку, но костяной дракон стоял на месте. Ему нужно было защищать Каджита, так что он не мог отойти слишком далеко. Заметив это, Нарберал махнула рукой, чтобы облегчить боль и онемение.

Каджит показал лицо из-за спины костяного дракона:

— «Кислотное копьё».

— «Удар молнии».

В сторону Нарберал полетел зелёный объект по форме напоминающий копьё. Копьё кислоты должно было её поранить, но было остановлено за несколько сантиметров до неё и исчезло. В то же время костяной дракон блокировал молнию.

Каджит и Нарберал уставились друг на друга.

— ...Используешь защитные заклинания? Как хлопотно.

— ...Это я должна говорить, ты, низшая форма жизни, моль. Прекрати прятаться и дерись с честью.

— Почему я не должен прятаться?

— Разве твои планы не пойдут прахом, если ты здесь застрянешь?

Каджит пристально посмотрел на Нарберал, когда она это упомянула. Та же беспечно улыбнулась.

— ...Похоже, другого выхода нет. — Каджит, решившись, поднял к небу тот странный шар... — Узри же силу Жемчужины смерти!

Земля задрожала. Это были признаки появления гигантского существа. В следующую секунду земля пошла трещинами и медленно поднялся второй белый монстр.

— ...Ещё один.

— Пф! Хоть я израсходовал негативную энергию, я всё равно хочу избавиться от тебя и твоего компаньона. Если я распространю по городу смерть, энергия всё равно восстановится!

По сравнению с бесстрастной Нарберал, выкрик Каджита был полон ярости.

— Уф, — выдохнув, Нарберал понеслась вперёд на невероятной скорости. Каджит этого не ожидал и был застигнут врасплох.

Когда она оказалась в радиусе досягаемости, костяной дракон ударил её передней лапой. Она начала уклоняться, но другой костяной дракон, как раз ожидавший подходящего момента, с невероятной силой ударил хвостом.

Нарберал отпрыгнула и гигантский хвост промазал. Но он изменил направление, поднялся вверх и полетел на неё сверху вниз. Она уклонилась влево от тяжёлого удара, заставившего землю задрожать, но подступил стоявший справа костяной дракон и ударил лапой.

— Угх! — Нарберал прикрылась мечом. Тяжесть удара была невообразимой, но она его заблокировала и откинула назад. Костяной дракон отшатнулся, и настал короткий перерыв в действиях.

— ...Кто ты такая, чёрт возьми? Защититься от него боевыми искусствами... как ты натренировала такой навык?!

— Меня создало Высшее существо, которое величественнее бога.

— Ты издеваешься надо мной, идиотка!

— Ты не поймёшь, даже если узнаешь правду. Называть меня идиоткой, когда я упомянула Высшее существо... вот почему я говорю, что люди — низшая форма жизни, плоские черви.

Нарберал посмотрела на Каджита острым взглядом. Он был столь острым и холодным, что тому захотелось убежать.

Каджит, испугавшись, отдал приказ, будто желая избавиться от страха:

— Вперёд! Костяные драконы!

Два костяных дракона, стараясь не отходить далеко от Каджита, снова атаковали.

Уклоняясь от атаки первого дракона и пытаясь подойти ближе, Нарберал потеряла шанс из-за атаки второго дракона.

Это повторилось несколько раз, и вот наконец появился шанс урегулировать матч.

— Кислотное копьё.

Нарберал инстинктивно отвела взгляд, чтобы уклониться от приближающегося магического копья.

Это была серьезная ошибка. Эффекта никакого бы не было, даже если бы оно попало, так что она могла просто его проигнорировать. Но оно летело ей в лицо, потому она машинально уклонилась. Это была ошибка, которую совершают заклинатели, плохо владеющие навыками ближнего боя.

Последствия тоже оказались серьёзными.

Вслед за громким ударом поле зрения Нарберал резко изменилось. Она отлетела в сторону. Почувствовав несколько мгновений невесомости, она упала на землю. Своим хвостом костяной дракон попал ей по руке. Она покатилась по земле, из-за чего у неё закружилась голова, и она потеряла ориентацию в пространстве.

Её защищало множество заклинаний, так что больно не было, но два костяных дракона возвышались над Нарберал, подняв лапы.

Безнадежно... было бы в обычном случае.

— Я сохраню тебе жизнь, если сдашься, — безжалостно улыбнулся уверенный в своей победе Каджит.

Он не собирался оставлять ей жизнь. Очевидно, он надеялся увидеть жалкое зрелище того, как девушка просит пощады и всё равно в конце умирает. Нарберал подняла верхнюю половину тела, её лицо было искажено от бешенства:

— ...Простой... человек...

— ...Что?

Нарберал, не дрогнув, уставилась на Каджита:

— Простой человек как ты смеет говорить такие надменные слова? Мусор.

Каджит, широко открыв глаза, задрожал от гнева и приказал убить Нарберал:

— Уничтожьте её, костяные драконы!

Когда передние лапы двух гигантских драконов начали опускаться, Нарберал улыбнулась.

Объект её восхищения. Как бы далеко он ни находился, она его услышит.

— Нарберал Гамма! Покажи силу Назарика!

— ...Как прикажите. Впредь я больше не Набель, я разберусь с этим как Нарберал Гамма.

Костяные лапы опустились вниз в попытке раздавить Нарберал. Но та как раз вовремя активировала заклинание:

— «Телепорт».

Сцена перед глазами изменилась. Нарберал оказалась на пятьсот метров вверху. Поскольку у неё не было крыльев, она начала падать. Завывающий ветер бил ей в лицо, земля становилась всё ближе. Она громко выкрикнула:

— ...«Полёт».

Скорость замедлилась, и она воспарила в воздухе, глядя на битву внизу. Каджит и два костяных дракона её не видели и смотрели по сторонам в удивлении.

♦ ♦ ♦

— Вздох, я устала.

Аинз слушал беспечные слова Клементины.

После нескольких минут битвы мечи Аинза ни разу её не коснулись.

— Кстати, у тебя великие способности, достойные похвалы, но... — У неё на лице появился хищный оскал. — Ты дурак? У тебя что, нет ничего кроме силы? Ты даже не знаешь как делать уловки, размахиваешь мечом, словно ребёнок палкой. Лучше бы ты использовал один меч, раз не знаешь фехтования. Ты что, смотришь свысока на воинов?

— Тогда нападай. Ты ведь всё время уклонялась? Тебе невыгодно затягивать бой надолго, — холодно засмеялся Аинз.

Клементина нахмурилась. Верно, она ни разу не атаковала Аинза. Из-за его чёртовой скорости ей приходилось лишь уклоняться, она не могла найти возможности атаковать. Ей было не так легко, как она хотела показать. Теми своими словами она выражала раздражение от того, что не могла взять инициативу.

— Разве не ты так уверяла, что не проиграешь ни одному воину?

— ...

После язвительного замечания Аинза Клементина наконец вытащила оружие. У неё на талии были четыре клинка, известные как эстоки, и моргенштерн. Она достала один из эстоков.

Своим необыкновенным зрением Аинз заметил, что моргенштерн запятнан чем-то похожим на кровь и мясной фарш. Он покрепче сжал мечи.

Когда они двое приготовились сделать свой ход, земля задрожала.

Аинз не мог отвести взгляд от Клементины, приготовившейся к бою, он лишь бегло взглянул. В том месте, где сражалась Нарберал, он увидел двух огромных, созданных из костей драконов.

— ...Костяные драконы?..

— Верно, а ты много знаешь. Это заклятый враг заклинателей.

— Ясно. Вот почему Нарберал не может победить.

— Совершенно верно!

После того как появился костяной дракон, Клементина восстановила самообладание и поддразнила Аинза. Тот нахмурил под шлемом своё иллюзорное лицо. Для заклинателей костяные драконы были тяжёлыми противниками. А там их было двое, так что текущей Нарберал с ними справиться было невозможно.

Клементина, похоже, осознала, что Аинз волнуется, и стала так, чтобы суметь отреагировать на любые его действия. Воины, если увидят в более сильном противнике слабинку, атакуют сразу же.

Вытряхнув из головы Нарберал, Аинз вытянул левый меч и чуть им взмахнул, чтобы держать Клементину на расстоянии, при этом приготовившись правым мечом атаковать.

Оружие Клементины было колющего типа, ему недоставало разнообразия в атаках, как в рубящем и режущем оружии. Это оружие было специально создано для выпадов. Тонкий эсток не был достаточно крепок, чтобы выстоять против тяжёлого меча.

Вот почему Аинз держался на расстоянии, используя меч в левой руке, и ждал, пока Клементина сама не приблизится. Но противник это тоже знал.

— У тебя есть способ сократить расстояние?

— А что ты думаешь?

Коварная Клементина выглядела спокойной и собранной, на лице появилась слабая улыбка. Это доказывало, что у неё есть план.

Клементина медленно стала в позу, похожую на низкую позицию спринтера, но она всё ещё стояла, так что это выглядело странно. Было смешно, но легкомысленно к ней относиться было нельзя.

В следующую секунду Клементина начала действовать. Перед плотной обороной Аинза она выстрелила, как на пружине.

Она неслась прямо на него.

В это было трудно поверить. Даже Аинзу, который имел необычайную силу.

Будто шторм, разрушивший всё в миг, Клементина появилась перед Аинзом в мгновение ока, она с ловкостью, соответствующей её скорости, обогнула его меч снизу.

Встревоженный Аинз взмахнул правой рукой просто с невообразимой силой.

В это мгновение он увидел, что ухмылка этой женщины стала ещё шире.

— «Неуязвимый фронт».

Абсурдная сцена изумила Аинза.

Она тонким эстоком заблокировала большой меч, который был в десять раз тяжелее. Сила удара Аинза была столь огромной, что клинок должен был бы сломаться. Но даже если чудесным образом не сломался бы, то отскочил бы из-за сильного удара. Но казалось, будто меч ударился о твёрдую стену крепости, и отскочил именно он.

Словно прыгая в объятия любимого, Клементина устремилась в беззащитную грудь Аинза. Половину его поля зрения заняло её улыбающееся лицо.

Он начал отступать, но она оказалась быстрее. Сочетая импульс спринта со всеми своими силами, она воспользовалась помощью гравитации и, будто падающая звезда, нанесла просто ужасающий удар.

Посыпались искры, и разразился скрежет.

Клементина уклонилась от левого меча Аинза и отступила.

Он понял, какой секрет скрывался в её атаке.

— ...Боевые навыки!

Навыки, которых не существовало в Иггдрасиле, магия воинов — боевые навыки, которых Аинзу следовало опасаться. Эффект заключался, наверное, в защите против атак мечом и обнулении силы меча. Должно быть, она отразила атаку Аинза боевым навыком.

— ...Какая крепкая броня, из чего она сделана? Адаманта?..

Он не почувствовал боли, но всё же услышал звук трения и ощутил, как что-то острое вонзилось в левое плечо. Аинз на него глянул — в броне там была лишь небольшая вмятина. Эти доспехи не обладали особыми силами, но всё же были созданы заклинателем сотого уровня. А чем выше уровень, тем прочнее доспех. Вмятина говорила, насколько могущественным оказался удар Клементины.

— Ладно, забудь. В таком случае в следующий раз я ударю в более уязвимую точку. Я хочу ослаблять тебя медленно и начать пытать, когда ты не сможешь двигаться. Какая жалость.

Услышав, что Клементина целилась в плечо не случайно, а пыталась обездвижить Аинзу руку, тот впервые оказался ею впечатлён. Аинз мог лишь бить мечом по врагу — всего лишь раз попав, он мог убить. Но при столкновении с умелым противником, ему пришлось думать о том, как пойдёт битва. Это был плодотворный опыт...

— Ну, я иду!

Пока Аинз был поражён, Клементина снова встала в стойку спринтера. Аинз поднял меч в правой руке, ожидая атаку. На этот раз он не протянул левый меч.

Клементина усмехнулась над позой Аинза и устремилась вперёд. Она была столь быстра, что даже динамическое зрение Аинза едва могло уследить. Если бы она не неслась на него по прямой, то ушла бы из его поля зрения.

Предчувствуя удар Клементины, Аинз взмахнул правым мечом...

— «Неуязвимый фронт».

И снова был отражён боевым навыком противника, но он этого ждал. В предыдущем столкновении Аинз утратил равновесие, потому что использовал полную силу, так что в этот раз он сдержался.

Поглощая отдачу, которая была будто от удара о стену, Аинз взмахнул большим мечом в левой руке. Он был уверен, что противник этот второй удар не сможет заблокировать.

Но в мгновение Клементина активировала ещё один боевой навык.

— «Полный ход».

Этот боевой навык создал неожиданный результат. Казалось, будто время замедлило ход — будто он попал в вязкую жидкость, все его движения затормозились. Меч Аинза стал очень медленным. Но в этом заторможенном мире у Клементины осталась та же скорость, она с лёгкостью уклонилась от меча и появилась перед Аинзом.

Должно быть, это было его воображение. Чтобы движениям ничего не мешало, у Аинза было магическое кольцо, не дающее ему замедляться из-за внешних факторов... или неизвестных обстоятельств. Наверное потому, что бой с Клементиной был интенсивный, он ощутил, что скорость резко возросла. Но самое важное то, что Аинз уже видел этот боевой навык и тогда такого не чувствовал.

— Газе...

Газеф Строноф использовал этот навык.

Он не договорил имя, когда перед глазами замаячил эсток. Как раз в глаза он и целился — через зазоры в шлеме. Аинз повернул голову. Хотя в щели Клементина не попала, до ушей донёсся скрежет металла. Не успев перевести дух, он уголком глаза увидел, как она поднимает эсток, намереваясь снова атаковать.

— Тцч!

Даже принимая во внимание разницу в физических способностях, прямой выпад Клементина делала быстрее, чем Аинз взмах. На этот раз эсток не промазал, а попал прямо в Аинза.

— Хммм?

— Угх!

Одновременно послышались удивлённый и панический голоса. Аинз прижал руку к шлему, не выпуская меч, и отпрыгнул далеко назад. Но Клементина не продолжила атаковать. Она скосила на него взгляд, затем посмотрела на кончик эстока и с издёвкой сказала:

— Не поддавайся мне, иначе умрёшь. — Чтобы развеять сомнения, Клементина спросила молчавшего Аинза: — Но как ты это сделал? Как ты после такого удара вышел невредимым? Я была уверена, что точно тебя пораню.

— ...Хм. Этот бой... очень плодотворный. Он поведал мне о существовании боевых навыков, научил меня не использовать в бою одну грубую силу, и важность сохранять равновесие.

— ...Э? Ты идиот? Говорить об этом сейчас... ты не достоин быть воином. Но это неважно, поскольку умрёшь ты всё равно. Но я надеюсь, ты ответишь на мой вопрос... эта защита была боевым навыком?

Клементина говорила так, словно бой ей наскучил. Аинз горько улыбнулся под шлемом, думая, что она права.

— Мне следует многому научиться... я благодарен. Но время поджимает, давай закончим эту игру. — Не обращая внимания на озадаченную Клементину, Аинз прокричал: — Нарберал Гамма! Покажи силу Назарика!

Прокрутив мечи в руках, Аинз вонзил их оба в землю. Он протянул одну руку в сторону Клементины, медленным жестом указывая ей подходить.

— Что ж, приди ко мне с решимостью умереть.

♦ ♦ ♦

— ...Похоже, ты не зазнавалась, раз знаешь магию «Полёта». Но как ты только что уклонилась? Я был за костяным драконом и не видел...

Нарберал, медленно спускаясь с неба, услышала осторожный вопрос. Каджит не мог уразуметь, почему она не сбежала, используя «Полёт». Ведь она могла отступить, как только увидела костяных драконов.

— Хммм, ты думаешь, сможешь победить? Перед лицом костяных драконов, у которых абсолютное сопротивление магии?

— Есть множество способов победить... но перед этим... — Нарберал схватилась за плечо и сняла плащ: — Я Нарберал Гамма, одна из боевых горничных, Плеяд, которые поклялись в верности властелину Великого Склепа Назарика, Высшему существу Аинзу Оалу Гоуну. Ты, низшая форма жизни, человек, должен почтить за честь сражаться со мной.

Её наряд полностью изменился. Она теперь носила перчатки и наколенники, созданные из золотого, серебряного и чёрного металлов. Доспехи были наподобие униформы горничной, а вместо шлема — белый берет. В руке она держала посох, золотой внутри и серебряный снаружи.

В Иггдрасиле параметры созданных пользователями предметов можно было изменять кристаллами данных. В плаще Нарберал был кристалл быстрого переодевания. Так что ей не пришлось тратить время на то, чтобы изменить экипировку, она надела предустановленные доспехи в мгновение ока.

Снятый плащ оказался в её ящике предметов.

Увидев перед собой горничную, сбитый с толку Каджит несколько раз моргнул, прежде чем понял, что происходит...

— Что?

...и тогда он в удивлении прокричал.

Превращение заклинателя в горничную — определённо неожиданное зрелище. Каджит почувствовал недовольство этой шуткой с переодеванием, но собранность Нарберал заставила его ощутить опасность, поэтому он без промедлений приказал костяным драконам атаковать. Те с неожиданной прыткостью приблизились к Нарберал и махнули передними лапами, созданными из бесчисленных костей. Когда лапы почти по ней ударили, Нарберал активировала заклинание.

— «Телепорт».

— Снова! — Нарберал снова исчезла. Каджит посмотрел в небо — он помнил, куда она сбежала ранее. Но о её местоположении сказало ему чувство боли. — ...Агх! — Крик Каджита эхом раздался на кладбище. Левое плечо вдруг загорелось болью, и с биением сердца эта боль распространилась по всему телу. Потрясённый Каджит посмотрел на рану, когда острое лезвие из неё почти вышло. — ...Угх, угх! — Меч был вытащен грубо, снова причиняя острую боль. Он чувствовал, будто кости крошатся. Из раны брызнула кровь, запачкав ему чёрную робу. Каджит, скрючившись от боли, поспешно повернул голову, чтобы посмотреть, что случилось. Он увидел, как возле него с озадаченным лицом стоит Нарберал.

— Это больно?

— !..

Рукой, которой не держала посох, Нарберал, будто игрушкой, помахала запачканным кровью коротким мечом.

Из-за боли Каджит не мог говорить.

Заклинатель, редко сражающийся на передовой, почувствует сильную боль. И, как правило, это именно Каджит причинял боль другим. Вот почему у него был такой низкий болевой порог. У него вспотела голова, и он в уме приказал драконам атаковать. Нарберал отступила на некоторое расстояние. «Полёт» был быстрее средней скорости бега.

Два костяных дракона помчались в то место, где была Нарберал. Прячась за одним из них, Каджит восстановил своё спокойствие и наконец понял, какое заклинание она использует. Это...

— Это телепортация!

«Телепорт» — магия третьего ранга, однако для заклинателей это просто средство побега, средство, чтобы оказаться от врага на расстоянии и успеть атаковать магией. Заклинатели с плохими физическими данными на большее не способны. Но для заклинателей, в ближнем бою столь же умелых, как воины, это заклинание сравнимо с атакующей магией. Нет, с элементом неожиданности оно даже сильнее.

Каджит прижал плечо и уставился на Нарберал: — Ясно, ты припрятала козырь в рукаве и использовала телепортацию, чтобы меня убить! Ты ранее сбежала, телепортировавшись, так ведь?!

Хлопотный козырь. Поскольку против костяных драконов магия неэффективна, ей просто нужно убить призывателя, очевидная тактика. А поскольку она использует телепортацию так умело, Каджит может и не уклониться.

Но Нарберал небрежно ответила:

— Невозможно.

На мгновение он не понял, что та имеет в виду. Как будто чтобы укрепить своё объяснение, Нарберал убрала меч в ножны.

— Я всего лишь показывала, что могу убить тебя с лёгкостью.

Нарберал показала способ выйти из своего кризиса, но сама же от него отказалась. Каджит не мог понять, к чему она клонит.

— Ты сошла с ума?

— Может, ты и низшая форма жизни, блоха, но что это за ответ? Голову свою используй.

Под ледяным взглядом Нарберал Каджит задрожал. И дрожал он не от гнева, а от страха. Тревога заполонила его разум.

— Время заканчивать. Как его подчинённой, с моей стороны грубо заставлять владыку Аинза ждать... Похоже, ты думаешь, что против костяных драконов заклинания неэффективны, так позволь же тебя просветить, низшая форма жизни, муха. Ценой будет твоя жизнь.

Она выпустила из рук посох, и послышался хлопок — между её ладонями появились белые арки молний. Окружающий воздух ярко заискрился. Молния приняла форму дракона.

Нарберал поглотило белое свечение.

— ...Э?

Каджит был ошарашен. Он понял, что это невероятная магия, которую он не может даже постичь. В ослепительно белом свете он увидел холодную улыбку Нарберал.

Его защищали гигантские костяные драконы. Когда Каджит вспомнил об их присутствии, в сердце раздалась тревога.

— ...Думаешь, сможешь победить костяных драконов, у которых абсолютное сопротивление магии?! Вперёд! Убейте её! — пронзительно закричал он, не скрывая страха.

Когда два дракона приблизились, Нарберал улыбнулась, будто строгий мастер отчитывает глупого ученика:

— Абсолютное сопротивление магии? У костяных драконов есть сопротивление магии, но лишь против заклинаний шестого ранга и ниже.

Драконам осталось какое-то мгновение, чтобы достичь Нарберал. В этот раз странно спокойный Каджит понял, что она имеет в виду.

— ...Это значит, что костяные драконы не выстоят против меня, Нарберал Гаммы, которая может использовать заклинания ещё большего ранга.

Это правда. Инстинкты говорили Каджиту. А значит, эта женщина способна уничтожить драконов и послать Каджита в ад...

— Почему! Почему плоды моего пятилетнего труда пропали меньше чем за час!

Завывший Каджит в мыслях увидел разнообразные сцены, будто карусель.

Каджит Дейл Бадантел.

Из-за работы в поле у его отца было сильное тело. Мать родила его в деревне, граничащей с Слейновской Теократией, и он провёл там нормальное детство.

Таким он стал, потому что увидел труп матери.

В тот день, когда солнце уже было на закате, Каджит бежал домой. Мать хотела, чтобы он возвращался рано, но он задержался из-за каких-то мелких дел, которых уже и не помнил. Может, искал красивые камни или, держа в руках палку, играл в героя. Он задержался из-за таких пустяков.

Каджит вбежал в дом в страхе от того, что мать его отчитает, и увидел её лежащей на полу в гостиной. Тогда он подбежал к ней и коснулся тела, это тёплое чувство он помнил до сих пор.

Ему казалось, будто это шутка, но всё шло не так, как он надеялся.

Матери Каджита уже не было в этом мире.

По словам священника, причиной смерти оказался сгусток крови в мозгу.

Значит, не было никакого злоумышленника, никто не был виновен. Нет, Каджит чувствовал, что кое-кто должен нести ответственность.

Он. Если бы он вернулся раньше, возможно, спас бы мать.

В Слейновской Теократии было много заклинателей, использующих веру, и даже в деревне их было несколько. Если бы он побежал к ним за помощью, мать до сих пор бы улыбалась.

Искаженное от боли лицо матери — это всё его вина.

Каджит принял решение исправить свою ошибку. Воскресить мать.

Но чем больше он узнавал о магии, тем с большими трудностями сталкивался.

В магии веры пятого ранга было заклинание воскрешения, но оно не могло оживить его мать. Поскольку воскрешение тратит много жизненной силы, те, у кого её недостаточно, не оживут, они просто исчезнут. А у матери Каджита не было никакой жизненной силы.

У Каджита не было достаточно времени, чтобы разработать новое заклинание воскрешения. Если отказаться от человечности и стать нежитью, на исследования заклинаний воскрешения времени будет больше. Вот к какому выводу он пришёл.

Отказавшись от магии веры, Каджит пошёл по пути становления нежитью посредством колдовства. Но на пути появилось ещё одно препятствие.

Даже если он пойдёт по пути колдуна, пройдёт много времени, прежде чем он станет нежитью высокого ранга, когда откажется от человечности. Он также был ограничен талантом и потенциалом, и, возможно, ему бы даже не удалось стать нежитью.

Один из способов пробиться через эти препятствия — собрать много негативной энергии. Верно, убить людей в целом городе и вытянуть из них негативную энергию, и потом уже стать нежитью.

Когда моё желание почти исполнилось, почему появилось ещё одно препятствие?

— Я потратил пять лет, чтобы подготовить этот город! Чтобы исполнить желание, от которого я не отказался даже спустя тридцать лет! Ты не имеешь права разрушать всё это! Почему ты так внезапно появилась?!

На рёв Каджита она ответила холодной улыбкой:

— Меня не интересуют желания низшей формы жизни, твои. Но твои усилия смешны. У меня есть для тебя несколько слов... ты хорошо поработал, став ступенькой для владыки Аинза на пути к величию. «Двойная сила», «Цепная молния».

Из обеих рук Нарберал вышли молнии в форме дракона.

Молнии, которые были толще руки, попали по костяным драконам, и те затряслись. Молнии прошли через массивные драконьи тела, заканчивая их фальшивую жизнь.

Итог был очевиден.

Под мощью молнии костяные драконы, которые должны были иметь абсолютное сопротивление магии, начали рассыпаться. Но даже когда они рассыпались, молнии остались. Два молниевых дракона, похоже, искали свою следующую добычу — они полетели к своей последней цели.

Зрение Каджита заполонил белый свет. У него не было времени умолять о пощаде или завыть в отчаянии. Слезы в уголках глаз испарились мгновенно. Каджит простонал «мама» и был поглощён ярким светом, затем по нему безжалостно ударила молния. По телу Каджита, когда он всё ещё стоял, пошли спазмы, будто он танцевал странный танец. Испепелив внутренности, молния исчезла, оставляя после себя дымящий и катящийся по земле труп.

Повсюду стоял запах гари.

Нарберал пожала плечами, бормоча в сторону Каджита, который превратился в кучу обугленной плоти:

— Даже низшая форма жизни, червь, хорошо пахнет после жарки... интересно, Энтомон примет такой подарок?

Упомянув свою коллегу, которая людей считала добычей, Нарберал насмешливо улыбнулась.

♦ ♦ ♦

Воин развел руки, будто ожидая объятий.

— ...Во что ты играешь? Сдаешься?

— Сдаюсь? Поскольку я отдал Нарберал приказ, я подумал, что уже как раз время нам заканчивать.

— Что? Ты грезишь наяву? Твои боевые искусства смешны, думаешь, сможешь победить меня, великую Клементину? Меня это бесит.

— Когда слабый так шутит — это впечатляет.

Возмущённая Клементина хотела возразить: «И это говоришь ты?» — но успокоилась.

Его навыки воина были просто смешны, но он был ненормально силён. По тому, что она знала, он как раз находился под двумя небесными, «особыми» Чёрного писания, и капитаном. Он размахивал мечами хаотично, как ему заблагорассудится, если она ошибется и получит удар, точно умрёт.

Ведя себя как всегда, Клементина насмешливо ухмыльнулась:

— ...Ладно, забудь. Согласна, мы должны закончить всё побыстрее.

В ответ воин Момон пожал плечами.

Клементина хладнокровно следила за позой этого человека. Его оборона была полна брешей, но это, должно быть, ловушка.

Но у неё не было выбора. Она говорила так, будто шутит, но она была серьёзной. Она могла сбежать с помощью костяных драконов, но не могла тратить время. Нужно стряхнуть с хвоста членов Писания Анемоны, она слишком много времени потратила на игры.

Клементина медленно присела и сжала покрепче эсток.

Закончить бой быстро. Если возможно, с одного удара.

Ведь движения этого воина становятся всё более согласованными. Лучше избавиться от него, пока он не стал ещё сильнее.

Сделав большой выдох, Клементина ринулась вперёд. «Скорость ветра», «Великое уклонение», «Ускорение способностей», «Великое ускорение способностей», она использовала те же четыре боевых навыка, что и прежде, чтобы нивелировать разницу в силе. Что бы Момон ни делал, она будет использовать больше боевых навыков.

В ускорившемся мире она могла улавливать движения врага идеально.

Он может вытянуть мечи из земли или применить боевые навыки, прибегнуть к рукопашному бою или скрытому оружию. Нет, возможно, он будет использовать метательное оружие.

Клементина подумала о десятках способов, которыми может сражаться враг. И она была уверена, что прорвётся через все.

Но все её догадки оказались не верными.

Противник не сделал ничего.

Тёмный воин просто развел руки, ожидая нападения.

По спине прошёл холодок. Это было за гранью её воображения. Страх неизвестного.

Следует смело атаковать или отступить и сбежать?

У неё было только два пути.

Может, Клементина и была жестокой и бессердечной, но она не была дурой. В эту долю секунды она быстро просчитала бесчисленные возможности и способы противодействия.

Последнее, что её подстрекнуло — уверенность в себе и гордость.

Когда-то она была членом сильнейшего особого отряда Слейновской Теократии, Чёрного Писания. Перед лицом неизвестного и неопытного воина Момона, такая как она не должна убегать, поджав хвост.

Когда она решилась, остальное встало на свои места. Без колебаний и со спокойствием первоклассного воина Клементина бросилась к груди Момона, она оказалась так близко, будто они собирались обняться.

— Умри!

Используя все мускулы тела, Клементина вонзила эсток в щели его шлема. И она прокрутила клинок, чтобы он вошёл глубже в мозг. Кроме того, она собиралась уничтожить его остальные органы, чтобы он умер наверняка.

Хотя руки в доспехах приближались, будто собираясь обнять Клементину, её это не заботило, она продолжала атаковать. Следуя мысли убить наверняка, она высвободила запечатанную в эстоке магию. «Молния».

Тело Аинза пронзила молния.

В оружии Клементины была запечатана магия. Как только заклинание высвобождалось, хранимая магия опустошалась. Но можно было запечатать разные заклинания, так что заранее можно было приготовить различную магию, чтобы потом действовать по обстоятельствам, это было удобно.

Окутанный молнией эсток пронзил череп. Точно смертельная рана.

Но...

— Я ещё не закончила! «Полный ход».

С помощью увеличенной скорости она достала ещё один эсток и высвободила «Огненный шар». Она представила, как тело Момона горит внутри, и подумала, что ощутила запах горелой плоти.

Но... Клементина была ошеломлена неожиданной сценой перед глазами.

— Хмм, ясно. В Иггдрасиле не было такого магического оружия. Я изучил нечто новое.

Хотя в оба глаза Аинза были воткнуты эстоки, он говорил, будто ничего не случилось. Это заставило Клементину осознать, что когда она ранее зацепила шлем, крови не было.

— Невозможно! Как такое может быть! Почему ты не умер?!

Она никогда не слышала о таком непобедимом боевом навыке. Или, может, у него есть какой-то способ защититься от колющих атак? Если это так, как тогда он защитился от последующих магических атак?

Даже Клементина, ветеран сотен битв, не могла ответить на этот вопрос.

— !

Клементину обняли, её тело прижалось к телу Момона, медали искателей приключений изогнулись.

— Позволь мне дать ответ.

Тёмная броня исчезла без следа, показывая ужасающее лицо. Череп без плоти и кожи. Над пустыми глазницами были защитные очки, пробитые эстоками, но не казалось, что Аинзу больно. Клементина поняла, что значит такая внешность:

— Нежить... Лич!

— ?.. Я о многом хотел бы тебя спросить, но забудь. Могу лишь сказать, что твои слова близки к истине. Что ж...

У такого монстра не должно быть никаких выражений лица, ведь нет ни кожи, ни плоти, но Клементина явно почувствовала, что он ухмыляется.

— Что ты чувствуешь? Сражаясь с заклинателем, использующим меч? Не в состоянии покончить со всем в мгновение ока, на что это похоже?

— Не, не смотри на меня свысока!

Клементина всеми силами начала вырываться, но она не двигалась, будто её сковали намертво.

Личи — могущественная нежить, искусная в магии, но физические данные у них не такие уж и большие. Потому у Клементины должно быть преимущество. Но...

— Почему, почему!

Она не могла вырваться.

Осознав, что невероятная сила — не магические эффекты доспехов, Клементина похолодела. В мыслях появилась сцена беспомощной бабочки, попавшей в паутину.

— ...Вот почему я поддавался. Такой противник как ты не достоин моей полной силы, моей магии.

— Чёрт возьми!..

— Раз правда стала явью... прежде чем начнём...

С шипящим звуком лич вынул эстоки из глаз и откинул их в сторону. Пока он это делал, Клементина продолжала отчаянно вырываться. Но вся её сила была несравнима даже с одной его рукой. Она не могла вырваться из его объятий. После того как он вынул эстоки, пустые глазницы засияли злым алым светом, глядя на задыхающуюся Клементину, использующую все свои силы.

— Что ж, начнём.

Клементина опасалась того, что лич собирается делать, когда они и так ближе, чем любовники.

Послышался странный скрип.

Когда Клементина поняла, что лич хочет сделать, по спине прошёл ледяной холод.

— ...Нет... нет, ублюдок!..

То скрипела её броня.

Он пытается меня раздавить.

Лич тоже пострадает от давления, но он, вероятно, каким-то способом упрочнил своё тело. Его тело было столь же прочным, как стена.

— Если бы ты была чуть слабее...

Лич вынул откуда-то короткий меч. Это был чёрный меч с четырьмя драгоценными камнями в рукояти.

— Я бы убил тебя этим мечом... но нет большой разницы в смерти от меча или перелома спины, так ведь? Ты всё равно умрёшь.

Клементина всё время дрожала.

Когда она услышала его шутку, давление увеличилось, грудь сдавило просто невыносимо. Медали, которые она забрала у убитых искателей приключений, не выдержали давления и попадали на землю. Первой упала серебряная медаль, которую она заполучила последней.

Дышать становилось всё больней и страшней.

Она ненавидела руки, которые её обнимали.

Она ненавидела себя за ношение лёгкой брони, чтобы увеличить подвижность, и за ношение медалей.

Зная, что мечи бесполезны, Клементина дико била лича по лицу, но это лишь ещё больше ранило её саму. Поскольку у неё не было времени чувствовать боль, она достала моргенштерн, чтобы ударить Аинза, но её положение было таким, что она ударила вместо него себя.

Она представила свою судьбу. Дышать больно, сжатый живот и раздавленная броня. Всё это сообщило Клементине её участь.

— Перестань вырываться. Я могу закончить всё быстро, изменив положение рук, но ты потратила много времени, убивая их, так что я тоже потрачу время, тебя мучая.

Клементина дико билась.

Она пыталась оттолкнуть его лицо, царапала, пока ногти не поломались, даже кусалась... но всё было тщетно, невыносимое давление продолжалось.

Как бы она ни старалась, она не могла освободиться. Но Клементина не прекратила вырываться, дышать было трудно и зрение сузилось.

— Танец смерти?

У неё не было сил слушать тихий голос.

Со звуком рвоты на Аинза вывалилось содержимое её желудка. Красный свет в его глазницах вспыхнул с отвращением.

Клементина, обеими руками пытающаяся вырваться, превратилась в подёргивающийся труп.

Аинз не уменьшил силу рук, а сжал её сильнее. Вскоре он ощутил, как ломается толстая кость.

Он отпустил тело, которое не могло уже даже дёргаться.

Тело Клементины упало на землю, словно мусор. Лицо исказилось от боли и ужаса, ужасающее зрелище. Она была похожа на рыбу, выловленную из океана, изо рта виднелись органы.

Достав свою бесконечную флягу, Аинз вымыл себя от рвоты. Вместе с тем он тихо прошептал Клементине:

— Забыл сказать... я очень упрям.

Часть 5

Как раз когда Аинз опечалился из-за испачканной и мокрой одежды, он почувствовал, что к нему несётся галопом некое большое животное. Посмотрев в сторону, с которой доносился звук, он увидел Хамскэ.

По сравнению с Аинзом и Нарберал боевая эффективность Хамскэ была намного ниже, если бы они позволили ему участвовать в битве, это вызвало бы ненужные жертвы. Потому он ждал их невдалеке. Услышав, что звуки боя стихли, он, должно быть, побежал к нему.

Поняв, что на милом лице гигантского хомяка определённое выражение — беспокойство за Аинза — Аинз почувствовал себя немного подавленным.

Гигантский хомяк, не зная о мыслях хозяина, с невообразимой скоростью и ловкостью осмотрел окрестности, и когда его взгляд остановился на Аинзе...

— Ва!.. — Он улёгся животом кверху, продолжая кричать: — ...Тут страшный монстр! Хозяин!.. Хозяин!..

Чувствуя беспомощность, Аинз обхватил голову. Кстати, я ещё не показывал Хамскэ свою истинную форму, но я не могу позволить ему продолжать так громко кричать. Осмотревшись, он увидел искателей приключений, которые до сих пор дрались против нежити. Хотя о расстоянии было судить трудно, они, наверное, его не слышали, но никто не мог этого гарантировать.

Строгим голосом Аинз упрекнул:

— ...Прекрати играться.

— Э? Этот высокий и могучий голос... так это мой хозяин!

— ...Верно. Так что можешь говорить потише.

— Не может быть! Такая невообразимая внешность... если бы этот король знал ранее о могуществе хозяина... этот подчиненный, Хамскэ, ещё сильнее поклялся бы в вечной преданности!

— Хорошо. Но скажу снова, говори тише.

— Эт, это слишком, хозяин! Пожалуйста, не относитесь к клятве этого короля так легко!

— ...Ты что, не слышал слова владыки Аинза? Идиот.

Хамскэ отлетел в сторону. Нога Нарберал оказалась как раз там, где мгновение назад тот был, она медленно её опустила.

— Владыка Аинз, возможно, у этого тупого животного нет никакой питательной ценности. Не могли бы вы позволить зажарить его молнией?

— Нет... Мудрый Король Леса ценен. Он покажет свою ценность, даже если просто поставить его на дорогу. Ладно, вернёмся к сути дела, Нарберал, времени не так много, быстро собери все их вещи. Возможно, нам придётся передавать останки местным властям, нужно быстро оценить оставленные ими предметы.

— Да сэр.

— Я буду вон в том в склепе, оставляю остальное на тебя.

— Да! Могу я спросить, как распорядиться телами? Их следует перенести в Назарик?

— Нет, пожалуй, они послужат доказательством того, что мы расправились со злодеями, просто забери их экипировку.

— Да сэр.

— Больно...

Прибежавший назад Хамскэ намеренно тяжело вздохнул, заставив Нарберал холодно на него посмотреть:

— Ты должен слушать слова владыки Аинза. Это — долг слуги. А ты самый слабый слуга, ты должен каждое слово говорить с осторожностью, иначе будешь мгновенно казнён.

Хамскэ задрожал.

— В следующий раз это не будет простой пинок, это будет магическое наказание. Я не могу пойти против приказов владыки, потому я заставлю тебя чувствовать боль, пока ты не взмолишься о смерти.

— Этот король понял... пожалуйста, не делайте такое страшное лицо... Однако новый величественный вид хозяина удивительный, поистине мудрый и сильный.

Лицо Нарберал потеплело:

— Конечно. Владыка поистине мудр и могуществен. Если ты это увидел, значит, у тебя ещё осталась некоторая проницательность.

— Спасибо за похвальные слова. Если это истинный вид хозяина, то у госпожи Нарберал тоже есть другая внешность?

— ...Я доппельгангер. Это моя способность. Смотри.

Из перчаток показалось три пальца, они были длиннее человеческих, похожие на лапки бабочек.

— Й, ясно.

— Не нужно так удивляться, ты теперь тоже один из слуг Великого Склепа Назарика, нет необходимости вызывать столько шума из-за такой ерунды. Ладно, вернёмся к делу, мне нужно собрать с этих тел экипировку, ты тоже должен помочь.

— Да! Хорошо!

♦ ♦ ♦

Юноша, Энфри, сейчас был внутри склепа. Его сверкающие глаза потускнели. На нём была странная прозрачная одежда, она была впечатляюща, но Аинз посмотрел на его лицо. На лице через глаза проходил длинный порез, также были видны слёзы и тёмная, застывшая кровь. Было очевидно, что он слеп.

— Но... слепоту можно излечить... Магия поистине удобна.

Проблемой было состояние Энфри.

Он стоял прямо и никак не ответил на прибытие Аинза. Хоть он и не видел, всё же он должен был узнать, если кто-то к нему подойдёт. Но реакции не было, а это значит, что его дух под контролем. Вопрос в том, каким контролем?

— Похоже, что эта вещь.

Аинз посмотрел на корону, которая была у Энфри на голове, корону, выглядевшую как паутина. Больше ничего подозрительного не было. Он протянул руку, думая снять корону, но вдруг остановился. Поскольку он не знал, что вызвало такое состояние, действовать необдуманно нельзя. Потому Аинз применил на корону магию.

— «Великая идентификация предмета».

В Иггдрасиле эта магия позволяла распознать эффекты предметов. В этом мире тоже было возможно использовать это заклинание. Нет, даже хуже, в разуме Аинза медленно появилось сообщение, будто из Иггдрасиля.

— ...Корона мудрости... ясно. Однако... такого предмета никогда не существовало в Иггдрасиле...

Прочитав описание, Аинз тяжело вздохнул, думая о том, что делать дальше.

Он размышлял о том, какая будет выгода, если он доставит Энфри в Великий Склеп Назарика. Редкий предмет и врождённая способность могут принести много пользы.

Но колебался он лишь мгновение.

— Раз я принял квест, если намеренно его провалю, лишь нанесу ущерб Аинз Оал Гоун. Тогда остаётся только разбить корону.

— «Высокоуровневое разрушение предмета».

Аинз наложил магию на корону, и та превратилась в мириады крошечных огней. Красиво.

Он тепло подхватил безвольного юношу, осторожно положил его на землю и посмотрел ему в лицо:

— Осталось вылечить глаза... но не здесь...

Аинз коснулся своего лица, затем медленно поднялся. Нежить, которую он вызвал ранее, была ещё не полностью уничтожена, но сначала нужно кое о чём позаботиться. Скоро подкрепление точно найдёт это место. Нужно снова наложить на себя иллюзию и создать мечи и броню.

А также ещё нужно разобраться со всеми собранными предметами.

Аинз усмехнулся по поводу того, что может использовать всё оружие и снаряжение, чего не было в Иггдрасиле. Как раз когда он подумывал вернуться и помочь Нарберал собирать предметы, та появилась у входа в склеп.

— Владыка Аинз.

— Как всё продвигается? Ты собрала все предметы? Включая деньги?

— Да, просто у меня есть маленький вопрос об этом.

Нарберал держала в руке чёрный шарик, по форме тот не был идеально круглый, больше походил на камни, которые можно найти у реки, не было похоже, что в нём есть какая-то ценность.

— ...Что это?

— Похоже, это ценный предмет низшая форма жизни, планария, использовала во время нашей с ним битвы. Однако я не знаю, какие у него эффекты...

— Ясно.

НИП Нарберал выучила намного меньше заклинаний, нежели Аинз, большинством из них была боевая магия, потому она не могла распознать ценность предмета.

Аинз взял чёрный шар и снова активировал магию:

— «Великая идентификация предмета».

Красный свет в глазах Аинза засиял:

— Что это?.. Шар смерти? И... разумный предмет?

Название «Шар смерти» звучало впечатляюще, но в нём не было ничего особенного.

Предмет помогал пополнять силу нежити и позволял использовать несколько заклинаний некромантии в день, но всё это не было полезно Аинзу. Хотя «Шар смерти» мог манипулировать теми, кто его боится, он не мог управлять Аинзом, Нарберал или любым другим получеловеком или существом гетероморфной расы, и тем, у кого иммунитет к контролю разума.

— Не могу сказать, хороший это предмет, или плохой...

Аинза заинтересовала лишь часть о «разумности» предмета.

Он чуть ткнул шар, и почти попросил его заговорить, когда вдруг в голове возник голос:

«Приветствую, Великий Король Смерти».

Услышав голос, Аинз пристально посмотрел на шар, поскольку этот мир наполнен магией и магическими монстрами, это не должно вызывать много шуму.

— Хм, и вправду разумный предмет.

Аинз покрутил шар в руке. Затем пристально посмотрел, шар не пытался говорить. Аинз подумал немного и сказал первое, что пришло в голову:

— Я разрешаю тебе говорить.

«Спасибо огромное, Великий Король Смерти».

Это заставило Аинза подумать о его преданных НИП из Назарика, он добродушно рассмеялся.

«Я глубоко впечатлён несравнимой аурой смерти и выказываю вам глубочайшее уважение».

По-моему, я развеял все свои ауры, почему предмет начал называть меня Королём Смерти?

— Продолжай.

«Благодарю, верховный Лорд Смерти. Я глубочайше благодарю все смерти этого мира за шанс встретить такого великого, как вы».

Хотя это была лесть, она казалась искренней. Из-за чего Аинз почувствовал зуд у позвоночника, он с гордостью выпрямился:

— Ну и что? Кроме лести тебе есть что сказать?

«Да, я знаю, что это может показаться невежливым, но мне нужна помощь для достижения желания».

— Какого желания?

«Да, всё, чего я желал — распространять смерть по всему миру, но лишь встретив вас, Великого Короля Смерти, я осознал, для чего был рождён в этом мире! Я был рождён, чтобы служить вам».

— ...Ох.

«О Великий Король Смерти, пожалуйста, примите мою клятву верности. Я надеюсь, для меня найдётся место среди ваших верных слуг».

Голос звучал довольно искренне, будь у него голова, он бы сейчас кланялся. Аинз поднёс левый кулак ко рту и начал думать. О преимуществах и недостатках, можно ли ему доверять или нет, и о многом другом.

Он внимательно посмотрел на предмет. Ради «безопасности» лучше всё-таки его уничтожить, но уничтожать предмет, которого не существовало в Иггдрасиле, слишком расточительно.

Применив на шар несколько защитных заклинаний, Аинз обратился к гигантскому хомяку, стоявшему у входа в склеп:

— Хамскэ.

— Что такое, хозяин?

— Держи.

Аинз бросил шар. Хамскэ ловко его поймал.

— Могу я спросить, что это, хозяин?

— Магический предмет. Ты знаешь, как его использовать?

— Ах... этот должен уметь! Но как шумно! Так шумно, что этот хочет вернуть его обратно хозяину.

Нарберал уставилась широко открытыми глазами на Хамскэ:

— Вы хотите дать это новенькому?

По тому, с каким тоном Нарберал это спросила, было ясно, насколько она потрясена.

— Хотя я принял меры, чтобы эта находка никому не навредила, нельзя сказать, что она полностью безопасна, так что я дал её Хамскэ.

— Ясно! Как и ожидалось от владыки Аинза. Такой безупречный здравый смысл.

Нарберал посветлела, а Хамскэ, надув чуть щёки, которые были немногим больше кулака, кивнул головой.

Как раз когда он собирался сказать им двоим уходить, Аинз увидел свой красный плащ и по прихоти схватил край, сказав:

— Раз спасательная операция завершена, возьмите и Энфри. — Он преувеличенно взмахнул красным плащом. — И давайте же триумфально возвращаться.

Эпилог

Открылись двери таверны. Наступила тишина, многочисленные глаза сосредоточились на Аинзе. На этот раз, пока он шёл к хозяину таверны, никто его не остановил.

— Ты...

Все они смотрели на медаль у Аинза на шее. Аинз, ведя себя беззаботно, сказал лишь два слова:

— Двойную комнату...

Он положил серебряную монету и взял ключ у молчавшего владельца таверны. Аинз зашёл в комнату и развеял магию, превращаясь назад в свою истинную форму.

Мифриловая медаль касалась Немейского льва, позвякивая. Когда он рассказал в гильдии о ночном инциденте на кладбище, то получил эту медаль. Тишина в таверне настала именно из-за неё. Человек, несколько дней назад носивший медную медаль, перепрыгнул через ранги. Он вдруг появился с медалью мифрилового ранга, это перевернуло все их знания, накопленные за долгие годы, о том, как искатель приключений должен подниматься по рангам.

Их открытая реакция дала Аинзу чувство превосходства, но он также чувствовал неудовлетворение. Он собирался за один раз подняться к орихалковому рангу, но вместо этого попал на ранг ниже. Если бы он получил орихалковую медаль, как бы они отреагировали?

Но это было невозможно. О том инциденте знала лишь маленькая группа людей. Но когда он объяснил, как всё происходило, было решено, что свершение Аинза невероятно и достойно даже адамантового ранга. Но ему дали мифриловую медаль, ведь у него не было истории подвигов и расследование всё ещё продолжалось. Гильдия приняла такое решение просто на всякий случай.

А значит, высшие чины из гильдии уже признали Аинза как искателя приключений адамантового ранга, которых в Королевстве было всего лишь два. Более того, со временем история о битве на кладбище и имя Аинза... искателя приключений Момона, должно распространиться по Королевству. Стражники, избежавшие смерти, за обедом точно будут болтать об Аинзе.

План продвигался так гладко, что Аинз не сдержал улыбки. И гладко ещё мало сказано — первый шаг был выполнен просто идеально.

Аинз вертел пальцами мифриловую медаль, когда Нарберал озвучила свои сомнения:

— Пожалуйста, не могли бы вы посоветовать, что делать с теми двумя? Они сказали, что свяжутся с нами относительно вознаграждения.

Нарберал имела в виду Энфри и Лиззи, двух аптекарей. Аинз уже решил, что будет с ними делать.

— Лиззи говорила, что отдаст всё, что у неё есть, так что я сказал ей взять внука в деревню Карн. Я хочу, чтобы она мне помогла... нет, помогла Великому Склепу Назарика изобретать зелья.

— ...В Назарике ведь есть люди, которые могут делать зелья, почему для этого нам необходимы эти низшие формы жизни, морские черви?

— Потому что мне нужен свежий источник силы.

Нарберал просто уставилась на него без какой-либо реакции, так что Аинз продолжил объяснять:

— Учитывая, что наши ингредиенты для зелий могут кончиться, нам нужно найти способ изготовления зелий, который отличается от текущих методов создания из Иггдрасиля. Нам нужно найти новые технологии, которые, может быть, будут включать как техники этого мира, так и Иггдрасиля. Возможно даже, мы на шесть сотен лет отстаём по технологии. И, конечно же, мы их строго предупредим не распространять произведённые зелья... но по тому, как она себя вела, было ясно, что с ней не должно быть проблем.

Аинз вспомнил, как Лиззи отреагировала, когда он вернул Энфри. Хотя он уже вылечил ему глаза, тот всё ещё был без сознания, наверное, из-за шока. Тем не менее Лиззи, увидевшая, что жизнь внука вне опасности, расплакалась, выразила огромную благодарность и сказала, что обязательно заплатит, как и обещала.

— Ладно, пока забудем о Лиззи, у нас есть более неотложные дела.

Аинз активировал «сообщение», чтобы связаться с Альбедо. Хотя он получил послание Энтомон, он был занят и смог связаться с ней только сейчас. Аинз мог лишь попросить, чтобы его не беспокоили, пока он всё не закончит.

После того как «сообщение» соединило его с Альбедо, первая фраза, которую он услышал, оказалась далеко за пределами его воображения.

— ...Владыка Аинз. Шалти Бладфолен восстала.

Мгновение он не мог ничего понять. После того как слова Альбедо наконец улеглись у него в голове, его реакция оказалась поистине глупой:

— ...Э?

Персонажи

Послесловие

Давно не виделись, дорогие читатели. Меня зовут Маруяма. Когда я редактировала боевую сцену, произошла одна маленькая история. Когда я отыгрывала движение, левая рука случайно задела чашечку кофе с молоком. Я чуть не заплакала. Какое счастье, что черновик выжил... заинтересованные читатели могут попытаться понять, какая сцена вызвала разлив кофе.

После таких трудностей я представляю вам второй том Властелина, «Тёмный воин». Для меня будет честью, если дорогие читатели с наслаждением его прочитают.

Я порекомендовала бы эту историю тем, кто устал от клише спасения попавшей в беду девицы. Поскольку оба пола равны, спасти можно и парня, как считаете? Главный герой всегда думает о себе, но если всем понравится такой интригующий персонаж, я буду очень счастлива.

Дальше я хотела бы выразить благодарность.

So-bin-сама, спасибо за прекрасные иллюстрации. Законченный продукт оказался ещё удивительнее того, что представлял автор. Вдохновившись завершённым рисунком, я серьезно переписала боевую сцену.

Ещё раз спасибо студии дизайна «Chord Design Studio» за суперобложку. Осако-сама, спасибо за редактирование и корректуру странных частей. Редактор Ф-та-сан, я снова доставила вам много беспокойства. И ещё добавлю немного больше красного! Нет, знаю, лучше без него...

И хочу поблагодарить моего хорошего друга из колледжа, Хани, спасибо, что помогли мне и в этот раз.

Ну и наконец хочу поблагодарить всех читателей, купивших книгу, и пользователей сети, которые комментировали мою работу, когда я всё ещё публиковалась в интернете. Спасибо огромное, комментарии всегда подпитывают меня мотивацией.

Следующий том... будет более расслабляющим... может, его переписать? Хотя мне не хочется... нет, переписать нужно, чтобы сделать работу интереснее... Ладно, достаточно моих бессвязных слов, время прощаться.

Я продолжу упорно работать. Надеюсь, у нас будет шанс снова встретиться в третьем томе.

Увидимся в следующий раз.

Реквизиты переводчиков

Над переводом работала команда RuRa-team

Перевод с английского: Akdotu

Эдит: Hachiman

Том 3: Кровавая валькирия

Начальные иллюстрации

Глава 1. Стая хищников

Часть 1

— Что это за еда такая!

Послышался истерический, пронзительный крик, вслед за которым прогремели столовые приборы.

Несколько человек в ресторане перевели взгляд на девушку, которая закатывала истерику.

Девушка была красивой, настолько красивой, что слова «красота» было недостаточно, чтобы полноценно описать её внешность. Она могла даже соперничать с самой прекрасной девушкой Королевства, ещё известной как Золотая Принцесса. Даже гнев добавлял ей обаяния.

И хотя она так шумела, каждое её движение было наполнено грацией и элегантностью.

Наверняка она дочь дворянина другой страны. И к тому же знатного и богатого дворянина. Она нетерпеливо махнула своими длинными блестящими волосами и недовольно уставилась на поданные яства.

Стол почти до краёв был заставлен тарелками, полными еды.

В корзине источал пар мягкий, белый хлеб, только что вытянутый из печи. На тарелке лежали ломтики чуточку прожаренного мяса, столь сочного и нежного, что только при его виде текли слюнки. Его дополняла ароматная, приготовленная на гриле сладкая кукуруза с маслом и, восхитительно приготовленное картофельное пюре в качестве гарнира. Такое сочетание очень возбуждало аппетит и чувство голода. От салатной заправки доносился изысканный аромат мандарина.

Лучшие и самые дорогие блюда, приготовленные в ресторане самого роскошного постоялого двора города-крепости Э-Рантэла, «Сияющего золотого павильона»... Ингредиенты были гарантированно свежими, ведь использовалось заклинание «Сохранность». И, конечно же, все повара элитного ресторана были первоклассными.

Такую кухню могли попробовать лишь знать и богатые. Однако девушка явно не была впечатлена этими искусными и великолепными блюдами.

— Этот вкус совсем плох!

Люди не только были удивлены её жалобами, но и заинтересовались тем, какие же неземные блюда этой девушке обычно подают к столу.

Неуместный ропот заставил каждого ошеломленно на неё посмотреть.

Тем временем старый дворецкий, стоявший у неё за спиной, стоял ровно и не менялся в лице. Даже когда она резко обернулась и уставилась на него, его лицо не изменилось. Казалось, будто других выражений у него нет вовсе.

— Я не могу продолжать оставаться в этом обветшалом городе, готовься уезжать немедленно!

— Но госпожа, уже сумерки...

— Заткнись! Делай, как я сказала! Ясно?!

Столкнувшись с её детской истерикой, дворецкий наконец изменил свою позу и опустил голову.

— Хорошо, госпожа. Я немедленно начну готовиться к отправлению.

— Хмпх! Тогда поторопись, Себас!

Девушка с лязгом швырнула вилку. Не найдя, на чем ещё сорвать злость, она, полная недовольства, поднялась и вышла из ресторана.

Когда переполох прекратился, и напряжение начало спадать, в ресторане раздался полный достоинства голос:

— Я перед всеми искренне извиняюсь за беспорядок.

Дворецкий взял стул, который чуть не опрокинулся, когда девушка вставала, и вернул его на место. Извинившись, он вежливо склонил голову перед шефом ресторана. Гости милостиво приняли идеальное извинение старого дворецкого, а многие даже смотрели на него с симпатией.

— ...Управляющий.

— Да. — Ждущий невдалеке мужчина тихо подошёл к дворецкому.

— Я искренне извиняюсь за беспокойство, и даже если этого недостаточно в качестве компенсации, позвольте мне покрыть расходы на ужин всех присутствующих.

Услышав такую просьбу, не многие шефы сумеют сдержать удовлетворённую улыбку, ведь еда в ресторане самого роскошного постоялого двора города не дешевое удовольствие. Если дворецкий желает заплатить за их блюда, этого должно быть более чем достаточно, чтобы простить беспорядок, вызванный его госпожой.

С другой стороны, управляющий «Сияющего золотого павильона» не изменился в лице и вежливо поклонился. Его непоколебимое отношение показывало, что он не впервые сталкивается с такой сценой.

Себастьян перевёл взгляд в угол ресторана, на бедно выглядящего мужчину, который находился на середине процесса поглощения еды. Заметив взгляд, мужчина поспешно поднялся и подошёл к Себастьяну.

По сравнению с другими гостями этот выделялся полным отсутствием манер и класса. Он был тут совершенно не к месту. Хотя одет он был так же хорошо, как и остальные клиенты, казалось, словно это одежда его носит, он походил на клоуна, одетого в элегантный наряд. Весьма забавно.

— Хозяин Себас.

— Что-то случилось, господин Зак?

Остальные гости нахмурились, когда услышали надменный тон мужчины по имени Зак. Услышав, как из его уст вышло такое рабское приветствие, они бы не удивились, если бы он ехидно потирал руки.

Однако лицо Себастьяна не изменилось ни в малейшей степени.

— Я знаю, что, как наёмник, я не в том положении, чтобы вносить какие-либо предложения, но возможно ли, чтобы мы пересмотрели немедленный отъезд?

— Хотите сказать, вам трудно управлять каретой и лошадьми ночью?

— ...Отчасти... мне нужно кое о чём позаботиться в этом городе... и мне нужно немного времени.

Зак то и дело чесал голову. Хотя его волосы выглядели достаточно чистыми, из-за того, как он их чесал, казалось, что в любую секунду посыплется перхоть. Видя это, некоторые гости ещё больше скривились, но в конце концов не было ясно, заметил ли это Зак, поскольку он начал чесать голову ещё сильнее.

— Госпожа, скорее всего, не примет это предложение. Нет, из-за её темперамента она просто не захочет менять своё решение, — с непреклонным видом ответил Себастьян, затем кратко добавил: — Так что у нас нет иного выбора.

— Но...

Глаза Зака заметались, будто он искал отговорку, но когда не смог ничего придумать, на лице появилась морщина.

— Конечно, перед тем как мы уедем, у нас ещё есть время. Мне ведь ещё нужно погрузить в карету багаж госпожи. В это время можете делать то, что хотите, и позаботиться обо всём, что вам нужно.

Себастьян не упустил предательский взгляд в его маленьких глазах, будто тот пытался найти ещё повод, чтобы их задержать ещё больше. Но он сделал вид, что не заметил грязные намерения Зака, лицо у него так и осталось равнодушным.

И он также хотел скрыть то, что Зак попал в его ловушку.

— Так когда мы выезжаем?

— Примерно через два-три часа. Если хоть на минуту позже — улицы совсем заполонит темнота, три часа это предел.

В глазах мужчины опять появился этот мерзкий оценивающий взгляд, и Себастьян снова постарался изо всех сил сделать вид, что этого не заметил. Зак пару раз облизал губы и заговорил:

— Хехех, в таком случае трудностей быть не должно.

— Прекрасно, тогда не могли бы вы немедленно начать готовиться к нашему выезду?

Себастьян посмотрел на удаляющуюся спину Зака. Затем помахал рукой, словно чтобы развеять неприятный воздух, как если бы к нему прилипло что-то нечистое. Не меняя выражения лица, Себастьян подавил посыл вздохнуть. Если честно, ему был отвратителен такой вульгарный характер, как у Зака. Демиург, Шалти и некоторые другие отнеслись бы к такому типу как к какой-то игрушке ради собственной забавы, но Себастьян не хотел даже близко к нему подходить.

В Великом Склепе Назарика существовало несколько точек зрения: «Те, кто не принадлежат Назарику, — низшие» и «Кроме нескольких исключений, людей и полулюдей следует уничтожить за то, что они низшая раса». Себастьян, с другой стороны, разделял мнение своего создателя, «Те, кто не могут спасти слабых, не могут называться сильными». Но после встречи с таким презренным человеком, как Зак, он начал думать, что, может быть, не так уж и плохо разделять точку зрения Назарика.

— Эхх, люди должны быть более выдающиеся...

Себастьян поднял руку, чтобы погладить свою хорошо уложенную бороду и тем самым отвлечься от таких мыслей и подумать над тем, как продолжать текущую операцию.

Операция проходит довольно гладко, но, наверное, мне следует на всякий случай за ним присматривать.

Пока он думал над тем, как должна продолжаться операция, то заметил, что к нему идёт человек.

— Должно быть, вам довольно трудно уезжать в такой час...

Заговорившему с ним мужчине было от сорока до пятидесяти лет, он был хорошо выбрит, и в чёрных волосах виднелось много седых прядей. Наверное, из-за возраста и привычки поесть у него был большой живот.

Одет он был со вкусом, достаточно элегантно для человека своего высокого положения.

— Вы ведь господин Бардо? — чуть кивнул Себастьян, чтобы его поприветствовать, но мужчина поспешно попытался остановить такой жест:

— Ах, не нужно быть таким учтивым.

Его звали Бардо Ловели. Он был довольно известным торговцем еды, контролирующим значительную часть рынка пищевых продуктов города. Себастьян не был уверен, почему такой человек с ним заговорил.

У города-крепости Э-Рантэл было важное стратегическое военное значение. Поэтому Бардо, поставщик продуктов, был в городе самым влиятельным купцом.

Когда армия насчитывает десятки тысяч человек, логистика занимает довольно много времени и усилий. Стратегия Королевства была в том, чтобы отправлять в поход армию с минимальными запасами и обеспечивать её потребности на месте, в этом городе. А значит, этот город не был похож на другие торговые города, здесь купцы, работающие с едой или оружием, имели много влияния.

Кто-то с такой властью в городе-крепости Э-Рантэл не должен заговаривать с Себастьяном лишь из-за того, что они случайно ели в одном ресторане. Он должен иметь скрытый мотив.

Однако это тоже было одной из целей Себастьяна.

— Господин Себас, тот человек нехороший.

— Правда?

С самого начала того инцидента Себастьян впервые изменился в лице. Он учтиво улыбнулся, поскольку понимал, о ком именно говорит купец.

— Тот тип известен как ненадёжный и бесчестный, я не пойму, почему вы наняли такого человека.

Себастьян быстро подумал о том, как бы лучше ответить. Он не мог поведать Бардо о том, почему они наняли Зака. А если скажет, что нанял Зака потому, что не знал о его характере, мнение о нем может ухудшиться, и суждение поставлено под сомнение.

Хотя мы и вправду скоро покидаем город, всё же не следует, чтобы мнение Бардо обо мне ухудшилось. В обозримом будущем может так выйти, что нам придётся его использовать.

— Возможно, вы правы, но никто не умеет представляться так же бесстыдно, как он. Хотя такой характер можно назвать безнадежным, госпоже нравится его энтузиазм.

Бардо показал обеспокоенную горькую улыбку. Похоже, что его мнение о ней стало ещё на пункт хуже.

Себастьян попросил её играть эту роль ради их цели, так что ничего не поделаешь. Он чувствовал себя плохо от того, что ей приходится играть роль такой испорченной леди.

— Я влезаю в чужие дела, но, надеюсь, вы простите моё замечание. Может, вам лучше намекнуть об этом вашей госпоже?

— Возможно вы правы. Но учитывая помощь и поддержку отца миледи, которую он мне оказал, я просто не могу заставить себя...

— Хотя преданность тоже очень важна... — пробормотал Бардо, но последующие слова не было отчётливо слышно. — Может, мне порекомендовать вам нескольких надёжных людей?

— Не нужно быть настолько внимательным, господин Бардо.

Хотя тон был вежливым, он решительно отказался от предложения. Заметив в его заявлении железную волю, Бардо попробовал другой подход.

— Неужели? Я всё же думаю, что лучше, чтобы за вами следовали хорошие телохранители. Дорога в столицу не близка. В отличие от Империи Багарут, дороги Королевства Рэ-Естиз не очень безопасны. Я могу помочь вам найти надёжных наёмников.

Безопасность дорог обеспечивается местной знатью, за это они взимают с путешественников плату. Это одно из многих прав знати, но на самом деле всего лишь средство для сбора денег. Многие части дорог не поддерживались в хорошем состоянии и не патрулировались. Потому на путешественников часто нападали бандиты или наёмники, которые стали бандитами. Это было уже обычным делом.

Чтобы разрешить эту проблему, благодаря усилиям Золотой Принцессы дороги начали патрулировать солдаты под прямым надзором короля. Но из-за их малочисленности немногое изменилось. Количество патрулирующих войск также было небольшим из-за постоянного вмешательства дворян, которые боялись нарушения своих прав.

Таким образом, у страны не было ресурсов поддерживать порядок и безопасность на дорогах.

Купцы, которым приходилось ездить по дорогам, обычно нанимали для защиты команду искателей приключений или наёмников. Такой влиятельный купец, как Бардо, должен знать элитные и заслуживающие доверия группы наёмников, но Себастьян всё же не принял его предложение.

— Возможно, вы снова правы, но госпожа не любит, когда вокруг много людей. Я лишь хочу по мере своих сил следовать её желаниям.

— Вот оно что. — Бардо преувеличенно нахмурился, демонстрируя обеспокоенное выражение. Лицо беспомощного взрослого, который столкнулся с детской истерикой.

— Я искренне извиняюсь, что мы так невнимательно отнеслись к вашей доброй воле.

— Пожалуйста, не говорите так. Если честно, я лишь хотел продать вам одолжение. Что ж, если ничего не поделаешь, я хочу по крайней мере улучшить наши отношения.

Дочь чрезвычайно богатого купца или дворянина из Империи и её дворецкий, такая была легенда у Себастьяна, когда он остановился на этом постоялом дворе. Они так поступили для того, чтобы показать своё огромное богатство и дать другим знать об их присутствии. Получить благосклонность таких богатых людей было в интересах Бардо.

Себастьян любезно улыбнулся рыбке, которая захватила наживку.

— Конечно же, я дам знать отцу госпожи, моему хозяину, о радушии и доброте господина Бардо.

На мгновение в глубине глаз Бардо появился блеск, но он сразу же взял себя в руки. Большинство людей не смогли бы обнаружить такое короткое изменение, но не Себастьян.

— Тогда, пожалуйста, прошу меня простить. Госпожа ждёт, мне пора уходить. — Дождавшись той секунды, когда Бардо собирался заговорить, Себастьян его опередил.

Бардо знал, что его видят насквозь, и, взглянув Себастьяну в лицо, вздохнул:

— Если это так, то ничего не поделаешь, господин Себас. Когда следующий раз будете в городе, пожалуйста, заходите ко мне. Я окажу всем вам радушный приём.

— Конечно, когда в следующий раз встретимся, мы будем в вашем распоряжении.

Глядя в спину удаляющегося Бардо, Себастьян прошептал:

— Думаю, в мире есть разные люди.

В словах и манерности Бардо Себастьян почувствовал, что не всё питали скрытые мотивы. Бардо искренне волновался за юную госпожу и её старого дворецкого. Именно из-за таких людей, желавших оказывать помощь тем, кто в ней нуждается, Себастьян не мог заставить себя презирать людей.

Он радостно и искренне улыбнулся.

♦ ♦ ♦

Постучав несколько раз и назвав себя, Себастьян чуть поклонился и вошёл в комнату.

— Пожалуйста, простите моё грубое поведение, господин Себастьян.

Когда он закрыл дверь, его встретила низко поклонившаяся девушка. Если бы гости ресторана увидели эту сцену, то были бы изумлены, ведь кланялась не кто иная, как вспыльчивая госпожа, закатившая истерику.

Она была довольно спокойной, будто та истерия была лишь игрой. Именно так приветствуют кого-то, у кого более высокое положение.

Внешность и наряд не изменились, но, казалось, что это совсем другой человек.

Ещё одно заметное отличие заключалось в том, что один её глаз был закрыт, левый глаз. В ресторане такого не было.

— Пожалуйста, не нужно извиняться. Ты лишь выполняла свою работу.

Себастьян оглядел роскошно обставленную комнату. Конечно, если сравнивать с комнатой на девятом этаже Назарика, Королевскими апартаментами, в ней не будет никакого очарования. Разумеется, в этом не было ничего удивительного, ведь он выбрал плохой объект для сравнения.

Он посмотрел в уголок комнаты и понял, что багаж уже собран. Если бы хотели, они могли бы уходить немедленно. А раз его не подготовил Себастьян, это сделала она сама после того, как ушла из ресторана.

— Ты должна была позволить мне всё собрать.

— Что вы говорите, господин Себастьян, я не могу тревожить вас такой черновой работой, — девушка выпрямилась и покачала головой. Она была одной из боевых горничных, Солюшн Эпсилон.

— Неужели? Но, знаешь, сейчас я — твой дворецкий. — На морщинистом лице Себастьяна появилась улыбка, будто как у озорного ребёнка.

Солюшн заметила, что ему весело, впервые на её спокойном лице появилась застенчивая улыбка.

— Верно, господин Себастьян мой дворецкий, но я тоже подчиненная господина Себастьяна.

— ...Полагаю, это так. В таком случае позволь, как твоему начальнику, отдать тебе приказ: ты хорошо поработала, позволь мне сделать остальное. Пожалуйста, отдохни, пока не настанет время уезжать.

— ...Хорошо, благодарю.

— Тогда я пойду к госпоже Шалти, которая должна уже нетерпеливо ждать в карете, и сообщу о времени отбытия.

Себастьян одной рукой с легкостью поднял самую большую сумку, и, будто только что об этом подумал, спросил:

— Кстати, всё идет согласно нашим прогнозам?

— Да, всё идет так, как мы и ожидали. — Солюшн подняла руку и прижала её к закрытому глазу.

— Полагаю, нам повезло. Так что сейчас происходит?

— ...Сейчас он встречается с каким-то потрёпанным типом. Хотите услышать, о чём они говорят?

— Нет, я собираюсь отнести багаж в карету. Позже расскажешь обо всём вкратце.

— Как прикажете.

Лицо Солюшн вдруг дёрнулось. Уголки глаз опустились, а края губ поднялись вверх. Хотя выражение походило на улыбку, губы растянулись шире, чем мог бы это сделать человек. Словно созданную из глины улыбку насильно растянули.

— ...Господин Себастьян, позвольте изменить тему разговора.

— Что такое, Солюшн?

— ...Когда всё закончится, позволите мне позаботиться об этом человеке?

Себастьян свободной рукой погладил бороду и немного это обдумал.

— ...Если получишь разрешение госпожи Шалти, можешь делать всё, что захочешь.

У неё чуть нахмурились брови, она явно была разочарована. Себастьян увидел это и попытался её утешить:

— Не волнуйся. Полагаю, отдать тебе одного человека она согласится.

— Правда? Замечательно! Пожалуйста, помогите донести моё желание до госпожи Шалти. Если возможно, я хочу того человека.

Солюшн показала радостную улыбку. Такое жизнерадостное и солнечное выражение, лишенное даже капли уныния, очарует любого постороннего.

Себастьян почувствовал жалость и интерес к человеку, заставившему Солюшн принять такое выражение лица. Он спросил:

— Так что тот человек сказал?

— Кажется, он сказал, что не может дождаться того момента, когда сможет мной насладиться. Это такой редкий шанс, я тоже хочу сполна им насладиться.

Солюшн улыбнулась ещё ярче.

В улыбке была детская невинность. Будто ребёнок, с нетерпением ждущий следующего большого приключения.

Часть 2

Жалкая жизнь.

Зак быстро шёл, думая о том, насколько ничтожно его существование.

Жизнь фермера в Королевстве нельзя было назвать счастливой или лёгкой.

Хотя он каждый день трудился на полях, большую часть урожая забирал помещик. Если весь урожай посчитать за сто частей, то если заберут шестьдесят, это ещё терпимо. На сорок частей выжить было можно, хоть это и сулило жизнь в бедности.

Однако серьёзные трудности возникали, когда забирали восемьдесят частей. Если на сорок частей можно было как-то протянуть, то когда оставалось двадцать — жизнь превращалась в ад.

Однажды, когда семье оставили на жизнь лишь двадцать частей, по возвращении домой он, измождённый после работы на поле, обнаружил, что сестрёнка пропала без следа.

Когда это случилось, Зак был ещё юн. Обожаемая сестрёнка пропала, но родители даже не собирались идти её искать. Тогда он не понимал, что происходит, но сейчас он знал — её продали. Благодаря усилиям Золотой Принцессы работорговлю наконец остановили, но в те времена в Королевстве рабство было обычным делом.

Каждый раз, посещая бордели и проходя мимо проституток, он подсознательно смотрел на их лица. Конечно, он не верил, что так найдёт сестрёнку. Но даже если бы нашёл, он не знал, что сказал бы ей. Тем не менее он просто не мог отказаться от поисков.

Живущие в таких суровых и неблагоприятных условиях крестьяне имели ещё одну тяжелую обязанность. Призыв в армию.

Королевство Рэ-Естиз время от времени воевало с Империей Багарут, и часто призывало крестьян на службу. Потеря способного работника всего лишь на месяц ощутимо ударяла по маленьким деревням, и это существенно влияло на урожайность. Тем не менее нашлись и те, кто считал призыв в армию счастьем.

Поскольку так приходилось кормить меньше ртов, нужды семьи в еде уменьшались. А призванных кормило Королевство. Некоторые впервые испытывали чувство, каково это в первый раз наесться досыта.

Увы, вот и все положительные стороны. Даже рискуя жизнью, без крупного достижения получить награду было невозможно. А некоторые даже не получали награду за великий подвиг. Успех в армии могли найти лишь счастливчики, благословлённые удачей.

Когда война заканчивалась, солдаты возвращались в деревни, но их встречало лишь отчаяние, ведь из-за недостатка рабочей силы урожай деревни оказывался ниже, чем ожидалось.

С Заком такое случилось после первых двух призывов в армию. Но во время третьего призыва нашёлся способ изменить судьбу.

Война тогда завершилась как и все остальные — после маленькой битвы. К счастью, Зак выжил. Когда он собрался возвращаться в деревню, он остановился. Посмотрел на оружие в руке, и в голове появилась идея.

Наверное, будет лучше попробовать другую жизнь, чем возвращаться в деревню.

Но он был обычным фермером, и получил лишь базовую военную подготовку. Для новой жизни у него был небольшой выбор.

Тело у него было заурядным, ни в какое сравнение не шло с теми, у кого есть врожденный талант. Всё, что он узнал в жизни, — это как сеять, ухаживать за полем и когда собирать урожай. Это было почти всё, что он знал.

Зак попытался использовать свой единственный козырь — убежать с оружием, выданным Королевством. Мысль о том, что так он принесёт беспокойство родителям, никогда не приходила ему в голову, ведь они продали сестрёнку — даже если они так поступили, чтобы остальная семья выжила — у него к ним даже и капельки любви не осталось.

У него не было никакого опыта, и он никого не знал, так как же он сумел с легкостью сбежать из армии? К счастью, он повстречался с некими людьми, которые помогли с побегом. Вероятно, капля удачи у него всё же была.

Сбежать ему помогла группа наёмников.

Конечно, для них Зак был всего лишь бесполезным фермером. Но во время войны они потеряли многих соратников и хотели быстро восполнить потери в числе. Вот почему группа наёмников легко приняла Зака. Но существование этой группы было не совсем законным, точнее не всегда. Во время войны они были наёмниками. Во время мира становились бандитами.

Не было ничего удивительного в той жизни, какую он вёл после встречи с ними.

Иметь что-то лучше, чем ничего. Забирать лучше, чем когда забирают у тебя. Вместо того чтобы плакать, лучше заставлять плакать других. Такой была его жизнь. Он не считал это плохим, и не чувствовал жалости. Каждый раз, когда слышал, как жертва умоляет и хнычет, он всё больше подтверждал верность своих убеждений.

Сейчас он бежал по нижнему городу. Бежал в мире, который был окрашен в более сильный оттенок красного, нежели сейчас закат.

Покинув постоялый двор, он бежал изо всех сил, он уже запыхался, и на лбу выступили капли пота. Он выдохся, ему хотелось отдохнуть. А может, так и поступить? Но поскольку времени было мало, он терпел усталость и продолжал бежать.

Как только Зак собирался свернуть за угол...

— Опасненько.

Послышалась жалоба и стук метала. Фигура быстро кинулась в сторону, чтобы избежать столкновения.

Чуть не врезавшись, Зак испугался и посмотрел на отпрыгнувшую тень.

Перед ним стояла женщина с утончённым лицом. Из-за чёрной накидки она сливалась с тенями, но яркие фиолетовые глаза смотрели на него с большим любопытством.

Из-за усталости Зак потерял терпение и рявкнул:

— Это я должен говорить! Это было опасно! Смотри, куда прешь!

Женщина, похоже, не испугалась его угрожающего рыка и показала ему холодную улыбку.

От такой улыбки Заку захотелось сделать шаг назад, он даже не мог набраться храбрости, чтобы вынуть нож из-под рубашки. Он был словно мышь перед тигром.

Лязганье металла, которое он услышал, когда она отпрыгнула, наверное издавала её броня.

Женщина в доспехах. Скорее всего, искательница приключений.

...Не та цель, с которой следует затевать драку.

Подсознание ему говорило: опасность! И он понял, в каком положении оказался.

Он не посмотрит свысока на женщину из-за наивных мыслей о том, что женщины — слабый пол. Зак знал, что существует очень сильная группа искателей приключений, состоящая из одних женщин. Он вспомнил, как невзначай об этом упомянул сильнейший член его группы наёмников.

Хотя Зак был с ним в одной группе, он, без сомнений, был среди них слабейшим. Из него сделали мальчика на побегушках, поскольку он был слаб.

Залитый потом, Зак пожалел о том, что решил использовать угрожающий тон, медленно он начал потеть совсем по другой причине. У него на лице, очевидно, был испуг, улыбка женщины вдруг стала менее страшной:

— Хмм, ну ладно. У меня не так много времени. Но если увижу снова, будь готов к некоторому дискомфорту, — невзначай отметила женщина и обошла его кругом. Заку стало интересно, куда же она направилась, это ведь часть нижнего города, где никто не живет.

Почему же красотка так поздно идёт в трущобы? Впрочем, у него были более насущные дела. Он снова побежал.

Спустя некоторое время он достиг другой части нижнего города, наполненной многими ветхими домами. Он быстро осмотрелся, чтобы проверить, не преследует ли его кто.

Солнце постепенно опускалось за горизонт, и мир медленно окутывала тьма. Зак, спрятавшись в тёмном углу, ещё раз осмотрелся. Он уже несколько раз повторял эту процедуру, но на всякий случай хотел проверить в последний раз.

Удовлетворенно кивнув, Зак, пытаясь отдышаться, постучал в дверь три раза. Прождав пять секунд, постучал ещё четыре раза.

После того как он выполнил секретный стук, по ту сторону двери послышалось, как деревянная доска скользит о дерево. Доска, закрывающая смотровое отверстие, скользнула в сторону, и показались человеческие глаза, чтобы поглядеть на гостя.

— А, это ты. Подожди секунду. — Он не подождал, пока Зак ответит, и снова закрыл смотровое отверстие. Послышался звук открытия тяжелого замка и дверь приоткрылась. — Заходи.

Из комнаты исходил запах гнили, это был совсем иной мир по сравнению с тем постоялым двором. Зак понадеялся, что нос вскоре привыкнет, и быстро зашёл внутрь.

Дверь закрылась, и он увидел, что комната внутри не только тёмная, но и маленькая.

Это место было столовой со встроенной кухней, но стол был лишь один. На нём стояла одинокая свеча, тускло освещающая комнату.

Грязный мужчина, который, казалось, прожил всю жизнь в насилии и жестокости, отодвинул от стола стул и сел. Стул заскрипел, будто крича. Мужчина был крепким, с широкой грудью. На лице и руках виднелись небольшие шрамы. Казалось, что под его весом стул вот-вот сломается.

— Так в чём дело, Зак. Что-то произошло?

— Положение изменилось... добыча вскоре собирается уезжать.

— А... так они уже уходят.

Зак чуть кивнул. Мужчина тихо пожаловался:

— Почему они выбрали такой час... они что, не знают, что ночью на дорогах полно опасностей? — он поднял руку и почесал свои неряшливые волосы. — И их никак нельзя задержать?

— Это не так просто. Так потребовала та девка.

Мужчина уже множество раз слышал о том, что представляет из себя та девушка, он преувеличенно сморщил лицо.

— Тот старик должен бы мозгами пораскинуть и попытаться переубедить барышню не ехать поздно. Путешествовать ночью страшно, могут встретиться бандиты. Чёрт возьми, не могу этого выносить... даже идиоты это знают. О... а как насчёт того, чтобы повредить колёса кареты и задержать их до завтра?

— Не думаю, что смогу... они уже перенесли багаж в карету. Может, просто разберёмся с ними по-быстрому?

— Хммм, в этом есть смысл... — мужчина посмотрел вверх, глубоко задумавшись. — Так когда они отправляются?

— Примерно через два часа.

— Времени мало. Хм... что же делать. Если у нас есть лишь два часа на подготовку, тогда я быстро свяжусь с остальными... Может, собрать всех будет трудновато, но такая добыча встречается не часто.

Мужчина пересчитал пальцы, думая о количестве времени, которое потребуется на операцию. Зак, молча слушая план, опустил голову, чтобы посмотреть на его руку.

— Такие богатые люди заставляют тебя заводиться, да?..

Зак вспомнил её чистую и идеальную руку. У крестьян никогда не будет таких красивых рук. Они каждый день орудуют мотыгой или выполняют другую тяжёлую работу, руки грубые, а грязь въелась даже в ногти.

Он знал, что мир несправедлив. Но...

Уголки рта Зака поднялись, показывая зубы, он похотливо ухмыльнулся:

— У меня ведь будет очередь с ней позабавиться?

— Лишь когда я закончу. Нужно ещё потребовать выкуп, так что не будь с ней груб и не порань слишком сильно. — Мужчина тоже похотливо улыбнулся. Наверное, побужденный желанием, он поднялся. — Хорошо, решено. Я свяжусь с лидером.

— Понял.

— Мы пошлём в засаду около десяти человек. Ты должен сейчас уходить, убедись, что они прибудут на место часа через четыре. Если задержишься, мы нападём напрямую. Попробуй успокоить их, чтобы усыпить их бдительность.

Часть 3

Карета быстро уносилась из города-крепости.

Четыре сильных коня тянули большую карету, которой было более чем достаточно для шести пассажиров.

Вокруг было неожиданно светло, ведь в небе висела большая, яркая луна. Но тем не менее путешествовать ночью в такой спешке — глупо. Расставить огни, расположиться лагерем и поставить часовых, вот это было бы разумным выбором.

Ночь не только не контролировалась людьми, она вообще им не принадлежала. Во тьме скрывались бесчисленные животные, полулюди и монстры. Многие из них могли видеть в темноте и нападать на людей.

В такую ночь, полную опасностей, пассажиры чувствовали лишь небольшую тряску, пока карета ехала по дороге. Тряска была небольшой не из-за отличной подвески, а из-за того, что карета ехала по мощёной дороге.

Строительство таких дорог началось лишь после предложения Золотой Принцессы, но на данный момент мощёные дороги были лишь на части территорий под прямой юрисдикцией короля, и на территории одного из шести больших дворян, лорда Рэйвена. Это было обусловлено оппозицией аристократов, которые считали, что лёгкость передвижения облегчит вторжение Империи.

Кроме того, хорошие дороги было обслуживать куда дороже. Принцесса Реннер предложила привлечь средства от торговцев, но её предложение отклонили дворяне, которые опасались уменьшения своей прибыли и власти. Это и привело к текущему состоянию дел, будто они были покусаны собаками.

Эта область была не так далеко от города под прямой юрисдикцией короля, поэтому дорогу поддерживали в довольно хорошем состоянии. Однако не идеальном. Иногда карета качалась, и пассажиры чувствовали тряску. Как раз из-за тряски разговор в карете вдруг стих, будто они только что закончили тему.

В карете сидел Себастьян, Солюшн возле него, Шалти напротив них и её две рабыни-наложницы, вампирские невесты, по обе стороны от неё. И, конечно же, Зак сидел на месте возчика.

После нескольких мгновений тишины Себастьян открыл рот и расслабленным тоном сказал:

— Я всегда хотел тебя кое о чём спросить.

— Хм? Спросить меня? О чём?

— Ты и госпожа Аура, похоже, плохо ладите, для этого есть основания?

— ...На самом деле я так не думаю, — тихо ответила Шалти, со скучным лицом осматривая ноготь мизинца.

Жемчужно белый ноготь был почти два сантиметра длиной. Другой рукой она держала пилочку, но ноготь уже был аккуратно подстрижен и не требовал полировки. Удовлетворённая, Шалти бросила пилочку сидевшей рядом вампирше.

Затем попыталась протянуть руки к грудям обеих вампирш, но, заметив выражение двоих сидящих перед ней, Шалти застенчиво улыбнулась и убрала руки.

— А мне так не казалось, — Себастьян продолжил. Шалти, будто съев что-то горькое, скривилась:

— Я... ладно. Поскольку мой создатель господин Пэроронтино написал мою историю такой, чтобы я была с ней в плохих отношениях, я дразню её чуть больше. Наверное, то же самое относится и к ней, госпожа Симмеринг Тиапот сделала так, чтобы это дитя со мной конфликтовало, — равнодушная Шалти махнула рукой и впервые встретилась глазами с Себастьяном. — Кстати, мой создатель господин Пэроронтино был младшим братом создательницы того дитя, госпожи Симмеринг Тиапот. В некотором смысле нас тоже можно считать сёстрами.

— Родственники... так вот оно что!

— В прошлом, когда господин Пэроронтино и ещё двое Высших существ — господин Люци★фер и господин Нисики Энраи — проходили по моей территории, они об этом упоминали. — Когда она вспомнила, как сопровождала Высших существ, делающих обход, её глаза наполнились обожанием. — Господин Пэроронтино однажды упомянул, что госпожа Симмеринг Тиапот работает актрисой озвучивания. Она была очень популярной и продавала свой голос для «эроге», так что каждый раз, когда он покупал долгожданную игру, в мыслях всплывало лицо сестры, заставляя его терять самообладание.

«Хотя я понятие не имею, что это значит», — добавила Шалти. Себастьян тоже склонил голову набок:

— Актрисы озвучивания... если правильно помню, это работа, в которой нужно использовать свой голос. Иногда даже петь. Наверное, они похожи на бардов.

Услышав ответ Себастьяна, Шалти звонко рассмеялась и поправила его:

— Неверно.

— Неверно? Что тогда?

— Я слышала это от самой Симмеринг Тиапот, актрисы озвучивания это те, кто посредством голоса даруют работе душу. А значит, это профессия, создающая жизнь.

— Охх! Теперь я осознал, каким же я недогадливым был. Спасибо, что просветила меня, госпожа Шалти.

Персонажам, таким как Себастьян, созданным Высшими существами, были дарованы знания в миг рождения. Однако у них было лишь знание, они не понимали, что собой представляет настоящая вещь, так что иногда рождались забавные заблуждения, как сейчас, когда они неправильно поняли профессию одной из обожаемых создателей.

Себастьян смутился, и, чтобы не совершить такую ошибку снова, повторил тот термин, запоминая смысл «актрисы озвучивания».

— Не принимай это слишком близко к сердцу. Ах да, Себастьян, поскольку мы путешествуем вместе, не нужно быть столь вежливым.

— В самом деле, госпожа Шалти?

— Не называй меня госпожой... все мы слуги Высших существ. Хотя они даровали нам положение и установили иерархию, по сути, мы одинаковы.

Именно так. Солюшн служила Себастьяну, потому что ей так приказали. Она и Себастьян были, в конце концов, одного ранга.

— Хорошо. Буду называть тебя просто Шалти.

— Великолепно. Кстати, ты и Демиург ведь тоже не очень хорошо ладите?

Себастьян промолчал. Шалти, увидев такую реакцию, прищурила глаза, будто озорной ребёнок, и продолжила спрашивать:

— Высшие существа не приказывали тебе себя так вести, так почему всё так обернулось?

— На самом деле... я не совсем уверен. Вероятно, из-за своей натуры я его просто не люблю. Однако у него, судя по всему, та же история.

— Хм... у меня нет ни с кем таких отношений... Но, наверное, чувства создателей глубоко укоренились в нашем сердце.

— Вероятно, так оно и есть.

Шалти уставилась на кивнувшего в знак согласия Себастьяна. Учитывая его положение, она подумала, что он может кое о чём знать и задала вопрос, который уже давно её тревожил:

— А кто на восьмом этаже? Я знаю, что там Виктим, но кто ещё?

Себастьян нахмурился из-за внезапной смены темы разговора. Он, став серьёзнее, посмотрел ей в глаза, чтобы понять её истинные намерения. Сидевшая рядом с ним Солюшн чуть изменилась в лице, но двое разговаривающих этого не заметили, поскольку изменение было мимолётным.

— Давным-давно... глупцы, противостоявшие Высшим существам, собрали огромное количество людей и прорвались через седьмой этаж. Но девятый этаж, база Высших существ, не был атакован. Учитывая это, последнее место, куда добрался враг, это восьмой этаж, так ведь? Я мало что помню, но враг атаковал огромнейшими силами, так что нужно было противостоять соответствующе. Однако никто не знает, как отбили их атаку. Хотя, возможно, знает Альбедо, она ведь, в конце концов, Смотритель Назарика, было бы странно, если б она не знала. — Не обращая внимания на молчание Себастьяна, Шалти продолжила: — ...Похоже, она на шаг впереди, что меня раздражает. Кем же является это загадочное существо на восьмом этаже? Его создал владыка Аинз?

Себастьяна создал Тач Ми, Демиурга — Улберт Аляйн Одл, и Коцита — Такемиказучи. Но даже Шалти не знала, кого создал наивысший из сорока одного Высшего существа, Аинз... Момонга.

Невозможно, чтобы он никого не создал.

Так что она логически заключила, что загадочное создание восьмого этажа сотворил он.

— Нет... полагаю, это невозможно. Я мало об этом слышал, но владыка Аинз создал персонажа, который зовётся Актёр Пандоры. Его навыки моего уровня и я слышал, что он охраняет глубочайшую часть сокровищницы.

— Есть некто такой?

В отличие от Альбедо, Шалти не была дана информация обо всех персонажах Назарика. Вот почему сейчас она впервые услышала это имя.

Хотя в сокровищницу был доступ только с кольцом Аинз Оал Гоун, было бы странно, если бы там не было стражи.

Самая глубокая часть сокровищницы.

Там хранятся высокоуровневые магические предметы, наверное, некоторые даже мирового класса. В таком случае Аинз, у которого среди сорока одного Высшего создания, самая высокая позиция, должен лучше всего подходить на роль создания персонажа для такого места.

Её гордость была уязвлена, ведь она не могла охранять такое важное место, но она себя утешила тем, что с этим ничего нельзя поделать. Она верила, что остановить захватчиков прежде, чем они достигнут третьего этажа, тоже большая ответственность, настолько же важная, как и охрана сокровищницы.

Более того, этот долг поручил ей её создатель.

— Есть, но я никогда раньше его не встречал, ведь без кольца невозможно туда попасть.

— Ох... — вяло отреагировала Шалти, по-видимому, потеряв интерес, но Себастьян не возражал. — Что ж, восьмой этаж так и остается загадкой... какой позор.

— Верно, даже мы не можем туда зайти, должно быть, там что-то есть.

— Ты что-то знаешь?

— Может, там какой-то механизм, который нападёт даже на нас?

— Хм, возможно, ты прав, но может быть... там какая-то ловушка, которая убивает всех без разбора?

— Великий Склеп Назарика был создан с тщательной заботой Высших существ. Его защищают такие преданные слуги, как мы. Если это ловушка, то она просто невероятна, ведь она должна сдержать тех, кто прошёл седьмой этаж...

— Хочешь взглянуть?

Дитя, которому на ум пришла озорная мысль... Шалти улыбалась именно так. Себастьян улыбнулся немного шире обычного.

— Ты хочешь пойти против желаний владыки Аинза?

— Шучу, просто шучу. Не делай такое страшное лицо.

— Шалти... любопытство сгубило кошку. Мы должны молча ждать, пока владыка не пожелает нам всё поведать.

— Ты прав... так что, добыча захватила наживку?

Внезапное изменение темы разговора не дало Себастьяну сказать что-то ещё, и он ей ответил прямо:

— Да, вместе с крючком, грузилом и леской. Всё, что осталось, это ждать.

Чуть кивнув, Шалти счастливо облизала губы, а её красные глаза неестественно засверкали. Себастьян, сразу же догадавшийся, чему она так обрадовалась, рассудил, что сейчас отличная возможность передать просьбу Солюшн.

— Относительно этого, есть кое-что, о чём я хочу тебя попросить.

— О чём же?.. — недовольно ответила Шалти, она ведь воображала, что произойдет, и погружалась в радостное предчувствие, а её прервали. Себастьян успокаивающе продолжил:

— Не могла бы ты отдать извозчика этой девочке?

— Он мелкая сошка?..

— Разумеется.

Шалти закрыла глаза и погрузилась в задумчивость. Рассмотрев все варианты, она нашла ответ и кивнула:

— Тогда отлично. Его кровь, наверное, даже невкусной будет.

— Я очень благодарен, спасибо за великодушие, Шалти.

— Благодарю, госпожа Шалти.

— Ах, пустяки. Не берите в голову.

Шалти нежно улыбнулась перед Солюшн. Довольно неожиданно, что она приняла такое тёплое выражение лица. Затем она стала обычной собой и взглянула на Себастьяна.

— Я тогда оговорилась, так что сейчас мы в расчёте.

— Хорошо... я никогда не думал, что Шалти может сделать нечто столь глупое. Тогда ты всего лишь шутила, да?

— Верно. Если бы Себастьян сказал то же самое, я тоже подумала бы, что ты шутишь. И, не сказав ни слова, послала бы следить за тобой миньонов, и если бы ты показал признаки предательства, отрубила бы тебе конечности и в цепях приволокла к владыке Аинзу.

— Я не настолько порочен, как ты, Шалти.

— Правда? Это заставляет меня подозревать твою преданность... разве ты не сделал бы абсолютно то же самое?

Шалти и Себастьян с искренней радостью посмотрели друг на друга и улыбнулись.

— В любом случае я обожаю милых девушек. Отдать его Солюшн тоже своего рода удовольствие...

— ...Ну, тогда как ты намерена их захватить? Заклинаниями, вроде «Паралича» или «Связывания человека»?

Прежде чем отправиться в Э-Рантэл, Аинз приказал Себастьяну схватить людей, которые владеют боевыми навыками или магией, но только преступников, ведь их исчезновение никому не доставит проблем. Поэтому, как часть плана, Солюшн и Себастьян играли роль богатой своевольной дочери и дворецкого, которому приходится убирать оставленный ею беспорядок. Они терпеливо ждали, пока не клюнет рыбка вроде Зака.

Задача Шалти заключалась в том, чтобы с помощью этой рыбки выманить целый косяк рыб.

— Нет, это слишком хлопотно. Владыка сказал, что можно превратить их в рабов, высосав досуха, но поймать их необходимо. Однако если начну допрашивать их по одному, это займет много времени, так что я просто высосу их всех досуха.

Себастьян не ответил «понятно», он просто кивнул. Но сейчас ему пришлось признать, что выбор Шалти доставляет ему беспокойство. Рассудив так, он высказал своё мнение:

— С этой точки зрения господин Демиург был бы лучшим выбором. Он, как и Аура своим дыханием, может свободно контролировать волю других.

У Демиурга был особый навык «Проклятье доминирования» — могущественная техника контроля разума, и в миссиях, требующих захвата цели, она была бы в особенности эффективной.

— ...Э? — Шалти вдруг издала звук невообразимо низкого тона.

Атмосфера в карете потяжелела, воздух стал просто ледяным.

Даже лошади это почувствовали — карету сильно тряхнуло. Сидевшие по обе стороны Шалти вампиры побледнели ещё сильнее, а Солюшн, сидевшая возле Себастьяна, задрожала. Даже у Себастьяна, который был уровня Шалти, пробежали по коже мурашки.

Намерение убийства самого сильного Стража Назарика. Её враждебность говорила, насколько же её ссоры с Аурой были игривым подшучиванием. Если с ней совершить оплошность, это точно приведёт к битве насмерть.

Глаза у неё налились кровью. Начиная с красных зрачков, глаза стали полностью красными.

— Себастьян... можешь повторить? Или ты, драконит, хочешь использовать свою форму... — полностью красные глаза задвигались: — ...и сражаться насмерть?

— Я оговорился, прости. Я просто чувствовал беспокойство, было бы чудесно, если бы ты не активировала «Кровавое безумие».

Шалти ответила ему молчанием.

Себастьян понял — её молчание означает, что она тоже обеспокоена своим состоянием.

В Иггдрасиле у могущественных профессий были слабости, чтобы сбалансировать игру. И одной из слабостей Шалти было «Кровавое безумие», чем больше крови получает её тело, тем сильнее становится желание убивать. Хотя боевая мощь возрастет, ценой будет потеря контроля над разумом.

Аинз выбрал Шалти, которая могла пренебречь приказами или даже утратить контроль, для этой мисси, пользуясь методом исключения. Альбедо нужно было защищать Великий Склеп Назарика, а из оставшихся двоих стражей — Шалти и Коцита — она сильнее походила на человека.

Шалти несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула. Похоже, она успокаивала себя и в то же время подавляла беспокойство в сердце. После последнего, самого глубокого вздоха, Шалти стала обычной собой — соблазнительной и страстной девушкой, — а к её глазам вернулся обычный цвет.

— ...Проще говоря, они станут рабами, после того как мы высосем их кровь, так что так будет намного проще. Нет необходимости приводить их живыми, владыка Аинз это уже сказал. Кроме того, я, безусловно, буду подавлять «Кровавое безумие».

Высосав всю кровь, вампиры могли превратить цель в низкоуровневую нежить, которая будет слушаться всех приказов хозяина. Вампиры могли лишь создавать низших вампиров, у которых интеллект значительно ниже их собственного, но Шалти могла создавать вампиров с интеллектом человеческого уровня.

Хотя были ограничения в количестве созданных вампиров, Шалти можно считать отличным охотником, если только не имеет значения, умрёт ли добыча или нет.

— Так что не нужно больше ничего говорить, я закончу задание владыки гладко. Он похвалит меня «Молодец, Шалти, ты мой самый важный раб», а потом скажет «ты лучше всех подходишь на место рядом со мной».

— Пожалуйста, простите мои поверхностные мысли. — Себастьян был искренним, и кроме извинения за грубость в отношении Шалти, он извинился ещё перед кое-кем. — Я не осознал, что мои слова также неучтивы по отношению к владыке Аинзу, который тебя выбрал, мне очень жаль. Простите, что я вам не угодил.

Затем он опустил голову и извинился также перед Солюшн и вампиршами... в эту секунду карета сильно затряслась, а тащившие её кони заржали.

— ...Похоже, карета останавливается.

— Верно.

Шалти, которая уже представляла, как хозяин похвалит ее после завершения миссии, наконец очнулась от состояния счастливой полудрёмы. Она ухмыльнулась, будто озорная девушка готовит шутку, а Себастьян улыбнулся, поглаживая бороду.

Часть 4

Из ближайшего леса вышло десять крепких мужчин. Они стали вокруг кареты полукругом. У всех была разная экипировка, и хотя её качество было не очень высоким, плохой её тоже не назовёшь. И оружие тоже было подобрано весьма тщательно.

Мужчины говорили о том, что делать с добычей, кто будет первым. Очевидно, они были самодовольны. В конце концов, они уже делали это раньше. Этот раз ничем не будет отличаться, так что нет причин нервничать.

Зак спрыгнул с кареты и махнул им рукой.

Прежде чем спрыгнуть, он перерезал поводья, чтобы нельзя было уехать, а также сломал одну дверцу кареты, чтобы карета открывалась только с одной стороны, со стороны мужчин.

Они выставили напоказ оружие, чтобы видела добыча. Будто молча предупреждая, что если те не выйдут немедленно, им будет очень больно.

Словно реагируя на предупреждение, дверца кареты медленно открылась.

Под лунным светом появилась прекрасная девушка. Собравшиеся наёмники и бандиты похотливо улыбнулись и посмотрели на неё полными вожделения глазами. Они явно наслаждались.

Однако кое-кто был удивлен — Зак.

«Кто это?»

Зак никогда не видел этой красотки, но ведь с каретой он был знаком. Он лишился дара речи.

Затем после неё появилась ещё одна девушка в таком же наряде. Некоторые из мужчин озадачено улыбнулись, ведь целью должна была быть одна доверчивая богатенькая девочка и старый дворецкий.

Однако за ними двумя появилась ещё одна, на вид юная девушка. Это заставило их забыть все сомнения.

Её шёлковые волосы блестели под лунным светом, а маленькие, багровые глаза казались настолько соблазнительными, будто не от мира сего.

При виде такой красоты бандиты могли лишь вздыхать. Они даже комплимента не могли сказать, столь велико было их изумление. Даже животное усмирится, если вдруг увидит истинную красоту.

Купаясь во взглядах очарованных мужчин, Шалти показала до непристойности обольстительную улыбку. Затем беспечной походкой подошла к мужчинам.

— Спасибо, что собрались здесь ради меня. Ах да, кто из вас лидер? Могу ли я с ним провести переговоры?

Увидев, что взгляды бандитов устремились к одному из них, Шалти получила информацию, которую хотела. А значит, кроме того одного, остальные не нужны.

— О... о чём ты хочешь договориться? — увидев самую прекрасную девушку в своей жизни, мужчина, который, похоже, был их лидером, наконец совладал с собой и шагнул вперед.

— Аах, извини. Я пошутила, чтобы получить информацию. Прошу прощения.

— Кто, чёрт возьми, вы такие...

Шалти посмотрела на задавшего вопрос Зака.

— Так ты парень по имени Зак? Я, как и обещала, отдам тебя Солюшн, так что можешь, пожалуйста, отойти в сторонку?

Несколько наёмников растерялись, и в поисках ответов посмотрели друг на друга, но среди них...

— Ха, просто маленькая девка. У тебя красивое тело, я заставлю тебя плакать.

Бандит, который по случайности оказался перед Шалти, потянулся, чтобы коснуться большой груди, которая не подходила такому юному телу. Но потом... рука упала на землю.

— Можешь не касаться меня своими грязными лапами?

Потрясённый мужчина посмотрел на руку, которая осталась без кисти. Через мгновение он застонал:

— Агххх... рука, моя рука!..

— Ты потерял лишь одну кисть, почему так визжишь? Можешь ли ты называть себя мужчиной? — прошептала Шалти и равнодушно махнула рукой. Голова мужчины упала на землю.

Как она смогла отрезать голову, пользуясь не чем иным, как безоружной и тонкой рукой? Будто сцена из кошмара, слишком нереально, бандиты ужаснулись. Но из-за потрясения они стояли как вкопанные. Однако грядущий ужас вернул всех в реальность.

Из шеи хлынула кровь, словно фонтан. Будто у неё появилась своя воля. Кровь собралась в шар над Шалти.

Её спутницы знали, что эта сцена вызвана её особым навыком, «Кровавым бассейном». Но бандиты не знали о таком нечеловеческом навыке. Первое, что им пришло в голову:

— Заклинатель!

Если бы кто-то из них хорошо понимал магию, они бы сумели выдать более конкретное предупреждение. «Заклинатели» — общий термин, в зависимости от специализации были разные маги, и способы борьбы с каждым из них отличались друг от друга. Как только они увидели платье Шалти, первое, что должно было прийти в голову, — магия, основанная на колдовстве, затем способность контролировать разум. Поскольку никто не выдал никакого конкретного предупреждения, можно было с уверенностью сказать, что у них отсутствуют какие-либо фундаментальные знания о магии.

Шалти поняла, что эти мужчины ничего больше не знают, и посмотрела на них без интереса. Паникующие бандиты поспешно подняли оружие, чтобы защититься.

— Как скучно, остальное оставляю вам, девочки. Оставьте лишь этого и вон того... поняли?

— Да, госпожа Шалти.

Вампиры, следовавшие за Шалти, вышли вперёд и ударили бандита, который замахнулся мечом на Шалти, в лицо, тот отлетел назад.

Казалось, будто его со всей силы ударили металлической палкой.

Звук был похож на тот, который издаёт при лопании заполненный водой шар. Бандит полетел по воздуху в сопровождении брызг крови и мозгового вещества. Жидкость блеснула в лунном свете, а из-за витающего ужаса картина была ещё прекраснее.

Больше половины черепа оторвалось. Мозг выпал из проломленного черепа и лишь тогда тело наконец упало на землю со звуком всплеска воды. Из-за чего на бандитов нахлынул ещё больший ужас и страх, но это был лишь первый звоночек битвы, так сильно обрадовавшей Шалти.

Зак натянуто улыбнулся, гладя на сцену перед собой.

Сцена за пределами человеческого понимания.

Тошнотворный запах крови, вызванный жуткими убийствами.

Руки и ноги рвались, будто бумага. Голова, которую схватили обеими руками, взорвалась, словно раскрылся гранат.

Одному из бандитов, сняв броню, голой рукой пробили живот. Влажные и блестящие кишки были вытащены на несколько метров. После этого бандит всё ещё был жив. Это показывало, насколько люди стойкие.

Один ползал и катался от боли по земле. Поскольку он пытался сбежать, обе его ноги были зверски переломаны. На ногах даже издали виднелись белые точки, — кости, до которых добрались через мышцы и кожу. Но всё равно он пытался убежать из ада и ужаса, уползти на руках. Он хотел жить, даже если это каких-то пара мгновений.

Девушка с потусторонней красотой посмотрела сверху вниз на мужчин, молящих сохранить им жизнь, и пронзительно засмеялась.

Как всё так обернулось...

Зак попытался найти ответ.

Какими бы достойными словами ни пользоваться, нельзя скрыть то, что живые существа следуют концепции «выживает наиболее приспособленный». По сути, весь рост живых существ заключался в охоте сильных на слабых. Таков естественный порядок. Зак в это верил и всегда этому следовал. Но можно ли сильным так переходить все границы?

Конечно нет, он просто не мог признать такое жестокое и жуткое убийство, но что он может сделать? Враг просто случайно на него ещё не напал. Если попытается бежать, враг что-то предпримет, чтобы не дать ему уйти, причинит такие же болезненные и страшные пытки, за которыми он только что наблюдал.

Зак схватился за одежду и почувствовал форму меча, который был скрыт под ней.

Почему меч такой маленький? Им ведь невозможно сражаться против монстров, которые с легкостью обезглавливают людей.

Тогда что же делать? Он не мог представить, что хоть как-то может навредить тем монстрам.

Зак, похоже, пытался спрятаться. Он присел и прикрылся обеими руками. Почему зубы стучат так громко? Что же будет, когда монстры услышат и придут за мной?

Хотя он изо всех сил попытался успокоиться, ведь от этого зависела его жизнь, всё же не смог перестать стучать зубами.

К слову, кто, чёрт возьми, эти люди? Зак совершенно их не узнавал.

Пока он думал...

— Господин Зак, подойдите сюда.

Вдруг позади послышался сладкий голосок, который не вязался с жестокой сценой перед ним.

Он с ужасом обернулся и увидел свою нанимательницу.

Лицо госпожи не было её обычным высокомерным. Будь он спокойным, насторожился бы, но он был сильно сбит с толку сценой ужаса, наполненной зловонием крови, его рассудок был слишком затуманен, чтобы заметить её необычное поведение.

— Что это за монстры?! — накричал Зак на якобы доверчивую и богатую девочку (Солюшн): — Если там были такие монстры, почему ты мне не сказала! — Верно, если бы он знал, такого бы не случилось. В таком ужасе виновата эта сука. — Скажи что-нибудь, быстрее скажи! Знаешь? Всё это из-за тебя!

Из-за страха Зак разозлился и стал нетерпеливым. Он порывисто схватил Солюшн за воротник и грубо её потряс.

— ...Я поняла, пожалуйста, пошли со мной.

— Ты... ты меня спасёшь?

— Нет, раз это моя последняя возможность, я хочу насладиться тобою полностью.

Холодная и чистая рука схватила руку Зака. Солюшн отвела его в сторону.

— Господин Себастьян не очень любит такие вещи. Хотя я уже получила разрешение, я всё же хочу, чтобы мы отошли чуть подальше.

Зак не понимал, что она говорит, но он подумал, что если его отведут в другое место, то, может быть, он спасётся. Зак сделал вид, что не слышит нескончаемые стоны и вопли, идущие из-за спины. Ничего не поделаешь, ведь Зак был так слаб. Спасти товарищей, которые были намного сильнее него, просто невозможно.

— Пожалуйста, не будь слишком груб, если возможно... будь нежным, тогда я буду очень счастлива, — прошептала Солюшн, приведя его за карету. Она потянулась рукой за спину, будто чтобы снять прекрасное платье. Зак был поражен. Что девка делает? Он глядел так, словно впервые в жизни увидел странное создание, и он не мог отвести от неё взгляд. Похоже, она не собиралась останавливать руку. Потрясенный Зак открыл рот и спросил:

— Т... ты... Что ты делаешь?

— А на что это похоже?

Солюшн продолжила медленно снимать корсет.

Будто ожидая этого мгновения, освобожденные холмы подпрыгнули. Изящная и дерзкая круглая форма, а белая кожа, словно снег, светится под лунным светом.

Зак сглотнул.

— Пожалуйста. — Будто умоляя о нежном касании, Солюшн повернулась грудями к Заку.

— Что ты хочешь, чтобы я сделал...

Зак забылся, он уставился на обнаженное тело перед собой.

Такое прекрасное, эта девушка имеет самое прекрасное и соблазнительное тело из всех женщин, которые были у Зака.

Из тех, которых Зак обнимал раньше, самой красивой была девушка из кареты, на которую они напали до этого. Но когда настала очередь Зака, девушка уже смертельно устала и лежала без движений. Она лишь широко раздвинула ноги, будто жаба. Тем не менее он считал её прекрасной и сексуальной.

Но девушка перед ним была даже красивее неё, и не безжизненная, как тогда.

Сгораемый желанием, он почувствовал тепло в паху. Он мог лишь тяжело дышать, будто собака, и протянуть руку к телу Солюшн.

Словно касаешься шёлка, таким было ощущение.

Он не утерпел и схватил её дерзкую грудь.

Рука будто бы утонула в ней.

Так мягко, словно бы в неё погружается вся рука, так Зак сначала подумал. Но посмотрев на руку, он понял, что это не так.

Рука Зака буквально погружалась в тело Солюшн.

— Чт... что это за чёрт?!

Невообразимое зрелище заставило Зака закричать и попытаться вынуть руку. Но как бы сильно он ни пытался, сделать это у него не получалось. Он не только её не вытянул, оно пыталось его затянуть. Будто множество тентаклей из тела Солюшн крепко обхватили руку и продолжали затягивать внутрь.

Красивое и гармоничное лицо в таких странных обстоятельствах оставалось спокойным, она лишь молча смотрела на Зака. Будто учёный смотрит на лабораторную крысу, которой ввели смертельный яд, она смотрела на него взглядом, в котором была как беспощадность, так и большое любопытство.

— Эй, п... прекрати! Отпусти меня!

Зак сжал другую руку в кулак и собрал всю силу, чтобы ударить красивое лицо Солюшн.

Один, два, три раза...

Всё нормально, даже если Зак поранит кулак, он использует всю свою силу, чтобы бить её по голове. Однако, хоть её и бил взрослый мужчина, её лицо оставалось беззаботным, и даже ни капли не дёрнулось. Будто бы она не чувствует никакой боли.

Но для Зака, который боролся за свою жизнь, чувство было необычным и незнакомым. На теле все волосы встали дыбом, но он продолжал бить. Казалось, словно он бьет кожаную сумку, наполненную водой. Обычно, когда ударяешь кулаком, тот отскакивает. Но вся его сила поглощалась, и не было никакого чувства, что он попадает по костям. Такое не должен ощущать тот, кто кого-то бьет.

Его отвлекла похоть и возбуждение, но теперь он вдруг вспомнил сцену ада и мерзости.

Зак подавил порыв закричать.

Он в конце концов понял.

Эта нагая девушка тоже монстр.

— Наконец-то заметил? Ну тогда перейдём к главному акту?

Он не успел ответить, как почувствовал, будто сотни тысяч иголок вонзились в руку, боль почти заставила его потерять сознание.

— Аааааа!..

— Я растворила твою руку.

Чувствуя сильную боль, он услышал её холодный голос, но не смог понять смысл слов. Это уже вышло за рамки его понимания.

— Честно говоря, мне нравится наблюдать, как что-то растворяется. Поскольку господин Зак сказал, что очень хочет зайти в меня, наши чувства взаимны. Меня очень радует, что ты так думаешь.

— Аааа! Умри, монстр!

Пытаясь совладать с болью, Зак вытянул спрятанный меч. Со всей силы он проткнул красивое лицо Солюшн. В результате чего та чуть качнулась.

— Так тебе и надо!

Но Зак заметил, что так думать ещё рано. Чем это отличается от удара по пруду? В лучшем случае появится маленькая рябь на поверхности воды, и всё.

Даже с мечом в лице взгляд Солюшн оставался всё таким же холодным. Внимательно глядя на Зака, она прошептала:

— Мне очень жаль, у меня иммунитет к физическим атакам, так ты мне не навредишь. Это тоже следует растворить.

Завоняло кислотой. Через пару секунд из лица Солюшн рукоять меча упала на пол. Перед глазами Зака снова появилось безукоризненное лицо, такое же, как прежде.

— Кто... кто ты? — спросил он со слезами на лице. Боль в руке не ослабла, но страх был ужаснее боли. О ней он уже почти забыл.

Но ответ был настолько жутким, что ему захотелось прикрыть уши.

— Я — хищный тип тины. Время ограничено, так что сейчас я тебя проглочу.

Тело Солюшн стало затягивать ещё сильнее, мало-помалу он оказывался всё ближе к ней. Вырываться было бесполезно.

— Прекрати, прекрати, прекрати, пожааалуйстааааа!.. Пожалуйста, простите, сохраните мне жизнь!..

Зак кричал и плакал, продолжая молить о пощаде. Но затягивающая сила была столь огромной, что простой человек не мог ей противостоять. Рука, плечо, верхняя половина тела, всё продолжало поглощаться.

— Лилия! — Зак выкрикнул имя, будто последнее слово, и его голова была полностью поглощена Солюшн. Словно змея, полностью заглатывающая добычу. Всё тело Зака теперь было внутри Солюшн...

С нападения прошло лишь несколько минут, но выживших не осталось. Повсюду витал запах крови, довольно неприятный для носа.

Нет, один мужчина был всё ещё жив. Он лежал под Шалти на коленях и отчаянно облизывал. Он вылизывал от крови и мозгов её высокие каблуки, которые вымазались, когда она забавы ради наступила и раздавила череп бандита.

Шалти удовлетворённо посмотрела на свой теперь чистый и сияющий каблук.

— Спасибо, что потрудился. Как и обещала, я сохраню тебе жизнь.

Мужчина показал уродливую гримасу. Он, продолжая ползать, посмотрел на неё с благодарностью. Шалти нежно улыбнулась похожему на собаку мужчине, и указала пальцем.

— Пейте.

К ней подошли две вампирши, мужчина понял, что она имеет в виду.

— Ты по-прежнему будешь жить, но как нежить, как видишь, я не солгала, уяснил?

Не в состоянии сдерживаться, вампирши впились в мужчину. Пока жизненная сила уходила с каждым глотком, Шалти посмотрела в сторону. В помятой одежде и взъерошенным воротником из-за кареты вышла Солюшн.

— Хм, так ты уже закончила?

— Да, я очень удовлетворена. Спасибо огромное, госпожа Шалти.

— Не стоит благодарности, ведь мы обе товарищи из Назарика. Так тот человек развлекается?

— Сейчас он наслаждается, хотите взглянуть?

— Э? Правда? Тогда покажи мне немного.

Вдруг в воздухе повис острый запах, и из лица Солюшн вылезла человеческая рука. Из-за сильной кислоты кожа исчезла, а мускулы наполовину растворились. Поскольку из мускулов сочилась кровь и вступала в реакцию с кислотой, выделялся кислотный дым.

Выглядело так, словно рука вылезла из пруда, пытаясь за что-то ухватиться, ведь она сильно махала и крутилась. Каждый раз, когда она делала усилие, из разложенных мускулов вытекала жидкость и кровь.

— Простите, я не знала, что он ещё такой активный, — извинилась Солюшн. Рука так и продолжала торчать из её лица. Затем она резко запихнула её обратно внутрь и снова улыбнулась.

— Впечатляюще! Хотя ты заглотнула человека полностью, со стороны это вообще не заметно.

— Спасибо за комплимент. Снаружи это не скажешь, но внутри меня довольно просторно. Думаю, там применяется какой-то магический эффект.

— Хмм, ясно... Надеюсь, я не сую нос в твои дела, но когда он умрёт?

— Ну, если я захочу убить немедленно, могу выделить более сильную кислоту, но это такой редкий случай, когда мужчина желает в меня войти, так что я хочу, чтобы он насладился мной по крайней мере день или два.

— Я не слышу никаких криков, это из-за кислоты?

— Вовсе нет. Я могла бы кислотой разъесть его голосовые связки, но тогда он может умереть от удушья, так что я частью своего тела вошла ему в горло и подавила крики. Это также не даёт просачиваться мерзкому запаху.

— Ты так заботишься о своей игре, я впечатлена, что ты можешь играть с ним до самого последнего момента. А ты можешь выбирать, какую часть тела растворить? Например, если захочешь, чтобы растворилась только какая-то одна часть добычи?

— Да, без проблем, на самом деле это довольно легко. Я ведь храню в себе немного зелий и свитков, и они невредимы. Я смогу свободно двигаться, даже если в меня войдёт госпожа Шалти, конечно, если только вы не будете слишком много двигаться.

— Хищные тины впечатляют... нгх. Следующий раз поиграем вместе?

— Конечно, но... где вы найдёте игрушки?

Шалти заметила, что Солюшн смотрит на вампирш, и с наслаждением улыбнулась.

— Эти девочки довольно забавны, но я хочу подождать, пока кто-то не будет схвачен при попытке вторжения в Назарик. Я попрошу владыку Аинза отдать их мне.

— Хорошо, пожалуйста, оставьте немного и мне. В следующий раз я хочу поглотить кого-то до груди, а остальную часть оставить снаружи. Так весело будет.

— Неплохо, ты должна поладить с той инквизиторшей.

— Имеете в виду госпожу Нейронист, особого дознавателя? Жаль, но я не слишком хорошо понимаю её искусство.

Шалти хотела продолжить болтать с Солюшн, но из-за спины послышался голос и прервал их разговор.

— Солюшн, подготовка завершена. Время уезжать, — заменив поводья коней, Себастьян прокричал с места возничего кареты.

— Хорошо, иду. Ну, тогда, госпожа Шалти, хотя я и хотела бы ещё поговорить, мне надо идти.

Шалти посмотрела Солюшн в спину, когда та поспешила в карету, затем на Себастьяна, сидевшего на месте возницы.

— Что ж, Себастьян, думаю, я временно вас покину.

— Хорошо, ты обнаружила их логово?

— Да, я иду туда сейчас же. Надеюсь, там окажется кто-то с полезной информацией, которая осчастливит владыку Аинза. Потому что в этот раз, кажется, наши усилия оказались тщетны.

— С тобой было приятно работать, госпожа Шалти.

— Спасибо за усердие, встретимся в Назарике.

— Да, береги себя...

Глава 2. Истинный вампир

Часть 1

Через лес на полной скорости неслись две тени. Это были слуги и наложницы Шалти, вампирские невесты.

Они пробирались по узкой тропе, на которой иногда встречались ветки с шипами. Но, несмотря на это, на одежде не было ни царапинки. И даже на высоких каблуках две вампирши двигались на невообразимой скорости.

Та, что бежала впереди, осторожно несла Шалти, а та, что сзади, — тянула что-то похожее на высушенное, старое бревно.

Сейчас они были не так уж и далеко от того места, где расстались с Себастьяном. Хотя расстояние до места назначения измерить было невозможно, они всё же знали, что идти туда долго. Вдруг раздался лязг металла и вампирша, бежавшая впереди, остановилась.

Поскольку тропинка была узкой, той, что следовала за ней, тоже пришлось остановиться.

— Почему ты вдруг остановилась?

Когда она собиралась ответить, ледяной взгляд госпожи, которую она несла в руках, заставил её задрожать. По спине поползло чувство опасности — ведь она знала, что хозяйка не добрая и не прощает ошибок.

Её хозяйка, Шалти, которую она несла, будто принцессу, двинула ногой от неудовольствия. Почувствовав намёк, вампирша опустила руки. Шалти спрыгнула, будто птичка, вылетевшая из клетки. После краткого полёта в воздухе, изысканная пара ног на высоких каблуках приземлилась на землю. После чего опустилось и платье, скрывая ноги из поля зрения.

Шалти в раздражении откинула длинные серебряные волосы, и склонила голову набок. Под её ледяным взглядом вампирша невольно сглотнула от страха.

— В чём проблема?

Шалти не бежала просто потому, что это было хлопотно, и потому, что не хотела вымазать обувь. Была ещё одна причина, но никто из присутствующих не мог даже подумать о ней, не то что высказать. Даже в Назарике лишь немногие смели говорить это в её присутствии.

Вампирша, как её слуга, была её ногами, ей запрещалось останавливаться, пока этого не пожелает сама Шалти. Ноги, которые не слушаются хозяина, — бесполезны.

В зависимости от причины она может получить суровое наказание.

Нет, будет облегчением, если её лишь накажут. В вопросе хозяйки вампирша ощутила намерение убийства.

Исключая тех, кто напрямую создан высшими правителями Великого Склепа Назарика, власть над жизнью и смертью остальных слуг находится у Областных стражей и Стражей этажей. Если рассердит Шалти ещё больше, то точно умрёт.

Осознавая, что следующие слова могут оказаться последними, вампирша медленно открыла рот, моля о прощении:

— Пожалуйста, простите. Я попала в медвежий капкан.

Шалти перевела взгляд на ноги вампирши и увидела, что та и вправду попала в усиленный стальной капкан.

Капкан был не на людей, а, скорее, на диких животных вроде медведей. Если бы в него попал человек, капкан переломал бы ему кости, даже если бы он был в поножах. Однако вампир совершенно отличался от обычного человека. Хотя капкан крепко защелкнулся вокруг лодыжки, не то что перелома не было, она даже боли не почувствовала. Она, похоже, даже не считала это травмой.

Естественная защита вампиров позволяла им выдерживать большинство физических атак. Чтобы их победить, нужно использовать магическое оружие, созданное из серебра или аналогичного металла. Само собой разумеется, обычный капкан на медведя не сильно поранит вампира, и как только он освободится, оставленные зубьями отверстия на коже исцелятся мгновенно.

Но хотя капкан не нанёс урона, он оказался эффективной ловушкой. Прежде всего, из-за отсутствия яда было очевидно, что капкан не смертелен. Он предназначался для того, чтобы появился раненный и противники стали двигаться медленнее.

— Поспеши и освободись.

— Да! Поняла!

Получив приказ Шалти, вампирша своими тонкими руками схватила обе стороны капкана и потянула. Не в состоянии выдержать силу, превосходящую медвежью, капкан открыл челюсти и освободил добычу.

Красотка открыла медвежий капкан. Сюрреалистическая сцена. Для тех, кто не знает силу вампира.

— Раз тут ловушка, мы, похоже, не так уж и далеко от места. Полагаю, оно немного дальше.

— Да. Пожалуйста, подождите секунду.

Вампирша, которая находилась позади, бросила на землю то, что несла.

Это, похоже, был мумифицированный человеческий труп. Но они никогда бы не потрудились взять с собой обычный труп. Распластавшись на земле, тело подало признаки жизни.

Руки заканчивались острыми когтями. В пустых глазницах горел красный свет, такой же, как у вампиров. Из чуть приоткрытого рта выглядывали острые клыки.

Низший вампир.

Это был один из бандитов, у которого выпили всю кровь.

— У меня есть вопрос. Мы возле твоего убежища?

Низший вампир повернулся к своей хозяйке и кивнул. Он издал какой-то звук, что-то среднее между стоном и криком.

— Оно говорит, что да, госпожа Шалти.

— Понятно. Интересно, почему сюда не установили больше ловушек?

Вместо того чтобы останавливаться на одном медвежьем капкане, разумнее было бы подготовить систему тревоги с множеством ловушек. Однако их нигде не было видно.

Шалти начала осматривать окрестности. Полагая, что хозяйка ищет людей, которые скрыли своё присутствие, две вампирские невесты последовали её примеру. Они остановились лишь когда Шалти покачала головой.

— Всё нормально. У вас всё равно нет поисковых навыков...

Услышав, как хозяйка прошептала эти слова, вампирша осознала, почему её простили. Включая её хозяйку, у них троих не было навыков поиска ловушек, вот почему никто не заметил тот медвежий капкан прежде, чем он сработал. Скорее всего, поэтому её и пощадили. Хозяйка не наказывает тех, кто провалил задачу, которую невозможно выполнить.

— Наверное, следовало позаимствовать девочку.

У Солюшн был такой класс, который имел дело с убийством. Она также обладала навыками класса вора, так что с легкостью могла обнаружить ловушки.

— Что ж, поздно жаловаться. Давайте поспешим к бандитскому логову.

Деревья начали редеть и в конечном итоге полностью исчезли. Вскоре они добрались до логова наёмников. Их встретила протяжённая равнина с несколькими камнями, торчащими из земли.

Они прибыли на землю карстов.

В сердце долины, по форме напоминающей цветок, находилась большая дыра. Из неё исходил слабый свет. Судя по всему, там пологий склон, уходящий вниз.

Два образования, которые возвышались по обе стороны входа в пещеру, были, очевидно, рукотворными. Там стояли две ничем не примечательные деревянные баррикады, каждая высотой с полчеловека. Это были просто сложенные и связанные брёвна. На входе стояло два охранника, каждый у своей баррикады. Похоже, при нападении баррикады будут защищать от стрел, пока часовые будут поднимать тревогу.

Если нападёт обычный отряд, на открытом пространстве его будет хорошо видно и придёт подкрепление. Ранняя тревога позволит хорошо подготовиться. А скрытно подойти невозможно. Бандиты очистили местность от любых достаточно больших валунов, за которыми может спрятаться человек.

Кроме того, у часовых на шее висел колокол. Даже если неожиданным нападением их убьют, громкий звон предупредит тех, кто внутри.

Они выстроили хорошую оборону.

Однако пробиться через такую, казалось бы, идеально выстроенную оборону один способ существовал.

Магия.

Наложить «Тишину» и убить часовых, или подойти с «Невидимостью», или выманить их «Очарованием человека». К тому же можно было уничтожить колокола напрямую.

Думая над тем, какой подход самый приятный, Шалти осознала, что ей недостаёт ключевой информации.

— Там только один выход?

Низший вампир жёстко кивнул головой.

Лицо Шалти расцвело улыбкой. В таком случае думать больше не о чем.

Сильно укреплённая позиция хороша против внезапных нападений, даже если противник превосходит числом. Но это не относится к Шалти и её вампиршам.

Для тех, кто обладает непреодолимой силой, не представляет никаких трудностей напасть на этих людей в лоб. Раздавить их, как насекомых, кем они и являются. Единственным беспокойством был бы другой выход, через который добыча могла сбежать.

— Что ж, мы сюда прошли весь этот путь, так что скрываться нет смысла, разве не так? Ведь прятаться, словно шпион, не в моём духе.

— Госпожа Шалти вы как всегда ослепительны.

— Говорить очевидное не является лестью. Если захочешь мне польстить, выбирай слова тщательнее.

Не обращая внимания на мольбу слуги о прощении, Шалти протянула руку и схватила низшего вампира.

— Я даю тебе важную миссию побыть авангардом. Теперь иди.

Махнув изящной рукой, Шалти кинула низшего вампира. Раздался звук, словно воздух рвётся на части. Тощее, похожее на труп тело множество раз перевернулось в воздухе, летя по спирали к одному из часовых.

После удара голова и грудь часового взорвались, превращаясь в кровавый туман. В такую сцену было трудно поверить. В воздухе запахло свежей кровью. Другой часовой изумленно посмотрел на останки своего напарника, будто не мог уразуметь произошедшее. Восхитительное зрелище для той, кто совершила бросок.

— Страйк!

— Невероятно, госпожа Шалти.

Две вампирши оживлённо захлопали в ладоши, а Шалти торжественно подняла руки. Само собой разумеется, тело низшего вампира уничтожилось вместе с часовым, но это никого не заботило. Поскольку он даже не был членом Назарика, не было необходимости печалиться из-за смерти игрушки.

К тому же Шалти просто не могла запомнить обещание, данное человеку.

— Хм, там ведь ещё один?

Когда Шалти осмотрелась, две вампирши быстро передали ей достаточно большой камень.

— Омпх.

Когда вдалеке зазвенел колокол, Шалти подняла большой камень. Рука задвигалась с устрашающей скоростью. Секундой позже она счастливо объявила о своём достижении:

— Хмм. В этот раз... назовём это... двумя страйками.

Снова аплодисменты.

В пещере зашевелились часовые, услышавшие колокол, возвещающий о вражеской атаке. Они были столь шумными, что было слышно, на каком расстоянии от поверхности они бегут.

Шалти, слыша всё нарастающий шум внутри пещеры, мягко улыбнулась и скомандовала:

— Вперёд. Ты, взберись на дерево и следи, чтобы никто не сбежал. А ты вставай и иди впереди меня. Но если появится сильный враг, он мой. Не забудь мне о нём сообщить.

— Слушаюсь, госпожа Шалти.

— Удачи.

Получившая приказ вампирша пошла впереди Шалти. Когда она медленно пошла ко входу в пещеру... вдруг исчезла. Земля провалилась, нет, это была ловушка.

Шалти, возможно, успела бы уйти, но у обычного вампира было недостаточно проворства, чтобы среагировать на то, что под ногами исчезла земля.

— Ав.

Вампирша была низкоуровневым слугой, у которого не было никаких навыков обнаружения ловушек. Такой исход был неотвратим. Шалти это знала, вот почему простила её за предыдущую ошибку. Но тем не менее она не могла сдержать разочарование. С её губ сорвался смех. Он не был ни неловким, ни сладким.

Если подумать, то вполне очевидно, что они установят перед входом ловушку. Собственная глупость из-за неспособности понять это заранее усугубилась тем, что слуга в самом деле в неё угодила. Эти мысли завертелись у неё в голове и проявились в виде улыбки на лице.

Прежде всего, она не могла стерпеть, что слуга Шалти Бладфолен, Стража, который отвечает за несколько этажей Великого Склепа Назарика, попалась в такую жалкую ловушку.

С её алых губ сорвались слова, наполненные намерением убийства:

— Я тебя убью, вылезай сейчас же.

Сделав большой прыжок, вампирша показалась у края ловушки. За исключением испачканного платья, она была невредимой.

— Не разочаруй меня снова.

— Простите...

— Оставь это. Поспеши. Или хочешь, чтобы я тебя бросила, как тот мусор?

Видя, как Шалти сделала жест, будто чтобы схватить её, вампирша поняла, что хозяйка имеет в виду, и чуть взвизгнула. Наблюдая, как слуга поспешила в пещеру, Шалти медленно последовала за ней.

Часть 2

Мужчина, сидевший в отдельной комнате и обслуживающий своё оружие, остановился и прислушался.

Суматоха, слабые крики вдали.

На них, очевидно, напали, но сила и количество противников были неизвестны, несмотря на то что они были обучены криком передавать такую важную информацию.

И не услышать их было невозможно. Хоть он и был в комнате, она была не более чем импровизированным отверстием в стене с занавеской в качестве двери. И хотя занавеска была толстой, полностью блокировать голоса просто не могла.

Группа наёмников «Бригада смерти» насчитывала семьдесят человек. Хотя никто из них не был столь же силён, как он, некоторые были ветеранами, пережившими много битв.

Невозможно, чтобы такие люди сражались бездумно, словно новички, против уступающего в численности врага. Значит, враг прибыл крупными силами? Но для большой битвы шум был недостаточным, и также он не ощущал присутствия столь многих врагов.

— Тогда... искатели приключений?

Малые по количеству, но сильны в бою, это определенно имело смысл.

Мужчина медленно поднялся и прицепил оружие к поясу. Из брони на нём была кольчуга. Её было легко носить и быстро надевать. Затем он схватил кожаную сумку, в которой лежало несколько керамических бутылок с зельем, и узелком закрепил её на поясе. А раз ожерелье и кольцо, усиленные защитной магией, были уже надеты, подготовка была завершена.

Мужчина распахнул занавеску с такой силой, что та чуть с петель не сорвалась, и вышел в коридор.

На ровном расстоянии друг от друга висели фонари «Вечного света», было так ясно, что с трудом верилось, что это пещера. Под светом стало видно всего мужчину. Он был худым, но не тощим, мышцы были крепки, как сталь, и закалённые опытом, а не одной тренировкой. Волосы были подстрижены беспорядочно, длина была разной, и некоторые пряди торчали в разные стороны. Карие глаза смотрели прямо вперед, на губах была ухмылка. На подбородке виднелась щетина.

Хотя выглядел он неряшливо, двигался он гладко и элегантно, похоже на дикого зверя.

На пути к входу он встретил ещё одного мужчину, который направлялся в ту же сторону. В нём он узнал одного из союзников. Когда тот его заметил, лицо посветлело от облегчения, будто победа уже была у них в кармане.

— Что происходит?

— Вражеская атака, господин Брэйн!

Мужчина, Брэйн, горько усмехнулся и ответил:

— Я это знаю, кто атакует? Кто они?

— Их двое, две женщины.

— Женщины? И только две? Синяя Роза... нет, невозможно.

Чуть наклонив в задумчивости голову, Брэйн продолжил идти в сторону источника беспорядка.

Сильнейшая группа искателей приключений Королевства называлась «Синяя Роза», она состояла из пяти женщин. Однажды он столкнулся со старой женщиной, которая оказалась ему ровней, их битва окончилась ничьей. Также ходил слух, что сильнейший убийца Империи тоже женщина.

Сильные женщины не были редкостью. В конце концов, разница физической силы между мужчиной и женщиной легко перекрывалась магией.

Конечно, сильнейшее тело в сочетании с сильнейшей магической силой означало бы непобедимость.

Сердце Брэйна сгорало от нетерпения при мысли о сражении с противником, достаточно сильным, чтобы атаковать в лоб.

— А, можешь со мной не идти. Направляйся внутрь и усиль оборону, — сказав это наёмнику, Брэйн ускорил шаг.

Брэйн Унглас.

Бывший фермер, он был одарён тем, что можно охарактеризовать только как «божественный талант в искусстве владения мечом». А в сочетании с его природным талантом, с оружием в руке он никогда не проигрывал. Даже на поле боя он был гением, худшая травма которого была царапинкой.

С мечом он никогда не знал поражения и всегда шёл по пути победы.

Все вокруг него в это верили, и даже он сам никогда не сомневался в своих навыках. Однако на турнире во дворце Королевства в его жизни произошла разительная перемена.

Не то чтобы он участвовал с целью стать чемпионом. Он просто хотел показать свои навыки всему Королевству. Он верил, что они преклонят колено перед его силой. Но в итоге он столкнулся с невероятным обстоятельством.

Проигрышем.

Первым проигрышем с того времени, как он взял в руки меч, нет, наверное, с самого рождения.

И победил его человек по имени Газеф Строноф. Сейчас он служил воином-капитаном Рэ-Естиза, и даже в соседних странах был известен как сильнейший человек.

Они оба выиграли все свои битвы почти в мгновение, но бой между ними затянулся, будто они экономили всё своё время для этого одного боя.

В конце концов, Газеф окончил бой, используя свой боевой навык «Четырехкратный удар света». О той битве говорят и по сей день. Больше никто не сомневался в мужчине, который, выйдя из низов, стал воином-капитаном. Бой был такого масштаба, что даже дворянам, которым не нравился Газеф, пришлось признать, что он не слаб.

Победитель купался во славе, но для проигравшего словно обрушилось всё, что он до той поры построил. Хотя он сражался почти на равных, Брэйн понял, что его уверенность сильного была не более чем иллюзией, рождённой узостью мышления дурака.

На один месяц он заперся в своём мире. Обычный человек уже давно бы спился, но Брэйн откинул отчаяние и взял себя в руки. Он отверг многочисленные предложения работы от дворян, и впервые начал искать силу.

В погоне за силой он тренировал тело.

В погоне за магией он собирал знания.

Гений усердно работал, как обычный человек.

Поражение вознесло его на новый уровень.

Он отказался от предложений дворян, потому что не хотел, чтобы его навыки заржавели. Чтобы натренировать навыки до предела, нужны были противники. Поскольку он тренировался не ради показухи, ему нужна была работа, которая предоставляет широкие возможности реальных сражений, а также приносит деньги.

Было возможно попытать счастья искателем приключений, но этот путь для него был закрыт. В работе искателя приключений редко выпадает шанс сражаться против людей. Убивать монстров не так уж и плохо, но конечной целью Брэйна была победа над Газефом. А для этого нужны были противники-люди.

Поскольку вариантов было мало, он выбрал работу в качестве члена «Бригады смерти». Но, честно говоря, ему подошла бы любая группа наёмников.

Он имел лишь одну цель.

Очистить прошлый позор и превратить поражение в победу.

Чтобы получить силу для достижения своей цели ему нужно было оружие. Он был готов выбросить всё, что имел, ради оружия своей мечты.

Магическое оружие стоило дорого, но то, которое он хотел, было не каким-то там обычным магическим оружием.

Дальше на юге, за Королевством, посреди пустыни стоял город. Среди товаров, которые иногда текли из того города, было оружие, которое даже без зачарования было намного острее обычного магического оружия. Оно стоило так дорого, что если кто-то увидит цену, у него глаза выскочат из орбит. Вот какое оружие он хотел.

И затем он наконец сумел получить «Катану».

Сейчас сила Брэйна достигла пределов человеческого потенциала. Он был уверен, что с лёгкостью сможет победить Газефа. Тем не менее он ни разу не давал этой уверенности ударить в голову, и продолжал усердно тренироваться каждый день.

Закрыв глаза, он даже сейчас мог отчётливо увидеть образ Газефа во время их великой дуэли.

Он легко уклонился от атаки Брэйна, от которой до этого ни один человек не мог увернуться, и контратаковал четырьмя синхронными ударами.

Он уже не мог вспомнить, с каким видом проиграл. Вместо этого в памяти выжгло образ победителя.

Выход из пещеры уже был близко. В воздухе висел тяжёлый запах свежей крови. Криков он уже не слышал, похоже, все, кто сражался у выхода, были убиты. А прошло каких-то две-три минуты.

Десяти мужчинам, которых поставили у выхода, дали задачу сосредоточиться на обороне, чтобы выиграть время остальным для подготовки к битве. Убить их так быстро...

— Если их и вправду всего двое, они, должно быть, так же сильны, как я.

Лицо Брэйна разразилось в улыбке.

Продолжая идти быстрыми шагами, он выпил одно из зелий, которое достал из поясной сумки. Горькая жидкость потекла в горло и желудок. Затем он выпил ещё одну бутылочку.

Он почувствовал, как тепло из желудка распространилось по всему телу. А до ушей дошёл звук расширения мышц, которые становились сильнее.

Стремительные изменения были вызваны укрепляющими эффектами зелий.

Первым он выпил зелье «Малой силы», вторым — «Малую ловкость».

Чтобы зелье работало, его не обязательно было пить. Распылить правильную дозу на тело было достаточно. Но Брэйн всегда думал, что когда его пьёшь, оно каким-то образом становится эффективнее. Конечно, это могло быть просто воображение, но иногда из воображения можно почерпнуть силы.

Затем он извлёк из ножен катану и полил клинок маслом. Масло, излучая слабый свет, вскоре исчезло, будто катана его впитала. Масло называлось «магическое оружие», и хотя эффект был временным, оно усиливало лезвие магией, которая делала его ещё острее.

— Активировать один, активировать два.

Он произнёс ключевые слова, по которым срабатывало ожерелье и кольцо, тело окружила слабая магия.

«Ожерелье глаз», как и предполагало имя, при активации защищало ему глаза. Сопротивление слепоте, ночное зрение и световой фильтр. Воин, который не может попасть по цели, — бесполезен. У искателей приключений было обычной практикой лишать противника зрения или скрытно атаковать с расстояния. Однажды из-за таких тактик Брэйн им проиграл.

«Кольцо магического связывания» позволяло привязать к предмету низкоуровневое заклинание и вызвать его с кольцом в качестве катализатора. В его кольце была «Малая энергетическая защита», которая позволяла блокировать стихийный урон.

Если врагов и вправду только двое, такая подготовка просто необходима. В битве слишком поздно сожалеть о том, что не активировал эффекты заранее.

Таким образом, подготовка была завершена.

Он собрал появившийся в теле излишек тепла и высвободил его одним большим выдохом.

Сейчас усиленный Брэйн, вероятнее всего, достиг пика человеческой силы. С высокомерием, которое могло вытекать лишь из абсолютной уверенности в своих силах, Брэйн насмешливо думал об этом.

Лучше бы они стоили всех этих хлопот.

С каждым шагом запах крови становился всё сильнее... и наконец он увидел две тени.

— Вы двое, похоже, развлекаетесь.

— Вовсе нет, ведь вы слишком слабы. Я даже кровавый бассейн не могу заполнить.

Похоже, они совсем не удивились появлению Брэйна, будто уже знали, что он идёт. Впрочем, для него это не было неожиданностью, поскольку он не пытался скрыть своё присутствие.

Он бросил сердитый взгляд на двоих нарушителей.

— Мне сказали, что напали две женщины, но одна из них всего лишь ребёнок... и одета в платье?..

Он тут же откинул такие мысли. Над девочкой несравненной красоты парила сфера, которая, казалось, создана из крови.

— Я впервые вижу такую магию... ты заклинатель?

Заклинателям не требовались доспехи, это объясняло, почему они двое в таком месте одеты в платье.

— Заклинатель веры, последователь кровавого Бога Каинабела.

— Каинабел? Впервые слышу о боге с таким именем. Это злой бог?

— Да. Ну, в любом случае он был побежден Высшими существами. По их словам он был «слабым боссом ивента».

Отведя взгляд от девушки, говорившей какую-то несуразицу о Высших существах, Брэйн сосредоточил внимание на женщине, стоящей как слуга. Она тоже была красивой. Её пышная фигура была эротичной. Её белое платье покрывали алые пятна, должно быть, это она расправилась с караулом.

Брэйн просто пожал плечами и сжал катану.

— Что ж, это неважно. Я готов начать когда угодно. Если ты не можешь сказать то же самое, я могу и подождать. Ну так что?

Глядя на него удивлённым взглядом, девушка прикрыла рот, чтобы заглушить слабый смешок.

— Как смело с твоей стороны, а ты справишься в одиночку? Можешь позвать друзей, если хочешь.

— Мы оба знаем, что кучка третьесортных воинов ничего не изменит. Меня будет достаточно.

— Ты один из тех, кто не понимает, как высоко небо? Думаешь, сможешь коснуться звезд, просто протянув руку? Такими наивными должны быть дети вроде Ауры. Когда так думают взрослые — это отвратительно.

— Что не так с взрослыми? Девочка, неужели ты не понимаешь мужской романтики?

Брэйн встал с катаной в стойку. Видя это, девушка скучающе посмотрела в потолок и сказала:

— Можешь начинать, — сделала она жест подбородком, побуждая стоявшую рядом женщину броситься вперёд.

Она и вправду двигалась словно ветер, но... для Брэйна даже скорость ветра была не достаточно быстрой.

— Гаах!

Издав рёв, Брэйн собрал всю силу и ударил подобно буре. Удар был такой силы, что с лёгкостью разрубил бы бронированного человека пополам.

— Кух!

— Тцч, слишком мелко.

Остановившись в середине, вампирша схватилась за плечо и была вынуждена отступить. Катана оставила, начиная от ключицы, косой след у неё на груди.

Брэйн сузил глаза, следя за противником.

Он не только не убил её с одного удара, но и, похоже, на ране у неё на плече, которая должна бы кровоточить, не было видно ни капли крови.

Магия?

Задумавшись, Брэйн заметил рану, которую та прикрывала рукой.

Порез от катаны хоть медленно, но исцелялся. Хотя ходили слухи о существовании быстродействующей исцеляющей магии, это отличалось от магии. Тогда возможный ответ лишь один.

Монстр со способностью восстановления. Изо рта виднеются острые клыки, алые глаза заполнены враждебностью, человекоподобный вид...

Брэйн понял, что это за монстр.

— Вампир... обладающий... быстрой регенерацией, очарованием, высасыванием жизни, созданием вампирских приспешников, сопротивлением против оружия и холода... думаю, ещё что-то было... неважно.

Просто нужно их порубить. С этим в мыслях, Брэйн потвёрже сжал катану.

Женщина широко раскрыла глаза — её алые зрачки стали до жути большими.

В это мгновение разум Брэйна начал обволакивать туман. Враг перед глазами начал казаться всё более дружелюбным. Однако, когда он быстро покачал головой, туман исчез.

— Очарование?.. Мой разум не настолько слаб, чтобы поддаться чему-то такого уровня.

Не только оружие, но и сердце Брэйна было словно катаной. Он мог с лёгкостью развеять простые заклинания очарования.

Вампирша посмотрела на него с ненавистью и обнажила клыки, но такой взгляд родился из страха. Тот, кто уверен в своей силе, просто атаковал бы. Другими словами, вампир стал осторожничать, возможно, из-за атаки Брэйна, или потому что осознал, что перед ним стоит грозный противник.

— Ты хоть бы умна. Но даже дикий зверь поступил бы так же.

Брэйн начал медленно приближаться к вампирше. А та медленно отступать.

Как скучно.

Брэйн с издёвкой усмехнулся, и, будто поведшись на это, вампирша прекратила отходить и чуть приблизилась.

Расстояние между ними двумя теперь стало три метра. Его вампир мог покрыть одним прыжком. Однако она опасалась навыков Брэйна и не стала сразу же на него кидаться. Затем... у неё на губах появилась слабая улыбка, и она вытянула руку.

— «Ударная волна».

Землю разорвало, и на Брэйна полетела ударная волна. Она легко могла раздавить пластинчатую броню, не говоря уже о кольчуге, которую носил Брэйн, такой удар определённо тяжело его ранит. Более того, большая разница в физической силе между ними двумя означала, что если он пропустит хоть один такой удар, то это переломит ход сражения.

Однако вампирша широко открыла глаза от удивления.

— Празднуй лишь тогда, когда попадёшь по цели. Твои движения слишком легко читать.

Он был невредим.

Легко уклонившись от невидимой атаки, Брэйн усмехнулся. Вампирша запаниковала и отпрыгнула далеко назад. Она осознала, что было ошибкой недооценивать этого человека как низшую форму жизни.

С другой стороны, Брэйн понял, что следует пересмотреть план атаки, хоть он этого и не показал на лице. Он совсем забыл о том, что она может применить магию.

Конечной целью Брэйна был Газеф, и битва между ними решится на мечах. Вот почему его навыки в магии не шли ни в какое сравнение с навыком владения мечом. Он не мог предсказать, как себя поведёт противник, использующий магию.

В итоге дело зашло в тупик, где обе стороны глядели друг на друга, ожидая возможности нанести удар.

Устав от этого, девочка вздохнула.

— Хаа... замена.

Когда девушка щелкнула пальцем и встряла, её сухой голос заставил вампиршу бесконтрольно задрожать.

Брэйн не двигался, хоть противник и утратил сосредоточенность. Даже увидев такую возможность атаковать, он ею не воспользовался. Вместо этого он переключил внимание на девушку и испытующе посмотрел на неё.

У неё было тощее тело, странно контрастирующее с непомерно большой грудью. Руки казались такими хрупкими, что Брэйн легко мог их переломать, словно веточки.

Существовало множество заклинателей веры. Священники были сильны в ближнем бою, а жрицы и епископы специализировались на чарах.

Раз она решила поменяться, значит уверена в себе, чтобы сражаться без поддержки.

Лицо Брэйна расплылось в улыбке.

Она не похожа на ту, кто сражается магией призыва. Тогда она ещё один вампир.

Судя по поведению, она более высокого уровня, чем та вампирша. О монстре нельзя судить по его внешности. Не будет ничего странного в том, что она окажется сильнее предыдущего вампира, тем более что она решила вмешаться, увидев, насколько Брэйн силён.

И та реакция вампирши... страх?

Мастер, которого боятся слуги-вампиры... она сильна, к ней нельзя относиться легкомысленно.

Держа девушку в поле зрения, Брэйн с отчаянием пытался вычислить, кем она может быть.

Она — вышедший из легенд вампирский лорд? Если я правильно помню, одним из самых известных лордов вампиров был «Ландфол», который разрушил королевство... я слышал, его убили тринадцать героев.

Если справились герои из прошлого, то и он справится.

Ухватив катану с новой силой, Брэйн приготовился.

— Меня зовут Брэйн Унглас.

Когда он сильному противнику назвал своё имя, в ответ пришло замешательство.

Чувствуя неловкость, Брэйн спросил:

— А твоё имя?..

— Ах! Так ты спрашиваешь имя? Коцит уже провозгласил бы своё, но я не видела в тебе противника, так что этого не поняла. Пожалуйста, прости. Просто спросил бы прямо. — Девушка схватила подол платья и, будто приглашая мужчину на бальный танец, поприветствовала: — Шалти Бладфолен. Позволь мне насладиться тобой.

Девушка грациозно поклонилась перед направленным на себя оружием. Она считает, что он не нападёт? Или уверена, что полностью блокирует атаку, даже если нападёт? Ответ был написан у неё на лице — второе. Она будто говорила, что он не представляет угрозы.

Я сломаю это твоё спокойствие.

Брэйн посмотрел на Шалти настолько пронзительным взглядом, что испугал бы самых закалённых воинов. Ему искренне не нравилась её расслабленность, но часть его это приветствовала.

Высокомерие сильного.

Это — одно из оружий, которое люди могут использовать, чтобы победить монстров, физические способности которых намного превосходят их. В прошлом Брэйн много раз сталкивался с такими созданиями и выходил победителем с помощью этой возможности.

А после победы он мог высмеять их, преподать урок дуракам, что в мире есть противники, которых не следует недооценивать.

— Ты не будешь использовать боевые навыки?

Боевой навык.

Во время тренировки воины доходят до предела и учатся особым навыкам, основанным на их собственной силе. Боевые навыки создают необъяснимые явления, источником которых становится аура воина. Это — использование магии посредством оружия.

Если повстречается противник огромного роста, «Крепость» позволит выдерживать сильнейшие удары и сражаться с ним в лоб. Если передать ауру в клинок и извлечь его сильным порывом, получится «Разрезатель», этот навык позволяет убивать сильных противников с одного удара. Если противник тяжело бронирован, эффективнее всего будет на дробящее оружие применить «Тяжёлый удар». Или, просто усилив себя «Повышением способностей», можно одержать победу, пользуясь только своим телом.

Боевые навыки подготавливали воина ко многим различным обстановкам, вот почему они стремились освоить их идеально. Это в особенности было верным для искателей приключений, которые сталкивались с опасностью, значительно превышающей норму.

А что до Брэйна...

— Хмпх. Против такой как ты в них нет надобности.

Это была ложь. Просто он не был настолько глуп, чтобы перед битвой раскрывать свои карты.

Брэйн медленно сделал выдох, чуть присел и вернул катану в ножны. Затем, крепко упершись ногами о землю и равномерно дыша, он сосредоточил внимание в одной точке, и, достигнув своего предела, выпустил внимание в огромную волну. Он создал мир, где мог ощутить звук, пространство и присутствие. Это был первый из его собственных боевых навыков, «Поле».

Он позволял мгновенно воспринять всё вокруг на расстоянии три метра. Хоть расстояние и было небольшим, можно сказать, что этот навык поднимал точность и уклонение до предела.

В сочетании с натренированным телом Брэйна этот боевой навык становился невероятно сильным.

Даже если на него дождём упадут тысячи стрел, он был уверен, что мгновенно обнаружит и отобьёт те, которые по нему могут попасть, и уйдёт без единой царапинки. Более того, его тело было способно на настолько точные движения, что он мог с расстояния разрубить пшеничное зернышко.

И...

Любой умрёт, если разрезать жизненно важные органы. Вот это ему и было нужно.

Вместо обучения различным навыкам, было лучше сосредоточиться лишь на одном. Быть на шаг быстрее противника, смертельная атака, которая всегда поражает цель. Из этих идей родился его второй боевой навык, «Мгновенный разрез».

Даже заполучив высокоскоростной удар, от которого практически невозможно уклониться, он не остановился. Слова «тяжело» мало, чтобы описать его тренировку. Он практиковал «Мгновенный разрез» сотни или тысячи, нет, миллионы раз, пока мозоли на руках не затвердели, пока форма ладоней не начала напоминать рукоять катаны.

В бесконечном преследовании предела родился новый навык. Настолько быстрый удар, что даже капли крови не остаётся на клинке, «Божественный разрез». Он чувствовал, что этот навык граничит с царством богов. Как только клинок покидал ножны, противник даже не замечал его приближение.

Эти два боевых навыка — полная осведомлённость и божественный удар — в сочетании стали неотвратимой атакой и образовали его козырь. И целился он всегда в жизненно важные органы. В идеале — в шею. Это было его скрытое умение, «Ветер великого леса». Он придумал это название, когда, после того как разрезал шею, услышал, с каким звуком выплескивается кровь.

Даже если вампир не истекает кровью, после отрезания головы победа ему будет обеспечена.

— Теперь ты готов? — Перед внушительным молчанием и резким дыханием Брэйна Шалти от скуки пожала плечами.— Полагаю да. Тогда я атакую. Если хочешь что-то сказать, сейчас самое время. — Через секунду... — Сейчас я тебя раздавлю. — Она радостно шагнула вперёд.

Болтай, пока можешь. Посмотрим, какой спокойной ты будешь, когда я отделю твою голову от тела.

Он не сказал это вслух, если бы открыл рот, вся сосредоточенность пропала бы даром.

Шалти беззаботно к нему приближалась. Она шла совсем беззащитно, будто собиралась на пикник.

Видя, что в обороне противника полно брешей, Брэйн пытался всеми силами не показать на лице ухмылку.

Глупо — только так это можно описать. Тем не менее он не даст ей возможности.

Активируя «Увеличение параметров», Брэйн ждал, пока противник войдёт в «Поле». Он полностью сосредоточился на мгновении, когда она попадёт в досягаемость его клинка. Как же глупы монстры, которые считают себя сильнейшими, они все одинаковы. Думают, что люди слабы, что наши тела хрупкие, а навыков нет.

Но я научу тебя, как опасно нас недооценивать.

Брэйн поклялся в сердце. Боевые навыки были созданы, чтобы люди сражались с противниками, которые их намного превосходят.

Я убью её с одного удара.

Чем больше у них гордыня, тем отчаяннее они становятся, если их загнать в угол. Если не убить её с одного удара, она, без сомнений, прикажет слуге присоединиться к бою. А тогда станет двое против одного, и даже Брэйн не был уверен в таких ставках.

Вот почему ему следовало закончить всё с одного удара.

Лицо даже не дёрнулось, но в мыслях он осмеивал её.

Идёт так беззаботно, она не понимает, что идет к своей гильотине.

Ещё три шага, два шага...

Один.

И...

Твоя голова моя!

Думая так, Брэйн вложил всё в удар.

— Тсуу!

Его выдох был резким и коротким.

Катана вырвалась из ножен и, разрезая воздух, направилась к обнаженной шее Шалти.

Будто вспышка молнии. Так быстро, что к тому времени, как свет дойдёт до глаз, голова уже будет падать на землю. Миллионы повторений наконец привели к скорости царства богов.

Я добрался до неё.

Брэйн был уверен... И машинально широко открыл глаза.

Удар, разрезающий воздух, имел за собой всю его силу. Если бы она уклонилась, ему пришлось бы признать, что наконец появился противник даже сильнее его самых смелых фантазий.

Однако.

Шалти схватила меч пальцами.

Меч, летевший почти со скоростью света.

И утончённым движением, будто схватив крылья бабочки...

Воздух, казалось, застыл. Брэйн испустил большой выдох...

— Н-невозможно, — едва слышимым шепотом произнёс он.

Брэйн напрягся, чтобы не дать телу начать бесконтрольно дрожать. Он не верил своим глазам. Но, без сомнений, его протянутый клинок держали два пальца, белые, словно жемчужины... её большой и указательный пальцы.

Более того, запястье согнулось на девяносто градусов: она держала тупую сторону клинка, а не острый край. Вместо того чтобы остановить в лоб, она поравнялась со скоростью катаны, и схватила его «Божественный разрез» сзади.

Хотя казалось, что она держит катану легонько, как бы Брэйн ни старался вытащить, она не двигалась с места. Будто бы катана прикована к валуну, который в сто раз больше Брэйна.

Вдруг сила, действующая на катану, возросла, в результате чего Брэйн почти потерял равновесие.

-Хмпх. У Коцита тоже есть пара мечей, но мне кажется, что не стоит даже осторожничать, когда такая большая разница между владельцами.

Шалти, придвинув лезвие поближе к глазам, всмотрелась в него.

У Брэйна, понятия не имевшего, о чём она говорит, голова внутри словно бы побелела. Отчаяние, будто перед ним отрицается весь его образ жизни. Но благодаря прошлому поражению он сумел устоять на ногах. Словно сломанная кость после срастания становится крепче. Опыт поражения давал ему силу.

Невероятно, но она с легкостью поймала его высокоскоростной удар. Ему ничего не оставалось, кроме как поверить в это.

Брэйн побледнел. Шалти удивилась и нахмурилась. Затем разочарованно вздохнула.

— Теперь ты понимаешь? Я не тот противник, которого ты можешь побить без использования боевых навыков. Если наконец уразумел, может посерьезнеешь?

Когда Брэйн услышал такие жестокие слова, из его уст непреднамеренно выскользнуло одно слово:

— Монстр...

Шалти невинно улыбнулась, словно цветок.

— Вот-вот. А ты только что догадался? Я жестокий, невозмутимый, беспощадный... и очаровательный монстр.

Она отпустила клинок и отпрыгнула на свою изначальную позицию. Наверное, с точностью до миллиметра.

— Теперь ты готов? — с игривой улыбкой спросила Шалти.

Снова услышав этот вопрос, Брэй вспыхнул гневом. Сколько ещё она будет на меня смотреть свысока?

С другой стороны, Брэйн вздрогнул от осознания того, что противник достаточно силён, чтобы насмехаться над ним, человеком, который достиг высочайшей вершины силы.

Убежать?

Брэйн всегда считал первым приоритетом выживание. Если победить невозможно, лучший план — отступить и жить, чтобы сражаться в другой день. Даже сейчас он верил, что ему ещё есть куда расти. Вот почему, если выживет, единственное, что он должен будет сделать — в конце выйти победителем.

Но даже если сейчас он сбежит, фундаментальная разница в их физических способностях была непреодолимой.

Осторожно, чтобы его план не заметили, Брэйн сосредоточился на своей новой цели. На ногах врага. План был в том, чтобы всеми силами лишить её подвижности и убежать. Мысль была в том, чтобы атаковать туда, где её защита слабее всего, куда трудно дотянуться руками.

Выбрав следующую атаку, Брэйн всмотрелся в шею Шалти и вернул катану назад в ножны. «Божественным разрезом» он мог ударить точно в цель даже с закрытыми глазами. Так что взглядом ввести противника в заблуждение — очевидный план.

— Сейчас я тебя раздавлю...

И снова Шалти лёгкими шагами пошла вперёд.

Первый раз Брэйн ждал с нетерпением, пока она войдет в его «Поле». Но этот раз отличался. Если возможно, он хотел, чтобы её даже близко не было.

Каким же слабым стало сердце. Осознав это, Брэйн яростно попытался разжечь свой дух, но безуспешно. Будто у горевшего в нём огня кончилось топливо. Оставаясь в таком состоянии, он ждал, пока Шалти подойдет.

Три шага, два шага, один шаг...

Она вошла в досягаемость.

Пока он глядел ей в шею, в поле зрения попало лицо.

Настоящая цель только одна, как только она подымет ногу, я ударю в правую лодыжку.

Он чуть опустил катану, которая по-прежнему была в ножнах. Всё в попытке ускориться хотя бы чуть-чуть.

Он был уверен, что скорость удара будет даже быстрее предыдущего. Если бы на её месте находился он — не смог бы защититься.

Это сработает!

Ещё немного, и он отрежет тоненькую лодыжку, едва видную из-под краёв платья...

Но катана выскользнула из руки.

Когда вернулись чувства, Брэйн не мог понять, что случилось. «Полем», наделившим его абсолютной осведомлённостью, он наконец увидел упавшую на землю катану и как девушка каблуком втаптывает её в грязь.

Невозможно, но такова реальность.

Катана выскользнула из руки из-за того, с какой силой высокие каблуки в неё врезались.

Он не желал в это верить лишь по одной причине. Даже повысив сосредоточённость до самого предела, даже в границах «Поля», которым он так гордился, Брэйн не смог воспринять то мгновение, когда она заблокировала удар. На расстоянии, достаточно близком, чтобы коснуться вытянутой рукой, Шалти ледяным взглядом смотрела на него сверху вниз. Брэйн почувствовал невероятное давление, которое грозило его раздавить.

Он тяжело дышал.

По телу потекли реки пота, к горлу подкатила рвота. Закружилась голова, зрение исказилось.

Ему множество раз приходилось драться на пределе сил, это было обычным делом. Однако по сравнению с настоящим те драки казались фальшивыми воспоминаниями, будто воспоминаниями с детской площадки.

Шалти молча отпрыгнула.

— Теперь ты готов?

— !

В третий раз услышав этот голос, он больше чем что-либо почувствовал абсолютное отчаяние. Он ожидал, что следующие слова будут обычными «Сейчас я тебя раздавлю», но ушей достигло нечто иное.

— Может быть... ты не умеешь пользоваться боевыми навыками?

Услышав её сочувственный голос, наполненный жалостью, Брэйн резко вдохнул. У него не было слов. Нет, что он должен был сказать в ответ? Что она только что легко их победила? Разве не будет он тогда походить на клоуна?

Прикусив губу, Брэйн поднял катану с земли.

— Значит, ты не так уж и силён? А я ещё думала, ты будешь сильнее тех остальных у входа... Ох, прости. Самое меньшее, я могу измерять силу метрами. Я просто не могу разглядеть разницу между одним или двумя миллиметрами.

Неумолимые усилия и битва с Газефом, когда он был уверен в собственном таланте. Человек, не прилагавший усилий, проиграл человеку, их прилагавшему. Из-за этого провал, выгравированный в сердце, превратился в мотивацию. Новые стремления определили его существование. А этот монстр насмехался над всем, что он имел.

Наверное, я жалок. Я, убивший стольких монстров, самодовольных дураков, недооценивающих меня лишь потому, что считали себя сильнее...

Но Брэйн прекратил себя осуждать, подавил такие мысли.

— ГУАААААААААААААА! — закричав, он с высоко поднятым мечом бросился на Шалти. Она глядела на него со странным выражением на лице, но он ударил её со всей мочи.

Он напряг все свои мышцы, такой удар с легкостью перерубал бы человека на две части, даже если бы тот был в шлеме. А Шалти смотрела на него без намерения двигаться.

В этот раз наверняка! В голове промелькнула такая мысль. Но вскоре мысли заполонила сюрреалистическая сцена. Невозможно, чтобы она поймала клинок с такой лёгкостью... Но в мгновение его худшие опасения подтвердились. Раздался оглушительный шум, и снова перед Брэйном предстала невозможная сцена.

Мизинец Шалти задвигался на невообразимой скорости. Ногтем, который был сантиметра два в длину, она отразила атаку. Более того, казалось, она даже не напрягла руку. Кулак был не полностью сжат, а мизинец чуть согнулся, держа лезвие.

Игривым движением она остановила удар Брэйна.

Удар, разрезающий броню, ломающий мечи и рушащий щиты...

От боевого духа остались одни лохмотья, в любую секунду он мог рассыпаться. Он собрал всё, что осталось, чтобы успокоиться. Рука всё ещё дрожала от удара, он сжал покрепче рукоять и поднял катану, и снова ударил сверху вниз. И ещё раз Шалти заблокировала её непринуждённо.

— Фуаааа. — Театральный зевок, будто намеренно. Свободной рукой прикрывает рот. Взгляд устремлен в потолок. Все признаки того, что она считала Брэйна противником, исчезли.

Тем не менее...

Тем не менее она отразила катану Брэйна.

Левым мизинцем.

— ВУААААААААААААА! — Из горла вырвался боевой клич. Нет, не боевой клич. Вой.

Боковой удар — отражён.

Удар по диагонали слева вниз — отражён.

Вертикальный удар — отражён.

Удар по диагонали справа вниз — отражён.

Удар снизу вверх — отражён.

Обратный удар — отражён.

Каждый удар с каждой стороны на каждую часть тела, всё было отражено.

Будто катану притягивало к её ногтю.

Брэйн наконец понял.

Стоящей недвижимо сущности может противостоять лишь обладатель истинной, абсолютной силы. Её места невозможно достичь с талантом от бога или усердным трудом, не говоря уже о том, чтобы сражаться с ней.

— А? Ты устал? Ну, твои ножницы для ногтей ужасающе тупые.

Услышав её слова, он прекратил размахивать катаной.

Можно ли перерубить гору мечом? Невозможно. Это очевидно даже для ребёнка. Так можно ли победить Шалти? Любой воин, который с ней сразится, будет знать ответ.

Совершенно невозможно.

Человек никогда не победит сущность, которая обладает силой вне человеческого воображения. Против неё может выстоять лишь тот, кто превзошёл людей.

К сожалению, Брэйн всего лишь воин, который может считаться одним из сильнейших только среди людей. Да. Как бы он ни старался, раз он рождён человеком, значит, будет всегда словно младенец, размахивающий палкой.

— Я... все усилия...

— Усилия? Что за бессмысленное слово. Я была создана сильной, в усилиях не было необходимости.

Брэйну не оставалось ничего другого, кроме как посмеяться над этими словами. Весь его труд оказался бесполезным. Подумать только, он ещё был столь уверенным. Считал себя вундеркиндом. Руки и ноги налились тяжестью, будто его связали оковами.

— ?.. Ахахахаха, почему ты плачешь? Случилось что-то грустное?

Он понимал, Шалти ему что-то говорит, но он её не слышал. Будто она говорит с какого-то очень далекого места.

Мозоли на руках, образованные из волдырей на волдырях, бесчисленные взмахи стальным стержнем, всё это было бессмысленно. Бесконечный бег в тяжёлой броне, бои голыми руками против монстров, с которых он еле-еле выходил победителем, всё это бесполезно.

Жизнь, которую он вёл до сих пор, — напрасна.

Перед истинной силой Брэйн не отличался от слабаков, на которых смотрел сверху вниз.

— Я был дураком...

— Теперь доволен?.. Мне уже можно всё закончить?

Шалти лукаво улыбнулась и подошла к нему с поднятым мизинцем. Видя это, Брэйн закричал. Это был не предыдущий боевой крик воина, это были рыдания ребёнка.

Брэйн побежал.

Повернувшись к ней спиной.

Он понял разницу в способностях, она навсегда врезалась в его сознание. Шалти могла нагнать его в мгновение.

Однако ничего этого не было у него в голове. Нет, у него не было даже времени волноваться о таких мелочах. Он, с лицом, окрашенным слезами, просто обнажил беззащитную спину и побежал так быстро, как ноги могли нести.

Брэйн вдруг услышал за спиной невинный голос девушки, чье дыхание пахло кровью.

— Теперь салочки? А ты много усилий приложил, не так ли? Тогда, думаю, я должна этим насладиться. Ахахахаха.

Часть 3

В большой зале повеяло холодом. Ветер дул между щелей баррикады, за которой прятались оставшиеся сорок два члена «Бригады смерти». Поскольку в пещере эта комната была самой большой, зала обычно использовалась как столовая. Однако сейчас она превратилась в форт.

Она была расположена в самой глубокой части пещеры, служившей наёмникам убежищем. Стороны длинной и узкой залы были связаны со многими комнатами: жилыми помещениями и арсеналом и амбаром. Поэтому потеря залы означала конец всему. В случае нападения наёмники возведут последнюю линию обороны и забаррикадируются именно здесь.

Впрочем, баррикады были заурядными в лучшем случае.

Прежде всего, наёмники у стен сложили столы, затем положили несколько деревянных ящиков, чтобы завершить то, что едва ли баррикадой можно было назвать. Потом на пространстве между ними и входом в залу растянули на высоту половины человеческого роста много верёвок. Это не дало бы врагу пробиться до баррикады.

Сразу же за этой обороной стояли в готовности, держа арбалеты, почти все наёмники. Они находились в центре и с обеих сторон.

Даже если произойдёт перестрелка, у стороны, которая обороняется в зале, будет явное преимущество, учитывая ширину входа и её размер. Куда бы враг ни атаковал, всё равно будет подвергаться атаке откуда-то ещё. Даже если какая-то группа попытается атаковать сразу по всей ширине, она просто рассредоточится и не сумеет нанести значительного урона. Это было построение, использующее перекрёстный огонь.

Защита была простой и позволяла сражаться против превосходящих сил, но мужчины всё равно боялись. От дрожания кольчуга издавала сильный грохот. Внутри пещеры было не так уж и тепло, даже летом было уютно. Но их объял не холод.

Несколько мгновений назад от входа раздался громкий смех. Ужасающий смех, эхом прошедший по стенам пещеры. Было не понятно, кому он принадлежит, мужчине или женщине. Они заледенели именно от того голоса.

Сильнейший воин «Бригады смерти», Брэйн Унглас. Поскольку он пошёл биться, наёмники верили, что постройка баррикады была бесполезным трудом. А тот смех их веру словно ветром сдул. Просто не существует врага, который может победить Брэйна. Даже сейчас они в это верили.

Сила Брэйна была в другой лиге. Он был так силён, что даже рыцари Империи были ему не ровней. Монстры — не исключение. Он мог завалить огра одним ударом, а также прыгнуть в кипу гоблинов и скосить их, словно траву. Он даже мог победить членов «Бригады смерти» всех разом. Они не имели другого выбора, кроме как называть такого человека сильнейшим.

Последствия будут тяжелейшими, если человек такого калибра проиграет. То, что у противника во время битвы с Брэйном есть свободное время на смех, значило лишь одно. Даже если все понимали, никто не заговаривал. Лучшее, на что они были способны, — молча смотреть друг другу в лицо. Каждый член группы наёмников, закрыв рот, смотрел в сторону входа в залу — в сторону входа в пещеру.

В разгар растущей напряжённости... послышался звук бега. И он постепенно становился всё громче. Было слышно даже, как кто-то сглотнул. В зале доминировала тишина, но вскоре её нарушили бесчисленные звуки заряжания арбалетов.

Под взором всей группы наёмников из входа выбежал запыхавшийся мужчина. Удивительно, как стрелы сразу же не полетели в его сторону.

— Брэйн!

Босс наёмников, их лидер. Зал взорвался овациями. Это был рёв праздника победы над нарушителями. Каждый постучал по плечу стоящего рядом товарища, и триумфально выкрикнул хвалу Брэйну.

Его имя слышалось со всех сторон. Под звуки ура еле держа оружие в одной руке и с пустым выражением лица стоя у входа, он вдруг начал высматривать лица наёмников вокруг себя.

Нет, он искал что-то другое.

Видя, что Брэйн ведёт себя странно, «ура» медленно утихли.

Брэйн побежал в сторону баррикады.

— Э, эй! Постой! Мы сейчас откроем!

Не желая ждать ни минуты, ни даже секунды, и будто ничего не слыша, Брэйн протиснулся мимо баррикады и побежал. Он, не обращая внимания на растерянные взгляды бандитов, распахнул дверь в хранилище и вбежал внутрь.

— Что это было? Он оставил там что-то?

— Кто знает? Что-то в нём странное... кажется, он плакал... невозможно ведь, да?

Они склонили голову набок, глядя на дверь, которая только что закрылась. Наёмники не понимали смысла этого странного спектакля. Среди них один мужчина изменился в лице. Не считая Брэйна, он единственный понял, в чём дело. Однако у него не было времени удостовериться в том, прав он или нет.

Стук. С тихим звуком со стороны входа вышла ещё одна фигура.

Само собой разумеется, лицо было незнакомым. А если никто из наёмников не знает эту особу, это значит, что она нарушитель, ответственный за весь хаос. В мгновение повисла тишина.

Невозможно. Тогда Брэйн появился совсем по иной причине. Если нарушитель жив, значит Брэйн, проиграв, бежал.

Нарушитель был только один. Вернее, нарушительница. Ссутулившись, она выглядела жутко. Она была небольшого роста, похожая на маленькую девочку. Руки свисали по бокам, а подбородок — опущен вниз. Странно, но, учитывая положение головы относительно плеч, шея выглядела так, словно по меньшей мере в три раза длиннее, чем у обычного человека.

Она медленно вошла в залу, будто не заботясь о том, что длинные, сияющие серебряные волосы тянутся по земле. Из-за утончённого, чёрного платья казалось, что она одета в саму тьму.

Никто не вымолвил и слова. Столь пугающая внешность. Сердце замерло.

Её голова медленно зашевелилась. За тонкими, серебряными волосами, закрывающими всё лицо, светились два алых глаза. Они медленно сузились и стали словно иголки.

Все присутствующие поняли. Нет, были вынуждены понять. Она смеется.

Устрашающая девочка подняла подбородок, показывая милое лицо. Но для тех, кто её видел мгновение назад, ничего милого в нём не было. Лицо было таким элегантным, что выглядело словно маска, созданная первоклассным мастером.

— Привет всем. Я Шалти Бладфолен. Это — финишная черта? Игра окончена? — Девушка, говорившая какую-то ерунду, Шалти, осмотрелась. Но когда она не нашла того, кого искала, её красивое лицо искривилось. Никто не осмеливался её прервать. В зале снова раздался её голос: — В этот раз пряяяяяяяяяятки? — ехидно засмеялась она. Девушка, словно найдя нечто очень забавное, посмотрела вниз, продолжая смеяться, волосы снова прикрыли лицо.

С каждой секундой положение становилось всё ненормальнее, наёмники сделали гигантский глоток воздуха. Всё это время смех Шалти становился всё громче и громче.

— АхахааааахаахахахахаАХАХАХААХААААХХАА!

Громко смеясь, она подняла голову.

От такого лица у наёмников словно одновременно и сердце остановилось, и кровь застыла в жилах.

От красоты на лице больше не осталось и следа. Глаза стали полностью тёмно-красными. Зубы, которые мгновение назад казались белыми и прекрасными, превратились в ряды иглоподобных клыков, как челюсти у акулы. Губы, которые блестели просто обворожительно, стали более гладкими, а с уголка рта свисала прозрачная капля слюны.

— АХАХАААААААААХААХАХАААХАХАХАХАХА!

Губы Шалти разошлись вверх до самых ушей, и испустили смех, звучавший словно перезвон бесчисленных ненастроенных колоколов.

Будто кричал сам воздух.

Даже учитывая, что они были в пещере, отражение было устрашающим. Словно воздух не выдержал шума и заплакал от боли.

Девушка?

Монстр?

Зверь?

Ничего из этого.

Воплощение ужаса.

Даже с такого расстояния её дыхание было столь подавляющим, что казалось, будто от кровавого зловония воздух вокруг неё окрасился красным.

— Уааааааааа! — закричав, наёмник, полностью поддавшись ужасу, надавил на спусковую скобу арбалета.

Стрела пролетела по воздуху и вонзилась Шалти в грудь. От удара её тело чуть качнулось.

— ...Огонь!

Отрезвев из-за голоса лидера, остальные наёмники выстрелили из арбалетов. Они будто желали заглушить страх. Стрелы полетели со звуком водопада и пронзили тело Шалти.

Из сорока стрел тридцать одна попала. И каждая из них глубоко вонзилась в цель. Такой результат был очевидным, учитывая, что с такого расстояния стрела может с легкостью пробить доспехи.

В голову вонзилось четыре стрелы, будь оно человеком, раны оказались бы смертельными.

— Мы это сделали... — кто-то прошептал.

Эта надежда была на устах у каждого присутствующего наёмника. Хотя девушка по-прежнему стояла, из-за стрел, покрывших её тело, она походила на дикобраза. Она точно умерла. Но шип по имени ужас, вошедший глубоко в сердце, говорил обратное.

Наёмники, словно ведомые инстинктом выживания, начали накладывать в арбалеты новые стрелы.

И... Шалти зашевелилась.

Преувеличенными движениями она медленно протянула руки. Все стрелы, которые глубоко вонзились в тело, медленно начали вытягиваться и падать на пол. На них всех не было видно ни капли крови. Наконечники казались нетронутыми, будто стрелами никогда и не стреляли.

Шалти улыбнулась. Поистине нечестивая улыбка.

Их охватил страх, крики раздались со всех сторон и на Шалти снова полетели бесчисленные стрелы. В глаза, шею, живот, плечо. Даже к такому граду она относилась как к незначительному раздражению, маленькому дождику.

— Неееееее сраааааааабоооооотает. Но хорошо пооооостарались.

Шаг. Затем — прыжок.

До потолка было метров пять. Достаточно большим прыжком, чтобы его коснуться, она легко перепрыгнула баррикаду и приземлилась на той стороне. Со стуком каблуки коснулись пола, а стрелы, усеявшие её тело, попадали на пол.

Она повернула лицо в сторону наёмников, которые до сих пор перезаряжали арбалеты.

И, шагнув вперёд, ударила.

Удар, в который она не вложила своего веса, простой толчок. Казалось, будто она всего лишь вытянула руку. Но скорость и разрушительная сила была в её собственной лиге. Кулак с легкостью прошёл сквозь зазевавшегося наёмника и врезался в баррикаду. Прогремел взрыв, дерево раскололось, и во все стороны посыпались щепки.

Тяжёлая завеса тишины окутала залу. Единственный шум — куски дерева, которые падают на пол.

Наёмники рассеянно уставились на Шалти, руки уже больше не пытались перезарядить арбалеты.

Та подняла руку и указательным пальцем дотронулась до кровавой сферы, плывущей у неё над головой. Когда она медленно вынула палец, за ним последовала нить из крови, и перед ней нарисовался символ, похожий на санскрит или руны, это был магический символ.

Этот навык назывался «Кровавый бассейн» от одного из классов Шалти, «Кровопийца». Накапливая кровь павших врагов, он создавал шар магической энергии, который позволял пользователю позже использовать эту энергию для других целей. Кроме того, с помощью этой силы можно было использовать навыки магического усиления, не тратя очки магии.

«Магия проникновения: Имплозия».

Магия десятого ранга, высшего уровня. Десятерых наёмников вдруг раздуло.

У них даже не было времени закричать. Когда они посмотрели на себя в замешательстве, на лице отразился ужас. В следующую секунду... послышался небольшой хлопок — их тела взорвались.

— Ахахаааахахахахахахаа! Взрыыыыыв! Кааааак красиииииииво!.. — Шалти указала на кровавый туман и счастливо засмеялась, хлопая в ладоши.

— Уваааах! — Послышался крик и в грудь Шалти со спины врезался эсток, туда, где у неё должно быть сердце. Он прокрутился в попытке увеличить рану.

— Умри! — Следом её голову наполовину разрубил палаш, застряв у левого глаза.

— Парни, продолжайте атаковать!

Последовала смесь криков и рёва, раздался боевой клич и трое наёмников ударили мечами.

Мечи рубили её снова и снова. Однако с палашом в голове Шалти спокойно стояла. Будто бы их атаки даже не зудели, не то что ранили. На ней была улыбка, которая ещё больше приводила их в ярость.

После бесчисленных ударов изнурённые наёмники выпустили оружие из рук. С завыванием они начали бить её ногами и руками. Несмотря на разницу в росте, Шалти стояла неподвижно, словно огромный валун.

Она склонила голову набок и уставилась на них, глубоко задумавшись. Затем, будто вспомнив что-то хорошее, хлопнула в ладоши.

— Хууууууаааааа, — словно высвобождая всё тепло, она сделала огромный выдох.

Окрестности заполонил запах крови, от которого выворачивало живот.

Шалти лениво вынула из головы палаш. Само собой разумеется, не осталось даже царапинки. Она собиралась взмахнуть мечом, но на середине остановилась. Клинок в руке вдруг потрескался и раскололся на части. В мыслях, заполненных жаждой крови, она вспомнила один из штрафов своего класса «Проклятый рыцарь». Она разочарованно бросила меч в сторону и лениво ударила рукой.

По полу покатились три головы.

— Б, бежим! Быстро! Назад!

— Невозможно убить такого монстра! — в унисон закричав, наёмники начали убегать.

Один из них, утративших волю сражаться, почувствовал на затылке руку Шалти. Треск, хлюп, и звук, похожий на насильно открытую ракушку, — куски мозга полетели во все стороны, когда его голова взорвалась.

— Ахахахаахаха. Что случилось с его головой? Как страаааашно! Ахахахахахаххаха! Подоооождиииите меня! Ахахахаахахаххахахахаха!

Наёмники, которые с замиранием сердца обернулись на странный звук, были встречены отвратительным зрелищем. К ним, словно из ночного кошмара, бежала кровавая королева, смеясь, с решимостью не дать сбежать ни одному.

Наёмник, который в попытке бежать споткнулся о собственную ногу, упал на колени.

— Не, не убивай! Пожалуйста! Я больше не будут поступать плохо!

Глядя на мужчину, на его заплаканное лицо, как тот отчаянно хватается за её ногу и молит сохранить жизнь, Шалти зло улыбнулась. Улыбка выглядела словно трещина. Наёмник тут же осознал, что она значит, и его и так бледное лицо полностью побелело.

— Хоооооочешь полетааааать?!

— НЕТ! НЕЕЕЕЕТ!

Шалти схватила мужчину, который до сих пор отчаянно хватался за её ноги, за спину и слегка подбросила к потолку.

Не в состоянии сопротивляться давящей непреодолимой силе, наёмник отпустил ногу. Он сжал глаза, охваченный кратким чувством невесомости. Вскоре гравитация потянула его вниз и руки, когда они ударились о землю, пронзила боль.

— Угх!

Боль доказывала, что он ещё жив. В миг облегчения наёмник приоткрыл глаза и понял, что надежда тщетна. Своими тонкими руками Шалти поймала его прежде, чем остальная часть тела врезалась в пол.

Он не вырвался из лап ужасающего монстра.

Кроме того, в его широко открытых глазах отражался зияющий рот. В нос ударила вонь, которую он никогда раньше не испытывал, будто сгущенная масса крови.

— Ахаххахахаааахха, тааааааак веееееесело. Думаешь, можешь умереть так легкооооо?

— Не, не убивай...

— Ниииии заааааа чтоооо, ведь я таааак давно кого-то пииила.

Рот открылся до ушей, он оказался достаточно широк, чтобы целиком заглотить голову.

Никто из наёмников об этом монстре не имел ни малейшего представления.

В ММО-П, известной как Иггдрасиль, монстр под названием Истинный вампир был страшным существом. Челюсти растягивались так широко, что образовывали полукруг, клыки достигали подбородка, а алые глаза блестели цветом крови. На ногах и руках острые, словно бритва когти, длина которых больше десяти сантиметров. От его движений исходил ужас, и он прыгал на свою цель, таким был истинный вампир.

Обычный вампир — это человек плюс летучая мышь, но Изначальный вампир — нечто более чудовищное. Среди множества вампирских классов единственные монстры, которых можно назвать красивыми, — это слуги Шалти, вампирские невесты. Шалти, истинный вампир, имела красивую внешность просто из-за навыков иллюстрирования и трёхмерного моделирования, которыми обладал создавший её член гильдии. Текущая Шалти была настоящей внешностью истинного вампира. Другими словами, её обычная форма была ложью.

Она, будто резиновая игрушка, будто уродливая большая пиявка, обернула рот вокруг шеи мужчины. Наёмник почувствовал, как в плоть вонзаются бесчисленные иглы, и услышал отвратительный звук того, как большое количество крови высасывается из тела. Он похолодел и ощутил, как из тела уходит жидкость. Устрашающее чувство, которого он никогда раньше не испытывал.

Наёмник хотел вырваться, но руки и ноги потяжелели. Сознание постепенно угасало.

Высосав из тела всю кровь, Шалти откинула иссохшую оболочку и длинным, скользким языком облизала кровь, стекающую с уголка рта. Увидев, что наёмники теперь бегут в полном хаосе, она расплылась в улыбке, охватившей всё лицо.

— Таааааак много остааааалось?

Пещеру просто разорвали бесчисленные крики, словно плач детей, и вопли отчаяния...

♦ ♦ ♦

Окруженная покрывшим залу спокойствием, Шалти радостно улыбалась. Парящий над ней кровавый шар теперь был чуть меньше человеческой головы. Он вырос из-за огромного количества крови, которую поглотил.

— Таааааак веееесело!

Услышав ликующий возглас Шалти, блокирующая вход вампирская невеста поклонилась в ответ.

— Видеть вас счастливой наполняет и меня радостью, великая хозяйка.

— Глааааавное блюююююдооооо!

Шалти направилась к двери, за которой исчез Брэйн, и рванула её на себя. Болты выскочили, и дверь вырвалась вместе с петлями.

Комната оказалась маленькой, но заполненной многочисленными мешками и деревянными ящиками.

Тут Шалти учуяла нечто совсем неожиданное. С запахом грязи был смешан... запах свежего воздуха, будто сюда задувает ветер. В то же время она почувствовала, как ослабевает присутствие человека. Даже потерявшись в Кровавом безумии, Шалти не забывала доверенную ей миссию.

— АААААААААРРРРРРРРРР! — будто от злости или просто завыв, Шалти закричала причудливым голосом и направилась к источнику ветра, раскидывая лежащий на пути мусор. Меньше чем в метре от неё, за стеной из ящиков, зияла дыра. Хотя большая часть была покрыта грязью, там были мелкие щели, через которые свободно просачивался воздух. — Ониии иииимеют ээээээээээкстренный выыыыход!

Низший вампир не соврал, просто он не знал о существовании скрытого выхода.

То, что не знаешь, даже под магией не поведаешь. Если человеку сказали ложь, а он в неё поверил, он будет говорить её даже под страхом смерти. В отличие от Мара, у Шалти не было способностей двигать землю. А если взорвёт её ударной волной, рискует закопать себя из-за обрушившегося потолка.

Он сбежал.

Из-за правды её осенило. Шалти, чей разум был окрашен красным, поняла, что миссию провалила.

Лицо исказилось неистовством.

Почему, почему это насекомое не действовало так, как предсказала она, Шалти Бладфолен, Страж нескольких этажей Назарика? Она собиралась позволить ему отдать свою никчемную жизнь на благо Назарика, почему он это не понял и не обрадовался?

Пока Шалти скрежетала зубами, вампирская невеста, которая должна была снаружи смотреть за пещерой, заговорила с ней:

— ...Госпожа Шалти!

Её нрав вспыхнул на слугу, которая осмелилась покинуть пост без приказаний. Зрение мгновенно покрылось красным, и Шалти подумала уничтожить её на месте. Приложив большие усилия, она успокоилась. Важно услышать, что вампирская невеста хочет сказать, возможно, что-то важное.

— Чтооооо таааааакое?

— В нашу сторону идёт большая группа.

— Ээээээ? Выыыыыыжившие? Тогдааааааааа мыыыы должныыыыыыыыы иииих встрееееееетить! Ахаха ахаха ахахаха!

Часть 4

Шалти прыгнула вперёд. Будто птица, летящая сквозь тьму, она одной ногой приземлилась на баррикаде у входа в пещеру. Две вампирские невесты проследовали за ней до самого входа.

Она, улыбаясь, смотрела на цель.

Группа двигалась плотно. Впереди ступали трое мужчин, похожие на воинов. Экипировка у них отличалась, но тот, кто выглядел самым потрёпанным, носил доспехи, созданные наложением друг на друга множества чешуек — чешуйчатые доспехи. Каждый держал в одной руке оружие и щит на спине.

За ними шла красноволосая девушка-воин в упрочнённых доспехах. Замыкал группу легко одетый мужчина с посохом, скорее всего, заклинатель. Рядом с ним плечо к плечу шёл заклинатель веры, одетый в наряд епископа. На шее у него висела подвеска в форме пламени.

Группа из шести, несмотря на то что удивилась внезапному появлению Шалти из пещеры, не впала в замешательство, продолжая идти строем.

— Неееееее плооооохо.

Можно, конечно, убивать и людей, которые слабы как тофу, но встретить противников, которые хоть с виду могут сражаться, гораздо интереснее. Шалти жадно улыбнулась и её два алых глаза заблестели предвкушением.

— Оно говорит!.. — На лице заклинателя промелькнуло потрясение, но лишь на мгновение. Сразу взяв себя в руки, он... — Должно быть, враг — вампир! Действенно только серебро или магическое оружие. Победа невозможна! Отступаем! Не смотрите ему в глаза! — прокричал голосом достаточно громким, чтобы его услышала вся долина.

Он прокричал только важную информацию и ответ остальных был быстрым. Три воина впереди взяли в руки большие щиты и приняли защитную стойку. Они смотрели Шалти не в лицо, а в шею или область груди. Стоявшая позади девушка-воин чем-то облила их мечи. Носа Шалти достигло неприятное зловоние.

Алхимическое серебро.

Особая жидкость, созданная алхимиками. При нанесении на оружие она формирует магическое покрытие с эффектом, похожим на серебро.

Серебряное оружие дорогое. Более того, оно изнашивается значительно быстрее оружия, созданного из железа, его нельзя использовать очень долго. Вот почему большинство искателей приключений покупают алхимическое серебро и используют его, когда в нём есть необходимость.

Когда оружие пропиталось жидкостью, приобретя свойства серебра, группа начала отступать.

Даже отступали они впечатляюще. Вся группа двигалась как один, движения были аккуратными и синхронными.

— Мой господин, Бог огня...

— Это бесполезно! Сосредоточься на защитной магии! — остановив епископа от использования подвески, заклинатель начал сосредотачивать магию впереди группы. Епископ последовал его примеру.

Хотя с небольшими различиями по классам, в целом, епископы используют силу Бога, чтобы подавлять, уничтожать и доминировать над существами вроде ангелов и демонов. Однако этот метод эффективен лишь против врагов, чья магическая энергия намного ниже, чем заклинателя. Другими словами, только что епископ пытался применить магию подавления нежити. Заклинатель же сразу понял разницу в силе между монстром и епископом и сказал ему не тратить зря энергию и использовать более эффективную магию.

По отношению в их группе поняв, кто лидер, Шалти решила следовать приказам и захватить их. Но сердце по-прежнему было затуманено порывом к резне, желанием видеть больше крови.

Она хотела убивать, раздавить их под ногами, оторвать им руки и ноги, покрыть их кровью. Она не могла больше терпеть. Дыхание стало прерывистым и во рту начала появляться пена.

— «Защита от зла».

— «Малая защита разума».

Два заклинателя наложили на воинов защитную магию.

Шалти, которая потерялась в возбуждении, ощутила, хоть и смутно, что-то вроде восхищения. Даже если заклинания были самыми базовыми, первого уровня, они были самыми подходящими в таких обстоятельствах. Эти искатели приключений отличаются от наёмников, которые безрассудно нападали, от глупца-воина, который даже не умел использовать боевые навыки и сражался в одиночку.

Но как бы там ни было... бессмысленная деятельность, как ни крути, бессмысленной и останется. Против такой огромной разницы в силе ничего из предпринятых мер не имело смысла.

Когда Шалти столкнулась с таким милым сопротивлением, крошечный кусочек самообладания, державший её в узде, исчез.

— Больше не могу... я не выдержуууууууууу! Большеееееееее нееееееее могуууууууу ждаааааааааааать! — закричав голосом, будто она сорвалась с цепи, Шалти начала двигаться.

Маленький шажок, такой лёгкий. Но для тех, кто её видел, она двигалась быстрее шторма. С такой же скоростью она сделала выпад рукой.

Щит раскололся, доспехи раздробились, барьер разорвался, словно бумага, рука прошла через кожу, плоть и кости — схватила бьющееся сердце и в следующий миг вырвала. Не обращая внимания на рухнувшего воина, она показала остальной группе тёмно-красный комок в руке. Женщина-воин вскрикнула, а лицо епископа стало таким, словно он увидел мерзость.

Довольная ожидаемой реакцией, Шалти от возбуждения захихикала и активировала магию.

— «Оживление мертвеца».

Потерявший сердце воин медленно поднялся. Он превратился в зомби, низший класс нежити-монстров. Однако на этом всё не закончилось. Шалти лизнула сердце в руке и всунула в шар, парящий над головой. Когда обратно его вынула, на его месте образовалась пульсирующая масса крови, будто оно подражало сердцу, которым было прежде. Она бросила кровавый ком в зомби.

Комок, словно насекомое, перевернулся и проник в тело зомби. Глухой стук. На мгновение тело задрожало. После нескольких конвульсий зомби медленно начал преобразовываться. Кожа высохла и потрескалась, будто из тела испарили всю жидкость. Ногти в несколько раз выросли, а из зубов образовались острые клыки. Эта нежить больше не была зомби.

Наблюдая рождение низшего вампира, искатели приключений вместе выкрикнули от потрясения:

— Невозможно! Я никогда не слышал о вампире, который может так свободно пользоваться высокоуровневой магией!

— Ты сейчас смотришь на одного! Успокойся! Держи ум трезвым!

— Но!..

— Отступление невозможно! Нужно сражаться!

— Понял!

Пока епископ был в замешательстве, один из воинов поднял оружие и побежал на Шалти. Оставшийся воин атаковал низшего вампира, который раньше был его товарищем.

— Мой господин, Бог огня. Уничтожь нечестивого, который перед тобой!

Во все стороны из подвески епископа начала излучаться невидимая священная сила. Но, само собой разумеется, Шалти это никак не задело.

— Ахахахахахахахаха!

Один из мечей воина вонзился в низшего вампира. Его движения замедлились из-за священной энергии епископа. Поскольку он пока не полностью преобразовался, то всё ещё был наполовину зомби, и поэтому магия епископа оказалась эффективной. Шалти это знала, но того, что её творение проиграло какой-то там божественной силе, оказалось достаточно, чтобы её оскорбить.

Блокируя мизинцем меч, она посмотрела на надоедливого епископа, стоявшего позади группы.

— Отвааааааллллиииии!

Она лениво махнула правой рукой. Простое движение перерезало воину шею, и он упал замертво, разбрызгивая кровь.

— «Малое увеличение силы».

На последнего оставшегося воина было наложено сильное заклинание. Низший вампир, движения которого замедлились, против усиленного магией воина. Преимущество в битве теперь немного сместилось в сторону воина.

Ну, они, кажется, наслаждаются, грубо их прерывать. Ещё осталось на ком поохотиться. Подумала Шалти, по-прежнему жаждая крови, и перевела взгляд на епископа. Будто чтобы блокировать ей поле зрения, на пути стала женщина-воин, правда, с железным оружием.

Почти мило. Даже чувствуя ужас, она с такой решимостью держит меч. Словно жалкое сопротивление маленького зверька. Шалти ощутила, как внизу живота стало теплее, она была в восхищении от плотских удовольствий.

Какие звуки она издаст, когда я откушу ей пальцы? Следует отрезать ей уши и скормить их ей. Нет, сначала я выпью её кровь. Это ведь первая добыча-женщина с того дня, как я вышла наружу.

— Деееессссеееерт, — заявив это с широко открытым ртом, она прыгнула. С легкостью миновав женщину, она приземлилась прямо перед епископом и заклинателем.

Епископ не успел даже двинуться — Шалти нежно схватила рукой его руку, которой он хватался за подвеску, и резко сжала. Кости раздробились, а коже и плоти не куда было деваться и их выдавило из ладони Шалти.

— ГУУУУААААХХХХХ!

Удовлетворённая криком епископа, Шалти любезно сделала ему подарок — освободила от боли. С взмахом её руки из шеи епископа брызнула кровь. Девушка счастливо кивнула, глядя, как кровь поглощается парящим над головой шаром. Вдруг сцену прервал меч, пронзивший Шалти сзади. Но, словно гигантское дерево, она не шевельнулась. Будто клинок, торчащий из груди, — банальное неудобство.

— Невозможно... не работает! Но это ведь серебро?! — Поняв, что Шалти не взволновал клинок, который явно прошёл через её грудь, прямо сквозь сердце, женщина пронзительно закричала.

Минуту назад у женщины-воина не было серебряного оружия. Должно быть, она подобрала его у погибшего товарища.

Информация, которую тогда прокричал заклинатель, не была ошибочной, однако и полностью верной не была. Само по себе серебряное оружие было бесполезно против Шалти. Оно не только должно быть выковано из серебра, но и зачаровано могущественной магией, или же создано из особых металлов. Не обращая внимания на женщину позади, Шалти смотрела на заклинателя, который до сих пор не оправился от потрясения. Его рот быстро двигался.

— «Магическая стрела»!

В Шалти полетели две стрелы света и... исчезли без следа.

Активировался навык Шалти Обнуление магии. Он не был идеален, его могла подавить более сильная магия. Но с такой разницей в силе заклинание было с легкостью обнулено.

Другими словами, у заклинателя не было ни единого способа сражаться против Шалти.

— Скуууууууучно! — потеряв интерес, Шалти махнула рукой и мгновенно отрезала ему голову.

Обернувшись, она увидела, как низший вампир и воин продолжают пылко сражаться.

Шалти протянула руки к двум лежавшим на земле головам. Схватив обе за волосы, она со скучающим видом швырнула их в обоих бойцов. Когда масса по крайней мере в шесть килограмм бросается на устрашающей скорости, результат очевиден. Они оба медленно свалились на землю.

Всё это время Шалти оставляла без внимания её — десерт, женщину-воина, которая неустанно рубила и колола Шалти в спину.

Но — бесполезно. Шалти не было даже щекотно. Лишь на платье появлялись дыры. Но поскольку одежда была магической, она восстановится, пока с Шалти всё будет в порядке.

— Тоооогдааааааа! Десееееерт! Вреееееемя еееееесть! — она засмеялась словно ребёнок, который оставил самую вкусную еду напоследок. Но всё равно смех был грубым, злым. Шалти обернулась и встретилась с женщиной взглядом.

Когда глаза встретились с алыми глазами Шалти, женщина воин осознала, что осталась последней. Со слезами на глазах она сделала шаг назад, потом ещё один. Затем усердно начала что-то искать на поясе.

В окрашенном красным мире Шалти расслабленно глядела на усилия женщины. Она почувствовала крошечное любопытство по поводу того, что же та пытается сделать.

Она быстро вынула бутылочку и кинула.

Шалти посмотрела на бутылку, которая крутилась в воздухе, летя в её сторону, и улыбнулась.

Хотя женщина кинула её со всей мочи, в глазах Шалти она летела слишком медленно. Уклониться было легко. Однако высокомерие сильного не позволило ей так сделать. И в равной степени Шалти хотела увидеть выражение на лице женщины, когда последнее, секретное оружие будет уничтожено.

Желание убивать было подавляющим. Но Шалти сдерживалась. Чем дольше ждёт, тем слаще будет вкус, когда она, наконец, попробует. Глядя, как бутылочка медленно приближается, она рассеянно подумала:

Святая вода? Или жидкий огонь? Что бы ни было — бесполезно. Какое жалкое сопротивление. Как я и хотела, сначала я выпью её кровь, но столько, чтобы она не умерла. Если она девственница, можно просто выпить её, пока она не умрёт. Если нет — я поиграю с ней немножко, по возможности не проливая её кровь.

Приняв решение, Шалти лениво рукой отбросила бутылку. Удар заставил красную жидкость выплеснуться из горлышка, разбрызгиваясь ей на кожу.

А потом... небольшая боль.

Голова Шалти внутри побелела. Жажда крови исчезла, словно её никогда и не было. Она с недоумением посмотрела на болевшую руку. От места, где жидкость касалась кожи, исходил сильный запах и небольшой дымок. Шалти опустила взгляд ниже, к земле. Там лежала бутылка с открытой крышкой, выпуская ароматный запах. Она очень хорошо знала этот запах.

Запах бутылочек зелья, которые в Великом Склепе Назарика используют повсеместно.

Сама жидкость, скорее всего, — Малое лечебное зелье. Предметы, которые восстанавливают здоровье, нежити наносят вред. Вот почему кожа Шалти чуть расплавилась.

— Невозможно! — она закричала с таким гневом, что, казалось, затрясся сам воздух. — Приведите женщину ко мне живой!

В ответ на её команду стоявшие в стороне вампирские невесты начали двигаться. Пока Шалти была в глубокой задумчивости, женщина использовала эту возможность, чтобы развернуться и убежать. Две вампирские невесты быстро её нагнали и с обеих сторон схватили за руки.

Хотя женщина отчаянно вырывалась, разница в силе между человеком и вампиром была слишком большой. Её притянули к Шалти.

— Смотри мне в глаза!

Шалти схватила женщину за подбородок и силой заставила посмотреть в глаза. Само собой разумеется, она держала свою силу в узде, иначе бы случайно оторвала подбородок и попала в неловкое положение. Ведь Шалти хоть и умела пользоваться магией веры, она была нежитью и не знала обычные лечащие заклинания.

Вскоре глаза женщины затуманились, и ужас у неё на лице сменился на дружеское выражение. Эффект очарования от «Демонических глаз привлекательности». Почувствовав, что женщина-воин попала под заклинание, Шалти освободила её от хватки.

У неё было несколько вопросов. Но прежде всего нужно было спросить лишь об одном. Шалти подняла бутылку зелья и поднесла её к лицу женщины.

— Где ты достала это зелье? От кого?!

— В таверне мне дал его человек в чёрных доспехах.

Когда Шалти услышала слова, которые были проговорены так, словно не важны, она просто застыла.

— ...Подожди... нет, невозможно... но... в... в каком городе?

— Таверна в городе Э-Рантэл.

Шалти была шокирована, будто мир перевернулся. Человек в чёрной броне. Ведь она знала, о ком говорит женщина-воин. Если догадка верна, то самая большая проблема в том, почему у этой женщины есть зелье. Трудно представить, чтобы он отдал его без причины.

— Невозможно...

Неужели он дал ей некие тайные инструкции? Или, может быть, дал ей зелье, чтобы сформировать связи, или, возможно, усилить дружбу?

В мыслях появился образ величественного Аинза Оала Гоуна, абсолютного правителя Великого Склепа Назарика. Неужели она разрушила некий разработанный им план?

— Почему сюда пришла?! Твои цели?!

У неё больше не было роскоши говорить утончённо. Первым приоритетом стало узнать столько информации, сколько возможно. Шалти глядела на женщину налитыми кровью глазами, но совсем не такими, как прежде.

— Нашей главной задачей заключалось патрулирование дорог. Когда мы услышали, что где-то рядом есть бандитское укрытие, мы пришли посмотреть и убедиться наверняка. Нам показалось, что тут что-то случилось, поэтому мы разделились на две команды и пошли на разведку.

— Вы разделили команду на две?

— Да. Поскольку мы не знали, сколько тут бандитов, нашей работой было обратить их внимание и выманить в ловушку, приготовленную другими.

— Ясно, значит, есть другая команда. — Из-за возникшей ещё одной неприятности Шалти щёлкнула языком. — Так сколько вас всего?

— Включая меня, сюда пришло семеро и...

— Что? Семеро? Не шестеро?

Шалти перевела взгляд на тела. Три воина, один епископ, один заклинатель, и эта женщина. Числа не сходятся. На её вопросительный взгляд женщина-воин безразлично ответила:

— Да. На случай чрезвычайных обстоятельств у нас есть рейнджер, который пойдёт в Э-Рантэл за подкреплением.

— Что?..

Тогда голос заклинателя был необычайно громким. Верно, достаточно громким, чтобы его услышала вся долина.

— Кух!

Шалти широко открыла глаза и со скоростью быстрее ветра выпрыгнула из долины. Хотя она взобралась на вершину и просмотрела окрестности, даже её глаза, умеющие видеть в темноте, не могли глядеть сквозь деревья. Даже когда она напрягла уши, услышала лишь шелест листьев.

Шалти не обладала навыками обнаружения или магией поиска. Найти человека в этом лесу было невозможно.

— Чёрт! — выкрикнула в гневе она. — Она их потеряла. Честное слово, она была слишком самодовольной. Теперь совершённых ошибок стало две. Она заскрежетала зубами. — Приди, моё родство!

Под ногами Шалти начала извиваться тень — из неё вышло несколько волков. Само собой разумеется, это были не обычные волки. Мех был чёрным, словно ночь, а красные глаза блестели безжалостной коварностью.

Монстр седьмого уровня, вампир-волк.

Хотя Шалти навыком «Поднятие родства» могла вызвать разнообразных монстров, лишь эти волки умели искать добычу.

— Следуйте за ним. Убейте каждого человека в этом лесу!

Она словно прорычала команду и десять вампиров-волков устремились в лес.

Даже глядя им в спину она полагала, что вероятность успеха очень мала. В мыслях всплыл образ Ауры. Рейнджер, наверное, имеет пару тузов в рукаве, когда дело доходит до сокрытия следов, хоть, конечно, не на уровне Ауры.

Другими словами, важно сбежать наверняка и уже потом подумать о следующем шаге. Шалти кинулась к предыдущему месту и спросила женщину-воина, будто собиралась её ударить:

— Во-первых, кроме тебя кто-то ещё получил зелье от того в чёрной броне?

— Нет, никто.

— Отлично! Следующий вопрос. Есть вероятность, что рейнджер воссоединится с оставшейся командой?

— Нет. В обстоятельствах, когда наша команда может быть истреблена, его работа заключается в том, чтобы покинуть команду и вернуться в город. Так у нас есть наибольший шанс выжить.

Такая подготовка включала как вероятность поражения, так и окружения. Так что Шалти, без преувеличения, загнали в угол. Осознав это, она вспыхнула от гнева.

— Слабые люди, всегда припрячут столько трюков. Если я когда-нибудь получу разрешение подчинить ваш вид, я позабочусь, чтобы с вами обращались как с червяками, которыми вы и являетесь!

Но гнев не изменит нынешнюю реальность.

Почти наверняка о существовании вампира узнают в городе.

Неизвестно, сумел ли рейнджер разглядеть, как она выглядит. Сейчас была середина ночи, уголок долины. Трудно представить, что при таких условиях человеческое зрение сможет её разглядеть.

Тем не менее...

— Чёрт возьми!

Выкрикивая проклятья, Шалти задумалась.

Аинз ей приказал: В этот раз твои цели — преступники. Ведь когда они исчезнут, никому не помешают. Если любой из бандитов будет способен использовать боевые навыки или магию, ты должна захватить его любой ценой, даже если придётся выпить кровь и поработить. Если найдёшь преступников, которые много знают о делах в мире и проходивших войнах, их тоже должна захватить. А также не устраивай сцену. Если о действиях Назарика станет известно, есть вероятность, что это в будущем помешает нашим планам.

Так что она уже пошла против большинства его указаний. Шалти подавила желание вырвать себе волосы.

— Всё, хорошо. Всё, хорошо. Всё, хорошо, — повторяла она, будто пытаясь себя загипнотизировать.

Ведь даже если информация о вампире просочится в город, в ней ничего не будет ни о её имени, ни о Назарике.

Другими словами, напавшего на это место вампира ничего не связывает с Назариком. Люди в городе будут убеждены, что наёмники в этом убежище были убиты диким вампиром... если такие водятся.

Как бы там ни было, в истории много дыр, но невозможно предположить что-то ещё, не имея дополнительной информации.

Шалти снова упала в водоворот мыслей.

Следующая проблема была в том, что делать с женщиной.

Даже если она была очарована, память исчезнет не полностью. Безопаснее всего — убить. Но Шалти не знала, почему мастер дал ей то зелье. Если дал с некой целью, то её убийство создаст ему проблемы. Это очень опасно.

Если она отпустит её живой, другие зададутся вопросом, почему же только её пощадили. Тогда будет раскрыта всевозможная информация, в особенности внешность Шалти. Может, сейчас это не такая уж и большая проблема, но нельзя сказать, что случится в будущем.

Разумнее всего связаться с мастером, но Шалти не умела пользоваться «Сообщением».

Тогда что же сейчас делать.

— Аррррр... владыка Аинз меня отругает... — прошептав столь тихо, что никто не услышит, Шалти обхватила голову руками. — Не будь у меня Кровавого безумия... нет, это грубо к моему создателю, господину Пэроронтино. Если бы я могла его подавить...

Слишком поздно сожалеть. Как бы она ни поступила с женщиной-воином, сейчас это уже неважно, выговор неизбежен. Единственное, что осталось, — это придумать, как смягчить ущерб.

Выбрать лучший из худших сценариев.

Шалти думала об этом снова и снова, пока дым не пошёл из ушей, она приняла решение.

Вместо того чтобы её убивать, лучше её пощадить, так останется больше возможностей. Ведь убийство необратимо, но если она собирается её отпустить, с этим нужно что-то сделать.

Шалти приняла решение. Нет, может быть, она себя просто обманывала.

— Твоё имя?

— Брита.

— Хорошо... я его не забуду!

Шалти приказала женщине по имени Брита чуть отойти. Затем обратилась к двум слугам, вампирским невестам:

— Собираем всё и уходим.

Она волновалась о том, хватит ли времени собрать все трофеи. Тем не менее нужно одурачить остальных, заставить их думать, что нападение было совершено с целью украсть добычу. Раз она уже провалилась, следует хотя бы попытаться распространить ложную информацию.

— Госпожа Шалти, что делать с женщинами?

Шалти сосредоточила взгляд на женщине, стоявшей чуть вдалеке.

— Просто оставьте её.

— Нет, я имею в виду других женщин...

— Что? Других женщин?

— Да, госпожа Шалти. Мы обследовали пещеру на наличие выживших, и нашли нескольких женщин, которых, похоже, использовали для удовлетворения похоти. Как бы вы хотели с ними поступить?

Шалти нахмурилась.

Что за чёрт.

Шалти обернулась и посмотрела на пещеру.

Поскольку они не видели моё лицо, ничего не изменится, даже если я оставлю их в живых. Но правильный ли это ход? Это раздражает, может, их просто убить? Тогда будет подозрительно, что я также не убила Бриту.

Не в состоянии решить, какой выбор наиболее выгоден, Шалти схватилась за голову.

— Что нам дел...

— Хаааа? А я откуда знаю!

Почему вы такое спросили, дуры.

Её лицо так и говорило. Если бы она не знала, то могла бы сказать, что просто не знала о женщинах. Но когда ей прямо сообщили об их существовании, умышленное игнорирование этого — явная измена мастеру.

— Достаточно уже, я не знаю! Не знаю! Оставьте их здесь! И добавьте к ним Бриту!

— Нам в самом деле следует их оставить в живых?

— Не знаю, чёрт возьми! Заткнитесь хоть на минуту!

— Простите, госпожа Шалти.

— Мы уходим! Двигайтесь!

Вампиры склонили голову и начали исполнять приказ. Тем временем Шалти медленно присела на корточки, опустив голову.

— ...Меня отругают... что же делать... но... Э?.. — Она подняла лицо и уставилась на лес, в котором исчезли вампиры-волки. — Они что-то нашли? — Она почувствовала, как они в мгновение ока исчезли. И не развоплощены магией, а убиты. — Киньте женщину к остальным и следуйте за мной! Я оставлю за собой след!

Решение было стремительным. Выкрикнув лишь те слова, Шалти рванула вперед так быстро, что, казалось, разорвался сам ветер. Хотя её замедлял лес, даже человек на лошади не совладал бы с такой скоростью. На одном дыхании пробравшись через лес, Шалти добралась до места, в котором последний раз чувствовала волков.

Там находилось двенадцать человек.

У каждого была разная экипировка.

На вид не простая, и у каждого уникальная. Для сравнения, она была очень похожа на то, что носила Шалти. От них исходила огромная сила. Но поскольку у Шалти не было способностей идентификации магических предметов, всё это была её интуиция. Однако чувство от их оружия напомнило ей предметы легендарного класса.

Кто же эти люди? Шалти сгорала от вопросов. От двенадцати мужчин и женщин исходила совсем не такая аура, как от людей, с которыми она сталкивалась прежде. Будто разница между мышью и львом.

Переводя взгляд от одного человека к другому, её глаза остановились на одном мужчине.

Этот... силён?

Хотя удивлённая Шалти хотела узнать, насколько же он силён, она была не воинского класса и не могла в точности определить его силу. Он был не только сильнее её двух вампирских невест, но и Солюшн из Плеяд.

Шалти его оглядела.

Она посчитала его мужчиной из-за экипировки, но лицо было двуполым.

Его можно было принять как за мужчину, так и за женщину, но вместе с тем он казался ни тем, ни тем. Невысокий, с юным лицом, он, наверное, всё ещё рос. Из-за этого определить его пол было ещё труднее. Чёрные волосы были настолько длинными, что касались земли. Острые, рубиновые глаза смотрели на Шалти с нотками осторожности. С просто выглядящим копьем, в отличие от доспехов, мужчина побежал на неё.

— ...Используйте это.

Голос, словно холодное озеро. Когда окружающие услышали его команду, по ним пробежалось волнение. Шалти не поняла, что это значит, она поняла лишь то, что он приказал им использовать предмет невероятной силы. Наверное, по силе он даже соперничал с предметом божественного класса Шалти.

Хотя люди, повинуясь приказу, начали двигаться, Шалти полностью их проигнорировала. Она осторожничала только по отношению к одному человеку, всё остальное большой угрозы не представляло.

Они что-то делали вокруг женщины, одетой в странный наряд. Женское платье с большим разрезом сбоку и круглым воротником. Цвет был серебряно-белым с вышитым золотыми нитями парящим в небе драконом с пятью когтями.

В мире Аинза такое платье называлось ципао.

Однако лицо женщины в платье от возраста стало морщинистым. Её открытые ноги напоминали лопух или сушёный картофель. Одежда не подходила внешности. Очень не подходила. Шалти даже отвернулась.

Но это было последнее маленькое чувство неуместности.

Возможно, всё бы изменилось даже по самой малейшей прихоти.

Если бы Аинз не захватил Нигана, если бы не противостоял информационной магии Слейновской Теократии так решительно, если бы Теократия ошибочно не поверила, что «воскрес Драконий Король Бедствия», Если бы Шалти не была растерянной, всё бы изменилось. Однако то, что так много «если» совпало, значило, что такой итог был неизбежен.

Платье называлось «Пленение Бедствия, Кэй Сэкэ Коку».

Предмет, оставленный спасшим человечество Богом, объект их поклонения. Он обладал силой, которой не было даже у Шалти.

Дрожь.

Даже сильнейший Страж Великого Склепа Назарика, Шалти, задрожала. Это было предупреждение, почти как шестое чувство. С бьющими тревогу инстинктами она перевела взгляд на старую женщину.

Её нужно убить. Любой ценой.

Осознав это, Шалти двинулась к ней. Но мужчина с копьем преградил путь.

— С дороги!

Шалти ударила его по-настоящему. Слабое тело обычного человека разорвало бы на кусочки, но его просто отбросило, и он не умер. Более того, он сохранил боевой дух.

Шалти снова переключилась на старуху и бросила заклинание.

— «Массовое удержание вида»!

Многие из них перестали двигаться. Шалти сковала их, потому что посчитала, что этого более чем достаточно, чтобы компенсировать предыдущую неудачу.

Как только эта мысль возникла в голове, сердце стало заполняться белым.

Было такое чувство, словно часть разума начала уходить. Она не знала, что это такое. Но когда до неё наконец дошло — её переполнил огромнейший шок, и даже нежить Шалти задрожала от страха.

Контроль разума.

Она, нежить с полным иммунитетом к эффектам контроля разума, попала под чье-то влияние. Шалти отчаянно наполнила сердце, теперь уже почти полностью окрашенное в белый, ненавистью. Когда в голове возникли мысли о самом худшем сценарии...

— КУУУАААААХХХ!

...она закричала, сопротивляясь, с глаз потекла кровь. Контроль разума пытается загрязнить её, Стража Великого Склепа Назарика, она сопротивлялась.

Но, будто не обращая внимания на отчаянные усилия Шалти, сознание продолжало белеть. У неё даже не осталось возможности использовать магию телепортации. Если потеряет сосредоточенность даже на миг — тотчас попадёт под контроль заклинания.

Шалти использовала классовый навык и создала «Очищающее копье».

Большое копьё, наполненное божественной энергией, способно нанести значительный ущерб, даже если пользователь имеет злое мировоззрение. Но важнее всего то, что если за дополнительные очки магии она его усилит, то оно никогда не промажет.

Шалти, всеми силами сопротивляясь, смотрела на старуху, налаживающую заклинание, которое её испачкало.

Большой, зеркалоподобный щит, блокирующий ей путь, она даже не считала угрозой.

И наконец... она бросила.

Копьё вылетело из руки, словно имея собственную волю.

Эту атаку она усилила всеми своими навыками, которые могла вспомнить увядающим сознанием.

Копьё, словно вспышка света, пробило блокирующего ему путь мужчину вместе с его щитом и вонзилось в старуху.

Два человека вырвало кровью, в группе началась суматоха; это было последнее, что Шалти увидела.

Интерлюдия

Столица Королевства Рэ-Естиз.

В глубочайшей части столицы на ровном расстоянии друг от друга возвышалось двенадцать высоких и круглых башен, соединённых стенами, образуя королевский замок Ро-Лэнт, где располагался дворец Валенсия.

Внутри дворца находился зал, у которого было больше функциональной значимости, нежели у его вычурного убранства. Тут собрались на дворцовом заседании многие дворяне и государственные министры.

Среди них виднелась фигура воина-капитана Королевства, Газефа Стронофа. Он преклонял колено перед королём Ранпосса III, сидевшим на троне.

Казалось, король постарел ещё сильнее. Хотя с отъезда прошло только полмесяца, но такое впечатление появилось у Газефа.

Его любимый монарх. Волосы у него уже поседели, а здоровым его нельзя назвать даже в качестве комплимента, лицо тоже осунулось. Рука, державшая скипетр, была тонкой, словно веточка, а корона на голове казалась непомерно тяжёлой.

Правил страной он тридцать девять лет, теперь ему уже было шестьдесят. Как раз тот возраст, когда пора бы передать трон наследнику, но вот подходящего не было. Не то чтобы не было принцев, которые могли стать преемниками. Их было двое, но пока они не были достаточно компетентны. Если сейчас он отречётся от трона, преемник точно станет марионеткой в руках большой знати.

Старик объявил слабым голосом:

— Воин-капитан, как хорошо, что вы благополучно вернулись.

— Да! Спасибо огромное, ваше величество! — Газеф ответил низким поклоном, услышав слова беспокойства.

— Ах, мы, конечно, уже получили рапорт, но мы хотим, чтобы воин-капитан лично подробно объяснил инцидент, и что именно произошло.

— Как прикажете, ваше величество.

Газеф поведал королю о событиях, произошедших в деревне Карн после того, как он покинул столицу. В особенности подробно он рассказывал о загадочном заклинателе по имени Аинз Оал Гоун, но не упомянул о возможном шпионаже со стороны Слейновской Теократии. Поскольку, рассудил Газеф, лишь пара человек должна об этом знать, и тут не подходящее место, чтобы об этом говорить.

Поэтому Газеф говорил в основном о подвигах человека, которого встретил, и как тот рисковал своей жизнью, чтобы спасти крестьян от опасности.

— Поистине чудесная история. Самоотверженно пойти на риск, чтобы спасти слабых...

Слова короля переполняла похвала, заставляя нескольких дворян произнести презрительные замечания по поводу Аинза Оала Гоуна.

Проблемная и подозрительная личность.

Эксцентричный человек, который не решился показать своё истинное лицо.

Заклинатель со странным именем.

Со временем поднялись даже мнения, что это он организовал атаку, чтобы прославиться.

Газефу приходилось сдерживать себя, чтобы не выдать гнев. Ему было стыдно за то, что он не в силах вымолвить ни слова в защиту своего благодетеля, которого так критиковали. Конечно, для этого было серьезное основание. Поскольку у дворян, которые с цинизмом отнеслись к его благодетелю, было кое-что общее — они все принадлежали к большой группе, известной как Фракция большой знати.

Королевство Рэ-Естиз было феодальным государством, король контролировал тридцать процентов территории, большая знать ещё тридцать процентов, и оставшиеся сорок процентов контролировались другой, мелкой знатью. Сейчас Королевство разделилось на два лагеря, которые день и ночь боролись друг с другом за власть.

Одна сторона поддерживала монархию, а другая — Фракцию большой знати, в которую входило свыше половины шести больших дворян. Хотя в этом месте они стояли перед королём, даже здесь были слышны отголоски их сражений.

Потому, находясь в промонархической фракции и являясь доверенным короля, Газеф не желал неаккуратно вмешиваться. Он знал, что у его неуклюжей манеры речи нет и шанса на победу в споре с дворянами, поэтому было необходимо не делать промахов и не давать другим возможности использовать его собственные слова против него же.

Агенты Слейновской Теократии узнали, куда я поехал, и появились в самое подходящее время... а это значит, что шпион, скорее всего, проник в самое сердце Королевства. Вполне возможно, что это кто-то из шести больших дворян...

Глаза Газефа скользнули к одному конкретному дворянину, человеку с необычайно холодным взглядом.

Светлые волосы, завязанные сзади, и пара узких голубых глаз. Кожа нездорово белая, а значит, он редко выходил на солнце. Его долговязая фигура создавала впечатление гадюки. Хотя ему ещё не было сорока, из-за нездоровой кожи выглядел он значительно старше. Лорд Рэйвен, один из шести больших дворян. Он часто ради собственной выгоды переходил между двумя фракциями. Он также тайно сближался со вторым принцем.

Если в Королевстве есть предатель, то это должен быть этот тип, разве не так?

Заметив взгляд Газефа, лорд Рэйвен скривил губы, которые и так были очень тонкими. Увидев такое провокационное отношение, Газеф посуровел ещё сильнее.

— На этом отчёт воина-капитана закончен. Нужно решить и другие важные дела, — заявил король, чувствуя себя немного уставшим и говоря дворянам прерваться. Газеф подошёл к нему и обвёл их глазами. Как доверенный короля, он давно привык к неприязни во взглядах. — Что ж, в соответствии с ежегодной традицией через пару месяцев должна начаться война с Империей. Это следующий пункт повестки дня. Господин Рэйвен, объясните всем.

— Да, ваше величество.

Мужчина, будто призрак, молча вышел вперёд и тихим голосом начал объяснять. Все затихли. У него не только было влияние в обеих фракциях, он также был самым могущественным из шести дворян. Никто не смел делать из него врага. Никто не возразил, пока лорд Рэйвен объяснял запланированный курс действий, и кто сколько пошлёт солдат. Закончив, он поверхностно улыбнулся королю и поклонился:

— ...На этом доклад окончен.

— Благодарю, лорд Рэйвен. Кто-нибудь хочет что-то добавить?

В зале снова зашумели, все начали перешептываться между собой.

— В этот раз настал наш черёд отбросить противника. Давайте тогда перейдём к непосредственному нападению на Империю.

— Совершенно верно. Я уже устал от того, что мы лишь даём Империи отпор.

— Точно. Давайте заставим этих имперских поганцев почувствовать поражение.

— Верно, господин Эрл, я тоже так считаю.

Зал заполнился весёлым смехом мужчин, одетых в дорогую одежду.

Хватит мечтать. Если бы только была возможность доказать им полную несостоятельность таких суждений, быть может им было бы не так смешно.

Королевство и силы соседней Империи встречались каждый год на поле боя на равнинах Каз.

До сих пор ни одна сторона не понесла больших потерь, но просто потому, что Империя никогда не собирала все свои силы. Если бы они по-настоящему намеревались вторгнуться в Королевство, не было бы нужды вставать лагерем на равнинах Каз и ждать прибытия армии Королевства.

Газеф, и несколько дворян, которые ещё пользовались мозгами, поняли, что Империя таким методом истощает национальную силу Королевства. Армия Королевства состояла из народного ополчения, а армия Империи — из профессиональных солдат с рыцарской иерархией.

С первого взгляда было очевидно, у какой стороны преимущество, потому Королевству было необходимо мобилизовать вдвое больше сил, нежели Империи, и из-за большой численности войск армии требовалось больше поставок провианта. Хотя некоторые магические предметы могли создавать еду, она предназначалась лишь для того, чтобы обеспечивать питательными веществами, она была невкусной, даже голодные не хотели её есть. Поэтому она так и не стала главным источником пищи.

Более того, Империя вторгалась как раз во время жатвы, что приводило к уменьшению рабочей силы в деревнях, из-за чего задерживался сбор урожая. Не имея возможности собрать все силы для атаки, национальная мощь Королевства ослабевала, после чего королевская власть также ослабевала. Вот почему Фракция большой знати закрывала на это глаза. Они были счастливы, что авторитет и сила вражеской фракции — королевской — уменьшается.

Как только страна ослабнет достаточно, Империя вторгнется всеми силами! Думаете, враг удовлетворится мелкими стычками? Почему вы так наивны?

Газефа раздражали эти дворяне, верившие, что их абсолютная сила будет существовать вечно.

— Так вы говорите, что подозрительный заклинатель, спасший воина-капитана, может быть из Империи и проник к нам ради шпионажа?

— Верно, вы правы. Я слышал, что в Империи есть Академия заклинателей, так что это весьма вероятно.

— Имена граждан Слейновской Теократии состоят из имени, крёстного имени и фамилии, возможно, что его имя является псевдонимом?

— С такими людьми всегда приходят неприятности, думаете, лучше с ним разобраться?

— Возможно, следует его захватить. Гильдия искателей приключений и так делает, что хочет, нанимая много заклинателей. Плохо, что появился ещё один такой. Для нас же будет лучше, если он станет подчиняться нам.

— Деньги, уплаченные гильдии, тоже не следует упускать из виду. Искатели приключений, живущие в Королевстве, берут за уничтожение монстров довольно большую плату!

— Доставить его сюда будет лучшим решением.

Услышав это, Газеф больше не мог молчать. Он не мог позволить им продолжать клеветать на благодетеля, который спас его, крестьян и его подчинённых.

— Одну секунду, пожалуйста. Прежде всего, этот заклинатель очень дружелюбен к Королевству. Не разумно так думать, или хотеть арестовать такого человека, — высказал своё мнение Газеф в попытке сделать обсуждение менее предвзятым. Несколько дворян посмотрели на него явно с отвращением.

С помощью одного своего таланта владения мечом Газеф взобрался на свою текущую должность. В глазах дворян, которые имели долгую историю и наследие, он был не более чем разбогатевшим за ночь выскочкой. Вот почему они питали к Газефу отвращение. Более того, его навыки владения мечом не имели равных в Королевстве, что только усугубило враждебность дворян.

Труднее всего эти выдающиеся дворяне принимали то, что есть человек, превзошедший их по способностям, хотя по статусу был ниже. Несколько дворян даже не дождались, пока Газеф закончит, они один за другим высказались против Аинза Оала Гоуна.

Сидевший на троне король с тенью восхищения в голосе хрипло провозгласил:

— ...Достаточно. Мы решили, что суждение воина-капитана не ошибочно.

— Ну... если так говорит ваше величество...

Дворяне не стали возражать, временно сдержав свои насмешливые улыбки.

Газеф с благодарностью посмотрел на монарха, которому поклялся в верности, и который в свою очередь очень высоко ценил Газефа.

Встретившись с ним взглядом, король мягко кивнул.

♦ ♦ ♦

После всей той борьбы за власть и лести сердце и разум истощились, но Газеф не позволил этому показаться на лице. Сейчас он сопровождал короля.

Король шёл с тростью, он повредил колено в прошлой войне, иногда его походка была неустойчивой, но учитывая достоинство короля, Газеф не протянул руку помощи. Более того, если бы он достиг того состояния, в котором требовалась бы помощь других, чтобы ходить, голоса Фракции больших дворян в поддержку отречения стали бы сильнее, и они вынудили бы короля отречься от престола в пользу марионеточного принца.

Хотя Газеф печалился, король должен был идти своими силами.

Когда они почти дошли до королевской опочивальни, король вдруг заговорил:

— ...Сила дворян всё ещё нужна, чтобы сдерживать Империю. Если их советами открыто пренебрегать, страна расколется на части даже без вторжения Империи.

Хотя разговор будто начался с середины, Газеф понимал, что король хочет сказать, так что ему оставалось только прикусить губу.

— Я завидую Империи.

Газеф не знал, какими словами может утешить короля.

Три поколения назад Империя тоже была феодальным государством. Однако сила дворян постепенно ослабла, и когда текущий император взошёл на трон, страна стала абсолютной монархией.

Нынешнего императора звали Зиркуниф Рун Фарод эль Никс.

Во время восхождения на трон пролились целые реки крови, поэтому его, тогда ещё юношу, прозвали Кровавым Императором. Газеф вспомнил, как встретил его на поле боя, императора, который когда-то хотел его завербовать.

Император поистине родился, чтобы править.

— Из-за моего поверхностного мышления я не смог тебя защитить, за это я искренне прошу прощения. Даже отдав тебе опасный приказ, я не смог дать лучшую экипировку... мы просим твоего прощения, нет, я прошу прощения... Твои подчиненные тоже потеряли жизни из-за этого.

— Нет, вовсе нет...

— Газеф, хотя это нельзя назвать извинением, но я хочу возместить ущерб семьям умерших. Кроме того, я хотел бы выразить искреннюю благодарность господину Гоуну за то, что он спас моего самого верного и надёжного помощника.

Хотя спасён был не сам король, он всё же хотел лично отблагодарить обычного простолюдина. С этим должны быть проблемы, но...

— Полагаю, такой добродетельный человек, как он, будет удовлетворён просто этими словами.

— Неужели... ох?

В глазах короля отразились две фигуры, идущие им на встречу, в особенности красавица, идущая впереди. По слухам такое очарование невозможно было передать на портрете, поистине неописуемая красота.

Король улыбнулся. Юную принцессу он любил намного больше других детей.

Реннер Тэир Шарделон Райл Вайсеф.

Третья принцесса унаследовала ослепительную внешность матери, и была знаменита как «Золотая Принцесса». Ей было шестнадцать, возраст, когда уже можно выходить замуж. Это была ещё одна причина дворянам создавать проблемы. Её прозвали так за золотые, мягкие и шелковистые волосы, ниспадающие со спины. Губы, расцветшие в улыбке, были светло-вишнёвого цвета. Насыщенные тёмно-синие глаза сияли теплом словно сапфиры. Стильное белое платье ещё больше усиливало образ чистоты. На шее висело золотое ожерелье, казалось, будто это эмблема её благородной души.

Рядом с ней стоял юноша, который уже почти превратился в мужчину. Он носил белые доспехи, и его можно было описать как «бушующий огонь». Над изогнутыми глазами санпаку были две грубые брови, а на загорелом лице воля такой силы, словно сталь. Для удобства передвижения и уклонения в бою, а также по другим причинам, его светлые волосы были подстрижены и хорошо уложены.

Этого юношу звали Клаим, и Газеф не знал, как с ним себя вести. Не то чтобы он его не любил, скорее даже наоборот. Однако Газефу было трудно иметь дело с тяжёлой атмосферой, которую тот источал. Он не ненавидел серьезных людей, но всё же надеялся, что собеседник может хоть немного расслабиться.

Тем не менее Газеф понимал чувства Клаима.

Клаим, который всегда был возле самой красивой женщины Королевства, часто страдал от ревности и негодования других, и даже не имел ни одного друга. Кроме того, его происхождение было как и у Газефа, нет, даже хуже. Следовательно, ему нельзя было показывать никаких слабостей, он не мог позволить, чтобы из-за каких-либо его действий госпожу критиковали.

— Отец, воин-капитан.

Король улыбнулся подбежавшей к нему лёгкими шагами Лане, и кивнул низко поклонившемуся Клаиму.

— Кажется, ваша встреча наконец закончилась.

— Да. Мы много о чём поговорили.

— Я тоже так подумала, и когда мне захотелось, чтобы отец выслушал мою идею, я решила подождать вас здесь.

— Неужели? Тогда мне и вправду очень жаль.

Её идеи были не пустяковыми.

Ещё её прозвали «Золотой Принцессой» за ум и восхитительный дух. Она не только учреждала институты, но и предлагала новые законы. Почти все её предложения были планами по облегчению жизни низшего слоя общества. Более того, это была не благотворительность, а подготовка хорошей программы социального обеспечения, чтобы дать гражданам, которые хотят сами себе помочь, шанс стать самодостаточными. И вместе с тем поднять гражданам статус, укрепить их преданность к королевской семье и увеличить продуктивность. Всё это влияло на политику, в которой была заинтересована королевская семья.

Хотя ей мешали дворяне, не желавшие укрепления положения граждан, и почти все установленные институты распускались, довольно широкий круг знакомых и людей, получивших её благодать, высоко оценивали её усилия.

— Значит, мы пойдём к тебе и я внимательно тебя выслушаю.

— Однако, отец, у вашей дочери сейчас время прогулки. Клаим и я немного погуляем и потом вернёмся.

Когда Клаим услышал, что принцесса заявила, что прогулка важнее разговора с королём, лицо у него стало ещё жёстче. Газеф почувствовал к нему некоторую жалость. Однако принцесса Реннер постоянно делала всё по-своему. Как сопровождающее лицо он не мог жаловаться.

— Неужели? Тогда иди. Потом найдешь меня в моей комнате.

— Поняла. Пошли, Клаим.

— Извините.

Газеф, как воин, заговорил с низко поклонившимся Клаимом:

— Клаим, ты должен усердно улучшать свои навыки владения мечом, чтобы суметь защитить принцессу Реннер при любых обстоятельствах.

— Да! — Клаим решительно кивнул.

С другой стороны, Реннер сказала недовольным голосом:

— Клаим силён. Он и так может защитить меня когда угодно.

Её слова были беспочвенными. Однако в том, как принцесса их проговорила, казалось, была крупица истины.

— Тогда мы уходим, Клаим.

Своими тонкими пальцами Реннер подтянула Клаима за одежду. Хотя это было просто бессознательное действие, лицо Клаима стало твёрдым, как бриллиант.

— Да, принцесса.

Хотя у него на лице, пока его тянула принцесса, отсутствовали эмоции, в глазах виднелась печаль и смирение.

Те двое забыли выразить своё уважение, но король, похоже, был не против, он лишь молча смотрел на них двоих, как будто бы смотрел на то, что уже давно потерял.

— ...Королю не следует чувствовать сожаление.

Клаим был неизвестного происхождения. Он был бедным ребёнком, подобранным Реннер, когда та вышла погулять за пределы замка.

Кожа да кости — он почти умер от голода. Теперь же постоянно пытался защитить спасительницу. Нет, он не просто стремился. Он не был наделён ни талантом владения мечом, ни таланом в магии, и он не был благословлён какой-либо выдающейся силой. Однако крупица за крупицей он усердно тренировался. Конечно, его успехи не дотягивали до уровня Газефа, а уровня героев он подавно не достиг. Однако сила, отточенная усердным трудом и практикой, достигла высшего уровня среди солдат Королевства. Однако было нечто, чего нельзя было превзойти.

Статус, власть, а также значимость.

Принцесса Реннер была крайне значима, Клаим просто не мог с ней сравняться.

— Сердце милорда очень внимательно.

— Хотя я знаю, что это глупо, я всё ещё желаю, чтоб хотя бы одна из моих дочерей... смогла заполучить свободу. Нет... другие дочери точно меня отругают... Я и вправду, когда думаю обо всём этом, становлюсь старым. — Король посмотрел в пустоту, будто там кто-то был: — Наверное, мне придётся позволить и этой дочери попасть в беду.

Если сейчас принцесса выйдет замуж, жених точно будет из Фракции больших дворян.

Газеф, думавший так же, ничего не сказал. Потому что не знал, что сказать. Единственные, кто мог понять трудности короля, — это люди того же положения, однако Газеф не был одним из них.

Тишина заполнила пространство между двумя мужчинами. Чтобы от неё избавиться, они снова зашагали вперёд.

Глава 3. Замешательство и понимание

Часть 1

Переместившись, Аинз увидел перед собой холм. Нет, даже не холм, а обычную шестиметровую насыпь земли. Там росла густая трава, и было такое впечатление, что росла довольно давно. Вокруг было много таких насыпей, создавалось впечатление, что в округе вся земля такая. Однако это, очевидно, было не так.

Эта местность была создана магией Стража этажа Мара. Под слоем земли была погребена каменная поверхность Великого Склепа Назарика.

Аинз активировал «Полёт» и в мгновение перелетел через насыпь. В его обширное поле зрения попал одинокий кусок земли, переполненный сорняками. Не было видно даже малейшей части Назарика, он был полностью покрыт землей. Аинз не задержался поглядеть, он продолжил лететь с той же скоростью.

В определённой точке он будто пролетел через тонкую мембрану и пейзаж изменился. Холмистая местность исчезла, и в глазах Аинза отразился привычный образ дома. Это значило, что он пересёк защитный иллюзорный барьер.

Не уменьшая скорость «Полёта», Аинз направился к большому мавзолею в центре, поскольку это был единственный вход в Великий Склеп Назарика. Летя прямо к ступеням серого храма, Аинз увидел многочисленные фигуры внизу. Подавив тревогу, он приземлился прямо перед ними.

— Владыка Аинз, добро пожаловать домой.

После нежного женского голоса раздались и другие голоса, чтобы поприветствовать Аинза.

Впереди стояла одетая во всё белое Альбедо, Смотрительница Великого Склепа Назарика, которая также лучше всех понимала текущее положение дел. За ней стояли четыре боевые горничные, а чуть поодаль слуги восьмидесятого уровня.

После того как Аинз переговорил с Альбедо через «Сообщение», он тут же приказал Нарберал активировать телепорт. И пяти минут не прошло с конца разговора, а Альбедо уже стольких собрала, чтобы его встретить. Невероятные организаторские способности.

Аинз был впечатлён. Он любезно помахал рукой в ответ на приветствия слуг. Следовало бы сказать пару слов похвалы, но сейчас были не те обстоятельства.

— Альбедо, о деле, обговорённом через «Сообщение»...

Шалти правда нас предала?

Он не решался сказать эти слова. Потому что глубоко в обеспокоенной голове он боялся, что если скажет их вслух, то предательство Шалти превратится в неоспоримый факт. Более того, слишком опасно было это обсуждать перед слугами.

— Да. Поговорим об этом в другом месте?

— Ты права... Пойдём в Тронный зал, хорошо?

— Как пожелаете. Тогда, Юри, передай владыке кольцо.

Одна из боевых горничных, носившая очки, молча вышла вперёд.

Хотя она носила такой же боевой наряд горничной, как и Нарберал, в деталях он немного отличался.

Наряд Нарберал предназначался для защиты, тогда как одежда Юри придавала особое значение подвижности. Это подтверждалось отсутствием металлической пластины спереди на юбке. На металлических перчатках были довольно большие шипы. Если она сожмет кулак, перчатки станут смертоносным оружием.

Широкое голубое ожерелье было украшено маленькими полупрозрачными камнями, не отражающими свет, но сверкающими, как покачивающееся пламя. Волосы завязаны в пучок, а черты лица резкие и холодные, из-за чего от неё исходило впечатление интеллигентной девушки.

Это была Юри Альфа. Заместитель командующего боевыми горничными. Себастьян, их лидер, был мужчиной, поэтому среди горничных считалось, что старшая — Юри.

У неё в руках был поднос с фиолетовой тканью. На ткани лежало кольцо — кольцо Аинз Оал Гоун.

Аинз поднял кольцо и надел на безымянный палец.

Поскольку кольцо позволяло перемещаться по Великому Склепу Назарика, Аинз, выходя в город, каждый раз оставлял кольцо здесь, поскольку волновался, чтобы его никто не украл.

Глядя на кольцо на костяной руке, Аинз кивнул. Тревога от того, что он не носил кольцо несколько дней, исчезла, наполняя его большим удовлетворением.

— Тогда пошли, Альбедо.

Поскольку они не могли телепортироваться прямо в Тронный зал, он активировал силу кольца, чтобы переместиться в комнату, которая находилась прямо перед залом.

В сопровождении Альбедо Аинз открыл толстые, тяжёлые двери, и направился дальше, к похожему на кристалл трону. Пока они шли, Аинз озвучил то, что хотел спросить ранее:

— Прежде чем мы начнём, я хочу задать пару вопросов. Ты сказала, что Шалти восстала. Как отреагировал Себастьян, который находился вместе с ней? Он не стал предателем?

— Нет, он не показывает никаких признаков предательства.

— Хорошо, тогда ты расспросила Себастьяна?

— Да. По его словам они встретили бандитов. После чего Шалти предположительно пошла прямо к ним в логово, чтобы захватить больше бандитов. За это время ничего подозрительного не произошло. Она даже несколько раз выражала преданность владыке.

— Значит, строго говоря, спровоцировало предательство то, что случилось потом.

— Да... и ещё, похоже, она взяла с собой две вампирские невесты, но они, видимо, были убиты.

— Неужели? Впрочем, это просто миньоны... нет, это значит, что произошло что-то, способное их убить. Что ж, теперь моя очередь объяснять то, что случилось с моей стороны.

К тому времени как они дошли до ступеней, ведущих к трону, разговор почти закончился. Однако поскольку они не обговорили самый важный вопрос относительно кладбища, Аинз продолжил говорить.

Когда он закончил, молча слушавшая Альбедо в понимании кивнула головой.

Хотя Аинзу хотелось спросить, правильно ли он справился с положением, были более важные вопросы, ответы на которые он хотел знать. Он посмотрел на трон и проговорил заданные кодовые слова:

— Открыть главный экран.

Перед ним появилось полупрозрачное окно, которое походило на контрольную панель, но имело ряд отличий. Окно было разделено на несколько вкладок, и каждая страница была плотно заполнена текстом.

Это была система управления Великим Склепом Назарика.

Там были записаны ежедневные административные расходы: тип и качество текущих слуг, активация магических ловушек и так далее. Отсюда можно было изменить и некоторые настройки. В Иггдрасиле это окно можно было открыть независимо от места и времени. Однако Аинз экспериментально обнаружил, что в этом мире системой можно управлять только из сердца Склепа, Тронного зала.

Каждый раз сюда ходить немного хлопотно... но кольцо всё равно позволяет телепортироваться, так что не следует об этом слишком беспокоиться.

Натренированными движениями Аинз открыл вкладку НИП.

На этой странице был записан список имён всех НИП, созданных членами гильдии. Упорядочив список в порядке убывания, который изначально был отсортирован по алфавиту, Аинз просмотрел список сверху... и когда глаза остановились на одном месте, он молча повернулся и посмотрел Альбедо в лицо.

— Да, цвет уже стал таким.

Среди белых имён лишь имя Шалти Бладфолен стало чёрным.

Аинз знал, что означает изменение цвета, но тем не менее...

Посмотрев второй раз, третий, убедившись, что он не ошибся, Аинз прокричал: «Невозможно!» — в мыслях. Если бы костяное лицо могло двигаться, на нём было бы написано неверие.

— Это смерть?.. — твёрдо спросил Аинз. Он надеялся, что, может быть, перенос в этот мир как-то изменил систему. Однако правда, которую собиралась сказать Альбедо, не могла быть более жестокой:

— Будь это смертью, имя бы исчезло, оставив пустую строчку. Разве это не значит, что она нас предала?

— Да... ты права, — ответил Аинз, вспомнив дни Иггдрасиля, когда он видел такое изменение текста.

Хотя Альбедо сказала, что это предательство, системное значение немного отличалось. В широком смысле это было похоже на предательство, но это был результат контроля разума. Изменение цвета отображало имя временно враждебных НИП.

Невозможно.

Аинз снова в мыслях отринул эту реальность. Шалти Бладфолен, как и он, была нежитью, а это значит, что она должна быть неуязвимой к любым типам психического влияния не зависимо от того, влияние это было вредным или нет. Как могла Шалти попасть под контроль разума?

То, что она просто предала Назарик, было более правдоподобно. Она могла, например, иметь особую причину для предательства. Например, не понравилось, какое к ней было отношение, или кто-то предложил лучшие условия.

Если это не так, тогда после переноса в этот мир случилось что-то за пределами знания Аинза. Он вспомнил лицо Энфри. Верно, если есть люди с врождённым талантом неизвестной силы, наверное, возможно повлиять на умственное состояние нежити.

— ...Может быть, на неё повлияло особое существо или явление этого мира?

— Неизвестно. Однако предательство Шалти — неоспоримый факт. Рекомендую немедленно сформировать команду подчинения.

Вдруг в голову Аинзу пришла мысль: может быть, слуги, которые мгновение назад его приветствовали, были собраны с намерением подчинить Шалти? Если подумать, там присутствовали редкие слуги Назарика, которые могли атаковать святой магией, эффективной против нежити.

Твёрдым тоном Альбедо продолжила:

— Я вызываюсь на должность командира команды. С разрешения владыки я хотела бы предложить Коцита в качестве заместителя командующего, и также включить в команду Мара.

Такой выбор был идеальным для уничтожения Шалти. Это показывало серьезность Альбедо.

Шалти Бладфолен была чрезвычайно сильной. Если просто сравнить её с остальными Стражами, за исключением Гаргантюа она была сильнейшей. Чтобы победить наверняка, необходимо послать именно тех, кого выбрала Альбедо, иначе будет очень трудно.

— Что вы об этом думаете?

— Ещё рано делать выводы. Сначала нужно понять причину предательства Шалти.

— Владыка, у вас и вправду очень благородное сердце. Однако какими бы ни были причины, из-за того, что она осмелилась выступить против верховного лидера, она не заслуживает такой доброты.

— Это не так, Альбедо. Я не показываю доброту к Шалти, я просто пытаюсь понять, почему она предала.

Если такое случилось с Шалти, необходимо найти способ это решить. Если это простое недовольство отношением, то с остальными слугами и НИП может быть та же проблема. Очень важно понять наверняка, может ли такое в будущем случиться с другим слугой, и принять необходимые контрмеры.

Если даже это насильственный контроль, вызванный способностями вроде врождённого таланта, всё равно нужно найти контрмеры.

Когда он через «Сообщение» услышал, что созданный старым товарищами НИП восстал, он ощутил, будто его позиция Гильдмастера отвергается его согильдийцами, это был тяжёлый удар, почти поставивший его на колени. Однако это уже выходило за пределы компетенции Гильдмастера.

Проблема должна быть решена не авторитетом лидера гильдии, а Высшим правителем Назарика. Слишком рано унывать. Гипотетически, — хотя и почти невозможно, — если окажется, что Шалти в самом деле подверглась контролю разума, то нужно её спасать.

Начальник, который всех морально поддерживал, но не смог протянуть руку помощи во время беды, в корне не подходит на роль лидера.

Аинзу, как правителю, нужно защищать подчиненных.

— Ну что ж, кто-то узнал, где сейчас Шалти?

— Глубочайшие извинения, ещё нет. Учитывая вероятность, что она может напасть на Назарик, все её прямые подчиненные были заперты. В то же время, чтобы усилить нашу защиту, мы отправили слуг на первый этаж.

— Ясно. В таком случае сначала мы должны определить её местоположение. Давай повидаемся с твоей старшей сестрой.

Часть 2

Пятый этаж Назарика был очень холодным, созданным по образу ледника.

Посреди бесконечной белизны стоял похожий на надгробие объект, создающий иллюзию айсберга, который изнутри светится голубым. Из толстых облаков падал снег, танцуя на леденящем ветру, состоящем из заледеневшего водяного пара. Вдалеке, полностью покрытый снегом, виднелся замерзший лес — словно гигант скрывается под белым покровом.

Одежда Аинза хлопала на холодном ветру. Припомнив, как сейчас одета Альбедо, Аинз спросил:

— Тебе не холодно? Если нужно, можешь надеть доспехи. Времени хватает, чтобы ты переоделась.

Ледяные атаки на Аинза не действовали, и каким бы сильным холод ни был, он его даже не почувствует. Однако этого нельзя было сказать о Альбедо. Будь она в полных доспехах, такая погода ей не принесла бы вреда, но Альбедо сейчас носила белое платье. Хотя перед перемещением он уже задавал этот вопрос, вполне возможно, что она просто хотела казаться сильной.

Но Альбедо нежно улыбнулась:

— Спасибо за вашу заботу, но тут не о чём беспокоиться, владыка Аинз. Холод совсем меня не волнует.

Аинз кивнул и ответил: «Ясно».

Изначально это место наносило ледяной урон и накладывало замедление движения. Но активация стоила денег, так что сейчас эффекты были деактивированы. Это решение оказалось удачным. Или, может, Альбедо обладает магическим предметом или способностью, нейтрализующими ледяной урон?

Как правило, экипировали НИП члены гильдии, которые их создавали. Аинз хорошо знал Актёра Пандоры и нескольких других, и когда попал в этот мир он кратко пробежался по данным всех НИП.

Аинз отбросил сомнения и посмотрел на величественный двухэтажный особняк. В мире льда и снега лишь эта структура источала странную ауру. Будто здание из рассказа, из сказки. Однако земля вокруг была слоем льда, создавая холодный, дискомфортный фон. И имя у этого здания не было сказочным.

Ледяная тюрьма.

Тут держались все враги Назарика.

— Пошли, — сказал всего одно слово Аинз и открыл большую, покрытую льдом дверь. Но даже покрытая толстым слоем льда, дверь открылась легко, будто встречая гостей.

Как только она открылась, повеяло холодом. Температура внутри тюрьмы была даже ниже, чем в арктическом мире снаружи. С холодным порывом ветра Альбедо задрожала. Видя это, Аинз достал из ниоткуда алый плащ, на подоле которого был рисунок горящего пламени.

— Надень плащ, Альбедо. У него не такой уж и сильный магический эффект, но, думаю, его хватит, чтобы защититься от холода.

— Нечто настолько ценное! Моя искренняя благодарность! Я буду дорожить им до конца жизни.

Аинз не говорил, что ей его отдаст, но увидев улыбку Альбедо, он не стал уточнять, и только посмотрел вперед.

По всей тюрьме тянулся тихий и тёмный проход.

— Ах да. Здесь также держатся остатки Писания Солнечного света.

— Да. Хорошо, что Нейронист Пейнкил тщательно их охраняет. Так тепло... будто в объятиях владыки Аинза... фу-фу-фу.

— Неужели?.. Ну что ж, замечательно.

Быть в костяных объятиях не так уж и тепло. Однако Аинз не был столь глупым, чтобы сказать это вслух. Отвернувшись от Альбедо, которая извивалась, полностью укутавшись в плащ, Аинз медленно зашагал вперёд.

— Что ты делаешь. Времени осталось не настолько много.

— Да, да!

Пассивный навык Аинза «Благословление нежити» позволял видеть всю скрытую в этом месте нежить. Посчитав это хлопотным, он деактивировал навык, не обращая внимания на нежить, бродящую по покрытому бело-голубым льдом коридору. Если бы он заранее не применил защиту от потери равновесия, он, наверное, поскользнулся бы на замерзшем полу.

— ...Владыка Аинз, позвать Нейронист Пейнкил? Она не показалась, чтобы вас провести. Позволять высшему правителю Назарика входить без проводника...

— Ненужно. Она много болтает, хоть это и не плохо. Но сейчас нам нужно справиться с чрезвычайными обстоятельствами, я не хочу тратить время попусту.

— Вас поняла. Тогда после того, как это дело разрешится, я скажу Нейронист Пейнкил, чтобы была менее болтливой.

— Нет, нет, в этом нет нужды. Это не доставляет мне неудобства.

— Но...

Увидев, что Альбедо нахмурилась, Аинз позволил на своём нерушимом лице всплыть улыбке. Как господин, он считал: хорошо, что подчинённые думают о том, что лучше для него, но если так пойдёт и дальше, они в будущем могут не осмелиться жаловаться.

— Это пустяки. Я люблю всех вас, независимо от ваших сильных или слабых сторон, потому что всех вас создали мои старые товарищи. Будет неправильно, если я начну чувствовать недовольство, глядя на какие-либо скрупулёзно созданные настройки.

Верно. Если Шалти предала из-за своих настроек, тогда нужно её простить, потому что она лишь следовала намерениям своего создателя Пэроронтино. Однако тот не был таким человеком, который посадит в гильдии плохое зерно. Это сбивало Аинза с толку, ведь Пэроронтино любил шутить, но не любил разрушать отношения между товарищами.

Но, возможно, это в самом деле итог внешнего воздействия? Поскольку тот текст означал контроль разума... но подтвердить это невозможно. Или, может быть, некоторая часть настроек изменилась после прибытия в этот мир. Нужно запомнить личностные настройки всех НИП. Кроме того, некоторые части личностных настроек НИП похожи на членов гильдии, которые их создали... сомневаюсь, что возможно перенести в настройки полную личность. Кстати, Шалти... может, её настройки содержат что-то вроде часового механизма? Поскольку её создатель любил эроге, и даже в неё вложил некоторого рода игру по завоеванию девушки... уоу, это вполне возможно.

Аинз устало вздохнул. В то же время он ощутил, как женщина рядом с ним как-то ненормально изменилась.

Хотя она всего лишь смотрела вперёд и молча шла, это отличалось от её обычной походки, поскольку она не следовала темпу Аинза. Более того, хоть она и двигалась лицом вперёд, вперёд не смотрела, её взгляд был зафиксирован на определенной точке.

Осознав, что Альбедо что-то шепчет, Аинз прислушался.

— Я люблю тебя... Я люблю тебя... Я люблю тебя... — бесконечно повторяла она, словно сломанный магнитофон.

— Эй, Альбедо, я сказал, что люблю вас всех. Всех... понятно?

Альбедо странным движением повернула голову.

— Но, но всё же это также означает, что вы любите и меня!

— Ах... да, верно.

— Вааах!

Поставив ноги вместе, Альбедо мило подпрыгнула и... врезалась в потолок. Вот такими вот минусами обладают люди с чрезвычайными физическими способностями.

Бах! Вернее даже, громкий Бамм. От потолка послышался грохот, столь сильным был удар. Услышав звук, словно что-то взорвалось, сверхъестественные полупрозрачные монстроподобные сущности медленно появились из пола и потолка. Это была нежить, скрытая в этой тюремной камере, именно её ранее Аинз почувствовал своей способностью.

— Ах, можете уходить, парни. Ничего не случилось.

Перед Аинзом была столь весёлая Альбедо, что почти запела. Хотя она ударилась о потолок, расовый навык уменьшил урон, так что боли она вообще не почувствовала.

Разные виды нежити учтиво поклонились и ушли, растворившись в воздухе и возвращаясь на свои посты.

— Альбедо, мы почти дошли до комнаты твоей старшей сестры. Ты готова?

Ликующая Альбедо сразу же посерьезнела.

— Да. Тогда я достану куклу.

— Хм, дай её мне.

Альбедо протянула руку к стене. Из стены вытянулась белая, прозрачная рука, кладя куклу в руку Альбедо. Кукла младенца. Почти такого же размера, как настоящий младенец.

Аинз взял куклу, глядя на неё не моргая.

— Отвратительная кукла.

По форме напоминающая утрированного младенца, похожая на искажённую куклу купидона. От вращающихся больших глаз было в особенности тошно. Аинз нахмурил несуществующие брови и посмотрел в конец коридора. В центре двери, которая там находилась, была большая фреска.

Мать и малыш. Картина матери, которая держит в руках младенца.

Будь там только это, то картина была бы чудесной. Но некоторые части из-за, наверное, возраста утратили цвет и стали выглядеть просто ужасно. Изображение младенца разглядеть было практически невозможно, там осталось лишь нечто похожее на обломки.

Аинз толкнул двери.

Те молча открылись... и послышался детский плач.

Но не от одного малыша или двух, это было даже не эхо...

Плач десятков, или даже сотен сливался вместе, формируя один звук, уже который слышали Аинз и Альбедо. Однако внутри не было видно ни одного младенца.

Хотя их не было видно, они там точно были.

В центре комнаты, лишённой всякой мебели, женщина нежно качала колыбель.

Даже когда Аинз и Альбедо вошли внутрь, одетая в чёрное женщина продолжала молчать, качая колыбель. Лица не было видно, поскольку оно было полностью скрыто чёрными волосами.

Как правило, если бы высшего правителя, Аинза, увидел бы НИП и проигнорировал, Альбедо точно бы его покарала. Однако она не вымолвила и слова. Аинз знал почему, обо всём говорила её слегка настороженная поза.

— Сейчас начнётся?

— Вероятно. Пожалуйста, будьте осторожны.

Будто слова послужили сигналом, женщина вдруг застыла. Затем медленно протянула руки к колыбели и нежно взяла малыша. Нет, это был не настоящий ребёнок, это была кукла.

— Обманобманобманобман. — Она швырнула куклу. Та, врезавшись в стену, разлетелась на куски. — Моймалышмоймалышмоймалыш... — она заскрежетала зубами, и, будто это послужило сигналом, плач, доносившийся из пола и стен, постепенно начал становиться всё громче и громче. И вскоре источник этого шума себя явил — со всех сторон поползли полупрозрачные, по форме напоминающие ребёнка куски мяса.

— Сколько ж монстров Табула Смарагдина в это место положил... Интересно, сколько же он денег потратил?

Эти похожие на детей куски извивающегося мяса двадцатого уровня назывались «гниющие младенцы».

Чтобы в Иггдрасиле вручную создать монстра в лабиринте, нужно было заплатить игровыми или настоящими деньгами. Такие монстры отличались от тех, что создавались автоматически, ведь после убийства они не возрождались. Это считалось роскошью и большинство игроков редко использовали эту функцию, когда не отыгрывали роль.

Табула Смарагдина и впрямь был привередливым, раз вручную сюда положил столь много «гниющих младенцев», хоть те и были низкоуровневыми монстрами.

Пока Аинз был впечатлён, женщина откуда-то достала большие ножницы и покрепче за них ухватилась. Из-под неряшливых волос на Аинза и Альбедо глядел пронзительный взгляд.

— Тытытыты, укралукралукралукралмоегомалышамоегомалышамоегомалышамоегомалыша!..

— Она и в самом деле твоя старшая сестра. Вы очень похожи.

— Э? П, правда?

Будто непринуждённый разговор Аинза и Альбедо оказался признаком злобы, женщина, питаясь намерением убийства, кинулась в сторону Аинза. Странно большими шагами сократив расстояние между ними к нулю, женщина в чёрной траурной одежде замахнулась ножницами.

— Твой ребёнок здесь.

После того как Аинз протянул ей куклу, женщина замерла, будто он нажал на кнопку «стоп». Затем бросила ножницы и медленно приняла куклу.

— Хороший малыш хороший малыш хороший малыш!

Она нежно обняла своего любимого ребёнка, будто никогда не желая отпускать. Затем осторожно положила его в колыбель и повернулась скрытым за волосами лицом к Аинзу и Альбедо.

— Владыка Момонга, и моя милая младшая сестрёнка, у вас всё хорошо?

— Давно не виделись Нигредо. Рад видеть, что ты... не изменилась.

Аинз сумел нормально ответить, потому что раньше в игре уже видел эту сумасшедшую сцену.

Тогда я даже закричал.

Один согильдиец сказал, что создал нового персонажа и взял Аинза и некоторых других членов гильдии посмотреть. В результате все разом закричали, объединились и вместе атаковали Нигредо. Какая ностальгия.

— Давно не виделись, старшая сестра.

Верно, Нигредо была старшей сестрой Альбедо. Следовательно, её тоже создал игрок Табула Смарагдина. Если Альбедо была демонстрацией его любви к моэ, то Нигредо была олицетворением другой его страсти — к фильмам ужасов.

Он не был плохим человеком, но у него был яркий характер, своего рода.

Во время обычных бесед он вёл себя нормально. Но когда разговор становился чуть глубже, проявлялись некоторые черты характера, которые было трудно ему приписать. Пока Аинз вспоминал старого товарища, Нигредо поправила волосы, чтобы было видно лицо.

Наверное, она подумала, что скрывать лицо непочтительно, но Аинзу хотелось бы, чтобы она оставила всё как есть.

Её лицо было по-настоящему гротескным — нет кожи, а вместо неё масса открытых мышц. Не было губ, лишь красивые белоснежные зубы. Не было век, лишь сияющие глаза. Глаза или зубы по отдельности были бы милыми, но лицо всё вместе было противным.

Уродливое лицо, которое можно встретить лишь в фильме ужасов, пугающе исказилось. По отсутствию кожи было трудно понять, какое у неё выражение лица, но она отличалась от Аинза. У неё ещё остались мускулы, по которым можно было определить, что это улыбка.

— И владыка Момонга, почему вы сюда...

— ...Ах, извини. Тогда ты не была в Тронном зале, так что не знаешь. Я больше не Момонга, моё имя изменилось на Аинз Оал Гоун. С этого дня зови меня Аинз.

Почти не слышно ахнув, Нигредо медленно склонила голову:

— Вас поняла, владыка Аинз.

— Что ж, Нигредо, я здесь, чтобы попросить тебя о помощи. Можешь использовать свою способность, чтобы мне помочь?

— Мою способность? Цель биологическая? Или не биологическая?

— ...Пока биологическая... живая, да? Позволь мне всё объяснить. Твоя цель — Шалти Бладфолен.

— Страж этажа?.. Я была непочтительной. Если это команда владыки, я немедленно начну. — Хотя голос Нигредо наполнился сомнениями, она всё же сразу ответила.

— Пожалуйста, старшая сестра.

В ответ игриво подняв большой палец, Нигредо начала активацию различных заклинаний. Аинз обнаружил, что некоторые из них ему знакомы, прошлой ночью он как раз учил Нарберал их применять.

Нигредо была заклинателем, одним из высокоуровневых НИП, которые в Назарике были одними из сильнейших. Хотя внешне это не было видно, по классу она специализировалась на сборе информации. Вот почему Аинз пришёл сюда попросить помощи в обнаружении Шалти.

Со скоростью, которая подходила её силе, Нигредо быстро сообщила результаты:

— Нашла.

— Примени «Кристальный монитор».

Появился кристальный монитор, на котором отобразилась фигура в доспехах, стоящая безучастно на обширной поляне в лесу.

— Невероятно, выявить точное местоположение цели... ты и вправду заслуживаешь репутацию специализированного заклинателя, — похвалил Аинз.

Изображение стало ещё чётче.

Женщина, отображённая на экране, была в полной броне кроваво-красного цвета. Шлем по форме напоминал голову лебедя с выступающими с обеих сторон птичьими перьями, лишь лицо оставалось открытым. От груди и плеч свисали украшения в форме крыла, и нижняя половина была ярко-красным платьем.

В одной руке она держала гигантское копьё причудливой формы, оно было похоже на пипетку, которыми часто пользовались в классе химии.

Это был боевой режим Шалти Бладфолен, заклинателя веры, имеющего специальную боевую способность профессии Валькирия.

— Шприцевое копьё! Магический предмет божественного класса, который ей дал Пэроронтино! — изумилась Альбедо, увидев оружие Шалти.

У Аинза были предметы божественного класса. Было столь много, что он мог покрыть ими каждую часть тела. Однако это не значило, что такие предметы легко произвести.

Магические предметы Иггдрасиля создавались путём вставки кристаллов данных, но такие кристаллы выпадали из монстров совершенно случайно, следовательно, чтобы создать предмет божественного класса, нужно иметь чрезвычайно редко выпадающие кристаллы. Более того, если нужно такой кристалл вставить в сосуд, — например, в меч, — он должен быть создан из редчайших металлов.

Так что не было редкостью, когда игроки сотого уровня не имели ни одного предмета божественного класса.

Даже Аинз Оал Гоун, гильдия, входившая в топ десять, не вооружила каждого НИП божественным предметом. Самое большее, лишь некоторые обладали одним или двумя предметами.

И Шалти Бладфолен обладала предметом божественного класса «Шприцевое копье».

Может, название и звучало по-глупому, но его способность была ужасающей. Некоторые кристаллы данных могли поглощать установленное количество урона для восстановления очков здоровья пользователя, и это копье было ярким примером такой способности.

— Пошли.

— Э? Ах, подождите минутку! Владыка Аинз, Шалти уже полностью вооружена. Полагаю, битва неизбежна, следовательно, необходимо взять из Назарика нескольких телохранителей, чтобы они вас защищали.

— Нет времени. Если переговоры провалятся, мы сразу же отступим...

«Владыка Аинз, простите, что беспокою вас».

В голове послышался женский голос. Это была Нарберал, которая осталась в Э-Рантэле.

Вызов был совсем не вовремя. Аинз чуть рассердился.

— В чём дело, Нарберал? Сейчас...

Я занят. Аинз хотел это сказать, но на середине остановился.

Потому что вспомнил, как прошлой ночью не захотел слушать сообщение от Энтомы. Хотя уже ничего не поделаешь, но если бы Аинз тогда действовал быстрее, обернуться всё могло бы по-другому. А задачу по спасению Энфри он мог бы поручить Нарберал.

Небольшое чувство раскаяния заставило Аинза хорошо подумать, прежде чем отвечать.

НИП ему крайне преданы, следовательно, если его суждение будет неверным, они всё равно будут считать его слова безошибочными. Из-за этого Аинзу следовало сохранять самообладание и быть осторожным и внимательным со своими действиями, чтобы не наделать ошибок.

Для обычного человека, как я, это необоснованное требование...

Высмеивая своё крайне некорректное суждение, Аинз улыбнулся. Почувствовав, что Нарберал по ту сторону «Сообщения» источает атмосферу слуги, ждущего своего хозяина, Аинз задрожал, будто поражённый молнией.

О чём я думаю? Я — высший правитель Аинз Оал Гоун, тот, кого все называют этим именем. Верно, я не Судзуки. Невозможно? Не думаю, поскольку я решил выбрать это имя, нужно невозможное сделать возможным.

— ...Нет, ничего. Что случилось? Ты связалась со мной через «Сообщение» из-за чрезвычайных обстоятельств?

— Да. Владыку разыскивают люди из гильдии искателей приключений.

— Если это из-за событий прошлой ночи, пожалуйста, попроси их немного подождать... Нет, это невозможно. Скорее всего, они пришли из-за чего-то другого?

— Да! Владыка по-настоящему догадливый! — Нарберал замолчала. Похоже, она смутилась. Но вскоре, словно придя в голове к какому-то выводу, снова заговорила: — На самом деле, кроме вчерашних событий, возникла ещё одна проблема. Она... имеет отношение к вампиру.

— Что? Ты сказала к вампиру? — Аинз перевёл взгляд на «Кристальный монитор», на Шалти, которая до сих пор стояла недвижимо. — Они упомянули что-то ещё об этом вампире? Например, серебряные волосы, или, там, алые доспехи?

— К сожалению, ничего. Тот, кто искал владыку, лишь доставил сообщение. Там говорилось, что остальные подробности будут объяснены в гильдии искателей приключений, и они надеются, что вы придёте в кратчайшие сроки. Я слышала, что несколько команд искателей приключений уже там... посланник из гильдии ждет ответа, что ему передать?

Аинз закрыл глаза. Конечно же, глазных яблок не было, лишь свет в глазницах исчез.

— Что ты об этом думаешь, Альбедо?

Альбедо опустила взгляд, затем, через несколько секунд, снова посмотрела на Аинза:

— Сейчас, когда у нас недостаточно информации, какой бы вы выбор не сделали, будут как преимущества, так и недостатки. Вы должны сами решить. Лично я считаю, что можно и проигнорировать тех людей.

Выразив благодарность Альбедо, Аинз глубоко задумался.

Если первым делом позаботиться о Шалти, в конечном итоге всё может обернуться худшим сценарием. А если первым делом пойти в гильдию искателей приключений, какие изменения произойдут с Шалти? Он подумал о возможных худших исходах и сделал вывод, что какое решение ни примет, всё равно положение ухудшится.

Будь сейчас с ним старые товарищи, можно было бы легко решить большинством голосов. Однако их не было. Как правитель Великого Склепа Назарика и как тот, кто взял себе такое важное имя, ему следовало принять решение в одиночку.

После мгновения колебаний Аинз решил:

— Альбедо, пошли людей наблюдать за Шалти. Я заскочу в гильдию искателей приключений Э-Рантэла. Когда все дела там решатся, отведешь меня к Шалти.

— Как прикажете.

— Ты это слышала, Нарберал?

— Да. Тогда я сообщу посланнику, что вы скоро будете.

— Ах да, хорошо. На этом, Альбедо, извини, но я направляюсь в гильдию искателей приключений.

— Вас поняла. Я буду следовать инструкциям и отправлю несколько слуг вперёд.

— Прости за беспокойство. И я отдам моё кольцо Юри, поберегите его.

На самом деле он хотел ещё что-то отдать на хранение, но было мало времени, он быстро активировал способность кольца по перемещению.

Две сестры остались наедине в комнате, и атмосфера расслабилась. Будто ожидая этого мгновения, не имеющие век глаза Нигредо вспыхнули любопытством.

— Что такое? Что происходит с Шалти?

— Ах, она, похоже, восстала.

— Невероятно... как такое может быть... ты говоришь правду?

— Я тоже не могу поверить, но да, это правда.

— Тогда нужно быстро от неё избавиться. Но судя по тому, как обстоят дела, кажется, владыка Аинз этого не желает?

— Да, потому что владыка очень сострадательный... хотя нет, выносить ей приговор до завершения расследования предательства было бы большой ошибкой. Скорее всего, владыка думает что-то вроде этого.

Нигредо едва различимо вздохнула, что можно было принять как за согласие, так и за несогласие.

— Теперь я поняла. Я буду следить за Шалти магией, пока твои слуги не соберутся и не начнут наблюдение.

— Прости за доставленные неудобства, старшая сестра.

Считая, что разговор окончен, Альбедо уже собиралась высвободить силу кольца, но почувствовала, что старшая сестра хочет ещё что-то сказать. Как правило, старшая сестра всегда говорила прямо. Лишь одна причина могла заставить её колебаться.

Хотя Альбедо не хотела продолжать, но если есть маленький шанс, что разговор будет о другом, то спросить необходимо.

— Что такое, старшая сестра?

— ...Поскольку мне не позволено покидать эту ледяную тюрьму, я мало знаю о том, что происходит снаружи. Шпинель хорошо поживает?

В конце концов, разговор зашёл именно об этом.

Альбедо, так подумав, уже пожалела, что спросила. Однако недрогнувшим голосом, подходящим вопросу, она спросила:

— Старшая сестра, ты до сих пор называешь девушку этим именем...

— Я её презираю, даже если нас создал господин Табула Смарагдина... нет, Шпинель была создана по-другому. Она не из тех, кому хоть кто-то откроет своё сердце.

— Это не правда, старшая сестра. Ведь она просто очаровательна.

— Мне кажется, она тебя обманула. Шпинель принесет Назарику большую беду, я это гарантирую.

— Ну что ж, у нас всегда будут разные мнения. Я верю, что она никогда не станет бедствием.

— Неужели? Если ты, Смотритель Стражей, так решила, то я больше ничего не буду говорить. Однако я всё же надеюсь, что ты, как Смотритель, будешь всегда помнить о моих опасениях.

— Хорошо, я обязательно запомню.

Сдерживая эмоциональный вздох, Альбедо переместилась в другое место.

Однако, хотя обычно она бы перевела это в шутку, но сегодня слова, словно заноза, застряли в сердце.

Она верила, что преданность творений Высших существ безоговорочная. Однако Шалти восстала. Это значит, что другие тоже могут предать.

Может быть, и младшая сестра...

Она не могла полностью исключать эту вероятность. Однако для Альбедо это не было чем-то плохим.

В пункт назначения она прибыла с затуманенными глазами, словно находилась в трансе.

— Владыка Аинз, мой возлюбленный, я — ваш верный пёс, ваш раб. — Она выражала свои истинные мысли мужчине, которого рядом не было. — Я всегда буду на вашей стороне, даже если против вас обернётся весь Назарик.

Часть 3

— Проходи, проходи, проходи, господин Момон, садись на свободное место.

В комнате находилось шесть человек, трое из которых были вооружены и выглядели угрожающе. Ещё один человек, тоже на вид сильный и величественный, но безоружный, поднялся и поприветствовал Аинза. Рядом с ним сидел худой человек в робе, выглядящий нервно. Последним был тучный мужчина, он сидел в самой дальней части комнаты.

После того как перед всеобщими взглядами Аинз сел, мужчина, который поднялся его поприветствовать, сразу же снова открыл рот:

— Позвольте представиться. Я глава гильдии искателей приключений этого города, Бурдон Исаак.

Этот мужчина средних лет выглядел довольно способным и сильным. Он источал атмосферу ветерана сотен битв, никто не сомневался, что он — выдающийся воин.

— Это — мэр, господин Панасолей Гирг ди Лэйтенмая.

Когда Аинз слегка кивнул, Панасолей чуть помахал рукой в ответ.

Тучный... нет, честно говоря, жирный. Живот был раздутой жировой массой, и даже подбородок состоял из жира. Из-за этого его лицо походило на страдающего ожирением бульдога. Волос на голове почти не было, а те, что были, уже поседели.

— Приятно познакомиться, господин Момон.

Когда он говорил, то издавал свист, наверное из-за заложенного носа. Аинз ещё раз кивнул этому жирному, похожему на свинью мужчине.

— Это — глава магической гильдии Э-Рантэла, Тео Рейкшир.

Очень худой, словно бамбук, явно нервничающий, мужчина, кивнул Аинзу.

— Дальше эти трое мужчин. Они, как и ты, были приглашены на встречу. Они все — представители трёх команд искателей приключений Э-Рантэла, которыми мы гордимся. Справа налево: представитель команды Курагура, господин Игаварудзи; представитель Небесного волка, господин Бэрэт; и представитель Радуги, господин Мокунаку.

Эти трое сидели величественно, и от них исходила сила, подходящая мифрилу, висевшему у них на шее. Хотя их экипировка для Аинза была, конечно же, мусором, для искателей приключений этого города она была сокровищем. Эмоции в глазах у каждого разнились, но одно было общим — любопытство.

Один из них, представитель Курагуры, Игаварудзи, взглянул на Аинза пронизывающим взглядом и холодно спросил:

— Прежде чем начнём, я хочу кое о чём спросить, глава гильдии Исаак. Я никогда не слышал имя Момон. Поскольку он мифрилового класса, то должен был совершить подвиг, так ведь? Что он сделал?

Хотя тон был немного враждебным, Исаак, который, казалось, этого не заметил, радостно ответил:

— Он приручил Мудрого Короля Леса и разрешил инцидент на кладбище, который случился прошлой ночью.

— Инцидент на кладбище?

В отличие от сбитого с толку Игаварудзи, представитель команды Радуга, Мокунаку, ахнул.

— Неужели тот инцидент с толпами нежити?

— Свист... ты хорошо осведомлён. Эти новости довольно неприятны, вот почему был отдан приказ о неразглашении. От кого ты об этом услышал?

Был у него заложен нос или нет, но он часто издавал свист, когда говорил. Возможно, потому что дышал ртом, он говорил не ритмично. Это казалось странным, будто бы он слово в слово читает сценарий.

— Извините, мэр. Я слышал не так уж и много, и, по правде говоря, мне трудно ответить на ваш вопрос об источнике информации. Кроме того, я больше ничего не знаю.

Встретившись глазами, оба мужчины улыбнулись. Мокунаку фальшивой улыбкой, тогда как мэр — кривой.

— Свист... не похоже на правду, но так тому и быть. Об инциденте с нежитью и так знает много людей. Свист... извини, я прервал тебя ненамеренно.

— Это неважно, мэр. Таким образом, гильдия решила, что господин Момон достоин мифрилового ранга.

— Лишь за это? Из-за того, что он разрешил один инцидент? Что тогда подумают искатели приключений, которые проходили испытания и взбирались вверх шаг за шагом? Разве они не будут держать обиду?

Самый минимум вежливости, которую Игаварудзи выражал к Исааку ранее, полностью исчез. Он открыто показал враждебность. В эту секунду со стороны присоединился ещё один холодный голос:

— Эй, глава гильдии, объяснись. Если честно, я разделяю его мнение. Я не согласен, что Момону дали мифриловый ранг, — вмешался Рейкшир, лидер магической гильдии. На лице у него была насмешка, но затем Аинз догадался, что он насмехается не над ним, а над Игаварудзи. Однако тот, похоже, этого не понял и дружески улыбнулся Рейкширу.

— Кажется, великие умы мыслят одинаково, глава магической гильдии.

— Хо, хо, хо. — Рейкшир словно услышал что-то забавное, его тонкие губы стали ещё тоньше. Это не было выражением доброй воли, поскольку у него в глазах ясно виднелось презрение. — Разве? Полагаю, моё мнение и ваше отличается как день и ночь.

— Что вы имеете в виду?..

— Это так, не препирайся, господин Игаварудзи. Некоторые в гильдии даже считали, что господину Момону следовало дать орихалковый ранг.

— Что?! — На лице Игаварудзи появилось явное неверие.

Когда это увидел Рейкшир, всё его лицо исказилось в улыбке.

— Всего лишь двумя людьми, господин Момон... нет, включая Мудрого Короля Леса, тремя, он пробился сквозь тысячи мертвецов и победил людей, которые как раз проводили злой ритуал.

— Но это ведь очень просто, если ты достаточно скрытен!

Рейкшир драматически вздохнул и сказал:

— Вы говорите правильно. Будь лишь это, мы не посчитали бы господина Момона равным орихалковому рангу. Однако кое-какие кости нежити показали истинную силу господина Момона, — сказав эти слова, Рейкшир посмотрел серьёзным взглядом на Аинза, который носил тёмную броню. — ...Останки костяного дракона. Господин Момон убил ужасающую нежить, у которой абсолютное сопротивление магии.

— Это, это!.. Костяной дракон в самом деле очень могущественен! Но даже искатели приключений мифрилового ранга могут...

— Победить двоих одновременно?

— Что?!

Ахнул не только Игаварудзи, но и остальные два искателя приключений. Похоже, они стали смотреть на Аинза по-другому, будто пытаясь оценить глубину его навыков.

— На кладбище мы нашли останки двух скелетных драконов. За такое короткое время твоя команда смогла бы прорваться сквозь тысячи мертвецов, уничтожить костяных драконов и убить зачинщиков, помешав им воплотить свой замысел? Некоторые из искателей приключений, которые отправились на кладбище, видели даже духов — извращённые души умерших, и другую могущественную нежить.

Игаварудзи, не говоря ни слова, прикусил губу.

— Позволь спросить ещё кое-что. По утверждению господина Момона в его команде также была женщина, заклинательница. Против костяных драконов она была бы совсем бесполезной. В таких обстоятельствах, если бы с вами была только она одна... хотя нет, ещё и Мудрый Король, но всё равно неужели этого было бы достаточно, чтобы совершить такой подвиг? — Рейкшир почтительно поклонился Аинзу: — Я, как один из представителей этого города, выражаю вам, господин Момон, глубочайшую признательность. Если бы не ваша быстрая реакция, кто знает, сколько бы жизней было принесено в жертву. Я хочу выразить свою личную благодарность, если вам что-то понадобится, только скажите, и я сделаю всё возможное, чтобы помочь.

— Вы мне льстите, глава магической гильдии. Я всего лишь принял задание госпожи Барел и разрешил проблему, вот и всё.

— Хо, хо, хо, хо... — Рейкшир громко и с восхищением рассмеялся. — Вы и вправду заслуживаете орихалкового ранга... нет, даже адамантового. Совершить такой подвиг малой группой и быть таким скромным... звучит, словно это для вас повседневная рутина. Я слышал, что ваша спутница может использовать магию третьего ранга... неужели это правда?

— Я в восторге от вашей похвалы... но я не желаю с такой легкостью раскрывать свои карты.

— Неужели? Какая досада.

Пока Аинз и Рейкшир шутили, их отношение разозлило Игаварудзи, он прокричал:

— Если бы мы были в городе, моя команда со всем этим справилась бы! Да в том, что их было мало, и заключается вся проблема! Скорее всего, из-за трудного характера он не смог собрать много людей!

Атмосфера в комнате стала напряжённой. Будто чтобы всех успокоить, фальшиво прозвучал свист.

— Давайте на этом прекратим дискуссию. Мы здесь собрались не для того, чтобы спорить, разве не так?

Ещё раз услышав свист, Игаварудзи разочаровано сел. Однако он всё равно смотрел на Аинза наполненными тревогой глазами. Двое глав гильдий неохотно покачали головой.

— Я могу понять чувства тех, кто ценит силу, но мы собрались не для этого. Лучше решить вопрос быстро, так ведь?

— Благодарю, мэр.

— Хм? Хотя я не знаю, почему ты меня поблагодарил, пожалуйста, продолжай. По правде, я тоже не очень много знаю о том, что происходит.

— Хорошо. Наверное, мне следовало сразу доложить...

— Не волнуйся об этом. Я ведь тогда был занят делами относительно господина Стронофа. — Ещё раз послышался свист.

— Тогда перейдём к главному вопросу...

— Может, сначала хоть какого-то этикета будем придерживаться? Разве ты не должен снять шлем? — Игаварудзи снова насмешливо вмешался. Даже если это было оправданно, всё же это было не к месту, два других искателя приключений неодобрительно на него посмотрели.

— Что ж, в этот раз он говорит верно, я и вправду был непочтительным. — Спокойно сняв шлем, Аинз показал фальшивое лицо, созданное магией. Оно было заурядным, и вовсе не походило на лицо какого-то там красавца. — Поскольку я из другого государства, чтобы избежать проблем, я ношу шлем. Пожалуйста, простите мою грубость.

— Тц, иностранец.

— Прекрати, Игаварудзи. Искатели приключений, защищающие человечество от угрозы монстров, не разделены границами стран. Твои откровенные жалобы о неписаных правилах гильдии, которые были со времён её создания, заставляют меня, такого же искателя приключений, стыдиться.

Собираясь добавить другой упрёк, Игаварудзи осознал, что все присутствующие разделяют это мнение, и неохотно промолчал.

— Поскольку я посторонний, относиться ко мне с предрассудками — обычное явление, — заявил Аинз.

Несколько человек криво улыбнулись. Из-за гнева лицо Игаварудзи изменило цвет, но когда Аинз снова надел шлем, возражений не последовало.

— Что ж, я надеюсь, на эту тему осложнений больше не будет. Я хочу сразу решить главный вопрос.

— Поскольку кое-кто опоздал, нам пришлось столько ждать.

— Я очень извиняюсь, пожалуйста, простите меня, — Аинз опустил голову и искренне извинился. Когда он был офисным служащим, то часто испытывал подобный опыт, когда встреча начиналась лишь после того, как босс заявлял, что все члены собрались, и в итоге ему приходилось подавлять желание пойти домой. Из-за этого он в самом деле мог понять чувства Игаварудзи.

Из-за искреннего и честного извинения и резкого контраста с циничным и саркастическим Игаварудзи Аинз показался более благородным. Послышался вздох, и лицо Игаварудзи стало ещё противнее, поскольку он понял, что его самооценка достигла нового минимума.

Однако кое-кто был в ещё большей ярости, нежели Игаварудзи.

— Хватит об этом. Если кто-нибудь снова прервёт, я его вышвырну отсюда.

Это, конечно же, был Исаак, глава гильдии искателей приключений. С наполненными гневом глазами и голосом, даже вполовину не таким спокойным, как ранее, он смотрел, конечно же, на Игаварудзи.

Тот смиренно склонил голову в извинении.

Видя, что он поубавил пыл, Аинз озадачился. Из-за своей враждебности не было бы ничего удивительного в том, если бы Игаварудзи повёл себя как мятежный подросток по отношению к своим родителям. Почему же он сейчас отступил?

Немного подумав, Аинз пришёл к гипотетическому выводу.

Если вдруг из собрания искателей приключений мифрилового ранга одного вышвырнут, какую же, интересно, критику он должен для этого вызвать? Даже если бы правда всплыла наружу, другие могли бы подумать, что его выгнали, поскольку он бесполезен. Таким образом, его позиция среди искателей приключений понизилась бы. Скорее всего, из-за этого он и закрыл рот.

— Сначала краткий отчёт. Примерно две ночи назад искатели приключений, патрулирующие дороги за пределами Э-Рантэла, набрели на вампира. Из них пятеро оказались убиты. Мы здесь собрались из-за этого.

Когда Аинз выслушал описание внешности вампира, надежды разбились. Из-за сильного испуга выживший искатель приключений лишь смутно помнил наряд, цвет волос и внешность. Однако навсегда запомнился один образ: серебристоволосая голова с большим ртом.

Даже по такому смутному описанию любой, знавший Шалти, быстро связал бы это с ней. В сердце Аинз уже был уверен, кем является вампир.

Не знаю, как всё так обернулось, но лучше бы изменить память тем выжившим. Дела плохи, надо побыстрее найти возможность это сделать.

Пока Аинз хмурил иллюзорные брови, обсуждение продолжалось.

— Так вот что случилось. Ну, я понял не слишком много, но объяснять исключительно ради меня — слишком большая трата времени, так что я пока послушаю, и если в конце у меня останутся вопросы, я их задам.

— Хорошо. Так у кого-нибудь есть вопросы?

— Где именно был встречен вампир?

— За северными воротами города есть большой лес, если в нём пройти три часа, вы как раз набредете на место.

— Какого ранга были те искатели приключений?

— Железного.

— ...Это что, лишь из-за вампира собралось столько искателей приключений? Неужели мы будем торговаться относительно того, кто пойдёт его уничтожать?

— Точно, с вампирами могут справиться и искатели приключений платинового ранга, разве не так? Не пойму, почему вызвали стольких искателей приключений мифрилового ранга.

— Причина проста — вампир очень силён, — вмешался Рейкшир, и все с удивлением посмотрели в его сторону.

— Очень сильный вампир?..

— Хотите сказать, что это вампир высшего класса... неужели как тот, который появлялся в легенде о тринадцати героях, вампирский лорд Ландфол?

— Мы не знаем этого наверняка. Но когда искатели приключений встретили вампира, тот использовал заклинание третьего ранга «Создание нежити». Я ведь не должен вам объяснять, что это значит?

Никто ничего не ответил. За них говорили напряжённые лица.

— Ну... я вот совсем не понимаю, что это значит. Можете объяснить?

— Извините, мэр.

— Проще говоря, использование такой магии означает способности платинового ранга.

Панасолей, примерно понявший это объяснение, нахмурился.

— И это также означает... что мне лучше перестать болтать попусту.

Свет в глазах Панасолея обострился, и остальные это почувствовали. До этого ленивое выражение лица превратилось в лицо дикого кабана. Нет, это был истинный вид Панасолея.

— Другими словами, глава гильдии магов, ты хочешь сказать, что монстр, который по силе равен платиновой команде, имеет ещё и навыки, которые ей равны?

— Совершенно верно.

— Проще говоря, это всего лишь более сильный монстр?

— Ну, так тоже можно сказать.

— А какой у него эквивалент в военной силе?

— Военной... трудно ответить. — На мгновение Рейкшир почувствовал досаду. Затем заговорил: — Это моё личное мнение, и, должен сказать, оно не абсолютно. Если оценивать врага армией, нежить не устаёт и не требует пищи... крайне осторожно я бы предположил, что вампир примерно равен десяти тысячам солдат.

— Что ты сказал?!

Панасолей был потрясён, он посмотрел на искателей приключений, словно желая услышать их мнение. Кроме Аинза, все кивнули в знак согласия с заявлением главы магической гильдии.

Исаак открыл рот: «Я продолжу с того, на чём остановился Тео...», — и, будто принимая эстафету от Рейкшира, начал говорить:

— В общем, примерно у двадцати процентов искателей приключений страны ранг выше платинового. В Королевстве три тысячи искателей приключений, следовательно, на всех землях Королевства, на которых проживает более чем восемь миллионов жителей, лишь шесть сотен искателей приключений платинового ранга и выше. Вы понимаете, насколько они редки?

— Если ты так говоришь, то хоть я и не хочу понимать, я уже понял. Тогда, чтобы разобраться с кризисом, я спрошу у вас, искатели приключений, вы уверены, что справитесь с вампиром? Если нет... как насчёт того, чтобы попросить помощи у господина воина-капитана Газефа?

Газеф Строноф, самый могущественный воин Королевства, превосходящий искателей приключений адамантового ранга. Его можно считать последней козырной картой Королевства.

Однако Исаак тут же ответил отказом.

— Наверное, ни один воин не сможет победить господина Стронофа. Однако если он столкнётся с командой искателей приключений, которая слабее него, победителем окажется команда. Ведь она может атаковать множеством способов. Возьмём, к примеру, того же господина Стронофа. Количество заклинаний и навыков, используемых командой, будет в четыре раза выше, чем может использовать он. И правда в том, что против монстра с особыми способностями эта разница будет громадной.

— Что ж...

— Лучшим решением будет собрать искателей приключений адамантового и орихалкового рангов. Но сначала позвольте лучшим искателям приключений этого города построить защитную сеть, чтобы остановить вторжение вампира.

— А не слишком ли пассивен этот метод?

— Учитывая самые плохие сценарии, это лучшая стратегия. В конце концов, противник — это одиночка, способный соперничать с целой армией, разве не так?

— Если он и вправду обладает такой огромной силой, то после него останется сплошной ад, где бы он ни прошёл... Я, честно говоря, не желаю этого представлять.

Если бы противником была десятитысячная армия, их местоположение можно было бы легко определить. К тому же, чтобы поддерживать такую армию, понадобилось бы большое количество пищи, долгую осаду организовывать довольно трудно.

Но если противник — одиночка, это ведь многое меняет? А если он ещё применит магию «Невидимости», что, если он мастер скрытности?

— Однако, хоть, глава гильдии, вы и сказали построить оборонную сеть, это не так уж и просто. Ведь чтобы действовать согласованно, нужны долгие тренировки...

— Я так не думаю, достаточно, чтобы все умели сражаться вместе. Как считаете, господа?

Искатели приключений тут же возразили мнению мэра:

— Полагаю, это будет нелегко. Если создавать план заранее, чтобы его все знали, необходимо всё продумывать до мелочей. Но чем больше деталей, тем выше вероятность ошибиться при встрече с неожиданностями. В таком случае лучше, если каждый будет действовать по отдельности, а не все вместе. Кстати, почему там появился вампир? К какому выводу пришло расследование гильдии?

— Поскольку вампир очень силён, мы не смогли собрать много сведений. Как только мы собирались собрать следственную группу, прошлой ночью случился инцидент, и мы отправили свои силы туда.

— Так вот в чём дело... вы обеспокоены, что эти два инцидента связаны?

— Верно.

— Разве дело кладбища не разрешил господин Момон? Неужели по тому, что осталось от первого инцидента, можно провести связь между ним и инцидентом с вампиром?

Комната погрузилась в тишину.

Аинз озадачился. Прежде глава гильдии не колебался с ответом, однако впервые за это время он перевёл взгляд на мэра. Словно он просил разрешения. Скорее всего, это было связано с информацией о террористической атаке на город и, вполне возможно, некоторую информацию, но не всю, было можно рассказать искателям приключений.

— По собранным останкам мы поняли, что противником был Зуранон.

Три искателя приключений посерьезнели.

Но Аинз впервые слышал это название. Ему оставалось только молиться богу, в которого он не верил, в надежде, что его не спросят о том, о чём он ничего не знает.

Неведение устрашает. Нужно как можно быстрее собрать информацию.

— Тайная организация, которая занимается контролем нежити. Тогда, скорее всего, этот инцидент связан с вампиром.

— Проблемы возникли одновременно как внутри, так и за пределами города... цель — разделить наши боевые силы? Или там и там — диверсии, а настоящему плану ещё предстоит произойти... это было бы слишком пагубно.

— Сейчас приоритетом должна быть разведка. По словам рейнджера недалеко от места, где был обнаружен вампир, расположено бандитское логово...

— Вероятность того, что вампир уже покинул место, очень высока... Но опять же, вероятность того, что он остался на месте, тоже не нулевая. Сначала нужно послать туда людей... — говоривший искатель приключений вдруг замолчал.

Естественная реакция, потому что направиться туда, где, скорее всего, он обнаружит вампира — всё равно что с готовностью пойти в самое опасное место. Если там и вправду будет вампир, и если он будет обладать предсказанной мощью, это будет означать верную смерть.

Те ремарки были не чем иным, как вежливой просьбой кому-то пойти на смерть.

— ...Давайте пока поговорим о другом. Сейчас важнее усилить оборону города, поскольку, быть может, вампир уже проник в город.

— Проникнуть в город, используя магию, очень легко. Это место совсем не похоже на Имперскую столицу с её патрулирующими небесной кавалерией и заклинателями.

Можно использовать «Полёт» и проникнуть в город с неба, также можно использовать «Невидимость». Магия такая хлопотная, так что не было ничего удивительного в идее сначала сосредоточить боевую мощь на обороне.

— Но в таком случае, без какой-либо информации, будет невероятно трудно иметь дело с вампиром, всё равно сначала нужно собрать все возможные сведения!

Все присутствующие согласились с очень разумным предложением.

Для Аинза ничего хорошего это не сулило.

Будет катастрофа, если остальные узнают внешность Шалти. Хотя неясно, как сегодняшний день повлияет на будущее, но если внешность Шалти станет хорошо известной в городе, или даже в Королевстве, то это станет большим препятствием в будущих закулисных действиях.

Аинз отчаянно думал, но не видел другого способа повести ход событий в другую сторону. В конце концов, есть лишь один способ не дать внешности Шалти стать известной.

Аинз проглотил слюну, которую не мог выделять, и сказал:

— Прежде всего, хочу кое-что прояснить. Вампир и Зуранон не связаны.

— Почему? Господин Момон, вы знаете что-то, о чём не знаем мы?

— Я знаю имя вампира, потому что он один из тех, кого я всё это время преследую, чтобы убить.

— Что?

Все были потрясены.

Аинз психологически подготовился к тому, что вот-вот начнётся самое интересное.

— Вампир очень силён. На самом деле я стал искателем приключений именно для того, чтобы получить о них сведения.

Он сознательно раскрыл информацию, и Исаак сразу же проглотил наживку.

— О них? Господин Момон, вы сказали них?

— Да, два вампира. Вампиршу с серебряными волосами зовут... — Он вдруг остановился. Сначала он хотел сказать Кармилла, но вампирши с таким именем просто слишком распространены. Если рядом есть другие игроки, это имя позволит им обнаружить его существование. Пока он колебался, какое имя выбрать, на него вдруг снизошло вдохновение, и он выпалил: — Хенупенути.

— Э?

Он услышал странный вопросительный звук. И не от одного человека, а почти от всех вместе.

— ...Её зовут Хенупенко.

Хотя он сам сказал это имя, казалось, будто его сказал кто-то другой. Если кто-то об этом спросит, он будет настаивать, что просто неправильно его произнёс.

— Хенупену?..

— Хенупенко.

Хотя он изменил последнюю часть имени вампирши на «-ко», он был уверен, что ни один игрок Иггдрасиля не сможет понять, откуда оно пришло. Аинз почувствовал, как его переполняет уверенность из-за такого идеального имени, и гордо улыбнулся под шлемом.

— Н, неужели? Тогда Хену... да без разницы! Поскольку мы знаем имя вампирши... разве не время сейчас нам узнать, кто ты на самом деле? Из какой ты страны?

— ...Мне очень жаль, но ещё не время. Мне поручили тайную миссию. Если вы узнаете обо мне, мне придется покинуть вашу страну, и с вампиром вы будете иметь дело сами. Я не желаю, чтобы это дело посеяло раздор между нашими странами. Мэр, вы ведь это понимаете?

Мэр медленно кивнул. Увидев это, Исаак сжал кулаки и бросил резкий взгляд на Аинза.

Взгляд главы гильдии ни в малейшей степени не потревожил Аинза, но до какой степени они поверят в его ложь? Они обнаружат какие-либо противоречия? Аинза волновали эти два вопроса, но отодвинув беспокойство в сторону, он гневно, не позволяя никому себя прервать, продолжил:

— Давайте за разведку возьмётся моя команда. Если мы обнаружим вампира, то расправимся с ним на месте.

Тёмный воин, прибывший последним, с уверенностью сделал такое заявление.

Хотя они не видели его лицо, по голосу чётко чувствовали его уверенность и решимость.

От него исходило настолько сильное давление, что все подумали, что сам воздух дрожит, и ахнули. Каждый подумал, что ахнул он сам.

— Т, тогда другие команды...

— Не нужны. Мне не нужно бремя, — грубо и высокомерно заявил он, любезно помахав рукой.

Так вести себя с искателями приключений того же класса не очень хорошо. Однако присутствующие искатели приключений, побывавшие на сотнях битв, поняли, что такое отношение родилось не из нарциссизма, гордости или заносчивости, а исходя из холодного расчёта. В то же время он сделал это заявление, зная свою истинную силу.

Он необычайный человек.

Казалось, словно у них на глазах тёмные доспехи стали больше, а комната — меньше. Они почувствовали ауру, с которой никогда не смогут сравняться. Такое же чувство, например, исходило от искателей приключений адамантового ранга.

Его можно назвать героем.

Исаак не мог продолжать молчать, он сделал несколько вдохов. Нет, все присутствующие сделали то же самое, а мэр даже вспотел и ослабил свой воротник.

Исаак, будто шепча, тихо спросил:

— Что насчёт оплаты?

— Это дело можно обговорить позже. Однако после разрешения инцидента... когда вампир будет обнаружен и уничтожен, я надеюсь по крайней мере получить орихалковый класс, чтобы мне было легче искать другого вампира, потому что доказывать свою силу хлопотно.

Все присутствующие с пониманием кивнули. Искатели приключений работают не на города, и не на страны, тем не менее до сегодняшнего дня в этом городе никогда не было орихалкового искателя приключений. Если он станет здесь искателем приключений самого высокого ранга, то заработает много внимания и репутации. Кроме того, после получения редкого благословления орихалковым рангом, репутация взлетит до небес. Таким образом, будет больше возможностей получить опасные миссии, что, в свою очередь, увеличит вероятность получить новости о могущественных вампирах.

Однако, хоть рационально с этим и можно было согласиться, кое-кто был слишком эмоционален, чтобы это принять. Заскрипел стул. Разумеется, это был Игаварудзи, который невзлюбил Аинза.

— Я не могу тебе полностью доверять. К-кстати, невозможно сказать наверняка, в самом ли деле вампир столь силён! Даже если он магией контролировал зомби, это мог быть какой-то предмет. Я тоже желаю пойти!

Даже при таком потрясении Игаварудзи сумел возразить. Всё благодаря тому, что он продолжал злиться на Аинза, он не желал признавать его невероятную истинную силу.

Бэрэт, недовольный отношением коллеги, колючим тоном сказал:

— Игаварудзи, твоё отношение...

— ...Без проблем. — Аинз очень легко согласился. Однако не из лучших побуждений, так как последующие слова были очень холодными. — Однако если ты пойдешь, тебя будет ждать... верная гибель? Не знаю, наверное, это будет полное уничтожение.

Он говорил очень рациональным тоном, не угрожал и не шутил. Он словно объявлял о предрешённости его судьбы. Игаварудзи вздрогнул. И не только Игаварудзи, все почувствовали, будто на них подул ледяной ветер.

Аинз слегка пожал плечами:

— Что ж, я предупредил. Если до сих пор желаешь идти, я не против.

— К-конечно!

Хотя это был блеф, он не собирался отступать. Только не так. Как он, искатель приключений того же ранга, может потерять лицо перед власть имущими этого города?

Пока они двое сталкивались лбами, Исаак, немного вернувший себе самообладание, спросил Аинза:

— Быть самоуверенным хорошо, но как можно быть настолько уверенным? Конечно, мы все знаем о твоей невообразимой силе, но ты ведь тоже должен знать, что эта задача не из лёгких, судя по оценке силы противника. Мы также обеспокоены, стоит ли вверять всё в твои руки. Если... хоть это и маловероятно, но ты проиграешь, нам потребуется запасной план...

Аинз, словно выстрелив, сразу ответил:

— У меня есть козырная карта.

— Какая? — заинтересованно спросил Исаак.

Он достал из-за пазухи кристалл.

— Как это возможно?.. Не могу поверить... — вдруг выкрикнул Рейкшир. Тяжело задышав, он продолжил: — Я много раз видел такие в драгоценных древних книгах... Предположительно, один такой есть у Теократии, и его лелеют как сокровище... Магический предмет, в котором спрятана невообразимая сила. Запечатанный магический кристалл. Почему у тебя есть такой предмет?!

— Просто удивительно... вы правы. И внутри кристалла запечатано заклинание восьмого уровня.

— Я, по-моему, неправильно расслышал! Можешь повторить? — вскрикнул Рейкшир. И так вскрикнул, что даже курица, которую убивают, едва ли кричит громче. Лицо тоже исказилось до ужасной неузнаваемости.

И удивился не только Рейкшир, но и все остальные. Нет, кроме мэра, все посмотрели на него ошеломлённо и, вероятно, со страхом. Даже малоопытные искатели приключений поняли смысл слов Аинза и ценность этого предмета.

— Восьмой ранг... это, возможно это хорошо сделанная копия?

— Может быть, это фантазия, но если там и вправду такая магия... то это уже царство мифов.

— Вы шутите? Это нонсенс!

Трое искателей приключений — даже Игаварудзи — глядели на кристалл, лежавший в чёрной перчатке, со страхом и не моргая.

— Я заранее извиняюсь! Но, но могу я на секунду его одолжить?

— Зачем?

— Это... просто ради интереса заклинателя. Я клянусь, что не сделаю ничего странного! Если тебе нужно что-то в качестве залога, я могу отдать все свои предметы, например этот пояс...

Увидев, что Рейкшир, не закончив речь, начал отчаянно снимать пояс, Аинз, который был не в силах это выносить, ответил:

— Хорошо, в этом нет надобности. Вот, взгляните.

— Прости, могу я тоже потрогать его?

— Тогда и я хочу!

Кристалл с запечатанной магией прошёл через несколько пар рук и наконец оказался в руках Рейкшира. Он, последним взяв предмет в руки, уставился на него туманным взглядом, словно женщина, получившая драгоценность, которую так долго искала. Или, пожалуй, юноша, заполучивший желанный предмет.

— Слишком красивый... ах да, господин Момон, могу я на нём применить магию?

Увидев, что Аинз махнул рукой в знак согласия, Рейкшир восхищённо активировал магию.

— «Оценка магического предмета», «Обнаружение чар». — Затем он расплылся в улыбке... — Невероятно! — Величественность, которая исходила от него ранее, куда-то пропала. Такие невинные глаза, сверкающие чистым восторгом, а также другой тон голоса, он выглядел словно счастливый подросток. — Это правда! Внутри и вправду запечатано заклинание восьмого ранга! Своей магией я могу увидеть лишь немножко... но это уже изумительно, слишком изумительно!

Он то и дело завывал, будто безумец, ошеломляя всех присутствующих. В следующее мгновение Рейкшир полностью облизал кристалл и потерся им о щеку... просто сумасшедшее поведение.

— У-успокойся! Что ты делаешь?!

Испугавшись друга, который никогда раньше так себя не вёл, Исаак поднялся и подошел к Рейкширу. Все либо изумились его поведением, либо посчитали его просто несносным. Чтобы человек, занимающий в городе одну из ключевых должностей, так себя вёл... смотреть на это было трудно.

— Ублюдок! Как я могу успокоиться? Это просто слишком великолепно! Внутри в самом деле запечатано заклинание восьмого ранга! Хотя для меня невозможно узнать, какое именно это заклинание!

Рейкшир не мог сдержать возбуждение, он сияющими глазами глядел на кристалл. Наконец вскоре немного придя в себя, он спросил Аинза:

— Господин Момон! Г-где этот кристалл был найден? Побыстрее мне скажи!

— Его обнаружили в неких руинах вместе со многими другими предметами. Конечно, тогда магия уже была запечатала в кристалле. Несколько великих заклинателей это уже определили.

— Так вот оно что! Г-где те руины?

— В очень далёком месте... Это всё, что я могу сказать.

Конечно, ответ Аинза заставил Рейкшира от сожаления сжать губы.

— Что ж, разве ещё не время вернуть его мне?

— Вооо... ооо.

Рейкшир посмотрел вокруг и неохотно вернул запечатанный магический кристалл Аинзу. Искоса глядя, как Аинз взял пергамент, чтобы вытереть кристалл, Рейкшир громко выкрикнул:

— Назад к главной теме, я... возражаю, чтобы господин Момон шёл уничтожать вампира!

От внезапности сказанного комнату окутала тишина. Исаак прикрыл ладонью лицо, но с горечью на всякий случай спросил:

— Почему так внезапно? Хотя причина и так очевидна... я всё же осмелюсь спросить.

— Ну... потому... потому что это будет слишком большой тратой...

Сумасшедший. Так Исаак определил текущее умственное состояние друга и полностью оставил его без внимания.

— Что ж, мнение Рейкшира можно не учитывать...

— Одну секунду! Магия восьмого ранга — и вправду царство мифов. Такой бесценный предмет просто нельзя тратить на простого вампира!

Глаза Исаака заполонил гнев. Ему уже просто не хватало слов, тот, кто занимает высокую должность, не должен вести себя подобным образом. Но он подавил приступ гнева и сказал Рейкширу ровным голосом:

— ...Извини, Рейкшир. Но прекрати устраивать сцену.

Сильные эмоции, вложенные в это предложение, вернули Рейкшира обратно на землю. Из-за своего постыдного поведения он покраснел.

Скосив взгляд и убедившись, что друг снова стал нормальным, Исаак, делая всё возможное, чтобы оставаться спокойным, сделал официальный запрос:

— Что ж, господин Момон, я поручаю всё это тебе.

Видя, что тот ещё и поклонился, Аинз с уверенностью кивнул. «Понял» — сказал он и через щель в шлеме глянул на Игаварудзи.

— Мы отправляемся немедленно, поскольку штраф вампира при солнечном свете замедляет его движение.

— Штраф? Ты говоришь о слабости? Верно, вампиры замедляются. Я буду готов довольно быстро.

— Не будешь обсуждать это со своими товарищами?

— Нет. Они и так поймут.

— Неужели? Что ж, встретимся через час у главных ворот Э-Рантэла.

— Через час? Не слишком ли рано? До заката ещё долго.

— Я хочу попасть туда как можно быстрее. Если думаешь, что тебе не хватает мужества, и нужно некоторое время, чтобы набраться решимости, то я оставлю тебя здесь и пойду один. Тебе есть что сказать?

— Понял, я сейчас же начну готовиться.

Аинз говорил ясно и громко, заставив Игаварудзи ответить прямым согласием и встать. Аинз холодно посмотрел в спину удаляющемуся Игаварудзи, затем повернулся к оставшимся в комнате людям.

— Что ж, мне нужно уходить. Надеюсь, вы сможете защитить Э-Рантэл. Я не хочу обнаружить катастрофу, если вернусь, не встретив вампира.

— Ах, хотя мы не можем гарантировать, что проблем не будет вовсе, но мы сделаем всё возможное. Если встретишь опасность, пожалуйста, тоже отступай.

Аинз кивнул и покинул комнату.

В комнате остались трое: Панасолей, Исаак и Рейкшир. У всех на лице была тоска.

— Я очень сожалею, что все увидели мой никчёмный вид.

— Расслабься, — криво улыбнулся Панасолей.

Однако то, как все оценивали Рейкшира, значительно изменилось. И сам он тоже почувствовал себя бесполезным. Но тем не менее ему до сих пор было трудно скрыть своё возбуждение.

Однажды он встретил аптекаря Лиззи, и она воодушевлённо говорила о зелье. Видя такой торжествующий вид, Рейкшир, глядя на неё холодным взглядом, сомневался, необходимо ли так радоваться. Сейчас же ему захотелось высмеять тогдашние свои чувства.

Он понял: если перед глазами появляется нечто, что ты не можешь заполучить, любому покажется безнадёжной затеей подавить в сердце изумление и волнение.

— Предмет был настолько ценен?

Рейкшир несколько секунд молчал. Он подавлял нахлынувшие подростковые эмоции.

— Да. Он может перевернуть все наши знания и всё, что относится к магии. По правде, магия выше шестого ранга — лишь легенда. Однако только что я впервые её увидел.

Различные уровни магии, называемые «магическими рангами», предположительно в этом мире впервые появились шесть или пять сотен лет назад. Хотя позже появлялось несколько заклинателей, прозванных героями, среди них очень мало могло пользоваться магией седьмого ранга и выше. Кроме тринадцати героев, об остальных ходили лишь слухи.

В легендах о героях был один, использующий магию. «Такие подвиги невозможны даже с заклинаниями выше седьмого ранга» — так о нём говорили. Но, по общему мнению, это была лишь легенда. И, кроме того, никто не видел, чтобы тринадцать героев использовали магию седьмого ранга.

Но...

Наверное, не все те сказки выдумка. Рейкшир запечатлел это твёрдо в своём сердце, чтобы не забыть и исследовать в свободное время.

Например, герои были такими: владеющий Ветвью Тонелико король гоблинов, убивший множество драконов; крылатый герой, способный очень долго парить в небе; магический воин верхом на трёхглавом драконе; и принцесса, которая вместе с двенадцатью преданными рыцарями правила в Хрустальном дворце.

— Мы можем полностью ему доверять?

Панасолей говорил, без сомнений, об Аинзе.

Зелье, полученное с рук искателя приключений в чёрных доспехах, было брошено в вампира, и тот отступил. Такими были показания выживших искателей приключений.

Поэтому они пришли спросить об эффектах зелья к самому известному аптекарю города, Лиззи. В заключении: зелье было столь же редким, как и этот запечатанный магический кристалл.

Если редкий предмет лишь один, другие отнесутся к этому с подозрением, но если их два, все захотят знать, кто их создал. Но тогда почему вампир прекратил атаковать?

Было две вероятности. Первая связана с враждой, вторая — взаимный союз. Именно поэтому следовало рассмотреть возможность того, что рассказанная Момоном история с этим связана. Внезапно появившийся искатель приключений Момон и так же внезапно появившийся вампир. Они в самом деле враждебны друг к другу?

— Он может работать вместе с вампиром?

Вот о чём он беспокоился. Три человека вспоминали слова Момона.

— Вероятность этого очень низка. Что думаешь, Рейкшир?

— Я тоже так считаю. Есть более эффективные методы. Он мог сделать вид, что убил вампиршу, и отослать её подальше отсюда.

Если даже предположить, что Момон работает с вампиром, те его слова были бы ему не на руку.

— Может, его цель — стать орихалковым искателем приключений?

— Вряд ли, мэр. Искатели приключений наслаждаются славой, но у них очень мало власти. Какие от этого преимущества? Исаак?

— Станет возможным получить более оплачиваемую работу, и репутация будет выше. Если есть удача, то можно даже получить официальную должность с хорошими условиями... однако на этом, пожалуй, преимущества и заканчиваются. Если бы он желал заполучить власть, другими способами этого добиться было бы быстрее.

Все считали искателей приключений профессиональными наёмниками в деле уничтожения монстров. Главой гильдии искателей приключений и вправду было возможно стать, но было невозможно подняться до положения, с которого можно влиять на политику Королевства.

— Если бы он хотел денег, всё, что было бы нужно, — продать тот кристалл, и ему остаток жизни не нужно было бы волноваться о пище и одежде. С такой силой, как у него, возможно также быстро повысить свою репутацию. По правде, кажется, уже некоторые стражники называют его героем из легенд.

Панасолей кивнул в знак согласия.

Аинз сразил огромные полчища нежити одним ударом, неудержимо прорываясь сквозь бесчисленные ряды мертвецов. Такой акт героизма в самом деле подходит подлинному герою. Именно так охарактеризовали Аинза стражники, ставшие свидетелями его героической битвы. Они даже поклялись с рукой на сердце, что если он рядом, не нужно бояться никакого монстра.

— Впрочем, к сожалению, нет никаких доказательств тому, что ему можно доверять. Однако в риторике господина Момона нет никаких несоответствий, и, более того, если он враг, почему он дал нам посмотреть на запечатанный магический кристалл? Вот почему мы должны в него верить.

Слова Рейкшира заставили двух других скорчить кислую мину. На их лицах было ясно написано, что, судя по его предыдущему маниакальному поведению, его мнение вряд ли убедительно.

— Мэр, Исаак... вы оба не доверяете господину Момону, потому что он появился из ниоткуда, так же, как и вампир, верно? Однако, полагаю, его слова — уже достаточное объяснение.

Двое других одновременно кивнули.

— Ещё есть вопрос в том, почему вампир прекратил атаковать искательницу приключений, увидев редкое зелье господина Момона. Если всё это время он преследовал вампира, в этом тоже есть смысл. Более того, искательница приключений не умерла потому, что вампир хотел дать знать Момону о своём присутствии, и намеренно сохранил ей жизнь.

— Так вот оно что... Позволить господину Момону поверить, что он уже близко, и заманить в ловушку. Поскольку искательница приключений обладала зельем, вампир понял, что она связана с Момоном и отпустил её, чтобы новости о присутствии вампира распространились быстрее. Противоречий нет...

— Учитывая, что господин Момон неумолимо преследовал вампира... как-то мне не становится радостно из-за того, что он сюда пришёл.

— Мне тоже, мэр. Однако, хотя мы до сих пор не знаем, из какой он страны или региона, лучше относиться к нему благосклонно пока он не победит вампира. За это время нам нужно подготовиться. Хотя я лично считаю, что нам не нужны такие подозрения... Хо хо, мне очень хочется поговорить с господином Момоном о различных предметах. Его доспехи, кажется, тоже очень ценны.

— Кстати, мэр, что случилось с телами членов Зуранона?

— Мы не знаем. Они куда-то исчезли, — скривившись, ответил мэр.

Жалкие трупы, которые остались после сражения Аинза, стражники поместили под охрану, но через день они вдруг исчезли. Хотя, судя по всему, кто-то вторгся и выкрал их, стражники не были атакованы и никто не видел никого подозрительного.

Место, где лежали трупы, было создано так, чтобы там нельзя было использовать магию. Своего рода тайная комната. Так что было неизвестно даже, как произошло вторжение, они исчезли, словно дым.

В городе всё ещё проводилось секретное расследование, но никаких следов не было найдено. А поскольку уже прошло столько времени, вероятность найти что-то равнялась нулю. Это также означало, что любую возможную связь, которую можно было обнаружить на трупах, найти уже не получится.

— А мог тот мужчина, проводивший тёмный ритуал, превратиться в нежить и сбежать?

— Такую возможность не следует полностью отвергать.

— Как досадно, что экспертиза тел не была завершена... Может, ещё какие-то следы остались в тайной святыне под духовным храмом? Будет чудесно, если там остались какие-то доказательства.

— Раз ты об этом упомянул, кажется, господин Момон не заходил внутрь. Если обнаружатся какие-нибудь ценные предметы неизвестного происхождения, мы отдадим их ему?

— Какими бы они ни были и для какого бы ритуала не предназначались, просто будем придерживаться правил искателей приключений и передадим их господину Момону.

Часть 4

Аинз ехал галопом по улице.

В щель шлема, туда, где у него были глаза, задувал тёплый воздух. Если бы он имел глазные яблока, то, наверное, без конца моргал бы, но поскольку у Аинза не было органов, он лишь чувствовал, что дует ветер.

Земля внизу пролетала со скоростью стрелы. Наверное, потому что расстояние до неё было небольшим, или по иным причинам, но казалось, что она проносится быстрее, чем скорость, с которой он ехал на самом деле. Хотя, надо сказать, страха он не испытывал вовсе. Каждый раз, когда его подбрасывало вверх, он машинально напрягал ноги.

Несмотря на то что Хамскэ умело держал баланс, это был практически хомяк, хоть и большой. На нём было довольно трудно ехать, потому что приходилось широко раздвигать ноги, и такую неустойчивую позу нужно было сохранять без помощи седла или поводьев. Даже Аинзу, который, по сравнению с другими, имел невероятное чувство равновесия, приходилось быть осторожным, чтобы не упасть.

Будет довольно трудно доставать мечи, находясь на Хамскэ. Следует как можно скорее сделать седло и поводья. Наверное, мне сможет помочь какой-нибудь кузнец.

Аинзу хотелось сделать седло не только из-за нестабильной езды. Основной причиной была фигура, которая двигалась параллельно с ним — рядом верхом на лошади ехала Нарберал. Она сидела на большом коне, закованном в тяжёлую металлическую броню. Она его вызвала предметом «Статуя животного — Боевой конь».

Героическая картина того, как Нарберал умело управляет большим конём и едет рядом с Аинзом, внушала трепет. Ровная спина, завязанные в хвост волосы, которые качаются на ветру, плащ кофейного цвета, трепещущий из-за сильного ветра, — словно сцена из фильма.

Разница между ней и ним, едущим на хомяке-переростке, — как небо и земля. Чувствуя себя удручающе, он посмотрел вперед и увидел группу из четырех мужчин. Доспехи у них были более искусны, нежели у членов команды Меч тьмы, с которой он путешествовал ранее.

Аинз выбросил из головы сложные мысли об инциденте с Мечом тьмы и в трансе оглядел четырёх мужчин, скачущих на лошадях.

Грандиозные лошади.

Аинз мало что знал о лошадях, но шерсть у той лошадки была красивого оттенка, а сама она выглядела довольно крепко. Наверное, это был породистый конь.

Четверо мужчин на лошадях ехали в построении «равнобедренный треугольник», тоже словно сцена из фильма.

Как же я глуп, на Хамскэ я похож на идиота.

У него было унылое настроение. Впрочем, такие мысли были лишь у Аинза.

— Монстр, на котором ты едешь, впечатляет. — Один из товарищей Игаварудзи, ехавший возле Аинза, заговорил к нему. Тон был не таким, как у Игаварудзи, он говорил не враждебно. Наверное, из-за любопытства, присущего искателям приключений, тон был наполнен удивлением и интересом. — Как он называется? Он известен?

— Он — Мудрый Король Леса.

— Э? Что? Тот монстр из легенд?! — прокричал мужчина и широко открыл глаза.

Я ещё не привык к такой реакции. Неужели необходимо так суетиться из-за хомяка?..

Уголком зрения он увидел, как Хамскэ гордо качнул бородой и дёрнул ушами. Вдруг Аинза сильно подбросило. Похоже, половину своего внимания Хамскэ обращал на разговор Аинза и остальных. Перчаткой безжалостно ударив того по голове, Аинз услышал глубокий эмоциональный голос.

— Просто Игаварудзи упоминал об этом ранее... Так вот оно что, он завидовал.

— А как он меня описывал? Хотя, забудь. Можешь и не говорить. Я могу смутно предположить, просто глядя на твоё лицо.

— Ха-ха-ха, извини. На самом деле... он не такой уж и плохой. Просто иногда предпочитает удовлетворять сиюминутный интерес.

— Вашей команде повезло, что с таким товарищем вы до сих пор невредимы. Или просто ваша группа сменила много членов?

— Нет, с самого формирования от нас не ушёл ни один человек. Хоть у него и такой характер, он невероятно умелый и поэтому довольно знаменитый искатель приключений.

— Знаменитый... хех.

Аинз перевёл взгляд на Игаварудзи и увидел пару острых глаз, наполненных враждой.

— Должно быть, с ним трудно, — улыбнулся он и немного поднял руку, подавая знак Нарберал, чтобы та подавила постепенно возрастающие эмоции к Игаварудзи. Аинз не желал начинать тут спор, у него были более важные дела.

Хамскэ поднял голову и посмотрел на Аинза.

— Хозяин... моей голове больно...

В тех глазах цвета воронова крыла блестели слёзы.

Аинз немного почувствовал себя виноватым. Наверное, он ударил слишком сильно, но, опять же, если бы он свалился с Хамскэ, это было бы не очень хорошо.

Даже с силой врезавшись в землю, Аинз вообще не поранился бы. Он уже поэкспериментировал на себе с предметами, смягчающими урон, и не почувствовал никакой боли, даже упав с высоты несколько тысяч метров.

Проблемой были его спутники. Они отнеслись бы с подозрением к такому крепкому Аинзу. Поскольку он позволил им сопровождать его, то надеялся разобраться с делом идеально. Желание Аинза было искренним.

— Беги ровнее. Мне не хочется с силой за тебя хвататься.

— Понял, хозяин обеспокоен состоянием своего подчиненного!

На этот раз глаза Хамскэ наполнили эмоциональные слёзы. Когда Аинз приказал тому во время бега смотреть на дорогу, товарищ Игаварудзи был впечатлён и снова его похвалил:

— Невероятно — держать равновесие в такой позе. Но даже если ты сохраняешь баланс, разве такая поза не опасна?

— Просто я уже привык... впрочем, я всё равно собираюсь позже установить седло.

— Седло... ненавистное... конечно шучу! Если хозяин так считает, этот Хамскэ подчинится без возражений! — заметив пронизывающий взгляд Нарберал, Хамскэ отчаянно выразил свою верность. Аинз почувствовал снизу тряску, и это было не от бега.

Он нахмурил под шлемом иллюзорные брови.

Разве нужно намерением убийства пугать простого хомяка? Такая преданность восхищает, но не заходит ли она слишком далеко? На дискриминацию людей закрыть глаза можно, но нужно выбирать время и место... похоже, она не совсем это понимает... у неё такие настройки персонажа? Если да, то ничего не поделаешь, но всё же...

Он просто брал с собой на миссии Хамскэ, и это уже увеличило славу искателя приключений по имени Момон. Из-за того, что Мудрый Король Леса вёл себя так преданно, но иногда так испуганно, создавались два разных впечатления. И только первое заставляло считать, что Аинз — великий искатель приключений. Хотя в обоих случаях он контролировал Хамскэ, по возможности Аинз предпочитал, чтобы у него была хорошая репутация. Поскольку он хотел, чтобы его как можно быстрее начали называть Героем, а не беспощадным человеком.

Кроме того, если ему будут верны не только члены Назарика, это, несомненно, пригодится в будущем.

Аинз вспомнил свои действия. Наверное, он обращался слишком грубо с Хамскэ, поэтому нежно, как какого-то зверька, погладил ту область, куда ранее ударил.

— Хозяин... это смущает...

Аинз ясно услышал звук скрежета зубов, смешанный в звуке галопа лошадей.

Знаешь, это ведь отчасти твоя вина? Кстати, ты была слишком яростной, наверное, из-за ревности? Может, она всё-таки не подходит для такого рода заданий? Нарберал тоже очень лояльна, но... какую награду ей следует дать?

Пока Аинз решал, дать ей кольцо или сокровище, Игаварудзи недружелюбно заговорил:

— Эй, Момон, лес уже перед нами.

Хамскэ, поняв Аинза, медленно уменьшил скорость. Уметь напрямую общаться с Аинзом — это его величайшая способность как ездового животного. Аинз не был уверен, что смог бы справиться с лошадью, ведь ему недоставало опыта.

Езда на Хамскэ чуточку смущает, но я рад, что не приходится ехать на лошади. Однако в будущем могут быть случаи, когда мне придется ехать верхом. Лучше всё же потренироваться верховой езде.

Аинз спрыгнул с Хамскэ. Погладив его с намерением выразить признательность, Аинз увидел, как Нарберал превращает лошадь назад в статуэтку, и мужчин на лошадях в стороне.

— Что ж, давайте выступать. В каком порядке ты хочешь идти?

— Мы спереди, вы следуете за нами.

— Мы не против, что бы ты ни делал. Но, пожалуйста, не забывай о нас и будь осторожен в своих действиях.

Услышав нетерпеливый ответ Игаварудзи, Аинз повёл Нарберал и Хамскэ в лес.

В диком лесу, как и в лесу возле деревеньки Карн, было очень трудно идти. Однако для Аинза, оборудованного различными магическими предметами, лес был словно ровная земля. Также, поскольку он беспокоился за Шалти, он то и дело ускорял шаг, иногда даже Игаварудзи просил замедлиться.

И даже если его просьбы были обоснованными, он сквернословил, показывая свою вражду. Нарберал, следующая за Аинзом, несколько раз почти прокричала в ответ, но каждый раз Аинз её останавливал.

— Мы скоро прибудем на место. Не действуйте необдуманно.

Удивлённое лицо Нарберал заставило Аинза улыбнуться под шлемом. В эту секунду Хамскэ услышал что-то странное, его уши несколько раз дёрнулись, словно он пытался определись источник звука.

Аинз, знавший, из-за чего тот так отреагировал, прошептал ему на ухо:

— Прекрати прислушиваться.

— Что? Хозяин, что вы говорите...

— Если ты услышал металлический лязг, то этот шум издаю я. Не обращай внимания.

— Х-хорошо, так вот оно что. Простите за грубость, хозяин.

— Тогда, кроме этого, ты обнаружил какие-либо признаки того, что за нами следят?

Он уже приказал Нигредо наблюдать, и, кроме того, предпринял множество мер предосторожности, но всё равно на всякий случай спросил.

— Никаких. Похоже, за нами никто не идёт.

— Эй... что-то случилось? — мужчина, раньше ехавший возле Аинза, спросил. Представитель группы, Игаварудзи, не подошёл спросить по очевидным причинам.

Аинз чуть махнул рукой, показывая, что не о чём волноваться.

— Неужели? — мужчина посмотрел на него так, словно не поверил, пожал плечами и промолчал, поняв, что Аинз не намерен говорить.

Хотя я к вам не питаю ненависти...

Аинз ничего не сказал, лишь прошептал это в сердце, молча пробираясь через лес.

Когда они зашли в лес на некоторое расстояние, вдруг сзади послышался звук извлечения оружия. Аинз остановился и неторопливо обернулся.

— Что случилось?

— Ещё спрашиваешь? Если идёшь впереди, ты хоть немного настороже должен быть.

Впервые товарищи Игаварудзи посмотрели на его тон, наполненный враждебностью, одобрительно.

— Эй! Вы там. Медленно выходите!

В стороне, куда прокричал Игаварудзи, было достаточно большое дерево, чтобы за ним мог спрятаться человек.

В напряжённой атмосфере Аинз спокойно пошёл к дереву. Хотя сзади в сторону Аинза раздавались паникующие голоса, он пропускал их мимо ушей. Нарберал шла за ним беззаботно. Хотя у Хамскэ были некоторые сомнения, он не остановился.

Будто в ответ на приближение Аинза, из-за дерева вышла особа в доспехах такого же цвета, как у Аинза. В руке она держала боевой топор, который слабо светился.

Появление воина, который был полон сил, покрыло сцену странной атмосферой. Нет, точнее покрыло не всю сцену, а лишь её часть.

Аинз чуть поднял руку и помахал, приветствуя:

— Спасибо за усердие.

— Благодарю, владыка Аинз, — Альбедо почтительно поклонилась. — Тогда Шалти...

— Кто она, чёрт возьми? Твой товарищ? И что это за «владыка Аинз»? — из-за спины Аинза послышался шквал вопросов.

Для Игаварудзи и остальных это была естественная реакция, но для Альбедо, которая как раз элегантно кланялась, это был проступок, который не искупит даже смерть. Вспыхнул столь яростный гнев, который мог всё сжечь дотла.

Хамскэ задрожал, вся шерсть стала дыбом, он ещё никогда себя так не чувствовал.

Третья сторона отреагировала так же. Лицо Игаварудзи стало мертвецки бледным, и он начал обливаться потом, чувствуя, что в любую секунду жизнь может оборваться.

— Позвольте представить всем моего товарища... Это Альбедо.

— Владыка Аинз, называть кого-то вроде меня товарищем... я ваш верный слуга.

— Что ж, тогда я беру назад своё предыдущее заявление. Она мой подчиненный. Это достаточный ответ на твои вопросы? Тогда, Альбедо, действуй по обговорённому плану. Можешь приступать.

Пока мужчины были ошеломлены, Альбедо пошла в их сторону.

— Ах да, я почти забыл, меня зовут не Момон, моё настоящее имя Аинз. Впрочем, можете его не запоминать.

Увидев, что мужчины не постеснялись показать на лице растерянность, Альбедо мило улыбнулась. Однако улыбка была холодной.

— Так что... Альбедо, избавься от них. Схвати лишь одного... нет, на всякий случай двоих. Помехи уже активированы, можешь не волноваться, что они применят магию связи.

Беспристрастный и холодный голос Аинза заставил людей Игаварудзи почувствовать необъяснимую тревогу. Аинз продолжил:

— Также забери трупы в Назарик. Если у них такая сила, их можно использовать в экспериментах, чтобы посмотреть, достаточно ли их для высокоуровневой нежити.

— Вас поняла.

Альбедо медленно качнула гигантским топором. Движение не было наполнено намерением убийства, даже враждебности не было или других негативных эмоций. Это было естественное движение, поскольку для Альбедо обезглавливать таких существ — всё равно что нарезать морковь.

Если бы не приказ Аинза, она, наверное, даже без оружия вышла бы целой и невредимой.

Люди Игаварудзи не врубались, что происходит, однако они знали, что столкнулись с бедствием, и приготовились к бою.

Перед встревоженными взглядами Аинз просто пожал плечами.

— Моя вина. В гильдии я немного неправильно выразился. Не «тебя будет ждать верная смерть», а я сам убью тебя и твоих людей. — Аинз вынес смертный приговор. — Я предупреждал, но ты не слушал. Так что это итог твоего собственного выбора. Пожалуйста, с готовностью прими свою судьбу.

Группа Игаварудзи собралась отступать.

Они быстро решили бежать, никак не переговариваясь между собой и не используя никаких жестов, потому что все понимали разницу в силе. Более того, они решили бежать не вместе, а разделиться, так была самая высокая вероятность выживания.

Альбедо, похоже, не предполагала, что противник так себя поведёт, потому начала действовать лишь через несколько секунд. Хотя её физические навыки намного превосходили Аинза, всё равно было сложно одним махом победить врагов, которые бежали в лес.

Она в мгновение нагнала первую цель и навыком захвата её вырубила. Пока первая жертва кричала, своим острым слухом Альбедо сумела уловить лязг металла вдалеке. Однако, поскольку поле зрения блокировали деревья, было трудно определить точное местоположение. К тому же мужчины, которые не носили доспехов, самое большее издавали звуки шагов. Поэтому Альбедо, которой не хватало партизанских или воровских навыков, было ещё труднее.

Альбедо покачала головой и вздохнула, затем приказала:

— Мар, избавься от тела. Ах да, не забудь уничтожить парня, который был невежлив к владыке Аинзу.

♦ ♦ ♦

Игаварудзи в отчаянии удирал.

На встрече гильдии он уже понял, что Момон сильнее, но всё равно не желал это признавать. Но когда увидел его верхом на монстре, величественном монстре из, можно сказать, древних легенд, «Мудром Короле Леса», ему оставалось лишь признать это. Он определённо сильнее искателя приключений мифрилового класса, раз сумел приручить такого монстра.

Когда Игаварудзи понял, что все разговоры в той комнате оказались правдой, его переполнила ярость.

Я не знаю, в какой стране ты известен, но не стой у меня на пути. Если хочешь информацию, я её тебе дам. Так что заткнись и уйди с моей территории.

«Вторглись на его территорию» — вот что думал Игаварудзи.

Чтобы осуществить свою мечту он неустанно укреплял своё тело. Он медленно взбирался по лестнице рангов, и даже из многих приключений едва уходил живым, однако вдруг встретил какого-то незнакомца, перепрыгнувшего ранги. Конечно, он был недоволен.

Если бы представилась возможность, он скинул бы его с лестницы, и даже распространял бы ложные слухи, чтобы разрушить репутацию. Лишь поэтому Игаварудзи решил с ним пойти.

Так что когда в тёмных доспехах появился товарищ Момона, желая уничтожить группу Игаварудзи, он сумел отступить без колебаний. Даже в страхе он смог начать действовать быстрее любого другого человека, ведь его вели злые мысли доставить как можно скорее в гильдию плохие новости о Момоне, нет, Аинзе.

Ты этого заслуживаешь. Я выживу и расскажу обо всём, что ты сделал!

Даже зная, что в любую секунду со спины может ударить то ужасающее оружие, даже зная, что жизнь в опасности, Игаварудзи спрятал эти чувства и язвительно ухмыльнулся. Ему было всё равно, выживут ли товарищи. Нет, даже лучше, если они станут щитами из мяса, чтобы он выжил.

Я хочу быть номером один, получить орихалковый класс, потом адамантовый, и стать героем, который будет у всех на устах.

Кроме него, никакие другие сильные личности не нужны. Товарищи — лишь ступени, чтобы достичь вершины славы. Он станет героем, спасшим мир, как и тринадцать героев прошлого. Однажды, когда он ещё жил в деревне, её посетил бард. Тогда-то Игаварудзи и наслушался героических историй, и у него появилась мечта.

Разрушить эту мечту и превзойти его группу. Это было ещё непростительнее, в особенности, потому что он был таким человеком, кто брался за грязную работу.

Бежать, бежать и бежать.

Игаварудзи непрерывно бежал через лес, не запыхавшись. Его по праву называли искателем приключений мифрилового класса.

Однако...

Игаварудзи споткнулся. В сердце пошла рябь, довольно большая рябь.

Что это за место? Я боялся, что они устроят засаду... поэтому сделал круг... но?..

Чувство направления указывало, что он в правильном месте, однако шестое чувство говорило совсем другое. Даже если он посетил лес впервые, он не потерялся бы. Однако почему-то он перестал понимать, где находится.

С моими чувствами что-то не так?

Он решил, что в этом дело. Однако казалось, что с ними всё в порядке. Это настораживало, но ему ничего не оставалось, кроме как принять это.

— Я потерялся? Как такое возможно... Как лесной охотник, как я, мог потеряться?

Игаварудзи был рейнджером и специализировался на полевых операциях. Можно сказать, что лес для него словно задний двор. Однако сейчас накатило необъяснимое и незнакомое чувство, будто лес преобразился в кровавую зияющую пасть хищного зверя.

— Как будто лабиринт...

Предположительно знакомый лес крайне изменился, заставляя его из глубины сердца чувствовать тревогу.

И в это мгновение...

Послышался тихий шорох.

Вспомнив того палача в чёрном, Игаварудзи отчаянно повернул голову и увидел, что из-за дерева выглядывает ребёнок. Тёмный эльф, близкий родственник лесных эльфов, расы, живущей в глубинах леса.

Почему тут тёмный эльф?

По слухам, большая деревня тёмных эльфов располагалась в глубине великого леса далее на юге, в месте, куда никогда не ступала нога человека. По общему мнению, тёмные эльфы жили вдали от цивилизации. В этом отношении они сильно отличались от лесных эльфов, которые торговали с людьми.

Странно, что такой эльф, к тому же ребёнок, появился один. В это мгновение ребёнок робко вышел из-за дерева.

Ах, это девочка.

Она была в женском наряде, а на несравнимо красивом лице появился страх, что возбудило желания Игаварудзи. Хотя на ум пришла мысль, что девочку мог послать Момон, они двое вели себя слишком по-разному, поэтому он посчитал, что это невозможно и высмеял себя.

Важнее другое, если девочка — тёмный эльф этого леса, то она должна знать безопасный маршрут. И даже если женщина в чёрных доспехах его нагонит, он сможет прикрыться этой девочкой. С этим в мыслях и полагая, что для обеспечения послушания необходимо запугивание, Игаварудзи шагнул вперёд.

— Эй...

Он намеренно говорил глубоким, запугивающим голосом, испугав эльфа и заставив попятиться.

— Это, п-простите...

Увидев такой испуг, Игаварудзи ухмыльнулся, считая, что план должен пройти гладко.

— Не нужно извиняться. Я просто хочу кое-что спросить, подойди на секунду.

— Ух... ух, ух, это... п-простите.

Игаварудзи был сбит с толку, не понимая, почему эльфийка снова извинилась, но посох из сандалового дерева в руках девочки уже замахнулся в его сторону.

Всё тело Игаварудзи крепко опутали растения, словно цепи.

Он настолько испугался, что весь задрожал.

Он — мифрилового класса, но не смог заблокировать магию какой-то там девочки?

Он изо всей силы вырывался, но растения даже на сантиметр не сдвинулись. Переполненный тревогой, Игаварудзи выкрикнул, блефуя:

— Г-грязная девка! Если не отпустишь, я тебя убью! Эй!

Тёмный эльф осторожно опустил голову и подошёл к Игаварудзи.

В это мгновение он понял, что платье у неё необычное. Материя и броня были удивительны, отменного качества, которых он никогда себе не мог позволить. Кроме того, взглянув ей в глаза, он туманно вспомнил слова своих друзей лесных эльфов.

Вот только память ещё не полностью сформировалась, как вдруг на лицо упала тень.

Девочка с силой взмахнула посохом сверху вниз.

На лице у неё до сих пор был испуг, но в глазах не было никаких эмоций. В них не было никаких чувств к тому, что сейчас должно произойти с Игаварудзи. То робкое отношение, казалось, было простой игрой по указке других.

Он мысленно провёл связь между ней и той женщиной в демонической чёрной броне.

— П-подожди! Что ты собираешься...

Альбедо прибыла как раз тогда, когда посох Мара опустился мужчине на голову. Шлем прогнулся и проломил череп, глазные яблоки выдавились из-за сильного удара. Голова стала как арбуз после игры в «суйкавари», где его нужно расколоть палками.

— Ты хорошо поработал.

— Э-это, госпожа Альбедо, в-всё кончилось... я справился?

Альбедо, сняв шлем, улыбнулась робко поднявшему взгляд Мару.

— Справился просто замечательно. Хотя метод казни был немного неопрятный, в этом нет ничего плохого. Владыка Аинз тоже тебя должен похвалить.

— П-правда! Хе-хе-хе.

Когда радостно улыбающийся тёмный эльф взглянул на труп, Альбедо спросила:

— Что насчёт последнего?

— Ах, с... с ним я уже разобрался. Труп... лежит за теми деревьями.

— Ясно. Отлично. Тогда, Мар, не мог бы ты переместить трупы в Назарик?

— П-понял.

Альбедо снова улыбнулась ухмыляющемуся и кивающему юноше, державшему окровавленный посох. Он и впрямь хороший ребёнок.

Однако было бы лучше, если бы он был чуточку милее.

Часть 5

— Мы обо всём позаботились, владыка Аинз, — подошла Альбедо, держа в руках на уровне талии шлем.

Аинз удовлетворённо кивнул. С этим в отношении дела Шалти свидетелей не будет. Поднимая руку, Аинз расслабился и спросил:

— Ты хорошо потрудилась. Что сделали с трупами?

— Я уже приказала Мару перенести их в Назарик.

— Ясно. Тогда проблема решена. Пусть убитые вампиром покоятся с миром, а мы, выжившие, сдержим наше горе и будем продолжать жить.

— Вас поняла. Владыка Аинз, что... что это за штука сжимает подол вашего плаща?

Аинз обернулся и увидел, как Хамскэ схватился за его плащ. Такой большой, а пытается за ним спрятаться, так странно и вместе с тем так уместно. Большие глаза явно были влажными, а мех от страха встал дыбом. Конечно же, предметом страха была Альбедо.

— Это Хамскэ. Своего рода мой питомец.

— Что?! Это сумело заполучить самую желанную должность в Назарике?!

— Э?.. Ах, Хамскэ. Эта особа — моя подчинённая Альбедо, она отвечает за управление моим домом, Великим Склепом Назарика. Она также твой начальник. Выйди и поприветствуй её.

— Как хозяин и сказал, этот покорный слуга — Хамскэ. Пожалуйста, позаботьтесь обо мне, госпожа Альбедо.

— Рада знакомству, Хамскэ.

— Великолепно. На этом давайте покончим с приветствиями. Дальше мы с Альбедо пойдём одни. Нарберал, отведи Хамскэ и Мара в Назарик... А ты будь поосторожнее с той вещью, что я тебе дал.

— Да! — ответила Нарберал в приподнятом настроении. Хамскэ прокрутил во рту предмет, полученный на кладбище, и пробормотал:

— П-понял, хозяин. И этот предмет шумный! Но я хочу спросить кое-что более важное, можешь немного успокоиться у меня во рту? Ваш покорный слуга хочет спросить госпожу Нарберал... этот покорный слуга в опасности? Его съедят?

— Поскольку ты, по всей видимости, питомец владыки Аинза, то без разрешения никто тебя конечно же есть не станет. Не волнуйся, я всем это передам.

Лицо Аинза не двигалось, но он улыбался. Похоже, поработав вместе в Э-Рантэле, они двое стали относиться друг к другу лучше.

— Хорошо. Тогда мы уходим, Альбедо.

— Да.

Под взглядом Нарберал и Хамскэ Аинз повёл Альбедо в сторону Шалти.

— Кстати, увидев тела тех людей, ваша подчиненная вспомнила о том, что вы упоминали в Тронном зале. Разве нам не нужно забрать тела мужчин и женщины, с которыми владыка разделался прошлой ночью?

— Это...

Он собирался повторить то, что сказал Нарберал прошлой ночью, «нужно, чтобы остались виновники инцидента», но вдруг его перебила Альбедо:

— Сражаясь против владыки, они могли заполучить некоторую информацию. Поскольку есть магия воскрешения, не должны ли мы во избежание риска забрать тела? Или у вас есть особая причина этого не делать?

Аинз перестал дышать. Нет, он и так не дышал.

Альбедо попала в самую точку.

Чёрт...

В этом мире существовала магия воскрешения. Это значило, есть более надёжный способ заполучить подробнейшую информацию, нежели вскрытие тел. Аинз вспомнил события прошлой ночи. Те люди узнали его имя, имя Назарика, а также способности Нарберал. В особенности та женщина.

Такую смертельную ошибку нельзя решить, просто признав свой провал.

Ему оставалось лишь надеяться, что людей, способных использовать магию воскрешения, нет поблизости. Однако судя по информации, заполученной от Писания Солнечного света, на такое способны люди из Слейновской Теократии. Кроме того, вполне вероятно, искатели приключений высокого ранга тоже могут использовать такую магию. А также у высшей власти тоже могут быть несколько людей, способных использовать магию воскрешения.

Так что как только высшие чины Э-Рантэла поймут, что умершие обладают важной информацией, они, по всей вероятности, найдут людей, способных использовать воскрешение. Поскольку они понимают, что проблема достаточно серьёзная, чтобы пошатнуть город, то захотят выжать максимум информации.

Аинз ощутил, будто несуществующее сердце сильно забилось.

Что мне делать?

Без сомнений, нужно заполучить тела. Но кому это приказать?

Аинз сказал тогда Нарберал на тела не обращать внимания. Неужели он должен открыто сказать ей, что ошибся?..

Нет, нельзя этого говорить.

Поскольку пока мы не знаем, почему Шалти нас предала, я должен стараться не говорить слова, которые могут снизить преданность НИП. В такие времена лучше не отдавать приказы, поддавшись панике.

Аинз посочувствовал начальству компании, которое отказывалось признавать провал, и, молясь в сердце, решил:

— Ты правильно говоришь. Однако у меня была особая причина оставить тела. Будь спокойна, всё идет согласно моим прогнозам... кроме предательства Шалти.

— Так вот оно что! Как и ожидалось от владыки Аинза. То, о чём я подумала только что, вы уже давно предвидели. Я слишком много говорю... мои извинения. Кстати, почему владыка вообще не использует магию воскрешения? При сборе информации с умершими можно сделать то же самое.

— О? — Аинз издал звучащий фальшиво возглас. — Я не упоминал об этом прежде? Ты слышала об экспериментах Демиурга с лечением?

— Да, слышала. Сначала отсекали конечности, затем применяли к ранам экспериментальное магическое лечение, да?

— Верно. Позволь задать ещё один вопрос. Ты знаешь, на что применяется магия воскрешения?

— Не на труп?

— Нет. Так что это должно быть?..

Альбедо и Аинз задумались, когда вдруг Альбедо осенило.

— Ах, я была не права. Вы были правы, владыка, не на труп, а на душу!

— Верно. В экспериментах Демиурга отрубленные конечности исчезали и вырастали из тела. Следовательно, если применить магию воскрешения на душу, что станет с трупом?

В Иггдрасиле на выбор было четыре различных способа воскрешения в обмен на очки опыта.

Первое — воскрешение на месте смерти. Второе — воскрешение у входа в подземелье. Третье — в ближайшем безопасном городе. И наконец четвертое — воскрешение в особом месте, например, в гильдии.

Так какая воскрешающая магия существует в этом мире?

Само собой разумеется, Аинз больше всего желал избежать четвёртого типа, который перенесёт их назад в точку возрождения. Если точка возрождения Нигана в Слейновской Теократии, то воскресить его — всё равно что воскресить врага, владеющего важной информацией. Аинз окажется глупцом, если отпустит тигра назад в горы.

Следовательно, было невозможно проводить эксперименты с воскрешающей магией. Ведь это могло ему аукнуться.

— Так вот оно что. Это и вправду требует пристального внимания. Как и ожидалось от владыки. Такая проницательность восхищает.

Видя, как Альбедо опустила голову и вздохнула, Аинз тут же покачал головой и ответил:

— Если честно, тебе не нужно волноваться о таких делах. Но всё же нам следует найти место для экспериментов... эх. Ладно, пошли.

Альбедо вела их всё глубже в лес. И через некоторое время они пришли на обширную поляну.

Там, посреди, можно сказать, самой безмятежности, стояла и целиком диссонировала с фоном фигура в алых доспехах. Она ярко сияла под солнечным светом и, казалось, словно вышла из сказки, но кровавое зловоние в воздухе разрушило атмосферу.

Шалти.

Она стояла точно так же, как тогда на «Кристальном мониторе», казалось, что она не сдвинулась ни на сантиметр. На мгновение Аинз даже подумал, что смотрит на монитор.

Однако кое-что было вполне реалистичным — кровавый запах, который доносился ветром.

Аинз несколько раз глубоко вздохнул, но поскольку его тело, очевидно, было неспособно дышать, он лишь сделал такое движение, это было отражение его эмоций.

— Шалти, — обратился Аинз.

Он был уверен, что говорит командным голосом, полным власти, а не бесполезно глубоким или хриплым.

Однако реакции не последовало.

Он обратился снова, пристально на неё глядя.

Шалти его не игнорировала. Её безжизненные глаза были открыты, но лишены духа, пусты. Было такое впечатление, что в них нет сознания.

Стоявшая рядом Альбедо вспыхнула гневом из-за отношения Шалти.

— Шалти! Ты не только не сказала ни единого слова объяснения, но ещё и смеешь показывать такую дерзость перед владыкой...

— Альбедо, не шуми! Тихо! Не двигайся! Я запрещаю тебе подходить к Шалти! — грубым тоном Аинз остановил Альбедо, которая шагнула вперёд. Обычно Аинз редко так относился к созданиям своих старых товарищей, но в этот раз он не смог сдержать эмоции. Его потрясло состояние Шалти. — Неужели... это возможно?.. Невероятно.

Аинз не мог поверить. Он сравнивал текущее состояние Шалти со своим прошлым опытом. Вместе с тем он приказал себе сохранять хладнокровие и рассуждать спокойно, ведь он знал, что возможность этого была очень высока. Он, желая объяснить ход мыслей и использовать это в качестве предлога, чтобы упорядочить факты, открыл рот:

— Я убеждён. Шалти под контролем разума.

— Вы так уверены из-за того, о чём мы говорили в Тронном зале?

— Мы пока не знаем, так ли это. Когда допрашивали членов Писания Солнечного света, я видел что-то подобное. Это и впрямь результат контроля разума. Я не совсем уверен, почему он подействовал на нежить Шалти, но, возможно, его вызвало что-то специфичное для этого мира?

Аинз сложил руки, глядя пронизывающим взглядом на нерушимо стоящую Шалти.

— Её сознание контролируется кем-то неизвестным, и что-то случилось как раз перед тем, как он сумел отдать приказы. Возможно, она тогда его победила... из-за чего осталась здесь одна в режиме ожидания. Скорее всего, произошло именно это. Однако она, вероятно, начнёт защищаться, если ты на неё нападешь или подойдешь слишком близко, НИП со злым мировоззрением имеют тенденцию нападать, так что не подходи к ней.

— Вас поняла. Но тогда её невозможно захватить и привести в Назарик. Хорошо, если человек, который ею управляет, уже мёртв, но если он жив, оставлять её так опасно.

— Верно.

Они не знали, почему на Шалти подействовал контроль разума. Вполне может быть, что в этом мире есть особая способность, позволяющая воздействовать на нежить. Если это так, Аинза тоже могут попытаться контролировать, если он останется здесь.

— Хотя использовать этот предмет немного расточительно, всё же лучше освободить Шалти от контроля разума как можно быстрее.

Аинз развёл пальцы. На одном из них было простое кольцо, не украшенное никакими камнями. На нём были выгравированы три падающие звезды, излучающие серебряный свет, и оно было самым могущественным из всех колец Аинза.

— Это?.. — озадачилась Альбедо.

В ответ Аинз гордо улыбнулся, несмотря на то что его лицо не могло двигаться, и назвал имя кольца:

— Это «Падающая звезда», очень редкое кольцо, позволяющее использовать магию «Загадать желание» три раза не тратя опыт.

Это была редкость, которую он выиграл, участвуя в лотерее целый год.

Из всех членов гильдии только двое, Аинз и Йорумайко, обладали таким редчайшим кольцом. Нет, скорее, не редкое кольцо, а символ глупости, ведь игроку приходилось тратить столько денег, чтобы его заполучить.

В кольцо была вставлена магия сверхуровня «Загадать желание». Количество возможных желаний было пропорционально количеству потраченного опыта. Это значило, что активация заклинания в обмен на десять процентов всех очков опыта даст одно желание, тогда как на пятьдесят процентов — пять желаний.

А желаний на выбор было довольно много. По статистике одного стратегического сайта их якобы было две сотни. Кроме того, одни желания появлялись часто, а другие — очень редко, так что это была ужасающая магия, где из-за беспечности пользователь мог потратить напрасно много опыта.

Также заклинателям, желающим использовать сверхуровневую магию, необходимо было сначала достичь девяносто пятого уровня. Даже в Иггдрасиле, где легко поднимать уровень, для этого нужно было заработать очень много опыта, так что люди колебались рисковать своими очками опыта на таком заклинании.

Когда для активации сверхуровневой магии «Загадать желание» используешь кольцо, то, как и всегда, возможные желания появляются совершенно случайно. Однако у полезных желаний вероятность появиться была выше, нежели у шуточных. Кроме того, максимальное количество желаний на выбор — десять и время активации магии нулевое, так что это и вправду был самый могущественный расходный предмет.

Потратить такой предмет, который к тому же имел элемент случайности, было, конечно, позором, но Шалти была незаменимой. Но если он потратит свои очки опыта, это может повлиять на использование других его особых способностей, для активации потребляющих очки опыта, поэтому он всё же колебался с выбором.

Аинз посмотрел на кольцо.

Он надеялся, что после активации появится желание, которое сумеет развеять все эффекты на цели. Хотя были и другие альтернативы, на ум пришёл этот самый прямой способ.

Поскольку это желание также отменяло позитивные эффекты, в игре его редко использовали, поэтому Аинз, приняв решение, улыбнулся.

— Что ж, кольцо, Я ЖЕЛАЮ!

Конечно, магический предмет можно было активировать, этого не говоря. Однако сильное стремление, чтобы из двухсот желаний появилось самое подходящее, заставило Аинза сказать это. Люди кричат такое же, когда кидают кости в азартных играх.

Поскольку в этом мире у магии Иггдрасиля были те же эффекты, с помощью кольца он наверняка сможет освободить Шалти от загадочного контроля разума. Но он лишь хотел в это верить.

Самое худшее, чего боялся Аинз, это если кольцо не активируется, но это беспокойство, похоже, оказалось излишним. Кольцо высвободило магию без проблем и... красный свет в глазницах Аинза сузился.

— Что... это?..

Будто в мозг затолкнули новую информацию, он почувствовал... что-то неприятное. Но вместе с тем он ощутил сильную эйфорию. Много разных человеческих эмоций нахлынуло на Аинза, словно волна.

Пока эмоциональная рябь рассеивалась, Аинз осознал, что заклинание «Загадать желание» этого мира отличается от иггдрасильского настолько сильно, что они практически разные.

Узнав о врождённой способности Энфри, он фантазировал о возможности заполучить её, активировав «Загадать желание». Это предположение не было ошибочным. В этом мире «Загадать желание» уже стало магией, которая делает возможным самые сокровенные желания. Пусть и в зависимости от потраченного опыта, но эта магия делает невозможное возможным. Более того, если потратить пять уровней, пятьсот процентов опыта, магия позволит осуществить ещё более сильные желания.

Аинз был уверен, что с этим сможет убрать магический эффект из Шалти. Он победоносно выкрикнул:

— Развеять эффекты, применённые на Шалти! — Через секунду свет в глазах Аинза на мгновение вспыхнул. — Как... как это возможно?

Взволнованное поведение Аинза заставило Альбедо осознать, что положение изменилось. Она нервозно спросила:

— Ч-что случилось? Владыка!

Аинз не ответил, вместо этого вспомнил свой большой игровой опыт Иггдрасиля, и скомбинировал информацию, которую почерпнул из стратегических сайтов, со знанием, собранным после прибытия в этот мир. И, самое важное, информацией, которую получил при попытке загадать желание. Это перевернуло все его мысли.

Когда он пришёл к выводу, его охватило невероятное беспокойство и гнев. Однако, хоть дух сумел остаться спокойным, всё же одна эмоция осталась... страх.

Встревоженный Аинз прокричал:

— О-отступаем! Альбедо, не приближайся! Быстро отступаем!

— Да! Вас поняла!

Аинз тут же применил магию перемещения. В следующую секунду в поле зрения появились холмы. Хотя Аинз благополучно прибыл домой, он отчаянно приказал:

— Альбедо! Остерегайся любого, кто может последовать за перемещением!

— Да!

Альбедо встала в боевую стойку рядом с Аинзом. Он протянул пустые руки, готовый отреагировать на любые изменения.

Наконец через некоторое время Аинз постепенно расслабился, а следом и Альбедо.

— Чёрт возьми! — Однако даже когда он успокоился, появился сильный гнев. Когда он стал нежитью, все сильные эмоции автоматически подавлялись, но даже после подавления сразу же вспыхивала новая ярость. — Чёрт возьми! Чёрт возьми! Чёрт возьми!

Аинз несколько раз с силой ударил по земле.

Поскольку он был невообразимо силён, в стороны полетело много земли. Последние несколько дней дождя не было, потому траву покрыл большой слой пыли. Но тем не менее даже это не смогло подавить гнев Аинза.

— В-владыка Аинз, п-пожалуйста, успокойтесь...

Почувствовав в голосе Альбедо страх, Аинз осознал, что его действия не подходят образу господина. Он быстро взял себя в руки и, будто изгоняя из сердца весь гнев, сделал большой выдох, на который не был способен.

— ...Прости, я потерял самообладание. Притворись, что ничего не видела.

— Пожалуйста, не говорите так. Но я благодарна, что владыка послушался моего совета! Если вы приказываете притвориться, что я ничего не видела, я полностью забуду этот инцидент. Однако... что случилось? Я вас рассердила? Если вы мне скажите, я приложу много сил, чтобы это никогда не повторилось!

— Я разгневался не на тебя, Альбедо. Просто я, активировав кольцо, понял, что моё желание не исполнилось. — Видя, что Альбедо молчит, Аинз осознал, что этого объяснения не достаточно и продолжил: — Есть лишь одна сила, которая может превосходить желание.

Раньше он, наверное, предположил бы, что помешала какая-то сила этого мира, но сейчас он был уверен в обратном. Поскольку, активировав магию, он понял это по нахлынувшему чувству.

— Н-невозможно... это...

— Да, Альбедо. Лишь одна сила... предмет мирового класса.

В Иггдрасиле таких предметов было всего лишь две сотни, даже оружие гильдии и оружие божественного класса не могло с ними сравниться. Если был использован предмет мирового класса, им можно взять под контроль нежить, иммунную к ментальным эффектам.

В эту секунду Аинз подумал о Стражах, которые до сих пор находились вне Назарика. Они тоже могут стать целью. Обвинив себя в том, что он не учёл такую возможность, Аинз приказал:

— Альбедо, быстрее отзови всех Стражей, которые находятся вне Назарика. Если нужно, проверь, не находятся ли они также под контролем. Я отправляюсь в Тронный зал! А затем... в Сокровищницу.

Глава 4. Перед смертельным поединком

Часть 1

Когда Аинз телепортировался в Сокровищницу, его встретил яркий свет. Словно все звезды неба собрались вместе.

Потолок столь высокий, что приходилось поднимать голову, чтобы понять, что он там есть, а стены столь обширные, что не вмещались в поле зрения. Эта огромная комната полнилась ослепительными сокровищами.

В центре золото и драгоценные камни образовывали идущую через всю комнату горную цепь. Их было достаточно, чтобы даже не помышлять о том, чтобы их пересчитать. В горах золота то тут, то там виднелись погребённые дорогие предметы самого лучшего качества: золотая чаша, скипетр со вставленными разными драгоценными камнями, излучающая серебряный свет звериная шкура, скрупулёзно сотканный золотой нитью гобелен, сияющий, словно жемчужина, рог, веер семи цветов, кристальная бутыль, мерцающее тусклым светом красивое кольцо и украшенная чёрными и белыми драгоценными камнями маска, изготовленная из шкуры какого-то животного.

Само собой разумеется, это была лишь вершина айсберга. В горе золота было, наверное, две или три сотни предметов такого уровня. Это была буквально гора сокровищ. Аинз услышал, как две из его сопровождения в восторге ахнули.

Две из троих...

Аинз посмотрел на трёх женщин, стоявших рядом с ним.

В белом платье вместо боевых доспехов была Альбедо, она осматривалась с искренним восторгом во взгляде. Юри Альфа, вернувшая Аинзу кольцо, когда тот возвратился в Назарик, была с таким же лицом.

Однако одна от них двоих отличалась. Она не ахнула, а молча наблюдала за Аинзом.

Хотя лицо было утончённым, казалось, словно оно искусственное. Один глаз изумрудного цвета блестел холодным светом, словно драгоценный камень. Второй глаз прикрывала повязка. Красно-золотые волосы сияли под звездным светом потолка.

Она была из расы автоматонов, CZ2128 Дельта, также известная как Сизу.

Поскольку она была боевой горничной, её наряд был похож на наряд Нарберал и Юри. Однако самой большей разницей был городской камуфляж и милая наклейка с надписью «одна иена», приклеенная на юбку. Ещё одним большим различием был белый автомат, который, словно меч, висел у талии.

Кстати, магический автомат, Автоматон и профессия Сизу «стрелок» были добавлены в игру в большом дополнении «Падение Валькирии».

Юри поправила свои очки в чёрной оправе. Словно чувство долга горничной не могло мириться с таким беспорядком, она спросила:

— Владыка Аинз, почему эти сокровища в таком виде? Даже с применённой защитной магией это нельзя назвать хорошим состоянием хранения. Если вы отдадите приказ, мы сразу же начнём уборку...

— А ты присмотрись.

Юри за долю секунды осмотрелась, и затем извинилась:

— Я была неучтивой, пожалуйста, простите мою невнимательность.

— Не обращай внимания. Но тем не менее так оно и есть — в том, что погребено в этой горе золота, мало ценности.

Юри последовала взгляду Аинза, который упал на причину того, почему она извинилась. Все стены были заставлены многочисленными шкафами, такими высокими, что достигали потолка. Внутри находились сокровища, которые сверкали даже ярче горы золота: палочка со вставленным кровавым камнем, скарлетитовая перчатка со вставленными гранатами, обрамлённые серебром линзы из чёрного алмаза, обсидиановая статуя собаки, кинжал из чистого аметиста, украшенный бесчисленным белым жемчугом маленький алтарь, стеклянные лилии, которые, казалось, переливаются всеми цветами радуги, созданные из звездных рубинов изысканные розы, гобелен с изображением парящего чёрного дракона, платиновая корона с огромным алмазом, покрытая драгоценными камнями золотая чаша для ладана, сапфировый лев и рубиновая львица, заколки, инкрустированные огненными опалами, которые горят словно настоящее пламя, вырезанная из красного дерева красивая коробка для сигар, сшитый из шкуры золотого зверя плащ, двенадцать тарелок, созданных из апоитакары, серебряные браслеты со вставленными камнями четырех разных цветов, магическая книга с обложкой из зелёного алмаза «демантоида», золотая статуя женщины в человеческий рост, пояс с большим имперским топазом, шахматы, где каждая фигура вырезана из разного драгоценного камня, вырезанная из цельного изумруда фигурка феи, чёрная мантия с вшитыми многочисленными маленькими драгоценными камнями, чашка из рога единорога, золотой стол со вставленными хрустальными шарами, и ещё много чего.

И это только малая часть.

Ещё там было много аквамариновых зеркал, красных кристаллов размером с взрослого человека, гигантская подробно проработанная статуя воина, которая светились серебряно-белым светом, она называлась «Бог Призрачного Топора», каменный столб, на котором были выгравированы символы неизвестного языка, такой большой александрит, что для его обхвата потребовалось бы два человека.

По этим бесчисленным сокровищам Юри поняла, что попросту нет места для всего.

— Время идти, — сказал Аинз.

Ему ответили двое, лишь Сизу молча кивнула вместо ответа.

Когда Аинз вызвал заклинание «Массовый полёт», четыре человека одновременно взлетели в воздух. Лишь тогда внизу стало видно облако смертельного газа слабого фиолетового цвета.

Юри осмотрелась в поиске источника газа. Однако ни на потолке, ни на стенах или в углах ничего не испускало фиолетовое облако. Когда у неё на лице появилось замешательство, заговорил монотонный голос:

— ...Сестрёнка Юри, в воздухе токсическая магия.

— Что?

Юри почувствовала на себе холодный взгляд. Это был спокойный зеленый глаз Сизу, глаз, в котором отсутствовали эмоции. Хотя лучше сказать, что он заставлял других верить, что она неспособна на эмоции. У Сизу были тонкие черты лица, но в каком-то смысле оно было маской. Сизу была автоматоном и не могла выражать эмоции, такими были её настройки персонажа.

— Кровь Ёрмунганда?.. — назвала Сизу инструмент, способный создавать токсичную зону. Аинз ответил:

— Правильно. Хотя я вам не сказал, это сокровище делает окружающий воздух высокотоксичным. Если у вас нет способностей или инструментов, способных противостоять токсинам, через три шага вы умрёте.

— Так вот почему меня... извините... вот почему нас троих выбрали?

— Верно?

Дуллахан Юри, поправившая очки, и не обладающая эмоциями автоматон Сизу, из-за расовых черт обладали иммунитетом к токсинам. Альбедо была демонической расы, поэтому такого иммунитета не имела, но, конечно же, она положилась на иной метод.

— Верно, именно из-за этого я привёл вас всех сюда, но... Сизу, не только для этого. Также чтобы кое в чём удостовериться.

Таким образом, Аинзу и остальным не пришлось взбираться на гору золота, вскоре при помощи «Массового полёта» они прибыли к двери по ту сторону. Двери? По форме это была дверь, но она выглядела словно бездонная яма в стене.

Прибыв к такой живописной двери, Аинз глубоко задумался.

— Здесь арсенал, но какой же к нему пароль?..

— Владыка Аинз, если там арсенал, это означает, что сокровища сокрыты и в других местах?

Э?.. Альбедо не знает о содержимом Сокровищницы?

Аинза озадачило, почему Альбедо задаёт такой вопрос. Тем не менее в том, что она не знала такой информации, был смысл. Сокровищница не была частью Великого Склепа Назарика. Сюда можно было попасть, только используя кольцо Аинз Оал Гоун. Она была так спроектирована, чтобы сделать вторжение чрезвычайно трудным. Вполне понятно, что Альбедо не будет знать о содержимом Сокровищницы, ведь каких-то десять дней назад у неё не было кольца.

Хотя Аинзу стало интересно, как много знают НИП, он посчитал это тривиальной проблемой и ответил на предыдущий вопрос:

— Ха-ха. У меня был товарищ, которого звали Гэндзиро. Ему нравилось держать всё опрятно и организованно, он любил упорядочивать объекты согласно их назначению.

— Это Высшее существо, создавшее одну из нас, Энтому?

— Да, Юри, ты права. Однако остаётся под вопросом, на самом ли деле он наслаждался опрятностью. Если он вправду наслаждался, то та гора сокровищ была бы более упорядоченной, а его комната не была бы в беспорядке. Кстати, он, кажется, уже разделил предметы по категориям: броня, оружие, украшения, вспомогательные инструменты, расходные материалы, производственное сырье и так далее. Кроме того, здесь есть также комната обслуживания Назарика... ах да, ещё и хранилище кристаллов данных.

Говоря это, Аинз указал пальцем на стену, где висела та тень в форме двери.

— Однако на самом деле неважно, каким путём мы туда войдём, всё равно все комнаты связаны... ах, простите. Я слишком много говорю.

— Не нужно извиняться, мы благодарны владыке, что он так страстно ответил на наши вопросы.

Вслед за заявлением Альбедо две боевые горничные одновременно поклонились, чтобы выразить признательность.

Нет времени на болтовню, что я делаю? Каждый раз, когда хвастаюсь Назариком, я не могу остановиться...

Пожав плечами, Аинз снова повернулся к тени.

Дверь можно было открыть только паролем. Наверное, магией или навыком вора можно было бы силой её открыть. Однако Аинз не изучал такую магию или навыки, так что было важно проговорить пароль...

Вот чёрт... забыл.

Это и понятно.

Поскольку в Назарике таких механизмов была целая куча, можно было запомнить пароль к тем местам, которые он посещал часто, но заходить в Сокровищницу было не так уж и много поводов.

Аинз сюда заходил, лишь чтобы оплачивать содержание Назарика, уже несколько лет прошло с того времени, как последний раз сюда ступала его нога.

Не сумев вспомнить, Аинз сказал универсальный пароль:

— «Слава Аинз Оал Гоун».

Тёмная дверь ответила на эту фразу, в ней, словно всплыв из воды, появился текст: «Ascendit a terra in coelum iterumque descendit in terram et recipit vim superiorum et inferiorum».

— Какой же Табула Смарагдина педантичный... — машинально у Аинза выскользнуло с губ, на что Альбедо смутно отреагировала.

Мысли перенеслись к одному из людей, ответственных за дизайн механизмов Аинз Оал Гоун.

Из всех мелких механизмов Великого Склепа Назарика, два были его разработками. Такой чрезмерно сложный дизайн съел большое количество квоты данных, выделенной Великому Склепу Назарика, из-за чего остальные члены гильдии не могли свободно проектировать свои вещи, и, следовательно, запротестовали. Он взял на себя ответственность и заплатил за предметы, которые увеличили квоту.

К всплывшим словам Аинз отнесся со всей серьезностью. Это, должно быть, подсказка, но что она означает?

Аинз потратил некоторое время на поиск ответа, сокрытого глубоко в его сознании. Вскоре из глубочайших воспоминаний он наконец вспомнил код к двери.

— Это должен быть он... «ты монополизируешь славу мира, и перед тобою расступится тьма»... верно? — проговорил Аинз и посмотрел на Сизу, словно ища подтверждение.

Та кивнула.

Кроме Табулы Смарагдина за разработку механизмов отвечал создатель Сизу. Она знала методы отпирания механизмов Назарика, такими у неё были настройки персонажа. Так что Сизу могла бы легко расшифровать ту подсказку.

Но даже зная это, Аинз просто из-за упрямства не попросил о помощи, он хотел открыть дверь собственными усилиями.

Прибытие в этот мир дало жизнь Великому Склепу Назарика. Вот почему он хотел первым оставить свой след на этой земле. Словно желая ступить на только что выпавший, ровный слой снега, Аинз пожелал открыть дверь самостоятельно.

Будто в ответ на желания Аинза чёрная тень сжалась в точку и исчезла, будто её там никогда и не было. Лишь сфера размером с кулак парила в воздухе.

Поскольку тень исчезла, появилась возможность заглянуть в отверстие в двери. Там был хорошо упорядоченный мир, совсем не похожий на то место, где они сейчас стояли. Музейная выставка — именно эти слова наиболее подходили для описания того зала.

Тускло освещённый зал словно уходил в бесконечность, настолько был длинным.

От пола до потолка было примерно пять метров. Он был сконструирован не для человеческого роста, а чтобы могли войти не люди. Ширина была приблизительно десять метров. Пол был вымощен плиткой, испускающей чёрный свет, подогнаной настолько идеально, что казался одним огромным куском камня. Атмосфера священного спокойствия.

Обе стороны зала были заставлены бесчисленным оружием. Просто невероятное зрелище.

— Пошли.

Не дожидаясь ответа остальных, Аинз вошёл прямо в арсенал.

Их встретил большой набор оружия: палаши, двуручные мечи, эстоки, фламберги, ягатаны, мечи «пата», искривлённые мечи «шотел», кукри, клейморы, короткие мечи, мечеломы...

Конечно, там были не только мечи. Также были одноручные и двуручные топоры, одноручное дробящее оружие, одноручные копья, луки, арбалеты...

Даже классифицируя оружие можно было потерять счёт.

Кроме этого было ещё много яркого оружия, которое-то и оружием можно было назвать с натяжкой. Некоторое было такой причудливой формы, что его невозможно было засунуть в ножны. Такие типы оружия представляли большую часть арсенала.

Почти ни один из них не был создан из обычного металла, наподобие железа.

Некоторые клинки были изготовлены из голубого кристалла, а ещё чисто белые клинки с золотым рисунком, чёрные клинки с выгравированными пурпурными рунами, и даже лук с надписями, которые, казалось, созданы из света.

Кроме тех, было также оружие, которое явно излучало опасность.

Двуручный топор, из кромки которого сочится кровь, большая булава, на чёрном металле которой иногда мелькают лица в агонии, копьё, которое словно сделано из переплетённых человеческих рук. Такого оружия тоже было предостаточно.

Легко можно было догадаться, что большинство оружия — магическое, но никто даже представить не мог, какие у них эффекты. Магия меча, который покачивается, словно пламя, была очевидной, но вот что делает похожий на извивающуюся сороконожку хлыстовой меч?

Группа осматривала оружие со стороны, молча направляясь к центру арсенала. После примерно ста метров, пройдя мимо тысяч экземпляров оружия, они прибыли к месту назначения — в прямоугольную комнату.

В комнате были лишь диваны и столы, казалось, что это приёмная. В стороне виднелся проход, похожий на тот, с которого пришли Аинз и остальные.

На другой стороне от входа был лишь один путь, и от него исходила совсем иная атмосфера. До сих пор это был музей, но впереди — гробница.

Высота и ширина были такими же, но свет был более тусклым, и зал тоже уходил в бесконечность. В стене можно было заметить многочисленные отверстия, в которых, похоже, что-то стояло, хотя из-за плохого угла обзора разглядеть что-либо было трудно.

Услышав сзади тревожные голоса, Аинз ответил:

— Перед нами Мавзолей.

— Мавзолей?

— Хм? Альбедо... ты не знаешь название этого зала?

Хотя я выбрал название сам... раз Альбедо о нём неизвестно, то, может быть, ей неизвестно и о смотрителе Сокровищницы?

— Тогда ты знаешь Актёра Пандоры?

— В связи с моими управленческими обязанностями я знаю его имя и внешность... Актёр Пандоры — Областной страж Сокровищницы, равный по силе Демиургу и мне. Кроме управления этим местом и других обязанностей, он отвечает за подготовку золота для активации защитной сети Назарика. Проще говоря, он отвечает за финансы.

— Это так, но не совсем. Этот тип...

Речь Аинза была прервана. Прежде чем он успел закончить предложение, три НИП повернули голову в сторону коридора, где вдруг появилась фигура.

У неё была причудливая внешность.

Хотя тело было человекообразным, голова походила на перекошенного осьминога. Справа по крайней мере половина головы была покрыта татуировками с искажённым текстом, похожим на тот, который появился ранее на двери. Цвет кожи как у трупа — мертвецки бледный с некоторыми фиолетовыми вкраплениями, и она странно блестит, словно покрыта слоем слизи. На каждой руке четыре тонких, длинных перепончатых пальца. Одежда полностью чёрная, создана из глянцевой кожи, хорошо прилегает к телу и украшена аксессуарами из серебра, хорошо ей подходящими. На нём было несколько ослабленых поясов и чёрный плащ, который, казалось, сильно износился.

Проще говоря, это был истинный представитель инопланетной расы. Шесть изгибающихся щупалец исходило от сторон рта до уровня талии. Два пурпурно-голубых тусклых глаза глядели на группу.

Альбедо удивилась:

— Господин Табула Смарагдина?!

Это был один из Высших существ. По чистой разрушительной силе он был более могущественным заклинателем, нежели Аинз.

— Нет, не он! — тут же воскликнула Альбедо.

Вслед за ней две боевые горничные начали действовать. Сизу достала автомат, уперлась прикладом в плечо и направила дуло на фигуру. Юри сжала пальцы перед грудью. Её металлические перчатки стукнулись, издав громкий, словно от колокола, звук. Затем она стала возле Альбедо — перед Аинзом и Сизу. Аинз был заклинателем, Сизу — стрелком. Это была лучшая позиция, чтобы защитить их двоих, не подходящих для ближнего боя.

— Назови себя?! Даже если ты замаскировался под Высшее существо, я не настолько глупая, чтобы не узнать своего создателя!

Услышав вопрос Альбедо, человек с внешностью Табулы Смарагдина просто молча склонил голову набок.

— Вот, значит, как. Убить его.

Когда раздался её холодный голос, две боевые горничные заколебались. Пусть они и не знали, кто это, они сомневались нападать на кого-то, у кого была внешность одного из создателей. Учитывая обстоятельства, боевые горничные не были не правы, просто Альбедо хорошо умела без колебаний принимать спокойные и взвешеные решения.

Для неё защита Аинза была задачей первостепенной важности, и она действовала соответствующе. Альбедо щёлкнула языком из-за того, что те две оставались на месте, и как раз собиралась ринуться вперёд, когда Аинз заговорил:

— Достаточно, Актёр Пандоры. Покажи истинную форму.

Тело ложного Табулы Смарагдина искривилось.

Секундой позже на его месте появилась такая же инопланетная, но совсем иная особь. Лицо было явно плоским, нос и другие части, которые обычно выступали, стали плоскими. Вместо глаз и рта — три дыры, ни глазных яблок, ни зубов, ни языка не было. Лишь три отверстия, которые словно нарисовал ручкой ребёнок.

Розовая, яйцевидная голова была гладкой, без единой волосинки.

Этот странный персонаж был доппельгангером, как и Нарберал.

Это был Актёр Пандоры, НИП сотого уровня, созданный Аинзом для защиты Сокровищницы. Он специализировался в трансформации и был способен воспроизводить внешность сорока пяти персонажей и их способности, но лишь на восемьдесят процентов изначальной силы.

На голове была повязка с эмблемой Аинз Оал Гоун, но носил он униформу времен Европейской экологической инфраструктурной войны, проходившей двадцать лет назад. Она была похожа на мундир СС.

Он со стуком поставил ноги вместе, и в драматическом салюте поднёс правую руку к фуражке.

— Добро пожаловать, мой создатель владыка Момонга!

— ...Ты выглядишь очень оживлённо.

— Подтверждаю, каждый день я полон энергии! Кстати, что привело вас сюда? Вы даже взяли с собой руководителя Стражей и госпож горничных.

Увидев появление Областного стража, Юри и Альбедо отступили на свои прежние позиции. Девушки приняли разное выражение лица. Юри, имевшая гордость боевой горничной, поправила очки, она, похоже, была недовольна, что её назвали госпожой. Альбедо, стоя возле Аинза, начала ревновать, услышав, что Актёр Пандоры был создан лично Аинзом. Она, поджав губы, стояла вне поля зрения Аинза. Сизу никак не отреагировала, лишь убрала автомат.

— Мы здесь для того, чтобы попасть во внутреннее хранилище и взять предметы мирового класса.

— Что вы сказали? Уже пришло время использовать их силу? — Актёр Пандоры преувеличенно показал полное потрясения лицо. Такое отношение заставило Аинза нахмурить несуществующие брови.

Почему он сделал его реакцию настолько преувеличенной, как и его униформу... Нет, Аинз знал ответ. Создателем Актёра Пандоры был он, и, можно сказать, каждое его движение Аинз считал «крутым», он, создав такие настройки персонажа, был горд и счастлив.

— Ух, это...

В прошлом он думал, что люди в военной форме круты. А поскольку тот был актёром, его действия должны быть более выразительными. Но глядя на него, когда он получил разум и начал в самом деле так себя вести...

— Как... ужасно... — Аинз не смог сдержаться, чтобы не высказать своё искреннее мнение, пускай и шепотом, чтобы никто не услышал.

Поистине это была тёмная история. Живой пережиток его тёмного прошлого, Актёр Пандоры. Если бы здесь, когда НИП ожили, были старые члены гильдии, это наверняка было бы самой большой темой для смеха. Вот как считал Аинз, он не указывал ни на кого конкретного.

— Проехали, я должен собраться. Нежить не должна страдать от психологической травмы, — Аинз тихо упрекнул себя, затем спокойно ответил: — Да, ты прав. Я собираюсь взять «Жадность без желаний», «Чашу гигиены», «Клинок памяти» и «Рисование жизни».

— А оставшиеся два?..

— Оставь их тут, потому что их можно использовать лишь один раз. Поскольку они столь могущественны, их следует использовать в правильное время, или если узнаем способ заполучить их снова после использования.

— Да, то мощнейшее оружие можно назвать убийственной козырной картой. Оно делает невозможное возможным, даже обладает силой уничтожить мир.

— Актёр Пандоры, я хочу тебя проверить. Предметов мирового класса всего насчитывается двести. О скольких ты знаешь?

— Мои извинения, владыка Момонга. Я знаю лишь об одиннадцати.

Аинз кивнул. Именно таким числом обладала гильдия Аинз Оал Гоун. Он не знал, что был ещё один предмет мирового класса «Атлас», который в прошлом у них был забран. Аинз был в этом не уверен, но на знания НИП влияли их настройки персонажа, а все противоречия просто игнорировались. После нескольких дней наблюдений он кое-что осознал. Если для какой-то части характера НИП нет особых настроек, она, похоже, берется от его создателя. Даже отношения между НИП, видимо, копировали отношения их создателей. Например, отношения между Шалти и Аурой, Демиургом и Себастьяном. В некотором смысле это словно снова вернуться в те времена, когда гильдия была полной.

Выражение лица у Аинза не изменилось, но он улыбался.

Проще говоря, они были как дети всех.

Видя рядом сходство со старыми товарищами, Аинз почувствовал себя счастливым, но вместе с тем одиноким.

Он покачал головой, чтобы избавиться от грустных мыслей.

— Ах, это... Актёр Пандоры, я задал бесполезный вопрос.

— Вовсе нет, мне не хватает знаний, мои искренние извинения.

Затем он поклонился, каждое движение было таким преувеличенным, словно он играл.

— Ладно. Мне нужно в Мавзолей. Здесь ничего не случилось?

— Ничего, ведь всё здесь принадлежит владыке Момонге и Высшим существам. Как что-то может случиться? — сказал он драматически и обвёл пальцем окрестности. — Однако я немного сожалею из-за причины, по которой вы сюда пришли. Я надеялся, что у вас для меня есть какое-то задание.

Аинз остановился и посмотрел оценивающим взглядом на инопланетянина.

Верно, Аинз думал о том, чтобы его использовать. Ум и стратегическое мышление Актёра Пандоры были на высшем уровне в Назарике. Хотя сейчас было не ясно, где пригодится его мудрость и тактическое мышление, в крайнем случае можно использовать его интеллект.

Более того, способности Актёра Пандоры имели широкий диапазон применения, и в зависимости от обстоятельств могли оказаться даже полезнее, чем все Стражи этажей вместе взятые.

Однако Аинз создал его не для битв и не для дела. Он его создал ради того, чтобы сохранить самобытность «Аинз Оал Гоун», оставить образы его товарищей.

— Ты наша последняя козырная карта. Я не могу послать тебя делать черновую работу.

— Вы слишком добры. — Наверное, Актёр Пандоры хотел что-то сказать, он преувеличенно поклонился. — Слушаюсь и повинуюсь. С этого дня я буду продолжать следить за Сокровищницей.

— Ах, отлично. И с этого дня зови мена Аинз, Аинз Оал Гоун.

— Ах! Вас понял, мой создатель владыка Аинз!

После того как Актёр Пандоры отдал честь, Аинз, закончив говорить, повернулся. Но сзади послышался голос:

— Однако, владыка Аинз, хотя это может быть непочтительно, если положение настолько серьезное, что требует использования предметов мирового класса, всё же будет лучше позволить мне покинуть Сокровищницу, чтобы действовать на каком-то другом этаже.

— ...

Верно, в этом есть смысл.

Хотя Актёр Пандоры был сокровищем, было бы глупо позволять ему сидеть, ничего не делая, если в результате будет потеряно более ценное сокровище. Текущие обстоятельства должны справедливо считаться чрезвычайными и нужно использовать его способности. И золотые монеты из Сокровищницы также нужно переместить в Тронный зал.

Приняв решение, Аинз обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как Актёр Пандоры положил руку на грудь, рекомендуя себя.

Аинз также услышал, как не обладающая эмоциями Сизу тихо издала звук «увах».

Этот звук сильно ранил Аинза, но он успокоил свой дух.

Движения Актёра Пандоры были уж слишком чрезмерны. С точки зрения его создателя, его поза, и в особенности поведение, излучало «я крут» чувство. Может, такой нарциссизм подходил бы красивому мужчине. Однако, раз он был яйцеголовым, это просто слишком ему не подходило. Более того, Аинз, глядя на это, чувствовал себя неловко.

Он несколько секунд молча поглядел на Актёра Пандоры, затем достал из ящика предметов кольцо и кинул ему.

Кольцо, описав в воздухе дугу, упало точно в руку Актёру Пандоры.

— Это... кольцо Аинз Оал Гоун, и оно способно...

Актёр Пандоры хотел продолжить объяснять, но Аинз остановил его, подняв руку. Тот опечалился, но сейчас было не время об этом волноваться.

— Это подготовка. Альбедо, сначала сообщи боевым горничным Назарика о его существовании. До этого, Актёр Пандоры, ты должен перемещаться лишь между Тронным залом и Сокровищницей.

— Слушаюсь и повинуюсь.

Актёр Пандоры поставил ноги вместе с такой силой, что это было почти слышимо. Его пальцы также были столь прямы, что даже ногти нельзя было растянуть ещё сильнее. Этот искренний салют, если поставить его в негативном ключе, был слишком показным.

Аинз слегка покачал головой, глядя на яйцевидную голову Актёра Пандоры. Он не был плохим человеком, на самом деле его способности и эффективность впечатляли, но стыд...

— Увах...

Ну почему у него такой характер? Прошлый я явно думал, что это очень круто. Ну, я до сих пор думаю, что униформа хотя бы немного крута...

Если бы Аинз мог краснеть, его лицо стало бы красным, как помидор.

— Эй, Актёр Пандоры. Иди сюда, — Аинз схватил его за плечо и потянул в сторону. Конечно, он попутно приказал Альбедо и боевым горничным оставаться на месте. — Позволь задать тебе важный вопрос. Я твой создатель, человек, которому ты больше всего предан, так?

— Совершенно верно, владыка Аинз. Я ваше создание. Даже если вы прикажете мне сражаться против остальных Высших созданий, я без колебаний выложусь на полную!

— Неужели... ну тогда, как человек, нет, как мужчина... Неважно, просьба это или приказ, меня не волнует, но, пожалуйста, прекрати салюты. Хорошо?

Пустые глазницы Актёра Пандоры глядели прямо на Аинза. И в них чуствовалась растерянность.

— Эх, как бы сказать... Разве салютовать не странно? Прекрати это. Военная униформа... выглядит нормально, её менять ненужно, но больше не отдавай честь. Серьезно, прекрати.

— Wenn es meines Gottes Wille ist.

— Это немецкий? И это тоже прекрати. Хотя с этим всё нормально, но, пожалуйста, не передо мной. Пожалуйста.

— Х-хорошо, — вяло ответил Актёр Пандоры, будто впервые сдавшись. Прежде чем Аинз это понял, их лица настолько сблизились, что можно было поцеловаться. Аинз, отдаляясь, со слабостью взмолился:

— Серьезно, прошу тебя. Я не думал, что из-за чего-то такого активируется подавление эмоций. Это более неловко, нежели ездить верхом на гигантском хомяке... Вот чёрт. Я хочу поговорить с тобой в более спокойной обстановке, но пока это подождёт. — Вернувшись к остальным, Аинз заговорил: — Что ж, прежде чем входить в Мавзолей, кое-что нужно сделать. Альбедо, оставь кольцо Аинз Оал Гоун, которое я тебе дал, Актёру Пандоры.

Озадаченной Альбедо он объяснил:

— Это последняя ловушка. Големы, которые находятся внутри, «Аватары», атакуют любого, кто носит кольцо, даже мы не исключение.

— Так вот почему... нарушители могут попасть сюда лишь с помощью кольца. И тогда последняя ловушка наверняка сработает.

— Очень злобно, не находишь?

— Нет, конечно нет!

Альбедо неохотно сняла кольцо с левого безымянного пальца, завернула его в платок и передала Актёру Пандоры. Наблюдавший за этим Аинз тоже снял кольцо и положил в коробку для колец, которая появилась из воздуха.

— Ох! — воскликнул Аинз, будто что-то вспомнив. Он достал другое кольцо Аинз Оал Гоун, хранимое в ящике предметов, и тоже положил его в коробку для колец. Потому что даже если кольцо будет в хранилище, он всё равно будет признан его обладателем. И как только войдет в Мавзолей, Аватары сразу же нападут.

— Госпожа Альбедо... можете отпустить?

Услышав беспомощный голос, Аинз опять обернулся к Альбедо и Актёру Пандоры. И увидел войну по перетягиванию платка.

— Моя, моя прелесть...

— Владыка Аинз уже сказал. Вход с кольцом вызовет нападение. И нескольких минут не пройдёт, как ты получишь его обратно...

— Что ты говоришь! Это кольцо владыка Аинз отдал мне лично! Как могу я... ууууууу!..

— Альбедо, времени мало. Если не хочешь добровольно сдать кольцо, я...

— Простите, я отдам!

Альбедо вдруг выпустила платок, заставив Актёра Пандоры потерять равновесие. Он, сделав несколько шагов назад, издал удивлённый вскрик.

— Хорошо... что ж, пошли внутрь. Актёр Пандоры, а также Юри и Сизу, перенесите некоторые сокровища в Тронный зал... Хотя это немного хлопотно, но учитывая характер Альбедо, не используй её кольцо. Используй то, которое я тебе дал.

— Я очень вам благодарна, владыка Аинз! Я даже представить не могла, что вы запретите другому использовать кольцо, которое дали мне! Поскольку сейчас чрезвычайные обстоятельства, я не была бы по-настоящему против. Я лишь желала передать владыке, как сильно дорожу кольцом, которое вы мне подарили, но даже если бы я это не показала, владыка Аинз уже...

— Отлично!.. Тогда кто останется здесь, чтобы отдать кольцо владыке, когда он вернётся?

Альбедо, перебитая на середине Актёром Пандоры, показала выражение лица, которое красивая девушка никогда не должна показывать. Аинз отвёл от неё взгляд, не желая, чтобы его мысленный образ красоты разрушился.

— Это займёт некоторое время. Потом я свяжусь с тобой «Сообщением» и ты вернешься сюда, потому что без колец мы не сможем выйти.

— Вас понял.

Когда Актёр Пандоры и две горничные поклонились, Аинз повёл Альбедо в Мавзолей.

Зал, освещённый тусклым светом, был мертвецки тихим — подходящее место для душ. Аинз почувствовал небольшую вину от того, что потревожил покой этого места, но всё же спросил стоявшую рядом особу:

— Ах да, Альбедо, как много ты знаешь о предметах мирового класса?

— Они — самое дорогое сокровище из собранных Высшими существами. Из-за любви одним из этих сокровищ сейчас владею я... это всё, что я знаю.

— Неужели. Тогда в другой день я напишу на бумаге обо всех предметах, которые знаю, поскольку безопаснее, чтобы о них знало больше людей. Но перед этим я должен сказать тебе об опасных предметах.

Пока они шли, Аинз в общих чертах поведал Альбедо о предметах мирового класса.

Предметы мирового класса.

Они имели огромное значение для игрового мира Иггдрасиля.

Когда-то Мировое древо Иггдрасиль было покрыто неисчисляемым количеством листьев, но в один прекрасный день появился гигантский монстр и пожрал их. По одному они все были уничтожены, пока не осталось лишь девять. Они и стали предшественниками миров, называемых Асгард, Альвхейм, Ванахейм, Нидавеллир, Мидгард, Ётунхейм, Нибльхейм, Хельхейм и Муспельхейм.

Однако монстр, пожравший листья Мирового древа, неотступно преследовал оставшиеся девять. Такая была предыстория игры: игроки шагнут в неизвестность и столкнуться с опасностью, чтобы защитить их собственный мир.

Так что же представляют эти предметы мирового класса? Они равноценны тем листьям. Проще говоря, каждый предмет мирового класса равен одному миру. Следовательно, каждый из них обладал огромным количеством силы. На самом деле у многих из них было просто аномальное количество силы.

Некоторые игроки даже считали, что это нарушает игровой баланс. Однако компания разработчик игры заявила: «Возможностей в мире не так мало» и не планировала менять баланс.

Словно игровая компания любила слово «Мир», будь это игровой класс или враг, всё, что имело в названии «мир», было гораздо сильнее обычного.

Последний босс официальной кампании, «Пожиратель Девяти Миров», зверь, который получил огромную силу, поглотив листья, и стал «Мировым врагом». Класс, который давали лишь победителям турнира, «Чемпион мира» — избранник девяти миров.

Пока Аинз объяснял, они двое прибыли на место, в котором по левую и правую сторону аккуратно стояли в полостях вооружённые статуи.

У комнаты была похожая атмосфера и магия как у Лемегетона, комнаты перед Тронным залом. Однако у големов в Лемегетоне не было никакого оружия. Тут, напротив, статуи были вооружены супермощной экипировкой, их сила не уступала Аинзу в его основной экипировке.

— В... владыка Аинз... эти статуи — копии Высших существ?..

— Ты заметила. Верно, Аватары — скульптуры, основанные на моих старых товарищах. Но... как ты их узнала? Их внешности много чего недостаёт. Я не думаю, что мне удалось захватить хотя бы процент от их обаяния.

— Невозможно, чтобы создание Высших существ не сумело их узнать.

— Неужели?

— Да. Однако владыка Аинз... имя этого места, даже статуи... неужели остальные Высшие существа скончались?

— Это... не совсем так.

Нет, наверное, этот ответ был и впрямь верным. Аинз остановился, молча созерцая статуи. Не зная, как понять молчание Аинза, Альбедо тревожно на него посмотрела.

Увидев, что такая красивая девушка смотрит с такой печалью, ни один мужчина не останется непоколебимым. Более того, поскольку это было лицо создания одного из его старых товарищей, даже нежить Аинз почувствовал вину и забеспокоился.

Однако в реальном обществе у него не было друзей, и он очень редко говорил с женщинами, потому не смог придумать слов утешения. Чувствуя себя потерянным, Аинз отчаянно огляделся в поисках того, о чём можно поговорить.

Найдя кое-что, он, не сильно задумываясь, заговорил:

— П-посмотри туда. Видишь четыре свободных места?

Убедившись, что Альбедо повернулась в ту сторону, Аинз упрощённо объяснил, почему на тех местах нет статуй:

— На одном из этих четырех я намерен размесить свой Аватар.

Это было не так.

Создал и поставил сюда эти Аватары не кто иной, как сам Аинз. Потому, если он уйдёт из игры, никого из гильдии не останется, кто мог бы поставить сюда его Аватар.

Члены гильдии сказали: «Это для тебя», — и передали ему свой инвентарь и расходные предметы, прежде чем оставить игру. В память о старых товарищах, и, может быть, чтобы однажды эту экипировку снова надели, Аинз, потратив деньги, создал големов, которые были способны носить экипировку.

Информация о внешности членов гильдии хранилась в Актёре Пандоры. Однако у Аинза не было навыков, чтобы воспользоваться этой информацией и создать прилично выглядящих големов. Потому он купил кристаллы данных, меняющие внешний вид, и установил их в големы. В итоге конечности оказались или толще, или короче. Некоторые головы сделались массивные, как у клоунов — монстров из ночных кошмаров. Вот такая вот история того, почему Аватары выглядели уродливо.

Однако это отсутствие единства во внешности источало странную атмосферу, заставляющую чувствовать себя беспокойно. Так что если считать их последними привратниками, то такая внешность — неожиданная удача.

Как бы сказать? Словно смотришь на куклы, созданные в детстве. Как смущает...

Кроме смущения, Аинз чувствовал ещё одну сильную эмоцию.

Одиночество.

Когда товарищи один за другим ушли из игры, Аинз решил создать Аватары в качестве хранителей их экипировки. Когда члены гильдии, которые ещё не ушли, спросили его, именно так он и ответил.

Наверное, они подходят для того, чтобы быть последними хранителями.

Но на самом деле он продолжал создавать Аватары просто потому, что чувствовал себя одиноко. Игроки, с которыми он всё время играл, исчезали. Чтобы показать, что товарищи в Великом Склепе Назарика и он — вместе в жизни и смерти, Аинз и создал Аватары.

По той же причине это место называлось Мавзолеем. Изначально оно называлось Тайной комнатой Сокровищницы, но Аинз его переименовал в память о товарищах, которые ушли... или, скорее, исчезли из Иггдрасиля. Так эта комната и стала местом их сна.

Тем не менее сердцем я до сих пор хочу верить, чтобы товарищи тоже попали в неизвестный, чуждый мир, и могли бы быть в каком-нибудь уголку этого мира...

Пока Аинз задумался, крик печали пронзил весь коридор:

— Пожалуйста, не говорите... не говорите так!

Чувство одиночества сдуло мгновенно, и Аинз поспешно повернулся к Альбедо. И так удивился, что сделал шаг назад. У неё в глазах блестели слёзы, и с малейшим морганием они бы упали.

— Владыка Аинз... Сочувственный владыка Аинз, который остался до самого конца, тот, кому мы посвящаем нашу преданность, пожалуйста, не говорите так! Мы искренне надеемся, что вы останетесь с нами навечно как наш мастер!

Став на колени и опустив лицо, Альбедо сдавленным голосом повторяла: «Пожалуйста... пожалуйста...» — Её хриплый шепот звучал словно молитва и вместе с тем словно вой горя и боли.

Во всей своей жизни Аинз никогда не видел, чтобы кто-то умолял так отчаянно. Он никогда не думал, что такая обычная шутка вызовет у Альбедо столько эмоций. Это наполнило Аинза виной, он опустился на колено и помог Альбедо встать.

— Прости меня.

Разве он раньше не считал, что старые товарищи его оставили? Когда был один в Великом Склепе Назарика, или каждый день, когда чувствовал себя лишенным уверенности, поскольку никого не было рядом.

Разве из-за одиночества он не гневался?

Познав такую горечь, почему он не смог понять чувства Альбедо, почему он ей позволил ощутить такую же боль?

По щекам Альбедо, которая уже поднялась, по-прежнему текли слёзы.

Аинз достал носовой платок и вытер её слёзы, неуклюже и нежно.

— ...

Хотя он хотел ещё раз извиниться, не мог найти подходящих слов.

Из-за отсутствия навыков в личных взаимоотношениях он не знал, какие успокаивающие слова сказать, чтобы остановить её слёзы.

То и дело всхлипывая, Альбедо спросила переживающего Аинза:

— В-владыка Аинз, пожалуйста, пообещайте, что никогда не оставите нас!

— Прости, я...

На «я» Аинз остановился. У него был для этого особый повод, но Альбедо предположила, что его молчание значит другое.

— Почему?! Почему вы не можете пообещать? Вы уже мыслите о том, чтобы нас покинуть? Почему?! Что-то сделало вас несчастным? Просто объясните, я немедленно это исправлю! Если считаете меня препятствием, я сразу же заберу свою жизнь!

— Нет! — Аинз громко закричал.

От неожиданности у Альбедо вздрогнули плечи.

— Выслушай меня. Прежде всего, сейчас, например... нет способа спасти Шалти. Её контроль разума вызван предметом мирового класса. Это — абсолют. Сопротивляться эффектам предмета мирового класса может лишь тот, кто обладает другим таким предметом или же имеет особый класс.

Пока Аинз вытирал ей слёзы, будто ребёнку, Альбедо спросила:

— Это... вот почему вы пришли сюда... взять... взять предметы мирового класса, да?

— Верно, чтобы отдать их Стражам. Теоретически, если использовать подобный предмет мирового класса, можно освободить Шалти от контроля. Однако я колеблюсь использовать такой предмет... Я и впрямь ничего не стоящий мастер, поскольку придаю больше значения простым предметам, нежели верноподданным.

— Нет! Вовсе нет! Собранные предметы мирового класса — итог тяжелых усилий Высших существ, поэтому они более ценны, чем мы!

— Неужели?..

Будь это игрой, Аинз думал бы так же. Однако сейчас у него были противоречивые чувства.

Но, опять же, перед такого рода обстоятельствами было верно и то, что у Аинза не было способа использовать эти козыри.

Среди нарушающих баланс мировых предметов некие назывались «двадцаткой». Эти двадцать предметов были непревзойдённые по силе.

Из «двадцатки» один был в особенности известен, он назывался «Лонгин» и мог полностью удалить цель, но цена за использование была полным удалением использующего.

Когда данные удалены предметом мирового класса, восстановление невозможно, если только не использовать другой предмет мирового класса. Даже деньгами или магией возрождения. Например, на НИП Назарика такой предмет следует применять лишь в том случае, если НИП высокоуровневый. Это снизит самое большое преимущество базы — общее количество уровней НИП.

Аинзу на ум пришло несколько похожих безумных предметов.

Предмет с массовой магией, воздействующей на весь мир, «Ахура Мазда» — способен наложить сильные эффекты на все цели с отрицательным чувством правосудия.

«Ограничение пяти стихий», который мог потребовать компанию разработчика Иггдрасиля изменить часть магической системы.

«Уроборос», который имел даже больший размах, нежели «Ограничение пяти стихий», был способен потребовать у игровой компании изменить часть самой игры.

И, наконец, самый могущественный мировой предмет, «Спаситель мира». Сначала у него была сила обычной дубинки, но у него был неограниченный потенциал роста. Так что даже во времена, когда Великий Склеп Назарика был на вершине своей силы, когда все члены были на месте, единственного противника с таким предметом хватило бы, чтобы уничтожить всю гильдию.

Предметы, которые назывались «двадцаткой», были столь могущественны, что после использования исчезали. Потому было жаль их тратить, даже если они были козырями.

Аинз Оал Гоун гордились тем, что обладали двумя из «двадцатки», так что их следовало использовать лишь против врага с подобным предметом, потому что лишь тогда оно того стоило.

Поэтому если его и тратить, то тратить на стоящее дело.

Но что, если после исчезновения он попадёт в руки кому-то другому, и, более того, врагу Назарика? Что тогда?

Назарик защищало это оружие мирового класса, поэтому внутренне он не был бы затронут. Но если его неправильно применить, враги могут захватить Назарик.

Поэтому мировые предметы использовать нельзя. Было необходимо найти иной способ спасти Шалти.

— Альбедо, спасибо за твои слова. Но позволь объяснить, почему я тогда замолчал. — Чувствуя остатки человеческих эмоций, Аинз сделал глубокий вдох, будто всё ещё был живым, поскольку знал, что следующее его утверждение будет очень важным. — Я собираюсь сражаться с Шалти в одиночку. Поэтому... я не знаю, вернусь ли живым...

— ...Я понимаю, что победить Шалти необходимо, поскольку оставлять её такой — самый худший выбор!

Аинз тоже так считал.

Было неизвестно, почему враг не отдаёт приказы Шалти. Однако если противник начнёт приказывать, жить тут станет труднее, поскольку всё о Назарике станет известно миру.

— Но почему в одиночку? Неужели мы не можем выиграть количеством? Мы не способны помочь вам с этим?

Снова вытерев слёзы Альбедо, Аинз ответил:

— Это не так, Альбедо. Я всецело тебе доверяю. Единственное это... здесь есть три причины. Во-первых, я сомневаюсь в том, подхожу ли на роль господина.

— Владыка Аинз, как вы можете такое говорить?

Аинз поднял руку, чтобы прервать Альбедо.

— Подумай об этом спокойно. Учитывая вероятность существования в мире других игроков, можно с уверенностью предположить, что могут существовать и предметы мирового класса. Думаешь, достоин быть правителем тот, кто догадался об этом так поздно? Думаешь, я компетентен, чтобы вести всех вперёд?

— Владыка Аинз, вы ценны просто тем, что находитесь здесь! Даже если вам чего-то не хватает, мы все будем полностью вас поддерживать!

— Спасибо, но всё же за это происшествие я должен взять всю ответственность на себя.

Если в мире и впрямь есть нечто вроде Лонгина, то можно ценой жизни крестьянина удалить Стража. Хотя неприятно, что Шалти попала под контроль разума, с другой стороны это, наверное, удача, учитывая, что положение могло стать намного опаснее.

— Хотите сказать, что выступите в одиночку против Шалти из-за покаяния?.. Кто может наказать вас, владыку, Высшего правителя Назарика?!

— Дело не только в этом. Вторая причина в том... что Шалти стоит одна в том месте. Вполне возможно, что это ловушка... смертельная ловушка.

Видя сбитую с толку Альбедо, Аинз продолжил:

— Когда мы, Аинз Оал Гоун, сражались с игроками, наши методы и текущее положение Шалти были очень похожи. Мы также позволяли членам гильдии становиться приманкой, и охотились на клюнувшего охотника. Конечно, вероятность смерти приманки очень высока, но мы всегда гарантировали, что нападающий враг будет ликвидирован полностью.

— В таком случае, владыка Аинз!..

— Одну секунду, я ещё не закончил. Ты знаешь, чего мы боялись больше всего в наших ловушках? — Не дожидаясь ответа, Аинз захватил инициативу и ответил: — Когда число нападавших было меньше, нежели число наживок. Если клюнувших было мало, мы должны были опасаться, не поставил ли враг тоже засаду. Нам приходилось выяснять, предвидел ли враг нашу ловушку.

Увидев, что на лице Альбедо появилось понимание, Аинз сделал вдох, несмотря на то что физически был на это не способен.

— И последняя причина, потому что я убью Шалти.

— В таком случае позвольте мне! Я, получившая предмет мирового класса, наиболее подхожу для этой задачи.

— У тебя есть шансы выиграть?.. Не лги и скажи, какие у тебя лучшие шансы на победу.

Видя во взгляде Аинза спокойствие, Альбедо неосознанно прикусила губу.

— Альбедо... ты правильно мыслишь. Шалти очень могущественна.

Шалти Бладфолен.

Сильнейший Страж Великого Склепа Назарика. Даже Альбедо... нет, даже другие НИП сотого уровня были ей не ровня.

— Из-за этого... пойти должен я. Единственный человек, способный выиграть.

— Э-это... возможно, ваша экипировка достаточна, чтобы победить её, но...

Аинз, полностью одетый в экипировку божественного класса, и даже способный использовать расходные предметы, против Шалти, у которой из божественного класса было только оружие, Шприцевое копьё. С точки зрения экипировки у Аинза было полное преимущество. Однако он и словом не обмолвился о том, что есть причина, из-за которой его шансы на победу невелики.

Он прекрасно знал эту причину.

Шалти Бладфолен была абсолютной немезидой Аинза Оала Гоуна.

Аинз отыгрывал персонажа «Волшебник-нежить» со специализацией на некромантии. Этот класс был создан чисто для развлечения.

Однако профессия Шалти была строго специализированной. Более того, у её класса заклинателя веры было несколько навыков против магии нежити, а также она была опытна в ближнем бою.

В свете этого уже был большой разрыв между ними двумя, не говоря уже о том, что некромантия, сильная сторона Аинза, была неэффективной против Шалти — нежити.

Аинз был искусен в областях, неэффективных против Шалти, которая специализировалась на борьбе с нежитью. Кроме того, если так станется, что Аинз лишится всей экипировки, его шансы на победу окажутся призрачными. Нет, абсолютно нулевыми.

— Хочешь сказать, что обстоятельства не в мою пользу?

Альбедо опустила голову, ведь Аинз попал в самую точку.

Пожалуй, даже Аинз был с этим согласен. Он не должен бы победить Шалти.

Однако...

Я хочу, чтобы ты, как та, кто называет меня Высшим правителем Назарика, поняла, что мой титул не для виду.

— ...Ты мыслишь верно, но и неверно тоже. Все вы обладаете простым знанием.

— Э? Что вы имеете в виду?

— Есть ли у тебя опыт?

— Что? Опыт? — Альбедо покраснела.

— Да, боевой опыт.

— Ах! Вот что вы имеете в виду! Да, я могу отлично использовать все силы, переданные мне Высшими существами. Так что это следует рассматривать как большой опыт.

Аинз покачал головой, не соглашаясь с ответом Альбедо. Когда он дрался против женщины по имени Клементина, то получил много вдохновения.

— Неверно. Способность использовать силу на полную и быть опытным — два разных вопроса. Ты помнишь, как в прошлом на Назарик напало большое количество врагов, ту сцену, когда Шалти дралась?

— Хотя я мало уделяла внимания подробностям, когда слушала, но она, кажется, говорила, что смутно помнит, как умерла.

— И что-то ещё?

Альбедо покачала головой.

— С соло нарушителями, как правило, разбираемся мы... но в тот день такой узкоспециализированный персонаж нам очень помог. Что ж, проблему должен разрешить я, у кого самые высокие шансы на победу.

Аинз ухмыльнулся. Конечно, лицо даже не шевельнулось.

Однако Альбедо, похоже, почувствовала улыбку Высшего правителя, у неё покраснели щёки, как у юной девы, увидевшей почитаемого человека.

Аинз объявил войну тому, кого не было на месте:

— Я тот, кто известен как Гильдмастер Аинз Оал Гоун. В ПВП я почти наверняка одержу победу... даже обладатели безупречных билдов мне не ровня. Как я могу проиграть той, кто полагается исключительно на характеристики? Более того, важнее всего, что у меня была крепкая связь с Пэроронтино. Знай же, Шалти, что битва выиграна ещё до того, как началась.

— ...Владыка Аинз, я больше не буду вас останавливать. Однако пообещайте, что вернётесь невредимым.

Аинз молча посмотрел на Альбедо, затем медленно кивнул:

— Я обещаю, я нанесу поражение Шалти и вернусь.

Часть 2

Прибыв в мир зелени, Аинз осмотрелся. Затем улыбнулся тому, что проверка на наличие людей в округе — первое, что он сделал после перемещения. Если бы тут в самом деле был кто-то, кого Аинзу следовало опасаться, он бы был уже давно атакован, и не вёл бы себя так неспешно.

На всякий случай он переместился примерно за два километра от Шалти.

Хотя магией он уже проверил, наверняка сказать было невозможно, что поблизости нет человека, который подчинил Шалти предметом мирового класса. Однако беспокойство было необоснованным. Аинз опустил плечи и повернулся посмотреть на двоих, которые следовали за ним.

— Тут мы разделимся, — приказал он Ауре и Мару.

Учитывая приближение яростной битвы, Аинз позволил сопровождать себя лишь этим двоим.

Он уже отменил свой предыдущий приказ и позволил большинству из тех, кто работал за пределами Назарика, вернуться. Кроме Ауры и Мара, Себастьян и Солюшн были единственными членами Назарика, которые сейчас были снаружи.

Он выбрал этих двоих главным образом потому, что хотел надавить противнику на жалость. Поскольку Аура и Мар были человекоподобной расы, в отличие от Демиурга и Коцита гетероморфной расы, наверное, противники сдержатся и не смогут убить таких очаровательных детей человекоподобной расы.

Конечно, противник может оказаться хладнокровным убийцей. Но, несмотря на это, ему было необходимо, чтобы кто-то располагался поблизости, чтобы быть готовым к неожиданностям.

Хотя это мог бы оказаться бесполезный и плохо выверенный шахматный ход.

Аинз посмотрел на две металлические перчатки Мара, которые отличались друг от друга не только по цвету, но и по форме. Перчатка на правой руке, словно рука ангела, была гладкой и испускала серебристо-белое сияние. Перчатка же на левой руке была словно демонической рукой, покрытой шипами и увенчаная крючковатыми когтями, проходящие по поверхности лавоподобные трещины светились красным.

Затем Аинз повернулся к Ауре и посмотрел на свиток, который висел у её талии.

— Если враг равен нам по количеству или превосходит, сразу же возвращайтесь в Назарик.

— Вас поняли, — кивнула в ответ Аура с жёстким выражением на лице, Мар последовал её примеру и склонил голову.

— Слушайте внимательно. Отступить крайне важно, потому что это тоже часть моего плана. И также я дал вам тайные сокровища Назарика, нельзя ни при каких обстоятельствах позволить, чтобы их вырвали у вас из рук. В зависимости от положения вы должны даже посчитать их более ценными, чем собственная жизнь. Поняли?

Аинз предупредил их. Его немножко встревожила Аура, которая колебалась, прежде чем ответить, ведь если её преданность заставит её не подчиниться приказу, то это может стать фатальной проблемой.

Услышав оба ответа, — энергичный и робкий, — Аинз кое в чём засомневался.

Я должен быть честен с собой. Что для меня важнее?

Он хочет спасти Шалти, но отказывается использовать предметы мирового класса. С этой точки зрения можно сказать, что предметы важнее.

Но он отказывался использовать предметы мирового класса именно по той причине, о которой сказал Альбедо в Сокровищнице. Они были последней козырной картой с силой, способной превратить поражение в победу при любых обстоятельствах.

Другое дело, если спасти её по-иному было бы невозможно, но поскольку всё ещё был другой способ, мудрее использовать его.

Как бы там ни было, верные слуги, созданные его товарищами, получившие разум и ставшие лояльными НИП, или предметы мирового класса, символ приключений, возвысивший Аинз Оал Гоун в Иггдрасиле. Что важнее?

Аинз не мог найти ответ, сколько бы ни думал.

До прихода в этот мир он ответил бы без колебаний, но сейчас был сбит с толку. Члены гильдии пролили много крови, пота и слёз во время процесса дизайна, тщательно создавая то, что впоследствии стало НИП, проявляющими эмоции.

А сейчас я собираюсь убить... НИП, который словно наш ребёнок... собираюсь убить дочь Пэроронтино.

Аинзу было неспокойно.

Можно сказать, он чувствовал вину.

Однако...

Он пронизывающим взглядом посмотрел в сторону вероятного местоположения Шалти.

— Это единственный способ сломать контроль предмета мирового класса.

Он говорил это, чтобы убедить себя.

Увидев в глазах Ауры и Мара встревоженный взгляд, Аинз посчитал, что если они и дальше будут беспокоиться, то пользы от этого будет мало, и сменил тему:

— Что ж, вы двое возьмите этих четрёх и хорошенько разведайте окрестности.

Аинз указал пальцем на плывущие перед ним четыре массы плоти. Розоватые монстры двухметрового диаметра, по всему телу которых было множество мутных глаз различных типов существ, словно при пересадке их пришивали в беспорядке.

Это была нежить, которую Аинз вызвал «Созданием высшей нежити», известная как «Глазные мертвецы».

Аинз использовал максимальное количество призывов за день на их создание, поскольку они имели скрытую способность — они были немезидой магов и пользователей особых навыков.

Те мутные глаза были не просто декорацией, они отлично видели, возможно, даже лучше, нежели Аура со своим зрением рейнджера. Хотя сила атаки у них была низкой, в этот раз для помоци Ауре их ценность состояла в способностях наблюдения.

— Вас поняла! А они будут слушаться моих приказов?

— Конечно. Более того, я с помощью магии свяжу вас телепатически. Так ты будешь в центре командования, и патрулировать, находясь в безопасности.

— Хорошо! Хотя было бы быстрее, если бы я лично это делала, мы не знаем, какими силами враг обладает! Теперь я поняла! Тогда как только Мар магией увеличит нашу скрытность, неподалёку мы приготовим засаду.

— Что ж, я оставляю это на вас.

Аинз показал невидимую улыбку.

♦ ♦ ♦

Демиург, последний вошедший в комнату, поспешил сесть прямо на свободное место. Как правило, он никогда не вёл себя так грубо. Можно было легко догадаться, какое у него сейчас настроение.

— Так ты можешь объясниться? — он закрыл глаза и свирепо спросил Альбедо, которая была одной из тех, кто сидел вокруг стола. — Почему ты на это согласилась?

Хотя говорил он ровно, он едва скрывал свой гнев, все слышали резкость в голосе.

Люди сильнее взволнуются, когда обычно спокойный человек покажет сильные эмоции, ведь противопоставление будет существенным. Однако сейчас был не тот случай, потому что на лице Демиурга была крайняя тревога, и даже его товарищи никогда раньше не видели его таким.

Однако, откровенно принимая его враждебность и вопрос, наполненный намерением убийства, Альбедо оставалась обычной собой.

— Разве это не решение владыки? Как можем мы, подчиненные...

— Почему?.. — Вопрос столь же острый, как нож, прервал речь Альбедо. — Почему когда владыка направился в человеческий город, ты так яростно настаивала на том, чтобы его сопровождал Страж, а сейчас согласилась его отпустить? Ты ведь тоже должна была волноваться за безопасность владыки.

Альбедо кивнула в ответ, и у Демиурга искривилось лицо.

— Тогда спрошу снова! Почему ты на это согласилась?

Словно вся комната вибрировала от гнева. Это совсем не походило на обычного Демиурга. Коцит медленно повернул голову и обеспокоенно посмотрел на них двоих.

— ...Более того, разве ты не догадалась, что владыка лгал? — спросил низким тоном Демиург, подавляя ярость.

Когда Альбедо снова кивнула, рот Коцита задвигался и послышался металлический звук. Они двое знали, что такой хруст и пронзительный шум Коцит часто делает, когда у него есть вопросы. Альбедо объяснила:

— Некоторое время назад я поведала тебе о том, что сказал мне владыка, причину того, почему он пошёл в одиночку. Не находишь это странным? Если судить по умозаключению владыки, разве атаковать волнами не было бы безопаснее? Не было бы безопаснее нападать по одному и медленно уменьшить выносливость и магию Шалти?..

— Как она и сказала, Коцит. Даже мы легко придумали такую тактику, просто невозможно, чтобы владыка её проглядел. Другими словами, владыка намеренно соврал, чтобы скрыть более великую причину.

— Что. это. за. причина?

— Я не знаю... вот почему я спрашиваю Альбедо. Если ты уже знала это, почему позволила владыке пойти одному?

— Потому что владыка несколько дней назад и владыка сейчас словно два разных человека.

Косо глядевший на неё Демиург сейчас чуть приоткрыл глаза с полным замешательством, говоря Альбедо продолжить.

— Раньше у владыки не было выражения лица мужчины, но... как бы сказать... хотя я понимаю, что это непочтительно, но тогда он был словно ребёнок, желающий убежать.

— Я этого не почувствовал. Может, ты ошиблась? — Демиург посмотрел чуть в сторону, в направлении «Кристального монитора». Там было чёткое изображение их мастера, идущего через лес.

— Ты так считаешь? Не думаю, что могу неправильно прочесть лицо мужчины, которого люблю...

Альбедо тоже перевела взгляд на «Кристальный монитор», у неё было лицо опьянённой женщины. Это разгневало встревоженного Демиурга:

— Тогда какое лицо у него сейчас?!

— Сейчас владыка решителен. Как женщина... наверное, так думать непочтительно, но зная, что мой любимый мастер желает осуществить такую решимость, я не стану у него на пути. Более того, владыка уже пообещал, что вернётся в целости и сохранности.

Увидев, что Альбедо больше ничего не собирается говорить, Демиург презрительно и недовольно спросил:

— Это слишком нерационально, наивно. Чисто эмоциональное суждение. Владыка Аинз — последнее Высшее существо, которое здесь осталось. Зная, что его жизнь в опасности, это мы обязаны придумать план, чтобы устранить опасность. Даже если нас будут ругать, даже если мы пожертвуем жизнью, мы должны шагнуть вперёд и действовать, разве не так?

С громким шумом Демиург встал.

— Куда это ты собрался?

Голос, который обратился к повернувшемуся спиной Демиургу, был устрашающе спокоен.

— Ты ещё спрашиваешь очевидное? Конечно, чтобы послать подчинённых...

Услышав лязг металла, Демиург повернул голову и увидел извлечённый клинок, Коцитовый клинок божественного класса.

— Понятно... И ради этого ты вызвала меня обратно и приказала оставаться здесь, Альбедо?

— Верно, Демиург... седьмой этаж уже заперт моей властью и властью владыки Аинза, и все твои подчиненные в наших руках. Как думаешь, чьим приказам они подчинятся, твоим или владыки? Это ведь и так ясно.

— Поистине глупо. Если владыка из-за этого умрёт, как ты собираешься взять ответственность?! Владыка Аинз — наш последний объект лояльности!

— Владыка непременно вернётся.

— Какие у тебя есть доказательства, чтобы это гарантировать?! — Демиург резко на неё посмотрел. В этих глазах отсутствовали глазные яблоки. На самом же деле они были без зрачка и радужной оболочки, словно драгоценности, сияющие сквозь многочисленные прорези.

— Верить в наших мастеров — это тоже часть наших обязательств как их творений.

Демиург то открывал, то закрывал рот. И в конце концов плотно закрыл глаза. Потому что он тоже так считал. Все НИП Назарика, абсолютно лояльные к сорока одному Высшему существу, по-разному выражали покорность. И, конечно же, подходы Демиурга и Альбедо отличались. Однако представление лояльности Альбедо сильно потрясло Демиурга.

Но тем не менее он до сих пор волновался, и беспокойство не исчезало. Вот почему когда-то они заговорили о наследнике, который нес бы волю их мастера.

Если владыка Аинз исчезнет как другие Высшие существа, кому они начиная с того дня должны быть преданны?

Мы созданы, чтобы быть им лояльными, но что, если исчезнет последний из них, какой смысл тогда существовать?

Словно чтобы скрыть эмоции, Демиург грубо свалился на стул, даже чуть-чуть не походя на себя обычного.

— Если... что-нибудь случится с владыкой, ты должна уйти с должности Смотрителя Стражей.

— Демиург... Ты. смеешь. говорить. Альбедо. уйти. с. должности, которую. ей. даровали. Высшие. существа? Это. оскорбительно!

Альбедо улыбнулась потрясённому Коциту.

— Без проблем. Однако, Демиург, если владыка Аинз вернётся невредимым, ты послушно последуешь моим приказам, если подобное повторится в будущем.

— Конечно.

— Что ж, тогда, Коцит, как думаешь, какие у владыки шансы на победу?

Коцит неохотно высказал своё личное мнение:

— Тридцать. к. семидесяти. У. владыки. тридцать.

У Демиурга дёрнулись плечи. Чтобы Коцит, среди них сильнейший воин, сказал нечто столь зловещее... невозможно, чтобы Демиург оставил это без внимания. Однако у Альбедо была иная реакция. Она лучезарно улыбнулась, хоть и полностью осознавала обстоятельства.

— Неужели. Тогда давай подождём и увидим, как владыка повернёт положение в свою пользу и выиграет.

♦ ♦ ♦

Расставшись с близнецами, Аинз пошёл в сторону Шалти. Благодаря своим особым способностям он различал север, юг, восток и запад, и направился к ней напрямую через лес.

Проходя между деревьями, Аинз её увидел. Его опечалило, что Шалти выглядела точно так же, как раньше, — как кукла. Вместе с тем он разозлился на себя, но ещё больше на того, кто применил предмет мирового класса.

— Чёрт, — он тихо выругался, но голос полнился сильными эмоциями. Их не смогли подавить даже способности нежити. — Чтобы найти своих товарищей, мне нужно любыми средствами распространять имя и славу Аинз Оал Гоун, и не важно, каким беспринципным я становлюсь. Но всё равно я осторожен, чтобы избегать подобных бессмысленных битв. Как же всё до этого докатилось?

Почему на Шалти использовали предмет мирового класса? Какую силу использовали? И кто это был? Аинз не имел ни малейшего понятия.

— Кем бы противник ни был, если ему удалось вытянуть из Шалти информацию... я его убью. — На поверхность вышли тёмные эмоции. Изнутри хлынула такая свирепая вражда и намерение убийства, что даже череп, который должен быть неспособным двигаться, сильно исказился. — Я заставлю тебя пожалеть о своей глупости. Не думай, что сможешь так легко уйти, разозлив нас, Аинз Оал Гоун. — Высказав внутреннюю ярость, Аинз постепенно вернул привычное самообладание.

Вот-вот начнётся настоящая битва. Очень важно сохранять спокойствие.

— Как же я глуп, ведь есть более эффективные методы, — Аинз показал самоуничижительную улыбку. — Это чувство вины?.. Или я не хочу, чтобы сталкивались... желаю лишь избежать конфронтации...

Хотя Шалти — сильнейший Страж, разница минимальна. Если бы другие Стражи напали поочерёдно, победа была бы гарантирована. Однако Аинз решил так не делать по одной единственной причине. Потому что не хотел смотреть, как его любимые дети убивают друг друга.

Если бы она по своему выбору предала Аинз Оал Гоун, то ему ничего не оставалось бы, кроме как принять факт её восстания и сделать всё возможное, чтобы от неё избавиться. Будь это собственное решение НИП, вполне закономерно, что он, как правитель Назарика, отнёсся бы к этому со всей строгостью.

Если бы предательство было из-за настроек персонажа, он нашёл бы самый компромиссный способ.

Однако случай Шалти был другим. Она попала под контроль разума, и ошибся тут Аинз, поскольку даже не подумал о такой вероятности. Вот почему только он должен взять на себя ответственность.

Он желал разобраться с этим лично.

Аинз снял кольцо, расходный предмет, который позволял несколько раз возрождаться без штрафов. Снятие этого предмета представляло твёрдую решимость Аинза, поскольку если бы была возможность возродиться, он был бы менее сосредоточен.

Это не был знак сдачи. Набравшись решимости, Аинз посмотрел в небо.

— Враг до сих пор не нападает. Пока я чувствую лишь магию наблюдения Назарика... враг что, не следит?

Обычно Аинз использовал разнообразные защитные заклинания. Одним из них была магия контрнаблюдения, которую он использовал в деревне Карн.

Поскольку в Иггдрасиле дружеский огонь был неэффективен, товарищи могли использовать магию наблюдения на Аинзе, чтобы с легкостью его найти. Однако этот мир отличался. Если бы Альбедо и остальные хотели наблюдать за Аинзом, защитная магия активировалась бы автоматически.

Тем самым она атаковала бы сеть безопасности Назарика. Будь Аинз небрежным, получил бы ответный удар от сети безопасности и получил бы ненужный ущерб.

Потому Аинз отключил магию автоматического противодействия, оставив лишь магию обнаружения источника слежения. Из получаемой информации он понял, что, кроме Назарика, за ним сейчас никто не следит.

Аинз с недоумением склонил голову на бок.

Может, Шалти здесь покинули в самом деле по совпадению?

— Кроме того... разве Альбедо не видела мою ложь насквозь? Боже-боже. Ну да ладно... Как думаешь, это будет похоже на азартную игру, а, Шалти?

Само собой разумеется, стоявшая с ничего не выражающим лицом Шалти не ответила.

Он посмотрел на неё и приготовился к битве, но крохотная часть Аинза желала её избежать. Он выразил свою решимость, но, стоя тут и осознавая реальность происходящего, по-прежнему чувствовал огромное давление.

Даже если он умственно приготовился героически рискнуть жизнью... нет, потому что он был готов умереть, трусливый дух, который остался от человека, Сатору Судзуки, боялся.

Это уже будет не игра, а истинный бой на смерть. Он не будет похож на битвы с Ниганом и Клементиной, где подавляющая разница в силе гарантировала ему победу. На этот раз это вопрос жизни и смерти. Более того, он явно в невыгодном положении.

Не будь он нежитью, и...

— Не будь я правителем Великого Склепа Назарика, и также представителем гильдии, наверное, я не смог бы даже кулак поднять. — Аинз громко рассмеялся, тем самым отодвигая все негативные эмоции.

Страх смерти исчез без следа. Даже боязнь поражения исчезла.

Гордость и слава наполнили Аинза силой.

— Я — Аинз Оал Гоун. На карту поставлено это имя, я не могу проиграть.

Он должен доказать, что является мастером Великого Склепа Назарика, и это не просто пустой титул.

Аинз бросил пронизывающий взгляд на неподготовленную Шалти.

— Что ж... начнём! — выкрикнул он, активируя магию. Из большой коллекции заклинаний он бережно выбрал защитную магию десятого ранга.

«Тело лучезарного берилла».

Белое костяное тело Аинза начало испускать зелёное свечение. Затем...

— Ха-ха-ха!

Аинз громко засмеялся, не сводя глаз с Шалти. Поскольку кроме удовлетворения из-за того, что сбылось его предсказание, он также провернул большую авантюру.

— Так я был прав! Если мои действия не будут полностью считаться враждебными, НИП не приготовится к бою! В игре было точно так же!

Её поведение было отражением поведения монстров из Иггдрасиля, которые попали под контроль разума. Игровая логика работала и в этом мире, что немного облегчило это совершенно неблагоприятное положение.

— Раз всё так обернулось, Шалти, надеюсь, ты не будешь возражать, если перед боем я любезно попрошу тебя подождать ещё немного.

Аинз продолжил активировать различную магию.

— «Полёт», «Благословление заклинателя», «Вечная стена», «Магическое отражение: святой урон», «Эссенция жизни», «Великий полный потенциал», «Свобода», «Ложные данные: жизнь», «Видение сквозь предметы», «Паранормальная интуиция», «Великое сопротивление», «Мантия хаоса», «Неукротимость», «Ускорение чувств», «Великая удача», «Повышение магии», «Драконья сила», «Великое укрепление», «Небесная аура», «Поглощение», «Повышение проницаемости», «Великий магический щит», «Эссенция манны», «Тройная предельная магия: Взрывная мина», «Тройная предельная магия: Великая магическая печать», «Тройная предельная магия: Магическая стрела»...

И так далее, тело Аинза окружило почти бесконечное количество заклинаний.

— Теперь я готов! — закончив приготовления, Аинз сказал это как Шалти, так и самому себе.

Первое заклинание, которое выбрал Аинз, было высшего ранга — магией, превышающей десятый ранг.

Так называемая «сверхуровневая магия».

Магия вне пределов системы рангов. Её можно считать как магией, так и не магией. Во-первых, во время активации она не потребляет очки магии. Однако за день её можно активировать предельное число раз.

При первом изучении её можно использовать один раз в день. Однако после семидесятого уровня на каждые дополнительные десять уровней добавляется ещё по одному разу.

На каждом уровне можно изучить лишь одну такую магию.

Это скорее даже не магия, а особый навык.

Средний игрок, достигший сотого уровня, мог использовать сверхуровневую магию четыре раза. Так почему же Шалти нельзя победить последовательным применением такой магии? Разрушительная мощь сверхуровневой магии и вправду была несравнимой с магией десятого ранга. Если бы только было возможно непрерывно использовать сверхуровневую магию, даже по одному совокупному урону лишь горстка стоуровневых игроков смогла бы выжить. И Шалти пережить это точно не смогла бы.

Однако всё не так просто.

Поскольку сверхуровневую магию невозможно активировать непрерывно.

Прежде всего, даже у такой магии есть период активации. Хотя расходными предметами можно было его убрать, был штраф, не дающий использовать её непрерывно. Когда сверхуровневую магию активируют члены маленькой группы, налагается штраф на них всех — период времени, во время которого они не могут снова использовать такую магию, так называемое «время перезарядки».

Такие штрафы были разработаны для войн гильдий, чтобы во время них одна сторона не одержала победу, постоянно активируя сверхуровневую магию. Кроме того, время перезарядки не могли убрать ни расходные предметы, ни особые способности.

Так что любой, кто во время ПВП активировал такую магию без подготовки, считался идиотом. Потому что использование единственной козырной карты без полного понимания сильных и слабых сторон противника часто означало поражение. Очень редко во время ПВП использованием сверхуровневой магии в самом начале получали победу.

Однако первым шагом Аинза была сверхуровневая магия.

У него на лице не было ни тревоги, ни замешательства, лишь спокойный свет в пустых глазницах.

Активировалась большая трёхмерная магия в форме десятиметрового купола с Аинзом в центре. Купол светился белым и на нём то и дело возникали полупрозрачные тексты или знаки. Эти узоры постоянно перемещались и меняли форму каждую секунду.

При использовании расходного предмета сверхуровневая магия активировалась бы мгновенно, однако Аинз таким предметом не воспользовался. Он отвёл взгляд от Шалти, чтобы оглядеть окрестности.

— Никакой засады?.. Или враги всё ещё прячутся? Но разве сейчас не самая лучшая возможность напасть?

Во время активации сверхуровневой магии защитные способности заклинателя понижаются. Более того, чтобы магия автоматически отменилась, всего-то было нужно нанести заклинателю определённый урон.

Так что каждый раз, когда активировалась такая магия, заклинателя защищали несколько компаньонов. А это также означало, что сейчас самое время атаковать незащищённого Аинза.

Однако в окрестностях не было никаких изменений.

— Может быть, я чересчур осторожен? — Аинз улыбнулся и пожал плечами.

Хотя раньше это была лишь догадка, теперь Аинз был уверен, что Шалти поместили здесь не в качестве приманки, а в самом деле бросили.

— Серьёзно, что тут случилось? Эй, я не всеведущий, я не обладаю силой видеть всё насквозь. В противном случае всё так не сложилось бы, — пробормотав самому себе, Аинз пожал плечами.

Когда активируешь сверхуровневую магию, невозможно свободно двигаться, можно лишь стоять столбом, ожидая, пока пройдёт время.

Чтобы не потратить это время зря, Аинз достал из воздуха изогнутую металлическую пластину и закрепил её на руке. На ней был ряд цифр, которые изменялись с каждой прошедшей секундой.

Само собой разумеется, это были наручные часы.

Аинз прикоснулся большим пальцем к тексту на пластине.

«Момонга-ониитян! Я ставлю время!»

Окружение пронзил голос девушки, которая притворялась наивной. Посторонний, услышав такой голос, точно бы поднял брови.

— Почему у этих часов нельзя отключить голос... — пожаловался Аинз, но это было лишь постулирование. В настройках голос можно было отключить, но Аинз никогда этого не делал.

Голос часов принадлежал создательнице Ауры и Мара, Симмеринг Тиапот. Если бы он его отключил, предмет перестал бы отличаться от обычных часов. А вложила она свои усилия в такой голос, который мог заставить других поднять брови, просто чтобы подшутить над Аинзом.

Создатель Шалти Бладфолен, Пэроронтино, был её младшим братом и хорошо ладил с Аинзом. Потому Тиапот видела в Аинзе друга младшего брата, что и привело к такому результату.

Однако, может быть, это и не было шалостью.

Она часто озвучивала лоли-персонажей для «эроге». Тот странный голос тоже был голосом лоли. Так что она могла просто использовать свой рабочий голос.

Поняв, что после покупки эроге я могу натолкнуться на голос сестры, моё желание покупать их резко поубавилось. Вспоминая жалобы старого товарища, Аинз улыбнулся.

— Согласен... Если бы я услышал голос Симмеринг Тиапот, лазя по интернету, я был бы шокирован.

Выразив привязанность к отсутствующим друзьям из гильдии, он из воздуха вытащил несколько плоских палочек длиной около пятнадцати сантиметров каждая. На дощечках были вырезаны слова: «Цукуёми», «Лук Хоуи», «Земляное восстановление», «Железный кулак гнева учительницы».

На поясе было несколько слотов для свитков. Он запомнил их порядок и осторожно поместил внутрь дощечки.

Подготовка заняла некоторое время, и теперь голубой свет магии стал ещё сильнее. Уже можно было её запускать.

— Ну что ж, начнём, — приготовившись, Аинз с решительностью проговорил: — Сверхуровневая магия «Падение небес».

Глава 5. Игровой персонаж против неигрового

Часть 1

Послышался шум, будто горящий факел опустили в воду.

Магия, переступившая пределы рангов. Словно солнце появилось на поверхности земли, окрашивая всё в белый. Смертоносный жар от громадной температуры расширился в мгновение и жадно поглотил всё в эффективном радиусе. Сцена верной смерти продлилась, наверное, секунд пять. Однако казалось, что прошло намного, намного больше времени.

Наконец белый мир понемногу исчез. Когда жар развеялся, перед глазами предстал круг полностью изменившегося пейзажа.

За пределами зоны эффекта всё осталось нетронутым. Деревья так же стояли, а земля полнилась жизнью. Ничего не изменилось — обычный мир.

С другой стороны... всё внутри круга обуглилось дочерна — сюрреалистичная земля смерти.

Огромный жар, можно сказать, стёр все растения, остались одни тлеющие стволы деревьев. На почерневшей земле появились даже остекленевшие пятна. И до сих пор то тут, то там виднелись столбы дыма.

Аинз стоял как раз за краем области, в которой не осталось ничего живого. Но в той стороне он почувствовал приводящее в ужас присутствие.

Источником была одна особа.

Кто же ещё мог выжить в температуре, уничтожившей всё живое?

— Ка-ка... аха-ха-ха...

До ушей Аинза донёсся странный голос, перемешанный со скрежетом — несомненно звук того, как кто-то сжимает зубы.

Звук пришёл из алого пятна в чёрном мире.

В дыму, шедшем из тела, Шалти Бладфолен смеялась, будто говоря, что этого недостаточно, чтобы её убить. Кровавые глаза наполнились намерением убийства, и она глядела прямо на Аинза.

— Вла...ды...ка Аинз! Было больно!

Шалти медленно сделала шаг вперёд, образуя на обугленной земле трещины.

Она приблизилась к Аинзу на шаг, затем ещё на один, и взмахнула Шприцевым копьём, которое держала в одной руке. Звук того, как оно разрезает воздух, свидетельствовал, что она по-прежнему может сражаться.

Заклинатель показывает свою истинную силу в битве на дальней дистанции. Для Аинза, который не был силён в ближнем бою, сокращение расстояния лишь ставило его в невыгодное положение. Однако вместо того, чтобы быстро отступить, он помпезно, словно чемпион ждёт своего соперника, заговорил с Шалти:

— Это был скучный подарок, но он тебе понравился, Шалти?

— Ахахахаха! — она радостно и от чистого сердца рассмеялась. — Он был просто изумителен! Не могу поверить, что смогу убить кого-то с такой огромной силой, владыка Аинз!

— «Владыка» говоришь... Шалти, почему ты до сих пор меня так называешь? Кто твой текущий хозяин?

— Вы говорите странные слова. Очевидно, что я буду называть вас, высшего правителя, владыкой. И мой хозяин сейчас... — Шалти сильно нахмурилась. У неё на лице появилось замешательство. — Почему я сражаюсь с владыкой Аинзом? Нет, это ведь ясно? Потому что на меня напали? Но почему владыка Аинз на меня напал?.. Раз меня атаковали, я должна использовать полную силу и убить? Почему? — Через некоторое время она словно пришла к какому-то выводу и на её лицо вернулась улыбка. — Я не понимаю, но раз владыка Аинз на меня напал, я должна вас убить!

— Ясно... Теперь я понимаю твоё состояние...

— Хм? Что-то случилось, владыка Аинз? Вы выглядите уставшим. Вы правда думаете, что сможете меня победить?

— Хмпх. Ты, должно быть, кое-что не так поняла. Ты в самом деле считаешь, что я, Аинз Оал Гоун, проиграю такой как ты? «Аинз Оал Гоун» не может проиграть. Шалти, это ты станешь передо мной на колени.

— Ахахахаха! Как страшно!..

Со скоростью, рядом с которой даже ветер казался медленным, Шалти, переполненная жаждой крови, приближалась. Каждый шаг заставлял землю под ногами взрываться. Клементина была быстрой, но Шалти — совсем иной уровень. Аинз был благодарен, что его телу не нужно моргать. Если бы хоть раз моргнул, потерял бы её из виду.

Продолжая смеяться, Шалти кинулась на него с копьём. При нападении с копьём за ним обычно стоит масса и скорость рыцаря, который едет верхом на лошади. Однако Шалти, с её-то силой и скоростью, от которой простые смертные разинули бы рот, с легкостью атаковала намного сильнее.

Даже назвать это убийственным навыком было бы справедливо. И такое копьё неслось прямо Аинзу в грудь.

Наконечник был уже совсем недалеко, но Аинз даже не шелохнулся. Он просто открыл рот и добродушно сказал:

— Для тебя это опасно.

Голос, наполненный тревогой, словно он волнуется за Шалти. Его ответом на её атаку стало предупреждение.

В то мгновение, когда Шалти опустила ногу, подготовленное заранее заклинание, «Тройная предельная магия: Взрывная мина», активировалось. Прогремело три больших взрыва и Шалти отбросило назад.

Аинз снова добродушно заговорил:

— Прости, что не предупредил раньше. По правде, я тут несколько мин установил. «Предельная магия: Гравитационный вихрь».

Нацелившись на отброшенную назад Шалти, Аинз выпустил сферу, которая закрутилась в чёрную спираль. Это был вращающийся шар супергравитации, который мог нанести значительный ущерб даже такому существу, как Шалти. Она тут же восстановила равновесие и подняла свободную руку:

— «Стена камня».

Вокруг Шалти из земли выросла большая каменная стена. И в неё врезался шар супергравитации. Камень согнулся и рассыпался, разрушаясь вместе с гравитационной спиралью.

— Хмпх! «Предельная магия: Ребровое связывание»!

Ещё одна атака. Из земли вылезла большая костяная грудина и, словно капкан, схватила Шалти. Заострённые концы бледных костей вонзились ей глубоко в плоть.

— Угр!

Хотя после нанесения ущерба заклинание должно было удерживать цель, Шалти, благодаря полному иммунитету к эффектам сковывания движения, легко ускользнула.

— Шалти, похоже, я забыл упомянуть, что вокруг понаставил ловушек. Может, тогда лучше нападёшь с воздуха?

— Владыка Аинз, я не попадусь на это. Вы, наверное, и в воздухе установили ловушки, так ведь?

— Это так очевидно?

— Да, очень.

Двое слегка рассмеялись, и интенсивность в красных глазах Аинза чуть уменьшилась.

Это было неправдой. Аинз больше не приготовил магических мин. И также не установил в воздухе никаких ловушек. Это не та битва, в которой он мог бездумно тратить очки магии. Он не мог позволить себе роскошь тратить их на заклинания, которые могли оказаться бесполезными.

Вот почему он заявил, что понаставил ловушек, — это был блеф, чтобы замедлить Шалти. Его глаза чуть изменились, потому что она на это попалась. Тем не менее Аинз не вздыхал с облегчением.

Эта битва была вызовом для Аинза, ему было нелегко, он словно ходил над пропастью по невероятно тонкой верёвке и мог упасть в любую секунду. Зная это, Аинз не праздновал такую маленькую победу.

— Но как и ожидалось от владыки Аинза. Простым бегом я не смогу сократить расстояние.

От Шалти лился бесконечный поток комплиментов. В то же время было такое чувство, что она, похоже, начинает становиться серьёзной.

Сейчас начнётся настоящий бой.

Если бы Аинз мог потеть, по спине пот лился бы, как водопад.

У меня есть только один вариант — нанести ей критический урон до того, как истрачу все очки магии.

В противном случае его поражение было бы неотвратимым.

♦ ♦ ♦

Шалти сжала покрепче Шприцевое копье и уставилась на стоявшего перед ней заклинателя. Её господина, Аинза Оала Гоуна.

Хотя ей было непонятно, почему она должна сражаться с господином, который заслуживает поклонения, её мозг отклонил это как тривиальную проблему.

Об этом можно подумать уже после его смерти.

Шалти продолжала смотреть на одинокую нежить, представляя, какое у неё решительное преимущество. Эта мысль заставила губы разразиться в улыбке.

У заклинателя невероятная сила, но она полностью зависит от очков магии. Если они закончатся, его боевой потенциал исчезнет тоже. С другой стороны, хотя Шалти была заклинателем веры, она также владела ближним боем. Её громадная физическая сила позволяла сражаться до тех пор, пока остаются очки жизни, даже если очки магии исчерпались.

Вот почему вместо того, чтобы сокращать его очки жизни, победа будет у неё в руках, когда она сумеет полностью высушить его очки магии. Несмотря на то, что у Аинза нет эффективных заклинаний, чтобы подлечиться.

Трясись и смотри, как очки магии и жизни медленно убывают. Ахаха. Одна мысль об испуганном лице Аинза заставляет сердце биться чаще! Так какой лучший способ сражаться? Битва на выносливость.

Выбрав стратегию на предстоящую битву, Шалти ухватилась за предмет божественного класса, Шприцевое копьё.

Это оружие обладало особой способностью — оно могло возвращать часть нанесённого урона в виде исцеления владельца. Можно даже сказать, что оружие специализировалось на этом. Вот почему Аинз, обычно сражающийся с дальней дистанции, никого не призвал для защиты. Он прекрасно понимал, что слабый монстр даст Шприцевому копью для поглощения ещё больше здоровья.

Ахх, бедный владыка Аинз. Подумать только, он не может использовать призванных существ и должен сражаться в одиночку!

Шалти сдержала садистскую улыбку и применила умение «Анализ магии».

Как только она временно заполучила способность обнаруживать очки магии, перед глазами появилось оставшееся количество очков магии Аинза.

Просто невероятное количество... как же он заполучил столько очков магии?

Он обладал громадным количеством очков магии, по меньшей мере у него их было в полтора раза больше, нежели у Шалти. Даже обыскав весь Назарик, невозможно было найти равного ему.

Поистине подходит для Высшего существа. Необычайная нежить... супернежить... нет, божественная нежить?

Тем не менее она даже на секунду не подумала, что проиграет. Хотя для другого Стража этажа, может быть, всё было бы иначе, но для Шалти противник, который специализируется на магии смерти, не представлял угрозы.

Впрочем, он не тот противник, к которому я могу относиться легкомысленно. Интересно, почему он не надел свои предметы божественного класса?

Мантия, которую носил Аинз, выглядела немного потрёпанной. От неё не исходило никакой опасной ауры, в отличие от его обычной мантии цвета вороньего крыла.

Какая-то мера против меня? Вполне вероятно. Но битва не закончится, если мы будем лишь смотреть друг на друга. Я приготовлюсь для затяжного сражения и исцелю себя...

— «Регенерация».

Применив заклинание, которое было эффективным даже на нежити, Шалти медленно начала исцелять урон от супермагии. И Аинз наконец начал атаковать. Он снова сотворил заклинание супергравитации.

— «Предельная магия: Гравитационный вихрь».

Когда на неё помчалась чёрная сфера, она подумала было снова возвести каменную стену. Однако так она не смогла бы наподдать противнику как следует. Нужно было перейти к нападению, чтобы заставить его потратить ещё больше очков магии.

Шалти решила...

— «Великая телепортация».

...телепортироваться, чтобы сократить расстояние и перевести сражение в ближний бой.

Поле зрения исказилось, изменение в окружении, которое должно было произойти мгновенно, чувствовалось медленнее.

Тц!

Шалти осознала, что это эффект от заклинания, которое подавляет пространственное перемещение, «Задержка телепортации».

Она собиралась переместиться на дистанцию, с которой могла бы достать Аинза Шприцевым копьём. Однако оказалась на значительном расстоянии от него. И перед глазами оказались три мигающих фотосферы — «Дрейфующие мастер-мины».

Когда мины её обнаружили и собирались детонировать, она преобразовалась в туманную форму. Этот навык превращал её тело в туман и хорошо подходил вампиру. Впрочем, в физическом плане туманом она не становилась. Это, скорее, был переход физического тела в астральное. Это позволяло ей уклоняться от любых атак из физического мира, как те три взрыва.

— Не достаточно хорошо!

С рёвом Аинз применил «Предельная магия: Астральная кара».

Из-за трансформации защита Шалти чуть понизилась, её обволокла магия, эффективная против эфирных тел. Ощутив по всему телу боль, она отменила туманную форму. Когда Шалти почувствовала, как по телу потекла жидкость, губы искривились в улыбке.

— Невероятно! Как и ожидалось от владыки Аинза! — она искренне восхитилась, но не получила ответа, лишь подозрительный взгляд. — Вы мне не верите? Но я честно думаю, что вы в самом деле заслуживаете моей преданности.

Как и ожидалось от того, кто искусен в магическом бою.

Однако улыбка не сошла с её губ. Его магия значительно истощилась. Конечно, жизнь Шалти тоже уменьшилась. Но это всё же было в пределах её расчётов, тогда как Аинз потратил больше магических сил, чем она предвидела. Ей это было очень выгодно. Другими словами, сейчас Шалти оказалась намного ближе к победе.

Как насчёт этого?

Шалти сделала следующий шаг.

— «Силовое святилище».

Окружение Шалти обволок белый свет. Барьер, созданный из священной энергии. Это был абсолютный барьер, блокирующий атаки противника, хотя она сама тоже не могла атаковать.

По ту сторону света было видно, как Аинз поспешно готовится высвободить магию.

— Верно. Вы окажетесь в опасности, если не примените магию быстро.

На первый взгляд, до сих пор битва прогрессировала в пользу Аинза. Шалти уже поняла причину.

Способности — нет.

Экипировка — нет.

Подготовка — да.

Верно. Преимущество было из-за многих защитный заклинаний, которые Аинз приготовил заранее. Могущество заклинателя сильно варьируется в зависимости от того, насколько хорошо он подготовился до битвы. Конечно, это относилось и к Шалти. Вот почему Аинз тогда сразу уничтожил защиту, которую она на себя наложила. Как и сейчас — он не мог позволить дать Шалти время на подготовку защиты.

По правде, у Шалти не было ни малейшего желания применять защитную магию. Ведь она в ней, в конце концов, не была хороша. Она просто хотела, чтобы Аинз потратил ещё больше очков магии. Вот почему сцена того, как Аинз нервно готовит заклинания, заставила её рассмеяться.

Арара, не слишком ли вы играете мне на руку, владыка Аинз? Почему не используете свитки, посох, палочки? Хотите их приберечь? Или паникуете, или, может быть, знаете, что они против меня не сработают? Хмм?

Магическая защита Аинза могла полностью обнулить любую низко- и среднеуровневую магию независимо от того, насколько силён вражеский заклинатель. С другой стороны, магическая защита Шалти зависела от силы или уровня противника. Атаки слабого заклинателя окажутся совсем неэффективными, даже если это будет заклинание десятого уровня. Однако если врагом будет такой могущественный заклинатель, как Аинз, она сможет выстоять максимум против магии первого ранга.

Хотя сила магии, заключённая в таких предметах, как свитки, варьировалась в зависимости от создателя, она обычно была установлена самого низкого уровня. Вот почему с высокой вероятностью заклинания из свитков не смогли бы пробить магическое сопротивление Шалти. И вот почему Аинз их не использовал.

Пока Шалти спокойно анализировала положение, Аинз применил магию.

— «Предельная магия: Тысячи костяных копий».

С Аинзом в центре из земли полетела тысяча, две тысячи, нет бесчисленные костяные копья. Белые копья рассредоточились и врезались в магический барьер. И со звуком бьющегося стекла барьер Шалти начал сыпаться. Разбросанные осколки растаяли в воздухе.

— Тц!

Барьер, который она создала, потратив много очков магии, разрушился от одной атаки. Это оказалось полностью вне её предсказаний. Пока она чувствовала раздражение, на неё полетела ещё одна атака.

— Ещё не всё! «Предельная магия: Тысячи костяных копий»!

— «Великая телепортация».

Она выбрала место в воздухе за пределами эффективного радиуса «Задержки телепортации».

— Думаешь, я позволю тебе сбежать?.. «Предельная магия: Гравитационный вихрь»!

Каким-то образом Аинз сумел предсказать телепортацию Шалти. Словно зная, когда и где она появится, Аинз кинул магию в её направлении.

В этой умелой битве Шалти почти ощутила, как запала на него. Так биться просто невозможно без накопленного опыта.

— Ты до сих пор расслаблена, — Аинз, тот, кого Шалти должна почему-то убить, тихо говорил. — Почему ты так расслаблена, когда противник — я? В наших уровнях нет разницы, экипировка у меня лучше, единственный мой недостаток — я не могу использовать заклинания, в которых специализируюсь. Но, Шалти, я чувствую в тебе уверенность в том, что у тебя перевес, что ты можешь победить вне зависимости от того, что произойдёт.

Шалти с превосходством ответила:

— Ахаха. Тогда я покажу тебе одну из причин моей уверенности. Ты знал, что у меня есть такой навык?

Шалти показала улыбку победителя и активировала «Нечестивый щит». От неё пошла ударная волна, напоминающая кровь. Она с легкостью сдула гравитационную сферу.

Это был один из навыков Шалти, сочетающий нападение и защиту.

— Тц!

Послышалось, как Аинз щёлкнул языком. Ранее Шалти щёлкнула языком потому, что события шли не так, как она предсказывала, Аинз же сейчас из-за того, что утратил преимущество.

— Ахаха! — Шалти рассмеялась и показала ещё один навык.

Над ладонью воспарило священное боевое копьё длиной метра три. Размеры его наконечника выделялись особо. Исходившая от него чистая аура доказывала, что это не обычное оружие. Серебристо-белый блеск, который отражался на солнце, был прекрасен.

— Оххх... я впервые это вижу. Ты создала это своим навыком?

— Ахахаха. Как долго вы будете продолжать эту комедию, владыка Аинз? Раз вы, кажется, даже не знаете, что это, я объясню. Это называется «Очищающее копьё»! — высмеивая его невежество, Шалти выстрелила серебристо-белым копьём. Она не бросила его. Оно парило само по себе и понеслось в сторону Аинза. Потратив дополнительные очки магии, она наложила на него эффект идеальной точности.

— Угххх!

Оно проткнуло Аинзу грудь. Шалти показалось, что лицо, которое не должно было двигаться, искривилось от боли.

— Ахахаха! Похоже, магическое оружие со священным атрибутом не такое, как остальные. Оно ведь эффективно, да?!

Над ладонью Шалти снова материализовалось большое копьё и тут же полетело на невообразимой скорости и пронзило Аинзу плечо.

— Кх, как ты посмела! «Предельная магия: Рассечение реальности»!

Было сотворено могущественное заклинание.

Меньшая версия «Мирового раскола», самого сильного навыка, которым обладал сильнейший воинский класс, Чемпион мира. Этот навык можно получить, лишь достигнув максимального уровня в классе. Но несмотря на более слабую версию, его разрушительная сила была высшего класса даже среди заклинаний десятого ранга.

Когда само пространство разрезалось, из плеча Шалти полилась кровь, словно из фонтана. Атака почти полностью проигнорировала её магическое сопротивление. Однако, словно время потекло вспять, кровь вернулась назад в плечо, и урон был сведён на нет.

Такая сцена потрясла Аинза.

— Что ты сделала?!

— Не нужно так удивляться, владыка Аинз. Это тоже навык. — Шалти, отвечая на его вопрос, намокла от превосходства.

— Тц! Говоришь, мои навыки неэффективны, тогда как ты свободно используешь свои?

— Пожалуйста, не думайте, что это нечестно. Эту силу даровал мне господин Пэроронтино. Разве это не доказательство того, что он был выше вас, владыка Аинз?

— ...Похоже, это твои истинные чувства. — Словно у него исчезло выражение лица. Его тихий голос был лишён эмоций. Прежде чем Шалти начала сомневаться, Аинз снова прокричал: — Я иду, Шалти! Какими бы навыками ты ни обладала, знай, что моя магия сильнее!

«Предельная магия: Рассечение реальности» и Очищающее копьё активировались одновременно, и попали по своей соответствующей цели.

Когда обмен навыками произошёл снова, Шалти высмеяла в мыслях то, как же он глуп. В то же время она задавалась вопросом, почему с ним сражается.

Шалти Бладфолен была Стражем, отвечающим за первые три этажа Великого Склепа Назарика, а также верноподданная, созданная Пэроронтино, одним из Высших существ Аинз Оал Гоун. Не странно ли, что она сейчас сражается с тем же Аинзом Оалом Гоуном, который однажды использовал имя «Момонга»? Почему же она подняла клинок на одного из Высших существ?

Если бы приказал создатель, она бы дралась со всей силы. Она бы не колебалась, даже если бы весь Назарик стал её врагом. Но сейчас всё по-другому. Сколько бы она ни ломала голову, ответ не приходил. Однако она не могла остановиться. Голос ей шептал, говорил убить, используя всю свою силу.

Шалти посмотрела «Анализом магии» на то, сколько у Аинза осталось очков магии. Подавляя посыл засмеяться, она применила обращение времени, чтобы восстановить здоровье.

Могущественные заклинания стоят дорого. И среди них, учитывая соотношение урона и затраченных очков магии, «Рассечение реальности» было ужасно неэффективно. Раз он использует его подряд, значит решил, что исход битвы зависит от того, насколько он измотает Шалти, прежде чем битва перейдёт в рукопашную схватку.

Верно. Стремиться к короткой битве — верная мысль, потому что в противном случае у меня будет преимущество... хотя я не знаю, насколько эффективной будет магия ослабления против нежити.

Шалти сузила глаза, глядя на то, как противник одно за другим применяет могущественные заклинания.

Хорошо. Тогда мне последовать вашему примеру?

Одни навыки Шалти могла использовать бесконечно, другие — ограниченное количество раз. Восстановление через обращение времени она могла применять три раза в день, как и Очищающее копьё. Нечестивый щит сегодня использовать осталось лишь раз.

Но сохранять их смысла нет. С самого начала Шалти считала, что битва закончится в ближнем бою. Её очки магии и навыки предназначались лишь для того, чтобы лишить очков магии Аниза.

Я сражаться без очков маги могу, но вот если вы, владыка Аинз, лишитесь возможности применять магию, это для вас будет смертельно.

Шалти, которая сражалась, полагаясь как на очки жизни, так и на очки магии, против Аинза, который был вынужден сражаться, исключительно полагаясь на очки магии. С самого начала между ними двумя была подавляющая разница.

Она смотрела на Аинза, который не мог выбрать ничего кроме магии, с нежностью. Но это, скорее, была не нежность матери, которая волнуется за ребёнка, а сострадание сильного к слабому.

Использовав последнее Очищающее копьё и получив в ответ «Рассечение реальности», Шалти перешла ко второй стадии битвы.

— Тогда как насчёт этого? «Призыв монстра десятого ранга».

— Будто я тебе позволю! «Великое подавление»!

Призванный монстр исчез в мгновение ока. Аинз с гордостью заговорил:

— Я не позволю тебе тянуть время, Шалти.

Не смейся, Шалти. Он просто использовал свои очки магии после моего навыка!

Пытаясь сохранять невозмутимое лицо, Шалти бросила свою магию:

— Неужели? Тогда, может, мне атаковать вас прямо? «Предельная магия: Вермилионовая нова».

— «Тройная предельная магия: Призыв великого грома».

Аинза обволокло тёмно-красное пламя — его слабость. И в то же время три огромные молнии, собранные из множества нитей, пронзили Шалти. Вместе с уменьшением здоровья Шалти впервые за бой показала недовольное выражение лица.

Он увеличил сопротивление огню?

Каким бы сильным человек ни был, невозможно иметь полное сопротивление к каждому атрибуту. Даже если есть сопротивление от расы, профессии и даже экипировки божественного класса, всё равно есть предел. Однако, если полностью убрать сопротивление одному атрибуту, станет возможным приобрести полный иммунитет к другому. Это верно, даже если человек выберет атрибут, против которого у него слабость.

Другими словами, Аинз отказался от какого-то атрибута, чтобы увеличить сопротивление огню.

Как раздражающе, я не знаю, какой это атрибут.

Единственный способ это узнать — «Анализом жизни» смотреть на его очки жизни и атаковать заклинаниями каждого атрибута, чтобы увидеть, когда жизнь уменьшится.

Будто я сделаю нечто столь хлопотное. Тогда попробуем атрибут, к которому он определённо слаб...

— «Предельная магия: Сверкающее сияние».

— «Предельная магия: Истинная тьма».

Тело Аинза начало очищаться священным светом, а Шалти охватила тёмная пустота.

В тот миг... Шалти этого не пропустила. На мгновение он затрясся. Но он быстро взял себя в руки и сделал вид, что ничего не было. Но никто не попадётся в такую очевидную наигранность. То была дрожь тела, которое пытается вытерпеть боль.

Шалти, не показывая это на лице, рассмеялась от того, что нашла его слабость. Нет, это само собой разумеется. Нежить критически слаба к святому атрибуту. Очень трудно убрать эту слабость. А если экипировкой он поднял сопротивление огню, это совершенно невозможно.

Глядя друг на друга, они двое применили следующую магию. Конечно, Шалти выбрала то же «Сверкающее сияние».

Сколько ещё раз им придётся обменяться заклинаниями? Даже Шалти потеряла значительную часть здоровья. Если бы она тайно не использовала навык, который ослабляет магические эффекты в обмен на постоянное уменьшение очков магии, то её очки жизни, скорее всего, опустились бы до нуля.

Как я и думала, он невероятен... как в нападении, так и в защите владыка Аинз превосходит меня в битве магии. Даже когда я непрерывно применяю священную магию, он, скорее всего, получил меньше повреждений, чем я. Но всё равно... он потратил довольно много очков магии.

Она своими глазами видела, что у Аинза теперь осталось намного меньше магии. Но, несмотря на это, его глаза всё равно яростно горели пламенным духом.

Ах, тело покалывает. Какой чудесный человек, я хочу посмотреть, как он будет выглядеть, когда проиграет и его дух сломается.

Шалти подавила чувство, хлынувшее снизу живота. Будь она в своей комнате, то, наверное, даже позвала бы вампирскую невесту. К сожалению, сейчас тут нет ни одной. И, само собой разумеется, вряд ли она могла себя сексуально удовлетворить здесь и сейчас.

Тогда остаётся лишь... довольствоваться битвой.

Глаза увлажнились, с похотью Шалти глядела на Аинза, облизывая губы. Какую реакцию он покажет, если она ещё больше увеличит своё преимущество?

— Тогда я себя вылечу. «Предельная магия: Великое лишение жизни».

Живых следует лечить позитивной энергией, и наносить урон негативной. Нежить наоборот. Вот почему «Великое лишение жизни», вливающее внутрь много негативной энергии, стало величайшей лечащей магией для нежити Шалти.

— Ты права. Я тоже потерял много здоровья. «Великое лишение жизни».

Шалти несколько раз моргнула. Она не могла поверить в то, что происходит. Но она видела своими глазами, как его раны затягиваются, потому ей ничего не оставалось кроме как принять это.

— ...Э? Владыка Аинз, «Великое лишение жизни» ведь священная магия, как вы можете ею пользоваться? Она была в списке изучаемых навыков вашего класса?

— Нет, к сожалению, эта сила не моя собственная, а магического предмета. Он позволяет применять всего лишь одно особое заклинание. Ради этого мне пришлось пожертвовать одним из слотов для экипировки. Его невозможно использовать с навыком «Предельная магия» и эффект не такой большой, как от оригинального класса. В этом не так уж и много хорошего.

Видя, как Аинз во второй раз применил «Великое лишение жизни», жалуясь о хлопотах, Шалти признала, что график немного изменился. Впрочем, разница не такая уж и большая, поскольку одна из её задач — чтобы Аинз быстрее тратил очки магии — оказалась успешной.

Рассудив так, Шалти снова активировала «Великое лишение жизни» и вылечила раны. Поскольку она была сотого уровня, полное восстановление заняло некоторое время.

И последний раз...

— «Предельная магия: Великое лишение жизни».

— «Тело лучезарного берилла».

Пока она залечивала раны, Аинз применил на себе защитное заклинание.

Шалти, кроме информации о заклинателе веры, не так много получила от Пэроронтино. Потому она не знала, какие эффекты у «Тела лучезарного берилла». Видя, что Аинза обволок зелёный блеск, она рассудила, что это защитная магия.

Правильное решение. Я как раз собираюсь напасть на тебя лично.

Как раз когда Шалти собиралась взяться покрепче за Шприцевое копьё, услышала будто пророненную случайно жалобу:

— Подумать только, что я буду в таком невыгодном положении.

Ошеломлена полностью. Шалти ослабила хватку и подумала:

Вы только сейчас это поняли?

Впрочем, она посчитала, что говорить такое мастеру, владыке Аинзу, будет дерзко и не открыла рот.

...мастеру? Владыке Аинзу?

Её озадачили слова, которые уже несколько раз во время боя всплывали в уме. Она хотела знать, почему должна направлять клинок на владыку Аинза. Впрочем, много вещей в мире она не понимала. И это лишь одна из них.

Но хоть она так думала, она посчитала, что её действия против Аинза не согласуются с этой линией мышления. Вот почему спокойным голосом, не подходящим для разгара битвы, она с ним заговорила:

— Если бой не в вашу пользу, может, вам следует убежать?

— А... по поводу этого. — Что-то вроде горькой улыбки, казалось, промелькнуло у Аинза на лице. На костяном лице, которое не должно бы уметь двигаться. — Я... да, я очень эгоистичный, Шалти. Я не желаю убегать.

Аинз перевёл взгляд на свою пустую костяную руку. Шалти, обратив на это внимание, тоже перевела туда взгляд.

— Хотя сомневаюсь, что кто-то меня поймёт, но даже если меня посчитают глупцом, сейчас я, как Гильдмастер, чувствую удовлетворение. Как бы сказать... я... даже если я занимал должность Гильдмастера, по правде я всего лишь регулировал и занимался мелкой работой. Я не вёл всех с передних рядов. Однако прямо сейчас я сражаюсь ради гильдии на переднем крае... хотя это, наверное, просто ради самоудовлетворения.

— Неужели? Наверное, это называется гордостью мужчины?

— Это... так?.. Может, это просто акт отчаяния. Кажется, я разрушил настроение такой скучной историей. Прости. Продолжим?

Часть 2

Аинз спокойно смотрел, как Шалти держит Шприцевое копьё. Чтобы заполучить победу, ему придётся пройти через бой на ближней дистанции.

На спине Шалти на доспехах появилась выпуклость, и, словно прорвавшись через броню, проросли крылья летучей мыши. Аинз знал, что будет дальше.

Из её спины в воздух вылетело бессчётное количество летучих мышей. Это были «старшие вампирские летучие мыши», созданные навыком «Поднятие родства». Их также сопровождали «рои вампирских летучих мышей». Хотя они не были такими уж сильными, их всё же нельзя было оставлять без внимания. Аинз сразу же применил магию:

— «Акулий циклон».

В мгновение появилось торнадо сто метров в высоту и пятьдесят метров в диаметре. Он разорвал и поднял землю в воздух. Потемнев от обломков, торнадо поглотил спасавшихся бегством летучих мышей.

Было видно, как в бушующем циклоне медленно движутся бесчисленные тени. Тени, которые плавают, словно в океане, — шестиметровые акулы. Они стекались в группы и набрасывались на рои летучих мышей, отчаянно пытающихся улететь от торнадо, словно на брошенную в воду приманку. Хотя заклинание показало свою силу против летающих существ, кое-кто прорывался через шторм точно так же, как акулы разрывали старших вампирских летучих мышей.

Алая фигура на большой скорости прорывалась напрямик через торнадо. Направляя вперёд наконечник копья, фигура оставляла за собой тепловой след, похожий на реактивную струю.

Не сумев среагировать вовремя, Аинз почувствовал по всему телу острую боль. Он ощутил, как каждая косточка тела потрескалась. В мгновение, когда он понизил бдительность, Шалти оказалась прямо у него перед глазами и пронзила своим смертоносным оружием его грудину. Наконечник копья проломил кости и высунулся со спины.

— Угх! — он закричал от боли.

Шалти, использовав навык, нанесла прямой удар и уменьшила его очки жизни.

Нежить имела сильное сопротивление боли. Как и его разум, боль, превысившая определённый порог, подавлялась. Вот почему полный новичок в сражении, как Судзуки Сатору, мог сохранять хладнокровие, не теряя себя в боли.

Но боль была сильной.

Чувство, словно жизнь утекает. Подобное тому, когда от большой потери крови темнеет в глазах. Это яростно навалилось на разум Аинза, нет на слабый разум Судзуки Сатору.

Но воля Аинза была выше этого.

Сейчас сражался не Судзуки Сатору, а высший правитель Великого Склепа Назарика, Аинз Оал Гоун.

Даже когда Аинз думал над своей следующей атакой, Шалти не прекратила нападать. Наконечник копья был по-прежнему у Аинза в груди, и она снова и снова давила вперёд. Самая толстая часть копья вонзалась всё глубже. Словно вместе со стремительно убывающим здоровьем тело раскалывается пополам.

Это вызвало активацию «Тела лучезарного берилла».

Зелёный блеск, окутывающий Аинза, разбился.

Магия десятого ранга, «Тело лучезарного берилла». Пассивный эффект — снижение ущерба от ударов. При активации один раз полностью сводит на нет урон от удара.

Урон от копья поглотило «Тело лучезарного берилла». Словно время пошло вспять, копьё вышло из Аинза. Вернее, это Аинза вытолкнуло назад. Пока Шалти не могла понять, что произошло, Аинз применил заклинание:

— «Стена скелетов».

Между ними двумя появилась костяная стена, состоящая из бесчисленных скелетов с оружием. Они замахнулись на Шалти.

Однако до неё не достал ни один удар.

— «Предельная магия: Взрыв силы».

Возникла невидимая ударная волна с Шалти в центре и врезалась в стену костей. Стена изогнулась, не выдержав давление, и взорвалась. Разбросанные кости посыпались на землю, словно дождь. Но это дало Аинзу необходимое время.

— Высвобождение!

После его команды «Великая магическая печать» высвободила три магических круга, каждый выстрелил тридцатью белыми стрелами света. Была высвобождена обычная магическая атака, «магическая стрела». Красивое послесвечение летящих стрел напоминало крылья ангела. Однако это был ангел смерти.

Магия первого ранга не могла пробить магическую защиту Шалти. Но ощутив опасность из-за того, что Аинз всё равно её применил, Шалти поспешно попыталась уйти в сторону. Однако белые стрелы повернулись под острым углом и идеально, словно дождь, вонзились в свою цель.

Урон от девяноста белых магических стрел мгновенно понизил здоровье Шалти.

Они смогли пробиться сквозь её магическую защиту, потому что он применил навык, который временно усиливал их до десятого ранга.

На этом он не прекратил атаковать.

— Танцуй! «Тройная предельная магия: Обсидиановый меч»!

Три меча, излучающие тёмный свет, появились в воздухе. Будто обладая собственной волей, они полетели прямо на Шалти.

Она отразила их Шприцевым копьём, будто говоря им не стоять на пути. Однако «Обсидиановые мечи» продолжили атаковать. Очень трудно разрушить созданный из магии меч физической атакой.

— «Магическое разрушение».

Шалти истратила те очки магии, которые у неё остались, и применила магию отмены заклинания. Лишившись всех очков магии, она разрушила два меча. Однако оставшийся продолжал нападать. Успех «магического разрушения» варьировался в зависимости от способностей пользователя. Итог явно показывал, кто из двух более сильный заклинатель.

— Арр, раздражает!

Шалти оставила без внимания клинок и понеслась на Аинза. Магия такого уровня не могла ей навредить.

Удар Шприцевого копья отбросил Аинза в сторону. Он был слаб против прямых ударов. Не в состоянии проигнорировать ущерб, он уравновесил себя в воздухе, используя «Полёт». И...

— Чёрт возьми!

...Впервые за время битвы он утратил самообладание и выругался.

И не потому, что его очки жизни опустились достаточно низко. Проблема была в явлении, произошедшем у него перед глазами. Здоровье, которое он потерял, поглотила Шалти и исцелила себя.

Скорость восстановления превосходила урон от «Обсидианового меча». Чтобы нанести больше урона, нежели её исцеление, Аинз тут же накрыл её атакующей магией.

— «Тройная предельная магия: Рассечение реальности».

Один за другим три удара разрезали само пространство и вытянули кровь из тела Шалти. Однако она не обратила на это внимания и уменьшила между ними расстояние, «Обсидиановый меч» полетел за ней.

Без очков магии у Шалти нет выбора, кроме как драться на расстоянии, с которого меня можно достать Шприцевым копьём... Но это не пойдёт мне на пользу.

Отступая «Полётом», Аинз продолжал атаковать.

— «Тройная предельная магия: Рассечение реальности».

Но несмотря на отступление, с каждым мигом расстояние между ними уменьшалось. Такая вот разница между скоростью полёта, усиленной навыком, и его магией «Полёт».

Шалти, проливая кровь, сократила расстояние, пока не оказалась прямо у него перед глазами. Нагнувшись вперёд, она высвободила ударную волну.

Это не «Взрыв силы»! Нечестивый щит?!

Ударная волна разбила оставшийся «Обсидиановый меч» и далеко отбросила Аинза.

— Кух! Гах!

Не было сомнений, что она скомбинировала Нечестивый щит с другим неизвестным навыком. Аинз врезался в землю, два раза, три раза перекатился... и восстановил равновесие с помощью магического предмета и «Полёта».

Может, потому что у него отсутствовал вестибулярный аппарат, или потому что он был нежитью, но Аинз даже не почувствовал головокружение, он с большого расстояния глядел на Шалти.

Удар оказался удачей. Аинз не желал битвы на близком расстоянии. Раз оно увеличилось, значит, у него больше времени на использование магии.

Как раз когда он собирался высвободить заклинание, заметил, как перед Шалти появился яркий свет. Словно чтобы защитить её, свет занял пространство между ними и принял форму размером с человека.

Он прекрасно знал, что это такое.

Аинз нахмурил неподвижное лицо, тогда как Шалти победоносно улыбнулась.

— Появилось... наконец. Я знал, что оно со временем появится... но использовать его сейчас... сильнейшее секретное оружие Шалти, «Эйнхерия».

Наконец белый свет принял окончательную человеческую форму. Фигура в белой броне. Если не считать того, что кожа бледно светилась, она выглядела практически идентично Шалти, призывательнице.

Аинз знал, что у них общая не только внешность.

Она, Эйнхерия, не обладала способностью использовать магию или предметы, а также некоторые навыки. Однако экипировка и параметры были точно такими же, как у Шалти. Раса была механической, похожей на голема, но, без преувеличения, сопротивляемость практически равнялась таковой у нежити.

Словно это вторая Шалти, которая может пользоваться лишь обычными атаками. Хотя он ожидал, что это случится, бремя борьбы против двух стоуровневых врагов было огромно.

И Шалти, ко всему прочему, призвала много своего родства. Волки, летучие мыши, стаи крыс и многих других. Хотя никто не был на уровне Эйнхерии, силу количества не следовало недооценивать.

Думаю, я смогу мгновенно их уничтожить магией, бьющей по площади... Но что мне делать с Эйнхерией?

Пока Аинз изучал варианты, Эйнхерия понеслась в его сторону. Даже он не мог этого предсказать.

Почему Шалти не двигается? Разве она не собирается выиграть количеством?

Ответ на вопрос нашёлся, как только он перевел взгляд. И в то же время пламя внутри его пустых глазниц вспыхнуло.

— Уах! Нечестно! — он случайно заговорил как Судзуки Сатору.

В поле зрения Аинза попала сцена, как Шалти уничтожает призванных существ Шприцевым копьём. Она атаковала созданий, которых сама же вызвала, и вылечивала себя.

Само собой разумеется, лечащие способности Шприцевого копья зависели от нанесённого урона. Аинз с большой защитой в сравнении с её слабыми сородичами. Не нужно и говорить, у какой стороны больше здоровья. Аинз своими глазами видел, как здоровье Шалти быстро восстанавливается.

Вызванные создания вскоре исчезли.

Поистине жестоко и немыслимо.

Но поскольку в этом мире существует дружеский огонь, это можно назвать очевидной стратегией.

Аинз восстановил самообладание и начал думать над планом. Но, подумать только, она начала убивать собственных призванных созданий, чтобы восстановить жизнь, в Иггдрасиле такое было невозможно. Будто Аинз не мог полностью подавить волнение, он принял на себя всю тяжесть атаки Эйнхерии, которая сумела приблизиться достаточно близко.

— Куугх!

Аинза отбросило назад. С бесстрастным лицом Эйнхерия продолжила атаковать.

Отступая под натиском атаки, он решил тоже высвободить печать своего тайного оружия.

Шалти не могла безгранично вызывать существ, со временем они должны закончиться. Но слишком опасно позволить ей излечиться полностью.

Впрочем, он и так собирался использовать это оружие, как только появится Эйнхерия. За исключением того, что она себя исцеляла, всё шло по плану.

В его шестидесяти уровнях класса был один особый класс.

Даже в Иггдрасиле это был редкий класс, которым обладала лишь горстка персонажей.

Аинз смог его заполучить, потому что не обращал внимания на свою силу и максимизировал магию смерти ради отыгрывания роли. Его не смог бы отыскать человек, желающий создать сильного персонажа. Это была случайность, поскольку экстремальные перекосы были редки.

Предварительное условие — иметь пять уровней Властелина. Следующий шаг — специализироваться почти во всей магии смерти и иметь девяносто пятый уровень. Лишь тогда можно получить этот класс.

Будь это другой игрой, информация о таком редком классе сразу бы попала на сайты руководств. Но в Иггдрасиле сама информация была ценной. Как и в случае с предметами мирового класса, количество людей, которые свободно делились найденной информацией с другими, было небольшим. В особенности когда дело касалось классов, обладающих секретным оружием.

Этот класс назывался «Затмение».

«Лишь властелин, освоивший смерть в истинном смысле, возвысится к этому классу. Как затмение, он посягнёт на всю жизнь» — вот что было написано в описании класса.

И он сейчас собирался использовать навык, который приобретается на пятом, максимальном уровне «Затмения». Этот навык можно использовать один раз за сто часов. И назывался он «Цель всей жизни — смерть».

В мгновение за спиной Аинза появились часы, стрелка которых указывала на цифру двенадцать. Затем он высвободил заклинание.

— «Магия широкой области: Крик банши».

Раздался женский крик, прошедший по окрестностям словно рябь. Крик с эффектом мгновенной смерти.

А ещё усиленный многими навыками Аинза, он был сильнее обычного, и сопротивляться было трудно. Но, само собой разумеется, он не навредил Шалти, нежити, и Эйнхерии, которая была механической и потому имела полный иммунитет к эффектам мгновенной смерти.

Но, странно, даже создания, которые не имели полного сопротивления, не были затронуты.

Несмотря на странные обстоятельства, Аинз не сдвинулся с места. На самом деле всё шло так, как и задумано.

Тик.

Часы за спиной Аинза, будто синхронно с активацией заклинания, начали тикать.

Пока здоровье убывало от атак копьём Энхерии, Аинз уголком зрения наблюдал за Шалти и в то же время разочаровался.

Как я и думал, битву так не закончить. Вот же Пэроронтино, он что, создал контрмеру как раз против меня? Не следовало давать ей предмет восстановления, чёрт возьми!

В сердце он разгневался на друга, с которым был близок даже в пределах гильдии.

Пока Аинз уклонялся от атак Эйнхерии, прошло двенадцать секунд. Пройдя полный круг, стрелка снова начала указывать в небо.

И тайное оружие Аинза активировалось.

В это мгновение... мир умер.

Это была не фигура речи. Всё умерло.

У него перед глазами Эйнхерия превратилась в белый туман и начала сыпаться. Даже безжизненный механизм умер мгновенно. Точно так же призванные существа Шалти, не в состоянии сопротивляться такой мощи, начали умирать.

Но на этом всё не закончилось.

Даже воздух умер — пространство диаметром двести метров превратилось в место, где нельзя дышать. Будь тут существо, которому для жизни нужно было дышать, мёртвый воздух заполонил бы легкие и оно бы умерло.

Более того, земля тоже умерла. Область диаметром двести метров с Аинзом в центре в мгновение превратилась в пустыню.

В мире, где царствовала одна смерть, продолжали двигаться лишь Аинз и Шалти.

Секретное оружие Аинза, «Цель всей жизни — смерть», усилило эффект заклинаний и навыков мгновенной смерти к уровню, где умерли даже те, кто имел полный иммунитет.

Защититься от этого было можно, как и сделала Шалти, применив самовосстановление и подобное.

Вот почему умерли неодушевлённые объекты вроде воздуха и земли. Хотя в Иггдрасиле заклинание не было настолько большим, в настоящем мире оно более чётко представляло «смерть» для всего в равной степени.

Даже Аинз было ошеломлён такой странностью. Подумать только, что игровой навык в реальности так сильно изменится. Этого оказалось почти достаточно, чтобы он невольно покачал головой в изумлении.

Но Аинз подавил удивление. Нельзя, чтобы пострадала его гордость. Нельзя, чтобы его шок стал очевиден. Будто говоря, что к этому он и стремился, Аинз с высокомерием правителя тихо заговорил с единственной выжившей:

— Как ты себя чувствуешь, ощутив на себе силу, которая дарует смерть даже тем, у кого нет жизни?

Подул свежий ветерок, унося мёртвый воздух. С ветром донёсся голос:

— Это было поразительно, как и ожидалось от владыки Аинза. Все вызванные мною существа умерли. Но, владыка Аинз, ваши очки магии, похоже, почти иссякли. С другой стороны... у меня ещё много жизни.

В глазах Шалти отражались почти истощённые очки магии Аинза. Хотя ещё немного осталось, этого было лишь достаточно, чтобы сотворить два или три заклинания максимум. И какое бы он не использовал, столь малым количеством невозможно убить Шалти. Даже если использует сверхуровневую магию «Падение небес».

— Два заклинания десятого ранга ваш лимит? Но поскольку ваша магия столь сильна, интересно, как вы ещё меня удивите.

— Верно, похоже, осталось только два.

Он не лгал.

Она победила.

Шалти удовлетворённо улыбнулась.

Черта, отделяющая победителя и проигравшего, теперь была явной. Шалти Бладфолен — победитель, Аинз Оал Гоун — проигравший.

Со спокойствием победителя Шалти похвалила проигравшего Аинза, который сражался хорошо:

— Вы были невероятны, владыка Аинз. Как и вы почти полностью исчерпали очки магии, я потратила их полностью, и почти всем моим навыкам нужно ещё долго заряжаться. До сих пор вы сражались очень хорошо.

Она направила силу в руку и ухватилась за Шприцевое копьё. Единственное, что осталось, — забрать его жизнь в ближнем бою.

— Согласен. Я любезно приму твои комплименты.

Щека Шалти дёрнулась.

Ей это не нравилось.

Спокойствие Аинза Оала Гоуна.

Но Шалти одним ударом прирезала подползающую змею по имени тревога.

Всё кончено, Аинз не сможет обратить положение вспять. Он уже потратил одноразовое секретное оружие. А значит, это спокойствие приговорённого, который принял свои последние секунды. Это даже не спокойствие, а смирение, рождённое из решимости.

Шалти медленным шагом начала сокращать расстояние. Даже если он атакует свитком, она была уверена, что сама нападёт быстрее. Вот почему нет необходимости быть нетерпеливой.

Аинз не убегал. Он просто стоял, не двигаясь. Чувствуя его решимость, Шалти спросила:

— У вас есть последние слова?

— Дай подумать... поскольку я был в невыгодном положении из-за того, что, как только у меня исчерпаются очки магии, я превратился бы в слабака... И поскольку ты так думала и не сохраняла свои силы, я очень благодарен тебе, Шалти. Если бы ты сражалась с осторожностью, битва не прошла бы так гладко.

— ...Что? — Шалти не могла поверить ушам. Только что она услышала нечто невероятно неуместное.

Не обращая внимания на её состояние, Аинз тихо говорил:

— Самое важное в ПВП — это передать ложную информацию противнику. Например, поменять экипировку, чтобы увеличить сопротивление святости, но вести себя так, словно она по-прежнему эффективна. Тогда как оставить слабость, огненный атрибут, нетронутым. Только... мои прогнозы оказались чуточку неверными. Я ожидал, что ты применишь «Анализ жизни», и заранее подготовил «Ложные данные: Жизнь», но это, видно, оказалось бесполезными усилиями. Если появится другой шанс, убедись, что чётко наблюдаешь за здоровьем противника. Иначе будет большой разрыв между разработанным планом и его исполнением.

Она не ожидала таких слов.

Шалти не понимала, нет, не хотела понимать.

Он просто ещё не принял поражение...

Нет, дело не в этом. Она чувствовала сильную волю. Более того, давление от того, у кого победа уже в руках.

Шаги потяжелели — кое-что поселилось у неё в сердце.

Почему владыка не увеличивает расстояние? Заклинатель не сможет победить меня в ближнем бою, он блефует!

— Мой друг Пэроронтино довольно много о тебе говорил, когда ещё работал над твоим дизайном. Прибыв в этот мир, я запомнил данные всех моих слуг. Тем не менее, если исключить Актёра Пандоры, которого я создал лично, среди всех НИП Назарика тебя я, наверное, понимаю лучше всего.

— Вы ведь говорили... что не знаете о моих навыках...

В ответ Аинз рассмеялся:

— Разве не очевидно, что это была ложь? Я думал, что так ты станешь более уверенной. Но если бы ты сохранила свой Нечестивый щит, я не смог бы предсказать итог битвы.

Хотя по венам текла кровь, это было для неё бесполезно, поскольку она была нежитью. Шалти вместе с тревогой ощутила, как та самая кровь отхлынула от головы.

Это не был блеф.

В его словах не было ни единого следа лжи.

Аинз Оал Гоун не отступал, потому что был уверен в своей победе.

— Аррррр!.. — Шалти широко открыла рот и закричала. Она изливала эмоции, которые нарастали в ней, словно всё более громкий шум.

Шалти должна была быть львом, а Аинз кроликом. Он должен быть её добычей... нет, этого никогда не было.

С самого начала это была битва между львами. Лишь Шалти думала, что он кролик.

Наполненная опасениями, Шалти заверила себя, что даже если он устоит против первой атаки, она не остановится, пока он не умрёт. С намерением всё закончить Шалти сделала выпад Шприцевым копьем...

Но Аинз оказался на шаг быстрее. Он применил заклинание и шевельнул рукой так, словно пытался разорвать свою мантию.

Раздался звук удара.

Шалти не могла поверить глазам.

Просто невозможно.

Шприцевое копье отбилось от чего-то ярко-белого.

Будь это заклинанием, она приготовилась бы получить удар. И подумала бы, какая это бесполезная борьба в связи с тем, сколько у Аинза осталось очков магии. Однако Шалти не могла понять, что только что произошло у неё на глазах. Словно на мгновение разум застыл.

Нечто ярко-белое было не магией.

Это были доспехи.

Белые доспехи. Огромный сапфир, встроенный в грудь, излучал чистый и божественный свет.

Доспехи защитили Аинза и отразили Шприцевое копьё.

Из-за разницы в росте Аинз, поле зрения которого было выше, смотрел свысока на Шалти.

Нет... наверное, он в самом деле смотрел на неё свысока.

Хотя такого положения было достаточно, чтобы привести её в ярость, Шалти не могла позволить себе такой роскоши. Потому что услышала пугающий голос:

— Я тоже с самого начала желал ближнего боя.

♦ ♦ ♦

Грохот. Кто-то хлопнул по столу. Тот сильно затрясся. За битвой всё это время наблюдали из этой комнаты. Хотя такие звуки раздавались уже несколько раз, он до стола дотронулся впервые.

— Невозможно! Броня... этого. человека!

— Господина Тач Ми?.. — не отводя глаз от экрана, Альбедо прошептала имя одного из Высших существ.

— Да! Это. доспехи. господина. Точ. Ми! — будто взволнованный, Коцит выкрикнул. Нет, наверное он был в самом деле взволнован.

Доспехи, которые сейчас были на Аинзе, принадлежали человеку, сумевшему приобрести класс Чемпион мира, которых в Иггдрасиле было всего девять.

Чемпион мира — особый класс, который даётся победителю официального боевого турнира. В качестве награды администрацией чемпиону выдаётся особая экипировка.

Тач Ми выбрал в качестве награды эту белую броню. Сила доспехов, подходящих Чемпиону мира, превосходила предметы божественного класса, и даже оружие гильдии. И, конечно же, поскольку это была награда за победу в турнире, лишь Чемпион мира мог её носить.

— Магия трансформации воина... «Идеальный воин»... верно, если использовать это... то можно проигнорировать классовые ограничения экипировки, — с благоговением проговорил Демиург. Альбедо тихо добавила:

— Он продумал это заранее... — она обхватила тело руками и задрожала.

Превращение магией в воина позволяло носить даже ту экипировку, которая ограничена особым классом. Это была мера администрации для того, чтобы дать игрокам способ насладиться более разнообразным снаряжением, вроде сюрикенов, ваджры, или робы монаха. И таким способом, похоже, можно было надеть экипировку, которую давали победителю официального турнира, Чемпиону мира.

— Не. могу. поверить... что. это. всё. было. частью. его. плана... могу. лишь. восхититься.

Победитель в сражении ещё не определился. Но собравшиеся Стражи этажей не могли сдержаться и не выразить благоговение перед находчивостью Аинза, перед тем, как гладко осуществлялся план, показавший его боевой опыт.

С восторгом и восхищением глядя на мастера, Стражи этажей во второй раз услышали хлопок по столу.

— Это. невероятно!

И снова это был Коцит.

Часть 3

Рубящий удар.

— Куааааааа! — Шалти, сбитая с толку из-за невозможной сцены, закричала. Клинок прошёл через её плечо, разрезал грудину и замер возле её недвижимого сердца.

Она нетвердыми шагами отступила. Алые доспехи теперь окрасились в более глубокий оттенок красного, Шалти была потрясена.

Аинз держал в руке меч. Острую и большую катану, окутанную молниями. Она разрезала её доспехи как бумагу.

Даже среди предметов божественного класса лишь малая горстка была способна так легко разрезать доспехи Шалти, которые были легендарного класса.

Значит... та катана входит в эту «горстку».

Верно.

Оружие, которое держал Аинз, было одним из них...

Шалти, кашляя кровью, назвала имя оружия:

— Такэмикадзути Мк 8!

Клинок снова понёсся на Шалти, заставляя её отступить ещё дальше. И отступила она далеко, за пределы досягаемости катаны, было ясно, как сильно она её боится.

Никто бы её не винил, в особенности Стражи этажей Великого Склепа Назарика.

Потому что появилось оружие, которым обладал «Воин Такэмикадзути», один из высших существ.

— Как я уже говорил, Шалти, «Аинз Оал Гоун» не может проиграть.

Аинз сделал шаг вперёд, Шалти отступила на два.

— Осознай уже это, Шалти. Ты сражаешься с Аинзом Оалом Гоуном, объединённой мощью сорока одного Высшего существа. У тебя не было шанса на победу с самого начала.

Ход сражения уже не был таким, как прежде.

Раздался низкий голос, принадлежащий человеку, испускающему непреодолимое давление:

— Шалти Бладфолен. Запомни силу того, кого вы все почитаете как верховного правителя Великого Склепа Назарика, лидера высших существ.

Это был сигнал, что сейчас он перейдёт в нападение. Аинз шагнул вперёд, поднимая руки высоко вверх и замахиваясь катаной.

Он говорил спокойно. С абсолютной убеждённостью и нерушимой уверенностью.

Но это было словно хождением по льду. Малейшая ошибка, и он упадёт в бездонное озеро. Сейчас Аинз приближался к сердцу врага.

И у Шалти, и у него закончились очки магии. В очках здоровья у неё было преимущество. Однако Аинз, который благодаря «Идеальному воину» сейчас был стоуровневым воином, превосходил Шалти, которая не была чисто воинского класса. Даже в экипировке у Аинза было преимущество.

Шалти сделала шаг назад и в то же время приготовилась наступать. Она собиралась атаковать во время бреши в защите, когда клинок окажется опущен. На самом деле Такэмикадзути Мк 8 считалась большим оружием и, как и Шприцевое копьё, с ней было невозможно выполнять ловкие движения.

Обернутая молниями, катана разрезала воздух и остановилась как раз у груди Шалти, которая готовилась кинуться вперёд. Затем последовал скоростной выпад.

Каким бы сильным он ни был, тяжело остановить на полпути взмах, сделанный с полной силой. Тем более, если оружие больших размеров. Но он сумел это сделать, поскольку не использовал полную силу. Другими словами, он с самого начала предполагал, что не попадёт, целенаправленно создавая слабое место.

Планируй атаку, думая на несколько шагов вперёд, — очевидная тактика для воина.

Аинз всего лишь осуществил это на практике.

Однако он бы никогда об этом не подумал, если бы не боевой опыт, полученный в Э-Рантэле. Он бы просто бесцельно махал мечом и встретил бы контратаку Шалти. В таком случае он, хоть и стал воином сотого уровня, не смог бы использовать полную силу и зря потратил бы сокровище. Это всё равно что водить машину. Если есть водительские права и знаешь, как водить, когда сталкиваешься с трудной ситуацией на дороге, разница между новичком и опытным водителем становится очевидной.

Вот что такое опыт.

Величайшее «оружие» Аинза в битве против Шалти.

Уклониться будет трудно.

Спокойно рассудила Шалти, глядя на невероятно быстрый выпад в её сторону. Однако выпад — рискованная техника, если она воспользуется её слабостью, то это даст отличную возможность.

Раз так... у меня нет выбора.

С решимостью пожертвовать рукой, Шалти поставила левую руку на траектории выпада. Через мгновение катана в неё вонзилась. Шалти чуть двинула левой рукой и отвела силу удара в сторону.

Катана пронзила ладонь, а не грудь, но не потеряла импульс и разрезала плоть и кость, разрывая левую руку. А молния поразила тело Шалти изнутри. От такого даже у нежити прошли мурашки по коже. Однако уголки губ Шалти дернулись вверх.

Это была улыбка. Не то выражение лица, которое должен принимать получивший такие повреждения. Но это не был блеф. Шалти стремилась именно к такому результату.

Она изогнула левую руку, в которой всё ещё была катана. Она напрягла мускулы и захватила клинок, остановив его движение.

Обычное дело, когда выпад промахивается по цели из-за того, что клинок застрял в мускулах. Вот почему его трудно использовать, другими словами, у него есть слабость. Поскольку Шалти это знала, она отказалась от левой руки, чтобы создать такую возможность.

Невероятная техника, когда нужно с точностью предугадать время между тем, как клинок входит в руку и прорубает плоть. Это меньше секунды.

— Шанс!

Поскольку меч застрял, Аинз не мог уклониться от Шприцевого копья. Шалти, собираясь ударить копьём со скоростью света, увидела удивительную сцену. Аинз отбросил катану божественного класса, одну из сильнейших в своём классе, и достал одну из многих деревянных палочек, прицепленных к поясу.

— Хах! Как глупо! Вы хотите чем-то таким защититься от моего Шприцевого копья?! И даже отбросили оружие, вы приняли неверное решение!

Не держаться Такэмикадзути Мк 8 было разумно, но без неё просто невозможно победить.

Усмехнувшись, Шалти, собираясь нанести столько урона, сколько получила её левая рука, со всей силы сделала выпад копьём и... с металлическим лязгом её отбросило.

— Э?

Шалти была ошеломлена.

У Аинза в руках уже не было деревянной палочки. Он держал два кодати, — коротких меча, — сверкающие блеском солнца и спокойным светом луны. От рук Аинза повеяло дымом, будто оружие возмущалось, что его держит нежить.

— Так и где же твой шанс, Шалти?

— Э?! Что? К, как?

В левой руке Шалти уже не чувствовала веса катаны. Как только Аинз достал новое оружие, это исчезло, словно одновременно они не могли существовать. Шалти смутно понимала: катана вернулась в то место, где изначально была.

— Даже если держать по мечу в руке, если не знаешь уловок, лучше использовать один меч... так ведь? — Будто вспоминая что-то, слова Аинза, похоже, предназначались особе, которой тут не было. — Может быть и так, но что насчёт текущего меня?

Не давая возможности задуматься над этими словами, кодати, мелькнув лунным светом, понёсся на Шалти.

Казалось, что он целился в шею, но он умело изменил траекторию и нацелился в плечо. Она едва сумела отразить удар копьем и открылась. Стремясь именно к этому, Аинз шагнул вперёд. Чем больше оружие, тем слабее оно при близком расстоянии. Полностью это понимали лишь ветераны.

Солнечное кодати у него в другой руке пробило защиту Шприцевого копья и слегка впилось в тело Шалти.

— АААААХХХХ! — изо рта вырвался крик боли.

Боль от самого меча была ничем. Однако боль от святого атрибута меча просочилась в тело, словно токсин. Она не могла это выдержать.

Аинз двинул меч в сторону, чтобы попытаться увеличить рану.

— Убирайся!

Поскольку на такой дистанции она не могла свободно махать копьём, Шалти ударила ногой. Хотя Аинз защитился кодати, тот не полностью поглотил силу удара, и его отбросило назад. Шалти увидела, как Аинз бросает кодати и берёт маленькую деревянную палочку. И как только палочка раскалывается, его рука покрывается ужасающей, огромной рукавицей. Достаточно большой, чтобы касаться земли, когда он стоит. Аинз шагнул вперёд и эта рукавица...

— Хаах!

...Разрезала воздух, словно издавая крик.

Хотя она инстинктивно защитилась копьём, страшный импульс прошёл через оружие и ударил Шалти.

— Гуах!

Удар от гигантского кулака заставил Шалти издать неловкий звук и послал её в полёт. Урон от ударной волны был несущественным, и сама физическая атака была блокирована Шприцевым копьём. Однако из-за того, что её отбросило, ударная волна пробила магическую защиту экипировки Шалти.

Хотя с помощью магического предмета она быстро восстановила равновесие, её лицо окрасилось в красный от гнева:

— Т, ты, как ты посмел заставить меня издать такой постыдный звук! Перед тем как я порву тебя в клочья, ты издашь такой же... такой же?

Как только она посмотрела в его сторону, то увидела яркий свет, и её пыл тут же поубавился.

Аинз держал в руках лук, покрытый светом солнца. Само собой разумеется, сверкающий наконечник стрелы был направлен на Шалти.

— Н, невозможно. Это ложь... Хоу Йи?

История, пришедшая из далекой земли под названием Китай. Оружие, которому было дано имя героя, который, говорят, сбил солнце. Основное оружие создателя Шалти.

Почти у всех Стражей были средства защиты от дальнобойных атак, потому стрел не следовало бояться. Однако эта стрела наносила не физический ущерб, а элементный. Другими словами, она считалась магией, и её нельзя было заблокировать.

Чёрт! Очков магии не осталось! Без них я не смогу защититься! Даже навыка бы хватило! Если бы знала, то сохранила бы немного... Нет, это не так!

То, что у неё не осталось очков магии и навыков, было результатом предыдущей битвы. Другими словами, всё это спланировал человек по имени Аинз Оал Гоун.

Глаза Шалти покраснели, она испустила сердитый крик. Это был вид того, кто понял, что будет дальше, барахтанье того, кто не желает признавать поражение.

— Ублюдок! Оружие... господина Пэроронтино! Всё было частью твоего плана! Как ты подготовил это оружие?! Где его прятал?! Это навык, который активируется ломанием деревянной палки?!

Что это за трюк?

Словно его поддерживал сам мир.

— Волшебник не показывает свои трюки.

— Как это может быть волшебным трюком?! Не ставь оружие господина Пэроронтино вровень с чем-то таким!

— ...Верно, ты права. Возможно, это грубо по отношению к нему. Что ж, это расходный предмет. Ты ещё не поняла, что всё было в пределах моего плана?

Полностью зарядившись, в сторону Шалти полетела сфера света. Хоть она знала, что это бесполезно, она поставила копьё диагонально, чтобы защититься, и... свет взорвался.

Священный свет объял всё её тело, но она рассудила, что опасно отступать. Если всё так продолжится, она не сможет ничего сделать в ответ. Даже если у белых доспехов защита огромна, Шприцевое копьё всё равно сможет навредить Аинзу. Потому она отказалась от защиты и атаковала, положившись на эффект «поглощение жизни» копья.

— Ааааррррр! — из горла Шалти вырвался боевой крик, она наполнилась враждой. В ответ пришёл леденящий кровь голос:

— Шансы на победу семь к трём... где-то так. Надеюсь, ненужно говорить, у какой стороны семь?

Аинз медленно поднял чудовищный топор, выкованный из красного кристалла. От него исходил фиолетовый блеск, и одного давления было достаточно, чтобы было трудно приблизиться. Но, несмотря на это, Шалти ринулась вперёд.

Единственное, что ей оставалось, — двигаться вперёд.

— Хорошая решимость. Настал заключительный этап битвы, Шалти!

♦ ♦ ♦

— ...Это. победа. владыки. Аинза, — с восхищением кивнул Коцит. Тогда как Демиург, у которого не было способностей воина, посмотрел на него с сомнением. Конечно, он тоже считал, что господин победит. Но необходимость проанализировать всё логически заставила спросить:

— Почему? Мне кажется, что до победы ещё далеко.

— Шалти. решила. отказаться. от. обороны, и. сосредоточилась. на. атаке. Это. не. плохое. решение. В. таких. обстоятельствах. я. сделал. бы. точно. так. же.

— Верно. Владыка Аинз постоянно меняет оружие, нельзя сказать, какое будет следующим. Когда недостаточно информации, увеличивать расстояние может оказаться болезненной ошибкой. Разве та стрела не убедила её в этом ещё сильнее? Потому у Шалти не осталось выбора, кроме как сражаться на расстоянии, с которого может достать Шприцевое копьё. И она даже не может использовать магию или навыки, что ещё больше склонило её к этому решению... Наверное, именно так она оценила своё положение?

— Аха, так вот оно что. Высшие существа никогда не выставляли перед нами на показ своё оружие. Ты, наверное, единственный в полной мере понимаешь их оружие, Коцит.

Коцит пожал плечами.

— Я. тоже. знаю. лишь. имена. и. эффекты. Я. никогда. не. видел. это. оружие. лично.

— Хм. Теперь я более-менее понял. Другими словами, теперь, когда Шалти отказалась от обороны, владыка Аинз замахнется топором и...

— «Выпьет. кровь. и. пожрёт. плоть».

— Спасибо, Коцит. Похоже, у «выпить кровь и пожрать плоть» плохой баланс и меньшая точность. Однако это не должно быть проблемой против Шалти, которая отказалась от обороны.

— Представить. только, что. весь. ход. битвы. продиктовал. владыка. Аинз... хотя. я. говорил. это. раньше, но. я. могу. лишь. восхититься. им.

— Если это он, то он сможет всё прочесть с точки зрения бога. Такая проницательность подходит лидеру Высших существ, согласны?.. Честно говоря, он, наверное, смог бы править Назариком, даже если бы нас не было. Это немного расстраивает.

— ...Я. восхищаюсь. его. стратегическими. способностями. как. заклинателя... нет, как. того, кто. сражается.

— Однако... победитель ведь ещё не решён? Битва за очки жизни будет не в пользу владыки.

Альбедо улыбнулась. Это была улыбка той, кто уверена в его победе.

— Всё будет хорошо.

— Почему?

— Он несёт имя Аинз Оал Гоун, он тот, кто правит всеми нами, тот, кто благородный и высший. Само его имя заявляет о его победе.

♦ ♦ ♦

Каждый раз, как они обменивались ударами, здоровье уменьшалось.

Хотя своими атаками Шалти себя исцеляла, Аинз наносил достаточно ущерба, чтобы игнорировать исцеление такого уровня. Вместе с тем Шприцевое копье тоже уменьшало его здоровье. Битва стала напоминать гонку цыплят.

Доспехи могли сломаться от любого удара топора. Чувство, словно кости ломаются и плоть сминается. Удар был встречен выпадом копья, усиленного навыком. Казалось, словно кости раздробились.

Кажется... судя по оставшемуся здоровью, я смогу победить?..

Шалти обрадовалась, что у неё ещё остался способ победить. Если они продолжат обмениваться ударами, она с самым минимальным отрывом выиграет.

Ближний бой без обращения внимания на защиту, сосредотачиваясь исключительно на атаке. Она могла думать лишь о том, какая сторона упадёт первой. С самого начала этого обмена Шалти тревожилась. Но теперь у неё на лице показался слабый проблеск надежды.

Потому что в уголку разума она спокойно считала их потерю жизни. Восторг был столь же велик, как и предыдущая тревога.

— Ахахахаха! — Даже во время ударов она рассмеялась. — Ахахаха! Владыка Аинз! Кажется, у вас первого закончится здоровье?! Разница в нашем базовом здоровье имеет решающее значение!

Но одна фраза вылила на неё ушат холодной воды:

— Ты правда в это веришь?

Интриган, начавший с ней душераздирающую битву, голос того, кто контролирует всё. Она осознала свою глупость.

Невозможно.

Как он тогда собирается изменить ход битвы?

Шалти не понимала. Ответ пришёл в виде голоса третьего лица.

«Время вышло, Момонга онии-тян!»

Женский голос, которого она никогда не слышала. Намеренно детский женский голос напоминал ей одну женщину. Эта особа, наверное, будет говорить именно так, если замаскирует свой голос.

— Шалти, как думаешь, о каком это времени?

Похоже, она не понимала смысла вопроса. На её изящном лице возник неподдельный вопросительный взгляд, хоть они и продолжали друг друга бить оружием.

— Если до сих пор всё шло по моему плану, то время, которое мы сейчас тратим, тоже попало в мои расчёты. Как думаешь, в чём смысл для меня и тебя часов, сообщивших о прошедшем времени?

Топор в руке Аинза исчез и вместо него появился щит чистого белого цвета. Он так хорошо подходил доспехам, что Аинз стал похожим на паладина в белом.

Щит, издав гулкий шум, отразил Шприцевое копье.

Почему он сейчас перешёл в защиту? Хотя, скорее всего, это из-за того женского голоса, Шалти не могла понять, зачем это. В холодном голосе Аинза, полностью перешедшего в оборону, слышалось металлическое эхо.

— Не нужно даже отвечать. Это чтобы довести всё до конца. Настало время закончить битву.

Почему? У Шалти ещё осталось четверть здоровья. Так как он собирается завершить битву? Хотя Шалти хотелось прокричать эти слова, они не выходили.

— Единая атака сверхуровневой магии не сможет снести сто процентов здоровья. Так скольких же процентов будет достаточно? Кажется, твоё здоровье значительно снизилось из-за нашего боя.

— Ах, ах, ахххххх!..

Утратив самообладание, Шалти осыпала его атаками. Будто если не даст ему говорить, это как-то предотвратит её неминуемое поражение.

Из-за шквала её ударов бесконечно раздавался гулкий шум. Словно проливной дождь. Однако Аинз защитился от всех её атак. Со спокойствием и уверенностью в том, что ни одна капля его не коснётся, даже если это будет водопад, он продолжил:

— ...По боевой мощи я проигрываю... Но в равной степени я выигрываю в магической защите. Теперь ты понимаешь, что я пытаюсь сказать? Я иду, Шалти. Тебе остаётся лишь молиться, что мои расчёты окажутся ошибочными.

— Куууууу!

Чувствуя приближение поражения, Шалти напала с новой силой. Увидев её лицо сильно перекошенным, но всё же не уродливым, Аинз начал последнюю авантюру.

Хотя перед Шалти он хвастался уверенностью, по правде всё было не так ясно. Сверхуровневая магия была похожа на навыки в том, что не поглощала очки магии. Однако она всё равно считалась магией, и потому её нельзя было использовать в форме воина.

Если он высвободит магию трансформации в воина, то больше не сможет держать щит и носить доспехи, и они упадут на землю. В это мгновение он никак не сможет защититься от атаки Шалти. Если она соберёт все свои навыки на этот последний удар, есть вероятность, что сверхуровневой магии окажется недостаточно, чтобы завершить битву.

Это будет означать его поражение.

Однако другого способа выиграть нет.

Аинз рассчитал время. Сначала нужно высвободить магию, а затем применить расходный предмет, который он держит в руке.

Он чуть рассмеялся.

Даже во время сражения с игроками в Иггдрасиле он не использовал столь много расходных предметов. Игра и реальность — это разница между развлечением и битвой, в которой ему нужно победить любой ценой.

Сейчас.

Он заблокировал щитом своего друга мощный удар Шалти и собрал силу в глазах.

Он освободил трансформацию в воина и активировал сверхуровневую магию.

Как и до этого, появился большой магический круг. Но, собираясь разрушить расходный предмет в форме песочных часов...

...на мгновение он заколебался.

Он почувствовал вину за убийство НИП, который несёт мысли его товарища.

Роковая ошибка.

Шалти не упустила возможности. Обнаружив предмет у него в руке, она направила навык в Шприцевое копьё с намереньем уничтожить предмет.

Аинз, переставший быть воином, не мог уклониться от атаки...

Дрожь.

Когда Шприцевое копье уже собиралось разбить предмет, она спиной почувствовала врага.

Не зная, как он появился, Шалти ощутила присутствие прямо возле себя. Он полнился такой враждебностью, что она не могла не заметить. Нечто, что просто нельзя игнорировать.

Шалти быстро отвела взгляд от предмета и посмотрела в сторону. И... там никого не было.

Там была пустыня диаметром двести метров, которую создал Аинз. И в ней кроме Аинза и Шалти никого не было. Та враждебность уже пропала без следа. Как будто это была галлюцинация...

— Ах!.. — хотя Шалти, придя в себя, закричала, было уже слишком поздно.

Сломанные часы сократили время вызова к нулю.

— «Падение небес».

Свет, сформировавшись из узкого пространства между ними, покрыл всё вокруг.

Воздух раскалился добела, и Шалти почувствовала, как тело рушится.

Правая рука обуглилась и рассыпалась. В этом белом мире Шприцевое копьё упало на то, что должно было быть землей. Лицо высохло из-за бушующего огня, и глаза теперь видели лишь белый цвет.

Горло тоже высохло, и... нет, неизвестно, догорело оно, или ещё нет, но говорить было трудно. Однако эти слова она должна сказать во что бы то ни стало. Собрав всю жизнь, которая осталась от сущности Шалти Бладфолен, она заговорила:

— ...Аххх, долгой жизни владыке Аинзу Оалу Гоуну. Вы высший, поистине сильнейший из всего Назарика. — Она выразила искреннее уважение к сильнейшему, лидеру сорока одного Высшего создания. Волна тепла как будто сожгла её оковы и, хоть она больше не могла двигаться, на сердце было очень легко.

В то же время угасающим сознанием она вспомнила фигуру, которой тут не должно было быть. Вспомнила того, кто прорезал путь света через тьму, чтобы достичь такого исхода.

Как правило, нежить невосприимчива ко всем психическим эффектам. Однако был способ с такой же силой, хоть он и не считался психическим эффектом. Эта особа использовала такой способ.

Шалти улыбнулась и сказала:

— ...Мелкая.

И с удовлетворённым выражением лица полностью исчезла в белом мире.

♦ ♦ ♦

Когда она отключила навык «Небесный глаз», симпатичные, розовые губы, которые были надутыми, вернулись в изначальное состояние. Аура с печальным взглядом ругала особу, которой тут не было:

— Дура. Нежить не должна попадать под контроль разума. Вот же глупая.

— Ч-что-то не так, сестра?

— Хм? Ничего.

Мар посмотрел в ту сторону, куда глядела Аура, но в лесу увидел одни деревья. Однако по направлению, в котором она уставилась, он догадался, что она, скорее всего, наблюдает за битвой между их господином и Шалти.

Навык сестры из класса рейнджера позволял наблюдать за всем в радиусе два километра. Вот почему ей, вместе с глазными мертвецами, дали задачу наблюдать.

— Т-так битва окончена?

— Ага. Полная победа владыки Аинза.

— К-конечно.

Даже сильнейший Страж Назарика не смог его победить. Мар вообразил фигуру Аинза и подумал, что это очевидно. Невозможно, чтобы лидер Высших существ проиграл.

— Тогда, сестрёнка, ух, эм, когда мы пойдём собирать предметы, которые носила Шалти?

Аура вспомнила сцену, происходившую как раз перед тем, как она отменила навык.

— Думаю, владыка Аинз уже об этом позаботился. Давай исполнять то, что нам приказали.

— Х, хорошо, — зная, что сестра в несколько плохом настроении, Мар без возражений согласился.

Та, кого можно называть «лучшей подругой» Ауры, попала под контроль разума. А затем подняла клинок на их мастера, которому они поклялись в верности. Разумеется, Шалти должна была умереть, но ничего не поделаешь, если настроение у Ауры было немного скверным.

Часть 4

В Тронном зале Аинз снова открыл список персонажей и, как и ожидал, нашёл лишь пустое место там, где должно было быть имя Шалти. На этом смерть Шалти была подтверждена и первая фаза плана выполнена.

Сердце заполнила боль. Хотя другого выхода не было, сейчас он в полной мере осознал, что сделал, и его переполнило чувство вины. В сердце Аинз извинился перед Шалти. Сглотнув несуществующую слюну, он посмотрел на собравшихся Стражей этажей.

— Что ж, теперь я проведу воскрешение Шалти. Альбедо, смотри за её именем. Если, как и раньше, она будет под контролем разума...

— Владыка Аинз, хотя это, может быть, нагло, но на этот раз с ней разберёмся мы, — сказал Демиург и Коцит с Аурой с ним согласились, и даже Мар пассивно показал подтверждение. Лишь Альбедо смотрела молча.

— Демиург... — прошептал Аинз. Демиург, в отличие от обычного себя, высказал своё мнение голосом, наполненным сильными эмоциями:

— Владыка Аинз, как Высшее существо, ваши слова наиболее благородны и мы прекрасно знаем, что должны посвятить всех себя вашей воле. Однако если мы позволим получить вам ещё больше вреда, это будет нашим величайшим позором как слуг. — На мгновение он перевёл взгляд с Аинза на Альбедо. — Если Шалти снова восстанет, мы, Стражи, её уничтожим. Пожалуйста, оставьте это нам.

Понимая их добрые намерения, Аинз не собирался больше упрямиться.

— Я понял. Стражи, если такое время придёт, я оставлю это на вас.

Они в унисон склонили голову.

Аинзу стало стыдно. Жалкий господин. В конце концов, он оставил открытой возможность того, что его «дети» будут сражаться друг с другом. Такой результат с самого начала был результатом его некомпетентности. Во всём виноват был он.

Аинз чуть было тяжело не вздохнул, но увидел нежное выражение лица молча стоявшей Альбедо, и остановился.

— Владыка Аинз, можете просто оставаться здесь. Если исчезнут все Высшие существа, не останется никого, кому мы сможем посвятить нашу преданность. И даже если мы знаем, что нас не бросили, всё равно станет одиноко, если уйдут все.

— Верно... Если тут никого не останется, будет одиноко.

Аинз невольно перевёл взгляд на эмблемы сорока флагов, висевших в Тронном зале.

— Да, вы правы... это было глупо... — шепотом признав свою вину, он посмотрел на Стражей. — Стражи, защищайте меня. Приготовьтесь!

Когда они с решимостью ответили, Аинз взял посох Аинз Оал Гоун, который парил как раз возле него, и указал в уголок Тронного зала. Там лежало пятьсот миллионов золотых — более чем достаточно для возрождения Шалти. Обычно для этого требовалась консоль, но теперь в ней не было нужды.

Гора золота начала терять форму и медленно превратилась из твёрдого в жидкое состояние.

Стражи этажей нервозно наблюдали за тем, как расплавленное золото весом в десять тысяч тонн начало собираться вместе. Через некоторое время оно сжалось в человеческую форму — приняло внешность золотой куклы, и свет начал постепенно меркнуть.

Достаточно скоро свет исчез вовсе, оставляя после себя кожу цвета белого воска и длинные серебряные волосы. Там, без сомнений, лежала Шалти Бладфолен.

— Альбедо! — громко прокричал Аинз, не отводя глаз от Шалти.

— Не нужно волноваться. Похоже, контроль разума исчез.

— Неужели...

На сердце Аинза нахлынула волна сильного облегчения. И разум снова успокоился. Он, подходя к Шалти, сунул руку в ящик предметов и достал тёмную мантию.

Её глаза были закрыты, а грудь не двигалась. Хотя тело, неподвижно лежащее на полу, напоминало труп, нежить и так была живым трупом, в этом не было ничего странного.

Странной была...

Часть, которая была грудью, была такой плоской, что, казалось, принадлежит мальчику, а не девушке. И в это мгновение он попытался отвести взгляд. Шалти только что возродилась и была без одежды — он не знал, куда смотреть. В панике мысли посмотреть в другую сторону не возникло.

Поскольку с того времени, когда он был человеком, зрение сильно улучшилось, Аинз видел малейшие детали. А поскольку она растянулась на полу, небольшое место между ногами...

Аинз поспешно кинул чёрную мантию.

Мантия развернулась в воздухе и аккуратно накрыла Шалти.

Не думаю, что это жалко! Я — нежить, и у меня нет сексуального влечения! Ну, почти нет. Мне просто было немножко любопытно, поскольку её одежда не появилась вместе с ней. Ну, в Иггдрасиле ведь нельзя было снять всю одежду. Верно, мне точно не было любопытно, есть ли у неё там волосы!

Не зная, перед кем это он оправдывается, Аинз подошёл к Шалти. В мыслях царил беспорядок. Голова стала горячей. Из-за этого его шаги стали медленнее? И он также оставил без внимания женский голос, прозвучавший сзади: «Если вам это интересно, только скажите. Я всегда готова».

Шалти, ощутив рядом присутствие Аинза, открыла алые глаза. Будто только проснувшись, она осмотрелась и остановилась на Аинзе.

— Владыка Аинз?

Удивлённый голос, будто она ещё в полудрёме. Но в нём чётко ощущалась преданность. Хотя это уже подтвердила Альбедо и вся административная система Назарика, Аинз почувствовал это своим телом. Он с радостью в сердце стал на колени и обнял всё ещё лежащую на полу Шалти.

— Уэээ? — Тонкое тело, не подходившее её огромной силе. С ошеломлённым лицом, показывающим, что она не понимает, что происходит, Шалти издала странный звук. Не обращая на это внимания, Аинз обнял её ещё крепче.

— Слава богу... нет, прости меня. Всё из-за моей ошибки.

— Да? Это не так, я не знаю, что происходит, но как владыка Аинз может ошибиться?!

Шалти холодными руками обхватила его за спину и притянула ближе. Хотя держалась за него она грубовато, Аинз списал это на то, что она, наверное, подтверждала чувство осязания после того, как побыла мёртвой.

— Ахх, мой первый раз...

Он услышал нечто странное, но проигнорировал это.

Однако монотонным голосом Альбедо возразила:

— ...Владыка Аинз. Шалти, вероятно, устала, может быть, вам лучше остановиться?

— Наверное, ты права.

Воскрешение НИП, видно, похоже на воскрешение игрока, и на него налагается некий штраф. В конце концов, с прибытия в этот мир это их первая попытка воскрешения.

— Давай послушаем всю историю позже. Сначала я хочу, чтобы ты ответила на пару вопросов.

Когда Аинз отпустил её, на лице Шалти появилось сожаление, и она пронизывающе посмотрела на Альбедо. В ответ та гордо посмотрела с её обычным добрым лицом. Хотя казалось, что они две, как всегда, продолжат смотреть друг на друга, Шалти отвела взгляд и поставила этому конец.

— Конечно, отвечу на всё, что угодно... но, владыка Аинз, почему я в Тронном зале? И эта внешность и ваша реакция, неужели я сделала что-то, чем доставила вам проблемы?

— Это я и хочу спросить, ты помнишь, что случилось?

— Н, нет.

— Прости, Шалти, но не могла бы ты сказать, что последнее помнишь.

Шалти помнила всё вплоть до инцидента, произошедшего пять дней назад. Воспоминания с того времени до теперь исчезли.

Десятиуровневой магией «Управляемая амнезия» Аинз мог стереть или изменить воспоминания, как и сделал в деревне Карн. Однако изменение даже короткого промежутка воспоминаний стоило очень много очков магии. Стереть пять дней воспоминаний даже для Аинза, обладающего более высоким количеством очков магии и скоростью их восстановления, нежели обычные заклинатели, было невозможно.

Конечно, была вероятность, что несколько дней потерянных воспоминаний могли оказаться ценой за воскрешение НИП. Но он не должен был исключать возможность, что её амнезия — итог объединения усилий нескольких человек.

Ему не хватало слишком много информации. Сейчас, скорее всего, ещё невозможно решить загадку.

Но с уверенностью можно было сказать, что тот, кто использовал на Шалти предмет мирового класса, остался неизвестным. А это весьма хлопотно. Высока вероятность, что враги найдут хорошую возможность и выпрыгнут из-под воды, чтобы вцепиться в Назарик... Нет, наверное, следует быть благодарным, что они остановились лишь на этом. Что ж... я основательно отомщу, кто бы за это не нёс ответственность.

Аинз сдержал ярость, которую даже характеристика нежити не могла подавить, и заговорил с Шалти:

— Больше ты ничего странного не чувствуешь?

В Иггдрасиле проблем бы не было. У НИП не уменьшался уровень. Однако невозможно знать, было ли в этом мире так же. Была вероятность, что её уровень опустился, как и у игрового персонажа.

Шалти прощупала своё тело и сказала:

— Не думаю, что есть что-то странное.

— Ясно, — ответил Аинз, и, когда на лице Шалти появилось ошеломление, у него возникло мрачное предчувствие.

— Владыка Аинз!

— Что такое? Что случилось?!

— Моя грудь исчезла.

Полное потрясение — вот что было у всех Стражей на лице. Лицо дёрнулось даже у Демиурга.

— Ты, ты хоть знаешь, что говоришь, учитывая, что произошло?!

Когда Шалти услышала, как от имени всех Альбедо закричала, у неё вздрогнули плечи.

Аинз почувствовал, словно из тела уходит вся сила, словно он сейчас упадёт. Пока он смотрел на Стражей, которые начинали препираться с Шалти, в голове пробежали разнообразные мысли относительно воскрешения.

В частности, он подумал, что было бы хорошо, если люди из кладбища, Клементина и Каджит, тоже утратят воспоминания, если их воскресят.

Но это было слишком оптимистично.

Потому что он не знал, почему воспоминания Шалти исчезли. Возродить мёртвого... не было гарантий, что использование магии возрождения было таким же, как трата золота на возрождение НИП.

Пока Аинз всё это обдумывал, Альбедо в одностороннем порядке наставляла Шалти. У Шалти даже в уголках глаз выступили слёзы.

Увидев это, Аинз понял, что его собственные глаза наполняет тоска. Сцена того, как Симмеринг Тиапот задирает младшего брата, Пэроронтино. Его друзья смеялись, наблюдая за ними. Точно такая же сцена, как сейчас между НИП.

Чуть подняв руку, Аинз остановился на полпути. Будто толстая стеклянная стена преградила путь.

Он ощутил одиночество.

Тёплое место, где существовали Стражи, было словно проекцией на экране — другое, далёкое место. Если бы Аинз к ним присоединился, они стали бы вести себя по-рабски. Это совсем не было бы похоже на теплоту его старых товарищей.

Аинз почувствовал сожаление.

Когда он позволил руке безвольно упасть, Альбедо, будто что-то почувствовав, повернулась и молча посмотрела на Аинза. По его глазам было невозможно понять, какие эмоции у него внутри. Когда он собирался спросить, почему, несмотря на это, она на него смотрит, широко распахнул глаза из-за нежного света, блеснувшего у неё в глазах.

Она протянула ему руку. После короткого колебания Аинз её схватил и... присоединился к остальным Стражам.

Альбедо заговорила первой:

— Владыка Аинз, пожалуйста, тоже сделайте Шалти крепкий нагоняй.

Затем последовали остальные:

— Согласен! Скажите что-нибудь резкое этой идиотке!

— Верно. Я. считаю. что. будет. благоразумно. сделать. ей. строгий. выговор.

— Это драгоценные слова владыки Аинза, так что слушай внимательно.

— Т-только не слишком строго... ух, ум, я имею в виду...

— ...Ха, хахаха.

Несмотря на удивлённые взгляды Стражей, Аинз не мог остановить смех, который вырвался из его уст, нет, из сердца.

Обильно посмеявшись, он перевёл взгляд на Шалти.

— Хотя я уже говорил это Альбедо, инцидент произошёл не по твоей вине, Шалти. Вся вина лежит на мне. Я не смог предсказать настолько далеко, несмотря на всю собранную информацию. Шалти, ты невиновна. Запомни эти слова.

— С-спасибо.

— Демиург, выяснишь, что случилось с Шалти. Не против?

Демиург склонил голову, чтобы выразить почтение. Затем, словно вспомнив, спросил:

— Владыка Аинз. Относительно Себастьяна...

— Он — наживка, — спокойно заявил Аинз, и все Стражи в подчинении кивнули. Им было очевидно, что воля мастера Великого Склепа Назарика значит больше, нежели безопасность их товарища. — Я не желаю этого, но нет другого выхода... Хотя я не знаю, почему нацелились на Шалти, если враг сделает ещё один шаг, есть вероятность, что целью станет тот, кто её сопровождал. Вот почему я не отозвал его, чтобы дать предмет мирового класса... Альбедо, выбери кого-то, кто будет тайно следить за Себастьяном. Даже если он наживка, я не намерен с такой готовностью его отдавать. Прикажи наблюдателю напасть на врага, если он приблизится к Себастьяну.

Отдав приказ, Аинз сузил глаза. Интенсивность красного пламени чуть померкла.

Я не знаю, кто использовал на Шалти предмет мирового класса, но со временем где-то мы столкнёмся. Тогда я в полной мере верну долг!

— Слушаюсь и повинуюсь. Я учту силу врага и отправлю наблюдателя как можно скорее.

— Оставляю это на тебя. Хотя благодаря Шалти я узнал, что воскрешение возможно, я не желаю повторять убийство тех, кого создали мои товарищи.

Они, растрогавшись, склонили голову. Хотя Стражи и так знали, что Аинз ими дорожит, эффект оказался совсем иным, когда они услышали это прямо от него.

Будто смутно осознав, что с ней случилось, Шалти ужаснулась, но всеми силами попыталась не показывать это на лице. Аинз жестом указал на неё, чтобы развеять эту мысль.

В это мгновение кто-то рядом с ним заговорил:

— Ух, эм, владыка Аинз

— Что такое, Мар?

— Ум, ух, ну, мне следует спрятать следы той битвы?

— Незачем. Ты знал, что если разрушить кристалл магической печати, произойдёт большой взрыв и разрушит всю область?

— П-правда?

— Нет. Прости, я соврал. Но иногда даже ложь может стать правдой. Кристаллы магического запечатывания предположительно должны быть ценными, потому люди этого мира не отважатся их протестировать. Альбедо, создай трещину в кристалле Нигана. Скажи главному кузнецу сделать то же самое с доспехами, в которых я появлялся в городе. Они должны выглядеть так, словно прошли через битву.

— Как прикажете.

— И ещё, похоже, я был слишком наивен. Рядом, без сомнений, есть враг, который хочет навредить Назарику. Мы должны усилить Назарик как можно скорее. Поэтому своим навыком я создам армию нежити. Я всё это уже говорил раньше... ах, тогда присутствовала лишь Альбедо? Как бы то ни было, это будет нашей первостепенной задачей. Следует создать план по сбору трупов с кладбища Э-Рантэла.

— Владыка Аинз, относительно этого я хочу кое-что сказать.

— Что такое, Альбедо?

— Когда владыка Аинз создаёт нежить, насколько я знаю, использование человеческих тел в качестве катализатора в лучшем случае создаст слабый тип нежити, миньонов, даже если они среднего ранга.

— Верно. И что с того?

Нежить, созданная из тел Писания Солнечного света была, в лучшем случае, сорокового уровня. Когда он попытался поднять их с более высоким уровнем, через некоторое время они исчезали вместе с телом.

— Да. По правде, я придумала способ получения новых тел. Вы думали о том, чтобы использовать тела не человеческой расы?

— Предположу, что ты не говоришь о телах слуг Назарика.

— Нет, конечно нет. Я говорю о телах другой расы. — Альбедо улыбнулась. Жестокой и в то же время красивой улыбкой. — Аура нашла деревню людоящеров. Мы можем вторгнуться на их землю и уничтожить их.

Эпилог

Лидер группы искателей приключений мифрилового ранга «Небесный волк», Бэрэт, открыл входную дверь гильдии искателей приключений.

Внутри все смотрели на него с почтением.

Он уже привык к такой сцене, но взгляды были не так сильны по сравнению с тем, что было месяц назад.

Ну, ничего не поделаешь.

Бэрэт подошёл к доске с объявлениями, но, к сожалению, миссий мифрилового ранга не было вообще. Такие миссии возникали не очень часто, однако на этот раз их не было, потому что появился искатель приключений, который быстро выполнил все миссии мифрилового ранга и выше.

— Господин Момон, — пробормотал Бэрэт, наполовину жалуясь.

Примерно месяц назад этот человек уничтожил невероятно умелого и сильного вампира.

Битва была отчаянной, она пошатнула небо и землю. Он лично не наблюдал за ней, но увидев, что после неё осталось, представил, что там происходило. Группа искателей приключений Игаварудзи, «Курагура», пошла с Момоном, но была полностью уничтожена сопутствующим ущербом. Такой результат не удивлял.

Нет, для любого, пожелавшего присоединиться к битве, это была бы верная смерть.

Взрыв запечатанной в кристалле магии обуглил землю, а некоторые места даже в пустыню превратились. А потрясением было то, что если бы всё было сделано не так, вампира было бы невозможно победить. Более того...

— Они выжили...

С другой стороны, те, кто победил и вернулся в целости и сохранности, будут считаться ещё большим монстром, нежели вампир, против которого у Бэрэта не было и шанса.

Вот почему Бэрэт говорил скромно, и, более того, Аинз был достаточно сильным, чтобы завоевать уважение остальных.

Пока он представлял этого могущественного человека, услышал, как дверь открылась и вспыхнула суматоха, словно в гильдию залетел сильный порыв ветра.

Смутно догадываясь, из-за чего такой шум, Бэрэт тоже перевёл взгляд в сторону, куда все смотрели. И, конечно, он увидел того, кого ожидал.

Главной темой города был «Тёмный герой», Момон — человек с двумя огромными мечами за спиной и в сопровождении женщины непревзойдённой красоты.

— Нагрудник его доспехов сделан из большого количества адаманта... сколько же денег он стоит?

«Тёмным героем» его стали называть из-за этой брони ультравысокого класса, покрывающей всё тело, и которая была сильно повреждена, когда он вернулся. Многие части обуглились, пошли трещинами или были со следами когтей, но теперь она была как новенькая, ярко сияя на солнце. Это постаралась гильдия магов, она собрала всех своих заклинателей, чтобы наложить магию восстановления.

Металлическая пластина, висевшая у него на шее, была создана из живой легенды, объекта поклонения искателей приключений, козырной карты человечества, которая защищает их от других рас, — адаманта.

Его достижения уже намного превысили орихалковый ранг, который и так был достаточно высоким, что никогда не появлялся в городе Э-Рантэл.

Будто зашёл герой из книжки. Многие в гильдии начали перешептываться.

— Третий адамантовый искатель приключений Королевства...

— Это он... «Тёмный герой», Момон... и за ним «Красавица» Набель, она и вправду столь красива, как говорят слухи.

— Знаете, огромная часть того леса, которая была сожжена дотла, говорят, его работа... я слышал, что он сжёг всё боевым навыком.

— Невозможно... Если такую большую область можно уничтожить боевыми навыками, ты правда можешь сказать, что он ещё человек?

— Наверное, он один из нескольких, кто на такое способен? Адамантовый ранг — вершина искателей приключений. Я не удивился бы, если б кто-то даже заявил, что он лучший в адамантовом ранге.

Под всеобщими взглядами благоговения Момон спокойно подошёл к стойке. Искатели приключений, которые обговаривали подробности миссии с работницей гильдии, расступились, чтобы дать дорогу искателю приключений более высокого ранга. В их взглядах было уважение... и страх.

Момон непринуждённо заговорил с работницей:

— Доверенное нам задание завершено, пожалуйста, помогите выбрать новую работу.

Девушка широко раскрыла глаза, но лишь на мгновение. Бэрэт знал, почему она раскрыла их так широко. Работа, которую приняли Момон и Набель, была очень трудной даже для искателей приключений мифрилового ранга. Ожидалось, что миссия займёт довольно много времени, но они завершили её так быстро.

Верно, если это он, даже завершить миссии мифрилового ранга для него проще простого.

Это вполне естественно, поскольку искатели приключений высшего ранга именно настолько могущественны.

— Наверное, мне тут делать больше нечего, — Бэрэт невольно пожаловался, но, опять же, несерьёзно. По достижению мифрилового ранга у искателя приключений становится более чем достаточно денег, чтобы жить, ни в чём себе не отказывая, если только нет каких-либо особых обстоятельств. Те, кто после этого продолжают ходить на приключения, делают это в основном не ради денег.

— Ах, господин Момон. Мне очень жаль, но сейчас у нас нет для вас подходящих миссий, мои искренние извинения. — Девушка поднялась и низко поклонилась.

— Так вот в чём дело... — Казалось, будто он хотел что-то сказать, но на полпути остановился. Через несколько секунд он снова заговорил: — Ясно, это чудесно, поскольку я вдруг вспомнил важное дело, которое требует моего участия, поэтому я сначала вернусь в мою гостиницу. Если случится что-то срочное, найдёте меня там. Полагаю, вы знаете, где я остановился?

— Да, в Сияющем золотом павильоне?

Момон кивнул и элегантно развернулся, из-за чего его красный плащ приподнялся, и он зашагал к выходу. Когда Момон проходил возле Бэрэта, тот подумал, что он что-то говорит, но голос был таким тихим, что ничего нельзя было разобрать.

Бэрэт не услышал, как Аинз приказывал своим отдалённым подчиненным высвободить в полной мере свою военную мощь.

— Задействуй Гаргантюа, вызови Виктима и подожди, пока вернётся Коцит. Поскольку это редкая возможность, пусть все Стражи этажей действуют вместе.

Персонажи

Послесловие

С последнего тома прошло четыре месяца, я счастлива видеть вас всех снова! Я автор, Маруяма Куганэ.

Как вам третий том Властелина, «Кровавая валькирия»? Почту за честь, если понравился.

Но что же написать в послесловии? У меня каждый раз возникает этот вопрос. Поскольку я провожу время в основном дома и в офисе, то не уверена, что смогу сделать послесловие интересным. Вот почему я решила рассказать вам о том, как жила последние четыре месяца.

Сначала я провёла месяц за написанием черновика. Потом передала его редакторам. К примеру, историю этого тома я завершила к середине января.

Затем, когда черновику сделали корректуру, его вернули мне для дальнейшей подгонки. Работа была завершена за полтора месяца, включая авторские правки, и том был завешён.

С повторной сдачей набросков и правками в общей сложности на «Кровавую валькирию» я потратила... примерно три месяца.

С момента завершения работы до её публикации остаётся примерно месяц свободного времени. Я разделяю месяц на четыре части и провожу некоторое время за обновлением веб-романа.

Работа в компании у меня простая и я прихожу домой рано, вот почему смогла написать мою работу. Тем, кто работает допоздна, пришлось бы уменьшать время на сон. У них даже нет свободного месяца, как у меня. Должно быть, это трудно.

Но... как успевают авторы, публикующие по книге каждые три месяца? Вот бы мне кто-то сказал.

Теперь я хотела бы выразить благодарность.

Со-бин-сама, все в студии дизайна «Chord Design Studio», Дапо-сама, Ф-тан-сама. Если бы не ваша помощь, я не смогла бы завершить работу, я вам благодарна.

Хани, спасибо за старания, я постараюсь делать меньше ошибок.

И вам, читатели, купившие книгу, спасибо огромное. Если у вас есть замечания или предложения... можете послать мне открытку (извините, но почтовые расходы вы должны взять на себя). А читатели из интернета можете написать своё мнение прямо на сайте, я буду очень благодарна.

Весь следующий том... я хочу посвятить людоящерам. Я буду очень рада, если вы продолжите меня поддерживать.

Что ж, увидимся в следующий раз.

Март 2014, Маруяма Куганэ

Реквизиты переводчиков

Над переводом работала команда RuRa-team

Перевод с английского: Akdotu

Редактура: ZloyVasya

Эдит: Danais

Том 4: Герои людоящеров

Начальные иллюстрации

Пролог

— С возвращением, владыка Аинз.

Когда он через полмесяца вернулся в свою комнату, следующие слова Альбедо вытянули из него остатки сил.

— Хотите что-нибудь поесть? Хотите принять ванну? Или хотите... меня?

На мгновение Аинзу померещились, что у Альбедо за спиной порхают сердечки.

— Что ты делаешь?..

— Изображаю, что мы новобрачные, владыка Аинз. Я слышала, что это наилучший способ поприветствовать мужа, который поехал в командировку вместе с домашним животным. Ну как вам?

Он наконец понял, почему на этот раз его никто не встретил на поверхности Назарика. Аинз никогда не ходил на свидания, не говоря уже о женитьбе, потому почти ответил: «Не знаю», но сразу же проглотил эти слова. Гордость мужчины не позволила показать слабость. Да и на вопрос: «Ну как вам?» — как отвечать?

Хоть он и не отличался самонадеянностью... почему бы не воспользоваться беспроигрышным ответом?

— На редкость очаровательно, Альбедо.

— Замечательно! — улыбнулась она, показывая, насколько обрадовалась.

Атакованный её чарующей улыбкой Аинз медленно сел и приготовился перейти к делам.

Он ощутил, как по спине поползли мурашки. Наверное, из-за того что в золотых глазах Альбедо промелькнуло плотское желание. Если бы он шутя ответил: «Я тебя хочу», — она сразу же воспользовалась бы этим и накинулась на него, словно дикая кошка. Почему-то в мыслях появились слова «обратное изнасилование».

У него практически отсутствовало сексуальное желание, но оставшегося всё равно хватило, чтобы он отметил запах Альбедо. Аинзу стало любопытно, что же произойдет дальше, а ещё он подумал, что подобное никому не причинит вреда.

Прекрати, идиот.

Он пренебрег чувствами Альбедо не из-за сильного самоконтроля, а потому, что смиренно сказал себе: «Я же скелет». Перед тем как его переместило в этот мир, он в шутку изменил настройки персонажа Альбедо, и теперь она «безумно влюблена» в него. Аинзу казалось, что он пользуется её чувствами. Он не смог сделать ни единого шага ей навстречу.

Я ведь даже ту вещь потерял... А чисто платонические отношения не будут гладкими... Вот почему мне страшно заходить дальше, — думал Аинз, у которого никогда с девушками даже отношений не было.

К тому же с определённой точки зрения НИП, созданные его товарищами, были как их дети. Очень трудно опорочить столь важные вещи.

Как же я глуп. Я должен думать не об этом.

— Ах! — вдруг воскликнула Альбедо, из-за чего свет в глазницах Аинза стал ярче.

— Ч-что такое?! Альбедо? Что случилось?

— Полный провал. Ведь, по идее, новобрачная должна встречать мужа в фартуке на голое тело, а я об этом позабыла... — Альбедо, покраснев, взглянула на своё платье: — С вашего позволения я сейчас же переоденусь. — Посматривая на Аинза, она добавила застенчивым, но всё равно звонким голосом: — Перед владыкой Аинзом...

— Ах, да... эм, серьёзно... Ха-ха... Альбедо, перестань шутить, и давай начнём организационную встречу и обмен информацией.

— Слушаюсь.

Аинз заставил себя отодвинуть подальше все мысли о непостижимых усилиях опечаленной — почему-то — Альбедо и опустился в кресло. Затем бросил три кожаных мешка на стол перед смотрительницей Стражей, что снова превратилась в блестящего секретаря, и сказал:

— Прежде всего, возьми эти деньги, полученные в Э-Рантэле, и используй их для различных экспериментов.

Все три сумки были разного размера, самая большая раздулась настолько, что стояла. Внутри находились золотые, серебряные и медные монеты, которые Аинз заработал как искатель приключений.

— Как прикажете, эти деньги будут использоваться для защитных систем Назарика, а также для экспериментов с системами вызова миньонов.

— Отлично. Кроме того, удостоверься, можно ли их использовать для создания магических свитков и других предметов.

Золото, заработанное в игре Иггдрасиль, можно было потратить не только на покупку предметов. Оно использовалось для многого: для покрытия административных расходов на оборонные системы гильдии и расходов на автоматический вызов слуг тридцатого и больше уровня, в качестве проводника для запуска определённых заклинаний, как плата за производство предметов и даже как плата за возрождение умерших НИП.

Уже подтвердилось, что с использованием золотых монет Иггдрасиля проблем в этом мире нет. Однако ещё нужно было узнать, можно ли покрыть расходы деньгами из этого мира, в особенности можно ли использовать серебряные и медные монеты, поскольку в Иггдрасиле были лишь золотые.

Без преувеличений, эти эксперименты повлияют на судьбу Назарика. Если деньги, заработанные в этом мире, можно использовать так же, как и в Иггдрасиле, то это затронет будущую операционную политику, в частности в отношении важности монет. В зависимости от положения дел приоритет получения монет мог возрасти. С другой стороны, если деньги этого мира нельзя использовать, то деньги в Сокровищнице станут последним «спасательным кругом» и бессмысленные траты придётся обуздать.

— Теперь о Клементине... — сказав имя женщины, труп которой пропал, Аинз скорчил на лице гримасу отвращения.

Из-за ошибки Аинза эта женщина, узнавшая много драгоценной информации, наверное была возрождена. Тревожное чувство, что она, вероятно, распространила полученную информацию, медленно накапливалось. Врагов намечалось много, однако информация о них была скудной. А вот информация со стороны Назарика уже утекла.

Было бы хорошо, если б её получили старые члены гильдии, но... столь крупная удача просто не может улыбнуться. В будущем следует действовать осторожнее. Но всё же что делать с личностью «Момон»?

«Момона», наверное, станут подозревать, но отказ от этой личности на полпути к пику славы — напрасная трата времени и сил. То, что Аинз и Момон одно лицо, пока никто не должен был знать.

Не остаётся иного выхода, кроме как адаптироваться к грядущим переменам.

Не в состоянии найти ответ, Аинз пока отложил это в сторону и прекратил тщетные размышления.

— Прикажи Актёру Пандоры кинуть один из мечей этой женщины в шредер Сокровищницы, чтобы посмотреть, что случится.

— Шредер? — спросила Альбедо, напомнив тем самым Аинзу о настоящем названии машины.

— Ящик обмена. Он позволяет людям, обладающим навыками торговца, оценивать предметы высокого уровня. Прикажи Актёру Пандоры воспользоваться внешностью Неарани-сана, чтобы применить его особую способность, — глядя на кивнувшую Альбедо, Аинз положил на стол пергамент. — Есть ещё одно дело. Это карта мира, купленная в Э-Рантэле.

— Это... карта? — смотрительница Стражей медленно нахмурила брови, это произошло по довольно простой причине: карта была нарисована слишком грубо.

— Я понимаю твоё недовольство. Это только карта окрестностей, она показывает лишь часть мира. Более того, единицы измерения не согласуются, и многие ориентиры оставлены без надписей.

На карте не было показано многое из того, о чём Аинз услышал от президента Магической ассоциации Э-Рантэла, например расположение племён кентавров на пастбищах, гнёзд людоскорпионов в пустыне, страны гномов в горах и так далее. В целом, карта была полезна только для человека.

Достоверность карты была сомнительной, но лучшие карты стоили дороже и требовали больше времени на составление. Ничего качественнее в продаже не было. Так сказал президент гильдии магов, Тео Рейкшир, который очень подружился с Аинзом, так что это должно было быть правдой. По отношению президента было видно, что получение карты даже такого качества далось ему нелегко.

— Я поняла. Тогда я сделаю копии и раздам каждому Стражу этажа.

— Замечательно. Но прежде давай я объясню, — Аинз указал пальцем на среднюю часть, где район был выписан в мельчайших подробностях. — Это Э-Рантэл. А тут Великий Склеп Назарика, — палец передвинулся на северо-восток, к невероятно огромному лесу в окрестностях Назарика, и ещё дальше к, похоже, неровной местности. — Здесь гряда Азерлисских гор — граница между Королевством Рэ-Естиз и Империей Багарут. Начиная с южной оконечности гряды и вокруг неё — эта большая область — лес Тоб. И между южным концом гряды и лесом Тоб пролегает речка, впадающая в большое озеро, — Аинз указал на южную сторону озера. — Это великие болота, место проживания людоящеров.

Убедившись, что Альбедо кивнула, владыка продолжил:

— Теперь о соседних странах, о которых мне рассказал президент магической гильдии. На северо-западе Королевства расположена большая гористая местность, на территории которой несколько рас полулюдей образовали Союз Агранд. Опасаться следует пяти- или, скорее, семиголового дракона, одного из их представителей. К юго-западу от Королевства лежит страна, известная как «Святое Королевство». На карте она нарисована криво, но её границы защищает огромная стена, которую называют «Великой». Она отделяет Святое Королевство от дикой местности, где многие полулюди постоянно воюют друг с другом.

— Туда вначале был послан Демиург.

— Верно. На другой стороне дикой местности находится Слейновская Теократия, страна, которую следует опасаться больше всего.

— Эта линия — граница? — своим мраморно-белым пальцем Альбедо провела круг.

— Скорее всего. Честно говоря, эта граница мало что проясняет. Она очень грубая. Смотри, на северо-востоке империи много стран. Вместе они образовывают Альянс Наций, и, кажется, в него входят и города полулюдей. Юго-запад империи изрыт каньонами, образующими гигантский массив «Стела». Там, в бесчисленных пещерах, живут племена людей, которые выращивают виверн.

Если обобщить слова Аинза, то эта местность была похожа на Улинъюань, но что там на самом деле было не ясно.

— Наездники на вивернах?

В Иггдрасиле летающих драконов могли вызвать игроки с профессией рыцаря, достигшие тридцатого уровня, но в этом мире он ещё не встречал ничего похожего на ездовых монстров.

— Верно... полагаю, они очень сильны. Тем не менее Великому Склепу Назарика они бесполезны, и вторгаться туда бессмысленно... И снизу, это к востоку от гигантского озера, — граница карты, — Аинз указал на поверхность стола рядом с картой. — Кажется, там «Страна Драконьего Короля».

— Драконьего?

— Верно. Эту страну в прошлом основал могущественный дракон. Члены королевской семьи также унаследовали драконью кровь... хоть я не уверен, правда ли это... Что ж, это всё, о чём говорит карта.

Будь это мир, где Аинз жил под именем Сатору Судзуки, позолота на карте, скорее всего, являлась бы подделкой, однако в этом мире вероятность её подлинности была намного выше.

— Тогда, владыка Аинз, нам следует опасаться Слейновской Теократии и Союза Агранд?

— Ага, — закончив рассказ, Аинз сложил руки на груди, поскольку не видел следующего шага из-за недостатка знаний. Заметив это, Альбедо медленно склонила голову.

— Простите, сейчас следует опасаться и этой страны.

— Верно. Даже если в этой стране нет ничего особенного, существование кого-то угрожающе могущественного вполне вероятно.

Например, человека, использовавшего на Шалти предмет мирового класса или кого-то подобного. Хотя такие мысли остались невысказанными, Альбедо, похоже, их поняла.

Затем Аинз указал на юг и восток за пределами карты.

— На востоке расположен так называемый «Морской Город», на юге — город, названный именем Восьми Королей Жадности, его следует опасаться более всего. Город Восьми Королей Жадности... это парящий в пустыне город.

— Парящий город?

— Это лишь слух, который может оказаться неточным, но под парящим городом находится столица. Жители могут даже не догадываться, что она лежит посреди пустыни, поскольку парящий город в состоянии создать бесконечное количество воды, которая окружает город, подобно магическому усилению.

Глаза Альбедо стали ледяными, и она прошептала:

— Хотите, чтобы слуги провели разведку боем?

— Нет необходимости идти на такой риск. Даже если придут пользователи предмета мирового класса, прежде чем понять их боевую мощь, также необходимо встретить их с улыбкой... Как состояние Шалти?

— После воскрешения физически она в норме, за исключением...

— Ты колеблешься. Это исключение меня огорчит?

— Ах! Очень извиняюсь. На самом деле её психика немного нестабильна.

— Последствия подчинения всё ещё не исчезли?.. Даже смерть не смогла развеять эффект предмета мирового класса?

— Нет, дело в другом... поскольку она проявила враждебность и сражалась с владыкой, глубоко внутри она считает это непростительным грехом.

Аинз был озадачен. Он уже несколько раз говорил Шалти, что она не сделала ничего плохого и вся вина лежит на нём.

— Пожалуйста, простите мою грубость, но я хочу оспорить решение владыки.

На лице Альбедо читалась искренность, и Аинз кивнул ей.

— Я думаю, что лучше её немного наказать...

Огонь в глазницах Аинза потемнел, он открыл рот, но сразу же его закрыл, потому что Альбедо ещё не закончила.

— ...Метод кнута и пряника довольно известен. Если владыка Аинз её накажет, Шалти перестанет чувствовать себя виноватой, однако без наказания негативные чувства не пропадут.

Верно, награды без наказания существовать не может.

И Аинз решает, что простить и за что наказать. В обычных обстоятельствах он просто всё простил бы. С другой стороны, это неплохая возможность образумить Шалти, хоть это и будет тяжко для неё.

— Я понял, давай немного накажем Шалти...

— Верно, так будет лучше всего. И простите мою дерзость.

— Что ты говоришь. Мне как раз и нужно, чтобы мне высказывали свою точку зрения. Когда у меня заканчиваются идеи, я ожидаю новых предложений от смотрителя Стражей Великого Склепа Назарика, и сейчас ты оправдала мои ожидания.

— Спасибо вам огромное! — покраснев, красавица мирового класса со слезами на глазах опустила голову. Смущённый её искренними словами Аинз махнул в ответ:

— Что ж, нам пора возвращаться к работе. Назарик я оставляю на тебя.

— Хорошо! Я справлюсь! В отсутствие владыки Аинза я возьму на себя все дела и буду управлять должным образом.

В её голосе Аинз услышал нотки, свойственные жене, но оставил это без внимания, поскольку у Альбедо ещё было, что сказать.

— Однако владыка должен беречь себя, ведь может напасть обладатель предмета мирового класса, околдовавший Шалти.

— Что ж! — впервые со времени своего возвращения Аинз выказал недовольство. — Если они появятся, победить их легко... не получится. Не сомневайся, Альбедо, если мы встретим неизвестного противника, мы сразу же отступим. Слуги, что станут нашим щитом, тоже подготовлены.

Аинз медленно посмотрел в потолок, представляя организацию системы тревоги.

Враг с предметом мирового класса, другие игроки, существование которых всё ещё не подтверждено, и наследие игроков, что покинули этот мир. Конечно, все они не обязательно должны быть врагами. Однако к вопросам, которые касаются безопасности, нельзя относиться небрежно, следовательно, нужно готовиться к худшему сценарию.

— Прежде всего, пока враг не будет выявлен, нужно соблюдать секретность. Однако также важно поместить приманку, чтобы привлечь добычу... как такая схема воплощается в жизнь?

Альбедо чуть опустила взгляд, но по этой реакции Аинз уже смог предсказать её последующие слова.

— Доклад от Коцита ещё не получен. А вот содержание доклада Энтомы оказалось вполне ожидаемым. Битва началась недалеко от предполагаемого места, поэтому отчет приготовили заранее..

— Понятно... хоть это не тот результат, которого мы ожидали, но из него тоже можно извлечь некоторую пользу.

— Приятно слышать.

— Отлично. По правде говоря, я хотел бы посмотреть на сражение, но работы искателя приключений накопилось слишком много. Однако мне всё же интересно, как пройдёт битва между людоящерами и армией Великого Склепа Назарика, поэтому запишите её на видео.

Глава 1. Отбытие

Часть 1

Азерлисские горы — не только горная гряда, но и национальная граница Империи Багарут и Королевства Рэ-Естиз. Великий лес Тоб покрывал южное предгорье, а к северу от леса лежало огромное озеро.

Его радиус составлял примерно двадцать километров, кроме того, оно состояло из верхней и нижней частей и по форме напоминало перевернутый плод горлянки. Относительно глубокое верхнее озеро служило обиталищем больших существ, нижнее же облюбовали более мелкие создания.

Ближе к южному краю нижнее озеро плавно переходило в болото. Тут было возведено множество строений, каждое — на десятках свай. Сбоку одного из домов открылась дверь, и на свет вышел владелец.

Эта получеловеческая раса была известна как людоящеры.

Людоящеры, или, если говорить по-простому, ящеры, по строению напоминали смесь рептилии и человека: голова, пусть и не имеющая базовых человеческих черт, две ноги и две ловких руки. Вместе с гоблинами и орками их относили к полулюдям, по уровню развития они сильно отставали от людей. Остальным их жизнь казалась варварской. Однако нельзя было отрицать, что они обладают собственной культурой.

Взрослый мужчина-людоящер ростом был в среднем около ста девяноста сантиметров и гордился сильными мускулами, весил под сто килограммов и почти не имел жира, а равновесие ему помогал поддерживать хвост как у рептилии. В процессе эволюции между пальцами ног у них выросли перепонки, чтобы было легче передвигаться по болотам. Они немного мешали ходить по земле, но в целом на образ жизни ящеров это не влияло. Их тёмно-зелёная и тёмно-серая чешуя напоминала чешую крокодилов, а вовсе не ящериц, и по прочности превосходила людскую защитную экипировку начального уровня. Кисти переходили в пять пальцев, как и у людей, но вместо фаланг они заканчивались короткими когтями.

Обычно людоящеры пользовались очень примитивным оружием, в большинстве своём — двуручным. Поскольку на болотах невозможно обнаружить руду, это были копья с наконечниками из когтей магических животных, или что-то похожее на дробящее оружие — камень, привязанный к палке.

На ясно-голубом небе облака раскидало похожим на гребень узором, а солнце уже поднялось в зенит. Погода стояла хорошая, вдалеке чётко виднелась горная гряда.

Из-за широкого угла зрения солнце слепило людоящеров, даже когда они не поднимали голову. Он, Зарюсу Шаша, прищурился и размеренными шагами спустился с лестницы, почёсывая тёмный шрам на груди.

Людоящеры имели строгое классовое общество. Правил племенем вождь. Им становились не по крови — выбирался сильнейший ящер племени. Выборы проводились один раз в несколько лет. Помогал вождю совет старейшин, состоящий из избранных старых людоящеров. Ниже по рангу находился воинский класс, затем общий класс мужчин, общий класс женщин и класс молодёжи. Вот такая структура была у их общества.

Конечно, существовали и те, кто не принадлежал ни к одному из этих сословий.

Прежде всего, друиды, которых возглавлял старший друид. Они умели лечить магией и прогнозировать погоду, чтобы предотвращать беду. Затем шли охотники, чьи ряды состояли из рейнджеров, ответственных за рыбалку и охоту, но поскольку в этом им помогали и обычные ящеры, самая важная их работа — это лесной промысел.

Людоящеры всеядны, но, как правило, основную часть их рациона составлял вид рыб, достигавших в длину восьмидесяти сантиметров. Растений или фруктов они ели не очень много. Но, несмотря на это, охотники ходили в лес, в основном чтобы заготавливать лесоматериалы. Для людоящеров земля представляла угрозу, и даже простой сбор древесины в лесу требовал от них сноровки.

Потому охотникам позволяли принимать решения по собственному усмотрению, но всё же они подпадали под власть вождя и слушались его приказов. Таким образом, у них было явно патерналистское общество с разделением труда. Модель общества, где старшие контролируют и опекают младших. Однако бывали и исключения.

Путешественники.

Могло показаться, что путешественники — это иностранцы, но не в случае с людоящерами. Их общество было закрытым, так что в племя крайне редко принимали посторонних.

Так кто же такие путешественники?

Так называли людоящеров, пожелавших увидеть внешний мир.

Обычно, если только не случалось ничего из ряда вон выходящего вроде нехватки еды, людоящеры не покидали своё родное племя. Однако иногда, очень редко, появлялись ящеры, которые хотели увидеть мир.

Когда путешественники решали покинуть племя, у них на груди вырезали особый символ как доказательство того, что они вышли из-под власти вождя. Большинство из них никогда не возвращалось: умирали во время путешествия, находили новый дом или встречали иную судьбу... но порой, повидав мир, они возвращались в своё племя.

Вернувшихся путешественников почитали как обладателей ценных знаний, которые те собрали. Хоть они были вне вертикали власти, в племени путешественников все знали в лицо.

Некоторые из уважения держались на расстоянии от Зарюсу, но его слава была выше этого, ведь знаменит он был не только как путешественник. Но и потому, что...

Когда он спустился с нижней ступени на поверхность болота, его любимое оружие, висевшее на талии, с лязгом ударилось о чешую. Бело-голубой тускло светившийся клинок немного странной формы — напоминающая вилку рукоять составляла единое целое с лезвием. Начиная от рукояти, клинок становился всё тоньше, пока на конце не делался тонким, как бумага.

Не было ни одного людоящера, который не знал это оружие. Все соседние племена считали его одним из четырёх магических сокровищ и называли Морозной Болью. Вот почему Зарюсу был так знаменит.

Он собирался посетить два места и сейчас направился к одному из них, неся на спине подарок — одну из самых крупных рыбин, составляющих основу рациона людоящеров. Он нёс четыре таких, но они не источали зловоние, скорее наоборот, их запах пробуждал чувство голода. Сильно захотелось есть. Сделав несколько больших вдохов и выдохов, Зарюсу отогнал это желание. Итак, он пошёл не сбавляя шага через деревню племени Зелёный Коготь.

Дети, чешуя которых всё ещё оставалась ярко-зелёной, бегали вокруг, смеясь «ша-ша» смехом, но останавливались, замечая ношу Зарюсу. Пышущие здоровьем дети поглядывали на него из-под теней хижин... нет, не на него — на рыбу. Рты чуть приоткрыты, даже слюна стекает. Они наблюдали с небольшого расстояния так, словно выпрашивают гостинец.

Зарюсу криво улыбнулся, сделав вид, что не заметил. Он уже решил, кому отдать рыбу. Жаль, но она была не для детей. Ящер радовался тому, что их взгляды не были вызваны голодом — нечто невозможное несколько лет назад. Повернувшись к ним спиной, он пересёк жилую зону и подошёл к одинокой хижине.

Это место не связано с деревней. Стоит пройти чуть дальше, и будет глубоководье озера. Хижина, построенная на этой тонкой границе и по размеру превосходившая дом Зарюсу, была крепче, чем казалась. Она заметно накренилась, из-за чего примерно половина хижины находилась под водой. Но это произошло не от старости — она намеренно была так построена.

Что-то зашуршало. Зарюсу приблизился к хижине, из которой послышался громкий плеск воды. Наверное, что-то там почуяло запах рыбы. Со скрипом из окна показалась змеиная голова с тёмно-коричневой чешуей и янтарными глазами, которые радостно заблестели при виде знакомого силуэта, после чего оттуда вытянулась шея и игриво обернулась вокруг него.

— Хорошо, хорошо, — привычным движением руки Зарюсу погладил змею. Та радостно заморгала защищающей глаза мембраной. Зарюсу её чешуйчатая кожа казалась прекрасной.

Это создание было питомцем Зарюсу по кличке Ророро.

Поскольку ящер растил Ророро с самого детства, ему казалось, что тот на самом деле понимает язык.

— Ророро, я принёс еду. Будь хорошим мальчиком и покушай, — Зарюсу закинул рыбу через окно. Изнутри снова послышался плеск. — Я хочу остаться поиграть, но сейчас мне нужно идти к рыбе. Скоро увидимся.

Наверное, Ророро понял его слова. Он неохотно заурчал, медленно отпустил Зарюсу и вернулся в хижину, после чего оттуда послышалось чавканье.

Убедившись, что со здоровьем у Ророро все в порядке, если судить по энергичному поеданию пищи, Зарюсу покинул хижину и направился к озеру, которое находилось на изрядном расстоянии от деревни.

Он шел, прислушиваясь к лесной тишине. Поплыть по воде было бы намного быстрее, но из-за тревоги, что на суше может что-то случиться, у него уже вошло в привычку обследовать наземный путь. Поскольку деревья мешали обзору, это требовало концентрации и сильно выматывало.

Наконец-то между деревьями он увидел место назначения. Зарюсу вздохнул с облегчением, так как по пути не возникло никаких происшествий. Через лес оставалось пройти совсем немного, и ящер ускорил шаг. Отодвигая в сторону ветви деревьев, будто плывя в воде, Зарюсу широко открыл глаза от удивления: он увидел кое-кого, кого не должен был здесь встретить.

Этот тип был похож на Зарюсу: людоящер с чёрной чешуёй.

— Старший брат...

— А, это ты... — тот повернул голову и радушно посмотрел на Зарюсу. Это был нынешний вождь племени «Зелёный Коготь», старший брат Зарюсу, Сасурью.

Он дважды подряд выигрывал турнир на звание вождя, а в этом году удержал своё место без драки. Сасурью обладал невероятно большим туловищем. Рядом с ним Зарюсу, вполне обычной для ящеров комплекции, выглядел маленьким. Его чёрную чешую рассекал один длинный, белый и старый шрам — будто молния пронизывает чёрные тучи. Ростом он был под два метра, а за спиной держал громадный меч. На стальной меч — символ вождя — была наложена магия, увеличивающая остроту и защищающая от ржавления.

Зарюсу и его старший брат встали на берегу озера друг напротив друга.

— Зачем пожаловал?

— Старший брат, это я должен спрашивать. Вождю негоже посещать такие места.

— Му-у... — не зная, что сказать, Сасурью пробормотал свою излюбленную фразу, затем повернулся к озеру.

Из воды торчали палки, окружающие небольшую область. Между ними была очень аккуратно протянута мелкая сеть. Назначение всего этого угадывалось с первого взгляда.

Рыбная ферма.

— Неужели... воруешь еду?

Хвост Сасурью подпрыгнул и ударил землю.

— Му-у, как такое может быть. Я лишь проверяю, как рыба выросла.

— ...

— Младший брат, ты правда веришь, что твой старший брат пойдет на такую низость?! — с нажимом заявил Сасурью, скользнув одной ногой вперёд. Давление, которое он испускал, словно стена навалилось на младшего ящера. Даже Зарюсу, опытный путешественник и закалённый ветеран, ощутил позыв отступить на пару шагов. Однако у него имелось идеальное возражение:

—Стало быть, тебе она не нужна? Какая жалось, старший брат. Если она растёт хорошо, я думал отдать тебе нескольких.

— Му-у...

Удары о землю прекратились — хвост, казалось, опечалился.

— Какой хороший аромат. Она стала такой тучной, потому что её старательно откармливали питательными веществами, и даже более жирной, чем дикая рыба.

— Ох...

— Положишь её в рот, и вытечет такой вкусный сок. А когда укусишь — она словно растает.

— Му-у-у... — поднятый хвост снова ударил о землю, и даже сильнее, чем прежде.

Часть своего внимания Зарюсу сфокусировал на этом самом хвосте, остальное же — сосредоточилось на подначивании Сасурью:

— Хвост старшего брата слишком честен. Мне невестка говорила.

— Что? Эта ужасающая особа насмехается над своим мужем? А ну повтори, эта часть меня честная? — спросил вождь, глядя через плечо на поднятый хвост.

Зарюсу на мгновение растерялся и расплывчато ответил: «Да».

— Ха. Вот же несносная ящерица... Если у тебя будет женщина... ты поймёшь, как я сейчас себя чувствую.

— Я не женюсь.

— Вздор. Из-за этого символа? Лучше не обращай внимания на то, что говорят старейшины. Их заявления, что ни одна женщина деревни не найдёт тебя привлекательным, очень раздражают... тебя примет даже особа с самым красивым хвостом.

У людоящеров питательные вещества откладывались в хвосте, потому его толщина была важным фактором для противоположного пола. В прошлом Зарюсу выбрал бы женщину, у которой он был бы потолще. Однако повзрослевший и успевший понять мир Зарюсу сейчас сделал бы другой выбор.

— Учитывая, что сейчас деревня процветает, я не желаю женщину с толстым хвостом. Если использовать в качестве критерия хвост, я бы выбрал женщину с тонким. Лично я думаю, что как у невестки хороший.

— Конечно хороший, для кого-то с твоим характером... но только ты поосторожнее. Я не хочу кого-то зарезать из-за таких глупостей. Кстати, ты ещё поймёшь боль брака. Просто несправедливо, что только я один женат.

— Эй, эй, старший брат... я расскажу невестке.

— Угх... это и есть боль. Даже меня, твоего старшего брата и вождя племени, можно запугать.

У мирного озера раздался бурный смех.

Затем Сасурью посмотрел на озеро с рыбой и высказал некоторые опасения:

— Если честно... это слишком прекрасно, твоя...

Зарюсу протянул руку помощи замолчавшему брату:

— Имеешь в виду мою рыбоводческую ферму?

— Да, да, эту. В прошлом в нашей деревне никто подобного не делал. Более того, многие уже знают о её успехе. В будущем всё больше и больше соплеменников, увидев твоих рыб, начнут завидовать и копировать ферму.

— Это всё благодаря тебе, старший брат. Я знаю, что ты много чего хорошего всем рассказал обо мне.

— Младший брат, говорить с ящерами об истинности не многого стоит. Это словно рассказывать анекдоты. Если бы не твой тяжкий труд по разведению на ферме такой вкусной рыбы, моя работа оказалась бы напрасной.

Первые опыты по возведению ферм постоянно заканчивались неудачей. Это было ожидаемо, поскольку те были построены исключительно на вдохновении от разговоров во время путешествий. Даже сооружение забора постоянно терпело фиаско. После года проб и ошибок рыбье озеро наконец было построено, хотя ещё предстояло много работы.

Рыбу нельзя оставлять без внимания. Ей необходимо питаться.

Поиски наиболее подходящий пищи велись методом проб и ошибок, из-за чего рыба в озере гибла множество раз. Ещё были случаи, когда монстры прорывали сеть, выпуская всю рыбу на свободу.

Некоторые критиковали его за спиной, утверждая, что он считает рыбу игрушкой. Другие говорили, что он просто дурак. Однако все его усилия наконец-то принесли плоды.

На поверхности озера отражались тени огромных плавающих рыбин. Среди пойманной дикой рыбы такая огромная попадалась очень редко. И ни один людоящер, кроме старшего брата Зарюсу и невестки, не поверил бы, что она выращена из мальков.

— Просто невероятно, младший брат... — прошептал Сасурью, глядя на такую картину. Его слова полнились эмоциями.

— Это тоже благодаря старшему брату, — воодушевлённо ответил младший брат.

— Э, и что же из этого сделал я?

По правде говоря, старший брат, Сасурью, не сделал ничего. Однако только на первый взгляд.

Когда рыба начинала болеть, вдруг появлялись друиды. Когда он собирал материал для забора, многие приходили помочь. Когда пойманную рыбу распределяли, там оказывалась живая рыба. Кроме того, охотники возвращались с фруктами, которые также годились рыбе на корм.

Все те, кто приходили помочь, отказывались раскрывать, кому они делают услугу. Однако даже самый тупой на свете понял бы, кто дёргал за ниточки, даже если тот был непреклонен и не раскрывал своего имени. Потому что не положено вождю племени заботиться о путешественниках, которые исключены из иерархии.

— Старший брат, подожди, пока она ещё немного подрастёт, и я первым делом принесу несколько тебе.

— Хм, тогда буду ждать с нетерпением, — развернувшись, Сасурью собрался уходить, затем тихо сказал: — Извини...

— Что ты такое говоришь, старший брат? Ты не сделал ничего плохого.

Эти слова может были, а может и не были услышаны. Зарюсу просто молча смотрел в спину Сасурью, который уходил от берега озера.

Убедившись, что с рыбным озером всё хорошо, и вернувшись в деревню, Зарюсу вдруг почувствовал что-то странное и посмотрел в небо, однако там ничего не оказалось. Всё небо было голубым, лишь тонкий слой облаков нависал у гор на севере.

Самый обычный пейзаж.

Никаких изменений. Как раз когда он отмахнулся от этого как от заблуждения, посреди ясного неба появился странный слой облаков. Почти в то же время чёрные облака, затмившие солнце, нависли над серединой деревни. Это были плотные, дождевые облака, бросившие тень на всю деревню.

Все удивлённо посмотрели вверх.

Друиды говорили, что чистое небо будет весь день. Они предсказывали погоду с помощью магии, а также накопленных за многие годы знаний и опыта, потому в их прогнозах не сомневались. Так что удивились все. Однако самое странное заключалось в том, что тучи покрыли только деревню. Проще говоря, будто кто-то вызвал облака и поместил их над деревней.

Затем появилась ещё одна странность.

Облака, вихрем кружась над деревней, так же быстро расширялись. Будто зловещие черные тучи оттесняли небо с ужасающей силой.

Все воины насторожились. Дети разбежались по домам. Зарюсу нагнулся, наблюдая за обстановкой и протягивая руку к Морозной Боли.

Тучи покрыли весь небосвод, лишь вдалеке виднелась полоса голубого неба. Словно облака нацелились на эту деревню.

В центре деревни поднялся шум. Ветер принёс пронзительный звук, издаваемый голосовыми связками людоящеров. Этот звук означал тревогу, он сообщал о появлении сильного врага и советовал другим по возможности бежать. Услышавший этот звук Зарюсу понёсся по болотам так быстро, как только мог людоящер.

Бежать. Бежать. Продолжать бежать.

Передвигаться по болотам было чрезвычайно трудно: требовалось сохранять равновесие с помощью хвоста. На недоступной людям скорости, — хотя ноги людоящеров больше подходили для такой местности, — Зарюсу добежал до источника тревоги. Там, глядя в самый центр деревни, Сасурью и воины племени образовали круг. Последовав их примеру, Зарюсу тоже посмотрел в центр. На монстра, который был создан словно из чёрного тумана. А в этом тумане появлялись и быстро исчезали бесчисленные ужасающие лица. Хотя расы были разными, одно в них было общее — агония. Ветром доносились рыдания, крики, болезненные стенания, предсмертные хрипы умирающих, и это всё сливалось в жуткую какофонию звуков.

У Зарюсу спина застыла от нахлынувшей обиды, он в страхе задрожал.

Нехорошо... Здесь должны остаться только я и старший брат, остальным следует бежать, но даже в таком случае...

Тут собрались элитные воины племени, но противник был настолько ужасен, что даже Зарюсу его боялся. В деревне появилась могущественная нежить. Поэтому надлежаще ответить могли только Зарюсу и его старший брат. Более того, он знал, что эта нежить обладает особыми способностями.

Чуть отведя взгляд, он заметил, что большинство людоящеров дышат учащённо и прерывисто, будто испугались как маленькие дети... несмотря на то что все принадлежали воинскому классу.

Стоявший в центре деревни монстр не шевелился.

Через некоторое время воины начали медленно и напряжённо сужать круг, хотя знали, что малейшая оплошность спровоцирует жестокую битву. Они подавили эмоциональное напряжение и действовали.

Периферийным зрением увидев, что Сасурью вытащил оружие, Зарюсу тоже быстро и тихо извлёк меч. Если начнётся бой, он собирался нанести внезапный удар быстрее, чем кто-либо другой.

Нужно рассказать остальным об особых способностях этого типа, нельзя действовать опрометчиво.

Напряжение усилилось. Но вдруг звуки обиды прекратились. Звуки, издаваемые монстром, смешались, образуя единый, отличный от предыдущего проклятия звук. Теперь в нём появился ясный смысл:

— Слушайте же. Я — вестник Великого и я пришёл объявить его декрет...

Все переглянулись между собой. Лишь Зарюсу и Сасурью не отвели взгляда.

— Объявляя смертный приговор, Великий послал армию, которая вас уничтожит. В своём снисхождении он представил вам, смертным, время воздвигнуть бесполезное сопротивление. Восемь дней спустя это племя людоящеров озера станет второй жертвой.

Зарюсу обнажил острые зубы и устрашающе зарычал.

— Сопротивляйтесь упрямо, смертные. Позвольте Великому насладиться вашей гибелью.

Словно дым, постоянно меняющий форму, монстр постепенно исказился и воспарил в небо.

— Не забудьте. Восемь дней.

Оно полетело по небу в сторону леса, будто не замечая препятствий. Его спину буравили взглядом многие людоящеры. Зарюсу и Сасурью молча смотрели в небесную даль.

Часть 2

Самая большая хижина деревни — зал собраний — использовалась не часто. Совет племени имел абсолютную власть во всех делах, и как следствие, собрания происходили крайне редко. Многие даже говорили, что хижина бесполезна, однако сегодня она была наполнена напряжённым шумом.

На совещании собрались многие людоящеры: воины, друиды, охотники, старейшины и даже Зарюсу, путешественник. В просторной хижине яблоку упасть было негде. Все сидели перед Сасурью, скрестив ноги.

Он, как вождь племени, объявил о начале собрания. Первым слово взял старший друид — старая женщина, всё тело которой покрывали причудливые белые узоры. У символов было много значений, но Зарюсу о них не знал.

— Помните чёрное облако, покрывшее небо? Это была магия. Мне известны два заклинания управления погодой. Одно называется «Контроль погоды», магия шестого ранга. Его мы можем с уверенностью исключить, поскольку это магия уровня легенд. Второе называется «Контроль облака», но и на него способны лишь могущественные заклинатели. Против такого врага выступят только глупцы.

Cтоявшие позади старшего друиды, одетые в похожие наряды, кивнули в знак согласия.

В отличие от Зарюсу другие людоящеры не понимали, насколько могущественна магия четвёртого ранга, и начали высказывать своё сомнение.

Старший друид задумалась, не зная, как всё объяснить, но затем указала на одного из людоящеров. Тот смутился, тоже указав на себя.

— Да, ты. Можешь меня победить?

Людоящер медленно покачал головой.

Возьми она в руки оружие, воин, может, и победил бы, но против магии у него не было ни единого шанса. Старший друид никак не могла проиграть простому воину.

— Но мой предел — магия второго ранга.

— Так он должен быть в два раза сильнее вас?

Услышав такой глупый вопрос, женщина вздохнула и покачала головой:

— Не все так просто. Магия четвертого ранга с лёгкостью убьёт даже нашего вождя.

«Хотя и это не всегда верно», — мысленно добавила старший друид, закрыв рот.

Наконец до всех дошёл весь ужас магии четвертого ранга, зал наполнила тишина. И тут заговорил Сасурью:

— В общем, старший друид говорит, что...

— Лучше всего бежать. Даже если будем драться, выиграть не сможем.

— Что за вздор! — издав низкий рёв, высокий людоящер встал. По телосложению он был похож на Сасурью, это был старший воин. — Бегство без боя? Бежать лишь оттого, что на нас движется такая угроза, нельзя!

— У тебя в голове что, одни мускулы?! Если мы начнём сражаться, будет уже слишком поздно! — резко поднявшись, старший друид оказалась лицом к лицу со старшим воином. Потеряв самообладание, они угрожающе зарычали. Когда все уже испугались, что дело перерастёт в драку, послышался холодный голос:

— Достаточно.

Двое ящеров посмотрели на Сасурью и сели, будто их окатили холодной водой.

— Старший охотник, давайте послушаем твоё мнение.

— Оба в чём-то правы, я поинимаю их, — произнёс загорелый людоящер. Он казался маленьким. Нет, мышцами природа его не обделила, просто они были достаточно плотными. — Вот почему нужно изучить, в какую беду мы попали, пока ещё есть время. Предположительно, на нас идёт армия. Должны быть признаки сооружения передовой базы и всего остального, поэтому сначала нужно понаблюдать, а потом уже решить.

Пустыми разговорами делу не поможешь. Ряд людоящеров выразили согласие.

— Старейшина?..

— Мне нечего добавить, все отчасти правы. Вождь, решение за тобой.

— Му-у... — осмотрев зал, Сасурью встретился глазами с Зарюсу, сидевшим в толпе, и кивнул. Путешественник ощутил, будто его по-доброму толкнули в спину. Неизвестно, что его ждало впереди, тем не менее он поднял руку, показывая, что у него есть идея:

— Вождь, позвольте мне сказать.

Внимание всех людоящеров обратилось на Зарюсу. Большинство глядели выжидательно, но остальные — с недовольством.

— Здесь не желают слушать «путешественников». Ты должен быть благодарен, что мы позволили тебе присутствовать, — объявил член совета старейшин. — Сейчас же уход...

«Бам!» — хвост ударил по полу, отрезав слова старейшины, словно острым ножом.

— Тишина, — Сасурью издал гортанный звук, который людоящеры делают, когда рассержены; напряжение в зале резко возросло, и накаленная ранее обстановка остыла.

Однако старейшина, не обращая внимания на взгляды и предупреждения «не делай ничего необдуманного», открыл рот:

— Но вождь, не хорошо, что он пользуется привилегиями только из-за родства с тобой. Кроме того, путешественники...

— Я сказал тишина. Ты меня не слышал?

— Гэх.

— Все присутствующие мудры. Так почему бы не выслушать путешественника?

— Путешественники это...

— Вождь племени сказал своё слово, а ты всё равно отказываешься подчиниться?

Старейшина замолчал, и Зарюсу перевёл взгляд на остальных старших:

— Старший друид, старший воин, старший охотник, вы тоже думаете, что меня не стоит слушать?

— Нет, полагаю, стоит, — первым заговорил старший воин. — Какой же воин откажется слушать владельца Морозной Боли.

— Согласен, есть смысл послушать, — сказал старший охотник, затем старший друид пожала плечами:

— Конечно мы должны его выслушать. Лишь глупцы отказываются слушать мудрого ящера.

Став объектом насмешек, некоторые из членов совета старейшин нахмурились. Сасурью кивнул трём главам и позволил Зарюсу продолжить. Что тот и сделал, не вставая с места:

— Между побегом и сражением, мы должны выбрать сражение.

— Почему же?

— Это единственный верный выбор.

Обычно на вопрос вождя полагалось дать полный ответ. Но Зарюсу замолчал, словно уже закончил свою речь.

Сасурью взялся за подбородок и глубоко задумался.

Брат, ты понял, о чём я думаю?..

Зарюсу постарался скрыть свои сокровенные мысли. В это время старший друид, скорчив болезненную гримасу, спросила, не обращаясь ни к кому конкретно:

— Мы можем победить?

— Конечно! — прокричал старший воин, словно чтобы развеять тревогу, но старший друид лишь сузила глаза.

— Нет, при текущем раскладе вероятность успеха очень мала, — прямо заявил Зарюсу.

— Что именно ты пытаешься сказать?

— Старший воин, противник уже знает о нашей силе, иначе не стал бы действовать так необдуманно. А значит, с нашими текущими силами выиграть невозможно.

«Тогда что мы должны делать?» — когда все уже собрались озвучить сомнения, Зарюсу поделился своими мыслями:

— Вот почему мы должны сорвать планы врага... Все помнят предыдущую войну?

— Конечно.

Даже слабоумные не смогли бы забыть о войне, произошедшей несколько лет назад.

В прошлом на болотах жило семь племён людоящеров: Зелёный Коготь, Маленький Клык, Бритвенный Хвост, Драконий Зуб, Жёлтое Пятнышко, Острое Лезвие и Красный Глаз. Однако теперь их осталось лишь пять.

Война унесла жизни многих и стёрла с лица земли целых два племени.

Причиной конфликта послужила нехватка основного продукта питания — рыбы. Ящеры ловили рыбу всё ближе и ближе к середине озера и забирались всё глубже в лес. Так поступали все племена. Со временем охотники разных племён начали пересекаться между собой. Возникали ссоры. Поскольку это затронуло ресурсы питания, необходимые для выживания племени, о мирном исходе не могло быть и речи. Ссоры вскоре переросли в сражения, а кровавая бойня стала лишь вопросом времени...

Чтобы поддержать класс охотников, в бой вступил и класс воинов. Из-за нехватки еды разгорелась яростная битва. Сражалось пять из семи племён, и закончилось всё трое на двое: Зелёный Коготь, Маленький Клык и Бритвенный Хвост против Жёлтого Пятнышка и Острого Лезвия. Кроме класса воинов, в бой за своё племя пошли и другие мужчины, и даже женщины. После нескольких больших побед союза трех племен, куда входил Зелёный Коготь, оставшиеся два племени не смогли прокормить себя и разбрелись по округе. Тех, что остались, взял к себе Драконий Зуб, не участвовавший в войне.

По иронии судьбы, недостаток пищи, из-за которого и разгорелся конфликт, также исчез, поскольку число людоящеров значительно уменьшилось. Рыбы стало хватать всем.

— И что с того?

— Подумайте, что сказало то существо. По его словам, наша деревня вторая, а это означает, что оно оставило похожие сообщения и другим деревням.

— Ах.

Бесчисленные голоса согласились с Зарюсу.

— Это значит, что нужно снова образовать союз!

— Неужели...

— Да, нужно заключить союз.

— Как и во время предыдущей войны.

— И мы сможем победить?

Негромкое перешептывание вскоре переросло в гул. Вся хижина обсуждала слова Зарюсу, тем не менее вождь, Сасурью, продолжал молчать. Зарюсу казалось, что взгляд брата проникает в самые глубины его души; ящер не нашел в себе сил посмотреть тому в глаза.

Дав достаточно времени на обсуждение, Зарюсу продолжил:

— Не поймите неправильно. Я говорю о союзе, в который войдут все племена.

— Что? — поразился старший охотник, он вторым осознал смысл предложения путешественника.

Зарюсу посмотрел на Сасурью, и людоящеры, стоявшие на линии его взгляда, неосознанно разошлись в стороны.

— Вождь, я предлагаю образовать союз в том числе с Драконьим Зубом и Красным Глазом.

Разразился невероятный шум, зал будто взорвался. С этими двумя племенами, что не участвовали в войне, они даже не общались. Более того, Драконий Зуб принял беженцев из вражеских племён — остатки Жёлтого Пятнышка и Острого Лезвия.

Образовать союз с этими двумя племенами — значит объединить всех людоящеров. Если это удастся, то они, возможно, смогут победить. Когда все ухватились за слабую надежду, Сасурью неожиданно спросил:

— Кто будет представителем?

— Я пойду, — сразу же ответил Зарюсу.

Вождя это не удивило. «Должно быть, он хорошо знает характер младшего брата и ожидал такого ответа», — посчитали остальные людоящеры. Издавая звуки сопереживания, они согласились, что нет лучшего кандидата. Однако кое-кто думал иначе:

— Послать путешественника? — это был Сасурью. Его леденящий взгляд будто пронизывал Зарюсу насквозь.

— Всё так, вождь. Однако настали трудные времена. Если в других племенах не пожелают меня слушать лишь потому, что я путешественник, то они бесполезные союзники, — Зарюсу без труда выдержал ледяной взгляд.

Братья уставились друг на друга. Через пару секунд Сасурью одиноко улыбнулся. Может быть, он уже отчаялся остановить брата или же намеренно высмеивал себя за согласие, но его улыбку нельзя было назвать мрачной.

— Прихвати с собой печать вождя.

Это означало, что он станет представителем вождя. Несколько старейшин, желавших было возразить: «Такую вещь нельзя отдавать путешественнику», — умолкли под натиском взгляда Сасурью.

— Крайне признателен, — Зарюсу поклонился.

Приняв его благодарность, вождь продолжил:

— Теперь мне следует выбрать представителей, которые направятся к другим племенам. Первым будет...

Холодный ветер подул в ночи. Из-за высокой влажности и летней жары жизнь на болотах была сплошным мучением, однако ночью жара спадала, а порывы ветра даже казались леденящими. Впрочем, для толстокожих людоящеров это не имело значения.

Зарюсу зашагал по болотам, направляясь к хижине Ророро. Хоть время ещё оставалось, нельзя было сказать с уверенностью, что не произойдёт ничего неожиданного. Более того, ящер не знал, придержится ли враг объявленного срока или, быть может, помешает ему. Потому поехать через болота на Ророро было наиболее правильным решением.

Выйдя из леса, Зарюсу вдруг встал как вкопанный, за его спиной качнулся мешок, наполненный всевозможными предметами. В лунном свете он заметил знакомый силуэт людоящера, покидающего хижину Ророро.

Увидев друг друга, оба пошатнулись, и сбитый с толку Зарюсу изогнул шею в поклоне. Людоящер с чёрной чешуей подошёл ближе.

— Мне кажется, мантия вождя подходит тебе куда лучше, чем мне, — единственное, что сказал Сасурью, подойдя на два метра ближе.

— Что ты такое говоришь, старший брат...

— Помнишь предыдущую большую войну?

— Конечно.

Поскольку Зарюсу поднял этот вопрос на собрании, забыть её он никак не мог. Правда, суть вопроса Сасурью заключалась не в этом.

— После войны ты стал путешественником. Ты не представляешь, как я сожалел, когда тебе на груди выжгли знак. Следовало остановить тебя, даже если бы пришлось пустить в ход кулаки.

Зарюсу неистово затряс головой. Выражение лица, с которым брат наблюдал за этим процессом, с тех пор шипом засело у него в сердце.

— Старший брат, тогда ты позволил мне уйти, лишь благодаря этому я смог научиться выращивать рыбу.

— Даже оставшись здесь, ты смог бы придумать этот метод. Такой умный ящер, как ты, должен был стать столпом деревни.

— Старший брат.

Прошлое осталось в прошлом, потому любые гипотетические разговоры, которые начинаются с «а что, если...», совершенно бесполезны. Но такие размышления были слабостью этих двух ящеров.

Нет, не совсем так.

— Скажу тебе как старший брат: я не уверен, что все пройдет гладко, если ты пойдешь один. Возвращайся целым и невредимым, не пытайся быть храбрецом.

Зарюсу заносчиво улыбнулся:

— Вот увидишь, я со всем справлюсь. Это задание для меня ничто.

— Хех, — губы Сасурью расплылись в кривой улыбке. — Тогда если провалишься, отдашь мне свою самую толстую рыбину.

— Старший брат, сейчас не время выпрашивать рыбу.

— Му-у...

Оба ящера тихо рассмеялись.

И затем обменялись серьезными взглядами.

— Так ты правда хочешь только это?

— Что ты говоришь? Что ты имеешь в виду? — на краткий миг Зарюсу сузил глаза... и затем про себя подумал: «Вот чёрт!». Его старший брат был умён и проницателен, не стоило так реагировать.

— В зале своей речью ты словно подстрекал всех, но то, как ты это делал... Очевидно, ты что-то скрываешь.

Зарюсу промолчал, Сасурью продолжил:

— Причиной предыдущей войны стали не только распри между племенами, но и существенное увеличение населения.

— Старший брат... давай сейчас не будем об этом, — мрачно ответил Зарюсу, тем самым подтвердив подозрения Сасурью.

— Значит... в этом дело.

— Конечно в этом. Нельзя, чтобы повторилась война за еду, — выплюнул Зарюсу, неявно высказав свои мерзкие мысли и планы. Именно эту грязь он хотел утаить от старшего брата.

— Что, если другие племена не захотят присоединяться к союзу? Всегда найдутся желающие убежать или остаться в тылу.

— В таком случае... единственный выход — уничтожить их.

— А начнём мы с уничтожения собственного племени?

— Старший брат... — взмолился Зарюсу.

Сасурью улыбнулся немного не к месту:

— Я тебя понимаю. Как тот, кто ведёт это племя, я с тобой согласен. Поскольку это затрагивает наше выживание, конечно, мне пришлось это учесть. Вот почему не нужно скрытничать, младший брат.

— Я ценю твои слова. Тогда следует привести всех в эту деревню?

— Нет. По словам того существа эта деревня вторая. А главная битва должна произойти в первой. Лучшей стратегией было бы собраться в последней деревне или в деревне с самой лучшей защитой, но если она будет уничтожена, это нанесёт серьёзный удар по нашей боеспособности в последующих боях, поэтому давай развернём оборону в первой деревне. Обмениваться важной информацией будем с помощью магии старших друидов, чтобы ты мог передать всё прямо сюда.

— Хорошо.

Магия, которую упомянул Сасурью, была деликатной и не могла передавать слишком много информации или работать на слишком большом расстоянии, но Зарюсу рассудил, что сейчас с этим трудностей не будет.

— Ничего, если мы будем кормить солдат рыбой с твоей фермы?

— Конечно, но оставь мальков. Вырастить их было непросто, и даже если мы покинем деревню, со временем они пригодятся.

— Договорились. Тогда сколько твоя ферма сможет предоставить?

— На тысячу тонн должно набраться.

— Тогда... в ближайшее время трудностей у нас не возникнет.

— Оставляю это на тебя. Что ж, старший брат, пора мне уходить... Ророро, — позвал Зарюсу, в окне появилась змеиная голова. Чешуя, отражающая бледно-голубой лунный свет, была сказочно красива. — Мы уезжаем. Можешь встать вот здесь?

Ророро мгновение смотрел на Зарюсу и Сасурью, а затем убрал голову. Послышался громкий всплеск, словно в воду прыгнуло что-то большое и тяжёлое.

— Старший брат, можешь ответить ещё на один вопрос? Сколько ящеров пойдёт на войну, а сколько останется? Это может потребоваться для переговоров.

Сасурью на мгновение задумался, после чего ответил:

— Останется десять воинов, двадцать охотников, три друида, семьдесят женщин, сто мужчин, дети... из каждого племени примерно столько.

— Хорошо, я запомню...

Сасурью устало улыбнулся, а Зарюсу промолчал. Тишину нарушил внезапный всплеск воды. Оба ящера посмотрели в ту сторону, с ностальгией и улыбкой вспоминая:

— Да, старший брат, я тоже не ожидал, что он вырастит таким большим. Когда я его подобрал, он был совсем крохотным.

— Мне тоже трудно поверить, когда ты его принёс, он уже был довольно большим.

Двое ящеров вспоминали прошлое Ророро. На некотором расстоянии от хижины из воды поднялись четыре змеиных головы, все четыре, одинаково разрезая водную гладь, поплыли к Зарюсу. Внезапно головы двинулись вверх, и в воде показалось огромное четырёхлапое тело, с которым они были связаны длинными шеями.

Гидра.

Это было понятно не только по змеиным частям его тела, но и по чавканью, с которым тот ел рыбу. Двигаясь неожиданно быстро для пятиметрового существа, он оказался возле Зарюсу.

Зарюсу, словно обезьяна, ловкими движениями взобрался на спину Ророро.

— Смотри не умри там. Что-то мне подсказывает, что использование мозгов не твой конёк. Когда-то ты кричал: «Ни один ящер не должен быть принесён в жертву!» — помнишь?

— Я уже повзрослел, это в прошлом.

Сасурью фыркнул:

— Ребёнок стал настоящим мужчиной... Что ж, отлично. Не попади в беду. Если не вернёшься, первая цель для нападения будет выбрана.

— Я обязательно вернусь. Просто жди, старший брат.

Чуть погодя они обменялись полными эмоций взглядами и без предупреждения разошлись в разные стороны.

Часть 3

На девятом этаже Великого Склепа Назарика находилось много разнообразных комнат. По большей части там были комнаты членов гильдии и НИП, но кроме них — копии больших общественных бань, столовых, салонов красоты, магазинов одежды, продуктовых магазинов, залов для фитнеса, маникюрных салонов и многих других заведений.

В игре эти комнаты не приносили особой пользы. Просто членам гильдии они нравились, или, наверное, те мечтали об идеальном городе, а может, даже тосковали по таким заведениям из-за тягот реальной жизни.

Среди этих комнат была одна особенная, ей заведовал заместитель шеф-повара Великого Склепа Назарика. Хоть свои умения он обычно демонстрировал в столовой, в указанное время несколько раз в неделю он приходил сюда и готовил для тех, кто мог зайти.

Тускло освещённая комната была стилизована под бар. В нём обычно зависали несколько постоянных клиентов.

По другую сторону от стойки находилась витрина с алкоголем, а завершали картину восемь стульев. Вполне обычный бар, но для того чтобы выпить в тихой обстановке этого вполне хватало. Заместитель шеф-повара считал это место своим замком, и оно доставляло ему огромное удовольствие.

Однако на обстановку влияли и клиенты, имеющие изысканный вкус. Он понял эти небольшие тонкости, когда встретил первого сегодняшнего посетителя.

Глоть, глоть, глоть, фу-у-ух...

Издавая такие звуки, эта особа осушила кружку.

Протирая бокал, про себя он подумал, что для тех, кто так пьет, есть более подходящие места. На самом деле на девятом этаже были и комнаты отдыха, и даже таверны, так что у подобных людей не возникало необходимости приходить в этот бар. Заместитель шеф-повара всеми силами старался не скривиться при виде особы, которая осушила пол-литровую пивную кружку и хлопнула ею о стойку.

— Ещё!

Заместитель шеф-повара подставил бокал под струю самогона, а затем добавил рюмку голубого пищевого красителя и аккуратно поставил перед клиентом.

— Этот коктейль называется «Слёзы леди».

Посетительница с подозрением посмотрела на напиток: бармен был равнодушен, да и процесса смешивания коктейля она не видела. Но всё же у неё во взгляде читалась признательность.

— Ах, синий цвет, который расплывается по стакану, символизирует слезу?

— Да, вы правы, — сквозь зубы соврал он.

Женщина схватила бокал, поднесла ко рту и осушила одним махом, словно пила молоко после душа. Без колебаний она ударила пустым бокалом о стойку, как и в случае с предыдущим напитком.

— Ху-у, кажется, я слегка опьянела.

— Ничего не поделать, вы пьете слишком быстро. Почему бы в этот раз не уйти пораньше?

— Нет, не хочу возвращаться...

— Неужели?..

Протирая очередной бокал, бармен начал сердиться из-за взгляда женщины.

Может, она и хочет что-то сказать, но язык не поворачивается. Ну почему с ними всегда так хлопотно?.. Такому заведению больше подходят джентльмены, а не смутьянки. А запретить им входить... невозможно, это было бы слишком невежливо по отношению к Высшим существам. Но в этот раз напортачил я.

Он сам пригласил её сюда, когда увидел, что она бесцельно бродит по девятому этажу, а теперь пожалел об этом. Как хозяин бара, он должен быть вежлив с посетителем.

Пусть я делаю напитки небрежно, но подавать их следует правильно!

Набравшись решимости, он спросил:

— Что-то случилось, госпожа Шалти?

В то же мгновение женщина по имени Шалти с готовностью ответила, словно всё это время ждала подобного вопроса, тем самым подтверждая его догадку:

— Прости, но я не желаю об этом говорить.

Прекрати шутить со мной. Его лицо исказилось, но он был человеком-грибом, так что женщина этого не поняла и ничего не сказала, просто продолжив играться со стаканом на стойке.

— Немного пьяны?

— Ага...

Это невозможно.

Может быть, Шалти чувствовала себя уже пьяной, но он был уверен в обратном.

Опьянение и отравление входили в одну и ту же группу отрицательных эффектов, потому особа с абсолютным иммунитетом к яду не могла опьянеть. А Шалти была нежитью, обладающей иммунитетом к токсинам, так что это касалось и её. Как правило, приходившие в бар или применяли нейтрализующие яд предметы, или знали, что не опьянеют, и просто хотели насладиться обстановкой.

Вот только Шалти искренне чувствовала себя пьяной, она опьянела от атмосферы.

Что же тогда делать?. К счастью, в это мгновение он услышал спасительный звонок. Бармен склонил голову перед пришедшим клиентом:

— Добро пожаловать.

— Рад тебя видеть, Пики, — клиент назвал его по прозвищу, которое тот получил из-за похожей на гриб внешности.

Это был постоянный посетитель, помощник дворецкого, Эклеа Эклер Эйклеа, которого нёс на руках слуга.

Как обычно, Эклера молча посадили на стул, так как маленький рост не позволял ему сделать это самостоятельно. Шалти проигнорировала помощника дворецкого, что Пики посчитал немного странным. Он повернулся к ней и увидел, как девушка что-то бормочет опустив голову. Кажется, она извинялась перед Высшим существом.

Эклер с поддельной напыщенностью заказал:

— Тот коктейль.

— Понял.

Ему на ум пришёл лишь один особый напиток, который требовал смешивания десяти крепких видов алкоголя, чтобы создать десятицветный коктейль — «Назарик». Очень красивый напиток, а также очень вкусный, постоянные посетители часто говорили, что он заслуживает своё громкое имя. Однако бармен не рекомендовал бы его другим. Чтобы сделать напиток ещё восхитительней, он прошёл через множество проб и ошибок, но ещё не завершил его.

Искусными движениями бармен изготовил разноцветный коктейль и положил его перед Эклером.

— Госпожа, пожалуйста, попробуйте.

Что-то заскользило, стукнулось и пролилось.

Эклер хотел передать стакан скольжением по стойке. Но такое удается лишь в манге, ну или нужно быть весьма умелым, и уж точно не пингвином.

Пики поднял упавший стакан, убедился, что он не треснул, и вздохнул с облегчением. Затем достал тряпку и вытер пролившуюся на стойку жидкость. С недовольным видом он медленно произнёс:

— Можете, пожалуйста, не махать плавниками? А если всё же хотите продолжить, я положу вас в тазик и вынесу.

— Я очень сожалею...

Впервые заметив Эклера, Шалти подняла голову и поприветствовала его:

— А, не Эклеа ли это? Давно не виделись.

— Давно... Но мы видимся каждый раз, когда я прихожу на девятый этаж.

— Правда?

— Да, правда, но... Я никогда не видел вас в этом баре. Я думал, что сюда заходят только такие Стражи как Демиург. В прошлый раз он пришел вместе с Коцитом, чтобы в тишине насладиться напитками.

— О, правда? — удивилась Шалти.

— Что-то не так? Почему вы сюда пришли?

— Это не такое уж большое дело... просто... я совершила серьезную ошибку, вот почему я, подобно всяким неудачникам, нахожу утешение в алкоголе.

Эклер незаметно взглядом спросил у Пики: «Что с этой девушкой?» — но тот лишь покачал головой. Он хотел дать им насладиться более приятными напитками и произнёс:

— Почему бы не поднять настроение соком?..

Эклер и Шалти удивились его предложению.

— ...из яблок, подобранных на шестом этаже.

Любопытство взяло верх, и они двое одновременно кивнули. Их простая реакция удовлетворила Пики. Затем он поставил на стойку две порции обыкновенного яблочного сока и перевёл взгляд на стоявшего позади слугу, но, как обычно, его предложение отклонили.

Вместо рта у Эклера находился клюв... потому он не забыл положить соломинку.

— Освежающий вкус.

— Неплохо, но чего-то не хватает... может быть, он недостаточно сладок?

Таким было впечатление тех двоих, после того как они выпили всё одним махом.

— Ну, ничего не поделаешь. Я пробовал образец, когда яблоки только привезли. Он сильно проигрывает по вкусу напиткам, что хранятся в Назарике.

— На шестом этаже есть яблони? Не припоминаю.

Может быть, Шалти об этом слышала, она ответила раньше Пики:

— Возможно, это их принёс владыка Аинз? Альбедо говорила, что он пытается выращивать фрукты из внешнего мира, чтобы пополнять ими наши запасы.

Об этом слышал и Пики.

Более того, он готовил из разнообразных продуктов, которые доставляли извне. Его задача заключалась в том, чтобы обнаружить, возможно ли из них приготовить блюда, способные повысить характеристики.

— Верно, я тоже об этом слышал. Если план пройдёт гладко, следующим шагом будет создание фруктового сада, но, кажется, сладости ещё очень и очень не хватает.

— Нет, пить можно. Если бы мне захотелось чего-то сладкого и освежающего, я предпочла бы этот сок.

— А кто выращивает яблоки? Ауры и Мара сейчас нет. Неужели эту ответственность... возложили на монстров?

— Нет-нет. На лесную фею, которую владыка Аинз привёл из внешнего мира.

Эклер ничего не понял, тогда как Шалти тут же догадалась, о ком идёт речь.

— Что происходит? К Назарику присоединяются новые лица?

На вопрос Эклера ответила Шалти. Хотя Пики тоже видел лесную фею, он не знал, как так получилось, и потому решил, что Шалти расскажет об этом подробнее.

Похоже, лесную фею привели, когда завершилась проверка командной работы Стражей. Выполняя условия некоторых договорённостей, она пришла в Назарик и стала выращивать яблоки.

— Назарик тоже развивается, становится сильнее.

Шалти и Пики согласились со словами Эклера.

Пики, обычный заместитель шеф-повара, понятия не имел о планах Великого Склепа Назарика. Но теперь он осознал, что Аинз Оал Гоун, последнее оставшееся Высшее существо, направляет все силы на обретение небывалого могущества.

— Ясно. Тогда в будущем ещё многие последуют примеру этой лесной феи и присоединятся к рядам Назарика.

Шалти надула щёки и недовольно заявила:

— Отвратительно. Чтобы в месте, созданном Высшими существами... бегали эти грязные вещи...

Пики тоже так считал. Это место благословили Высшие существа. Родившихся здесь даже обычная мысль о том, что посторонним будет позволено войти, заставляла хмуриться. Но кое-что было важнее его личных мыслей.

— Нужно терпеть. Это ведь решение владыки Аинза.

Решение самого высокого из Высших существ, Аинза Оала Гоуна, было абсолютом. Если он назовёт белое чёрным, то оно будет чёрным.

— Я не оспариваю решения владыки! — запаниковала Шалти, двое других согласно кивнули.

— Тогда в будущем мы должны стать примером для подражания и быть более верными владыке Аинзу, чем остальные. Кто-кто, а вы точно не восстанете против владыки.

— Верно. Кстати, Шалти, не хочешь присоединиться ко мне? В будущем я награжу тебя еще большей властью... — Эклер начал свою обычную вербовку... которая никогда не заканчивалась успехом, но вдруг его прервал странный вопль:

— Не-е-е-е-ет!

Оба мужчины уставились на Шалти, которая схватилась за голову и начала безостановочно твердить о своей преданности.

— Что случилось?.. Её голос отличается от обычного, — потрясённо спросил Эклер, Пики лишь покачал головой и пожал плечами:

— Кто знает?

Глава 2. Собираемся, ящеры

Часть 1

Целых полдня Зарюсу по болотам ехал на Ророро, солнце уже поднялось высоко в небо, тем не менее он не встретил ни одного врага и без происшествий добрался до места назначения.

На болотах стояло несколько десятков таких же хижин, как и в деревне Зеленого Когтя, но их окружали острые колья, направленные наружу. Хотя колья и были редкими, они могли защитить от нападения больших существ, подобных Ророро. По количеству хижин деревня уступала Зеленому Когтю, но каждая из них была крупнее. Отчего становилось непонятно, население какой из деревень больше. На вершине каждой хижины развевался флаг с эмблемой людоящеров Красного Глаза. Всё правильно, Зарюсу достиг своей первой цели — поселения племени Красный Глаз.

Осмотревшись вокруг, ящер вздохнул с облегчением. К счастью, это племя обитало там же, где и раньше. Зарюсу полагал, что после войны ящеры могли переселиться в другое место. В таком случае ему пришлось бы заняться их поисками.

Зарюсу обернулся — где-то там, вне поля его зрения, стоит его собственная деревня, в которой подготовка к войне уже идёт полным ходом. Уходил он с тревогой на сердце, однако теперь знал — деревня пока в безопасности. То, что он добрался сюда без происшествий, и служило тому доказательством.

Он не мог понять, был ли это просчёт Великого, или же тот учёл и подобные действия, но в любом случае противник пока не собирался отменять своё решение и не пытался помешать приготовлению к битве. Конечно, даже если бы так называемый «Великий» вмешался, это не пошатнуло бы уверенности Зарюсу.

Ящер спрыгнул с Ророро и потянулся: от долгой езды мышцы затекли, и небольшая разминка оказалась очень приятной. Затем скомандовал Ророро оставаться здесь и ждать, потом достал из наплечного мешка немного сушёной рыбы. Она станет для Ророро и завтраком, и обедом. Если честно, Зарюсу хотелось, чтобы гидра поохотилась самостоятельно, но он воздержался от такой команды из-за нежелания вторгаться на охотничьи земли Красного Глаза.

Похлопав несколько раз каждую из голов Ророро, Зарюсу направился в деревню. Возьми он с собой гидру, другая сторона побоялась бы и не пожелала выходить. Зарюсу пришёл сюда заключать союз и не хотел показаться высокомерным.

Шумно разрезая водную гладь, путешественник продвигался вперёд.

Вдалеке Зарюсу заметил нескольких воинов Красного Глаза, плотной группой обходящих внутренний периметр кольев. Экипированы они были точно так же, как воины племени Зелёный Коготь: доспехов нет, в руках деревянное копье — обычная деревянная палка с заостренной костью в качестве наконечника. Некоторые держали пращи, но поскольку камней в них не было, атаковать сразу они не собирались.

Зарюсу всеми силами пытался не провоцировать их, он медленно шёл вперёд, пока не встретился с ними у главных ворот деревни. Путешественник взглянул на бдительных людоящеров и громко произнёс:

— Я — Зарюсу Шаша из племени Зелёный Коготь. Есть дело, которое я желаю обговорить с вашим вождём!

Через некоторое время пришел пожилой ящер, опирающийся на трость, в сопровождении пяти крепких ящеров. Всё тело старика сверху аж до кончика хвоста покрывали белые узоры.

Это старший друид?

Зарюсу держался властно. Он не мог проявлять слабость, ведь по положению этот ящер был ему равен. Зарюсу не дрогнул даже тогда, когда старший друид увидел знак у него на груди.

— Зарюсу Шаша из племени Зелёный Коготь. Я пришёл обсудить один вопрос.

— Не скажу, что мы вам рады, но лидер нашего племени готов с вами встретиться. Пожалуйста, следуйте за мной.

В этой вежливости крылось нечто странное. Почему вождя племени не назвали вождём, и почему они не потребовали показать предмет, доказывающий, что Зарюсу и вправду представитель Зелёного Когтя? Однако если бы он сказал что-либо сейчас, племя могло разозлиться, что в дальнейшем привело бы к проблемам. Терзаемый нехорошим предчувствием, Зарюсу молча последовал за процессией людоящеров.

♦ ♦ ♦

Зарюсу привели к небольшой красивой хижинке.

Правда, по размеру она превосходила дом брата. Стены были украшены редкими узорами, указывающими на знатность владельца. Путешественника обеспокоило отсутствие окон, лишь щели для вентиляции выходили наружу. Людоящеры могли ясно видеть в темноте, но это не значило, что темнота им нравилась.

Зачем кому-то жить в такой тёмной хижине?

У Зарюсу появилось множество вопросов, но ни один из них не получил ответа. Он обернулся и увидел, что друид и воины, которые привели его сюда, ушли. Когда они сообщили о своём уходе, Зарюсу посчитал, что с их стороны это слишком беспечно, и почти выдал свои сомнения. Но когда услышал, что так желает лидер, другими словами — исполняющий обязанности вождя, его уважение к ждущей внутри особе возросло.

Хотя Зарюсу пообещал брату, что вернётся целым и невредимым, он уже приготовился к тому, что не сможет исполнить обещанное. Поэтому пытаться надавить на него, окружая охраной, было бесполезно. Если бы это было всё, на что они способны, то его разочарованию не было бы предела. Однако если другая сторона уже знает его замыслы и всё равно показала великодушие...

Возможно, меня ожидает умелый переговорщик, хлопотный оппонент...

Не обращая внимания на взгляды, тихонько бросаемые на него издали, Зарюсу подошёл прямо к двери и объявил громким голосом:

— Я Зарюсу Шаша из племени Зелёный Коготь, Я пришёл сюда встретиться с лидером племени.

Изнутри ответил тихий голос, голос женщины. Он разрешал ему войти.

Зарюсу без колебаний открыл дверь.

Внутри было темно, как он и предполагал. Из-за перепада яркости освещения Зарюсу несколько раз моргнул, хоть и обладал ночным зрением. Пахло какими-то лекарствами, и ещё в нос ударил запах растений. Он представлял пожилую женщину, но реальность оказалась иной.

— Добро пожаловать, — поздоровались откуда-то из темноты.

Из-за двери Зарюсу подумалось, что голос принадлежит пожилому ящеру. Однако вблизи в нём чувствовалась энергия молодости. Когда он наконец привык к освещению, перед глазами появилась особа.

Белая.

Таким было первое впечатление Зарюсу.

Снежно-белые чешуйки — безупречная чистота. Круглые, ярко-красные, словно рубины, глаза и тонкие руки, принадлежащие не мужчине, а женщине. Всё её тело покрывали красные и чёрные узоры, а значит она была взрослая, могла использовать разнообразную магию, а также... незамужняя.

В прошлом Зарюсу однажды ранили копьем.

Сейчас же он почувствовал, как тело яростно горит, словно его проткнули горячим железным прутом, а сердце бешено забилось. Это вызвало жгучую боль, которая расползлась по всему телу. На самом деле боли не было, но... Зарюсу утратил дар речи и застыл.

Поняв его молчание по-своему, девушка самоуничижительно улыбнулась:

— Похоже, я странное зрелище даже для владельца одного из четырёх сокровищ, Морозной Боли.

Альбиносы сами по себе очень редки. Из-за своей окраски им тяжело выжить. Представители несколько цивилизованных людоящеров имели похожие склонности — слабость к солнечному свету, плохое зрение. Людоящеры не достигли такого уровня цивилизации, при котором слабые представители могли выжить. Потому взрослые альбиносы встречались очень редко. Были даже случаи, когда их убивали при рождении. Повезет, если обычный людоящер посчитает альбиносов отвратительными. Некоторые считали их монстрами, вот почему она насмехалась над собой.

Однако Зарюсу отличался от большинства.

— Что-то не так?.. — удивлённо спросила девушка застывшего у двери Зарюсу.

Тот издал вибрирующий глухой рёв. Услышав этот звук, девушка-людоящер широко открыла глаза и рот от удивления, замешательства и смущения. Этот звук был не чем иным, как рёвом ухаживания. Зарюсу пришёл в себя и осознал, что наделал. У человека бы покраснели уши, а ящер несколько раз возбуждённо махнул хвостом.

— Ах, нет, не так, постой, не не так, не это, я хотел сказать…

Его отчаянные взмахи успокоили девушку, она улыбнулась, озадачив Зарюсу.

— Пожалуйста, успокойтесь. Неудобно, когда вы так... размашисто двигаетесь.

— Ах! Простите, — путешественник схватился за голову, извинился и вошёл в хижину.

В то же время хвост девушки опустился, словно она наконец расслабилась. Однако самый его кончик всё ещё колебался — она успокоилась не полностью.

— Пожалуйста, заходите.

— Моя искренняя благодарность, — зайдя внутрь, Зарюсу увидел, что она указывает на подушку, сотканную из неизвестного растения. Он тут же опустился на неё, а она присела напротив.

— Мы видимся впервые, я путешественник из племени Зелёный Коготь, Зарюсу Шаша.

— Спасибо за вашу любезность. Я исполняющая обязанности вождя племени Красный Глаз, Круш Лулу.

Закончив с приветствиями, они начали присматриваться друг к другу, как будто пытаясь разгадать намерения друг друга. Хижина погрузилась в тишину, но так не может продолжаться вечно. Зарюсу — гость, потому первое слово за хозяйкой, Круш.

— Прежде всего, господин посланник, думаю, нам нет нужды быть такими формальными. Я предпочла бы более свободный разговор. Поэтому, пожалуйста, устраивайся поудобнее.

Принимая её предложение, Зарюсу кивнул:

— Крайне признателен за это, не люблю говорить серьёзным и официальным тоном.

— Тогда не поделишься причиной своего визита? — спросила Круш, хотя уже догадывалась об ответе. Загадочная нежить, которая появилась в центре деревни. Магия, управляющая погодой, заклинание четвёртого ранга «Контроль облака». А теперь людоящер из другого племени, тот, кто достоин называться героем. Ответ напрашивался только один. Она уже даже придумала, как будет реагировать на слова Зарюсу, как вдруг... все её ожидания разбились.

— Пожалуйста, выйди за меня...

— ...

— ?..

— Ха?!. — на мгновение Круш не поверила ушам.

— На самом деле сначала я пришёл не за этим. Понимаю, что это должно подождать до завершения моего задания, но не в моих силах лгать сердцу. Можешь смеяться над этим глупым мужчиной.

— А... а... ах... ха.

Она с самого рождения никогда не слышала таких слов, и они не должны были иметь никакого отношения к ней. Бурный шторм разорвал в клочья ее мысли и пылью рассыпал вокруг; она не могла их собрать. Перед растерянной Круш Зарюсу натянуто улыбнулся и продолжил:

— Прости, я не знаю, что сказать, мы сейчас столкнулись с таким бедствием. Ответ может подождать, пока всё не закончится.

— Ух, ха... ха-ха.

Наконец собравшись с мыслями, Круш успокоилась. Однако когда она вспомнила предыдущие слова Зарюсу, мысли снова пришли в беспорядок. Круш попыталась тайно взглянуть на сидевшего перед ней мужчину, чье лицо выглядело очень спокойным.

Говорить мне такое, но оставаться невозмутимым... Наверное, он часто делает предложения?! Или, может, ему часто делают предложения?.. Ну, он довольно удалый... Ах, о чём я думаю! Это часть его плана. Наверное, он хочет манипулировать мною. Признаться мне в любви. П-п-признаться такой, как я...

К ней никогда не обращались как к женщине, она не могла сохранять спокойствие и не заметила, что кончик хвоста Зарюсу тоже чуть дрожит. Мужчина перед ней тоже изо всех сил старался подавить эмоции и не дать им проступить на лице.

Вот почему снова настало молчание. Им обоим требовалось немного тишины, чтобы волнение поутихло. Примерно через десять минут они наконец-то смогли вернуться к главной теме разговора. Круш попыталась снова спросить Зарюсу о причине его визита, но вспомнила предыдущие слова.

Как же ты посмел!

Хвост Круш шлепнул по половице. Мужчина перед ней вздрогнул, будто это он получил удар.

Круш внутри запаниковала из-за своей невежливости. Даже если Зарюсу лишь путешественник, сейчас он представитель племени... и, более того, не какой-то там обычный людоящер, а герой, обладающий Морозной Болью. Грубость по отношению к такому ящеру непростительна.

Но это твоя вина! Давай, скажи же хоть что-нибудь!

Зарюсу же смутился, вспоминая свою поспешность, и решил молчать. Однако Круш, которая словно закрывала крышку над активным вулканом, настолько была поглощена эмоциями, что совсем этого не заметила.

Тишина продолжилась, но Круш осознала, что это не выход, и решила поговорить о чём-то другом:

— Ты не страшишься моего тела... наверное, не удивительно, что ты герой? — колко произнесла она; Зарюсу озадачился, он не понял, что она такое говорит. Круш тоже было интересно, что же она такое говорит. — Я имею в виду, ты не боишься моего тела альбиноса.

— Оно белое, словно снежные шапки гор...

— Э?..

— Прекрасный цвет...

Конечно, такого она не слышала никогда в жизни.

Ч-что этот мужчина говорит!

Давление внутри Круш достигло такой точки, что она уже не выдерживала, и крышка, его сдерживающая, сорвалась от одной этой фразы. Пока Круш терялась в хаосе своих мыслей, Зарюсу плавно протянул руку и погладил её чешуйки. Яркие и утончённые... и по этим чуть холодным чешуйкам его рука плавно скользила вниз, словно по водной глади.

Шшшшш! Без труда можно было понять, что это шипение означало, но в её дыхании было что-то ещё.

Из-за этого они оба смогли немного успокоиться и осознать, что было сделано ей, и что подсознательно сделал он. Оба вздрогнули всем телом. Почему я это сделал? Почему я ему позволила? Сомнение превратилось в тревогу, а тревога привела к замешательству. В итоге два хвоста ударили пол так сильно, что хижина пошатнулась. Они переглянулись и посмотрели на хвосты друг друга. Те замерли, будто время остановилось.

— ...

— ...

Повисла тяжелая атмосфера, скорее даже взвинченная. На людоящеров навалилась тишина, и они тайком посмотрели друг на друга. Наконец сумев привести мысли в порядок, Круш посмотрела на него леденящим взглядом, не терпящим лжи, и спросила:

— Почему... так внезапно?

Хотя ей было трудно выразить свои мысли словами, Зарюсу, видно, понял её, и ответил честно, без колебаний:

— Это любовь с первого взгляда. К тому же в этой войне нас может ждать гибель, я не хочу ни о чём сожалеть.

Слишком честно. Его слова, не скрывавшие эмоций, заставили Круш потерять дар речи. Однако часть слов она просто не могла проигнорировать:

— Даже владелец знаменитой Морозной Боли приготовился умереть в битве?

— Да. На этот раз враг непостижим, к нему нельзя относиться легкомысленно... Ты видела монстра, служившего посланником? У пришедшего в наше поселение была такая внешность...

Круш приняла картинку, которую передал Зарюсу, и, быстро взглянув, кивнула:

— Да. Тот же самый монстр.

— Ты знаешь, что он такое?

— Нет. Никто в племени понятия не имеет, даже я.

— Неужели?.. На самом деле я однажды пересекался с таким монстром... — Зарюсу остановился, чтобы посмотреть на реакцию Круш, и продолжил: — И я сбежал.

— Э?..

— Я не мог победить. Нет, красивее говоря, шансы умереть были пятьдесят на пятьдесят.

Круш поняла, насколько ужасный им встретился монстр, и облегчённо вздохнула, поняв, что поступила правильно, тогда остановив воинов.

— Он может издавать крик, вызывающий помешательство. А ещё имеет бесплотное тело, потому он почти неуязвим к простому, не зачарованному оружию. Количеством его не задавить.

— Среди заклинаний наших друидов есть одно, с помощью которого можно временно зачаровать мечи...

— Оно может защитить от ментальных атак?

— Может усилить сопротивляемость, но защитить душу у всех мы не в силах.

— Понятно... на эту магию способны все друиды?

— Усиливать сопротивляемость могут почти все. Но кроме меня никто не способен защитить разум от помешательства.

Круш заметила, что дыхание Зарюсу чуточку изменилось. Видно, он уже понял, что свой статус Круш получила не просто так. Верно. Круш Лулу — очень умелый лесной друид. Наверное, даже сильнее всех остальных старших друидов людоящеров.

— Каким в очереди стоит племя Красный Глаз?

— Монстр сказал, что мы четвёртые.

— Ясно... Тогда что ты собираешься делать?

Прошло несколько секунд.

Круш задумалась, выгодно ли озвучивать их планы. Племя Зелёный Коготь наверняка решило воевать, а Зарюсу пришёл сюда, скорее всего, чтобы образовать союз и пойти в бой вместе. Так что же будет лучше для её племени? Изначально Красный Глаз не намеревался образовывать союз. Они решили искать убежище. Потому что пойти войной на тех, кто способен использовать магию четвёртого ранга, — глупо. Более того, посланная противником нежить обладала такими ужасающими способностями, что становилось ясно — другого выбора, кроме как бежать, просто и быть не может.

Но стоит ли это озвучивать?

Круш оказалась в ловушке собственных мыслей; Зарюсу сузил глаза и заговорил:

— Позволь мне сказать, что я думаю на самом деле.

Понятия не имея, что ей собирается поведать путешественник, Круш даже моргать перестала, глядя на него.

— Я беспокоюсь о том, что случится после бегства.

Круш не понимала смысл его слов, Зарюсу спокойно продолжил:

— Думаешь, покинув знакомую местность, в которой привыкла жить, ты сможешь поддерживать тот же образ жизни, что и сейчас?

— Это невозможно... нет, это будет очень трудно.

Если они найдут себе новое место обитания, придётся биться не на жизнь, а на смерть... На озере жили не только людоящеры — свой кусок болот они смогли заполучить, выиграв множество изнурительных войн. Такой вид просто не мог с лёгкостью обжиться в новом, незнакомом месте.

— Скорее всего, пищи будет не хватать.

— Вероятно, — с подозрением ответила Круш, не понимая, к чему тот клонит.

— Тогда если пять соседствующих племён одновременно пойдут искать убежище, что, ты думаешь, случится?

— Это!.. — Круш умолкла, потому что наконец осознала.

Хотя озеро было довольно обширным, когда какое-то племя выберет себе хорошее место, его же захотят и другие племена. Потому простой переход на новое место вызовет другую битву за выживание, битву за рыбу — основной источник продовольствия. Так чем же тогда это закончится? Нельзя было гарантировать, что не случится самое страшное — повторение войны.

— Только не говори мне... ты хочешь сражаться, хотя мы можем и не выиграть, потому что...

— Верно. Я учитываю, насколько меньше ртов придётся кормить всем племенам.

— Нечто такое!

Вот почему он хотел образовать армию. Даже если они проиграют сражение, останется меньше людоящеров, которых нужно кормить. В войне за выживание все, кроме боеспособных воинов, охотников и друидов — расходный материал. Хоть это и крайность, но такие мысли вполне понятны. Нет, в долгосрочной перспективе даже лучше, если остальные погибнут. Меньше ртов кормить, значит, для выживания требуется меньше еды. В таком случае даже сосуществование возможно. Круш отчаянно попыталась найти причину, чтобы отклонить эту идею:

— Ты даже не знаешь, насколько опасным будет новое место, тем не менее изначально хочешь начать с меньшим числом?

— Тогда я спрошу тебя вот что. Ну выиграем мы с лёгкостью битву за выживание, что тогда? Если рыбы окажется недостаточно, пять племён начнут драться между собой?

— Мы словим больше рыбы!

— А если не получится?

Она не смогла ответить на леденящий душу шквал вопросов Зарюсу. В мыслях он уже представлял близкий к самому худшему сценарий. Круш же выдавала желаемое за действительное. Если настанут очень плохие времена, её выбор приведёт к катастрофе, тогда как выбор Зарюсу — нет. И даже если их победят и количество взрослых людоящеров уменьшится, они умрут славной смертью в бою.

— Если ты откажешься, мы начнём с нападения на племя Красный Глаз.

Круш вздрогнула от невероятной мрачности его голоса.

Он заявлял, что они не позволят одному Красному Глазу в полном составе сбежать на новые земли.

Это было правильное, разумное решение.

Если племя меньшей численности убежит туда, где поселился Красный Глаз, сумевший сохранить свою силу, это племя ждёт лишь погибель. Учитывая такую опасность, упреждающий удар был единственным верным решением. Это очевидный выбор для того, кто отвечает за всё племя. Если бы в таком положении оказалась она, то приняла бы такое же решение.

— Даже если мы проиграем войну, я верю, что союз с нами уменьшит вероятность кровопролития между племенами, когда мы выберем новое место.

Круш, не понимая, что он имеет в виду, решила не скрывать свою озадаченность. Зарюсу объяснил так, чтобы его реальные намерения стали ясны:

— Это взрастит братские отношения. Мы увидим друг в друге союзников, которые сражались бок о бок, а не разные племена.

Верно.

Круш задумалась о словах Зарюсу.

Он заявлял о том, что если племена прольют кровь вместе, то, возможно, не пойдут войной друг на друга, когда еды станет меньше. Но её собственные опыт и мысли заставили в этом сомневаться. Она чуть опустила голову и почти упала в глубокие мысли, когда Зарюсу задал вопрос:

— Кстати, как Красный Глаз пережил тот период?

Её словно иглой проткнули. Круш даже не поняла, когда поднялась. Посмотрев ему прямо в лицо, она увидела удивление.

Похоже, он спросил, потому что ему и вправду неизвестно.

Она знала его совсем недолго, но уловила основы его характера, характера мужчины по имени Зарюсу. И интуитивно поняла, что своим вопросом он не пытался угрожать. Круш, сузив глаза, уставилась на Зарюсу. Её взгляд был столь пронизывающим, что, казалось, проделает в нём дыру. Ей показалось, что он почувствовал себя беспомощным, пытаясь понять причину её взгляда. Но тем не менее Круш не могла собой управлять.

— Я должна тебе это говорить? — выплюнула она с отвращением.

Столь резкое изменение в Круш заставило его засомневаться, с той же самой ли он особой говорит. Но Зарюсу не мог отступить. Возможно, её ответ приведёт всех к выживанию.

— Я хотел бы услышать. Это была сила друидов? Или какой-то другой способ? Он мог бы стать нашим спасением... — Зарюсу затих, закрыв рот. Если в этом и правду был ответ, Круш не выглядела бы такой страдающей. Словно прочтя его мысли, Круш фыркнула, будто всё и вся высмеивая, даже себя:

— Ты прав, это не спасение, — она вымученно улыбнулась и продолжила: — Мы вели братоубийственную войну... мы ели наших мёртвых.

От потрясения Зарюсу не смог даже рот открыть. Убивать слабых, тем самым уменьшая количество ртов, не было табу. Но есть своих — нечестивый акт и табу среди табу.

Почему она так легко и быстро ответила? Ведь такое следует забирать с собой в могилу. Почему она рассказала это постороннему, простому посланнику? Она не намерена отпускать меня живым? Нет, это не так.

Круш сама не понимала, почему рассказала ему. Она знала, насколько презрительно другие племена к этому относятся. Тогда почему...

Рот плавно задвигался, будто ей не принадлежал:

— В тот день, когда другие племена начали войну, нашему племени тоже сильно не хватало еды, мы едва сводили концы с концами. Но мы не участвовали в войне, потому что у нас много друидов, а воинов очень мало. Друиды могли создавать пищу магией, — рот Круш и не собирался останавливаться, будто им управляло другое сознание. — Но и этой пищи оказалось недостаточно, племя было просто слишком большим. Нам оставалось лишь пойти по пути постепенного разрушения. Но однажды вождь племени принёс еду. Ярко-красное мясо.

Наверное, я хочу, чтобы он... услышал мой грех. Круш с силой сжала зубы. Мужчина слушал молча. Даже если испытывал отвращение, он скрывал его и слушал. За это Круш была благодарна.

— Все смутно понимали, какое это было мясо. Тогда мы временно ввели строгие законы и любой, их нарушивший, изгонялся. И лишь когда кого-то изгоняли, вождь приносил мясо. Тем не менее все мы закрывали глаза и ели, чтобы выжить. Но такое не могло продолжаться слишком долго. Накопленная обида вдруг взорвалась в один день, приняв форму восстания, — она, закрыв глаза, вспоминала старого вождя племени. — Мы ели... мы знали, но всё равно ели. Это делает нас сообщниками, но всё равно... Вспоминая сейчас, мне это кажется просто смешным.

Круш молча помолилась и уставилась прямо Зарюсу в лицо. Она заглянула в его спокойные глаза и не увидела отвращения. Она удивилась своей радости, проросшей откуда-то из глубин души.

Что её осчастливило?

Круш смутно догадывалась.

— Посмотри на меня. Время от времени в племени Красный Глаз рождается кто-то такой, как я. С древних времён каждый из них обладал силой. В моём случае это сила друида. Вот почему мы заполучили власть, почти не уступающую власти вождя... И я была в центре восстания, разделившего племя пополам. Мы выиграли, потому что нас оказалось больше.

— И в итоге еду разделили поровну среди тех, кто остался?

— Да... и наше племя сумело выжить. Тогда, во время восстания, вождь так и не сдался. Из-за бесчисленных ран он умер. Принимая последний удар, он улыбнулся мне, — будто кашляя кровью, Круш продолжила свою историю. Это был гной, который медленно накапливался у неё в душе с того времени, как она убила вождя. Гной, о котором она никогда бы не поведала соплеменникам, что ей доверились и пошли против своего вождя. Круш с трудом сумела признаться ящеру по имени Зарюсу. Вот почему поток ее слов не останавливался, непрерывно вытекая наружу. — Те глаза принадлежали не тому, кто смотрит на своего убийцу. Не было ни ненависти, ни зависти, ни вражды, ни проклятья. Он так красиво улыбался! Вождь всегда смотрел реальности в глаза и поступал соответствующе. А мы... нас опьянили идеалы и вражда. Наверное, правым был вождь племени! Вот о чём я всегда думаю! Поскольку умер тот, кого считали корнем всех зол, наше племя смогло снова объединиться. И, что ещё хуже, поскольку нас стало меньше, мы получили дар — проблемы с едой исчезли!

Она достигла своего предела.

Круш исполняла обязанности вождя, взвалила на себя грех, и в отчаянии всё терпела — падала она с такой же силой, как и боролась. Бьющий через край мутный поток поглотил всё. Порванные в клочья мысли было трудно изменить одними словами.

Послышался слабый звук. Слёзы не капали, но в душе она плакала.

Её тело было таким маленьким.

Сама природа решила, что слабость — грех. Детей, конечно, защищали, но всё равно мужчины и женщины людоящеров почитали силу. В этом смысле женщину перед ним можно было лишь высмеять. Как та, кто объединила племя, может показать слабость перед чужаком?

Однако в душе Зарюсу ощутил совсем иную эмоцию.

Возможно, потому что Круш была красивой. Но прежде всего он верил, что перед ним воин. Раненая, стонет в муках, но всё равно пытается идти вперёд. Воин такого калибра лишь на мгновение показывает свою слабость. Тот, кто пытается встать и продолжить свой путь, не слаб.

Зарюсу подошёл к ней и обнял.

— Мы не всезнающие и не всемогущие. Мы можем принимать решения лишь в настоящем. Вероятно, на твоём месте я поступил бы так же. Но я не желаю тебя утешать. В этом мире невозможно найти правильный ответ. Мы просто идём вперёд, а на наших ступнях — бесконечные раны от сожалений и страданий. Ты тоже можешь двигаться лишь вперёд. Вот во что я верю.

Они чувствовали тепло друг друга, и, пусть слабо, но чувствовали, как бьется сердце другого. Им показалось, что два сердца стучат в унисон и медленно становятся единым целым.

Непостижимое чувство.

Зарюсу было тепло как никогда прежде. И не потому, что он обнимал девушку.

Потому что я обнимаю Круш Лулу?

Через некоторое время Круш отошла от Зарюсу.

Отпускать её тепло не хотелось, но из-за смущения он не мог сказать это вслух.

— Мне за себя стыдно... ты на меня накричишь?

— Стыдно? Тебе нечего стыдиться. Думаешь, я глупый мужчина, который кричит на тех, кто, несмотря на боль и страдания, встаёт и продолжает идти? Ты так прекрасна.

— !..

Белый хвост снова ударил по полу.

— Что же мне делать, — прошептала Круш.

Что она имеет в виду? Не в состоянии это спросить, Зарюсу задал другой вопрос:

— Кстати говоря, Красный Глаз разводит рыбу?

— Разводит?

— Да, выращивает рыбу, которая пойдёт в пищу?

— Нет. Рыба ведь благословление природы.

Ни одно из племён людоящеров не знало о технике разведения рыбы. Идея, что добычу можно выращивать собственноручно, не вписывалась в их образ мышления.

— Это похоже на то, как мыслят друиды. Может быть, пойдёшь на компромисс? Растить рыбу с единственной целью — для еды. Друиды моего племени с этим согласились.

Круш кивнула.

— Тогда я научу тебя, как разводить рыбу. Самая важная часть — это её корм. Можно давать ей фрукты, созданные магией друидов. Это сильно ускорит её рост.

— А ничего, что ты этим делишься?

— Конечно ничего. Нет смысла держать это в тайне. Выживание племён намного важнее.

— Спасибо, — Круш низко поклонилась и высоко подняла хвост.

— Не нужно... быть такой признательной. Но взамен я спрошу тебя снова.

С лица Круш исчезла благодарность. Увидев её решимость, Зарюсу успокоил сердце. Этого вопроса было невозможно избежать. Зарюсу и Круш одновременно вдохнули. И он спросил:

— Что будет делать племя Красный Глаз в предстоящей войне?

— По решению, принятому вчера на собрании, мы сбежим.

— Тогда, Круш Лулу, исполняющая обязанности вождя, я спрошу снова. Сегодня это решение не изменилось?

Круш молчала. Её ответ решит судьбу Красного Глаза. Очевидно, она колебалась. Однако Зарюсу не мог с этим ничего сделать, разве что неуклюже улыбнуться.

— Всё зависит от тебя. Предыдущий вождь улыбнулся тебе, вероятно, потому, что передавал будущее племени в твои руки. Теперь же настало твоё время исполнить свою миссию. Я сказал всё, что можно сказать. Теперь выбор за тобой.

Глаза Круш забегали по хижине. Она не искала, как бы сбежать, и не искала помощи. Просто пыталась вытянуть из себя правильный ответ. Что бы она ни решила, Зарюсу примет это.

— Спрошу как исполняющая обязанности вождя. Сколько беженцев вы собираетесь отправить подальше от битвы?

— Полагаю, из каждого племени по десять воинов, двадцать охотников, три друида, семьдесят мужчин, сто женщин и несколько детей.

— А остальные?

— В зависимости от обстоятельств они умрут.

Круш молча уставилась в пустоту, затем вдруг прошептала:

— Понятно.

— Тогда назови мне своё решение, исполняющая обязанности вождя племени Красный Глаз, Круш Лулу.

Круш думала много о чём. Конечно, и об убийстве Зарюсу. Ей не хотелось его убивать. Но исполняющая обязанности вождя Круш от неё отличалась. Что, если убежать всем племенем, убив его? Она отбросила такую мысль — это слишком опасно. И также не было гарантии, что он пришёл один.

Тогда почему бы не пообещать ему помочь, но всё равно убежать? Это тоже стало бы проблемой. Если бы всё пошло не так, между его племенем и её разгорелась бы война. Её племя стало бы целью уменьшения населения. Истинные намерения Зарюсу — сократить население, и не важно, кого сокращать.

В конце концов, если посланник догадается, что ответ отрицательный, то он, наверное, вернётся в свою деревню и поведет армию на Красный Глаз. Но тут было одно слабое место, может быть, он о нём не догадывался: проблема еды не решится.

Круш вдруг улыбнулась. С самого начала у неё не было выбора. С того мгновения, как Зарюсу предложил образовать союз; с того времени, как Зелёный Коготь начал действовать… У племени Красный Глаз был лишь один путь выживания — образовать союз с остальными и воевать вместе. Зарюсу тоже должен был это понимать.

Но тем не менее он ждал, пока Круш ответит. Должно быть, он хотел понять, годится ли Круш, управляющая племенем людоящеров, в союзники.

Оставалось только озвучить решение, но хочет ли она это сделать? Ведь впоследствии многие людоящеры потеряют жизнь. Однако...

— Хочу прояснить кое-что ещё. Мы идём на войну не для того, чтобы пожертвовать жизнями, а чтобы одержать победу. Может быть, я сказал много того, что могло тебя запутать, однако мы хотим быть теми, кто стоит и победоносно смеётся. Пожалуйста, не пойми меня неправильно.

Круш с пониманием кивнула.

Этот мужчина и вправду добр. С такими мыслями она озвучила своё решение:

— Мы, племя Красный Глаз, вступаем в союз, не хочу, чтобы улыбка вождя стала бесполезной, к тому же это даст Красному Глазу шанс выжить, — Круш низко поклонилась; хвост был прямым и поднятым вверх.

— Я чрезвычайно благодарен, — Зарюсу чуть кивнул. Но больше, чем слова, о его сложных мыслях мог сказать его поднятый хвост.

♦ ♦ ♦

Раннее утро.

Зарюсу стоял перед Ророро, глядя на главный вход деревни Красного Глаза.

Он широко открыл рот и зевнул. Вчера пришлось сидеть на собрании Красного Глаза до поздней ночи. Однако времени осталось не так много, другое племя требовалось посетить сегодня. Зарюсу отчаянно сражался с сонливостью, но на мгновение проиграл и снова зевнул, на этот раз даже сильнее, чем ранее. Хотя спина Ророро была не самым удобным местом для сна, ему казалось, что он заснёт и там.

Глянув на жёлтое солнце, которое только-только поднималось, Зарюсу снова перевел взгляд на главный вход и почувствовал некоторое замешательство: оттуда выбежало кое-что интересное.

Связка травы.

На одежду, сшитую из множества длинных полосок ткани, было нацеплено много сорняков. Если в таком виде прилечь на болотах, то издали это будет выглядеть как пучок сорняков.

Кажется, я уже видел нечто похожее... Зарюсу вспомнил монстра, которого встретил во время своих путешествий, когда стоящий за ним Ророро низко предупреждающе зарычал.

Конечно, Зарюсу понял, кем на самом деле была эта связка травы, не понять было невозможно, поскольку чуть виднелся её белый хвост. Пока он заворожено глядел на волнительно покачивающийся хвост и успокаивал Ророро, пучок сорняков уже добежал до Зарюсу.

— Доброе утро...

— Ум, доброе утро... Похоже, ты сумела объединить всё племя без сучка и задоринки, — он перевёл взгляд на деревню Красного Глаза. С раннего утра площадь сбора сочилась кровожадностью. Многие людоящеры лихорадочно бегали туда-сюда. Круш встала возле него и посмотрела в ту же сторону:

— Да, трудностей не возникло. Сегодня мы должны добраться до поселения племени Бритвенный Хвост, да и желающие сбежать тоже собрались.

С помощью магии друиды деревни сообщили о положении дел. Племя Бритвенный Хвост передало, что они будут уничтожены первыми. А раз это не Драконий Клык, то у Зарюсу оказалось больше времени, чтобы туда дойти.

— Так, Круш, почему ты захотела перейти на нашу сторону?

— Ответ очень прост, Зарюсу, но сначала скажи кое-что. Какие у тебя планы?

После вчерашнего собрания, которое с вечера затянулось до раннего утра, они двое свободно называли друг друга по имени — они стали достаточно близки, что даже их манера говорить друг с другом изменилась.

— Дальше, думаю, пойду к другому племени... к Драконьему Клыку.

— Туда, где сила значит всё? Я слышала, что по боевой мощи они сильнейшие из всех племён.

— Да, ты права. Поскольку мы с ними никогда не сталкивались, нужно умственно себя подготовить.

Вся информация о том племени покрыта вуалью таинственности. Даже идти в их деревню — настоящий риск. Более того, они приняли выживших из двух уничтоженных на прошлой войне племён. А это ещё больше увеличивало опасность. Члены уничтоженных племен больше всех остальных ненавидели Зарюсу, принимавшего активное участие в войне. Но тем не менее из всех племён в их помощи они нуждались больше, чем в чьей либо.

— Если это так... тогда мне лучше пойти с тобой.

— Что?

— Это так странно?

Кучка сорняков чуть зашевелилась, издав едва слышимый звук. Поскольку он не видел её лица, то не знал, какие у неё намерения.

— Я не хочу сказать, что это странно... но будет очень опасно.

— А где сейчас нет опасности?

Зарюсу промолчал. Он спокойно думал. Взять с собой Круш выгодно во многих отношениях. Однако он, как мужчина, всё же не хотел брать с собой в заведомо опасное место девушку, к которой у него были чувства.

— И не думай, что я слабая, — хоть тело и лицо Круш скрывала трава, девушка, казалось, чуть улыбнулась.

— Тогда позволь кое-что спросить. Что с твоей внешностью?

— Я выгляжу мило?

Странный вопрос, мило ли это выглядит. Но не лучше ли сделать небольшой комплимент? Зарюсу не знал, как ответить, и после мгновения глубоких раздумий он окинул взглядом её невидимое выражение лица и ответил:

— Я должен сказать, ты выглядишь хорошо... да?

— Как такое возможно, — стойко ответила Круш.

Зарюсу почувствовал, как силы покинули его. Ну, с этим ничего не поделаешь.

— Просто я не выношу солнечный свет, и когда выхожу наружу, почти всегда так одеваюсь.

— Так вот почему...

— Ага, но ты ещё не ответил. Ты позволишь мне пойти с тобой?

Наверное, её никак не переубедить. Её присутствие на переговорах поможет образовать союз. Она тоже так подумала, потому и предложила. Так что не было никаких причин ей отказывать.

— Хорошо. Тогда помоги мне, Круш..

Та в восторге ответила:

— Отлично, Зарюсу. Положись на меня.

— Ты уже готова к отбытию?

— Конечно. Я уже закинула в рюкзак все нужные вещи.

Услышав это, Зарюсу незаметно бросил взгляд ей за спину — поверхность травы и вправду чуть выступала. От той области шёл запал свежей травы, а также какой-то концентрированный аромат. Поскольку она была лесным друидом, то, видно, обладала некоторыми навыками, связанными с травами. В рюкзаке должны находиться соответствующие вещи.

— Зарюсу, ты выглядишь очень уставшим.

— Ах, да, я немного устал. Последние два дня были беспокойными, я мало спал.

В это мгновение из-под сорнякового костюма вытянулась белая рука:

— Держи. Фрукт пополнения силы. Съешь вместе с кожицей.

В протянутой руке находился фиолетовый фрукт. Зарюсу неуверенно положил его в рот и куснул. Рот тут же заполнила резкая горечь, усталость немного сняло. Такого эффекта вряд ли хватило, чтобы повысить внимание, но когда Зарюсу немного пожевал, на язык вдруг хлынул взрывной вкус, что чувствовался даже в дыхании.

— Му-у, что это за прохлада, которая даже в носу чувствуется? — Зарюсу подсознательно выкрикнул излюбленную фразу брата. Увидев его реакцию, Круш не сдержала смешок:

— Чувствуешь, как сонливость медленно исчезает? Но на самом деле она не исчезла, пожалуйста, не слишком этим увлекайся. Лучше найди время отдохнуть.

Путешественник ощутил, как от освежающих вдохов и выдохов, а также от заполнившей тело прохлады, разум прояснился. Он довольно кивнул:

— Тогда давай потратим немного времени и чуть подремлем на Ророро, — сказав это, Зарюсу сразу же вскарабкался тому на спину, и Круш последовала его примеру. Незнакомое чувство кипы сорняков на теле заставило Ророро несчастливо глянуть за Зарюсу, но со временем он смирился. — Что ж, поспешим. Держись за меня, будет немного покачивать.

— Хорошо.

Круш обхватила Зарюсу за талию. Сорняки были немного щекотными.

— ...

Уголки его губ чуть искривились — он представлял себе совсем не это.

— Что-то не так?

— Нет, ничего. Ророро, отправляемся.

От чего она так ликует? Из-за спины послышался чрезвычайно весёлый смех Круш, заставляя Зарюсу широко улыбнуться.

Часть 2

Лес Тоб молчал — каждое живое существо боялось королевского взгляда настолько, что старалось даже не дышать.

Лишь в этом месте всё было иначе.

По округе разносились голоса и звуки рубки деревьев.

Големы походили на тяжёлую строительную технику — они перевозили деревянные колоды на место строительства большого здания, ещё далёкого от завершения. Фундамент был огромен, и лишь небольшая часть была закончена.

Здесь работала группа големов и нежить. Основную массу нежити составляли старшие личи, одетые в заметные красные плащи. На плече каждого сидел тридцатисантиметровый демонёнок с крыльями как у летучей мыши и медно-красной кожей, такие демоны были известны как бесы. Бесы высоко поднимали свои ядовитые хвосты, чтобы ненароком не зацепиться и не помешать старшим личам.

Один в особенности трудолюбивый лич развернул в руках планы и отдал приказы рабочим големам — те послушно остановились. Он сделал перерыв, чтобы сравнить стройплощадку с планами. Чуть всё обдумав, лич заговорил с сидевшим на плече бесом. Выслушав всё, бес кивнул, показывая, что понял, захлопал крыльями и полетел в небо. Взлетев вверх, — хотя его полёт едва ли можно было назвать элегантным, — бес внимательно обследовал площадку. Вскоре он нашёл свою цель и спикировал вниз.

Это был Страж этажа Великого Склепа Назарика, Аура Белла Фиора, и также одна из королей этого леса. Тёмная эльфийка свернула бумагу в трубочку и использовала в качестве мегафона. Бес подлетел к ней и поприветствовал, Аура добродушно спросила:

— Хорошо-о. Из какой группы ты прилетел?

— Группа Д, номер 3, госпожа Аура.

— Группа Д? Хорошо-хорошо, понятно. Возникли какие-то трудности?

Работников разбили на группы от А до Д, у каждой были свои обязанности и свой участок. Аура припомнила, что группа Д отвечала за строительство склада, который по скорости возведения был вторым.

— С шириной колод, которые используются для строительства. Мы можем попросить немного... — бес вдруг запнулся, потому что из куска металла, обернутого вокруг запястья Ауры, послышалось:

— Обед!

Когда Аура услышала оживлённый женский голос, цвет её лица вдруг изменился, а уши опустились — она смутилась.

— Да, поняла, госпожа Букубуку Чагама! — оживлённо ответила Аура голосу из запястья. — Раз время обедать, утренняя работа закончена.

Почти все монстры, работающие на площадке, не нуждались в пище. А Аура носила «кольцо подкрепления сил», потому ей не требовалась ни еда, ни сон. Но поскольку её господин волновался обо всех и постоянно говорил: «Всегда хорошо отдыхайте», — она счастливо следовала его указаниям.

— Может быть, это грубо по отношению к тебе, но время отдохнуть, вернись, пожалуйста, через час.

— Вас понял, тогда этот подчинённый уходит, — демон быстро взлетел в воздух, оставляя за собой лишь звуки хлопающих крыльев.

Глядя на беса, полетевшего на стройплощадку, Аура пожала плечами и со счастливым лицом посмотрела на ремешочек на своём запястье. Это была награда, которую дал ей господин за её усердие. Разумеется, как Страж этажа, она и так работала усердно, за это награда была не нужна. Она должна отдавать всё, что у неё есть, своему господину, это должно быть очевидно. Однако она просто не могла отказаться от наручных часов — подарка господина.

— Хо-хо-хо, мне хочется слышать голос госпожи Букубуку Чагама ещё и ещё, — Аура сердечно дотронулась до ремешка. Она вела себя намного теплее, чем когда прикасалась к своим питомцам.

Все голоса из этого инструмента принадлежали создательнице Ауры. И хотя голоса лишь говорили время, это всё равно очень радовало Ауру. Когда она услышала, что младший брат получил кольцо Аинз Оал Гоун, ей стало немного завидно, но, честно говоря, сейчас она чувствовала, что этот подарок намного лучше.

— Хо-хо-хо-хо-хо-хо-хо-хо.

Уши Ауры опустились, и она застенчиво посмотрела на ремешок. Тот чуть блеснул на солнце, и она удовлетворённо кивнула.

— Почему владыка Аинз сказал, что в некоторое время их нельзя использовать?

Аинз приказал, чтобы она не устанавливала будильник на 7:21 и 19:19.

— Эх... почему бы просто не спросить его? Ах, не успеваю!

Аура посмотрела на цифры на наручных часах и быстро побежала. Она направилась к месту, где стояла горничная — одна из сорока одной горничной Великого Склепа Назарика, гомункулов с внешностью красивых леди, но эта была исключением. Она обладала головой собаки, а через центр лица проходила линия шрама, в котором виднелись следы швов. Казалось, словно её лицо разделили пополам, а потом сшили.

Звали её Пэстония С Ванко.

Главная горничная Великого Склепа Назарика, а также высший священник.

— По желанию госпожи Ауры я принесла гамбургер с двумя маринованными огурчиками, картофель фри с корочкой, колу в качестве напитка... гав.

После долгой паузы она гавкнула, заставив Ауру думать, что она просто забыла добавить это в конце. Но Аура ничего не сказала, потому что её внимание привлекло нечто иное — запах, от которого в животе заурчало. Хотя благодаря кольцу подкрепления сил она могла обходиться без пищи, это не значило, что есть было нельзя. К тому же еда — это хорошо, в особенности такая вкусная еда.

— Между тем, общий эффект от еды...

— Ах, не стоит, не стоит, я ем не ради дополнительных эффектов.

— Вас поняла.

Аура подошла к тележке с едой, от которой шёл ароматный запах.

— Время поесть, время поесть.

Пэстония, услышав, как Аура напевает себе под нос, сняла серебряную крышку с тарелки.

— А-ах! — Аура словно начала поедать взглядом еду, она сказала первое, что пришло в голову: — Хотя говядина А7 тоже вкусна, я предпочитаю смесь говядины и свинины. Вот бы испечь из них трёхслойный мясной пирог.

— Тогда эта слуга передаст ваши пожелания повару.

— Ах, извини за беспокойство!

Затем Аура счастливо взяла тарелку и унесла с собой.

Часть 3

Зарюсу глядел на поселение Драконьего Клыка. Вместе с пучком растительности. Само собой разумеется, это была Круш. Она подняла руку, чтобы отодвинуть траву, и показалось красивое лицо.

— Ты в самом деле просто зайдёшь в деревню? Ты что, пытаешься столкнуться с ними лоб в лоб?

— Конечно нет. Племя Драконий Клык ценит силу. Если мы слезем с Ророро и непринуждённо туда войдём, то, скорее всего, нарвёмся на драку ещё до того, как встретимся с вождём племени, это было бы хлопотно. А если мы въедем верхом на Ророро, такого не случится.

Стоило им въехать в деревню на Ророро, как вокруг столпились воины, каждый держал оружие и не мигая смотрел на Зарюсу. Чувствуя исходящую от них враждебность, Ророро рычал. Путешественник прислушался к его предупреждению и показал, чтобы он шёл дальше. В итоге это могло привести к битве, тем не менее они шли вперёд, пока не достигли границы, где в любую секунду могло случиться всё что угодно. Зарюсу наконец позволил Ророро остановиться и спрыгнул. Круш последовала его примеру.

На них пронизывающе глядело несколько воинов. Да так упорно, что в их взглядах читалась не просто враждебность, а уже намерение убийства. Круш немного испугалась и остановилась. Хотя она была чрезвычайно умелым друидом, ей недоставало опыта сражений на передовой. Зарюсу, напротив, сделал шаг вперёд. Прикрыв Круш, он громко выкрикнул:

— Я — представитель племени Зелёный Коготь, Зарюсу Шаша, и я здесь, чтобы обговорить дела с вождём племени! — он взревел так оглушительно, что, казалось, может развеять всю витавшую в воздухе жажду убийства. Воины Драконьего Клыка вздрогнули, словно испугавшись.

За ним заговорила и Круш:

— Я — исполняющая обязанности вождя племени Красный Глаз, Круш Лулу, и я также пришла к вождю племени, — негромко произнесла она, тем не менее в её голосе чувствовалась гордость лидера племени. Благодаря уверенному голосу стоявшего рядом мужчины хрупкая девушка исчезла, превратившись в представителя своего племени.

— Повторю ещё раз, мы пришли увидеть вождя племени! Где он?!

Казалось, словно надвигается волна — настроение вдруг изменилось, превратившись в направленную на них двоих атакующую силу.

Все четыре головы Ророро повернулась в разные стороны. Открылись челюсти, и гигантская гидра угрожающе зарычала, крутя головами. Всех словно пронзил страх, и обстановка накалилась ещё сильнее.

— Зарюсу, от такого меня защищать совсем не обязательно.

— Я не хотел тебя защищать, ты ведь пришла по собственной воле. Просто я причастен к гибели их племён, поэтому их вражда должна быть направлена только на меня.

В поселении собиралось всё больше воинов. Мускулистых и крепких, с небольшими шрамами на чешуе, видно, ветераны бесчисленных битв. Однако Зарюсу понял, что вождя среди них нет. Вокруг были только простые воины. Никто из них не выглядел так властно, как его старший брат, и так уверенно, как Круш. Всё это время, пока один Ророро устрашающе рычал, каждый людоящер был сильно насторожен, как вдруг...

— Ха-ах! — Круш выдохнула, издав слабый звук.

Однако Зарюсу, предвидевший появление такого людоящера, остался недвижим. Потому что ещё до того, как тот показался, почувствовал весьма могущественного индивида, не спеша идущего в их сторону. Но всё же он невольно уставился на людоящера, который появился перед глазами.

Проще говоря, этот ящер имел далёкую от нормальной внешность. Он был невероятно крупным, ростом выше двухсот тридцати сантиметров. Однако этого всё же было недостаточно, чтобы называть его ненормальным. Во-первых, как у краба одна клешня больше другой, так и у него правое плечо было относительно толще левого, которое, правда, худым тоже назвать было нельзя — оно не сильно отличалось от плеча Зарюсу. Просто правое было аномально толстым, и не из-за болезни или врождённого порока, а благодаря мышцам. Кроме того, на левой руке не хватало безымянного пальца и мизинца. Рот уходил далеко назад, наверное, из-за раны от пореза, а хвост был таким плоским, что, скорее, походил на хвост крокодила, а не ящера. Но, несмотря на всё это, более всего поражал символ — шрам у него на груди. Хотя он отличался от символа на груди Зарюсу, значил то же самое, этот людоящер тоже был путешественником.

Странный людоящер поравнялся с Зарюсу и ужасающе рассмеялся — его зубы стучали друг о друга, словно ветки засохшего дерева.

— Приветствую, владелец Морозной Боли, — его глубокий голос очень подходил такой внешности, вот только даже обычное приветствие звучало угрожающе.

— Мы видимся впервые. Я представитель племени Зелёный Коготь, Зарю...

Людоящер помахал рукой, показывая, что в таком приветствии нет нужды:

— Имени достаточно.

— ...Я Зарюсу Шаша, а это Круш Лулу.

— Неужели она... болотный монстр? Ну, раз ты привёл с собой гидру, монстр будет в самый раз, чтобы её прокормить.

— Это не так... — Круш почти скинула свой костюм, но странно выглядящий людоящер снова помахал рукой, показывая, что в этом нет нужды:

— Не принимай шутку так серьёзно. Как хлопотно.

— !..

Странный людоящер без интереса оглядел пучок бурьяна, то есть Круш, и снова перевёл взгляд на Зарюсу:

— Так почему вы пришли?

— Не мог бы ты прежде назваться?

— А, точно. Я вождь племени Драконий Клык, Зенбэру Гугу. Не стесняйтесь и зовите меня Зенбэру, — он улыбнулся во все зубы.

Их поразило, что вождём племени оказался путешественник, хотя такой вариант и не исключался. Но, с другой стороны, это было самым приемлемым ответом. Такой могущественный людоящер не мог быть простым путешественником. По правде, как только он появился, вся окружающая их враждебность исчезла, словно дым. А значит, ящер обладал властью, а также выдающейся боевой силой.

— Ты тоже можешь звать меня просто Зарюсу. Так, Зенбэру, недавно вас посещал странный монстр?

— А, тот, говоривший о Великом?

— Раз враг уже побывал здесь, разговор будет проще...

Зенбэру поднял руку, останавливая Зарюсу:

— Я смутно догадываюсь, что ты хочешь сказать. Однако мы верим лишь в силу. Обнажи свой меч, — улыбнулся крепкий людоящер, показывая полный рот зубов.

— Что?! — выкрикнула Круш. Но Зарюсу и окружающие их воины выразили согласие.

— Это простой способ, вождь племени Драконий Клык. Ещё и быстрый. Я одобряю твой выбор.

— Ты и впрямь выдающийся посланник. Нет, раз ты владелец Морозной Боли, этого и следовало ожидать, да?

♦ ♦ ♦

Выбирать вождём сильнейшего — для людоящеров дело обычное.

Однако подходит ли такой метод, когда на кону существование племени? Не лучше ли это обсудить всем племенем, подробно рассмотреть под разными углами и прийти к общему решению?

Такие мысли посещали Круш, но потом она осознала, насколько они неосуществимы.

В реальности все глядящие на них воины, будь то мужчины или женщины, были согласны со своим вождём. Раньше она тоже посчитала бы, что такое решение — один из вариантов.

Почему сейчас я сомневаюсь?

Где её сомнения брали начало?

Может быть, она пострадала от магии какого-то незнакомца? Невозможно. Если дело касалось магии, она была уверена, что не проиграет никому.

Круш посмотрела на двух ящеров.

Зарюсу и Зенбэру.

Они двое, стоя рядом, выглядели как ребёнок и взрослый.

Конечно, телосложение определяло не всё; как заклинатель, она это понимала. Но увидев, что они разные как небо и земля, она невольно про себя закричала, что не желала такого поворота событий.

Не желала? Я надеюсь... я правда не желаю, чтобы они сражались?

Круш хотела понять, почему внутри появилось такое чудесное чувство. Почему она не желает, чтобы это случилось? Почему она не желает, чтобы они сражались друг с другом? Ответ был один. Очевидный ответ. Круш чуть улыбнулась. Это была и кривая улыбка, и улыбка, которой она высмеивала себя.

Круш, признайся себе честно. Ты не желаешь, чтобы Зарюсу дрался, потому что боишься, что он поранится... боишься, что он, возможно, умрёт.

Проще говоря, в этом и было дело.

В таких битвах редко умирали. Однако эта «редкость» не исключала вероятность смерти. Если сражение обострится до такой степени, что они утратят контроль, то жизнь можно будет легко потерять. Рождённая как женщина, она не желала, чтобы её партнёр расстался с жизнью. А это значило, что подсознательно Круш уже давно приняла предложение Зарюсу.

Потому что в прошлом ни один мужчина ко мне так не относился... вот почему я так просто... неужели это значит, что я так легко потеряла голову? Ну, по крайней мере я... немного счастлива, а ещё немного опечалена... ах, довольно!

Искренне приняв свои чувства, Круш подошла к Зарюсу, который готовился к бою, и нежно хлопнула его по плечу:

— Ничего не пропустил?

— Нет, ничего. Это не так уж и трудно.

Круш снова хлопнула его по плечу.

Какие у него крепкие плечи.

Она с самого детства шла по пути друида и часто дотрагивалась до мужчин во время молитв, когда смазывала их лекарством или накладывала магию. Однако сейчас ей казалось, что это прикосновение к Зарюсу длится так долго... намного дольше, чем все прежние вместе взятые.

Так это тело Зарюсу... ах.

Перед битвой кровь разогревалась и мускулы надувались, позволяя всем ощутить мужественность воина.

— Что-то не так?.. — Зарюсу показалось странным, что Круш не убирает руку.

— Э? А, это... благословление друида.

— Это... духи твоих предков помогут мне, хотя я из другого племени?

— Предки моего племени не такие недалёкие. Удачи, — Круш отпустила плечо Зарюсу и мысленно попросила предков простить её. Потому что соврала, чтобы пожелать мужчине своего сердца победы.

Зенбэру тоже готовился к битве. В правой руке он сжимал огромное металлическое копьё примерно три метра длиной, обычному людоящеру пришлось бы держать такое обеими руками. Но когда он без усилий махнул им слева направо — создался такой порыв ветра, что даже стоявшая довольно далеко Круш почувствовала.

— Ты сможе... нет, всё в порядке?

— Это... я хорошо умею приспосабливаться.

Сначала Круш хотела спросить, сможет ли он выиграть, но в середине изменила вопрос. Ведь Зарюсу знал, что в этой битве поражение — не выбор. А значит, этот мужчина просто не мог проиграть. Они только вчера встретились и путешествовали вместе какие-то полдня, но в одном Круш была уверена больше, чем в чём-либо. Этот людоящер достоин того, что её заворожил.

— Так ты закончил готовиться к бою? Владелец Морозной Боли... ах да, Зарюсу.

— Закончил, можем начать в любое время.

Зарюсу спокойно повернулся и пошёл к месту, предназначенному для сражения. Круш вздохнула. Потому что не могла отвести взгляда от его спины.

Рука Круш соприкасалась с ним так долго, — на самом деле не так уж и долго, — и тепло, оставленное у него на плече, уже понемногу исчезало.

Битва предстояла незатейливая, вроде тех, в которых определялся вождь. Битва один на один. Так что вовлечение посторонней с её магическим усилением — нарушение правил. На плече до сих пор чувствовалось тепло, а разум Зарюсу пребывал в беспорядке. Пока Круш касалась его, он почти подумал, что она накладывает защитную магию, но, как исполняющая обязанности вождя, она бы не забыла про это правило.

Почему тогда даже без всякой магии усиления он так воспылал внутри? Потому что был мужчиной и хотел произвести хорошее впечатление на девушку? Когда-то его старший брат сказал, что он слишком глупый... но сейчас это было не так.

Зарюсу вошёл в круг, образованный людоящерами, и сразу же извлёк Морозную Боль. Меч ответил на его команду, источая морозно-белый туман.

Людоящеры зашумели.

Они знали предыдущего обладателя Морозной Боли, и среди них были выжившие из племени Острое Лезвие, потому каждый осознавал истинную силу клинка.

Когда Зенбэру увидел способность, которую может высвободить лишь истинный владелец Морозной Боли, его безобразное выражение лица превратилось в восторженное, и он зарычал, показывая зубы, словно дикий зверь.

Людоящеру, которому явно не терпелось начать бой, Зарюсу мог лишь холодно бросить:

— Я не хочу, чтобы ты серьёзно пострадал.

Его провокация повысила неприязнь людоящеров до предела, как вдруг что-то с невероятной силой ударилось о поверхность воды, расплескав её во все стороны, заставляя окружающих замолчать. Это Зенбэру воткнул в болото своё копьё.

— О, правда?.. Позволь мне тогда вкусить горечь поражения! Слушайте мою волю! Если я умру в этой битве, он станет вашим вождём! И никаких возражений!

Вряд ли стоявших вокруг воинов это устраивало, но они промолчали. По правде говоря, если их вождь проиграет и при этом умрёт, все поклянутся в преданности Зарюсу, даже если им придётся прикусить губу.

— Что ж, собери в кулак свою решимость, чтобы меня убить. Я буду самым жёстким противником из всех, кого ты когда-либо встречал.

— В самом деле... хорошо, я понял. Тогда, если я умру от твоих рук... — Зарюсу перевёл взгляд чуть назад, на Круш.

— Конечно, я позволю твоей женщине вернуться домой целой и невредимой.

— Ещё не «моей»...

— Хо, кажется, ты и вправду хочешь погоняться за болотным монстром. Эта женщина настолько хороша?

— Именно так, — Зарюсу оставил без внимания то, как она присела, закрыв лицо руками.

— Теперь мне и самому хочется на неё посмотреть. Если я выиграю, почему бы, прежде чем отпустить, не снять с неё одежду?

До сих пор Зарюсу был готов сражаться как воин. Теперь добавилась другая мотивация.

— Похоже, теперь я должен выиграть любой ценой. Я не позволю такому как ты увидеть лицо Круш.

— Кажется, тебе она так нравится, что даже лечение не поможет.

— Да, настолько я её люблю.

Несколько девушек что-то сказали присевшей Круш. Она тут же покачала головой, показывая, что на тех двоих лучше не обращать внимания.

— Ха! — Зенбэру радостно рассмеялся. — Тогда победи меня! Если окочуришься, всё будет напрасно!

— Я с самого начала собирался победить.

Похоже, со словами было покончено. Зарюсу и Зенбэру посмотрели друг другу в глаза.

— Я начинаю.

— Отлично.

Оба ящера обменялись краткими фразами, но не сдвинулись с места. Когда зрители уже засуетились, Зарюсу начал медленно подходить. Сражение проходило на болотах, наполненных водой, однако всплесков слышно не было.

Зенбэру не сдвинулся с места.

Секундой позже перед глазами Зарюсу с громким хлопком что-то промелькнуло, и он прыгнул в сторону. Тот хлопок произвело копьё Зенбэру. Это была не техника — лишь простой взмах. Но именно потому это так изумляло.

Зенбэру встал в стойку с копьём и снова приготовился ударить Зарюсу. Вождь был способен держать гигантское копьё одной лишь правой рукой и после ураганного взмаха тут же возвращаться в первоначальное положение.

Зарюсу был озадачен.

Чтобы узнать, для чего тот делает такие движения, он снова прыгнул в пределы досягаемости врага. И его снова встретил такой же яростный горизонтальный взмах. Зарюсу защитился Морозной Болью, почувствовал сильный толчок, и его отбросило назад.

Вождь одной правой послал в полёт взрослого людоящера — он и вправду чрезмерно силён.

От возбуждения закипала кровь.

Воины, увидев, как их вождь показал не имеющую себе равных силу руки, громко взревели.

Зарюсу отошёл и взмахнул хвостом, чтобы восстановить равновесие. Затем потряс онемевшей рукой и сузил глаза.

Что... со всем этим?

Зарюсу сосредоточился на гигантском теле противника.

Что это? Он... слишком слаб.

Зенбэру был быстр, как молния, и если Зарюсу защищался мечом, вождь мог послать его в полёт. Но и всё, в этом не было ничего пугающего. Зенбэру двигался словно ребёнок, играющий с палкой, он не применял какие-либо техники, просто с силой махал копьём. Но правда ли это всё? Если Зенбэру не поленился так натренировать руку, то наверняка способен использовать её более умело.

Он сдерживается, чтобы застать меня врасплох?

Зарюсу почувствовал, что дело не в этом. Опасаясь этого неизвестного странного чувства, он переосмыслил свою стратегию. Зенбэру, ещё не сделавший ни шагу, с усмешкой спросил:

— Ну? Собираешься использовать способность Морозной Боли?

Должно быть, он дразнил Зарюсу, но тот не повёлся.

— Предыдущему владельцу Морозной Боли я проиграл.

Зарюсу вспомнил, о ком говорит Зенбэру — о вожде племени Острое Лезвие, которого убил Зарюсу.

Он немного отвлёкся от Зенбэру и окинул взглядом окружающих. Среди всей этой враждебности самая сильная кровожадность исходила от выживших из Острого Лезвия.

— Два пальца на моей руке стали такими из-за того боя, — Зенбэру показал левую руку, на которой не хватало двух пальцев. — Если применишь силу, которой он меня победил, может быть, и сумеешь выиграть.

— Неужели? — спокойно ответил Зарюсу.

Та способность в самом деле была сильна. А поскольку её можно использовать трижды за день, у него был отличный шанс на победу. Зарюсу сумел победить прежнего владельца Морозной Боли только потому, что тот израсходовал способность. В противном случае он, наверное, умер бы.

Однако, если Зенбэру знал о способности Морозной Боли, почему провоцировал её использовать?.

Зарюсу насторожился.

Я не понимаю... Ну ладно, мы можем сто лет так стоять, нужно идти в атаку.

Приняв решение, Зарюсу бросился вперёд с удвоенной скоростью.

Зенбэру невероятно быстро взмахнул копьём.

Зарюсу не уклонился, а защитился Морозной Болью. Все, кто это видели, подумали, что его отправят в полёт.

Меч и копьё столкнулись... и атака была легко парирована.

Не было нужды использовать способности. Зенбэру держал копьё словно ребёнок, его можно было отбить, с какой бы силой он им ни махал.

Вождь широко открыл глаза в потрясении... нет, в восхищении.

В то же время Зарюсу кинулся на Зенбэру, не давая тому отдёрнуть копьё и защититься. Даже с такими мускулами потребовалось бы время, чтобы передвинуть отбитое копьё. Этого как раз бы хватило, чтобы Зарюсу приблизился.

В следующее мгновение Морозная Боль полоснула по Зенбэру...

И брызнула кровь.

Раздались одобрительные возгласы и тихий вскрик.

Истекал кровью и отступал не Зенбэру, а Зарюсу, у которого на лице появились два свежих пореза. Вопреки предыдущей тактике, Зенбэру гигантскими шагами кинулся на Зарюсу, чтобы атаковать его и не дать уйти. Оружием ему служили собственные когти.

Морозная Боль с металлическим звоном столкнулась с когтями. Затем послышался всплеск — копьё упало в воду.

— Варг-гх-х!.. — Зенбэру глубоко выдохнул и, шагнув вперёд, снова атаковал противника своей крупной рукой.

В отличие от детской игры с копьём, атаки когтями достигали уровня мастера. Теперь Зарюсу наконец-то понял — Зенбэру не воин, а монах, который с помощью особой энергии, «ки», использует в качестве оружия своё тело.

От удара ребром ладони Зарюсу защитился Морозной Болью.

Когти людоящеров твёрже людских ногтей, но не настолько, чтобы производить такой металлический лязг. Вероятно, вождь использовал способность усиления частей тела, таких как когти и клыки. Этой способностью, известной под названием «Природное стальное оружие», пользовались монахи.

Говорят, что достигшие высочайшего уровня монахи способны с одного удара разрушить твердейший металл, адамант. Но судя по ощущению от ударов, Зенбэру ещё не достиг такого уровня, самое большее он был на стальном уровне. Тем не менее он мог сражался на равных с владельцем одного из четырёх сокровищ людоящеров, Морозной Боли, и это — не мелочь.

Они обменялись ударами.

Зенбэру атаковал когтями, а Зарюсу рубил Морозной Болью. Оба уклонились от атак и отпрыгнули.

— Ха-ах, а ты живучий! — Зенбэру слизнул с пальцев кровь и мясо.

Зарюсу длинным языком слизал красную жидкость с лица. Ему повезло, что когти не попали по глазам. Он поранился, но это была всего лишь царапина, он всё ещё мог продолжать бой. Зарюсу поблагодарил предков за защиту и...

Вероятно, я сумел уклониться благодаря предкам Круш.

Пока Зарюсу мыcленно выражал благодарность, Зенбэру несчастливо пожаловался:

— Кажется, ты сдерживаешься, отказываясь использовать ту способность, — вождь сжал кулаки и несколько раз ударил себя в грудь.

— Уж прости, но я не собираюсь её использовать.

— Э? Тогда после поражения не жалуйся, что не выложился на полную.

— Мы уже обменялись ударами, а ты по-прежнему думаешь, что я так скажу?

— Нет, вряд ли. Извини, я сказал лишнее. Но... раз ты не собираешься использовать ту способность, то теперь моя очередь!

Просвистел ветер — Зенбэру необычайно быстро ударил Зарюсу ногой, толстой как ствол дерева. Он ни секунды не колебался.

Уворачиваясь, Зарюсу рубанул Морозной Болью. Однако раздался металлический лязг и Зенбэру отбил его меч.

Зарюсу распахнул глаза от удивления. Если рассуждать здраво, то металл разрезает плоть. Однако энергия ки перевернула эту логику.

Способность «Стальная кожа». В тот миг, когда клинок соприкасается с кожей, её покрывает ки и она становится тверже стали. Этот навык был похож на «Природное стальное оружие», тем не менее за одинаковое время тренировки позволял достичь большей прочности.

Зенбэру кожей отбил магический меч. А значит, он достиг больших высот в способностях монаха. Однако Зарюсу был уверен в своей победе. Разница в боевых техниках обеих сторон не была астрономической, но Зенбэру оказался в относительно невыгодном положении — он позволил себе атаковать непрерывно. На Зарюсу сыпались удары ногами, хвостом, кулаком, ребром ладони... С каждым ударом Зенбэру полагался на способности организма, что было не только быстро, но и тяжело.

Перед таким врагом даже Зарюсу пришлось отказаться от нападения и перейти в защиту. Град ударов лишь усиливался — и всего один пропущенный привёл бы к проигрышу. Наблюдавшие людоящеры верили, что у их вождя победа уже в руках, и кричали в знак поддержки.

Когти Зенбэру иногда задевали Зарюсу, с лёгкостью разрезая защищающие тело твёрдые чешуйки и разбрызгивая свежую кровь. Такие вовсе не маленькие раны покрывали всё тело Зарюсу. Он ходил по краю обрыва и мог сорваться в любую секунду. Никого бы не удивила его сдача. Людоящеры радовались, предвкушая победу своего вождя.

Однако Зенбэру не разделял их мнения. Вождь чувствовал, что с каждым блокированным ударом победа всё больше выскальзывает у него с рук, что ввергало его всё глубже и глубже в пучину отчаяния.

Каждый удар Морозной Боли обдавал холодом. Более того, чтобы немного обморозиться, хватало одного соприкосновения с клинком. Другими словами, каждое соприкосновение клинка с его плотью ослабляло Зенбэру. Руки замёрзли, ноги онемели. Движения становились всё более медленными.

Какой позор... я слишком быстро проиграл в предыдущем сражении... и даже не узнал, что клинок обладает такой способностью! Похоже, тот навык был не единственным! Неудивительно, что это одно из четырёх сокровищ!

Именно потому, что Зарюсу знал о таком эффекте меча, он и решил перейти в оборону; вернее, он выбрал этот метод, чтобы гарантированно причинить вред противнику. Именно поэтому он не уклонялся от ударов Зенбэру, а встречал их мечом.

Такое решение было самым дальновидным, но также и самым сложным путём к победе.

И не было ни одного изъяна. Сейчас для Зенбэру это был величайший враг.

Зарюсу прыгнул, Зенбэру замахнулся кулаком. Если заблокируют и этот удар, шансы на победу Зенбэру уменьшатся ещё сильнее.

Зенбэру казалось, будто он в одиночку осаждает неприступную крепость.

Эх, какой стыд, неужели я не смогу его победить... Как же долго я ждал этого мига!

Он вспомнил, как затеял драку с бывшим владельцем Морозной Боли. С того времени он стал намного сильнее, в надежде на победу пройдя нескончаемые изнурительные тренировки. Услышав о том, что победивший его людоящер был убит, Зенбэру ощутил безмерное сожаление, но тренировки не бросил.

И всё для подготовки к этому дню.

Как вождь племени, Зенбэру не мог всё бросить и пойти искать нового владельца Морозной Боли, чтобы вызвать на поединок. Потому, услышав, что тот прибыл в деревню, он едва сумел сдержать радость.

Вождь не мог позволить, чтобы бой, которого он так ждал, завершился настолько легко.

Зенбэру бил руками и ногами, однако они постепенно теряли чувствительность, и даже ки с трудом до них доходила. Тем не менее он упорно атаковал.

Так силён, даже сильнее предыдущего владельца!

Зенбєру тренировался без устали, и этот людоящер, должно быть, тоже.

Оба людоящера бились на равных с самого начала. И, конечно, если бы он проиграл, то мог оправдаться тем, что проиграл способности Морозной Боли, но он не хотел использовать такие трусливые слова.

Невероятно! Неудивительно, что он мастер Морозной Боли! Сильнейший ящер среди нас всех!

Зенбэру продолжал атаковать, но внутри спокойно восхищался Зарюсу, который Морозной Болью защищался от его ударов.

Раны, брызги крови, и снова раны.

Выдающиеся способности друида позволили Круш, неотрывно наблюдавшей за свирепой схваткой, предсказать её результат.

Просто невероятная проницательность... он в самом начале просчитал ход боя.

Её сильно удивили отменные способности Зарюсу.

Окружающие без устали пылкими криками поддерживали атакующего Зенбэру, который, казалось, превосходит противника во всём. Они, видно, не обратили внимания, что руки и ноги Зенбэру двигаются всё медленнее.

Зарюсу силён. В этом Круш не сомневалась.

Почти все людоящеры полагались на сильное и крепкое тело, на грубую силу, но Зарюсу рассчитывал на техники, а Морозная Боль была лишь инструментом... нет, даже Зенбэру рассчитывал на техники.

Морозная Боль, конечно, поспособствовала их текущему разрыву, но Круш понимала, что меч был не единственным фактором успеха.

Если дать Морозную Боль простому ящеру, то сможет ли он выстоять против Зенбэру? Скорее всего, нет. Вождь — противник не из лёгких.

Зарюсу и вправду обладал невероятным мечом, но и пользоваться им он умел превосходно, и невероятно красиво. Однако ещё большей похвалы заслуживал его острый ум. В самом начале боя, когда Зенбэру выбросил копьё, Зарюсу сумел уклониться от удара, потому что вёл себя очень осторожно. Он искал козырь противника, и понял, что копьё — простой блеф.

Когда-то он сделал трудный выбор и стал заклеймённым путешественником, но не побоялся вернуться. Какие же знания он принёс с собой, кроме разведения рыбы и этих боевых тактик?

Круш, даже не осознавая этого, была уверена, что Зарюсу выиграет. Сейчас сердце в груди сильно билось не от беспокойства о нём, а совсем по другой причине, она тихо смотрела на лицо этого мужчины.

— Он и вправду выдающийся ящер.

Бой был настолько захватывающим, что зрителям казалось, будто время летит очень быстро, но для двоих сражавшихся ящеров дела обстояли ровно наоборот. Они дышали прерывисто, а устали физически и душевно намного сильнее, чем могло бы показаться.

Несмотря на раны по всему телу, Зарюсу упрямо продолжал бой. Похвальное мужество — оценивали наблюдавшие людоящеры. Всё-таки он продержался против их вождя намного дольше, чем кто-либо другой.

Вдруг Зенбэру, который, казалось, вот-вот победит, остановился и опустил руки.

Людоящеры, затаив дыхание, ждали, пока он не объявит о своей победе. Однако он выкрикнул:

— Я проиграл!

Такого они не ожидали.

Их вождь был в шаге от победы.

Так почему же он объявил о своём поражении? Лишь Круш знала, что это случится. Она бойко подбежала к центру круга.

— Ты как?

Зарюсу тяжело дышал. Он опустил меч и истощённо ответил:

— Ни одной тяжёлой раны... это не повлияет на будущие битвы.

— Хорошо... я вылечу тебя заклинаниями.

Трава зашелестела, и показалось лицо Круш.

Раны успокаивающе потеплели, и острая боль начала спадать. Зарюсу ощутил, как внутрь втекает энергия, и потонул в этом чувстве. Затем повернул голову в сторону гигантского людоящера, с которым только что дрался насмерть.

Зенбэру окружили его соплеменники, и он рассказывал, что именно случилось, и в чём заключалась тактика Зарюсу.

— Этого должно хватить, — объявила Круш об окончании лечения, применив заклинание дважды.

Зарюсу посмотрел на собственное тело. На коже осталась высохшая кровь, но раны излечились полностью. Правда, когда исполосованная кожа растягивалась, он чувствовал напряжение, но открываться раны, похоже, не собирались.

— Спасибо.

— Не за что, — ослепительно улыбнулась Круш, показывая жемчужно-белые зубы.

— Как симпатично.

— Ах!.. — её хвост с силой ударил по поверхности воды.

Они двое замолчали. Круш — потому что непринуждённый тон мужчины сбил её с толку. Она не привыкла к комплиментам, ей было неудобно слышать их от Зарюсу слишком часто. С другой стороны, Зарюсу не понял, почему Круш не ответила. Может, он как-то ошибся? В мыслях промелькнуло такое беспокойство. На самом деле он всегда думал, что никогда не свяжет свою жизнь с женщиной, потому и не знал, как ответить. Неожиданно, но Зарюсу тоже оказался в замешательстве.

Круш и Зарюсу не знали, что делать, и тут их спас голос:

— Эй, эй, эй, ты слишком завидный ублюдок.

Они двое посмотрели на говорившего, на Зенбэру. Их одинаковая реакция на мгновение его ошарашила:

— Эх, белая, можешь и меня вылечить? — Зенбэру не тронуло даже альбиносовое лицо Круш. Когда она вспомнила его первое появление, то поняла, что ему просто не хватает такта.

— Хорошо... но ничего, что тебя вылечит друид из другого племени?

— Да это неважно. Хватит болтать, у меня всё тело болит, даже кости замёрзли, можешь поспешить?

— Ты сам попросил, так что не забудь объяснить это своим друидам.

— Хорошо, это я тебя заставляю, приступай.

Круш вздохнула и начала лечение. Зарюсу почувствовал, что количество враждебных взглядов поубавилось, и среди них даже начали появляться добродушные.

— Отлично, я закончила, — на Зенбэру Круш наложила куда больше лечащих заклинаний, нежели на Зарюсу. Это значило, что его раны были глубокими, хотя этого и не было видно.

— О, а ты способней, чем друиды моего племени.

— Спасибо, но я редко лечу ящеров из других племён... Нет, спасибо за хвалу.

— Что ж, раз раны вылечены, перейдём к главному делу? Или это слишком поспешно, Зенбэру?

— Ха! Ну давай послушаем тебя... хотел бы я сказать... — Зенбэру на мгновение остановился и с улыбкой продолжил: — Но давай сначала выпьем!

Зарюсу и Круш озадачено на него посмотрели, будто не понимая, что тот говорит.

— Хлопотные официальные дела следует вести на банкете, разве не понятно?

На переговорах демонстрация силы обязательно даст преимущество. Зарюсу понимал, что ради этого должен был рискнуть жизнью. Именно так было принято у людоящеров. Однако он не мог понять, зачем устраивать банкет, поскольку у Зелёного Когтя такого обычая не было. Как-то не хорошо веселиться сразу после смертельной битвы.

— Я не понимаю... — Зарюсу захлестнуло чувство смирения, и он искренне удивился. Но тут же пожалел о том, что отреагировал так по-детски перед вождём племени, которому ещё предстояло стать их союзником. А ещё почувствовал, как Круш странно на него смотрит. Но поскольку Зарюсу не был опытен в делах любовных, то любопытный взгляд Круш не ощутил. Взгляд, которым смотрят на любимого, что показал новую, милую сторону, и ею восхищаются. — То есть я хочу сказать, что слишком много выпивки притупит разум, — Зарюсу в панике изменил слова, но Зенбэру, похоже, не возражал и ответил:

— Эй, эй, эй, ты ведь путешественник? Если ты хотел чему-то научиться в округе, то пошёл к гномам, так ведь?

— Нет, я учился не у гномов, а у лесных жителей.

— Неужели? Тогда запомни вот что: друзья, пьющие вместе, становятся приятелями. Это учение гномов. Времени осталось мало, вскоре мы должны начать наши переговоры. Я ведь прав, Зарюсу Шаша?

— Да... теперь я понял, Зенбэру Гугу.

— Великолепно! Слушайте все, у нас будет банкет! Тащите всё сюда и начинайте готовиться!

♦ ♦ ♦

На земле разожгли почти двухметровый костёр, невероятно горячее пламя, казалось, может поджечь само небо. А светился он так ярко, что далеко-далеко отогнал тьму ночи. А недалеко от костра стоял гигантский горшок — метр в высоту и больше восьмидесяти сантиметров в диаметре; в воздухе витал запах алкоголя. Десятки людоящеров по очереди черпали изнутри жидкость. Но винный горшок, казалось, бездонный. Как и Морозная Боль Зарюсу, это было одно из четырёх сокровищ, «Гигантский горшок вина». Вино было мягким, такое вряд ли пришлось бы по вкусу ценителям алкоголя. Но людоящерам оно казалось восхитительным. Вот почему они возвращались, чтобы набрать ещё.

На некотором расстоянии от винного горшка находилось тихое место. А почему? Да потому, что пьяные людоящеры здесь спали. Сюда бросали всех тех, кто опьянел от алкоголя.

Круш, снявшая свой травяной наряд, ступала осторожно, хотя и нечаянно наступила одному из спящих на хвост. Шаги были ровными, не похоже, что она была пьяна, но и полностью трезвой тоже не была. Хвост, казалось, объявил о своей независимости и метался куда попало. Временами закручиваясь, а затем выпрямляясь. В мгновение поднимался, а потом резко опускался, веселясь как ребёнок.

На самом деле Круш казалось, словно через сердце дует освежающий ветер. Частично от алкоголя, но и частично помогло чувство раскрепощения. Она впервые показала своё альбиносовое тело перед большой группой ящеров. Но поскольку их вождь походил на мутанта, её приняли почти сразу.

Быстрыми шагами продвигаясь вперёд, Круш несла еду в обеих руках. Она пришла к месту, где Зарюсу и Зенбэру сидели, скрестив ноги, и пили друг с другом. В качестве кружек они использовали что-то похожее на кокос. Внутри находилась прозрачная жидкость, которая сильно пахла алкоголем. Круш положила сырую рыбу прямо перед ними, как закуску к вину. Зенбэру встретил её улыбкой:

— А, болотный монстр.

— Можешь, пожалуйста, называть меня по-другому? — свой наряд она уже сняла, но этот людоящер продолжал её так называть. Наверное, он собирался вечно её дразнить. Круш это осознала и решила перестать напрасно сопротивляться. — Вы закончили свой разговор?

Зарюсу и Зенбэру глянули друг на друга и кивнули.

— Большую его часть.

Они хотели поговорить как мужчина с мужчиной, и потому попросили Круш их ненадолго оставить. Они дали ей понять это так явно, что у неё не осталось другого выбора, кроме как пойти собирать еду. Если бы они собирались обсудить предстоящую битву, то не отослали бы её.

Она хотела узнать суть вещей, избегая неловких подробностей...

— Это разговор между мужчинами, — но Зенбэру холодно закрыл тему.

На лице Круш проступило искреннее недовольство, но ей пришлось смириться.

— Так что вы планируете? Сформировать союз и драться вместе?

— Э? О, конечно мы будем драться. Даже если бы вы оба не пришли, мы бы сражались, — изо рта Зенбэру послышался звук трущихся друг о друга досок.

— Ты и вправду помешанный на битвах.

— Не нахваливай меня так, я смущаюсь, — Зенбэру оставил без внимания то, что Круш запнулась, и попросил у неё кое-что: — О, точно, болотный монстр, не могла бы ты помочь мне его переубедить? Сколько ни прошу, Зарюсу отказывается становиться нашим вождём.

Зарюсу от усталости вздохнул. Круш поняла, что в её отсутствие этот вопрос поднимался бесчисленное количество раз.

— Это невозможно. Он ведь из другого племени и... — Круш хотела сказать «путешественник», но вспомнила, что Зенбэру тоже путешественник, потому повела разговор в другое русло: — А почему ты стал путешественником?

— Э? О, проигрыш владельцу Морозной Боли для меня стал большим ударом, вот мне и захотелось уйти и посетить разнообразные места, стать сильнее... разве это не естественно? Так я и стал путешественником.

Сидевший возле него Зарюсу устало опустил плечи. Круш вспомнила, что он тоже рассказывал о своих странствиях. Когда Зарюсу стал путешественником, его вел долг к своему племени и решимость. Зенбэру, наверное, чувствовал нечто похожее... но по его поведению этого заметно не было. Круш нежно положила руку на плечо Зарюсу, чтобы его утешить. Она словно говорила: «Он это он, а ты это ты». Постороннему могло показаться, что Круш ведёт себя как влюблённая. Когда она это осознала, её хвост запаниковал. Хвост Зарюсу тоже сильно встрепенулся. Они двое посмотрели друг другу в глаза и застенчиво улыбнулись.

Зенбэру сделал вид, что ничего не видел, и счастливо продолжил:

— Я думал, что в тех больших горах водятся сильные парни. И там я встретил гнома, у которого многому научился, именно от него я получил то копьё. Поначалу я не хотел его принимать, но гном сказал, что это в память о нашей встрече, и мне пришлось согласиться.

— Так вот что случилось, это здорово, — холодно ответила Круш.

— Ага, благодарю.

Сарказм не сработал.

Хорошая атмосфера разрушилась; Круш взяла кружку и одним глотком осушила её. Она почувствовала, как горло согрелось, затем тепло от вина распространилось в живот и по всему телу. Зарюсу сделал так же.

— Как думаете, мы сможем выиграть? — кто-то спросил шепотом. Чувство совсем отличалось от того, что было прежде, из-за чего сразу было трудно понять, кто именно спрашивает.

Зарюсу тихо ответил:

— Я не знаю...

— Ага, и я тоже не знаю, на войне нет никаких гарантий. Если кто-то уверится в победе, не зная силу врагов, то мне захочется его поколотить и попросить не нести бред.

Зенбэру тихо смеялся, из-за чего Круш замолчала.

— Но... наш враг небрежен, это может повлиять на наши шансы, — сказал Зарюсу, а Круш объяснила озадаченному Зенбэру:

— Помнишь, что сказал тот монстр?

— Извини, тогда я дремал.

— ...Но ведь от кого-то ты об этом слышал?

— Хмпх, я забыл, потому что это напрягает. Всё равно важно то, что они на нас нападают, а мы им ответим, верно?

Этот тип безнадёжен... Круш сдалась ему всё объяснить, Зарюсу криво улыбнулся и вместо неё ответил:

— Он сказал «сопротивляйтесь упрямо, смертные».

У Зенбэру на лице появилось опасное выражение, он усмехнулся:

— Как это бесит, он с самого начала смотрит на нас свысока,— сердито взревел вождь. Видно, от сильного гнева и недовольства.

— Верно, враги смотрят на нас свысока. Раз они так уверены... то способны с лёгкостью нас сокрушить... Но мы раздавим их высокомерие. Мы объединим пять племён и покажем самую большую силу, которую можем собрать. Мы ударим в лоб и покажем, что мы не беззащитные слабаки.

— Хмпх, неплохо, мне нравится такая простота.

Пока два людоящера пылко обсуждали предстоящую битву, Круш остудила их пылкие замыслы:

— Для нас не будет ничего хорошего, если мы слишком сильно раним их гордость. Мы просто должны показать им нашу ценность, верно? Если они поймут, что нас можно использовать, то, может быть, и не уничтожат.

— Эй, эй, ты хочешь склонить голову перед такими раздражающими типами?

— Зарюсу... я понимаю опасность побега, но думаю, что сохранить себе жизнь важнее, чем потерять свободу, — тихо ответила Круш.

Другие двое не упрекали её и не высмеивали. Никто не хотел оказаться под чьей-то властью, но у порабощения больше будущего, нежели у смерти. Если будущее будет, то будет и бесконечно возможностей. Например, если они научат всех разводить рыбу, то, может быть, смогут покинуть свои дома и сбежать. А тот, кто откажется от такой возможности и отправит всех на смерть, не имеет права называться лидером.

— Прислушайтесь, — тихо сказал Зарюсу. Издали ветер приносил смех банкета. — Если мы окажемся под чьей-то властью, то, вероятно, больше не сможем так веселиться.

— А вдруг сможем?

— Ты правда так думаешь? Я — нет. Я не думаю, что существо, которое будет в восторге от нашей смерти, такое щедрое. Те, кто способен проявить милосердие, не стали бы так насмешливо заявлять об нашем уничтожении.

Круш кивнула в знак согласия.

Но тем не менее...

— Я хочу сказать... пожалуйста, не погибни.

— Конечно не погибну, не раньше, чем услышу ответ на тот вопрос.

— !..

Под холодным ночным небом Круш и Зарюсу посмотрели друг другу в глаза.

И поклялись.

Совершенно не обращая внимания на недовольного Зенбэру.

Интерлюдия

Он вышел из зала совещаний, где уже, наверное, начали обсуждать другую тему. Но там ему больше делать было нечего — отчёт уже был сдан. Впрочем, у него ещё оставалась работа первого места Чёрного Писания, капитана. Она заключалась в воскрешении мёртвых членов, выборе временных на место ушедших, тренировке и экспериментах. А ещё он вёл тайную жизнь: работал в Теократии шпионом, ведь Шесть Писаний была секретной организацией.

А что до его личной жизни — приходилось ходить на сватовство, более того, ради полигамного брака. В Слейновской Теократии пробудилось всего три «потомка Бога», потому власть имущие тонко намекали, чтобы он «нарастил скорость воспроизводства».

Такая рутина накапливалась, отбирая всё свободное время.

— А я надеялся, они хоть сегодня дадут мне немного отдохнуть.

Покинув собрание высочайшего уровня Слейновской Теократии, заседание архиепископов, он чуть размял плечи, как вдруг его привлёк щёлчок. Он знал, кто его произвёл, даже не глядя в ту сторону. Капитан это легко понял, вспомнив, кто отсутствовал в зале, ведь сюда пускали очень немногих граждан.

Как он и ожидал, перед ним облокотившись о стену стояла юная девушка.

На голове уникального цвета волосы: одна сторона серебристо-белая, будто испускающая мягкий свет, вторая же чёрная, всепоглощающая. Глаза тоже разного цвета. Рядом с девушкой — боевая коса размером с неё саму. На вид ей меньше пятнадцати, но сколько на самом деле — неизвестно. С тех пор как он стал капитаном Чёрного Писания, первым местом, она совсем не изменилась.

Его взгляд остановился на её ушах, скрытых под волосами, но он быстро опомнился и перевёл взгляд на лицо девушки. Она не любила, когда другие смотрели на её уши.

Блестящие губы девушки выгнулись полумесяцем, она будто прочла его мысли.

Полукровка, вероятность рождения которой практически равнялась нулю, сильнейшее особое место Чёрного Писания, «Верная Смерть». Её работа заключалась в защите святилища, где хранились пять священных предметов.

Тот щёлчок издала игрушка в руках девушки — кубик Рубика, который сделали популярным шесть священных Богов. Снова щёлкнув, девушка спросила:

— Собрать одну сторону легче легкого, но две — очень трудно, согласен?

Для него это не составило бы труда, но он не был уверен, следует ли ответить честно, потому просто криво улыбнулся. Впрочем, девушку ответ не волновал, она продолжила:

— Что случилось? Почему собрались архиепископы?

— Вам должны были доставить отчёт.

— Не читала, — кратко ответила она. — Быстрее спросить кого-то, кто об этом знает. Пророчество «Астролога Бесконечности» ошибочно? Что-то случилось с теми... кого послали победить Драконьего Короля Бедствия, верно?

Во время разговора они не смотрели друг другу в глаза — девушка продолжала играться с кубиком Рубика.

— Они дрались с загадочной нежитью, и когда двоих убили, а одного тяжело ранили, им пришлось отступить.

— Кто погиб?

В голосе не было слышно грусти из-за потери соратников. Словно это с ней было никак не связано. Впрочем, его это не волновало. Такое отношение было в её стиле.

— Телохранитель госпожи Кайрэ, Сэдан, и Бомарше, что попытался захватить замершего вампира.

— Значит, «Щит Тысячи Стен» и «Божественная Цепь». Недавно от загадочного взрыва умерла «Принцесса-Мико Земли», и теперь Чёрное Писание потеряло ещё двух хороших людей... какая катастрофа. Так кого тяжело ранило?

— Госпожу Кайрэ. Кажется, какое-то проклятье не давало подействовать магии лечения, потому она отступила.

— Как поступили с вампиром?

— Оставили в покое. Когда мы пытались приблизиться или захватить его, он атаковал в ответ. Поэтому мы решили оставить его там, где нашли.

— Разве это не уход от проблемы?

— На собрании с нами согласились.

Именно такое постановление приняли в зале совещаний.

Вместо того чтобы атаковать и понести серьёзные потери, было лучше оставить всё как есть и собрать силы. Всё равно такую нежить другие страны победить не смогли бы. А если вампира кто-то всё же победит, то, значит, придётся опасаться уже его и начинать усиливать оборону страны. В конце концов, архиепископы единогласно решили, что следует всё-таки отозвать не всех, а оставить небольшую команду.

Он был согласен с таким решением.

Такого вампира в прямом бою мог победить лишь кто-то уровня «Потомка Бога» или Драконьего Короля. Оставить там команду наблюдателей — очень мудро.

— Хм, это ведь был не обычный вампир, да?

Он тоже так считал, вот почему ранее сказал «загадочная нежить».

— Может быть, Драконий Король? Вампирский Драконий Король или Старший Гробовой Драконий Король? — уголки её губ явно приподнялись в улыбке. Если только такую жажду крови можно было называть улыбкой.

— Разве эти два дракона не уничтожены?.. — испуганно спросил он. Девушка ответила сразу же:

— Они оба были нежитью, трудно сказать, мертвы ли они на самом деле, — «Верная Смерть» впервые подняла голову и посмотрела прямо на него. Ее разноцветные глаза блестели любопытством, радостью и жаждой сражения. — Как думаешь, кто сильнее, вампир или я?

Такого вопроса он ожидал и выдал заранее подготовленный ответ:

— Конечно вы.

— Правда?..

Девушка, похоже, потеряла интерес и снова перевела взгляд на игрушку.

Он вздохнул с облегчением.

— Какая жалось, я думала, у меня появилась возможность вкусить поражения, — прошептала она.

Услышав её слова, он задумался: кто же выиграет, если эти двое в самом деле схлестнутся в бою?

Ему уже довелось сражаться и с девушкой, и с вампиром. Хотя чувствовалось, что вампир сильнее, он просто не мог победить «Верную Смерть».

Их экипировка была совершенно разного масштаба.

Вампир, похоже, оружия не имел. В этом и заключалась слабость сильных монстров: они были слишком уверены в себе и не использовали сильную экипировку. Девушка же, с другой стороны, владела реликвиями Шести Богов, потому он рассудил, что она сильнее. Но что, если бы их экипировка находилась на одном уровне?

Невозможно.

Он сразу же развеял такие мысли. Невозможно заполучить вещи, способные соперничать с божественной экипировкой девушки.

Но что, если вампир такие вещи получит?

В таком случае... наверное, сильнейшее непобеждённое особое место Слейновской Теократии познает неудачу. А с поражением стража человечества всех постигнет отчаяние.

Нет, почему девушка обязательно будет драться в одиночку?

До её уровня он не дотягивал, но всё же был пробуждённым «Потомком Бога» и имел при себе много предметов. Если их использовать, то уж одного вампира победить они сумеют. Вряд ли существует несколько экземпляров столь сильной нежити.

Потерявшись в мыслях, он услышал смех и с хмурым лицом посмотрел на смеющуюся девушку.

— Давай поговорим кое о чём другом. Когда женишься?

Этот нерешённый вопрос всплыл и на собрании. Она имела в виду, когда он собирается завести девушку... Красиво говоря — жену, а некрасиво — инструмент для рождения детей.

— Я ещё ни одной не нашёл.

— Ну, ты ещё молод.

Когда адепты Чёрного Писания шли на миссию, то надевали магическую маску, показывающую поддельное лицо.

По законам Бога в Слейновской Теократии граждане считались взрослыми с двадцати лет. За маской же он был намного младше.

— После брака твою партнёршу не выпустят из Теократии... но не волнуйся, она всё равно сможет воспитать ребёнка.

— Я знаю, я ведь тоже член Писания.

— Верно. Ах, не забудь сообщить будущей жене, что тебе придётся жениться на нескольких девушках. В глазах закона в этом проблем нет, и даже в школах учат, что в этом нет ничего плохого, но некоторые люди не любят многожёнство.

С разрешения Теократии мужчине можно было иметь нескольких жён. Старая практика, которую установили несколько влиятельных людей для сохранения своей кровной линии. Но нормой считалась моногамия, было лишь несколько успешных примеров полигамии за год. Да и те ограничивались двумя жёнами.

— Спасибо за ваше любезное напоминание, а вы... вы не собираетесь выйти замуж? — спросил он, потому что она была намного старше, чем выглядела.

— Ну, если появится мужчина, который сумеет меня одолеть, мы поженимся. Даже если это будет урод с мерзким характером... Неважно, даже если он не человек, если только он сможет меня победить. Как думаешь, насколько сильным будет наш ребёнок? — девушка положила руку на живот и впервые за сегодня улыбнулась.

Он был уверен: такой ответ означает, что «Верная Смерть» не собирается выходить замуж никогда. Но как всё изменится, если появится кто-то, кто сумеет победить вампира? Его душа омрачилась беспокойством.

Глава 3. Армия смерти

Часть 1

— О, уже вижу, — Зенбэру, сидевший на самом заду Ророро, посмотрел вперёд и улыбнулся.

В нескольких сотнях метров впереди виднелось поселение племени, которое будет уничтожено первым, поселение Бритвенного Хвоста. По размерам оно не уступало деревне Зелёного Когтя, но людоящеров в нём собралось намного больше. Наверное, ящеры из других племён уже пришли. Все поспешно готовились к предстоящей битве.

— Как же прекрасно, — Зенбэру громко вдохнул, смакуя воздух. Этот запах заставлял кровь закипать, но Круш, не чувствовавшая такого прежде, думала иначе.

— Может быть, остановимся? Мне кажется, на этом малыше дальше ехать опасно, не думаете? — тревожилась одетая как растительный монстр Круш. Сильное давление чувствовалось даже с такого большого расстояния. Она боялась, что гидра вызовет гнев людоящеров, жаждущих крови. Некоторые из собравшихся там ящеров знали Зарюсу, но не Круш или Зенбэру. Впрочем, из племени Бритвенный Хвост путешественника мало кто знал.

— Нет, напротив. Так будет спокойнее.

Недоумение Круш проступало даже через ее одеяние. Зарюсу по-простому объяснил:

— Мой старший брат уже, наверное, прибыл и точно всем рассказал, что я буду на гидре. Новости, что мы едем на Ророро, скоро ему доставят, нам просто не нужно спешить.

Они проехали верхом на Ророро ещё немного, и из деревни вышел знакомый ящер с чёрной чешуей. Зарюсу помахал ему рукой.

— Это мой брат.

— Хм?

— Хо.

Круш и Зенбэру ответили одновременно. Она — просто из любопытства, а он — словно зверь, нашедший себе сильного противника.

Ророро приблизился к Сасурью настолько близко, что расстояние уже не мешало разглядеть лицо ящера. Два брата посмотрели друг на друга. Они не виделись какие-то два дня, но очень сильно обрадовались, ведь прощались словно в последний раз.

— Как хорошо, что ты возвратился, младший брат!

— Ага, я принёс хорошие вести, старший брат!

Вождь перевёл взгляд на двоих людоящеров, сидящих у брата за спиной. Зарюсу почувствовал, как у державшейся за него Круш от волнения напряглись руки.

Подойдя к Сасурью вплотную, Ророро ласково потянулся к нему шеями.

— Прости, я не взял с собой еды.

Как только гидра это услышала, то убрала все четыре головы, будто обидевшись. Речью людоящеров она не владела, но Сасурью для неё — словно член семьи, его-то понять она могла. А может, он просто не пах рыбой.

— Ну что, слезаем? — сказал Зарюсу пассажирам и ловко спрыгнул с Ророро. Затем подал руку Круш и помог ей спуститься. Сасурью удивлённо на неё посмотрел:

— Это болотный монстр?

Круш пала духом, но не возразила — уже привыкла к тому, что Зенбэру постоянно её подразнивал.

— Это девушка, которая мне нравится.

Но от такого просто застыла.

— Ох-х, — Сасурью вздохнул. Затем посмотрел на Круш, которая всё ещё не отпустила руку Зарюсу. — Му-у... Хочу спросить лишь одно, она красива?

— Ага, я думаю на ней женить... ай! — острая боль в руке заставила Зарюсу замолчать. Его укололи когтем. Круш вообще не сдерживалась. Сасурью окинул их недовольным взглядом:

— Ясно... так ты придирчив к внешности... а ещё утверждал, что не женишься, лишь бы казаться крутым. Ты просто не встретил ту самую... Ну да ладно, я — вождь племени Зелёный Коготь, Сасурью Шаша. Благодарю вас за то, что согласились вступить с нами в союз, — с абсолютной уверенностью заявил Сасурью, не усомнившись в том, кто такие Круш и Зенбэру и зачем сюда пришли. Впрочем, такой пустяк их двоих не волновал.

— Это мы должны вас благодарить. Я исполняющая обязанности вождя племени Красный Глаз, Круш Лулу.

Все подумали, что Зенбэру представится следующим, но этого не случилось. Он без раздумий окинул Сасурью оценивающим взглядом и, довольно оскалившись, заговорил:

— Так это ты воин, который может пользоваться силой друидов? Я о тебе наслышан.

— Не думал, что даже Драконий Клык обо мне наслышан, — ответил Сасурью.

Они глядели друг на друга, будто пара диких животных.

— Зенбэру Гугу, вождь племени Драконий Клык. До того дня, пока твой брат не согласится занять моё место.

— Спасибо, что пришёл. Ты и вправду достойный вождь племени, в котором более всего ценят силу, я приветствую тебя.

— Не хочешь провести поединок? Может, выясним, кто сильнее?

— Великолепная мысль...

Зарюсу не встревал. Если сейчас узнать, кто сильнее, в будущем будет проще. Но Сасурью поднял руку, развеяв жажду боя Зенбэру:

— ...Но не сейчас, не в такое время.

— И почему же? — недовольно спросил Зенбэру, Сасурью улыбнулся:

— Скауты, которых мы послали собрать более подробные сведения о враге, скоро должны вернуться. Можем подраться, когда выслушаем, что они видели, не против?

♦ ♦ ♦

Залом собраний вождям служила небольшая хижинка. Правда, кроме пяти вождей, тут присутствовал и Зарюсу. Впрочем, этого путешественника все знали, и никто против его участия не возражал. Когда-то он убил вождя Острого Лезвия и стал владельцем Морозной Боли, а сейчас он — храбрец, убедивший племена Красный Глаз и Драконий Клык присоединиться к союзу.

Когда трое вождей увидели белую чешую Круш, то крайне удивились, но быстро восстановили самообладание. Все шестеро ящеров спокойно сели в небольшой круг и поприветствовали друг друга. Затем первым из них заговорил вождь Маленького Зуба.

Среди людоящеров он не выделялся размерами, но обладал крепкими, как сталь, руками и ногами. Охотником он стал ещё в молодости, и сейчас лучше всех на озере владел оружием дальнего боя. Во время турнира за место вождя все свои бои выигрывал всего лишь одним точным броском камня.

Именно он собрал всех охотников и повёл на разведку, чтобы определить местоположение вражеских войск.

— Врагов около пяти тысяч.

Больше, чем живущих на болотах людоящеров, но всё же в пределах ожиданий. Кто-то даже вздохнул с облегчением.

— Кто ими командует?

— Не могу сказать наверняка, там, в середине, стояли монстры, похожие на большие куски красного мяса. Ближе подобраться мы не смогли.

— А состав армии?

— Нежить, в основном скелеты и зомби.

— Нежить из ящеров?

— Нет. Хвостов у них я не видел, а о сухопутных созданиях я знаю не очень много. Наверное, из людей.

Раса, живущая на равнинах, — люди. Зарюсу не сомневался, что нежить именно из них.

— Мы можем нанести неожиданный упреждающий удар?

— Сомневаюсь, враги очистили от деревьев угол леса, превратив его в открытую поляну, и там расположились. Интересно, сколько времени ушло на вырубку? И, странно, я нигде не видел поваленных деревьев. В общем, они в лесу. Даже привести туда воинов будет непросто, не говоря уже о том, чтобы выиграть.

— Как насчёт того, чтобы внезапно напасть отрядом из одних охотников?

— Пощади нас, госпожа Круш. Охотников наберётся самое большее двадцать пять, как мы можем победить пятитысячную армию нежити? Нас сотрут в порошок.

— Хм... А если использовать силу друидов? — предложил Сасурью, и все кивнули в знак согласия, переведя взгляд на Круш. Но ответил Зарюсу:

— Нет, не стоит этого делать.

— Но почему?

— Враги пока придерживаются своего слова, но это изменится, если мы нападём.

— Согласен. Лучше подождать, пока соберутся все ящеры.

— Значит, будем готовиться к обороне?

— Защита, трудно, — проговорил, сильно проглатывая звуки, вождь Бритвенного Хвоста, закованный в белые доспехи, которые сияли не обычным металлическим блеском, а мягко светились волшебством.

Одно из сокровищ людоящеров, Кость Белого Дракона — набор брони, созданный из костей ледяного дракона, некогда обитавшего в Азерлисских горах. Доспехи из костей — даже костей могущественного дракона — не должны поддаваться магии, но некто сумел их зачаровать, и никто не знает когда. Причем, вероятнее всего, на них пало проклятье. В этом и вся загвоздка. Кость Белого Дракона преобразовывала разум в защиту. Если её наденет разумный людоящер, то она станет твёрже стали, сравняется с мифрилом или даже легендарным адамантом. Но даже если снять доспех, разум не вернётся. Вот почему некоторые говорили, что эта магия на самом деле проклятье. Среди людоящеров этот вождь славился своим умом. Когда он надел доспехи, защита стала такой большой, что её не пробивало никакое оружие людоящеров, даже одно из четырёх сокровищ, Морозная Боль. Наверное, Кость Белого Дракона стала крепка как адамант. И, кроме того, надевавшие броню обычно теряли рассудок и превращались в слабоумных. А этот ящер почему-то сохранил способность думать, столь невероятным умом обладал. Потому после его появления в племени Бритвенный Хвост никогда не проводили турнир за место вождя.

— Здесь, болото, слабый основа, стены... просто сломать.

— Ясно, значит, атаковать следует нам?

— Ага, почему бы и нет? Нападать всегда лучше, чем защищаться, пусть каждый из нас уничтожит трёх-четырёх врагов. И мы победим, это легче лёгкого, — предложил Зенбэру. Все переглянулись и, в конце концов, Круш сменила тему разговора:

— Вот только к врагу может прийти подкрепление... может, они ещё собирают силы.

— Хм... трудно сказать. Мне казалось, что на той поляне больше нежити не поместится... Хотя в таком случае её можно просто поставить в лесу.

Нежити не нужна еда, отдых или большое, открытое пространство для лагеря. А значит, по размерам той области определить количество мертвецов трудно.

— На всякий случай рассмотрим и оборонительную стратегию.

— Что ж, тогда Красный Глаз займётся укреплением стен. Надеюсь, все помогут.

Остальные вожди кивнули в знак согласия, даже приунывший Зенбэру.

— В общем, нам нужно подготовить оборону и установить структуру командования.

— Прежде всего, друидов следует передать Круш.

Все согласно закивали, но один возразил:

— Вожди должны образовать специальную команду, — заговорил Зарюсу, привлекая всеобщее внимание.

— Понятно... так вот что ты удумал, брат.

— Говоришь, следует образовать элитную команду?

— Верно. Враги превосходят нас числом, если мы не уничтожим их командира, то проиграем. Когда монстр, посетивший все деревни, появится, мы не выиграем количеством, нам придётся уничтожить его небольшой группой элиты.

— Разве наши силы тогда не останутся без лидеров?

— Из воинов... выбрать... выбрать лидер.

— Даже без командира они справятся. В нужное время броситься на врагов не так уж и сложно...

— Специальная группа будет командовать из тыла, а мы начнём двигаться лишь когда обнаружим вражеского командира или если битва не заладится. Все согласны?

— Думаю, да. Так почему бы тогда не создать команду из нас шестерых, включая Зарюсу?

— Нет, нужно создать две команды по три ящера.

Разделившись, они смогут сражаться на два фронта, но это распылит и ослабит их силу.

— Одна команда нападёт на вражеского командира, другая будет отвечать за оборону.

— Что ж, тогда мы, три вождя, образуем одну команду, а Зарюсу и двое вождей, которых он привёл, — другую, это будет лучший способ разделения наших сил. Команды будут реагировать по обстановке.

— Отлично. Что думаешь, Зарюсу?

— Согласен. Зенбэру, Круш?

— Не возражаю.

— Я тоже. Жаль, что я не смогу подраться так, как мне хочется, но я последую воле того, кто меня победил.

— Хорошо. До сражения осталось четыре дня, верно?

— Ага.

— Нам нужно подготовить что-нибудь ещё?

— Надо насобирать камней для метания и укрепить стены. А ещё пообщаться со всеми, установить цепочку командования и убедиться, что все племена будут действовать как одно целое.

— Что касается распределения работы, мы, племя Маленький Зуб, хотим, чтобы этим занимался Сасурью, как и раньше.

— Мы... согласны... а вы... два?

Круш и Зенбэру тоже кивнули.

— Тогда я принимаю командование. Теперь следует составить подробный план действий на следующие три дня.

♦ ♦ ♦

Работа на сегодня уже закончилась, и Зарюсу молча шёл по шумной и оживлённой деревне. Многие людоящеры, завидев символ на груди и Морозную Боль на поясе, уважительно приветствовали его. Это немного раздражало, но чтобы поднять мораль, приходилось отвечать. Зарюсу говорил серьёзно и уверенно. Он вёл себя так всё время, пока направлялся к окраине деревни, где множество ящеров сосредоточенно и поспешно возводили стены.

Сначала на некотором расстоянии друг от друга забивали колья, связывали их лозой и налепляли на неё грязь, после чего друиды магией удаляли всю жидкость. Правда, появлялись небольшие трещины, наверное, из-за того что внутри оставалось немного влаги. Затем они повторяли то же самое на следующем отрезке.

— О, Зарюсу, что такое?

— Ничего, просто интересно, что ты делаешь, — со всплесками воды Зарюсу подошёл к Круш, одетой как растительный монстр, и указал на работу, которая повторялась перед ними несколько раз. — Что это?

— Грязевая стена. Мы не знаем, какие враги придут, но так просто до деревни они не доберутся... Однако времени мало, а мы даже половины не сделали.

— Правда?.. Но стена ведь из грязи, разве её сложно разломать?

— Это если стена тонкая. Но чем она толще, тем крепче. Мы её возводим поспешно, необходимых материалов не хватает, да и под дождём она размокнет, но всё равно быстро не развалится.

Верно, достаточно толстую стену разрушить труднее, из какого бы материала она ни состояла. Перед задумавшимся об этом Зарюсу десятки людоящеров работали на пределе возможностей, но прогресс шёл с черепашьей скоростью. Даже через три дня такой работы стена станет не намного шире. Но это лучше, чем ничего.

— Там, где стена не достанет, пока будет стоять забор, который трудно снести.

В направлении, что указала Круш...

В ряде кольев, которые потом превратятся в грязевую стену, некоторые повытаскивали и забили их чуть в глубь стены таким образом, чтобы с не вытащенными кольями они образовывали треугольник, а потом между ними посвободнее натянули лозу, чтобы никто там не прошёл.

— Что это?

— Мы просунем туда что-то тяжёлое, и забор не упадёт, даже если его толкать или тянуть. А верёвки не дадут врагам пробраться между кольями. К слову, натянутые верёвки очень легко режутся мечом или ножом, вот почему мы их ослабили, — оживлённо ответила Круш.

Во время их небольшого путешествия это Зарюсу всегда её обучал. Она радовалась, что сумела его научить хоть чему-то. Но не только.

— Понятно... так ограду будет труднее уничтожить.

От этих слов Круш возгордилась.

Зарюсу кивнул.

План по превращению деревни в крепость продвигался гладко. Она, конечно, не могла сравниться с оборонительными сооружениями людей и гномов, но в труднопроходимых болотах лучшее построить невозможно.

— Кстати, Зарюсу, ты сообщил бойцам... — сказал Круш, и тут ветер принёс голоса воинов. Их громкие и горячие возгласы. — Что происходит? Звуки знакомые... Знаю! Таким способом вы, ребята, болеете за тех, кто дерётся. Неужели это дуэль между твоим братом и Зенбэру?

Зарюсу кивнул и заметил, что Круш выглядит обеспокоенно.

— Не возникнет ли трудностей, если твой брат проиграет, он ведь главнокомандующий?

— Не знаю, но старший брат силён. А навыки друида делают его ещё сильнее, даже я могу ему проиграть.

Укрепив себя несколькими заклинаниями, Сасурью становился очень сильным. Поскольку поединок был простой, тренировочный, он наступательными заклинаниями, вероятно, не пользовался. Иначе даже Зарюсу пришлось бы взять в руки свой меч, чтобы с ним потягаться. Прежний владелец Морозной Боли не использовал против Зарюсу особую способность меча, которую можно использовать трижды за день, потому что истратил её в бою с Сасурью.

— Это чудесно...

Зарюсу собирался поведать Круш о том, насколько брат силён в бою, но вспомнил, что его беспокоит кое-что другое. Немного поколебавшись, он всё же решил это сказать. Он презирал себя за то, что приходится говорить такие слова, когда все планы уже установлены. Однако не мог скрывать это от своей любимой, настолько чистые и сильные чувства к ней испытывал.

— Я волнуюсь...

Услышав его тревожный голос, Круш улыбнулась. Натянутой улыбкой, которая совсем ей не подходила, это остановило Зарюсу. Друид заговорила вместо него:

— Волнуешься о том, что не сказал на собрании, да? Думаешь, враг мог всё это предвидеть и ждать, чтобы мы создали союз.

Зарюсу молчал, она угадала.

Враги дали им время, намеренно объявили порядок нападения и не мешали Зарюсу, который пытался образовать союз. Что, если они с самого начала хотели собрать людоящеров вместе и уничтожить?

— Я много о чём волнуюсь, как и ты, Зарюсу. Но всё равно мы сразимся с врагами... Об остальном подумаем после.

— Они не сдадутся, даже если мы выиграем. Вероятность того, что они о нас забудут, просто ничтожна.

— Наверное. Но я верю в то, что ты сказал той ночью. Взгляни... — Круш обвела руками пустоту перед собой. Но Зарюсу понял, что она указывает на всю деревню. — Взгляни, ящеры из разных племён работают над одной целью.

— Да, все действуют как одно целое.

В мыслях Зарюсу возник образ банкета пяти племён. Как все гармонично друг с другом общаются. Он соврал бы, если б сказал, что выжившие из двух уничтоженных племён не таят обиду. Но перед лицом катастрофы они проявили волю и подавили свою ненависть.

«Какая ирония», — прошептал Зарюсу. Он всегда считал, что их разделённые миры такими вечно и останутся, он и подумать не мог, что появится общий враг и позволит ему стать свидетелем объединения ящеров.

— Мы должны защитить наше будущее, Зарюсу. Союз всех племён поможет нашему развитию.

Зарюсу никогда не видел технику постройки стен из грязи. Но теперь о ней знают все племена, и в будущем будут строить крепкие стены, которые не проломят даже сильные монстры. Нападений на детей станет намного меньше, и количество людоящеров возрастёт. А с использованием рыбной фермы Зарюсу они смогут удовлетворить растущий спрос на еду. Наверное, в ближайшем будущем все людоящеры болота объединятся в одно гигантское племя.

— Давай выиграем, Зарюсу. Нельзя узнать, что случится в будущем. Может быть, после битвы всё закончится. И тогда мы начнём строить чудесный мир без проблем с едой и необходимости людоящерам убивать друг друга, — Круш улыбнулась. Зарюсу подавил эмоции, ведь если бы они вырвались наружу, людоящер не смог бы успокоиться. Но одно он хотел сказать:

— Ты отличная женщина... когда битва закончится, пожалуйста, дай мне ответ на вопрос, который я задал при нашей первой встрече.

Улыбка Круш засияла ещё ярче.

— Хорошо, Зарюсу. Я отвечу, когда всё закончится...

♦ ♦ ♦

Демиург находился в отличном настроении, он даже подпевал, работая.

Страж поднял отполированную кость, задумавшись, куда бы её пристроить для лучшего вида. Приняв наконец решение, он отрезал кончик и поместил его в предмет, созданием которого занимался.

Кость села идеально: как недостающий кусочек головоломки.

Если постройка дома без гвоздей называлась «точность деревянных соединений», то работа Демиурга — «точность костяных соединений».

— Выглядит великолепно.

Демиург улыбнулся и погладил кость. Он чувствовал, что если продолжит над этим работать, то создаст выдающийся шедевр.

— Но... мне не хватает правой бедренной кости человека, рост которого сто двадцать сантиметров.

Он мог завершить работу даже не найдя этой кости. Но без неё шедевр не получится. Обычно Демиург пошёл бы на компромисс. Но этот подарок предназначался любимому мастеру, здесь совершенность просто необходима.

— Где бы найти что-то подходящее... — Демиург в хорошем настроении поднялся.

Он любил создавать такие предметы. Ему нравились не сами кости, а столярная работа. И в ней его интересы простирались от произведений искусства до мебели, а навыки уже превзошли любительские.

На самом деле, если не обращать внимания на материал, с которым он работал, такое качество впечатлило бы любого.

В мастерской Демиурга (палатке) стоял бюст мастера, вылитый из лавы, а также разнообразные стулья, крепежи и много чего ещё. Всё это он сделал сам. В вещах он ценил практичность, а потому их ничем не украшал, но каждую доводил до совершенства.

Изучая материал, подобранный в углу палатки, Демиург ощутил у входа движение. Он нежно положил кость назад и, схватившись за незаменимый предмет, выданный мастером, сосредоточился на том, что происходило снаружи. Разумеется, там должен оказаться или подчинённый, или коллега. Никто не смог бы незаметно пробраться через его трёхуровневую защиту, но следовало опасаться того, кто когда-то управлял Шалти.

Через несколько секунд кто-то открыл вход в палатку. Нечто, одетое во всё белое и в маске птицы с длинным клювом. Пульчинелла — клоун, тоже создание Высших существ. На эту операцию его назначили помощником Демиурга.

Убедившись, что тот не под контролем разума, Демиург выпустил предмет и расслабился.

— Господин Демиург, кожа снята.

Эти слова заставили Демиурга почувствовать небольшой стыд. Он сам хотел насладиться этой работой, но чтобы защититься от загадочных врагов, приходилось практически всё время проводить на своём посту, и пришлось передать эту задачу Пульчинелле. Демиург, не выказав каких-либо эмоций, дал новые указания:

— Хорошая работа. Что ж, начните следующую фазу. В таком виде этот предмет я владыке Аинзу не преподнесу, слишком уж непочтительно.

Пульчинелла грациозно поклонился, Демиург спросил:

— Так сколько умерло?

— Ни одного. Благодаря мучителю они лишь потеряли сознание, поэтому в ближайшее время мы сможем продолжить снимать кожу. Некоторые не желают исцеляться... но это в пределах ожиданий, так что проблемой не является.

— Замечательно.

Они уже потратили много усилий на сбор материала, и придётся снять кожу ещё несколько раз, чтобы она стала полезной. Но, несмотря на это, он не хотел сдирать кожу безболезненно или давать субъектам наркотики.

— Я хочу сделать всех счастливыми, — вдруг заявил клоун, заставив Демиурга вспомнить его характер.

В Назарике Пульчинелла славился своей добротой и милосердием. Высшие существа создали его с целью доставлять всем радость, и его действия основывались на этом убеждении.

— Люди Великого Склепа Назарика находят счастье в служении владыке Аинзу.

Демиург кивнул:

— Согласен. Позволь спросить, Пульчинелла, ты хочешь сказать, что другие тоже будут счастливы, служа Назарику?

— Как такое может быть? Я не это имел в виду. Служение владыке Аинзу делает нас такими счастливыми, что мы готовы плакать слезами радости. Но если заставлять кого-то делать то же самое, то это не счастье.

— О, и как же нам тогда поступить?

— Очень просто, взять одного человека и отрезать ему руки. Так остальные будут сравнивать себя с ним и знать, что им повезло больше. Как чудесно. А чтобы тот, кому отрезали руки, чувствовал себя благословенным, нужно просто другому отрезать ноги. Ах, я делаю стольких людей счастливыми!

Демиург удовлетворённо посмотрел на клоуна, запрокинувшего голову от смеха.

— Да, ты прав.

Часть 2

В ожидании время тянется долго, но когда готовишься к какому-то событию, оно пролетает в одно мгновение.

И вот обещанный день настал.

Палящее солнце ползло по безоблачному небу со скоростью черепахи, а ветра вообще не было. Стало так тихо, что даже пролетавшую мимо муху было слышно.

В воздухе повисло столь плотное напряжение, что, казалось, его можно резать ножом.

Некоторые судорожно сглатывали, другие глубоко дышали.

Многие ящеры уже даже забыли, сколько времени длится эта тишина. Но вдруг, словно пробив дыру в ясном небе, появилось тёмное облако и начало разрастаться, как и ранее. Вскоре тучи накрыли небо до горизонта, солнце исчезло и всё потускнело.

Из леса на болота неторопливо повалила нежить. Деревья мешали увидеть, сколько её там, но она бесконечной рекой разливалась по окрестностям.

Нападавшая армия состояла из 2 200 зомби, 2 200 скелетов, 300 немёртвых зверей, 150 скелетов-лучников, 100 скелетов-всадников. Всего 4 950 мертвецов, не считая командира и его стражу.

Противостоял им союз пяти племён людоящеров.

Зелёный Коготь — 103 воина, 4 друида, 7 охотников, 124 обычных мужчин и 105 обычных женщин.

Маленький Зуб — 65 воинов, 1 друид, 16 охотников, 111 обычных мужчин и 94 обычных женщин.

Бритвенный Хвост — 89 тяжелобронированных воинов, 3 друида, 6 охотников, 99 обычных мужчин и 81 обычная женщина.

Драконий Клык — 125 воинов, 2 друида, 10 охотников, 98 обычных мужчин и 32 обычные женщины.

Красный Глаз — 47 воинов, 15 друидов, 6 охотников, 59 обычных мужчин и 77 обычных женщин.

Объединённая армия состояла из 429 воинов, 26 друидов, 45 охотников, 491 обычного мужчины и 389 обычных женщин. Всего 1 380 бойцов, не считая вождей и Зарюсу.

Битва, в которой одна сторона по численности превосходит другую более чем в три раза, началась.

♦ ♦ ♦

Деревянный дом. Даже украшений нет, одни стены. Однако потолок высокий — пять метров, а ширина и длина помещения более двадцати метров. Почти нет мебели, лишь крепкий стол, стулья вокруг него и большое зеркало на стене.

На стульях сидело несколько особ, а на столе лежали свёрнутые пергаменты — это были свитки с магией.

— И наконец последние — свитки телепортации, — громко сказала молодая девушка в униформе горничной и положила на стол ещё несколько свитков. С виду — человеческая женщина с миленьким личиком и волосами, завязанными в два пучка. Однако вокруг неё витала особая аура, а более всего выделялись её необыкновенные глаза. Большие и круглые, но неживые, словно стеклянные, и они никогда не смыкались. Из одежды на ней было нечто похожее на наряд горничной, который не оставлял ни одного открытого участка кожи помимо лица, даже воротник полностью скрывал шею. Это была одна из боевых горничных, Энтома Василиса Дзета. — А, вот ещё свитки «Сообщение», но их много. Кто-то может, пожалуйста, убрать со стола? — Энтома попросила создание, занимающее почётное место, и то медленно кивнуло.

— Приберитесь.

— Отлично, тогда, пожалуйста, побыстрее.

С разрешения Коцита и по указанию Энтомы существа, окружающие стол, вместе принялись за дело. Все — гетероморфной расы, некоторые по форме напоминали богомола, другие выглядели как муравьи, а иные и вовсе походили на мозг; в общем, совершенно разные существа, но кое-что общее у них все-таки имелось. Они — слуги Коцита и принадлежат Назарику, вот почему слушаются более слабую Энтому. В структуре командования Великого Склепа важнее была не боевая сила, а факт создания Высшими существами. Если смотреть под таким углом, то Энтома стояла выше.

Убедившись, что стол чист...

— Тогда, пожалуйста, примите это, господин Коцит, — не двигая ртом сказала Энтома, подняла с пола сумку и вынула несколько свитков. — Это свитки «Сообщения». Как сказал владыка Аинз, они созданы из кожи, которую с большими усилиями добыл господин Демиург. Владыка велел доложить, если с их использованием возникнут какие-либо осложнения.

— Понятно... хорошо. Я их опробую, — Коцит одной из четырёх рук взял несколько свитков. — Демиург вырвался далеко вперёд, — криво улыбнулся он подчинённым. Услышав это, они тоже заулыбались.

Держа свитки в руке, Коцит глубоко задумался. Он слышал, что в Назарике постепенно уменьшается запас низкоуровневых магических свитков. Поиск источника сырья для создания разнообразных предметов — важная задача, которую нужно решить. Сейчас у них большой запас, но он постепенно истощается. Потому многие начали действовать, в том числе их мастер. Он слышал, что яблони на шестом этаже — часть этого плана.

Коцит же ничего не мог сделать. Его долг заключался в защите Назарика, он не мог сорваться с места и пойти искать ингредиенты. А Демиург создавал аванпост снаружи, наверняка он решит проблему. Этого следовало ожидать.

Его соратник исполнит свой долг.

Коциту стоило бы за него порадоваться, и так он и делал, но не мог полностью подавить в душе огонь ревности. Он завидовал, что его товарищ оказался полезен Высшему существу... мастеру, которого они почитали.

Его миссия заключалась в защите Назарика.

Важное задание, наверное, важнее любого приказа, отданного другим Стражам. Кого ни спроси, любой ответит, что не позволить низшим существам осквернить резиденцию Высших — это важнейшая задача.

Однако без нарушителей Коцит не мог доказать свою лояльность и тяжкий труд. Вот почему он хотел чего-то добиться. Помощь мастеру приносила Стражам радость. Коцит тоже хотел её почувствовать. И у него появилась такая возможность.

Коцит повернул голову, посмотрел в зеркало и крепче сжал свитки. Там отражался не дом, а место где-то на болотах. Верно, именно из-за сцены, показанной Зеркалом удалённого просмотра, Коцит и провёл последние два дня в построенном Аурой деревянном доме.

Вот-вот начнётся битва... нет, перед абсолютной мощью Великого Склепа Назарика — односторонняя бойня, просто способ достать трупы. Когда Коцит получил эту миссию сбора «урожая», мастер отдал ему несколько приказов.

Первое, Коциту, а также его слугам, запрещено вступать в бой. Выделенные войска должны со всем справиться сами.

Второе, лич, назначенный командиром, должен держаться в резерве до самой последней секунды.

Третье, он должен сам решить, как именно будет выполнять задание.

Были и другие мелкие детали, но эти три пункта — основные.

Он должен одержать победу войсками, отправленными на болота. Если Коцит добьется успеха, то покажет свою преданность непревзойдённому мастеру.

— Благодарю, пожалуйста, передай мою признательность владыке Аинзу.

Энтома слабо кивнула.

— И... ты вернёшься назад?

— Нет, мне приказали следить за битвой до самого конца.

Значит, она здесь в качестве наблюдателя. Коцит заключил это и почувствовал, как кровь закипает в жилах от дарованной ему тяжёлой ответственности. Что ж, время начинать. Он активировал «Сообщение» и приказал командиру нежити:

— Выдвигайтесь.

♦ ♦ ♦

Два костра, разожжённые на высоких помостах, осветили округу мерцающим светом. Рядом с ними стояло несколько людоящеров — вожди племён и их помощники, а перед помостами собралась готовая к бою армия ящеров. Шум, который она издавала, накатывал словно волнами. Тревога, беспокойство, страх. За криками все пытались скрыть эмоции, что вырывались наружу.

Скоро начнётся война. Стоящий рядом друг в следующее мгновение падёт, а может, не только друг. Их ожидает жестокое побоище.

Чтобы остановить буйство, Сасурью Шаша вышел вперёд из ряда вождей.

— Слушайте же, ящеры! — раздался величественный голос.

И все замолкли, делая голос Сасурью необычайно ясным.

— Я знаю, что врагов много.

Ответа не последовало, но в глазах всех виднелась тревога. Сасурью громко продолжил:

— Но не питайте страха! Впервые в истории пять племён образовали союз. Теперь мы все из одного племени. Вот почему духи предков пяти племён будут наблюдать. И благословят нас, даже если в прошлом мы принадлежали разным племенам.

— Старшие друиды всех племён! — следуя его примеру, Круш шагнула вперёд, ведя за собой пятерых старших друидов. Она сняла своё одеяние, показав белую чешую.

— Лидер старших друидов, Круш Лулу!

В ответ на представление Сасурью Круш сделала ещё шаг вперёд:

— Пусть наши предки спустятся!

— Слушайте же, дети большого племени!

У них появилось новое племя?

Круш говорила с решимостью. Временами её голос был напряжён, временами спокоен, из могучего рёва превращаясь в мелодичную песню и наоборот. Поначалу почти все отнеслись к друиду-альбиносу с омерзением, но когда прониклись её уверенностью, неприязнь исчезла. Круш немного покачивалась, белые чешуйки ярко сверкали в свете костра. Из-за отражённого блеска казалось, будто в неё вселились предки.

Все смотрели с благоговением.

— Теперь наши пять племён стали одним, а значит, предки пяти племён будут смотреть за всеми нами! Все мы свидетели! Все ящеры! Узрите же, как на нашу сторону спускаются предки! — величественным движением Круш указала ввысь. Все посмотрели туда, но увидели лишь облачное небо без каких-либо признаков чудес. Но вдруг кто-то прошептал:

«Вон там крошечный лучик света».

Тихий голос постепенно стал громче, к нему присоединились другие: «Я тоже вижу!». Некоторые говорили, что видят небольшие лучи света; другие кричали, что увидели спускающихся ящеров; третьи заявляли, что это большие рыбы; многие утверждали, что это дети; а парочка даже в неверии прошептала, что это яйца.

У всех людоящеров в мыслях появилось одно и то же — предки спустились.

— Предки здесь, чтобы защитить нас!

Вполне естественное восклицание.

— Почувствуйте же! Почувствуйте втекающую в вас мощь!

Голос Круш достиг всех и каждого, он казался таким далёким, и в то же время таким близким. Ведомые голосом, людоящеры ощутили, как в тело потекла энергия.

— Ощутите! Ощутите силу, дарованную вам предками пяти племён!

Её почувствовали все людоящеры. Мощь нахлынула и смыла всё беспокойство, по телу расползлось тепло, словно они только что выпили алкоголя. Это — лучшее доказательство, что их предки спускаются.

Круш отвела взгляд от ликующих людоящеров и кивнула Сасурью.

— Предки спустились к нам. Мы уступаем врагу числом, но проиграем ли мы?

— Нет! — ящеры, опьянённые нахлынувшей силой, в унисон ответили Сасурью, сотрясая сам воздух.

— Верно! С поддержкой предков мы не проиграем! Мы победим врага и преподнесём им победу!

— Ура-а-а-а!

Всех переполнял высокий боевой дух, никто больше не тревожился. Остались только людоящеры, что превратились в воинов и ждали предстоящей битвы.

Магию никто не применял. Даже с таким количеством друидов они не могли потратить силы перед битвой, чтобы наложить такое заклинание на всех собравшихся. Это подействовал особый напиток, который перед церемонией раздали всем ящерам. Напиток, доставшийся от предыдущего поколения людоящеров, даровал мужество. Его варили из особой травы, из-за которой людоящеры чувствовали опьянение, счастье и некоторое время видели галлюцинации.

Своей речью Круш просто тянула время, пока трава не подействует.

Раз такая правда, то это не стоило многого. Но для тех, кто видел эффект собственными глазами... для людоящеров, видевших, как спускаются предки, это — ритуал, дарующий мужество.

— Что ж, теперь время нанести краску. У каждого племени есть свой цвет, но сейчас среди нас предки всех пяти племён, так что нанесите на себя все цвета!

Несколько друидов с котелками пошли через толпу.

Людоящеры брали из котелка краску и наносили на себя боевые узоры. Они верили, что это рисуют сами предки, и позволяли пальцам двигаться свободно.

А поскольку среди них находились предки пяти племён, многие покрывали краской всё тело. Но ящеры из Зелёного Когтя наносили на себя мало краски. Потому что видели, что Зарюсу, Сасурью и элита племён вовсе не красятся. В некотором смысле они напоминали фанатов, подражающих своим кумирам.

Оглядев толпу и убедившись, что все закончили, Сасурью вытащил свой большой меч и указал на главные ворота:

— Выступаем!

— Ар-р-р-р-р!

Рёв бесчисленных голосов потряс землю.

Часть 3

Силы Великого Склепа Назарика разделились на две примерно равные части и пошли на болота.

Относительно людоящеров зомби стали в строй впереди слева, скелеты справа, за ними расположились скелеты-лучники и скелеты-всадники. Немёртвые звери — ядро армии — встали позади.

Войско людоящеров было меньше, но его тоже разделили пополам. Перед зомби остановились женщины и охотники, а мужчины и воины — перед скелетами. Друиды остались в деревне под защитой стен. Людоящеры выстроились за пределами поселения, потому что оборонительная битва не принесла бы ничего хорошего — на подкрепление никто не придёт и стены не очень крепкие, а армии нежити не требовалась ни провизия, ни отдых. При таком раскладе находиться в осаде — глупость.

Но вот две армии выстроились, и разница в размере войск стала очевидной. Один людоящер должен сражаться против троих, десять против тридцати, соотношение не менялось. Но когда выступает тысяча против трёх тысяч — разница ощутима. Просто выстроившиеся три тысячи мертвецов уже пугали. Тем не менее людоящеры не показывали страха. Им помогали предки, а раз так, то количество неважно.

Спустя несколько мгновений армия нежити начала медленно наступать. Первыми выдвинулись зомби и скелеты. Скелеты-лучники и скелеты-всадники остались на месте. Противник, видно, берёг силы.

Войско людоящеров тоже двинулось вперёд.

— Ар-р-р-р-р!

Болота заполонил оглушающий рёв, вслед за чем во все стороны полетела грязь и брызги.

Две армии маршировали навстречу друг другу — навстречу невероятному столкновению. Вот только с силами Назарика творилось что-то неладное. Хотя зомби и скелеты выступили одновременно, они шли с разной скоростью. Ведь зомби — медленны, а скелеты, напротив, быстры. И, что самое важное, они шли по вязким болотам. И так медленных зомби грязь замедляла ещё сильнее, а лёгким скелетам она почти не мешала.

Потому первыми должны были столкнуться скелеты и воины людоящеров.

Людоящеры бесхитростно шагали вперёд, не принимая никакого строя. Ни о какой стратегии не было и речи.

Вели их старшие воины пяти племён. Отчасти глупо, когда командиры идут на передовую. Но они — бойцы высочайшего ранга, потому, если бы не пошли в первых рядах, у людоящеров упал бы боевой дух. А так своими стараниями они сильно воодушевили ящеров.

Прямо за командирами шли восемьдесят девять тяжелобронированных воинов Бритвенного Хвоста. Каждый член этой группы носил кожаную броню и держал щит, они были защищены лучше воинов остальных племён. Подняв щиты, они стеной наступали на армию скелетов.

Авангард воинов и скелеты столкнулись друг с другом — невероятное зрелище.

Через мгновение во все стооны с треском полетели кости, и отряд людоящеров проделал в строе скелетов дыру. То и дело раздавался сердитый рёв. Иногда слышались случайные стоны, но треск костей звучал сильно громче.

В первом столкновении людоящеры заполучили стратегическое преимущество.

Выступи против нежити армия людей, результат оказался бы противоположным. Поскольку скелеты состояли из костей, колющее оружие против них неэффективно, а кроме того, они имели сопротивление к рубящим ударам. Вот почему человеческая армия, основным оружием которой служили мечи, едва ли сумела бы нанести скелетам хоть какой-то значительный урон. Людоящеры же шли в атаку с булавами и боевыми молотами, потому взяли верх. Ведь дробящее оружие — это бич скелетов.

Каждый раз, когда людоящер взмахивал оружием, кости скелетов дробились, разлетаясь на кусочки. Даже если кто-то переживал один удар, следующий его давил. А когда скелеты пытались ударить своими ржавыми мечами, те отлетали от крепкой чешуйчатой кожи ящеров. Некоторых ранило, но пока ни один не получил смертельную рану.

Самое первое столкновение.

Но болото усыпали кости пяти сотен скелетов.

♦ ♦ ♦

Отражённая в зеркале картина ошеломила Коцита.

Битва только началась, но он даже вообразить не мог, что людоящеры окажутся столь сильными. Коцит был отличным воином и в определённой мере мог судить, насколько противник хорош. В битве один на один скелеты проигрывали. Но ведь у нежити численное превосходство! Почему результат оказался таким, что пошло не так? Коцит начал даже подозревать, что людоящеры усилили себя чем-то ему неизвестным.

Раз так, то людоящеров должны одолеть скелеты-лучники и скелеты-всадники.

Пока Коцит наблюдал за всем этим, скелетов продолжали давить. Они и зомби смогли разве что утомить противника. В таком случае эффективными силами будут оставшиеся 300 немёртвых зверей, 150 скелетов-лучников и 100 скелетов-всадников, всего 550 воинов. Теперь в меньшинстве оказались они.

Коцит в мыслях начал расчёты.

Нежить в бою сильна, особенно в затяжном сражении. Она ничего не чувствует — ни страха, ни боли. Отдых и сон ей не нужны. Преимущества таких характеристик очевидны. Например, большинство созданий упадут от удара булавой по голове. И даже если не умрут, рана будет сильно кровоточить и болеть. После такого удара они потеряют волю сражаться. Некоторые воины, что обучались сопротивляться боли, может, и выстоят, но большинство волю к сражению утратит.

Для живых существ это естественно.

А что тогда для не живых?

Раздавить голову? Оно продолжит атаковать.

Сломать руку? Оно ударит тем, что осталось.

Отрезать ноги? Оно на тебя поползёт.

Верно, пока остаётся негативная энергия, нежить будет сражаться. Пока она не встретит условие своей смерти, — для большинства нежити это отрубленная голова, — не потеряет волю сражаться. Это значит, что нежить своего рода идеальные солдаты.

Людоящеры, очевидно, имели преимущество в индивидуальной силе. Но это можно было изменить.

Коцит стал оценивать людоящеров чуточку выше и признал их врагами, которых так легко не победить. Теперь ему следовало превратить бой в битву на истощение.

— Может, отступить и понаблюдать за тем, что случится?

— Думаю, это мудрый шаг, господин.

— Послать скелетов-лучников и скелетов-всадников будет лучшим решением, хозяин.

— Нет, полагаю, следует продолжить атаковать и подорвать их выносливость, мой повелитель.

— Как ожидание поможет их истощить? Если мы не сможем уничтожить вражеский лагерь, они смогут отдохнуть и восстановиться, разве нет?

— Верно. Наши враги усилили оборону такой слабой стеной. Может быть, захватим деревню и разгромим их?

Выслушав ответы подчинённых, Коцит подобрал свиток «Сообщения». Уголком глаз он глянул на Энтому. Та, видно, без интереса смотрела в сторону зеркала. Она откуда-то достала зелёное печенье и поднесла к подбородку. В следующее мгновение ясно послышался хруст. Своим отношением она показывала, что её это не касается. Наверное, именно поэтому её лицо ничего не выражало.

Нет, это пустое лицо — лишь украшение.

Коцит вспомнил, кто она на самом деле, и осознал, как глупо выглядел, пытаясь прочесть её выражение лица.

Она — пожиратель близких. Даже друг Коцита, один из «Злой пятёрки», Кёфуко (Принц Ужаса) без зазрения говорил: «Она самая страшная». Вот какой на самом деле была Энтома.

Коцит прекратил попытки прочесть мысли горничной по её лицу и применил свиток, чтобы отдать указания командиру.

♦ ♦ ♦

— Они смотрят на нас свысока? — негромко пробормотал Зенбэру, но достаточно, чтобы услышали все, наблюдавшие за врагом с верха грязевой стены.

— Они до сих пор держат лучников и наездников в резерве, думаю, они недооценивают нас...

— Ага, я думал, враги навалятся на нас все вместе...

— Бой с зомби идти гладко.

С зомби дрались всего лишь сорок пять охотников. Пользуясь тактикой «бей и беги», они бросали в зомби камни, медленно выманивая их подальше от скелетов. Женщины людоящеров неспешно заходили на скелетов сбоку.

— Как-то странно они себя ведут, согласны?

— Да...

Зомби не то что выманивались, они полностью сосредоточились на охотниках. Их командир с этим согласен? Невозможно, чтобы на такое пошёл даже самый худший командир, но зомби двигались именно так. Но с какой целью? Все присутствующие недоумевали.

— Не понимаю, почему они так действуют.

— И я, Сасурью.

Сколько они ни думали, каких-то целей в действиях зомби найти не смогли. Зарюсу, немного поразмыслив, поделился мыслями с остальными:

— Может быть, у них нет командира?

— Нет командира?.. Хочешь сказать, нежить следует первой команде, которую получила?

— Да.

У низших рангов нежити, что состоят из скелетов и зомби, отсутствует интеллект, потому периодически отдавать им приказы — самый эффективный способ их использовать. Но на этот раз по скелетам и зомби чувствовалось, будто они получили единственный приказ — уничтожить ближайших людоящеров. Вот что Зарюсу хотел сказать.

— Враги считают, что смогут задавить нас числом... А может, эта битва — лишь эксперимент, чтобы понять, как хорошо нежить сражается без командира?

— Может быть.

— Чёрт возьми! Что это за шутка такая? — выпалил в гневе Сасурью, а не Зенбэру. Даже уравновешенный вождь не мог больше этого стерпеть, ведь людоящеры поставили на кон свою жизнь.

— Успокойся, Сасурью. Возможно, всё не так просто.

— Извините... Я рад, что мы захватили преимущество.

— Я тоже, старший брат, нужно этим воспользоваться и подсократить количество врагов.

Битва сильно изматывала, в хаосе боя душевное напряжение было огромно. В условиях, когда не знаешь, придёт ли враг спереди, сзади, слева или справа, даже размахивать оружием гораздо утомительнее, чем обычно.

Но нежить не устанет и будет драться без отдыха.

С течением времени разница между живыми и нежитью будет всё заметнее.

Для людоящеров время — враг.

— Тц, я тоже хочу драться.

— Терпи, Зенбэру.

Если к стычке присоединится опытный Зенбэру, вскоре от скелетов не останется и следа. Но так они раскроют свои карты. Зарюсу и пятеро вождей — козырь в рукаве. Если обстоятельства того потребуют, они себя покажут. Но пока не появился сильнейший враг, следует держаться в стороне.

— Нам будет только на руку, если враг прекратит наступление, — сказал Зарюсу, все кивнули, и он спросил стоявшую рядом Круш: — Как всё продвигается с твоей стороны?

— Ритуал проходит гладко, — ответила Круш, посмотрев назад, в сторону деревни. Там группа друидов проводила ритуал, который мог стать для людоящеров ещё одним козырем. Обычно он занимал много времени, но друиды всех пяти племён смогли его ускорить, чтобы успеть завершить ритуал до конца битвы.

— Как это удивительно — работать в команде.

— Ага... Из-за войны мы поделились друг с другом опытом... Но ещё сильнее я хочу столько всего сделать по окончанию войны.

Вожди согласились с мнением Зарюсу. Они поделились знаниями и своими глазами увидели важность объединения и совместного развития. В прошлом тоже заключались союзы, но не такие, в те времена три племени не вели себя так свободно.

Зарюсу улыбнулся, посмотрев на пятерых вождей.

— Что такого смешного?

— Ничего, просто даже в таком положении я почему-то очень счастлив.

Круш сразу его поняла:

— Я тоже, Зарюсу.

Увидев её сияющую улыбку, Зарюсу прищурился, будто улыбка и вправду светилась. Глаза обоих полнились восхищением и любовью. Конечно, физически они друг друга не касались, ведь даже в эту самую секунду умирали людоящеры. Они не могли вести себя так, как им вздумается. Но хвосты думали иначе и действовали по-своему — иногда извивались и спутывались вместе.

— Му-у...

— Что ты, его старший брат, сейчас чувствуешь?

— Они в своём собственном мире.

— Как романтично.

— Да... хорошо быть молодым. Их ждёт светлое будущее.

Четверо старших людоящеров в унисон кивнули, наблюдая, как мило ведут себя молодые.

Зарюсу и Круш, конечно, это заметили. Хотя их хвосты дёрнулись, лица остались каменными.

— Старший брат, враг сделал ход, — Зарюсу вдруг перевёл тему разговора. Сасурью и остальные криво улыбнулись. Они посмотрели на ряды нежити и увидели, как стоявшие во фланге скелеты-всадники начали обходить разразившуюся впереди битву.

— Эй, эй, они идут за нами?

— Одними скелетами-всадниками? Они хотят уменьшить наш боевой дух, напав на деревню?

— Не думаю. Вероятно, они хотят обойти и окружить воинов с мужчинами.

Нехорошо.

Все пришли к единому выводу, что мобильность скелетов-всадников представляет угрозу.

Если бы всадников задействовали в начале боя, людоящеры уничтожили бы их первыми. Сейчас же воины и мужчины разбрелись по полю боя, давя обычных скелетов, охотники выманивали зомби, а женщины кидали камни по скелетам с фланга; больше сил, которые могли бы остановить скелетов-всадников, не было.

— Думаю, пора нам вступить в бой.

Принимая предложение вождя Маленького Зуба, Сасурью кивнул.

— Проблема в том, кого следует послать... Давайте покажем врагу нашу силу.

♦ ♦ ♦

Скелет-всадник.

Скелет с копьём, сидящий верхом на костяном коне. Ничего необычного, кроме высокой мобильности, которая на болотах встречалась очень редко. Поскольку кони и сами скелеты состояли из костей, копыта почти не утопали в грязи, позволяя ехать со скоростью, которую лошадь развивает на земле.

Сотня скелетов-всадников обходила армию ящеров, пытаясь зажать её в клещи. Они заметили, что слева, со стороны деревни, на них мчатся три людоящера, но оставили их без внимания. Без приказа безмозглая нежить проигнорирует любого, кто на неё не нападёт.

Они почти зашли армии ящеров с тыла, как вдруг костяная лошадь ведущего скелета-всадника споткнулась. Скелет подлетел высоко в небо и упал в болото. Человек бы на его месте растерялся, но глупый скелет тотчас начал выполнять свои инструкции. Он встал, хромая из-за повреждений. Мгновением позже в него влетел другой скелет-всадник — по болотам посыпались кости.

Такая картина повторилась в нескольких местах.

Так что же произошло? Очень просто — сработали ловушки. Закопанные в почву открытые ящики. Наступив на них, кони спотыкались.

Скелеты-всадники один за другим падали. Люди сбавили бы скорость, но не скелеты. Чтобы обойти дыру, которую уже видно, им мозгов хватало. Но искать ловушки им не приказывали, а самостоятельно принять решение они не могли, вот и попадали в скрытые ямы.

Всадники на полном ходу мчались прямо на спрятанные ящики, это напоминало коллективное самоубийство.

Может быть, ловушки и оказались очень эффективны, но они лишь тянули время. Скелеты-всадники получили некоторый урон, но недостаточный, чтобы их уничтожить. Падавшие скелеты поднимались, покрытые грязью.

Внезапно послышался свист — и у одного из скелетов слетела голова. Всадники, посчитав это враждебностью, начали озираться по сторонам. У следующего скелета голова разбилась в дребезги, словно стекло. Примерно в восьмидесяти метрах они обнаружили трёх людоящеров. Те, используя рогатки, камнями отстреливали скелетам головы.

Скелеты-всадники помчались на них.

В то же время в битве с простыми скелетами произошли перемены.

Зазвенела тетива луков и на поле боя посыпались стрелы. Сто пятьдесят скелетов-лучников одновременно выпустили стрелы и на скелетов, и на людоящеров. И не один раз, а два, три... Людоящеры не ожидали такой атаки, несколько из них упало, попав под удар. Они не могли защищаться от стрел, сражаясь при этом со скелетами.

Стрелы попадали и по скелетам, но урона никакого не наносили.

Поставить скелетов, имеющих сопротивляемость колющим ударам, впереди, а скелетов-лучников сзади — великолепная комбинация. Учитывая время, необходимое на то, чтобы победить 2 200 скелетов, этой тактики оказалось бы достаточно, чтобы уничтожить людоящеров. Вот только с ней немного опоздали. Применяйся она с самого начала, и людоящерам бы не поздоровилось. Скелеты тогда сокрушили бы их числом и одержали решительную победу. Но уже было слишком поздно.

Оставив в стороне поредевшую армию скелетов, людоящеры двинулись на лучников. Стрелы падали, словно дождь. Несколько ящеров упало в грязь, но всего лишь несколько. Толстая кожа и крепкая чешуя защищали, словно человеческие кожаные доспехи. И даже когда стрелы пробивали кожу, крепкие мускулы спасали от смертельных травм. И ещё одна причина малых потерь заключалась в скорости стрел, которой оказалось недостаточно, чтобы убить людоящера.

Воины взревели, бесстрашно наступая. Они прикрывали руками голову, защищаясь от дождя стрел, и шли вперёд, несмотря на ранения.

Третья волна стрел оказалась пределом скорости скелетов-лучников. Имей они ум, то уже отступили бы и перегруппировались с оставшейся армией нежити. Но хранить такие сложные инструкции они не могли, а новых приказов не получали, потому просто выполняли ранее отданные. Даже когда людоящеры подошли так близко, скелеты могли лишь стрелять.

С рёвом людоящеры смели скелетов-лучников точно так же, как и до этого обычных скелетов. В такой близи лучники утратили своё преимущество и могли лишь получать удары. Вся армия скелетов по одному попадала в болото, осталась одна армия зомби.

И наконец с привязи был спущен новый враг.

Немёртвые звери.

Нежить, созданная из волков, змей, кобр и других животных. Монстры, сочетающие в себе стойкость зомби с ловкостью животных.

Немёртвые звери понеслись на людоящеров. Какие могли — бежали быстро, остальные — медленно, нападение получилось вообще без какого-либо строя.

От атаки, идущей снизу, оказалось неожиданно трудно уклониться. Звери хватали за ноги, валили и вцеплялись в шею. Как дикие животные. Ящерам, которые всё больше и больше уставали, еле удавалось защищаться. Нескольким уже перегрызли горло. Даже те, кто верил, что с ними духи предков, невольно запаниковали при виде смерти товарищей.

Сражавшихся в передних рядах старших воинов медленно оттесняли. Когда они уже думали, что скоро их боевой порядок будет разрушен, болото вдруг вздулось. Из него появились две конические массы земли по сто шестьдесят сантиметров в высоту, без головы, рук и ног, и понеслись на немёртвых зверей. Несмотря на отсутствие ног, по болотам они двигались плавно. Когда до нежити оставались считанные метры, из «плеч» вытянулись кнуты. Они были длиннее, чем сами эти массы. Людоящеры применили один из своих козырей — фей болот, вызванных общими усилиями друидов.

Болотные феи кинулись в самую гущу сражения с немёртвыми зверями, хватая врагов кнутами, словно щупальцами. Звери вырывались жестоко — били когтями и кусали клыками. Началась битва между созданиями, не знающими страха. Но феи превосходили зверей в боевой мощи.

Друиды могли справиться с нежитью. Людоящеры вновь воспрянули духом и пошли в атаку.

Возобновился яростный бой.

В отличие от битвы со скелетами, на этот раз понесли потери и людоящеры. Но чаша весов склонялась в сторону ящеров, имевших численное превосходство.

◊ ◊ ◊

Он вот-вот проиграет.

Коцит это понимал.

Его армии не хватало разумной нежити. Вот почему она проигрывала, и об этом он беспокоился с самого начала. Но Коцит представить не мог, что армия окажется настолько слабой.

Он пожалел о своей недальновидности. Существовал способ повернуть положение дел, но плохой способ, пойти на него означало признать поражение. С другой стороны, как он мог доложить о провале своему мастеру? Коцит взял свиток «Сообщение». С кем же он собирался связаться в такой переломный момент...

— Демиург?..

«Да, мой друг. Ты редко со мной связываешься, что-то случилось?»

В разуме Коцита прозвучал спокойный голос. В Назарике Демиург был самым умным, может быть он сможет найти решение.

В некотором смысле Демиург был одним из соперников Коцита, потому Страж пятого этажа не слишком любил просить его о помощи. Но сейчас важнее избежать поражения. Как могла армия Великого Склепа Назарика пасть? Потому Коцит отбросил гордость и опустил голову в поиске помощи.

— На самом деле...

После того как через свиток молча слушавшему Демиургу всё объяснили, он озадачено вздохнул:

«И что тебе нужно от меня?»

— Прошу, поделись своей мудростью. Такими темпами битва будет проиграна. Я смирился бы, будь это моим личным боем, но я не хочу, чтобы это опозорило Назарик и Высших существ.

«Владыка Аинз правда желает победы?»

— Что ты имеешь в виду?

«Почему владыка создал армию из низших рабов?»

Коцит тоже не понимал, почему они составили армию из слуг самого низкого ранга.

— Вероятно, у владыки Аинза были свои причины, но какие?

«На ум приходят несколько возможностей».

Как и ожидалось от Демиурга. Коцит не сказал это вслух, лишь проявил уважение в душе.

«Позволь спросить... Коцит. Ты там уже несколько дней, разве не следовало сначала собрать информацию о людоящерах, а потом уже нападать?»

Демиург был прав. Но...

— Но владыка Аинз приказал победить их с данными мне силами, и сделать это в прямом столкновении.

«Может быть, это так, но подумай тщательнее, Коцит. Важно, какой результат ты хочешь представить владыке, так ведь? Если цель — уничтожение деревни, тебе следовало найти самый лучший способ, чтобы это сделать, правильно?»

Коцит не ответил, Демиург попал прямо в точку.

«Скорее всего, владыка всё это учёл, когда давал тебе тех рабов».

— Имеешь в виду, владыка Аинз намеренно дал мне силы, которые не смогли бы победить?

«Вероятность этого высока. Если бы ты заранее собрал информацию, то, может быть, сообразил бы, что этих сил недостаточно для захвата деревни. В таком случае тебе следовало доложить владыке, что текущих сил для завершения миссии не хватит, и нужно подкрепление. Должно быть, именно в этом заключалась цель владыки Аинза».

А это значило, что Коциту следовало понять истинные намерения мастера и действовать по обстоятельствам, а не слепо выполнять приказы. Вот что пытался донести до него Демиург.

«Это способ владыки Аинза изменить наше мышление. Но, кажется, была и другая цель...»

— И какая ещё? — в панике спросил Коцит. Он уже сделал ошибку, ещё одну ему совершать не хотелось.

«Владыка Аинз направил в деревни посланника, но не упомянул Назарик. Он также запретил тебе действовать лично. Это значит...»

Коцит сглотнул в ожидании, пока Демиург продолжит. Но тот не продолжил.

«Ох! Коцит, мои извинения, меня ждёт срочное дело. Извини, но мне нужно идти. Желаю тебе одержать победу», — Демиург вдруг разорвал связь и «Сообщение» закончилось.

Коцит догадывался, что так взволновало обычно собранного Демиурга. Он перевёл взгляд на одну особу в комнате и увидел, как Энтома непринуждённо оторвала ото лба разорванный талисман.

А если она, мастер талисманов, использовала талисман, значит...

Уже слишком поздно.

Время задействовать нежить, которую держали до самого конца, козырь. Но правда ли мастер желал этого?

Наверное, Коцит впервые задумался о том, почему мастер отдал именно такие приказы. Но смог прийти лишь к одному выводу.

Коцит активировал «Сообщение».

— Командующий лич, я приказываю тебе атаковать. Покажи людоящерам свои истинные силы.

♦ ♦ ♦

Тело из плоти и костей покрывала старая и дорогая мантия. Одна рука держала витой посох. Сгнившее лицо — лишь кожа, натянутая на череп, в глазницах которого умные, но злые глаза. Излучаемая негативная энергия покрывала тело, словно тонкий туман.

Это был заклинатель-нежить, лич.

Лич послушался приказа Коцита и посмотрел на болота. Затем скомандовал стоявшим позади кровавым мясным тушам — нежити со свежими красными мышцами и жиром, созданной, как и он, Высшим существом.

— Убить тех троих людоящеров.

Две кровавые мясные туши, слушаясь приказа, побежали в сторону троих людоящеров, что уничтожали скелетов-всадников. Хотя это была нежить низкого ранга, способная атаковать лишь грубой силой, она обладала регенерацией. Эти двое могли потянуть время, если противники окажутся их уровня.

Лич был уверен, что кровавые мясные туши выиграют достаточно времени.

Стратегия, честно говоря, не из лучших. Заклинатели плохи в ближнем бою, потому поставить двух мертвяков себе в охрану надёжнее. Но он не мог пойти на такую тактику, ведь получил приказ показать людоящерам свои истинные силы. Потому захватить их деревню в одиночку — единственно верный вариант.

Когда лич зашагал вперёд, на его ужасающем лице появилась слабая улыбка — разобраться с ящерами будет слишком просто. Он, создание Высшего существа Аинза Оала Гоуна, совершеннее личей, что автоматически появлялись в Назарике. И его миссия заключалась в том, чтобы показать свою силу людоящерам.

Он поклялся победить во имя хозяина.

— Я, Игувуа, подарю владыке эту победу.

Часть 4

Добив немёртвых зверей, людоящеры расслабили усталые плечи и вздохнули с облегчением. Они грустили о погибших, но всё же слегка улыбались. Раненных оказалось много, но они радовались, что им посчастливилось не потерять ещё больше. Не присоединись болотные феи к битве... нет, появись они даже мгновением позже, строй людоящеров распался бы, обрекая всех на незавидную участь.

— Пошли, — сказал старший воин, объявляя о начале следующего боя.

Все устали так сильно, что даже оружие держали в руках с трудом. Но война ещё не закончилась. Невдалеке плелись зомби, да и вражеское подкрепление могло подойти.

— Хорошо, отнесите тяжелораненных назад в деревню, остальные за м...

Вдруг вспыхнуло пламя, оборвав его речь.

Всё вокруг накрыла волна жара, и попавшие в неё две феи беспомощно затрепетали. А когда пламя бесследно исчезло, обе оказались в ужасающем состоянии. Их свалил бы любой удар. Но, не дав никому вскрикнуть, пламя вспыхнуло снова. Феи не выстояли и начали рассыпаться, исчезая в огне. Могущественные феи, бесподобно себя показавшие против немёртвых зверей, исчезли. Людоящеры непонимающе смотрели на происходящее.

Что случилось?

Они понимали, что болотные феи уничтожены, но отказывались в это верить. Ведь тогда получалось так, что появился монстр, который сильнее фей. Людоящеры не смогли подавить замешательство и в страхе начали озираться по сторонам. Когда они заметили вдали нежить, из её руки снова вырвался огненный шар.

Огненный шар размером с человеческую голову пролетел по воздуху и врезался в отряд людоящеров. Пламя, сталкиваясь с водой, обычно гасло, но этот шар был магическим. Как только он ударился о воду, то взорвался, будто врезавшись в твёрдую землю, породив огненный торнадо. Поглотив нескольких ящеров, он бесследно исчез.

Он испарился так быстро, что показался иллюзией. Но запах горелой плоти людоящеров, недвижимо лежавших на земле, померещиться не мог.

Нежить медленно и невероятно надменно шла вперёд. Словно могущественное существо, уверенное в своей силе.

Пока ящеры раздумывали, следует ли нападать на него так же, как они напали на скелетов-лучников, снова полетел огненный шар. Оглушительный взрыв в мгновение ока унёс жизнь нескольких людоящеров. Из-за столь мощной атаки предыдущая битва казалась простой игрой.

— Ар-р-р-р! — ящеры зарычали, стряхивая страх. Когда несколько из них собирались самоотверженно кинуться вперёд, далеко впереди раздался холодный голос:

— Глупцы... — огненный шар сжёг тех нескольких людоящеров, они даже закричать не успели.

Нежить шла медленно. Сотни людоящеров шагнули назад. Стена, отделяющая по-настоящему сильных от слабых, заставила их отшатнуться.

— Бегите! — прокатился вдохновляющий рёв, словно гром поражая людоящеров. Кричал один из старших воинов. — Этот мертвец отличается от остальных! Мы ему не ровня!

Верно. Даже от одной его медленной поступи у людоящеров мороз по коже пробегал.

— Бегите и доложите вождям и Зарюсу.

— Позволь нам выиграть немного времени!

Однако взорвался ещё один огненный шар и скосил нескольких ящеров.

— Бегите и доложите им! — приказали пятеро старших воинов, рассредоточившись, чтобы огненный шар мог задеть только одного из них и хоть кто-то да добрался бы до врага. Самоубийственное решение ради одной этой цели. Они переглянулись между собой и со всех ног побежали.

Враг находился где-то за сто метров. Безнадёжно далеко, но они всё равно бежали изо всех сил. Они знали, что даже если падут, то их гибель может дать подсказки наблюдавшим позади вождям и Зарюсу.

♦ ♦ ♦

Людоящеры кинулись врассыпную, словно множество пауков, и сбежали.

Зарюсу наблюдал за сценой спокойно. Нет, он следил за каждым шагом могущественного врага ещё с того момента, как тот показался. Следил за нежитью, которая распространяла пламя смерти. Этот враг отличался от глупых мертвецов — вероятно, вражеский командир. Когда старшие воины оказались от него за сто метров, тот начал кидать в землю огненные шары. Воины решили напасть с пяти различных направлений, но никто не добежал — все пятеро сгорели заживо.

— Теперь наш черёд сражаться, — сказал Зенбэру.

Зарюсу кивнул в знак согласия, Круш тоже кратко ответила: «Да». Она понимала, что настало время, когда ей, может быть, придётся пожертвовать жизнью.

— Верно, сейчас наша очередь. Этот тип очень силён. Наверное, он — правая рука того Великого и командующий их армии... По крайней мере, он должен быть их козырем.

— Согласна, невозможно, чтобы кто-то контролировал больше одной такой могущественной нежити. Но как мы поступим? Это немного далековато от нас, — спросила Круш, из-за чего у Зарюсу заболела голова.

Нельзя просто пожертвовать собой в битве, следовало придумать стратегию. Зарюсу и Зенбэру не умели драться на таком большом расстоянии, потому необходимо навязать ближний бой. Трудность заключалась в этих ста метрах. Зарюсу и остальные могли выдержать пару огненных шаров, но пока они добегут до нежити, та успеет выстрелить больше, чем пару раз. А настоящее испытание начнётся, когда они доберутся до цели. Ведь прямое попадание огненного шара их убьет.

— Чёрт, как же он близко, и в то же время далеко.

— Эх... никогда бы не подумал, что сто метров могут быть такими длинными.

Группа Зарюсу думала, как добраться до врага невредимыми. Или хотя бы с минимальными травмами.

— А почему бы не нырнуть в болото и подобраться незаметно?

— Даже с силами друида... это трудно. Плохо, что мы не умеем наводить «Невидимость».

Они могли бы незаметно подобраться, используя «Полёт» и «Невидимость». Но, к сожалению, такую магию друиды творить не умели.

— Может, тогда создадим щит?

— Это займёт слишком много времени.

— А если... разобрать дом?

Зенбэру криво улыбнулся, поняв, что его предложение не сработает. Враг кидал огненные шары, которые взрывались. Даже если защититься с одной стороны, жар проникнет сбоку. А на создание большого щита, который защитил бы от жара со всех сторон, попросту не хватило бы времени.

— О, точно... есть ещё один способ.

— Ты что-то придумал, Зарюсу? — немного испуганно спросила Круш.

Я сделал такое страшное лицо? — подумал Зарюсу. Но ничего не поделаешь, ведь он так волновался, что хотел выругаться.

— Нет... я только... нашёл щит.

♦ ♦ ♦

Игувуа довольно кивнул.

Всё шло гладко. Две кровавые мясные туши до сих пор сражались, но он уже практически достиг деревни.

Несколько глупых людоящеров хотели на него напасть, но они, похоже, поняли тщетность своих действий, увидев силу огненного шара. Пятеро, которые наступали, рассредоточившись, показали себя лучше всего, но подобрались к нему всего лишь на пятьдесят метров.

Игувуа словно одиноко гулял в глуши. Может быть, он и жалел людоящеров, слабаков, но не снижал бдительности. До деревни оставалось совсем немного. Он собирался выпустить много огненных шаров и спалить дома вместе с людоящерами. Но те, без сомнений, попытаются помешать ему. И наверняка довольно скоро. Размышлявший об этом Игувуа оказался прав.

— Хо, вот и они... — лич увидел, как прямо на него мчится гидра.

Если это — козырная карта людоящеров, он сокрушит её своей непреодолимой силой и подорвёт их волю к сражению. Тогда разрушить деревню будет ещё проще. На всякий случай Игувуа огляделся, и даже посмотрел в небо, но нигде никаких других врагов не увидел. Убедившись в этом, он остановился и непринуждённо ждал, пока гидра не попадёт в радиус его атаки.

Когда уже было трудно определить, попала ли гидра в этот радиус, она ускорилась. Верно, на полной скорости понеслась на Игувуа.

— Глупцы, думаете, сумеете покрыть это расстояние с такой черепашьей скоростью? Звери есть звери, — Игувуа рассмеялся и бросил огненный шар.

Шар полетел по прямой и попал прямо по гидре. Её охватило пламя.

Гидра пошатнулась, но бежать продолжила. Даже охваченная огнём. Нет, пламя мгновенно рассеялось, это просто разыгралось воображение Игувуа. Он понял, что решимость гидры достойна похвалы.

Лич недовольно нахмурился. Его гордость серьёзно пострадала, когда зверь пережил атаку. На гидру в самом деле была наложена магия сопротивления урону, но невысокого ранга, она не могла свести на нет весь урон.

Кажется, гидры имеют особую способность, быструю регенерацию... но она не должна работать против огненных атак... Неважно, она очень живуча, всё-таки монстр. Неудивительно, что она пережила один удар.

Игувуа себя утешил, но не смог унять гнев. Он — особое создание, творение Высшего существа, Аинза Оала Гоуна. Не упасть от его атаки — это неуважительно со стороны противника.

Игувуа кинул на гидру ледяной взгляд — противоположность пылающей внутри него злости.

— Как неприятно, умри! — он ещё раз бросил огненный шар, снова окатив гидру огнём. С такого расстояния даже казалось, что сгорает плоть. Раны, наверное, оказались не смертельными, но гидра наверняка побоится бежать дальше. Но... — Почему она не останавливается? Почему всё ещё бежит?

Часть 5

Ророро мчался не зная усталости. Может, он и был большим, но на болоте в скорости не уступал людоящерам. С громкими всплесками во все стороны разлеталась вода. От высокой температуры его янтарные глаза побелели, а две из четырёх голов бессильно повисли.

Но, несмотря на это, он бежал.

По Ророро попал ещё один огненный шар и мгновенно взорвался, с ног до головы обдав его жаром и пронзив такой болью, будто его очень долго били. Глаза гидры высохли, а огненный воздух обжёг лёгкие. Всё тело покрылось ожогами, а постоянная боль предупреждала: ещё один удар, и смерть.

Тем не менее... он бежал.

Бежал.

И бежал.

Не остановился даже на мгновение. Высокая температура сожгла чешуйки и добралась до плоти, хлынула кровь. Но, несмотря на это, он продолжал бежать. Неразумный зверь, без сомнений, повернул бы обратно, но не Ророро.

Ророро был гидрой.

Многие монстры по интеллекту превосходили людей, а многие — не отличались от животных. Ророро принадлежал к последним. Так почему этот монстр, находясь на грани смерти, продолжал бежать к Игувуа, причинявшему такую боль?

На самом деле даже враг, Игувуа, был сбит с толку и подозревал, что гидрой управляют с помощью магии.

Но это было не так. Игувуа, наверное, никогда не понял бы, но Ророро, имевший интеллект животного, бежал ради семьи.

Ророро не знал своих родителей, но не потому, что гидры не следили за своим потомством. До определённого возраста он должен был жить с одним из родителей, чтобы научиться выживать. Так почему же Ророро так не делал? Потому что родился с уродством. Обычная гидра рождалась с восемью головами, и с возрастом их количество повышалось, до двенадцати максимум. Но Ророро родился лишь с четырьмя головами, так что родители бросили его и ушли с его братьями и сёстрами.

Хотя взрослые гидры — могущественные создания, без защиты родителей в суровой дикой природе маленький Ророро умер бы. Если бы только не один людоящер, что случайно проходил мимо и подобрал его. Таким образом Ророро получил семью — отца, мать и близкого друга.

В сознании, что от боли распадалось на части, вдруг всплыл вопрос, о котором Ророро всегда размышлял.

Почему у меня такое большое тело? Почему так много голов? — думал он, когда глядел на своего приёмного родителя. И он до сих пор верил в вывод, к которому когда-то пришёл: в будущем три головы отвалятся, руки прорастут словно трава, и он будет выглядеть так же, как приёмный родитель.

Если Ророро и вправду так изменится, о чём попросит своего отца?

Точно. Они очень долго не спали вместе, он попросит об этом. Им пришлось спать раздельно, потому что Ророро стал слишком большим. Из-за этого ему было немного одиноко.

Пламя, казалось, сдувает все мысли, перед глазами горел огонь, а тело нестерпимо болело. Он застонал от пульсирующей боли. Его будто снова и снова били молотом. И так больно, что Ророро больше не мог думать. Лапы скрутило спазмами, тело требовало остановиться.

Но тем не менее...

Но тем не менее Ророро не останавливался.

Мускулы горели и не слушались, он уже не мог бежать так же быстро. Каждый шаг давался с трудом. Выдыхать было трудно, а вдыхать больно, наверное жар обжёг лёгкие. Могла двигаться лишь одна голова, остальные теперь лишь мешали. Перед затуманенными глазами возник неясный образ нежити, которая колдует огненный шар.

Инстинкты живого существа говорили: если враг попадёт ещё раз, он умрёт. Но Ророро бесстрашно рвался вперёд... Ведь об этом попросил родитель и друг, он не мог остановиться.

Ророро, спотыкаясь, сделал ещё несколько шагов, из руки нежити снова вылетел красный шар . Этот удар точно убил бы гидру. Её ждала смерть. Это конец...

Если бы...

Верно... если бы рядом не было этого ящера.

Неужели он позволит Ророро умереть у него на глазах? Позволит случиться такой несправедливости? Невозможно.

— «Ледяной взрыв»! — бежавший позади Ророро Зарюсу прыгнул вбок и взмахнул Морозной Болью.

Воздух перед его мечом мгновенно замёрз, образовав перед Ророро белую стену тумана — волну чрезвычайно холодного воздуха.

Зарюсу применил одну из способностей Морозной Боли. Мощный навык, который можно использовать лишь трижды в день, Ледяной взрыв. Это техника, наносящая огромный урон и замораживающая всех существ в радиусе действия. Огненный шар врезался в холодный туман словно в твёрдую стену. Вполне разумная стратегия, если верить теории магии.

Шар вспыхнул пламенем и накинулся на белый туман. Как будто белая и красная змеи пытаются пожрать друг друга. На мгновение оттолкнув друг друга, две энергии исчезли.

Лич распахнул глаза от изумления — самая естественная реакция при виде рассеивания своего заклинания. До ящеров ещё оставалось некоторое расстояние, но они были достаточно близко, чтобы он уже ясно видел их лица. Своей решимостью и усилием гидра преодолела невозможное расстояние и доставила трёх людоящеров так далеко целыми и невредимыми.

— Ророро... — Зарюсу не знал, что сказать. В конце концов, из миллиона фраз он выбрал самую простую и ясную. — Спасибо!

Поблагодарив гидру, Зарюсу ускорился, не оглядываясь. Круш и Зенбэру бежали прямо за ним.

Позади раздался слабый крик, почти неслышимый, — пожелание удачи своей семье.

♦ ♦ ♦

Игувуа потерял дар речи. Он не мог поверить, что его огненный шар уничтожили.

— Невозможно!

Не желая признавать, что людоящеры развеяли его магию, он снова бросил огненный шар. Тот полетел на троих ящеров. И столкнулся со стеной тумана, возведённой мечом ближайшего, после чего исчез вместе с ней. Точно так же, как раньше.

— Пробуй, сколько хочешь! Я блокирую все твои атаки! — яростно выкрикнул людоящер.

Игувуа недовольно щёлкнул языком.

Чтобы магию, которую выпустил я, творение Высшего существа владыки Аинза, заблокировал простой людоящер! Непростительно!

Игувуа с трудом подавил ярость.

Вероятно, огненный шар больше не сработает, но, раз ящеры прятались за гидрой, есть предел того, сколько раз эта защита может быть использована. Может, десять раз, а может, просто на каждое использование тратилось немного сил, и после некоторого отдыха эта техника опять будет готовка к использованию, и так до бесконечности.

Как бы мне с ними разделаться? Что же, проверим, правду ли сказал этот людоящер...

Игувуа мог бросить ещё много огненных шаров, но оценить правдивость услышанного было трудно.

До людоящеров оставалось меньше сорока метров. Они, вероятнее всего, — воины. Игувуа, заклинатель, хотел избежать ближнего боя. В таком случае тратить время на то, чтобы проверить, сколько раз они могут блокировать огненный шар, глупо. А Игувуа глупцом не был. Не прячься они за гидрой с самого начала, он, может быть, и пошёл бы на такое, но эта чёртова гидра!

— Проклятье... обычная гидра, — выплюнул Игувуа, наметив план действий. — Тогда как насчёт этого?

Так получилось, что три людоящера бежали в линию. Игувуа указал на них пальцем, который заискрился электричеством.

— Попробуйте мою «Молнию»! — палец вспыхнул белым светом.

Его было видно даже на таком расстоянии.

Ледяной взрыв Морозной Боли мог свести на нет огненные или ледяные атаки. Но Зарюсу никогда не использовал его против молнии и не был уверен, сработает ли. Следует положиться на удачу или рассредоточиться, чтобы минимизировать ущерб?

Зарюсу покрепче сжал меч.

Воздух загудел статическим электричеством, нежить собиралась вот-вот высвободить молнию.

— Я разберусь! — прокричал Зенбэру и прыгнул вперёд, опередив Зарюсу. И в то же время активировалась магия:

— «Молния».

— Ар-р-р-р «Массивный отпор»!

Когда казалось, что молния ударила в Зенбэру, его тело засияло, отражая электрическую дугу, которая должна была попасть по двум другим.

Массивный отпор.

Навык монахов, который позволял уменьшить магический урон, мгновенно выпуская ки из тела. Ему Зенбэру научился во время путешествий, чтобы противостоять «Ледяному взрыву» Морозной боли. Хотя этот навык действовал по площади, он защищал от любой магии, которая наносит урон.

Ахнули как друзья, так и враги, но Зарюсу и Круш верили в своего товарища и удивились не слишком сильно. Таким образом, пока лич отходил от потрясения, людоящеры сумели подобраться к нему ещё ближе.

Во время бега Зарюсу кое-что понял: если бы на дуэли Зенбэру применил Ледяной взрыв, то его блокировали бы этим навыком. И тогда он открылся бы для атаки и проиграл. Теперь понятно, почему Зенбэру провоцировал его использовать Ледяной взрыв.

— Ха-ха! Слишком просто! — обронил тот, заставив Зарюсу улыбнуться, но уже в следующее мгновение напрячься: в голосе Зенбэру он услышал нотки боли.

Даже такой людоящер как Зенбэру не смог полностью подавить боль. Должно быть, ему сильно досталось. Прежде всего, будь его техника идеальной, он не согласился бы прятаться за Ророро.

Зарюсу посмотрел вперёд — враг стоял в каких-то двадцати метрах. То невозможное расстояние сократилось, оставалось лишь сделать последний бросок.

Видя, что расстояние между ними становится всё меньше, Игувуа понял, что враги сильны и их не следует недооценивать. Они достойны похвалы за то, что сумели защититься от его заклинаний. У Игувуа были и другие способы нападения, но сначала следовало подумать о своей защите.

— Неплохо, добровольно приносите себя в жертву. Ты оказался достоин того, чтобы я показал своё могущество, — холодно усмехнувшись, Игувуа активировал магию: — «Призыв нежити четвёртого ранга».

Болото вспучилось — и из него поднялись четырёхрукие скелеты, державшие круглые щиты и ятаганы, и встали в защиту перед Игувуа. Нежить, что куда сильнее обычных скелетов, — скелеты-воины. Он мог призвать других мертвецов, но выбрал скелетов за их сопротивляемость. Игувуа и монстры, состоящие из костей, имели иммунитет к атакам холодом.

Защищенный новоявленной охраной лич надменно посмотрел на приближавшихся людоящеров. Взгляд короля, смотрящего на челядь.

Расстояние сократилось ещё сильнее. Осталось всего десять метров. Видя, что лич пока не собирается атаковать, Зарюсу оглянулся на проделанный ими путь. Для спринта дистанция совсем маленькая, но эти сто метров были смертельно опасной землей без укрытий. Не будь у них Ророро, Морозной Боли, Зенбэру или Круш, они не смогли бы зайти так далеко. Но теперь враг оказался в зоне досягаемости.

Они преодолели эту дистанцию.

Зарюсу вздохнул с облегчением, заметив, как людоящеры несут Ророро назад в деревню. Затем отругал себя за то, что расслабился, и перевёл взгляд обратно на нежить. Ящер признавал, что это грозный противник. Встреть он такого монстра при других обстоятельствах, давно убежал бы. От одного взгляда на лича инстинкты начинали говорить ему бежать, и даже кончик хвоста стоял. Краем глаза он заметил, что у Зенбэру и Круш хвост отреагировал так же. Они двое, видно, думали о том же, что и Зарюсу. Верно, они всеми силами пытались подавить посыл сбежать.

Зарюсу хвостом поочерёдно похлопал их по спине. Те удивлённо на него глянули.

— Совместными усилиями мы победим, — только лишь и сказал Зарюсу.

— Да, мы победим, — ответила Круш, погладив спину там, где тот дотронулся.

— Ха, становится всё интересней! — заносчиво улыбнулся Зенбэру.

Все трое ускорились — финишная черта уже близко.

♦ ♦ ♦

Оставалось восемь метров.

Проделавшая весь этот путь группа Зарюсу тяжело дышала. Нежити же, наоборот, дыхание не требовалось. Они глядели мертвецу в глаза, тот заговорил первым:

— Меня зовут Игувуа, я — лич, служащий Высшему существу. Если сдадитесь сейчас, я дарую вам безболезненную смерть.

Зарюсу невольно улыбнулся. Он заключил, что эта нежить по имени Игувуа ничего не понимает. Что бы ты ни предложил, ответ будет один.

Хотя Зарюсу улыбался, Игувуа не огорчился, а молча ждал ответа. Он знал, насколько силён, и не сомневался, что сможет уничтожить группу Зарюсу. Вот почему он держался с высокомерием сильного, и в мыслях даже поблагодарил их за то, что ему не пришлось проделать весь путь до деревни.

— Каков же ваш ответ?

— А-ха-ха, тебе и вправду он нужен... — Зарюсу поднял Морозную Боль; Зенбэру — кулаки, приняв боевую стойку; Круш ничего не сделала, только нащупала глубоко в себе магическую силу, приготовившись в любую секунду высвободить заклинания. — Тогда я отвечу: и не надейся!

Скелеты-воины посчитали такой ответ враждебным и подняли ятаганы со щитами.

— Тогда умрите мучительной смертью. Вы пожалеете о том, что отказались от моего милосердия!

— Возвращайся в ад, нежить Игувуа!

Битва, что решит исход войны, началась.

♦ ♦ ♦

— Зарюсу! Давай!

Зенбэру вылетел вперёд быстрее остальных, замахнулся гигантской рукой и ударил скелета-воина. Тот укрылся за щитом, но ящера это не волновало, он навалился всеми силами. Щит прогнулся, скелет отлетел, врезался в другого скелета-воина и повалился на землю. Одновременно с этим ящер хвостом попытался повалить другого скелета-воина, но промахнулся.

Строение скелетов-воинов порушилось, и Зарюсу использовал эту возможность, чтобы проскользнуть.

— Остановите его!

Услышав приказ Игувуа, два скелета-воина кинулись на Зарюсу. Тот мог уклониться или защититься Морозной Болью. Но ничего не сделал, ведь тогда замедлился бы, а он не хотел делать никаких лишних движений. К тому же кое-кто о скелетах уже позаботился...

— «Земляные путы»!

Из земли вытянулись хлысты и связали двух скелетов-воинов так крепко, словно были созданы из стали, а не грязи. Зарюсу проскользнул через брешь, что образовалась в строе скелетов.

Верно, Круш тоже помогала.

Зарюсу дрался не один, а с товарищами, которым доверился.

Всё же даже магия Круш не полностью сковала скелетов, и ятаганы слегка зацепили Зарюсу. Но это — пустяк, из-за кипящей крови он даже боли не почувствовал.

Зарюсу быстрыми и большими шагами бежал на Игувуа, который направил на него палец. Даже получив прямой удар, он продолжил бы наступать на свою цель. Ничто не могло поколебать его решимость.

— Глупцы! Познайте же истинный страх! «Испуг»!

Голову тряхнуло, и Зарюсу перестал понимать, где находится. Появилась странная тревога, он начал бояться всего вокруг... шаги замедлились и остановились. Разум поддался заклинанию «Испуг», и ноги перестали слушаться. Хотя голова говорила ногам двигаться, сердце их останавливало.

— Зарюсу! «Львиное сердце»! — прокричала Круш, и страх мгновенно испарился, воля Зарюсу вспыхнула даже сильнее, чем прежде. Магия наделила его мужеством и победила страх.

Игувуа недовольно посмотрел на Круш и указал на неё пальцем:

— Раздражаешь! «Молния»!

— А-а-а! — закричала Круш.

Зарюсу снова начал двигаться; его почти поглотила ненависть, но всё же он сумел взять себя в руки. Иногда ненависть — хорошее оружие, но перед лицом сильного врага она будет мешать. Сейчас ему требовалось горячее сердце и холодный ум.

Зарюсу не стал оглядываться.

Игувуа только что атаковал Круш, но это значило, что ящер мог воспользоваться возможностью, чтобы сократить расстояние. В глазах лича промелькнул страх: он понял, что совершил ошибку. Такая реакция заставила Зарюсу, любимая которого пострадала, насмешливо усмехнуться.

— Тц! «Мол...

— Слишком медленно!

Удар Морозной Боли отсёк Игувуа палец.

— Агх.

— Воин до тебя добрался, заклинатель! Я заставлю тебя понять, что теперь заклинания бесполезны!

Может быть, с легендарными магами такой трюк не прошёл бы, но заклинание обычного мага прервать можно. Даже такой могущественный лич, как Игувуа, исключением не являлся.

Зарюсу сузил глаза — почувствовал, что что-то не так. Удар по Игувуа показался каким-то странным, вероятно, лич обладал защитой против физического урона. Но всё же он был уязвим. А в таком случае просто нужно нанести больше урона.

Оставалось только продолжать бить мечом.

Легче сказать, чем сделать. Зарюсу это понимал. Но он, простой воин, был способен лишь на это.

— Не смотри на меня свысока, людоящер!

Вдруг из тела Игувуа в сторону Зарюсу полетело три стрелы света. Они появились без каких-либо признаков подготовки заклинания, ящер успел лишь машинально защититься мечом, но магические стрелы прошли оружие насквозь и попали прямо по нему, причинив тупую боль.

Это была «Безмолвная магия: Магическая стрела». Безмолвная магия не требовала никакой подготовки, потому её вызов не прервешь, а от магической стрелы к тому же не уклонишься.

Зарюсу сжал зубы и проткнул Игувуа Морозной Болью.

— Угх! Тварь! Жалкий людоящер!

Магическая стрела, может, и попадала со стопроцентной вероятностью, но наносила очень мало урона. И его оказалось недостаточно, чтобы остановить Зарюсу, прошедшего жёсткую тренировку. По нему попала ещё одна магическая стрела, но он терпел мучительную боль и атаковал в ответ. После нескольких таких обменов ударами ящер стал двигаться медленнее, острая боль мешала проворно двигаться, а вот нежить боли не чувствовала.

У понимавших это Игувуа и Зарюсу были совершенно разные лица.

Слабые падут, сильные восторжествуют. Это — естественный закон мира. Очевидно, кто победит в дуэли один на один. Однако, объединившись, слабые всё же могли противостоять сильному.

— «Среднее лечение ран»! — послышалось позади.

Боль исчезла, и Зарюсу снова почувствовал прилив жизненной силы.

Игувуа в бешенстве прокричал:

— Чёртовы людоящеры!

Зарюсу сражался вместе с товарищами, которым доверял. Вместе с Круш, Зенбэру и...

— Ророро... я не проиграю!

— Тупица... как могу я, создание Высшего существа, потерпеть поражение?! Как глупо! — Игувуа обвёл троих людоящеров своим ядовитым взглядом. Он не применил магию призыва, поскольку призванная нежить всё ещё была рядом. А пока её не уничтожили, он не мог поднять новую. Потому Игувуа продолжил использовать заклинание «Безмолвная магия: Магическая стрела», а Зарюсу рубил его мечом. Монотонный бой продолжился.

Казалось, схватка никогда не закончится. В таком случае из тупика поможет выйти подкрепление. И выиграет тот, к кому оно прибудет первым. Зарюсу и Игувуа были в этом уверены.

Превозмогая боль от ожогов, последствий того удара молнией, Круш применила магию призыва третьего ранга. Со звуком «донг» появился гигантский краб размером метра полтора, с правой гигантской клешней. Он вылез так, словно всё это время ждал в болоте, но на самом деле его вызывало заклинание «Призыв зверя третьего ранга».

Краб пополз помогать Зенбэру — ударил большой клешней скелета-воина. Ящер улыбнулся неожиданному подкреплению, ведь ему приходилось терпеть удары со всех сторон и защищать Круш.

— Эй! Странный краб! Этих двоих я оставлю на тебя!

Гигантский краб, Клешневик, помахал меньшей клешней и пополз на скелетов-воинов.

Вот же... положение серьёзнее некуда... но эти двое так похожи, — Круш подумала о том, о чём не должна была думать в такое время, и улыбнулась. Но сразу же стёрла с лица улыбку и, наблюдая за битвой, глубокими вдохами попыталась выровнять дыхание. Пока они сюда бежали, ей приходилось магией защищать и подлечивать Ророро, а потом наложить усиливающие заклинания на Зенбэру. Она превзошла саму себя. Продолжительное использование заклинаний, а ещё ко всему прочему магия призыва, обессилили Круш, у неё затряслись ноги. А выделить силы на собственное лечение она не могла. Круш знала, что воин из неё так себе, и, спокойно анализируя обстановку, пришла к выводу, что себя лечить — бесполезная трата запаса магии. Но падать нельзя, нельзя заставлять беспокоиться Зарюсу и Зенбэру. Круш, чтобы не терять сознания, прикусила губу — потекла кровь.

— «Среднее лечение ран»!

Лечащее заклинание полетело в Зарюсу, который увяз в ближнем бою с Игувуа.

Ноги подкосились, перед глазами всё поплыло. Всей кожей она почувствовала воду.

Круш не понимала, что случилось. Почему и когда она упала в грязь? Одно она знала точно — её никто не атаковал, она, наверное, на мгновение отключилась. Круш обрадовалась, но не потому, что была ещё жива, а потому, что могла продолжить сражаться.

Друид не стала вставать. На это просто могло не хватить сил, а их она хотела приберечь.

Затуманенным зрением она видела, как дерутся Зарюсу и Зенбэру. Спины товарищей, с которыми она провела так мало времени. Зенбэру, что сражался против четырёх скелетов-воинов, и Зарюсу, что терпел магические удары Игувуа, были изранены.

Круш вдохнула:

— «Среднее лечение ран»! — Она вылечила Зенбэру. — «Среднее лечение ран», — и Зарюсу. — Хах, хах... — Круш тяжело задышала. Воздуха не хватало, хотя она делала такие большие вдохи. Наверное, проявлялись симптомы магического истощения. Сильно заболела голова. Тем не менее Круш старалась приоткрыть веки. В битве они пожертвовали столь многими, как может она первой выйти с поля боя? Круш открыла глаза и прокричала: — «Среднее лечение ран»!

♦ ♦ ♦

Зенбэру сжал кулак и ударил скелета-воина по черепу. Что-то ощутимо прогнулось, а потом череп разлетелся — скелет-воин умер.

— Это второй. Уф... — он выдохнул весь воздух из груди в попытке вместе с ним выдохнуть и усталость, затем глянул на оставшихся скелетов-воинов.

Краба, вызванного Круш, нигде не было. Зенбэру сумел победить двух других только потому, что краб задержал этих двоих. Благодаря помощи Круш. Осталось двое, затем — Игувуа.

Согнув толстую правую руку, Зенбэру убедился, что всё ещё может ею двигать. Левую же руку он даже напрячь не мог, так сильно травмировал. Ящер слишком безрассудно использовал её в качестве щита. Он глянул на вялую правую руку.

— Ничего, будем считать, что даю им фору, — Зенбэру перевёл взгляд на надоедливых противников. Он попытался пошевелить левой рукой, начал с пальцев, но вдруг всё его тело пронзила острая боль. Такого он не ожидал.

Это пустяк. Приятель продолжал мчаться вперёд, даже когда головы отказали. Я, Зенбэру, не хочу, чтобы он надо мной смеялся.

Зенбэру понимал, насколько сильны скелеты-воины. Двое из них дрались с ним на равных. А если бы разом накинулись все четверо, то он мог бы и не надеяться на победу.

Спасибо, гигантский краб. В знак признательности я долго не буду есть грязевых крабов.

Поблагодарив любимую пищу, Зенбэру направил свою кровожадность на двух скелетов-воинов, которые к нему приближались.

Он сжал кулаки.

Я всё ещё стою, я могу драться.

Честно говоря, Зенбэру удивился, что продержался так долго.

— Прекрати думать о глупостях!

Этому была только одна причина.

Зенбэру высмеял старого себя.

За скелетами виднелась спина Зарюсу. Того, кто не отступил ни на шаг, хотя дрался с таким монстром, как Игувуа.

— Эта спина и вправду широкая...

И вправду...

Зарюсу, Круш и Ророро. Мы всё это время дрались вместе, вот почему я до сих пор стою на ногах.

— Эй-эй, Зарюсу, ты весь изранен. Разве ты не в худшей форме, чем когда дрался со мной?

Большой рукой Зенберу послал скелета-воина в полёт, а левой рукой защитился от ятагана другого скелета. Но отбить меч он не смог, и на животе ящера появилась ещё одна рана. Именно это место Круш исцелила магией.

— Круш и так тяжело, а теперь ещё это.

Его снова излечило заклинание Круш, и рана постепенно затянулась. Зенбэру не оглянулся, но её голос доносился от самой воды. Было легко представить, в каком она положении. Тем не менее она не прекратила применять магию.

— Это хорошая женщина.

Если я когда-то женюсь, такая жена была бы просто чудесной, — Зенбэру позавидовал Зарюсу.

— Я не хочу проиграть первым и стать посмешищем.

Сделав ложный замах большой рукой, он ударил хвостом и рассмеялся. Я ведь старше.

Два скелета-воина сомкнули вместе щиты, прикрывшись ними и вместе с тем загородив Зарюсу. Зенбэру взревел:

— Не стойте у меня на пути! Из-за вас я не вижу спину такого удивительного ящера! — и кинулся вперёд.

♦ ♦ ♦

Схватка Игувуа и Зарюсу всё ещё продолжалась. Они смотрели друг другу в глаза. Но вдруг Зарюсу заметил, как лич чуть отвёл взгляд. Бесстрастное лицо нежити ужасно искривилось в усмешке. А далее произошло то, из-за чего разум и тело Зарюсу застыли.

Он услышал, как сзади плеснула вода. Кто-то упал.

— Смотри! Твой товарищ пал!

Он не мог позволить себе обернуться. Возможно, лич сказал правду, а мог и соврать. Хотя возникшие мысли заставляли чешую вставать дыбом, враг перед ним обладал подавляющей силой. Он не мог позволить себе роскошь повернуть голову. Ведь тогда бой мгновенно бы закончился. Зарюсу дрался так долго не для того, чтобы проиграть из-за собственной глупости.

Он боролся, чтобы одержать победу.

Если Игувуа говорил правду, то следует разобраться с врагом прежде, чем к нему подойдёт подкрепление, иначе будет плохо. Зарюсу напрягся, приготовившись к следующей магической атаке, как вдруг услышал, что кто-то встаёт из воды и у кого-то ломаются кости.

— Зарюсу! С этими мы разобрались! Остальное за тобой!

— «Среднее лечение ран»!

Зенбэру зарычал от сильной боли и упал в воду. И как раз в это время Круш хрипло прошептала заклинание, и раны Зарюсу затянулись.

— Му-у!

Игувуа скривился от недовольства. Зарюсу знал, даже не оборачиваясь, что двое товарищей выполнили свою задачу идеально. Теперь осталось только...

— Теперь мой черёд!

Игувуа парировал Морозную Боль своим посохом.

— Ку-ку-ку... Я — лич Игувуа, не смотри на меня свысока лишь из-за того, что я плох в ближнем бою!

Несмотря на показную высокомерность, лич знал, что его шансы на победу невелики.

В битве один на один Игувуа мог выиграть благодаря превосходящим физическим данным. Но тот белый людоящер продолжал лечить ящера, с которым он дрался, нивелируя выигрыш в здоровье лича. Игувуа удавалось отразить лишь один из трёх ударов, остальные два впивались в тело. Хотя он, как и скелеты, имел сопротивление режущему оружию, а дополнительный урон холодом и вовсе сводился на нет, положение было тяжёлым.

Игувуа паниковал.

Я — создание Высшего существа Аинза Оала Гоуна, командир этой армии, я не могу потерпеть неудачу!

Он хотел призвать нежить, чтобы та послужила щитом, но каждый раз активацию заклинания сбивал удар. Очень трудно произнести заклинание, когда враг мелькает перед глазами.

Если так продолжится, проигрыш неминуем.

Игувуа решил достать из рукава последний туз. План был не таким уж и потрясающим. Он даже мог обречь лича на погибель, но другого выбора не осталось.

Он вдруг повернулся и побежал. Зарюсу удивился, но всё же воспользовался возможностью и ударил Игувуа в спину. Тот качнулся, но не упал. Зарюсу щёлкнул языком из-за, казалось, бесконечного здоровья этой нежити, и погнался за Игувуа.

Лич обернулся, показывая своё наполненное яростью неживое лицо, но, казалось, что-то ему приподняло настроение. В руке появилась красная сфера — «Огненный шар».

Использует заклинание на широкой области на таком расстоянии? Он хочет убить себя?.. Стоп!

Осознавая, что Игувуа смотрит не на него, Зарюсу испугался. Лич смотрел ему за спину — на лежавших недвижимо Круш и Зенбэру.

Что мне делать?

Зарюсу отчаянно думал.

Он оплошал. Добить Игувуа удастся только в том случае, если пожертвовать ими двумя. Иначе ход битвы не предугадать. Когда у обеих сторон мало здоровья, любая ошибка окажется смертельной.

Разве они прошли весь этот путь не для того, чтобы победить Игувуа? Ради этого погибло так много ящеров. Тогда следовало пожертвовать и этими двумя. Наверняка они с улыбкой его простят. На их месте он именно этого и хотел бы.

Но тем не менее Зарюсу никогда не отказался бы от товарищей, вместе с которыми сражался. Оставался лишь один выбор — спасти их и затем уничтожить лича. Как только он решился, всё стало просто.

— «Ледяной взрыв»! — Зарюсу создал стену холодного воздуха прямо у своих ног. — Га-ах! — Холодом, что устремился вперёд, пробрало до самих костей.

Он глядел на Игувуа пронизывающим взглядом, хотя мог потерять сознание в любую секунду. Но терпел невыносимую боль. Пытался не кричать, но всё же ему это не удалось.

Холодный туман заполонил всё вокруг, и Игувуа зловеще засмеялся — схема удалась.

Ку-ку, если бы бросил товарищей, то выиграл бы.

Лич имел полную сопротивляемость холоду и электричеству, так что в холодном воздухе он чувствовал себя совершенно нормально. Игувуа раздавил в руке заклинание «Огненный шар». Иначе бы тот врезался в белый туман и взорвался, зацепив его самого. С теми двумя он разберётся, когда туман развеется. Сейчас же важнее убить продолжавшего стоять людоящера. Осмотревшись, Игувуа нахмурился. В чём-то он просчитался.

— Где он?

Туман сокрыл всё из виду.

Лич обладал способностью видеть сквозь тьму, но не сквозь объекты, и он понятия не имел, где прячется враг. Впрочем, большой проблемы это не представляло. Поскольку людоящер только что громко закричал, то, значит, сильно поранился. Холодным воздухом он собирался встретить огненный шар, а раз так, то, вероятнее всего, пострадал от сопоставимого урона. Вдобавок ко всему он уже был ранен. Возможно даже, теперь оказался на грани смерти. Осталось только не спеша его добить.

Покинуть сначала этот туман?

Чуть подумав, Игувуа отказался от этого решения. Если бы он задвигался, то выдал бы свою позицию. Сейчас важнее призвать нежить. Если у него появится охрана, то победу он себе гарантирует, даже если людоящер всё ещё жив. Лич уже было применил заклинание, как вдруг услышал всплеск воды.

Морозная боль, одно из четырёх сокровищ людоящеров. Меч, созданный изо льда озера, вырезанного в тот единственный раз, когда оно замёрзло. Он обладал тремя магическими навыками: был пропитан холодной энергией, что наносила дополнительный ледяной урон; Ледяным взрывом, который можно использовать трижды за день. А третьей магической силой была...

Что-то резко просвистело.

Игувуа даже не понял, что произошло. Лишь успел заметить кончик острого объекта перед тем, как получил сильный удар в голову. Меч с треском вошёл в правый глаз Игувуа. Лич всё понял и закричал:

— А-а-а-а! Почему?! Почему ты не мёртв?!

Морозная Боль вошла глубоко в правую глазницу Игувуа. Он ощутил, как быстро уходит жизнь... Лич зашатался, глядя в глаза покрытому инеем ящеру. Игувуа не понимал, почему тот стоит, получив такой сильный удар холодом.

Третья способность Морозной Боли давала пользователю сопротивляемость ледяному урону. Но тем не менее она не могла полностью свести на нет урон от такого могущественного навыка, как Ледяной взрыв. У Зарюсу заледенели даже кости, он находился на грани потери сознания, дышал прерывисто, а его движения замедлились. От слабости хвост опустился в воду. Ящер даже меч с трудом держал. Нанося этот последний, самый мощный удар, он не целился, а руководствовался инстинктом.

Ему повезло.

Зарюсу пытался держать глаза открытыми.

Он сделал всё возможное, чтобы в последний раз ударить Игувуа, и почувствовал, что нанёс смертельную рану.

Зарюсу, лишившись последних сил, смотрел на Игувуа с проблеском надежды. Тот дрожал, а тело разваливалось прямо на глазах: с лица сползала кожа, кости трескались, даже одежда сгнивала. Он исчезнет, это лишь вопрос времени. Когда Зарюсу уже в этом уверился... его за горло схватила покрытая кожей костяная рука.

— Я... я создан, чтобы служить Великому... Как могу я... так исчезнуть!

Игувуа держал его не сильно, Зарюсу мог высвободиться, но...

— Кхе-кхе... — Зарюсу закашлялся, всё тело пронзила сильная боль. В него текла негативная энергия, лишая жизненной силы. Даже Зарюсу, который тренировался терпеть боль, не выдержал, когда, казалось, холод вливается прямо в вены.

— Умри!.. Людоящер!

С лица Игувуа отваливались куски и исчезали в воздухе. Он умирал, но верность господину заставляла его отчаянно цепляться за жизнь.

Зарюсу пытался вырваться, но его тело сковал страх. Жизни осталось совсем мало. Её забирала негативная энергия, которую вливал Игувуа.

Взгляд затуманился. Мир, казалось, покрылся тонким туманом.

Игувуа, с трудом держась в сознании, победоносно улыбнулся, глядя, как Зарюсу медленно теряет силу. Убить этого людоящера, а также двух других. Скорее всего, это их элита. Если он их убьёт, то сделает лучший подарок Высшему существу, своему создателю. Даже без слов было понятно, о чем Игувуа думает.

— Иди в ад!

Руки и ноги не слушались, температура опускалась всё ниже и ниже, пока по телу расходился яд. Дышалось трудно, ясным остался лишь разум.

Умирать ещё рано.

Ророро выложился на полную, сделав тот рывок.

Зенбэру его защитил.

Круш истратила всю свою магию.

И не только их. Он взвалил на себя ношу всех ящеров, пожертвовавших собой в войне.

Зарюсу, напряжённо искавший, как бы спастись, услышал шепот.

Добрый голос Круш.

Дружеский голос Зенбэру.

Игривое поскуливание Ророро.

Голоса, которые не мог сейчас услышать.

Круш и Зенбэру наверняка уже потеряли сознание, а Ророро должен был находиться далеко отсюда.

Голоса товарищей почудились, так как Зарюсу терял сознание? Товарищей, которых знал меньше недели? Его звала семья?

Нет. Все они здесь, с ним...

— Ар-р-р... ар-р-р!..

— У тебя ещё остались силы?!.

Зарюсу прорычал, находясь на грани потери сознания, чем удивил Игувуа. Ящер пошевелил глазами и посмотрел на лича. Трудно поверить, что эти глаза, ещё мгновение назад расфокусированные, наполнились неукротимой волей. Игувуа напрягся.

— Круш! Зенбэру! Ророро!

— Что ты делаешь!.. Просто умри!..

Откуда взялась эта живучесть? В Зарюсу влилось очень много негативной энергии, забирая его жизненные силы. Руки и ноги потяжелели, тело стало ледяным. Тем не менее с каждым произнесённым именем ему становилось теплее. Источником тепла была не жизненная сила. Оно шло откуда-то из груди — из сердца.

Стало слышно, как напрягаются мускулы. Это Зарюсу сжал в кулак правую ладонь. Он собрал всю оставшуюся силу.

— Невозможно!.. Как ты можешь до сих пор двигаться! Монстр!..

Невероятно, что, несмотря на всё это, Зарюсу двигался.

Лича захлестнула ярость, но он сумел её подавить. Он — Игувуа, полевой командир армии Великого Склепа Назарика. И, что ещё важнее, он — нежить, созданная великим королём смерти, Аинзом Оалом Гоуном. Он не мог позволить себе, такому сильному, проиграть бой...

— Умри!..

— Это конец, монстр!

Зарюсу оказался на волосок быстрее. Верно, он со всей силы ударил на мгновение быстрее, чем Игувуа вливал в него негативную энергию. Сжатый кулак попал по рукояти Морозной Боли... на пальцах Зарюсу выступила кровь. После такого сильного удара Морозная Боль, воткнутая в левый глаз Игувуа, пробила голову лича.

— О-о-о-о-а-а-а-а!

Игувуа, нежить, не чувствовал боли, но всё же он ощущал, как отрицательная жизнь рассеивается.

— Это... это... невозможно... владыка... Аинз...

В глазах лича отразилось понимание того, что такое поражение. Зарюсу упал словно марионетка, которой отрезали нити, послышался громкий всплеск воды...

— Пожалуйста... пожалуйста... простите... меня...

Прося прощение у хозяина, Игувуа тоже упал.

♦ ♦ ♦

Комната погрузилась в полную тишину. В зеркале отражалось нечто невероятное, все молчали. За исключением горничной, Энтомы.

— Господин Коцит, вас вызывает владыка Аинз.

— Хорошо... — Коцит с опущенной головой медленно повернулся к Энтоме. Под обеспокоенными взглядами подчинённых он от стыда стиснул зубы. И в то же время ему хотелось поздравить людоящеров. Великолепная битва. Они сделали невозможное возможным и одержали победу. Лич сделал несколько ошибок, но всё равно его было более чем достаточно, чтобы победить. — Захватывающе. Невероятно захватывающе, — повторял Коцит. Людоящеры преодолели огромное препятствие. — Жаль... — Страж вздохнул, глядя, как людоящеры веселятся и танцуют в ознаменование победы. — Воины, отражённые в зеркале, может, и были слабыми, но это подняло ему боевой дух. — Эх... как жаль... — Коцит колебался. Он вспомнил самый худший сценарий из возможных, всё обдумал и решился: — Пойдём.

Часть 6

На душе было так спокойно, а тело словно поднималось из тьмы. Зарюсу открыл глаза. Всё в тумане, будто он только проснулся.

Где я? Я... спал?

В голове роились вопросы, и в то же время он почувствовал, как сверху что-то давит.

Белое — первое, что пришло на сонный ум, когда Зарюсу заметил белый цвет. Но сонливость постепенно ушла, и он понял, что это. Это была Круш, она спала на нём.

— Ах...

Я выжил.

Зарюсу почувствовал облегчение и почти сказал это вслух, но сдержался и даже не коснулся Круш — не хотел её будить. Несмотря на красоту её чешуек, он не мог так легкомысленно погладить девушку.

Зарюсу попытался на время забыть о Круш — было много чего другого, о чём следовало подумать.

Прежде всего, почему он здесь. Зарюсу попробовал вспомнить, что случилось. Как только Игувуа развеялся прахом, он отключился. А раз его не поймали, то, значит, племена выиграли войну.

Зарюсу тихо вздохнул, стараясь не будить Круш, и почувствовал, как бремя, которое он на себя взвалил, уменьшилось. Но всё же оставались некоторые опасения. Ящеры до сих пор ничего не знали о враге и его целях. Весьма вероятно, нападение произойдёт снова... нет, точно произойдёт.

Он позволил себе успокоиться. Почувствовав тепло Круш, Зарюсу снова вздохнул. Затем немного пошевелился — движения ничего не сковывало. К счастью, во время сражения он не покалечился. Путешественник вспомнил товарищей по оружию. Кроме Круш тут никого не было. Что случилось с Зенбэру? Впрочем, с таким сильным ящером наверняка всё в порядке.

Движения Зарюсу всё-таки разбудили Круш — она шевельнулась, словно душа возвращалась в её мягкое тело. Скоро она проснётся.

— Хм-м... — Круш издала милый звук и осмотрелась заспанными глазами. Вскоре заметила под собой Зарюсу и счастливо улыбнулась.

— Му-у...

Наполовину сонная Круш обняла Зарюсу и потёрлась о него. Словно животное, что хотело оставить свой запах. Ящер напрягся, позволив ей делать всё, что она хочет. Злая мысль: «Это не я начал», — возникла где-то в недрах его разума. Белые чешуйки были гладкими и приятными на ощупь, а ещё обворожительно пахли травами.

Ничего ведь не случится, если и я её обниму?

Когда он больше не мог это терпеть, Круш окончательно проснулась и посмотрела ему прямо в глаза. И мгновенно застыла. Продолжая его обнимать. Зарюсу задумался о том, что должен сказать. В конце концов он решил сказать то, из-за чего трудностей не возникнет.

— Можно и мне тебя обнять?

Но на самом деле Зарюсу лишь казалось, что их не возникнет, ведь страсть ударила ему в голову.

Круш угрожающе визгнула, ударив по полу хвостом. Затем покатилась от Зарюсу, пока не ударилась в стену. Он даже услышал, как распластавшаяся на полу Круш повторяла: «Глупая, глупая, я глупая».

— Ну... я рад, что ты жива, Круш.

Эти слова позволили друиду восстановить самообладание, хотя её хвост продолжал извиваться.

— И я рада, что ты жив, — она подняла голову и мило улыбнулась. У Зарюсу появились похотливые мысли, но он их подавил и задал более подходящий вопрос:

— Ты знаешь, что случилось после того, как я потерял сознание?

— Да, более или менее. После того как ты победил Игувуа, враги отступили. Твой брат тоже победил монстров и спас нас троих... это было вчера.

— А где Зенбэру?..

— Он тоже жив. И даже живучее тебя — он очнулся сразу, как только применили лечащие заклинания. Сейчас он, вероятно, разбирается с последствиями битвы. Кажется, я потеряла сознание от истощения, когда всё это услышала... — Круш поднялась и села возле Зарюсу. Он тоже хотел подняться, но Круш его остановила. — Не напрягайся, из нас всех у тебя самые серьёзные раны, — её голос смягчился, видно, она вспоминала его бой. — Как хорошо, что ты цел... — Круш опустила голову, Зарюсу её погладил и утешил:

— Я не умру, пока не услышу твой ответ. Я тоже о тебе беспокоюсь.

Ответ. Из-за этого слова они замерли.

Комната погрузилась в тишину. Казалось, что слышно сердцебиение. Круш медленно обхватила хвостом хвост Зарюсу. Чёрный и белый хвосты сплелись воедино, словно две змеи при спаривании. Зарюсу молча на неё посмотрел, она на него тоже, в глазах друг друга они видели свои отражения. Зарюсу что-то тихо прошептал. Нет, это были не слова, а приглушённый рёв. Такой же он издал, впервые встретив Круш.

Зов спаривания.

После этого Зарюсу ничего не сделал. Лишь сердце стучало сильно-сильно.

Мгновением позже Круш издала такой же звук. Такой же эмоциональный рёв, с дрожью в хвосте принимая его зов.

У неё на лице появилось невероятно обольстительное выражение, Зарюсу не мог оторвать взгляд. Круш навалилась на него всем телом — до этого спали они в похожем положении. Их лица оказались так близко, что тёплое дыхание смешалось вместе, сердца забились в такт, и они стали одним целым...

— О! Вы заняты?! — дверь с силой распахнулась и вошёл Зенбэру.

Круш и Зарюсу застыли словно ледяные статуи.

Зенбэру недоумённо на них смотрел. На Круш, которая оседлала Зарюсу. Он склонил голову набок и спросил:

— Что, ещё не начали?

Поняв, на что Зенбэру намекает, они молча отодвинулись друг от друга, поднялись, и не говоря ни слова подошли к нему. Тот, весь в недоумении, нагнулся вперёд...

— Га-ах!

...И получил в живот два удара. Выдохнув, он опустился на пол.

— Ого... какие вы сильные... особенно Круш... га-ах... как больно...

Зарюсу, конечно, ударил сильно, но возмущённая девушка ударила ещё сильнее. Этого оказалось недостаточно, чтобы сорвать злобу, но сколько бы они ни били Зенбэру, атмосфера всё равно не вернётся. Они взялись за руки — странная замена избиению. Чтобы немного успокоиться, Зарюсу спросил у Зенбэру:

— Забудь о том, что произошло, сейчас важнее другое. У меня есть пара вопросов. Я кое-что слышал от Круш, но не мог бы ты рассказать, что сейчас происходит?

Зенбэру, не обращая внимания на то, что они взялись за руки, ответил:

— Разве это и так не понятно? Все племена празднуют победу.

— Мой брат устроил празднование?

— Ага. Всё равно охотники прочесали окрестности и не нашли никаких следов врагов, подкрепления или засады. А скрыть такую большую армию трудно. Мы по-прежнему в состоянии боевой готовности, но твой брат уже объявил победу. Я к вам заглянул по его указанию.

— Его указанию?

— Ага, твой брат сказал: «Ша-ха-ха, пусть они двое поспят вместе. Наверное, они уже начали, ша-ха-ха. Мешать им немного неловко, но всё же мне любопытно, ша-ха-ха».

— Что за ерунда! Что это за «ша-ха-ха»?

— Ну... «ша-ха-ха» не было...

— Мой брат не мог так смеяться, в самом деле...

— Ну, может, я немного приукрасил...

— Ты — худший.

Повеяло холодом, сопоставимым с «Ледяным взрывом». От такого устрашающего голоса у Зарюсу даже мурашки по коже побежали. Зенбэру задрожал и напрягся.

— Так почему ты пришёл?

— Эм, чтобы помеш...

— Если посмеешь сказать, что здесь, чтобы быть третьим лишним, то испробуешь у меня всё волшебство, которое только представить можешь.

Круш не шутила, Зарюсу и Зенбэру даже не сомневались.

— Эх... я зашёл пригласить вас присоединиться к празднеству. Это ведь мы втроём добились победы, разве нет? Мы не можем не пойти. И ещё нужно обсудить будущее ящеров... — окольно объяснил Зенбэру.

— Ясно... — криво улыбнулся Зарюсу, уловив, что тот хочет сказать. А он хотел сказать это: скорее всего, будут ещё битвы, так что пора показать нашу силу. — Я понял. Круш, ты тоже идёшь?

Круш недовольно надула щёки, став похожей на лягушку «делмас», обитающую в болотах. Но Зарюсу подумал, что она намного милее.

— Так вы идёте? — спросил Зенбэру Зарюсу и Круш, которые посмотрели друг другу в глаза.

— Ах... ага, пошли.

Они ответили утвердительно и втроём вышли из хижины. Когда они спустились по лестнице и шагнули в болота, Зарюсу вдруг исчез — его сбило с ног что-то большое.

Хлоп, вжих, вжих, шлёп. Примерно так это звучало.

Зарюсу исчез, а на его месте появился Ророро. Четыре головы энергично обвились вокруг упавшего в болото ящера и уткнулись носами.

— Ророро! Ты жив! — покрытый грязью Зарюсу поднялся, нежно его погладил и внимательно осмотрел. Похоже, его вылечили магией — все ожоги исчезли, будто их никогда и не было.

Ророро заскулил всеми головами, почти полностью скрывая Зарюсу в крепких объятиях.

— Эй-эй-эй, прекрати, Ророро, — ящер засмеялся и попытался выбраться. Гидра счастливо закричала, но не отпустила.

Плесь, плесь, плесь.

Вдруг послышались ритмичные всплески воды, Зарюсу озадачился, найдя их источник — Круш. Она смотрела на Зарюсу и Ророро, нежно улыбаясь, но её хвост периодически ударялся о воду. Стоявший рядом Зенбэру напрягся и медленно отошёл. Ророро замер. Наверное, почувствовал, что что-то не так.

— Что такое?

— Н-ничего... — Зарюсу недоумённо посмотрел на Круш. Как ни посмотри, но Круш улыбалась и радовалась тому, что Зарюсу и Ророро воссоединились. Но почему-то по спине прошёл холодок.

— Как странно... — Круш снова улыбнулась.

Гидра освободила Зарюсу. Зенбэру, казалось, чего-то боялся. Не выдержав, он поспешил сказать:

— Ладно, Ророро, пошли вперёд.

Гидра, конечно, не понимала язык людоящеров, но послушно позволила Зенбэру на себя взобраться и на невероятной скорости побежала прочь. Когда эти двое ушли, между Зарюсу и Круш повисла странная атмосфера.

Круш схватилась за голову и вздрогнула.

— Эх, что же я делаю. Казалось, словно моё сердце мне не принадлежит. Хотя это глупо, но я не смогла сдержаться. Это словно проклятье.

Зарюсу понял, что она чувствует. Поскольку чувствовал то же самое, когда впервые её встретил.

— Если честно, Круш... я очень счастлив.

— Что?!.

Плесь — и снова вода взмыла в воздух. Зарюсу подошёл к Круш.

— Слышишь?

— Хм?

— Это те, кого мы сумели защитить, и те, кого мы должны защищать отныне.

Ветер приносил шумный смех — пиршество, видно, находилось в самом разгаре. Ящеры прощались с предками, праздновали победу и оплакивали погибших. Вино — для них дорогое удовольствие, но племя Зенбэру принесло Гигантский Горшок Вина, одно из четырёх сокровищ, и вина даже хватило на несколько пиршеств. И поскольку собрались все племена, они могли насладиться невероятным весельем.

Вслушиваясь в радостные выкрики, Зарюсу с улыбкой сказал:

—Это ещё не конец, тот «Великий» может напасть, но всё равно... сегодня нужно расслабиться, — затем обхватил Круш за талию. Она молча положила голову ему на плечо, посильнее прижавшись. — Пошли?

— Хорошо... — Круш ответила и, немного заколебавшись, добавила: — Дорогой.

Взявшись за руки, два ящера исчезли в шумной толпе...

Глава 4. Рассвет отчаяния

Часть 1

Ступая необычайно тяжёлыми шагами, Коцит брёл в Тронный зал. Слуги, будто заразившись, следовали за ним столь же медленным и тяжёлым шагом. А шли они так из-за поражения в войне против людоящеров. Он, командир славной армии Назарика, позволил провалу запятнать её репутацию.

Людоящеры, конечно, оказались выдающимися воинами. И, как воин, Коцит их уважал.

Однако воинский дух с этим не имеет ничего общего.

Назарик не терпит провала. Более того, они впервые провели военную вылазку, а не оборонялись, как в прошлом. После такого её финала любой будет в плохом настроении. Как и говорил Демиург, выделенная армия была слабой, но это лишь оправдание. Даже в том случае, если мастер с самого начала планировал провал операции.

Через некоторое время показались «Врата Соломона», за которыми находился Тронный зал. И чем ближе они подходили, тем тяжелее становились шаги — будто от магии густел воздух.

Неважно, даже если мастер на него накричит. И даже если его убьют или прикажут совершить самоубийство. Он уже приготовился ко всему, необходимому чтобы смыть этот позор. Но более всего Коцит боялся расстроить господина. Если его покинет последнее оставшееся Высшее существо, что он будет делать? Коцит считал себя мечом в руке мастера, он порежет всё, нужен лишь приказ. Вот почему ужаснее всего, если мастер посчитает его бесполезным или неэффективным. А если из-за общей ответственности владыка откажется и от других Стражей? Коцит не знал, как в таком случае будет смотреть им в глаза.

Если всё окажется настолько серьёзно, ему не простят. Даже если я предложу свою жизнь, для прощения этого будет недостаточно.

Более того...

Если мастер разочаруется и покинет это место, как остальные Высшие существа, что тогда?.. Коцит содрогнулся. Разумеется, не от холода, ведь имел к нему абсолютное сопротивление. Он находился под таким умственным напряжением, что, будь он человеком, его бы вырвало.

Нет, я не прав... Владыка Аинз никогда от нас не откажется.

Последнее Высшее существо Великого Склепа. И хотя он — высшая власть, также он и всеобщая опора.

Такой милостивый господин никогда от нас не откажется, — успокоил он себя, но в глубине души его всё равно терзала неопределенность грядущих событий.

Они прибыли к Вратам Соломона.

Обычно зал пустовал, лишь големы да монстры-кристаллы вечно охраняли врата. Однако сейчас тут собрались многие. В особенности четыре Стража — Демиург, Аура, Мар и Шалти. Кроме них здесь были несколько выборочных слуг высокого ранга.

Все присутствующие смотрели прямо на Коцита. Из-за чувства вины на мгновение на его лице мелькнула паника. Ему казалось, что все указывают на него пальцем и обвиняют. Нет, Коцит ощутил, что, наверное, они обвиняют себя. В голове всплыли мысли, которые он подавил.

Все думают так же?

Он подошёл ближе и увидел, что вину чувствуют все и переносят её молча.

— Мои извинения, я опоздал. Даже Демиург, который находился за пределами Назарика, прибыл раньше.

— Совсем нет. Не нужно извиняться из-за такой мелочи, — ответил Демиург от имени всех.

Дьявол говорил как обычно — не чувствовалось ни капельки негативных эмоций. Однако специализировался он на стратегии, контроле эмоций и сокрытии мыслей, потому было невозможно определить, сердит ли он сейчас. Эмоциональные взрывы, как во время боя Аинза с Шалти, у него случались крайне редко. Хотя это также показывало, насколько преданным сердцем он обладает.

— Остальным Стражам уже обо всём сообщили. Позвольте на этот раз мне заменить Альбедо в качестве нашего представителя. Кто-нибудь хочет что-то добавить по этому поводу?

— Нет, никто не против, если ты возьмёшь на себя этот долг.

Альбедо сейчас заменяла Себастьяна в служении мастеру и потому отсутствовала.

— Замечательно. Что ж, вскоре явится последний, и мы вместе пойдём в Тронный зал. Но раз Альбедо нет с нами, я хотел бы сначала обсудить, в каком порядке мы будем преклонять колено. Следовало бы заранее попрактиковаться, но на это нет времени. Будет лишь устная инструкция, потому слушайте внимательно.

Все Стражи и слуги выразили своё понимание. Правда, у Коцита, ответившего как и остальные, возник один вопрос. Все Стражи уже пришли, так кого ещё они ждут?

Однако ответ нашёлся быстро. Коцит вдруг почувствовал, что к ним приближается живое существо. Посмотрев в ту сторону, он увидел, как прямо к Вратам Соломона по воздуху плывёт странное создание.

Внешне оно походило на плод. Нет, точнее — на эмбрион. С хвостом и ярко-розового цвета. Над его головой кружился нимб, а из спины торчала пара неоперённых, похожих на ветки крыльев. Примерно метровой длины создание медленно двигалось вперёд.

— Что это? — спросила Аура. Демиург ответил:

— Виктим, Страж восьмого этажа.

— Так это и есть Виктим.

Доплыв до Врат Соломона, Виктим сделал круг. Коцит почувствовал, что тот обвёл всех взглядом. У Виктима не было шеи, так что ему приходилось поворачиваться всем телом.

— КАчыячКчы ПОщшрвЖИвысмВАиоячЕшлТЕыншл? МЕошшлНЯыцав ЗОолрвВУиоолТын ВИиосмКчыТИынсмМош.

Похоже, странный способ общаться не произвёл на Демиурга никакого впечатления, он просто ответил от имени всех:

— Добро пожаловать, Виктим. Я Демиург, впервые в качестве представителя Стражей заменяю Альбедо.

— Яав СыйЛЫвачсШАвыячЛва ОрвБсм ЭывТОынрвМош ОрвТын ВиоЛАваячДЫвачсКИчысм АячИсмНыцЗАоляч, — Виктим снова сделал круг, всех оглядев. — Исм Яав ТАынячКчыЖЕвышл СыйЛЫвачсШАвыячЛва Орв РЕобшлПУщшолТАынячЦИИывсмсм КАчыячЖвыДОварвГОгррв ИсмЗол ВАиоячСый, ПОщшрвТОынрвМУошол ДАваячВАиоячЙсьТЕыншл ЛЮвачыБЕсмшлЗолНОыцрв ОрвПУщшолСыйТИынсмМош ЗолНАыцячКОчырвМошСыйТынВОиорв.

— Хорошо. Тогда раз все прибыли, поговорим о том, как мы будем вести себя перед владыкой.

Все внимательно слушали Демиурга, ведь им предстояло посетить владыку Аинза, средоточье всех Высших существ, в самом сердце Великого Склепа Назарика. Если кто-то допустит малейшую ошибку, единственным извинением будет смерть.

Когда каждый усвоил сказанное, Демиург повёл Стражей и их слуг в Тронный зал.

Оказавшись внутри, Коцит, ранее заходивший сюда всего лишь несколько раз, почувствовал несравненную радость.

Изысканный интерьер и флаги Высших существ, а в самой глубокой части лежат предметы Мирового класса. Зал и вправду достоин называться сердцем Назарика. Этот красивейший вид заставлял любого забыть внутренние муки.

Стражи, оставив слуг позади, выстроились в ряд перед ступенями трона. Посмотрели на висевший за троном символ Аинз Оал Гоун и поклонились, выражая уважение и преданность. Затем все опустились на колено, продолжая держать голову опущенной и молча ожидая прибытия мастера.

Вскоре они услышали, как позади открылась тяжёлая дверь, затем послышались шаги. Даже не оборачиваясь, они знали, что эти шаги принадлежат не мастеру. Ведь немыслимо, чтобы господин Великого Склепа Назарика вошёл без свиты.

— Встречайте высочайшего из Высших существ Великого Склепа Назарика, владыку Аинза Оала Гоуна, и также Смотрителя Стражей, госпожу Альбедо, — объявила боевая горничная Юри Альфа.

Тяжёлые двери снова открылись, принося с собой чёткий стук сапог и периодически посоха, ударяющегося о пол. А ещё как кто-то идёт на высоких каблуках.

В общем-то, когда господин входил в зал, всем следовало по очереди поклониться, чтобы показать своё искреннее уважение, но сейчас никто даже не пошевелился. Ведь они уже давно показали искреннейшее уважение.

Однако лишь Коцит повёл себя по-другому.

Овладевшая им внутренняя тревога заставила его случайно сделать лишнее движение. Ничтожное, но во всеобщей тишине оно сильно повлияло на обстановку.

Своей особой способностью Коцит ощутил, как остальные Стражи обратили на него внимание. Идущая возле мастера Альбедо всеми силами постаралась подавить свой гнев, но не смогла. Однако никто даже заговорить не смел.

Шаги медленно прозвучали возле ряда Стражей, поднялись по ступеням и остановились возле трона. Затем все услышали, как на него сели, и Альбедо громко объявила:

— Можете поднять голову, чтобы узреть благородного владыку Аинза Оала Гоуна.

Все одновременно подняли голову и посмотрели на сидевшего на троне господина; в тишине даже слышалось, как шуршит их одежда. Коцит не отставал от остальных.

В руках он держал посох, символ правителя, аура, окутывающая всё его тело, заставляла содрогнуться, а из-за спины светили загадочные тёмные лучи. Воистину Высшее существо Великого Склепа Назарика, Аинз Оал Гоун.

Осмотрев всех стоявших у подножия ступеней Стражей, включая Коцита, Альбедо удовлетворённо кивнула и повернулась к Аинзу:

— Владыка Аинз, перед вами собрались все Стражи Назарика. Мы ждём ваших указаний.

Аинз чуть кивнул и ударил тяжёлым посохом о пол. Это привлекло всеобщее внимание, и он медленно произнёс:

— Добро пожаловать, Стражи. Позвольте сначала выразить свою признательность. Демиург!

— Да!

— Тебя вызывают каждый раз, когда возникают трудности. И ты упорно трудишься, чтобы их преодолеть, спасибо за твою самоотверженность.

— Ох, ох, вы слишком добры, владыка Аинз! Я ваш слуга, конечно же я должен реагировать немедленно. Это ожидаемо, — Демиург настолько обрадовался, что немного дрожал, низко кланяясь.

— Неужели? Хорошо, за это время ты видел кого-то подозрительного?

— Нет. Но я подготовился. Мы с лёгкостью обнаружим любого чужака.

— Хорошо... Но не расслабляйся. Ведь противник может владеть приёмами, которые ты даже вообразить не можешь. Кроме того данная тобой кожа... Согласно заключению Главного библиотекаря может быть использована для производства свитков низкого ранга. Сможешь предоставлять её на постоянной основе?

— Конечно! С этим нет никаких проблем. Мы уже собрали относительно много.

— Хорошо... Так как называется это дикое животное?

— Дикое животное?.. А! Эти создания... — Демиург на секунду задумался, потом продолжил: — Двуногие овцы из Теократии. Может быть, назовём их Бэллионскими овцами?

Нотки ликования в голосе Демиурга привели Коцита в некоторое смятение. В целом, Демиург был хорошим, даже добрым. Однако только со своими товарищами, тоже созданными Высшими существами. С остальными он вёл себя крайне жестоко.

Иногда из-под его хорошего настроения проглядывал жестокий характер. Хотя глубокую злобу он направлял на тех диких животных, будет ли он показывать такое же отношение при обсуждении этих неразумных существ?

Коциту казалось, что что-то в характере Демиурга неправильно. Но сейчас было неуместно поднимать эту тему.

— Так значит... овцы? — с небольшим удовольствием проговорил Аинз, заставив Демиурга и Альбедо улыбнуться. — Хотя я предпочёл бы называть их горными козлами... но это название тоже подходит. Что ж, продолжай добывать из них кожу... А их чрезмерный отлов, случаем, не повлияет на экосистему?

— Не должен. Да и с использованием лечащей магии мы неоднократно повторяем процесс добычи. Вот почему пока кожа не требуется в больших количествах, полномасштабный захват не нужен. Всё это результат напряжённой работы нашего выдающегося мучителя.

— Да? А разве при использовании лечащей магии отрезанная часть не исчезает?

— Через наши эксперименты мы... кое-что поняли. Отрезанная кожа сохраняется в том случае, если перед применением лечащей магии ощутимо изменить её форму, к примеру, сильно помять. Проще говоря, в этом случае магия воспринимает её как чужеродный объект, и кожа не исчезает даже после завершения лечения. Вот почему при питании плотью никто не умер от голода. Кроме того, хотя я, может, немного отхожу от темы, но если один из аспектов целительной маги противоречит другому, то иногда лечение проходит не слишком гладко, и появляется шрам. И чем ниже ранг магии, тем выше вероятность, что из-за задержки с её применением появится шрам.

— Ясно... магия могущественна. Отлично, продолжай в том же духе.

— Как пожелаете. В дальнейшем я проведу испытания в соответствии с возрастом и полом. Со временем, думаю, я узнаю вид и возраст, необходимый для наиболее подходящей кожи.

— С этим делом... пусть разберётся Главный библиотекарь. Теперь перейдём к Виктиму.

— ДАваяч, ВиоЛАваячДЫвачсКАчыяч АячИсмНыцЗол.

— Есть лишь одна причина, по которой я мог тебя вызвать. Если случится что-то немыслимое, ты применишь свой особый навык для защиты меня и остальных Стражей... сожалею об этом. Обещаю, я сразу же помогу тебе с возрождением, потому заранее прошу прощения.

— ДЕвашлМИошсмУолРобГгр УолЖЕвышл ПОщшрвВЕиошлДАваячЛва МошНЕыцшл ЭывТОынрв, ПОщшрвЖАвыячЛУваолЙсьСыйТАыняч, НыцЕшл ВОиорвЛваНУыцолЙсьТЕыншлСЬыймс, ВиоЛАваячДЫвачсКАчыяч АячИсмНыцЗол. Яав ТОынрвЖЕвышл ВАиоячШвы СыйЛУваолГАгряч. БОсмрвЛЕЕвашлшл ТОынрвГОгррв, СыйМЕошшлРобТЬынмс — СыйМЫошчсСыйЛва МОошрвЕшлГОгррв СУыйолЩЕсмшлСыйТынВОиорвВАиоячНИыцсмЯав. ЕшлСыйЛИвасм ЭывТАыняч МОошрвЯав СыйКчыРОобрвМошНАыцячЯав СыйПОщшрвСОыйрвБсмНОыцрвСыйТЬынмс ПОщшрвМОошрвЖЕвышлТын ВЫиочсСыйШЕвышлМУошол СУыйолЩЕсмшлСыйТынВУиоол, Яав БУсмолДУваол НЕыцшлСыйКАчыячЗАолячНыцНОыцрв РАобячДва.

— Неужели?.. Пожалуйста, прости.

Увидев, как Высшее существо опустило голову, Виктим воскликнул:

— ВАиоячШвы СыйМИошсмРЕобшлНыцНЫыцчсЙсь СыйЛУваолГАгряч ЭывТОынрвГОгррв НЕыцшл СыйТОынрвИсмТын!

— Если случится что-то непредвиденное, нам, может быть, даже придётся убить тебя, чтобы не дать противнику уйти. Но хоть ты с готовностью это принимаешь, знай: мы убьём тебя не из личных чувств. Ведь ты тоже один из моих драгоценных детей, я не желаю причинять тебе вред. Но если мы позволим загадочному врагу сбежать, в конце концов нас может постигнуть катастрофа, вот почему...

— ПОщшрвЖАвыячЛУваолЙсьСыйТАыняч, НЕыцшл НУыцолЖвыНОыцрв БОсмрвЛЬвамсШЕвышл СыйЛОварвВио, ВиоЛАваячДЫвачсКАчыяч АячИсмНыцЗол. Яав ВиоСЕыйшлЦЕывшлЛОварв ПОщшрвНИыцсмМАошячЮчы ВАиоячШИвысм ЧУваолВиоСыйТынВАиояч.

— В Назарике некоторые механизмы активируются с помощью одной фразы. Звучит она так: «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих». Хотя мы не сами её придумали, а позаимствовали из Евангелия. Эта фраза относится непосредственно к тебе. Спасибо тебе за любовь, — со Стража, который готов умереть за свою преданность, Аинз перевёл взгляд на следующего: — Далее Шалти.

Шалти не ожидала услышать своё имя, у неё дёрнулись плечи, и, отвечая, она почти вскрикнула:

— Да... да!

— Подойди.

Лишь её вызвали к господину, поэтому Шалти удивилась и в полной панике поднялась. Её била дрожь, будто она шла на плаху. Но всё же Бладфолен смотрела прямо вперёд, будто там находилась столь желанная ею слава.

Поднявшись по ступеням, она преклонила колено прямо перед троном.

— Шалти, я желаю поговорить о том, что тебя беспокоит.

Вампир тут же поняла, о чём будет разговор, и стыдливо понурилась.

— Ах, владыка Аинз! Пожалуйста, накажите меня! Я Страж, но по глупости совершила такой тяжкий грех. Пожалуйста, накажите меня как можно суровее! — по Тронному залу эхом разнёсся панический голос Шалти.

Коциту были близки её чувства. Нет, её понять могли все Стражи и создания Высших существ. Никто из них не простит себя, если нападёт на Высшее существо, даже если сделает это под контролем разума.

— Неужели?.. Тогда подойди ещё ближе.

Увидев, как мастер поманил её рукой, Шалти медленно поползла к самому трону.

Остановившись, она повесила голову. Но Аинз протянул костяную руку и погладил её.

— В-владыка Аи-Аинз... — тоненьким голоском произнесла напуганная Шалти и осторожно подняла голову.

— Тогда мы потерпели неудачу отчасти из-за моего недочёта, но в основном из-за того, что враги обладали предметом Мирового класса. Потому всё пошло не так с самого начала. Шалти... Я люблю всех вас, всех, кто предан Назарику, всех, кого создали из ничего. Конечно, и тебя тоже. Ты желаешь, чтобы я наказал тебя за то, в чём нет твоей вины, как я могу так поступить?

Казалось, словно мастер от грусти отвёл взгляд. Хотя Коцит не представлял, куда тот смотрит, но, кажется, он чуточку приоткрыл рот. И, возможно, произнёс имя, хотя по черепу, на котором отсутствовали губы, понять это было невозможно.

— Ох, владыка Аинз! Вы сказали, что любите меня! — по всему залу раздался наполненный эмоциями голос Шалти.

Коцит находился у неё за спиной, и потому не видел лица. Однако по её реакции и так всё было понятно. Голос прерывался слезами, а плечи дрожали. Мастер другой рукой ласково вытер её слезы невесть откуда взявшимся белым носовым платком.

— Хорошо, хорошо, Шалти, хватит плакать. Слёзы портят твоё красивое лицо.

Шалти затихла, приложившись лицом... наверное, губами... к тыльной стороне руки, которая сейчас гладила её по волосам.

Мар и Аура уже были в слезах.

Демиург тоже чуть протёр уголки глаз. Коцит, немного позавидовав тем, кто может проливать слёзы, снова посмотрел в спину товарища, которая всем своим естеством выражала преданность.

Больше всего Шалти боялась, наверное, того, что последнее оставшееся, ещё и доброе, Высшее существо откажется от неё, такой бесполезной, проблемной и неверной.

Однако господин разбил этот страх.

Разбил словом «Любовь».

Насколько же сильно Шалти обрадовалась? Он, Коцит, совершивший такой же проступок... нет, даже хуже... и теперь мог лишь молча смотреть на неё и беспредельно завидовать.

— Тогда, Шалти, можешь...

— Владыка Аинз, — холодный голос прервал речь господина. Такая непочтительность заставила Коцита сердито уставиться на Альбедо. А затем почувствовать смятение и тревогу. — Естественно награждать за достижения и наказывать за проступки. Поэтому я всё же считаю, что некоторое наказание необходимо.

— Альбедо, ты не согласна с моим... — Аинз остановился на полуслове. Коцит не понимал, что заставило его вдруг замолчать. Ведь эта последняя фраза могла решить дело Шалти.

— Владыка Аинз, я поддерживаю Альбедо. Пожалуйста, накажите меня. Ведь показывать свою преданность — это для меня величайшая радость.

— Хорошо... Давай оставим решение о твоём наказании на потом. Можешь идти вниз.

— Да, владыка.

И так красные глаза Шалти покраснели ещё сильнее, когда она сошла по ступеням, заняла своё место и снова почтительно опустилась на одно колено.

Затем...

— Коцит, у владыки Аинза есть для тебя несколько слов. Выслушай его внимательно.

По спине прошёл холод.

Наконец настала его очередь.

Коцит опустил голову очень низко. Поза, позволявшая ему смотреть лишь в пол, показывала, насколько он уважает мастера. Однако Страж принял её, потому что боялся смотреть прямо ему в глаза.

— Я уже просмотрел твою битву с людоящерами, Коцит.

— Да!

— Она завершилась поражением.

— Да! Я потерпел неудачу, за что очень извиняюсь. Пожалуйста, покарайте и меня...

Посох ударил о пол — Коцит замер. И сразу же раздался холодный голос Альбедо:

— Ты недостаточно почтителен к владыке Аинзу. Если хочешь извиниться, сделай это с поднятой головой.

— Непочтительно!

Он поднял голову и посмотрел на сидевшего на троне мастера.

— Коцит, тебе, как побеждённому генералу, есть что сказать? На этот раз ты лично не выходил на поле боя, а командовал из тыла. Какие у тебя мысли на этот счёт?

— Да, я командовал войсками. Но, несмотря на это, не смог одержать победу и, более того, даже потерял лично созданного владыкой лича-командира. Я очень сожалею!

— Э? А, нет причин сожалеть об утрате этой одноразовой нежити. Коцит, я хочу спросить, что ты думаешь о командовании армией. Считай это главной целью моего вопроса, я не собираюсь винить тебя за поражение.

Все Стражи и стоявшие за ними в ожидании приказов слуги были сбиты с толку. Все, кроме Демиурга и Альбедо.

Ах! Похоже, Демиург оказался прав!

Коцит почувствовал, что мастер вот-вот продолжит говорить, и отчаянно обдумывал ответ.

— Ведь поражение было неминуемо, кто бы ни командовал армией. Даже я, — на миг Аинз криво улыбнулся.

Как Высшее существо, Аинз Оал Гоун, вообще может проиграть? На самом деле он ещё ни разу не терпел неудачу. Потому теми словами мастер лишь утешал Коцита.

— Однако вопрос не в этом, а в том, можем ли мы что-то получить из этой битвы. Коцит, спрошу по-другому: как ты думаешь, что следовало предпринять, чтобы одержать победу?

Страж молча начал анализировать ход битвы. Сейчас он знал, что было необходимо для победы, потому поведал о том, чего ему недоставало:

— Я слишком сильно недооценил людоящеров. Мне следовало быть более осторожным.

— Да, вот именно! Каким бы слабым противник ни выглядел, его нельзя недооценивать... следовало, наверное, дать посмотреть на битву и Нарберал. Что ещё?

— Да, также мне не хватало информации. Теперь я понимаю, что если неизвестна сила врага и местность, шансы на победу существенно уменьшаются.

— Очень хорошо, что-то ещё?

— Неумелый командир тоже одна из проблем. Поскольку сражалась низкоранговая нежить, командир должен обладать гибким умом и уметь отдать верный приказ в нужное время. Также, учитывая оружие людоящеров, зомби должны были стать основной боевой силой и измотать противника, или же следовало атаковать одновременно всеми силами.

— Ещё что-нибудь добавишь?

— Очень сожалею, больше ничего...

— Не нужно извиняться, всё, что ты сказал, правильно. Конечно, некоторые области ещё нуждаются в улучшении, но что-то ты уже понял. Если честно, я предпочёл бы, чтобы ты не спрашивал у других и додумался до этого сам... но это всё же в пределах допустимого. Хорошо, почему тогда ты не сделал это с самого начала?

— Я не думал о врагах... Считал, что обычной подавляющей силы будет достаточно.

— А теперь, пожертвовав той нежитью, ты изменил своё мнение, так ведь?.. Замечательно! Раз ты смог улучшиться и теперь избежишь похожего провала в будущем, то в этом поражении был смысл.

Коциту показалось, что мастер чуть улыбнулся.

— Поражения бывают разными, твоё не смертельно. Кроме того лича, остальные неживые солдаты генерируются автоматически. Даже их гибель на Назарик никак не повлияет. С другой стороны, если Страж сумел извлечь из этого урок и больше не проиграет, то поражение оказалось довольно полезным.

— Я крайне вам признателен, владыка Аинз!

— Однако поражение всё равно остаётся поражением. Потому ты понесёшь наказание вместе с Шалти...

Господин замолчал. После нескольких секунд тишины Коциту стало не по себе, но поскольку он знал, что не разочаровал мастера, топор тревоги, нависший над его шеей, уже исчез. Однако следующие слова заставили Коцита вздрогнуть:

— Сначала я хотел перевести тебя в тыл, однако поступить иначе, думаю, будет лучше. Коцит, ты должен лично смыть позор поражения... Иди и уничтожь людоящеров. На этот раз тебе запрещено просить чьей-либо помощи.

Если людоящеры будут истреблены и никто не узнает о том поражении, Назарик останется непобеждённым.

Если считать всех существ, живущих за пределами Назарика, низшими, то можно было бы и ухватиться за возможность безжалостно уничтожить их ради единственной цели — смыть позор поражения Назарика и собственного. Раньше Коцит принял бы приказ без колебаний, но сейчас...

Коцит затрясся всем телом.

Потому что знал, что предстоящий поступок будет собой представлять.

Он несколько раз вдохнул и выдохнул.

Но не ответил на приказ мастера, озадачивая всех присутствующих Стражей.

— Владыка Аинз, я хочу вас кое о чём попросить!

Словно весь мир остановился — все обратили своё внимание на него.

Коцит — Страж. Даже в Назарике он имел высший уровень влияния и непревзойдённые навыки, сравниться с ним могли очень немногие. Но, несмотря на это, он почувствовал, как волна ледяного холода заставила всё тело затрястись.

Хотя изнутри потоком хлынуло сожаление, брать свои слова назад было поздно.

Из-за сложного строения глаз у Коцита было довольно широкое поле зрения, но он опустил голову очень низко и не видел лица господина. Это и стало его спасением, потому что если бы у мастера на лице появился гнев или недовольство, Коцит испугался бы настолько, что окаменел.

— Я молю вас, владыка Аинз!

— Как ты смеешь! — громко и грозно прервала его Альбедо прежде, чем господин успел ответить. Как и ожидалось от Смотрителя Стражей. Коцит даже двинуться не мог и чувствовал себя напуганным ребёнком, которого ругает мать, и мог лишь не переставая дрожать. — Какое у тебя, запятнавшего величие Назарика своим поражением, есть право просить что-то у владыки Аинза?! Возмутительно!

Коцит не произнёс ни слова и твёрдо решил не поднимать голову до тех пор, пока не получит одобрение мастера. Даже если Альбедо разгневается ещё сильнее, это не поколеблет его решимость.

— Прекрати... — однако Смотрительницу Стражей прервал спокойный мужской голос, и её гнев развеялся, словно дым. — Не будь такой, Альбедо, — мастер повторился, чтобы успокоить её. — Подними голову, Коцит. Что ты хочешь попросить, поделишься с нами? — спокойно произнёс Аинз, в его голосе не было даже капли гнева, но так он вселял ещё больший ужас. Словно заглядываешь в бездонное озеро и чувствуешь, что тебя туда сейчас затянет.

Экипировка Коцита позволяла ему сопротивляться страху, вызванному извне психической атакой. Вот почему этот безудержный страх возник внутри него. Сглотнув полный рот слюны, что казалась ядом, Коцит медленно поднял голову и посмотрел на Высшее существо, своего мастера. Свет, сияющих в пустых глазницах, как будто стал чуть ярче.

— Повторю вопрос, что ты хочешь попросить, поделишься с нами?

Он ничего не мог произнести. Хотя пытался много раз, но слова застревали в горле.

— Что такое, Коцит?

В воздухе повисла тяжёлая тишина.

— Я не сержусь, я просто хочу узнать, что ты думаешь и что хочешь, — Аинз говорил спокойно, словно успокаивал вдруг замолчавшего ребёнка. Благодаря добрым словам мастера Коцит смог заговорить:

— Я против уничтожения всех людоящеров и прошу вашего милосердия.

Закончив, он почувствовал, словно воздух задрожал. Нет, он в самом деле дрогнул. Основной источник находился спереди — жаждущая убийства Альбедо. Второстепенные — остальные Стражи, доверие которых пошатнулось. Лишь Демиург и мастер оставались невозмутимыми как поверхность спокойного озера.

— Коцит, ты понимаешь, что просишь?

От холодного и кровожадного голоса Альбедо даже у Стража четвертого этажа, имевшего ледяной атрибут, по коже побежали мурашки.

— Владыка Аинз приказал тебе уничтожить людоящеров в качестве расплаты за твоё преступление, а ты смеешь ему перечить... Страж четвёртого этажа, Коцит, ты начал бояться людоящеров? — с насмешкой закончила она, но Коцит не мог ей возразить. Для Альбедо вполне естественно к нему так относиться. Коцит на её месте, вероятнее всего, тоже рассердился бы. — Почему не отвечаешь... — Альбедо замолчала, но не из-за голоса, а услышав громкий стук. Это посох ударил о пол.

— Альбедо, тихо. Это я спрашиваю Коцита, не нахальничай.

— Мои искренние извинения! Пожалуйста, простите! — Альбедо поклонилась и вернулась на прежнее место.

Владыка обвёл всех взглядом и, остановившись на Коците, внимательно на него посмотрел. Определить эмоции мастера Коцит всё ещё не мог. Он мог быть как разъярён, так и доволен.

— Коцит, судя по такой просьбе, причина должна быть в некоторой выгоде для Великого Склепа Назарика, я прав? Объясни всё.

— Да! Среди людоящеров в будущем могут появиться сильные воины. Потому пока истреблять их полностью слишком расточительно. Я, как ваш подчинённый, молю: подождать появления более сильных людоящеров в наших же интересах. Сейчас они должны заявить о своей преданности Назарику, и нам следует их принять.

— Предложение и вправду неплохое... Из тел людоящеров получается более качественная нежить, нежели из человеческих. Впрочем, если бы появился идеальный способ сбора трупов из кладбища Э-Рантэла, то трупы людоящеров были бы не нужны.

Коцит уже было обрадовался, но осознал, что мастер не закончил. У него появилось неприятное предчувствие, которое, к сожалению, стало реальностью.

— Однако если мы используем не самих людоящеров, а их трупы, и я создам нежить, то эффективность с точки зрения затрат на потребление ингредиентов должна быть выше. Таким образом возможно не только гарантировать преданность, но и не тратить расходные материалы понапрасну. Выгода живых людоящеров в том, что со временем их популяция возрастёт, но на это потребуется много времени... Если я что-то пропустил, не стесняйся об этом сказать. Какие ещё есть преимущества, что могут меня переубедить?

Его желание исполнится в том случае, если он сможет убедить мастера. Однако Коцит так и не придумал ничего стоящего.

Потому что всегда считал себя оружием и полагался на мастера лишь в командовании войсками. А также потому, что ранее никогда не задумывался об эффективном использовании всех людоящеров.

Кроме того, мастер спрашивал о выгоде для Великого Склепа Назарика. Коцит же не желал уничтожать людоящеров, потому что считал их выдающимися личностями. Ему нравились те, кто защищал свою группу, поскольку он сам был воином. Однако его просьба основана на личных чувствах, а не на общих целях.

Коцит отчаялся.

Если он продолжит молчать, то мастер разгневается и это чудесное предложение станет бесполезным. И ему, как и прежде, придётся уничтожить людоящеров.

Он неистово напряг голову, но ответ так и не придумал.

— Что такое, Коцит, не можешь придумать хотя бы одно преимущество? Тогда окончательным решением станет уничтожение? — повторил он вопрос.

Разум Коцита полностью опустел, зубы казались тяжёлыми, лишь мысли метались повсюду, но на ум так ничего и не приходило.

По окутанному тишиной Тронному залу разнёсся глубокий голос:

— Что ж... очень жаль.

Слова господина почти задушили Коцита, но тут кое-кто спокойно произнёс, помогая ему:

— Владыка Аинз, пожалуйста, позвольте мне сказать несколько слов со стороны.

— Что такое, Демиург? Хочешь что-то добавить?

— Да. Если возможно, не могли бы вы выслушать моё скромное мнение?

— Хорошо.

— Да! Владыка Аинз, вы в полной мере понимаете важность экспериментов, потому не могли бы вы подумать о том, чтобы ради них привести сюда нескольких людоящеров?

— О, замечательное предложение.

Когда мастер наклонился на троне вперёд, Коцит ощутил, как красные глаза Аинза на секунду остановились на нём.

— Да. Прежде всего, каким бы ни стал Назарик в будущем, со временем наступит день, когда нам потребуется совсем иной состав сил или придётся управлять разными видами созданий. Ваш подчинённый верит, что если мы сейчас проведём достаточное количество экспериментов по контролю, то это окажется решающим фактором. — Демиург выпрямился ещё сильнее, чем прежде, и посмотрел прямо на господина, затем заключил: — Полагаю, нам нужно взять власть над племенем людоящеров и провести эксперимент, не основанный на страхе.

По всему залу прогремел удар посоха об пол.

— Великолепное предложение, Демиург.

— Тысяча благодарностей.

— Что ж, тогда заменим уничтожение на подчинение. У кого-нибудь есть возражения? Если есть, поднимите руку. — Он посмотрел мерцающими и глубокими красными глазами на каждого Стража. — Похоже, возражений нет. Тогда решено.

Все присутствующие склонили голову.

— Однако, Демиург, ты озвучил замечательное, даже, сказал бы, впечатляющее предложение.

Демиург чуть улыбнулся:

— Я не достоин ваших слов, владыка Аинз. Вы, должно быть, уже давно об этом знали и только ждали, пока Коцит предложит, так ведь?

Мастер не ответил, лишь криво улыбнулся. Однако по его отношению и так уже было всё видно.

Коцит почувствовал, как всё тело расслабляется.

Он отвечал за командование славной армией Назарика, но проиграл. Озвучивая свой, отличный от мнения мастера взгляд, он не приготовил альтернативное решение проблемы. Как это можно назвать? Наверное...

Некомпетентный, я настолько некомпетентный.

— Нет, это не так, Демиург. Ты обо мне слишком высокого мнения. Я всего лишь хотел, чтобы вы научились выражать свои мысли, какими бы они ни были.

Аинз снова перевёл взгляд и остановился на Коците, на этот раз на более долгое время. Понимая смысл слов мастера, тот почувствовал стыд, но не смог опустить голову.

— Прежде всего, нужно понимать настоящий смысл приказов. Тщательно обдумав указания, следует выбрать самый подходящий курс действий. Стражи, вы не должны слепо следовать приказам. Сначала нужно подумать над тем, какие действия будут в интересах Назарика. И если вы нашли в приказах ошибку или придумали лучший метод, то подойти ко мне и доложить — ваш долг. Хорошо, Коцит, возвращаясь к теме, я упомянул, что ты будешь наказан, так?

— Да. Вы хотели, чтобы я уничтожил всех людоящеров.

— Верно. Однако теперь твоя задача не уничтожить их, а взять под контроль. Я изменяю твоё наказание. Ты сделаешь их глубоко преданными Назарику, это — твоя обязанность. Страх тебе запрещено использовать, из людоящеров мы сделаем отряд, контролируемый не им.

На Коцита никогда раньше не ложилась такая тяжёлая ответственность. Нет, почти на всех Стражей. Наверное, лишь Демиург имел такой опыт.

Однако Коцит сам возложил на себя эту трудную миссию. Такая мысль мелькнула у него в голове, но он никогда бы не озвучил столь трусливые слова. Их нельзя произносить ни перед Высшим существом, которому он поклялся в вечной преданности, ни перед коллегой, что протянул руку помощи.

— Слушаюсь и повинуюсь. Поскольку нужно решить много проблем, я был бы признателен за любую помощь и советы.

— Конечно. Это дело требует много разнообразной информации, ресурсов и силы. Что бы это ни было, Назарик во всем поможет.

— Я очень признателен. Я, Коцит, клянусь, что не подведу и доставлю хорошие вести, — от всего сердца прокричал Коцит.

— Хорошо. Тогда остальным Стражам я приказываю атаковать. Одна сторона послужит наживкой, а другая продемонстрирует нашу истинную силу и покажет людоящерам, что мы не настолько слабы. Конечно, Коцит, если ты думаешь, что это пагубно скажется на их контроле, я отменю приказ.

Коцит тщательно подумал и ответил:

— Трудностей возникнуть не должно.

— Отлично. Тогда, Стражи, готовимся к отправлению.

Все Стражи в унисон ответили: «Так точно».

— Альбедо, я тоже желаю отправиться. Помоги подготовить солдат.

— Как прикажете. Если подумать, некоторые из наших врагов предпочитают шпионить. Мы сделаем так, чтобы они ошиблись в наших истинных целях?

— Именно. Однако не забывай, что также нашей целью является демонстрация силы.

— Тогда в качестве основных сил можно послать ветеранов-гвардейцев Назарика, чтобы армия выглядела ещё могущественнее.

Коцит сразу же согласился с предложением Альбедо.

Особая нежить под названием «ветераны-гвардейцы».

Они существуют лишь в охране Великого Склепа Назарика. Можно сказать, что это высокоуровневая нежить. Они обладают предметами с разнообразными магическими эффектами, экипированы магическими доспехами и щитами, и, более того, искусны в битве с применением особых способностей. Они — превосходные мертвецы-защитники.

— Хорошо. Сколько тебе нужно?

— Три тысячи.

— А не слишком ли это мало? С таким числом будет трудно достичь существенного эффекта... Мы хотим заполучить полную победу, заставив тех, кто смотрит на Назарик свысока, ощутить истинный ужас. Если количество будет меньше, чем в прошлый раз, то в этом нет смысла. Я надеюсь, что смогу удвоить число. Какие ещё отряды мы можем использовать?

— Следует мобилизовать старших гвардейцев и мастеров-гвардейцев Назарика, как вы считаете? Тогда армия будет насчитывать шесть тысяч.

Не удивительно, что она — Смотритель Стражей. У неё прекрасно получалось подстраиваться под ситуацию. Аинз кратко сказал:

— Отлично! Какие-либо проблемы с активацией Гаргантюа возникли?

— Никаких, владыка Аинз. Он уже задействован и готов к работе.

— Тогда, Шалти, используй «Перемещение» и пошли все наши силы.

— Но моих магических сил будет недостаточно.

— Пусть поможет Пэстония. Если и её не хватит, найди Люпус Регину.

— Вас поняла.

— И последнее, пусть Нигредо и Актёр Пандоры переместят туда свою сеть оповещения. Хотя это немного ослабит сеть оповещения Себастьяна... мы можем усилить наше наблюдение лишь физически. Отлично! Выдвигаемся! Завтра мы дадим людоящерам попробовать на вкус истинную силу Великого Склепа Назарика.

Часть 2

— Благодарю, Демиург, — сразу же после того, как мастер покинул Тронный зал, Коцит низко поклонился. Демиург, как обычно, улыбнулся одной из своих лёгких улыбок:

— Ерунда.

— Совсем нет. Если бы не ты, людоящеров наверняка бы уничтожили.

— Коцит, не воспринимай слова владыки Аинза близко к сердцу. Думаю, он ожидал, что всё обернётся именно так.

Демиург поднял вверх палец, и кто-то удивлённо ахнул. Коциту показалось, что это не только он, но и все остальные стражи.

— Кроме того, я считаю, что владыка ожидал, что ты вступишься за людоящеров, потому-то и сделал тебя командиром армии вторжения. Вот почему, когда ты воспротивился уничтожению их поселения, владыка Аинз так обрадовался, и так разочаровался, когда ты не смог предложить решение.

— Хочешь сказать, владыка Аинз разочаровался потому, что всё пошло не по его плану?

— Скорее всего. Это также значит, что владыка предсказал и весь происходивший тут разговор.

— Неудивительно, ведь это владыка Аинз! Он просчитал всё далеко вперёд!

— Н-но тогда... это... — запнулся Мар.

— Говори, если хочешь что-то сказать, — строго призвала его старшая сестра.

— Д-да, это, мне всегда казалось, что что-то не так. Почему послали такую слабую нежить? Э-это... не могу сказать наверняка, но, может быть, владыка Аинз с самого начала хотел, чтобы наша армия проиграла?..

— Не проиграла. А, полагаю, владыка хотел, чтобы Коцит провёл разведку и доложил, что операция не жизнеспособна, не думаешь?

Коцит вспомнил свой разговор с Демиургом и смутился, потому что всё испортил.

— Если бы он не знал характер Коцита, такой план был бы невозможен. Как и ожидалось от владыки Аинза...

— В битве с Шалти мы узнали боевую мощь владыки, но мы даже представить не могли, что он окажется стратегом высшего класса. Как же это замечательно. Хотя владыка Аинз и сказал обратное, мне всё же думается, что достаточно просто исполнять его приказы.

— Владыка и вправду невероятен. Он сумел свести вместе всех Высших существ, а ещё показал, что не просто так носит своё имя.

Когда Демиург, один из умнейших в Назарике, закончил, Шалти с наслаждением подтвердила его слова, и остальные Стражи согласно закивали.

♦ ♦ ♦

Аинз вернулся к себе в комнату и прыгнул на кровать. После продолжительного полёта он мягко приземлился и начал по ней кататься.

Вправо, затем — влево.

Ему это удавалось, потому что кровать была достаточно большой.

Хотя изысканный плащ уже изрядно помялся, Аинз на это наплевал, продолжая тихо смеяться и кататься. Разумеется, он вёл себя так по-детски только потому, что сюда никому не было дозволено входить.

Вскоре владыка, удовлетворившись, остановился головой к потолку.

— Ха-ха-ха, как я устал... эх. Сейчас бы выпить, забыться в алкоголе... хотя это больше невозможно.

Закончив жаловаться, Аинз тяжело вздохнул. Впрочем, дышать он не мог, это было лишь внешнее проявление вздоха.

Физическая и умственная усталость была ему не страшна, потому что он стал нежитью. Однако, говоря человеческими терминами, последние несколько месяцев он выматывался каждый день. Будь у него до сих пор живот, он его давно уже надорвал бы.

Аинз постоянно находился под давлением.

Воин Момон раздавил сереброволосого вампира, Шалти. Для несведущих это, наверное, казалось невероятным подвигом. Но только не для загадочного человека, использовавшего на ней предмет Мирового класса. Вероятнее всего, противник будет внимательно наблюдать за Момоном или даже установит с ним контакт.

Вот почему Аинз оставался настороже весь день и даже приготовил несколько расходных предметов, позволяющих в любое мгновение сбежать. Когда выдавалась свободная минутка он, не снижая бдительности, воображал некую ролевую игру или, точнее, параноидную тренировку — представлял, как при появлении противника он сумеет убежать, в то же время пытаясь собрать информацию.

Впрочем, весь этот стресс никак не влиял на Аинза Оала Гоуна, но всё же немного задевал остатки человечности, которой он обладал как Сатору Судзуки. Когда выдавалось свободное время, и он мог расслабиться и побыть собой, владыка задвигал подальше свою ипостась Высшего Существа и возвращался к детскому поведению. Наверное, потому что где-то глубоко внутри Аинза желал себя так вести измотанный Судзуки.

— Не припомню, чтобы у меня когда-либо была такая изматывающая и бессонная работа... Да, интересно, сколько я сверхурочных возьму в этом месяце? — поддался порыву и пожаловался он. Скорее всего, личность Сатору Судзуки взяла верх над Аинзом. — Великий Склеп Назарика... нет, то есть Аинз Оал Гоун... не корпорация. Ведь акционерные общества — заботливые предприятия, они гарантируют компенсацию за сверхурочные часы работы.

Перевернувшись, Аинз нахмурил свои несуществующие брови.

— Э?.. Раз мне назначили бонусы, получается за сверхурочные не заплатят? Вот это да...

Аинз снова прокатился влево и вправо. Повторив это пять или шесть раз, он внезапно остановился.

— Ладно... хватит говорить с самим собой... Если подумать, Коцит оказался невероятен, раз сумел высказать то, что хотел.

По-видимому, Страж начал сопереживать людоящерам. Аинз такого поступка от него не ожидал, и это вызывало беспокойство.

Сатору Судзуки был таким человеком, который при подготовке к совещанию сначала соберёт все данные, а потом будет следовать стандартной практике. Потому он не привык работать с неожиданностями. Однако если у него на руках будет информация о том, как с этой неожиданностью разобраться, он сделает всё лучшим образом. Другими словами, ключ успеха Сатору Судзуки на совещаниях заключался в том, чтобы заранее предусмотреть все нюансы. Такой человек не пригоден, когда нужно адаптироваться к обстоятельствам. До такой степени, что он ненавидел такие сценарии.

А в Тронный зал было невозможно ни взять данные, ни удобно сказать «тогда, пожалуйста, переверните страницу». Поэтому Аинз подготовился заранее. Он целых десять раз повторил в мыслях порядок действий. И даже в душе помолился, чтобы никто не поступил неожиданно.

И это его маленькое желание разбил Коцит.

Аинз очень беспокоился о том, что Коцит хотел выразить, но и обрадовался тоже.

Он испытал наслаждение сродни родительскому — когда примерный ребёнок решился впервые высказать собственное мнение при членах семьи. А самым важным было то, что развитие характера «ребёнка» сильно превысило ожидания Аинза.

Когда он ранее вернулся в Назарик, то попросил горничную приготовить блюдо. Точнее, бифштекс. Ей, может быть, не хватало практики, но бифштекс — это совсем простое блюдо. Аинз не ожидал от него временного повышения характеристик, достаточно было бы просто сделать его съедобным.

Однако в итоге вышли угли.

Даже когда горничная много раз повторяла процесс, конечный продукт всё равно оказывался обугленным мясом.

Принимая её искренние извинения, Аинзу пришлось согласиться с результатами, что были в пределах его ожиданий. То же самое произошло, когда Аинз в примерочной попытался взять в руки меч.

В Иггдрасиле лишь обладающие специальностью повара могли готовить. Потому что еда могла временно повышать характеристики. Вполне естественно, потребуются навыки работы. Однако эта горничная не обладала таким навыком.

А значит, если попытаться сделать что-то, для чего необходимы умения, которых у него нет, ничего не получится.

Дело с Коцитом тоже имело к этому отношение. Проще говоря, Аинз провёл эксперимент. Он хотел проверить, могут ли его слуги, имеющие заданные параметры, научиться чему-то новому. Смогут ли они развиться, если обучатся тактике и стратегии. Позволив Коциту командовать слабой нежитью, Аинз решил, что хоть он и потерпит поражение, но, вероятнее всего, через него получит много больше.

Итогом Аинз оказался доволен. Коцит показал, что возможность роста существует.

Конечно, есть большая разница между обучением на практике и простым заучиванием.

Конечная цель Аинза заключалась в том, чтобы заполучить и довести до идеального состояния магию, свойственную этому миру, если такое вообще возможно. Пока Аинз не был уверен, является ли нынешняя магия знанием или техникой. В любом случае, эксперимент доказал, что знанию научиться можно.

Рост возможен. Коцит продемонстрировал это просто великолепно, — подумал Аинз.

Кто не работает над собой, обречен на деградацию. Даже если они могущественны сейчас, со временем кто-то их превзошёл бы.

Даже если в военной технологии он на сто лет впереди, если не сможет добиться никакого прогресса, однажды настанет день, когда он потеряет положение самого могущественного. Соседние страны сейчас можно, наверное, считать могущественными, но если их граждане верят, что так будет продолжаться вечно, и что улучшаться дальше бесполезно, то поступают невероятно глупо.

— И хотя я так думаю... и радуюсь, что ребёнок подрос, в то же время я волнуюсь, достоин ли, как Высшее существо, такой преданности.

Ещё раз перевернувшись, Аинз снова всмотрелся в потолок.

— Эх, как страшно, аж мурашки по коже бегут... — появился новый источник беспокойства, и остатки человека Сатору Судзуки снова начали причитать.

Поскольку рост подразумевает изменение, то кто гарантирует, что их преданность никогда не пошатнётся? И даже если этого никогда не произойдёт, вполне возможно, что однажды меня посчитают неподходящим, чтобы называться Высшим существом славного Назарика. Я, когда-то ставший Гильдмастером, потеряю право им называться.

— Я должен стать Высшим существом, что достоин преданности Стражей... Неужели нет никого, кто мог бы научить меня быть императором?..

Вряд ли в Назарике найдётся хоть кто-то, кого так удобно запрограммировали.

Когда Аинз оказался пойман в ловушку собственных мыслей, на ум пришли образы двух созданий. Они оба — часть команды пяти худших. Один из них, Кёфуко, носит титул принца, а второй — слово «король» в имени, Гасёкукотюо. Тщательно обдумав, следует ли подходить к этим двум и у них учиться, Аинз коротко себе ответил:

— Нет уж.

Если только он не зайдёт в тупик, он не желал учиться у этих двоих.

— Пусть пока ничего не меняется... пока я не сделал больших ошибок, меня всё устраивает. Эх... ещё и эти двуногие овцы...

Аинз уже давно знал, кто они такие, вот почему не просил рассказать подробности. Таких монстров он ранее встречал и в Иггдрасиле.

— Голова — смесь льва и горного козла, хвост змеи, передние лапы льва, а задние — копыта горной овцы. Кажется, так выглядят... химеры.

В Иггдрасиле химеры передвигались на двух овечьих копытах, а нападали львиными лапами; монстр, рождённый как с головой льва, так и с головой горного козла. Их внешность основана на божестве под названием «Бафомёт».

Тогда почему Демиург прямо не назвал его химерой? Едва задавшись этим вопросом, Аинз нашёл ответ.

— Наверное, это подвид химеры. Это ведь так, Демиург? — Аинз от всего сердца рассмеялся и добавил примечание к оценке Демиурга: — «Имеет неожиданно плохой вкус при выборе названий». В Иггдрасиле были даже лорды химер, мерзковатые правда, похожи на рыбу. Хотя, все химеры рыбного типа настолько странные, что их можно смело называть отвратительными. Двуногие овцы — новый вид химеры... Теократская химера... Было неплохо придумано взять нескольких в Назарик. А ещё нельзя забывать о Виктиме...

Внешне он был точно таким, как помнил Аинз, за исключением одной особенности, что привлекла внимание.

— Язык, который он использует... Правда ли это Енох, которым пользуются ангелы? У меня было такое чувство, словно я разговаривал с кем-то, кто говорит на другом языке...

Поскольку речь автоматически переводилась, Аинз понятия не имел, какой это был язык, но чувствовал в нём какую-то странность. Конечно, это могло быть просто потому, что Аинз не понимал Енох.

— Ладно, хватит об этом. Уже время выдвигаться на битву...

Аинз снова прокатился влево и вправо — этого ему хватило. Остановившись, он ещё раз задумался обо всех этих источниках беспокойств. Зарывшись с головой в кровать, он сделал глубокий вдох. Конечно, Аинз не имел лёгких, движение было лишь мнимым. Однако он почувствовал аромат.

— Цветы?.. Запах духов? Возможно ли, на таких кроватях спят все богачи? Как удивительно... Наверное те, кто притворяются богатыми, тоже это замечают? М-м...

Часть 3

Особое умение под названием «Чувство опасности».

Искатели приключений, бандиты и другие обладатели навыков считали его самым важным. Как видно из названия, эта способность позволяла почувствовать опасность.

Она разделялась на два типа. Первый зависел от остроты чувств, а не мышления или наблюдательности. Второй же именно от мышления и наблюдательности, что появлялись с опытом. Первую способность можно назвать шестым, внутренним чувством, а вторая реагирует на небольшие перемены в окружении, на мельчайшие изменения звуков и запахов.

Второй навык естественным образом улучшается на поле боя и во время сольных приключений, даже если его специально не развивать. Он приходит вместе с опытом, приобретённым на грани жизни и смерти.

И, честно говоря, в этом людоящеры значительно превосходят людей. Их органы восприятия более чувствительны из-за крайне суровых условий обитания. Люди предпочитали селиться в безопасных местах, вдалеке от монстров, тогда как людоящеры всегда обитали по соседству с такими монстрами.

А Зарюсу — путешественник, который часто странствовал в одиночку, потому был ещё более чувствителен к малейшим изменениям в окружении.

Ощутив, как в воздухе повисло напряжение, он открыл глаза.

И увидел знакомую комнату, хотя он тут провёл всего лишь несколько дней. В кромешной тьме люди, даже если бы попытались, не смогли бы разглядеть детали обстановки, но не людоящеры. В хижине он не почувствовал ничего необычного. Зарюсу осмотрелся и, убедившись, что никаких странностей нет, вздохнул с облегчением и поднялся.

Он был выдающимся воином, вот почему, даже если мгновение назад спал, сейчас уже полностью проснулся. От дремоты не осталось ни следа, он был готов вступить в бой в любую секунду. Ведь людоящеры обычно спали чутко.

Однако спящая рядом с ним Круш просыпаться даже не собиралась. Потеряв тепло тела Зарюсу, она сонно и с недовольством что-то пробурчала. В нормальных условиях Круш тоже почувствовала бы изменение и проснулась, однако не в этот раз. Сейчас она, похоже, вообще ничего не заметила.

С небольшим сожалением Зарюсу подумал о том, не слишком ли большое бремя он взвалил на неё.

Вспомнив прошлую ночь, он пришёл к выводу, что её бремя, наверное, было больше, чем его. Во время операции по уничтожению могущественного лича, Круш, девушка, пострадала от значительно большей нагрузки, нежели мужчина Зарюсу. Он хотел, чтобы она поспала чуть подольше, но по ту сторону двери уже слышался топот ног многих людоящеров. Сейчас, когда на них навалилось столько неприятностей, опаснее может оказаться не будить её.

— Круш, Круш, — Зарюсу с небольшим усилием её пошевелил.

— М-м-м... м-м-м... — та изогнула хвост и тут же открыла свои красные глаза. — М-м-м?..

— Кажется, что-то происходит.

Эта фраза заставила сонную Круш мгновенно распахнуть глаза. Зарюсу схватил лежавшую неподалёку Морозную Боль и тут же поднялся, друид последовала его примеру и тоже вскочила с постели.

Вдвоём они вышли наружу и сразу поняли причину волнения — увидели, как деревню накрывает большое толстое облако. Оно отличалось от обычных туч, ведь на много километров вокруг было ясное, безоблачное небо.

А значит...

— Они... вернулись?

Это был сигнал новой атаки врага.

— Похоже на то, — согласилась Круш.

Все людоящеры пяти племён собрались вместе, готовые к сражению. Они смотрели на тёмное облако в небе и говорили о нём. Однако ни у кого на лице не было испуга. А всё потому, что они вышли победителями из предыдущей битвы, в которой были в крайне невыгодном положении, и это их сильно воодушевило.

Круш и Зарюсу побежали по деревне, разбрызгивая во все стороны воду. Миновав нескольких людоящеров, что готовились к бою, они не теряя времени бросились к главному входу.

Там уже собралось много ящеров из воинского класса, все они внимательно смотрели вперёд. Среди них стоял Зенбэру, их товарищ, который прошёл вместе с Круш и Зарюсу через ад и вернулся, а возле него находился вождь племени Маленький Зуб.

Помахав двум людоящерам, что приближались с громкими всплесками, Зенбэру тут же указал челюстью за пределы деревни. Зарюсу и Круш встали рядом с ним и посмотрели вдаль.

Там, на берегу болот, на границе между ними и лесом, стояла армия, состоящая из скелетов.

— Значит, они пришли снова.

— Да... — Зарюсу ответил на вопрос Зенбэру и щёлкнул языком.

Он этого ожидал, вот только враги прибыли слишком быстро. Поначалу Зарюсу считал, что раз они понесли такие большие потери, то на сбор новых войск потребуется некоторое время, он даже не предполагал, что так просчитается. Похоже, противник снова собрал огромную армию.

— Кажется... эти скелеты должны быть слабее тех, которых призывал лич.

В его словах был скрытый смысл. Зенбэру имел в виду, что нынешняя армия на самом деле сильнее предыдущей. Зарюсу тоже обвёл взглядом выстроившихся у берега скелетов. Он оценивал силу врагов, чтобы затем подготовить оборону.

Опять скелеты, но не такие, как раньше. В глаза сразу же бросалось отличие в экипировке: предыдущие скелеты были лишь с ржавыми мечами, но эти снаряжены довольно хорошо. Более того, выглядят крепче. Кажется, здесь скелеты с тремя разными видами экипировки.

Члены самой многочисленной группы носили искусно сделанные нагрудники. В одной руке держали каплевидный щит, в другой — самое разное оружие. У них за спиной висел даже колчан со стрелами и составной лук. Эти скелеты были экипированы для атаки и защиты, они могли воевать как на дальних, так и на ближних дистанциях.

Далее шли скелеты в шлемах и таких же нагрудниках, но с ободранными красными плащами за спиной. В руках держат небольшой круглый щит и полуторный меч.

И последние, наименее многочисленные, скелеты в полной броне. Они одеты в прекрасные сияющие золотые доспехи, а в руках держат блестящее копьё. На ярко-красных плащах нет ни пятнышка грязи.

Оглядывая армию, Зарюсу кое-что заметил. И даже, не поверив своим глазам, несколько раз их протёр. Но реальность осталась реальностью.

— Э... этого не может быть!.. — воскликнула Круш.

— К-как такое возможно... — одновременно с ней тихо прошептал Зарюсу, увидевший то же самое. Зенбэру с такой же болью в голосе ответил:

— Ох, вы тоже это заметили.

— Ха... — Зарюсу замолчал. Потому что даже от одного слова ужаснулся бы. Тем не менее тишина тоже была невыносима. — У них, кажется, магическое оружие.

Круш мрачно кивнула.

От всей экипировки армии скелетов исходила магическая сила. Некоторые держали огненные мечи, другие — искрящиеся синими молниями молоты, третьи были с копьями, наконечники которых светились зелёным, а часть даже с серпами, покрытыми вязкой фиолетовой жидкостью.

— Похоже, это не совсем так. Глядите, их доспехи и щиты... тоже магические, — пробормотал Зенбэру.

Зарюсу тут же посмотрел пристальнее. А затем невольно застонал. Потому что, похоже, те блестящие доспехи и щиты сами сияли, а не отражали солнечный свет.

Насколько же могущественным нужно быть, чтобы оснастить столь многих солдат магическими предметами? Зарюсу слышал, что, долго планируя и накапливая, большие страны могли собрать простое магическое оружие, например с повышенной остротой. Но чтобы всё магическое оружие имело атрибуты, к тому же с большим разнообразием эффектов... такого добиться очень трудно.

Зарюсу вспомнил о гномах, о которых несколько дней назад упоминал Зенбэру.

Горный народ, что славится своим кузнечеством. Во время празднеств они часто рассказывали легенду одного героя — их короля, основавшего Великое Королевство Гномов. Одетый в сияющие металлические доспехи, он в одиночку победил дракона, затем стал одним из тринадцати героев, «Магическим Инженером». Но даже гномы не рассказывали историй, в которых бы было столько солдат с магическим оружием — более чем пятитысячный легион.

Так что тогда это за сцена такая перед Зарюсу?

— Это... армия из мифов?

Если бы это не происходило наяву, то неплохо вписалось бы в какой-нибудь миф.

Зарюсу дрогнул всем телом. Потому что осознал, что реальность превзошла его ожидания, и они столкнулись с врагом, которого ни в коем случае нельзя провоцировать.

Однако он с самого начала собрал всех здесь с мыслью, что их всех могут уничтожить. Как может он, начавший эту битву, испугаться? Он уже понял, что враг обладает могуществом, которого он даже представить не может. Сейчас важно то, что делать дальше.

— Невозможно. Должно быть, это морок.

Все услышавшие это ящеры приняли выражение лица «не говори абсурд!». Противники и вправду не издавали ни звука и не двигались, но было ясно видно, что они существуют. От них даже исходила аура, заставляющая дрожать, это не может быть простая иллюзия. Однако такие слова вызвали бы замешательство, если бы их сказал кто-то из рядовых ящеров, поэтому тишину нарушил вождь Маленького Зуба, которого совершенно не затронула паника.

— На каком основании ты это утверждаешь? — спросил Зарюсу, вождь Маленького Зуба ответил:

— Мы посылали скаутов, однако никто не видел такой нежити. А такое количество спрятать просто невозможно. Конечно, все наши скауты вернулись в целости и сохранности.

— Ясно... Но я не думаю, что это иллюзия.

— Но как тогда... нет, наверное, ты прав. Если это не морок, то, возможно, они вырыли для переброски войск туннель. Это объясняет, почему мы не обнаружили их раньше.

— Неважно, тоннель они использовали или прилетели по воздуху. Что нам теперь делать? Хотя они выглядят так, будто не хотят начинать бой, мне всё же кажется, что они пришли не на переговоры.

— Мне тоже... однако подумай о том, что было ранее. Полагаю, противник скоро начнёт действовать.

Зарюсу уставился на армию скелетов, ища среди них командира, как вдруг дунул морозный ветер. И он не прекратился. Такой странный и внезапный холод не мог возникнуть естественным образом. Должно быть, всему виной магия.

— Ветер? Э?.. Не может быть! Это какой-то другой вид магии... как такое возможно?.. — Круш сжала руки и задрожала. Но не из-за того, что ей стало холодно, Зарюсу спросил:

— Круш, чем вызван этот ветер?..

— Наверное, ты мне не поверишь, но выслушай меня, Зарюсу... Я думала, что то облако было вызвано магией четвёртого ранга «Контроль облака», но я ошибалась. Хотя с помощью этой магии можно управлять облаками, с помощью неё невозможно создать такой холодный ветер. Вот почему... это не просто контроль облаков, это изменение климата. А значит, противник активировал магию шестого ранга... «Контроль погоды».

Однако такая магия находилась вне пределов её возможностей, вот почему ей не хватало уверенности в себе. Круш тихо рассказала об этом своему любимому, чтобы никто не услышал.

Зарюсу понимал, насколько ужасна магия шестого ранга. На неё не был способен даже сильнейший его противник, Игувуа. Считается, что в мире не существует магии более высокого ранга.

— Это... сила Высшего? Понятно... в этом есть смысл.

Если он способен на магию шестого ранга, то титул «Высший» — не преувеличение.

— Эй, эй, эй, неужели все стоят лишь того, чтобы их утешали? — пожаловался Зенбэру, точно передав атмосферу.

Раз ветер возник из ниоткуда, то, значит, его природа неестественна. Боевой дух ящеров опустился донельзя.

В прошлый раз изменения затронули лишь облака. На такое способен даже друид, если проведёт большую церемонию у костра. Однако, почувствовав этот по-осеннему холодный ветер, все ящеры осознали, что противник обладает более великой силой — силой управлять погодой, которую, как казалось, взять под контроль невозможно. Даже если они не слышали слов Круш, постоянно дующего холодного потока было достаточно, чтобы показать могущество противника.

— Тц, враги пришли в движение, — процедил Зарюсу, с трудом сдерживаясь, чтобы яростно не взмахнуть хвостом. Как он и боялся, противник выбрал именно это время, чтобы выступить.

Как только армия скелетов ровными шагами начала организованное наступление, ближайшие воины людоящеров словно обезумели, а некоторые даже низко зарычали. Однако молча наблюдавший за скелетами Зарюсу кое-что понял. Это было не начало битвы.

Когда Зарюсу и Зенбэру хотели было попросить паникующих людоящеров успокоиться...

— Спокойно! — раздался величественный выкрик, и по тяжёлому воздуху словно прошла рябь. Все посмотрели в одну сторону и увидели Сасурью. — Я сказал спокойно. — В тишине слышался лишь этот полный уверенности и величия голос. — И не бойтесь, воины. Прежде всего вы не должны разочаровать стоящих за вами духов предков. — Сасурью прошёл мимо вернувшей спокойствие группы людоящеров и встал возле Зарюсу. — Младший брат, что противник делает?

— Хм, старший брат, хотя они начали двигаться... не похоже, что они готовятся к битве.

— Ясно...

Пять сотен скелетов выстроились в десять рядов.

— Тогда что они задумали?

Армия скелетов будто ждала этого вопроса — она снова пришла в движение. Под идеальным командованием легион расступился от центра в стороны, появилась брешь скелетов в двадцать шириной. И там... показалась фигура. Не очень большая. Даже если она была ростом два с половиной метра, было видно, что она меньше Зарюсу. Враг, одетый в чёрную как смоль мантию и источающий ужасающую ауру, чем-то напоминал вчерашнего лича, а потому, вероятно, тоже был заклинателем. Вот только они имели одно существенное отличие, и это — сила.

Зарюсу ощутил, как по спине мурашки ползут. Инстинкт говорил, что если сравнивать этого заклинателя со вчерашним личем, то разница в силе будет как у младенца и воина. Даже с такого расстояния чувствовалась эта леденящая аура, обволакивающая всё тело противника. Более того, его экипировка тоже находилась совсем на другом уровне.

Сопротивление смерти бесполезно — абсолютно подавляющий образ.

— Это... Властелин Смерти? — машинально выскользнуло с уст Зарюсу самое подходящее описание этого создания, и он попал в самую точку.

Оно было Властелином, повелевающим самой смертью.

— Ох, ох!

Что именно Властелин Смерти собирался делать?

Нервно наблюдавшие за этим заклинателем людоящеры хором издали панический звук. Как вдруг от него во все стороны разошёлся громадный магический поток, образовав десятиметровую полусферу. Затем она осветилась бело-голубым сиянием, и на ней появились полупрозрачные знаки, похожие на символы. Они быстро менялись — каждое следующее мгновение складываясь в новые слова.

Зарюсу был поражён, не в состоянии понять, что это такое.

Когда заклинатели применяют магию, то не проецируют её в воздух. Действия противника уже вышли за пределы знаний Зарюсу, потому он повернулся к девушке, которая была наиболее сведущей в магии, и спросил:

— Что это такое?

— Н-не знаю. Я тоже ничего не понимаю... — с нотками ужаса ответила Круш. Похоже, она испугалась даже сильнее его, так как много чего знала о магии, но не смогла понять поведение противника.

Как раз когда Зарюсу собирался её ободрить...

Не понятно, удалось ли Властелину Смерти успешно активировать магию, но полусфера раскололась на мелкие частички света, которые полетели в небо. В следующее мгновение... оно будто взорвалось — частицы разлетелись во все стороны.

И озеро... полностью замёрзло.

Ни один ящер не понимал, что случилось.

Ни Сасурью, вождь с небывалыми навыками; ни Круш, обладающая исключительными силами друида; ни даже Зарюсу, путешественник, повидавший многое и собравший разнообразные знания. Даже те, кто, учитывая всю историю людоящеров, обладали чудодейственными способностями, не смогли сразу постигнуть происходящее.

Понять, почему ноги вдруг покрылись льдом.

Через некоторое время — достаточное для того, чтобы мозг принял случившееся — раздался вой. Каждый людоящер... да, каждый горестно завыл. Даже Зарюсу. Круш и Сасурью, и даже наиболее смелый Зенбэру, никто не стал исключением. Словно ужас выполз из глубин души.

Озеро, которое никогда не замерзало, никогда с самого их рождения, вдруг покрылось льдом. Это внушало непомерный трепет.

Людоящеры отчаянно начали выдёргивать ноги. К счастью, слой льда оказался не толстым и сразу ломался, но поломанные части тут же снова замерзали. Снизу повеяло холодным паром — стало очевидно, что это не иллюзия.

Стремительно взобравшись на грязевую стену, Зарюсу осмотрелся и потерял дар речи от увиденного с высоты. Всё вокруг было заморожено. Верно, он даже представить не мог, что такое большое озеро полностью замёрзнет. Но и этот покрывший всё холод был реален. Где-то в уголку сознания Зарюсу также заволновался о своей рыбной ферме, но сейчас не время об этом беспокоиться.

— Не может быть... — отчаялась Круш, когда тоже поднялась. Она осмотрелась и лишилась дара речи, как и Зарюсу. Как и он, она не хотела верить, что увиденное реально. — Монстр, — громко выругалась друид, в то же время желая, чтобы проклятье хоть как-то смягчило внутренний страх.

— Все на стены, быстро! — заорал старший брат Зарюсу.

Несколько людоящеров уже свалились. Оставшиеся воины, кто всё ещё мог двигаться, совместными усилиями начали вытягивать с замёрзшей земли потерявших сознание товарищей.

Те ящеры, которым помогали взобраться наверх, были бледными и не переставали дрожать. Поднимающийся холодный воздух, видно, лишил их жизненной силы.

— Старший брат, я проверю, как остальные!

На державшего Морозную Боль Зарюсу не действовал такой уровень холода.

— Нет... оставайся здесь!

— Почему, старший брат?!

— Вскоре враг должен начать двигаться. Тебе запрещено уходить! Попробуй понять, что сейчас происходит, постарайся ничего не упустить! На это способен лишь ты, путешествовавший по всему миру и собравший разнообразные знания. — Сасурью перевёл взгляд от Зарюсу на ближайших людоящеров воинского класса: — Сейчас я на вас всех наложу магию сопротивления холоду, «Защитная энергия: лёд». Бегите и сообщите каждому ящеру в деревне, что нужно избегать контакта со льдом.

— Я тоже помогу накладывать магию.

— Хорошо! Тогда, Круш, разделим труды. Если увидишь кого-то в критическом состоянии, то сразу же применяй лечащую магию!

Круш и Сасурью начали накладывать защитную магию на не пострадавших людоящеров.

Зарюсу остался на стене, внимательно вглядываясь в позиции врагов, чтобы не пропустить ни единого их движения. Приказ брата он был обязан выполнить идеально.

— Хо, — Зенбэру взобрался до уровня Зарюсу и спокойно оглядел вражескую армию. — Расслабься. Твоему старшему брату нужна твоя мудрость, так ведь? Даже если ты что-то упустишь, он не будет тебя винить. Гляди на всё шире, не зацикливайся на мелочах, — беззаботно предупредил его Зенбэру.

Как и в битве с личем, все должны сотрудничать, сосредотачиваясь на своей роли в меру способностей.

Зарюсу кинул взгляд на деревню и увидел, что воины тоже взобрались на стену и следят за врагом. Верно, он здесь для того, чтобы сражаться на войне не в одиночку, а плечом к плечу со всеми.

Похоже, его очень сильно потрясла это подавляющая сила, эта магия.

Зарюсу сделал один большой выдох, словно желая за раз избавиться от всех тревог.

— Извини.

— Здесь не за что извиняться.

— Точно... потому что ты, Зенбэру, тоже здесь.

— Ха, не жди от меня решения вопросов, которые требуют размышления.

Они двое рассмеялись и продолжили следить за врагом.

— Это и вправду настоящий монстр.

— Да! Это совсем другой уровень...

Властелин Смерти принял невыносимо надменную позу короля и напыщенно глянул в сторону Зарюсу и деревни. Предположительно небольшое тело, казалось, стало в десять раз больше.

— Похоже, именно его называли Высшим.

— Скорее всего. Надеюсь, там не будет других настолько сильных заклинателей, способных заморозить всё озеро.

— Я тоже. В глазах такого монстра мы, ящеры, не более чем муравьи. Эх, какой позор! Мы не отличаемся от мелких насекомых. Кстати... есть движение.

Заморозивший озеро заклинатель поднял свободную руку и махнул в сторону деревни. Должно быть, отдавал команду, по крайней мере так посчитал Зарюсу, а в следующее мгновение с ужасом в этом убедился.

— Ох-ох-ох-ох! — раздались звуки с различных концов деревни.

— Что... это?! Что, чёрт возьми, это такое?!

Когда Зарюсу уже было поверил, что его больше ничего не удивит, он увидел это и машинально издал мучительный крик.

Перед глазами появился двурукий и двуногий колосс, который, казалось, высечен из камня. В его широкой каменной груди словно сердцебиение вспыхивал и затухал красный свет. Из-за толстых рук и коротких, коренастых ног он выглядел даже немного мило, если бы только не тридцатиметровый рост.

Каменный гигант вдруг появился посреди леса. Зарюсу скорее поверил бы, что это иллюзия.

Начав медленно двигаться, каменная фигура неизвестно откуда достала огромный валун.

И бросила его.

Зарюсу невольно зажмурился. Всех, на кого упадёт такой булыжник, ждёт, без сомнений, неминуемая смерть.

В темноте Зарюсу услышал, как разбегаются удивлённые ящеры и огромный валун ударяется о землю. Затряслась даже грязевая стена.

Затем послышался дождь — падал на землю отскочивший мелкий камень — и крик взрослых и детей из деревни.

Хотя он уже привык к смерти, такой ужас, которого он даже вообразить не мог, был невыносим. Этот шокирующий урок заставил даже тех, кто дрался до победного конца в предыдущей войне, завопить как маленькие дети.

Утешая себя тем, что всё ещё жив, Зарюсу выдохнул и успокоился. Когда он осторожно открыл глаза, взору предстала наступающая армия нежити, гиганта нигде не было видно.

На болотах между двумя армиями лежал большой каменный валун, которого мгновение назад там не было. Легион нежити собрался возле камня, поднял щиты над головой и опустился на колени. Другие скелеты запрыгнули на поднятые щиты, ловко держа равновесие, затем, как и скелеты внизу, подняли собственные щиты.

В это мгновение Зарюсу понял, что делает противник и, будто попав под удар молнии, дрогнул.

— Неужели это... ступени? Похоже, эту мифическую армию используют в качестве простых ступеней!

Скелеты приближались к гигантскому камню на аномальной скорости, завершая создание лестницы из армии нежити.

А затем начали двигаться и другие немёртвые солдаты. Эта нежить выглядела даже более впечатляюще, чем те скелеты. Их было примерно сотня. В руках они держали копья с прикреплённым куском ткани, похожими пользуются верховые копьеносцы. На ярко-красной ткани была нарисована одинаковая эмблема.

Мертвецы в развевающихся на ветру плащах идеально согласованно по одному вошли в болото, раскалывая под ногами лёд. Затем так же идеально за ними последовала другая группа скелетов, остановилась на некотором расстоянии справа от первой и скрестила копья со скелетами, что оказались напротив. В итоге образовался проход, ведущий прямо к большому валуну.

— Это... путь для Властелина?

Зенбэру оказался прав.

Заклинатель «смерти» ступил на путь, созданный нежитью. За ним последовало несколько других существ, которые появились будто бы из ниоткуда.

Впереди шёл заклинатель, чья истинная сила достигала непостижимых высот.

Он носил абсолютно чёрную мантию, такую чёрную, что, казалось, она пошита из куска ночи. В руках держал посох, излучающий чёрную ауру, которая,кажется, собиралась в агонизирующие лица, что со временем исчезали. Под капюшоном скрывался череп, в пустых глазницах которого сиял слабый красный свет.

На противнике были бесчисленные магические украшения, выходившие за пределы понимания Зарюсу, и он шёл неспешно, словно всемогущий король.

За Властелином Смерти следовала женщина в белом, внешне похожая на человека. Но она имела одну отличительную черту — крылья у талии.

— Неужели она... демон?

Демоны.

Дьяволы, что насилием приносят разрушение, или бесы, что интеллектом приносят разврат. Всех подобных потусторонних созданий причисляли к демонам. Говорят, что они свирепые монстры, существующие лишь ради уничтожения всех разумных существ. А также — синоним слова «зло».

Во время путешествий Зарюсу однажды слышал о демонах.

Они вселяли ужас. По слухам, двести лет назад сущность, известная как король демонов — Демонический Бог — повела демонов под своим знаменем и почти уничтожила весь мир.

Демонический Бог встретил свой конец от рук тринадцати героев. В некоторых местах до сих пор остались следы той битвы.

Если нежить — это создания, ненавидящие живых, то демоны были созданиями, любящими мучить живых.

За демоницей шла пара тёмных эльфов-близнецов, а за ними сереброволосая девушка. Следом парило что-то причудливое, а замыкал процессию человеческий мужчина с длинным хвостом.

Хотя причудливое создание не казалось сильным, от одного взгляда на остальных у людоящеров начинал дрожать хвост. Животные инстинкты яростно предупреждали, что нужно как можно быстрее отсюда убираться.

Эта процессия молча прошла по коридору из копий и взобралась по «лестнице» на валун. Они, без колебаний ступая на неживых солдат, словно знать остановились на гигантской глыбе. Шедший впереди Властелин Смерти протянул руку и махнул.

В следующее мгновение появился абсолютно чёрный трон, окутанный тёмной аурой, на который Властелин и сел.

Следующие за ним, должно быть его самые близкие помощники, выстроились в линию и, будто чего-то ожидая, посмотрели в сторону деревни. И больше ничего не делали.

Что это такое?

Несколько людоящеров беспокойно переглянулись и наконец решили спросить мнения умнейшего среди них:

— П-пожалуйста, скажи, что нам делать, Зарюсу? Готовиться убегать?

У говоривших напрочь отсутствовал боевой дух. Это было прекрасно видно по опущенным хвостам.

— Нет, в этом нет необходимости. Подумайте о том личе. Наш противник — заклинатель, который намного сильнее его. Атаковать с такого расстояния для него будет словно детской забавой. Больше всего устрашает то... что именно он собирается нам сказать.

Людоящеры закивали с пониманием.

Всё это время Зарюсу не отводил взгляда от врагов. Словно простолюдин смотрит на знать — он не прекращал наблюдать за могущественными созданиями, стоявшими на гигантском валуне.

Чтобы не пропустить даже малейшего кусочка информации.

Особенно теперь, когда противники оказались настолько близко, что можно было подробно их разглядеть и даже обменяться взглядами.

Что сидящий на троне Властелин Смерти думает, глядя на ящеров? Два тёмных эльфа, кажется, не показывали никакой враждебности, сереброволосая девушка ухмылялась, от доброго взгляда демоницы чешуйки вставали дыбом, в том причудливом создании что-то разглядеть было невозможно, а у мужчины с хвостом в глазах отсутствовали всякие эмоции.

Через некоторое время, когда все вдоволь нагляделись друг на друга, Властелин Смерти снова неторопливо поднял руку и приложил её к груди. У нескольких видевших это ящеров задрожал хвост.

— Не бойтесь и не позорьтесь перед врагом, — резко сказал Зарюсу, заставляя всех людоящеров тут же поднять голову и выпрямить спину.

Перед Властелином Смерти появились чёрные облака — Зарюсу насчитал двадцать штук — и начали клубиться, увеличиваясь в размерах, каждое стало метра полтора в длину. И вскоре в этих облаках возникло множество ужасающих лиц.

— Это...

Зарюсу вспомнил, что именно этот монстр появился в деревне и однажды именно такую нежить он встретил во время путешествий.

Против него подействует лишь выкованное из особых металлов или зачарованное оружие, магия или же особые боевые навыки, а если ничего из этого нет, то ранить такое бестелесное создание очень трудно, хотя всё это он уже объяснял в деревне Круш. У людоящеров, даже учитывая все племена, наберётся лишь несколько экземпляров нужного оружия. А значит, даже одно такое создание победить будет трудно. Не говоря уже о том, что враг с лёгкостью вызвал двадцать таких монстров.

— Так это и значит контролировать саму смерть?

Зарюсу с отчаянием решил, что противник, которому присягнул на верность лич, и вправду в высшей степени могуществен.

Произнеся какие-то неизвестные слова, Властелин Смерти протянул руку и махнул, будто командуя всем наступать. После этого монстры окружили деревню и начали распевать в унисон:

«Высший передаёт вам всем сообщение».

«Высший требует диалога. Представитель — сделай шаг вперёд».

«Иначе, если потратите наше время, лишь разозлите Высшего».

После этого одностороннего заявления бестелесная нежить вернулась к хозяину.

— Э?.. Неужели... это? — растерянно спросил Зарюсу.

Противник послал такую могущественную нежить, лишь чтобы передать сообщение?

Однако ещё труднее было поверить в другое. Сереброволосая девушка, ждущая приказаний позади Властелина Смерти, услышав от него пару слов, хлопнула в ладони.

И через мгновение эта нежить... исчезла.

— Что? — невольно выкрикнул потрясённый Зарюсу.

Тем хлопком она не вернула призванных монстров, а уничтожила.

Истреблять нежить могли священники. Хотя упокоить её было непросто, но если разница в силе между ней и священником огромна, то он может не только отогнать мертвецов, но и уничтожить. Однако как можно уничтожить одновременно такую большую группу нежити?

Это значит, что сереброволосая девушка не уступает по силе Властелину Смерти. В таком случае остальные настолько же ужасающи.

— Ха, ха, ха, ха...

Зарюсу не мог перестать смеяться.

Вполне понятно почему. Что ещё можно сделать, кроме как смеяться? Если разница в силе настолько огромна.

— Младший брат!

— А, старший брат! — ответил Зарюсу, посмотрев вниз и увидев, что Сасурью и Круш уже вернулись.

Они двое взобрались на стену и посмотрели в сторону заклинателя.

Круш вклинилась между Зарюсу и Зенбэру, почти столкнув последнего. Впрочем, это можно считать простительным действием.

— Это вражеский лидер? Аура вокруг него настолько сильна, что от одного взгляда пробирает до костей. Хотя внешне он похож на лича, которого ты победил... их силу просто нельзя сравнивать.

— Старший брат, вы всё закончили?

— Более-менее. Мы с Круш исчерпали все свои магические резервы. А после слов этих существ... я тоже подумал, что нам нужно сначала разобраться с этим делом. Зарюсу... ты пойдёшь?

Несколько секунд молча посмотрев на брата, путешественник кивнул. На мгновение Сасурью обратил на него полный мучения взгляд, но вскоре его лицо вернулось в норму, и так быстро, что никто не заметил.

— Прости.

— Не переживай, старший брат.

Сасурью лишь извинился, прежде чем спрыгнуть со стены в покрытое тонким льдом болото, послышался всплеск воды.

— Я пошёл.

— Будь осторожен.

Зарюсу крепко обнял Круш и последовал за братом, спрыгивая в болото.

Они с Сасурью вместе побрели по тонкому льду над озером. Пройдя главный вход, Зарюсу почувствовал, как на них смотрит вся группа Властелина Смерти, эти взгляды будто давили на него. Он отчаянно заглушил внутренний голос, говоривший бежать.

И в это мгновение Сасурью заговорил:

— Прости...

— Простить за что, старший брат?

— Если переговоры пойдут плохо, противник может убить нас на месте.

Но Зарюсу уже к этому приготовился. Именно потому он крепко обнял Круш.

— Учитывая численность врагов, я не мог позволить тебе, старший брат, идти одному. К тому же у них могло сложиться мнение, что мы выразили недостаточно уважения.

Среди людоящеров Зарюсу и впрямь был известен, и чрезвычайно подходил на роль переговорщика. Однако он — путешественник, даже если им пожертвовать, это не повлияет на клановую структуру людоящеров. С этой точки зрения его потеря не вызовет сожаления. Даже если героя убьют, пока остаются вожди племён, битву можно продолжать. Единственным сожалением будет утрата Морозной Боли. Без неё невозможно защититься от холодного ветра, идущего с замерзшего озера.

Они двое молча шли вперёд, шаг за шагом приближаясь к смерти.

Наконец они пришли к ступеням из мертвецов, ведущим к трону, и громко объявили о своём прибытии. Если бы трон находился хоть немного дальше, они решили бы сначала взобраться по ступеням, но противник стоял на самом краю валуна, показывая, что им не дозволено подниматься вверх.

Король должен сидеть выше.

Хотя у людоящеров не было такого правила, во многих других поселениях члены племени с более высоким положением часто смотрели свысока на своих соплеменников. Конечно, с точки зрения проведения переговоров это считается неуважением к другой стороне.

Потому, хоть это и называлось переговорами, очевидно, что их никогда и не собирались проводить на равных.

Впрочем, просить равенства было бы самоуверенно. Хотя Зарюсу и остальные выиграли предыдущую войну, но одного взгляда на ряды врагов хватало, чтобы осознать, что та победа не имеет смысла, даже если никто в это не желал верить. Всё это было лишь игрой.

— Наша делегация прибыла! Я — представитель ящеров, Сасурью Шаша, сильнейший герой среди нас!

— Я — Зарюсу Шаша!

Тем не менее в их звучных голосах не было лести. Они понимали, что это глупо, но это — остатки гордости. Может быть, в глазах врага прошлая битва и была игрой, но ни в коем случае нельзя растоптать честь тех, кто отдал свою жизнь на этой войне.

Ответа не последовало. Сидевший на троне Властелин Смерти всего лишь критически на них посмотрел, бесцеремонно оценивая. Было совершенно невозможно сказать, собирается ли он что-то делать.

Ответила им демоница с парой чёрных крыльев у талии:

— Наш мастер считает, что вы не приняли позу, показывающую уважение.

— Что?

Услышав растерянный голос, женщина обратилась к мужчине с хвостом:

— Демиург.

— «На колени».

Зарюсу и Сасурью вдруг упали на колени, чуть ли не вжавшись лицом в болотную грязь. Их действия выглядели совершенно естественно.

Накатила холодная грязь, и разбитый лёд снова замёрз.

Было невозможно подняться. Даже когда они старались всеми силами, тело не шевелилось. Словно сжатые в руке невидимого гиганта, они полностью потеряли свободу движения.

— «Не сопротивляться».

Снова услышав в голове этот голос, Зарюсу и Сасурью ощутили, как тело стало подчиняться другому разуму, выполняя все его указания.

Видя, как два ящера безвольно упали на колени в болото, очень довольная демоница перевела взгляд на господина:

— Владыка Аинз, их почтительные позы готовы.

— Спасибо за труды. Поднимите голову.

— «Разрешено поднять голову».

Зарюсу и Сасурью пошевелили головой — единственной частью тела, которая могла двигаться свободно, и посмотрели вверх, словно почтительно приветствуя короля.

— Я... владыка Великого Склепа Назарика, Аинз Оал Гоун. Сначала я хотел бы вас поблагодарить за помощь в завершении эксперимента.

Эксперимента? Многие наши товарищи потеряли жизнь, а он смеет называть это экспериментом?

Презрение вызвало вспышку ярости, но они всё же подавили эмоции. Потому что сейчас не время для этого.

— Тогда давайте обговорим главный вопрос... примите мою власть.

Заклинатель Аинз медленно поднял руку, останавливая хотевшего заговорить Зарюсу. А настаивать, чтобы им дали высказаться, — глупо. Зная это, Сасурью мог лишь покорно молчать.

— Однако ранее вы победили нас, а значит, не желаете принимать мою власть. Вот почему мы снова атакуем через четыре часа. Если сможете победить, обещаю, что больше не стану нападать и выдам разумную компенсацию.

— Можно задать вопрос?..

— Спрашивай.

— Нападать будет... ваше превосходительство?

Сереброволосая девушка чуть нахмурилась, а демоница улыбнулась ещё шире. Наверное, им не понравилось обращение «ваше превосходительство». Однако они ничего не сделали — скорее всего, потому что господин ничего не сказал.

Аинз, не обращая внимания на этих двух, продолжил:

— Конечно же нет. Нападёт мой верный помощник... более того, я пошлю лишь его одного. Его зовут Коцит.

Дослушав Аинза, Зарюсу впал в отчаяние.

Если бы атаковала большая армия, то, может быть, у ящеров и был бы шанс на победу. Поначалу Зарюсу считал, что будет продолжение вчерашней неудачной битвы, так называемого эксперимента, в таком случае оставалась маленькая вероятность выиграть.

Однако в атаку пойдёт не армия.

А один помощник Властелина Смерти.

Опять высокомерное заявление, а в бой отправят лишь одного воина. Если только это не наказание и в словах вражеского господина нет скрытого смысла, то он, должно быть, верит в полную победу своего помощника. А тот, кому доверяет Властелин Смерти, должен обладать непомерной силой. Тогда есть лишь один ответ: этот воин настолько силён, что людоящерам победа даже не светит.

— Мы выбираем сда...

— Проигрыш без боя слишком скучен. Посопротивляйтесь немного, мы тоже хотим почувствовать вкус победы, — Аинз не дал Сасурью продолжить.

Так нагло... этот ублюдок устраивает показательную казнь, — выругался Зарюсу в мыслях.

Могущественный использует резню, чтобы смыть позор поражения. Проще говоря, противнику нужно жертвоприношение. Спектакль — искоренение мятежных ящеров.

— Это всё, что я желал сказать. Что ж, через четыре часа постарайтесь насладиться этим.

— Пожалуйста, подождите... этот лёд растает?

Неважно, кто выиграет, а кто проиграет, но если озеро останется замерзшим, то людоящерам будет очень трудно выжить.

— А, я почти забыл.

Забыл?! Невероятная беззаботность.

— Я лишь не хотел пачкать обувь. Когда мы вернёмся на берег, магия исчезнет.

— Что?! — переспросили Зарюсу и Сасурью, потрясённые до глубины души.

Он заморозил озеро только потому, что не хотел испачкаться?

Это уже не тот уровень, в который трудно поверить. Противник просто подавляюще силён, раз может с лёгкостью менять природу, и, более того, по такой глупой причине.

Оказалось, что они противостоят такому могущественному существу... Зарюсу и Сасурью одновременно испугались, словно брошенные дети.

— До скорого, людоящеры... «Портал».

Решив, что всё необходимое уже сказано, Аинз протянул руку и чуть взмахнул, перед троном появилась тёмная полусфера. Затем он прыгнул в темноту.

— Увидимся, людоящеры.

— До свиданья, господа людоящеры.

— Прощайте, людоящеры.

Две девушки и один мальчик тоже прыгнули в темноту, попрощавшись так, как будто потеряли к ним всякий интерес.

— Э, т-тогда до свидания, берегите себя.

— ДОварв СыйВИиосмДАваячНИыцсмЯав.

После тёмной эльфийки в темноту зашло странное создание.

— «Свободны». Что ж, попытайтесь от всей души насладиться этим, людоящеры, — спокойным голосом закончил последний, мужчина с хвостом, и вошёл в темноту, после чего давящая на людоящеров сила бесследно исчезла.

Оставленные на своих местах Зарюсу и Сасурью всё ещё стояли на коленях и не двигались. Им просто не хватало сил подняться. Они больше не чувствовали боли от постоянно дующего леденящего ветра, поскольку ощутили ментальное потрясение, значительно превысившее физическую боль.

— Чёрт возьми... — тихо выругался Сасурью, что было совсем не в его характере. Его голос полнился смесью множества эмоций.

Их двоих встретили вожди племён, которые взобрались на грязевую стену, чтобы защититься от холода. Других людоящеров в округе не было.

Вероятнее всего, вожди учли, что возникнут некоторые вопросы, которые следует обговорить секретно, и заранее всё приготовили. Сасурью мимоходом предположил, что это так, и потому скрывать ничего не нужно. Он рассказал им о встрече, которую и переговорами-то не назовёшь.

Когда Сасурью мрачно всё объяснил, бурной реакции не последовало, все лишь немного насторожились. Наверное, они уже давно предвидели, чем закончатся переговоры.

— Ясно... так значит, лёд растает, да? Иначе мы не сможем драться, даже если захотим.

— Растает. Враг сказал, что магия развеется.

— Этого вы добились на переговорах? — спросил вождь Маленького Зуба, Зарюсу не ответил, а лишь чуть улыбнулся. Увидев эту реакцию и поняв, что она означает, вождь Маленького Зуба покачал головой.

— Пока вы ходили на переговоры, мы провели небольшое расследование... и обнаружили тени врагов внутри озера, похожие на скелетов-солдат. Боюсь, они окружили нас и теперь ожидают приказов.

— Не думаю... противник... собирается отпустить нас.

— Враг был довольно серьёзен, а это значит...

— Это лишь домыслы.

Четверо, не участвовавшие в переговорах, протяжно вздохнули. Похоже, они догадались о том, что будет проводиться ритуал жертвоприношения.

— Тогда что нам делать?

— Задействуйте всех воинов, а мы...

— Старший брат... можешь позволить участвовать лишь пятерым? — Краем глаза Зарюсу заметил озадаченное лицо Круш. Он продолжил, моля всех мужчин-ящеров, включая старшего брата: — Если цель врага — показать свою силу, то людоящеры, вероятно, не будут уничтожены полностью. Потому нам нужен кто-то, кто соберёт вместе и поведёт за собой выживших. Если все мы умрём, это станет большой потерей для будущего ящеров.

— В этом есть смысл... Разве не так, Сасурью?

— Хм, Зарюсу... прав.

Оба вождя посмотрели поочерёдно на Зарюсу и Круш и выразили своё согласие.

— В этом нет ничего неприемлемого, я тоже согласен.

После одобрения последнего вождя, Зенбэру, у Сасурью больше не осталось причин отказать в просьбе младшему брату.

— Тогда решено. Я тоже думал, что нужно кого-то оставить, кто поведёт племена... Круш для этого прекрасно подойдёт. Может быть, её альбинизм будет немного мешать, но она обладает просто невероятными способностями друида.

— Подождите. Я тоже хочу сражаться вместе с вами! — громко прокричала Круш, возражая тому, что её исключили именно сейчас. — Более того, если и оставлять кого-то, разве Сасурью не подойдёт лучше? Ему больше всех доверяют среди вождей!

— Именно поэтому мы и не можем его оставить. Противник хочет показать свою непреодолимую силу. Наверное, в надежде, что мы отчаемся и легче присягнём на верность. Но что будет, если среди выживших останется кто-то, на кого они смогут возложить надежды?

— И... среди всех вождей у Круш самая меньшая популярность.

Круш потеряла дар речи. То, что она была альбиносом и имела наименьшую популярность, было неопровержимым фактом. Поняв, что их ничем не переубедишь, она посмотрела на Зарюсу:

— Я хочу пойти с тобой. Когда ты меня позвал, то позволил мне самой принять решение, так почему же ты сейчас говоришь такое?

— Потому что в тот раз мы все шли на верную смерть, но сейчас один из нас, скорее всего, выживет.

— Не шути со мной! — от гнева Круш даже воздух задрожал. Её хвост безумствовал, ударяя по грязевой стене.

— Зарюсу, переубеди её. Увидимся через четыре часа, — бросил Сасурью и быстро большими шагами ушёл, ломая по пути лёд и разбрызгивая воду. Трое других вождей спрыгнули со стены и последовали за ним. Зарюсу помахал им рукой в знак признательности.

Попрощавшись с ними, он повернулся к Круш.

— Круш, прошу, пойми.

— Как я могу понять! И ещё неизвестно, проиграешь ли ты! Если я, как друид, поддержу тебя, то, может, и выиграешь!

Но слова были столь пустыми, что даже она в них не верила.

— Я не хочу, чтобы убили девушку, которую я люблю. Пожалуйста, исполни это глупое мужское желание.

Круш обиженно обняла Зарюсу.

— Ты слишком эгоистичен!

— Прости...

— Ты можешь умереть.

— Ух...

Верно, вероятность выжить была очень маленькой. Нет, наверное, с уверенностью можно было сказать, что её нет вовсе.

— Прошла всего лишь неделя, а ты уже пленил моё сердце, но всё равно говоришь, чтобы я спокойно смотрела на твою смерть?

— Ум...

— Встреча с тобой — моя удача, но и несчастье.

Круш обняла его ещё крепче, будто не желая отпускать.

Зарюсу молчал.

А что он мог сказать?

Что должен сказать?

В мыслях он зациклился на одной проблеме.

После некоторого времени Круш подняла полное решимости лицо.

Зарюсу стало неудобно, когда он почувствовал её твёрдую волю. И в это мгновение Круш кратко сказала:

— Сделай мне ребёнка.

— Э?

— Скорее!

Глава 5. Бог мерзлоты

Часть 1

Главной базой Аинзу служила крепость, которую строила Аура, именно её вчера использовал Коцит. Вдали до сих пор слышался слабый шум строительства.

Когда они вошли в комнату, плывущий позади Виктим обратился к Аинзу:

— ЧваТОынрв Жвы, НАыцяч ЭывТОынрвМош ПОщшрвЗолВОиорвЛЬвамсТЕыншл ОрвТынКчыЛАваячНЯыцавТЪынейСЯыйав.

— Спасибо за твой тяжкий труд. Пожалуйста, защищай первый этаж Назарика, пока мы не вернёмся.

— КАчыячКчы ПщшРИобсмКАчыячЖИвысмТЕыншл.

— «Портал».

Виктим вошёл в открытую Аинзом чёрную дверь, ведущую на первый этаж Назарика.

Попрощавшись со Стражем, способным активировать невероятно могущественный навык ограничения движения, Аинз перевёл взгляд на комнату. И в то же время заметил, как Аура опустила голову.

Должно быть, она из кожи вон лезла, чтобы радушно встретить Аинза. Везде виднелись следы, показывающие, сколько труда вложено в комнату, но она всё равно блекла по сравнению с Назариком. Наверное, Аура этого стыдилась.

Обстановка не так уж и плоха.

Аинз, простой служащий, не сильно любил напыщенность. Его комната в Назарике тоже была недурна, но из-за чрезмерной роскоши ему не сильно нравилась. А тут он чувствовал себя по-настоящему расслабленно и уютно.

Я хочу комнату на восемь татами. Следует найти где-нибудь такой уголок. Ох, нужно поблагодарить Ауру и передать, что я доволен её работой.

«Учись, следи за собой и доверяй другим, иначе не добьёшься успеха».

Аинз вспомнил цитату, висевшую в рамочке на стене в кабинете исполнительного директора. Он не знал, кому эта цитата принадлежала, но она была великой. Чувствовалось, что такое может сказать лишь идеальный начальник.

Нужно показывать свою признательность. Люди не захотят стремиться к лучшему, если не будет награды... так ведь?

— Прости, Аура, что заставил использовать это место. Не обращай внимания на мелкие недочёты, я высоко ценю то, что ты сделала. И раз это сделала ты, то оно столь же хорошее, как Назарик.

— Да...

У Ауры немного округлились глаза. Аинз хотел её ещё похвалить, но более хорошие слова на ум не приходили. Потому он решил промолчать и снова оглядеть комнату.

До сих пор пахло свежей древесиной.

Вернуться в Назарик было бы, без сомнений, безопаснее, чем в это место, не имеющее магической защиты. А без неё этот домик всё равно что сделан из бумаги. Но, с другой стороны, Аинз использовал себя в качестве приманки, чтобы выманить больших рыбок. Отсюда до озера было далеко, потому если кто-то за ними последует сюда, — если такие вообще найдутся, — то это будут игроки из Иггдрасиля или люди их уровня. А значит, это место построили для того, чтобы нацелившиеся на Назарик враги показали себя. Конечно, это опасно, но Аинз считал, что для достижения этой цели риск необходим.

Они до сих пор не показались. Неужели... план провалился? А вообще, это ещё что?

— Аура, хочу спросить... что это?

Взгляд Аинза остановился на белом кресле с высокой и внушительной спинкой, стоящем в дальней части комнаты. Очень качественная работа, настоящий шедевр. Если игнорировать кое-что, бросающееся в глаза.

— Я приготовил трон, хотя он немного простоват, — уверенно ответил следующий за Аинзом подчинённый, Демиург.

Как я и думал, — сказал про себя Аинз и задал следующий вопрос:

— Чьи кости ты использовал?

— Разнообразных существ. Самые лучшие части получились из грифонов и виверн.

— А... ясно.

Это был трон, созданный из бесчисленного множества костей. Он не значился в списке предметов, что они взяли из Назарика, а значит, его Демиург создал уже снаружи. Как бы Аинз на это ни смотрел, Демиург использовал и черепа людей, и полулюдей. Белоснежный трон без единого пятнышка крови или куска мяса, но всё же казалось, что он пропитан кровью.

Сидеть на этом — отвратительно, словно на подушке с воткнутыми иголками, Аинз дрогнул. Но подчинённый приложил усилия, чтобы это создать, поэтому отказаться от этого будет трудно. Какое бы оправдание использовать, чтобы не вызвать недовольства?.. Подумав немного, Аинз щёлкнул пальцами:

— Шалти. За содеянное я накажу тебя прямо сейчас. Точно... я накажу тебя стыдом.

— Да! — немного удивлённо ответила вампирша.

— Стань вот здесь на колени, опусти голову и положи руки на пол.

— Да! — Шалти встала в середине комнаты, куда указал владыка, и с озадаченным выражением на лице сделала так, как ей сказали.

Аинз подошёл к Шалти и сел ей на спину.

— В-владыка Аинз! — изумлённая Шалти могла лишь выдохнуть, шепча: «Аинс...». Она задрожала от страха.

— Теперь ты — стул, поняла?

— Да!

Аинз перевёл взгляд от Шалти, которая почти вскрикнула, на Демиурга:

— Извини Демиург.

— Ясно! Изумительно! Использовать Стража в качестве стула! Это идеально подходит Высшему Существу! Как и ожидалось от владыки Аинза. Я бы никогда о таком не подумал!

— В, в самом деле?

Демиург сиял от восторга, Аинз же отвёл взгляд, не понимая, почему он так лучезарно улыбается. Затем с прекрасной улыбкой к Аинзу обратилась красивая женщина:

— Мои извинения, владыка Аинз. Могу я выйти ненадолго? Я скоро вернусь.

— Тебе что-то нужно, Альбедо? Разрешаю, можешь идти.

Поблагодарив его, Альбедо покинула комнату. И сразу же послышался женский крик, «Хья-я-я-я-я!», и яростный удар о стену — казалось, зашатался весь форт. Примерно через минуту Альбедо вернулась в комнату, которая погрузилась в тишину, со своей обычной улыбкой на губах.

— Я вернулась, владыка Аинз. Ах да, Аура. При выходе из комнаты я случайно наткнулась на стену. Она немного повредилась, починишь её позже, хорошо? Извини за это.

— Ах, эм... хорошо.

Аинз проглотил слова, которые хотел сказать, и вздохнул. Затем сосредоточился и перевёл внимание на посох, излучающий ауру ужаса. Настоящий посох Аинз Оал Гоун он оставил в Назарике, а это была реплика — попытка копирования гильдейского оружия. Созданный из частей, вынутых из глубин Сокровищницы, внешне он выглядел почти идеально. При разрушении гильдейского оружия гильдия падёт, потому его нельзя так легкомысленно выносить наружу. Пока он отдал посох на хранение Областному Стражу, охраняющему сад цветущей вишни на восьмом этаже.

Мы придумали контрмеры на случай, если украдут кольца, но не так-то просто найти место... чтобы испытать посох.

Пока он обо всём этом думал, Шалти вдруг заёрзала, меняя положение так, чтобы Аинз мог усесться поудобнее. Из-за этого он со странным беспокойством посмотрел на её затылок.

У неё участилось дыхание.

Должно быть, ей тяжело. Под Аинзом находилась тонкая спина Шалти, которой на вид лет четырнадцать. Взрослый мужчина сидит на спине девочки. Представив себе, как это извращённо, постыдно и жестоко, Аинз почувствовал, что зашёл слишком далеко. Шалти — НИП, созданный его старым другом. Даже Пэроронтино не посмел бы так над ней надругаться. Он словно пачкал память своих старых товарищей. Было глупо думать об этом как о наказании.

Пытать так Шалти... непростительно.

— Шалти, тебе не больно?

Аинз хотел сказать «если да, то я встану». Вампирша посмотрела вверх красным от страсти и полным наслаждения лицом.

— Совсем нет! Это как награда!

Ее дыхание было горячим, а в глазах отражалось лицо Аинза. Мокрый язычок облизал губы и распутно заблестел на свету. Она изогнулась, словно змея.

— Угх!..

Аинзу захотелось встать.

И он почти встал.

Нет, я не могу.

Он наказывал Шалти, но на самом деле её ошибка — это просчёт Аинза. Вот почему подавление порыва встать было его наказанием. В душе Аинза начали подниматься сложные эмоции, но они тут же разрушились. Всеми силами пытаясь не замечать тяжело дышащий и извивающийся «стул», он невольно подумал о Пэроронтино. Что это за извращённые настройки?

— Ладно... перейдём к серьёзному делу. Достаточно ли мы их запугали?

— Думаю, получилось идеально, владыка Аинз.

— Ага, посмотрите на их лица.

Услышав слова Стражей, Аинз улыбнулся. На самом деле он не мог различить выражения лиц людоящеров. Может, они ближе к людям, чем к рептилиям, но их мимика совершенно отличается от человеческой.

— Хорошо. Тогда первый этап, на котором мы внушаем им трепет, увенчался успехом, — Аинз вздохнул с облегчением.

В конце концов он прибегнул к сверхуровневой магии «Создание», которую можно использовать лишь четырежды в день. Если бы она не сработала, то ничего бы не получилось.

— Демиург, сколько времени тебе потребуется, чтобы узнать точный размер замороженной области?

— Мы уже начали измерения, но прогресс незначителен, поскольку область оказалась шире, чем мы ожидали. Пожалуйста, дайте нам больше времени.

Аинз остановил Демиурга, который собирался опуститься на колени. Приложив ко рту костяной палец, он призадумался. Больший эффективный радиус можно считать успехом в плане магического эксперимента.

«Создание» — сверхуровневая магия, с помощью которой можно изменять саму местность. В Иггдрасиле её использовали для защиты от жара вулканов или холода морозных земель.

Он вполне мог показать силу Назарика даже без использования сверхуровневой магии.

Но Аинзу всегда хотелось провести эксперимент по проверке радиуса действия магии, и тут подвернулся удобный случай. А «Создание» имела громадный радиус, при экспериментах в Назарике она покрывала весь восьмой этаж. Но было неясно, какой же эффект будет во внешнем мире.

В Иггдрасиле заклинание покрывало «область», но насколько же большой будет «область» в этом мире? Аинз хотел это узнать. Если она покроет всю равнину, то это слишком. И точно так же заморозить всё озеро — чересчур. При использовании сверхуровневой магии следует соблюдать осторожность.

— Аура, как наша сеть безопасности?

— Да! Мы развернули выданных вами мертвецов и окружили область радиусом два километра. Но не похоже, что кто-то идёт в эту сторону. Я даже направила разведывательных монстров патрулировать четырёхкилометровую зону, но мы не заметили ничего подозрительного.

— Понятно... Может быть, враг скрывается от обнаружения и подбирается к нам. Какие меры предприняты против этого?

— При содействии Шалти мы разослали нежить, опытную в разведке местности. Мы справимся.

— Замечательно.

Аура счастливо улыбнулась. Унылое выражение бесследно исчезло с её лица.

— Мы стали такими заметными, так почему люди, использовавшие против Шалти предмет Мирового класса, не сделали свой ход? — под всеобщим вниманием задал вопрос Аинз, но не спрашивая кого-то конкретного. — Почему они не начали следить за Назариком и этим местом?

— Может быть, они наблюдают за нами с помощью предмета Мирового класса, который невозможно обнаружить обычным способом? — задал встречный вопрос Демиург.

Аинз склонил голову набок:

— Я учёл эту возможность, потому и использовал Момона... если они и вправду шпионят за нами с помощью предмета Мирового класса, то они не смогут следить за Момоном, который тоже обладает таким предметом. Вот почему я предположил, что они будут следить за нами физически, используя разведчиков. Хотя они могут воспользоваться и магией, но лишь традиционной...

Увидев на лицах Стражей недоумение, Аинз понял, что объяснил недостаточно ясно.

— Как бы сказать... в прошлом мы обладали шахтой, где появлялся довольно редкий металл. Поскольку мы монополизировали поставки, рыночная цена на него взлетела, и люди начали задумываться над тем, чтобы отобрать у нас шахту. Тогда они применили Уроборос, один из сильнейших предметов Мирового класса, входящий в «Двадцатку».

Аинз сузил глаза.

Когда их только ограбили, он не на шутку разъярился, но, сейчас это были приятные воспоминания. Даже если многих из них убили, и они потеряли кучу редких предметов.

— Возмутительно! Люди осмелились узурпировать территорию, где правят Высшие существа?! Непростительно! Пожалуйста, отдайте приказ контратаковать!

Услышав сердитый голос Альбедо, Аинз повернул к ней голову.

Он ощутил враждебность и жажду убийства, исходящую от всех Стражей, даже спокойный Демиург зловеще улыбался, а всегда сдержанный Мар не мог скрыть своё желание атаковать. Аинз не видел лицо Шалти, которая была стулом, но её застывшее тело чётко доносило её решимость.

— Успокойтесь! Это всё уже в прошлом, — поднял руку владыка. Стражи присмирели, но всё равно в них чувствовалась нестабильность, словно под поверхностью кипит магма. Чтобы сменить тему разговора, Аинз продолжил: — Враг применил Уроборос, чтобы запретить нам входить в «Мир», где шахта расположена. Вероятно, они воспользовались этой возможностью, чтобы прочесать окрестности и захватить её. Когда печать была снята, мы вошли и увидели, что шахту уже завоевали. — При поспешной попытке её вернуть умерло хотя бы один раз больше половины гильдии. Аинз сдержался, не став говорить это вслух. — Перейду к главному. Я неспроста упомянул, что нам запретили входить в этот «Мир», ведь люди с предметами Мирового класса всё равно могли туда попасть. Потому невозможно, чтобы за нами следили даже с помощью сильнейшего предмета Мирового класса.

Выслушивая ответы убеждённых подчиненных, он всё же несколько сомневался в том, так ли это на самом деле. Вероятность этого высока, но убедительных доказательств нет.

Когда использовался «Конфликт пяти элементов», который тоже входил в «Двадцатку» как и Уроборос, игровая компания посылала сообщение всем владельцам предметов Мирового класса. Кроме извинений они передавали в качестве компенсации предметы. А сообщение гласило: «Владельцы предметов Мирового класса, по праву вы должны быть свободны от любых изменений мира. Но очень трудно поддерживать ваши данные при обновлении сервера. У нас нет другого выбора, кроме как считать обновление исключительным случаем».

А потому от такого события защититься не мог никто, но оно — исключение из правил, а не норма.

В особенности это касалось предмета Мирового класса, который мог укрыть от разведывательной магии. Он будет бесполезен, если не сможет защитить Назарик от других Мировых предметов.

— Вот поэтому я и думал, что враг приблизится к Момону... А подходили матери с новорожденными, да искатели приключений.

Они просили Момона погладить малышей по головке, чтобы благословить их здоровьем и силой. Искатели приключений просили пожать им руку и желали стать сильнее, но никто не хотел поговорить с ним наедине.

Вот почему в этот раз Аинз показал себя беззащитным. Он ждал, пока враг сделает свой ход. Не давать Коциту предмет Мирового класса было частью этого плана — наживка, чтобы выманить врага. Неизвестный враг страшен, но против известного можно предпринять соответствующие контрмеры.

—Насчёт этого... могу я выразить своё скромное мнение?

— Что такое, Альбедо?

— Как вы и объяснили, владыка, мы пытаемся выкурить врага. Но может быть, он не хочет к нам подходить, потому что, как и мы, действует скрытно?

Ах...

— С этим... нет проблем, я уже учёл такую возможность, Альбедо.

Не учёл. Аинз предположил, что враг думает так же, как и он — пытается собрать о нём информацию.

Как же я ошибся... неужели я действовал неправильно с самого начала?

— Простите, также...

Альбедо-сан, пожалуйста, остановись, — в мыслях прокричал Аинз. Он почувствовал себя соискателем, который после теста просмотрел оценочные вопросы и осознал, что все его ответы оказались неверны.

— Вы распространили информацию, что Шалти была побеждена предметами...

— Да, я это доложил гильдии, чтобы люди не страшились силы Момона. Кристаллы магической печати, кажется, здесь довольно редки, и ради эксперимента разрушить такой мало кто осмелится. Высвобождение его силы и использование против Шалти звучит более убедительно, да и люди будут менее настороженно относиться к Момону.

— Вы абсолютно правы. Против людей, что считают такие кристаллы редкими, это неплохой метод...

Из-за окольного пути, которым она выразилась, Аинзу стало неуютно.

— Но если противники обладают множеством таких предметов, как и вы, владыка Аинз, не будет ли положение иным?

— Хм? А, вот что имеешь в виду, — с пониманием ответил Аинз, хотя на самом деле не понял вообще ничего.

Ну и что, если враг владеет несколькими такими кристаллами? Запечатанная магия ценна в этом мире, это факт. Альбедо волнуется о том, что кристалл сломался во время экспериментов?

Не похоже.

У Аинза появилось зловещее чувство. Ему хотелось, чтобы Альбедо всё объяснила. И он начал ненавидеть себя за то, что ранее повёл себя дерзко.

Правда ли мне подходит роль правителя? Способен ли я выбирать политику Назарика? Я направил корабль на скалы, не зная этого?

Аинзу захотелось убежать.

Он не мог вынести ношу правителя — ношу, что перед лицом провала становилась всё тяжелее. Аинз продолжал в мыслях жаловаться.

Но убежать он не мог. Поскольку он взял имя Аинз Оал Гоун, то не мог бросить созданий его товарищей, НИП, и сокровища Великого Склепа Назарика. А более важно, он не хотел становиться родителем, бросившим своих детей.

Меня также волнует, предадите ли вы меня или покинете. Тем не менее я постараюсь вести себя как часть Аинз Оал Гоун, оправдаю ваши ожидания и буду достоин вашего доверия.

Аинз придал лицу расслабленное выражение, которое ранее попрактиковал перед зеркалом, и с уверенность властелина сказал:

— С этим тоже нет проблем, я понимаю, почему ты волнуешься, — затем осмотрелся. — Альбедо... поделись своими тревогами с остальными Стражами.

— Ах, да! Если враг обладает множеством кристаллов, как и вы, кто знает о них правду... он сможет определить, что эта информация фальшива. Он будет уверен, что Шалти была побеждена не кристаллом. И хотя владельцы предмета Мирового класса не узнают, дралась ли она в полную силу, они предположат, что Момон так же силён, как она. И заключат, что загадочный воин, что внезапно появился в Э-Рантэл, опасен, так ведь? И могут даже заподозрить, что Шалти с ним как-то связана...

— Альбедо и Стражи... как вы думаете, каким будет следующий шаг врага?

— Извините. Думаю, если противники хотят противостоять владыке Аинзу, то начнут распространять слухи, что Момон работает вместе с вампиром, даже если не будет доказательств. Они не захотят, чтобы он ещё больше прославился.

Угх, — простонал в душе Аинз.

Отчасти он пошёл в Э-Рантэл, чтобы собрать информацию, но в основном — чтобы прославлять Момона... и в глубине души — чтобы убежать. Изначально он хотел подождать становления великого героя, после чего раскрыть настоящую личность Момона, превращая всю его славу в славу Аинза Оала Гоуна и распространяя это имя по всему миру.

Аинз также хотел показать, что его гильдия убийц игроков в этом мире стала не такой, как прежде, потому под именем Момон он совершал добрые дела. Но с этими планами, наверное, уже покончено.

— Хм? Демиург, а не лучше ли распространять такие слухи уже после того, как Момон станет знаменитым?

— Аура, это было бы плохим ходом. Если владыка Аинз соберёт достаточно славы, массы просто посчитают такие новости злонамеренными слухами. Противники должны отрезать корни до того, как слава вырастет.

— Ты очень наблюдателен, Демиург, — кивнул Аинз склонившему голову Стражу, будто у него была та же самая идея. — Спрошу кое-что ещё. Если это так, почему враги до сих пор не начали распространять слухи?

Демиург поднял палец:

— Первая причина: они всё ещё изучают господина Момона. Если он победил Шалти в прямом столкновении, они не желают вызывать на себя его гнев. И, возможно, хотят перетащить его в свой лагерь. Вторая причина... — он поднял второй палец, — а что, если они столкнулись с Шалти совершенно случайно? Возможно, они просто проходили мимо по своим делам.

— Это невозможно, Демиург, вероятность этого очень низка... — сказал Аинз и осознал, что такой сценарий вполне возможен.

Он был полностью уверен, что целью нападения была именно Шалти... или же член Назарика. Но на неё напали вскоре после телепортации. В таком случае они до жути точны.

Его ослепил страх перед невидимым врагом?

Аинз сузил глаза, точнее красное сияние в глазницах.

В конце концов, проблема в неполноте информации и нехваткке кадров. Нужно больше сил. Другими словами, самая большая трудность — это очень маленькая разведывательная сеть. Информацию собирало слишком мало агентов, даже если одним из них был Себастьян. Поначалу Аинз думал, что достаточно собрать базовую информацию о мире, но в нынешних обстоятельствах этого недостаточно. Информация, собранная искателем приключений или дворецким купца, имеет меньшую значимость и качество, чем информация от высокопоставленного чиновника.

Аинз не смог вспомнить никого, кто был способен анализировать собранные данные под различными углами и отбирать важные.

— В общем, главная проблема в недостатке информации. Нам нужно опасаться врага, которого мы не видим, из-за чего нам трудно сделать свой ход.

Выслушав жалобу Аинза, Демиург улыбнулся, будто у него появилась идея:

— В таком случае почему бы не присоединиться к силам какой-нибудь страны?

После непродолжительного молчания Альбедо кивнула: «Ох, точно!». Секундой позже Аинз ответил:

— Ах, вот что ты имеешь в виду, Демиург.

Но три других Стража всё ещё недоумевали. Аура честно призналась:

— Владыка Аинз, а что это значит?

Аинз почувствовал облегчение от того, что обладает ничего не выражающим лицом.

— Хм... Мар, Шалти, а вы поняли, что имеет в виду Демиург?

Они двое покачали головой.

— Ясно, что ж, ничего не поделаешь. Демиург, объясни, пожалуйста.

— Хорошо, как пожелаете. Вы все ведь знаете, что владыка беспокоится об этом неизвестном враге? Думаю, если враг окажется силён, и мы начнём враждовать в открытую, на переговорах нам потребуется весомое преимущество.

Сэнсэй, я не понимаю — выражали лица троих школьников и одного взрослого. Учитель Демиург, видно, осознал, что объяснил слишком размыто, и продолжил, учтя стандарты школьников:

— Что вы сделаете, если владыка Аинз попадёт под контроль предмета Мирового класса?

— Порежу врага на куски.

— Нет... я не это имею в виду, Аура. Согласись, взятие под контроль — это весомое преимущество. Люди, что могут контролировать врага таким предметом, в самом деле существуют, так что вероятность попадания владыки под контроль не нулевая, — добавила заместитель учителя Альбедо. — Он хочет сказать, что если мы сделаем вид, что встали под флаг страны, то Назарик сможет использовать это ради оправдания любых будущих действий. Мы можем заявить, что действовали по приказу страны, и у нас не было выбора. Если могущественный враг в самом деле существует, мы сможем переложить ответственность на эту страну, верно? Если враг не пожелает прямого столкновения, то сделает всё возможное, чтобы пойти нам навстречу.

— Ясно... Если появятся люди, которые ими недовольны, мы сможем переманить их на нашу сторону... Великолепная мысль. Как и ожидалось от владыки Аинза.

Словно босс злодейской организации гладит кошку на ногах, так и Аинз погладил Шалти по голове, говоря:

— План придумал не я, а Демиург. Это он заслужил вашу похвалу.

— Нет, вы мне льстите. Похоже, владыка Аинз, вы пришли к такому выводу раньше меня.

— Ах, ну да. Прости, что выхватываю твои достижения. А кроме того, так будет намного проще собирать информацию.

Страна уже должна иметь разведывательную сеть. Аинз добьется значительного прогресса, если пошлёт туда кого-то из Назарика. Демиург улыбнулся, услышав, что его совет оказался полезен Аинзу, и то, как Аинз поддерживает двух замечательных Стражей.

— Как ты и сказал.

Аинз знал, Демиург подразумевает, что владыке было известно об этом с самого начала.

— Ах, как и ожидалось от владыки Аинза, вы всё так тщательно продумали... Хм... так значит, низших существ, людей, можно использовать и таким образом, — заключила Альбедо, после чего все остальные Стражи — исключая Шалти, стул — посмотрели на владыку с восхищением.

Аинзу стало неловко, но увидев, как они двое с ним согласились, он почувствовал облегчение от того, что правильно их понял.

— Что ж... тогда давайте выберем страну.

— Ближайшие к нам — это Королевство, Империя и Теократия.

— Хм, а как насчёт тех, что подальше? Например, Республики и Священного Королевства?

— Я бы советовал не выбирать далёкие страны, и я не хочу связываться с Теократией до тех пор, пока не получу о ней достаточно информации. Остаётся Королевство и Империя... А судя по собранной Себастьяном информации, Королевство для меня не очень привлекательно, но... мы исследуем это чуть дольше. — Протянув руку к зеркалу, Аинз сказал: — Кстати, мы дали людоящерам немного времени, давайте посмотрим, происходит ли там что-то неожиданное.

В Зеркале удалённого просмотра появился вид с высоты птичьего полёта на деревню людоящеров, там беспорядочно двигались маленькие точки.

Аинз провёл рукой и изменил картинку.

Сначала он, конечно, её увеличил.

Появились людоящеры, что в поте лица готовятся к войне.

— Тщетные старания, — прошептал Демиург.

Посмотрим, где же они. Трудно отличить ящеров друг от друга.

Нахмурившись, Аинз попытался найти шестерых людоящеров, которых видел в записи.

Хм... нашёл того в доспехе. А этот кидался камнями, да? С большим мечом — здесь. Разница слишком маленькая. Легче найти тех, у кого запоминающийся цвет или экипировка... о, а вот и один с большой рукой.

Аинз продолжил переключать картинку в зеркале.

— Не вижу белого ящера и того с магическим мечом.

— Эм... того по имени Зарюсу?

— Точно, вот как его зовут, — после подсказки Ауры Аинз вспомнил людоящера, что выходил на переговоры.

— Может быть, он в какой-то хижине?

— Наверное.

Но Зеркало удалённого просмотра не могло заглядывать в дома. В обычных случаях.

— Демиург, передай бесконечный ранец.

— Как прикажете, — Демиург поклонился, подошёл к столу в углу комнаты и поднял бесконечный ранец. Затем вежливо передал его владыке. Аинз достал оттуда свиток и активировал его.

Появился невидимый эфирный сенсорный орган. Эта магия не могла проникнуть сквозь магические барьеры, но её было достаточно, чтобы пройти сквозь обычную стену вне зависимости от её толщины. Если с её помощью не удастся проникнуть внутрь, то значит могущественный враг, которого они опасались, уже там.

Связав сенсорный орган, похожий на парящее в воздухе глазное яблоко, с зеркалом удалённого просмотра, чтобы могли увидеть и Стражи, Аинз сказал:

— Давайте заглянем в дом.

Аинз выбрал ближайшую старую хижину и переместил туда сенсорный орган. Даже если внутри было темно, орган мог показывать картинку как днём.

В комнате белая ящерица лежала с поднятым хвостом, чёрный ящер ездил на ней сверху.

Обескураживающая картинка.

Поначалу Аинз не понял, что происходит. В следующее мгновение — не понял, почему они это делают в такое время.

Затем он молча вывел сенсорный орган наружу.

— ...

Аинз приложил ладонь к лицу. Стражи, не зная, что сказать, переглянулись между собой.

Демиург: — Что за неприятная куча. Коцит скоро нападёт, а они всё равно имеют наглость делать это?!

Аура: — Точно, точно!

Мар: — Ах, эм, ну...

Шалти: — Демиург прав. Давайте преподадим им урок.

Альбедо: — Завидую...

Аинз поднял руку, чтобы прекратить болтовню Стражей:

— Забудьте... всё равно скоро они умрут. Я видел в фильме, что отчаянные обстоятельства обостряют инстинкт размножения, — кивнул Аинз, убеждая самого себя.

Демиург: — Вы правы!

Аура: — Если это так, то можно за это их и простить.

Шалти: — Да, да!

Мар: — Эм, ах, это...

Альбедо: — Я тоже, с владыкой Аинзом...

Аинз: — ...Тихо всем.

После того как все Стражи замолчали, Аинз вздохнул.

— Кажется... я потерял всю мотивацию, но не важно. В деревне не должно быть никого, кого следует опасаться. Но нельзя снижать бдительности, кто-то может уже направляться в нашу сторону. Аура... — Аинз вдруг замер, уставившись на двух детей.

О нет! Я облажался! Они не достаточно взрослые для речей о сексе... Им ещё слишком рано об этом говорить!

Теперь Аинз понял, что чувствует отец, когда при просмотре телевизора всей семьей вдруг появляется сцена интенсивного секса.

Что родители должны отвечать, когда дети спрашивают, откуда берутся дети? Дерьмо! Я позволил детям Букубуку Чагамы увидеть такую сцену, но... всё должно быть нормально. Альбедо игнорируем, а Демиург... наверное, может объяснить всё с медицинской точки зрения. Это будет запасным планом. Шалти... кажется, всё понимает. Ну да ладно, я запомню, что в будущем эту проблему нужно решить.

Запрятав этот вопрос подальше в голову, Аинз кашлянул и сказал:

— Если сеть безопасности что-то найдёт, все Стражи направятся туда со мной.

В случае если игрок из Иггдрасиля существует, Аинз не собирался придерживаться соглашения с людоящерами. Если другая сторона откажется присоединяться к Назарику, они уничтожат людоящеров, чтобы избежать утечки информации. В этом случае Аинз уничтожит деревню, даже если придётся поднять силы всех восьми этажей.

Тогда он не выполнит обещание Коциту, но Аинз стряхнул с себя чувство вины. Если это ради высшей цели, невинная ложь поможет сгладить углы.

— Что ж, теперь нам остаётся дождаться начала шоу... и полюбоваться боевой мощью Коцита.

Часть 2

Четыре часа пролетели в мгновение ока.

Воины людоящеров уже собрались перед воротами в деревню, — на болотах лёд до сих пор таял, — после той напряжённой битвы их осталось не так уж и много.

Всего триста шестнадцать.

Не входившие в воинский класс ящеры в битве принимать участия не будут, Сасурью сказал: «Враг всего один, если нападём всем скопом, то лишь будем мешаться друг другу».

На первый взгляд, довод казался разумным, но он не выдерживал критики.

Зарюсу стоял неподалёку, наблюдая за сбором воинов.

Все нанесли на себя боевую раскраску, символизирующую духов предков, и решительно смотрели вперёд. Кажется, они думали, что не проиграют. Остальные ящеры их подбадривали. Но с явным беспокойством на лице. Зарюсу всеми силами старался не показывать тревогу и перед ящерами держаться невозмутимо, не говорить им правду о том, что битва будет жертвоприношением Властелину Смерти. Враг собирается показать всю свою мощь и сокрушить волю ящеров к сопротивлению. У них не было шанса выиграть с самого начала. Сасурью, уменьшив количество сражавшихся, на самом деле хотел свести жертвы к минимуму.

Путешественник отвёл глаза от людоящеров и пристально посмотрел на вражескую территорию.

Армия скелетов стояла на том же самом месте, не сдвинувшись ни на миллиметр. Монстра с именем Коцит среди них видно не было. Тот, кому доверяет Властелин Смерти, не может быть скелетом, какой-то низкоуровневой нежитью. Он должен быть существом с такой сильной волей, что даже от одного взгляда на него она почувствуется на кончике хвоста.

Продолжая беспокоиться, ящер услышал позади тяжёлые шаги.

— Эй, Зарюсу, — беззаботно, как и всегда, поприветствовал его Зенбэру; даже на пути к смерти он остался самим собой, — наш боевой дух, похоже, на высоте.

— Да, будет прекрасно, если он таким и останется перед лицом могущественного врага, Коцита.

— Ага. О? Уже время?

Все посмотрели на Сасурью, который появился у главных врат в сопровождении двух болотных фей.

Круш отсутствовала, потому что потратила все силы на вызов фей. Наложив несколько длительных защитных заклинаний и призвав болотных фей, друид настолько устала, что даже двигаться не могла. Когда Зарюсу выходил из комнаты, она сказала ему, что вскоре потеряет сознание из-за чрезмерного расхода магической силы, и они видятся в последний раз.

Зарюсу, рядом с которым не было его подруги, одиноко посмотрел в сторону хижины, где спала Круш. У него сердце разрывалось, когда он вспоминал, с каким лицом она прощалась.

— Воины, вперёд! — прокричал Сасурью, поднимая боевой дух людоящеров ещё выше.

Нужно собраться с мыслями. Сосредоточившись, Зарюсу начал мыслить как воин.

Под предводительством Сасурью и двух болотных фей людоящеры медленно пошли вперёд. Они отходили от деревни, чтобы избежать сопутствующего урона. Зарюсу и Зенбэру замыкали строй.

Вдруг Зарюсу посмотрел назад на деревню: покрытые трещинами грязевые стены, встревоженная группа прощающихся ящеров и...

Путешественник вздохнул, стряхивая все тревоги, и сделал большой шаг вперёд. Он не произнёс имя девушки-ящера, возникшее на устах.

Людоящеры перешли болото и встали между вражеской армией скелетов и деревней. Какого-то особого строя они не приняли, просто сбились в кучу в ожидании предстоящей битвы. Единственным порядком было то, что вожди племён, Зарюсу и две феи стали впереди.

Вражеская армия, видно, ждала прихода Зарюсу и остальных. Скелеты ударили в щиты и двинулись вперёд. Если бы они ошиблись хоть на мгновение, это звучало бы просто как беспорядочный шум марширующего войска, но они двигались слажено и издавали единый звук. В другое время такое действо удостоилось бы аплодисментов и похвалы.

Пока внимание людоящеров привлекал звук, в лесу позади скелетов упали несколько деревьев.

Такие толстые и большие деревья могли свалиться лишь по одной причине — кто-то их срубил.

Людоящеры засуетились.

Они не видели, кто это сделал; вполне возможно, что несколько существ. Однако деревья падали подозрительно одновременно. Несколько существ вполне могло скооперироваться, чтобы добиться такого результата, ведь те же скелеты двигались синхронно, но ни один людоящер не думал, что это так.

В душе появилось странное предчувствие: это работа одного существа. Ведь никто не слышал, как рубают деревья. А значит, хоть это и невероятно, но их срубил кто-то очень сильный, причём одним ударом.

Какая нужна сила и оружие, чтобы перерубить толстое дерево с одного раза?

Землю всё сильнее сотрясали падавшие деревья, а удары щитов становились всё ближе.

Тревога всё нарастала. Вполне ожидаемо — в таких обстоятельствах никто не сможет сохранить спокойствие. Задрожали даже готовый умереть Зенбэру и Зарюсу с Сасурью, хоть и хорошо это скрыли.

Через несколько мгновений показался и тот, кто расчищал путь через лес. В то же время щиты прекратили стучать.

В пугающей тишине перед ними появилась гладкая, светло-голубая глыба. Если бы не густые облака, наверняка она сияла бы очень ярко.

Большой, ростом два с половиной метра, выглядит как стоящее на двух ногах насекомое — что-то похожее на муравья или богомола, гибрид, пришедший из извращённой фантазии дьявола. Вокруг внешнего скелета витает морозная дымка, сверкая, словно алмазная пыль. Шипастый хвост в два раза длиннее его роста, а сильные челюсти могут перекусить даже человеческую руку. Четыре когтистых руки, каждая в сияющией перчатке. На шее висит круглое золотое ожерелье, а на ногах серебряные поножи.

Появилось могущественное создание, по силе равное Властелину Смерти.

Так это и есть Коцит?

У Зарюсу участилось сердцебиение, а дыхание стало неровным.

Никто из людоящеров не заговорил. Они глядели на монстра, не в состоянии отвести взгляд. Слишком напуганые, чтобы смотреть в сторону. Группа неосознанно попятилась. Людоящеры, пришедшие с распаленным боевым духом, или Зарюсу с остальными, кто пришёл с решимостью умереть. Их всех ошеломила эта господствующая сила.

Я знал, что Властелин Смерти сдерживался, но чтобы существо, которое собирается драться, было таким ужасающим?

Даже с подавляющей страх магией позыв убежать всё равно возник в душе Зарюсу. Чудо, что остальные ящеры, не защищённые таким заклинанием, не сбежали.

Коцит медленно приближался.

Он вошёл в болота, гордо прошествовал мимо скелетов...

И остановился на небольшом холмике примерно в тридцати метрах перед людоящерами. Затем задвигал своей головой насекомого на длинной шее — видно, кого-то искал.

Зарюсу почувствовал, как на мгновение взгляд Коцита остановился на нём.

— Хорошо, владыка Аинз смотрит, покажите свою силу. Но перед этим «Ледяной столб».

С активацией заклинания между людоящерами и Коцитом, где-то в двадцати метрах от них, возникло два ледяных столба.

— Может быть, это грубо по отношению к воинам, что пришли с решимостью умереть, но знайте: смерть ждёт лишь тех, кто перейдёт линию между этими столбами, — Коцит скрестил две руки, чем, видно, показывал, что оставляет решение людоящерам.

— Эй, эй, а он, оказывается, хороший парень, — высказал своё мнение Зенбэру.

Зарюсу кивнул в знак согласия. Затем сделал шаг вперёд. За ним последовали Зенбэру, Сасурью и двое других вождей.

Сасурью обернулся и сказал двинувшимся было за ними ящерам:

— Вы все стойте здесь... нет, возвращайтесь в деревню. Иначе... умрёте из-за нас.

— Что?! Мы тоже хотим сражаться! Нам страшно... но мы всё равно хотим драться!

— В отступлении нет никакой трусости. Наоборот, больше мужества требуется, чтобы продолжать жить.

— Но...

— Все ящеры не могут вернуться, такие вот дела. Как лидеры племени, мы ведь не можем позволить, чтобы нас завоевали без боя?

— Но вождь, мы тоже хотим драться.

— Назад, юнцы! Катитесь отсюда, а остальное оставьте нам, старожилам!

Вышедшие вперёд ящеры были не молоды, но и не достаточно стары, чтобы называться стариками. Их насчитывалось пятьдесят семь, остальные воины ничего не сказали, когда увидели их лица. Покажи они решимость или смирение, остальные настояли бы на том, чтобы пойти с ними. Но на них была мольба, они просили младших жить.

Потерявшие дар речи воины неохотно пошли назад.

Сасурью снова повернулся к Коциту.

— Прошу прощения, что заставили ждать, Коцит.

Тот вытянул одну из рук и согнул тонкий палец, подзывая их поближе. Увидев насмешку врага, Сасурью как можно громче закричал:

— Вперёд!

— Ар-р-р-р-р! — взревели от всей души людоящеры, отгоняя страх, и бросились на Коцита.

Тот холодно на них посмотрел:

— Простите, что делаю это с вами, воины, но позвольте сократить вашу численность.

Коцит не проиграл бы, даже если бы на него накинулись все ящеры, но ему всё равно нужно было уничтожить противников. Коцит лично хотел бы показать своё уважение воина и драться на расстоянии, где враг может его ударить. Но он сильно задолжал мастеру, потому было бы грубо показать Аинзу позорный бой между Стражем Назарика и буйной толпой.

Коцит высвободил свой запечатанный дух.

Способность класса «Рыцарь Нифльхейма» — «Ледяная аура». Она наносит урон неимоверным холодом и немного замедляет врагов. Полная сила могла даже затронуть наблюдавших в стороне ящеров. Коцит этого не хотел.

Нужно подавить свою силу.

Ограничение дальности, снижение урона.

— Где-то настолько...

Чрезвычайный холод покрыл всё в радиусе двадцати пяти метров от Коцита. Из-за резкого падения температуры воздух словно взвыл.

— Ага... этого хватит, — Коцит запечатал свой дух.

Всё случилось в мгновение ока, невероятный холод уже исчез, будто иллюзия. Но это точно был не сон и не иллюзия. Тела пятидесяти семи людоящеров служили лучшим тому доказательством. По-прежнему могли двигаться лишь пятеро — сильнейшие воины. Их не испугала смерть товарищей или сила Коцита. Они нападали как одно целое.

По воздуху полетел камень. Людоящер в полных доспехах бежал впереди, двое следовали за ним, а уже за ними медленно двигались потрескавшиеся от мороза болотные феи. Тот, что бежал в центре, продолжал произносить заклинания.

Первый удар — камень, нацеленный Коциту в горло. Однако атака оказалась бесполезной.

— У всех Стражей есть экипировка, что защищает от метательного оружия.

Камень отскочил от невидимого барьера.

После этого атаковал бегущий впереди ящер, одетый в одно из четырёх сокровищ, что передавали из поколения в поколение, Кость Белого Дракона. Самые крепкие доспехи людоящеров, выдержавшие удар от тоже одного из четырёх сокровищ, Морозной Боли.

Коцит извлёк меч из воздуха, словно тот всегда там был.

Меч одати длиной сто восемьдесят сантиметров, также известный как Императорский меч убийцы богов. Острейший из двадцати одного оружия, которыми обладал Коцит.

Затем он рубанул людоящера.

Клинок, разрезая воздух, тихо завыл. В иное время воину, наверное, захотелось бы послушать такой чистый звук. Когда вой закончился, тело вождя племени разделилось на две половины и упало в болото по сторонам от Коцита. Доспехи его не спасли. На Императорском мече убийцы богов даже царапинки не появилось, когда он разрезал прочнейшую броню людоящеров.

Но ужасающая смерть товарища не остановила бегущих за ним ящеров, они атаковали с обеих сторон.

— Шуа!

Справа Зенбэру ударил ребром ладони, усиленным «Железным природным оружием» и «Железной кожей». Он собирался в полную силу ударить Коцита в лицо.

— Ар-р-р!

Слева Зарюсу нацелился Морозной Болью врагу в живот.

Логично, что длинное оружие вблизи использовать труднее, этим они двое и воспользовались.

Но, конечно же, такое прокатило бы только с обычным противником.

Коцит чуть повернулся и клинком защитился от руки Зенбэру. Движения были плавными и элегантными, словно меч был частью его тела. Со способностью «Железная кожа» рука Зенбэру стала крепка как сталь. Однако то столкновение с доспехами показало, насколько остр Императорский меч убийцы богов.

Клинок гладко прошёл через плоть и кость, словно рассекая водную гладь.

— Угх!

Из обрубка правой руки Зенбэру брызнула кровь, а Коцит уже успел рукой, которой не держал меч, перехватить нацеленную в живот Морозную Боль.

— Ясно. Это хороший меч...

— Тц!

Зарюсу выпустил из рук Морозную Боль, которую не мог сдвинуть с места, и ногой ударил Коцита в коленную чашечку. Тот даже не уклонился. Но от сильной боли пострадал Зарюсу, он словно со всей силы ударил железную стену.

— «Высшая магия: Множественное лечение лёгких ран»!

Влив много магической силы, можно использовать магию более высокого ранга, что обычно недоступна. Сасурью наложил массовое лечащее заклинание, улучшенное магией усиления.

— Хм... — видно, Коцита это заинтриговало, он перевёл взгляд на Сасурью, использовавшего неизвестный ему атрибут заклинания, но вид на ящера закрыли две болотные феи. Они встали перед Зенбэру, чья рука регенерировала благодаря магии, и атаковали Коцита своими щупальцами. Но даже не успели по нему попасть — Коцит нетерпеливо их перерубил.

Когда феи превратились в пыль, Зарюсу ударил кулаком в солнечное сплетение Коцита, затем в живот и грудь. И, конечно же, пострадал от этого сам Зарюсу. Кожа на руке разорвалась до крови.

— Раздражаешь, — Коцит взмахнул шипастым хвостом, целясь путешественнику в грудь.

— Агх!

Прозвучал резкий звук и Зарюсу подлетел высоко вверх, словно мяч, ударенный битой, затем свалился кубарем в болото. Наконец остановившись, он закашлялся кровью, от боли в груди стало тяжело дышать.

Сломанные кости, вероятно, пробили лёгкие, он не смог бы вдохнуть, даже если бы захотел. Появилось такое чувство, словно он попал под воду. Из-за тёплой жидкости, вытекающей изо рта, хотелось вырвать. Посмотрев себе на грудь, Зарюсу увидел, как из ран, сделанных острыми шипами, вытекает кровь.

Всего лишь от одного удара ящер оказался в таком жалком состоянии. Он изо всех сил попытался вдохнуть, впившись полным решимости взглядом в Коцита, который двинулся в его сторону, чтобы добить.

— Раз у тебя всё ещё есть воля к сражению, я верну тебе это, — Коцит бросил к ногам Зарюсу Морозную Боль и, игнорируя его, повернулся к оставшимся людоящерам.

Сасурью наложил лечащую магию на Зенбэру, который уже отрастил руку, но потерял много жизненных сил.

Как раз перед тем как Коцит до них добрался, по нему попал другой камень, чтобы отвлечь внимание. Но тщетно — он отскочил от Стража.

— Раздражаешь, — пробормотал Коцит и протянул руку в сторону вождя Маленького Зуба. — «Пронзающая сосулька».

Десятки ледяных кристаллов толщиной с человеческую руку посыпались в атаке по площади. Попавшего под удар людоящера пронзило в мгновение. Один попал в грудь, два в живот, один в правое бедро, все с лёгкостью прошили его насквозь. Вождь Маленького Зуба, лучший разведчик среди ящеров, замертво упал в болото, словно марионетка, которой отрезали нити.

— Ар-р-р-р!

— «Высшая магия: Множественное лечение лёгких ран»!

Как только Сасурью снова наложил лечащую магию, Зенбэру кинулся вперёд, выигрывая время, чтобы восстановился Зарюсу. Он знал, что поступает безрассудно, и понимал, насколько незначителен перед могуществом Коцита. Но не колебался.

Как только Зенбэру попал в пределы досягаемости, Коцит непринуждённо взмахнул Императорским мечом убийцы богов.

Взмах оказался быстрее, чем динамическое зрение ящера, и вышел за пределы его способностей. Меч с лёгкостью разрезал тело вождя. Хлынула кровь и обезглавленный Зенбэру упал в болото. Мгновением позже упала его голова.

— Что ж... осталось двое... Я слышал о вашей силе от владыки Аинза. Вы и вправду продержались до самого конца, — Коцит, что от начала битвы не сдвинулся с места даже на шаг, посмотрел на оставшийся дуэт и взмахнул мечом. Клинок будто покрылся белым туманом, и кровь исчезла с него без следа. Казалось, что красивее этого взмаха ничего нет.

Зарюсу, что восстановился достаточно, чтобы стоять, и Сасурью, что достал из-за спины большой меч, находились с двух сторон от Коцита. Зарюсу взял немного крови, которая текла из ран, и измазал лицо. Словно наносил боевую раскраску, которую использовали для призыва предков.

— Младший брат, как твои раны?

— Не очень, сильно ноют. Хотя ещё несколько раз я смогу взмахнуть мечом.

— Хорошо... сделаем это? На самом деле я почти истощил магию и могу упасть в любую секунду, если не буду осторожен, — Сасурью заскрежетал зубами. Вероятно, смеялся. Услышав его, Зарюсу изменился в лице:

— Ты тоже слишком себя напрягаешь, старший брат.

Путешественник улыбнулся, чуть выдохнул и расслабил плечи. Рука, которой он держал меч, опустилась.

В груди сильно болело, но Зарюсу попытался не замечать этого.

Не сдаваться до последнего. Зарюсу не бросит меч.

Он с самого начала знал, что шанса на победу нет.

Поражение неотвратимо, но он не мог просто сдаться.

Ведь тогда бесчисленные жертвы людоящеров будут напрасны, а его слова, что они выйдут победителями, станут ложью. А поскольку многие ящеры поверили в его ложь, он не мог принять поражение.

Я буду выкладываться на полную до самого последнего мгновения.

— Я всё ещё могу держать меч! — рёв Зарюсу разошёлся громким эхом.

Послышалось, как защёлкали жвалы Коцита:

— Замечательный рёв...

Наверное, Страж смеялся. Но не так, как сильный смотрит свысока на слабого, а как воин признаёт равного.

— Хорошо, младший брат. Будем драться до самого конца, — Сасурью тоже рассмеялся. — Отлично... Мои извинения, господин Коцит, что заставили ждать.

В ответ тот лишь пожал плечами:

— Не волнуйтесь. Прерывать прощание двух братьев было бы очень грубо. Готовьтесь к смерти... ах, похоже, вы уже готовы? — Когда Зарюсу и Сасурью сделали шаг вперёд, Коцит взмахнул мечом и произнёс: — Назовите свои имена.

— Сасурью Шаша.

— Зарюсу Шаша.

— Я запомню их... запомню двоих воинов. И также я хочу извиниться, обычно я сражаюсь с оружием в каждой руке... но я не принижаю вас, просто вы для меня не достаточно сильны.

— Какая жалость.

— Совершенно верно... Вперёд!

Они двое ринулись на Коцита, разбрызгивая во все стороны воду.

Небольшая разница в скорости их бега немного озадачила Стража. Они войдут в радиус поражения не одновременно, Сасурью был быстрее. Подозревая, что враг что-то задумал, Коцит с нетерпением ждал их атаки. Пристально глядя на Сасурью, который окажется в радиусе удара первым, он размышлял над тем, что же ящер будет делать.

Сасурью остановился как раз за пределами досягаемости меча Коцита, и...

— «Земляные путы»!

Он высвободил заклинание.

На Стража полетели бесчисленные цепи, созданные из грязи, и Зарюсу воспользовался этой возможностью для атаки. Чтобы врагу было труднее определить, с какого расстояния он до него достанет, ящер спрятал Морозную Боль за спиной.

Сасурью объявил, что истратил всю магическую силу, чтобы обмануть Коцита. Если тот на это поведётся, то, может быть, попадёт в магические цепи и получит удар от Зарюсу, что приближался сзади.

Каким бы крепким внешний скелет Коцита ни был, Зарюсу должен суметь через него пробиться, если вложит всё в колющий удар. А поскольку путешественник отказался от защиты в пользу атаки, удар определённо окажется сильным.

Похоже, он был уверен в своём мече.

Коциту нравился такой настрой. Ведь тоже питал сильные чувства к своему оружию, в особенности глубокие к клинку, который сейчас использовал, ведь раньше он принадлежал создателю Стража. Вот почему Коцит использовал Императорский меч убийцы богов, несмотря на его меньший урон. Это было проявление величайшего уважения.

Однако ящеры кое-что недооценили. Их противником был Страж пятого этажа Назарика.

— Заклинаниям тех, у кого уровень ниже моего, не сломить мою защиту.

Цепи, даже не дотронувшись до Коцита, отскочили и комками грязи упали назад в болото. Магия низкого ранга не могла пройти через такую защиту.

— «Ледяной взрыв»!

Коцит услышал сзади крик, и всё вокруг покрылось белым туманом.

Тщетные старания.

Страж, имевший полный иммунитет к ледяным атакам, просто насладился нежным ветерком, ожидая приближения Зарюсу и Сасурью.

И долей секунды позже долгожданное мгновение настало. Но Коцит немного заколебался: достаточно ли отрубить им голову, чтобы остановить?

Если Зарюсу отказался от защиты, то обезглавливание может не остановить его атаку. Коцит представил, как нападает безголовое тело. В таком случае сначала нужно лишить его рук, а потом уже головы.

Нет, это недостаточно чистое убийство, я покончу с ним с одного удара.

Безрассудное нападение Зарюсу было для Коцита слишком медленным.

Смутно видимая тень... взмах меча Зарюсу, но Коцит зажал его пальцами, как ранее. Страж не почувствовал никакого холода, наверное, ящер знал, что это против Коцита бесполезно и не активировал способность.

Неожиданно быстрый удар Коцит заблокировал так легко, что засомневался. Но лишь на мгновение, сейчас он махнёт мечом и убьёт противника, нет нужды думать о лишнем.

И тогда останется лишь один.

Значит, это было лишь безрассудство...

Разочарованный, Коцит уже собрался ударить мечом, но изменил своё мнение.

Ясно.

— Ар-р-р-р! — с рёвом через ледяной туман пробился гигантский меч. Сасурью взмахнул настолько сильно, что развеял дымку.

«Ледяной взрыв» Зарюсу и «Земляные путы» были лишь приманкой. Коцит опасался удара Морозной Боли, но угроза от меча Сасурью оказалась выше. Видно, именно этого враг и добивался, но...

— Если хотите напасть исподтишка, делайте это тихо.

Если они не могут скрыть свои шаги, пока бегут в воде, это не настоящий внезапный удар. Коцит озадачился. Всё это стоило того урона, который они получили от «Ледяного взрыва»? Или они просто барахтаются от бессилия?

Но факт в том, что враг уже попал в пределы досягаемости.

И единственное оружие Зарюсу стало бесполезным, а сам он — беспомощным. Изменился лишь порядок, в каком Коцит их убьёт. Придя к такому выводу, Страж поднял меч.

Один удар.

Меч Сасурью раскололся надвое. Тело ящера ещё не успело упасть, а Коцит уже снова поднял клинок, собираясь атаковать Зарюсу...

И в это мгновение пальцы Стража, которыми он держал меч Зарюсу, соскользнули. Глядя на свою руку, Коцит удивился тому, почему клинок, который он зажал, начал скользить вперёд. В морозном тумане он увидел, что пальцы и меч покрыты красной жидкостью. И в следующее мгновение понял, почему пальцы соскользнули.

Кровь?

Верно.

Коцит попытался вспомнить, когда же Зарюсу успел запятнать своей меч кровью, и понял, увидев через туман его лицо. Кровь, которой Зарюсу его вымазал, была не боевой раскраской, а предназначалась для меча. И «Ледяным взрывом» он пытался не навредить Коциту или скрыть Сасурью, а спрятать кровь на мече. И именно поэтому он скрыл меч за спиной.

Когда Коцит остановил удар Зарюсу первый раз, то сжал меч пальцами. Ящер запомнил это и поставил всё на мизерный шанс, что это случится снова, своим умом приводя этот сценарий в действие. Коцита будто током ударило.

Он это замыслил именно тогда! Неудивительно, что атака показалась такой слабой! Попытка сделать так, чтобы меч скользил по крови, сработает не всегда. Вот почему он сделал так, чтобы я решил, будто клинок легко удержать!

Меч медленно шёл вперёд, приближалась к бледно-голубому телу Коцита. Даже он не смог остановить клинок, за которым стояла вся сила и вес Зарюсу, всего лишь двумя мокрыми пальцами. Если бы он схватился чуть дальше, то, наверное, смог бы что-то сделать, но не на таком близком расстоянии.

Коцит был так тронут, что вздрогнул.

Хоть он и оставил всё судьбе, атака полностью оправдала все риски. Самое важное, без Сасурью это было бы невозможно.

Старший брат, наверное, не знал, что задумал младший, но доверился ему полностью и пожертвовал собой. Бессмысленное тайное нападение и рёв был в надежде на мгновение отвлечь его от младшего брата.

Потребовалось и вправду мгновение.

В тот краткий миг, пока Зарюсу всеми силами налегал на Морозную Боль, нижняя челюсть Коцита задвигалась:

— Потрясающе...

И меч просто отскочил от Стража. На блестящем теле даже царапинки не осталось.

Такой была разница в силе между НИП высшего уровня из Назарика и людоящерами.

— Мне жаль это говорить, но я обладаю способностью временно сводить на нет удары от низкоуровневого оружия. Если я её активирую, твои атаки станут бесполезными.

Удар был великолепным. Коциту даже хотелось оставить на теле след в знак уважения к этому достойному воину. Однако как Страж, что сражается перед Высшим существом, он не мог себе этого позволить.

Коцит намеренно шагнул на полшага назад, разбрызгивая грязь, которая запятнала его красивое голубое тело.

Это был лишь маленький шажок.

И даже сделай он большой шаг, это ничего бы не значило и ни на что бы не повлияло. Зарюсу был обречён, а Коцит всё равно одержал бы победу.

Но этим шагом поразительно сильный Коцит показывал, что хвалит слабого ящера.

Зарюсу смирился со своей судьбой и изогнул губы в улыбке, которой может улыбаться лишь тот, кто сделал всё, что мог. Коцит взмахнул Императорским мечом убийцы богов...

Часть 3

— Великолепная битва, — похвалил Аинз преклонившего колено Коцита.

— Благодарю.

— Так-то оно так, но, думаю, ты понимаешь, что сейчас мы показали им кнут, но теперь тебе следует дать им пряник. Не начинай правление страха.

— Хорошо.

Аинз кивнул и посмотрел на остальных Стражей:

— Отлично. Стражи, слушайте внимательно. Я уже сказал в Тронном зале, что деревней людоящеров будет править Коцит. Если ему что-то потребуется, окажите ему помощь. Коцит, надеюсь, ты сможешь вырезать верность Назарику глубоко в сердцах людоящеров... и предоставишь им элитное образование... Я полагаюсь на тебя. Дашь мне знать, если потребуются особые предметы вроде «Пера Небес». А пока я одолжу тебе несколько «Костюмов силы».

В Иггдрасиле имелась возможность поменять расу, но это не значило, что её можно менять по желанию. Требовалось выполнить несколько условий, и изменения были необратимыми.

Одно из условий — особый предмет. Например, необходима «Книга смерти», чтобы стать личем. Чтобы превратиться в беса, необходимо «Падшее семя». А «Перо Небес», которое упомянул Аинз, нужно для превращения в ангела.

Может быть, изменение расы доступно и в этом мире. Вот почему он не удержался и поделился с остальными своими мыслями.

— Когда время придёт, я попрошу вашей помощи, владыка Аинз. Могу я спросить, что вы собираетесь делать с теми людоящерами?

— Какими?

— Двумя по имени Зарюсу и Сасурью.

С двумя, которые дрались до самого конца. Их тела всё ещё должны быть на болотах. Но почему он их упомянул?

— А, ясно. Соберите трупы, я использую тела в качестве материала для создания нежити моей особой способностью.

— Это было бы печально.

— Хм, что ты имеешь в виду? Они настолько ценны?

Когда Аинз наблюдал за битвой через Зеркало удалённого просмотра, то видел абсолютное господство Коцита, там не было больше ничего примечательного.

— Они слабы, но я увидел их воинский дух и бесстрашие перед сильным. Печально использовать их в качестве материала. Думаю, они станут даже сильнее, намного сильнее. Владыка Аинз, вы ведь ещё не проводили эксперименты по воскрешению мёртвых, так почему бы не испробовать это на них?

Ему понравились эти ящеры?

Откровенно говоря, услышав термин «воинский дух», Аинз не знал, что и думать. В книгах и манге он натыкался на термин «намерение убийства», и когда он предупреждал об этом Нарберал, та ответила, что ей всё ясно, потому Аинз особо об этом не задумывался. Точно так же он не мог понять, что такое «резонанс» между воинами.

Потому что хоть он сейчас и выглядел как лич, изначально был простым служащим. Было бы опасно, если бы обычный гражданин Японии понимал, что такое воинский дух. Будь это духом замечательного служащего, он, может быть, и понял бы немного.

— Ясно... это и вправду расточительно.

Но на самом деле Аинз недоумённо считал: Даже если ты говоришь, что это печально, я не понимаю.

Но если спокойно подумать, Коцит говорил дело.

Аинз уже давно хотел провести эксперименты с воскрешением, а использовать людоящеров в качестве подопытных будет довольно выгодно. И по сравнению с ерундой, которую Коцит говорил в Тронном зале, сейчас он сделал чёткое и краткое предложение. Если это — признак улучшения, то Коцит с задачей справился.

Подумав над этим немного, Аинз осознал, что у него замечательные подчинённые. И понял, что сейчас они стоят молча вокруг него, как подобает слугам.

— Альбедо, скажи своё мнение.

— Я думаю так же, как вы, владыка Аинз.

— Демиург?

— Полагаю, владыка наиболее прав.

— Шалти, а ты?..

— Думаю так же, как Демиург, и ожидаю вашего решения, владыка Аинз.

— Аура?..

— Да, я думаю как и все остальные.

— Мар?..

— Эр, эм, да, я тоже.

Сказав так, они словно вообще не ответили, у Аинза заболела голова.

Обдумав всё, Аинз пришёл к выводу: наверное, Стражи не считают это дело большим. А это также значит, что какое бы он решение ни принял, это не окажет на них никакого существенного влияния.

Конечно, мнение стражей может стать проблемой.

Проще говоря, если кто-то заявит, что сто миллионов для него мало, проверить будет трудно. Это — разница в восприятии ценностей.

Какая досада... ну, полагаю, ничего плохого не случится, если я их воскрешу? Хотелось бы, правда, обсудить это со Стражами. В последнее время я совершаю слишком много ошибок. Но ничего не поделаешь.

Не имея иного выбора, Аинз взвесил все плюсы и минусы сам.

— Мы решили править людоящерами, но есть ли у них подходящий представитель? Или группа, что будет их представлять?

— Группы нет, но один представитель есть.

— О? Кто это?

— Белый людоящер, что не принимала участие в битве. Кажется, она обладает силами друида.

— А, эта! Хм, должно сработать...

Если это она, то её можно использовать, — подумал Аинз. Он может сделать из неё шпиона.

Однако осуществить такую идею Коциту, который будет править людоящерами, самому будет трудновато. Так что же делать? Аинзу вдруг пришла на ум идеальная мысль.

Не будет ли быстрее просто спросить? Хотя только что я не получил полезных ответов...

Аинз поделился планами с Коцитом, и тот с ним согласился.

Было трудно понять, сказал ли это Коцит, чтобы задобрить мастера, но Демиург и Альбедо никак не отреагировали. Это расслабило Аинза и убедило, что проблем возникнуть не должно.

— Очень хорошо. Сколько времени тебе потребуется, чтобы привести её сюда?

— Простите за наглость, но я подумал, что владыка Аинз попросит привести её, потому я приказал ей подождать в соседней комнате.

Аинз невольно перевёл взгляд на Демиурга и увидел, как тот покачал головой.

Великолепно, Коцит принял решение сам без каких-либо указаний, и не похоже, что эта идея кого-то другого.

Наверное, именно так себя чувствует начальник, когда видит рост подчинённого, на который и надеялся. Аинз подумал об этом с довольным лицом. Впрочем, от головы у него был лишь череп, так что выражение лица на самом деле не изменилось.

— Нет-нет, ты замечательно потрудился, Коцит. Тратить время понапрасну глупо, ты сделал правильный выбор. Что ж, тогда приведи её сюда.

— Ах, пожалуйста, подождите!

— Что такое, Аура?

— Я думаю, что это место слишком убогое. Хотя мы будем принимать представителя ящеров, что нам покорились, оно не под стать вашему статусу, владыка Аинз. Я считаю, что лучше провести встречу в Тронном зале Назарика.

Все Стражи за исключением Мара медленно кивнули в знак согласия.

— Мои извинения... я упустила этот момент, пожалуйста, простите меня!

— Ах...

Аинз никогда об этом не задумывался. Как бы сейчас отреагировать? Вдруг он кое-что вспомнил.

— Аура.

— Да!

— Я ведь говорил тебе, что место, которое ты построила... место, наполненное твоими чувствами, столь же хорошо, как и Назарик, так ведь? Я и вправду это имел в виду. Коцит, приведи её. Я приму её здесь.

— В-владыка Аинз!

— Аура, уступи.

— Альбедо! — запротестовала Аура с покрасневшим лицом. — Почему ты меня останавливаешь?

Однако Альбедо просто бросила на неё взгляд, а затем посмотрела на двери. Взволнованной Ауре ответил Демиург:

— Всё, что говорит владыка Аинз, — закон. Раз владыка сказал, что это место столь же хорошо, как Назарик...

— ...Это должно быть правдой, — продолжила Шалти.

Я никогда не считал свои слова законом. Правда, в этот единственный раз это сильно помогло, хоть мне и не хочется так думать.

— Аура, скажу снова. Ты одна из самых надёжных подчинённых, одна из Стражей. Это место, в которое ты вложила столько усилий, находится на том же уровне, что и Назарик. Это так даже сейчас, когда строительство ещё продолжается... ты поняла?

— Владыка Аинз... спасибо огромное, — Аура низко поклонилась, остальные Стражи последовали её примеру.

Не нужно быть... такой эмоциональной... это смущает.

— Ну что ж, тогда впусти её, Коцит.

— Да!

Через несколько мгновений Коцит привёл в комнату белого ящера. Девушка стала на колени перед Аинзом и опустила голову к полу.

— Назови своё имя.

— Да, Высший Властелин Смерти... Аинз Оал Гоун. Я — представительница ящеров, Круш Лулу.

Какой невероятный титул. Аинзу стало интересно, кто же его придумал, но он повёл себя как спокойный король и сказал:

— Хм... рад встрече.

— Да. Господин Гоун, пожалуйста, примите клятву верности от нас, ящеров.

— Хм... — Аинз присмотрелся к Круш.

Чешуйки красивые. Ярко сияют под магическим освещением. Интересно, какие они на ощупь? У Аинза возник научный интерес. Когда он посмотрел поближе, то заметил, что у Круш дрожат плечи. Коцит должен был деактивировать свою морозную ауру, так что это, должно быть, они дрожали по какой-то иной причине.

Аинз ненадолго задумался и нашёл очевидный ответ.

Если она опечалит Аинза, то все людоящеры будут убиты. Вот почему она так осторожно выбирала слова. И неестественное молчание Аинза посеяло семя ужаса в Круш, что находилась под таким давлением.

Аинзу не нравилось запугивать слабых. Без нужды он не будет вредить другим, но для пользы Назарика он пойдёт на любую жестокость.

— Людоящеры будут под моей властью. Однако править ими вместо меня будет Коцит. Есть возражения?

— Никаких.

— Это всё. Можешь идти.

— Э? Всё? — удивилась Круш, продолжая кланяться. Словно от неё потребовали нечто неразумное, что может свести её с ума в любое мгновение.

— Пока всё. Круш Лулу. С этого дня твои ящеры вступают в эру процветания. Будущие поколения будут благодарны за то, что вы стали моими подданными.

— Мы не смеем надеяться на это, мы уже благодарны Высшему за дарованное милосердие, хотя мы сопротивлялись изо всех сил.

Аинз медленно поднялся с трона. Он подошёл к Круш, присел и положил руку ей на плечо. Она дрожала.

— У меня есть для тебя особое задание.

— Как верный слуга господина Гоуна, я сделаю всё возможное...

— Не как слуга. Я хочу, чтобы ты кое-что для меня сделала в обмен на воскрешение Зарюсу.

Когда он назвал услышанное от Коцита имя, Круш тут же подняла голову, её лицо исказилось от потрясения.

Ликуя от этого «джек-пота», Аинз продолжил наблюдать за Круш. Наверное, она пыталась это скрыть, но у неё на лице было написано сомнение. Трудно судить о её эмоциях, поскольку выражения её лица сильно отличались от человеческих, но это должно немного помочь.

— Нечто такое...

— Я тот, кто управляет жизнью и смертью. Для меня смерть — это состояние бытия, — ответил Аинз, услышав, как Круш затихла. — Это то же самое, что и отравление или болезнь, но я не могу продлить срок жизни смертных.

Обычными средствами это невозможно, но сверхуровневая магия «Загадать желание», может быть, на это способна... но лучше не говорить об этом вслух.

— Что вы хотите от меня, вашего смиренного раба?.. Моё тело?

Аинз потерял дар речи.

— Нет, это немного...

Рептилия — это слишком. Аинзу захотелось убежать, но он заставил себя играть свою роль. Сбоку кто-то заскрежетал зубами, но он просто его проигнорировал.

— Кхе-кхе! Нет. Я хочу, чтобы ты просто следила за тем, попытаются ли людоящеры восстать.

— Здесь нет таких людоящеров, — с уверенностью ответила Круш.

Аинз рассмеялся:

— Я не настолько глуп. Я не знаком с тем, как думают людоящеры, но у людей предательство — обычное дело. Вот почему мне нужен агент изнутри, который будет за всем следить.

Лицо Круш снова потеряло всякие эмоции, заставив Аинза внутренне запаниковать, что задумка может провалиться. Был запасной план, не включающий воскрешение Зарюсу, но целью всё-таки было связать Круш признательностью. Что ему делать, если она откажется?

Не следовало быть слишком жадным и идти ва-банк... Вот что значит поговорка «слезами горю не поможешь».

— Перед тобой лежит шанс на чудо. Но он не будет тут вечно. Если не схватишь его сразу же, он исчезнет навсегда.

По лицу Круш прошла судорога.

— Я не собираюсь использовать раздражающие ритуалы. В этом мире ведь существуют заклинания воскрешения? Вот его-то я и буду использовать.

— Легендарное... — проглотила слова Круш, после чего Аинз высокомерно, но мягко сказал:

— Круш, что для тебя важнее всего на свете? Подумай над этим.

Когда Аинз увидел у неё в глазах, что она начинает колебаться, ему показалось, словно он завоевал клиента на деловой встрече.

Теперь осталось заставить Круш понять, что чудо не бесплатно. Любой заподозрит неладное в бесплатных услугах, но совсем другое дело, если заплатит за них соответствующую сумму денег.

— Я всего лишь хочу, чтобы ты наблюдала за людоящерами из тени. В зависимости от обстоятельств, тебе придётся принимать трудный выбор. Чтобы предотвратить предательство, я наложу на воскрешённого Зарюсу особую магию. Если я заподозрю тебя в предательстве, то его жизнь сразу же оборвётся. Может быть, тебя это обеспокоит, но воскрешение Зарюсу это не то, что можно получить в справедливой сделке, верно?

На самом деле такой магии не существовало.

Аинз повёл себя так, будто уже закончил, и медленно поднялся. А затем развёл руками, глядя, как Круш борется с собой.

— Ах да, скажи это воскрешённому Зарюсу вместо меня. Я оживил его, потому что он для меня полезен. Обещаю, я не буду упоминать твоего имени. Так что, Круш Лулу? Выбирай. Это последний шанс вернуть назад твоего любимого Зарюсу. Что ты скажешь? Да? Или нет? — Аинз медленно протянул к Круш руку. И в то же время сказал Стражам: — Не делайте ничего, даже если она откажет. Ну так что, готова ответить, Круш Лулу?

Эпилог

Всё тело обволакивало что-то мягкое. Вдруг к Зарюсу потянулась рука, чтобы вытянуть его из бездны, но он отмахнулся от неё. Прикасаться к ней казалось чем-то отвратительным.

Когда прошло то ли мгновение, то ли бесконечность, он снова почувствовал протянутую руку. Собираясь отмахнуться во второй раз, он заколебался. Прислушавшись, он где-то сбоку услышал голос. Как только он усилился, ящер понял, что голос принадлежит девушке, в которую он влюбился.

Колебание.

Колебание.

Всё ещё колебание.

Неизвестно, существует ли время в этом мире.

Зарюсу продолжал колебаться.

Однако чуть позже с большой неохотой всё же схватился за руку.

И затем его потянули в ясный мир.

Всё тело наполнила усталость.

Словно внутренности превратились в кашу.

Затем он почувствовал себя странно уставшим. Он никогда в жизни так не уставал, даже когда перенапрягался.

Зарюсу попытался открыть тяжёлые веки.

В глаза ударил слепящий свет. Хотя глаза людоящеров могли автоматически подстраиваться под интенсивность освещения, они делали это не мгновенно. Зарюсу несколько раз моргнул...

— Зарюсу!

Кто-то его крепко обнял.

— К-Круш?

Он даже не надеялся снова услышать голос этой девушки. Глаза наконец привыкли, и Зарюсу увидел её. И вправду его любимая Круш.

Почему? Что происходит?

На Зарюсу нахлынуло море вопросов и беспокойств. Последнее, что он помнил, — это мгновение, как его голова падает в болото. Его точно убил Коцит.

Так почему же я до сих пор жив? Если только...

— Круш... тебя тоже убили?

— Э?

Зарюсу открыл рот, чтобы переспросить, но тот, похоже, онемел и плохо двигался.

Ответ он получил, когда увидел сильно озадаченное лицо Круш. И как только он узнал, что она не мертва, ему сразу же стало легче. Так почему же он всё ещё жив?

Подсказал голос, что послышался сбоку.

— Что ж. После воскрешения появилось некоторое замешательство. И, кажется, его уровень тоже упал... Теперь ясно, что в этом большой разницы от Иггдрасиля нет.

Осознавая, кто с ним говорит, Зарюсу изумлённо посмотрел в ту сторону.

Там стоял король смерти. Заклинатель, обладающий непостижимой силой.

В руке он держал сияющую короткую палочку длиной сантиметров тридцать, из которой исходила священная аура, неуместная в руке Властелина Смерти. Очень красивый предмет, передняя часть которого покрыта золотом, на рукояти вычерчены руны, а сам он, казалось, сделан из слоновой кости.

Хотя Зарюсу не мог этого знать, это была палочка воскрешения, предмет, который его оживил. Лишь заклинатели веры могут использовать предметы, пропитанные основанной на вере магией. Однако этот магический предмет был исключением в системе.

Зарюсу медленно осмотрелся и понял, что находится в деревне ящеров.

Везде вокруг были ящеры, более того, они стояли на коленях, опустив голову книзу. Но ещё больше шокировало то, что никто не двигался — словно они поклоняются чрезвычайно могущественному существу.

— Что происходит?..

Став свидетелем такой силы, упасть на колени совершенно естественно. Однако ящеры показывали не только уважение, а что-то ещё. Людоящеры не имели богов. Строго говоря, они верили в духов предков. Но сейчас они будто почитали бога.

— Хм. Уходите, людоящеры. Без разрешения никому не разрешено ступать в деревню.

Никто не возразил. Более того, их приняли, не издав ни звука. Послышалось, лишь как все встали и со всплесками начали уходить.

Похоже, они совсем утратили волю к сопротивлению, узрев такую силу. Отчасти из-за культуры людоящеров, основанной на подчинении сильному. А значит, всё шло по сценарию врага.

— Аура, они все ушли?

— Да, — ответила тёмная эльфийка. Хотя всё это время она стояла за ним, вне поля его зрения, присутствие девушки вообще не чувствовалось, что сильно удивило Зарюсу, когда он её услышал.

— Хорошо. Тогда сначала пару слов для тебя, Зарюсу Шаша. Поздравляю с воскрешением.

Воскрешение.

Зарюсу потребовалось немного времени, чтобы понять смысл слова. А когда наконец его понял, задрожал всем телом.

Значит, он снова жив.

Он, потеряв дар речи, мог лишь хватать ртом воздух.

— Что такое? Людоящеры имеют особое отвращение к воскрешению? Или ты забыл, как говорить?

— Гх, кхе... в-вы воскресили мёртвого?..

— Верно. Что, думаешь, что это невозможно?

— Вы провели... большую церемонию?

— Церемонию? Зачем? Я с лёгкостью сделал всё сам.

Услышав это, Зарюсу замолчал, не зная, что сказать. По легендам магия воскрешения — это сила, которой обладают лишь людоящеры, происходящие от Драконьего короля.

А он сделал это сам.

Монстр? Нет.

Невероятно могущественный заклинатель? Нет.

Зарюсу понял это полностью.

Тот, что ведёт мифическую армию, командует демонами.

А значит, он тот, что может сравниться с богами.

Зарюсу пошатнулся и упал ниц перед Аинзом. Круш отчаянно тоже опустилась на колени.

— Высший, — ему показалось, что в смотревших на него глазах помелькнула тревога, но Зарюсу решил, что просто ошибся, — я вверяю вам свою жизнь.

— Отлично. Чего ты желаешь? Я дам тебе это от имени Аинза Оала Гоуна.

— Пожалуйста, даруйте процветание ящерам.

— Разумеется. Совершенно естественно, что я гарантирую процветание всем тем, кто пришёл под мою власть.

— Я благодарен.

— Хорошо. Тебе ещё плохо удаётся говорить? Отдохни немного, и тебе станет лучше. Пока отдыхай. Вам предстоит много чего сделать. И прежде всего — оборона деревни, что попала под мою власть... подробности узнаешь у Коцита, — закончив, Аинз собрался уходить вместе с Аурой.

Но Зарюсу требовалось кое-что сделать прежде, чем тот уйдёт.

— Пожалуйста, подождите. Что насчёт Зенбэру и старшего брата?

— Их тела должны быть где-то неподалёку, — Аинз остановился и непринуждённо указал челюстью за пределы деревни.

— Можете, пожалуйста, воскресить и их?

— Хм... не вижу от этого никакой выгоды.

— Тогда почему вы воскресили меня? Зенбэру и старший брат очень сильны. Они точно станут полезными.

Изучив немного лицо ящера, Аинз пожал плечами:

— Я подумаю над этим... сохраните два тела. Я решу позже, — договорив, он отряхнул мантию и ушёл.

Послышалось, как шедшая рядом с ним Аура сказала: «Эта гидра такая миленькая!» — и её голос растворился с расстоянием и в конечном итоге исчез.

Зарюсу наконец расслабился.

— Я выжил... точнее, ожил...

Он не знал, какое правление ожидает их в будущем. Однако, поскольку людоящеры оставили хорошее впечатление, доказав свою полезность, оно не должно быть слишком плохим.

— Круш, старший брат...

— Об этом побеспокоишься позже. А пока просто отдохни. Всё будет хорошо, я могу понести тебя.

— Ах... спасибо, — Зарюсу закрыл глаза и лёг. Как и в те дни, когда он перетруждался, ему хотелось отдохнуть. Как только сомкнулись веки, он сразу заснул.

Зарюсу снова почувствовал прикосновение нежных рук, и его сознание провалилось в темноту.

Персонажи

Послесловие

Не думаю, что есть читатели, которые начали читать послесловие лишь в этом томе. Так что давно не виделись, меня зовут Маруяма Куганэ.

Как я и упоминала в прошлом послесловии, весь этот том будет историей людоящеров, совершенно другая книга. Такие истории редки для лайт-новелл, не так ли? Может, так думаю лишь я, но редко увидишь истории, в которых главный герой нападает на мирную деревню.

Как вам эта работа?

Такой приём мог получить два разных окончания. Однако сцены, где сильный топчет слабого, вероятно, ещё несколько раз повторятся.

Главный герой Властелина не только разбирается с опасностью, что маячит перед глазами, но и берёт на себя инициативу, чтобы достичь своих целей и получить личную выгоду. А это значит, что он не будет спасать главную героиню, потому что слышал, что она попала в беду. Он — хищник, который будет искать попавшую в беду героиню... Хотя это звучит немного неправильно.

Так что читатели, игравшие в стратегии, должны понимать, что для накопления сил Аинз будет, вероятнее всего, не бросать вызов сильным, а брать к себе слабых, чтобы укрепить армию.

Вот почему я написала эту работу с редкой точки зрения на захватчиков, а не более общей. Может оно и так, но их битва в открытом поле на самом деле не совсем вторжение.

А теперь позвольте выразить признательность.

So-bin-сама, вы нарисовали такую милую Круш, что я вся в восторге. Спасибо всем. Студии «Chord Design Studio» за ваш дизайн. Осако-сама за скрупулезную корректуру и редактирование. И редактору А-та-сама за то, что оказывали мне разнообразную помощь.

А ещё есть Хани, спасибо за ваши возражения. Какая же это боль, связывать концы с концами.

Примите мои искренние благодарности и вы, читатели, что купили эту книгу. Я и вправду вам очень признательна.

Что ж, надеюсь снова увидеться со всеми вами.

До скорой встречи в следующем томе.

Отходя от темы, на самом деле в название одной из глав каждого тома я добавляю слово «смерть», но у меня уже закончились идеи. Наверное, в следующем томе этого не будет. Это я просто играюсь, из-за этого не возникнет никаких проблем... Однако будет действительно трудно, если у меня нет вкуса к придумыванию имён! Я подавлена.

Июнь 2013, Маруяма Куганэ

Реквизиты переводчиков

Над переводом работала команда RuRa-team

Перевод с английского: Akdotu

Редактура: ZloyVasya, Rozettka

Эдит: Hachiman

Том 5: Люди в Королевстве

Реквизиты переводчиков

Над переводом работала команда RuRa-team

Перевод с английского: Akdotu

Редактура: Rozettka

Эдит: MinkinSlava

Начальные иллюстрации

Пролог

Месяц последнего огня (девятый), первое число, 14:15

Подняв голову, он увидел затянутое тучами небо и пелену дождя. Когда перед глазами предстал окрашенный в серые тона мир, воин-капитан Газеф Строноф цокнул языком. Выйди он чуть пораньше, то, может быть, и успел бы до дождя. Он окинул взглядом небо в поисках просвета, но толстые тучи накрыли Рэ-Естиз, столицу одноимённого Королевства, полностью и, кажется, уходить пока не собирались.

Подавив позыв переждать внутри дворца, Газеф натянул прицепленный к плащу капюшон и шагнул под ливень. Он миновал дворцовую стражу у ворот, лишь мельком показав им своё лицо, и направился в центр столицы.

Обычно это место переполняла жизнь, но сейчас лишь несколько человек с осторожностью шли по своим делам, стараясь не поскользнуться на грязи. Вот теперь стало ясно, что дождь идёт уже давно. Тогда ничего не поделаешь — ничего бы не изменилось, даже покинь он дворец чуть раньше.

В постепенно тяжелеющем от воды плаще он не проронив ни слова проскочил мимо столь же молчаливых пешеходов. Хоть плащ и предназначался для защиты от дождя, из-за влаги то и дело прилипал к спине, причиняя неудобство. Газеф ускорил шаг, направляясь домой.

Воин-капитан вздохнул с облегчением — скоро уже он сможет снять промокшую одежду, дом близко. Как вдруг сбоку что-то привлекло его внимание. Зрению мешала толстая вуаль дождя, но он заметил, как справа, в узком переулке, оборванец опустился на край дороги, не боясь намокнуть.

Волосы крашенные, но грубо, виднеются пятна естественного цвета. Мокрые пряди прилипли ко лбу, с локонов капает вода. Голова чуть опущена и лица не видно.

Под дождём стоял человек, одетый не по погоде, но Газеф увидел странность не в этом, а в его правой руке.

Словно ребёнок держится за руку матери, так и этот мужчина держал оружие, которое плохо сочеталось с его потрёпанной внешностью. Это был очень редкий меч под названием «катана», такие делают в городе, расположенном в пустыне далеко на юге.

Он держит катану... украл? Нет. Не похоже. И откуда эта ностальгия?

Газефу показалось, что он заметил что-то странное, словно несовпадающие пуговицы на плаще. Резко остановившись, он пригляделся к профилю мужчины. И в это мгновение память всколыхнулась, словно волной.

— Ты... Унглас?

Но как только слова сорвались с уст, появились сомнения.

Человек, которого он встретил в финалах дворцового турнира, Брейн Унглас.

Газеф до сих пор ясно помнил лицо мужчины, с которым дрался в последнем матче. Вполне возможно, это был сильнейший противник с тех времён, как он взял в руки меч и начал жить как воин. Лицо того, кого Газеф Строноф считал своим соперником, даже если и в одностороннем порядке.

Верно. Профиль измождённого мужчины почти полностью соответствовал лицу из воспоминаний.

Однако это... невозможно.

Они, без сомнений, похожи. Даже если с течением времени лицо изменилось, следы его прошлого по-прежнему видны. Однако мужчина из воспоминаний Газефа выглядел не так жалко. Он светился уверенностью в своём мече и обладал боевым духом, горевшим яростным пламенем. Тот мужчина не был похож на эту мокрую собаку.

Хлюпая по воде, Газеф подошёл ближе.

Будто отвечая на звук, мужчина медленно поднял голову.

У Газефа перехватило дыхание. Посмотрев на того спереди, он окончательно убедился. Этот мужчина — Брейн Унглас, гений меча. Однако свет прошлого уже погас. Брейн перед ним — побеждённый человек с полностью сломленной волей.

Брейн, пошатываясь, поднялся. Вялое движение, совсем не похожее на движение воина. Даже старый солдат так бы не двигался. Не поднимая глаз и не обмолвившись ни словом, мужчина повернулся и побрёл прочь.

Когда его спина начала растворяться в дожде, Газефа пронзило зловещее предчувствие — если сейчас они разойдутся, то он никогда снова не увидит своего давнего соперника. Подбежав ближе, он прокричал:

— Унглас! Брейн Унглас!

Если мужчина не отреагирует, Газеф просто решит, что они двое похожи, убедит себя в этом. Однако до ушей слабо донеслось:

— Строноф...

Безжизненный голос. Невозможно, чтобы такой принадлежал Брейну из воспоминаний, с которым он скрестил мечи.

— Что, что случилось? — ошеломлённо спросил Газеф.

Что же с ним произошло?

Конечно, у всех бывают трудные времена, да и привычный жизненный уклад может рухнуть в любой момент. Газеф видел множество таких людей. Человек, всегда выбирающий самый лёгкий путь, потеряет всё лишь из-за одного провала.

Но неужели он — такой? Гений меча, Брейн Унглас. Невозможно. Но, наверное, эта уверенность попросту родилась из нежелания видеть, как сильнейший соперник прошлого стал таким позорищем.

Двое мужчин встретились взглядами.

Почему у него такое лицо?..

Впалые щёки, тёмные мешки под глазами. А сами глаза мертвецки бледные, лишённые всякой энергии. Он словно труп. Нет, даже труп выглядел бы лучше. Унглас — ходячий мертвец.

— Строноф... всё разбито.

— Что? — в первую очередь Газеф посмотрел на катану Брейна. Но осознал, что тот говорит не о ней. Разбитым был не меч...

— Как думаешь, мы сильны?

Он не ответил «да».

У Газефа в голове промелькнул случай в деревне Карн. Если бы загадочный заклинатель, Аинз Оал Гоун, не пришёл на помощь, то он и его люди были бы уже мертвы. Даже тот, кого зовут сильнейшим в Королевстве, оказался не способен на большее. Он никогда с высоко поднятой головой не назовёт себя сильным.

Когда Газеф промолчал, Брейн продолжил:

— Слабы. Мы слабы. В конце концов, мы всего лишь люди. Низшие.

Люди и вправду слабы.

Если сравнивать с сильнейшей расой, драконами, разница очевидна. У людей нет крепкой чешуи, острых когтей, крыльев, позволяющих парить в небесах, и дыхания, что может сжечь всё на свете. Вот почему воины высоко почитали охотников на драконов. Своими навыками, оружием и благодаря помощи союзников способных преодолеть большие трудности и победить представителя этой расы. Таким подвигом могли похвастаться лишь исключительные воины.

Тогда, может, Брейн сразился с драконом и проиграл?

Замахнувшись слишком высоко, он потерял равновесие и упал назад на землю.

— Что ты такое говоришь?.. Любой воин понимает, что люди слабы.

Именно. Он не мог понять Брейна. Все знают о существовании мира сильных.

Хотя окружающие страны называли Газефа сильнейшим, он в этом сомневался. Например, с большой вероятностью Империя скрывает более сильного воина. Да и не только, полулюди, такие как огры и гиганты, по силе намного превосходят его. Если такие полулюди научатся даже самой грубой технике, Газеф не сможет их победить. Возможно, для него этот мир и был невидим, но Строноф осознавал, что он существует. Это понятно каждому воину, но неужели не Брейну?

— Есть мир, в котором существуют лишь сильные. Неужели мы тренировались не для того, чтобы победить таких врагов?

С надеждой однажды достичь их.

Но Унглас с силой покачал головой, разбрызгивая во все стороны капли воды с мокрых волос.

— Нет! Я говорю совсем о другом уровне! — прокричал он, словно кашляя кровью.

Вот теперь Брейн напоминал себя из прошлого. И хотя энергия была направлена в противоположную сторону, этот боевой дух был таким же, как когда они с Газефом скрестили мечи.

— Строноф! Мы никогда не доберёмся до мира по-настоящему сильных, сколько бы ни старались. Пока мы рождены людьми, это непреклонная истина. В конце концов, мы лишь дети с палками. Мы играем с мечами, но остаёмся детьми, которые только прикидываются мечниками.

Он спокойно смотрел на Газефа глазами, лишёнными всяких эмоций.

— Послушай, Строноф... Ты ведь тоже уверен в своём мече, так ведь? Но... это мусор. Ты обманываешь себя, если думаешь, что защитишь своих людей этой бесполезной палкой.

— Ты в самом деле увидел настолько далёкую вершину?..

— Да, и осознал. Этой вершины люди никогда не достигнут. На самом деле... — Брейн рассмеялся, высмеивая самого себя, — я увидел лишь подножье. Ведь оказался слишком слаб, чтобы увидеть саму вершину. Со мной словно игрались, как же смешно.

— Тогда ты должен тренироваться, чтобы увидеть тот мир...

Лицо Брейна исказилось от гнева:

— Ты не знаешь ничего! Достигнуть уровня этого монстра просто невозможно, не с человеческим телом. Даже если бесконечно будешь махать мечом, это ничего не изменит!.. Бесполезно. И к чему я стремился всё это время?

Газефу нечего было сказать.

Ему приходилось видеть людей со столь же израненным сердцем. Людей, на глазах у которых умирали товарищи. Его не спасёшь. Другие ему не помогут. Если нет воли стоять, любая помощь будет бесполезна.

— Унглас...

— Строноф. Сила, данная мечом, в самом деле мусор. Она бесполезна перед истинной мощью. — Как и ожидалось, в этих словах не было даже признака его прошлого величия. — Я рад, что в конце встретил тебя, — Брейн повернулся спиной и побрёл прочь от Газефа. Тот проводил его болезненным взглядом.

Жалкий человек с разбитым сердцем, который когда-то был сильнейшим его соперником. Газеф больше не мог найти энергии, чтобы заговорить с ним. Однако он не упустил короткую фразу, которую тот сказал, уходя.

— Теперь... я могу умереть.

— Стой! Подожди, Брейн Унглас! — лихорадочно прокричал он Брейну в спину. И побежал к нему, схватил за плечо, затем развернул.

Тот, весь в тряпках, утратил былое сияние. Однако, несмотря на то что воин-капитан рванул его со всей силы, Брейн даже не собирался падать. Это доказывало, что его ноги хорошо натренированы, а чувство равновесия незаурядно.

Газефу стало немного легче. В конце концов, тот ещё не заржавел.

Ещё не поздно. Я не могу оставить его умирать.

— Что ты делаешь?..

— Пойдём ко мне домой.

— Забудь. Не пытайся меня остановить. Я хочу умереть... мне надоело пугаться. Не хочу постоянно глядеть через плечо, боясь каждой тени. Не хочу больше смотреть в лицо реальности. Подумать только, я ещё и довольным был с этим мусором в руках.

Услышав умоляющий голос Брейна, Газеф ощутил, как внутри раздувается раздражение.

— Заткнись и следуй за мной, — удерживая Брейна за руку, он пошёл в другую сторону. Увидев, что тот прерывистым шагом последовал за ним, не пытаясь сопротивляться, Газеф почувствовал недовольство, которое не описать словами. — Когда переоденешься и поешь, сразу же отдохни.

Месяц среднего огня (восьмой), двадцать шестое число, 13:45

Королевство Рэ-Естиз, его одноимённая столица.

«Старая» — вот как лучше всего можно описать столицу страны с населением девять миллионов человек. Историческое место с устоявшимся ритмом жизни; грязный город, что скрывается под античным обликом; царство застоя... его называли по-разному, и всё — правда.

Это легко можно понять, просто побродив по улицам.

Кроме нескольких нормальных домов, всё казалось грубым, городу катастрофически не хватало свежести и блеска. Однако каждый понимал это по-своему. И вправду, многие чувствовали в нём умиротворённую атмосферу земли с богатой историей. Другие же видели унылый город, погрязший в бесконечном застое.

Казалось, что столица такой будет вечно, даже если не существует ничего неизменного.

Многие дороги оставались немощёными. А потому в случае дождя они превращались в болото, заставляя путешественников сомневаться, следует ли заходить в город. Это не значило, что Королевство бедно. Хотя в случае дорог его и не сравнить с Теократией и Империей.

Улицы были узкими, но люди не ходили по их середине, а беспорядочно протискивались по бокам, остерегаясь карет. Местные жители уже привыкли к такому скопищу и шли, словно пытались просочиться через трещины, умело избегая пешеходов, идущих навстречу.

Впрочем, дорога, по которой шёл Себастьян, отличалась от остальных: широкая, с редко положенной брусчаткой. Всё просто: это была центральная улица столицы, и даже дома по обе стороны были большими и богатыми.

Себастьян шёл быстро и величественно, провожаемый глазами женщин и девушек, очарованных его элегантностью. Хотя время от времени попадались дамы, что нагло посылали ему полные страсти взгляды, Себастьян не обращал внимания. Выпрямив спину и глядя прямо вперёд, он не сбавлял шаг даже на мгновение.

Как вдруг ноги, что, казалось, не остановятся до тех пор, пока не достигнут места назначения, стали. Привлечённый проехавшей сбоку каретой, Себастьян повернулся на девяносто градусов и пересёк дорогу.

Он направился к старушке, что сидела возле деревянной подставки с тяжёлым багажом и массировала лодыжку.

— Что-то случилось?

Удивлённая внезапно подошедшим прохожим, старушка подняла голову и опасливо на того посмотрела. Но подозрение уменьшилось, как только она увидела элегантно одетого Себастьяна.

— Кажется, вы столкнулись с трудностями. Могу я чем-нибудь помочь?

— Н-нет, господин. Всё в порядке.

— Пожалуйста, не стесняйтесь. Помогать нуждающимся — нечто само собой разумеющееся, — Себастьян приветливо улыбнулся, заставив старушку покраснеть.

Красивая улыбка джентльмена, переполненного обаянием, разбила последние рубежи обороны.

Закончив торговать в уличном ларьке, женщина по пути домой подвернула лодыжку и оказалась в затруднительном положении.

Хотя на центральной дороге обычно поддерживался порядок, это не значило, что все прохожие — законопослушные граждане. Ей могло не повезти, если бы она попросила о помощи не того человека. В конечном итоге она потеряла бы и деньги, и товар. Зная, что такие случаи происходили на самом деле, старушка не могла слепо попросить о помощи и растерялась.

Тогда всё просто.

— Я провожу вас. Можете показать дорогу?

— Добрый господин, вы и вправду согласны помочь?!

— Конечно. Помогать нуждающимся — обычное дело, — Себастьян повернулся спиной к женщине, что повторно его благодарила. — Тогда, пожалуйста, залезайте.

— С-спасибо... — Затем она смущённо воскликнула: — Но ведь из-за меня вы испачкаете одежду!

Однако... Себастьян широко улыбнулся.

Какая разница, что одежда станет грязной? Нечто такое даже беспокойства не стоит, когда помогаешь другим. Вдруг он вспомнил товарищей из Великого Склепа Назарика. Их странные лица; сердитые взгляды, в которых явно читалось презрение. А самый главный среди них — Демиург. Но что бы тот ни говорил, Себастьян верил, что поступает правильно.

Помогать другим нужно.

Снова убедив старушку, он посадил её на спину, а багаж подхватил одной рукой. Он даже не вздохнул, поднимая такую тяжесть. С благоговением на него посмотрела не только женщина, но и все прохожие.

Себастьян пошёл в сторону, которую указала старая женщина.

Глава 1. Чувства мальчика

Часть 1

Месяц последнего огня (девятый), второе число, 23:30

Мужчина зажёг висевшую на поясе лампу. Из-за особого масла огонь загорелся зелёным пламенем, создавая жуткие тени.

Когда он шагнул наружу, в лицо хлынул жаркий воздух. Человек скривился, но ничего не поделаешь, такой сезон. Даже ночью по всему Королевству было душно. Впрочем, худшее уже позади, и дни должны становиться холоднее. Но пока что ничего такого не наблюдалось.

— И сегодня жарко.

— Ага. Говорят, чуть севернее, у океана, прохладнее, — ответил на ворчание его партнёр на ночное дежурство.

— Вот бы дожди уже начались, жара немного бы спала, — он посмотрел на небо и не увидел даже маленького облачка, не то что туч. Над головой раскинулось обычное ночное небо, мерцали звёзды.

— Согласен. Хороший шквал сейчас не помешал бы... Ладно, пора за работу.

Вокруг двоих мужчин витала особая аура. Вряд ли их назовёшь обычными крестьянами. Прежде всего, экипировка. Длинный меч на поясе и кожаные доспехи — слишком дорогое удовольствие для сельского ополчения. А кроме того, люди, каждый день работающие в поле, не имели бы такого лица и телосложения. От этих типов исходила опасная аура людей, знакомых с насилием.

Они вошли в деревню, даже словом не перекинувшись. В тихой тьме слышались лишь их шаги. Казалось, что это место заброшено. Но двое мужчин спокойно шагали, не обращая внимания на жуткую обстановку. Такая собранность доказывала, что для них это привычное дело.

Деревня была обнесена высокими стенами, а по периметру стояло шесть сторожевых башен, которые заметил бы кто угодно. Такие укрепления не часто увидишь даже в приграничных селениях, где монстры появляются чаще. Это место больше походило на военную базу, чем на деревню. Впрочем, чужак увидел бы очередное село с усиленной охраной. Однако от следующей сцены он нахмурил бы брови, настолько странным было зрелище. Обычно стены строились вокруг жилых зданий или складов, а поля оставались снаружи. Ведь потребовалась бы уйма работы, чтобы окружить обширные пахотные земли. Тем не менее в этой деревне за стенами покачивалась на ветру зеленеющая трава, которую охраняли, словно золотую.

Проходя через странную деревню, один из мужчин ощутил на себе чей-то взгляд со стороны башни. Должно быть, это глядел его товарищ с луком. В случае опасности можно помахать лампой над головой, и тогда он придёт на помощь. Однако зная меткость этого товарища, лучше бы обойтись без такого прикрытия. По-настоящему можно почувствовать себя в безопасности лишь после колокольного звона, что разбудит остальных.

Правда, если он подаст сигнал случайно, придётся отвечать перед разбуженными товарищами. Но, несмотря на это, мужчина был готов помахать лампой при малейшем подозрении. В конце концов, своей жизнью он дорожил. Впрочем, вряд ли бы произошло что-то настолько серьёзное. Он выполнял эту работу последние пару месяцев и продолжит её выполнять.

Когда он прошёл ровно половину маршрута, в рот бросилось что-то похожее на змею. Нет, это была не змея. В рот мужчины крепко вцепилось щупальце осьминога.

Подбородок дёрнуло вверх, затем открытое горло обожгло болью. На всё это ушло меньше секунды.

Сосущий звук у шеи — последнее, что мужчина услышал в своей жизни.

Рука, которой ему зажали рот, расслабилась. Но он не упал, поскольку тело придержали со спины. Убедившись, что меч впитал кровь, магическое оружие «Вампирский Клинок» вытащили из тела.

Сзади мужчину держала особа, одетая во всё чёрное. Даже на лице не прикрытыми оставались лишь глаза. Одежда — тканевая, но перчатки, поножи и наплечники усилены металлом. Грудь тоже защищена металлической пластиной, но это не мешало разглядеть женские формы.

Позади другого мужчины стояла точно такая же особа в чёрном наряде и металлическом нагруднике. Она глянула на первую и кивнула. Убедившись, что убийство увенчалось успехом, девушка посмотрела по сторонам. Кажется, их не заметили, ей стало немного легче.

Они так идеально близко прильнули к телам, что со сторожевой башни было трудно заметить разницу даже при свете ламп. Единственное беспокойство вызывало мгновение атаки — то небольшое расстояние, которое они покрыли, двигаясь между тенями с помощью «Тёмного перехода». Но теперь и об этом можно не волноваться.

Не вынимая из шеи покрасневший от выпитой крови кинжал, она поддержала чуть не упавшее тело.

Для людей в сторожевых башнях это выглядело так, словно патрульные ненадолго остановились. Но если они упадут или продолжат так чопорно стоять, то точно вызовут подозрение.

Вот почему важно немедленно перейти к следующей стадии операции. Однако это уже не её задача.

Вдруг руками девушка почувствовала, как безжизненное тело мужчины начало коченеть, будто изнутри его подпёрли стержнем. Словно подтверждая, что она не ошиблась, в следующее мгновение тело резко толкнуло.

Впрочем, даже когда оно задвигалось, она не удивилась. Всё шло по плану.

Девушка разжала руки и в то же время применила навык. Один из тех, что она изучила из своего класса ниндзя, «Сокрытие в тени». Оставаясь в тенях, она полностью с ними сливалась, благодаря чему её становилось невозможно обнаружить невооружённым глазом.

Оставив позади двух девушек, что скрылись в ночи, мужчины пошли вперёд, будто с них сняли цепи. Они возвращались к патрулированию. Словно вспомнили, какую задачу должны выполнять. Но шли они медленно и неуклюже. И хотя раны ещё не закрылись, свежая кровь из порезов на шее не вытекала, поскольку её всю высосали.

Двигаться они могли лишь по одной причине. Они превратились в зомби и теперь следовали воле своего создателя.

Но обратили их не эти девушки.

На том месте обычным взглядом можно было увидеть лишь двух мужчин. Если кто-то сумеет посмотреть сквозь маскировку, то увидит не больше четырех человек. Тем не менее присутствовал и пятый. Эта невидимая особа и отвечала за зомби. Её не видели даже девушки. Но ниндзюцу позволяло им обнаружить скрытое присутствие. Как только эта способность отреагировала, они прошептали:

— Подготовка завершена.

— Идеально, — вполголоса ответили им. — Я поняла это, пока наблюдала. Перехожу в следующее место операции и приступаю к захвату человека, у которого здесь больше всего власти.

Голос тоже принадлежал девушке. Высокий, словно говорил ребёнок, а не зрелая женщина.

— Тогда мы начнём нападение. А что делают две остальные?

— Только не говори мне, что, раз это не их черёд, они где-то играют...

— Конечно же нет. Они прячутся снаружи, недалеко от деревни. По плану, в случае непредвиденных обстоятельств они нападут с обеих сторон. Ладно, иду к главной цели. Вы двое тоже следуйте плану.

Их невидимая подруга поднялась в воздух и полетела, используя магию «Полёт».

Её присутствие удалялось всё дальше и дальше, пока полностью не исчезло в стороне здания, которое она и охарактеризовала как «главную цель». Среди немногочисленных зданий деревни это было необходимо взять в первую очередь.

Обычно сначала следовало бы захватить другое здание. Но не в этот раз. В частности, из-за магии «Сообщение».

Многие избегали использовать такую магию, называя её ненадёжной. Но в то же время были и те, кого такие пустяки не заботили, и они всё равно её использовали. Например, Империя, которая в воспитании заклинателей опережала даже Королевства, или те, кто хотят получить информацию как можно быстрее, или же нынешний враг, управляющий деревней. А потому, прежде всего нужно убрать связного, проживающего в этом здании.

Теперь, когда туда направился их товарищ, им тоже придётся лежать в засаде в назначенном месте. Все должны начать одновременно и закончить штурм необнаруженными.

Две ниндзя выдохнули и побежали вперёд.

Двигаясь от тени к тени, они оставались незаметными для обычных людей. А при использовании магического предмета их вряд ли бы заметили даже искатели приключений. Другими словами, в деревне не было никого, кто мог бы увидеть девушек.

Бегущая сбоку соратница умело задвигала пальцами. Хотя выглядело, словно та просто беспорядочно машет, девушка её поняла.

«Нам повезло, что у них нет собак».

Она ответила пальцами: «Согласна».

Это был язык жестов, которым пользуются убийцы. С их опытом они могли общаться столь же быстро, как вслух. Хотя они пытались обучить ему остальных товарищей, увы, лучшее, на что те оказались способны — простые фразы и команды. Их же скорость и словарный запас, напротив, достигал такого уровня, что они могли общаться знаками в повседневной жизни и часто использовали их, чтобы секретничать между собой.

«Я понимаю, о чём ты. Сейчас никого не привлечёт запах крови».

Имей враг гончих, всё было бы не так просто. Хотя девушки подготовили способ, чтобы вывести их из строя, нет ничего более приятного, чем избегать лишней работы.

Как только она ответила, другая девушка быстро задвигала пальцами:

«Тогда я отправлюсь к своему зданию».

Она ответила утвердительно, и они с соратницей разделились.

Оставшись одна и продолжая бежать на высокой скорости, она посмотрела на поля периферийным зрением.

На них выращивались не зерновые, вроде ячменя, и не овощи. А растение, из которого делают незаконный и наиболее распространённый наркотик Королевства, Чёрную пыль. Оно росло почти на всех полях, окружённых высокими стенами, доказывая, что эта деревня — одна из баз для производства наркотиков.

Чёрная пыль, также известная под названием порошок Лаиры. Этот наркотик имел вид чёрного порошка, который принимают, смешивая с водой.

Вести массовое производство было легко, а потому он продавался дешево. Из-за доступности и эйфории наркотик стал самым популярным в Королевстве. Более того, многие верили, что он не вызывает привыкания и не имеет побочных эффектов, поэтому он распространился практически повсюду.

Она вспомнила эту поддельную информацию и фыркнула.

«Такого наркотика больше нигде нет. Я могу бросить тогда, когда захочу». Так они говорят, да? У наивности должны быть пределы. Вскрытие тех, кто подсел на чёрную пыль, показало, что их мозг высох до примерно восьмидесяти процентов размеров нормального мозга.

Созданная из некогда дикорастущей травы, Чёрная пыль — сильный наркотик. Можно было только дивиться тому, как люди верят, что такое ядовитое растение не вызывает привыкания. А к обезболивающим находящуюся в обиходе Чёрную пыль приравняли потому, что окультуренное растение стало менее сильным, чем его дикий родственник.

Тем не менее наркотик всё равно вызывал сильное привыкание и требовал много времени для полной очистки организма. В результате часто происходило так, что наркоманы снова его принимали, когда он ещё не успел выйти из тела. Если епископ не избавлялся от наркотика с помощью магии, наркоман со временем входил в стадию, когда практически невозможно бросить самостоятельно.

А основная сложность ужасающих наркотиков заключалась в том, что от них была слабая ломка. Даже если наркоману будет плохо, он не станет агрессивен и не причинит кому-либо вреда. Вот почему власти Королевства не до конца понимали опасность и попросту игнорировали Чёрную пыль, прилагая усилия к искоренению других наркотических веществ. Неудивительно, что Империя даже подозревала Королевство в тайной помощи её производству.

Во времена, когда девушка работала убийцей, ей тоже приходилось принимать наркотики, когда того требовали обстоятельства. И поскольку её организация выращивала похожие растения, это дело не вызывало в ней отвращения. Даже наркотики окажутся чрезвычайно полезными, если использовать их с умом. В общем-то, они не сильно отличаются от лекарств с опасными побочными эффектами.

Однако сейчас она выполняла заказ, и её личное мнение тут излишне. Вот только...

Заказы, сделанные не через гильдию искателей приключений, опасны.

Под маской она нахмурилась. Клиентом в этот раз была подруга лидера команды. Несмотря на соответствующее вознаграждение, приём заданий мимо гильдии может в будущем принести проблемы. Даже для одной из всего двух команд искателей приключений адамантового ранга в Королевстве.

Хм? Или уже трёх?

Она вспомнила, что появилась новая команда адамантового ранга. С такими мыслями девушка добежала до здания с кодовым номером «два». В нём ей нужно собрать каждый возможный клочок информации. А затем поджечь поле.

Хотя дым от сгорания растений ядовит, для завершения задания пойти на такой риск необходимо. В зависимости от направления ветра, пострадать могут и крестьяне. Но нет ни времени, ни способа, чтобы организовать эвакуацию.

Необходимая жертва.

Сказав себе это, она закрыла глаза на безопасность деревенских жителей.

Поскольку её растили убийцей, потеря человеческой жизни почти никогда эмоционально на неё не влияла. Она даже и глазом не моргнёт, в особенности если это незнакомцы. Ей всего лишь не нравилось выражение лица лидера, когда появлялись жертвы. Но поскольку этот план одобрила лидер, она не чувствовала ни малейшего желания идти кого-то спасать.

И, что более важно, как только нападение завершится, придётся использовать магию телепортации, чтобы провернуть такую же операцию со следующей деревней. Её голова была забита лишь мыслями о плане.

Ингредиенты для наркотика выращивались не только в этом селении. Согласно расследованию, в Королевстве находится двенадцать больших плантаций. И, скорее всего, они нашли ещё не все. Иначе невозможно объяснить огромное количество наркотика, ходившее по землям Королевства.

Сорняки нужно выпалывать сразу, как только они проросли... Даже если многое из этого окажется бесполезным, это единственный надёжный способ.

Им сильно повезёт, если здесь они найдут что-то вроде письменных приказов. Увы, всё никогда не было так просто. Они могли только надеяться, что человек, отвечающий за эту деревню, что-то знает.

Лидер будет счастлива, если мы узнаем об этой организации хоть немного больше.

Могущественный синдикат, выращивающий наркотик, назывался «Восемь пальцев», по имени восьми пальцев Бога Воровства, подчинённого Бога Земли. Они контролировали подпольный мир Королевства.

Преступная организация разделялась на восемь отделов: торговля рабами, убийство, контрабанда, воровство, торговля наркотиками, безопасность, банковское дело и азартные игры. Их влияние доходило до каждой преступной группы Королевства, но даже при таком размахе организация была окутана тайной.

Тем не менее некоторые следы их влияния на Королевство было ясно видно. Например, эту деревню.

В ней у всех на виду выращиваются нелегальные растения. Одного этого достаточно, чтобы назвать соучастником владеющего землёй дворянина. Однако его обвинение не приведёт к приговору.

Другое дело, если бы расследование начал член королевской семьи или кто-то из судебной власти. Но всё равно, когда в дело вовлечена феодальная знать, трудно добиться обвинительного приговора. Дворяне просто заявят, что не ведали о том, что растения можно использовать как ингредиент для наркотиков. Может, даже обвинят деревенских жителей в самоуправстве и переложат вину на них.

Публичное разоблачение неэффективно, а силой ограничить распространение наркотиков практически невозможно, поскольку организация, подкупая вельмож, контролировала каналы поставок.

Вот почему единственным выходом осталось насилие. Использовать крайние меры и сжигать поля.

Честно говоря, даже если эти поля сгорят дотла, это не повлияет на их операции. Организация стала настолько могущественной, что её пальцы дотянулись даже до политиков.

— Ставка на время... если мы однажды не нанесём решающий удар, все эти усилия пропадут впустую.

Часть 2

Шёл дождь, надоедливо стуча в ушах.

При строительстве дорог Королевство не уделяло особого внимания водостоку, в особенности когда дело касалось маленьких переулков. В итоге дорога могла превратиться в большое озеро. Капли ударялись о его поверхность, а ветер приносил запах воды. Частично именно поэтому казалось, словно всё Королевство погрузилось под воду.

В этом сером от воды мире лежал мальчик.

Он жил в заброшенном доме. Нет, называть это домом язык не поворачивался. Опорой служила деревянная колода толщиной всего лишь с человеческую руку. Вместо крыши, как впрочем и стен, — тряпьё.

В жилище, находиться в котором было всё равно что на открытом воздухе, словно небрежно выброшенный мусор свернулся клубком на тонком куске ткани шестилетний мальчик.

Палки-опоры и тряпичные стены. Это словно секретная база, которые строили мальчуганы его возраста.

Продуваемый со всех сторон дом ценен был лишь как убежище от дождя. Холодные, острые капли бесконечного ливня заставляли мальчика биться в непрекращающемся ознобе. Тепло дыхания, подтверждающее, что он всё ещё жив, быстро растворялось в холодном воздухе.

Прежде чем мальчик успел убежать в дом, он промок от дождя и теперь стремительно замерзал.

Он был не в силах унять дрожь.

Проникающий в тело холод смягчил боль от ушибов, полученных, когда его побили. Наверное, это было единственным маленьким счастьем в его безрадостной жизни.

Лежа на боку, мальчик смотрел в пустой переулок, в мир.

Слышал он лишь стук дождя, да собственное дыхание. В тишине казалось, что он один-одинёшенек на белом свете.

Мальчик был ещё юн, но знал, что, наверное, умрёт.

В этом возрасте он ещё не полностью понимал смысл смерти, и потому не слишком боялся. И также не думал, что есть что-то, ради чего можно жить. До сих пор он держался лишь благодаря нелюбви к боли, что и спасало ему жизнь.

Несмотря на холод, безболезненная смерть уже казалась не такой уж и плохой.

Промокшее тело начало коченеть, а сознание уплывать.

Следовало найти место, что защитило бы от сильного ветра. Его схватила группа хулиганов, и нынешнее пристанище было лучшим, которое он смог отыскать после пережитых побоев.

У него появилось маленькое счастье. Так всё остальное было горем?

Во рту уже два дня не было еды, но это обычное дело, значит не горе. Родители ушли, потому заботился он о себе сам. Но это произошло давным-давно, так что тоже не горе. Как и неприятный запах. В конце концов, он от лохмотьев, ничего не поделаешь. Жизнь, что вращалась вокруг, наполняла его живот гнилой пищей и такой же гнилой водой, так что это тоже не горе, ведь он знал лишь такую жизнь.

Тогда пустой дом, где ему было комфортно, который он с трудом построил, а кто-то в шутку разрушил, и тело, что покрыли синяки от побоев случайного пьяницы, это горе?

Нет.

Горе паренька было таким, что он не мог понять, откуда оно происходит.

Но даже ему настал конец.

Горе закончится здесь.

Смерти безразлично, к кому приходить.

Верно. Смерть абсолютна.

Он закрыл глаза.

Мальчик больше не чувствовал холода, даже держать глаза открытыми стало тяжело.

В темноте казалось, что сердце стучит так тихо и ненадёжно. Как вдруг в мир, где он слышал лишь дождь и своё сердце, вмешался незнакомый звук.

Он словно затмил собой шум дождя. Детское любопытство заставило угасающее сознание мальчика направить силы в веки.

В узком, как нитка, поле зрения, отразилось это.

Мальчик широко открыл глаза.

Как красиво.

На мгновение он не понял, на что смотрит.

«Сокровище; словно гора золота». Такое выражение бы подошло. Но тот, кто утолял голод наполовину прогнившей едой, найденной в мусоре, не подумал бы о таких словах.

Верно.

В голове появилась лишь одна мысль.

Солнце.

Самая красивая вещь на свете и в то же время самая далёкая.

В сером от дождя мире небо покрывали тёмные тучи. Наверное, это они виноваты. Солнце вышло погулять, потому что так долго на него никто не смотрел, и появилось у него перед глазами.

Вот что он подумал.

Протянулась рука и погладила его по лицу. И...

До сих пор мальчик не был человеком.

Никто никогда не видел в нём человека.

Но в тот день он им стал.

♦ ♦ ♦

Месяц последнего огня (девятый), третье число, 4:15

В самой глубокой части столицы Королевства Рэ-Естиз находился замок Ро-Лэнт. Его стены опоясывали огромную территорию 1 400-метровым кольцом с двенадцатью большими цилиндрическими сторожевыми башнями. Комната располагалась в одной из таких башен. Там на кровати в полной темноте лежал человек. Он был в том возрасте, что его не назовёшь ни мальчиком, ни мужчиной. Светлые волосы коротко подстрижены, кожа загорелая, а цвет лица здоровый.

Клаим.

Без фамилии. Но именно ему разрешили стоять ближе всех к девушке, которую называют «Золотая Принцесса». Солдат, которому завидовали многие.

Он проснулся ещё до восхода солнца. Как только его сознание покинуло мир снов, разум тут же прояснился, а функции организма почти полностью восстановились. Клаим хорошо спал и просыпался быстро, это было одним из немногого, чем он мог гордиться.

Его глаза санпаку открылись, показывая стальную волю. Клаим отодвинул толстое одеяло и поднялся. В окружении каменных стен даже летние ночи были холодными. Протерев глаза, он заметил, что пальцы стали мокрыми.

— Опять этот сон...

Клаим рукавом вытер с лица слёзы.

Детские воспоминания. Наверное, ему это вспомнилось из-за проливного дождя, прошедшего два дня назад.

Слёзы выступили не от горя.

Сколько раз человек в своей жизни может встретить кого-то достойного уважения? Человека, за которого не жалко отдать жизнь... так сколько же? Девушка, которую Клаим встретил в тот день, была именно таким человеком.

Это были слёзы радости, благодарности за чудо их встречи.

Лицо Клаима горело твёрдой решимостью и юношеской энергией, подобающую его возрасту.

Голосом, грубым от тренировок, он сказал:

— Свет.

Отреагировав на ключевое слово, свисающая с потолка лампа осветила комнату белым светом. Это был магический предмет, зачарованный «вечным светом».

Хотя их использовали повсеместно, ему дали такой дорогой предмет не благодаря его особому положению. А из-за того, что даже для света сжигать что-то в плохо вентилируемой каменной башне небезопасно. Вот почему почти все комнаты были оборудованы магическим источником света, несмотря на цену его установки.

Лампа осветила каменные пол и стены. Под ногами лежал тонкий ковёр в тщетной попытке закрыть холодную, твёрдую поверхность. А кроме этого, в комнате стояла потёртая деревянная кровать, чуть больший стандартного шкаф, чтобы хранить оружие и доспехи, стол с выдвижными ящичками и деревянный стул с тонкой подушкой.

Посторонний не нашёл бы в этом ничего впечатляющего, но у других ранга Клаима такое обращение вызывало много зависти. Солдатам не дают личных комнат. Их размещают в больших комнатах с двухъярусными кроватями. А кроме спального места, солдату даётся лишь оборудованный замком деревянный сундук для хранения личных вещей.

Также в углу комнаты хранились белые полные пластинчатые доспехи. Не имеющая ни пятнышка броня была так отполирована, что, казалось, сияет. Простому солдату такую никогда не выдадут.

Но это особое отношение Клаим заработал не собственной силой. Это был знак расположения госпожи, которой он поклялся в вечной преданности. А потому зависть была вполне закономерна.

Он открыл шкаф и переоделся, глядя на прикреплённое внутри зеркало.

Надев поношенную одежду, от которой исходил запах металла, он натянул сверху кольчугу. Обычно следом он надевал пластинчатый доспех, но вместо этого он накинул жилет с множеством кармашков и закончил штанами. В руку он взял деревянную палку, вокруг которой было обмотано полотенце.

Напоследок молодой человек посмотрел в зеркало, проверяя, ничего ли не упустил, и убеждаясь, что наряд сидит на нём аккуратно. Любой изъян может потенциально стать оружием, что навредит госпоже, «Золотой Принцессе» Реннер. Вот почему всегда нужно быть настороже. Ведь он живёт не для того, чтобы ей вредить. А чтобы посвятить ей всего себя. Клаим закрыл глаза и представил лицо своей госпожи.

Золотая Принцесса, Реннер Тэйре Шарделон Райль Вайсельф.

Добрая, словно богиня, имеет блестящий ум, подходящий её королевской крови, и мудрость, изменившая порядки в Королевстве. В истинном смысле этого слова благороднейшая из благородных, величайшая девушка, обладающая блеском золота. Ничему не позволено запятнать этот безупречный бриллиант. Если сравнить её с кольцом, Реннер будет сродни большому огранённому алмазу. А чем же тогда будет Клаим? Зубцами, которыми закреплено это украшение. Даже сейчас её стоимость уменьшена из-за его недостатков, он не мог позволить ей опуститься ещё ниже.

От мыслей о госпоже в груди невольно потеплело. Даже истинно верующий едва ли смог бы затмить сейчас Клаима.

Некоторое время поглядев на себя в зеркале, он, убедившись, что не станет для своей госпожи помехой, удовлетворённо кивнул и вышел из комнаты.

Часть 3

Месяц последнего огня (девятый), третье число, 4:35

Он направлялся в большой зал. Весь этаж башни расчистили под тренировочную площадку. Обычно это место лучилось теплом тренирующихся солдат. Однако так рано утром сюда никто не приходил. В пустом зале висела тишина, которую, казалось, можно даже услышать. Поскольку Клаима со всех сторон окружал камень, звуки его шагов отражались громким эхом.

Магический свет хорошо освещал весь зал.

Соломенные чучела и столбы с висевшими на них доспехами служили целями для тренировки лучников, а у стен стояли стеллажи с разнообразным, но затуплённым оружием. Обычно такую тренировочную площадку делали снаружи. Но эту разместили внутри не просто так. В замке Ро-Лэнт располагался дворец Валенсия. Если солдаты будут тренироваться снаружи, то их будут видеть иностранные послы. Чтобы им на глаза не попадался низший класс, многочисленные залы башни были переоборудованы в тренировочные площадки.

Вид на сильных солдат, оттачивающих свои умения, был бы выгоден дипломатически, но Королевство считало иначе. Тут на первый план выходила элегантность, пышность и знатное происхождение.

Тем не менее некоторые упражнения было невозможно проводить внутри. Их выполняли в каком-нибудь отдалённом месте, на поле вне замка или вовсе за пределами столицы.

Клаим вошёл в тихий, холодный зал и начал медленно разминаться в углу.

Тридцатью минутами позже, после тщательного разогрева, лицо покраснело, лоб пропитался потом, а дыхание стало тяжёлым и горячим.

Вытерев со лба пот, Клаим подошёл к стеллажу с оружием и взял загрубевшей от многочисленных волдырей ладонью большой железный меч для практики. Он проверил рукоять и убедился, что она хорошо ложится в руки.

Затем наполнил карманы металлическими брусками и плотно застегнул их, чтобы ничего не выпало. Благодаря металлу жилет сравнялся по весу с полными пластинчатыми доспехами. Стандартная броня без зачарования защищала хорошо, но приходилось платить подвижностью. Готовясь к настоящему сражению, правильнее было бы тренироваться в ней. Тем не менее на простые тренировки редко надевали даже обычную броню, не говоря уже о его белых доспехах. Вот почему в качестве замены он использовал металлические бруски.

Клаим покрепче перехватил железный клинок, который был длиннее стандартного двуручного меча, и поднял высоко над головой. Потом медленно опустил его, постепенно выдыхая. Остановившись до того, как клинок коснулся пола, юноша вдохнул и снова поднял его над головой. Уставившись в пустоту, он полностью погрузился в тренировку и начал постепенно увеличивать скорость взмахов.

Когда он взмахнул в трёхсотый раз, с него уже ручьями лился пот, а лицо покраснело до корней волос. Дыхание было горячим, он выдыхал накопившееся в теле тепло.

Хотя Клаим неутомимо тренировался как солдат, было трудно совладать с весом крупного двуручного меча. В особенности большим испытанием было остановить клинок как раз перед полом. Такой подвиг требовал много сил.

Когда число взмахов достигло пятисот, руки начало сводить судорогой, казалось, словно они кричат от боли. Пот градом катился по его лицу. Клаим прекрасно понимал, что это его предел. Но, несмотря на это, останавливаться даже не собирался.

Однако...

— Кажется, этого достаточно.

Услышав посторонний голос, юноша тут же повернулся в ту сторону, и в его глазах отразился мужчина.

Называть его крупным было бы преуменьшением. Мужчина словно воплощал собой сталь. Из-за хмурого, морщинистого лица он выглядел старше своих лет. Мускулы были такими выпуклыми, что сразу становилось ясно: это не обычный человек.

Нет ни одного солдата в Королевстве, который бы его не знал.

— Господин Строноф...

Воин-капитан Газеф Строноф считался сильнейшим в Королевстве и не имел себе равных даже в соседних странах.

— Дальше будет уже перебор. Нет смысла так себя напрягать.

Клаим опустил меч и уставился на дрожащие руки.

— Вы правы. Я немного переусердствовал.

Увидев, как тот поблагодарил с ничего не выражающим лицом, Газеф пожал плечами.

— Если и вправду так думаешь, можешь не заставлять меня повторять это так часто? Который это уже раз?..

— Простите, — опустил голову Клаим.

Газеф снова пожал плечами.

Такой разговор повторялся бесчисленное множество раз, со временем превратившись в своеобразное приветствие. Обычно на этом их обмен репликами заканчивался и каждый занимался своей тренировкой. Но не в этот раз.

— Клаим, а не хочешь сегодня сразиться?

Пустое выражение лица Клаима на мгновение почти дрогнуло.

До сих пор при встрече в этом месте они никогда не скрещивали мечи. Это — их неписаное правило. Совместные тренировки им бы ничего не дали. Нет, совсем бесплодным они бы не были, но минусов было значительно больше, чем плюсов.

В настоящее время шла борьба за власть между фракцией короля и союзом трёх из шести семей высшей знати. Ходили слухи, что Королевство ещё не раскололось лишь благодаря ежегодной войне с Империей. Вот настолько опасным было положение.

И если в разгар этой войны доверенное лицо короля, Газеф Строноф, проиграет, — хотя это и маловероятно, — это сильно поможет фракции дворян.

С другой стороны, дворяне подпрыгнут от радости из-за очевидного исхода — поражения Клаима, начнут шептаться, что он не подходит для защиты Реннер. Многим не нравилась идея, что красивая, незамужняя принцесса доверила свою охрану единственному солдату, ещё и с неясным прошлым.

Они оба находились в положении, когда проигрыш недопустим.

Они не могли показать слабость или уязвимое место, которое можно использовать против них. Двое были единодушны в том, что нужно вести себя осторожно и не навредить своим господам.

Почему же он нарушил неписаное правило?

Клаим осмотрелся.

Потому что никого рядом нет? Невозможно. Этот замок — обитель демонов. Тут нет конца тем, кто будет скрытно наблюдать за ними или разглядывать издали. Но любая другая причина на ум не приходила.

Не в состоянии выяснить его намерения, Клаим не позволил недоумению показаться на лице.

Но стоявшего перед ним мужчину называли сильнейшим в Королевстве. Ощутив на миг эмоцию, которую обычный человек не заметил бы, он заговорил:

— Недавно мне дали понять, что мне кое-чего не хватает. Я хотел бы попрактиковаться со сведущим человеком.

— Вам чего-то не хватает?

Какое же происшествие может заставить сильнейшего воина Королевства чувствовать себя неполноценным? Клаим вдруг вспомнил, что количество солдат в отряде Газефа уменьшилось. Юноша не имел близких товарищей, потому слышал этот слух в столовой. Согласно истории, они потеряли много человек в каком-то инциденте.

— Да. Если бы я не встретил милосердного заклинателя, если бы он не одолжил нам свою силу, меня бы сейчас здесь не было.

Услышав это, Клаим ощутил, как его железная маска рушится. Нет, кто вообще сможет не удивиться? Прежде чем юноша это осознал, его охватило любопытство, и он задал вопрос:

— Кто был этот милосердный заклинатель?

— Он называл себя Аинз Оал Гоун. Это только догадка, но мне кажется, что он может соперничать даже с этим чудовищем, заклинателем из Империи.

Он никогда не слышал это имя.

Клаим восторгался героями и увлекался историями их подвигов. Он не обращал внимания на их расу, и даже собирал рассказы об известных искателях приключений соседних стран. Но тем не менее ему было незнакомо имя, что назвал Газеф.

Конечно, это мог быть и псевдоним.

— Т-тогда... кхе! — Клаим подавил желание задать ещё вопросы. Пытаться выведать об инциденте, который его подчиненным стоил жизни... даже у грубости есть пределы. — Я запомню это имя... Но в самом ли деле нам стоит проводить спарринг?

— Не спарринг, просто скрестим мечи. То, что ты от этого получишь, зависит только от тебя... Ты ведь первоклассный солдат этой страны. Мне это тоже будет полезно.

Высокая похвала. Но для юноши она была не более чем пустыми словами.

Не Клаим был в особенности сильным, а просто стандарты низкими. Навыки солдат Королевства были лишь немногим лучше, чем у обычных граждан. Они проигрывали даже «Рыцарям», регулярным войскам Империи. Армии же остальных соседей Королевста не блистали известностью. Ещё сильными были члены отряда Газефа, но всё равно они немного уступали Клаиму. Если оценивать его рангами искателей приключений, — медный, железный, серебряный, золотой, платиновый, мифриловый, орихалковый и адамантовый, — он был бы золотого. Не слабый, но многие сильнее него.

Неужели он будет полезен для такого человека, как Газеф? Для человека, который, без сомнений, будет адамантового ранга?

Клаим отбросил эти мысли слабого.

Сильнейший человек Королевства предлагает потренировать его. Такой опыт приходит не часто. Он не станет сожалеть, даже если в конечном итоге разочарует Газефа.

— Тогда я любезно приму ваше предложение.

Газеф ухмыльнулся и с нетерпением кивнул головой.

Они двое подошли к стеллажу с оружием и каждый взял соответствующего размера меч. Газеф выбрал полуторный, а Клаим взял маленький щит и палаш.

Затем юноша вынул из карманов металлические бруски. Выйти с ними против более сильного оппонента было бы непочтительно. Но не только, ему придётся выложиться на полную, чтобы эта тренировка позволила ему вырасти. Против него будет сильнейший воин Королевства. Высокую стену следует штурмовать в полную силу.

Когда Клаим закончил готовиться, Газеф спросил:

— Как твои руки? До сих пор болят?

— Уже нет. Немного горят, но я без труда смогу держать меч.

Клаим согнул обе руки. Увидев, что тот говорит правду, Газеф снова кивнул.

— Понятно... Это по-своему обидно. На поле боя редко будешь в идеальном состоянии. Если при взмахах меча ладони станут болеть, есть один способ сражения, чтобы это компенсировать. Ты когда-нибудь дрался в таких условиях?

— Нет. Никогда. Тогда я продолжу упражн...

— Не нужно заходить так далеко. Но раз ты отвечаешь за безопасность принцессы, следует научиться тому, как сражаться в обстоятельствах, когда брать меч запрещено. Наверное, следует также обучиться обращению с различными видами оружия.

— Да!

— Меч, щит, копьё, топор, кинжал, рукавицы, лук, дубинка и метательное оружие. Девять типов оружия, что служат основой вооружённого боя, однако... если начнёшь обучаться владеть ими всеми, то это только навредит. Лучше выбери два-три вида, этого хватит. Хм, кажется, я сказал нечто ненужное.

— Вовсе нет, господин Строноф. Спасибо вам огромное!

Газеф горько улыбнулся и ответил, махнув рукой:

— Если готов, тогда начнём. Сначала попробуй напасть в этой позиции. В будущем... у меня не будет возможности проводить с тобой спарринги, но я научу тебя некоторой тактике использования девяти оружий.

— Да! Я на вас рассчитываю.

— Давай, подходи, но помни, это не тренировка. Считай это настоящим боем и атакуй.

Клаим медленно опустил меч и повернулся левой стороной, прикрытой щитом, к Газефу. Внимательно следя за соперником, юноша уже понял, что это не тренировка. Да и Газеф источал ауру, предупреждающую, что это настоящий бой.

Двое глядели друг на друга, но Клаим не делал первый шаг. Даже если без металлических брусков двигаться стало легче, юноша не думал, что сможет одолеть Газефа. Тот был на голову выше как по силе, так и по опыту. Если он просто сократит дистанцию, тут же встретит контратаку. Его противник — мастер, так что ничего не поделаешь. Но в настоящем бою он бы сдался из-за чего-то такого?

Тогда что можно сделать?

Следует воспользоваться фактором, которым Газеф не обладает.

Тело, опыт и разум — Клаим проигрывал во всём, необходимом для воина. Экипировка же просто отличалась.

Газеф держал полуторный меч. Тогда как Клаим — палаш и маленький щит. Будь они магическим оружием, всё было бы иначе, но это оружие использовали для тренировки, оно не отличалось по силе. Воин-капитан обладал лишь одним оружием, а юноша двумя, так как щит тоже можно использовать как оружие. Это также означало, что у него больше способов атаковать ценой разделения своей силы.

Первый удар заблокировать щитом и рубануть мечом. Парировать мечом и ударить щитом.

Выбрав стратегией контратаку, Клаим сосредоточился на движениях Газефа.

Через несколько секунд тот улыбнулся:

— Ты не идёшь? Тогда я атакую прямо... сейчас.

Всё с тем же спокойствием Газеф приготовился. Бедра слегка опущены, а тело напряглось словно пружина. Клаим тоже приготовился, собравшись с силами, чтобы суметь заблокировать клинок, с какого бы места тот ни пришёл.

Газеф ринулся вперёд, целясь мечом в щит.

Быстр!

Клаим сдержал порыв передвинуть щит, чтобы отклонить удар. Он сосредоточил разум и тело на защите, собираясь блокировать атаку. В следующее мгновение на него навалилась невероятная сила. Он даже подумал, что щит разлетится, столь огромной она оказалась. Рука, которой юноша держал щит, онемела. Чтобы выстоять против такого удара, потребуется сила всего тела.

Отклонить это?! Как можно выгадать время для чего-то подобного?! Одного сотрясения хватило, чтобы...

Наивные мысли Клаима оставили его уязвимым, последовал другой удар — в живот.

— Гах!

Отлетев назад, он спиной ударился о каменный пол, что выбило из лёгких весь воздух. Взгляда на Газефа хватило, чтобы понять, что случилось. Тот как раз опускал ногу, которой и ударил Клаима.

— Опасно сосредотачиваться лишь на одном мече, даже если это единственное моё оружие. Тебя могут ударить ногой, как я только что. Я целился в живот, но обычно удар пришёлся бы туда, где защита меньше. Я мог сломать тебе колено... и даже если промежность защищена набивкой, бронированный сапог её продавит. Следи за всем телом противника и наблюдай за каждым его движением.

— Хорошо...

Клаим, терпя тупую боль в животе, медленно поднялся.

Сильнейший в Королевстве поистине грозен. Если бы он ударил серьёзно, то без труда бы сломал ему рёбра даже через кольчугу, и Клаим не смог бы продолжить сражение. А в этот раз остался он целым лишь потому, что Газеф сдержался и только коснулся живота Клаима с намерением оттолкнуть его назад.

Да, это ведь учебный спарринг... спасибо вам.

Осознавая, что с ним сражается сильнейший, Клаим в мыслях его отблагодарил и снова принял стойку. Следует вести себя осторожнее, чтобы это драгоценное время внезапно не оборвалось.

Клаим снова поднял щит и начал медленно приближаться к Газефу. Тот молча глядел на юношу. Если так продолжится и дальше, то случившееся повторится. Клаим решил разработать новый план.

Газеф ждал, источая давящее спокойствие. Просто невозможно заставить его драться серьёзно.

Даже злиться было бы надменно.

Клаим уже видел свой предел. Хотя он каждый день вставал рано и тренировал владение мечом, прогресс полз медленнее улитки. Слишком медленно по сравнению с тем временем, когда он впервые начал тренироваться.

Он может накачать тело, а также поднять скорость и вес удара, но боевые навыки всё равно останутся вне его досягаемости.

Такому как Клаим гневаться, потому что этот мужчина, само олицетворение таланта, не дерётся серьёзно, было бы неуважением. Неспособный заставить соперника показать всю свою силу, он мог винить лишь свою неумелость.

Словами, в которых говорилось не считать это тренировкой и атаковать серьёзно, Газеф предупреждал: нападай с намерением убить, иначе у тебя даже шанса не будет. Предупреждение от человека, что стоит далеко за пределами досягаемости.

Клаим сжал зубы.

Он ненавидел свою слабость. Если бы был сильнее, приносил бы больше пользы. Стал бы её оружием и сражался против тех, кто хочет запятнать Королевство и навредить его жителям. Но её меч был настолько слаб, что ей приходилось с осторожностью выбирать, куда его направить. Это заставляло Клаима чувствовать себя виноватым.

Однако он быстро овладел собой. Сейчас нельзя отвлекаться на плохие мысли. Следует бросить всё, что у него есть, на стоящего в мире сильных мужчину. Тогда и он станет сильнее, и неважно, насколько незначительно.

Его душу наполняла лишь одна мысль.

Быть полезным принцессе.

О?

Газеф вздохнул, чуть изменив выражение лица.

Потому что взгляд соперника, что был как мальчиком, так и мужчиной, стал другим. До сих пор Клаим был словно ребёнок, который встретил знаменитость и не может сдержать восторг. После удара ногой эта нетерпеливость исчезла, а на её месте появилось лицо воина.

Газеф на немного поднял уровень бдительности.

Более того, Клаим понял, что Газеф о нём высокого мнения. В частности, о его целеустремлённости, жадной погоне за силой, преданности, граничащей с религиозным фанатизмом, и его навыках владения мечом.

Клаима никогда не учили обращаться с мечом. Он обучался, тайно наблюдая за тренировкой других. Его навыки были неприглядными и полными лишних движений. Однако в отличие от тех, кто тренируется бездумно, каждое движение его меча было тщательно продумано и развито для практического использования. Грубо говоря, он владел мечом, чтобы убивать.

Газеф считал, что это просто великолепно. Меч это, в конце концов, инструмент убийства. Человек, прошедший обычные тренировки, не сможет эффективно воспользоваться им в настоящем бою. И не сможет защитить тех, кого должен. Но Клаим не такой. Он сразит врага и защитит важного для себя человека.

Однако...

— Даже если ты взял себя в руки, разница в навыках с противником всё равно чудовищна. Что ты будешь делать теперь?

Клаим не имел таланта. Даже если он работал усерднее кого бы то ни было, неважно, сколько он будет напрягаться, без таланта сильным ему не стать. Он не сможет достичь таких людей, как Газеф Строноф или Брейн Унглас. Хотя он хотел стать сильнее всех на свете, это могло случиться лишь в мечтах. Тогда почему воин-капитан решил начать бой с Клаимом? Не будет ли полезнее провести время с кем-то более талантливым? Ответ прост. Газеф не мог просто стоять и смотреть, как Клаим бесконечно повторяет бесполезные усилия. Если талант — это стена, определяющая пределы человека, то он сжалился над мальчиком и его нескончаемыми, безрассудными попытками преодолеть эту стену. Вот почему воин-капитан пожелал научить его иному способу. Он верил, что хотя есть ограничения в таланте, в опыте их нет. А ещё из-за гнева, который ощутил при жалком виде некогда сильнейшего его соперника.

Но всё равно пытаться получить удовлетворение из другого места... я задолжал Клаиму извинение... Но бой со мной и для этого юноши должен быть полезным.

— Нападай, Клаим, — словно самому себе сказал он, и в ответ услышал крик:

— Да! — юноша побежал вперёд.

Газеф с серьёзностью, которая отличалась от той, что была прежде, медленно поднял меч выше плеча.

Он принял позу для вертикального удара выше талии.

Если Клаим защитится щитом, то полностью ограничит свои движения, а если парирует мечом, отлетит назад. Такая атака делает защиту бесполезной. Блокировать её глупо. Но палаш юноши был короче, чем полуторный меч Газефа.

Единственный выход — побежать вперёд. Зная это, воин-капитан ждал возможности для контратаки.

Это всё равно что прыгать в пасть тигру, но колебался он лишь мгновение.

Клаим достиг радиуса удара меча Газефа.

Будто ожидая этого мгновения, тот рубанул мечом по щиту. Невероятный удар оказался даже сильнее, чем прежде. От боли в руке лицо юноши искривилось.

— Жаль. Исход тот же, — разочаровался Газеф, и его нога как раз достигла живота Клаима...

— «Крепость»!

Воин-капитан чуть удивился.

Боевой навык «Крепость» не ограничивался мечом или щитом. Его можно было использовать на любой части тела. Обычно его активировали, когда защищались оружием, просто потому, что было очень трудно правильно выбрать время для чего-то другого. При использовании на доспехах был риск пропустить удар и оказаться вообще без защиты. Здравый смысл велел сберечь навык для блокирования мечом или щитом.

Однако эта проблема решается, если возможно предсказать следующее движение противника, как Клаим и сделал с ударом Газефа.

— Именно на это ты и рассчитывал?!

— Да!

Удар Газефа потерял всю энергию, её словно поглотило что-то мягкое. Не в состоянии ударить протянутой ногой, воин-капитан попытался поставить её назад на пол. Поймав его в невыгодном положении, Клаим атаковал:

— «Разящий удар»!

Боевой навык, который применяют, занося меч высоко над головой.

Хотя бы один, но он имел навык, который мог уверенно использовать.

Приняв близко к сердцу слова одной воительницы, бесталанный Клаим практиковал эту атаку изо дня в день.

Тело юноши не обволакивала броня мускулов. Да и он никогда не имел предрасположенности к такому телосложению. И даже если бы он их накачал, то потерял бы подвижность.

Вот почему на тренировках он бесчисленное множество раз повторял одни и те же движения и в конечном счёте приобрёл навык — прямой вертикальный удар. Высокоскоростная атака на грани абсурда. Словно вспышка света, удар, который, казалось, может поднять шторм.

И такая атака неслась Газефу на голову.

Мысль, что ею можно нанести смертельную рану, полностью исчезла из головы Клаима. Он смог применить эту технику лишь благодаря нерушимой уверенности, что Газеф не умрёт от чего-то такого уровня.

Полуторный меч поднялся и с лязгом встретил падающий палаш.

Пока всё шло ожидаемо.

Клаим влил всю силу в тело в попытке нарушить равновесие Газефа.

Однако тот не сдвинулся с места.

Даже стоя на одной ноге, он с лёгкостью сдержал удар, нанесённый Клаимом изо всех сил. Газеф был словно гигантское дерево, что толстыми корнями вросло в землю.

Клаим скомбинировал два боевых навыка, создавая свою сильнейшую атаку, но всё равно не смог совладать с Газефом, стоявшим на одной ноге. Несмотря на удивление, юноша перевёл взгляд вниз. Чтобы ударить палашом, ему пришлось приблизиться. А раз так, то Газеф снова может пнуть его в живот.

Удар последовал сразу же, как только Клаим начал отпрыгивать.

Появилась несильная, тупая боль. Они двое стояли лицом к лицу в нескольких шагах друг от друга.

Газеф чуть расслабился, его губы поднялись вверх.

Хотя тот улыбнулся, это не вызывало неприязни, а освежало. Клаиму стало немного стыдно. Для него это была словно улыбка отца, наблюдавшего за взрослением сына.

— Это было великолепно. Тогда я буду немного серьёзнее. — Выражение Газефа изменилось.

Клаим почувствовал, как по телу побежали мурашки. Сильнейший воин Королевства наконец показал себя.

— Лечебное зелье у меня с собой, так что не надо волноваться. Переломы оно залечит.

— Благодарю...

Газеф намекал, чтобы тот был готов к сломанным костям, из-за чего у Клаима в груди громко забилось сердце. Он привык к травмам, но это не значило, что они ему нравятся.

Газеф ринулся вперёд в два раза быстрее, чем тогда Клаим.

Полуторный меч прочертил дугу так низко, что черкнул камень, и полетел к ногам Клаима. Тот едва успел вонзить палаш в пол.

Два клинка врезались... по крайней мере так думал юноша. В это мгновение меч Газефа изменил направление и метнулся вверх вдоль палаша.

— Кх!

Клаим наклонился назад, и меч пролетел в считанных сантиметрах от лица, срезав несколько прядей его волос.

Испугавшись, что Газеф загнал его в угол так скоро, Клаим заметил, что полуторный меч остановился и быстро возвращается назад. Он не успел всё обдумать, но инстинкт выживания заставил прикрыться щитом. Полуторный меч с громким лязгом врезался в щит.

И...

— Угх!

Клаим ощутил сильную боль, и его отбросило вбок. От удара о пол он выронил из руки клинок.

Воин-капитан поднял полуторный меч вверх и с силой ударил Клаима в бок.

— Битва — это поток, а не просто нападение и защита. Ты должен двигаться так, чтобы каждое действие могло перетечь в следующую атаку. Твоя защита должна служить частью следующего удара, — спокойно заговорил Газеф, пока тот подбирал меч и пытался встать, держась за бок. — Я сдержался, так что переломов нет. Думаю, ты можешь продолжать... Так что будешь делать?

Похоже, Газеф даже не устал, а Клаим уже тяжело дышал от боли.

Он не смог продержаться даже несколько ударов, этим уродливым зрелищем он лишь тратил время Газефа. Тем не менее Клаим хотел стать сильнее, даже немного.

Подняв меч, он кивнул и снова стал в стойку.

— Прекрасно, продолжим.

— Да! — хрипло прокричав, Клаим ринулся вперёд.

Его били, бросали в воздух, а иногда даже прибегали к ударам руками и ногами. Клаим рухнул на пол, тяжело дыша. Холод камня, что чувствовался через кольчугу, был приятным.

— Хах, хах, хах...

Он даже не пытался вытереть пот. Нет, на это даже энергии не было. Терпя накатывающую ударами боль, Клаим, не в силах противостоять усталости, прикрыл глаза.

— Ты хорошо поработал. Я пытался ничего не сломать, у меня получилось?

— ... — растянувшись на полу, Клаим задвигал руками и дотронулся до мест, которые до сих пор болели, — не думаю, что я что-то сломал. Это лишь синяки, хоть они и сильно болят.

Они лишь ныли, это не помешает защите принцессы.

— Правда?.. Тогда в зелье нет нужды.

— Да. В конце концов, его небрежное использование отменит воздействие тренировки на мышцы.

— И то правда. Нельзя, чтобы магия восстановила их до изначального состояния. Предположу, ты сейчас вернешься к своим обязанностям охранника принцессы?

— Да.

— Тогда возьми это с собой. Используешь, если что-то случится, — со стуком воин-капитан положил возле Клаима бутылочку зелья.

— Благодарю, — он поднял голову и посмотрел на человека, к которому так и не смог прикоснуться мечом.

Газеф, на котором не было ни единой царапинки, странно посмотрел на него и заговорил:

— Что такое?

— Ничего... я просто подумал, что вы невероятны.

Он дышал спокойно, а на лбу практически отсутствовали следы пота. Клаим вздохнул, осознавая, что это и есть разница между ним, лежащим на полу, и сильнейшим воином Королевства. Но Газеф горько улыбнулся:

— Понятно...

— Как...

— Даже если спросишь, как я стал таким сильным, я не смогу ответить. Это просто талант. Я научился драться, когда был наёмником. Эти пинки, что знать называет вульгарными, я тоже выучил в те дни.

Газеф заявлял, что не существует трюка, с помощью которого можно быстро обрести силу. Надежда, что если он пройдёт те же тренировки, то станет сильнее, тут же разбилась.

— Клаим, у тебя есть потенциал. Используй для сражения удары руками и ногами.

— Вы правда... так считаете?

— Да. На самом деле даже хорошо, что ты не тренировался как мечник или солдат. Если человек владеет мечом, он стремится драться только им. Я считаю, что это неправильно. Смотри на меч просто как на ещё один инструмент нападения, при этом добавляй удары кулаками и ногами. Не будет ли это более эффективно в настоящем сражении? Хотя... мой меч больше подходит искателям приключений.

Обычно ничего не выражающее лицо Клаима озарила улыбка. Он не ожидал, что сильнейший Королевства так высоко похвалит его навыки, его нестандартные движения и умения, не связанные правилами.

Меч, над которым у него за спиной смеялась знать, похвалили. Его радость была огромной.

— Ну, тогда я пойду. Мне не следует опаздывать на утреннюю трапезу короля. Ты тоже возвращаешься?

— Нет. Сегодня придёт гость.

— Гость? Дворянин, наверное? — Газеф подумал, что для принцессы странно принимать гостя, Клаим ответил:

— Да. Придёт госпожа Аиндра.

— Аиндра?.. А! Но какую именно ты имеешь в виду? Голубую Розу, да? Не Алую?

— Да, Голубую Розу.

Газеф почувствовал облегчение, это было очевидно.

— Ясно... вот оно что. Если пришла подруга...

Должно быть, Газеф подумал, что Клаима не пригласили на завтрак, потому что к принцессе пришла подруга. Но на самом деле это Клаим отказался приходить. Даже если бы он имел право отказать члену королевской семьи, всё равно это было бы немного чересчур... Газеф нахмурился бы при таких новостях. Вот почему юноша промолчал, оставив всё воображению воина-капитана.

Даже сама Аиндра, с которой он познакомился через Реннер, просила его присоединиться. В отличие от остальной знати, она не имела бы ничего против его присутствия.

Просто он заботился о своей госпоже, у которой было очень мало подруг. Принцессе редко удавалось поговорить с другими девушками. Клаим считал, что его отсутствие к лучшему.

— Спасибо за ваши сегодняшние наставления, господин Газеф.

— Не бери в голову. Я тоже получил удовольствие.

— Если это не доставит вам больших трудностей... могу я попросить вас наблюдать за моей тренировкой и в следующий раз?

Газеф на мгновение замолчал, но прежде чем Клаим успел извиниться, заговорил:

— Трудностей нет, пока никого нет рядом.

Ясно поняв причину колебания воина-капитана, Клаим промолчал. Затем заставил ноющее тело встать, чтобы показать свою искренность:

— Спасибо вам огромное!

Газеф медленно махнул рукой и повернулся:

— Уборку оставляю на тебя. Будут проблемы, если я пропущу трапезу... Ах, точно. Вертикальный удар был неплох, но при этом ты должен держать в голове свой следующий шаг. Подумай, что случится дальше, если противник заблокирует или уклонится от атаки.

— Да!

Часть 4

Месяц последнего огня (девятый), третье число, 6:22

Попрощавшись с Газефом, Клаим вытер пот влажным полотенцем и направился в место, что совершенно отличалось от тренировочного зала, хоть и было такого же размера. Этот зал был наполнен множеством людей, оживлённо беседующих друг с другом. Приятный запах смешивался с дружеской атмосферой, подогревая аппетит.

Юноша пришёл в столовую.

Пробравшись сквозь весь этот гам, Клаим встал в очередь к столу с разнообразными блюдами. Как и человек перед ним, он взял поднос и поставил на него деревянные тарелку, супницу и чашку.

Затем, двигаясь вместе с очередью, накладывал себе еду.

Большая, источающая пар картошка, ячменный хлеб, рагу из небольших кусочков мяса и овощей, маринованная в уксусе капуста и кусок колбасы. С точки зрения Клаима еда была довольно роскошной.

Переложив еду на поднос, Клаим почуял богатый аромат, из-за чего захотелось есть ещё сильнее. Затем осмотрел столовую. Солдаты шумно ели, разговаривая о всякой ерунде, вроде следующего выходного, сегодняшней еде, семье и ежедневных обязанностях. Найдя свободное место, юноша протиснулся туда через весь гвалт.

Он сел на свободное место на широкой скамейке. Сидевшие с обеих сторон солдаты весело болтали в кругу своих друзей. Они лишь безынтересно глянули на Клаима и возобновили свои беседы.

Вокруг юноши образовался островок тишины.

Посторонний посчитал бы это странным.

Несмотря на оживлённые разговоры вокруг, ни один человек не попытался поболтать с Клаимом. Конечно, люди обычно не заговаривают с незнакомцами. Но ведь солдаты не такие, им часто приходится доверять друг другу жизнь. И вправду довольно ненормально.

Будто человека по имени Клаим не существует.

Впрочем, он понимал своё положение и тоже не пытался заговорить с другими.

Замок охраняли не простые солдаты. В Королевстве «солдатами» называли ополчение, которому владеющая землёй знать выдала оружие. Губернатор содержал свою отдельную армию, а ещё была городская стража. Всех их объединяло то, что они набирались из простолюдинов.

Но дворец — это центр важных новостей и информации, а также в нём живёт королевская семья. Если такое место позволить охранять первому встречному, то появится куча проблем.

Вот почему, чтобы стать стражником во дворце, необходима рекомендация какого-то дворянина. Если стражник вызовет неприятности, рекомендовавший его дворянин понесёт ответственность. Потому рекомендации давали только людям с чистым происхожденим, а также здоровым телом и разумом.

Однако из-за этого начали образовываться фракции.

В зависимости от того, к какой дворянской фракции принадлежал поручитель, солдату тоже приходилось примыкать к его группе. А тому, кто решит отказаться, даже рекомендацию не выдадут. По справедливости, в этом правиле не было исключений. На первый взгляд, хорошего тут мало, но втянутые в борьбу за власть солдаты, наоборот, тренировались старательнее. Охранявшие дворец стражники обладали неплохими навыками, хоть и уступали имперским Рыцарям.

Клаим на несколько уровней превосходил их, но это тоже было одной из причин, почему дворяне выступали против него. Они не могли смириться с тем, что он сильнее солдат, которых они рекомендовали.

Конечно, случалось, что бойцов спонсировали дворяне, не принадлежавшие ни к одной из фракций. Однако в нынешней борьбе за власть между королевской фракцией и фракцией знати был только один дворянин, который мог сновать между ними, словно летучая мышь.

И среди солдат лишь один человек не получил рекомендацию дворян.

Клаим.

Как правило, человеку с его прошлым не позволили бы служить принцессе Реннер, защищать члена королевской семьи. Такую важную задачу никогда не давали человеку низкого происхождения. Общеизвестно, что королевскую семью способны защитить лишь дворяне.

Тем не менее исключения попадались. Например, элитные воины Королевства, а также сильнейший солдат, Газеф Строноф. А когда принцесса Реннер сильно того пожелала, ей мало кто осмелился противостоять в открытую. Хотя члены королевской семьи могли ей возразить, кто встрянет, если она получила одобрение короля?

Клаим получил собственную комнату благодаря весьма запутанным обстоятельствам. Простой солдат даже мечтать не мог о личном пространстве, и должен был жить в общих комнатах. Кроме приказа Реннер, ему дали комнату, чтобы изолировать. Поскольку он не входил ни в какую фракцию, то причинял много беспокойства.

Учитывая обстоятельства Клаима, он, очевидно, принадлежал королевской фракции. Но ведь в неё входили дворяне, хоть и присягнувшие на верность королю. С их точки зрения Клаим, имевший смутное происхождение, был бельмом на глазу.

В итоге королевская фракция посчитала, что его к себе брать хлопотно, к тому же он и так будет на них работать. Фракция же дворян считала, что выгодно перетянуть его на свою сторону, но в то же время это довольно опасно.

Хоть знать и разделилась на фракции, это не значило, что каждая состояла из единомышленников. Ведь прежде всего фракция — это собрание людей, объединённых одной целью или идеей. Если у королевской фракции есть люди, что не приветствуют Клаима, — простолюдина с неизвестным происхождением, который ближе всех к настолько красивой принцессе, что её называют золотой, — то и у фракции дворян должен быть кто-то, кто хочет переманить его на свою сторону.

Тем не менее пока ни в одной группе не появилось никого достаточно глупого, чтобы подойти к нему и тем самым расколоть собственную фракцию.

В итоге обе фракции заключили, что не хотят видеть Клаима на стороне противников, но и на своей стороне тоже.

Вот почему он ни с кем не общался и ел один.

Просто двигал ложкой и даже не глядел на остальных, потому завтрак не занял даже десяти минут.

— Пора идти, — удовлетворённо пробормотал он сам себе. Привычка, что, должно быть, образовалась от частого одиночества.

Когда он вставал, проходивший мимо солдат в него врезался, задев локтем рану, которую Клаим получил на тренировке с Газефом. Это заставило юношу всё с тем же пустым лицом остановиться.

Солдат продолжил идти, как будто бы ничего не случилось. Разумеется, идущие с ним солдаты тоже ничего не сказали. Те немногие, что видели инцидент, лишь чуть нахмурились, но не заговорили.

Испустив долгий вздох, Клаим взял поднос с пустой посудой и пошёл прочь.

Подобные инциденты происходили каждый день. К счастью, это случилось не тогда, когда он держал в руках миску с горячим рагу.

Незаметно сделать ему подножку или «нечаянно» на него натолкнуться — такое поведение было вполне обычным. Но...

Что с того?

Клаим молча пошёл вперёд. Хуже те люди не сделают, в особенности когда он в столовой, где много свидетелей. Юноша выпятил грудь и смотрел прямо вперёд, он ни в коем случае не должен опускать взгляд. Если бы он показал себя неприглядно, то навредил бы своей госпоже, Реннер. На кону стояла репутация девушки, которой он поклялся в абсолютной верности.

Глава 2. Синие розы

Часть 1

Месяц последнего огня (девятый), третье число, 8:02

В белых доспехах и с мечом на поясе Клаим выглядел просто идеально. В таком виде он и вошёл во дворец Валенсия. Люди обычно разделяли дворец на три главных здания. Клаим направился в самое большое, в котором расположилась королевская семья. В отличие от тренировочного зала или столовой, это место было построено так, чтобы пропускать как можно больше света, из-за чего ослепительно сияло.

Он шёл по широкому коридору, вычищенному настолько хорошо, что не осталось даже пылинки, не говоря уже о мусоре. Выкованные из мифрила с добавлением орихалка и зачарованные магией доспехи не издавали ни звука.

У стен вытянулась дворцовая стража — рыцари, тоже закованные в полную пластинчатую броню.

В Империи «рыцарями» называли простых людей, которых призвали в армию. Рыцарями же Королевства могли стать лишь дворяне. Например, встречалось много случаев, когда третий сын дворянина шёл в рыцари, потому что не мог стать наследником семьи. Однако, поскольку Королевство платило рыцарям довольно высокое жалование, в них принимали лишь тех, кто умел владеть мечом. Даже дворянин не смог бы стать рыцарем, пользуясь одними связями.

Лучше всего им подходило название «элитная стража короля».

Для Газефа придумали звание «воин-капитан» именно потому, что многие не хотели делать его рыцарем.

Проходя мимо, Клаим здоровался с рыцарями. Как и ожидалось, лишь несколько поздоровались в ответ, но некоторые даже встретили его со всей искренностью. Хотя они были дворянами, эти люди поклялись в верности королю и обладали сердцем воина. Не забывая о своей преданности, они очень уважали тех, кто имеет хорошие навыки.

Впрочем, по пути Клаиму попадались и те, кто его явно ненавидел.

Горничные.

Завидев его, большинство из них с отвращением отворачивалось.

Работающие во дворце горничные отличались от обычных, они были дочками дворянских домов, пришедшими набраться опыта. В каком-то смысле они имели более высокое положение, чем Клаим. В особенности те, кто работал возле королевской семьи, большинство происходило из высшей знати. Их недовольство в связи с тем, что приходилось кланяться человеку, стоящему даже ниже простолюдина, выражалось в виде гнева.

По положению Клаим и вправду был ниже них. Вероятно, они пытались показать своё отвращение, пока Реннер нет рядом. Думая так, юноша не злился на них за такое поведение. Однако он не осознавал, что тем самым создал порочный круг, где горничные принимали его безэмоциональность за безразличие и злились ещё сильнее. Если бы он заметил это, всё могло бы пойти более гладко.

А потому каждое посещение дворца немного действовало ему на нервы.

И, само собой разумеется, во дворце жили не только Реннер и Ланпоса третий.

Угх?!

Как дьявола помянешь... Клаим отошёл к стене, выпрямился и, не двигаясь с места, приложил руку к груди.

Приближались два человека. Сзади шёл высокий, худой мужчина со светлыми волосами — маркиз Рэйвен, глава одного из шести домов высшей знати Королевства. Но проблемы вызывал низкий, толстый мужчина, идущий впереди. Звали его Занак Варлеон Игана Райль Вайсельф, второй принц и второй в наследовании престола.

Занак остановился и нахмурился.

— О, Клаим? Идёшь к тому монстру?

Принц называл так лишь одну особу. Хотя Клаим понимал, что ведёт себя нагло, но не выдержал и возразил:

— Ваше высочество, я благодарен за ваши слова, но госпожа Реннер не монстр. Она добрая и красивая, некоторые даже зовут её сокровищем Королевства.

Как ещё можно называть девушку, что избавилась от торговли рабами и предлагает разнообразные идеи, призванные помочь гражданам? Хотя из-за сопротивления дворян приняли не так много из них, Клаим знал лучше кого бы то ни было, как сильно она заботится о людях.

Каждый раз, когда предназначенную для помощи простым людям идею отклоняли по глупой причине, — например, чтобы знать сохранила лицо, — он видел, как добросердечная принцесса плакала. Этот человек, Занак, что даже пальцем о палец не ударил, не имеет права её осуждать.

Юношу охватило желание закричать, ударить кулаком.

Хотя у Реннер и принца общим был лишь отец, ему грубить всё равно нельзя. Да и Клаим не мог позволить гневу показаться на лице.

Реннер однажды сказала: «Мой старший брат попытается тебя разозлить, чтобы обвинить в неуважении к нему. Скорее всего, он ищет повод разлучить нас. Клаим, никогда не позволяй ему увидеть твою слабость».

Её лицо было таким грустным... лицо госпожи, которую не принимает даже собственная семья. Клаим вспомнил день, когда поклялся, что по крайней мере он её никогда не предаст.

— Но я ведь не называл её имени? Наверное, именно так ты на самом деле о ней думаешь... Ладно, хватит об очевидном. Но сокровище?.. Она что, и впрямь предлагает свои идеи, думая, что те сработают? Мне вот кажется, она знает, что их не примут, но всё равно продолжает предлагать.

Это не правда. Как такое вообще может быть? Это просто уродливая зависть человека, который неспособен мыслить по-другому.

— Не думаю, что это так.

— Фу-фу-фу-фу. Всё ясно, ты не видишь в ней монстра. Может быть, потому что слеп? Или это она слишком умна? Что-то тут нечисто...

— Ничего подобного. Я искренне верю, что госпожа Реннер — сокровище Королевства.

Ведь Клаим, самый близкий к ней человек, был уверен: все её дела праведны.

— А это интересно. Тогда можешь вместо меня передать этому монстру сообщение?.. Хотя твой брат о тебе думает лишь как о политическом инструменте, если будешь сотрудничать со мной, я избавлю тебя от права наследования и наделю территорией.

Клаим почувствовал нарастающее недовольство.

— Шутить следует в меру... Я не ожидал, что вы скажете такие слова. Сделаю вид, что никогда их не слышал.

— Фу-фу-фу-фу. Жаль. Пойдём, маркиз Рэйвен.

Молча и внимательно наблюдавший за ними человек кивнул.

О маркизе Клаим знал не очень много. Тот проводил чёткую линию между юношей и собой, но смотрел на него немного иначе, чем остальная знать. Реннер тоже не давала особых указаний насчёт того, как вести себя с Рэйвеном.

— А, чуть не забыл. Маркиз Рэйвен тоже разделяет моё мнение и думает о ней как о монстре. Уверяю, в этом деле у нас с ним полное согласие.

— Ваше высочество...

— Маркиз Рэйвен, ещё одно слово. Послушай, Клаим. Будь ты фанатиком, я не утруждал бы себя словами. Но... предупреждаю, она тебя обманывает. Она — монстр.

— Ваше высочество, может быть, с моей стороны это дерзко, но позвольте спросить. Какую часть госпожи Реннер вы считаете монстром? Никто не заботится о Королевстве и его гражданах старательнее, чем она.

— Почти все её усилия оказываются напрасными... Она ведёт себя слишком бесцельно. Поначалу я думал, что ей, наверное, не хватает опыта. Но во время разговора с маркизом ко мне пришла мысль. Что, если она всё просчитала? Это всё объясняет. Если это так... то девушка, прожившая полжизни во дворце и почти не имеющая связей со знатью, управляет ими, как того хочет... Как ещё её называть, если не монстром?

— Это простое недоразумение. Госпожа Реннер не такой человек.

Клаим был уверен: те слёзы не лгали. Реннер бескорыстна и добра. Ведь она спасла ему жизнь. Но его слова не доходили до принца. Горько улыбнувшись, тот пошёл по своим делам, маркиз Рэйвен последовал за ним.

В пустом коридоре Клаим прошептал:

— Госпожа Реннер — самый великодушный человек на свете. Моё существование тому доказательство. Если...

Он проглотил эти последние слова. Тем не менее они появились у него в голове. Если бы госпожа Реннер правила Королевством, оно стало бы великой державой, которую поддерживают граждане. Конечно, учитывая порядок наследования, это желание невыполнимо.

И тем не менее Клаим не мог сдаться.

Месяц последнего огня (девятый), третье число, 8:11

Наконец Клаим дошёл до комнаты дворца, которую посещал наиболее часто.

Несколько раз проверив коридор, он повернул дверную ручку, даже не постучавшись. Абсурд. Но того желала госпожа. Она отказывалась слушать, как бы Клаим ни возражал. В конце концов, пришлось уступить. Ничего не поделаешь, слёзы девушки поставили его в невыгодное положение. Впрочем, он выдвинул несколько условий. Что бы она ни говорила, в присутствии короля он без стука не зайдёт.

А кроме того, заходя без стука, он испытывал сильный стресс.

Как можно разрешать нечто подобное? — думал Клаим каждый раз, стоя перед дверью.

Когда он уже собирался её открыть, рука остановилась — через небольшую щель он услышал оживлённую дискуссию.

Два голоса, оба женские.

Он застыл, поскольку обладательница одного из голосов настолько погрузилась в разговор, что не заметила присутствия Клаима, хоть он и стоял прямо за дверью. Ему не хотелось их прерывать. Не шевелясь, Клаим сосредоточился на голосах. Юноша чувствовал себя виноватым, что подслушивает, но ещё большую вину он ощутил бы, если бы прервал такую пылкую беседу.

— ...Разве я не говорила? Людей интересует лишь выгода, которую они видят перед собой.

— Хм-м...

— Реннер, при твоём плане чередования посевов — хотя не думаю, что это увеличит урожай — как долго людям придётся ждать результата?

— По моим расчётам где-то шесть лет.

— Тогда какие прогнозируются убытки за эти шесть лет выращивания разных зерновых культур?

— Зависит от вида зерновых... но примерно двадцать процентов с урожая. Но после шести лет будет стабильный тридцатипроцентный рост. Если сеять корм для скота, чтобы увеличить его поголовье, то рост ожидается ещё большим.

— Если скажешь только последнюю часть, то все запрыгают от радости. Но согласятся ли люди, чтобы шесть лет урожай был меньший на двадцать процентов?

— Королевство может ссудить эти двадцать процентов, но без ставки и залога. Мы установим способ выплаты, при котором отдавать долг крестьяне будут, когда начнут получать доход. Если урожай не повысится... долг взыскиваться не будет, а если увеличится, то в соответствии с планом люди смогут всё выплатить в течение четырёх лет.

— Это будет трудно.

— Почему?

— Я же сказала. Людей заботит лишь выгода, что лежит на поверхностии... многие предпочтут стабильность. Даже если ты гарантируешь тридцатипроцентный рост после шести лет, многие будут колебаться.

— Я... не понимаю. Урожай на поле, где я провела исследования, оказался хорошим...

— Даже хорошо прошедшие исследования полной гарантии не дают.

— Ну... я не проверяла все условия, так что, думаю, ты права. Потребуется масштабный эксперимент, чтобы проверить все особенности грунта и климата.

— Тогда будет ещё труднее. Ты не знаешь, будут ли эти тридцать процентов максимальным или средним приростом, это убьёт твои доводы. А значит, тебе придётся пообещать не только значительный доход в будущем, но и краткосрочную прибыль.

— Что, если на эти шесть лет на те же двадцать процентов уменьшить налог?

— Фракция знати будет просто счастлива видеть, как король теряет власть.

— Но если после шести лет мы получим столько же, столько отдали, страна станет сильнее...

— А заодно и фракция знати. Тогда король так и останется на двадцать процентов слабее. Дворяне во фракции короля никогда на это не согласятся.

— Тогда мы попросим купцов и...

— Ты говоришь о Великих купцах? У них свои интересы. Если они беспечно поддержат сторону короля, то не смогут нормально вести дела с фракцией знати.

— Как же это всё сложно... Лакюс.

— Ты делаешь мало подготовительной работы, поэтому твои идеи имеют тонну слабых мест. Что ж... полагаю, из-за противоборства двух фракций учредить это в деле будет очень трудно... А как насчёт того, чтобы работать над этими вопросами только во дворце?

— Не думаю, что братья позволят.

— А, эти иди... типы, что оставили свою честь в утробе матери для тебя...

— У нас разные матери.

— Господи, так тогда со стороны короля. В любом случае меня расстраивает, что даже в королевской семье нет единства.

Когда комната погрузилась в тишину, Лакюс поняла, что разговор об этом закончен.

— А, уже можно заходить. Да, Реннер?

— Э?

У Клаима в груди громко забилось сердце. Юношу потрясло, что она уже заметила его. Впрочем, этого следовало ожидать. Он медленно открыл дверь.

— Простите.

Глазам открылся знакомый вид.

В роскошной, но не кричащей комнате за столом у окна сидели две блондинки.

Одна, очевидно, хозяйка комнаты — Реннер.

Напротив неё сидела зеленоглазая девушка, её розовые губы сочились здоровьем, блестя на свету. По красоте она немного проигрывала при сравнении с принцессой, но источала иной шарм. Если Реннер обладала блеском драгоценного камня, то она — блеском жизни.

Лакюс Алвэйн Дейл Аиндра.

Хотя по её светло-розовому платьицу и не скажешь, но она — лидер одной из двух команд искателей приключений адамантового ранга в Королевстве, а также ближайшая подруга Реннер.

Ей было девятнадцать. А поднялась она до таких высот благодаря невероятному таланту. Клаим ощутил в душе слабые нотки зависти.

— Доброе утро, госпожа Реннер, госпожа Аиндра.

— Здравствуй, Клаим.

— Привет.

Поздоровавшись с ними, Клаим уже хотел было идти на своё место, чуть позади и справа от Реннер, но его остановили...

— Клаим, не туда, а сюда, — Реннер указала на стоявший справа стул.

Юноше это показалось странным. Вокруг круглого стола стояло пять стульев, как и всегда. Но чашек чая — три. Одна перед Реннер, вторая перед Лакюс и одна перед стулом возле Лакюс, Реннер указывала совсем на другое место. Он осмотрелся, но третьего человека не увидел. Посчитав это необычным, юноша всё же повернулся к своему стулу.

Сесть с госпожой, членом королевской семьи, за стол — невежливо. Как, впрочем, и приказ не стучать в дверь, хоть по словам Реннер это просьба. Почти все указания принцессы ударяли по его совести.

— Но... — в поисках поддержки Клаим перевёл взгляд на другую девушку. Он молча молил о пощаде, но сразу же получил отказ.

— Я не возражаю.

— Но... госпожа Аиндра...

— Как я уже говорила, зови меня Лакюс, — чуть глянув на Реннер, она продолжила: — Ведь, Клаим, ты особенный.

— Убью, — улыбнулась Реннер из-за того, что произнесённые сладким тоном слова Лакюс попали в точку. Но выражение, когда улыбаются лишь губы, а глаза серьёзны, трудно назвать весёлым.

— Госпожа Аиндра, прекратите шутить.

— Хорошо, хорошо. Какой же ты упрямый, Клаим. Тебе следует у неё поучиться.

— Э? Ты шутила? — удивилась Реннер, Лакюс вдруг замолчала и тяжело вздохнула.

— Конечно. Клаим в самом деле особенный, но лишь для вас.

Реннер чуть покраснела и прикрыла щёки ладонями. Клаим неловко отвернулся, но тут же широко открыл глаза:

— Что?!

Потрясённый юноша схватился за висевший у талии меч и встал перед принцессой. Лакюс снова вздохнула.

— Не веди себя так. Видишь, ты уже и Клаима пугаешь.

В её спокойном голосе не было даже намёка на настороженность. Осознав, что это означает, юноша расслабил плечи.

— Поняла, босс.

Через мгновение из тени вышла девушка.

— А, Клаим, ты её не знаешь. Это член нашей команды...

— Госпожа Тина, — Реннер закончила вместо Лакюс.

Насколько знал Клаим, адамантовая команда искателей приключений «Синяя роза» состояла из пяти женщин: лидера, заклинателя веры Лакюс; воительницы Гагаран; заклинательницы Ивлаи; а также Тии и Тины, опытных в воровском искусстве.

Клаим уже встречался с Лакюс, Гагаран и Ивлаей, но не знал последних двух.

Эта девушка... ясно. Она и вправду такая, как о ней ходят слухи.

С тонкими руками и одетая в чёрную, плотно облегающую одежду, она и вправду походила на воровку.

— Простите за грубость... Приятно с вами познакомиться, меня зовут Клаим, — юноша поклонился перед Тиной.

— Хм? А, не бери в голову, — девушка махнула рукой и совершенно тихо и плавно, словно дикое животное, подошла к столу.

Она села возле Лакюс, а значит та чашка, вероятно, её. И хотя количество чашек ясно говорило, что это невозможно, но Клаим осмотрелся, тщательно высматривая последнюю девушку, с которой не был знаком.

Заметив это, Лакюс с пониманием заговорила:

— Тиа не пришла. А Гагаран и Ивлаи сказали, что ненавидят формальности. Хотя в этом завтраке даже намёка на формальности нет. Я же нарядно оделась просто на всякий случай, других делать то же самое я не заставляю.

Несмотря на слова Лакюс, её наряд как раз соответствовал придворному этикету, но Клаим не собирался говорить это девушке, которая была как подругой Реннер, так и выдающейся дворянкой.

— Так вот в чём дело. Но я рад встретиться со знаменитой госпожой Тиной. И с нетерпением услышал бы ваши наставления.

— Клаим, почему бы сначала не присесть, а потом уже поговорить? — предложила Реннер и достала новую чашку.

Чай из магического предмета «Горячая бутыль» испускал пар, словно его только что заварили. Один из дорогих сердцу Реннер предметов, в течение часа сохраняющий температуру и качество налитого внутрь напитка. Она использовала его довольно часто, когда принимала особенно важных гостей, но в иных случаях очень редко.

Не имея возможности отказать, Клаим покорно сел на своё место и сделал глоток чая.

— Очень вкусно, госпожа Реннер.

Принцесса сладко улыбнулась, но, честно говоря, Клаим понятия не имел, хороший чай или нет; но всё, приготовленное Реннер, по определению вкусно.

Вдруг он услышал ровный, лишённый эмоций голос:

— Сегодня Тиа пошла собирать информацию. Дворец должны были посетить мы трое, но наш злой босс вдруг дала ей работу. Это она во всём виновата.

Само собой разумеется, говорила Тина. Заметив, как Лакюс пугающе улыбнулась, Клаим отвёл глаза и ответил:

— Ясно... если будет возможность, в следующий раз я хотел бы хоть раз встретиться и с ней.

— Клаим, Тина и Тиа — близнецы. Даже волосы у них одинаковой длины.

— Так что ничего страшного, что ты увидел только Тину.

Хотя дело было совсем не в этом, Клаим показал, что понял.

Тем не менее юношу смутил пронзающий взгляд Тины. Он собирался проигнорировать его, но потом подумал, что она могла заметить что-то, чего ему не хватает. Он всё же спросил:

— Что-то не так?

— Слишком большой.

— Что?..

Юноша не понял, о чём это она. Когда над головой Клаима словно появилось множество вопросительных знаков, Лакюс вмешалась, сказав извиняющимся тоном:

— Это пустяк. Она просто говорит сама с собой. Не волнуйся об этом, Клаим. Нет, правда, не волнуйся. Я серьёзно.

— Хорошо...

— О чём она говорила, Лакюс?

Хотя Клаим заставил себя согласиться, вмешалась озадаченная Реннер. С кислым лицом подруга ответила:

— В самом деле. Каждый раз, когда речь заходит о Клаиме, ты...

— А, я имела в виду...

— Заткнись, Тина. Я не взяла Тию, потому что она всегда говорит Реннер какие-то странности. Можешь это понять и замолчать, пожалуйста?

— Ладно, злой босс.

— Лакюс... что она собиралась мне сказать? — продолжала выпытывать Реннер.

Лицо Лакюс одеревенело. Казалось, что ей даже больно. Пока Клаим решал, вмешиваться или нет, она быстро к нему повернулась:

— Хм... Клаим, ты используешь эти доспехи.

— Да, они просто невероятны. Благодарю.

Хотя это была вынужденная смена темы разговора, Клаим, чтобы не смущать гостью, ответил и провёл рукой по белой броне, которую получил от Реннер. Выкованные из мифрила — с небольшой примесью орихалка — доспехи были зачарованы магией, которая делала их удивительно лёгкими, крепкими и не сковывающими движения.

А мифрил для их производства предоставили члены Синей розы. Сколько бы он их не благодарил, этого не будет достаточно.

Когда Клаим собрался поклониться, Лакюс его остановила:

— Не волнуйся об этом. Мы просто дали тебе остатки мифрила, из которого делали собственную броню.

Даже остатки этого металла очень дороги. Доспехи из него могут себе позволить лишь искатели приключений орихалкового ранга, мифрилового же — только оружие, и то едва хватит денег. И только искатель приключений адамантового ранга мог отдать мифрил.

— Я просто была не в силах отказать Реннер.

— Ты тогда не приняла оплату. А я ведь скопила свои карманные деньги.

— Разве не странно для принцессы назвать это карманными деньгами?

— Финансы владений считаются отдельно. Я хотела сделать Клаиму доспехи на собственные деньги.

— Конечно хотела. Это ведь Клаим. Я была уверена, что ты собиралась за них заплатить.

— Если знала, не следовало отдавать мифрил бесплатно. Глупая Лакюс.

— Глупая? Да как ты...

Надувшаяся Реннер и ухмыляющаяся Лакюс игриво подшучивали друг над другом.

Глядя на них, Клаим сосредоточился, стараясь не улыбнуться. Благодаря госпоже, принявшей его под своё крыло, он мог наблюдать даже столь милое общение. Однако рассказать о своих чувствах он не мог.

С благодарностью всё было в порядке, но он не мог показать чувства, что скрывались под ней.

Свою любовь.

Собрав эмоции, он подавил их. И сказал слова, которые произносил уже множество раз:

— Спасибо, госпожа Реннер.

Он дал ясно понять: между ними, госпожой и слугой, проведена чёткая линия. Но Клаим наблюдал за ней достаточно долго, чтобы заметить в улыбке Реннер крохотный след печали.

— Не за что. Ладно, мы отвлеклись. Вернёмся к главной теме?

— Ага. Мы говорили о Восьми Пальцах. Я остановилась на том, как мы ворвались в три их деревни для выращивания наркотиков и подожгли поля.

Услышав название, Клаим чуть нахмурился.

«Восемь Пальцев», преступная организация, действующая на тёмной стороне Королевства. Его уважаемая госпожа пыталась что-то сделать с этой группой. Конечно, крестьянам, выращивающим наркотики ради выживания, из-за сожженных полей не поздоровится. Однако их жизни — необходимая жертва ради избавления от наркотика, разъедающего Королевство.

Если бы Реннер обладала абсолютной властью, то уже давно бы приняла необходимые меры. Но даже как принцесса она не встретила поддержки. Единственным вариантом было принять хладнокровное решение и спасти тех, кого можно, а от остальных отказаться.

Предположим, если бы она попросила отца, короля, то смогла бы атаковать военной мощью или политически. Но Восемь Пальцев однозначно связаны со знатью, так что информация наверняка просочится и доказательства уничтожат заранее.

Вот почему Реннер решила сделать личный заказ Лакюс и её команде.

Клаим понимал, что это опасный шаг. Обычно искатели приключений принимали заказы через гильдию, а от частных отказывались. Ведь это нарушение правил. Искателей приключений высшего ранга, адамантового, конечно же не накажут и не выгонят, тем не менее пострадает их репутация в гильдии, и это ещё аукнется в будущем. Синяя роза взялась за работу лишь потому, что любила Королевство и считала Реннер подругой.

Клаим зауважал принявшую на себя такой риск Лакюс ещё больше.

Лакюс решила, что как раз время кое о чём поговорить. Она открыла сумку, которую подала Тина, и достала пергамент. Там был текст, который члены Синей розы, включая Лакюс, не смогли расшифровать. Но Реннер, самая умная среди всех знакомых Лакюс, может быть, что-то с ним сделает.

— Мы нашли это, сжигая наркотики, что хранились в деревне. Нам показалось, в свитке какие-то письменные приказы, так что мы взяли его с собой... ты знаешь, что там написано?

Развернув бумагу, Реннер увидела символы, не принадлежащие письму ни одной страны, и сразу ответила:

— Это подстановочный шифр.

Подстановочный шифр — код, где символ или слово заменяются другим символом или словом. Если «а» означает «1», а «б» — «2», то «аабба» становится «11221».

— Я тоже так подумала. Мы пытались найти подстановочную таблицу, но, к сожалению, нам не удалось. Может, члены преступной группы её просто запоминали, потому мы поймали одного, который, как нам показалось, за это отвечал. Дальше мы хотели допросить его с помощью магии очарования, но такая магия теряет эффективность, когда повторно применяется тем же человеком на той же цели, ты ведь и сама знаешь. Следует учитывать, когда её применять в первый раз. Я хотела сначала посоветоваться с тобой.

— Понятно... это сообщение оставили... чтобы создать ловушку?.. Или по какой-то другой причине? Тогда они не делали бы его сложным. Да, думаю, я довольно легко смогу взломать код.

После слов Реннер у Лакюс широко распахнулись глаза. Против воли она переглянулась с сидевшей рядом Тиной. Им в это не верилось, но, с другой стороны, подобного следовало ожидать.

— Посмотрим. Первая буква алфавита Королевства — это артикль, который означает или мужчину, или женщину; наверняка это один из слогов... подождите секунду, — пробормотала Реннер и поднялась с пергаментом в руках. Вернувшись с ручкой и бумагой, она начала писать. — Похоже, это простой код, в нём символ заменяется другим символом. Нам повезло, что используется алфавит Королевства. Если бы использовался имперский, пришлось бы сначала это перевести, и тогда расшифровка стала бы практически невозможной. Но тут... разгадав всего один символ, можно заполнить и остальные. Любой на такое способен, если попытается.

— Легче сказать, чем сделать. Разве можно это расшифровать, не зная десятки тысяч слов?

— Но у нас ведь закодирован приказ. Его не будут скрывать за метафорами, да и сложные слова вряд ли кто будет использовать. Сообщение, вероятно, написано так, чтобы даже ребёнок его понял. Вот почему масштаб организации столь велик.

Лакюс в душе бросило в холодный пот. Хотя подруга называла такой шифр простым, это совершенно не так.

Если это она, то всё возможно... её способности до смешного невероятны.

Она удивлялась при каждой их встрече. Лакюс не знала никого, кому бы лучше подходил термин «гений».

В отличие от сотрясаемой внутренней дрожью Лакюс, Реннер весело протянула бумагу:

— Я закончила. Хотя там не приказы.

На бумаге были написаны названия различных мест, семь из которых располагались на землях Королевства.

— Может быть, здесь они хранят наркотики? Наверное, основные базы?

— Никто не стал бы записывать и оставлять такую важную информацию в производственном объекте. Скорее всего, это наживка.

— Наживка? Хочешь сказать, ловушка?

— Хм... нет, не ловушка. Хотя Восемь Пальцев — одна организация, разве она больше не похожа на восемь сотрудничающих групп?

Лакюс кивнула:

— Тогда тут, наверное, написано о других семи группах. Отдел, что отвечает за наркотики, намеренно раскрыл информацию, чтобы извлечь из этого выгоду.

— Значит, они подготовили информацию обо всех отделах, кроме собственного... Я знала, что они не дружны, но подумать, что настолько...

Как искательница приключений, она с отвращением относилась к самой мысли о предательстве товарищей.

— Как я и думала, будет плохо, если не начнём действовать быстро.

Подруга кивнула, и Лакюс повторила свой вопрос:

— Тогда что нам делать с борделем? Этим мерзким местом, предлагающим любые услуги.

Даже говорить об этом Лакюс было трудно, внутри закипал гнев.

Чёрт возьми. Мусор, который думает лишь о своей похоти, должен умереть!

Она вспомнила, что они узнали о борделе. Сейчас в ней говорила не дочь дворянина, а искательница приключений, что пережила множество трудностей. Она просто не могла этого выносить. Не было смысла гадать, что значат эти «любые услуги». Там ради развлечения убивали множество людей — как женщин, так и мужчин.

В прошлом, когда существовала работорговля, в подпольном мире много развелось таких борделей, но благодаря активному участию её подруги торговлю рабами признали вне закона, и те дни давно прошли. Наверное, это последний такой бордель в столице, а, может, и в Королевстве.

Вот почему избавиться от него будет не так просто. Они встретят сильное сопротивление. Ведь это последний рай разврата для людей с настолько пошлыми слабостями, что они никогда не расскажут об этом посторонним.

— Скажи, Реннер. Раз мы не можем положиться в расследовании на правительство, почему бы не ворваться туда силой и разрушить всё до основания? Найдём доказательства, и тогда никаких проблем не возникнет, разве нет? Если отдел торговли рабами управляет этим борделем, его разрушение нанесёт организации большой удар. И в зависимости от найденных доказательств, мы сможем нанести удар и по вовлечённой в это знати.

— Может, ты и права, Лакюс. Но если мы так поступим, это навредит твоей семье, навредит Алвэйнам. Вот почему всё так сложно. Если используем твою Синюю розу, будет то же самое... А сам Клаим позаботиться об этом не сможет.

— Простите, что мне недостаёт способностей.

Когда он поклонился, Реннер потянулась и с доброй улыбкой взяла его за руку.

— Извини, Клаим. Я не это имела в виду. Это последний подпольный бордель в Королевстве. Никто не сможет разрушить его в одиночку. Послушай, Клаим, тебе я доверяю больше всего. Я знаю, как ты ради меня стараешься, но не делай ничего безрассудного. Это приказ, а не просьба, понял? Если с тобой что-то случится...

Глядя на красивую девушку, глаза которой наполняются слезами, даже Лакюс, тоже девушка, была тронута до глубины души. Что уж говорить о Клаиме?

Хотя он в отчаянии попытался сохранить серьезное лицо, покрасневшие щёки говорили сами за себя.

Бард назвал бы их «Принцесса и рыцарь». Увидев столь эмоциональную сцену, Лакюс внутренне немного ужаснулась. Хотя это невозможно, но если Реннер просчитала все свои действия, какой же она тогда невероятный мастер-интриган?..

Что же я думаю о подруге? У неё не настолько плохой характер, да и сделала она так много хорошего. Реннер работает, чтобы помогать другим. Если я не поверю в девочку, что заслужила прозвище «Золотая», кому тогда вообще верить?

Словно пытаясь избавиться от ужасающих мыслей, Лакюс покачала головой и заговорила:

— Кстати говоря, Тина с друзьями сумела раскрыть имена некоторых дворян, связанных с Кокодолом, главой отдела торговли рабами. Но мы не знаем, точна ли эта информация, так что не следует делать поспешные выводы.

Когда Лакюс перечислила имена по одному, на одно Реннер и Клаим отреагировали.

— Дочь этого дворянина работает моей служанкой.

— Что? Вряд ли он поставил её следить за тобой, но... думаю, нет гарантии, что она работает горничной лишь ради опыта.

— Верно. Рядом с ней следует осторожнее выбирать слова. Ты тоже об этом помни, Клаим.

— Теперь поговорим о том, как разобраться с местами, указанными в шифре? И Реннер, как думаешь, я могла бы позаимствовать Клаима? Хочу, чтобы он передал Гагаран и остальным немедленно готовиться к отправлению.

Часть 2

Месяц последнего огня (девятый), третье число, 9:49

Клаим спускался по главной улице Королевства. Незаметная внешность позволила ему полностью раствориться в толпе. Само собой разумеется, юноша не одел привлекающие внимание белые доспехи. Хотя с помощью особого алхимического вещества можно было изменить их цвет, он не чувствовал необходимости заходить так далеко, лишь чтобы доспехи были с ним.

Вот почему он почти не надел снаряжения; от обычного горожанина его отличала лишь кольчуга под одеждой, да полуторный меч на поясе. Его нынешняя экипировка была похожа на экипировку стражников или наёмников, что встречались везде. Благодаря ней прохожие держались от юноши подальше, но её было недостаточно, чтобы перед ним расступались.

Если человек хорошо вооружён, то он наверняка искатель приключений. Вооружались они не ради безопасности, а, скорее, для заметности. Нередки случаи, когда искатели приключений броско наряжались, чтобы выделяться из толпы. Это служило им своего рода рекламой. Среди них были и те, кто создаёт себе необычный образ, чтобы оставить хорошее впечатление и прославиться. В целом, внешний вид — визитная карточка искателя приключений.

Но Клаим собирался встретиться с людьми, которым такое шутовство не нужно. Слухи о членах Синей Розы распространялись, когда они просто шли по улице.

Наконец показался постоялый двор для искателей приключений. Комнаты, конюшня и даже достаточно просторный дворик, где можно помахать мечом, — тут было всё. Роскошное здание внутри поражало своей красотой не меньше. В комнатах были даже окна с прозрачным стеклом. В постоялом дворе высочайшего класса собирались уверенные в своих навыках искатели приключений, что могли себе позволить соответсвующую цену за жильё.

Не обращая внимания на стоявшего у входа охранника, Клаим открыл дверь в здание.

Первый этаж был сдвоенным пабом и рестораном. По сравнению с большими гостиницами, здесь сидело лишь несколько человек. Искатели приключений высокого ранга были столь же редкими, сколь и умелыми.

На мгновение слабые разговоры стихли, и любопытные глаза сосредоточились на нём. Клаим проигнорировал их и осмотрелся. Куда ни посмотри, везде сильные искатели приключений. В бою любой из них с лёгкостью бы победил Клаима. Всякий раз приходя в это место, юноша осознавал, какой он на самом деле ничтожный.

Прекратив расстраиваться, Клаим углядел нужное место. В дальнем углу за круглым столом сидели две женщины.

Одна из них — маленькая, укутанная в чёрную мантию. Лицо скрыто не тенями, а странной маской с красным камнем во лбу и такими узкими щелями для глаз, что невозможно даже сказать, какого они цвета.

А вторая...

В отличие от первой, у этой было крупное, подавляющее телосложение. Словно большая скала. В некотором смысле её можно назвать полной, но не из-за жира. Взять хотя бы руки — толстые, как ствол дерева. Чтобы поддерживать голову, шея — толщиной с бедра средней женщины, а венчает её квадратная голова. Подбородок широкий, а глаза, которыми женщина следила за окрестностями, хищные. Светлые волосы коротко пострижены, чтобы не мешали. Грудь, скрытая под одеждой, заметно раздута неоднократно тренированными мышцами. Это больше не грудь женщины.

Единственная команда искателей приключений адамантового ранга, состоящая только из женщин, Синяя Роза.

Это были двое её членов, заклинательница Ивлаи и воительница Гагаран.

Клаим пошёл в их сторону. Женщина, с которой ему нужно было поговорить, кивнула и хриплым голосом крикнула:

— Йо, ягодка!

Взгляды снова сосредоточились на Клаиме, но никто не засмеялся. Будто внезапно потеряв интерес, люди, в глазах которых промелькнуло что-то вроде сочувствия, отвернулись. Другие искатели приключений отнеслись к нему так не без причины. Они знали, что даже для орихалкового или мифрилового ранга грубить гостю Гагаран — не смелость, а безрассудная бравада.

Даже когда его так окликнули, Клаим спокойно пошёл вперёд. Гагаран всё равно не изменит кличку, сколько бы он ни просил. Лучше всего просто сделать вид, что он сдался и его это больше не заботит.

— Давно не виделись, госпожа Ивлаи, госп... Гагаран, — он подошёл к двум женщинам и поклонился.

— Ага, давно. Что, явился, потому что заскучал по моим объятиям? — с животной ухмылкой на лице спросила Гагаран, указывая подбородком на стул.

Но Клаим с пустым выражением на лице помотал головой.

Это тоже было частью подтрунивания Гагаран. Она его лишь приветствовала, правда, не шутила. Если Клаим ответит утвердительно даже забавы ради, Гагаран тут же потащит его в комнату на втором этаже, а против такой силищи сопротивляться бесполезно.

Гагаран, открыто заявлявшая, что «срывание ягодок» — её хобби, была именно таким человеком.

В отличие от воительницы, Ивлаи смотрела прямо перед собой и даже, кажется, не собиралась поворачивать голову в его сторону. Определить, куда смотрят её скрытые под маской глаза, было невозможно.

— Нет, я здесь по просьбе госпожи Аиндры.

— Э? От лидера?

— Да. Я передам её сообщение: «Похоже, нам пора выдвигаться. Расскажу подробности по возвращению. Немедленно готовьтесь к бою».

— Хорошо. Хм, а ты столько хлопотал из-за пустяка.

Клаим вспомнил, что хотел ещё кое-что спросить у широко ухмыляющейся Гагаран.

— Сегодня мне посчастливилось получить пару уроков владения мечом от господина Стронофа. Он похвалил вертикальный удар, которому вы меня научили.

Она научила его этому движению на заднем дворе этой гостиницы. Гагаран широко улыбнулась:

— О! Неплохо! Совсем неплохо. Но...

— Да. Я не буду останавливаться на достигнутом и стану тренироваться ещё усерднее.

— Это всё хорошо, но подумай над тем, какой навык использовать, если кто-то сможет блокировать твой удар.

Может, совпадение, а может, просто говорил здравый смысл первоклассных воинов, но совет Гагаран сильно напоминал совет Газефа. Неправильно поняв удивление на лице Клаима, Гагаран усмехнулась:

— Очевидно ведь: это вертикальное движение предназначено для убийства с одного удара. Обычно удар выбирают по обстоятельствам. Но дело в том, что ты так не сможешь.

Она имела в виду, что у него нет таланта.

— Так что поработай над комбинацией хотя бы из трёх ударов. Сделай так, чтобы противник не смог перейти в наступление, даже если их блокирует.

Клаим кивнул.

— Ну, такая тактика не сработает против, например, восьмируких монстров. Но на людей её должно хватить. Хотя если будешь нападать шаблонно, то всё будет кончено, как только враг поймёт твой шаблон. Это весьма эффективно только против врагов, которых ты встретил впервые. Придумай что-то, что даст тебе возможность наступать снова, снова и снова.

— Хорошо, я запомню, — Клаим искренне кивнул.

Этим утром в схватке с Газефом он лишь один раз сумел провести атаку. Все остальные попытки тот блокировал и контратаковал.

Но пошатнуло ли это его уверенность? Нет.

Он впал в отчаяние? Нет.

Напротив.

Обычный человек сумел подобраться так близко к сильнейшему воину Королевства, нет, даже ближайших стран. Юноша прекрасно понимал, что тот не сражался всерьёз. Но для Клаима, шедшего в кромешной тьме, этого более чем хватило, чтобы воодушевиться.

Он доказал себе, что старался не напрасно. Когда юноша подумал об этом, его до глубины души тронули слова, которые пыталась ему сказать Гагаран.

Хотя Клаим не был уверен, сможет ли придумать комбинацию ударов, ему от всего сердца захотелось это сделать. До следующего сражения с воином-капитаном он хотел стать сильнее и заставить того сражаться чуточку серьёзнее.

— Кстати... прошлый раз ты ведь что-то просил у Ивлаи? Магическую тренировку?

— Да, — Клаим глянул на заклинательницу.

В тот раз из-под маски последовала лишь насмешка. Ничего не изменилось, так что если он поднимет эту тему снова, то получит тот же ответ. Однако...

— Мальчик...

Клаим услышал почти неразличимый голос.

Он звучал очень загадочно, даже несмотря на маску. Если это не тонкий голосок, маска не помешала бы услышать характерный тембр. Однако по голосу Ивлаи не угадывался ни её возраст, ни эмоции. Его едва хватало, чтобы разобрать, что говорит женщина. Так могла говорить как старуха, так и юная дева, голос был ровный и равнодушный.

Просто её маска была магическим предметом, но почему она зашла так далеко, что даже скрыла свой голос?

— У тебя нет таланта. Попробуй что-то другое.

Грубое замечание, будто это всё, что ей требовалось сказать.

Клаим лучше кого бы то ни было знал, что не имеет никакого таланта к магии. И не только к магии. Сколько бы он ни махал мечом, насколько бы руки не становились жёстче от кровоточащих волдырей, он не достигнет столь вожделенного уровня. Стена, которую талантливые люди преодолевают с лёгкостью, для него стала непосильным препятствием.

Тем не менее это не причина прекращать попытки преодолеть стену. Пока он бесталанный, единственное, во что он может верить — что усилия позволят сделать хотя бы шаг вперёд.

— Видимо, ты не смиришься. — Будто прочитав эмоции под его ничего не выражающей маской, Ивлаи продолжила: — Талантливые люди обладают талантом изначально... Правда, некоторые утверждают, что это просто бутон, который ещё не распустился, и он есть у всех... Как бы не так! Я вижу в этом не более чем зависть. Самоутешение слабых. Лидер известных тринадцати героев был таким же.

По легенде этот герой вначале был обычным человеком. Но однажды самый слабый стал сильнейшим, ведь, даже покрывшись ранами, он никогда не опускал меч. Герой обладал силой с бесконечным потенциалом.

— Но талант этого человека тогда просто ещё не расцвёл. Ты отличаешься, даже с усилиями ты всего лишь на таком уровне. Талант существует. И есть те, кто им обладают, и те, кто нет. Так что... я не говорю тебе сдаться, но хотя бы знай своё место, — холодно сказала Ивлаи, из-за чего настала тишина. Но именно она её нарушила: — Газеф Строноф... это хороший пример человека с талантом. Клаим... ты веришь, что сможешь покрыть разницу между вами двумя усердным трудом?

Он не ответил. Этим утром он на своей шкуре почувствовал, что расстояние между ними невозможно преодолеть с помощью тренировок.

— Хотя это не совсем честное сравнение. Думаю, в таланте владения мечом с ним могут сравниться лишь тринадцать героев. Наша Гагаран довольно умела, но не сможет его победить.

— Не проси невозможного. Дядя Газеф уже одной ногой в реальности героев, — рассмеялась воительница. — Эй-эй, Ивлаи. Разве герои — это не монстры с талантом, который находится совсем в другой лиге? Эдакие сверхлюди?

— Не буду отрицать.

— А я лишь человек... Не могу я достигнуть уровня героев.

— Но ты всё же обладаешь талантом... Ты отличаешься от такого человека, как Клаим. Мальчик, не пытайся дотянуться до звёзд.

Он прекрасно это понимал. Но любой огорчится, если столько раз услышит, что не обладает талантом. Тем не менее юноша не собирался сворачивать с выбранного пути.

Потому что его тело принадлежит принцессе.

Ощутив в Клаиме что-то вроде мученичества, Ивлаи за маской цокнула языком:

— Полагаю, ты не остановишься даже после моих слов.

— Нет.

— Ты глуп, поистине глуп, — она покачала головой, не в силах его понять. — Если продолжишь идти вперёд, желая недостижимого, то сломаешься. Я повторюсь, но знай своё место.

— Я понял, что вы пытаетесь сказать.

— Но не желаешь слушать, поэтому ещё больший глупец. Ты ещё молодым загонишь себя в могилу... Разве кое-кто не будет плакать, если ты умрёшь?

— О? Что такое, Ивлаи? Пугаешь Клаима, потому что переживаешь за него?

Плечи волшебницы резко дёрнулись. Рукой в перчатке она схватила Гагаран за воротник и, посмотрев ей в глаза, прокричала:

— Заткнись, тупая башка!

— Но разве я не права?

Ивлаи даже слова не смогла выговорить, а Гагаран оставалась спокойной, даже когда её взяли за воротник. Опустившись назад на стул, она обратилась к Клаиму, пытаясь сменить тему:

— Сначала изучи всё о магии. Обладая обширными знаниями, ты сумеешь предсказать действия врага, который её использует. И тогда сможешь ответить соответствующе.

— Эй, ты знаешь, сколько существует различных заклинаний, но всё равно говоришь парню выучить их все? Не слишком ли ты жестока?

— Это не так. Есть общий ряд заклинаний, на котором обычно сосредотачивается заклинатель. Он может начать с них.

Ивлаи заявляла, что лучше сдаться, если ему не удастся хотя бы это.

— Думаю, с запоминанием заклинаний вплоть до третьего ранга у него трудностей не возникнет, хоть их и многовато.

— Эй, Ивлаи... Ты говорила, что ранг магии поднимается аж до десятого, и никто ещё не сумел выучить их все. Но о них всё равно есть информация, почему так?

— Хм... — С видом педагога, наставляющего учеников, Ивлаи что-то сделала рукой под мантией. Внезапно шум из зала стал казаться таким далёким. Словно их стол накрыло занавесом. — Не тревожьтесь, я активировала обычный предмет.

Насколько же сильно она опасается подслушивания? Осознавая, что ответ Ивлаи на вопрос Гагаран настолько важен, что потребовал применения предмета, Клаим в предвкушении прислушался.

— В старой легенде... одной из тех, что передаются из поколения в поколение, говорится о группе под названием Восемь Королей Жадности. Некоторые называют их существами, что украли силу Бога и обрели абсолютную мощь для правления миром.

Клаим знал эту историю. Как сказка она была не очень популярна, но любой хоть немного образованный человек её знал.

Если подытожить, Восемь Королей Желаний появились пятьсот лет назад. Умеющие летать над небесами, словно драконы, Короли разрушили множество стран и покорили мир своей подавляющей силой. Но в конце концов жадность настроила их друг против друга и привела к исчезновению.

И хотя история явно не блистала популярностью, мнения относительно её правдивости разделились. Клаим считал, что она слишком преувеличена. Однако многие искатели приключений верили, что Короли существовали на самом деле и обладали силой, превышающей силу любого ныне живущего. Основанием для их веры служил город, расположенный в пустыне на юге. Ходят слухи, что во времена правления Восьми Королей Жадности этот город построили в качестве столицы.

Пока Клаим углубился в свои мысли, Ивлаи продолжала рассказывать:

— Говорят, что Восемь Королей Жадности обладали бесчисленным множеством могущественных предметов. И величайший среди них — так называемая «Безымянная книга заклинаний»... Гримуар с таким именем существует. Вот твой ответ.

— Что? Так ты говоришь, что заклинания находятся в этой книге?

— Да. Сила этого магического предмета за гранью понимания. Предположительно, там записаны все существующие заклинания. Понятия не имею как, но по слухам даже недавно созданная магия автоматически там появляется.

Клаим знал о легенде Восьми Королей Жадности, но впервые слышал о такой книге. Смутно понимая, насколько редок подобный предмет, он молча слушал.

— Из этой книги и можно узнать о том, что существуют заклинания десятого ранга. Конечно, об этой истории и о «Безымянной книге заклинаний» знают очень немногие.

Клаим громко сглотнул:

— А в-вы не собираетесь заполучить её?

Ему стало интересно, потому что это ведь искатели приключений высочайшего ранга, для них всё возможно.

Но Ивлаи фыркнула, словно он сказал что-то дурацкое.

— По словам человека, который её видел, книгу охраняет сильная магия и не даёт никому без сильного чувства правосудия коснуться её. Предмет ценой в страну настолько же опасен. Я знаю, на что способна, а на что нет, и предпочту не умирать глупой смертью, как Восемь Королей Жадности.

— На это неспособна даже команда, лидер которой обладает оружием одного из тринадцати героев?

— Нет, ведь это совсем другой размах. Ну, мне эту историю тоже рассказали, так что я не уверена на все сто. Так, мы отклонились от темы. Вот твой ответ, Гагаран. Ты поняла? — И почему-то Ивлаи несколько мгновений поколебалась, прежде чем продолжить: — Клаим. Даже если ты желаешь силы, не отказывайся от человечности.

— Отказываться от человечности?.. Вы говорите о чём-то вроде демонов, что часто встречаются в рассказах?

— Да, и обо всём остальном, например о превращении в нежить или магическую форму жизни.

— Обычный человек на такое не способен.

— Это так... но превращение в нежить часто искривляет сердце. Желать совершенства... стать нежитью, чтобы достичь своего идеала. Сердце будет искушено изменённой плотью и превратится во что-то ужасающее.

В её ровном голосе чувствовалось немного жалости. Казалось, что Ивлаи смотрит куда-то вдаль. Наблюдавшая за ней Гагаран весело заговорила:

— Разве принцесса не удивится, однажды утром проснувшись и увидев, что Клаим стал огром?

Будто поняв, что скрывается за шуткой Гагаран, Ивлаи вернулась к своему нечитаемому голосу:

— Ну, есть и такой метод. Магией трансформации можно сделать так, чтобы эффекты были временными. Проще говоря, магией можно просто увеличить физическую силу.

— Пожалуй, откажусь.

— Это довольно эффективный способ стать сильным. Физические данные человеческого тела не особо впечатляют. С тем же талантом более сильное тело даст преимущества.

Это очевидно. Если навыки будут одинаковыми, сторона с большей силой выиграет.

— На самом деле из тринадцати героев многие не были людьми. И хотя их называют тринадцатью героями, их было намного больше. Просто так случилось, что в легенду вошли лишь тринадцать из них... Битва против Демонического Бога разрушила расовый барьер. Те, кто хотел выделить человечество, сомневались, стоит ли увековечить в легендах представителей иных рас, что играли активную роль, — цинично проговорила Ивлаи. Атмосфера тут же изменилась и она с ностальгией продолжила: — Они написали лишь о владельце топора-циклона, воине-капитане воздушных гигантов, да члене королевской семьи эльфов, унаследовавших черты старых эльфов... Тёмном Рыцаре, первоначальном владельце Килинейрама, демонического меча нашего лидера. Поделившись кровью с демонами, он стал полукровкой.

— Владелец четырёх Мечей тьмы...

Говорят, что один из тринадцати героев, Тёмный Рыцарь, имел четыре меча: меч зла Хумилис, демонический меч Килинейрам, меч разложения Колокудабар и меч смерти Суфиз. Лидер Синей Розы, Лакюс, обладает одним из них.

— Демонический меч Килинейрам... сильнейший из Мечей тьмы, который, говорят, создан из концентрированной бесконечной тёмной энергии. Эй, Ивлаи. Это правда, что если высвободить его полную силу, то он выбросит достаточно тьмы, чтобы поглотить всю страну?

— О чём это ты? — Ивлаи, видно, растерялась.

— Наш лидер сказала это однажды, когда мы были наедине. Сильно сжав свою правую руку, она заявила, что всю его мощь может подавить лишь такая верующая, как она.

— Я никогда об этом не слышала... — склонила голову набок заклинательница, подумав, что это странно, — но если владелец так говорит, то это должно быть правдой.

— Тогда чепуха о тёмной Лакюс, что родилась из тёмного сознания, тоже правда?

— Что?

— Ну, она прошептала это сама себе, когда была одна. Не думаю, что она знала, что я рядом, потому я немного подслушала. «Я, источник тьмы, завладею твоим телом, как только ты ослабишь бдительность, и высвобожу силу демонического меча». Или что-то вроде того. Звучало весьма опасно.

— Это... вполне возможно, я думаю. Некоторые проклятые предметы могут захватить владельца... Если это случится с Лакюс, будет не до шуток.

— Она попросила меня держать это в тайне, но это немного... ну, ты знаешь? Я спросила прямо, но она сильно покраснела и сказала не волноваться об этом.

— Хм. Наверное, она смутилась, что её, священницу, может взять под контроль проклятый предмет. Ведь такие как она, в конце концов, избавляются от проклятий. Может быть, она не хотела заставлять нас волноваться? Девочка переживает об этом в одиночку.

— С того времени я не слышала, чтобы она такое говорила, но... подумай об этом, разве она, заполучив меч, не начала носить на всех пяти пальцах эти бессмысленные защитные кольца?

— Я думала, это мода такая. Полагаешь, в них запечатана какая-то магия или это катализатор для чего-то?

Не сумев сохранить каменное лицо, Клаим нахмурился. Разговор заставлял думать, что проклятый предмет медленно завладевает Лакюс. А при мысли о том, где она была только недавно, беспокойство увеличилось ещё сильнее.

— Госпоже Реннер может грозить опасность.

Клаим уже было кинулся бежать, но Ивлаи его остановила:

— Не волнуйся. Это ведь не случится прямо сейчас. Даже если она попадёт под влияние тёмной силы, невозможно, чтобы это случилось прежде, чем она успеет заметить. Видимо, она рассудила, что может держать это под контролем, раз хочет, чтобы мы ничего не знали. Я не сомневаюсь в её силе воли, но... подумать только, меч обладает такой способностью... я понятия не имела.

— На всякий случай известим господина Азута?

— Как-то не хочется искать помощи у соперника... Но раз это проблема его племянницы, то, думаю, так будет лучше.

— Хорошо, тогда пойдём? Нужно ещё выяснить, где он находится.

— Да. Следует быть готовыми поддержать Лакюс в любое время.

— В конце концов, против адаманта выстоит лишь адамант.

— Хм?! Ах! Я только что вспомнила, Гагаран. Кажется, появилась третья команда искателей приключений адамантового ранга, она сейчас в Э-Рантэле.

— Что, правда? Вот это новость... Ты услышала утром в гильдии искателей приключений?

— Нет, это... Ах да, прости. Забыла сказать тебе. Я слышала, что их цвет чёрный.

— Чёрный? Есть красные и синие, так что я думала, что следующие будут коричневыми или зелёными.

— Чёрный цвет используется в религии Шести Богов, так что в этом нет ничего странного. Следующая команда, наверное, будет белой.

— Я не фанатка Слейновской Теократии. А всё из-за того инцидента, когда мы наткнулись на парней из какого-то, как мне показалось, тайного отряда.

Хоть Клаиму показалось, что он услышал нечто опасное, разговор продолжился, словно этого никто и не заметил.

— Не любишь их, Гагаран?.. Может, ты будешь смеяться, но я симпатизирую их политике. Ну, по крайней мере роль стражей человечества, которую они на себя возложили, для людей выгодна.

— Что? Так значит, можно убивать невинных эльфов и полулюдей? — с отвращением спросила воительница. Её глаза горели сильной ненавистью.

Ивлаи просто пожала плечами:

— Многие человеческие страны расположены довольно близко друг к другу, например Королевство, Святое Королевство и Империя. Гагаран, ты знала? Чем дальше идёшь, тем меньше встречается государств, населённых людьми. В некоторых странах людей используют в качестве рабов. Рядом с нами ни одной такой нет именно потому, что Слейновская Теократия ведёт охоту на полулюдей.

Благодаря словам Ивлаи Гагаран немного уняла гнев и угрюмо пробормотала себе под нос:

— Ну, полулюди ведь сильнее. Человечество ничего не сможет сделать, если они объединятся и создадут продвинутую цивилизацию.

— Если ты человек, то должен высоко чтить Теократию. Конечно, у них есть и жестокая сторона, но нет никого, кто был бы более полезен для человечества... Ну, для истребляемого меньшинства это совсем другая история. А ещё есть вероятность, что именно Теократия основала гильдию искателей приключений.

— Правда что ли?

— Возможно. Истина неизвестна, но вероятность довольно высока. Гильдия образовалась после битвы против Демона-бога, а человечество в те дни сильно ослабло. Теократия сохранила свою силу и, чтобы не вызывать трений с Королевством, для оказания помощи образовала гильдию.

Когда она закончила, над столом повисла необычная тишина. Клаим не смог этого вынести и заговорил:

— Простите, что перерываю, госпожа Ивлаи. Вы сказали, что появились новые искатели приключений адамантового ранга? А какие у них имена?

— Хм? А, точно. Лидера зовут... Момон. Это воин, которого называют героем в чёрном, а название команды ещё не определено. Кажется, их просто называют Чёрными.

— Хех, а как зовут остальных членов?

— Я слышала, что их команда состоит из двух человек, другого члена называют Красавица Набель, она заклинатель.

— Что? Всего из двух? Что ты такое говоришь? Они что, идиоты, слишком уверенные в своём мастерстве?.. Хотя нет, адамантового ранга такие не достигли бы. Наверняка они скрывают нечто невероятное. Так какие подвиги они совершили?

— Кажется, на всё им потребовалось около двух месяцев. Сначала они позаботились о тысячах живых мертвецов, что появились в Э-Рантэле. Затем уничтожили союз гоблинских племён с севера, добыли невероятно редкое растение из леса Тоб, подчинили гигантского василиска и уничтожили группу нежити, что вышла из равнины Каз. Я также слышала, что они победили могущественного вампира...

— Гигантский василиск... — простонал Клаим.

Гигантский василиск, сочетающий в себе особенности ящера и змея, в длину достигает десяти метров. Взглядом он превращает в камень, а по венам его течёт смертельный яд. Что ещё хуже, кожа по крепости не уступает мифрилу. Поистине ужасающее существо. Если им удалось одолеть монстра, способного уничтожить маленький город, то нет ничего странного в том, что они достигли адамантового ранга.

Однако тут возникала проблема...

— Это... невероятно. Но неужели они и вправду победили гигантского василиска лишь вдвоём? Я думал, что одному воину и заклинателю такое не под силу.

Верно. Вдвоём практически невозможно его победить. В особенности если это воин и заклинатель. Когда рядом нет никого, кто может лечить. Они не смогли бы защититься не только от яда и превращающего в камень взгляда, но и ряда других атак, что имелись в распоряжении монстра.

— Ах! Извиняюсь. Их не совсем двое. Я слышала, что они приручили Мудрого Короля Леса.

— Мудрого Короля?.. А что это за монстр?

Клаим вспомнил, что слышал такое имя в одной из легенд. Но сейчас её прерывать в высшей степени невежливо.

— Не знаю, правдива ли легенда, но в лесе Тоб живёт демон с таким именем. Говорят, он запредельно силён. Когда-то мимо того леса проходил один мой знакомый... да, двести лет назад знакомый никакого монстра не встретил.

Ивлаи пожала плечами, назвав число «двести».

Эльф столько прожить мог, но, судя по её движениям, это больше напоминало шутку.

— Хех. Так что из этого правда? Слухи обычно немного приукрашивают, разве нет?

Вот так вот. Часто разказчик истории даже не замечает, как преувеличивает факты. Порубленные на куски тела не дадут точно посчитать количество голов. Порой даже сами искатели приключений распространяют слухи, чтобы разрекламировать себя.

Но Ивлаи подняла палец и помахала им из стороны в сторону.

— По крайней мере один случай, скорее всего, правдив. Согласно первому слуху, пришедшему из Э-Рантэла, он уничтожил своим мечом гигантскую нежить и прорвался сквозь тысячи живых мертвецов. Это говорили караульные, которым удалось выжить. Их рапорты были практически идентичны, так что они не должны преувеличивать. И по найденным в глубине кладбища трупам было подтверждено, что они победили двоих, которые вызвали тот инцидент. Более того, они ещё и уничтожили двух костяных драконов.

Видя открытый рот Гагаран, Клаим спросил:

— Это трудно даже для вас, Гагаран?

— Тысячи зомби и скелетов проблемы не представляют. Через них прорваться можно. И с двумя костяными драконами тоже сделать что-то я сумею. Но не уверена насчёт двух людей, что организовали такую бучу. Сомневаюсь, что смогла бы выиграть, когда даже не знаю их способностей.

— Некоторые оставленные следы намекали на то, что они из Зуранона.

— Правда, Ивлаи? Боже. После толпы нежити последователей Зуранона я вряд ли бы смогла побить. Сделаешь одну ошибку, например, отравишься ядом или попадёшь под паралич, и всё будет кончено. Чем же тогда те двое искателей приключений лечились? Полагались на зелья? Или тот Момон использует магию веры, как наш лидер? Или это Красавица?

— Не буду отрицать такую возможность, — кивнула Ивлаи, задумавшись.

— А гигантского василиска... я тоже не побью. Для воина... для того, кто сражается на близкой дистанции, это худший враг. Мне даже в «Биче глаз» драться без поддержки будет трудно.

— Слышал, Клаим? Гагаран в одиночку победить не сумеет. Другими словами, результат боя зависит от навыков той женщины, Набель. При совместных усилиях такое возможно... может быть.

— Ага, окажись эта женщина столь же сильной, как ты, Ивлаи. Ты бы и в одиночку победила монстра, расстреляв издали.

— Не проси слишком многого. Мне пришлось бы драться всерьёз.

— Если бы в эти две переделки я попала бы с тобой, то... в лучшем случае взяла бы на себя костяного дракона. Но я всё равно слишком бы полагалась на тебя, Ивлаи. В паре с другим заклинателем орихалкового ранга... я не смогла бы совершить такой подвиг.

У Клаима появилась странная мысль.

Насколько сильная заклинательница Ивлаи? Обычная команда состоит из людей, обладающих примерно равной силой и опытом. Между ними настолько большая разница?

— Это не так. Я знаю, насколько вы сильны, Гагаран. Вы бы не отстали от группы каких-то новичков.

— Ого, спасибо за похвалу. Ладно, хочешь, сделаем это?

— Нет, любезно откажусь.

— Вот почему ты до сих пор девственник. Разве не слышал, что мужчине позорно отказываться от предложенной трапезы? Почему ты продолжаешь с этим носиться, будто с чем-то ценным? А что будет, если в самом деле сделаешь это с девушкой, которая тебе нравится? Хочешь услышать, что неуклюж? К этому стремишься? Или ты мазохист? — Не давая Клаиму ни шанса ответить, Гагаран тяжело вздохнула. — Ну, я на тебя не давлю. Ты только скажи, и я приду... Но Красавица, хех. Какое смущающее прозвище. Может, оно просто чтобы покрасоваться?

— Говорят, она очень красива. По моей информации она...

Клаиму показалось, что взгляд Ивлаи на нём на мгновение остановился, и вскоре он понял, что прав.

— ...Может сравниться с Золотой Принцессой.

Гагаран шаловливо посмотрела на Клаима. Предвидев, что воительница собирается сказать, он начал действовать первым:

— Каждый сам для себя решает, что красиво, а что уродливо. И для меня нет никого более красивого, чем госпожа Реннер.

— Да-да, — явно разочаровалась Гагаран.

— Хм, мы довольно сильно отошли от темы. Прости, что заставили тебя участвовать в этой бесполезной болтовне. Мы начнём готовиться, как Лакюс и поручила.

Гагаран и Ивлаи поднялись. А затем и Клаим.

— Извини, Клаим. Я многим хотела бы позаниматься вместе с тобой, но, полагаю, сейчас не время.

— Не нужно извиняться, Гагаран. Пожалуйста, не волнуйтесь об этом. И вы тоже, госпожа Ивлаи, спасибо за ваш совет.

Гагаран молча посмотрела на Клаима, затем устало усмехнулась:

— Отлично, ты сейчас во дворец? Будешь присматривать за лидером, да? Пока-пока, девственник... И убедись, что носишь с собой всё необходимое. Это оружие у твоей талии не то, что ты обычно используешь, верно?

— Да. Это запасное.

— Ты не знаешь, что может произойти, так что даже если не носишь доспехи, по крайней мере меч с собой бери. Вот что значит быть искателем приключений, и в особенности воином. Ах да, у тебя с собой предмет, который я тебе дала?

— Колокольчики? Со мной, — Клаим похлопал по привязанному к поясу мешочку.

— Хорошо. Тогда всё нормально. Запомни, мы, воины, умеем лишь махать оружием. Но это опасно. А подготовиться к опасности нам помогают магические предметы. Заполучи много таких и никогда не теряй. И носи с собой по крайней мере три бутылки зелья. В прошлом это меня часто спасало.

У него было три зелья, но с собой он взял лишь два. Клаим ответил, что понял.

— Ты на удивление внимательна к другим.

— Смеешься надо мной, Ивлаи?.. Извини, что задержала, Клаим. В целом, я хочу сказать, чтобы ты всегда был готов заранее.

— Я понял.

Гагаран кивнула.

Часть 3

Месяц последнего огня (девятый), шестое число, 6:15

Девять человек сидело за круглым столом.

Несмотря на то что лидеры, управляющие каждым отделом Восьми Пальцев, собрались в одном месте, никто из них не утруждался глядеть друг другу в лицо. Каждый изучал лежавшие перед ним документы или говорил со своими подчинёнными.

Словно собрание глав совершенно разных организаций. Хотя положение было не настолько плохим, чтобы называться взрывоопасным, они вели себя друг с другом столь же настороженно, как с врагами. Впрочем, все считали, что так и должно быть. Даже если они были одной группой и работали вместе, на самом деле они часто крали друг у друга активы и редко работали сообща.

Например, торговцы наркотиками управляли всем, начиная от производства и до реализации. Контрабандистам тут делать нечего. В открытую друг другу они не мешали, но стоило одной ненадолго отвернуться, как вторая пыталась устроить саботаж.

Для организации в целом такие действия не приносили абсолютно никакой выгоды. Но таков один из рисков, возникавший, когда мелкие преступные группировки собираются вместе, чтобы образовать более крупную.

Но люди всё равно продолжали приходить на очередную встречу отделов Восьми Пальцев, ведь имели на то вескую причину.

А заключалась она в том, что не пришедший на встречу будет считаться возможным предателем и станет целью зачистки. Вот почему даже те, кто не имел дел в Королевстве, тратили время на приезд сюда.

Выходили на свет даже люди, что обычно запирались в своём безопасном убежище. Само собой разумеется, страх быть убитым заставлял брать с собой телохранителей. На встречу дозволялось привести двух человек, так что все выбирали очень тщательно самых умелых подчинённых.

Кроме одного.

— Все на месте. Давайте начнём наше очередное заседание.

Громко заскрипели стулья — люди выпрямились, услышав мужской голос. Заговорил председатель этой встречи, лидер Восьми Пальцев. Помеченный знаком Водного Бога мужчина выглядел лет на пятьдесят с небольшим. По его доброму лицу нельзя было сказать, что он принадлежит подпольному миру.

— Нам предстоит много чего обсудить, но сначала... Хильма.

— Да? — ответила женщина в белом.

Болезненно бледная кожа почти такая же белая, как одежда. Татуировка в виде змеи обвивает правую руку от лопатки до ладони, держащей трубку, от которой поднимается ядовитый пурпурный дым. Тушь и помада тоже пурпурные, одеяние тонкое и свободное. Всё это отдавало аурой высококлассной проститутки.

Она намеренно зевнула:

— Вы не могли начать чуть раньше?

— Я слышал, что на твой объект по производству наркотиков напали.

— Ага. На деревню, где выращивались растения. Это мне дорого обошлось. Придётся даже сокращать продажи.

— Удалось выяснить что-то о нападавших?

— Нет, нападение было безупречным... Впрочем, пара догадок у меня есть.

— Их цвет?

Все поняли, что он имеет в виду.

— Пока не известен, всё только начало проясняться, поэтому информации мало.

— Ясно. Вы услышали, как обстоят дела. Поднимите руку, если у вас есть любая информация.

Ответа не последовало. Было неясно, в правду ли они ничего не знают, или просто не хотят отвечать.

— Тогда дальше...

— Эй, — прогремел низкий мужской голос, обладающий невероятной силой.

Все перевели взгляд в одно место. Там сидел лысый мужчина, половину лица которого покрывали татуировки зверей. Всё в нём было большим. Даже через одежду виднелись мускулы. Холодный свет в глазах принадлежал воину. Хотя остальные лидеры групп взяли с собой телохранителей, у этого за спиной никто не стоял. Ведь бессмысленно брать сюда людей, которые не пригодятся. Это очевидно.

Мужчина уставился на Хильму, лидера отдела по торговле наркотиками. Нет, наверное, он не хотел на неё так пристально смотреть, но из-за его острого как нож взгляда всё казалось именно таким.

На мгновение телохранители женщины перестали дышать, ощутив подавляющую разницу в силе. Они поняли, что этот монстр способен убить всех в комнате.

— Почему бы не нанять нас? Тебе будет трудно защитить свои активы с такими мелкими рыбёшками.

Зеро. Глава отдела безопасности, где берутся за самые разные дела, от работы вышибалой и до телохранителя знати. Но больше известен он был тем, что являлся сильнейшим членом Восьми Пальцев. Но предложение от человека его уровня...

— Нет.

...было отклонено.

— Всё в порядке. Я не могу раскрыть свои ключевые позиции.

Она заявляла, что не собирается вести с ним переговоры. Будто потеряв интерес, Зеро закрыл глаза. Показалось, словно он превратился в камень.

— Тогда твоё предложение хотел бы принять я, — заговорил тощий мужчина, его мягкая манера общения сильно контрастировала с Зеро. — Зеро, я хочу нанять твоих людей.

— Кокодол? А ты позволить-то их можешь?

Тогда как Хильме он сам предложил, главе отдела торговли рабами отказал. Поскольку усилия Золотой Принцессы сделали работорговлю вне закона, его главе пришлось ещё глубже уйти в подполье.

— Не волнуйся об этом, Зеро. И я хочу, чтобы ты дал мне лучшего из лучших, кого-то из Шести Рук.

— Да? — впервые заинтересовавшись, Зеро снова открыл глаза.

Но удивились все присутствующие, а не только он один.

Имя «Шесть Рук» происходило от брата Бога Воровства, от того, кто, говорят, обладает шестью руками. Это были шесть сильнейших членов отдела безопасности. Разумеется, сильнейшим среди них был Зеро, но остальные пятеро не так уж далеко от него ушли. Один обладал способностью разрезать пространство, другой управлял иллюзиями, туда даже затесался старший лич, могущественная нежить. Если Газеф Строноф или искатели приключений адамантового ранга были сильнейшими в законопослушной части общества, Шесть Рук были сильнейшими преступного мира. Раз он решил нанять кого-то такого масштаба, то это значит лишь одно.

— Похоже, ты в довольно затруднительном положении. Хорошо, немного подожди, и мои сильнейшие подчинённые обеспечат безопасность твоих товаров.

— Извини. Появились проблемы с девчонкой, от которой должны были избавиться. Вероятно, такая предосторожность немного чрезмерна, но если этот рынок падёт, я попаду под удар. Давай поговорим об оплате позже, хорошо?

— Ладно.

— Раз переговоры закончились, можешь начать немедленно? Кое-что я хочу провернуть как можно скорее.

— Хорошо. Я одолжу тебе человека, которого взял с собой.

— Тогда можно переходить к следующей теме. Кто-нибудь из вас знает о новом искателе приключений адамантового ранга, «Момоне из Чёрной команды»?

Интерлюдия

Монеты из драгоценных металлов со звоном посыпались на стол. Убедившись, что перевернутый мешочек пуст, Аинз принялся раскладывать блестящие монеты по десять в стопку, считая золотые и серебряные. Несколько раз пересчитав, он взял мешочек и заглянул внутрь. Разумеется, пусто. Проверив во второй раз, Аинз отбросил мешок и схватился за голову.

— Недостаточно... Этого даже близко недостаточно...

Созданное иллюзией человеческое лицо дёрнулось. Гора монет на столе была целым состоянием. В этом мире такую сумму денег простой человек не заработает даже за несколько десятилетий. Но с точки зрения верховного правителя Великого Склепа Назарика, единственного, кто может зарабатывать деньги, это — мизер, вызывающий много беспокойства.

Как только эмоции превышали определённую границу, разум Аинза тут же успокаивался. Например, если он ударится в панику, потому что осталась всего одна серебряная монета, спокойствие сразу же вернётся. Однако сейчас эта способность не задействовалась, поскольку в глубине души он знал: в казне полно золота. Поэтому огонь тревоги продолжил медленно сжигать его изнутри.

Тряхнув головой, Аинз начал делить монеты по предполагаемым тратам.

— Для начала вот дополнительное финансирование для Себаса.

Аинз напрягся при виде того, как гора в мгновение уменьшилась.

— Далее... деньги на восстановление поселения людоящеров, которые запросил Коцит, а также на необходимые инструменты...

Отделилась ещё одна большая куча, хоть и поменьше предыдущей. Осталось несколько золотых монет.

— Полагаю, следует использовать свои связи искателя приключений адамантового ранга и приобрести припасы для людоящеров в гильдии. Этим я покрою некоторые расходы... вот столько, полагаю?

Он переместил несколько золотых из кучи Коцита назад.

— Наверное, стоит найти спонсора. Может, торговца? Должен быть способ получать регулярный доход кроме приключений.

В Королевстве было всего три команды адамантового ранга, включая Аинза. Вот почему иногда им попадались задания от торговцев. Аинзу очень хотелось заполучить такую работу из-за её легкости и высокооплачиваемости. Однако он до сих пор сомневался в этом шаге. Боялся навредить репутации Момона — люди и искатели приключений посчитают, что он готов за деньги взяться за любое дело. Аинз собирался сделать из «Момона» героя, которого будут почитать все, и когда придёт время, вся его слава перейдёт Аинзу Оалу Гоуну. Чтобы этот план увенчался успехом, необходимо уделять пристальное внимание мнению масс.

— Но всё же... мне не хватает денег. Наверное, не следовало останавливаться в такой гостинице.

Аинз окинул взглядом великолепную комнату.

Это был самый роскошный номер лучшего постоялого двора Э-Рантэла. И арендовался он за непомерные деньги. А поскольку для Аинза, которому не требовалось спать, он был бесполезен, можно было использовать средства за аренду где-то ещё. С едой то же самое. Даже если ему подавали дорогую пищу, вся она была бесполезна, поскольку он не мог есть. Было бы разумнее отказаться от неё и сэкономить на продуктах питания.

Однако Аинз понимал, что такого делать не следует.

Аинз, нет, Момон, в этом городе был единственным искателем приключений адамантового ранга. Такой человек не может проживать в дешёвой гостинице. Он должен одеваться и жить, как подобает его статусу. Ведь житейские потребности — самый лёгкий критерий для сравнения его с остальными.

Ради поддержания видимости он должен вести себя тщеславно.

Вот почему Аинз не мог поселиться в гостинице более низкого качества, даже если и знал, что это лишние расходы.

— Если гильдия искателей приключений считает меня таким ценным, хоть номер бы мне оплатили... эх... наверное, они так и сделали бы, если б я попросил.

Но он не хотел ни у кого оставаться в долгу. До сих пор Аинз брался за срочные задания и работал так, чтобы это у него оставались в долгу. Ведь в таком случае этих людей в будущем можно будет запугать. Не следует тратить их обязательства на решение таких тривиальных вопросов.

— Я разбит. Что делать? Взяться за следующее задание?.. Но не осталось ни одного, за которое хорошо платят. И если я возьму слишком много работы, другие искатели приключений будут негодовать...

Он должен превратить Аинза Оала Гоуна в легенду, и лучше в хорошую, если возможно. Аинз сымитировал вздох и в уме из оставшихся монет отсчитал деньги, которые нужно потратить на себя.

— Кстати, о деньгах, что делать с зарплатой Стражей? — задался вопросом он, откинувшись назад в кресле и посмотрев в потолок.

Стражи настаивали, что она им просто не нужна, заявляя: как можно желать зарплату, если служение Высшему Существу — их величайшая радость. Но Аинз сомневался в том, следует ли просто принимать их добрую волю. Работа требует справедливого вознаграждения. Даже если Стражи настаивали, что проявление преданности к Высшему существу само по себе награда, Аинзу было трудно с этим согласиться.

Наверное, он просто был излишне уверен в своей правоте, поскольку некогда работал в компании и получал зарплату. Однако он не мог отказаться от мнения, что работа должна быть вознаграждена.

Аинз боялся, что система оплаты труда может испортить его детей, не знавших лучшей жизни, чем сейчас. Но всё равно есть смысл ввести её в качестве эксперимента.

— Вопрос в том, чем их награждать.

Он перевёл взгляд с потолка на стол, где лежали оставшиеся золотые монеты.

— Если считать Стражей начальниками отделов корпорации, то им нужно по крайней мере пятнадцать миллионов иен в год... Шалти, Коцит, Аура, Мар, Демиург... Альбедо нужно чуть больше, так ведь? В общем, помножим на шесть... Хм, ага, это невозможно. Я не смогу наскрести такую сумму.

Аинз тряхнул головой и вдруг широко открыл глаза:

— Точно! Я могу заменить её чем-то другим! Валютой, которую можно использовать только в Назарике... сделать что-то вроде игровых денег, и одна банкнота будет равняться ста тысячам иен! — прокричал он, но потом снова нахмурился.

На что они будут тратить эти деньги?

Все заведения Назарика бесплатны. Хоть ему и пришла мысль создать собственные деньги, тратить их было не на что.

— Может, использовать их для покупки предметов этого мира?

Аинз сравнил вещи этого мира с вещами Назарика и засомневался, захочет ли их хоть один из Стражей.

— Но если я назначу плату за то, что до этого было бесплатно... это приведёт к обратному эффекту... что же делать?..

Поразмыслив некоторое время, Аинз придумал ещё кое-что замечательное:

— Верно! Я просто попрошу Стражей об этом подумать. Я спрошу, хотят ли они что-то настолько сильно, что готовы за это платить!

Как только Аинз счастливо пробормотал это себе, улыбка исчезла с его лица...

— Кстати...

Он осознал, что в последнее время всё чаще и чаще говорит сам с собой. Это началось под конец игры, когда товарищи по гильдии больше не появлялись, и его охватило одиночество. Но почему он не прекратил это делать, когда НИП обрели самосознание?

Наверное, привычка. Или...

— Потому что я до сих пор один... — Аинз одиноко улыбнулся.

Конечно, рядом с ожившими НИП грубо говорить, что он одинок. Но чтобы действовать как Аинз Оал Гоун, как нужный Стражам лидер, он, вполне возможно, убивает Судзуки Сатору.

Аинз вздохнул, снова посмотрев на монеты на столе. Вдруг послышался стук в дверь. После небольшой задержки она открылась. Убедившись, что вошла девушка, которую он ждал, Нарберал Гамма, Аинз намеренно поднял уголок губ, принимая высокомерное выражение лица.

Низкоранговая иллюзия вполне чётко отражала эмоции Аинза. Так что был шанс, что его лицо примет выражение, не подходящее правителю Назарика. Вот почему он попрактиковался перед зеркалом, чтобы в присутствии других, в особенности Нарберал, выглядеть более величественно. Он всегда мучился, выбирая одно из выученных выражений.

— Что такое, Набель? — таким же величественным голосом спросил он.

— Вла... господин Момон.

— Похоже, «владыка» всё же иногда проскакивает. Ладно, придётся списать это на старую привычку. Хорошо, что ты исправляешься хотя бы тогда, когда я предупреждаю, хоть и ненадолго. Полагаю, мне придётся отказаться от своих попыток. А, не нужно кланяться, я не сержусь. И почтение, с которым ты ко мне обращаешься... Ну, с ним всё нормально, так как другие люди, включая главу гильдии, похоже, неправильно что-то о нас поняли. Так что случилось?

— Прибыла железная руда, которую вы потребовали у торговца.

Я не потребовал, я её купил... — подумал он, но его лицо осталось таким же равнодушным.

— Ясно... Откуда она прибыла? Она собрана из всех восьми локаций?

— Простите, мне не сказали.

— Ничего... У меня много денег. Хотя не знаю, из скольких мест её собрали, этого должно быть более чем достаточно, чтобы купить её всю, — Аинз уверенно заполнил мешок монетами, лежавшими на столе, и бросил его к ногам Нарберал. Он смотрел, как она вежливо взяла мешочек.

— Поняла, но могу я задать вопрос?

— Хочешь знать, почему я покупаю железную руду из разных мест?

Боевая горничная кивнула, и Аинз ей объяснил:

— Я их брошу в ящик обмена. Другими словами, я хочу протестировать, будет ли отличаться количество полученного золота в зависимости от того, где руда добывалась.

Результат работы ящика обмена не зависел от формы кинутого в него объекта. Например, если кинуть подробную каменную статую, он проигнорирует мастерство, с которым она создана, и оценит её стоимость равной цене камня того же веса. Потому Аинз хотел протестировать, как ящик обрабатывает составные элементы самого материала. Вот почему он купил железную руду из разных мест.

— Как ты уже знаешь, Набель, ящик будет работать, даже если в него положить, например, ячмень.

Хотя я положил туда целую гору, получил всего лишь одну золотую монету, — мысленно добавил Аинз. Это породило план по созданию ячменных полей за пределами Назарика. Использование големов и нежити позволит создать обширные поля. Конечно, на пути к этой цели возникало бесчисленное множество препятствий.

— Я поняла. Тогда я куплю руду как можно скорее.

— Хорошо, но не снижай бдительности. Нет гарантии, что на тебя не нападут. Если что-то случится... ты ведь понимаешь, что делать?

— Прикрыться теневым демоном, бросить мысль собрать информацию, сосредоточиться исключительно на своей безопасности и отступить. Затем пойти в поддельную базу Назарика, построенную госпожой Аурой, чтобы дать врагу ложную информацию.

— Верно. Главное — твоя безопасность. Никогда не ходи по дорогам, где легко могут напасть, или где нет толпы народа. И даже если люди будут говорить с тобой или провоцировать, не причиняй им серьёзного вреда. Я был весьма потрясён, когда тот человек со слезами на глазах умолял меня о помощи, говоря, что он хотел лишь приударить за тобой. Тебе также следует контролировать жажду крови. Я не буду заходить настолько далеко, чтобы говорить не бить карманников, если ты на таких наткнёшься, но не перегибай палку. Кроме того, не называй людей насекомыми. Иными словами, постарайся никого не травмировать и не убивать. Ведь мы — величайшие искатели приключений, Момон и Набель из Чёрной команды. — Глядя на Нарберал, которая, кажется, поняла, Аинз подумал о разных других предосторожностях, которые мог упустить, затем кивнул головой: — Хм, этого должно быть достаточно. Тогда можешь идти, Набель.

Нарберал поклонилась и покинула комнату с кожаным мешком в руках. Глядя ей в спину, не имевший лёгких Аинз тяжело вздохнул.

— Когда у меня нет денег, расходы только растут. Чёрт возьми.

Глава 3. Подбирающие и подбираемые

Часть 1

Месяц среднего огня (восьмой), двадцать шестое число, 15:27

Сопроводив старушку домой, Себастьян направился в место, куда шёл изначально.

Прибыл он к высокой, длинной стене, за которой стояли три башни, по пять этажей каждая. Их окружали низкие дома, из-за чего казалось, что башни достают до самого неба. Рядом пристроилось несколько узких двухэтажных зданий.

Это была штаб-квартира магической гильдии Королевства. Разработка новой магии и обучение заклинателей требовали много места. Правда, Королевство почти не субсидировало гильдию, но благодаря созданию магических предметов она могла владеть обширной территорией.

Наконец перед ним возникли украшенные, крепко выглядящие деревянные ворота. Оставленные открытыми, они стояли перед одним из двухэтажных зданий, справа и слева несло караул несколько вооружённых стражников. Они даже не попытались остановить Себастьяна, лишь бегло взглянули, когда он проходил мимо.

Дальше по широким ступеням он поднялся к дверям, ведущим в прекрасное старинное здание из белого мрамора. Они тоже оставались открытыми, чтобы приветствовать посетителей. Эти двери вели к небольшой передней, за которой находился вестибюль. Высокий потолок зала украшали бесчисленные люстры, освещавшие зал магическим светом.

Справа было место для отдыха, где на многочисленных диванчиках беседовали заклинатели. Слева стояла доска объявлений, многие искатели приключений и люди в мантиях внимательно изучали висевшие на ней пергаменты. А в середине, за стойкой, сидело несколько мужчин и женщин. Все с одинаковой эмблемой на одежде — на ней изображен тот же символ, что и на вывеске у входа.

С обеих сторон стойки стояло по тонкой, в человеческий рост марионетке без глаз и носа — деревянном големе, в общих чертах напоминающем человека. Вероятно, они использовались для обеспечения безопасности, а простых стражников внутрь не пускали для того, чтобы подчеркнуть уникальность магической гильдии.

Себастьян, не теряя времени, подошёл к стойке.

Стоявший там молодой человек узнал посетителя и поприветствовал взглядом. Себастьян чуть кивнул в ответ. Из-за частых визитов дворецкого они уже знали друг друга в лицо.

Молодой человек улыбнулся и, как обычно, поприветствовал посетителя:

— Спасибо, что пришли в нашу магическую гильдию, господин Себас. Могу я узнать причину вашего визита?

— Хочу купить магический свиток. Можете показать мне обычный список?

— Да, конечно, — молодой человек быстро положил на стойку толстую книгу.

Видимо, он её приготовил, как только увидел Себастьяна у входа.

Роскошная книга в кожаной обложке, созданная из дорогой, тонкой белой бумаги. А слова вышиты золотой нитью — одно это делало её довольно дорогой.

Притянув к себе, дворецкий открыл книгу.

К сожалению, прочесть содержимое он не мог. Нет, точнее, не мог прочесть никто из тех, кто пришёл из Иггдрасиля. Хотя речь он понимал благодаря странным правилам этого мира, на письмо они не распространялись. Однако для решения этой проблемы господин дал ему магический предмет.

Себастьян достал футляр. Внутри лежали очки в тонкой, серебряной оправе. А на ней, если приглядеться, можно заметить выгравированные маленькие буковки. Линзы были созданы из голубых магических кристаллов, которые и позволяли читать слова.

Надев их, он быстро, но внимательно пролистывал страницы, как вдруг остановился. Себастьян приподнял взгляд и посмотрел на девушку, сидевшую за стойкой рядом с молодым человеком. Затем мягко с ней заговорил:

— Вам что-то нужно?

— Н-нет, ничего... — девушка покраснела и опустила голову. — Я просто подумала, что у вас изумительная осанка.

— Спасибо огромное, — Себастьян улыбнулся, заставив девушку покраснеть ещё сильнее.

Седовласый джентльмен притягивал внимание одним своим видом. Он обладал не только красивым, спокойным лицом, но и излучал элегантность, заставлявшую оборачиваться десять женщин из десяти независимо от возраста. Вот и вышло, что сидевшая у стойки молодая девушка заворожено глядела на него. В конце концов, такое происходило довольно часто.

Дворецкий кивнул и продолжил листать книгу. Когда рука остановилась на одной из страниц, он спросил молодого человека:

— Не могли бы вы поподробнее рассказать вот об этой магии, о «Парящей доске»?

— Конечно, — без колебаний начал сотрудник, — «Парящая доска» — это магия первого ранга, что создаёт левитирующую, полупрозрачную доску. Размер и выдерживаемый вес варьируются в зависимости от заклинателя, но при вызове из свитка создаётся квадрат размерами метр на метр, который может выдержать до пятидесяти килограммов. Применивший магию должен находиться по крайней мере в пяти метрах от доски. Заметьте, доска может только следовать за заклинателем, она не понимает никаких команд перемещения, не может двигаться перед заклинателем или делать что-то подобное. Если заклинатель быстро повернётся на сто восемьдесят градусов, доска медленно полетит и остановится у него за спиной. Заклинание обычно используется при перевозке товаров и во время строительства.

Себастьян кивнул:

— Ясно. Тогда я приобрету один свиток.

— Хорошо.

Молодого человека не удивило, что дворецкий выбрал не самую популярную магию. Ведь в основном Себастьян покупал именно такие свитки. Магической гильдии следовало поблагодарить его за то, что он помогает избавиться от излишка товаров.

— Одного этого свитка достаточно?

— Да, если можно.

Молодой человек сделал жест сидевшему позади мужчине.

Поскольку тот слушал весь разговор, то сразу же поднялся и вышел через заднюю дверь. Свитки — дорогой товар. Их не следует хранить даже у защищённой стойки.

Примерно через пять минут мужчина вернулся, держа в руках один свернутый пергамент.

— Вот.

Себастьян посмотрел на свиток, который положили на стойку. Мастерство впечатляет, с одного взгляда понятно, что такую вещь на рынке не купишь. Убедившись, что написанное чернилами название соответствует названию магии, которую дворецкий хотел купить, он снял очки.

— Отлично. Я его беру.

— Спасибо огромное, — молодой человек вежливо поклонился. — Это свиток с заклинанием первого ранга, потому будет стоить одну золотую и десять серебряных монет.

Зелье такого же ранга обошлось бы в две золотых монеты. Так что свитки были относительно дешевы. Вот только для их использования требовалось знать ту же ветвь магии. А значит цена зелья, которым может пользоваться любой, будет выше.

Конечно, для обычного человека одна золотая и десять серебряных монет всё равно довольно большая сумма. Столько заработать можно примерно за полтора месяца. Однако для Себастьяна, нет, для его господина, это были копейки.

Дворецкий достал кожаный мешочек, развязал и отсчитал одиннадцать монет. Затем передал сумму молодому человеку.

— Оплата принята.

Работник не стал проверять монеты на глазах у Себастьяна. Ведь тот приходил довольно часто и уже успел завоевать доверие.

♦ ♦ ♦

— Этот старый джентльмен такой крутой!

— Ага!

Когда Себастьян вышел из магической гильдии, работники — в основном девушки, — собрались вместе и начали болтать, не умолкая.

Перестав быть умудрёнными опытом женщинами, они превратились в девочек, встретивших своего принца. Один из работников-мужчин ревниво нахмурился, но промолчал, поскольку сам видел элегантность Себастьяна.

— Должно быть, он служил дворянину с невероятно высоким положением. Не удивлюсь, если он третий сын какой-то богатой дворянской семьи.

Даже среди дворян было обычным делом, когда те, кто не унаследует дом, становились дворецкими или горничными. Чем престижнее дворянин, тем охотнее он захочет нанять себе таких слуг. Окружавшая Себастьяна элегантность заставила других поверить, что он сам дворянин.

— Он вёл себя крайне подобающе.

Все работницы кивнули в знак согласия.

— Пригласи он меня на чай, я бы точно согласилась.

— Ага, я тоже пошла бы! Непременно!

Девушки оживлённо беседовали. О том, как, наверное, этот джентльмен знает много хороших магазинов. О том, каким бы идеальным кавалером он бы был и так далее. Мужчины глядели на них со стороны и тоже говорили о своём:

— Похоже, он довольно образован. Может, он тоже заклинатель?

— Вполне возможно.

Себастьян покупал лишь те заклинания, что придуманы недавно. Вот почему они предположили, что он много знает о магии. Человек, которому приказали купить заклинание, просто бы передал название работнику и не заглядывал в книгу. А раз он сам выбирал заклинание из списка, значит, мог судить, какое нужнее.

Он точно не обычный старик. Другими словами, вполне резонно думать, что он сведущий в магии заклинатель.

— И те очки... кажется, они очень дорогие?

— Может быть, это магический предмет?

— А разве не просто роскошная вещица? Наверное, гномья работа.

— Точно, он невероятен, раз обладает такими прекрасными очками.

— Хотел бы я увидеть красотку, которую он однажды с собой взял, — запоздало добавил мужчина, но встретил протесты:

— Что? Да у неё кроме внешности ничего нет.

— Ага, мне жаль господина Себаса. Наверняка его перегружают работой.

— Хоть она и красива, у неё плохой характер. Мне не понравилось, как она на нас смотрела. А господину Себасу ещё и служить ей приходится, мне тоже его жаль.

Суровая критика от женщин заставила мужчин закрыть рот.

Госпожа Себастьяна обладала красотой, в которую влюбляешься с первого взгляда. Хотя и эти работницы были достаточно красивы, чтобы их поставили за стойку в качестве лица магической гильдии, разница была очевидна. Даже если мужчинам хотелось попросить тех не завидовать, они не смели, так как знали о возможных последствиях. Среди них не было таких глупцов. Вот почему...

— Эй, хватит болтать, — заметив идущего к стойке искателя приключений, сказал молодой человек, заставив тем самым работников посерьёзнеть и вернуться на свои места.

♦ ♦ ♦

Покинув магическую гильдию, Себастьян посмотрел вверх.

Поскольку на сопровождение старой женщины он потратил больше времени, чем ожидал, небо уже постепенно краснело. Хотя часы показывали, что скоро уже стемнеет, он ещё не закончил свои каждодневные задачи. А может, оставить всё на завтра, всё равно с этим проблем не будет? Или лучше закончить работу, даже если придётся вернуться поздно?

Колебался он лишь мгновение.

Помощь старушке — это его каприз, а потому нужно взять на себя ответственность.

— Теневой демон... — Себастьян заметил, как тень колыхнулась. — Пожалуйста, передай сообщение Солюшн. Скажи ей, что я немного опоздаю. Это всё.

Хотя ответа не последовало, присутствие демона начало отдаляться, перемещаясь между тенями.

— А теперь за дело.

Себастьян двинулся по улице.

Без направления. Его цель заключалась в том, чтобы полностью нарисовать карту столицы. Ему не приказывали это делать, но он решил, что для сбора полной информации карта необходима.

— Пойду-ка сегодня в эту сторону, — пробормотав это, Себастьян погладил бороду и покрутил в руке свиток. Он напоминал ребёнка, что наслаждается игрой.

Дворецкий всё дальше и дальше отходил от центра столицы, благополучного и опрятного места. Извилистые улочки становились грязнее, и даже в воздухе начало чувствоваться зловоние — запах протухших продуктов и сточных вод. Себастьян молча шёл сквозь запахи, которые, казалось, так и норовят прицепиться к одежде.

Внезапно остановившись, он осмотрелся. Кажется, он зашёл в какой-то переулок. Ширины дороги еле хватало, чтобы разминулись два человека. Узкий проулок, заходящее солнце — и ни следа людей. Другие выбрали бы иной путь. Однако всё это Себастьяна совершенно не смущало. Он молча пошёл вперёд, растворяясь в темноте.

Сделав несколько поворотов и оказавшись в ещё более пустынном месте, дворецкий вдруг остановился.

Не стараясь придерживаться какого-то направления, он шёл, куда его несли ноги и настроение. Однако Себастьян понял, что довольно сильно отдалился от особняка, где он остановился с Солюшн и который использовал в качестве базы. Руководствуясь интуицией, дворецкий примерно определил своё местоположение и мысленно провёл линию к дому.

С его физическими возможностями такое расстояние казалось Себастьяну ничтожным. Но только если идти по прямой. Прогулка по заковыристым улочкам займёт довольно много времени. Ночь уже скоро спустится на город, поэтому разумнее вернуться. Он не хотел тревожить Солюшн. На случай появления сильного врага у них обоих было по теневому демону. Если использовать его в качестве щита, то можно выиграть достаточно времени для отступления. Однако...

— Пора возвращаться.

Если честно, ему хотелось погулять ещё немного. Это было почти как хобби. Гуляя по городу, он часто терял чувство времени. Впрочем, Себастьяну показалось, что следует хотя бы увидеть, что в конце этой тёмной и узкой улочки.

Вдруг в тишине в пятнадцати метрах впереди что-то заскрипело. Медленно открылась тяжёлая железная дверь, и на дорогу упал свет. Дворецкий тихо остановился. Когда дверь открылась полностью, взору предстало лицо человека. Из-за бившего сзади света можно было разглядеть лишь силуэт мужчины. Он осмотрелся, не заметил Себастьяна и вернулся внутрь.

Внезапно послушался глухой стук — из двери вылетел тяжёлый мешок и упал на землю. Освещения хватало, чтобы понять, что внутри лежит что-то мягкое. Хотя дверь оставалась открытой, выбросивший мешок мужчина снова не появился, он словно выкинул мусор.

На мгновение Себастьян нахмурил брови и задумался над тем, следует ли пройти мимо или развернуться. Он наткнулся на довольно хлопотное происшествие.

После короткого колебания он решил продолжить идти по узкому и тёмному переулку.

Большой мешок открылся.

Шаги Себастьяна снова застучали в тишине, расстояние до мешка сократилось.

Как только он поравнялся с мешком — остановился.

Себастьян ощутил, как что-то схватилось за штанину. Опустив взгляд, он увидел то, что и ожидал.

Из мешка показалась наполовину обнажённая девушка и вытянулась истощённая, толщиной с ветку рука.

В голубых мутных глазах не было силы. Волосы, что опускались до плеч, были сухими из-за недостатка питательных веществ. Лицо избитое — опухшее, как воздушный шар. Сухая, потрескавшаяся кожа усеяна бесчисленными розовыми пятнами размером с ноготь.

В костлявом теле почти не осталось жизни.

Оно почти не отличалось от трупа. Нет, очевидно, оно было ещё живо. Доказательством этого служила рука, что схватилась за штанину Себастьяна. Но можно ли называть того, кто едва дышит, живым?

— Можешь, пожалуйста, отпустить?..

Ответа не последовало. Но она явно не игнорировала его, несмотря на услышанное. Через опухшие щели век девушка смотрела в пустоту. В её мутных глазах ничего не отражалось.

Если Себастьян шевельнет ногой, то с лёгкостью отбросит эти тонкие пальцы. Однако он этого не сделал, а спросил снова:

— У тебя неприятности? Если да...

— Эй, старик, откуда ты взялся? — низкий, грозный голос прервал дворецкого.

В дверном проёме появился мужчина. Широкая грудь и руки, на лице шрам. Он глядел на Себастьяна с очевидной враждебностью, держа в руках лампу, что сияла красным светом.

— Ой-ой-ой, куда уставился, старик? — мужчина щёлкнул языком, указав подбородком в сторону: — Исчезни. Уйдёшь сейчас, целее будешь.

Видя, что Себастьян не сдвинулся с места даже после предупреждения, мужчина сделал шаг вперёд. Дверь за ним захлопнулась с глухим стуком. Очень медленно и угрожающе он опустил лампу к ногам.

— Эй, дед, ты что, оглох? — мужчина повёл плечом, с хрустом размял шею и медленно поднял правый кулак. Очевидно, что такой человек без колебаний применит насилие.

— Хм...

Себастьян улыбнулся как старый джентльмен. Его улыбка несла доброту и глубокое облегчение. Но почему-то мужчина отступил на шаг, словно перед ним вдруг появился могущественный хищник.

— Ах, ух, чт... — несвязно пробормотал он, оттеснённый улыбкой старика. Даже не осознавая, что дыхание стало прерывистым, он попытался отступить ещё дальше.

Себас засунул за пояс купленный в магической гильдии свиток, которых до сих пор держал в руке. Сделав ровно один шаг вперёд, чтобы сократить расстояние до мужчины, он вытянул руку. Тот не смог даже среагировать на движение. Рука, что держалась за штанину дворецкого, беззвучно упала на землю.

Это как будто стало сигналом — Себастьян схватил мужчину за горло, и всё его тело с лёгкостью поднялось в воздух.

Если сравнивать Себастьяна с мужчиной чисто по внешности, у дворецкого не было бы и шанса. Возраст, ширина грудной клетки, руки, рост, вес и запах насилия, что источает тело, — дворецкий проигрывал во всём.

Вот только этот старый джентльмен поднял тяжеловеса в воздух одной рукой...

Нет, дело было в другом. Наблюдатель, наверное, смог бы ясно ощутить «разницу» между двумя мужчинами. Люди обладают животными чувствами, хоть и не настолько острыми, как у диких зверей. Неужели они не заметят такую очевидную разницу?

Ведь «разница» между Себастьяном и мужчиной была...

...разницей между сильнейшим и слабейшим.

Оказавшись в воздухе, мужчина изогнулся и задрыгал ногами. Когда он попытался схватить руку Себастьяна, его глаза наполнились ужасом, словно он осознал: этот старик — существо, которое полностью не соответствует своему внешнему виду. Тщетное сопротивление лишь ещё больше разозлит монстра.

— Эта девушка, «что» она?

Застывший от страха мужчина услышал спокойно льющийся голос. Но когда при таком спокойствии одной рукой держат человека в воздухе, это пугает ещё сильнее.

— О-она наша работница, — в отчаянии и страхе ответил тот.

— Я спросил, «что» она. А ты ответил, что «работница»?

Неужели этот ответ неправилен? Но как тогда ответить? Его широко открытые глаза отчаянно вращались, словно глаза испуганного животного.

— Некоторые из моих товарищей считают людей вещами. Мне стало интересно, попадаешь ли ты в эту категорию. Если бы ты видел в людях вещи, то не чувствовал бы никаких угрызений совести. Но ты назвал её работницей. Значит, ты сделал это, видя в ней человека? Спрошу по-другому. Что ты собираешься с ней делать?

Мужчина на мгновение задумался. Однако...

Вдруг что-то хрустнуло.

Себастьян сжал руку, из-за чего мужчине стало больно дышать.

— У-р-га-х! — причудливо закричал он, когда старик сжал руку ещё сильнее.

«Я не дам тебе времени на раздумья, отвечай немедленно» — сообщение было предельно ясным.

— О-она больна. Я нёс её в храм...

— Я не люблю ложь...

— Га-ах!

Когда горло сдавили еще сильнее, лицо мужчины стало полностью красным, и он снова закричал. Даже если Себастьян мог откинуть все подозрения и поверить, что в мешке и в правду можно относить кого-то в храм, он не чувствовал в словах мужчины даже капли беспокойства о девушке, которую тот швырнул на землю словно мусор.

— П-прекрати... га-ах.

С уменьшением воздуха в лёгких жизнь мужчины повисла на волоске. Он замолотил ногами, не в силах придумать ничего другого.

Себастьян с лёгкостью поймал одной рукой идущий в лицо кулак. Хотя ноги мужчины не останавливались и запачкали его одежду, Себастьян не сдвинулся с места. Обычный человек не сможет пинком сдвинуть гигантский стальной блок. Это очевидно. И хотя его ударяли толстые ноги, дворецкий продолжал, словно ему было даже не больно:

— Советую говорить правду.

— Урк...

Когда мужчина больше не мог говорить, Себастьян сузил глаза, глядя на его красное лицо. Дождавшись мгновения, когда тот вот-вот потеряет сознание, дворецкий разжал пальцы.

С громким стуком мужчина покатился по земле.

— Угх, хах, хах, хах, — выдохнув с криком последнее, что осталось в лёгких, он жадно начал хватать ртом воздух.

Себастьян молча посмотрел на того сверху вниз. Затем снова протянул руку к его горлу.

— П-подожди, с-стой! — спотыкаясь от страха, мужчина отполз от руки дворецкого. — Х-х-храм! Я собирался отнести её в храм!

Продолжает врать, у него воля сильнее, чем я ожидал...

Дворецкий полагал, что от боли и страха смерти мужчина сломается. Однако, несмотря на испуг, правду он говорить так и не захотел. Опасность от раскрытия информации превышала опасность от старого джентльмена.

Себастьян решил сменить подход. В некотором смысле это место — вражеская территория. Мужчина не звал на помощь, поскольку предполагал, что товарищи не успеют вовремя. Однако ещё большая задержка может принести много хлопот. Владыка приказал вести себя скрытно и собирать информацию, а не доставлять неприятности.

— Если это так, то её могу отнести и я. Я сделаю так, чтобы она наверняка выздоровела.

Удивлённый мужчина замотал головой и отчаянно выдавил:

— Нет гарантии, что вы её вернёте.

— Тогда почему бы тебе не пойти со мной?

— Я сейчас занят, поэтому не могу. Я собираюсь отнести её позже. — Чувствуя что-то во взгляде старика, мужчина быстро продолжил: — Она по закону принадлежит нам. Если возьмёте чужое имущество, то нарушите закон! Если заберёте её, то это будет похищением!

Себастьян вдруг замер и впервые нахмурился. Мужчина ударил в самое больное место. Хотя владыка сказал, что в определённых пределах можно выделиться, это относится лишь к их маскировке дворецкого и девушки из богатой семьи. Если он нарушит закон и навлечёт на себя длань правосудия, есть вероятность, что их раскроют. Другими словами, это приведёт к большой шумихе и станет именно тем происшествием, которого владыка не хочет.

Хотя трудно представить, что этот потрёпанный мужчина образован, говорил он с уверенностью. Должно быть, он услышал это от кого-то другого, кто разбирается в законах. Тогда есть высокая вероятность, что его заявление — правда.

Когда рядом нет свидетелей, решение очевидно. Можно закончить всё насилием, оставив лишь труп со сломанной шеей. Но прибегать к нему следует лишь в том случае, когда оно крайне необходимо. Это последний, отчаянный метод, который нужно использовать только по приказу господина, а не ради неизвестной девушки.

Тогда её бросить — правильный выбор?

Когда мужчина грубо улыбнулся, Себастьян начал раздражаться всё сильнее.

— Может ли великий и честный дворецкий доставлять своему господину неприятности у него за спиной? — мужчина ухмылялся, видя, как Себастьян хмурится. Должно быть, он осознал, что нашёл слабость дворецкого. — Не знаю, какому дворянину вы служите, но не навредите ли вы своему господину, если вызовите неприятности? Хм? И кто знает, может быть, этот дворянин с нами в хороших отношениях. Разве вас не отругают?

— Думаешь, моего господина волнует закон? Правила созданы, чтобы их нарушал сильный.

Мужчину словно током ударило — он на мгновение ужаснулся, но тут же взял себя в руки.

— Так почему бы тогда вам не попробовать?

— Хм...

Мужчина не собирался попадаться на блеф Себастьяна. Должно быть, за ним и вправду стоит довольно влиятельная фигура. Поняв, что атаковать с этой стороны неэффективно, Себастьян решил подойти с другого угла.

— Может быть, ты и прав. Тягаться с законом и вправду хлопотно. Однако есть также закон, заявляющий, что человек должен спасти другого человека, если тот попросит. Я лишь следую этому закону и предоставляю ей помощь. Она, кажется, без сознания, потому в первую очередь её следует отнести в храм на лечение. Ты не согласен?

— Ух... нет... это...

Мужчина, видно, не знал, как ответить.

Его маска разрушилась.

Себастьян почувствовал облегчение, мужчина оказался плохим актёром и глупцом. Он солгал. Поскольку упомянули закон, дворецкий решил сделать то же самое.

Себастьян, не знающий законы этой страны, не смог бы ответить, если бы мужчина возразил ещё одним законом, даже если бы тот солгал. Мужчина проиграл, потому что лишь краем уха слышал о законах и не удосужился их выучить. А раз оппонент выбрал правовой спор, это ему аукнулось. Да и был он, наверное, низкоранговым членом организации, не привыкшим принимать собственные решения.

Дворецкий перевёл взгляд на девушку и опустился к её голове.

— Ты хочешь, чтобы я тебе помог? — спросил он, придвинувшись ухом к потрескавшимся губам. Слабое дыхание. Нет, можно ли вообще называть это дыханием? Словно последний воздух выходит из шарика. Ответа не последовало. Себастьян чуть повернул голову и спросил снова: — Ты хочешь, чтобы я тебе помог?

Сейчас обстоятельства разительно отличались от помощи старушке. Хотя Себастьян хотел помогать всем нуждающимся, с высокой вероятностью помощь этой девушке приведёт к немалым неприятностям. Сердце дворецкого словно сковывал ледяной холод. Он волновался, разрешит ли Высшее существо такие действия, и как сильно это затронет более высокую цель.

Как и ожидалось, ответа снова не последовало.

Лицо мужчины медленно исказилось в грубую улыбку.

Наверняка он знал, через какой ад прошла девочка, и ему было очевидно: у неё нет энергии даже на одно слово. Иначе он её не вытаскивал бы в мешке, чтобы избавиться.

Счастливая случайность не происходит много раз подряд, а то бы её так не называли.

Верно. Если рука, что схватилась за штанину Себастьяна, — счастье, то второй раз такого уже не произойдёт.

Её удача закончилась в ту секунду, как Себастьян шагнул в переулок. Всё остальное — результат её воли к жизни. Это уже не удача.

Немножко.

Лишь немножко, но её рот задвигался. Её голос звучал неестественно, но он содержал чёткую волю.

— ...

Услышав слово, Себастьян кивнул.

— Я не спасаю тех, кто лишь молится и ждёт спасения, как трава дождя. Однако... если кто-то сражается, чтобы выжить... — Себастьян закрыл глаза девушки. — Не бойся, отдохни. Теперь ты под моей защитой.

Цепляясь за мягкое, тёплое чувство, девушка прикрыла мутные глаза.

Мужчина неверяще попытался возразить:

— Ты врё...

Но не договорил. Его тело замерло, а голос застрял в горле.

— Ты только что сказал, что я вру?

Мужчина даже не заметил, как Себастьян встал и вперился в него пронизывающим взглядом.

Ужасающие глаза.

У мужчины перехватило дыхание, а сердце, казалось, вот-вот взорвётся.

— Ты заявляешь, что я буду врать таким как ты?

— Ух, н... нет...

Мужчина сглотнул собравшуюся во рту слюну. Его глаза следили за рукой Себастьяна. Страх, который он по глупости забыл из-за незнания своего места, вернулся.

— Тогда я возьму её с собой.

— Т-ты не можешь! Нет, нет, сэр, вы не можете!

Себастьян обвёл его взглядом:

— Тебе ещё есть что сказать? Пытаешься выиграть время?

— Н-нет, сэр. Я пытаюсь сказать, что у вас и вашего господина будут большие неприятности, если вы заберёте девушку. Вы слышали о Восьми Пальцах?

Во время сбора информации Себастьян о них слышал. Это была преступная организация, работающая в тени Королевства.

— Вы понимаете, правда? Пожалуйста, сэр, просто сделайте вид, что ничего не видели. Если вы её заберёте, меня накажут.

Осознав, что силой не выиграть, мужчина попытался вызвать жалость. Себастьян холодно на того глянул и так же холодно сказал:

— Я беру её с собой.

— Сжальтесь, прошу! Меня ведь убьют!

Может быть, убить его прямо здесь? Себастьян задумался. Слушая плач мужчины, он взвешивал все за и против. Похоже, раз тот себя так ведёт, то не пытается выиграть время для прибытия подельников.

— Почему ты не зовёшь на помощь?

Мужчина моргнул и сразу же ответил.

По его словам, если Себастьян и девушка уйдут, пока он будет искать помощи, то товарищам станет известно о его ошибке. К тому же он сомневался, что они сумеют победить даже с превосходящим числом людей. Вот почему он пытался переубедить Себастьяна.

Видя это крайне жалкое поведение, дворецкий почувствовал, как напряжение покидает его тело. Намерение убийства полностью исчезло. Тем не менее он не собирался отдавать девочку. В таком случае...

— Тогда почему бы тебе не сбежать?

— Это невозможно, сэр. У меня нет на это денег.

— Не думаю, что деньги дороже жизни... но я тебе помогу.

От слов Себастьяна к лицу мужчины вернулся цвет.

Хотя безопаснее было бы убить, его отчаянный побег по крайней мере выиграет немного времени. Дворецкий успеет залечить её раны и спрятать в каком-то безопасном месте. А если он убьет этого человека, с большой вероятностью пропавшую девочку сразу же начнут искать. Поскольку неизвестно, что привело её к нынешнему состоянию, он не мог знать, навредит ли это её знакомым или семье.

Себастьян забеспокоился. Зачем ему заходить так далеко и брать на себя такой риск?

Он не понимал, откуда идёт желание спасти девушку. Другие обитатели Назарика проигнорировали бы её. Просто стряхнули бы руку и ушли.

Попавшим в беду нужно помогать.

Но сейчас не время для таких мыслей. Отложив в сторону терзания, которые он сам не мог понять, Себастьян ответил:

— Найми на эти деньги искателя приключений и сделай всё возможное, чтобы сбежать.

Когда Себастьян достал кожаный мешочек, глаза мужчины заполнились сомнением. Денег, что помещаются в такой маленький мешок, явно не хватит. Однако в следующее мгновение его взгляд прилип к монетам, брошенным на землю. Блеск, похожий на серебро, но это платина, которая используется при торговле между странами. Она в десять раз дороже золота. К его ногам были брошены десять таких монет.

— Ты понял? Также у меня есть пара вопросов. Сколько у тебя времени?

— Ух, м-много. Я сказал, что избавлюсь от... то есть, отнесу девочку в храм и вернусь поздно.

— Ясно. Тогда пойдём.

Не тратя время на болтовню, Себастьян указал подбородком мужчине следовать за ним и пошёл с девочкой на руках.

Часть 2

Месяц среднего огня (восьмой), двадцать шестое число, 18:58

Себастьян проживал в доме, который располагался в богатом и благополучном квартале даже по меркам столицы. Хотя по размеру он уступал соседним домам, строили его для совместного проживания двух поколений семей и их слуг. Для одних Себастьяна и Солюшн он был слишком велик.

Разумеется, такой особняк арендовался не без причины. Притворяясь семьей богатого купца из далёкой страны, нельзя жить в убогом доме. А поскольку они не имели связей и не располагали доверием, пришлось смириться и заплатить в несколько раз больше рыночной стоимости.

Когда дворецкий вошёл через парадные двери, его встретила одетая в белое платье боевая горничная Солюшн Эпсилон, которая находилась под прямым его командованием. Хотя в доме были и другие жильцы, вроде теневых демонов и горгулий, они не вышли его встретить, потому что охраняли дом.

— Добро по... — Солюшн замерла, наполовину поклонившись. Более холодными чем обычно глазами она уставилась на то, что дворецкий держал в руках. — Господин Себас... что это?

— Я её подобрал.

Солюшн ничего не сказала на его краткий ответ. Однако атмосфера стала тяжёлой.

— Неужели?.. Не похоже на подарок мне, что вы собираетесь с этим делать?

— Ещё не уверен. Не могла бы ты залечить её раны?

— Раны, говорите... — Солюшн осмотрела девочку, кивнула, словно в чём-то убедившись, и перевела взгляд на Себастьяна. — Почему бы тогда не отнести её в храм?

— Хорошая мысль. Наверное, она от меня ускользнула.

Солюшн сузила глаза и холодно уставилась на Себастьяна, который даже бровью не повёл. На краткий миг их глаза встретились, и первой отвела взгляд Солюшн.

— Мне это выбросить?

— Не нужно. Раз я удосужился её сюда принести, мы можем как-то её использовать.

— Ладно...

Лицо Солюшн никогда не отличалось выразительностью, но на этот раз оно было поистине маской. Даже Себастьян не узнал эмоцию, что кружилась у неё в глазах. Только лишь, что она не приветствовала такое развитие событий. Это было слишком очевидно.

— Не могла бы ты сначала её осмотреть?

— Хорошо, сейчас сделаю.

— Нет, прямо здесь немного...

Солюшн не видела в этом ничего особенного, но всё же, наверное, не следовало делать это у входа.

— У нас столько пустых комнат, почему бы не пойти в одну из них?

Солюшн молча кивнула.

Пока Себастьян нёс девочку в гостевую комнату, никто не проронил ни слова. Хотя ни он, ни Солюшн не любили бесполезно болтать, атмосфера между ними стала ещё более неоднозначной.

Дверь в комнату открыла горничная, поскольку у дворецкого были заняты руки. Несмотря на толстые шторы, погружающие комнату в темноту, воздух не казался спёртым — помещение держали в чистоте и довольно часто проветривали.

Зайдя внутрь, Себастьян увидел, как через щели между занавесками проглядывает луна. Он положил девушку на кровать, заправленную чистыми простынями.

Хотя дворецкий изо всех сил старался вылечить её, вливая ки, неподвижное тело выглядело как труп.

— Я приступаю, — Солюшн бесцеремонно сорвала одежду, обмотанную вокруг девочки, обнажая её усыпанные шрамами руки и ноги.

Хотя следы жестокого обращения вызывали жалость, лицо горничной не изменилось. Глаза отражали лишь равнодушие.

— Солюшн... оставляю остальное на тебя, — только и сказал Себастьян, покидая комнату.

Боевая горничная не сочла нужным его останавливать и начала осматривать девочку.

Оказавшись в коридоре, Себастьян тихо прошептал, чтобы не услышала Солюшн:

— Какой же глупый поступок.

Дворецкий невольно погладил бороду.

Почему он её спас? Он не мог себе это чётко объяснить. Наверное, именно это имеют в виду, когда говорят «охотник не убивает птичку, которая сама полетела ему в руки». Нет, не в этом дело. Почему он её спас? Как старший дворецкий, он преданно относился к сорока одному Высшему существу. Сейчас вся его верность принадлежит главе гильдии, взявшему имя Аинз Оал Гоун. В Себастьяне не было даже намёка на неискренность. Он верил, что всегда служил прилежно, и он не колеблясь отдаст свою жизнь.

Однако если бы ему пришлось выбирать, кому из сорока одного Высшего существа служить, Себастьян без раздумий выбрал бы господина Тач Ми.

Он был создателем Себастьяна и сильнейшим в гильдии Аинз Оал Гоун, имел класс Чемпион мира и находился совсем в другой лиге. Как часть первой девятки, он собрал изначальных членов Аинз Оал Гоун, после чего гильдия набрала силу, используя все средства, включая ПК. Никто не поверил бы, узнай, что он всё это делал ради помощи слабым. Однако это было правдой. Он помог Момонге, который из-за постоянных нападений игроков от отчаяния чуть не бросил игру. Когда Букубуку Чагама из-за своей внешности не могла найти команду, он первым к ней подошёл.

Идеи, заложенные этим человеком, сковали Себастьяна невидимым цепями.

— Может быть, это проклятье?..

Какие низкие слова. Если бы кто-то из Назарика его услышал, то назвал бы богохульником и сразу же напал.

«Жалеть того, кто не входит в Назарик, — непростительно».

Такие слова очевидны.

Почти все члены Назарика считали чужаков недостойными внимания. Исключений было лишь несколько — те, кого так настроили Высшие существа, например главная горничная Пэстония С Ванко.

Ещё он читал в одном из отчётов Солюшн, что боевая горничная Люпус Регина подружилась с девочкой из деревни Карн. Но он прекрасно понимал, что горничная без лишних мыслей бросит её.

Не потому, что безжалостна.

Приказ Высшего существа умереть значит, что нужно умереть. Так и тут, она без промедления убьёт даже подругу. Это — истинная преданность. На товарища, который это не понимает, будут смотреть с жалостью.

Бесполезные сантименты по отношению к людям недопустимы.

Но что тогда насчёт него? Его текущие действия приемлемы?

Себастьян закусил губу, в это мгновение вышла Солюшн. Её лицо не выражало никаких эмоций, как и всегда.

— Как она?

— Кроме сифилиса у неё два других венерических заболевания. Несколько ребер и пальцы треснуты. Сухожилия на правой руке и левой ноге перерезаны, ей не хватает верхних и нижних передних зубов. Внутренние органы, похоже, отказывают. В заднем проходе имеется надрыв, и возможно, она зависима от какого-то наркотика. На теле множество ушибов и порезов. Учитывая её нынешнее состояние, думаю, остальное можно упустить... или хотите, чтобы я продолжила?

— Нет, этого достаточно. Важно лишь одно — её можно вылечить?

— Конечно.

Себастьян ожидал её быстрый ответ.

Используя исцеление, можно вылечить даже ампутированные конечности. Если бы дворецкий использовал свой цигун, то с лёгкостью бы залечил её раны. По правде говоря, если бы он хотел, то на месте вылечил бы даже ту старушку, что подвернула ногу. Он этого не сделал, чтобы сохранить способность на случай чрезвычайных обстоятельств и чтобы предотвратить утечку информации.

Но даже если цигун мог наполнить пациента силами, он был неспособен вылечить от болезни или отравления ядом. Себастьян не изучал подобные навыки. Вот почему он нуждался в помощи Солюшн.

— Тогда я оставлю это на тебя.

— Не лучше ли позвать госпожу Пэстонию, которая сможет применить магию лечения?

— Это не обязательно. Солюшн, у тебя ведь есть исцеляющий свиток?

Когда боевая горничная кивнула, Себастьян продолжил:

— Тогда используй его.

— Господин Себас... этот свиток мы получили от Высшего существа. Я считаю, что его нельзя тратить на таких, как люди.

Здравый довод. Следовало придумать другой способ. Сначала не дать ей умереть, вылечив раны. А отравлениями и болезнями заняться уже позже. Однако он не был уверен, можно ли откладывать лечение. Если она умирает из-за отравления и болезней, постоянное восстановление жизненных сил ей не поможет.

Немного поколебавшись, он заговорил с Солюшн стальным голосом, лишённым эмоций:

— Вылечи её.

Глаза боевой горничной сузились, и в то же время в них закружилось что-то тёмно-красное. Но убедиться в этом наверняка он не успел — девушка поклонилась:

— Слушаюсь. Я верну её в нормальное состояние... другими словами, в такое, в каком она была до нанесения травм.

Увидев кивок Себастьяна, Солюшн снова поклонилась:

— Я сейчас же начну.

— И когда лечение закончится, не могла бы ты налить в бадью воды и помыть её? Я пойду куплю ужин.

В доме никому не требовалась еда, да и готовить никто не умел. И если только не использовать лишнее кольцо подкрепления сил, которого у них не было, еда нужна для девочки.

— Господин Себас, раны вылечить легко... но я не смогу излечить разум, — Солюшн замолчала, но после короткой паузы заговорила снова: — Мне кажется, для лечения её разума лучше всего позвать владыку Аинза. Вы не собираетесь этого делать?

— Это не настолько важно, чтобы требовалось связаться с владыкой. Полагаю, проблем не возникнет, даже если оставить её разум нетронутым.

Солюшн низко поклонилась. Затем молча пошла в комнату. После её ухода Себастьян медленно облокотился о стену.

Что же делать с девочкой?..

Пока мужчина убегает, она должна вылечиться. Как только это время настанет, он отпустит её туда, куда она захочет. Это лучше всего. И желательно куда-то подальше от столицы. Тут её отпускать опасно и жестоко — всё равно что вовсе не спасать.

Но для самого Себастьяна, дворецкого Великого Склепа Назарика, правильное ли это решение?

Себастьян тяжело вздохнул.

Как же хорошо он себя бы почувствовал, если бы вместе с воздухом выдохнул все тревоги. Но ничего не изменилось. Он так и остался в замешательстве, и не мог нормально мыслить.

— Как же я глуп, и всё из-за одного человека...

Вместо того чтобы задаваться вопросами, на которые нет ответов, следует начать с простого. И хотя этим он выиграет лишь немного времени, в нынешних обстоятельствах это лучшее, на что он способен.

♦ ♦ ♦

Солюшн изменила форму своих тонких пальцев. Они удлинились и преобразились в усики толщиной в пару миллиметров. Горничная была бесформенной слизью и могла значительно изменять свою форму. Преобразовать кончики пальцев для неё было легче лёгкого.

Глянув на дверь, она ощутила, как присутствие Себастьяна исчезло, затем молча подошла к лежавшей на кровати девочке.

— Раз господин Себастьян разрешил, я закончу это хлопотное дело так быстро, как это возможно. Это и в твоих интересах. Хотя ты, наверное, об этом и не подозреваешь.

Солюшн раскрыла ладонь и достала свиток, что хранился в её теле. В себе она держала не только его. Кроме расходных магических предметов вроде свитков, она хранила несколько видов оружия и брони. И это было нормой, учитывая, что она с лёгкостью могла проглотить несколько человек.

Солюшн уставилась на лежавшую без сознания девочку. Боевую горничную не интересовала её внешность. На ум пришла лишь одна мысль: этот человек выглядит невкусно. Пустая оболочка не станет трепыхаться даже в кислоте.

— Хотя я всё же смогла бы его понять, если бы после лечения он отдал её мне в качестве игрушки...

Но она знала характер дворецкого и понимала, что такого он не позволит. Себастьян, глава боевых горничных Плеяд, лишь однажды разрешил съесть людей — когда на них напали по пути сюда.

— Если бы её спасти приказало Высшее существо, у меня не осталось бы выбора... но неужели людишки достойны спасения ценой такого сокровища?

Думая вслух, Солюшн покачала головой.

— Может быть, поглотить её прежде, чем вернётся господин Себас?

Сняв печать, горничная развернула свиток. Внутри было запечатано «Лечение», магия шестого ранга, которая существенно восстанавливает здоровье и убирает негативные эффекты, такие как болезни.

Обычный свиток можно использовать лишь в том случае, если заклинатель обладает классом, который может использовать магию той же ветви, что и в свитке. Иными словами, чтобы использовать свиток магии веры, нужно принадлежать к основанному на вере классу, например быть священником. А если точнее, заклинание должно находиться в списке доступной для изучения магии этого класса. Однако у некоторых воровских классов есть навык, с помощью которого можно подделать список, обманув тем самым свиток.

А убийца Солюшн обладала несколькими воровскими классами. Вот почему она могла использовать «Лечение», на что в обычном случае была бы не способна.

— Для начала на всякий случай введу её в кому...

Соединив с помощью навыка сильное сонное зелье с зельем расслабления мышц, Солюшн покрыла им тело девочки.

♦ ♦ ♦

Месяц среднего огня (восьмой), двадцать шестое число, 19:37

Себастьян вернулся с ужином, как раз когда Солюшн вышла из комнаты. Она в обеих руках держала вёдра, от которых шёл пар, в каждом лежало по несколько полотенец. Вода в обоих вёдрах была чёрной, а полотенца грязные. Сразу становилось ясно, в каких антисанитарных условиях девочка жила.

— Ты хорошо постаралась. Кажется... при лечении трудностей не возникло.

— Да, всё прошло гладко. Только одежды не нашлось, так что я переодела её в то, что было под рукой. Это приемлемо?

— Конечно. Детали не важны.

— Вы так думаете?.. Действие сонного зелья уже как раз должно пройти... Если вам больше ничего не требуется, я пойду.

— Молодец, Солюшн.

Горничная поклонилась и прошла мимо Себастьяна. Проводив её взглядом, тот постучался в дверь. Хотя ответа не последовало, он почувствовал движение и молча зашёл внутрь.

Девочка с отсутствующим видом сидела на кровати, словно только что проснулась.

Её и впрямь было не узнать.

Грязные и сухие светлые волосы теперь красиво блестели. За такое короткое время её тощее лицо ожило и приняло свой изначальный вид. Высохшие губы теперь сияли розовым блеском.

В целом, она стала не просто красивой, а девушкой с очарованием.

И теперь возможно оценить её возраст. На вид ей было лет двадцать или чуть меньше, но из-за адского образа жизни она выглядела старше реального возраста.

Солюшн одела её в белое неглиже. Однако оно было простым без какого-либо кружева или оборок.

— Кажется, ты полностью выздоровела, но как ты себя чувствуешь?

Ответа не последовало. Пустые глаза смотрели вперёд, девушка даже не собиралась поворачиваться в его сторону.

Однако, не приняв это близко к сердцу, Себастьян ждал, когда она заговорит. Нет, он с самого начала не ожидал слишком многого.

— Ты голодна? Я принёс поесть.

Он купил еду в ресторане.

В деревянной миске лежало рагу, сделанное с добавлением слегка приправленного мясного бульона. Масло придавало ему просто восхитительный аромат, вызывающий чувство голода.

Её лицо чуть шевельнулось, реагируя на запах.

— Пожалуйста, наслаждайся.

Вероятно, она ещё не полностью закрылась в своём мире. Себастьян протянул ей миску и деревянную ложку.

Девушка не пошевелилась, но дворецкий и не пытался её заставить.

Через некоторое время, когда посторонний бы уже начал терять терпение, девушка медленно протянула руку. Взволнованно, словно боялась боли. Хотя её раны полностью зажили, память о боли осталась.

Она взяла ложку и зачерпнула немного рагу. Затем поднесла ко рту и проглотила.

Жидкое.

Себастьян специально заказал, чтобы его так приготовили — мелко нарезали ингредиенты четырнадцати типов и долго их варили, чтобы потом можно было не жевать.

Глоток, и рагу оказалось в животе.

Глаза чуточку шевельнулись — девушка превращалась из куклы в человека. Она протянула другую руку, с дрожью принимая миску — кажется, хотела придвинуть её поближе. Придерживая миску, Себастьян ей помог.

Девушка одной рукой воткнула ложку в рагу, а другой придвинула миску ещё ближе, после чего принялась жадно есть.

Она ела так быстро, что если бы рагу не было охлаждено как раз до нужной температуры, она бы точно обожглась. Похоже, девушке было даже всё равно, что у груди неглиже испачкалось вытекшей изо рта едой. Можно сказать, она не ела рагу, а пила.

Закончив невероятно быстро, девушка обняла пустую миску и вздохнула.

Когда она совсем ожила, глаза начали закрываться.

Сытость, чистая и мягкая одежда, а также жизнь, что вернулась в тело. Всё это объединилось вместе и позволило расслабиться. Её клонило в сон.

Но как только веки почти закрылись, девушка распахнула глаза и съежилась от страха.

Возможно, она просто боялась закрывать глаза, или испугалась, что вся эта доброта исчезнет, словно туман. Скорее всего, была ещё какая-то причина, которую стоявший в сторонке Себастьян не знал. А может, не знала даже она сама.

Вот почему дворецкий, чтобы её успокоить, обратился к ней добрым голосом:

— Твоё тело хочет отдохнуть. Не мучай себя и поспи. Я гарантирую, что здесь тебе опасность не угрожает. Когда откроешь глаза, ты по-прежнему будешь в этой кровати.

Девушка впервые перевела взгляд и посмотрела прямо на Себастьяна.

Её голубые глаза едва светились, в них не чувствовалось силы. Вот только они были уже не глазами мёртвого, а глазами живого.

Её рот чуть приоткрылся... и закрылся. Затем она снова его открыла, и опять закрыла. Это повторилось несколько раз. Себастьян участливо за ней наблюдал, не пытаясь давить. Просто молча смотрел.

— С... — наконец губы раздвинулись и раздался тоненький голосок. А затем и слова: — С...спа...сибо...

Её первыми словами была благодарность, а не вопросы. Чуточку поняв её характер, Себастьян улыбнулся. И не поддельно, как он делал часто, а искренне.

— Не волнуйся об этом. Теперь, когда я взял тебя под своё крыло, я позабочусь о твоей безопасности.

Глаза девушки чуть расширились, губы задрожали. Голубые глаза намокли, закапали слёзы. Затем она широко открыла рот и заревела, словно что-то внутри освободилось.

Вместе со слезами выплеснулось и проклятие.

Она проклинала свою судьбу, ненавидела тех, кто выше — тех, кто так с ней поступил. Она обижалась, что до сих пор ей никто не удосужился помочь. Эта обида вскоре перешла на Себастьяна.

Почему он не пришёл раньше?

Эта доброта... её считали человеком, поэтому на неё нахлынуло всё, что она до этого терпела. Нет, именно потому, что она вернула себе человеческое сердце, не могла больше выносить эти воспоминания.

Девушка дёрнула себя за волосы и вырвала несколько прядей. Бесчисленные золотые нити запутались вокруг тонких пальцев. Миска упала вместе с ложкой.

Себастьян смотрел на её безумие, не проронив ни слова.

Её обида вылилась внезапно и неуклюже. Кто-то мог бы заметить враждебность и разгневаться на неё. Однако не дворецкий. На его морщинистом лице было нечто похожее на доброжелательность.

Себастьян наклонился и притянул её к себе. Словно отец дочку, он обнял её без каких-либо плохих намерений. Хотя на мгновение она напряглась, объятие, которое так отличалось от действий тех похотливых мужчин, позволило немножко расслабиться.

— Теперь всё хорошо, — он нежно гладил её по спине, повторяя эти слова словно заклинание, которым утешают плачущего ребёнка.

Девушка икнула и, будто пытаясь зацепиться за слова Себастьяна, уткнулась ему в грудь и заплакала ещё громче. Однако этот плач отличался от предыдущего.

♦ ♦ ♦

Когда прошло немного времени, и грудь Себастьяна стала полностью влажной от слёз девушки, всхлипывание наконец стихло. Она медленно отдалилась от дворецкого и опустила голову в попытке скрыть залитое краской лицо.

— П-простите...

— Не волнуйся. Для мужчины большая честь подставить грудь плачущей женщине. — Себастьян достал чистый платок и протянул его девушке. — Вот, держи.

— Но... он такой чистый... если... я...

Себастьян взял запнувшуюся девушку за подбородок и поднял ей голову. Когда она замерла, не зная, что случится, он нежно приложил платок к оставшимся от слёз следам.

Напоминает недавний разговор Солюшн. Она использовала «Сообщение» и долго беседовала с Шалти... кажется, та хвасталась, как владыка Аинз вытер ей слёзы.

Что же такое могло случиться, что заставило владыку это сделать? Дворецкий задавался вопросом. Плачущую Шалти он даже представить не мог. Несмотря на замешательство, Себастьян не остановил руку и полностью вытер слёзы с лица девушки.

— Ах...

— Используй его, — Себастьян вложил немного влажный платок ей в руку. — Платок, которым не пользуются, — грустный платок. Особенно тот, что не может вытереть слёзы, — дворецкий улыбнулся и отошёл от девушки. — А теперь хорошо отдохни. Поговорим о том, что делать, когда ты проснёшься.

Поскольку магия способна на всё, её раны залечились и моральное истощение ушло. Вот почему сейчас ей ничего не должно мешать двигаться. Однако каких-то пару часов назад она находилась в аду. Себастьян опасался, что если говорить с ней слишком долго, то психическая рана снова может открыться.

Она недавно так сильно плакала. Должно быть, её разум ещё нестабилен. Хотя магия может временно его излечить, это не искоренит проблему. В отличие от телесных ран, эти раны не видно, их вылечить не так просто.

Среди знакомых Себастьяна лишь его господин или, возможно, Пэстония могли полностью исцелить разум.

Хотя Себастьян пытался уложить девушку спать, она поспешно заговорила:

— Что... делать?

На мгновение дворецкий заколебался, следует ли продолжать. Но раз она сама этого хотела, он решил продолжить разговор, при этом внимательно следя за её состоянием.

— Тебе, без сомнений, будет слишком страшно оставаться в столице. Ты знаешь какое-нибудь безопасное место?

Девушка опустила голову.

— Понятно...

Дворецкий не стал произносить очевидное. Она не знала.

Дело становится всё хлопотнее.

Впрочем, враги ведь не начнут действовать немедленно. Им ещё нужно поймать того мужчину, а затем пройдёт некоторое время, пока следы не приведут к Себастьяну. Может, он принимал желаемое за действительное, но ему хотелось верить, что причин для паники нет. По крайней мере до тех пор, пока девушка не выздоровеет.

— Ну, посмотрим. Для начала можешь назвать своё имя?

— Ах... меня зовут... Цуарэ.

— Хорошо, Цуарэ. О, я ещё сам не представился. Я Себастьян. Зови меня просто Себас. А хозяйку особняка, которой я служу, зовут Солюшн.

Вот такую историю они себе придумали.

На случай внезапных посетителей вместо наряда горничной Солюшн носила белое платье, но пока девушка здесь, ей лучше продолжать играть свою роль госпожи.

— Со...лю...шн.

— Да. Госпожа Солюшн Эпсилон. Но я не думаю, что ты будешь часто её видеть.

— ?..

— Она довольно требовательна к людям, — закончил Себастьян, словно говоря, что о ней больше ничего не скажет. И после мгновения тишины он заговорил: — А теперь отдыхай. Оставим разговор о том, что с тобой делать, до завтра.

— Да...

Убедившись, что Цуарэ легла, Себастьян подобрал миску и покинул комнату.

Когда он открыл дверь, в коридоре, как и ожидалось, стояла Солюшн. Хотя она, вероятнее всего, подслушивала, дворецкий не собирался делать ей замечание. Да и горничная даже намёка не показывала, что её могут отругать. Она просто стояла, не скрывая своё присутствие. Если бы она в самом деле хотела спрятаться, то сделала бы это более умело, ведь обладала классом «убийца».

— Что-то случилось?

— Господин Себас... Что вы собираетесь с ней делать?

Себастьян обратил внимание на дверь. Даже запертая дверь блокировала звук не полностью. Из комнаты можно услышать что-то из того, что будет сказано в коридоре.

Дворецкий пошёл вперёд, Солюшн молча последовала за ним.

Он остановился там, где Цуарэ их уже не услышит.

— Ты спрашиваешь о Цуарэ? Решение я приму завтра.

— Имя... — Она не продолжила, но, будто решившись, снова заговорила: — Может быть, не мне это говорить, но с большой вероятностью эта вещь станет помехой. От неё следует избавиться как можно скорее.

Что она имела в виду под словом «избавиться»?

Услышав бессердечные слова Солюшн, Себастьян счёл их вполне ожидаемыми. Это — Назарик. Для тех, кто служит сорока одному Высшему существу, вполне резонно думать о чужаках в таком ключе. Странно тут ведёт себя именно Себастьян.

— Ты права. Если она станет помехой на пути выполнения приказов владыки Аинза, то мы быстро с ней разберёмся.

Солюшн странно на него посмотрела. Будто спрашивала, почему он вообще её принёс, если уже это знал.

— Она может оказаться для нас полезной. Раз я её уже подобрал, нужно придумать, как извлечь из неё выгоду, а не просто выбрасывать.

— Господин Себас... не понимаю, почему вы взяли с собой это. Однако те раны оно получило не без причины. Сомневаюсь, что те, кто нанёс их, добродушно отнесутся к тому, что это до сих пор живо.

— Тут проблем никаких не будет.

— Хотите сказать, что об этом уже позаботились?

— Нет. Но проблемы будут тогда, когда появятся, и я сам их решу так, как посчитаю нужным. Вот почему до тех пор я хочу, чтобы мы вели себя как обычно. Ты это понимаешь, Солюшн?

— ...Я исполню ваш приказ.

Наблюдая, как дворецкий уходит, горничная подавила возникший внутри гнев. Она не могла возразить Себастьяну, своему непосредственному начальнику. И если проблем не возникнет, то можно и замять эту историю.

Но тем не менее...

— Как он мог потратить собственность Назарика на какого-то там человека?..

Всё в Великом Склепе Назарика принадлежит Аинзу Оалу Гоуну, или же Высшим существам. Допустимо ли использовать такие вещи без дозволения? Сколько бы она об этом ни думала, к ответу так и не пришла.

♦ ♦ ♦

Месяц последнего огня (девятый), третье число, 9:48

Себастьян открыл дверь особняка. Он возвращался после выполнения ежедневного задания по посещению гильдии искателей приключений. Дворецкий ходил туда рано утром и просматривал вывешенные задания до того, как за них возьмутся искатели приключений.

Каждый клочок новой информации и даже ходившие по городу слухи он тщательно записывал на бумаге и передавал всё в Назарик. Анализ содержимого был довольно труден, так что оставлялся мудрецам Назарика.

Несколько дней назад Себастьяна встретила бы Солюшн, но теперь эту задачу выполняла не она.

— Добро... пожаловать... господин... Себас, — промолвила девушка в униформе горничной, достававшей до пяток.

На следующий день после того, как они приютили Цуарэ, состоялся разговор, и девушке разрешили работать в особняке. Хотя она могла остаться гостьей, Цуарэ была против, ведь ей и так уже очень помогли. Она по крайней мере хотела работать, даже если этого недостаточно, чтобы им отплатить.

Себастьян видел, что ещё один её мотив — это тревога. Другими словами, она понимала, что находится в опасном положении, которое вскоре принесёт этому дому неприятности. И всеми силами старалась показать свою полезность, чтобы её не выбросили. Разумеется, Себастьян заверил Цуарэ, что такого никогда не случится. Если бы он собирался бросить кого-то, кому некуда идти, он вовсе не приводил бы её с собой. Но всё же ему не хватало убедительности, чтобы вылечить её душевные раны.

— Цуарэ, я вернулся. Были какие-то трудности?

Та покачала головой.

Белый козырёк закачался на её аккуратно подстриженных волосах.

— Не... было.

— Это хорошо.

Выражение лица Цуарэ не отличалось от обычного, но вокруг неё до сих пор витала тьма. Однако она, кажется, начинала говорить всё громче. Словно то, что разъедало её изнутри, мало-помалу отступало.

Теперь осталась лишь одна проблема...

Когда Себастьян пошёл вперёд, Цуарэ пристроилась рядом с ним. Идти рядом с дворецким, прямым начальником, неприемлемо для горничной. Но Цуарэ ничего не знала о правилах поведения горничных, её ведь им никогда не учили. Впрочем, Себастьян не собирался приучать её к такому образу жизни.

— Что сегодня в меню?

— Рагу... с... картофелем.

— Замечательно, я очень хочу его попробовать. Ты довольно вкусно готовишь, — улыбнулся Себастьян.

Цуарэ густо покраснела и опустила голову, схватившись обеими руками за фартук.

— Это... не... так.

— Нет-нет, именно так. Я, вот, вообще не умею готовить, так что нам повезло. Но тебе достаточно ингредиентов? Пожалуйста, скажи, если чего-то не хватает, или если желаешь купить что-то особенное.

— Хорошо. Я... проверю... следующий раз... и... скажу... вам.

Хотя девушка нормально себя вела в доме и с Себастьяном, она всё же боялась внешнего мира. Цуарэ не могла выполнять задачи, требующие покидать особняк. А потому такую работу, как покупка ингредиентов, дворецкий возложил на себя.

Впрочем, блюда Цуарэ стоили не много. Это была простая домашняя пища, для которой не нужны дорогие ингредиенты, их покупка не занимала много времени. Да и Себастьян смог узнать о разнообразных продуктах этого мира и способах их приготовления. Можно сказать, он одним выстрелом убил двух зайцев.

Дворецкий вдруг предложил:

— Не хочешь сходить со мной за покупками?

На лице Цуарэ отразилось сильное удивление. Испугавшись, она покачала головой. Затем побледнела и начала сильно потеть.

— Нет, я... порядке.

Дворецкий не удивился такой реакции, но виду не подал.

С самого начала работы Цуарэ не пыталась выполнить задачи, требующие покидать особняк. Она заперла свой ужас, сделав из этого дома неприступный замок. Другими словами, она смогла двигаться дальше, лишь когда провела черту между этим местом и ранившим её внешним миром. Однако такими темпами Цуарэ никогда не сможет выйти наружу. А они не могут прятать её вечно.

Учитывая её душевное состояние, Себастьян понимал, что жестоко вытаскивать её наружу, ведь прошло всего несколько дней. Лучший выход — дать больше времени, чтобы она постепенно привыкала.

Однако сейчас у них нет времени.

Себастьян не собирался селиться здесь и проводить остаток жизни в столице. Он всегда будет чужаком на земле, куда пришёл лишь для сбора информации. Когда-нибудь господин прикажет уходить. Чтобы подготовиться к этому дню, следует дать Цуарэ несколько возможностей, пока он ещё может.

Себастьян остановился и посмотрел девушке в глаза. Цуарэ покраснела и попыталась опустить взгляд, но он нежно коснулся ладонью её щеки и приподнял голову девушки.

— Цуарэ, я понимаю, что ты напугана. Но будь уверена: я, Себас, защищу тебя. Я уничтожу любого, кто попытается тебе навредить.

— ...

— Цуарэ, шагни вперёд. Если боишься, то можешь даже закрыть глаза, я не против.

— ...

Схватив всё ещё колеблющуюся девушку за руку, он сказал суровые для неё слова:

— Ты мне не доверяешь, Цуарэ?

Время шло, на коридор опустился тяжёлый занавес молчания. Глаза девушки чуть намокли, розовые губы приоткрылись, обнажая её белоснежные зубы:

— Господин Себас... вы... не... справедливы. Я не могу возразить... если вы это так говорите.

— Будь спокойна. Может быть, я так не выгляжу, но я достаточно сильный. Тех, кто сильнее меня, немногим больше сорока одного.

— Это... много? — хихикнула девушка, услышав странное число, полагая, что это шутка, чтобы её утешить.

Себастьян улыбнулся, ничего не ответив, и снова пошёл вперёд. Он заметил, как она поглядывала на его профиль, но решил промолчать. Дворецкий понимал, что Цуарэ испытывает к нему нежные чувства, но назвать их любовью он не мог. Она внушила их себе, это было чем-то вроде веры в благодетеля, что спас её из ада. А также Себастьян был стариком, и вполне возможно, что Цуарэ перепутала семейную любовь с любовью между мужчиной и женщиной. И даже если она в самом деле его любит, он не собирался принимать её чувства. Не когда он скрывает столь много, не когда их положение настолько отличается.

— Что ж, увидимся, когда я переговорю с госпожой.

— Госпожа... Солю...

Лицо девушки чуть помрачнело. Себастьян знал, почему, но не сказал вслух.

Солюшн не пыталась наладить контакт с Цуарэ, а когда та подошла — лишь обвела её взглядом и ушла, не проронив ни слова. Вполне ожидаемо, что такое пренебрежение породит тревогу, а в случае Цуарэ — сильный страх.

— Всё хорошо. Госпожа всегда так со всеми. Она не выделяет тебя среди других... и, скажу это лишь один раз, у госпожи довольно трудный характер.

Когда дворецкий чересчур разговорился, лицо девушки чуть смягчилось.

— При виде милых детей она всегда мрачнеет.

— Я... не... По сравнению... с ней, — Цуарэ поспешно помахала руками.

Цуарэ и впрямь была миленькой, но она не ровня Солюшн. Однако понятие красоты каждый определяет сам.

— Если говорить о внешности, то мне больше нравятся такие девушки, как Цуарэ, чем как госпожа.

— Э-это!..

Он нежно смотрел на покрасневшую и уставившуюся в пол девушку. Но когда выражение на её лице изменилось, он нахмурился.

— И... моё тело... грязно...

Себастьян в мыслях вздохнул. Её лицо стало совсем не таким, как прежде. Глядя прямо вперёд, он заговорил:

— Украшения без царапин считаются красивыми и дорогими.

Услышав это, Цуарэ помрачнела её сильнее.

— Однако... люди не украшения.

Девушка чуть подняла голову.

— Ты продолжаешь говорить себе, что грязна. Но в чём заключается красота человека? Украшение можно оценить с большой точностью. Но человеческая красота... какие тут стандарты? Среднее значение? Общее согласие? Если так, то мнение меньшинства бесполезно? — после короткой паузы дворецкий продолжил: — У каждого человека есть собственное мнение о красоте, и я считаю, что красота не во внешности, не в прошлом, а в сердце. Хотя мне неведома вся твоя история, за несколько проведённых с тобой дней я понял, что в тебе нет ни капли грязи, — Себастьян договорил, и мир погрузился в тишину, нарушаемую лишь их шагами.

Затем Цуарэ с решимостью заговорила:

— Если вы говорите... что я красива... то, пожалуйста... об...

Не дав ей закончить, Себастьян обнял её и нежно сказал:

— Ты красивая.

Из глаз Цуарэ потекли безмолвные слёзы. Дворецкий погладил её по спине, чтобы успокоить, и медленно отпустил.

— Цуарэ, прости. Госпожа ждёт.

— Х-хорошо... — Цуарэ с красными глазами грустно попрощалась.

Себастьян постучал в дверь и зашёл, не дожидаясь ответа. Закрывая двери, дворецкий улыбнулся девушке, продолжавшей смотреть на него.

Солюшн и Себастьян дом арендовали, поэтому, несмотря на большое число комнат, мебели в нём было мало. Однако эта комната была украшена достаточно хорошо, чтобы не смутить гостей. Но проницательный человек заметил бы отсутствие истории и некоторую поверхностность комнаты.

— Госпожа, я только что вернулся.

— Прекрасно потрудился, Себас.

Поддельная хозяйка особняка со скучающим видом сидела на большом диване. На самом же деле её отношение было наигранным. Из-за присутствия посторонней по имени Цуарэ боевой горничной приходилось надевать глупую маску гордой госпожи.

Солюшн перевела взгляд от Себастьяна к двери.

— Она ушла...

— Похоже, что так.

Некоторое время они буравили друг друга взглядами, но первой заговорила, как обычно, Солюшн.

— Когда вы её выселите?

Боевая горничная это спрашивала при каждой их встрече. И дворецкий отвечал всегда одинаково:

— Когда придёт время.

Обычно разговор на этом заканчивался. Солюшн вздыхала и всё. Однако сегодня она, похоже, не хотела останавливаться:

— Не могли бы вы чётко объяснить, о каком времени говорите? Нет гарантии, что сокрытие этого человека не приведёт к проблемам. Это не помешает воле владыки Аинза?

— Пока ничего не произошло... Я не думал, что ты запаникуешь из-за страха, что какие-то там люди что-то сделают. Это недостойное поведение для того, кто служит владыке Аинзу.

Комнату заполнила тишина, и Себастьян тихо вздохнул. Положение было очень опасным. Хотя на лице боевой горничной отсутствовали эмоции, дворецкий чувствовал, что она сердита на него. Даже если этот дом был всего лишь оперативной базой, Солюшн считала его частью Великого Склепа Назарика и не могла смириться с присутствием человека, не имевшего разрешения владыки. Солюшн до сих пор не попыталась напасть на Цуарэ, потому что Себастьян твёрдо держал её в узде. Однако если это продолжится, в ближайшем будущем он не сможет её контролировать.

Времени оставалось всё меньше.

— Господин Себас... если этот человек помешает выполнению приказов владыки Аинза, тогда...

— Тогда с ней будет покончено, — заверил Себастьян, чтобы не дать ей договорить.

Боевая горничная закрыла рот и уставилась на дворецкого нечитаемым взглядом, затем склонила голову:

— Тогда мне больше нечего сказать. Господин Себас, пожалуйста, не забывайте свои слова.

— Конечно, Солюшн.

— Однако... — прошептала горничная с такими эмоциями, что Себастьян замер на месте. — Однако, господин Себас. Вы что, не собираетесь об этом докладывать владыке Аинзу? Об этой вещи.

На несколько секунд дворецкий замолчал, потом ответил:

— Проблем никаких не возникнет. Будет невежливо отвлекать владыку из-за одного человека.

— Энтома и остальные должны ежедневно общаться с вами через «Сообщение» в назначенное время. Не могли бы вы просто сказать им об этом деле пару слов?.. Вы намеренно скрываете это?

— Конечно же нет. Я бы не поступил так с владыкой...

— Значит... вы действуете не из личного интереса?

Обстановка накалилась.

Себастьян заметил, как Солюшн слегка передвинулась, приготовившись к бою. Он понял, в насколько опасном положении оказался.

Все члены Назарика со Стражами у руля поклялись в вечной преданности Аинзу Оалу Гоуну, и Высшим существам, если говорить в более широком смысле. Не будет преувеличением сказать, что исключений не было. Даже помощник дворецкого Эклер, мечтавший захватить Назарик, был предан сорока одному Высшему существу и относился к ним с уважением.

Само собой, Себастьян тоже был одним из преданных слуг.

Но всё же он считал, что не следует из-за простой вероятности возникновения трудностей выгонять того, кого следовало бы пожалеть. Впрочем, он понимал, что большинство обитателей Назарика с ним не согласятся.

Нет, он лишь думал, что понимает. Реакция Солюшн показала, насколько поверхностными были его суждения.

Солюшн была серьёзна. Она приготовилась драться с дворецким, — другими словами, её начальником в отношении повседневной работы в Назарике и одним из сильнейших бойцов ближнего боя — в зависимости от его ответа. Он понятия не имел, что боевая горничная зайдёт так далеко, чтобы решить проблему.

Себастьян... улыбнулся. Вызвав тем самым странный взгляд Солюшн.

— Конечно же нет... Я не отчитываюсь владыке Аинзу не из-за своего эгоизма.

— Тогда не могли бы вы назвать причины?

— Я считаю её готовку довольно хорошей.

— Готовку... говорите?

Казалось, словно у неё над головой появились знаки вопроса.

— Верно. И разве посторонние не посчитают странным, если в большом доме будут жить лишь два человека?

— Это... возможно.

У Солюшн не было другого выбора, кроме как согласиться. Не иметь слуг, живя богато в большом особняке, — и вправду странно.

— Мне кажется, что нам нужен ещё хотя бы один слуга. Иначе гостям мы даже еду подать не сможем, не будет ли это подозрительно выглядеть?

— Другими словами, вы используете этого человека как часть нашей маскировки?

— Верно.

— Но ведь нет никакой необходимости в том, чтобы был конкретно этот человек.

— Цуарэ в долгу передо мной. А потому она никогда не проговорится, даже если попадёт в опасность. Или я не прав?

Солюшн на краткий миг задумалась и кивнула.

— Вы правы.

— Вот так. Нет нужды спрашивать разрешения владыки Аинза, если дело касается всего лишь нашего прикрытия. Он может даже разозлиться и сказать нам разбираться с такими делами самим. — Продолжавшую молчать Солюшн Себастьян спросил: — Теперь ты поняла?

— Да.

— Тогда на этом пока... — прервался он, услышав стук.

Звук был настолько тихим, что любой, кроме дворецкого, его бы не заметил.

Стук повторился, подтверждая, что кто-то делает это намеренно.

Открыв дверь комнаты, Себастьян сосредоточился на конце коридора.

Горничная и дворецкий замерли, осознав, что стучит молоточек на парадных дверях. Поскольку они впервые прибыли в Королевство, никто ещё ни разу не стучал в дверь. Все дела они проводили снаружи и никого не приглашали в дом. Это был отчаянный способ не дать другим понять, что в особняке живут лишь двое.

Но сегодня к ним пришли гости. Этого более чем достаточно, чтобы называться хлопотами.

Оставив Солюшн в комнате и спустившись, Себастьян открыл прикреплённую к дверям крышку. Через дыру он увидел широкоплечего мужчину, по обе стороны которого стояли солдаты Королевства.

Одет довольно прилично. На груди висит тяжёлый герб, блестящий медью. Цвет лица здоровый, а само лицо пухлое. Да и сам он заметно жирный, наверное из-за привычки поесть.

И ещё... рядом с ним стоял мужчина, что отличался от остальных.

Кожа бледная, будто никогда не попадала под солнечные лучи. Взгляд пронизывающий, щёки впалые — лицо птицы на охоте, нет, падальщика, ищущего гнилые трупы. Чёрная одежда висит на нём свободно — очевидно, он прячет под ней оружие.

Шестое чувство подсказывало Себастьяну, что вокруг него витает аура крови и злобы.

Группа, которой поистине не хватает единства. Дворецкий не мог понять, кто они и что им нужно.

— В чём дело?..

— Я патрульный Стефан Хэвиш, — пронзительным голосом назвался стоявший впереди толстяк.

Патрульный — госслужащий, которому поручена охрана общественного порядка. Эта должность похожа на командира обычных стражников, что ходят по городу, у них довольно широкие обязанности. Потому Себастьян не понимал, почему этот Стефан решил нанести ему визит.

Игнорируя дворецкого, Стефан продолжил говорить:

— В Королевстве по инициативе принцессы Реннер принят закон, запрещающий покупку и продажу рабов. Нам пожаловались, что в вашем особняке его нарушают, и мы пришли проверить.

Наконец он закончил, спрашивая, можно ли ему войти.

Хотя Себастьян придумал несколько способов им возразить, полное отрицание может привести к большей проблеме. А также нет гарантии, что Стефан настоящий госслужащий, хотя государственные служащие Королевства и вправду носят такой герб. Однако этот знак всё же не гарантирует это полностью. Оставалась вероятность, что он поддельный, несмотря на серьёзность такого преступления.

Тем не менее позволить нескольким людям войти в дом — не такая уж и большая проблема. Если дело дойдёт до драки, Себастьян с лёгкостью с ними разберётся. На самом деле даже лучше, если они окажутся самозванцами.

Поняв что-то из тишины, которая повисла, пока Себастьян думал, Стефан заговорил во второй раз:

— Могу я поговорить с хозяином особняка? Если он дома, конечно. Но лучше бы следователям не возвращаться с пустыми руками.

Стефан улыбнулся без малейшего намёка на извинение. За этим выражением лица скрывалась угроза, подкреплённая силой закона.

— Прежде я хочу кое-что у вас спросить. Что за человек стоит позади вас?

— А, его зовут Сакъюлент. Это представитель заведения, что подало жалобу.

— Сакъюлент. Приятно познакомиться.

Видя слабую улыбку у того на лице, Себастьян понял, что проиграл.

Это была улыбка жестокого охотника, который насмехается над своей добычей, подталкивая её в ловушку. Можно с уверенностью сказать, что он пришёл хорошо подготовленным. А потому с большой вероятностью Стефан и вправду настоящий госслужащий. И, скорее всего, у него есть план на случай, если Себастьян откажется их впустить. Тогда по меньшей мере следует попытаться разгадать намерения противников.

— Хорошо. Я передам новости госпоже. Пожалуйста, подождите немного.

— Конечно.

— Но поторопитесь. У нас нет свободного времени, чтобы тратить его впустую.

Сакъюлент улыбнулся, а Стефан пожал плечами.

— Хорошо. Тогда с вашего позволения, — Себастьян закрыл крышку и повернулся в сторону комнаты Солюшн. Но перед этим нужно сказать Цуарэ спрятаться подальше в доме.

Солдаты остались за дверью комнаты, а двух человек провели внутрь. Стефан и Сакъюлент были потрясены красотой Солюшн.

Они не ожидали увидеть такую красотку. Стефан с открытым ртом глядел то на её лицо, то на грудь. Он проглотил слюну, а его взгляд наполнился похотью. Сакъюлент, напротив, стал вести себя жёстче.

Себастьяну было очевидно, кого следует опасаться. Он предложил посетителям сесть на диван напротив Солюшн.

Сакъюлент представил севшего Стефана уже сидевшей Солюшн.

— Так что именно происходит? — спросила девушка, Стефан кашлянул и заговорил:

— Одно заведение пожаловалось, что кто-то увёл их работника, при этом дав денег другому работнику. В нашей стране покупка рабов вне закона... не думаете, что этот человек нарушил закон? — он напряг плечи, словно медленно начинал злиться.

Солюшн скучающе ответила:

— Правда?

Такое отношение заставило обоих мужчин моргнуть. Хотя они прибегли к давлению, она повела себя совершенно неожиданно.

— Все сложные дела за меня делает дворецкий. Себас, позаботься об остальном.

— В-вы уверены в этом? В зависимости от того, как всё обернётся, вас могут назвать преступницей.

— О, как страшно. Себас, сообщишь мне, если я стану преступницей. Всего хорошего, господа, — Солюшн попрощалась и с милой улыбкой оставила их.

В улыбке красотки заключена сила, в то мгновение гости это поняли. Прежде чем дверь успела закрыться, они услышали потрясённые голоса солдат, увидевших Солюшн.

— Что ж, я выслушаю, что вы собираетесь сказать, вместо неё, — Себастьян улыбнулся и сел перед мужчинами.

Стефан продолжал глядеть на дверь, до сих пор очарованный её улыбкой. Тем не менее, словно чтобы прикрыть его, вмешался Сакъюлент:

— Хорошо, тогда могу я задать несколько вопросов? Как вы слышали от господина Хэвиша у входа, наш... наша работница пропала. Я кое-кого допросил и он признался, что отдал её, получив деньги. Хотя я даже представить не мог, что кто-то из наших работников на такое способен, у меня не было выбора, кроме как позвать представителя властей.

— Верно. Такое грязное преступление как работорговля нельзя допускать! — Он ударил о стол. — Вот почему Сакъюлент, кто позвал нас и не побоялся испортить репутацию заведения, добропорядочный гражданин!

— Благодарю, господин Хэвиш, — Сакъюлент поклонился Стефану, говорившему с таким энтузиазмом, что разбрызгивал слюну.

К чему это представление? Себастьян задумался. Эти двое определённо работают вместе. А потому тщательно подготовились к атаке. Следовательно, поражение дворецкого неизбежно. Вопрос в том, как минимизировать ущерб.

С другой стороны, можно ещё попытаться выйти победителем. Для этого дворецкому Назарика нужно разрешить проблему, не привлекая ещё больше внимания, а не защищать Цуарэ.

Однако...

— Подозреваю, мужчина, утверждающий, что получил деньги, лжёт. Где он сейчас?

— Его арестовали за работорговлю и кинули в тюрьму. Выслушав его показания и проведя расследование, мы заключили...

— Что купили нашу работницу вы, господин Себас.

Значит, того человека схватили, и он во всём сознался. Весьма вероятно, что он изменил свои показания в их интересах. Себастьян разрывался между тем, следует ли всё отрицать, притвориться ничего незнающим или солгать. Сказать, что она не в доме? Или что он убил её? На ум приходило множество идей, но вряд ли бы они сработали. Эти люди так просто не отступят. Но прежде всего он хотел кое-что уточнить.

— Но как вы пришли к выводу, что это был я? Какие у вас доказательства?

Эту-то часть Себастьян и не сумел понять. Он не говорил своего имени и не оставлял после себя никаких следов. Как тогда они нашли это место? Снаружи он вёл себя осторожно, чтобы всегда заметить преследователей. Дворецкому с трудом верилось, что в городе кто-то способен проследить за ним, оставшись незамеченным.

— Свиток.

Себастьян сразу догадался.

Свиток, купленный в магической гильдии.

Этот отличался от остальных впечатляющей работой. Любой, кто знает, как выглядят свитки, сразу же понял бы, что он куплен в магической гильдии. А там уже можно что-то выяснить и о нём. Человек в костюме дворецкого, покупающий свиток определённо привлёк бы внимание. Но всё равно этих доказательств недостаточно, чтобы соединить Цуарэ и этот особняк. Себастьян может возразить, что это просто кто-то похожий на него. Проблема в том, что всё усложнится, если они обыщут дом. Верно. Им придётся признать, что в таком большом доме проживает всего три человека, и это включая Цуарэ.

Себастьян смирился.

— Верно, это я увёл девочку. Однако в то время она находилась на пороге смерти. У меня не было иного выбора.

— Другими словами, вы признаете, что заплатили за девушку деньги?

— Не мог бы я для начала поговорить с человеком, которого вы арестовали?

— Увы, это невозможно. Мы не можем позволить вам согласовать между собой свои истории.

— Тогда...

«Я не против, если вы послушаете наш разговор». Он чуть было это не сказал, но закрыл рот. В конце концов, состязание спланировано заранее. Вряд ли положение улучшится, даже если он посетит того человека в тюрьме. Нападать с этого угла — лишь тратить зря время.

— ...Тогда вы признаёте, что девушка в самом деле пострадала от тех ужасающих ран? Думаю, что с точки зрения властей это ещё хуже.

— Работа в нашем заведении довольно трудна. Ничего не поделаешь, если работники травмируются. В шахтах, к примеру, постоянно происходит подобное.

— Не думаю, что раны, о которых вы говорите, и её раны, одинаковы.

— Ха-ха-ха, мы работаем в индустрии развлечений, но к нам заходит множество разнообразных клиентов. Хотя мы пытаемся быть осторожными. Что ж, я понимаю, что вы имеете в виду, господин Себас. Мы будем немного... да, немного осторожнее.

— Немного?..

— Ну, да. Это ведь денег стоит, — усмехнулся Сакъюлент так, что только уголки его рта поднялись.

Себастьян тоже ответил улыбкой.

— Достаточно, — Стефан тяжело вздохнул, словно имеет дело с идиотом. — Мой долг заключается в том, чтобы проверить, была ли связанная с работорговлей сделка. Условия работы проверяет другой человек. Они, насколько мне кажется, к рабству отношения не имеют.

— Тогда не могли бы вы назвать мне имя госслужащего, который надзирает за условиями труда?

— Хм... хотел бы назвать, но тут всё сложно. К сожалению, те, кто вмешиваются в работу других, не очень популярны.

— Тогда подождите до тех пор.

Стефан ухмыльнулся, словно ожидая этих слов:

— Мне хотелось бы это сделать, правда хотелось. Но поскольку жалоба уже подана, я должен задержать вас и расследовать это дело. Силой, если понадобится.

Другими словами, у него нет времени.

— Даже сейчас, учитывая собранные доказательства, ваша вина очевидна. Но заведение хочет решить дело мирным путём. Конечно, если вы пойдёте на сделку, вынуждены будете выплатить компенсацию. Да и уничтожить ложную письменную жалобу о работорговле будет довольно дорого.

— Насколько?

— Видите ли, вам придётся вернуть нашу работницу, а также компенсировать потерянную прибыль за время её отсутствия.

— Ясно, и сколько это?

— В золотых монетах... давайте посчитаем. С учётом скидки, которую мы вам дадим, сто золотых и дополнительные триста в качестве возмещения ущерба, в итоге получается четыреста золотых. Ну как?

— О, и какую же работу она выполняет, чтобы за это время набежало столько денег?

В это мгновение встрял Стефан:

— Ах, секунду. Это ещё не всё, Сакъюлент.

— Точно, я и забыл. Вы же упомянули, что раз жалоба была заполнена, уничтожать её довольно дорого, даже если мы урегулируем наш конфликт.

— Конечно, Сакъюлент. Об этом нельзя забывать, — ухмыльнулся Стефан.

— Но...

— Да?

— Нет, ничего, — Себастьян улыбнулся, проглотив слова.

Сакъюлент поклонился патрульному и продолжил:

— Хм, простите за это, господин Хэвиш. В общем, это будет треть от цены возмещения ущерба, сто золотых. В общей сложности будет пятьсот золотых.

— Я заплатил, когда взял её сюда, эта часть включена в счёт?

— Что вы такое говорите? Послушайте, с того мига, как вы согласились, вы никогда не покупали раба. Другими словами, деньги за эту операцию никогда не существовали. Вы, наверное, уронили их где-то.

Он полагает, что Себастьян просто сделает вид, что потерял сто золотых монет? Что ж, наверное, они уже поделили их между собой.

— Однако девушка всё же не полностью вылечилась. Если вы попытаетесь забрать её сейчас, болезнь может вернуться. Есть также вероятность, что с таким отношением она потеряет жизнь. Думаю, для неё будет безопаснее остаться на время с нами.

Глаза Сакъюлента странно заблестели. Заметив это изменение, Себастьян понял, что совершил ошибку. Он показал, что Цуарэ для него важна.

— Конечно-конечно, вы правы. Если она умрёт, вы, очевидно, возместите нам ущерб. Так почему бы вам тогда не одолжить нам госпожу этого дома, пока лечение не окончится?

— Ох-х! Великолепная мысль. Само собой, она встанет вместо работницы!

Улыбка на лице Стефана явно была наполнена похотью. Наверное, в голове он уже раздевал Солюшн.

Себастьян перестал улыбаться, с лица исчезли все эмоции.

Хотя Сакъюлент, вероятно, шутил, он наверняка продвинет эту идею, если Себастьян покажет слабость. С того времени как стало понятно, что он дорожит Цуарэ, вероятность превращения инцидента в более хлопотный увеличилась.

— Не приведёт ли излишняя алчность к неприятностям?

— Не смешите нас! — прокричал Стефан, его лицо стало полностью красным.

Как свинья на убое, — подумав так, Себастьян молча наблюдал за ним.

— Что вы имеете в виду под алчностью? Я от всей души желаю защитить закон, учреждённый уважаемой принцессой Реннер! Как вы смеете проявлять такое неуважение!

— Тише, тише, успокойтесь, господин Хэвиш.

Как только вмешался Сакъюлент, кричавший Стефан сразу взял себя в руки. Это внезапное изменение означало, что его предыдущий гнев был не искренним, лишь уловка, чтобы выглядеть более угрожающе.

Ты даже играешь неуклюже, — подумал Себастьян.

— Но всё же, Сакъюлент...

— Господин Хэвиш, поскольку мы уже сказали всё, зачем пришли сегодня, почему бы нам не вернуться через два дня за ответом? Вы не против, господин Себас?

— Нет, я понял.

На этом разговор закончился. Себастьян провёл их к выходу.

Когда они собирались уходить, Сакъюлент улыбнулся и сказал Себастьяну несколько слов:

— Мне следует поблагодарить проститутку. Никогда бы не подумал, что товар, который почти выбросили, отложит такое большое золотое яйцо... или как-то так говорят.

После чего дверь закрылась с громким стуком.

Себастьян продолжал глядеть вперёд, словно дверь стала невидимой. Его лицо было спокойным, даже следа эмоций не осталось. Однако кое-что пылало глубоко в его глазах.

Гнев.

Нет, таким нечётким словом не описать его чувства.

Бешенство или ярость больше подойдут.

Сакъюлент показал свои истинные намерения в конце, потому что отрезал все варианты побега, его победа была гарантирована. Себастьяну было нечем ответить.

— Солюшн, покажись.

В ответ боевая горничная вышла из тени, словно просочилась вода. Она использовала навык своего класса убийцы, чтобы раствориться в тенях.

— Полагаю, ты слышала наш разговор.

Себастьян не спрашивал, а подтверждал очевидное. Солюшн кивнула, словно это не нужно было даже говорить.

— Так что вы собираетесь делать, господин Себас?

Не ответив на её вопрос, он вызвал лишь холодный взгляд Солюшн.

— Вы отдадите человека, и с этим делом будет покончено?

— Сомневаюсь, что проблема разрешится так просто.

— Вы так думаете?..

— Если мы покажем слабость, они придут за большим. Такие они люди. Проблема не решится, даже если мы отдадим Цуарэ. Самое серьёзное, это сколько они собрали о нас информации. Хотя мы пришли в столицу как торговцы, если они копнут глубже и найдут что-то упущенное нами, то поймут, что наши личности подделаны.

— Тогда что вы собираетесь делать?

— Не знаю. Я пойду прогуляюсь и подумаю над этим, — Себастьян открыл парадные двери и вышел наружу.

Солюшн молча наблюдала, как спина дворецкого исчезает в дали.

Абсурд.

Если бы он не принёс с собой того человека, этой серии инцидентов никогда бы не произошло. Впрочем, всё это уже в прошлом. Теперь важнее, что делать дальше.

Ей, как подчинённой Себастьяна, не следует действовать своевольно, игнорируя слова начальника. Однако если ничего не делать и оставить всё как есть, положение станет ещё опаснее.

Если бы младшенькая была здесь... если бы мы действовали как Плеяды, то проблем бы не было...

Она колебалась.

Она колебалась так сильно, что даже сама посчитала это чрезмерным.

Наконец решившись, боевая горничная раскрыла левую ладонь.

Из неё появился свиток, словно всплыл на поверхность воды. Это был один из тех, что она хранила в своём теле. В настоящее время благодаря усилиям Демиурга день, когда они смогут массово производить низкоранговые свитки, скоро настанет. Однако, когда Солюшн шла на это задание, всё было иначе, так что ей дали это «Сообщение» лишь на случай чрезвычайных обстоятельств. Солюшн решила, что текущее положение этого требует.

Развернув свиток, она активировала магию. Теперь уже использованный, он загорелся и полностью исчез, не успев даже упасть на пол.

С активацией магии Солюшн ощутила что-то вроде нити, соединяющей её с целью и доставляющей её голос.

— Владыка Аинз?

«Это... Солюшн? Что случилось? Раз ты сама со мной связалась, дело настолько серьёзно?»

— Да. — На мгновение Солюшн замолчала. Она думала о преданности Себастьяну, учитывала вероятность, что могла просто неправильно всё понять. Однако её преданность владыке пересилила всё остальное. И хотя они всегда действовали в интересах Назарика, сорока одного Высшего существа, сейчас Себастьян, можно сказать, проигнорировал этот долг. А потому боевая горничная хотела услышать мнение владыки: — Есть вероятность, что господин Себас нас предал.

«Э? Э-э-э?! Подожди, невозможно... Хмпх... хватит шутить, Солюшн. Говорить такие слова без доказательств... у тебя есть доказательства?»

— Да. Хотя их и недостаточно...

Глава 4. Мужчины встретились

Часть 1

Месяц последнего огня (девятый), третье число, 4:01

Как только Брейн вошёл в дом Газефа, на него навалилась накопившаяся усталость, заставив проспать почти весь день. Проснувшись, он немного поел и снова заснул. Ему удалось отдохнуть благодаря приятному чувству защищённости, которое источал дом Газефа, хотя ему и не хотелось этого признавать. Он понимал, что воин-капитан не может тягаться с Шалти, однако дом старого врага казался самым безопасным местом на свете, что подарило ему душевный покой и позволило отдохнуть.

Луч солнца проник между ставнями и упал на его закрытые веки, разбудив от глубокого сна, лишённого сновидений. Унглас открыл глаза и снова закрыл, заслоняя их рукой от узкой полоски слепящего света.

Поднявшись, Брейн заозирался словно мышь. Простая комнатка содержала лишь необходимый минимум. Его экипировка лежала в углу.

— Это и есть гостевая комната воина-капитана Королевства? — усмехнулся он, вздохнув с облегчением, затем потянулся. Тело с хрустом расслабилось, возобновилась нормальная циркуляция крови. Он широко зевнул. — Думаю, солдаты иногда заглядывают к нему переночевать. Не разочаровывает ли их такой вид?

Дворяне живут расточительно не только из любви к роскоши. Им всегда нужно держать лицо. К тому же если командир окружён богатой мебелью, это разожжет амбиции солдат и заставит их трудиться усерднее.

— Нет... не следует совать нос в чужие дела, — пробормотал Брейн и рассмеялся, но не над Газефом, а над собой.

Он уже второй раз нашёл покой после потрясения, доведшего его до отчаяния. Именно так, раз благодаря душевному спокойствию в голову лезут бесполезные мысли.

Вспомнив того могущественного монстра, Брейн не смог унять дрожь в руках.

— Как и ожидалось...

Сам страх не прошёл.

Шалти Бладфолен.

Брейн Унглас посвятил мечу всего себя, но даже дотронуться до неё не смог. Вампирша обладает абсолютной силой, монстр среди монстров, и так красива, словно вся красота мира собралась в одном месте. Воистину непобедимое существо.

Одного воображения хватило, чтобы его сковал ужас.

В страхе, что этот монстр за ним гонится, он убежал до столицы, почти не тратя время на сон или отдых. Он боялся, что Шалти может появиться, пока он спит, или что она крадётся в темноте, пока он бежит по дороге... Охваченный тревогой, он ни одной ночи не поспал.

Хотя Брейн бежал в столицу, надеясь спрятаться в толпе, даже он не ожидал, что побег изнурит его разум настолько сильно, что он сам будет искать смерти. А также он не ожидал встретить Газефа. Наверное, крохотная надежда, что тот как-то ему поможет, заставила Брейна подсознательно повернуться в его сторону. Но он сам не знал, так ли это на самом деле.

— Что же делать теперь...

У него ничего не осталось.

Его открытые ладони были пусты.

Он перевёл взгляд на экипировку, сложенную в дальней части комнаты.

Он купил катану, чтобы одолеть Газефа Стронофа. Но что изменится, если сейчас его победить? Раз существует создание, которое намного сильнее него, какой смысл в их ничтожных дрязгах?

— Может, пойти работать на поле?.. По крайней мере это ещё может что-то да значить, — горько рассмеявшись над собой, Брейн почувствовал за дверью чьё-то присутствие.

— Унглас, ты уже проснулся?

Голос принадлежал хозяину дома.

— Ага, Строноф.

Дверь открылась, и зашёл Газеф, облачённый в доспехи.

— Ты хорошо поспал. Я удивлён.

— Ага, благодаря тебе. Прости.

— Не волнуйся. Но сейчас мне пора уходить во дворец. Расскажешь, что с тобой случилось, когда вернусь.

— Это отвратительная история. Ты можешь закончить как я.

— Всё же я хочу её услышать. Думаю, с выпивкой будет легче слушать... А пока чувствуй себя как дома. Если проголодаешься или тебе что-то понадобится, попросишь прислугу. А если захочешь выйти в город... у тебя есть деньги?

— Нет... но я всегда могу продать это, — Брейн поднял руку и показал кольцо.

— Ты уверен? Выглядит дорогим.

— Мне всё равно.

На самом деле кольцо он тоже заполучил, чтобы победить Газефа. Теперь же он осознал, что оно бесполезно, зачем тогда им дорожить?

— Продать дорогие предметы трудновато, да и сбор необходимых денег потребует времени. Вот, возьми, — Газеф кинул маленький мешочек. Когда он приземлился Брейну в руку, внутри звякнул металл.

— Прости... я одолжу тогда.

Часть 2

Месяц последнего огня (девятый), третье число, 10:31

Себастьян прогуливался, думая о том, как разобраться с пятью людьми, следующими за ним с того времени, как он покинул особняк. Он не шёл куда-то конкретно. Лишь считал, что от прогулки и смены обстановки в голову может прийти хорошая мысль.

Вдруг он заметил, как впереди собирается толпа.

Там кто-то то ли гневался, то ли смеялся, а ещё слышались звуки ударов. В толпе люди говорили, что сейчас человека убьют, и следует позвать стражу. Там точно происходило насилие, хотя люди мешали разглядеть получше. Себастьян подумал было пойти другой дорогой, но собираясь сменить направление, помедлил... и решил продолжить идти вперёд.

Он направился в середину толпы.

— Простите, — повторял дворецкий, проскальзывая мимо зевак.

Будто пугаясь странных движений старика, все от него отстранялись. Кажется, там кто-то ещё пытался протиснуться в середину. Но находился в затруднении, судя по голосу, которым просил людей дать пройти.

Без труда оказавшись в центре столпотворения, Себастьян собственными глазами увидел, что происходит. Несколько мужчин в рваной одежде разом что-то пинали. Дворецкий молча подошёл к мужчинам на расстояние вытянутой руки.

— Ты что делаешь, старик?! — один из пятёрки заметил его и грубо спросил.

— Я подумал, что тут немного шумно.

— Хочешь, чтобы мы и тебе преподали урок?

Когда мужчины окружили Себастьяна, показалось то, что они пинали. Мальчик, недвижимо лежащий на земле. Изо рта и носа текла кровь. От долгого избиения он потерял сознание, но всё ещё дышал.

Себастьян обвёл взглядом мужчин, вокруг которых витал запах алкоголя. Их лица покраснели, явно не от упражнений. Вероятно, они пьяны и не могут себя контролировать.

С пустым выражением на лице дворецкий с ними заговорил:

— Не знаю, почему вы это делаете, но, полагаю, уже достаточно.

— Да? Он своей едой испачкал мне одежду. Думаешь, я должен просто об этом забыть? — мужчина показал пальцем на рубашку.

Там и вправду находилось небольшое пятно — еле различимое на и так грязной одежде.

Себастьян перевёл взгляд на мужчину, что походил на лидера банды. Такую незначительную разницу простой человек вряд ли бы уловил, но дворецкий обладал столь обострёнными чувствами воина, что с лёгкостью заметил.

— Воистину... в этом городе ужасный общественный порядок.

— Что? — разгневался один из мужчин, которому показалось, что старик болтает что-то далёкое и игнорирует их.

— Убирайтесь с моих глаз.

— Эй, дедуль, что ты только что сморозил?

— Повторяю: убирайтесь с моих глаз.

— Ублюдок! — покраснев ещё сильнее, их лидер занёс кулак для удара и... упал.

Со всех сторон послышались удивлённые возгласы, и, конечно же, четыре оставшихся человека не стали исключением.

Себастьян поступил просто. С едва уловимой для человеческого глаза скоростью кулаком залепил аккурат мужчине в подбородок, из-за чего тот получил сотрясение мозга. Хотя дворецкий мог отправить его в полёт со скоростью, за которой обычный человек не уследил бы, так ему не удалось бы внушить ужас остальным. Поэтому он сдержался.

— Будете продолжать? — тихо спросил старик.

Тут же протрезвев, мужчины попятились, все вместе прося прощения. Себастьян подумал, что извиняться они должны не перед ним, но не сказал вслух. Пока они помогали своему товарищу подняться, он повернулся в другую сторону и собирался подойти к мальчику, но на полпути остановился.

Что я делаю?

Сейчас у него есть свои проблемы, которые срочно нужно решить. Но он пытается взять на плечи ещё одно бремя. Как глупо. Разве не из-за необдуманных поступков и доброты он оказался в таком положении?

Мальчик спасён. Этого достаточно.

Несмотря на такие мысли, Себастьян подошёл к лежавшему на земле пареньку. Слегка коснувшись его спины, он влил ки. Используя всю свою силу, дворецкий мог бы полностью того вылечить, но привлёк бы лишнее внимание. Решив остановиться на разумном минимуме, Себастьян поднялся и подошёл к первому человеку, попавшемуся на глаза.

— Пожалуйста, отнесите этого ребёнка в храм. Возможно, у него сломаны рёбра. Имейте это в виду и несите его осторожно на доске, чтобы он сильно не двигался.

Убедившись, что человек кивнул, Себастьян пошёл прочь. Не было нужды протискиваться сквозь толпу — куда бы он ни пошёл, она расступалась. Удаляясь от места происшествия, он заметил, что за ним начало идти больше людей. Однако тут появилась проблема. Новые преследователи отличались от старых. Пятёрка, что следила за ним от особняка, работала, без сомнений, на Сакъюлента. Тогда кто же эти двое, что последовали за ним после инцидента с пареньком? Судя по звукам шагов, это взрослые мужчины. Но он понятия не имел, кто они.

— Размышления не помогут. Тогда для начала... нужно их поймать.

Свернув с дороги, Себастьян пошёл всё глубже и глубже во тьму. Хвост не отставал.

— Такое впечатление... что они даже не пытаются себя скрыть.

Они даже шаги не приглушали. Не умеют, или причина в чём-то другом? Впрочем, Себастьяну просто нужно проверить всё самому. Когда прохожие исчезли, и дворецкий собрался сделать свой ход, раздался юный голос одного из преследователей, словно он как раз этого и ждал:

— Извините...

Часть 3

Месяц последнего огня (девятый), третье число, 10:27

Назад во дворец Клаим шёл, погрузившись в свои мысли.

Он всё прокручивал в голове схватку с Газефом, представляя, как следовало поступить, чтобы она прошла лучше. Наконец выбрав, какое движение попробовать, если появится второй шанс, он услышал крик. Собралась толпа. Рядом неловко топтались два солдата.

Из центра столпотворения слышались голоса. Судя по тону, это не сулило ничего хорошего.

Посуровев, Клаим подошёл к стражникам:

— Чем вы двое занимаетесь?

Вдруг услышав позади голос, солдаты с удивлением развернулись.

Каждый был в кольчуге, поверх которой висел плащ с гербом Королевства, а в руках держал копьё. Стандартное снаряжение стражника, хотя не похоже, чтобы эти двое были хорошо обучены. Прежде всего, они были в плохой физической форме, неаккуратно побриты, и даже кольчуга находилась в скверном состоянии и была грязной. В целом, их вид наводил на мысли о плохой дисциплине.

— Кто... — растерянно и чуть раздражённо заговорил один из них, поняв, что к ним обратился обычный юноша.

— Я сейчас не на службе, — твёрдо ответил Клаим.

Растерянность стражника теперь показалась не только в голосе, но и на лице. Этот парень говорит так, словно их начальник. Рассудив, что разумнее вести себя скромно, солдаты выпрямились:

— Мы считаем, что там происходит какое-то волнение.

Клаим подавил желание упрекнуть их в том, что это и так ясно. В отличие от дворцовой охраны, патрулирующие город стражники брались из простолюдинов и не проходили хорошую подготовку. Другими словами, они — гражданские, которые научились махать оружием.

Он перевёл взгляд со смущённых стражников на толпу. Будет быстрее самому с этим разобраться, а не полагаться на этих двоих. Может, он и выходит за рамки своих полномочий и вмешивается в работу патрульных, но если он пройдёт мимо нуждающихся граждан, то не сможет показаться перед любимой госпожой.

— Ждите здесь.

Не дожидаясь ответа, Клаим попробовал пролезть между людьми. Хотя те стояли не вплотную друг к другу, пройти не удалось. Нет, странно будет, если человек вообще сможет пробраться через это.

Пытаясь пробиться силой, даже когда его отталкивали назад, юноша услышал голос.

— Убирайтесь с моих глаз.

— Что?

— Повторяю: убирайтесь с моих глаз.

— Ублюдок.

Плохо. Они сейчас ударят пожилого человека.

Лицо юноши побагровело. Отчаянно пытаясь пробраться в середину, Клаим разглядел старика, окружённого несколькими мужчинами. А также потрёпанного паренька, что лежал у их ног.

Опрятно одетый старик отличался изяществом, которое можно встретить только у дворян или тех, кто им служит. А окружали его, судя по внешности, какие-то пьяницы. Тут очевидно, кто прав, а кто нет.

Самый крупный мужчина сжал руку в кулак. По сравнению со стариком разница просто огромна: обхват туловища, размер мускулов, а ещё склонность к насилию, из-за которой он не побоится пролить кровь. Старик свалится от одного удара. Люди осознали, какая трагедия сейчас произойдёт, и некоторые из них вскрикнули.

Но Клаим даже из центра толпы ощутил небольшую опасность.

Мужчины, конечно, выглядели сильнее. Однако почему-то казалось, что это старик обладает абсолютной силой.

Мгновение растерянности стоило ему возможности остановить насилие. Тот поднял кулак и...

Упал.

Со всех сторон раздались удивлённые голоса.

Старик аккуратно ударил мужчину в подбородок. Да так быстро, что Клаим своим тренированным зрением едва сумел уловить движение.

— Будете продолжать?

По внешности и не скажешь, что пожилой человек столь хладнокровен и силён. Пьяный угар как рукой сняло. Нет, даже сторонние наблюдатели под воздействие энергии старика попали. Мужчины полностью потеряли волю к сражению.

— Н-нет, это мы виноваты.

Разом извинившись, они попятились и, подхватив лидера, смылись. Клаим не собирался за ними гнаться. Он стоял столбом, словно завороженный стариком с прямой спиной.

Ровная, будто меч. Любому воину хотелось бы такой осанки.

Старик дотронулся до спины паренька, чтобы, вероятно, проверить его состояние. Затем попросил ближайшего человека позаботиться о нём и пошёл прочь. Толпа расступилась перед ним. Никто не мог оторвать взгляд от его спины, в которой не было ни одного изъяна.

Быстро подбежав к пареньку, Клаим достал зелье, которое получил на тренировке от Газефа.

— Можешь выпить?

Ответа не последовало. Тот лежал без сознания.

Клаим открыл крышку и вылил содержимое на тело мальчика. Хотя можно подумать, что зелья предназначены для питья, они подействуют, даже если вылить на тело. Это — величие магии. Кожа мальчика словно впитала всю жидкость. Увидев, что к лицу паренька вернулся цвет, Клаим почувствовал облегчение и кивнул.

Заметив, как юноша использовал дорогое зелье, толпа удивилась не меньше, чем навыкам старика. Однако Клаим, само собой разумеется, не сожалел. Пока горожане продолжают платить налоги, долг тех, кто на эти налоги живёт, их защищать. Поскольку он не сумел исполнить свой долг, то сделал хотя бы это.

После зелья с мальчиком наверняка уже всё будет хорошо, но на всякий случай его всё же нужно отвести в храм. Клаим подал знак оставленным ждать стражникам. Похоже, они позвали подмогу. К двоим присоединилось ещё трое.

На поздно прибывшую стражу толпа смотрела с укором. Солдаты нервно переглядывались между собой, когда Клаим обратился к одному из них:

— Отнесите этого ребёнка в храм.

— Что тут случилось?..

— Насилие. Я использовал лечащее зелье, так что никаких проблем возникнуть не должно, но отведите его просто на всякий случай.

— Так точно!

Оставив остальное стражникам, Клаим рассудил, что ему делать тут больше нечего. Ничего хорошего не будет, если работающий во дворце солдат ещё больше вмешается в работу других.

— Думаю, о случившемся вы сможете узнать у очевидцев.

— Хорошо, мы так и сделаем.

Получив приказы, стражники вновь обрели уверенность в себе и быстро начали действовать. Клаим поднялся и побежал, не обращая внимания на вопросы солдат о том, куда он направляется.

Добежав до переулка, в который свернул старик, Клаим замедлился.

И пошёл следом, глядя тому в спину.

Хотя юноше хотелось заговорить с ним сразу же, он не нашёл в себе смелости и опустил голову. Казалось, словно на него давит невидимая толстая стена.

Старик поворачивал то туда, то сюда, путь становился всё темнее. Клаим шёл за ним, не смея проронить ни слова.

Словно шпионил.

Юноше хотелось вырвать волосы из-за того, что делает. Как бы трудно ни было заговорить, это неправильно. Продолжая идти следом, Клаим попытался поставить себя на место старика.

Со временем они дошли до пустого переулка. Клаим несколько раз глубоко вздохнул и, словно признаваясь девушке в любви, собрал всю храбрость и заговорил:

— Извините...

Старик повернулся.

Волосы и борода белые, но прямая спина напоминает выкованный из стали меч. Лицо в морщинах, и хотя благодаря им он выглядит добрым, взгляд острый, как у ястреба на охоте. Вокруг него даже витает аура высшей знати.

— Вам что-то нужно?

Хотя по голосу немного угадывался возраст старика, звучал он внушительно и был переполнен жизнью. Юноша сглотнул, чувствуя от его взгляда невидимое давление.

— Эм, ух... — Клаим не смог заговорить из-за силы этого джентльмена.

Затем старик развеял накопленную внутри энергию. И по-доброму спросил:

— Как тебя зовут?

Наконец освободившись от давления и вновь обретя голос, юноша ответил:

— Клаим, я солдат этой страны. Я здесь, чтобы искренне поблагодарить вас, вы сделали то, что должен был сделать я.

Когда юноша низко поклонился, старик сузил глаза, словно о чём-то задумавшись, и тихо прошептал: «Ах, понятно».

— Не переживай об этом. Что ж, всего доброго...

Когда старик попытался закончить разговор и уйти, Клаим поднял голову и спросил:

— Пожалуйста, можете секунду подождать. Честно говоря... стыдно признать, но я шёл за вами. На самом деле я даже не возражаю, если вы рассмеетесь над моей просьбой, но не могли бы вы научить меня той технике, если возможно?

— Что ты имеешь в виду?

— Я тренируюсь, чтобы стать сильнее, и желаю научиться хотя бы маленькой части того невероятного движения и техники, что вы недавно показали.

Старик осмотрел Клаима сверху донизу.

— Хм-м... позволь взглянуть на твои руки.

Клаим протянул ладони, и старик внимательно их осмотрел. Это казалось несколько странным. Затем перевернув ладони, он осмотрел ногти и довольно кивнул:

— Толстые и жёсткие, хорошие руки воина.

Услышав, как пожилой человек сказал это с улыбкой, Клаим ощутил тепло в груди. Нечто похожее на радость, которую он чувствовал от похвалы Газефа.

— Нет, такой как я... недостойный воин.

— Не нужно скромничать... можешь показать мне свой меч?

Старик взял клинок в руки и внимательно посмотрел на лезвие.

— Хм... это запасное оружие?

— Как вы узнали?!

— А, видишь вот тут зарубку?

Посмотрев на место, куда тот указывал, юноша и вправду заметил в лезвии небольшую трещинку. Должно быть, она появилась во время тренировки.

— Я показал вам нечто возмутительное!

Из-за стыда ему захотелось исчезнуть. Клаим понимал, что неопытен, и очень осторожно, даже нервозно, относился к состоянию своего оружия. Всё, чтобы хоть немного повысить шансы на победу. Нет, он так считал вплоть до этого мгновения.

— Теперь мне ясно. Я в общих чертах понял твой характер. Руки воина и оружие — зеркало, отражающее их владельца. А ты производишь весьма приятное впечатление.

Покраснев до ушей, Клаим поднял голову.

Старик добродушно улыбался.

— Хорошо. Я немного тебя обучу. Однако...

Как только Клаим собрался выразить свою признательность, старик остановил его и продолжил:

— Я хочу у тебя кое-что спросить. Ты сказал, что солдат, да? На самом деле несколько дней назад я помог одной девушке...

Когда Клаим выслушал историю старика, что назвался Себасом, его охватил сильный гнев.

Некто оскорбляет закон о свободе рабов, провозглашённый Реннер, таким способом... Осознавая, что даже сейчас ничего не изменилось, он не мог скрыть свою ярость.

Нет, дело в другом. Клаим покачал головой.

Работорговля запрещена законом Королевства. Однако повсеместно можно услышать, как людям приходится работать в плохих условиях, отрабатывая долг, хоть это и не рабство. Закон имел много лазеек. Нет, именно благодаря этим лазейкам его и приняли.

Введённый Реннер закон оказался почти бесполезен. Хотя в голову пришла эта грустная мысль, он отбросил её в сторону. Сейчас нужно подумать об обстоятельствах Себаса.

Клаим нахмурился.

Тот попал в очень невыгодное положение. Хотя расследование контракта девушки может позволить ударить в ответ, трудно представить, что они оставят слабое место при такой тщательной подготовке. Если Себас обратится к закону, то, безусловно, проиграет. Противники решили урегулировать всё без помощи закона, потому что рассудили, что так выгоднее.

— Ты знаешь кого-то, кто может остановить коррупцию или помочь нам?

Клаим знал только одного такого человека, свою госпожу. Он с уверенностью мог сказать, что нет ни одной знатной особы более чистой и надёжной, чем Реннер.

Однако он не мог назвать её имя.

У тех, кто способен на подобное, есть связи с влиятельными людьми. Наверняка они в дружеских отношениях с каким-то могущественным дворянином. Если принцесса, входящая в королевскую фракцию, воспользуется своей властью для расследования и помощи, и этим навредит фракции знати, это может перейти в полномасштабный конфликт.

Власть использовать не так просто. Особенно в случае, когда нет никакой гарантии, что конфликт между двумя фракциями не приведет к гражданской войне. Реннер не посмеет вызвать крах Королевства. Вот почему эти темы всплывали при разговоре с Лакюс и её командой. И вот почему Клаим ничего не сказал. Нет, он не мог ничего сказать.

Уловив что-то в молчании юноши, Себастьян прошептал, что понял, и сказал шокирующую правду:

— По словам девушки, в том месте кроме неё держали много людей обоих полов.

Невозможно. Такой бордель существует не только в отделе работорговли той организации? Или... может быть, это тот самый бордель и есть?

Клаим заговорил:

— Если нужно только организовать побег... я могу спросить свою госпожу. Она обладает собственной территорией, и если им понадобится убежище...

— Это возможно?.. И девушку туда тоже можно поселить?

— Простите, господин Себас... я не могу сказать с уверенностью, пока не спрошу госпожу. Но она великодушна, наверняка она сразу согласится!

— Хм, если твоя госпожа настолько надёжна... должно быть, она и вправду великий человек.

Клаим с уверенностью кивнул. Нет никого величественнее неё.

— А что произойдёт, если в борделе найдутся доказательства, что он вовлечён в работорговлю и тем самым нарушает закон? Это тоже замнут?

— Хотя такое возможно, но если доказательства передать в подходящие руки... мне хочется верить, что Королевство не настолько коррумпировано, чтобы закрыть на них глаза.

— Очень хорошо. Тогда позволь задать другой вопрос. Почему ты желаешь стать сильным?

— Э? — из-за резкой смены темы разговора Клаим издал странный звук.

— Ты просил научить тебя технике. Хотя я понял, что тебе можно доверять, мне интересно, почему ты ищешь силу.

Юноша закрыл глаза.

Почему он хочет стать сильнее?

Клаим — брошенный ребёнок, не знающий лиц родителей. Такие истории повсеместно встречаются в Королевстве. Да и смерть в грязи — не редкость.

Юноше тоже было уготовано судьбой умереть под дождём.

Однако... в тот день он встретил Солнце. Того, кто ползал в грязи, во тьме, пленил этот свет.

Раньше он часто скучал по ней. А когда вырос, чувство приняло иную форму.

Любовь.

Ему следовало избавиться от такого чувства. В реальности никогда не бывает чудес, о которых поют странствующие менестрели. Человек не может коснуться солнца, так и желание Клаима никогда не осуществится. Нет, оно не должно осуществиться.

Судьба женщины, которую любил юноша, — выйти замуж за другого. Принцесса не может вступить в брак с человеком неизвестного происхождения, с тем, кто даже ниже простолюдина.

Если король умрёт и первый принц унаследует престол, Реннер тут же выдадут за какого-нибудь высшего дворянина. Наверное, такие разговоры уже идут между принцем и высшей знатью. Её могут даже послать в соседнее королевство ради политического брака.

Странным казалось скорее то, что хотя Реннер уже достигла возраста, когда можно выходить замуж, а у неё не было даже жениха.

Юноше эта пора казалась словно золотой. Он был готов заплатить любую цену, чтобы остановить время. Если бы он постоянно не тренировался, мог бы насладиться этими мгновениями чуть дольше.

Клаим был простым, обыкновенным человеком без таланта. Тем не менее благодаря бесконечным тренировкам он приобрёл неплохое мастерство, если сравнивать с другими солдатами. Тогда не будет ли лучше довольствоваться этим и остановиться, чтобы побыть с Реннер хоть немного дольше?

Однако... в самом ли деле этого достаточно?

Клаим жаждал света Солнца. Это было не ложью или непониманием, а его истинными чувствами.

Однако...

— Потому что я мужчина.

Юноша улыбнулся.

Верно. Клаим хотел оставаться возле неё. Солнце ярко светит в небе, человек никогда не окажется рядом с ним. Но всё равно он хотел подняться хоть чуточку выше и стать ближе к Солнцу. И неважно, насколько.

Он не желал постоянно поднимать голову, чтобы увидеть её.

Ничтожно мелкие мысли мальчика, но так ему идущие.

Он хотел стать подходящим мужчиной для женщины, которую любил, даже если они никогда не будут вместе.

Вот почему он мог выдержать жизнь без товарищей, суровую тренировку и учёбу, уменьшающую время сна.

Люди будут называть его глупым и смеяться? Ну и пусть.

Те, кто никогда по-настоящему не любили, не поймут его чувства.

♦ ♦ ♦

Себастьян сузил глаза, размышляя над искренностью юноши и словно пытаясь уловить мириады смыслов за кратким ответом Клаима. Затем удовлетворённо кивнул:

— Из твоего ответа я понял, чему тебя обучить.

Он остановил Клаима, что пытался выразить свою признательность.

— Однако, мне жаль это говорить, но у тебя нет таланта. Тренировка, которую ты желаешь, занимает некоторое время, которого у меня нет. Поэтому я хочу обучить тебя тому, что покажет быстрые результаты, однако... тренировка будет очень суровой.

Клаим громко сглотнул. Блеск в глазах Себастьяна заставил его дрогнуть. Он не ответил, потому что ощутил мощь в тех глазах. Просто невозможно, чтобы такая сила существовала, она превосходит даже силу Газефа.

— Скажу честно, ты можешь умереть.

Это не шутка.

Шестое чувство говорило, что он серьёзен. Впрочем, юноше было плевать на свою жизнь. Однако лишь в том случае, если умрёт за Реннер. Он не хотел умирать из-за своего эгоизма.

Не то чтобы он испугался. Нет, наверное, он и впрямь испугался.

Клаим снова проглотил слюну, продолжая колебаться. Переулок заполнила тишина. Стало так тихо, что слышался далёкий шум городских улиц.

— Выживешь ли ты, зависит от тебя... Если у тебя есть что-то дорогое, причина цепляться за жизнь, то всё будет в порядке.

Он собирается научить его не боевым искусствам?

Хоть такой вопрос и появился в голове, это — не насущная проблема. Поняв, что слова Себастьяна значат, юноша принял их и ответил:

— Я готов. Позаботьтесь обо мне.

— Значит, уверен, что не умрёшь?

Клаим покачал головой, дело было не в этом. Просто в душе он всегда нёс с собой причину цепляться за жизнь, даже если придётся ползти по полу. Заглянув в глаза, Себастьян кивнул, словно прочёл в них, что творилось у Клаима в душе.

— Хорошо. Тогда я начну обучение прямо здесь.

— Здесь?

— Да. Это займёт всего пару минут. Пожалуйста, подними меч.

Что он собирается делать? С тревогой к неизвестному и слабым проблеском надежды и любопытства Клаим взялся за меч. В узком переулке раздался щелчок — юноша извлёк меч из ножен.

Себастьян молча смотрел, как Клаим встаёт в боевую стойку.

— Тогда я начну. Сосредоточься.

И в следующее мгновение...

Из Себастьяна словно во все стороны полетели ледяные клинки.

Клаим больше не мог говорить.

Вокруг дворецкого закружился вихрь из жажды крови.

На юношу мгновенно волной навалилась настолько плотная энергия, что её цвет был виден невооружённым глазом. Казалось, сердце сейчас разорвётся. Душа словно кричала. Этот звук исходил будто бы и возле него, но в то же время и где-то далеко, а может, из его собственного рта.

Охваченный чёрным потоком жажды крови, Клаим ощутил, как сознание белеет. Страх оказался таким большим, что разум решил отключиться, чтобы его не чувствовать.

— И это всё, на что способен «мужчина»? Это только разогрев.

В угасающем сознании разочарованный голос Себастьяна слышался особенно громко. Смысл этих слов глубоко укоренился в разуме Клаима, глубже любого клинка. Этого оказалось достаточно, чтобы хоть на краткий миг забыть об ужасе, навалившем на него спереди.

Стук. Его сердце застучало громче.

— Ха-а-а! — Клаим с силой выдохнул.

Глаза намокли от слёз, но, несмотря на желание убежать от страха, он терпел. Державшие меч руки дрожали, а кончик клинка колебался, как будто сошёл с ума. От дрожи во всём теле грохотала кольчуга. Однако Клаим стиснул стучащие зубы и попытался вытерпеть жажду крови Себастьяна.

Оценив неприглядность картины и усмехнувшись, дворецкий начал сжимать в кулак правую руку прямо перед глазами Клаима. Через пару мгновений кулак был завершён.

Рука медленно пошла назад. Словно натягивая тетиву лука со стрелой.

Даже дрожа, Клаим осознал, что сейчас произойдёт, и помотал головой из стороны в сторону. Разумеется, его сигнал не дошёл до Себастьяна.

— Тогда... умри.

Будто спущенная с тетивы стрела, кулак дворецкого со свистом полетел на него.

Смерть будет мгновенной.

Клаим это осознал, и время замедлилось. Казалось, словно на него с невероятной скоростью летит гигантский железный шар. Разум заполнился образом полной, абсолютной смерти. Даже подними он меч и используй его в качестве щита, от удара тот просто разлетится.

Да и он не мог двинуться. Из-за невероятной тревоги тело окоченело.

От смерти, что перед глазами, спастись невозможно.

Клаим сдался судьбе, но в то же время рассердился на себя.

Раз не удалось отдать жизнь за Реннер, следовало умереть ещё тогда. Ему было бы лучше умереть в одиночку, дрожа под холодным дождём.

Он увидел прекрасное лицо Реннер.

Говорят, что на пороге смерти перед глазами проносится вся жизнь. Это мозг ищет в воспоминаниях способ спастись от незавидной судьбы. Тем не менее ему показалось несколько забавным, что в конце он увидел улыбку любимой и уважаемой госпожи.

Верно. Клаим увидел «улыбку» Реннер.

Когда маленькая Реннер спасла его, она не улыбалась. Когда же она начала?

Он не мог сказать. Однако он со смущением вспомнил, как видел её улыбку.

Если она узнает о смерти Клаима, эта улыбка исчезнет? Как солнце, которое закрыли тучи?

Не смешите меня!

Гнев пророс из самих глубин души.

Она спасла жизнь, которую выбросили на обочину дороги. Значит, эта жизнь принадлежит не ему. Это тело для Реннер. Чтобы дать ей хоть капельку счастья...

Должен быть способ выбраться отсюда!

Возникшие сильные эмоции разорвали цепи страха.

Руки задвигались.

Ноги тоже.

Глаза, что уже было зажмурились, широко открылись. Он отчаянно попытался невооружённым глазом заметить движущийся в его сторону сверхскоростной кулак.

Чувства работали на пределе, он даже видел вибрации воздуха.

Во время сильной опасности, например при пожаре, люди могут показать нечеловеческую силу. Мозг отключает предохранитель мускулов и позволяет совершить невозможное. Выделяется куча химических веществ, и разум сосредотачивается исключительно на выживании. Он быстро обрабатывает большие объёмы данных и выбирает наиболее оптимальные действия.

В это мгновение Клаим шагнул в мир первоклассных бойцов. Однако скорость атаки Себастьяна превосходила даже это. Может быть, уже слишком поздно. На уклонение не хватит времени. Тем не менее нужно двигаться. Нельзя сдаваться.

В этом сильно сжатом времени его собственные движения казались медленнее, чем у черепахи. Но, несмотря на это, Клаим отчаянно двигался.

И...

Бум. С рёвом кулак Себастьяна прошёл мимо лица юноши. Ветер от удара сорвал несколько прядей с его головы.

Затем послышался спокойный голос:

— Поздравляю. Что ты чувствуешь, преодолев страх смерти?

— ...

Не в силах понять, что тот говорит, Клаим глупо на него уставился.

— Что ты чувствовал перед лицом смерти? И что чувствовал, преодолев её?

Клаим тяжело задышал и растерялся. Его лицо выглядело так, словно у него не все дома. Кровожадность бесследно исчезла. Лишь сейчас до него дошли слова дворецкого, он смог расслабиться и рухнул на землю, словно марионетка, которой отрезали нити. Как будто та кровожадность и держала его на ногах.

Стоя на руках и коленях, он втягивал в лёгкие свежий воздух.

— К счастью, ты не умер от шока. Временами тело так сильно верит в неизбежность смерти, что теряет способность поддерживать жизнь.

Клаим всё ещё чувствовал горечь в горле. Должно быть, смерть именно такая на вкус, — подумал он.

— Если я повторю это несколько раз, ты сможешь преодолеть большинство страхов. Но будь осторожен. Инстинкт выживания срабатывает именно благодаря страху. Если он полностью исчезнет, ты не сможешь распознать самые очевидные опасности. Ты должен уметь их различать.

— М-может быть, я груб, но господин Себас, что вы?

— Что ты имеешь в виду?

— На т-такую жажду крови обычный человек неспособен. Кто же...

— Пока я всего лишь старик, уверенный в своих силах.

Клаим не мог отвести глаз от улыбки Себастьяна. И хотя она казалась искренней, это была грозная улыбка невероятно сильного человека. Может быть, он даже сильнее Газефа, сильнейшего среди воинов ближайших стран. Клаим решил, что этим удовлетворил своё любопытство. Он понял, что из дальнейших расспросов не выйдет нечего хорошего.

Но ему всё равно не давал покоя вопрос, кто же на самом деле этот старик по имени Себас. Юноше даже пришла мысль, что это один из тринадцати героев.

— Тогда давай попробуем сно...

— П-подождите! У меня есть вопрос! — сзади раздался испуганный мужской голос, прервавший дворецкого.

Часть 4

Месяц последнего огня (девятый), третье число, 9:42

Выйдя из дома Газефа, Брейн глянул через плечо и запомнил внешний вид строения, чтобы потом найти дорогу назад. Когда воин-капитан его сюда приволок, из-за гипотермии в голове у Брейна витал туман, ему было совсем не до разглядывания зданий.

Он знал, в каком районе Газеф живёт, ибо собирался прийти к нему и вызвать на бой. Но поскольку информация передавалась из уст в уста, пока не досталась ему, в неё закрались небольшие ошибки.

— Из его крыши не торчит чёртов меч, — проклял он давшего ложную информацию осведомителя, когда поближе обследовал дом.

Жилище Газефа по размерам значительно уступало особнякам дворян. В таких обычно жили богатые горожане. Впрочем, для трёх человек его хватало — Газефа и старой пары, прислуживавшей тому и жившей на месте работы.

Сохранив всё в памяти, Брейн решил прогуляться. Он не шёл куда-то конкретно. Ему больше не хотелось искать магические предметы, оружие или броню.

— Чем бы заняться... — его бормотание исчезло в пустоте.

Можно даже пойти куда-то и исчезнуть, это неважно. Даже сейчас эта мысль казалась ему весьма привлекательной. Поискав в душе собственные желания, он нашёл лишь пустую дыру. От сгоревшей цели не осталось даже пепла.

Тогда почему...

Он посмотрел вниз и увидел в правой руке катану. А под одеждой находилась его кольчуга. По пути в столицу он держался за катану от страха. Унглас знал, что ничего ею не сделает монстру по имени Шалти, которая блокировала его атаки ногтем мизинца. Но стоило ему отпустить катану, как тревога становилась невыносимой. Тогда почему он до сих пор её держит? Ничего бы не изменилось, даже если бы он оставил её у Газефа дома. Всё ещё из-за тревоги?

Брейн склонил голову набок, задумавшись.

Нет.

Но так и не нашёл ответа, какая эмоция заставила его взять с собой меч.

Брейн шёл, вспоминая своё первое посещение столицы. Белые здания, вроде дворца и магической гильдии, не изменились, но он заметил множество новых домов. Пытаясь насладиться неожиданным пробелом в памяти, Брейн заметил на дороге какое-то волнение.

Впереди слышались звуки насилия. Чуть нахмурившись, он собрался повернуть на другую улицу, но его внимание привлёк старик. Тот будто просачивался через толпу, направляясь в её центр.

— Ч-то?.. Что это за движения? — невольно выскользнуло у него, Брейн несколько раз моргнул.

Трудно поверить, что кто-то способен так двигаться. Унгласу показалось, что он спит наяву. А может, это подействовало какое-то заклинание.

Брейн даже засомневался, что сумеет повторить движения старика. Такая техника возможна лишь в том случае, если воин способен читать поток сил как отдельных личностей, так и всей толпы.

Он увидел невероятное владение телом.

Унглас без колебаний направился в сторону старика.

Растолкав зевак и добравшись до центра толпы, Брейн застал мгновение, когда старик ударил мужчину в подбородок.

Как? Будь я на месте того типа... смог бы уклониться? Сомневаюсь-сомневаюсь. Старик обманул его чувства? Или я просто слишком много думаю? В любом случае, удар был сделан словно по учебнику, ни одного лишнего движения.

Из его рта вырвался восторженный выкрик, когда он обдумывал увиденный удар.

Он еле его разглядел, к тому же очень трудно сравнивать мечника и мастера боевых искусств. Однако даже того краткого мига хватило, чтобы понять: этот пожилой человек невероятно силён.

Наверное, даже сильнее Брейна.

Закусив губу, Унглас попытался сравнить лицо старика со списком сильных противников, который он выучил. Однако совпадений так и не нашёл.

Кто же он такой?

Не прошло и нескольких мгновений, как старик оказался за пределами толпы. За ним пошёл какой-то парень. Поддавшись порыву, Брейн последовал примеру юноши.

Старик словно имел глаза на спине, Брейну было трудно следовать за ним на близком расстоянии. Но это не стало проблемой, ведь можно идти за парнем. И даже если того обнаружат, Брейну опасность не грозит.

Вскоре после того Унглас ощутил присутствие других преследователей. Однако было неизвестно, за стариком они следовали или за парнем. Впрочем, это его не касалось.

Через некоторое время они свернули за угол, путь становился всё темнее. Брейн занервничал — его словно заманивали в ловушку.

Парню не кажется это подозрительным? Как только Брейн начал задаваться вопросом, юноша заговорил со стариком.

Поскольку они как раз свернули в переулок, Брейну удалось спрятаться за углом и подслушать их.

Как выяснилось из разговора, парень хотел учиться.

Какой абсурд. Старик не примет в ученики этого зелёного юнца.

Если сравнивать их способности, парень будет невзрачным камешком, а старик — большим алмазом. Они живут в совершенно разных мирах.

Как жалко. Ты что, не видишь разницы в мастерстве между тобой и стариком? Не думал, что это незнание будет выглядеть так жалко. Малый, хватит уже, — подумал Брейн, но вслух не сказал.

Хотя он и имел в виду паренька, он также высмеивал себя прошлого, безрассудно упивавшегося собственной силой.

Пока Брейн подслушивал, — хотя он уделил мало внимания разговору о борделе, — старик, похоже, решил показать тому пару уроков. Впрочем, Унглас не думал, что человек такого калибра может хоть чему-то научить этого парня.

Что происходит? Мой взгляд опять затуманился, что ли? Так нет же. В навыках этого малого нет ничего хорошего, у него даже таланта нет!

Какие же уроки он собирается ему показать? Но с этого места возможно лишь слышать, а не видеть. Не сумев сдержать любопытство, Брейн спрятал своё присутствие и медленно пошёл вперёд, чтобы заглянуть за угол. И в это мгновение...

Всё его тело пронзила ужасающая энергия.

Его крик не описать словами.

Тело словно парализовало.

Как будто гигантский хищник дышит в сантиметрах от носа. Мир окрасился невероятной жаждой крови, он даже моргнуть не мог, не то что двинуться. Ему показалось, что сейчас даже сердце остановится.

Он словно вновь оказался перед Шалти Бладфолен, которую считал сильнейшим существом в мире, столь невероятной казалась эта аура.

У человека со слабым умом сердце остановится по-настоящему. Ноги задрожали, и он с глухим стуком упал на землю.

Если со мной такое, то малый умер? Если повезёт, то он потеряет сознание.

Наклонившись и поддерживая себя дрожащими руками, Брейн начал взглядом искать двух человек... и увидел невозможное. Хотя лишь на мгновение, но шок заставил его полностью забыть о страхе.

Парень стоял.

У него, как и у Брейна, дрожали ноги. Но, несмотря на это, он не падал.

Ч-что происходит? Как может этот малый стоять?

Он не мог понять, почему юноша стоит на ногах, когда он сам упал на колени и поддерживает себя руками.

Может быть, у него есть магический предмет, защищающий от страха? Или он знает боевой навык с таким эффектом? Или вовсе обладает особым талантом?

Он не мог с уверенностью сказать, что такой вероятности нет. Однако, глядя на ненадёжную спину юноши, Брейн интуитивно понимал, что это не так. В голову пришла лишь одна нелепая мысль.

Этот парень сильнее Брейна.

Смешно! Как такое возможно!

Парень обладал тренированным телом, но недостаточно крупным. Кроме того, в процессе преследования Брейн понял, что юноша не сильно талантлив. Вот только итог оказался таким.

Ч-что происходит? Я настолько слаб?

Зрение помутнело.

Брейн осознал, что из глаз льются слёзы. Однако он не мог собрать силы, чтобы их вытереть.

— У-у-у, угх... кух...

Он сделал всё возможное, чтобы не заплакать во весь голос. Тем не менее слёзы не переставали литься.

— П... по... чему?..

Брейн сжал грязь на земле и собрал все силы, чтобы подняться. Но жажда крови, что на него навалилась, не давала сдвинуться даже на сантиметр. Ноги не двигались, словно их контролировал кто-то другой. Самое большее, что он сумел, это поднять голову и смотреть на юношу и старика.

Он увидел его спину.

Парень до сих пор не упал.

Даже теперь он стоял лицом к лицу со стариком и его жаждой крови. Спина, которую он считал слабой, казалась теперь очень далёкой.

— Неужели я...

Всегда был так слаб?

Унглас разозлился на себя, ведь даже когда жажда крови развеялась, лучшее, что он смог сделать, — это встать.

А старик, кажется, собирался показать следующий урок. Не в состоянии больше это выдержать, Брейн собрал всю свою храбрость и выпрыгнул из-за угла:

— П-подождите! У меня есть вопрос!

Он больше не мог позволить себе роскошь думать, что не следует мешать их тренировке, или что нужно выгадать правильное время, чтобы появиться. Парень чуть не подскочил, когда услышал отчаянных голос. С удивлением на лице он обернулся. На его месте у Брейна была бы такая же реакция.

— Сначала я хотел бы искренне извиниться, что прерываю вас. Простите. Я не мог больше ждать.

— Вы его знаете, господин Себас?

— Нет, впервые вижу. Хм, так ты тоже его не знаешь...

Они с подозрением на него посмотрели. Однако он этого ожидал.

— Прежде всего, меня зовут Брейн Унглас. И снова позвольте извиниться, что мешаю вам. Мне искренне жаль, — он поклонился ниже, чем до этого.

Унглас ощутил, как юноша и старик переглянулись. Прождав достаточно долго, чтобы выразить свою искренность, Брейн снова поднял голову и увидел, что у них на лицах подозрительности поубавилось.

— И какое у вас к нам дело? — спросил старик, но Брейн посмотрел на парня.

— Что такое?

— Почему... как ты остался стоять, ощутив такой натиск? — задал вопрос он, словно кашляя кровью.

Глаза юноши чуть расширились. Поскольку обычно его лицо ничего не выражало, это небольшое движение говорило о многом.

— Я хотел бы услышать ответ. Такую кровожадность обычный человек не сможет выдержать. Даже моё тело... то есть даже я не смог её вынести. Но ты не такой, ты вытерпел. Ты устоял. Как ты смог?! Как вообще такое возможно?!

Брейн не мог говорить в своей обычной манере из-за восторга, который было трудно унять. Он поддался страху и убежал от сокрушительной силы Шалти Бладфолен, но юноша принял на себя сопоставимую жажду крови и остался стоять. Откуда берётся эта разница?

Он во что бы то ни стало должен узнать.

И эти мысли словно передались парню. Он растерялся, но всё же ответил честно:

— Я не знаю... понятия не имею, как я вытерпел этот вихрь кровожадности. Но, возможно... потому что я думал о своей госпоже.

— Госпоже?..

— Да. Когда я подумал о девушке, которой служу... сила наполнила меня изнутри.

Как можно выстоять с чем-то таким?

Брейну хотелось это выкрикнуть, но старик его опередил, тихо заговорив:

— Похоже, его преданность оказалась сильнее, чем страх. Господин Унглас, ради тех, кто им дорог, люди могут совершить невероятное. Как мать поднимает балку, чтобы спасти застрявшего в доме ребёнка, как муж поддерживает жену одной рукой, когда она вот-вот упадёт. Я верю, что сила людей в этом. Ты сам всё только что видел на примере юноши. И он не один такой. Если у вас будет что-то, ради чего вы будете готовы на всё, тогда, господин Унглас, вы сможете сделать больше, чем ожидаете от себя.

Брейн не мог заставить себя поверить. На что угодно он мог пойти ради «желания силы», но оно в конце концов оказалось бесполезно. Слишком легко оно разбилось вдребезги. Разве он не испугался и сбежал?

Постепенно он помрачнел, а его голова опустилась. Но следующие слова старика заставили его поднять взгляд.

— Растущее в одиночестве вырастет слабым. Ведь если сломается, всё будет кончено. Но если тренироваться с кем-то, если отдать всего себя за кого-то другого, то если сломаетесь, не упадёте.

А у меня есть кто-то? — задумался Брейн.

Но у него не было ничего. Он всё выбросил, считая бесполезным и не нужным в погоне за силой. А оказалось, что именно это по-настоящему важно. Брейн громко рассмеялся. Его жизнь наполняли одни ошибки. Он даже не осознал, как из него начали литься слова, словно признание:

— Я всё выбросил. Мне уже слишком поздно попробовать снова?

— Всё будет хорошо. Даже такой как я, не имеющий таланта, смог это сделать. Господин Унглас, я не сомневаюсь, что у вас всё получится. Ещё точно не поздно!

Слова парня не были ничем подкреплены. Но, странно, Брейн почувствовал тепло в груди.

— Ты добрый и сильный... извини.

Парень был взбудоражен из-за внезапного извинения. Брейн ещё насмехался и называл «малым» человека, обладающего такой смелостью.

Глуп, я был так глуп...

— Но если вы говорите, что вы Брейн Унглас... может быть, это именно вы дрались с господином Стронофом в прошлом?

— Так ты помнишь... ты видел наш бой?

— Не видел. Но слышал от того, кто видел. Мне говорили, что Унглас невероятный мечник и людей с его мастерством в Королевстве можно пересчитать по пальцам одной руки. Теперь, когда я увидел вашу осанку и то, как вы держите центр тяжести при движении, я понимаю, что тот человек говорил правду!

Отступив на пару шагов из-за искренних комплиментов, Брейн с запинкой ответил:

— Эм, с-спасибо. М-мне не кажется, что я великий, но... мне немного радостно слышать такую похвалу.

— Хм... господин Унглас.

— Мастер, называйте меня просто Унглас. Я не достоин того, чтобы вы называли меня господином!

— Тогда, Унглас... можешь звать меня Себасом.

Хотя было немного неловко слышать обращение по фамилии и на «ты», но учитывая разницу в возрасте, в этом не было ничего удивительного.

— Почему бы тебе не научить Клаима владению мечом? Полагаю, это и тебе пойдёт на пользу.

— Ах, простите! Меня зовут Клаим, господин Унглас.

— Тогда мастер... простите, господин Себас, вы не будете его учить? Кажется, вы об этом говорили до того, как я вас прервал.

— Да, изначально я хотел так поступить. Но мне кажется, что сначала нужно разобраться с гостями... о, а вот и они. Кажется, они были заняты надеванием экипировки.

Брейн запоздало перевёл взгляд в сторону, куда указал Себастьян.

Показались три человека. Каждый в кольчуге, а руками в толстых кожаных перчатках сжимает меч.

Они были не только враждебно настроены, но и явно собирались убить. Хотя целью был старик, они не из тех, кто оставляют свидетелей.

— Невозможно! Они пришли сюда даже после той кровожадности? Они настолько сильны?! — невольно выкрикнул Брейн, с удивлением глядя на мужчин.

Тогда можно лишь представить, что каждый из них настолько же опытен... нет, даже опытнее Брейна. Так их умение скрывать себя выглядело неуклюжим, потому что они сосредоточились на оттачивании воинских навыков?

— Та жажда крови была направлена лишь на вас двоих, — опроверг его опасения Себастьян.

— Что?.. — остолбенел Брейн, понимая, что выглядит глупо.

— Для Клаима это был урок. Тебя же я просто хотел заставить показаться, так как ты не собирался выходить, и искоренить любую враждебность вместе с волей сражаться. Я не поступил так с этими типами, поскольку с самого начала знал, что они враги. Было бы хлопотно, если бы они испугались моей жажды крови и сбежали.

Нечто ужасное скрывалось в объяснении Себастьяна. Брейн уже даже удивляться не мог. Подумать только, этот человек может настолько точно управлять своей жаждой крови... это просто выходит за границы здравого смысла.

— П-понятно. Так вы знаете этих людей?

— Догадываюсь, но не уверен. Вот почему я хочу схватить одного или двух и допросить. Однако... — Себастьян поклонился, — я не хочу вовлекать в это вас двоих. Не могли бы вы сейчас покинуть это место?

Клаим спросил:

— Перед этим я хотел бы задать вопрос. Эти люди... преступники?

— Видимо да... Эти типы не похожи на тех, кто живёт, соблюдая закон, — ответил Брейн.

Глаза юноши загорелись огнём:

— Может, я буду только мешать, но я хочу сражаться. Тот, кто защищает мир столицы, должен защищать и её горожан, это очевидно.

Однако Брейн подумал, что правда не обязательно на стороне Себастьяна. Ну, по сравнению с этими людьми старик казался самой честностью, любому будет ясно, кто тут хороший. Но тем не менее гарантии всё равно не было.

Наивный новичок...

Однако Унгласу он нравился. Да и между стариком, спасшим ребёнка от пьяниц, и этими людьми очевидно, кого следует выбрать.

— Наверное, вы справитесь и сами... но я тоже хочу помочь, господин Себас, — Брейн встал возле Клаима.

Дворецкому поддержка не нужна, даже оставаться здесь бессмысленно. Однако он попытался подражать парню, что сражается ради других. В прошлом Брейн никогда бы не сделал такой выбор. Даже если парень обладает сильным сердцем, его навыки владения мечом плохи. Унглас его защитит.

Глянув на оружие людей, Брейн нахмурился:

— Яд... похоже, они не новички, раз используют опасное для них же самих оружие... Убийцы?

На лезвии их кинжалов, созданных специально для пробивания кольчуги, были вырезаны линии. И на них зловеще блестела какая-то жидкость. Кроме того, двигались люди проворно, не как мечники. Всё это лишь подтвердило слова Брейна.

— Клаим, осторожнее. Если не имеешь магического предмета, блокирующего яды, считай, что умрёшь от одной царапины.

Хотя на Брейна благодаря превосходным физическим данным большинство обычных ядов не действовали, Клаиму будет трудно им противостоять.

— Не нападаете, поскольку собираетесь нас окружить? Другие двое ждут в засаде, так ведь? Раз мы это поняли, следует ли нам для начала разобраться с вами? — намеренно громко говорил Себастьян, чтобы противники услышали.

Это ошеломило их, они мгновенно замерли. Люди не ожидали, что их план увидят насквозь.

— Думаю, так безопаснее всего. Лучше раздавить этих, а затем атаковать врагов, что спрятались сзади, — согласился Брейн. Однако с идеей не согласился тот, кто её и предложил:

— Ах, но так есть риск, что они сбегут. Я позабочусь об этих троих. Не могли бы вы двое повернуться в другую сторону и взять на себя остальных?

Брейн ответил, что понял, а Клаим кивнул. Это — бой Себастьяна, и именно они навязали ему свою силу. До тех пор пока старик не сделает критической ошибки, они будут следовать его указаниям.

— Хорошо, пошли, — обратился Брейн к Клаиму и повернулся спиной к людям, переполненным враждебностью.

Хотя он повернулся к ним незащищённой стороной, благодаря Себастьяну Унглас ни о чём не беспокоился. Позволив старику прикрывать спину, он почувствовал себя словно за толстой стеной замка.

— Очень жаль, но вашим противником... буду я. Оп-па, всё должно быть по-честному.

Глянув через плечо, Брейн увидел, как Себастьян держит в правой руке три кинжала. Он махнул рукой и кинжалы, которые люди бросили в незащищённые спины Брейна и Клаима, попадали на землю.

Жажды крови в глазах людей сильно поубавилось.

Любой потеряет волю к сражению, если увидит, как кто-то голыми руками поймал кинжал. Вы наконец осознали, насколько силён господин Себас? Но уже слишком поздно.

От этого старика убежать невозможно. Даже если все трое побегут в разные стороны.

— Потрясающе, — Клаим поравнялся с Брейном.

— Ага. Если кто-то скажет, что господин Себас — сильнейший в Королевстве, я с уверенностью соглашусь.

— Даже сильнее воина-капитана?

— Ты имеешь в виду Стронофа? Даже если на такого мастера мы... Прости... я буду говорить, как обычно говорю. Даже если мы со Стронофом нападём вместе, не сможем победить... О, вот и они.

Как только они вышли за угол, появилось два человека. Как и ожидалось, на них была такая же одежда, как на тех троих. Брейн, как и они, извлёк из ножен меч.

— Но из засады в них не полетели кинжалы вероятно потому, что мастер их раскусил.

Поскольку эффективна лишь неожиданная засада, при её неудаче они лишь разделили свои силы. Вероятно они решили, что раз их обнаружили, то если напасть всем вместе, шанс на победу будет большим.

— Наивно так думать... Клаим, я возьму на себя того, что справа, левый на тебе, — проинструктировал Брейн, внимательно изучив их движения и поняв, кто слабее.

Юноша кивнул и поднял меч. Не часто увидишь, что человек не будет колебаться, идя на смертельный поединок. Брейну стало легче, что парень уже побывал в настоящих сражениях.

Клаим должен суметь победить этого типа, но... он использует яд и будет драться на близкой дистанции.

Хотя Клаим имел опыт настоящих сражений, не похоже, что он шёл по кровавому пути, где сражения с использующими яд противниками происходят часто. Возможно, он вообще впервые сражается против яда. Брейн же слишком осторожничал при битве с ядовитыми или кислотными монстрами, ему было очень трудно выложиться на полную.

Может, лучше побыстрее прикончить своего и помочь? Но принесёт ли это парнишке пользу? Не раздавлю ли я его решимость помочь собственной силой? Или мне просто сразиться вместо него? А... господин Себас ему поможет в трудную минуту? Мне следует вмешаться, если не поможет? Подумать только, меня беспокоит такая ерунда...

Почесав голову свободной рукой, Брейн посмотрел прямо на врага.

— Что ж, прости за это, но ты станешь жертвой, что поможет мне выйти из периода простоя.

Три удара.

Себастьян приблизился и кулаком ударил каждого из мужчин. Они не успели даже среагировать, не то что защититься. И на этом всё кончилось. Очевидный исход. Дворецкий даже в Назарике считался одним из сильнейших, этих убийц он мог победить одним мизинцем.

Больше не обращая внимания на потерявших сознание людей, он повернулся посмотреть на другие бои.

Брейн взял верх над своим противником с самого начала, и Себастьян мог не волноваться.

Убийца, с которым он сражался, искал возможность сбежать. Однако Брейн не позволял этого и дрался, играясь. Хотя нет, он использовал много разнообразных приёмов, чтобы вернуть силы ослабевшему телу.

Он упоминал что-то о периоде простоя. И, кажется, он не атакует серьёзно, поскольку волнуется о Клаиме и хочет быть готовым в любую секунду прийти на помощь. Он более внимателен к другим, чем я думал.

Себастьян перевёл взгляд от Брейна на Клаима.

Тут тоже всё шло гладко.

Продолжался обмен ударами. Хотя покрытое ядом оружие немного тревожило, положение было не таким уж плохим и помощи не требовало. Себастьяну было неприятно, что он втянул дружелюбно настроенного незнакомца в этот беспорядок. Однако...

Если бы ты не сказал, что желаешь стать сильнее, я бы тебе помог. Битва, в которой на кону твоя жизнь, тоже хороший урок. Я помогу, если станет опасно.

Клаим мечом перенаправил выпад противника.

По спине лился холодный пот. У врага на лице промелькнуло разочарование — ему почти удалось попасть по броне.

Клаим выставил меч перед собой, чтобы измерить расстояние до противника. А тот, чтобы не дать юноше этого сделать, перемещался то вперёд, то назад.

Обычно Клаим бы защитился щитом и атаковал мечом. Но сейчас приходилось сражаться с одним мечом, и это сильно изматывало как разум, так и организм. Да и яд на вражеском оружии сильно утомлял. Он прекрасно понимал, что такой кинжал предназначен для выпадов, и лишь их следует опасаться. Тем не менее его замедляла мысль, что нельзя получить даже царапинки.

Он чувствовал, как усталость разума и тела накапливается. Дыхание стало прерывистым.

С противником то же самое. Не один я вымотался.

У нападавшего тоже лоб блестел от пота. Он проворными и быстрыми движениями приводил врага в замешательство, для убийцы это очень подходящий стиль. Вот почему даже из-за одной раны на руках или ногах убийца утратит своё преимущество, и это нарушит баланс сил между ними.

Исход битвы решится в один удар.

Вот почему они сражались так беспокойно. Именно так выглядит сражение равных по силе воинов. Впрочем, в битве между ними это было выражено ещё сильнее.

— Ха-а! — тяжело вдохнув, Клаим атаковал.

Это был небольшой взмах, за которым почти не стояло силы. При широком взмахе в случае промаха появилась бы огромная брешь в защите.

Убийца с лёгкостью уклонился и сунул руку в одежду. Предвидя его движения, Клаим сосредоточился на этой руке.

Затем мечом отразил брошенный в глаза кинжал.

Ему повезло. К счастью, он сумел отразить удар, поскольку сильно сосредоточился.

Но не давая ему возможности перевести дыхание, убийца кинулся вперёд, опустившись к земле.

О нет!

От ужаса по спине прошёл холодок.

Он не сможет защититься от этого дополнительного удара. Страх кинжала заставил его тогда отбить широким взмахом. Поскольку меч всё ещё находился в воздухе, он не успеет его опустить для контратаки. Хотя он хотел сосредоточиться на уклонении, убийца выигрывал в ловкости.

Его загнали в угол. Тогда можно в качестве щита использовать руку...

Когда Клаим решился, бегущий на него убийца вдруг прикрыл лицо и отпрыгнул далеко назад.

Маленький камушек размером с горошину попал убийце в левый глаз. Клаим чётко это заметил доведённым до предела и ускоренным разумом.

Даже не оборачиваясь, он понял, кто его бросил. Сзади раздался голос Себастьяна:

— Страх — это дорогая эмоция. Однако не дай ему охватить себя. Я уже некоторое время наблюдаю — довольно невыразительное и несмелое сражение. Если бы противник решил пожертвовать рукой, ты бы умер. Если сил не хватает, ищи выход головой. Подчас сила разума превосходит силу тела.

Да! — мысленно ответив, он удивился, что к нему вернулось спокойствие. Но он успокоился не потому, что ему могли помочь в любое время, а, скорее, потому что Себастьян наблюдал за ним.

Страх смерти ушёл не полностью, однако...

— Если... если я умру, пожалуйста, скажите госпоже Реннер, скажите принцессе, что я сражался хорошо.

Он протяжённо вздохнул и молча поднял меч.

Клаим заметил, что свет в глазах убийцы отличается от прежнего. Может быть, за это короткое время битвы, где на кон поставлена жизнь, их сердца нашли связь между собой.

Убийца увидел, что Клаим нашёл в себе решимость, и тоже приготовился. Он шагнул вперёд. Разумеется, он приближался молча.

Убедившись, что тот вошёл в радиус атаки, Клаим ударил мечом сверху вниз. В это мгновение убийца отпрыгнул. Он уловил скорость меча Клаима и использовал себя в качестве приманки.

Но кое-что убийца упустил.

Он, без сомнений, видел насквозь все техники Клаима. Но не эту атаку, в этом вертикальном ударе Клаим был уверен. Он был тяжелее и быстрее любых других его ударов.

Кольчуга остановила меч на плече и не позволила перерубить убийцу надвое. Однако клинок легко перерубил ключицу, прорезал плоть и даже раздробил лопатку.

Убийца покатился по земле. Боль была столь сильной, что он молча кричал, выплёвывая слюну изо рта.

— Блестяще, — Себастьян появился сзади и без усилий пнул убийцу в живот.

Этого хватило, чтобы тот перестал двигаться и потерял сознание.

Брейн уже победил своего врага и чуть поднял руку, поздравляя юношу.

— Тогда давайте начнём допрос. Если вы тоже хотите что-то узнать, не стесняйтесь спрашивать.

Себастьян притащил одного из них и разбудил. Придя в сознание, мужчина затрясся, в это время Себастьян дотронулся рукой до его лба. Всё это заняло менее двух секунд. Хотя он надавил не сильно, голова человека выгнулась назад и вернулась на место, словно маятник.

Глаза мужчины утратили фокус, как у алкоголика.

Себастьян начал спрашивать. И убийца отвечал без умолка, хотя собирался держать рот на замке. Глядя на эту странную сцену, Клаим спросил:

— Что вы сделали?

— Этот навык называется «Рука кукловода». К счастью, он сработал без сучка, без задоринки.

Хоть он никогда не слышал о таком навыке, сейчас важно другое. Клаим нахмурился из-за полученной информации.

Они были убийцами из Восьми Пальцев, их тренировал один из Шести Рук, сильнейший член отдела безопасности. Они следовали за Себастьяном, чтобы убить. Брейн спросил Клаима:

— Я не уверен, но разве Восемь Пальцев не большая преступная организация? Кажется, у них есть связи в группах наёмников...

— Вы правы. Шестью Руками называют шесть сильнейших бойцов этой организации. Я слышал, что каждый из них по силе равен искателю приключений адамантового ранга. Мы не знаем, как они выглядят, поскольку это дело касается подпольного мира.

Сакъюлент — человек, что появился в особняке Себастьяна — был членом Шести Рук и назывался «Дьяволом Иллюзий». Его план заключался в том, чтобы убить Себастьяна и свободно манипулировать его красивой госпожой.

Дослушав до этого момента, Клаим почувствовал холод. Он исходил от Себастьяна.

Когда дворецкий медленно поднялся, Брейн спросил:

— Что вы дальше будете делать, господин Себас?

— Я решил. Сначала уничтожу доставляющее неудобства место. По его словам там находится и Сакъюлент. Если на пол упала искра, её следует сразу затоптать.

У Клаима и Брейна перехватило дыхание из-за совершенно беззаботного ответа.

Раз он собирается напасть, значит уверен, что сможет победить искателей приключений адамантового ранга. Иными словами, сильнейших представителей человечества.

Но даже это казалось приемлемым.

Он мгновенно победил трёх убийц, и даже знаменитый господин Унглас его опасается. Так кто же такой господин Себас? Бывший искатель приключений адамантового ранга?

— Однако... кажется, они похитили несколько человек. Мне лучше действовать быстро.

— Верно, если убийцы не вернутся, они осознают, что что-то пошло не так и перевезут похищенных людей в другое место. И тогда мы не сможем их спасти.

Чем больше времени проходит, тем меньше преимуществ у Себастьяна, и тем больше у врагов. В такое вот положение попал дворецкий.

— Тогда я атакую немедленно. Простите, но я не передумаю. Могу я попросить вас двоих передать этих убийц страже?

— Ах-х-х, подождите, господин Себас! Если возможно, позвольте мне помочь! Конечно, я пойду, только если вы позволите.

— Я с ним согласен, господин Себас. Поддерживать порядок в столице — это мой долг как подчинённого госпожи Реннер. Если жители Королевства страдают, я спасу их своим мечом.

— С Унгласом, думаю, всё будет в порядке, но для тебя, Клаим, это будет немного опасно.

— Я понимаю.

— Эй, Клаим... ты не считаешь, что можешь стать для него обузой? Хотя, с точки зрения господина Себаса между мной и тобой, наверное, нет разницы.

— Нет-нет, я не это имел в виду. Я всего лишь волнуюсь о безопасности Клаима. Знай, я не смогу защитить тебя, как прежде.

— Я готов.

— Из-за нашего поступка может пострадать твоя честь или честь твоей госпожи. Разве у тебя больше не будет более подходящей возможности рискнуть жизнью?

— Я не собираюсь закрывать глаза из-за опасности. Это лишь докажет, что я не подхожу для служения госпоже. Она помогает другим, так и я хочу по возможности помочь тем, кто страдает.

Как она помогла мне.

Словно увидев проблеск его решимости, Себас и Брейн переглянулись между собой.

— Ты уверен в своей решимости?

На вопрос Себастьяна Клаим один раз кивнул.

— Хорошо. Тогда тут больше нечего говорить. Пожалуйста, одолжи мне свою силу.

Глава 5. Истребление, первые искры огня

Часть 1

Месяц последнего огня (девятый), третье число, 12:07

— Заведение за этой дверью, и, по словам убийцы, вон в том здании находится другой вход.

Стоя перед входом в бордель, из которого выкинули Цуарэ, Себастьян указал на здание, расположенное через несколько домов от них. Хотя Брейн и Клаим присутствовали при допросе, в борделе никогда не были, поэтому послушно согласились с объяснением дворецкого.

— Я тоже это слышал. Они сказали, что этот проход используется в качестве запасного выхода и его охраняют по меньшей мере два человека. Поэтому я думаю, что лучше разделиться на две группы. Учитывая наши боевые силы, почему бы вам, господин Себас, не зайти с главного входа, а нам с Клаимом проникнуть с потайного?

— Я не возражаю, но что скажешь ты, Клаим?

— Тоже не возражаю. Однако, господин Унглас, что мы будем делать, оказавшись внутри? Вместе начнём искать похищенных людей?

— Зови меня Брейн, вы тоже, господин Себас. В общем... хотя держаться вместе безопаснее, там может быть тайный проход, о котором не знали даже убийцы. Думаю, нам следует провести обыск как можно скорее, пока господин Себас отвлекает врага. — Будто вспомнив что-то, Брейн пробормотал себе под нос о том, что это обычное дело иметь проход, о котором знает лишь босс.

— Тогда внутри нам стоит разделиться?

— Пока мы готовы к опасности, нужно надеяться на лучшее и действовать, — ответил Брейн.

Себастьян и Клаим кивнули.

— Хорошо. Раз вы сильнее меня, мне следует оставить обыск помещений на вас, господин Унгла... Брейн?

— Думаю, так будет лучше всего. Ты будешь охранять выход.

Разумеется, при обыске существовал высокий риск натолкнуться на врага. Поскольку Брейн значительно сильнее Клаима, эту задачу он взял на себя.

— Значит, решено.

По пути в бордель они обговорили всё в общих чертах, но поскольку ещё не видели само здание, некоторые части плана оставались неясными. Теперь же всё было решено, и никто не стал возражать.

Дворецкий подошёл к толстой металлической двери. Клаим такую никогда бы не смог открыть, что бы ни делал. Но для Себастьяна она была всё равно что лист бумаги.

Главный вход, разумеется, охранялся лучше всего. Но проблемы это не представляло. Брейн Унглас, который сражался не хуже Газефа Стронофа, сильнейшего среди воинов ближайших стран, заявил, что они даже вдвоём не смогут победить старика. Тот находился совсем в другой лиге, и сейчас он начал действовать.

— Вам тоже пора идти. По словам убийцы, четыре стука в ту дверь означают, что пришёл союзник. Не думаю, что вы забыли, но на всякий случай напоминаю.

— Спасибо.

Клаим не забыл, но всё равно поблагодарил Себастьяна.

— По возможности я попытаюсь захватить врагов живыми. Но если будут сопротивляться, я не проявлю милосердия и убью их. Полагаю, с этим никаких проблем нет? — Себастьян добродушно улыбнулся.

Калим и Брейн почувствовали, как по спине прошёл холодок.

Он всё правильно говорил. Оба понимали, что на его месте поступили бы так же. Но их испугало лицо дворецкого — он словно стал другим человеком. Добрый джентльмен и хладнокровный воин, две крайности доброты и бессердечности смешались вместе. Им показалось, что если Себастьян пойдёт в таком настроении, то в здании умрут все.

Клаим суетливо заговорил:

— Конечно, вы ведь по возможности будете избегать кровопролития. Нас ведь очень мало. Но если увидите кого-то высокопоставленного, не могли бы поймать его живым? Его допрос принесёт больше пользы в будущем.

— Я не убийца, Клаим. Не волнуйся, я пришёл сюда не ради того, чтобы целенаправленно их убивать.

Клаиму стало легче, когда он увидел широкую улыбку дворецкого.

— Простите. Тогда я полагаюсь на вас.

♦ ♦ ♦

— Что ж, по-быстрому уничтожу это место и выиграю немного времени.

Если Себастьян разрушит бордель, ему прекратят докучать, хоть и на время. А если повезёт найти какие-то личные бумаги или что-то подобное, они сосредоточатся на ответном ударе и могут даже полностью забыть о Цуарэ. В худшем случае, если удастся выиграть лишь немного времени, это даст возможность Цуарэ сбежать. Может быть, получится даже найти более хороший способ, как с этим справиться.

— Кажется, в Э-Рантэле я когда-то встретил доброго торговца. Наверное, я мог бы попросить его о помощи.

Даже если разум Цуарэ полностью выздоровеет, ей приятнее будет получить помощь от человека, которому можно доверять.

Себастьян повернулся и снова посмотрел на толстую дверь. Он коснулся её, вспоминая, как Цуарэ выбросили. Дверь выглядела внушительно — дерево, обитое железом. Одного взгляда хватало, чтобы понять: человеку будет трудно её сломать без инструментов.

— Я волнуюсь за Клаима...

Впрочем, не за Брейна Унгласа. Этот, вероятно, сможет победить даже Сакъюлента. Но Клаим другой. У него не будет и шанса. Юноша сам вызвался участвовать в рейде. И, кажется, он готов ко всему. Однако жаль терять молодого парня, в особенности такого хорошего человека.

— Хотелось бы, чтобы мальчик прожил долгую жизнь...

Он говорил словно умудрённый опытом старец. Однако Себастьяна, конечно же, таким создали. Учитывая время, прошедшее от его рождения, он был моложе Клаима.

— По крайней мере будет лучше, если Сакъюлента одолею я. Надеюсь, Клаим на него не натолкнётся.

Дворецкий помолился сорока одному Высшему существу о безопасности юноши.

Если в этом строении Сакъюлент сильнейший, то, скорее всего, с ним сразится именно Себастьян. Однако если он работает чьим-то телохранителем, есть вероятность, что он сбежит, защищая эту особу. С беспокойным сердцем дворецкий взялся за дверную ручку и повернул её.

Она прокрутилась лишь до половины. Учитывая, какими делами здесь занимались, конечно они запирали дверь.

— Я плох во вскрытии замков... нет выбора. Открою своим способом, — раздражённо пробормотал Себастьян и согнул колени. Затем выставил вперёд левую руку, а правую притянул к груди. Великолепная стойка, такая же крепкая и мощная, как тысячелетнее дерево. — Хм!

А дальше случилось невозможное.

Рука погрузилась в край стальной двери возле петель. Но на этом не остановилась, а продолжила погружаться.

Со скрежетом петли оторвались от стены.

И теперь дверь подалась легко.

— Что... за?..

Шагнув внутрь, он увидел прихожую и большого человека с торчащими в разные стороны волосами, стоявшего перед наполовину открывшимся входом. Его глаза и рот были широко открыты, а на лице застыло ошарашенное выражение.

— Немного заржавели, пришлось приложить чуть-чуть силы. Петли нужно вовремя смазывать, — заговорил Себастьян, закрывая за собой дверь. Хотя нет, он просто её подпёр о дверной проём.

Пока охранник стоял столбом, дворецкий без стеснения прошёл дальше.

— Эй, что происходит?

— Что за шум?!

Из-за спины охранника донеслись голоса других людей.

Однако тот, столкнувшись с дворецким лицом к лицу, даже не обратил на них внимания и заговорил:

— Д... Д-обро пожаловать?

Растерявшись, он мог лишь рассеяно глядеть на старика, подошедшего вплотную. Обычно работник такого места прибегнул бы к насилию. Однако он стал свидетелем сцены, которая противоречила накопленному за всю жизнь здравому смыслу. Игнорируя вопросы товарищей, мужчина льстиво улыбнулся дворецкому. Инстинкты выживания говорили, что надо поступить именно так. Он отчаянно убеждал себя, что это просто дворецкий, служащий одному из их клиентов. За густой бородой дёрнулись щёки, пока он на пределе возможностей пытался изобразить гостеприимную улыбку. Поистине уродливое зрелище.

Себастьян тоже улыбался — мягко и вежливо. Однако в его глазах доброта отсутствовала. Их дурной блеск пленил бы любого, словно вид на острый клинок.

— Можешь, пожалуйста, отойти?

Раздался глухой стук, нет, точнее — всплеск. Тошнотворный звук.

Крепко выглядящий мужчина в броне явно весил более восьмидесяти пяти килограммов. Но он, словно это какая-то шутка, закрутился в воздухе и отлетел в бок быстрее, чем можно было уследить. Тело мужчины с громким шлепком врезалось в стену.

Здание затряслось, будто его ударил кулаком гигант.

— О нет... убей я его чуть подальше, он бы послужил хорошим психологическим барьером... Хотя осталось ещё несколько, в этот раз стоит быть поосторожнее, — Себастьян сказал себе, что следует немного сдерживаться. Оставив труп у стены, он пошёл дальше по коридору.

Распахнув дверь, Себастьян вошёл в комнату. Грациозно осмотрелся. Как будто не ворвался во вражеский лагерь, а решил прогуляться по заброшенному дому.

Там стояло два охранника.

Они ошеломлёно уставились на алый цветок на стене позади дворецкого.

Комнату заполнил запах дешевого алкоголя, подобного которому никогда не найти в Назарике. Смешавшись с запахом крови и внутренностей, он превратился в ненормальный, выворачивающий желудок аромат.

Составив вместе полученную от Цуарэ и убийц информацию, Себастьян попытался представить карту помещений. Хотя память девушки полнилась дырами и была малопригодна, от неё он слышал, что настоящее заведение расположено в подвале. Убийцы никогда там не бывали и не смогли бы ничем помочь.

Оглядев пол, дворецкий не смог найти лестницу. Похоже, её хорошо спрятали. В таком случае можно просто спросить того, кто знает.

— Простите, хочу задать вам один вопрос.

— Гуах!

Как только он к ним обратился, один из мужчин пронзительно вскрикнул. Видно, мысль сражаться улетучилась из его головы. Себастьяну стало легче. Он не очень хорошо контролировал силу, когда думал о Цуарэ, и его кулаки мгновенно бы их убили.

Если эти двое решили не сопротивляться, то можно ограничиться лишь переломом ног, чтобы они не сбежали.

Дрожа от ужаса, мужчины упёрлись спиной о стену, пытаясь отойти от старика как можно дальше. Наблюдавший за ними без всяких эмоций Себастьян вдруг улыбнулся.

— Хи-и-и-и! — они испугались ещё сильнее, распространился запах аммиака.

Посчитав, что перестарался, пугая их, Себастьян нахмурился.

У одного из мужчин закатились глаза, и он потерял сознание. Сильное напряжение заставило разум отключиться. Другой мужчина посмотрел на товарища с завистью.

— Ха-а... как я сказал, хочу задать вопрос. У меня есть одно дело внизу. Можешь сказать, как найти туда дорогу?

— Э-это...

Себастьян увидел в глазах мужчины страх предательства. Похоже, он, как и те убийцы, боялся преследования организации. Тот человек, что получил деньги и сбежал, судя по реакции этого типа, уже, наверное, мёртв.

Раз он без урока не заговорит, Себастьян решил избавить его от колебаний.

— Кажется, тут два рта. Мне не важно, у кого спрашивать.

Мужчина обильно вспотел, его тело задрожало.

— В-в-вон там! Там секретный проход!

— И правда.

В месте, куда он указывал, пол в самом деле немного отличался.

— Ясно. Благодарю. Ты закончил свою часть.

Когда старик улыбнулся, мужчина понял смысл его слов и задрожал ещё сильнее, лицо побледнело. Тем не менее он схватился за маленький лучик надежды и взмолился:

— П-прошу, н-не убивайте!

— Отказываюсь.

Немедленный ответ погрузил комнату в тишину. У мужчины округлились глаза — лицо человека, который пытается отрицать то, во что не хочет верить.

— Но я сказал вам! Эй, я что угодно сделаю, просто оставьте меня в живых!

— Это так, но... — Себастьян вздохнул и покачал головой, — я отказываюсь.

— Вы... вы шутите, да?

— Можешь так считать. Результат всё равно не изменится.

— Пожалуйста... боже.

Себастьян вспомнил время, когда подобрал Цуарэ, и чуть сузил глаза.

Имеет ли человек такой профессии право просить что-то у бога? И богами у дворецкого были сорок одно Высшее существо. Выглядело, словно их только что оскорбили.

— Ты этого заслуживаешь.

Услышав стальной голос, не допускающий никаких возражений, человек понял, что сейчас умрёт.

Убежать или сражаться? Когда этот выбор появился перед глазами, мужчина без колебаний решил... бежать.

Ведь и так ясно, кто победит в битве со стариком. При побеге вероятность выжить больше, какой бы крохотной она ни была. Мысли правильные.

Потому что на несколько секунд, нет, на десятую долю секунды, но он прожил дольше.

Мгновенно нагнав мужчину, что пытался прорваться через дверь, Себастьян чуть повернулся. Порыв ветра прошёл через голову мужчины, и он рухнул, как подкошенный. С глухим стуком нечто круглое ударилось о стену и покатилось по полу, оставляя кровавый след.

Мгновением позже с обезглавленной шеи брызнула кровь.

Поистине замечательная техника. Сорвать голову, ударив ногой с разворота. Хотя с такой скоростью и силой это возможно, больше всего ужасало, что Себастьяну на туфлю не попала ни одна капля крови.

Дворецкий подошёл к потерявшему сознание мужчине и поставил ногу ему на грудь. Словно затрещала старая древесина, и тело человека пошло судорогами. После нескольких спазмов оно перестало шевелиться.

— Разве не ясно, к чему приведут такие деяния? Но будьте уверены, хотя бы своими телами вы искупили грехи.

Себастьян взял их трупы.

Затем разложил изуродованные тела в ряд у лестницы. Даже смотреть было тошно. Любой, кто попытается сбежать, почувствует ужас и засомневается. Дворецкий придумал этот метод на случай, если не сможет разрушить вход.

Закончив, Себастьян надавил ногой на секретный проход.

Сначала сломались какие-то механические части, а затем в полу открылось отверстие. Сломанное напольное покрытие с грохотом повалилось на крепкую лестницу.

— Хм... если просто поломать ступени, им будет труднее сбежать этим путём.

♦ ♦ ♦

Не очень большая комната.

Гардероб и кровать — вот и вся мебель.

Но кровать не старая с одной простынёй, а роскошная с набитым ватой матрасом, предназначенная для знати. Однако весь её вид словно говорил об удобстве — конструкция была простой, а орнаменту недоставало вкуса.

И на кроватии лежал голый мужчина.

На вид старше среднего возраста. Всю жизнь потакая своим желаниям, он наел толстое и непривлекательное тело.

Лицо еле дотягивало до заурядного, но из-за лишнего жира сильно теряло в очках. Проще говоря, человек походил на свинью. Свинки — умные, очаровательные животные, любящие чистоту. Однако эта свинья — глупая до мозга костей, оскорбляющая свой вид.

А звали её Стефан Хэвиш.

Замахнувшись кулаком, он опустил его. Раздался удар.

Дряблое лицо озарилось эйфорией. При ударе он почувствовал плоть, и по его спине прокатилась волна удовольствия. Тело вздрогнуло.

— Ох-х-х...

Он медленно поднял липкий от крови кулак.

Стефан лежал сверху голой женщины.

Её губы и глаза опухли, а кожа покрылась красными пятнами из-за внутреннего кровотечения. Идущая из разбитого носа кровь залила лицо. От некогда привлекательных черт ничего не осталось. На бесцветной постели появились красные пятна.

Руки, которыми она пыталась защитить лицо, теперь лежали на кровати. Из-за рассыпавшихся на простынях волос казалось, что она плывёт в воде.

— Эй, с тобой что, уже покончено? Правда, что ли?

Женщина, похоже, потеряла сознание.

Стефан поднял кулак и снова ударил.

Хлопок. Попав по скулам, Стефан почувствовал боль.

— Че, больно!

В порыве ярости он снова замахнулся.

Кровать заскрипела, и прозвучал удар. Надутая, как шар, кожа женщины разорвалась, и кулак покрылся кровью. Свежая, липкая жидкость разбрызгалась на простыни и окрасила их в красный цвет.

— У-у-у.

Хотя её били, женщина больше не шевелилась, а её тело почти никак не реагировало.

Если избиение продолжится, её жизни будет угрожать опасность. Тем не менее она была до сих пор жива не потому, что Стефан контролировал себя. А потому, что удары поглощались матрасом. На полу она бы уже умерла. Но Стефан сдерживался не поэтому. Просто даже смерть женщины не принесла бы никаких проблем. Нужно лишь заплатить, и о трупе позаботятся.

На самом деле в этом заведении Стефан уже убил нескольких «работниц».

Поскольку тогда пришлось раскошелиться, наверное он подсознательно сдерживал силу.

Облизав губы, патрульный посмотрел на неподвижное лицо женщины.

Этот бордель — лучшее место для реализации определённого пристрастия. В обычных борделях такое бы никогда не позволили. Нет, даже если бы позволили, Стефан не знал такого места.

Он любил времена, когда разрешалось держать рабов.

Рабы считались имуществом, но к злоупотребляющим этим правом хозяевам обычно относились презрительно. Как к тем, кто попусту растрачивает своё состояние. Однако для такого как Стефан, имевшего определённое пристрастие, рабы были легчайшим и единственным способом удовлетворить похоть. Теперь, когда их забрали, у Стефана не осталось иного выбора, кроме как ходить в такие места. Что бы он делал, если бы не знал об этом заведении?

Он, без сомнений, не смог бы вытерпеть и совершил преступление, затем его бы арестовали.

Стефан сильно обрадовался, когда хозяин привёл его в этот бордель. Хотя приходилось использовать свою власть в их интересах, он был поистине благодарен дворянину, которому служил.

— Спасибо, хозяин.

В глазах Стефана появилась странная эмоция. Хотя, учитывая его характер, трудно поверить, но он был глубоко признателен хозяину.

Вот только...

Внутри живота возник огонь — загорелся гнев.

Гнев на девушку, из-за которой он потерял рабов, на которых вымещал свою похоть.

— Эта сука!..

Он побагровел от ярости, глаза налились кровью.

На месте лица женщины, на которой он сидел, возникло лицо особы из королевской семьи, которой ему приходилось служить, лицо принцессы. Стефан собрал гнев в кулак и ударил.

Снова полетела кровь.

— Как, приятно, будет, разбить, её, лицо.

Он бил женщину снова и снова.

Кожа внутри рта, вероятно, разорвалась из-за зубов. Из опухших губ выплеснулось опасно много крови.

Каждый раз женщина лишь немного дёргалась.

— Ха-а, ха-а.

После нескольких ударов у Стефана затряслись плечи, а всё тело, как и лоб, покрылось жирным потом.

Патрульный посмотрел на женщину под собой. Она уже давно прошла ту стадию, когда выглядела омерзительно. Женщина была еле живой, нет, уже одной ногой стояла в могиле. Сломанная кукла.

Стефан сглотнул.

Более всего он возбуждался, когда делал это с побитой женщиной. В особенности с красивой. Чем красивее, тем лучше. Ничего не насыщало его садистские наклонности лучше, чем уничтожение чего-то прекрасного.

— Как же хорошо будет побить её, да?

Стефан вспомнил госпожу особняка, в который приходил ранее. Надменное лицо женщины, что по красоте соперничала с принцессой этой страны, которую называли самой красивой. Конечно, Стефан понимал, что никогда не сможет заполучить её. Его страсти утолялись ежедневными отбросами борделя, от которых потом избавлялись. Такую красавицу за огромные деньги купит могущественный дворянин и запрёт в своём доме, чтобы никто не узнал о незаконно проведенной сделке.

— Если бы хоть раз побить такую женщину... побить до смерти.

Будь такое возможно, какое бы наслаждение это принесло?

Но, разумеется, это неосуществимая мечта.

Стефан посмотрел на лежащую под ним женщину. Её открытая грудь немного двигалась вверх и вниз. Когда он это заметил, его губы искривились в злой ухмылке.

Он схватил женщину за грудь, сильно смяв в руке.

Женщина абсолютно никак не отреагировала. Она больше не могла отвечать на боль такого уровня. Сейчас от манекена она отличалась лишь тем, что была мягкой.

Только вот Стефану не понравилось отсутствие сопротивления.

Пожалуйста, не убивайте.

Пожалуйста, простите.

Мне очень жаль.

Пожалуйста, прекратите.

Стефан вспоминал крики женщины.

Следовало изнасиловать её, пока она ещё могла кричать?

С крохотным сожалением он продолжил играть с её грудью.

Почти все женщины попадали сюда уже сломленными, а их разум витал где-то далеко. Если смотреть на это таким образом, то сегодняшняя партнёрша оказалась лучше, чем обычно.

— Та девка тоже такой была?

Стефан вспомнил Цуарэ. Он даже слушать не хотел, что случилось с отпустившим её человеком. Однако губы сами собой поднимались в ухмылке при мысли о старом дворецком, к которому он приходил утром.

Какой смысл давать прибежище девушке, которая делая это с бесчисленными мужчинами и, когда того требовалось, с женщинами и даже нелюдями? Ему едва удалось сдержать смех, когда дворецкий показал, что готов заплатить целое состояние в несколько сотен золотых монет.

— А голосок-то у беглянки был хорош.

Погрузившись в воспоминания, он вспомнил крики девушки. По сравнению с другими, кто здесь побывал, она была не так уж и плоха.

Стефан ухмыльнулся и задвигался, чтобы осуществить свои плотские желания. Он схватил женщину за ногу и отодвинул в сторону. Кость, что чувствовалась через кожу, была такой тонкой, что помещалась в одной руке Стефана.

Раздвинув промежность женщины, Стефан оседлал её.

Он схватил то, что затвердело от похоти, и...

Со щелчком дверь медленно открылась.

— Что?!

Стефан быстро повернулся к входу и увидел какого-то знакомого старика. А затем тут же вспомнил его лицо. Там стоял дворецкий, которого он встретил в том особняке.

Старик... Себастьян вошёл в комнату без колебаний, его шаги отдавались стуком каблуков. Он зашёл так естественно, что Стефан не смог ничего сказать.

Почему дворецкий из того дома тут? Почему он зашёл в эту комнату? Стефан ничего не мог понять и его разум опустел.

Остановившись возле Стефана и посмотрев на лежавшую под ним женщину, Себастьян перевёл на него холодный взгляд:

— Любишь избивать других?

— Что?

Странная атмосфера тут же побудила Стефана подняться и потянуться за одеждой.

Однако Себастьян уже действовал.

Сбоку что-то хлопнуло и голову Стефана сильно тряхнуло.

Мгновением позже правая щека словно накалилась, дико заболев.

Старик его ударил... нет, дал пощёчину. Стефан наконец осознал, что случилось.

— Ублюдок, да как ты смеешь...

Хлоп. Щеку Стефана опять пронзила резкая боль. Но на этом всё не прекратилось.

Слева, справа, слева, справа, слева, справа, слева, справа...

— Пре-е-е-е-екра-а-а-а-ати!

Стефан всегда бил других, но сам никогда не получал удары. Из глаз потекли слёзы.

Пятясь, он прикрыл щёки обеими руками.

Боль постепенно начала разрастаться, щёки горели.

— У-ублюжок! Думажешь, шможешь шмыжся?!

Опухшие красные щёки пульсировали с каждым произнесённым словом.

— Не смогу?

— Конежно неш! Имбежил! Кто ши думаеш я шакой!

— Глупец.

Он с лёгкостью покрыл расстояние, на которое Стефан успел отступить, и... хлоп! Щёки Стефана снова запылали.

— Пре-ежра-ати! Пожалушта, прежрати эшо! — Стефан прикрыл щёки словно ребёнок, которого ругают родители.

Хотя он любил жестокость, всегда избивал тех, кто не в силах сопротивляться. Впрочем, он боялся ответить даже Себастьяну, выглядящему как старик. Он не мог, ведь нет никакой гарантии, что противник не ответит.

Будто поняв, что творится у Стефана в голове, Себастьян потерял интерес и повернулся к женщине.

— Что ты наделал...

Стефан пробежал мимо дворецкого, что подошёл к кровати.

— Болван!

Патрульного захлестнула ярость. Какой глупый старик.

Сейчас он позовёт людей заведения, чтобы ему преподали урок. Этот старик посмел сделать с ним такое, Стефан никогда его не простит. Он заставит старикашку почувствовать ужасающие боль и страх.

В голову пришли мысли о красивой госпоже дворецкого.

За ошибки слуги должен отвечать господин. Они оба ответят за его боль. Они осознают, на кого подняли руку.

С такими мыслями Стефан выбежал наружу, покачивая животом.

— Эй! Ешть тут хто?! — выкрикнул он.

Скоро один из работников придёт.

Однако оказавшись в коридоре, он не поверил своим ушам.

Тишина.

Так тихо, что казалось, будто заведение пустует.

Голый Стефан нервно осмотрелся.

В коридоре витало ненормальное безмолвие. Это сильно испугало патрульного.

По обе стороны находилось множество дверей. Но, разумеется, никто не вышел. Комнаты в заведении, которое посещают люди с особыми наклонностями, — даже с крайне опасными, — звуконепроницаемы. Однако просто невозможно, чтобы его не услышали работники.

Когда его вели сюда, он видел нескольких из них. Все — крепко выглядящие мужчины, которым этот старик в подмётки не годится.

— Пожему нихто не идёт?!

— Потому что либо мертвы, либо без сознания, — негромкий голос ответил на крик Стефана.

Поспешно обернувшись, он увидел спокойно стоящего Себастьяна.

— Кажется, внутри было несколько... Но большинство из них спят.

— Эшо невожможно! Школько жи думаешь их вообше жам было!

— Внизу были люди, похожие на работников. Десять. И семь таких людей, как ты.

Что он несёт?

Сбитый с толку Стефан уставился на Себастьяна.

— Никто не прибежит тебе на помощь. Даже если придут в сознание, со сломанными ногами и руками ничего не сделают. Разве что приползут сюда, как личинки.

На лице Стефана появился шок. Он подумал, что такое невозможно, но ненормальная атмосфера борделя заставила осознать, что Себастьян говорит правду.

— Однако я не вижу надобности оставлять тебя живым. Здесь ты умрёшь.

Он не доставал меч или какое-либо оружие, просто тихо подходил, словно ни о чём не заботясь. Стефан ужаснулся этих совершенно нормальных движений. Он осознал, что Себастьян в самом деле собирается его убить.

— Поштой! Поштой! У меня ешть хошошее предшожение!

— Мне трудно разобрать, что ты там мямлишь... Говоришь, у тебя есть хорошее предложение? Дай подумать... не заинтересован.

— Тожда пожему жи делаеш нежто такое?!

Смысл мне умирать? Какую пользу принесёт моя смерть? Впервые Себастьян смог понять ход его мыслей.

— Даже сделав всё это, ты так и не осознал?

Стефан попытался вспомнить. Он сделал что-то, что не должен был?

Себастьян вздохнул. — Ясно... — и ногой ударил Стефана в живот со скоростью, с которой сказал это слово. — Вот как кончают те, кто не заслуживает жизни.

Стефана поразила нестерпимая боль от разрыва нескольких органов. Хотя не было бы ничего странного в том, чтобы потерять сознание и умереть, он почувствовал лишь слабость и остался в сознании.

Больно!

Больно!

Больно!

Хотелось закричать и забиться от боли, но она оказалась столь сильной, что он не мог даже двинуться.

— Умри.

Стефан услышал леденящий душу голос. Он хотел молить о пощаде, но горло не двигалось.

В глаза попал пот, зрение затуманилось. Им он видел, как Себастьян уходит.

Спасите!

Спасите!

Я отдам вам все деньги, только спасите!

Тот, кто мог ответить на молчаливую мольбу, уже ушёл.

В конце концов, Стефан умер медленно, мучаясь от обжигающей живот боли.

Часть 2

Месяц последнего огня (девятый), третье число, 12:12

— Клаим, я собираюсь убить всех людей наверху. У нас нечем их связать, и будет плохо, если что-то пойдёт не так и они позовут на помощь. Их нельзя вырубать, ведь они могут прийти в себя и напасть со... что случилось?

— Н-ничего, — покачал головой Клаим, чтобы стряхнуть всю тревогу. Сердце громко стучало, словно после долгого бега, но он не обращал на это внимания. — Простите, теперь я в порядке. Готов начинать в любое время.

— Неужели?.. Хм, похоже, ты стал мыслить по-другому. Ты изменился, как только мы сюда пришли. Сейчас у тебя лицо воина. Знаю, ты волнуешься. В конце концов, здесь есть много тех, кого ты не в силах победить. Но расслабься, я здесь, да и господин Себас тоже. Просто постарайся выжить ради человека, который поддерживает тебя, — он похлопал Клаима по плечу и с уже вытащенной катаной четыре раза постучал в дверь.

Клаим тоже схватился за меч.

По ту сторону послышались шаги, затем три щелчка — замок открылся.

Как они и планировали, Клаим распахнул дверь.

Брейн понёсся вперёд, опередив панические крики. Несколько ударов — и что-то с глухим стуком упало на пол.

Следом зашёл Клаим.

Побежавший вперёд Унглас уже успел зарубить второго мужчину. Ещё Клаим увидел человека в кожаных доспехах и коротким мечом в руке. Юноша в мгновение ока сократил расстояние до него.

— Что?! Кто ты?! — в панике тот махнул клинком, но Клаим с лёгкостью отбил его своим.

Затем занёс меч над головой и на одном дыхании ударил вертикально вниз.

Охранник попытался защититься коротким мечом, но его оказалось недостаточно, чтобы остановить удар, за которым стоял весь вес Клаима. Меч выскочил из рук мужчины, и клинок юноши врезался между его плечом и шеей.

Когда тот упал, корчась от боли, на пол хлынуло много крови. Достаточно, чтобы задаться вопросом, откуда она вся взялась. Тело пошло конвульсиями, предвещая скорую смерть.

Заключив, что рана смертельна, Клаим отступил в угол комнаты, сохраняя стойку и оставаясь настороже. Сзади он услышал, как Брейн побежал по ступеням на второй этаж. Удостоверившись, что в комнате лишь обычная мебель, юноша бросился в следующую.

Прошла минута.

Обыскав свои этажи и убедившись, что врагов больше нет, Клаим и Брейн встретились у входа.

— Я проверил первый этаж и не нашёл признаков других людей.

— На втором тоже никого. Там даже кроватей не было. Вероятно, они спят не здесь... Как я и думал, тут есть секретный проход, и жилые помещения находятся в другом месте.

— Вы сумели его найти? Хотя сомневаюсь, что он на втором этаже.

— Нет, я не нашёл ничего такого. Как ты и сказал, он, вероятно, на первом этаже.

Клаим и Брейн переглянулись и начали снова обыскивать этаж.

Юноша не обладал воровскими навыками, поэтому простой осмотр помещений ему ничего не дал. Будь у них достаточно времени и мелкий порошок вроде обычной муки, они бы обсыпали им весь пол. Мука попала бы в зазоры секретного входа, и его стало бы легче найти. Однако у них не было ни порошка, ни времени. Клаим достал из небольшой сумки магический предмет — набор небольших колокольчиков, что подарила ему Гагаран из Синей Розы.

«Хоть идти на приключение без вора опасно, однажды у тебя не будет выбора. Когда это произойдёт, колокольчики помогут», — вот что она сказала, передавая ему предмет. Сравнив рисунки на каждом колокольчике, Клаим выбрал нужный.

Предмет назывался «Колокольчик для нахождения скрытых дверей».

Чувствуя любопытный взгляд Брейна, он один раз взмахнул им. Раздался ясный звон, слышимый только владельцу предмета. В ответ на одном участке пола собрался бледный свет. Мигая, он указывал на секретную дверь.

— Хех, удобная вещь. Все мои предназначены лишь для усиления и помощи в бою.

— Но разве это не очевидно для воина?

— Воина, говоришь...

Запомнив то место, Клаим отошёл от горько улыбающегося Брейна и сделал круг по первому этажу. Магический эффект предмета имел ограничение по времени. Важно обследовать как можно больше мест, пока оно не вышло. Тем не менее, хоть он и сделал круг, магия больше нигде не среагировала.

Теперь им нужно проникнуть через эту дверь. Однако Клаим сузил глаза и уставился на секретный вход. Вздохнув, он снова достал три колокольчика.

На этот раз взял с другим рисунком. И, как прежде, помахал им.

Раздался похожий звук, но немного другой.

«Колокольчик для снятия ловушек».

Будь осторожен во всём. Клаим был воином, а потому не умел ни находить ловушки, ни обезвреживать их. Будь с ними заклинатель, он бы вылечил юношу даже от парализующего яда. Однако они оба — воины. Боевой навык, способный нейтрализовать яд, существует, но Клаим такому не учился, а противоядия с собой не взял. Если он попадёт в ловушку, всё будет кончено.

Вот почему он без колебаний использовал предмет с ограниченным числом применений в день.

Из тайного прохода послышался резкий щелчок.

Клаим воткнул меч между щелями и подцепил дверь.

Одна сторона деревянного пола поднялась и упала на другую сторону. Из секретного прохода торчал арбалет. Свет отразился от кончика болта, странно блеснув.

Клаим немного отошёл и уставился на ловушку.

Кончик был покрыт какой-то вязкой жидкостью. Десять из десяти, что это яд. Если бы они осторожно попытались открыть дверь, выстрелил бы ядовитый болт.

Чуть вздохнув с облегчением, он попытался понять, как можно избавиться от арбалета. Увы, он был установлен довольно крепко. Вряд ли удастся его обезвредить без специальных инструментов.

Сдавшись, Клаим заглянул в секретный проход.

Вниз вела крутая лестница, но её поворот мешал разглядеть, что находится дальше. Как ступени, так и всё вокруг было каменным и на вид весьма прочным.

— Так что ты будешь делать? Ждать здесь?

— Мне трудно драться в помещении. Если возможно, я хотел бы найти достаточно широкое место и напасть оттуда.

— Если ты подождёшь наверху лестницы, в случае боя один на один у тебя больше шансов выиграть. Но я могу оказаться далеко впереди и не услышать... Ещё же может подкрепление прибежать, так что об этой идее следует забыть. Тогда пойдём вместе.

— Хорошо. Я рассчитываю на вас.

— Я пойду впереди. Держись за мной.

— Хорошо. И хотя предметом, которым я обезвредил ловушку, можно воспользоваться трижды в день, он не рассчитан на частое применение. Нужно, чтобы прошло тридцать минут. Так что на него мы не можем положиться.

— Понял. Буду ступать с предельной осторожностью. Если что-то заметишь, просто крикни, — сказав это, Брейн пошёл вниз по ступеням.

На всякий случай он после каждого шага постукивал катаной по камню впереди. Клаим ступал следом.

Оказавшись внизу, они заметили, что пол и стены обложены крепким камнем. В нескольких метрах впереди стояла деревянная дверь, по краям обитая сталью.

Клаим не ожидал, что враги установят арбалетную ловушку на запасном выходе, но чтобы обездвижить тяжеловооружённого воина вполне хватит даже одной напольной ловушки. Их следует избегать любой ценой.

Несмотря на небольшое расстояние до двери, Брейн шагал осторожно и лишь через несколько минут добрался до неё. Клаим стоял наготове внизу ступеней, чтобы в случае чего его не задело.

Унглас сначала постучал по двери мечом. Повторив несколько раз, он схватился за дверную ручку... и прокрутил. Затем замер. Когда юноша заволновался, что что-то могло пойти не так, Брейн повернулся к нему и печально сказал:

— Заперто.

Конечно же дверь будет закрыта.

— А, у меня есть кое-что. Секунду.

Он прозвенел в сторону двери последним из трёх колокольчиков. С помощью силы «Колокольчика для отпирания замков» замок еле слышно отворился.

Повернув ручку, Брейн приоткрыл дверь и заглянул внутрь в поисках врагов.

— Никого. Я пойду первый.

Последовав за ним, Клаим тоже зашёл.

Они попали в зал.

В углу стояла клетка, достаточно большая, чтобы внутри поместился человек. У стены было сложено бесчисленное множество деревянных ящиков. Хранилище? А не великовато ли?

На противоположной стороне зала находилась дверь без замка. Клаим прислушался, до ушей донёсся слабый шум, словно вдали происходили беспорядки.

Повернувшись, Брейн спросил юношу:

— Подождёшь здесь? Место достаточно большое, но... тебе определённо придётся драться с несколькими противниками одновременно.

— В таком случае я открою дверь, ведущую к выходу, и буду драться на лестнице.

— Хорошо. Я быстро осмотрюсь и скоро вернусь. Не вздумай умереть, Клаим.

— Удачи. Вы тоже будьте осторожны, господин Брейн.

— Если не возражаешь... можешь одолжить те колокольчики?

— Конечно. Простите, что не подумал.

Клаим передал все три Унгласу, и тот положил их в поясную сумку. Затем посуровел.

— Тогда я пойду, — сказал напоследок Брейн и ушёл через не имеющую замочной скважины дверь.

Оставшись один, Клаим осмотрел тихий зал.

Для начала он проверил, не прячется ли кто-то за ящиками. Потом, хоть и был обычным воином, поискал другие проходы. Впрочем, ничего не нашёл. Затем обследовал все эти бесчисленные ящики.

Он хотел отыскать информацию о других заведениях Восьми Пальцев. Было бы чудесно натолкнуться на контрабанду или незаконные товары. Конечно, настоящий поиск начнётся после захвата борделя. Но юноша желал провести расследование своими силами.

Среди больших и маленьких ящиков Клаим подошёл к самому крупному. Он был примерно два на два на два метра. Проверив его на всевозможные ловушки, юноша, разумеется, ничего не нашёл. Обладая плохой наблюдательностью и даже не смея подражать умениям вора, на иной исход не следовало и рассчитывать.

Приложив ухо к стенке ящика, он прислушался.

Не похоже, что там было что-то заперто, но в подпольном мире всё возможно. Они даже могут торговать монстрами. В некотором смысле вполне ожидаемо, что он не услышал никаких звуков. Клаим положил сверху руку и попытался открыть.

Не поддаётся.

Даже не миллиметр не сдвинулось.

Он огляделся в поисках чего-то вроде доски или палки, но беглым взглядом ничего не нашёл.

— Тогда ничего не поделаешь.

Перейдя к следующему по величине ящику, метровому, юноша попытался открыть его.

Этот открылся с лёгкостью. Заглянув внутрь, он увидел разнообразные наряды. Много потёртых платьев, но попадалась даже одежда, которую не постесняется носить дочь дворянина.

— Что это? Под ними что-то спрятано... не похоже. Или это запасная одежда? Некоторая похожа на рабочую, а это наряд горничной? Что это, чёрт возьми?

Клаим скривился, не понимая, для чего все эти костюмы. Он взял в руки какое-то платье — обычная одежда. Если она связана с преступлениями, то, вероятно, краденая. Однако такие улики — капля в море, их недостаточно, чтобы прикрыть бордель.

Оставив в покое непонятные вещи, Клаим перешёл к следующему ящику, что по размерам был как предыдущий. Как вдруг что-то загрохотало.

Невозможно. Он ведь проверил весь зал и убедился, что никого нет. В это мгновение в голову пришла неожиданная мысль. Кто-то мог с помощью невидимости скрываться здесь с самого начала.

Испугавшись, Клаим быстро повернулся в сторону источника шума — не открывшегося двухметрового ящика. Одной стороной он стоял к стене, а вторая теперь распахнулась.

Внутри не лежало никаких вещей, но стояло двое. Там обнаружился проход — в стене была проделана дыра. Ящик соединялся с секретным туннелем.

Пока Клаим изумлённо моргал, мужчины друг за другом вышли наружу.

Спина покрылась холодным потом.

Один из мужчин сильно походил на человека из рассказа Себастьяна. Его звали Сакъюлент — предположительно их самое большое препятствие в этом рейде и в то же время человек, которого они больше всего хотели захватить.

Это был член «Шести Рук», что, говорят, равны команде искателей приключений адамантового ранга. Враг, которого Клаим даже не надеялся победить, вытащил меч и заговорил, сузив глаза:

— Благодаря «сигнализации» я знал о нарушителях, поэтому решил пойти секретным ходом, но... может, вам следовало приготовить больше путей отхода?

Идущий за ним мужчина пронзительно отозвался:

— Сейчас уже ничего не поделаешь. — Приметив Клаима, он склонил голову на бок. — Хм? Кажется, я где-то видел этого паренька.

— Ваш знакомый мальчик? Даже я разозлюсь, если вы сейчас скажете это.

— Что ты, Сакъюлент? Я ведь не о том. Вспомнил, он подчинённый той девки, которую я ненавижу больше всего на свете.

— Говорите, это подчинённый принцессы? — Сакъюлент оглядел Клаима сверху донизу, словно облизывая его всего.

Хотя глаза стоявшего позади мужчины наполнились пугающей похотью, Сакъюлент, кажется, пытался оценить способности Клаима как воина, глядя на юношу словно змея, что пробует определить, поместится ли добыча в рот.

Стоявший позади мужчина облизал губы и спросил Сакъюлента:

— Я хочу взять его с собой, можно?

Дрожь пробежала по спине Клаима, сзади зазудело.

Ублюдок! Он из этих!

— За дополнительную плату.

Проигнорировав крик души Клаима, Сакъюлент повернулся к нему лицом. Хотя юноша, разумеется, не заметил никаких брешей в обороне, его посетило чувство, что он столкнулся с крепостью.

Сакъюлент внезапно шагнул вперёд.

Давление заставило Клаима отступить.

Бой не займёт много времени, когда разница в навыках столь явная. Однако ему следует попытаться выйти из трудного положения.

Если я сосредоточусь на защите, то смогу выиграть время, пока не придёт господин Брейн или господин Себас.

Но сначала нужно кое-что сделать.

Клаим вдохнул поглубже.

— Пожалуйста, помогите! — прокричал он во весь голос, выдыхая из лёгких набранный воздух.

Выиграть индивидуальное сражение — это не победа. Победу они будут праздновать лишь тогда, когда свяжут этих мужчин. Другими словами, если Клаим позволит врагу, а также человеку, который, кажется, владеет важной информацией, убежать, то проиграет. В таком случае нет причин колебаться, чтобы позвать на помощь.

Сакъюлент впал в ярость.

На противника теперь давит необходимость закончить бой настолько быстро, насколько это возможно. Иными словами, он охотнее прибегнет к сильным техникам.

Клаим, не снижая бдительности, наблюдал за ними.

— Господин Кокодол, теперь будет труднее захватить этого парня. Похоже, мне нужно закончить бой прежде, чем подоспеет его подкрепление.

— Что за чёрт! Разве ты не член Шести Рук? Ты что, не способен вырубить такого мальца? Не позорь своё прозвище, Дьявол иллюзий!

— Вы ставите меня в трудное положение. Что ж, я постараюсь, но не забывайте, что мы победим лишь в том случае, если вы уберётесь отсюда целым и невредимым.

Настороженно глядя на Сакъюлента, Клаим пытался понять, почему его называют Дьяволом иллюзий. Наверняка это имеет какое-то отношение к его способностям, иначе он не получил бы такую кличку. Если удастся найти её происхождение, он сможет хотя бы отчасти прочесть способности противника. Но, к сожалению, изучение внешности и экипировки врага ему ничего не дало.

Даже зная, что преимущество не на его стороне, Клаим подбодрил себя:

— Я охраняю эти двери. Пока я стою, вы не пройдёте!

— Вот скоро и проверим. Когда ты жалко упадёшь на пол.

Сакъюлент медленно поднял меч.

Хм?!

Клаим не поверил своим глазам.

Меч колыхнулся. И юноша не ошибся. Хотя это странное явление быстро исчезло, он ясно его видел.

Какой-то боевой навык?..

Вероятно, это как-то связано с его прозвищем «Дьявол иллюзий». Если так, то противник применил какой-то навык. Юноша и так не снижал бдительности, но решил, что следует быть ещё осторожнее.

Сакъюлент кинулся вперёд, занося меч для удара.

Человек, по силе равный искателям приключений адамантового ранга, не должен был так двигаться. Даже Клаим способен на большее. Юноша поднял меч для защиты, и... дрожь заставила быстро отступить назад.

В это мгновение он почувствовал резкую боль в боку и почти отлетел в сторону.

— Угх!

Отшатнувшись, Клаим опёрся о стену. Но обдумывать случившееся было некогда. Сакъюлент уже оказался прямо перед ним.

Он занёс меч как и раньше. Клаим поднял клинок, чтобы защитить голову, и головой вперёд прыгнул влево.

Боль пронзила правую, поднятую руку.

Перекатившись по инерции, он поднялся и не глядя махнул мечом.

Но разрезал лишь воздух.

Осознав, что противник не намерен давать ему и шанса, юноша осмотрелся, прижимая ладонь к правой руке. Он увидел, как Сакъюлент с осторожностью бежит к двери, ведущей к лестнице.

Клаим оставил без внимания уже почти открывшего дверь Сакъюлента и перевёл взгляд на Кокодола. Он заключил, что раз Дьявол иллюзий отвечает за его защиту, то этого хватит, чтобы тот вернулся. И предчувствие не подвело.

Сакъюлент внезапно остановил руку. Затем встал между Клаимом и Кокодолом, цокнув языком. Посмотрев на дверь, Клаима и Кокодола в таком порядке, он скривился:

—Подловил! Простите, но я убью выскочку прямо здесь.

— Что-о? Живым он послужит козырем против той суки.

— Я ошибся из-за него. Я сосредоточился на двери, которую он охраняет, но... именно ради этого он и бахвалился, что нас не пропустит. Этот ублюдок... играет со мной.

Отлично, он попался! Как я и думал, они ничего не знают о том, что происходит снаружи. Теперь они не убегут.

Сакъюлент — единственный телохранитель, поэтому глупо бежать, оставив Клаима живым и способным сражаться. Ведь если они встретят в конце лестницы его союзников, то попадут в окружение. По той же причине он не мог отпустить Кокодола одного, Сакъюленту придётся закончить битву с Клаимом.

Когда юноша, заявляя, что будет охранять проход, отошёл от него и нацелился на Кокодола, Сакъюлент попался на его блеф и укрепился в мысли, что кто-то стоит за дверью, и что они намерены окружить и захватить Кокодола живым. Для побега теперь нужно победить Клаима.

Конечно, если бы он знал, что происходит снаружи, всё пошло бы по-другому. Он просто открыл бы дверь и убежал.

Выиграв эту ставку, Клаим принял на себя возросшее намерение убийства и поднял меч.

— Ха-а...

Юноша терпел боль в боку и правой руке. Несколько костей, наверное, сломаны, но ему повезло сохранить подвижность. Нет, если бы не странное вожделение того извращенца, Клаим, скорее всего, уже умер бы от одного удара меча. Хоть на нём и была кольчуга, она не защищала полностью.

Но что это за удар такой был? Он проделал его на невероятной скорости? Не похоже...

В мыслях Клаима появилось лицо Газефа.

Говорят, что с помощью боевого навыка «Шестикратный удар света» Газеф Строноф наносит шесть ударов одновременно. Если это так, этот тип, наверное, практикует нечто подобное, но не настолько сильное, «Двукратный удар света».

Однако это значит, что Сакъюлент использует странную технику, где первая атака делается на нормальной скорости и лишь вторая — быстрая.

Что-то не сходится. Если бы я знал, что это за техника, то, может, как-то ещё справился бы, но... ладно, только защищаться опасно. Следует перейти в нападение?

Сглотнув, Клаим побежал. Когда он перевёл взгляд с Сакъюлента на Кокодола, у первого сильно исказилось лицо.

Телохранителю не понравится, если кто-то нацелится на охраняемое лицо, даже если это будет лишь угроза. По своему опыту знаю.

Подступая ближе, он делал то, что не понравилось бы ему самому.

Дьявол иллюзий. Дьявол, который использует иллюзии... есть вероятность, что само его прозвище — обман, но... это стоит проверить.

Подбежав достаточно близко, он ударил сверху вниз. Но, как и ожидалось, меч с лёгкостью отбили. Выдержав удар, он взмахнул ещё раз. Он не поднимал клинок высоко, так что силы вложил не много. Но всё равно этого хватило.

Когда Сакъюлент снова отбил палаш юноши, он удовлетворённо кивнул и увеличил расстояние между ними.

— Иллюзия! Это не боевой навык!

Он почувствовал, что что-то не так, когда меч отразили. Ему показалось, что он столкнулся не с клинком, а с чем-то другим, что чуть выступало вперёд.

— Твоя правая рука — иллюзия. Твоя настоящая рука и меч невидимы!

Юноша защищался от иллюзии, но пропускал удары невидимого меча.

Сакъюлент стёр все эмоции с лица и ровным голосом заговорил:

— Это так... Я просто объединил с магией иллюзий заклинание, которое делает часть тела невидимой, я же выбрал классы иллюзиониста и фехтовальщика. Скучный трюк, не находишь? Смейся, если хочешь.

Как он может смеяться? Звучит-то оно просто, что даже удивляешься, как не заметил раньше. Но в битве, где одного удара достаточно, чтобы распрощаться с жизнью, ничего более не ужасает, чем меч, который нельзя увидеть. А поверх него ещё и наложена иллюзия, благодаря которой легко забыть о настоящем клинке.

— Может быть, с мечом я обращаюсь похуже, чем ты, ведь у меня так себе навыки, но... — Сакъюлент повернул клинок и резко им взмахнул.

Но где же его настоящая рука? Вполне возможно, что видимая рука лишь иллюзия, а на самом деле он держит кинжал и прицеливается, чтобы его бросить. Клаим покрылся холодным потом, когда осознал ужас иллюзий.

— Иллюзионисту доступна лишь магия иллюзий. Заклинания высокого ранга могут нанести вред и убить, обманув мозг, однако... я ещё не достиг таких высот.

— Это не похоже на правду. Где доказательства?

— Полагаю, ты прав, — Сакъюлент улыбнулся. — Ну, у тебя нет причин верить мне. Так, хм, что я хотел сказать... точно. Я не могу магией ни усилить себя, ни ослабить тебя. Однако... сможешь ли ты отличить иллюзию от реальности? — Как только Сакъюлент закончил говорить, его тело разделилось. Казалось, словно несколько Сакъюлентов накладываются друг на друга. — «Множественные образы».

Хотя казалось, что один из них настоящий, никто не гарантировал, что это так.

Почему я дал ему время?!

Клаим хотел задержать противников как можно дольше, но очень опасно давать время заклинателю, чтобы тот себя усилил. Зарычав, юноша применил боевые навыки «Повышение способностей» и «Усиление восприятия» и одним махом сократил расстояние до Сакъюлента.

— «Глазная мигрень».

— Угх!

Клаим ощутил, как зрение частично затуманилось. Однако эффект тут же прошёл. Похоже, подействовала его сопротивляемость магии.

Упершись ногой о пол, юноша замахал мечом так, словно пытался порубить всех клонов. Однако достал лишь до одного. Как и ожидалось, чтобы уничтожить их всех, нужно найти оригинал. Иначе от меча не будет проку.

Получивший удар Сакъюлент распался надвое. Однако крови не было, и меч прошёл без сопротивления.

— Не тот.

Вдруг из глубин души поднялся холод, шею сбоку словно обдало жаром. Клаим прикрыл это место левой рукой. А затем её пронзила острая боль, и он с ужасом ощутил, как одежда покрывается свежей кровью. Если бы юноша не заметил жажду крови, если бы колебался жертвовать рукой, ему бы отрубили голову. Почувствовав облегчение, что удалось избежать смерти, он сжал зубы, терпя боль, и взмахнул мечом горизонтально.

И снова меч без сопротивления прошёл по воздуху.

Махать дальше — опасно.

Осознав это, Клаим использовал «Уклонение» и отступил. Он увидел, как два Сакъюлента одновременно поднимают мечи. Зная, что они иллюзия, Клаим прислушался.

Стук его кольчуги и биение сердца громко звучали в ушах. Но нужно слышать лишь звук врага.

Не тот, тоже нет... Этот!

Слабый свист шёл не от меча, что двигался в его сторону, а из пустого места перед Клаимом, быстро приближаясь к его лицу..

Юноша поспешно наклонил голову... по коже прошло тепло, резанув болью. Горячая жидкость полилась из щеки вниз и дальше по шее.

— Один шанс из двух! — Клаим выплюнул попавшую в рот кровь и вложил всё в эту атаку.

Левое запястье, которое он использовал в качестве щита, болело. Он не был уверен, нормально ли двигаются пальцы. Возможно даже, что перерезаны нервы. Но пока он может держать меч, не выпустит его с рук. Боль заставила ещё сильнее стиснуть зубы. Но раз рука двигается, то всё нормально. Правда, ладонь казалась раздутым шаром. Наверное, из-за боли.

Он крепко сжал рукоять обеими руками и, подняв меч над головой, опустил его вниз с такой силой, какую только сумел собрать.

Кровь. Клаим почувствовал, как прорезает что-то твёрдое, и кровь брызнула фонтаном. Похоже, в этот раз он сумел попасть по настоящему.

Сакъюлент упал, словно его смертельно ранили. Хотя было трудно поверить, что он победил человека, не уступающего искателю приключений адамантового ранга, тот и вправду повалился на пол — в этот раз глаза ему не лгали. Клаим унял поднимающуюся радость и перевёл взгляд на Кокодола, молча смотревшего в его сторону. Кажется, тот даже не собирался убегать.

Напряжения стало немного меньше. Наверное, именно поэтому его затошнило из-за обжигающей боли в щеке и руке.

— Это... не может называться полной победой.

Хотя было бы идеально захватить Сакъюлента живьём, Клаим на такое был неспособен. Тем не менее они смогут получить много информации, если удастся захватить человека, находящегося под защитой Шести Рук.

Клаим шагнул вперёд, чтобы задержать его, но увидел что-то странное в выражении лица Кокодола. Он был слишком спокоен.

Что послужило основанием для такой выдержки?

В это мгновение он ощутил, как живот пронзает что-то горячее.

Силы покинули тело. На мгновение зрение потемнело; когда он снова начал видеть, уже лежал на полу. Юноша не понимал, что происходит. Словно что-то металлическое и длинное врезалось в живот. Боль выбила весь воздух из лёгких. Перед глазами, что могли видеть лишь пол, появилась нога.

— Увы, ты вообще не можешь назвать это победой.

Он мучительно поднял голову и увидел почти невредимого Сакъюлента.

— «Лисий сон». Эту иллюзию я могу активировать, когда получаю травму. Знаешь, а это больно. Ты, наверное, подумал, что убил меня, да?

Он медленно прочертил пальцами прямую линию у талии. Вероятно, это был путь меча Клаима.

— Ха-ах. Ха-ах. Ха-ах. Ха-ах.

Дыхание участилось. Клаим чувствовал, как кровь выливается из живота, пачкая кольчугу и одежду.

Он умрёт.

Клаим с отчаянием вцепился в ускользающее сознание, разрываемое болью.

Если отключусь, умру точно.

Тем не менее, даже если он останется в сознании, это лишь вопрос времени. Сакъюлент, наверное, подойдёт, чтобы лично его прикончить.

Он дрался хорошо, учитывая, что вышел против человека адамантового уровня. Раз всё так закончится, остаётся лишь смириться с судьбой. Разница в силе очевидна.

Однако он не мог сдаться.

Никогда.

Клаим сжал зубы, словно пытаясь их раздавить.

Он не примет смерть. Он не умрёт без приказа Реннер.

— Ку, га-а! Угр, ух, — заскрежетав зубами, юноша выдавил крик, что больше походил на стон, и наполнил сердце гневом. Сердце, которое почти уступило боли.

Пока что он не может умереть, только не сейчас.

Клаим отчаянно подумал о Реннер. Ему хотелось и сегодня вернуться к ней...

— Времени не так много, так что я тебя просто прикончу. Умри, — Сакъюлент навёл меч на стонущего парня.

Рана смертельна, его смерть лишь вопрос времени. Однако у Сакъюлента появилось предчувствие, что лучше убить его здесь и сейчас.

— Эм... а не могли бы мы забрать его с собой?

— Господин Кокодол, прошу. Есть большая вероятность, что союзники этого сопляка стоят за дверью. И даже если мы возьмём его с собой, он умрёт ещё до того, как мы доберёмся до безопасного места. Пожалуйста, просто сдайтесь.

— Тогда по крайней мере давай возьмём его голову. Я пошлю её с цветами той суке.

— Да-да. Если только это... Э?! — Сакъюлент отпрыгнул.

Юноша взмахнул мечом.

Слишком резкий и точный удар для того, кто уже почти умер. Намереваясь презрительно глянуть на последнее отчаянное сопротивление этой жалкой добычи, Сакъюлент широко открыл глаза.

Опираясь на меч, Юноша встал на ноги.

Невозможно.

Сакъюлент, который убил даже не сотни, а тысячи людей, был уверен, что нанёс смертельную рану. От неё невозможно оправиться. Так говорил накопленный опыт. Поэтому он просто не мог поверить своим глазам.

— К-как ты стоишь?

По коже побежали мурашки. Этот парень словно нежить.

Длинная полоса слюны свисает изо рта, а лицо бледное — он словно откинул человеческую сущность.

— Я... не... могу... умереть. Пока... не... отплачу... за... доброту... госпо... нер.

Когда глаза парня повернулись к нему, Сакъюлент на мгновение перестал дышать. Это был ужас. Он испугался юношу, что сотворил невозможное. Но увидев, как парень шатается, мужчина пришёл в себя. Какой стыд, чтобы член Шести Рук испугался какого-то муравья, он не мог с этим смириться.

— Полумёртвый ублюдок! Умри! — Сакъюлент кинулся вперёд с уверенностью, что парень умрёт, нужно лишь воткнуть в него меч.

Но он был слишком надменен.

Между Клаимом и Сакъюлентом, если смотреть в целом, непреодолимая разница. Но если сравнивать Сакъюлента, ставшего иллюзионистом и фехтовальщиком, и Клаима, что тренировался как воин, лишь с точки зрения воина разница будет не такой уж и большой. Юноша даже сильнее. Только из-за магии он проигрывал телохранителю. Без усиления магией Сакъюлент слабее.

Со свистом меч взлетел вверх, звякнул металл.

Он сумел защититься от вертикального удара лишь потому, что юноша находился на грани смерти и его движения притупились.

У Сакъюлента на лице выступил холодный пот. Он зациклился на том, что противник почти мёртв. Теперь эта предвзятость полностью исчезла.

Как фехтовальщик, Сакъюлент обучался уклонению от вражеских атак, а тут пришлось защититься мечом. Настолько далёк от нормы был удар Клаима.

Полумёртвый на такое неспособен.

В голове Сакъюлента мелькнула тревожная мысль.

Нет, меч стал даже быстрее, чем когда он не был ранен.

— Да что с тобой, ублюдок?!

Стать сильнее посреди боя. Хотя это возможно, Сакъюлент в своей жизни никогда такого не видел.

Казалось, словно тот сбросил оковы.

— Что, чёрт возьми, происходит?! Это магический предмет? Боевой навык? — запаниковал он с таким отчаянием, что трудно было сказать, у кого сейчас преимущество.

С Клаимом произошли очень простые изменения.

Благодаря уроку Себастьяна функция мозга, защищающая тело, впала в хаос.

Во время того урока юноша испытал смерть. Сейчас, как и тогда, его жажда жизни встретилась со смертью, и ограничители в мозгу исчезли, наделяя его сверхчеловеческой силой, которую, например, человек часто проявляет при пожаре.

Хотя он увидел лишь один удар Себастьяна, без него юноша бы уже умер, так ничего и не сделав.

Сакъюлент защитился от мощной атаки, как вдруг его отбросило далеко назад.

Удар спиной о пол отдался даже в животе. Хотя орихалковая кольчуга защитила его, из лёгких выдавило весь воздух, и он не мог дышать.

Что произошло? Сакъюлент не мог понять, но стоявший в стороне Кокодол всё видел.

Парень ударил его ногой. Это удалось, так как Сакъюлент отвлёкся на блокирование его вертикального удара.

Не в состоянии понять происходящее, Сакъюлент поспешно встал на ноги. Быть ловким — это кредо фехтовальщиков. А лежать, растянувшись на полу, — смерть.

— Чёрт возьми! Ублюдок, какой из тебя ещё солдат?! Подумать только, что ты ударишь ногой! Тебе надо бы учебника придерживаться! — перекатившись, Сакъюлент быстро поднялся и, щёлкнув языком, излил своё негодование.

Такому стилю солдат не учат. Грязный стиль, как у искателей приключений. Вот почему нельзя снижать бдительность.

По спине Сакъюлента пробежал озноб.

Сначала он думал, что победит с легкостью, что быстро прикончит этого сопляка. Однако сейчас эта уверенность начинала исчезать.

Сакъюлент вдохнул, наблюдая, как опасный юноша постепенно слабеет.

По его лицу казалось, словно из-за предыдущей серии столкновений его пламя жизни догорело. Нет, так, наверное, оно и есть. Свеча горит ярко как раз перед тем, как выгорит, так и сила юноши.

Сейчас он по-настоящему умрёт даже от одного касания.

Сакъюлент почувствовал небольшое облегчение, а через секунду его охватил гнев.

Он сердился на тот факт, что один солдат доставил столько проблем члену Шести Рук. А ещё на себя за то, что считал это опасным. Однако бой уже закончен. Нужно всего лишь убить его и сбежать.

Однако...

— Этого достаточно.

Он едва успел.

Клаим лежал на полу с лицом, покрытым грязью и потом. Оно уже не то что посинело, а стало серым. Тем не менее он по-прежнему был жив. Но если немедленно не позаботиться о ране на животе, смерть настанет в течение нескольких минут.

Брейн вошёл в зал, не в силах почувствовать облегчение.

Внутри стояло двое мужчин, один из которых не был похож на бойца.

— Не мог бы ты побыстрее убить мальца, не обращая внимания на этого подозрительного типа?

— Если я так поступлю, этот тип в мгновение сократит между нами дистанцию и разнесёт меня одним ударом. Он на совершенно ином уровне по сравнению с сопляком. Для победы мне нужно сосредоточиться и сражаться, используя весь свой арсенал. Если я хоть немного уменьшу бдительность или зазеваюсь, всё будет кончено.

Тогда этот, должно быть, Сакъюлент, — понял Брейн. Внешность сходилась с его описанием. Честно говоря, он подумал так, когда увидел его с окровавленным кинжалом в руке рядом с клоном, но хватило и этого.

Брейн молча ринулся вперёд и в пол силы махнул мечом. Сакъюлент отпрыгнул назад, катана прошла по воздуху. Однако Брейн лишь хотел разделить врага и Клаима. Переступив упавшего на пол юношу, он остановился там, где мог прикрыть его.

— Клаим, ты как? У тебя есть что-то, чем можно вылечить раны?

Он не мог позволить себе терять время, потому говорил быстро. Если у него ничего нет, то надо побыстрее найти другой способ.

— Ха-а, ха-а, ха-а. Е... сть.

Глянув вниз, он увидел, как Клаим бросил меч и шевелит рукой.

— Хорошо, — с глубоким облегчением ответил Брейн и пронизывающе посмотрел на Сакъюлента. — Теперь я буду твоим противником. Я отомщу за этого парня.

— Неудивительно, что ты уверен в себе. У тебя есть катана — дорогое оружие с юга, нечасто его у нас увидишь. Никогда не слышал, чтобы такой воин был в Королевстве... могу я спросить твоё имя?

Он не собирался отвечать.

С Клаимом он разделял общую цель, они товарищи. В положении, когда товарищ может умереть, у него не было времени на вопросы, и...

Внезапно Брейн себя спросил:

Это правда я?

Разве он не выбросил всё, что не помогало улучшать мастерство владения мечом? Склонив было голову набок, Брейн в мыслях рассмеялся.

А-ах, теперь понятно.

Сердце, мечту, цель, путь в жизни — всё, ради чего он существовал, уничтожила Шалти Бладфолен, тот монстр. И на остатках этого нашлось место Клаиму. Когда Брейн сломался под дикой кровожадностью загадочного человека по имени Себас, Клаим продолжал стоять несмотря на слабость и тем самым завоевал уважение и восхищение Брейна Унгласа. Он увидел великолепие человека, который обладает тем, чего не хватало ему.

Стоя перед Клаимом, он глядел Сакъюленту в глаза. Почувствует ли Клаим то же великолепие, глядя Унгласу в спину, что и он когда-то увидел в юнце?

Если бы он прошлый увидел себя, то рассмеялся бы до слёз, говоря, что стал слабее.

Брейн считал, что воин слабеет, когда взваливает на себя ответственность. Воину нужна лишь острота, вот что он думал.

Однако... теперь он понял.

— Значит, такая жизнь тоже существует... теперь ясно. Газеф... похоже, я тебе ещё не ровня.

— Ты не слышал? Спросить снова? Имя скажешь?

— Прости. Не думаю, что есть смысл его говорить, но всё же скажу... Меня зовут Брейн Унглас.

Сакъюлент широко открыл глаза:

— Что! Ты?!

— Боже! Настоящий?! Он не подделка?!

— Настоящий, в этом нет сомнений, господин Кокодол. Уровень воина можно оценить по дороговизне его оружия. Для Брейна Унгласа, которого я знаю, катана как раз подойдёт.

Брейн горько улыбнулся:

— Большинство людей, которых я сегодня встретил впервые, обо мне знают... В прошлом я был бы счастлив, но сейчас не уверен, что чувствую.

Сакъюлент вдруг дружески улыбнулся. Брейн озадачился, но его замешательство сразу же прояснилось.

— Слушай, Унглас! Почему бы нам не прекратить бой? Такой как ты более чем подходишь, чтобы стать нашим товарищем. Почему бы не присоединиться к нам? Одного взгляда хватит, чтобы понять, что ты достаточно силён и подходишь Шести Рукам. Ты такой же, как мы. Разве ты не ищешь силу? Я по глазам вижу.

— Ты прав...

— Тогда Восемь Пальцев прекрасно тебе подойдут. Это величайшая организация для сильных! Ты сможешь получить могущественные магические предметы. Гляди на эту орихалковую кольчугу! Этот мифриловый меч! Кольцо! Одежда! Сапоги! Это всё магические предметы! Присоединяйся к нам, Брейн Унглас. Как и я, ты станешь членом Шести Рук.

— Как скучно... и это всё, что представляет из себя твоя банда?

Его невероятно холодное презрительное отношение заставило лицо Сакъюлента застыть.

— Что?

— Не слышал? Говорю, в твоей слабосильной банде нет ничего особенного.

— У-ублюдок!.. Хмпх. Тогда это значит, что ты сам не так уж и силён!

— Ты абсолютно прав. Перед поистине сильным монстром такой как я — ничто.

Брейну стало жаль лягушку в колодце, которая верит, что сильна. Он искренне, по-дружески её предупредил:

— Сила, о которой ты говоришь, тоже ничто. Вероятно, мы говорим об одном и том же, так что дам тебе совет. Даже если заявляем, что сильны, мы не представляем ничего особенного. — Глянув через плечо, Брейн убедился, что Клаим допил зелье. — И кое-что я понял. Сила, которую используешь ради других, превосходит силу, которую используешь только ради себя, — Брейн улыбнулся широкой, лёгкой улыбкой. — Может, разница ничтожна, но я всё же осознал её.

— Ни слова не понял из того, что ты мелешь... Жаль, Унглас. Жаль убивать гениального мечника, который был равен Стронофу.

— Убивать? Думаешь, что ты, тот, кто использует меч лишь ради себя, убьёшь меня?

— Конечно. С лёгкостью. Я убью тебя, а потом того сопляка. У меня больше нет причин сдерживаться, и я не собираюсь с тобой играться. Я выложусь на полную.

Продолжая держать Сакъюлента, начавшего читать заклинание, в поле зрения, он почувствовал сзади движение и предупредил:

— Лежи, Клаим. Ты ещё не полностью восстановился.

Дёрг. Движение прекратилось.

Брейн улыбнулся и, снова удивляясь самому себе, заговорил:

— Позволь мне позаботиться об остальном.

— ...Хорошо, я оставлю это на вас.

Вместо ответа Унглас рассмеялся и вложил катану в ножны, став в стойку. Затем перевернул тупой стороной вниз

— Осторожнее. Сакъюлент использует иллюзии. То, что они видимы, ещё не значит, что реальны.

— А, вот оно что... хлопотный противник, но... это не станет проблемой.

Брейн молча и не двигаясь наблюдал за Сакъюлентом. Должно быть, он закончил накладывать магию — количество клонов увеличилось до пяти. Ещё на нём появилась мантия, словно созданная из тени. Он даже близко не представлял, какую магию заклинатель использовал.

— Спасибо, что не мешал готовиться. Дай заклинателю достаточно времени, и он станет сильнее воина. Твоё поражение неизбежно, Унглас!

— Точно, не волнуйся об этом. Я тоже благодарен, что ты дал время поговорить с другом... Но не думаю, что я проиграю.

Хруст. Лежавший на полу Клаим пытался двигаться.

Юноша сожалел, что из-за него враг сумел наложить на себя магию. Вот почему, чтобы Клаим услышал, Брейн громко произнёс:

— Один удар.

— Что?!

— Говорю, я закончу это одним ударом, Сакъюлент.

— Попробуй, если сможешь!

Сакъюлент ринулся к нему вместе с клонами.

Как только он оказался в радиусе поражения катаны, Брейн спокойно повернулся беззащитной спиной к бегущим «противникам». И... на божественной скорости рубанул пустое место прямо возле Клаима.

Шмяк.

Что-то шлёпнулось и стены задрожали.

Кокодол и Клаим повернулись в ту сторону.

Сакъюлент упал на пол и не двигался. Меч покатился рядом с ним.

Брейн одним ударом отправил Сакъюлента в полёт, и тот врезался в стену на невероятной скорости. Если бы он использовал не тупую сторону клинка, то даже орихалковую кольчугу разрезал бы надвое, вот настолько сильным оказался удар.

— Моё «Поле» обнаружит твоё присутствие, даже если я тебя не увижу. Ты даже слуховую иллюзию использовал, чтобы собрать моё внимание впереди и напасть сзади... неплохой приём, но, увы, твоим противником оказался я. Да и пытаться напасть на Клаима было глупо. Ты, наверное, собирался убить его и нести чушь про то, как я не смог его защитить и подобное, но ты слишком сильно сосредоточился на том, чтобы атаковать лежавшего на полу парня. Забыл, против кого вышел?

Брейн вложил катану в ножны и улыбнулся Клаиму:

— Видишь, один удар, верно?

— Это было потрясающе!

Его голос частично перекрылся другим: «Это было великолепно». Двое открыли рот от потрясения. Голос принадлежал Себастьяну, но изумляло другое. Их потрясло направление, с которого он шёл.

Двое перевели взгляд в сторону Кокодола.

И увидели Себастьяна. Кокодол лежал рядом без сознания.

— Когда вы пришли? — спросил Брейн, на что дворецкий спокойно сказал:

— Только что. Похоже, все сосредоточились на Сакъюленте и не заметили меня.

— П-понятно, — ответил Брейн, но не думал, что такое возможно.

Я ведь активировал «Поле». Оно действует не очень далеко, но отследит всё, что в прямой видимости. И я всё равно не почувствовал?.. На такое движение был способен лишь тот монстр, Шалти Бладфолен. Когда меня ударила его жажда крови, мне подумалось, что он стоит на одном уровне с монстром. Неужели это правда? Кто же он такой?

— В любом случае, всех похищенных людей я спас. И, Клаим, я должен перед тобой извиниться, несколько охранников давали отпор так свирепо, что мне пришлось их убить. Пожалуйста, прости... это я хотел бы сказать. Но для начала следует залечить твои раны.

Себастьян подошёл к юноше и дотронулся до его живота рукой. Подержав пару секунд, он быстро её убрал. Но эффект оказался потрясающим. Лицо Клаима, что осталось бледным даже после выпитого зелья, тут же вернуло здоровый цвет.

— Мой живот излечён!.. вы священник?

— Нет, я не использовал силу Бога, я влил в тебя свою ки.

— Так вы монах! Неудивительно, я наконец понял, — закивал Брейн, теперь стало ясно, почему дворецкий не использует оружие или доспехи.

Себастьян утвердительно улыбнулся.

— Так что вы двое собираетесь делать дальше?

— Сначала пойду в пост стражи и объясню, что здесь произошло, затем приведу с собой нескольких солдат. А пока я хотел бы, чтобы господин Себас и господин Брейн посторожили их. Однако Восемь Пальцев могут послать подкрепление.

— Я уже сел в эту лодку, так что буду плыть на ней до самого конца.

— Я тоже не возражаю. Однако можешь держать всё относительно меня в секрете? Я приехал в эту страну по делам и не хочу привлекать лишнее внимание тёмной стороны иностранного государства.

— Мне же всё равно, Клаим. Ну, знай, что мой поручитель — это Строноф, так что решай сам.

— Хорошо, понял. Постараюсь не задерживаться.

Часть 3

Месяц последнего огня (девятый), третье число, 19:05

Когда ночь начала опускаться на Королевство, Клаим наконец вернулся во дворец.

Все раны зажили, но он невероятно устал. Пришлось не только сражаться, но и несколько раз проводить переговоры, чтобы уладить последствия, а это заняло время. В конце концов всё прошло гладко не из-за того, что Клаим был телохранителем Реннер, а потому что стража опасалась Восьми Пальцев и заняла пассивную позицию. Все боялись брать на себя ответственность, ведь Восемь Пальцев может устроить показательное убийство... и они боялись не без оснований. Вот почему он приказал солдату передать Реннер документ с кратким изложением положения и получил от неё разрешение написать своё имя и имя своей госпожи в качестве ответственных.

Конечно, в этом были свои недостатки, но также по крайней мере два преимущества.

Одно из них, очевидно, репутация Реннер.

С её помощью захватили членов организации, загрязняющей Королевство. Ещё она помогла вывести на чистую воду работорговцев. А кроме того, Реннер, никогда не выходившая из дворца, послала своего телохранителя — это тоже поднимет ей репутацию.

И второе — они отвели удар от Себастьяна и девушки, которую тот приютил. Поскольку его участие в деле скрыли, пока он вряд ли станет главной целью Восьми Пальцев.

Я не сильно помог при атаке, так что хотя бы это сделать было нужно.

Брейн сообщил, что лично доставит новости Газефу и сказал не волноваться.

Задумавшись над этим, Клаим рассеянно постучал в дверь Реннер.

Обычно он входил без стука. Но юноша решил, что в поздний час не стучаться — грубо. Однажды он увидел госпожу в тонком шёлковом платье, так что даже ей пришлось с ним согласиться.

Не услышав ответ, Клаим принюхался. Хотя юноша помылся, он уже привык к запаху крови и не был уверен, исчез ли он весь. Его наряд, разумеется, не подходит для встречи с принцессой, однако нужно побыстрее лично доложить о событиях сегодняшнего дня. Самое важное, это поговорить о вызволенных людях. Пока те женщины остались в отделении стражи, но в ближайшем будущем их следует переместить в безопасное место. А поскольку некоторые из них были ранены, нужно ещё послать священника, способного на лечащую магию.

Добросердечная госпожа Реннер обязательно протянет руку помощи страдающим гражданам.

Ему было больно доставлять столько неприятностей госпоже. Будь он немного сильнее... В конце концов, желая этого, он нигде не находил себе места. Даже когда служил такой замечательной госпоже, даже когда мог так жить.

— Э?.. Никто не отвечает?..

Он не услышал ответа, дозволяющего ему войти.

У двери не стояла ночная стража и, судя по времени, Реннер ещё не должна спать. Или она просто заснула, не сообщив ночному дежурному?

Клаим снова постучал.

На этот раз изнутри раздался слабый голос, дающий разрешение. Почувствовав облегчение, Клаим зашёл. Он уже решил, что сделает первым.

— Простите, что так поздно, — юноша низко поклонился.

— Я волновалась!

Реннер говорила неожиданно сердито. Госпожа Клаима редко злилась. Даже когда её оскорбляли, перед Клаимом она никогда не показывала даже намёка за злость. Вот почему он понял, что Реннер волнуется от всего сердца. Что-то тёплое собиралось вылиться из глаз. Сдерживаясь, он в поклоне снова и снова искренне извинялся.

— Я по-настоящему волновалась! Думала, что Восемь Пальцев напали первыми и сделали что-то с Клаимом и... Так что именно случилось? Я прочла краткий доклад, но не мог бы ты объяснить поподробнее?

Когда Клаим поднялся и собирался уже начать рассказ, Реннер, как обычно, предложила ему стул. Когда он уселся, девушка налила в чашку чай из «Горячей бутыли» и поставила перед ним. В воздух поднялся слабый пар. Сказав спасибо, он сделал глоток чая, который оказался как раз нужной температуры.

Клаим рассказал обо всём, через что прошёл в борделе. Он сообщил, что положился на власть Реннер и что есть люди, которым он хочет, чтобы она оказала помощь.

— Так что ты подумал, когда увидел их?

Когда он закончил рассказ, первый вопрос Реннер показался странным. Но раз она его задала, Клаим должен ответить.

— Жалел. Я подумал, что если бы был сильнее, то смог бы их спасти до того, как они попали в такую беду.

— Понятно... ты жалел их.

— Да.

— Ты добрый, Клаим.

— Госпожа, если тем женщинам понадобится охрана, я готов пойти в любое время.

— Тогда если это время придёт, я на тебя положусь. Но сейчас важно другое. Я хочу сообщить тебе кое-что заранее. Завтра, или максимум послезавтра, мы нападём на места, указанные в принесённом Лакюс пергаменте. Если после нападения на бордель пройдёт слишком много времени, то они станут бдительнее.

— Простите! Всё потому, что я действовал самовольно!

— Это не так, не волнуйся. Скорее даже, благодаря тебе я смогла решиться. К тому же, Клаим, ты хорошо постарался. Сумел поймать члена Шести Рук Сакъюлента, а также лидера отдела работорговли, Кокодола. Этого более чем достаточно, чтобы пошатнуть наших противников. Вот почему я хочу нанести по ним дополнительный удар. — Реннер ударила воздух; милое движение, в которое не было вложено ни силы, ни скорости. — Мы нападём прежде, чем они доберутся до этой информации!

— Понял! Я отдохну и соберу силы на завтра!

— Прошу. Завтра будет жестокий день.

Клаим покинул комнату. От него шёл едва заметный запах крови.

— Должно быть, тебе трудно, Клаим. Ну а теперь...

Допив остаток ставшего тёплым чая, Реннер поднялась и подошла к звоночку. Это был магический предмет, если его потрясти, то зазвенит связанный с ним звонок, что находился в соседней комнате. В мыслях возникло лицо горничной, которая ждала вызова в той комнате. К счастью, сегодня очередь этой девушки. Реннер холодно улыбнулась.

— Фух, какое лицо подойдёт теперь?

Принцесса встала перед зеркалом и растянула лицо вверх-вниз, держа щёки ладонями. Даже если человек сделает подобное, лицо вряд ли изменится. Но ей этого и не требовалось.

Убрав руки, Реннер улыбнулась.

— Нет. Это для случаев, когда я хожу по дворцу как принцесса.

В этот раз она ухмыльнулась, затем продемонстрировала иную улыбку. Перебирая одну за другой она наконец нашла невинную улыбочку.

— Думаю, эта подойдёт лучше всего.

Решив, что подготовка закончена, Реннер потрясла звоночек. И тут же горничная постучалась в дверь и вошла в комнату.

— У меня есть просьба. Можешь приготовить горячей воды?

— Конечно, госпожа Реннер.

Принцесса улыбнулась поклонившейся горничной.

— Что-то случилось? Вы кажетесь такой весёлой. Словно с вами произошло что-то приятное.

Убедившись, что добыча захватила наживку, Реннер снова счастливо улыбнулась:

— Ага! Просто невероятно! Клаим совершил нечто потрясающее!

Она заговорила как молодая девушка, идеально вписываясь в образ глупой принцессы, которая разбалтывает ценную информацию.

— Мои поздравления, ваше высочество.

Хотя горничная ловко попыталась скрыть свою вражду к Клаиму, ей этого не удалось. Такая реакция вызвала большой переполох в душе Реннер.

Я убью её.

Я убью и эту горничную.

Я убью любого, кто смотрит свысока на моего Клаима.

Но на лице Реннер не появилось ни следа того, что она знает правду. Нынешняя Реннер была невинной девушкой — не замечающей злобы других и прощающей грубость горничных, своего рода наивной, глупой принцессой.

— Это удивительно! Поистине удивительно! Клаим победил очень-очень плохих людей и освободил всех, кого они держали под замком. Сейчас они должны быть... ум, он сказал, что оставил их где-то в отделении стражи. Теперь мы можем наказать дворян, которые помогали этим плохим людям!

— Понимаю. Это и вправду удивительно. Как и ожидалось, ваш господин Клаим великолепен. А могу я услышать поподробнее о его подвигах?

Глупая девочка, заглотившая наживку Реннер, даже не подозревая об этом.

Она всё держала в своих руках; всё ради того, чтобы заполучить вожделенный объект.

Месяц последнего огня (девятый), третье число, 22:10

На улице собралась подозрительная группа лиц, словно сливаясь с тьмой.

У всех разная экипировка, они полностью отличались от солдат. Больше всего, наверное, напоминали искателей приключений.

Впереди стоял крепкий мужчина. За ним худощавый человек и женщина в платье из тонкого шёлка. Дальше — человек в мантии, и в самом конце мужчина в полной пластинчатой броне.

Группа смотрела на распахнутую дверь. За ней была непроглядная тьма, и больше не чувствовалось присутствия людей. И даже на улице кроме них, похоже, не было больше никого. Странно. Все товары борделя уже были перенесены в отделение стражи. Однако не могло быть и речи о том, чтобы не оставить часовых, хоть тут ничего и не осталось. Впрочем, если приглядеться к входу, то рядом можно было заметить разложенное место для костра, а значит, кто-то это здание всё же охранял. Просто пришедшие люди использовали свою власть, чтобы временно убрать часовых.

Стоящий впереди мускулистый мужчина, Зеро, посмотрел внушающим ужас взглядом на захваченный бордель и тихо, словно сочтя это подлым, заговорил:

— Какой фарс. Придётся извиниться перед Кокодолом. Я одолжил ему Сакъюлента, члена Шести Рук, а он так легко проиграл. Да ещё и в тот же день... поистине фарс.

Зеро сердито повернул голову через плечо из-за раздавшегося сзади хихиканья. Носившая платье из тонкого шёлка женщина хорошо знала характер Зеро, она поспешно заговорила:

— А, точно. Так, босс, что будем делать? Убьём попавшегося Сакъюлента? Он сейчас под арестом, силу применить будет трудновато. Придётся нанимать где-то убийцу... так что будем делать?

— Нет, мы не будем его убивать. Он ещё пригодится. Попрошу графа немедленно освободить его... придётся потратиться. Разузнайте вкусы графа.

Худой, легкомысленно выглядящий мужчина задал вопрос:

— А что с Кокодолом?

— Вероятно, он воспользуется своими связями. Если попросит, мы используем свои в качестве извинения. Что случилось со списком клиентов? До меня не доходила информация, что он попал в руки страже.

— Я ничего нового об этом не слышал. Вообще ничего, — мрачно произнёс человек в мантии. Словно эхо в свежевырытой могиле, из-за чего мурашки по коже шли. — Я бы очень хотел заполучить его себе. Пригодится для всевозможных угроз.

— Не говори глупостей. Если мы его возьмём себе, вызовем много подозрений. Другие подумают, что мы сами спланировали нападение. Если мы найдём список, то спрячем его в безопасном месте и позже передадим в знак извинения Кокодолу. К тому же он, вероятно, закодирован, и обычными методами его не взломаешь, так что он всё равно бесполезен, — ответил Зеро.

Худой мужчина пожал плечами:

— В любом случае, я позже попытаюсь узнать, что случилось со списком. Наверное, его хранят где-то в потайном месте... Кстати, а это невероятно. Как эта дыра была сделана? Оружием... или магией?

— Кулаком.

Все перевели взгляд на Зеро. Он повторился, заявляя, что повреждения были вызваны кулаком.

— Невероятно... провернуть такое кулаком.

— Дура, это ничто, — прервал он женщину и, вдохнув, ударил дверь.

Рука погрузилась в железо, словно прорывая бумагу. Зеро медленно вытащил кулак, оставляя такое же отверстие, как сделал Себастьян.

Худой человек потрясённо заговорил:

— Босса нельзя использовать для сравнения... Враг оказался достаточно силён, чтобы пробить стальную усиленную дверь и победить Сакъюлента, даже если тот слабейший в Шести Руках. Полагаю, он всё же опасен?

— Чепуха. Проигрыш Сакъюлента ещё не значит, что его противник был силён. — Человек с натянутым на глаза капюшоном рассмеялся. — Когда его иллюзии видны насквозь, он становится намного слабее нас. Он силён лишь тогда, когда есть явная разница в способностях между ним и противником. Но если сила одинакова или он чуть слабее, то он неминуемо проиграет. Вы ведь все и так это знаете.

Раздался небольшой смешок — согласие с теми словами, а также презрение к слабому.

— Так что мы будем делать? Ты лично этим займёшься? Не думаю, что столкновение окажется полезным, учитывая потери.

— Глупец, — Зеро не смог подавить гнев. — Если мы не сделаем пример из человека, напавшего на бордель, убив его, то наша ценность упадёт. С этого времени даже не думай о потерях. Нарушителя уничтожат все Шесть Рук... «Немёртвый король» Дэйбанок.

Носивший мантию мужчина протянул руку с шаром. Эта рука не принадлежала живому человеку. Шар ответил на эмоции владельца и выпустил странную ауру.

— «Палач пустоты» Пэсилиан.

Человек в полной пластинчатой броне, который до этого молчал, ударил кулаком в грудь с громким металлическим стуком.

— «Танцующий ятаган» Эдстром.

Со звоном металлических браслетов женщина грациозно поклонилась.

— «Убийца тысяч» Малмквист.

Худощавый мужчина со стуком свёл каблуки вместе.

— И я, «Боевой демон» Зеро!

Словно сговорившись, все вокруг Зеро кивнули.

— Для начала мы заплатим залог за Сакъюлента и других арестованных, затем соберём информацию. А после этого... подготовьте специалистов по пыткам. Мы покажем нарушителю ад. Он ещё сильно пожалеет о своей глупости!

Месяц последнего огня (девятый), третье число, 17:42

Когда Себастьян всё закончил и возвращался в особняк, солнце уже начинало садиться.

Клаим защитил похищенных людей, а Сакъюлент и владелец борделя арестованы. Вероятно, они будут очень заняты, и это должно дать немного времени.

А теперь что делать с Цуарэ? Лучше всего отвести в какое-то безопасное место. Однако, насколько знал Себастьян, под это описание подходит лишь одно место.

Беспокоясь об этом, Себастьян дошёл до особняка.

Собираясь открыть дверь, он остановил руку. На той стороне кто-то стоял. Хотя это присутствие принадлежало Солюшн, он не мог понять, почему она стоит прямо перед входом.

Что-то случилось?

Чувствуя тревогу, Себастьян открыл дверь. И застыл от неожиданности.

— Добро пожаловать. Господин Себас.

Он увидел Солюшн в униформе горничной.

По спине прошёл мороз.

В доме с человеком, положение которого неизвестно, — Цуарэ, — Солюшн должна вести себя как дочь купца, а она надела наряд горничной. Потому что притворяться больше нет необходимости? Или есть причина, требующая такой одежды?

Если первое, то значит, что-то случилось с Цуарэ. Если же второе...

— Господин Себас, владыка Аинз ждёт вас.

Услышав тихий голос Солюшн, Себастьян ощутил, как сердце забилось громче.

Он, кто оставался спокоен даже перед лицом могущественного врага, по силе сравнимого со Стражами, этот Себастьян занервничал при известии о прибытии господина.

— П-почему... — выдавил он, язык словно заплетался.

Солюшн поглядела на него, ничего не говоря.

— Господин Себас, владыка Аинз ждёт вас.

Больше не нужно было слов. Её поведение говорило само за себя. Себастьян последовал за Солюшн.

Шаги были тяжёлыми, как шаги преступника, поднимающегося на эшафот.

Персонажи

Послесловие

С вами автор, Маруяма Куганэ. Прошло так мало времени, а уже опубликован пятый том «Властелина». Благодарю всех читателей, что поддержали серию. Спасибо вам огромное.

Поскольку пятый и шестой тома — две части одной истории, нужно ли вообще послесловие? Я обговорила это дело с господином редактором, и он сказал, что некоторые люди ждут не дождутся, чтобы его прочесть... есть такие? Неужели послесловие правда интересно читать? Хм... в словах редактора есть смысл или он просто хочет, чтобы я откопала и написала что-то интересное?

Интересное... чтобы справиться с разными вопросами относительно пятого и шестого томов, каждые выходные от августа до конца ноября я зависала дома, стараясь поскорее закончить книгу... вот только это на ум и приходит.

Кроме того, поскольку шестой том, как и четвёртый, будет продаваться в специальном издании вместе с аудио драмой, процесс публикации стал даже более сжатым, чем обычно. Это меня просто убивало...

Вот что такое быть писателем на полставки!

Эх... Даже чуточку не интересно. Только разбивает ваши мечты.

Ладно, поговорим о другом.

Одновременно с «Властелином» я работаю и над продолжением веб-версии. Однако после выхода шестого тома по меньшей мере девяносто процентов будет составлять оригинальный материал.

Изначально, собираясь переписывать веб-роман в качестве печатной книги, я хотела добавить некоторые новые элементы. Такого рода мысли примут форму в следующем томе.

Сама работа уже закончена. Так что если ничего не случится, книга будет в продаже с января 2014, и я надеюсь снова увидеться со всеми вами в послесловии тома.

Теперь позвольте перейти к части, где я благодарю других.

So-bin-сама, спасибо за иллюстрации, а также студии дизайна «Chord Design Studio». Осако-сама, отвечавший за вычитку и редактирование, редактор Ф-тан-сама и много других, помогавших в создании романа. Спасибо вам огромное. А ещё есть Хани, спасибо за вашу помощь.

И наконец позвольте искренне поблагодарить всех вас, читателей, купивших книгу.

Декабрь 2013, Маруяма Куганэ

Том 6: Люди в Королевстве (часть 2)

Начальные иллюстрации

Глава 6. Преддверие беспорядков в королевской столице

Часть 1

Месяц последнего огня (девятый), третье число, 17:44

Дверь приёмной начала неторопливо отворяться. Хотя петли были обильно смазаны, она открывалась медленно, словно в помещении было более высокое давление. Как и в сердце Себастьяна. Если бы дверь знала о его чувствах, то осталась бы запертой, но она повела себя иначе, и дворецкий увидел всех, кто ждал внутри. В обычно пустой комнате стояло четверо представителей гетероморфной расы. Один — воин голубого цвета. Он отменил свою холодную ауру и жёстко стоял с алебардой в руке. Вторым был дьявол. Какие эмоции скрыты под его ухмылкой? В руках дьявол держал похожего на эмбрион ангела с крыльями, напоминающими ветки деревьев.

И последним был...

— У меня нет оправдания моему опозданию.

Изо всех сил подавляя дрожь в голосе, Себастьян низко склонился перед единственным из четверых сидевшим. Дворецкий, служивший и управляющим, со страхом и уважением мог поклониться лишь ему — одному из Высших существ, Аинзу Оалу Гоуну.

Правитель Назарика, обладающий непреодолимой силой. В руках держит посох Аинз Оал Гоун, что излучает тёмную ауру. В пустых глазницах мерцают красные огоньки. Себастьян почувствовал, как эти глаза медленно его изучают.

— Не переживай так, Себас. Это я ошибся, что пришёл без предварительного уведомления. Входи, мы не сможем поговорить, если продолжишь кланяться у двери.

— Да.

Отозвавшись на этот тяжёлый голос, Себастьян выпрямился, не поднимая головы. Когда он сделал шаг вперёд, по спине пробежал холод. Он ощутил скрытую вражду и намерение убийства. Его взгляд медленно переместился на двух Стражей. Те делали вид, что игнорируют его, но так мог подумать лишь обычный человек. Себастьян уже понял: в этой напряжённой атмосфере нет ни капли дружелюбия. Его даже считают врагом. Догадываясь о причине их враждебности, дворецкий задумался, слышат ли остальные его громко стучащее сердце.

— Будет лучше, если ты встанешь там.

Холодный голос Демиурга остановил Себастьяна. Далековато от господина, но почтительно, учитывая размеры комнаты, и для разговора достаточно. Однако Аинз сказал бы Себастьяну подойти ближе. А потому дворецкий ощутил ещё большую изоляцию. Кроме того, расстояние оказалось как раз идеальным для удара Коцита.

Пришедшая с Себастьяном Солюшн осталась у двери.

— А теперь...

Костяные пальцы Аинза издали глухой звук, хотя Себастьян не мог понять, каким образом.

— Сначала хочу спросить тебя, Себас. Я должен объяснять, почему прибыл сюда?

Тут могла быть лишь одна причина. Обстоятельства говорили сами за себя.

— Нет, я понимаю.

— Тогда я хочу услышать это от тебя лично, Себас. Мне докладывали, что ты подобрал себе милую домашнюю зверушку, это так?

Как и ожидалось.

По спине Себастьяна пробежал холод. А затем он понял, что всё ещё не ответил господину и быстро произнёс:

— Да!

— Ты не сразу ответил... Спрошу снова, Себас. Ты подобрал милую зверушку?

— Да, я подобрал её.

— Тогда почему не доложил об этом мне? Можешь объясниться?

Плечи Себастьяна задрожали, он посмотрел в пол, боясь, что сделает только хуже, если ответит. Видя, что дворецкий ещё не ответил, Аинз наклонился на стуле. Раздался громкий скрип.

— Что такое, Себас? Ты, кажется, потеешь. Тебе дать платок?

Аинз чрезмерно величественным движением достал носовой платок и беззаботно кинул его в сторону дворецкого. Платок перелетел через стол и раскрылся, прежде чем упасть на пол.

— Разрешаю использовать его.

— Да! Благодарю, — Себастьян шагнул подобрать платок, но колебался его использовать.

— На нём нет крови зверушки. Я просто не хочу видеть, как ты сильно потеешь.

— Простите, что повёл себя недостойно, — Себастьян разложил носовой платок и вытер лицо. Тот изменил цвет, впитав неожиданно много влаги.

— Итак, Себас. Отправляя тебя в столицу, я велел записывать всё и посылать назад. Просто тебе одному трудно определить, какая информация окажется полезной, а какая нет. На самом деле в докладах ты много писал и о слухах, так?

— Да.

— Демиург, прошу это подтвердить, поскольку ты тоже читал всё, что посылал Себас. Там где-то упоминалось о зверушке?

— Нет, владыка Аинз. Я проверил несколько раз, но не нашёл ни единого слова.

— Тогда скажи, Себас, почему ты так поступил. Почему ты не написал о ней?.. Я хочу знать, почему ты проигнорировал мой приказ. Слова Аинза Оала Гоуна недостаточно, чтобы тебя заставить?

Все напряглись. Дворецкий поспешно ответил:

— Конечно нет. Я допустил ошибку, подумав, что это недостаточно важно, чтобы докладывать вам, владыка Аинз.

Комната погрузилась в тишину.

Себастьяна пронзило четыре намерения убийства: от Коцита, Демиурга, ангела, которого тот держал в руках, и Солюшн. Достаточно лишь одной команды, и они без колебаний атакуют.

Не было страха смерти. Умереть за Назарик — большая честь, но мысль умереть предателем заставила Себастьяна содрогнуться. Для создания сорока одного Высшего существа это величайший позор. Когда лоб дворецкого снова покрылся потом, Аинз произнёс:

— Так ты говоришь, что это твоё собственное глупое решение? Это ты имеешь в виду?

— Да, владыка Аинз. Пожалуйста, простите мою неосмотрительность.

— Хм-м... неужели?.. Хорошо, я понял, — снова обычным голосом ответил Аинз, выслушав искренние извинения Себастьяна, и атмосфера вернулась в норму.

Однако дворецкий не смог вздохнуть с облегчением, от следующей команды владыки у него внутри всё оборвалось.

— Солюшн. Приведи сюда зверушку Себаса.

— Хорошо.

После ухода Солюшн дверь тихо закрылась. Обладающий острым слухом дворецкий проследил, как шаги горничной постепенно отдаляются. В комнате находилось четыре гетероморфных существа: Аинз, Демиург, Коцит и странной формы ангел. Они не утруждали себя сокрытием внешности, потому что в этом не было нужды? Если кто-то из Назарика решит заткнуть человеку рот, убийство — лучший способ. Следовало отпустить её раньше. В мыслях Себастьян покачал головой, но уже слишком поздно так думать. Он почувствовал, как к двери подходят двое.

Что мне делать?

Дворецкий перевёл взгляд на пустой потолок. Если она войдёт сюда, ему нужно решить. А выбор есть только один. Посмотрев на Демиурга и Аинза, которые до сих пор за ним наблюдали, он снова уставился в пол. Раздался стук, и дверь открылась. Появились две девушки, как и ожидалось.

— Я привела её.

Хотя дворецкий стоял к ней спиной, он услышал, как застывшая в дверном проёме Цуарэ ахнула. Наверное, она запаниковала, заметив дьявола, Демиурга. Или испугалась гигантского насекомого, Коцита. Или побоялась ангела, похожего на эмбрион. Или же застыла от потрясения, когда увидела воплощение смерти, Аинза. Или, наверное, всё это вместе.

При виде Цуарэ недовольство Стражей лишь возросло. В некотором смысле, она — олицетворение ошибок Себастьяна. Девушку трясло от направленной на неё враждебности. В этом мире Стражи были непреодолимыми сущностями, все слабые будут дрожать от страха при одном их появлении. Не заплакав, Цуарэ совершила невероятный подвиг. Не оборачиваясь, Дворецкий почувствовал на себе взгляд девушки. В его присутсвии она становилась смелее.

— Коцит, Демиург, прекратите. Берите пример с Виктима, — спокойно произнёс Аинз, и атмосфера изменилась.

Нет, можно сказать, что вся направленная на Цуарэ враждебность просто исчезла. Аинз протянул к ней левую руку, приглашая заходить.

— Входи, человеческая зверушка Себаса, Цуарэ.

Словно находясь под заклятием, она нетвёрдыми шагами пересекла порог.

— Ты не попыталась убежать, очень похвально. Или ты услышала что-то от Солюшн? Что от твоего поведения зависит судьба Себаса?

Не перестающая трястись Цуарэ не ответила. Дворецкий ещё сильнее спиной почувствовал её взгляд. Этого хватило, чтобы он понял её истинные чувства. Цуарэ без колебаний встала позади Себастьяна. Коцит медленно подошёл и остановился за ней, словно ожидая чего-то. Девушка сжала рукав дворецкого. Себастьяну вспомнилось, как она впервые схватилась за него в том переулке. Вероятно, веди он себя тогда аккуратнее, и всего этого не случилось бы.

Демиург холодно посмотрел на Цуарэ и вдруг...

— На колени немед...

Раздался щелчок пальцев.

Заговоривший дьявол понял намерения господина и проглотил слова.

— Всё хорошо, Демиург. Поскольку она проявила смелость и не убежала, я, правитель Назарика, прощаю ей плохие манеры.

— Мои глубочайшие извинения, — попросил прощения Демиург, Аинз кивнул.

— Итак... — Стул заскрипел от перераспределения веса. — Сначала позволь представиться. Меня зовут Аинз Оал Гоун, я хозяин Себаса.

Это так. Сорок одно Высшее существо управляют всем, даже жизнью и смертью Себастьяна. Владыка заявлял, что Себастьян по-прежнему его слуга, это принесло дворецкому величайшую радость. Увы, счастья хватило лишь на то, чтобы у него немного задрожала спина. Не из-за Цуарэ, поскольку на мгновение он даже забыл о её существовании. Нет, это было чем-то иным. Пока Себастьян обо всём этом думал, разговор продолжался.

— Ах... я...

— Всё в порядке, Цуарэ. Я лишь хочу знать, что ты существуешь. Кроме этого я в тебе никак не заинтересован. Тебе просто нужно стоять здесь. Скоро ты поймёшь, почему я тебя позвал. Итак... — красный свет в пустых глазницах Аинза колыхнулся, — Себас, я хочу услышать это от тебя. Приказываю хорошо всё обдумать.

— Да.

— Из-за этой бесполезной женщины ты навлёк на себя большие хлопоты, я прав?

— Да.

Цуарэ чуть сжалась при упоминании «бесполезной», но Себастьян не дрогнул.

— Ты не думаешь, что это умышленное неподчинение моему приказу?

— Я глубоко извиняюсь, что мои мелкие мысли разгневали вас. Я должен быть осторожен, чтобы это снова не повторилось...

— Всё хорошо.

— Господин?

— Я сказал всё хорошо. — Аинз снова переместился на стуле, и тот заскрипел. — Все делают ошибки. Себас, я прощаю твой проступок.

— Я благодарен владыке Аинзу за его великодушие.

— Но у всех ошибок есть своя цена... убей это.

Напряжение вновь поглотило комнату, казалось, что похолодело на несколько градусов. Но на самом деле это было не так. Это ощутил лишь Себастьян, остальные из Назарика не изменились.

Дворецкий сглотнул.

Что он приказал убить? Нет, не было нужды спрашивать. Когда всё так обернулось, на сердце Себастьяна упала непреодолимая тяжесть, он с трудом открыл рот:

— Прошу... прощения...

— Хм... Я приказал уничтожить корень твоей ошибки, этим ты искупишь вину. Если останется хоть малый след ошибки, это станет плохим примером для других. Ты — дворецкий Назарика. Тот, кто стоит над многими. Нельзя, чтобы кто-то с твоим положением ничего не делал, чтобы исправить свои ошибки.

Выдохнув весь воздух, Себастьян снова вдохнул. Он, кто не боялся сильнейших противников, чувствовал себя трясущейся добычей, загнанной хищником в угол.

— Себас, ты следуешь решениям Сорока одного Высшего существа, или собственным?

— Я...

— Не нужно отвечать. Покажи это своими действиями.

Аинз закрыл глаза и снова их открыл.

Секундное колебание... нет, даже секунды много. Этих мгновений хватило, чтобы преданные слуги, такие как Коцит, Демиург и Солюшн, снова показали враждебность. За это время Себастьян решил. Он — дворецкий Назарика. И ничего более. В такое положение он попал из-за своей глупой нерешительности. Если бы он ранее попросил разрешения, этого бы не произошло. Это всё его вина.

С суровым взглядом Себастьян повернулся к Цуарэ, и та отпустила руку. Она повисела мгновение в воздухе, затем упала. Увидев его лицо, девушка поняла, какое решение он принял. Закрыв глаза, она улыбнулась. В ней не было ни страха, ни отчаяния. Это — лицо мученицы, принявшей свою судьбу. Себастьян тоже не колебался. Он был спокоен. Дворецкий действовал так, как и должен действовать подданный Назарика. Нет причин не подчиняться приказам господина.

Сожалениям здесь не место. Лишь преданности.

Себастьян крепко сжал кулак и даровал ей единственную милость, которую мог позволить, — быструю смерть. Его кулак полетел к голове Цуарэ.

И...

Что-то его перехватило.

— Почему ты вмешался?

Кулак Себастьяна, который должен был снести голову Цуарэ, заблокировали. Коцит схватил его одной из своих рук. Страж пятого этажа не дал ему выполнить приказ господина, неужели это неповиновение мастеру? Но удивление Себастьяна продлилось недолго.

— Достаточно, Себас.

Собираясь ударить во второй раз, Себастьян услышал слова Аинза. Тот не делал замечание Коциту, а лишь приказывал дворецкому прекратить. Другими словами, Коцит остановил Себастьяна, потому что так было запланировано.

Всё было игрой, призванной проверить преданность и волю Себастьяна. Цуарэ чуть приоткрыла глаза и убедилась, что её пока не собираются убивать. Когда угроза смерти прошла, ушло и всё напряжение, Цуарэ всхлипнула, а тело снова начало трясти. Ноги дрожали, она могла упасть в любое мгновение, но Себастьян не поддержал её. Нет, он не мог её поддержать. Ведь что он сделал? Он её бросил. Не обращая внимания на охваченную ужасом Цуарэ, Коцит заговорил с Аинзом:

— Это и вправду был смертельный удар.

— Тогда я заявляю, что преданность дворецкого больше не стоит под вопросом. Ты хорошо постарался, Себас.

— Да! — дворецкий с жёстким выражением на лице низко поклонился.

— Демиург. Есть возражения?

— Никаких.

— Коцит?

— Нет.

— Виктим?

— НЕыцшлТын.

— Тогда перейдём к следующему вопросу. — Аинз щёлкнул пальцами и поднялся, взмахом руки поправляя плащ. — Благодаря Себасу мы собрали много информации. Больше нет причин здесь задерживаться. Потому мы вернёмся в Назарик. Об этой женщине позаботишься сам. Хотел бы сказать, что раз ты по-прежнему предан мне, мы не вмешаемся, но нам нужно немного её изучить, прежде чем отпускать. Появится много проблем, если она решит пойти в город рассказывать дикие истории, разве нет, Демиург?

— Верно, это так. Пока существует неизвестный враг, любыми средствами нельзя допускать утечек информации.

— Тогда что мы сделаем?

— Могу предложить сначала её протестировать.

— Неплохая мысль... Себас, мы немного отложим дело Цуарэ. Пока мы её не убьём, но у меня нет гарантии, что с ней ничего не случится в будущем.

Себас не смог скрыть удивления. Раз судьба Цуарэ ещё не решена, то не значит ли это, что даже Великий правитель Назарика не может принять немедленное решение?

— Владыка Аинз, это из-за моих ошибок мы уходим из этого особняка... из столицы?

— Да, но не совсем... Как я сказал, мы уже добыли всю необходимую информацию. А поскольку больше нет причин оставаться тут под прикрытием, я решил, что безопаснее просто отступить. Демиург, я отнесу Виктима и сразу же вернусь. — Взяв ангельский плод, лич проговорил: — «Великая телепортация»!

Аинз махнул плащом, словно актёр, и активировалась магия. Его как будто затянуло в чёрную дыру, и он исчез. На мгновение Себастьяна поразило новое действо владыки, которое он никогда прежде не видел, но дворецкий взял себя в руки.

— Демиург, похоже, она очень устала, я хотел бы дать ей немного отдохнуть. Сейчас ведь с этим не будет проблем?

— Полагаю, что нет, — Демиург дьявольски улыбнулся и спокойно указал на дверь, словно выпроваживая его. — Но помни: при необходимости мы позовём её снова. Может, этого не понадобится, но я не хочу в столице заниматься охотой на лис.

— Пожалуйста, следуй за мной.

— ...Да, — сипло ответила Цуарэ и пошла за дворецким, едва перебирая ногами.

Их шаги эхом разносились по коридору. Себастьян и Цуарэ молчали, вскоре показалась её комната. Она располагалась недалеко, но пройденное расстояние казалось таким большим. Только когда они оказались перед дверью, Себастьян заговорил, словно решившись:

— Я не извинюсь. — Он ощутил, как Цуарэ сзади дрогнула. — Но это моя вина, что мне приказали тебя убить. Будь я осторожнее, этого бы не случилось.

— Господин Себас...

— Я преданный слуга владыки Аинза и сорока одного Высшего существа. Если это повторится, я снова выполню приказ... Так что, пожалуйста, будь счастлива среди людей. Я попрошу его... владыка умеет управлять памятью, я попрошу его стереть все твои воспоминания, будь счастлива.

— Включая воспоминания о вас?..

— Обо мне тоже. Ничего хорошего не случится, если ты меня запомнишь.

— Но что именно хорошо для меня?

Себастьян повернулся к Цуарэ, ощутив в её голосе сильную волю. И увидел женщину, которая была всё ещё в слезах, но со стальной волей во взгляде. Он попытался придумать, чем её убедить. Назарик и вправду удивительное место, благословлённое сорока одним Высшим существом. Однако лишь для их созданий и остальных НИП Назарика. Бездарный человек там не выживет. И слабых, как Цуарэ, тоже не примут. Это невозможно без благословления господина, так что Себастьян заговорил:

— Я ведь сказал, будь счастлива среди людей.

— Моё счастье — быть рядом с господином Себасом. Пожалуйста, возьмите меня с собой.

Себастьян немного проникся к ней симпатией.

— Даже такой мелочи радуешься. Ты просто так думаешь из-за ада, в котором находилась.

Поскольку она прошла через много бед, то чувствовала себя счастливой даже в плохих условиях. Себастьян так рассудил, но Цуарэ с улыбкой покачала головой:

— Это место мне не кажется адом. Я вдоволь ем и получила хорошую работу... Я родилась и выросла в маленьком селе, там жизнь тоже была трудна. — На мгновение девушка словно посмотрела вдаль, но потом снова перевела взгляд на Себастьяна: — Мы обрабатывали землю, даже когда страдали от голода, но местный лорд забирал большую часть урожая. У нас оставалось недостаточно, чтобы себя прокормить. А ещё мы были игрушками для него. Даже когда я кричала, он насиловал меня, хохоча. Пока он смеялся, я...

— Я понимаю...

Себастьян обнял Цуарэ, которая жёстко засмеялась, и нежно положил руки ей на плечи. Он ощутил, как из ее глаз хлынул поток слез, словно прорвало плотину. Многого в человеческом мире Цуарэ не видела, но для неё он ограничивался лишь страшным опытом.

Дворецкий думал о том, что будет лучше для неё. Ответ был лишь один. Однако вполне возможно, что это разгневает господина, и тогда придётся убить Цуарэ.

— Возможно, ты умрёшь.

— Если от ваших рук... рук того, кто спас меня от смерти, то всё хорошо.

Увидев лицо девушки, Себастьян принял решение и приготовился.

— Хорошо, Цуарэ. Я попрошу владыку Аинза взять тебя в Назарик.

— Спасибо.

— Ещё рано для благодарности. Если он прикажет убить тебя, то...

— Я готова.

— Тогда... хорошо.

Себастьян убрал руки и попытался отойти, но Цуарэ не отпустила. Она снизу вверх посмотрела на него, крепко вцепившись в одежду. В её глазах он заметил ожидание. У дворецкого были на этот счёт свои мысли, но он не мог с уверенностью их подтвердить. Кроме того, он хотел кое в чём убедиться:

— Ты точно не будешь сожалеть, если покинешь человеческий мир? Не захочешь вернуться?

Уход в Назарик не значит, что она никогда снова не увидит человеческое общество. Да и нет особых причин удерживать её там. Но всё равно такая вероятность существует.

— Я хотела бы снова увидеться с младшей сестрой... Но я не особо хочу вспоминать прошлое...

— Тогда ладно, подожди в этой комнате. Я встречусь с господином Аинзом.

— Хорошо.

Отпустив одежду Себастьяна, Цуарэ обхватила его за шею. Игнорируя ошеломлённого дворецкого, она встала на цыпочки. Затем губы Себастьяна и Цуарэ сошлись. Нежность продлилась лишь мгновение, прежде чем девушка отодвинулась.

— Электризующе, — Цуарэ дотронулась обеими руками до губ. — Это мой первый счастливый поцелуй.

Себастьян ничего не ответил, но девушка радостно улыбнулась:

— Тогда я буду ждать здесь. Пожалуйста, позаботьтесь обо всём, господин Себас.

— Ах, да... я быстро.

— Что-то случилось? У тебя лицо красное. — Первое, что услышал Себастьян, вернувшись в приёмную.

Он сделал глубокий вдох и выдох. Не следует показывать свою эмоциональность, если собираешься пойти на аудиенцию к господину. Подавив подсознательное желание коснуться губ, Себастьян надел маску идеального спокойствия.

— Ничего, господин Демиург.

— Нет нужды называть меня господином. Даже перед владыкой Аинзом. А ты что думаешь, Коцит?

— Не имеет значения.

Себастьян кивком показал, что понял двух Стражей.

Через пять минут пространство в комнате искривилось. На том месте появился Аинз. У него не было с собой посоха Аинз Оал Гоун, а также Виктима. Себастьян, Коцит, Демиург, Солюшн. Все четверо встали на одно колено и опустили голову.

— Хорошо, что все собрались. — Аинз вернулся на старое место за столом. — Поднимитесь.

Все четверо выпрямились, заметив, что Аинз в хорошем настроении.

— Демиург, разве этот инцидент не показал, что ты слишком осторожен? Я даже на секунду не сомневался в том, что Себастьян нас не предавал. Ты слишком осмотрителен. Разве мы не убедились в его верности в Тронном зале?

— Простите, что заставил вас волноваться. Я навечно вам признателен, что вы приняли моё никчёмное предположение.

— Всё хорошо. Даже я совершаю ошибки. Зная, что Демиург предложит ещё одну точку зрения, я могу быть спокоен. Более того, я не настолько мелочен, чтобы упрекать других за советы. — Аинз отвернулся от низко поклонившегося Демиурга. — Теперь, Себас, нужно поговорить о том, что делать с этой человеческой женщиной.

Себастьян напрягся.

— Да, — выдавил он, внимательно наблюдая за выражением лица господина. — Что вы собираетесь делать с Цуарэ?

После небольшой паузы разговор продолжился.

— Давай посмотрим. Я ведь упоминал, что если просто её отпустим, может утечь информация касательно Назарика, так?

Демиург кивнул:

— Да, владыка. Что вы собираетесь с ней делать?

— Изменю ей память. Затем... дам немного денег и выпущу где-то в подходящем месте.

— Владыка Аинз, думаю, убить её — наиболее лёгкое решение.

Солюшн кивнула в знак согласия с мнением Демиурга. Аинз снова глубоко задумался. Если двое согласились, то решением может стать убийство. В душе Себастьян волновался. Когда господин примет решение, изменить его будет трудно. Даже если дворецкого простят, он потеряет своё положение перед Демиургом, Коцитом и Солюшн. Если он небрежно возразит, то даже рискует рассердить Аинза.

Но пришло время говорить.

Себастьян попытался предложить отличный от Демиурга взгляд, но не успел, поскольку Аинз нарушил молчание:

— В этом нет нужды, Демиург. Я не люблю убивать без веской на то причины. Мёртвого уже не используешь, даже если он был слаб. От живых же всегда найдётся какое-то применение.

Себастьян сдержал облегчённый вздох. Судьба Цуарэ ещё не решена. Всё ещё есть шанс.

— Хорошо... Тогда, может быть, пусть работает в моём селекционном загоне?

— А, там, где ты выращиваешь химер? Кстати, их можно есть? Нам ещё нужно найти способ производства продуктов питания для Назарика.

Стараясь не смотреть в глаза Аинзу, бормотавшему: «Бифштекс из химеры... нет, гамбургер», — Демиург задумался и ответил:

— Мясо такого качества не подходит славному Назарику... — улыбнулся он. — Конечно, мы разделываем мёртвых и кормим остальной скот. А поскольку цельные туши есть трудно, мы их сначала размалываем.

— Хм, каннибализм, да? Впрочем, это ведь животные.

— Совершенно верно, владыка Аинз. Это и делает их игривыми и милыми. Кроме того, они всеядны, зерновые едят тоже. Если позволите, могу я попросить дать мне остатки пшеницы? У нас уже на исходе.

— Да, нельзя морить голодом ценный источник свитков. Давай посмотрим... Себас, пока ты не ушёл из столицы, купи много зерна и перешли Демиургу.

— Как прикажете. Если покупать много, мне придётся арендовать склад. Что мне сделать, чтобы перенести его в Назарик?

— Думаю... Шалти с помощью «Врат» сможет всё перебросить. Демиург, с остальным ты справишься?

— Да, конечно.

— Демиург, ты вложил в Назарик больше остальных. Ты достоин похвалы.

— Это для меня величайшая радость, владыка Аинз. Ваши слова придают мне ещё больше сил.

— Ты уверен, что не перетруждаешься? Тебя вызывают каждый раз, как что-то случается, а ещё ты разводишь ингредиенты для свитков, готовишься к созданию демонического короля, и делаешь ещё много всего важного. Ты хорошо себя чувствуешь?

Демиург довольно улыбнулся. Такое искренне счастливое лицо Себастьян никогда прежде не видел.

— Для меня большая честь, что вы лично обо мне заботитесь. Но будьте уверены, я лишь наслаждаюсь своей работой, и она не очень трудная. Однако как только мне потребуется помощь, я сразу же попрошу.

— Отлично.

Задумавшись об истинной природе скота, что разводил Демиург, Себастьян нахмурился в душе. Как товарищ Демиурга, он слишком хорошо знал, какой тот на самом деле. Этот дьявол не может разводить простой скот. Даже если это гибридный монстр... вдруг Себастьян прозрел. Он догадался о том, что Демиург держит в загонах. Посылать Цуарэ в такое место? Демиург защитит её физически, но душевное спокойствие не гарантировано. Разговор между Демиургом и Аинзом на время прекратился. Решив, что пора высказаться, Себастьян обратился к господину:

— Владыка Аинз.

— Что такое, Себас?

— Если возможно... — он сделал большой вдох. Это ставка. Очень опасная ставка. Но её нужно сделать. — Я хотел бы дать Цуарэ работу в Великом Склепе Назарика.

Комната погрузилась в тишину.

— В прошлом я задал Коциту похожий вопрос. Себас, какая нам выгода?

— Да, прежде всего, она умеет готовить. Сейчас же способен готовить лишь шеф-повар и его помощник. Юри исключение. Чем больше тех, кто способен готовить, тем лучше Назарику. Кроме того, в работе человека на Назарик будут свои выгоды. Если мы покажем, что на нас могут трудиться даже низшие создания...

— Я понял, Себас. — Аинз положил конец тому, как Себастьян перечислял пользу Цуарэ. — Я понял, что ты пытаешься сказать. Я тоже беспокоюсь, что у нас слишком мало поваров.

— Но владыка Аинз, она правда сможет приготовить блюда подобающего качества?

Себастьян глянул на Демиурга острым как нож взглядом. А тот просто улыбнулся.

Ублюдок. Дворецкий проглотил это слово.

Аинз простил его, но не Демиург. Именно поэтому он, вероятно, и вмешивается в дело Цуарэ.

— В этом есть смысл. Что ты думаешь, Себас?

— Большинство блюд Цуарэ домашние... Я не могу чётко сказать, подходят ли они Назарику.

— Домашняя готовка? Сомневаюсь, что вареный картофель подойдёт.

— Демиург, полагаю, вы сейчас слишком недальновидны. Может, сейчас она и готовит домашнюю еду, но можно ведь поучиться у шеф-повара. Следует смотреть в долгосрочной перспективе.

— Тогда почему бы ей просто не помочь мне с разведением скота? Измельчать всё это мясо довольно муторно.

— Я...

Аинз молча наблюдал за перепалкой, видя над ними сцены из прошлого. Призраки их создателей, иллюзии давно минувших дней...

♦ ♦ ♦

— Куда пойдём сегодня?

— К огненным гигантам.

— К ледяным драконам.

— Ха... Улберт-сан, из босса огненных гигантов, Сурта, выпадает редкий дроп, нужный некоторым из нас, ты уже забыл?

— Тач Ми-сама, кажется, это ты забыл, что некоторым необходимо убить ледяного дракона, чтобы выполнить условия повышения класса.

— Может, и так, но Ямаико-сан требуется редкий дроп, чтобы зачаровать предмет.

— Нет, мне не особо-то...

— Имеешь в виду «Огонь начал»? Тогда нужен и «Лёд начал». Пойдём к ледяным драконам.

— Благодаря некоторым расходным предметам там более высокий процент выпадения. По сравнению с драконами у Сурта вероятность дропа нужного предмета намного ниже, так что давай сначала разберёмся с ним.

— Тогда я пойду куплю расходники на него.

— Но, но, но...

— А почему бы не пойти на эротических монстров вроде суккубов?

— Заткнись, братец.

— Если говорить о демонических монстрах, я хотел бы пойти на Лорда семи смертных грехов. Конечно, придётся немного подготовиться.

— Тач Ми-сама, прекрати решать всё самолично. Учитывая нынешних членов, эффективнее пойти на ледяных драконов.

— А разве это не ты пытаешься решать самолично, Улберт-сан? Когда нас вообще заботила эффективность?

— Может, сильнейшему воину и сильнейшему магу пора уже прекратить драться?..

— Они всегда такие. С тех пор, как меня пригласили в гильдию, я постоянно вижу такие сцены.

— А Тач Ми-сан храбрец, раз может общаться с этим странным розовым куском мяса.

— Тягама-сан, Пэроронтино-сан, мне следует распределять все трофеи, кроме оружия, используя власть Гильдмастера?

— Разве какая-то гильдия уже не создала руководство по охоте на Лорда семи смертных грехов?

— Они победили «Гордыню», видео загрузили только сегодня.

— Семь грехов — угроза мирового класса. Говорят, что и предмет выпадет соответствующий, если их всех победить.

— Кстати, раз вы вспомнили предметы Мирового класса, а почему бы для ядра голема не использовать «Калроиковый камень»?

— Нубо-сан, не лучше ли сосредоточиться на оружии?

— Создать броню тоже не так уж и плохо.

— Давайте подумаем ещё. Этот предмет можно получить через Гейммастера, следует подумать получше.

— Разве не так? Момонга-сан?

— Я знаю, как достать ещё Калроиковых камней, но мы уже потратили кучу минералов из Семи тайных шахт.

— И никогда не получим ещё, пока снова не завладеем всеми семью. Какая же головная боль.

— Ага, пока разные гильдии владеют разными частями шахт, мы не сможем вернуть использованные запасы. Пока будем нападать на одну, другие не будут сидеть сложа руки... может, слить информацию какой-то гильдии, например Тринити? Некоторые пожадничают и поведутся. А мы ударим, когда они будут истощены сражением друг с другом.

— Хочешь продать информацию ещё и Альянсу и заставить их сражаться между собой? Ты истинный стратег, Пунитто Моэ-сан.

— Кстати, по-моему, кое-кто разрабатывает ещё один план против Альянса.

— Что? Зачем?

— Кажется, они украли предмет Мирового класса у какой-то гильдии и очень сильно её разозлили.

— Боже, хотя я думаю, что альянс между передовыми гильдиями, как в прошлый раз, вряд ли соберётся.

— Тогда пусть решает Момонга-сан?

— Звучит отлично. Гильдмастер, что хочешь делать?

— Э? Извините, я зазевался... о чём мы говорили? Давайте просто проголосуем, как в прошлый раз.

— Возражений нет.

— У меня тоже.

— Тогда новой золотой монетой голосуем за Улберта-сана, а старой — за Тач Ми-саму. Теперь решение за вами, ребята.

♦ ♦ ♦

— Тихо. Вы перед владыкой Аинзом.

Коцит словно вылил на них холодной воды. Посмотрев на Аинза, они побледнели. По красному огню, светившемуся в пустых глазницах, было невозможно прочесть эмоции, однако во взгляде чувствовалась сила. Прежде чем владыка успел их отругать, оба ответили.

— Я совершил грубейшую ошибку перед владыкой Аинзом.

— Моему низкому поведению нет оправдания.

Однако реакция последовала довольно неожиданная.

— Ха-ха-ха-ха-ха!

Громкий смех разнёсся по приёмной. Очень счастливый смех. Себастьян, Солюшн, Демиург и Коцит удивлённо моргнули — никто не помнил, чтобы Аинз так счастливо смеялся.

— Конечно-конечно, вы прощены. Вот оно! Такая борьба! Ха-ха-ха-ха!

Себастьян понятия не имел, что так поразило Аинза, но вздохнул с облегчением.

— Ха-ха-ха... тц, активировался пассивный навык.

К господину резко вернулось спокойствие. Но все понимали, что Аинз в хорошем настроении. Он добродушно обратился к дворецкому:

— Себас, я понимаю, о чём ты говоришь, но тащить человека в Назарик... Ладно, мне сначала нужно её увидеть, прежде чем решить. Приведи её.

— Да? Ах да. Как пожелаете.

Себастьяна озадачили странные приказы Аинза, но он быстро пошёл за Цуарэ.

— Владыка Аинз, я привёл её.

— Хорошо... — Вдруг Аинз наклонился вперёд на стуле и как-то странно окинул её взглядом.

Гадая, не из недовольства ли это, Себастьян посмотрел на девушку. В ней за это время не появилось ничего нового, он не мог понять, почему господин внезапно так к ней отнёсся.

— Выглядят похоже... — тихо пробормотал владыка. Наверное, ненамеренно. — Добро пожаловать, Цуарэ. Но предупреждаю, второго шанса не будет. Ведь я уважаю выбор, даже если он окажется неверен. Теперь, когда ты это понимаешь, я задам вопрос. Если солжёшь или твой ответ мне не понравится, всё будет кончено.

Себастьян услышал, как Цуарэ рядом сглотнула. При таких угрозах невозможно сказать, что случится дальше.

— Какое твоё настоящее имя?

Дворецкий не понимал смысл вопроса. Зачем спрашивать нечто такое? Себастьян заметил, как её глаза забегали из стороны в сторону. Её реакция говорила сама за себя.

Пожалуйста, ответь честно. Себастьян молился в душе.

Если это она не сказала даже ему, то с её настоящим именем должно быть что-то не так. Тем не менее господину лучше не врать, иначе будет хуже. Молчание затянулось, и через некоторое время Цуарэ ответила тихим голоском, напоминающим жужжание комара:

— Ц-Цуарэ... Цуарэнинья.

— Фамилия?

— Цуарэнинья Бэйрон.

— Замечательно... замечательно... Тогда спрошу снова, Цуарэнинья. Хочешь ли ты жить в Великом Склепе Назарика, другими словами там, где я правлю?.. Великий Склеп — не место для людей. Не сказал бы, что они там жить не могут, но там их просто нет. Я не знаю, насколько тебе подойдёт это. Если хочешь, могу дать достаточно денег и отправить в какую-нибудь деревню, где ты будешь жить счастливо среди других людей.

Предложение оказалось чуть ли не слишком щедрым, но Цуарэ даже мгновение не колебалась:

— Я, я хочу жить с... господином Себасом.

Аинз медленно кивнул, огонь в его пустых глазницах чуть угас.

— Отлично. Слушайте же, мои верные слуги.

Все поклонились, Цуарэ последовала их примеру.

— С этого дня я буду защищать Цуарэ под именем Аинз Оал Гоун. Знаешь, я могу принять тебя как гостью Великого Склепа Назарика, если ты того пожелаешь.

— Б, благодарю, но я хотела бы работать вместе с господином Себасом.

— Хорошо, если таково твоё желание. Тогда я поставлю тебя под прямое командование Себаса в качестве временной горничной. Себас, назначь ей подходящую работу. А также, насчёт Плеяд, измени систему Шести звёзд на систему Семи сестёр и назначь соответствующего лидера. Однако мы не задействуем её, Юри Альфа пока побудет временным лидером.

Солюшн низко поклонилась.

— И сообщите всем в Великом Склепе Назарика, что Цуарэнинья находится под защитой имени Аинз Оал Гоун, и теперь она — наш товарищ.

Все, кроме Цуарэ и Аинза, поклонились.

— Есть возражения, Демиург?

— Нет. В Назарике ваши слова — закон. Однако некоторые могут не понять, почему вы пустили человека в священные земли. Что им сказать?

— Строго говоря, младшая сестра Ямаико-сама, Акэми-сама, была тёмным эльфом, но её всё равно радушно принимали в Назарике. Я не думаю, что её человеческая природа играет большую роль. — Посмотрев на Солюшн, Аинз продолжил: — В таком случае вашу младшенькую тоже пришлось бы выкинуть.

— Я не уверена, что бессмертную всё ещё можно считать человеком.

— Возможно, Солюшн. Ладно, Демиург, объяви о моём решении. Если кто-то будет против, скажи прийти ко мне, и я всё лично разъясню.

— Как прикажите. У меня больше нет вопросов.

— Хорошо, а теперь я хочу подтвердить приказы. Сейчас мы уходим из особняка. Вся посланная сюда охрана возвращается в Назарик немедленно. Себас и Солюшн завершат дела в столице, а Демиург перевезёт зерно. Как только все будут готовы, я пошлю Шалти, чтобы она использовала «Врата». Вопросы?

Все молча поклонились, и Цуарэ, наблюдая за ними, последовала примеру.

— Тогда, Себас, что ты будешь делать с Цуарэ? Сам с ней вернёшься, или мне взять её с собой?

— Думаю, если оставить её со мной, это доставит вам меньше хлопот.

— Отлично. Солюшн, собери всю охрану. Я вернусь с ними в Назарик.

— Как прикажете.

Наблюдая, как трое остальных уходят, Демиург спросил:

— Вы знали её раньше?

Аинз медленно поднялся, не отвечая. Повернувшись к стене, словно там кто-то стоял, он заговорил:

— Демиург, я верю в принцип «услуга за услугу» и «око за око». Это также относится к моему долгу перед другими. — Аинз достал из воздуха книгу в кожаной обложке, скреплённую металлической проволокой. Слишком плохой вид, чтобы называться настоящей книгой. — Некоторые части перевёл главный библиотекарь, но это оригинал. Это дневник, в котором девочка выражает свой гнев... у неё была старшая сестра, которую забрали дворяне.

В одной деревне жили дружные сёстры. Родители умерли, когда они были ещё маленькими, но девочки выжили, опираясь друг на друга.

Но старшую сестру забрал дворянин... дворянин, о котором ходили ужасающие слухи. Если бы старшая сестра жила счастливо, младшая попрощалась бы с улыбкой, но из слухов она догадалась о том, что происходило. Со старшей сестрой обращаются как с игрушкой и выбросят, как только она наскучит. Такой оказалась правда. Младшая сестра покинула деревню, чтобы найти способ спасти старшую, поскольку никто не попытался помочь ей. Вскоре она открыла в себе талант к магии и ради спасения сестры попыталась стать сильнее. Однако умерла до того, как осуществила цель. На последней странице было одно предложение. О новых товарищах, которых они встретили на задании по сбору трав. Она хвалила двух искателей приключений по имени Момон и Набель.

— Благодаря дневнику я многое узнал об этом мире. Это мой долг. Я оплачу его жизнью твоей сестры, — Аинз убрал дневник, который уже начал выцветать от возраста.

— Тогда у меня есть к вам одна просьба, владыка Аинз.

— Что такое Демиург?

— В отчётах Себаса я обнаружил странную информацию. Мне необходимо время, чтобы расследовать это получше.

— Возникли какие-то проблемы?

— Возможно. Мне нужно проверить одно место. Надеюсь, успею до того, как вы вернётесь, но не могу сказать с уверенностью. Сначала нужно ещё найти это место... Понимаю, что непочтительно тратить ваше время, но, пожалуйста, дайте мне немного больше времени.

Окинув Демиурга взглядом, Аинз добродушно заговорил:

— Не имеет значения, насколько ты опоздаешь. Ты ведь действуешь ради Назарика. Конечно я подожду. А теперь иди, Демиург.

— Я бесконечно вам благодарен.

Часть 2

Месяц последнего огня (девятый), четвёртое число, 15:01

Встало солнце, и снова начался хлопотливый день Себастьяна и Солюшн.

А хлопотливый он был по очень простой причине. Покинуть Королевство, не сказав никому ни слова, труда не составляло, но тогда напрасно бы пропали все налаженные связи. Поэтому пришлось сделать вид, что они возвращаются в Империю. Себастьян вместе с Солюшн попрощались со всеми торговцами и важными членами гильдии.

Конечно, разговоры не заканчивались обычным пожеланием удачного путешествия. Люди хотели оставить хорошее впечатление ради будущих дел, не говоря уже о возможности пообщаться с красавицей Солюшн. В итоге каждое прощание требовало более получаса, и отправление откладывалось.

— Это заняло много времени, но перевозка зерна из хранилищ полностью завершена. Теперь можно возвращаться в Назарик.

Солюшн словно светилась от счастья. Дворецкий почувствовал, что выполнение приказов господина принесло ей больше радости, чем возможность вернуться в Великий Склеп. Поскольку за сбор информации в столице отвечал Себастьян, горничной почти не довелось ощутить наслаждение от выполнения долга.

По крайней мере, прощание — это её задача, ведь Солюшн изображает главную. Она выглядела такой довольной, что будто напевала что-то себе под нос.

Между тем, благодаря её хорошему настроению Себастьяну удалось заключить с торговцами несколько хороших сделок. Например, под предлогом того, что они приобрели большие объемы пшеницы, убрали плату за её хранение.

В красоте есть свои преимущества, — искренне подумал дворецкий, привязав лошадей в конюшне и проследовав с Солюшн к главным воротам.

Остановившись перед дверью, Себастьян вставил ключ в замочную скважину и повернул, как уже делал множество раз, но никакого клацанья не последовало. Нахмурившись, он переглянулся с Солюшн.

Не заперто?

От небольшого толчка дверь приоткрылась. В особняке осталась лишь Цуарэ, но она просто не могла уйти без чьей-либо помощи.

— Вокруг замочной скважины несколько новых царапин. Вероятно, кто-то вскрыл замок...

Солюшн не успела закончить, как Себастьян распахнул дверь, даже не думая о ловушках. Впрочем, если бы кто-то их установил, дворецкий просто разбил бы их на куски.

Дом пустовал — все уже ушли. Развернув способности обнаружения до предела, он начал искать Цуарэ, но никого не почувствовал.

— Цуарэ! Цуарэ! Ты здесь? — прокричал он, продолжая обыскивать особняк. Проверив каждый уголок, он не нашёл ни единого следа, словно её никогда не существовало.

Кто-то тут точно побывал. Учитывая отсутствие запаха крови, её, вероятно, похитили. Тогда они затребуют...

Себастьян крепко сжал кулак.

Он злился на себя за то, что беспечно оставил Цуарэ одну в доме. На самом деле он боялся оставлять её одну. После встречи с подпольной организацией он понял, что скоро будут проблемы. Однако из-за её травмы, боязни выходить наружу и страха перед незнакомцами, ему пришлось оставить её здесь. Перед Стражами болезнь не проявилась потому, что она не считала их людьми. Та её реакция была нормальной реакцией человека, увидевшего монстра.

Хотя в карете она тоже могла посидеть, Себастьян оставил её в особняке, не желая, чтобы у неё появились осложнения.

Поскольку разрушенному борделю на восстановление требовалось время, да и организовать план атаки мгновенно не выйдет, Себастьян предположил, что владельцам заведения потребуется больше времени на реорганизацию и попытку мести. Пагубный просчёт, но сожалеть уже поздно.

Быстро проходя по коридору, он услышал голос Солюшн из гостиной:

— Господин Себас, сюда.

— Ты нашла её, Солюшн?

Конечно же это невозможно, ведь Себастьян только что проверил. Однако с надеждой он вошёл в комнату и увидел, как Солюшн держит кусок пергамента.

— Кажется, тут что-то написано...

— Пожалуйста, позволь мне, — он выхватил бумагу до того, как боевая горничная успела закончить. Прочитав содержимое с помощью магического предмета, он в гневе смял пергамент: — Похищена. Я последую за ними и спасу её.

— Это разумно.

Себастьян широко раскрыл глаза, не ожидая, что Солюшн согласится.

— Однако владыка Аинз приказал возвращаться в Назарик. Разве это не следует поставить высшим приоритетом?

— Но он не говорил возвращаться без Цуарэ.

— Господин Себас... Если снова будете действовать по своему усмотрению, в этот раз всё выльется в ещё больший инцидент. А кроме того, как вы собираетесь её найти?

— Они удобно оставили время и место встречи. Кажется, они из той же самой преступной группы, что и владельцы разрушенного мной борделя.

— Ясно. Однако мне всё равно придётся доложить владыке Аинзу, прежде чем вы уйдёте. Если бы вы вообще не касались борделя, этого бы не произошло. Это идёт против распоряжения владыки вести себя незаметно. Господин Себас, если вы выступите снова, то опять не послушаетесь приказа... И неужели вы забыли те слова владыки Аинза?

Это был колкий вопрос, учитывая, кто гарантировал защитить Цуарэ.

— Пожалуйста, доложите владыке Аинзу, что её похитили и вы ожидаете указаний.

Часть 3

Месяц последнего огня (девятый), четвёртое число, 15:15

— Хм, хм, хм, — весело напевая, Альбедо продела нитку в иголку.

Проткнув ткань, она вытащила иглу с другой стороны. Повторив это сотни раз, она пришила чёрную ткань на белую фигуру. Затем набила фигуру чем-то мягким, придав более округлую форму. Глядя на почти законченную куклу, Альбедо нежно улыбнулась — словно богиня, полная милосердия и любви.

— Хорошо! Голова владыки Аинза готова!

Удовлетворённо сжав кулачок, она похлопала по головке куклу ручной работы. Вернее, по черепу: Альбедо как раз пришила маленькие кусочки ткани, что стали глазами и ртом. Такая миленькая. Аинз точно смутится, если увидит.

— А теперь тело...

Нежно положив плюшевый череп в угол стола, она поднялась, чтобы взять катушку белых ниток.

Это была комната Альбедо. Раньше она не обладала личным пространством, ведь комнатой ей служил Тронный зал. Однако Аинз передал ей комнату отдыха сорока одного Высшего существа, чтобы работе Смотрительницы Стражей ничего не мешало. По размеру она не уступала покоям Аинза. А поскольку Альбедо имела мало личных вещей, комната выглядела довольно пустой. Однако через два месяца проживания Смотрительницы она преобразилась.

В частности, благодаря гардеробной, которую Альбедо как раз собиралась посетить.

Комната, полная Аинзов. Их всех она сделала своими руками. Куклы владыки в различных позах, некоторые даже в виде подушек для всего тела, а иные — малюсенькие плюшевые игрушки. В это сверхсекретное место Альбедо не пускала даже приходивших убираться горничных. А назвала она гардеробную «Комната гарема».

— Ку-ху-ху-ху...

Альбедо подпрыгнула, издавая странные звуки. Затрепетав крыльями у талии, она на невероятной скорости полетела прямо в аинзовую подушку, будто выполняя регби захват. Обняв подушку, она покатилась по полу. Там лежало множество других Аинзов, так что она не поранилась. Остановившись на трёх подушках, Смотрительница ужасающе рассмеялась:

— Ку-ху-ху-ху, новейшая подушка пошита из простыней владыки Аинза... Другими словами, я непрямо с ним сплю. Ку-ху-ху-ху...

Альбедо зарылась лицом в подушку и неистово вдохнула.

— Нет... запаха, — загрустила она.

Любому стало бы её жалко. Поскольку Аинз был нежитью, ему не требовался сон, и его кости особо не пахли. Он мылся, чтобы смыть пыль и кровь, но его тело не выделяло ничего, что могло стать запахом.

— Хм, хм-м? Это... возможно... владыки Аинза!..

Однако нет ничего невозможного для влюблённой. Впрочем, было ли это её собственным воображением или нет, осталось загадкой.

— Нюх, нюх.

Зарывший в подушку и нюхая, она больше напоминала извращенку, а не Смотрительницу Стражей.

— Ах! Я так счастлива.

На Альбедо, как на Смотрительницу, ложилось много задач: расставлять солдат, налаживать защитную сеть, проверять работу Назарика, и всё остальное, затрагивающее Тронный зал. Даже верблюд спину сломает от такой нагрузки.

Потому для неё было в особенности важно приходить сюда и заряжаться светлыми эмоциями.

— Ах, я хочу снова увидеть владыку Аинза! Снова! Сно-ова! Снова, — крепко обняв подушку, Альбедо выпускала свою ревность к Нарберал, что отправилась в путешествие с Аинзом. Как вдруг...

«Альбедо».

В холодном поту резко подняв голову, она осмотрелась, пока не поняла, что разговор идёт через магию.

— Ах, владыка Аинз! Чем я заслужила это наслаждение?

«Только что я услышал от Себаса, нет, от Солюшн через «Сообщение», что девушку, которую подобрал Себас, похитили. Сформируй подходящую команду ему в поддержку».

Когда Аинз упомянул Цуарэ, Альбедо её вспомнила. Владыка превратился в Момона и сразу же по возвращению отправился в Э-Рантэл, но оставшийся Демиург немного о ней рассказал.

— Пожалуйста, простите мою грубость, что ставлю под сомнение ваш великий приказ, но стоит ли образовывать отряд для спасения бесполезного человека? Если речь идёт о тех, кто управлял Шалти, я пойму, но...

«Нет, вероятно, они никак не связаны с Шалти. Это преступная организация».

— Тогда тем более...

«Альбедо. Я поклялся защитить Цуарэ именем Аинза Оала Гоуна. Ты понимаешь, что это значит?»

Атмосфера изменилась. Жгучий гнев ощущался по всей комнате, Альбедо даже слово выдавить не могла.

«Ты понимаешь?! Да?! Я собственным именем поклялся её защитить. А они всё равно её похитили. Это оскорбление моего имени и всех остальных в гильдии! Этому нет оправдания, даже если они не знали».

В конце предложения гнев вдруг утих. Был превышен эмоциональный порог, и активировался успокаивающий эффект.

«Извини... Кажется, я слишком разозлился на этих подонков. Прости, Альбедо...»

Благодаря полному раскаяния голосу господина она наконец сумела успокоиться. Гнев Высшего существа затронул даже Альбедо. Хотя он и не был направлен на неё.

— З-здесь не за что извиняться, владыка Аинз, — Смотрительница низко поклонилась, хотя господин находился далеко.

«Тогда я доверю это тебе, Альбедо. Спаси Цуарэ».

— Как прикажете! И я уничтожу паразитов, что вас раздражают!

«Хорошо, рассчитываю на тебя. Кстати, Демиург должен ещё остаться в Назарике и получать груз зерна. Он будет отвечать...»

— Я пойду лично...

«Нет, Альбедо. Ты должна защищать Назарик. Пошли Демиурга. Также убедись, что их личности никто не раскроет. Оставляю это дело в Королевстве на тебя и Демиурга. Будь осторожна».

— Хорошо!

«Сообщение» закончилась, и на комнату снова опустилась тишина. Альбедо медленно поднялась, отодвинув подушки.

— Не понимаю...

Её лицо неестественно скривилось. Она посмотрела в угол комнаты.

Она не приводила сюда горничных, чтобы монополизировать своих аинзовых кукол, чтобы никто их не касался. Но была и ещё одна причина.

Флаг с вышитой эмблемой «Аинз Оал Гоун». Его должен был видеть любой входящий в комнату, но сейчас он валялся в углу. Не было ни намёка на восхищение или уважение к нему, только ненависть и вражда.

— Аинз Оал Гоун... как скучно.

Вместо флага Аинза Оала Гоуна Альбедо подняла другой, гигантский флаг. Такой гигантский, что напоминал театральный занавес.

— Великий Склеп Назарика принадлежит только вам. Я, Альбедо, лишь вам желаю служить. Ах... однажды я хочу снова услышать ваше великое имя...

Глава 7. Подготовка к нападению

Часть 1

Месяц последнего огня (девятый), третье число, 18:27

Брейн оставался на месте до тех пор, пока не прибыли позванные Клаимом стражи. Когда он пошёл назад к Газефу домой, солнце уже зашло, а в животе урчало.

Мне неудобно заставлять Стронофа ждать.

Он распахнул дверь и зашёл словно к себе домой. Но лишь потому, что Газеф ему разрешил.

Направляясь в комнату, которую ему выделил воин-капитан, Брейн услышал шаги. Он подумал, что это наверняка Газеф. В чём и убедился через несколько секунд, увидев, как тот спускается вниз.

— Ты поздно, Унглас. Где был? — без упрёка спросил он. Глаза Газефа заблестели любопытством, так как Брейн не ответил, а глубоко задумался. — Если не против, можешь рассказать обо всём за ужином!

Брейна было не узнать. Он ответил, потирая живот:

— Звучит заманчиво. Пойдём?

С небольшим удивлением Газеф повёл его в столовую.

— Тебе готовит прислуга? Или ты сам? — спроси Унглас, чтобы поддержать разговор.

— Прислуга, я готовлю просто ужасно, — с горечью улыбнулся Газеф. Немного подумав, он продолжил: — Наверное, прислуга постарела, поскольку мне всегда кажется, что в еду добавляется мало специй. После тяжелого дня хочется чего-нибудь остренького, но они, кажется, этого не понимают.

— Сильнейший воин-капитан Королевства вынужден есть здоровую неострую пищу? — улыбнулся Брейн, подшучивая над ним, но тот ответил напряжённо, как всегда:

— Унглас, я хотел бы тебя накормить здоровой изысканной пищей из моего дома, но сегодня у нас будет еда из ресторана.

— В таком случае должен поблагодарить за такую внимательность.

Увидев улыбку Брейна, Газеф усмехнулся, но всё равно контратаковал:

— А ты умеешь готовить?

Однако промахнулся.

— Только простые блюда. Путешественнику, не умеющему себе что-то состряпать, пришлось бы туго.

Медленно кивнув, Газеф достал небольшую корзину, припрятанную в уголку столовой. По размерам в неё как раз поместился бы младенец. В воздухе вкусно запахло.

Мужчины уселись друг напротив друга.

Вынув из корзины несколько блюд, они наполнили бокалы вином. Чокнулись и молча выпили. Сделав два больших глотка, Брейн поставил бокал.

Глубоко вздохнув, он дрогнувшим голосом сказал:

— Давненько я не пил.

— Я тоже. И в последнее время не ел дома.

— Должно быть, сложно выполнять дворцовые обязанности.

— С того времени, как я стал воином-капитаном, я постоянно чем-то занят.

— В том числе защищаешь королевскую семью, да?

— И это тоже. На самом деле это главная обязанность.

Слушая истории Газефа, Брейн понял, насколько тот к себе строг. Время от времени он мог остановиться передохнуть, но всё равно продолжал идти вперёд.

Такого человека дворяне точно ненавидят.

И словно предположение Брейна оказалось верным, в историях Газефа почти не упоминалась знать. Несмотря на высокое положение воина-капитана, в основном он говорил о своей жизни солдата или о королевской семье. В его рассказах отсутствовали балы и всё остальное, связанное с высшими кругами общества.

В соседней Империи происходили изменения. Но в Королевстве дворяне были отгорожены от простолюдинов невероятно высокой стеной статуса.

Вдруг Брейну стало смешно.

Ради победы над Газефом он посвятил всё своё время тренировке и ожидал, что при следующей встрече они будут сражаться до смерти. А сейчас они выпивают, как друзья. Будто прочтя его мысли, Газеф тоже улыбнулся. Они снова стукнулись бокалами, но из-за небольшого опьянения удар оказался слишком сильным, и немного вина разлилось на стол.

— Постарайся не пролить на еду.

— С вином вкуснее будет.

— Ничего не знаю о вкусе, но... Унглас, может быть, ты такой же?

— Брейн. Зови меня просто Брейн.

— Хорошо, тогда ты меня Газеф.

— Договорились, Газеф.

Рассмеявшись, они ещё раз чокнулись.

Пока воин-капитан рассказывал разнообразные истории, Брейн узнал много чего нового. Когда атмосфера потеплела, Газеф беспардонно спросил:

— Так, Брейн, что же случилось с таким человеком, как ты?

Строноф действовал осторожно, словно лечил открытую рану. Он следил за реакцией Унгласа не для того, чтобы определить правдивость его слов, а из истинного беспокойства.

— Спасибо. — Брейн расслабился, глядя, как Газеф несколько раз мигнул от внезапной благодарности. На пару мгновений отдавшись воспоминаниям, он ответил: — Я встретил монстра.

— Монстра? Какого?

— Вероятно, вампира... её звали Шалти Бладфолен. Атаку, которую я разработал... чтобы победить тебя, она отразила одним мизинцем.

Он увидел, как Газеф широко открыл глаза.

— Быть не может...

Воин-капитан хлебнул вина. Брейн тоже сделал глоток и вспомнил ту битву... нет, бойню.

Конечно, он ничего не упомянул о бандитах. Хотя Газеф, наверное, уже догадался, к какой жизни привык Брейн. Однако Унглас не нашёл в себе смелости рассказать ему, что ради силы был способен на всё. К счастью, в глазах воина-капитана не появилось никаких следов подозрительности.

— Ты мне веришь?

— Мир велик. Нет ничего странного даже в существовании такого монстра. В истории ведь есть записи о Драконьих королях и Демонах-богах. Но подобный монстр... это за пределами моих способностей.

— Ага. Не знаю, насколько ты силён сейчас, но с уверенностью могу сказать, что ты не сможешь победить. Такой монстр вне нашей досягаемости. Даже объединившись, мы подержимся лишь на одну-две секунды дольше.

— Эй, не говори так, — в шутку пожаловался Газеф, но Брейн искренне взмолился:

— Газеф, ты — воин-капитан, защищающий королевскую семью. Пожалуйста, не дерись с ней, если вдруг натолкнёшься. Твоя жизнь ценна.

— Спасибо за совет, но если монстр по имени Шалти попытается напасть на короля, мне придётся выиграть время даже ценой своей жизни.

Ему не удастся выиграть время, разве что монстр решит поразвлечься. Однако если это Газеф... Брейну казалось, что хотя бы несколько секунд тот продержится.

— Шалти. Шалти Бладфолен, да? — с тяжестью на сердце кивнул Газеф, выслушав её подробное описание. — Хорошо, раз мы оба протрезвели, не против рассказать о ней ещё раз? Мудрее будет собрать столько информации, сколько возможно.

— Не думаю, что ты что-то сможешь сделать, даже если узнаешь о ней всё.

— Если надвигается буря, к ней нужно готовиться. Да и кто знает, может, кто-то более мудрый предложит что-то стоящее.

— Было бы неплохо.

— У меня есть несколько знакомых искателей приключений адамантового ранга. Может, у них появится пара мыслей... Так, Брейн, что ты сейчас собираешься делать?

Брейн нахмурился. Что он будет делать дальше? Его взгляд медленно перешёл на катану, лежавшую у маленького столика.

Он сожалел.

Ведь сколько ни пытайся, а победить монстра он никогда не сможет. Мечта стать сильнейшим уже разбилась. Он напрасно потратил свою жизнь. Брейну больше не хотелось витать в облаках.

То была дикая мечта ребёнка...

— Что же я буду делать... Наверное, вернусь в село.

Когда-то Брейн жил на ферме. Основы земледелия он ещё смутно помнил. Но всю остальную память занимало искусство владения мечом. Проще говоря, у него в жизни была единственная цель.

— Это... звучит неплохо... но не хотел бы ты служить Королевству вместе со мной?

Заманчивое предложение. Он никогда не победит монстра, но среди людей Брейн довольно силён. Однако...

— Я не привык работать в команде. Да и пресмыкаюсь перед властью плохо.

— Думаешь, я часто пресмыкаюсь?

— Извини. Я не хотел сказать, что ты это делаешь. Просто когда речь заходит о дворце, мне кажется, что там все такие люди. Драться ради кого-то... ах! Кстати, я встретил парня по имени Клаим.

— Клаим? Юноша с хриплым голосом?

Когда Брейн утвердительно ответил, Газеф от удивления воскликнул:

— Ты встретил Клаима? Он телохранитель принцессы, не думал, что он настолько далеко отойдёт от неё...

— Я видел, как он тренируется в городе.

— Тренируется в городе... он не очень талантлив, так что вряд ли сможет стать более умелым, чем сейчас. Ему остаётся лишь качать мускулы. Это была такая тренировка? Если нет, мне следует дать ему пару советов.

— Хм-м, с мечом... он бездарен. Но в каком-то смысле он превзошёл меня.

Газеф посмотрел на Брейна так, словно просил того перестать шутить.

Конечно, разница между Унгласом и Клаимом была непреодолимой, в этом смысле их нельзя сравнивать. Однако перед лицом по-настоящему сильного Брейн осознал: это словно сравнивать двух улиток. Способность выстоять против жажды убийства от такого человека, как Себас, должна высоко цениться.

Я сломлен, так что просто сбежал бы. Но Клаим никогда не убежит, если сзади будет стоять человек, которого он должен охранять. Такой как он... достаточно хорош, чтобы срезать кончик ногтя на мизинце того монстра.

Лицо Газефа озарилось любопытством, но Брейн промолчал. Вместо этого он поведал историю о нападении на бордель Восьми Пальцев.

— Не могу поверить... с Клаимом.

— Если считаешь, что у тебя возникнут неприятности, просто выгони меня. Сейчас мне кажется, что не хорошо будет, если ты приютишь человека, имеющего дело с преступным миром.

— Нет, всё в порядке. На самом деле я даже приветствую твой поступок. Они — отбросы, загрязняющие Королевство. Будь такая возможность, я стоял бы в первых рядах при уничтожении борделя.

— Восемь Пальцев так сильно вредят Королевству?

— Они отвратительны. Контролируя почти весь подпольный мир Королевства, своей кучей денег они покупают дворян и эксплуатируют простолюдинов. При попытке их раздавить всегда вмешивается подкупленная знать. По их тайным объектам нужно наносить удары спонтанно, как вы и сделали, Брейн. Правда, у них больше силы, чем у обычного дворянина, так что последствия провала были бы тяжкими.

— Словно между молотом и наковальней.

— Ага. Хорошо бы нанести им несколько таких ударов. Но, увы, не всё так просто.

— Почему бы не задействовать королевскую власть?

— Это невозможно из-за сопротивления фракции знати. Но настоящая проблема в том, что они купили людей из обеих фракций.

Повисла тяжёлая атмосфера, они продолжили есть и пить молча.

Часть 2

Месяц последнего огня (девятый), четвёртое число, 7:14

Рано утром члены Синей Розы посетили замок. Каждый нёс с собой большой мешок, лязгающий при малейшем ударе о пол. Это было их снаряжение. Войди они во дворец во всеоружии, у них по меньшей мере возникли бы неприятности.

Положив мешки на пол, все расслабили плечи. Лидер, Лакюс Алвэйн Дейл Аиндра, завистливо посмотрела на Реннер.

— Как раз сейчас начинаются твои обязанности принцессы?

Реннер практически не имела политического веса, но всё же у принцессы была своя работа.

— Не волнуйся, я могу ненадолго отлучиться.

— Боже-боже, — Лакюс озорно ухмыльнулась.

Принцесса последовала её примеру, но быстро посерьёзнела:

— Лакюс, если ты готова, я хочу, чтобы план был приведён в исполнение.

— Почему? Разве вчера не решили, что мы будем нападать поочерёдно на каждый объект, держа всё в абсолютной тайне? — спросила Ивлаи, волшебница в маске.

Она не снимала маску даже во дворце. Такое подозрительное поведение разрешили лишь потому, что она — искательница приключений адамантового ранга, вершина человечества. Кроме того, сыграло важную роль и то, что лидером команды была дворянка, Лакюс.

— На самом деле вчера возникла непредвиденная проблема, и нужно подкорректировать наши планы. Госпожа Ивлаи, вчера...

Реннер рассказала о нападении на бордель. Под восхищёнными взглядами членов Синей Розы Клаиму ещё сильнее захотелось провалиться от стыда.

Честно говоря, это не Клаим, а двое других спасли тех девушек из борделя. Юноше казалось, что он не сделал ничего, достойного похвалы. По правде, Клаим даже обрадовался, что его не отругали, и почувствовал небольшое облегчение, так как план не рухнул полностью из-за его действий.

— Хорошо постарался, ягодка.

— Гагаран права. Захват одного из Восьми Пальцев... великое достижение.

— «Немёртвый король» Дэйбанок, «Палач пустоты» Пэйсилиан, «Танцующий ятаган» Эдстром, «Убийца тысяч» Малмвист, «Дьявол иллюзий» Сакъюлент и лидер, «Боевой демон» Зеро, — Тиа перечисляла имена. — Дэйбанок — нежить. Говорят, Пэйсилиан может атаковать врагов с большого расстояния. Эдстром обладает особым магическим оружием, а Малмвист — одинокий волк, что специализируется на выпадах. Сакъюлент уже у нас, так что его пропустим. И последний — рукопашник, Зеро. Они все по меньшей мере адамантового ранга.

— Ага. Схватив даже одного из них, мы получили весомое преимущество.

— Ты молодец, Клаим. Но тебе по-настоящему повезло встретиться с Брейном Унгласом.

Юноша с этим согласился.

— Ха, вырубить Сакъюлента одним ударом. Говорят, что он сражался вровень с сильнейшим воином Королевства, Газефом Стронофом. Похоже, слухи не врут. Но лично мне больше интересен старик, про которого Брейн заявил, что не сможет победить.

— Я не спросил, где остановился господин Себас.

— Хм... может быть, он опасался тебя и не сказал. Или ты просто не успел спросить... как думаешь?

— И то, и то, госпожа Ивлаи. Если бы я спросил, он, наверное, сказал бы, но я не хотел втягивать его ещё больше.

— Ты более внимательный, чем я думала.

— Ага.

Близнецы похвалили Клаима.

— Но я не понимаю, почему мы никогда не слышали о таком человеке.

Все, начиная с Ивлаи, с большим подозрением отнеслись к Себастьяну. Клаим попытался опровергнуть её слова, но Лакюс хлопнула, привлекая всеобщее внимание.

— Давайте пока забудем об этом. Если бы не он, мы бы не узнали местоположение борделя и не захватили Кокодола. Да и Клаим перед ним в долгу.

— Ты права, Лакюс. Так, принцесса, изменяя план, мы также меняем место нападения?

— Да, госпожа Ивлаи. Этой ночью мы уничтожим всё одним ударом. Ведь чем больше прошло времени, тем больше у врага преимущества.

В комнате повисла тишина.

В операции принимала участие лишь Синяя Роза. Поскольку команда мала, они собирались напасть на объекты врага поочерёдно.

— Эй, принцесса, разве вы не говорили, что нам не хватает людей? Или вы за ночь кого-то нашли? Мы даже не можем нанять других искателей приключений.

С самого создания гильдии искателей приключений её девизом была защита человечества от других угроз. Неписаное правило запрещало участвовать в человеческих конфликтах. Иначе гильдии разных стран не смогли бы сотрудничать.

Конечно, находились люди, готовые взяться и за такую работу, но гильдия находила свои способы давления. Наказания варьировались от простого предупреждения до лишения права принимать любые заказы, а в худшем случае — до исключения из гильдии. Выгнанные искатели приключений, продолжавшие принимать нелегальную работу, назывались «работниками». По слухам, гильдия искателей приключений даже нанимала убийц, чтобы ликвидировать худших из них.

Хотя Синяя Роза нарушила неофициальное правило и напала на Восемь Пальцев, человеческую организацию, с этим смирились из-за их адамантового ранга.

— Даже если привлечь других людей, использовать стражу безрассудно. Ведь организация уже проникла в их ряды. Может, задействуем их на последнюю фазу зачистки, иначе рискованно.

— То же самое с любой охраной дворян. Кто знает, с кем организация наладила тесные связи.

— Доверять можно разве что Газефу Стронофу и его воинам... хотя даже насчёт его воинов не уверена.

— Как же трудно придумать хороший план, когда не знаешь истинную силу врага. Но если так продолжится, всё Королевство сгниёт. Мы просто обязаны выложиться на полную.

Выслушав жалобы Лакюс, Реннер кивнула.

Вторжения Империи, внутренняя борьба, а теперь ещё и коррупция. Клаим почти видел золотое сияние вокруг принцессы, пока она пыталась решить проблемы, какими бы тяжёлыми они ни казались. Он в самом деле думал, что она объединит Королевство и принесёт людям счастье. Его преданность Реннер укрепилась ещё сильнее.

Клаима злили все те, кто считал её лишь украшением, в особенности дворяне. Но ангельский голос принцессы развеял весь его гнев, и он снова сосредоточился на разговоре.

— Я с тобой полностью согласна. Мы позаимствуем силы у надёжного дворянина.

— Вы такого знаете, принцесса?

— Да, госпожа Ивлаи. Из тех немногих, кого я знаю, одному доверять можно.

— Э? Кто это, Реннер? Полагаю, ты это понимаешь, но всё будет бесполезно, если он окажется предателем. И какая гарантия, что он пошлёт достаточно солдат?

— Я уже всё продумала. Всё будет хорошо. Мы также заручимся поддержкой воина-капитана.

— Воина-капитана...

— Да, ему доверять можно. Если Восемь Пальцев добрались и до него, то Королевство уже не спасти.

— Тогда, Клаим, немедленно позови маркиза Рэйвена. Чуть раньше у нас с ним состоялся разговор, так что он всё ещё должен находиться во дворце.

— Маркиза? Я видел его ранее с принцем...

Маркиз Рэйвен и вправду подходил под все их критерии, за исключением благонадёжности.

Он был одним из шести высших дворян, а по богатству с ним не мог сравняться ни один знатный дом. Однако нельзя сказать наверняка, что Восемь Пальцев до него ещё не добрались. На самом деле он мог вообще заработать своё состояние, работая с Восемью Пальцами. Однако Клаим быстро развеял такие мысли. Если так сказала Реннер, его уважаемая госпожа и самая мудрая девушка на свете, то маркизу Рэйвену доверять можно.

Но, в отличие от Клаима, члены Синей Розы нахмурились.

— Ой-ой, принцесса. Уверены, что мы можем ему доверять?

— По слухам маркиз Рэйвен перебежчик.

— Бесхребетный, что постоянно мечется между фракцией короля и фракцией знати. Ради выгоды такой человек пойдёт на что угодно, даже на сделку с Восемью Пальцами.

— Принцесса, я не хочу, чтобы информация просочилась из-за него.

Пока все поливали маркиза грязью, Лакюс громко хлопнула:

— Хватит... Реннер, у маркиза Рэйвена не очень хорошая репутация. Мы можем ему доверять?

— Полной гарантии не дам. Я тоже думаю, что он получал некоторое количество взяток от Восьми Пальцев.

— Э?

Всех это сбило с толку, некоторые озвучили своё подозрение:

— Отвести их внимание ложной информацией?

— В убийствах часто такое используется. Дать ложную информацию, чтобы охрана сосредоточилась на другом месте.

Реннер покачала головой на мнение бывших убийц.

— Нет, госпожа Тина, госпожа Тиа. Даже если он получает деньги от Восьми Пальцев, это не обязательно значит, что ему хочется сотрудничать с ними. Маркиз Рэйвен оказался лучше, чем я думала... Клаим, приведи маркиза. Он сразу же с тобой встретится, если ты скажешь, что уничтожил один из борделей и захватил главу отдела работорговли Восьми Пальцев.

Клаим посмотрел в окно, чтобы проверить, где сейчас солнце. Уже давно рассвело, но ещё было рано для аудиенций. Однако попасть к высшему дворянину не так-то просто, лучше начать пораньше.

— Следует ли мне вообще упоминать главу отдела работорговли? Мне кажется, что это лучше держать в тайне...

Поскольку даже высший дворянин не мог отказаться от личного приглашения принцессы, Клаим подумал, что лучше попридержать этот козырь.

— Если хотим сделать его союзником, следует раскрыть наши карты. Это лучший способ доказать маркизу, что мы ему доверяем.

Клаим кивнул и почтительно поклонился:

— По вашему приказанию я приведу маркиза Рэйвена так быстро, как это возможно.

— Спасибо, Клаим. А раз на это потребуется время, кто-нибудь хочет чаю?

♦ ♦ ♦

Месяц последнего огня (девятый), четвёртое число, 9:37

Члены команды Синяя Роза понимали, что даже если маркиз Рэйвен и придёт, то уже после обеда. Высшие дворяне утром проводили встречи с другими дворянами. К королю он, конечно, пришёл бы, но Реннер всё ещё бессильна. Конечно же, её приоритет у маркиза будет более низким. Так что когда Клаим вернулся рано, они даже подумали, что его и вовсе прогнали. Однако заметив стоявших за ним двух мужчин, никто не смог скрыть удивления.

Первым зашёл более чем опрятно выглядящий маркиз Рэйвен. Дублет из высококачественной шерсти какого-то животного, а может и монстра, сшитый золотыми нитями. Вокруг пуговиц и рукавов вышиты замысловатые узоры с, судя по бликам, драгоценными камнями размером с горошину. Одежда высочайшего класса, которую надевают только по важным случаям, поистине подходила одному из шести высших дворян.

За ним стоял упитанный мужчина.

Реннер посмотрела на него с удивлением:

— Старший брат.

— О, моя младшая сестра от другой матери. Выглядишь как всегда здоровой... А не дочка ли это семьи Алвэйн, знаменитая Синяя Роза? Не предполагал увидеть здесь искателей приключений адамантового ранга.

Второй принц, Занак Варлеон Игана Райль Вайсельф, зашёл без стука. Пока Лакюс кланялась в знак уважения члену королевской семьи, он расслабленно сказал:

— Я пришёл, потому что мне показалось это интересным.

— Я в вашем распоряжении, принцесса Реннер.

— Спасибо, что пришли, маркиз Рэйвен. Пожалуйста, поднимите голову.

Реннер поднялась поприветствовать старшего брата, что в очереди наследования престола находился впереди неё, и потом уже заговорила. Когда маркиз поднял голову, у него на лице появилась тонкая, жуткая улыбка, заставляющая собеседников чувствовать неуютно, но другие улыбки ему бы не подошли.

— Тебя не затруднит отослать остальных в другую комнату?

— Как пожелаешь, старший брат. Лакюс, Клаим, не могли бы вы подождать в соседней комнате?

— Хорошо, — без возражений согласилась Лакюс и жестом призвала товарищей выйти.

В другой комнате они незамедлительно начнут готовиться. Поклонившись, Синяя Роза и Клаим ушли. Двоих, что остались, Реннер повела к столу.

— Пожалуйста, садитесь.

— Конечно, принцесса Реннер.

— Хорошо, моя дорогая сестра.

Один человек сел аккуратно, второй же просто плюхнулся на стул. Реннер налила в чашку чая и подвинула её к маркизу.

— Для меня честь, что принцесса налила чай лично.

— Извините, что он лишь тёплый.

— Хм, а для меня ничего нет? — разочаровано произнёс Занак.

— Я думала, старший брат не любит чай.

— Ага, я не люблю странную воду, окрашенную чайными листьями, но когда нет ничего попить, чувствуешь, словно чего-то не хватает.

— Попросить горничных что-то принести? Ликёр подойдёт?

— Всё равно, даже красный чай пойдёт. Не нужно дёргать горничных.

— Если будем действовать сегодня, горничным всё равно не хватит времени отослать информацию своим семьям.

— Может быть, лучше вести себя осторожнее? У женщин язык без костей. В особенности у работающих во дворце горничных. Они разнесут слухи быстрее, чем вы думаете.

Улыбнувшись, Реннер налила в чашечку чай и поставила перед Занаком.

— Хм... ты уже проверила информационную сеть горничных, так ведь?

— О чём ты говоришь?

— Неважно, — кратко ответил принц и, хлебнув чая, высунул язык из-за горечи.

— Так, принцесса Реннер, какое у вас ко мне срочное дело так рано утром? Конечно, я всегда готов ответить на ваш зов.

— Благодарю, маркиз Рэйвен. У нас не так много времени, так что скажу прямо. Я хочу одолжить вашу мудрость, — чуть кашлянув, сказала она со всей искренностью.

Глаза маркиза немного расширились из-за удивления. Однако он быстро успокоился.

— Мою мудрость. Если проблему не можете решить вы... я не уверен, что смогу чем-то помочь.

— Я так не думаю, маркиз Рэйвен. В конце концов, в управлении дворцовыми делами нет никого более талантливого, чем вы.

Маркиз и принц переглянулись.

Реннер почти никогда не участвовала в борьбе за власть. Но что ещё могут означать «дворцовые дела»? Маркиз Рэйвен хмыкнул. Когда информации мало, лучше собрать её побольше, чем гадать и прийти к неправильному выводу.

— Так чем я могу вам помочь?

— Я хочу, чтобы вы, тайный лидер королевской фракции, нет, тот, кто контролирует королевскую фракцию из тени, одолжили мне войска вашего дома.

— Что?! — изумился маркиз, словно перед глазами взорвалось заклинание.

Впрочем, на его месте любой бы удивился. У маркиза редко менялось выражение лица, но сейчас не отреагировать он просто не мог. Любой другой дворянин посмеялся бы над ней. Но, честно говоря, принцесса сказала давно скрываемую истину.

Маркиза Рэйвена уже долгое время считали крысой, которая переходит то в одну фракцию, то в другую, как ему будет выгодно, но на самом деле он управлял королевской фракцией и делал всё, чтобы не дать начаться гражданской войне. Если бы человека по имени Рэйвен не существовало, Королевство давно бы рухнуло. У сидевшего рядом Занака перехватило дыхание.

Он уже знал, что Реннер невероятно умна, что она монстр в шкуре человека. Но у девушки не было никого, кто мог бы послужить ей руками и ногами, во дворце она словно в клетке. Как она пришла к такому выводу? Во всём Королевстве лишь Занак об этом догадался. Он и маркиз подумали, что она блефует, но сразу же развеяли такую мысль. По тону Реннер было ясно, что она говорит правду, никто бы в этом не усомнился. Оба часто проводили дела с людьми, полными лжи, и всё равно не могли определить правдивость её слов. Не обращая внимания на изумление маркиза, Реннер продолжила:

— Возможно, следует проверить с другими высшими дворянами во фракции короля, но маркиз Волумласу передаёт информацию Империи. Если это так...

— Ч-что?

— Одну секунду! — воскликнул даже громче надломленного голоса Занака маркиз Рэйвен. — Маркиз Волумласу...

— Вы ведь уже об этом знали, да? Вот почему сделали так, чтобы маркиз не получал доступа к слишком важным сведениям.

Оба смотрели на Реннер, разинув рот. А принцесса говорила всё с тем же неизменным выражением лица, принуждая их попытаться доказать её неправоту.

— Вы, что... — запаниковавший маркиз забыл даже о её титуле принцессы.

Маркиз Волумласу был одним из шести высших дворян, и лишь Рэйвен и Занак знали, что он информатор. Маркиз Рэйвен терпел предателя только для того, чтобы поддерживать баланс сил между фракциями.

Поэтому он скрыл этот факт от фракции дворян и предпринял меры, чтобы к Империи утекало не очень много информации. Он сделал это в абсолютной секретности. Занак об этом знал лишь потому, что маркиз ему сказал. Тогда как сумела догадаться эта птичка в клетке? От одной мысли о том, как она этого добилась, у Занака мурашки по коже шли.

— Как ты всё это узнала?..

— Об этом упоминалось то тут, то там. Иногда горничные говорили.

Насколько правдивыми могут быть россказни горничных? Маркиз Рэйвен не мог поверить. В особенности если память его не подводила, он понимал, что значит додуматься до такого по разговорам горничных. В некотором смысле, эта женщина перебрала горы мусора, чтобы собрать драгоценность.

— Монстр...

С его губ сорвалось истинно достойное сравнение для такой женщины, как Реннер. Несмотря на грубость, принцесса просто улыбнулась. Маркиз Рэйвен изменил своё о ней мнение.

Она достойна считаться равной. Память его и вправду не подвела.

— Хорошо... я поделюсь с вами всем, что знаю. Вы не против, мой принц?

Получив одобрение Занака, маркиз Рэйвен выпрямился на стуле, глядя прямо на Реннер. Он принял отношение сродни тому, что принимает Газеф перед противником.

— Однако я хочу говорить с «настоящей» принцессой Реннер.

— Что вы под этим имеете в виду? — спросила та, словно посчитав вопрос странным.

— Когда-то я увидел девочку. Девочку, с наблюдательностью которой моя не сравнится. Она говорила такие сложные вещи, что даже я не понимал. Когда я наконец выяснил смысл и ценность тех слов, то прошло уже много времени.

В тишине маркиз продолжил свой монолог:

— Я считал её девочкой, что говорит бессмыслицу. И хотя я только так о ней и думал, мне она показалась опасным человеком.

— Опасным? — тихо спросила Реннер.

— Да. Я подумал, что у меня разыгралось воображение, но на мгновение я увидел пустые глаза, обладательница которых ни во что не ставит мир и лишь презирает других людей. — От холода, заполонившего комнату, у маркиза дрогнули плечи. — Когда я увидел её во второй раз, она выглядела как обычная девочка её возраста. Так что я подумал, что тогда ошибся... Мне в самом деле хочется спросить у вас, Реннер. Я хочу знать, оказалось ли моё подозрение в том, что вы нас обманываете, верным.

Две пары глаз встретились. Словно две змеи сплелись в смертельном поединке. Как вдруг свет из глаз Реннер исчез. Маркиз Рэйвен ностальгически улыбнулся, словно став свидетелем сцены из далёкого прошлого.

— Ах... подумать только, это было так давно...

Занак обливался холодным потом, глядя на сестру, что превратилась в опасного, уродливого монстра, при этом продолжая улыбаться. Он уже догадывался, какое омерзительное, истинное «я» прячется под этим красивым лицом. Его предположение, что она желает силы и разрушения Королевства, оказалось неверным, но всё же она — злокачественная опухоль совершенно иного уровня.

— Конечно, принцесса Реннер. Это те же глаза, что я видел в прошлом. С того времени вы хорошо играете.

— Не очень, маркиз Рэйвен. Я не играла, просто была довольна.

— Вы говорите о своём личном охраннике... Клаиме?

— Да, всё благодаря нему.

— Не думал, что у этого мальчика есть что-то, что вас изменило... я считал его простым ребёнком... Кто он для вас, принцесса?

— Клаим?.. — Реннер задумчиво посмотрела в пустоту.

Насколько он ценен? Какие слова по-настоящему выразят его ценность?

Реннер Тэйре Шарделон Райль Вайсельф.

Если её сущность подытожить одним словом, то это будет «золото». Им называют её красоту. Однако немногие знали, что она обладает способностью, на фоне которой её красота блекнет. Ум, наблюдательность, понимание, находчивость, лидерство и любые другие качества, присущие правителю, у неё были чрезмерно развиты.

Если описывать её одним словом, то это будет «гений».

Её умения — это дар божий. А мысли — вдохновение свыше, но они приходили после тщательного перебора информации. На всём континенте не найдётся никого, кто хотя бы близко подошёл к её способностям. Даже среди сверхлюдей немногие с ней сравнятся.

В Назарике лишь Альбедо, следящая за всеми слугами и Стражами, и Демиург, обладающий дьявольской мудростью и опытом во всём, что касается правления, могли истинно поравняться с ней. Люди всегда принимают решения со своей точки зрения. В этом её можно посчитать странной. Однако был у неё и один недостаток. Она никогда не понимала, почему другие не знают того, что знает она. Если бы нашёлся кто-то равный ей, то сразу бы признал в ней гения. И тогда всё могло бы выйти по-другому.

Но такого не случилось.

Её считали раздражающей девочкой, что болтает о непонятной ерунде. Поскольку она была симпатичной, её мало кто ненавидел, и довольно многие любили. Но никто из них на самом деле её не понимал, что сильно повлияло на её умственное развитие, медленно искривляя девушку.

Можно сказать, что она была одинокой из-за своей гениальности. Со временем даже еда стала казаться безвкусной и не лезла в рот. Никто не думал что принцесса, что становилась всё слабее, выживет. Наверное, без щеночка так оно и получилось бы, но даже если бы она выжила, появился бы лорд демонов. Демон, который смотрит на всё в числах и пожертвует несколькими ради блага многих.

Изменилась она поистине просто. Выходя на прогулку в сопровождении стражи, одной дождливой ночью она подобрала щеночка. Спасённый хозяйкой, он смотрел на неё особым взглядом. В нём были сильные эмоции. Девушка почувствовала это. В его глазах читалось восхищение во всей его чистоте.

Она привыкла к равнодушию. Презрению. Слепому обожанию. Однако она не могла понять тот взгляд. Он вызвал ненависть, панику, счастье, неизвестные чувства и... человечность.

Девушка увидела в нём человека, как и в себе.

Подобранный щеночек стал мальчиком, затем мужчиной. Но продолжал смотреть на неё всё тем же чистым взглядом. Однако он больше не причинял боль. Благодаря нему она могла разговаривать с другими как с неким подобием обычного человека. Могла общаться с этими мерзкими низшими существами. Присутствие Клаима сделало мир Реннер цельным.

— Клаим... да, пожалуй. Если бы я смогла слиться с ним... Хм, наверное, если бы посадила его на цепь, чтобы он никуда не убежал, то была бы счастлива.

В комнате повисла тишина. Вполне понятно, что Занак не смог скрыть своего ужаса, но оцепенел даже маркиз Рэйвен. Они ожидали услышать сладкие слова, наполненные романтическими фантазиями, подходящие красивой молодой леди, но такого они не ожидали. Говори она о несбывшейся любви из-за разницы в статусе, то они бы поняли. Но это заявление было возмутительно, если не сказать больше.

— Н... неужели? Это твоё истинное лицо. Что сказать... когда ты была юна, в тебе всегда чувствовалось что-то странное, но теперь я уверен: ты ненормальная.

— Правда, старший брат? Я всегда думала, что во мне нет ничего необычного.

— Тогда почему бы так и не сделать, принцесса? Никто не вмешается... хотя, вероятно, без сообщника это невозможно.

— Да, держась как подобает принцессе, такое сделать трудно. К тому же я не желаю прибегать к силе. Его взгляд... хочу заковать его с головы до ног и растить как собачку.

Некоторые люди с радостью выслушали бы пристрастия других. Однако когда маркиз Рэйвен услышал желания Реннер, ему захотелось сделать несколько шагов назад.

— Растить как собачку... значит, на самом деле вы его не любите?

Реннер посмотрела на маркиза как на идиота.

— Конечно люблю. Мне просто очень нравятся его глаза. И он, привязанный как собачка.

— Прости, моя дорогая младшая сестра, но это не любовь.

— Любовь бывает разной формы и величины.

— Извините, но я совершенно не понимаю.

— Я не особо-то и желаю, чтобы меня поняли. Мне будет достаточно, если вы осознаете, что я в самом деле его люблю.

Странно. Он знал, что она не такая как все, но не настолько же! Их разговор мог решить судьбу Королевства, однако теперь они говорят о любви принцессы к солдату. Разговор оказался поразительным во многих смыслах.

— Принцесса, если это ваши предпочтения...

— Это не предпочтения, а чистая любовь, — сделала замечание Реннер.

Маркизу не хотелось возражать такому её тону.

— Да, любовь... точно. Но принцессе желать выйти замуж за Клаима... в такое время...

— Невозможно. Думаешь, какие будут последствия? Да только один шепоток об этом появится, и тебя немедленно отправят замуж за кого-то другого. Вероятно, за кого-то из дворянской фракции, учитывая, что у них есть влияние на нашего старшего брата.

— Конечно. Если первый принц унаследует престол, это будет первым, что он сделает. Думаю, даже переговоры уже завершились. Некоторые дворяне смотрят на меня как на свою собственность.

— Принцесса, я уже знаю, что фракция знати пообещала поддержку в обмен на брак.

— Не думаешь, что Клаим слишком старается?.. Если он получит титул, то баронство — это самое большее, на что он может рассчитывать. Даже если благодаря особому отношению ему дадут более высокий титул, о браке всё равно не может быть и речи.

— Я это знаю, старший брат. В нынешнем Королевстве это невозможно.

Занак в мыслях улыбнулся. Это прекрасная возможность.

— Почему бы тогда не заключить сделку? Став королём, я лично поженю тебя и Клаима.

— Согласна.

— Правда? Тогда не вздумай забрать свои слова назад.

— У меня есть причины отказываться? Это ставка с наибольшей вероятностью победы. Я хотела поговорить с тобой об этом с того самого времени, как вы с маркизом Рэйвеном вошли в комнату.

— Хочешь сказать, что уже всё предвидела? — горько усмехнулся Занак, но в мыслях даже не думал радоваться.

Принц понимал, что она умнее, но даже представить не мог, что всё это время танцевал под её дудку. Логически говоря, Реннер было незачем раскрывать свои планы и мысли. Но если ради того, чтобы вытянуть из него это предложение, тогда всё понятно. Занак мысленно проклял её всеми возможными способами. Она в самом деле монстр.

— И старший брат... нет, маркиз Рэйвен. У меня к вам есть одна просьба.

— Какая же, принцесса?

— Кажется, у вас есть ребёнок?

— Да, ему недавно исполнилось пять.

Маркиз едва сумел сдержаться, чтобы при мысли о любимом сыне не улыбнуться. Он хотел похвастаться ним, но увидев настороженность Зака, овладел собой.

— Пожалуйста, сделайте его моим женихом.

— Никогда! Я никогда не отдам его такой как ты, — выкрикнул Рэйвен. Однако заметив, как Занак сузил глаза, а Реннер как всегда улыбается, он покраснел. — У меня нет оправданий, ваше высочество, я просто был застигнут врасплох... — Кашлянув, он снова посмотрел на Реннер. — Ваше высочество, простите, но не могли бы вы назвать причину?

— Вы уже должны знать.

— Эй, младшая сестра. Хоть бы намекнула...

— Вы станете женой моего сына, но на самом деле родите ребёнка от Клаима. У моего сына будет ребёнок от кого он захочет, и этот ребёнок будет его законным наследником, а вы притворитесь его матерью. Это вы предлагаете? Предложение и вправду неплохое. Ваше высочество сможет иметь ребёнка от кого захочет, а наш дом получит связь с королевской семьёй, даже если это всё будет ложью.

— Я не интересуюсь ни титулами, ни кровным родством. Если вы позволите моему ребёнку унаследовать разумное состояние, я не буду пытаться захватить ваш дом или что-то ещё.

— Я вам верю.

— Маркиз Рэйвен, вас даже мой отец не сможет остановить. Войдя в королевскую семью, вы можете быть с тем, кого любите, а я получу ещё одного сторонника. Никто ничего не теряет, а если кто-то предаст других, мы упадём все вместе... план идеален. Но разве такое предложение не от вас должно исходить?..

— Что ж, я уже пообещал вам помочь. Да и узнать об этом позже было бы ещё хуже.

Занак не ответил, поскольку Реннер была права. Пока они держат друг друга за слабое место, от такого предложения нельзя отказаться. Даже если у неё что-то не так с головой, человек с её способностями жизненно необходим для управления Королевством.

— Ладно, ваше высочество, думаю, мы уже достаточно поговорили о нас... Я слышал, вы натолкнулись на Восемь Пальцев? Даже арестовали главу отдела торговли рабами.

— Да, Клаим сказал правду. Вот почему я хочу напасть, пока они не затаились. Мне удалось узнать местоположения укрытий Восьми Пальцев по всему Королевству, поэтому я ударю сегодня. Но есть одна проблема, нам не хватает людей, так что я надеялась, что вы одолжите свою силу.

Занак и маркиз Рэйвен переглянулись. Первым заговорил принц:

— Так где эти места?

Реннер передала расшифрованное сообщение.

— Информацию проверили?

— Конечно, маркиз. Я попросила Лакюс. Она как раз сегодня доложила, что это в самом деле укрытия Восьми Пальцев. Проблема в том, что территория принадлежит другому дворянину.

Называть переброску войск на территорию другого дворянина облавой на преступников — немного чересчур. Это будет расценено как объявление войны.

— Но я не думаю, что это проблема. Как только мы свяжем место с Восемью Пальцами, то сможем надавить на дворянина.

— И даже если не сумеем связать, то можно использовать это письмо. Похоже, всё продумано.

Три человека улыбнулись друг другу, но теплоты в улыбках не было.

— Сестра, у меня тоже есть маленькая просьба. — Занак осмотрелся. Он впервые проверял, есть ли в комнате кто-то ещё. Вероятно, информация была по-настоящему важной и секретной. — Честно говоря, наш старший брат тоже получает некоторые деньги от Восьми Пальцев. Я хотел использовать это как рычаг давления против него, потому немного расследовал это дело, чтобы узнать, есть ли у них убежище в столице. Похоже, что есть. Хочу добавить это место в список.

— Хорошо. Настало время покончить с ними раз и навсегда, если упустим возможность, кто знает, когда она появится снова. Кстати, к какому отделу оно принадлежит?

— Торговли наркотиками.

— Тогда это немного опасно. Пару дней назад Лакюс напала на деревни, где выращивались наркотики. Если не поспешим, они сбегут.

— Что?.. Маркиз Рэйвен, можешь выступить немедленно?

— Будет непросто. У меня есть свой список дворян, которые могут быть не связаны с Восемью Пальцами. Но всё равно полностью доверять можно только двум. И мне потребуется некоторое время, чтобы их убедить. Есть также ещё одна проблема.

— Какая же, маркиз Рэйвен?

— Войск моего дома может просто не хватить.

Некоторые сильные искатели приключений в одиночку могут победить целую армию. Существовало несколько теорий, почему искатели приключений сильнее обычных людей. Самая достоверная гласила, что при опасности мозг перенапрягается, создавая эффекты вроде ускоренного заживления и повышения физических возможностей. В других теориях говорилось о благословлении богов или впитывании силы магии монстров, но все они сходились на том, что происходит резкое увеличение психических, физических и магических навыков. Эффект случался чаще при встрече с сильным противником, потому и получалось, что искатели приключений, сражающиеся с разнообразными монстрами, намного сильнее.

Против подобных врагов у простого солдата не будет и шанса.

— А если использовать вашу личную охрану? — спросил Занак, но маркиз покачал головой:

— Они все в самом деле бывшие искатели приключений с рангом выше мифрилового, но враг ещё сильнее. «Шесть Рук» Восьми Пальцев. Каждый из них способен выстоять против искателей приключений адамантового ранга. Будет очень опасно, если они появятся. Хотя одного мы сможем завалить числом.

— А-адамантовый ранг, — запнулся Занак.

Сильнейшие человечества, способные в одиночку победить тысячные армии.

— Тогда попросим Лакюс, чтобы члены Синей Розы пошли в разные места. Сомневаюсь, что в одном месте соберётся больше двух из Шести Рук.

— Разве в Синей Розе не пять человек? У противника шесть людей, разумно ли разделять наши силы? Нет гарантии, что они вообще в столице.

— Мы хотим победить их одним ударом, но это будет трудно.

В том сообщении упоминалось несколько разных мест. А с тем, что нашёл Занак, их будет восемь. На все у них не хватит сил.

— Жалко, конечно, оставлять три места нетронутыми... но у нас нет другого выбора.

— Почему бы тех, кто захватил свою цель, сразу же не отправить в следующие три укрытия?

— Думаю, так лучше всего, ваше высочество. Однако свободно перемещать солдат по столице будет проблемно. Как мы это решим?

— Попробую поговорить с отцом. В худшем случае мы просто бросим это дело. Наверное, я слишком жадный...

Раздался стук в дверь.

— Он пришёл.

Обычно двери открывала горничная, но поскольку её тут не было, поднялся маркиз Рэйвен. Однако принцесса жестом его остановила и открыла дверь самостоятельно. Увидев, кто это, Реннер счастливо повернулась к двум другим.

— Пришёл тот, кто поможет нам с шестым укрытием.

Принцесса пригласила неловко чувствующего себя королевского воина-капитана, Газефа Стронофа.

Часть 3

Месяц последнего огня (девятый), четвёртое число, 21:00

Клаим взял в руку немного подрагивающую чёрную массу. На ощупь — твёрдая, но на самом деле очень мягкая, что даже деформируется под действием силы тяжести. Юноша раздавил странный шарик о свою белую броню. Тот взорвался, и жидкость чёрными пятнами разбрызгалась по доспехам.

Кто-то подумал бы, что внутри чернила. Но действие шарика на этом не закончилось. Чёрные пятна дёрнулись и начали расползаться по броне, покрывая тёмной субстанцией всю её поверхность. За несколько секунд сияющие белые доспехи Клаима превратились в абсолютно чёрные.

Тот шарик был магическим предметом под названием «Волшебный краситель». Предметы высокого качества могли добавить дополнительную кислото-, жаро- или морозостойкость, но Клаим использовал простой предмет, способный лишь изменить цвет. Очевидно, что применил он его из-за яркости белых доспехов.

Лакюс созвала командиров каждой группы, в том числе и Клаима. Женщина-воин, облачённая в разнообразную экипировку, стояла в центре. Первым бросался в глаза знаменитый магический клинок Килинейрам. Этот меч, размером с полуторный, находился в ножнах, так что юноше не удалось взглянуть на знаменитый клинок, чернота которого по слухам напоминает тьму самой глубокой ночи. Но даже рукоять была прекрасна. В навершии красовался чёрный сапфир, внутри которого ярко горело пламя. Доспехи, на которых вырезаны множество единорогов, блестели, словно сделанные из золота или платины. Говорят, эту броню, носящую название «Девственный снег», могут носить только девственницы и она никогда не тускнеет.

В отличие от броских доспехов, плащ был сделан из простой серой ткани. Этот предмет назывался «Плащ крысиной скорости», он увеличивал скорость, ловкость и уклонение. Невообразимо могущественная магическая вещь, учитывая внешний вид. Похоже, девушка ещё не активировала свой знаменитый магический предмет «Парящие мечи». Лакюс до сих пор была в привлекающем внимание наряде, поскольку могла в любое время скрыть его своей магией.

Возле неё стояли уже знакомые ему люди. Члены Синей Розы и Газеф Строноф. В их рядах Клаим чувствовал себя не к месту.

Лакюс объясняла план нападения на восемь зданий, принадлежащих Восьми Пальцам. Однако, поскольку групп насчитывалось лишь семь, стратегию пересмотрели таким образом, что командир первой закончившей группы возьмёт личную охрану маркиза Рэйвена — бывших искателей приключений ранга выше мифрилового — и поспешит к последней цели, остальные соберутся в назначенном месте. Первостепенная задача заключалась в том, чтобы нейтрализовать и захватить как можно больше бандитов, но убивать сопротивляющихся разрешалось. Продолжая объяснять, Лакюс всех предостерегла:

— Ваш противник — сила, контролирующая преступный мир. Вам могут встретиться ловушки или неожиданно сильные враги. Никогда не снижайте бдительности.

Клаим вздрогнул. Не из-за страха, а из-за важнейшей роли, которую ему доверили. По способностям юноша сильно уступал командирам других групп. Его назначили командовать отрядом, а поскольку он не обычный солдат, ему даже выделили личного помощника. Единственную команду бывших искателей приключений орихалкового ранга маркиза Рэйвена тоже доверили ему. При таких условиях он просто не мог отказаться.

К тому же как только юноша осознал, почему его выбрали, то больше не мог сидеть на месте. Синяя Роза, маркиз Рэйвен, Газеф Строноф, и если что-то пойдёт не так — принц Занак. Никто из них не был представителем Реннер. Поэтому, назначив Клаима командовать одним из семи отрядов, принцесса хотела показать, что она тоже играет большую роль в плане.

Похоже, постарались принц Занак и маркиз Рэйвен, но зачем?

Для Клаима это оставалось загадкой. Однако о том, что принцесса Реннер усердно трудится на благо народа, узнает ещё больше людей. Осознание этого придавало ему сил.

Немногочисленные разговоры закончились, и все разошлись. Когда он вернулся в свою группу, стоявший впереди человек расслабленно обратился к юноше:

— Готов? — Это был Брейн Унглас, заместитель командира группы Клаима и его личный помощник, приведенный Газефом. — Все уже ждут. По приказу командира мы выдвигаемся немедленно. Пойдём этим путём. Вон тот приятель нам поможет.

Брейн передал карту столицы с помеченными красным пунктиром улицами — их маршрутом. Глянув на карту, Клаим перевёл взгляд на человека, на которого указал Унглас. Это был один из бывших искателей приключений орихалкового ранга. Словно почувствовав взгляд юноши, тот приветливо помахал рукой.

Клаим чуть поклонился мужчине, что был гораздо старше него. Как правило, не приветствовалось, чтобы командир кланялся обычному члену отряда, но Клаим не обладал настоящими силами и не мог сражаться на передовой, он нуждался в помощи других. Пока они говорили, к Клаиму подошла огромная женщина.

— О, ягодка.

Пожалуйста, не зовите меня так. С безысходностью надеясь на это, Клаим ощутил, как члены его команды начали смотреть на него иначе. К счастью, без презрения. Некоторые смотрели на него как взрослый на ребёнка, другие как на сильного товарища.

— Что такое, госпожа Гагаран?

Сейчас, в отличие от предыдущей их встречи на постоялом дворе, она облачилась в первоклассные магические предметы. На усыпанных шипами красных доспехах в области вокруг груди было нарисовано что-то похожее на глаза. Знаменитая броня «Бич глаз». Перчатки немного выделялись на общем фоне — вокруг них вились украшения в виде змей. Это была реликвия, ускоряющая регенерацию — «Перчатки Кэрикэриона». У талии висел боевой молот под названием «Осквернение железа», а красная роскошная накидка на спине, которую даже король не постыдился бы надеть, называлась «Алый страж». За бронёй же скрывались: «Жилет сопротивления», «Амулет из драконьих зубов» и «Пояс большой силы». Кроме того, она надела «Крылатые сапоги», «Диадему урагана» и даже магические кольца.

Таким было снаряжение одной из величайших воительниц Королевства, Гагаран. Каждая часть стоила столько, что у обычного человека глаза бы на лоб полезли. Лишь искатель приключений адамантового ранга мог себе такое позволить. И одного взгляда хватало, чтобы понять: Ивлаи, Тина и Тиа тоже в экипировке высочайшего класса.

— Да ничего, просто ещё разок хотела полапать зад ягодки.

Вероятно, она волновалась за него, но ему искренне хотелось, чтобы Гагаран прекратила его так называть. Такая кличка подошла бы, если б он желал пойти в одно из этих заведений, но он не желал. Глубоко внутри Клаим прослезился, но на Брейна Гагаран посмотрела ястребиным взглядом:

— Брейн Унглас. Мужик, что бился нога в ногу с королевским воином-капитаном... Те рассказы не врали и не преувеличивали.

— Воительница Гагаран из Синей Розы. Ты определённо... сильна. Тебе и впрямь подходит роль воина команды адамантового ранга. Так я прошёл?

Клаим посмотрел на Брейна, словно спрашивая, что тот имеет в виду под «прошёл». Унглас пожал плечами и поведал Клаиму, зачем она тут на самом деле:

— Она пришла посмотреть, достаточно ли я надежен, чтобы быть твоим помощником.

— Это правда?

— Не мели чепуху... Чтоб меня ещё волновало, что с вами случится? Просто будет обидно, если ягодка умрёт. Так что я пришла глянуть, кто о нём позаботится. И вот теперь я вижу, что ты не благодаря везению захватил «Дьявола иллюзий». Сильный боевой дух. Я чувствую его, даже не перекинувшись с тобой парой ударов. Для тебя это задание легче лёгкого.

— Ну и дела, спасибо. Слухи о тебе тоже не лгали. Но лучше не снижать бдительности. В этом мире достаточно сильных монстров, способных мгновенно нас прикончить.

— Ох-хо, так ты из заботливых? Такие мужики тоже не плохи. Может, ты уже не ягодка, но не пойти ли нам заняться этим?

— Нет, спасибо. Думаю, он взорвётся от давления.

Клаиму не требовалось спрашивать, что взорвётся.

— Какой стыд. Ладно, будь осторожен, Клаим.

Помахав на прощанье, Гагаран ушла. Глядя ей вслед, Брейн пробормотал:

— Она добрая женщина. С такой внешностью… даже и не подумаешь.

— Гагаран... нет, все члены Синей Розы такие. Ивлаи выглядит злой, но даже она добрая.

— Заклинательница в маске... Кстати, этот Аинз Оал Гоун, которого упоминал Газеф, тоже носил маску. Это мода такая среди заклинателей?.. Хм-м? Кажется, уже пора выдвигаться.

— Похоже на то. Если хотим скоординировать время с ушедшими вперёд группами, сейчас самое время.

Мужчины видели, как одна группа уже ушла далеко вперёд. Клаим осмотрелся в поисках одной девушки, но, конечно же, её не нашёл. Сейчас она должна находиться с принцем Занаком. Он знал, сколько работы предстоит сделать Реннер, тем не менее почему-то ему было печально.

— Тогда пойдём, Клаим?

— Да!.. В путь, — тот приказал группе выдвигаться.

Командир Клаим, заместитель командира Унглас, четыре бывших искателя приключений орихалкового ранга, двадцать солдат из дома маркиза Рэйвена, а также несколько высокоуровневых лекарей, знакомых маркиза, и ещё несколько человек, в тайне одолженные магической гильдией. Под покровом ночи тихо уходили в общей сложности тридцать два человека.

Часть 4

Месяц последнего огня (девятый), четвёртое число, 20:31

— Послать такие силы... Мне следует поблагодарить владыку Аинза, — первое, что сказал Себастьян, посмотрев на собравшихся в особняке.

Кроме командира Демиурга присутствовали Стражи Шалти и Мар, а также Солюшн и Энтома из Плеяд. Кроме того, стояло несколько подчинённых Демиурга, Лордов зла. По-настоящему могущественный отряд. Можно даже сказать, что это перебор.

— В особенности за Стражей, одних из сильнейших...

— По приказу владыки Аинза я, Демиург, беру на себя командование... есть возражения, Себас?

— Конечно нет.

— Тогда я для начала хочу кое-что прояснить, чтобы между нами не возникло никаких недоразумений. Владыка Аинз приказал нам спасти Цуарэ, но такие силы мы собрали для того, чтобы наказать невежественных Восемь Пальцев, совершивших тяжкий грех против Высшего существа.

— Я прекрасно это понимаю. Спасение Цуарэ лишь второстепенная задача.

— Верно. Сомневаюсь, что у Цуарэ есть сопротивляемость магии возрождения, поэтому единственная причина, по которой я постараюсь её спасти, — это твое предложение. — Тон был не очень приятный. — Тем не менее если она уже мертва, найти её будет нелегко. На месте врага я бросил бы её отрубленную голову на идиотов, пришедших её спасти.

— А я думал, что ты, Демиург, в назидание им покажешь сцену пыток заложника.

— Очень логичный вывод. Связать неудавшихся спасителей и пытать заложника у них перед глазами... от одной мысли об этом моё сердце бьётся быстрее.

— Что же именно заставляет его биться быстрее? — Себастьян скрыл гнев за улыбкой. Хотя Демиург видел и сквозь неё. Это была тонкая игра.

— Всё, Себас. Всё. — Узкие как щелочки глаза Демиурга блестели холодом. — Конечно, на месте похитителя я бы дал спасителю сбежать с заложником, а как только он поверит в успех, тут же явился бы. Чем выше надежда, тем больше отчаяние.

— Звучит забавно. Если выпадет случай, я тоже хочу попробовать.

— Н-но если он взаправду сбежит, р-разве это не будет опасно?

Демиург и Шалти рассмеялись.

— Забавная шутка, Мар. Конечно же мы убедимся, что никто ни в коем случае не сбежит. А даже если и сбежит, он заслужит нашей похвалы.

— Демиург, ты уже достал нужную информацию, чтобы уничтожить Восемь Пальцев?

— Конечно, Себас. У меня есть всё необходимое.

Дворецкий искренне удивился. Демиург провёл в столице очень мало времени, но собрать сведения успел... Себастьян не хотел представлять, какими методами тот пользовался. Он был уверен лишь в том, что, выполняя приказы господина, Демиург не станет возиться.

— У них несколько укрытий. Нам осталось только напасть. По возможности захватывайте людей, которые могут владеть полезной информацией. И убедитесь, что напомнили Восьми Пальцам об их грехе... — вдруг остановившись, Демиург посмотрел на Себастьяна: — … о том, что они посмели осквернить самое изящное и великолепное имя, Аинз Оал Гоун. Если хотим отплатить им соразмерно оскорблению, нужно извлечь ещё больше информации. Есть возражения?

— Н, нет!

— Они заплатят за грубость к владыке Аинзу смертью. — Конечно, возражений нет, — ответили два Стража и дворецкий.

Плеяды и Лорды зла просто поклонились, ни слова не сказав.

— Хорошо. Себас, можешь назвать место, куда они тебя позвали? Мне нужно проверить, есть ли оно в моём списке.

Когда Себастьян назвал адрес, Демиург улыбнулся:

— Мне радоваться, что оно есть, или грустить, что мест для атаки стало на одно меньше? Это одно из укрытий, которые я нашёл. Оставляю его на тебя.

— Благодарю. Но есть вероятность, что она будет ранена. Я хочу взять кого-то способного на лечащую магию.

— Её спасение тоже одно из желаний владыки... Солюшн, поскольку ты обладаешь превосходными способностями обнаружения, я хотел оставить тебя в резерве, но можешь помочь Себасу?

— Как прикажете, господин Демиург.

— Но Демиург, люди в здании, что похитили Цуарэ...

— Если оставишь в живых хоть одного отброса, что пытался растоптать слова владыки Аинза, я сам тебя убью.

— Не волнуйся, Демиург. Я уничтожу их.

— Хотела сказать это уже давно... не могли бы вы быть друг к другу дружелюбнее?

Себастьян краем глаза заметил, как Демиург двусмысленно улыбнулся. Он сам, наверное, тоже растянул губы в похожей улыбке. Чем больше он думал, почему так не любит Демиурга, тем страннее становилось. К Шалти, имевшей похожие хобби, он относился нормально, но Демиург вызывал раздражение при каждом разговоре. Тем не менее браниться прямо перед операцией — всё равно что плевать на доброту Высшего существа. Извинившись в душе перед господином, Себастьян поклонился:

— Прошу прощения за грубость, хотя вы пришли исправить мои ошибки.

— Что ж... это не имеет значения. Сможешь отправить Цуарэ в Назарик сразу после её спасения?

— Конечно. К её приёму всё готово?

— Да, мы всё устроили, — сладким тоном ответила Энтома.

Себастьян кивнул.

— Вопросы? Никаких? Тогда мы разделимся на семь групп и решим, какая что будет атаковать. Себас и Солюшн уже назначены... Но первое, чего следует остерегаться... Шалти!

Тон Демиурга стал более резким, удивляя вампиршу.

— Что, что такое, Демиург?

— Пожалуйста, подожди в резерве, потому что от крови ты теряешь контроль. Если начнёшь бушевать из-за убийства бесполезных мух, это станет проблемой.

— Н-не станет! Если я Шприцевым копьем буду высасывать её досуха, то маловероятно, что это произойдёт.

— Всё же нет. С этим следует быть осторожнее и не рисковать, если возможно. Также, Себас, заранее прошу прощения. Спасение Цуарэ и наказание Восьми Пальцев лишь первый этап плана. Однако я ничего не могу тебе сказать обо всём плане или втором этапе, потому что как только ты вернёшься в Назарик, и первый этап закончится, ты больше не будешь частью плана. Чтобы избежать каких-либо утечек информации, мы должны держать всё в строжайшем секрете.

— Хорошо. Тогда я пойду готовиться.

Как только Себастьян покинул комнату, Демиург продолжил:

— Отлично, для начала я расскажу самое важное. Сосредоточьтесь, чтобы ничего не упустить. Энтома, ты ведь умеешь создавать иллюзии, да? Тогда используй их так, как я скажу.

— Вас поняла.

Выслушав все подробности, боевая горничная создала на пустом месте иллюзию. Демиург довольно улыбнулся.

— Я запрещаю убивать этого человека. В худшем случае разрешено его ранить, но лучше думайте, что даже этого не допускается. Особенно ты, Шалти.

— Можешь постоянно не напоминать, — надулась она, Мар горько улыбнулся:

— У-ум. А-а ничего, что мы скрываем это от Себаса?

— Думаю, ничего не случится. Учитывая его характер, он не вредит случайным людям... Но на всякий случай можешь об этом позаботиться, Солюшн?

— Да, как прикажете.

Демиург удовлетворённо кивнул.

Вторая половина плана должна принести Назарику много пользы. Если они допустят ошибку, то конечную цель мирового господства, о которой Аинз Оал Гоун не говорил вслух, возможно придётся отложить. Как только господин сказал: «Я доверяю всё тебе», — ошибки больше не допустимы.

Шалти, Коцит и Себастьян один за другим совершали ошибки, несмотря на прямые приказы от Альбедо. Если так продолжится, то это поставит под сомнение способности Стражей и остальных сильных жителей Назарика, созданных Высшими существами. Конечно, господин не будет гневаться из-за их провалов, а провал Коцита, кажется, был частью плана, но нельзя продолжать полагаться на его доброту.

Мы должны доказать владыке Аинзу полезность Стражей, успешно завершив план.

Какой смысл в глупых подчинённых, что не могут нормально выполнить свои обязанности?

А если последнее Высшее существо разочаруется и исчезнет...

Одна мысль об этом заставила Демиурга застыть от страха.

Провал недопустим. Мы должны достичь результата, который смоет все остальные ошибки.

С уверенностью в душе Демиург обвёл всех взглядом.

— И не забывайте, люди, что промыли мозги Шалти, могут ждать возможности ударить. Никто без разрешения не отходит от места своего задания. Если вас заподозрю я или другой Страж, поднимите руки или их эквивалент в качестве доказательства своей преданности. Не ведите себя подозрительно. Иначе ради успешного выполнения плана мы вас мгновенно убьём. Вопросы?

— Ум, я только что задал один, но могу задать ещё один?

Демиург вежливо улыбнулся Мару и жестом указал продолжать.

— А, ага. У С-Себаса нет предмета Мирового класса, как у нас. С ним ничего не случится?

— Владыка Аинз сделал его приманкой. Если враг попадётся, будет просто чудесно. На этот случай Альбедо следит из Тронного зала. И ещё, если не умеете использовать «Сообщение», не действуйте самостоятельно. Я буду следить за всей операцией, так что лучше просто придите ко мне. Если произойдёт что-то непредвиденное или по какой-то причине не сможете со мной связаться, идите к Мару, я уже рассказал ему весь план, он будет заместителем командира.

— А... а я?..

— Извини, Шалти. Но как я и сказал, я не могу полностью тебе доверять, так что ты в резерве. Эх... твоя неконтролируемая жажда крови может принести много хлопот.

— Поняла, я поняла, хорошо!!!

— Как только завершится первый этап, мы сразу же начнём второй. Сейчас я всё объясню. Это по-настоящему важно, так что будьте внима... Что такое?

Из тени Демиурга появился теневой демон и прошептал на ухо новые сведения.

— Неужели? Ты едва успел, но ничего не поделаешь.

Дело и вправду досадное, но его нельзя проигнорировать.

— Мар, вот новая информация. У нас есть новое укрытие Восьми Пальцев. Прости, но тебе придётся туда отправиться. Может быть, тебе не хватает людей, но я пошлю Энтому в качестве поддержки.

— У, да, ум, пожалуйста, положитесь на меня!

— Хороший ответ. О подробностях поговорим позже, а пока позвольте рассказать вам об операции Геенна. Самое важное, что мы когда-либо проводили в Королевстве, так что слушайте внимательно.

Глава 8. Шесть Рук

Часть 1

Месяц последнего огня (девятый), четвёртое число, 21:51

Засыпать с заходом солнца — в Королевстве обычное дело, поскольку масло для ламп стоит денег. В деревнях, где жили в основном бедняки, такая практика считалась нормой. Однако города в корне отличались. Люди были активны как ночные животные, особенно в центре, где много разнообразных магазинов. Однако Клаим направлялся в немного другое место. Не к ярко освещённой оживлённой улице, а в поглощённый темнотой переулок.

Юноша тихо шёл по дороге, не освещаемой ни единой лампой. Идти помогал «шлем тёмного видения». Максимум он позволял видеть на пятнадцать метров, но в этих пределах было светло, как в полдень. Кроме того, в отличие от железной кольчуги, мифриловая не так звенела. Полностью вооружённого Клаима заметил бы разве что человек с очень хорошим слухом, например какой-то умелый вор.

Вот почему он вошёл в число разведчиков.

Выйдя из переулка, они увидели свою цель. Периметр окружали высокие стены, напоминающие крепостные или тюремные. Какие тут совершают преступления? На ум приходили самые разнообразные мысли. Магическому свету, установленному по обе стороны двери, не удавалось отогнать тьму, которая словно сочилась из постройки. Снаружи юноша не смог разглядеть здание, которое было нарисовано на плане.

— Это оно. Без сомнений, — пробормотал Клаим, присев, чтобы спрятаться; рядом ответили:

— Похоже на то, командир. Атмосфера подходит идеально. Я пойду разведаю.

Говорил один из бывших искателей приключений орихалкового ранга, обладающий воровским классом. Брейн ответил вместо Клаима:

— Будь осторожен. Некоторые воины могут обнаружить невидимое.

— Конечно, это ведь Восемь Пальцев. Буду действовать так, словно там вор или заклинатель моего уровня. Ну, пожелайте мне удачи, я пошёл.

После этих слов присутствие рядом исчезло. Юноша больше ничего не слышал, но вор или кто-то со схожими навыками услышал бы, как человек пошёл в сторону здания.

Остались только Клаим и Брейн.

Остальные ждали позади, потому что не привыкли действовать скрытно. Гремевшие доспехи сразу бы их выдали, а снять их они не могли, поскольку сражение могло начаться в любую минуту.

Так что пошли они двое.

Оба — воины, неспособные подражать вору. Однако Клаим благодаря зачарованным доспехам, а Брейн благодаря боевым навыкам могли скрыться в темноте. Но дальше уже дело для профессионала. Эти двое подобрались так близко, несмотря на опасность, не без причины. Если вора обнаружат, нужно быстро решить, следует группе атаковать или отступать. Сейчас время ждать и смотреть. Тем не менее они понятия не имели, что происходит внутри. Пока время шло, в голову приходили разнообразные плохие мысли.

— Всё будет хорошо?

— Не знаю... но на него можно положиться. Он ведь бывший орихалковый искатель приключений, — ответил Брейн.

— Наверно. Он весьма опытен.

Они уже потеряли счёт времени. Как вдруг Брейн потянулся к катане. Следуя его примеру, Клаим тоже схватился за рукоять меча. Рядом послышался паникующий голос:

— Постойте, постойте. Это я, я вернулся.

Пришёл ушедший на разведку вор.

— А, ты. Подошёл, но ничего не делал... проверял, смогу ли ощутить тебя своими боевыми навыками?

— Ага, извини. Моя вина, что решил проверить знаменитого Брейна Унгласа.

— Всё нормально. На твоём месте я поступил бы так же. Ладно, можешь рассказать, что увидел внутри?

Клаим почувствовал порыв воздуха, и кто-то присел рядом. Посмотрев в сторону, юноша никого не увидел, но слабо чувствовалось, что там кто-то находится, хоть это и казалось странным.

— Кажется, это место своего рода тренировочная площадка. Двор в точности её напоминает. Я вскользь заглянул в здание и увидел множество комнат. Думаю, с уверенностью можно сказать, что здание принадлежит отделу безопасности Восьми Пальцев. Несколько мест так хорошо охранялись, что я не рискнул приблизиться. А также у меня плохие новости, командир.

Тон его голоса заставил двоих напрячься.

— Я обнаружил кое-что важное. В здании есть тюремные камеры, в одной из них заперта женщина. Кроме того, некоторые люди подходят под описание Шести Рук.

О пленнице они ничего не знали, но присутствие Шести Рук предполагалось заранее. Так в чём проблемы? Любопытство юноши удовлетворил следующий вопрос Брейна:

— Сколько? Раз ты сказал «люди», то их больше одного.

— Пятеро. Поскольку «Дьявола иллюзий» мы уже захватили, то, полагаю, тут собрались все.

Другими словами, это неприступная крепость. Худшее из возможных мест. Однако...

— Для нас, может, это плохо, но лучше для остальных. Если все враги собрались здесь, другим будет легче.

В плохом можно найти и хорошее.

— Так что будем делать, командир?

— А что ещё остаётся? Это место невозможно захватить. Отходим.

— Ты уверен, Клаим?

— Нет, но у нас есть выбор? Если собрались все Шесть Рук, то это, вероятно, одно из двух важных мест, и мы даже не можем проверить, так ли это. Но учитывая разницу в силе, я даже не сомневаюсь, что это так.

— Согласен.

— Может, мне тогда снова пойти? Я могу поискать хоть какие-то документы, прежде чем мы уйдём.

— Нет, слишком опасно. Лучше отступить, пока они нас не заметили.

— Хорошо. Как мы сейчас поступим? Пойдём в другое место и поможем?

— Это будет лучше всего. Можешь сообщить остальным ребятам, что нас дожидаются? Мы подождём здесь и понаблюдаем, чтобы за нами никто не следил.

— Полагаю, осторожность не навредит. Тогда я пошёл.

По-прежнему невидимый вор шагал намеренно громко, давая Клаиму понять, что идёт к остальной группе.

— Кажется, его никто не преследует, Клаим.

— Тогда и мы соединимся с остальными и пойдём к следующему месту?

— Ага... Э? Посмотри туда, Клаим.

Обернувшись, он увидел, как в сторону здания идёт старик, которого они вчера встретили.

— Господин Себас? Почему он...

— Трудно представить, что это совпадение... Что происходит? Он один из них?

— Не думаю. И вы наверняка тоже.

— Ага. Может, будь он хорошим актёром, но я сомневаюсь в этом.

— Нужно его позвать...

Как только он сказал это, Себастьян посмотрел прямо на них двоих. Калим и Брейн прятались в тени довольно далеко от здания. Их не так-то просто обнаружить. Может, он по случайности посмотрел в их сторону, но Клаиму так не казалось.

Себастьян пошёл быстрым шагом.

Невероятная скорость. Они только моргнули, а он уже появился так близко, словно телепортировался. Хотя он просто шёл, мозг не успевал уследить за скоростью. Затем он вошёл в переулок. Точнее, он аккуратно перепрыгнул двух людей, что там спрятались.

— Хм, какое совпадение увидеть вас двоих. Что вас сюда привело?

— Нет, это мы должны вас спрашивать. Мы собирались напасть на здание, принадлежащее Восьми Пальцам.

— Вдвоём?

— Нет, позади есть ещё.

Когда Себастьян пробормотал что-то неразборчивое, Клаим спросил:

— Что вы здесь делаете, господин Себас? У вас есть дела в таком месте?..

— Да, честно говоря, женщину, о которой я вам рассказывал, вчера похитили и держат здесь. Они позвали меня, вот я и пришёл.

— Правда?! Кстати, наш товарищ недавно ходил на разведку и видел там женщину.

— Где он?..

— Скоро должен вернуться... а вот и он.

Бывший искатель приключений вернулся уже с убранной невидимостью. Он с настороженностью смотрел на старого джентльмена, который в такое место совершенно не вписывался.

— Это господин Себас. Он помог нам вчера захватить «Дьявола иллюзий». Кажется, он знаком с женщиной, о которой ты говорил. Ему можно доверять, не волнуйся.

С облегчением кивнув, вор подробно рассказал об увиденном, начиная с женщины. Выслушав всё, Себастьян с благодарностью произнёс:

— Хорошо, мне всё ясно. Благодарю, теперь её будет легче спасти.

— Не переживай об этом, старик. Кстати, все готовы уходить...

Вор глянул на Себастьяна, будто извиняясь за то, что им приходится оставлять его здесь, несмотря на заложницу.

— Господин Себас. Тут собрались сильнейшие из Восьми Пальцев, которых называют Шесть Рук... Вы уверены, что сможете победить их всех?

Вор нахмурился. Клаим понимал, что тот подумал. Шесть Рук по силе равняются адамантовому рангу. Пятерых победить просто невозможно. Однако, игнорируя такие сомнения, Себастьян уверенно ответил:

— Если это пять таких, как вчерашний Сакъюлент, то проблем не возникнет.

Моргнув несколько раз, вор отвёл в сторонку Брейна с Клаимом и, с жалостью в глазах глядя на старика, спросил:

— Командир, этот человек выжил из ума?

Любой, услышавший Себастьяна, с этим бы согласился. В особенности если знать, на что способны искатели приключений адамантового ранга. Но Клаим, видевший способности Себастьяна лично, понимал, что в этом заявлении нет излишней самоуверенности.

— Нет, он силён.

Вор посмотрел на Клаима как на безумного.

— Брейн тоже так считает.

— Что?! Унглас, и ты?

Брейн горько улыбнулся и кивнул:

— Ага. Даже если мы с Газефом объединимся, не сможем его победить.

— Э-это... Нет, если это так, то это невероятно...

Вор по-прежнему недоверчиво смотрел на Себастьяна, но пришлось поверить в услышанное.

— Если мы попросим помощи у господина Себаса... это будет неудобно, но, может быть, расскажем ему о Шести Руках?

Аура дружелюбия вокруг дворецкого нарушилась лишь однажды — когда он услышал прозвище одного из Шести Рук.

— Говоришь «Немёртвый король» Дэйбанок?.. Какое неуместное прозвище глупого создания.

Кроме этого шепотка обмен информацией завершился без сучка, без задоринки. Клаим снова спросил:

— Так, господин Себас... вы сможете нам помочь?

— Конечно. Я всё равно пришёл спасти Цуарэ. Я позабочусь о Шести Руках.

— В таком случае вам лучше зайти с парадного входа, а мы тайно проникнем, чтобы спасти Цуарэ. Простите, что оставляю всё сражение на вас...

— Ничего. Для меня это тоже выгодно. Вы сможете спасти её, пока я их отвлекаю, и они не смогут увести её через секретный выход.

— Хорошо. Я спасу Цуарэ любой ценой. Но кто тогда пойдёт с нами? Не думаю, что вовлекать всех, как изначально планировалось, будет хорошей идеей...

— Хм... если нужно проникнуть в здание, то следует вести себя как можно тише. И после её спасения нам, может быть, придётся прорываться наружу силой. В таком случае... — Вор посмотрел на Клаима и Брейна. — Если бы мы могли использовать магию невидимости бесконечно, то было бы другое дело... но, полагаю, лучше всего пойти нам троим.

— Ничего, что и я пойду с вами?

— Конечно, командир. Мои боевые товарищи не подходят для проникновения, они слишком гремят доспехами.

— Понял, пойдём только мы.

— Я попрошу заклинателя набросить на нас невидимость... хотя я бы не отказался и от магии приглушения шума.

— Невидимость?.. — беспокойно заговорил Клаим. — Даже если все исчезнут, раз в день я могу активировать у шлема способность видеть невидимое... но что будете делать вы? Если никто друг друга не будет видеть и потеряется, будут проблемы.

— Не волнуйся, Клаим. У меня с собой магический предмет, с помощью которого можно обнаружить невидимое. Хотя он одноразовый, я буду в порядке.

— Обо мне тоже не беспокойтесь. Невозможно, чтобы я потерял шаги командира и Унгласа.

— Хорошо, переговариваться мы сможем. Пока дадим господину Себасу время, а потом уже начнём вылазку.

— Я рассчитываю на вас.

Клаим и Брейн растерялись, когда Себастьян поклонился. Они не сделали ничего, заслуживающего поклона от такого, как Себастьян. Они попросту используют его, как вчера в борделе.

— Нет, это мы должны благодарить вас. Поскольку мы пришли напасть на это место, мы очень благодарны вам, что вы позаботитесь о Шести Руках.

— В таком случае, полагаю, мы в расчёте.

В ослепительной улыбке старика не было видно ни следа отрицательных эмоций. Клаим поднялся, чувствуя облегчение.

— Тогда мы пока отступим, чтобы на нас наложили магию.

Часть 2

Месяц последнего огня (девятый), четвёртое число, 22:15

Себастьян вышел заранее, так что прибыл на несколько минут раньше указанного на пергаменте времени. Но он не стал ждать и остановился перед воротами.

Через их железные прутья виднелся двор, но деревья мешали разглядеть, что дальше.

— Ха, вовремя пришёл.

Из-за деревьев вышел мужчина с грубым голосом. Конечно, дворецкий всё это время знал о его местонахождении, ведь активировал навык обнаружения жизненных форм в определённом радиусе. Он не видел его глазами, а поскольку полагаться только на навык опасно, дворецкий использовал его лишь в особых случаях.

— Сюда, за мной.

Следуя за мужчиной, Себастьян по дорожке шёл через опрятный сад, который совсем не ожидаешь увидеть в преступной организации вроде Восьми Пальцев. Деревья аккуратно подстрижены — за ними следит талантливый садовник. За садом находилась широкая поляна, напоминающая тренировочную площадку. В землю вставлены многочисленные факелы, освещая всё красным пламенем. Меж них стояли приблизительно тридцать человек, большинство — мужчины, хотя и нашлась парочка женщин. Все эти люди улыбались. Улыбками тех, кто привык к насилию и никогда не мог вообразить себя проигравшим. Себас оглядел поляну — ни одного достойного противника, хотя он заметил Шесть Рук, о которых слышал от приятеля Клаима.

Один — в полностью чёрном плаще с капюшоном, край которого вышит красными нитями, имитирующими пламя. Из-за капюшона лица не видно, но такая аура живому существу принадлежать не может. Прозвище «Неживой» не просто игра слов, он и вправду нежить. Единственная женщина в Шести Руках одета в тонкие шелка. На запястьях и лодыжках бесчисленные золотые браслеты, что стучат при каждом движении. На талии шесть ятаганов. Возле неё эффектный мужчина — одет как матадор, а в руках держит рапиру, словно сделанную из розы. Она даже пахнет как роза. Последний — мужчина в незаметной полной броне, а меч держит в ножнах. Всего четыре человека. Лидера Зеро нигде не видно. Наверное, он находился где-то в другом месте. Когда эти четверо шагнули вперёд, их приспешники начали окружать Себастьяна.

— Старик, слышал, ты весьма силён. Ты победил их всех с одного удара, верно?

— Мы своими навыками заработали место в Восьми Пальцах. Нам не поздоровится, если мы здесь проиграем. Сакъюлент? Он идиот, раз проиграл на глазах главы отдела работорговли, хоть этот отдел теперь разрушен.

— У меня есть к тебе один вопрос. Сакъюлент сказал, что проиграл Брейну Унгласу, но, может быть, его на самом деле победил ты, а он просто в этом не признаётся?

— Что ж, я никогда с ним не дрался. Мы лишь обменялись приветствиями в особняке, а в следующий раз, когда я его увидел, он уже потерял сознание.

— Думаю, для него проиграть вполне естественно. Он просто не смог бы победить знаменитого Брейна Унгласа.

— В особенности если тот после дуэли стал сильнее и сейчас на уровне Газефа Стронофа.

— Но это непростительно. Об Унгласе и подчинённом той дрянной принцессы мы позаботимся позже. Но ты, старик, ставший причиной всех этих хлопот, умрёшь первым.

— Мы сломим тебя. Иначе это поставит нас в невыгодное положение.

— Видишь... — Шесть Рук говорили по очереди, один из них указал на третий этаж здания. — Там несколько важных шишек. Они собрались посмотреть, как мы убиваем тебя красиво и медленно.

— Некто по имени Зеро там тоже есть?

— Всё может быть.

Четвёрка усмехнулась, словно глядя на слабака. Указав на здание, Себастьян затем опустил руку. Шести Рукам стало интересно, что он делает.

— Что такое? Собираешься драться?

— Не тревожьтесь об этом. Так где она?

— О ком это ты?

Ответили со смешком, явно глядя на него сверху в низ. Дворецкий строго ответил:

— О женщине, которую вы похитили из особняка, Цуарэ.

— А если мы скажем, что убили её?

— Вы правда настолько великодушны?

— Ха-ха-ха! Точно подметил. Мы не великодушны. Она будет подарком Кокодолу. Мы завернём её красиво и крепко.

— Ясно...

Себастьян заметил, как один из четвёрки вдруг посмотрел на определённое место в здании. Но сейчас важно одно: он явно посмотрел не туда, где держат Цуарэ. Придётся найти её уже после.

— Раз все собрались, нападайте вместе. Если Зеро сбежит, я только время потеряю да хлопот прибавится.

— Этот старик не умеет говорить.

— Ты так уверен, что легко победишь наших подчинённых? Видно, ты никогда не встречал по-настоящему сильного противника.

— Мудрые слова. Я хочу вам их вернуть... но могу я кое-что спросить? Почему вы думаете, что я слабее Брейна?

— Глупый вопрос. Когда станешь таким же крепким, как мы, то сможешь почувствовать силу противника. Тебе, старик, до нас ещё ой как далеко.

За исключением Дэйбанока трое согласились.

— Правда?..

Себастьян тоже мог примерно определить силу врага по его «ки», но ему было трудно оценить скрытую силу, например навыки или магию.

— Так что мы дадим тебе шанс. Мы будем драться по одному...

— Я силён, — Себастьян подозвал их жестом. — Я ведь сказал: не делайте ничего хлопотного вроде битвы по одному. Если нападёте все вместе, то, может, продержитесь десять секунд.

— Не недооценивай нас, человек, — у Дэйбанока дрогнули плечи.

— Я вас недооцениваю? Нет, это вы меня недооцениваете. Меня зовут Себастьян. Это имя дал мне сильнейший воин. И служу я Высшему существу... но, кажется, с вами, низшими созданиями, говорить бесполезно. Я устал болтать. Давайте закончим всё.

Себастьян шагнул вперёд. К созданию с прозвищем, которым дворецкий был недоволен больше всего.

«Немёртвый король» Дэйбанок.

На самом деле он являлся старшим личем, который возродился естественным образом. Обычно нежить появляется в местах, где погибло много людей, питает глубокую ненависть к живым существам и пытается их убить. Однако некоторые разумные мертвецы подавляют свою ненависть и ведут дела с живыми. Дэйбанок из таких. Цель его неестественной жизни — освоение магии, которую он не мог использовать при появлении на свет, а также обретение других навыков помимо магии.

Встреть он похожую нежить, может, пошёл бы другой дорогой. На самом деле существовало тайное общество немёртвых заклинателей, но, увы, Дэйбанок не встретил ни одного из них.

Потому ради изучения заклинаний он искал богатство.

Поначалу он убивал путешественников на дороге и забирал их деньги. Но проиграв искателям приключений, которых послали в качестве превентивных мер, он осознал глупость своих действий и начал искать новые способы заработать деньги. Потому скрыв свою подлинную сущность, он вступил в компанию наёмников. Но когда заметили, что он непрерывно кидается огненными шарами, его раскрыли, и личу пришлось бежать.

Когда он потерял способ зарабатывать деньги, к нему и подошёл Зеро.

Он представил его людям, что моли научить Дэйбанока некоторой магии, и предложил приличную сумму денег в обмен на работу. Лич не ожидал подобной помощи. Если он продолжит становиться сильнее, то, возможно, в один прекрасный день бессмертное существо станет достаточно сильным, чтобы уничтожить всё живое. Зеро спонсировал того, кто в будущем мог бы представлять угрозу всему человечеству.

Однако...

Себастьян налетел на него подобно шторму, сжал пальцы в кулак и ударил. Не давая времени уклониться или защититься, дворецкий разбил голову Дэйбанока на куски. Его неестественная жизнь закончилась прежде, чем он успел понять, какой гнев вызвал. Себастьян сплюнул, это было на него не похоже.

— Этот титул предназначен только для одного. Того, кто стоит над всеми. Как низшая нежить посмела его использовать?

Когда Себастьян махнул кулаком, чтобы стряхнуть куски кости, тело Дэйбанока распалось, попадали многочисленные магические предметы, которые он носил. Среди панически застывшей толпы начали действовать лишь Шесть Рук. Не участвуй они в кровавых побоищах, подобающих истинным ветеранам, то вообще не смогли бы отреагировать. Это похвально. Похоже, слухи о том, что они равняются адамантовому рангу, не беспочвенны.

Следующим противником дворецкого стала женщина.

«Танцующий ятаган» Эдстром.

Её ятаганы были зачарованы магией «Танец». Как название и предполагает, оружие словно танцевало, нападая автоматически, что в несколько раз увеличивало число ударов. Но поскольку магия позволяла использовать только простые паттерны, они не подходили на место основного оружия. Ятаганы были полезны лишь при внезапных ударах и как поддержка, и только раздражали бы равного ей по силе противника. Поскольку оружие можно было зачаровать лишь одним заклинанием, обычно применяли более хорошую магию, чем «Танец». Например, Гагаран из Синей Розы оружие использует лишь с магией, увеличивающей силу атаки.

Однако для Эдстром никакая другая магия не подходила лучше, чем «Танец». Обычно заклинание активируется, когда владелец оружия даёт мысленную команду, однако в бою на грани жизни и смерти невозможно отвлечься и скомандовать парящему оружию делать что-то, кроме простых движений.

Но не для неё.

Рядом с ней словно стояли невидимые воины, способные управляться с клинком столь же искусно, как она. Её мозг был построен странным образом: две способности вместо таланта.

Первая — почти ненормальное пространственное восприятие, а вторая — способность использовать две руки независимо друг от друга и совершать два действия одновременно. Некоторые люди на такое способны, хоть никогда этому не учились, но она в этом была гораздо опытнее, а её мозг был намного гибче — настолько, что почти казалось, будто она имеет два мозга. Обладай она только одной способностью, то не сумела бы управлять мечами так свободно. Две способности Эдстром — самое настоящее чудо.

Среди всех девяти миллионов граждан Королевства не нашлось бы, наверное, другого такого человека. Подчиняясь её воле, мечи вылетели из ножен. Ей нужно было лишь сосредоточиться на обороне. Остальные пять клинков сами нападут. Это — тюрьма из мечей, тюрьма, где смерть неотвратима.

Но...

Её ятаганы не успели даже нанести удар, Себастьян сократил расстояние и на невероятной скорости ударил ребром ладони. Усиленная «ки» рука дворецкого была острее любого клинка, голова женщины слетела мгновенно. Из шеи брызнула кровь, тело упало. Однако пять ятаганов продолжали лететь в воздухе. Себастьян ударил настолько точно и быстро, что она не почувствовала смерть. Наверное, и боли не возникло. Подчиняясь её воле, пять танцующих клинков кинулись на Себастьяна. Не обращая на них внимания, тот выпрямился и похвалил отделённую голову:

— Сражаться, даже потеряв голову... Восхитительный боевой дух.

Её губы открылись и закрылись. Что он лепечет? Она не понимала, но словно ощутив что-то в его словах, она задвигала глазами и нашла своё безголовое тело. Ложь. Иллюзия. Я не могу проиграть. Я не проиграю. Вероятно, меня кто-то сковал магией, поэтому я не двигаюсь. Кто-то скажите что-нибудь. Когда она приняла правду, её лицо исказилось от отчаяния. Рот снова открылся и закрылся, летящие на Себастьяна мечи упали на землю. И больше не двигались.

— Давай вместе. Вдвоём мы справимся! — закричал человек в полных доспехах, едва сдерживая панику.

Броня не защищала от страха. Он понял не только телом, но и всей своей душой: всё, что говорил старик, правда, из этого человека никогда не следовало делать врага.

— П-попробуй м-мой «Пространственный разрез»!

Он знал, что умрёт. Понимал, что никогда не победит старика. А не убежал потому, что осознал: смерть настигнет его уже через несколько шагов. Будет сражаться — умрёт, и если убежит, умрёт тоже. Раз ни то, ни то не вариант, на первый план вышло его воинское «я».

Себастьян сузил глаза. Он впервые поостерёгся противника. Его создатель, чемпион мира Тач Ми, обладал убийственным навыком, способным разорвать саму ткань пространства и времени. Невозможно, чтобы враг был способен на такую атаку, но даже дешёвая копия может навредить дворецкому.

«Палач пустоты» Пэйсилиан.

Он получил своё прозвище за магический навык — извлечение из метровых ножен меча, который рассекает противника на расстоянии трёх метров. Но на самом деле удар не разрезал пустоту.

Секрет заключался в клинке.

Так называемый меч Уруми. Выкованный из мягкого металла длинный клинок легко сгибался. Его сточили настолько, что Пэйсилиана впору называть «Тонким палачом». Вероятно, клинок больше походил на длинный и тонкий металлический кнут. Научившись вытаскивать меч и убивать врага на невероятной скорости, после которой оставалась лишь вспышка света, он и заработал своё прозвище.

По сравнению с навыками других членов Шести Рук, это больше походило на уловку. Но он, без сомнений, опытный боец, раз мастерски владел таким сложным оружием. Даже сильнейший воин, Газеф Строноф, не смог бы управиться с этим оружием так умело. Однако не имело значения, разглядел ли уловку противник. Больше всего страшила скорость кнута. При помощи простых глаз заметить его и увернуться было трудно, скорее даже невозможно. Удар на сверхвысокой скорости. Человеку, неспособному это постигнуть, показалось бы, что удар разрезает пустоту.

Тем не менее...

Кромку невероятно быстрого меча Себастьян остановил двумя пальцами. Он сделал это таким естественным движением, словно поднял что-то упавшее. Посмотрев на металлический предмет, зажатый между пальцами, дворецкий поднял бровь:

— Что это... Ты что-то там говорил о разрезании пространства...

— Кра! — со странным птичьеподобным криком на него полетела рапира.

«Убийца тысяч» Малмвист.

На его главное оружие, «Шип розы», было наложено два ужасающих зачарования. Первое — «Разрыв плоти». При соприкосновении с кожей рапира разрывала плоть на части. Чем глубже клинок входил в плоть, тем более рваной становилась рана. И второе — «Мастер-убийца». Это зачарование даже маленькую царапинку превращало в серьёзное ранение.

Одни эти способности довольно разрушительны, но был ещё один секрет. Не магия, а яд. Наконечник «Шипа розы» покрывало особо сильное зелье — смесь нескольких смертельных ядов. Малмвист был больше убийцей, нежели воином, и дрался соответствующе. По его логике, если сражаешься, чтобы убить врага, лучше прикончить его быстро и эффективно, а метод тут значения не имеет. В итоге появилось оружие, которое может убить, нанеся всего одну царапину.

Если Газеф Строноф или Брейн Унглас не будут знать об этом, то даже они могут легко погибнуть.

Но в этом также таилась его слабость.

Поскольку Малмвист всегда знал, что победит, просто поцарапав врага, он не очень хорошо обращался с мечом. Тем не менее его выпады были прекрасны, даже сильнее, чем тот удар Газефа Стронофа. Другими словами, он делал сильнейшие выпады в Королевстве. Кроме того, по числу изученных боевых навыков он мог сравняться с бывшим членом Чёрного Писания, Клементиной.

Но...

Себастьян не уклонился. Да ему и не требовалось.

— !..

Со всей силы сделавший выпад Малмвист потерял дар речи. Он увидел, как кончик клинка, способный убить любого, всего лишь царапнув, старик встретил одним пальцем. Верно. Он заблокировал кончик рапиры пальцем.

— К-как ты?..

Часто моргая, Малмвист мог лишь застонать, поняв, что это не иллюзия и не сон. На большее он не способен. Здравый смыл говорил, что такое совершить невозможно. Себастьян просто не мог остановить выпад, который пробивает даже сталь. Опыт кричал, что это невозможно, но реальность утверждала обратное. Даже используя всю свою силу, Малмвист не смог даже толкнуть палец старика.

«Шип розы» согнулась. Он попытался выхватить её, чтобы ударить снова, но Себастьян крепко зажал рапиру между большим и указательным пальцами. Клинок не сдвинулся даже на миллиметр. Словно его держала нерушимая гора. Когда Малмвист посмотрел на товарища, тот тоже тянул свой клинок Уруми изо всех сил. Посреди всего этого раздался стальной голос:

— Теперь моя очередь.

Мгновением позже голова Пэйсилиана разорвалась на куски.

Себастьян редко использовал этот приём. До сих пор он нападал с изяществом, но этот безумный удар родился из гнева.

Он перевёл взгляд на правый кулак, с лёгкостью прошедший через голову врага, раскидав её части.

Белая перчатка окрасилась кровью и пропиталась острым металлическим запахом.

— Не ожидал от себя такого, — отпустив рапиру, Себастьян снял окровавленную перчатку.

Как только она ударилась о каменный пол, Малмвист быстро подхватил её рапирой.

Наверное, он гордился своей кометоподобной скоростью, но для дворецкого это было смехотворно медленно. Он мог вернуть перчатку несколькими способами, например раздавить рапиру и оторвать Малмвисту голову. Но не понимая, что противник делает, Себастьян с неподдельным любопытством спросил:

— Что... ты делаешь?

— Это оно!!! Это магический предмет, делающий тебя сильнее, да?!

Обычная перчатка из белого льна.

Ломаный голос, пена в уголках рта и налитые кровью глаза. Малмвист уже был на полпути к безумию. Он пытался рационализировать невероятную сцену, свидетелем которой стал.

— Тебе следовало просто признать, что я сильнее. Какой хлопотный человек... Если хочешь, можешь и дальше так думать.

Себастьян послал кулак в хохочущего безумца. Когда оторванная от тела голова упала на землю, повисла тишина. Дворецкий дунул на кулак, словно сдувая пылинку. Благодаря «Железной коже» на пальцах даже царапинки не появилось.

— Если бы не поосторожничал с той атакой «Палача пустоты», всё закончилось бы за пять секунд. Но вы неплохо постарались, продержавшись против меня двенадцать. — Указав на здание, с которого люди наблюдали за этой ужасающей сценой, Себастьян приказал скрытому хищнику: — Солюшн, у них может быть важная информация, захвати живыми. А теперь... — Он холодно глянул на паникующих мелких сошек, что его окружили. — Десять секунд на вас всех.

Часть 3

Месяц последнего огня (девятый), четвёртое число, 22:13

Клаим стремительно шёл по пустому коридору. Благодаря шлему он видел двух своих соратников, скрытых магией невидимости. Сначала даже показалось, что невидимость не наложилась. Однако приглядевшись, он заметил смазанные цвета. Хотя следовало вести себя осторожно и не шуметь, они не могли позволить себе медлить.

Нужно спасти женщину, пока Себастьян отвлекает остальных. Хотя дворецкий сильнее Газефа Стронофа и Брейна Унгласа вместе взятых, противник — Шесть Рук, равные адамантовому рангу. Даже он рискует, если они решат напасть все вместе. Вот почему нужно быстро спасти женщину и убежать вместе с ним.

Через несколько поворотов и спуска по одной лестнице шедший впереди вор остановился.

— Прости, что так внезапно встал, командир. Мы на месте. Как раз за углом тюрьма, где держат женщину.

И как раз в эту секунду заклинание иссякло, и их очертания снова стали видимы. По сигналу вора Клаим заглянул за угол и увидел тёмный коридор, вдоль которого располагались большие комнаты с решёткой.

— Тут больше никого нет, как и прошлый раз.

Другие заключённые или охранники отсутствовали. Слишком подозрительно, чтобы списывать на обычную беспечность. Почти как наживка. Но, если подумать, кто посмеет проникнуть в здание, где собрались сильнейшие из Восьми Пальцев, Шесть Рук? Если бы Себастьян сейчас их не отвлекал, Клаим не пошёл бы. Шесть Рук, вероятно, тоже так думают. Эти факторы работали группе Клаима на руку, но следует быть начеку.

— Давайте побыстрее закончим.

Чувствуя некое товарищество после того, как они вместе подверглись опасности, Брейн спросил у вора:

— Как думаешь, для чего здесь эти двустворчатые двери?

Повернувшись, в дальней части коридора он увидел огромные двери.

— Хм... из моего опыта скажу, что это больше похоже на загон, чем темницу. А за дверями... что-то вроде бойцовской ямы.

— Кстати, эти комнаты воняют зверьём. Я слышал, что в Империи в бойцовских ямах сражаются монстры...

Следуя примеру Брейна, Клаим нюхнул воздух. И учуял животных, вернее — хищников.

Унглас пробормотал про себя:

— Они используют яму для тренировки или публичной казни? О других способах я бы лучше не думал. Наверное, также для шоу. Что-то я о бесполезном болтаю. Пойдём?

Клаим кивнул, вор тоже согласился и повёл их двоих. Дойдя до одной из средних клеток, он проверил дверь. Клаим достал из сумки один из колокольчиков и прозвенел им, подействовала магия, и замок с клацаньем открылся. Вор выглядел разочарованным, но поскольку время поджимало, Клаим надеялся, что тот поймёт.

— Вас зовут Цуарэ? — спросил юноша у лежавшей на полу, когда та поднялась.

Девушка в одежде горничной подходила под описание Себастьяна. Учитывая, что после похищения у неё вряд ли нашлось бы время, чтобы переодеться, то это точно она. Клаиму стало немного легче. Первая задача выполнена. Теперь время для следующей — сбежать вместе с девушкой.

— Господин Себас сказал нам спасти вас. Пожалуйста, следуйте за мной.

Цуарэ кивнула. Выйдя из клетки, она изумилась при виде Брейна и вора. В особенности долго она смотрела на Брейна.

— За той дверью, что ведёт в сторону бойцовской ямы, кажется не слышно никаких звуков. Но идти в неизвестное место слишком опасно. Лучше вернуться тем же путём, что пришли.

Клаим и Брейн согласились. Воины решили, что лучше оставить выбор эксперту. Посмотрев Цуарэ на ноги, Клаим убедился, что она в обуви. Бег не станет проблемой.

— Тогда пошли, пока враг не вернулся.

— Хорошо. Я снова пойду впереди, но раз у нас больше нет невидимости, я буду более осторожен. Не пропустите мои сигналы.

— Поня... что-то случилось, Брейн?

— А?.. Ничего. Наверное, ничего, Клаим.

Брей нахмурился, но ничего больше не сказал. Он поглядывал на Цуарэ, но юноша не видел в ней ничего странного. Обычная горничная, которую похитили.

— Готовы? Тогда пошли.

Вор пошёл вперёд, следом Клаим, а Брейн с Цуарэ пристроились за ним. Прошмыгнув через двери клетки, вор замедлился перед поворотом, чтобы проверить коридор впереди, но оттуда как раз кто-то не спеша выходил, преграждая путь. Они ожидали некоторое сопротивление, но было трудно ответить на нечто столь внезапное. Клаим застыл, но бывший орихалковый искатель приключений отреагировал достойно своего ранга. Он достал кинжал и с намерением убить кинулся вперёд.

Удар!

С громким стуком вор отлетел. Словно в него врезался бык. Клаим случайно умудрился его поймать. Не смягчи ничего падение на пол, ему бы хорошо досталось, но, к счастью, Клаим и вор отлетели назад и упали на пол вместе. Юноша сразу проверил состояние стонущего от боли вора, при этом не отводя взгляда от внезапно появившегося мужчины, от врага. Вдруг осознав, кто это, Клаим изумлённо прокричал:

— Зеро!

Член Шести Рук, лидер отдела безопасности и сильнейший человек Восьми Пальцев.

— Верно, малец... Раб той шлюхи. Хмпх, не думал, что муравьи проползут аж сюда. Если наживкой оставить мёд, они выползут откуда угодно. Отвратительно.

Зеро лишь мельком глянул на Клаима и вора, что распластались на полу, всё его внимание было обращено на Брейна. Он изучал его сверху донизу, чтобы понять, насколько сильный тот воин. Поблагодарив небеса, что по-настоящему могущественный человек не обращает на него внимания, Клаим спросил вора:

— Ты как? Есть что-нибудь, чем можно тебя вылечить?

Юноша говорил тихо, чтобы Зеро не заметил, но ответа не последовало, лишь болезненный стон. Удивительно, но на нагруднике вора появилась вмятина в форме кулака. Это показывало, насколько сильным оказался удар лидера Шести Рук. После нескольких встрясок вор пришёл в себя и жестом указал Клаиму на свою поясную сумку.

— Припоминаю твоё лицо. Брейн Унглас, что сражался на равных с Газефом Стронофом. В твоей стойке нет слабостей. После турнира прошёл некоторые тренировки, да? Теперь понятно. Сакъюлент проиграл, потому что напал на тебя напрямую. Противник оказался слишком сильным. Думаю, можно простить его проигрыш. Изначально я убил бы любого, кто заставил меня потерять лицо, но я великодушен. Я сделаю исключение для человека твоего мастерства. Опустись на колени и поклянись стать моим подчинённым. Тогда я помогу тебе достигнуть всего, чего ты желаешь.

— О, даже денег заплатишь?

— Ох-хо... Заинтересовался?..

— Ну, такие мысли никому не навредят. А раз я победил Сакъюлента, то ожидаю хорошее отношение.

— Ха-ха-ха! Какой жадный. Говорить о деньгах раньше, чем начал умолять сохранить тебе жизнь. В могилу-то их себе не заберёшь.

— О, хочешь сказать, что не сможешь заплатить? Похоже, ты беднее, чем выглядишь. Или просто кладёшь всё себе в карман?

— Что? — Кулак Зеро хрустнул. — Кажется, Унглас, ты умеешь лишь языком чесать. Многие мечники болтают лучше, чем дерутся, ты один из таких? Или после победы над Сакъюлентом слишком зазнался? Тогда мне следует извиниться, что победа над слабейшим из Шести Рук доставила тебе столько радости.

Брейн просто пожал плечами. Вероятно, он выигрывал время для Клаима и раненого вора. Почему тогда Зеро ему подыграл? Поскольку уверен, что победит всех троих вместе взятых? Или из-за чего-то другого?

Э?

Клаим вдруг заметил, как Цуарэ медленно ползёт к Брейну. Если она хочет защиты, лучше спрятаться за Клаимом и вором. Нет нужды подвергать себя опасности и вставать за человеком, который столкнулся лицом к лицу с Зеро. Брейн один раз глянул назад. Почти незаметно, но он остановился на девушке и смотрел на неё не дружески. Нет, больше похоже, что он смотрел на врага.

Э? Почему? Он здесь что-то увидел? Нет, это не так.

Что-то происходило. С недобрым предчувствием Клаим поднялся.

— Ха, похоже, муравей наконец встал. Выиграл достаточно времени? Тогда давай послушаем, что ты на самом деле думаешь. Хотя нет, не нужно слов. Встанешь на колени или нет, выбор только один. Решай, Унглас.

Брейн фыркнул.

И всё.

— Тогда умри.

Согнув колени, он протянул левую руку вперёд, а правую назад, сжав в кулак. Мускулы напряглись, казалось, что вот-вот послышится, как разрывается плоть. Если описывать Зеро по-простому, то он походил на валун, нет, на бешеного быка. Брейн тоже встал в стойку, чем-то похожую на стойку Зеро, но в то же время совсем не такую. Если Зеро напоминал ревущую реку, то Брейн смахивал на спокойный поток. Если Зеро представлял собой нападение, то Брейн защиту.

— Я говорил не убивать старика, но они очень оживились и могут перестараться. Это поставит меня в затруднительное положение, ведь это я должен прикончить деда в качестве назидания людям, посмевшим пойти против нас. — Лицо Зеро искривилось от гнева. Оно словно доказывало, что гнев может сделать человека уродливым. — Унглас, твоя смерть докажет, что я сильнейший. Твоя могила станет напоминанием любому глупцу, посмевшему бросить вызов Шести Рукам! А что до раба шлюхи, я отошлю ей его украшенную голову.

Заполнившей коридор жажды крови хватило, чтобы Клаим задрожал. Однако по сравнению с вчерашним — это ничто. Клаим пронизывающе на него посмотрел, что слегка удивило Зеро.

— Да? Хорошо, Зеро, я разберусь с тобой. Клаим, позаботься о том, что за мной!

Один юноша ничего не понял. Вор без колебаний метнул в Цуарэ дротик, бросок бывшего искателя приключений орихалкового ранга был быстрым и точным. Тем не менее Цуарэ каким-то образом сумела уклониться почти без усилий. Себастьян описывал её как обычную горничную. Такие движения для неё слишком гибкие, чтобы считаться простой случайностью.

— Что, меня уже раскрыли?

Внешне она была Цуарэ, но голос принадлежал «Дьяволу иллюзий» Сакъюленту.

— Ты даже не поблагодарил своих спасителей, поскольку тебя выдал бы голос, я прав? Но не следовало вставать у меня за спиной, любой заподозрил бы неладное. Впрочем, даже тогда я немного колебался, ведь могло случиться так, что ею никто не притворялся, а она просто попала под контроль разума, — Брейн раскрыл трюк Сакъюлента, продолжая глядеть на Зеро.

— Я тоже это заметил, ты неестественно бежал, но я не получил никаких веских доказательств до самого конца... Должен признать, ты весьма хорош. Неудивительно, что, хоть я и ранен, ты сумел уклониться от дротика, ничего не сказав, — закончив, вор с благодарностью посмотрел на Сакъюлента.

Зеро цокнул языком:

— Сакъюлент... похоже, твой маленький трюк раскрыли. В таком случае время уловок закончено. Теперь всё решится силой!.. Позаботься о тех двоих. На это ты ведь способен?

— К-конечно, босс. — Фигура Цуарэ растаяла, и появился Сакъюлент. Он всё ещё был в униформе горничной. Прекрасно понимая, что имеет в виду Зеро, он посмотрел на Клаима: — Мы снова встретились, сопляк.

Он говорил неестественно напряжённо, учитывая, что вчера победил Клаима. Восемь Пальцев не прощают, больше провалов недопустимо. Сакъюлент стоял спиной к стенке и не мог позволить себе отступить.

— Восемь Пальцев способны выпустить человека, которого заключили под стражу по прямому приказу королевской принцессы? — почувствовав, насколько далеко тянется влияние организации, Клаим покрепче перехватил меч. — В этот раз я не проиграю.

Вчера Брейн одолел Сакъюлента одним ударом, но против двух членов Шести Рук ему будет выстоять трудно. Осознавая, что не следует полагаться на то, что Брейн быстро выиграет свой бой, Клаим мог лишь тянуть время. Юноша понимал, что Сакъюлент сильнее. Но с неустойчивой решимостью он точно снова проиграет.

В этот раз он победит.

Ни шагу назад, Клаим решился и встал перед Сакъюлентом.

— Не переживай, не переживай. Я помогу, — сзади заговорил вор.

Непринуждённым тоном он хотел, вероятно, немного успокоить Клаима. Юноша был благодарен за поддержку, но вор получил удар от Зеро и ещё полностью не восстановился даже после выпитого зелья. Кроме того, не было уверенности, сможет ли вор помочь тому, с кем в паре раньше никогда не сражался.

Словно прочтя мысли Клаима, вор улыбнулся:

— Не волнуйся, я обычно беру на себя роль поддержки. Я покажу тебе, что помимо столкновения клинками есть ещё кое-что.

— Спасибо.

Вор обладал богатым опытом. А потому не Клаим будет под него подстраиваться, а вор поможет покрыть недостатки юноши. Парню просто нужно со всей силы сражаться с Сакъюлентом. Когда он снова повернулся, тот делал клонов, как прошлый раз. Клаим не мог сказать, который из Сакъюлентов настоящий. Во рту появилась горечь. Когда двое начали медленно подходить друг к другу, из-за спины Клаима на противника полетел открытый мешочек.

— Вот так сражаются воры!

Когда он взорвался под ногами у Сакъюлента, во все стороны полетел порошок. «Дьявол иллюзий» прикрыл рот, защищаясь от яда, но это был не яд, а магический предмет.

— Это «Пыльца блуждающих огоньков».

Эффект показал себя сразу. Из пяти Сакъюлентов лишь один засветился слабым, молочно-белым светом. У того глаза на лоб полезли, когда он это понял.

Пыльца блуждающих огоньков обычно использовалась против людей, использующих магию невидимости, или скрытных противников вроде воров. Она реагировала только на живые создания.

Поскольку заклинание «Множественные образы» копировало главное тело, то даже если бросить на него чернила, они отобразятся на клонах. Не обладая превосходной способностью к распознаванию, очень трудно отличить настоящее тело. Однако пыльца не отобразилась на клонах. Иллюзия более высокого ранга могла обмануть даже магические предметы, но Сакъюлент, который тренировался одновременно навыкам иллюзиониста и фехтовальщика, был неспособен на такую магию.

Клаим кинулся с мечом на настоящего Сакъюлента.

— Проклятье.

Тот отпрыгнул. Великолепное уклонение, однако одежда горничной помялась.

Они перекинулись ещё десятком ударов с тем же итогом.

Клаим нападал. Но Сакъюлент не пытался сотворить какой-нибудь трюк, это о себе говорила явная разница в навыках. За один день человек не может вдруг стать очень сильным, поэтому со вчерашнего дня ничего не должно было поменяться. Однако всегда есть исключения. Клаим попросту стал сильнее, а Сакъюлент слабее.

Прежде всего, в этот раз Клаим надел свои доспехи и взял щит, меч и другие приспособления. Его выносливость и защита увеличились, и он мог использовать свой обычный боевой стиль. С другой стороны, при аресте у Сакъюлента отобрали все магические предметы, а также он носил громоздкую одежду горничной.

Благодаря разнице в экипировке пропасть между ними стала поменьше, но это ещё не всё. Клаим уже знал, как Сакъюлент сражается. А также юношу поддерживал вор. Благодаря его предметам иллюзии Сакъюлента стали бесполезны. Словно они были готовы к встрече с «Дьяволом иллюзий».

На самом деле вор собрал информацию обо всех Шести Руках и подготовился ко встрече с каждым из них. Невероятно, что он учёл даже схваченного Сакъюлента. Такая подготовка требует поистине дотошного подхода.

— Проклятье! — досадно выругался Сакъюлент, хотя бой ещё не развернулся на полную.

Он нацелился на вора, но Клаим всегда вставал на пути. Юноша не мог позволить ему напасть на вора, а под защитой Клаима тот начал измываться над Сакъюлентом:

— Ой-ой. Не делай такое страшное лицо. Ты ведь член Шести Рук, тот, кто стоит на уровне адамантовых искателей приключений. Устранение такой помехи для тебя не должно составить труда.

Лицо Сакъюлента перекосилось от ярости. Царапины от предыдущего обмена ударами начали кровоточить, делая его ещё уродливее.

— Ублюдок! — громко выругавшись, он встал в стойку для атакующей магии.

Обычно применение магии нарушал воин вроде Клаима, но не в этот раз. Обменявшись более чем десятью ударами с Сакъюлентом, он начал доверять вору, тот приходил на помощь точно в нужное время.

Из-за спины Клаима полетела бутылка и разбилась у ног врага. Повалил цветной дым.

— Кх! Кхе, кхе, — Сакъюлент от боли закашлялся.

Вор прервал заклинание с помощью подействовавшего мгновенно алхимического предмета.

Если бы Сакъюлент стал мастером-заклинателем, такая помеха бы никак не помешала, но поскольку он тренировался ещё и как воин, даже маленькая преграда нарушала концентрацию, заставляя тратить магическую силу.

Клаим во всю прыть кинулся на отвлекшегося заклинателя. За весь бой он повёл себя так впервые. Просто юноша укрепился в решимости не отступать. Некоторые сказали бы, что ставка на скорую победу — преждевременный шаг. Но инстинкты кричали Клаиму: это мгновение решит исход дуэли.

Клаим и вор и впрямь продолжали нападать, но никто не гарантировал, что так будет всегда. У вора со временем иссякнут предметы, так что нужно закончить всё, пока есть преимущество.

Клаим применил оригинальный боевой навык, которому научился вчера.

У него ещё не было названия, но лучше всего подошло бы «Снятие лимита: разум». Он убирал все ограничения, накладываемые на тело мозгом, в результате чего невероятно сильно увеличивались все его способности, в том числе физические. Правда, если использовать навык слишком долго, то это вызовет физическую усталость и разрыв мускулов, но если не закончить бой быстро хотя бы с помощью такого способа, Сакъюлента победить не удастся.

Когда боевой навык активировался, в мозгу что-то щёлкнуло и изменилось.

Юноша с криком выпустил все эмоции, по лицу Сакъюлента пробежала паника, словно он что-то осознал. Наверное, он ощутил страх или изумление, но в любом случае тот, кто мог по силе сравняться с адамантовым рангом, не вёл бы себя так перед более слабым противником.

Клаим взмахнул мечом сверху вниз, но его блокировали. Защититься от длинного меча кинжалом — похвально. Однако удар Клаима тоже заслуживал высокой оценки, раз заставил фехтовальщика, что специализировался на уклонении, защититься.

Впрочем, на этом атака не остановилась. Клаим ударил ногой.

Когда Сакъюлент попытался защитить живот, у него исказилось лицо.

— Ар-р-р-г-г! — Побледнев и отшатнувшись, он согнулся пополам.

Из тени Клаима вышел вор.

Он железным ботинком ударил Сакъюлента между ног, и хотя Клаим носил защитную прокладку, он всё же представил, как воображаемая боль спустилась к ногам.

Затем юноша нанёс последний удар!

Брызнула кровь и Сакъюлент свалился на пол. Но Клаим не снизил бдительности. С особой осторожностью следя, чтобы никто не подобрался к вору, он убедился, что это не иллюзия.

Важнейшая победа. Даже если двое выступили против одного, эта победа много значила. Клаим посмотрел в сторону Брейна. Он хотел было помочь, но быстро отказался от такой мысли.

Тот бой шёл совсем на другом уровне.

Даже звуки отличались. Катана противостояла кулаку, однако раздавался металлический лязг. Их битва даже не собиралась заканчиваться. Катана и кулаки сталкивались друг с другом, не давая времени вдохнуть.

Особенно выделялся Зеро. Когда его удары попадали по стене, то оставляли следы, словно она сделана из мягкой глины.

— Чёрт... говорят, у высокоуровневого монаха стальные кулаки, но у этого ублюдка они из мифрила, или даже орихалка, — пробормотал стоявший сзади вор.

За целую минуту обмена ударами, где Клаим был бы убит мгновенно, никто из них не получил ни царапинки. С искренним уважением Зеро сказал:

— Унглас... ты лучше, чем я думал. Ты первый, кто так блокировал мои кулаки.

С таким же уважением Брейн ответил:

— Ты тоже... я во второй раз вижу монаха такого калибра.

— Да? — удивился Зеро. — Подумать только, что есть другой монах моего уровня... Никогда не слышал о нём. Как его зовут? Ведь мертвец мне не ответит.

— Полагаю, пока мы говорим, он идёт сюда. Победив твои Шесть Рук.

Зеро нахмурился, но потом улыбнулся:

— Хех, имеешь в виду старика? Увы, его поприветствуют мои четверо верных подчинённых. Они, конечно, не столь сильны, как я, но намного сильнее Сакъюлента. Он не сможет сюда добраться.

— Думаешь? Он ведь в любую минуту может выйти из-за угла.

— О-хо-хо, напугал. В таком случае, полагаю, мне следует стать серьёзнее.

У Клаима широко открылись глаза. Если во время этого боя Зеро сдерживался, то насколько же он силён на самом деле? Но Брейн, похоже, не удивился, что тоже изумило юношу.

Они оба дерутся не в полную силу? И вправду битва между людьми, которые могут потягаться с сильнейшими представителями человечества, искателями приключений адамантового ранга.

— Вот и славно. Те двое закончили, так что мне не следует тянуть. Ты проиграешь, Зеро.

Брейн вложил катану в ножны и медленно встал в низкую стойку. Именно в ней вчера он победил Сакъюлента одним ударом. Клаим даже не успел задаться вопросом, сможет ли Брейн победить и Зеро с одного удара, как тот прыгнул назад. Он с лёгкостью покрыл расстояние, недосягаемое с силой обычного человека.

— Эдстром умеет делать барьер своими мечами, но у тебя, похоже, есть другой вид барьера. Если я буду небрежен, меня разрежет пополам.

Он не смог полностью раскрыть боевой навык Брейна, но догадался, какую он несёт опасность. Зеро обладал невероятным мастерством воина.

— Но... этот навык ты не сможешь применить, не став в стойку.

Зеро ударил кулаком по воздуху. Движение казалось бесполезным, но Брейна тряхнуло произведённой ударной волной.

— Я могу победить, просто нападая с расстояния. Или у тебя есть способ разрезать того, кто стоит далеко?

— Нет, — честно признался Унглас, — Если ты будешь так драться, то мне просто не нужно принимать эту стойку.

— Брейн Унглас, это твой козырь? — тихо спросил Зеро с совсем не подходящим для него спокойствием.

— Конечно. И этот козырь победили... лишь один раз.

— Как скучно. За первым всегда следует и второй раз. — Медленно отведя кулак, Зеро приготовился. — Я сокрушу тебя в лоб. Разрушу твой маленький навык и выиграю. Сначала побью тебя, Брейн Унглас, а в один прекрасный день передо мной склонится и Газеф Строноф. Тогда я стану сильнейшим в Королевстве.

— Если правда думаешь, что можешь использовать меня в качестве ступеньки для своих амбиций, то поскользнешься. Зеро, похоже, тебе и впрямь нечем заняться.

— Ты поистине горазд лишь болтать... Нет, раз ты зашёл так далеко, это не совсем так. Однако осознавать, что я лучше, ты будешь уже в могиле. Было глупо бросать вызов господину Зеро! Я иду!

Татуировки разнообразных животных, покрывающие верхнюю половину тела Зеро, слабо засветились. Брейн же не двигался. Просто ждал в стойке. Клаиму казалось, что он чувствует, как оба мужчины сейчас высвободят огромную силу.

В месте, где никто не мог их прервать, где грубая сила столкнулась с грубой силой, вдруг раздался голос:

— Так вот где все собрались.

Все удивлённо обернулись в сторону нарушителя. Даже Зеро и Брейн, что не могли позволить себе отвести взгляд друг от друга. Там стоял старый человек — Себастьян. Тот, кого Зеро никак не ожидал здесь увидеть.

— Что? Что случилось? О тебе должны были позаботиться Шесть Рук... Ты проскользнул мимо них?

Себастьян покачал головой:

— Нет. Все твои товарищи побеждены.

— Не мели чепухи... Возможно, они и слабее меня, но они всё же члены Шести Рук. От них ты не ушёл бы невредимым.

— Истина часто сопровождается удивлением.

— Господин Себас! Наша Цуарэ оказалась подделкой! Это Сакъюлент замаскировался иллюзией. Нам ещё нужно её спасти!

— Спасибо, что волнуешься о ней, Клаим, но всё хорошо. Я её уже спас. Её держали в другой части здания.

Себастьян посмотрел через плечо, Клаим проследил за его взглядом и возле входа увидел женщину, завернутую в одеяло.

— Ах!

Клаим быстро посмотрел вниз на Сакъюлента. Униформа горничной была местами порвана и заляпана кровью. Её уже не вернуть владельцу, да и тот не примет назад.

— Не переживай, Клаим. Это простое платье горничной, его легко заменить, — горько улыбнулся Себастьян, и юноша почувствовал облегчение.

— Ой-ой-ой. Болтаете, игнорируя меня... А ты смел. — Не имея возможности вести себя небрежно из-за Брейна, Зеро переместился со своего прежнего места и с ненавистью посмотрел на Себастьяна. — Старик, спрошу снова. Что случилось с моими людьми?

— Я убил их всех, — непринуждённо ответил он, словно подбирая цветок, но голос был полон холода.

— Н-невозможно! Думаешь, я поверю? — выкрикнул Зеро.

Себастьян улыбнулся без единого намёка на враждебность. Но это лишь подтвердило правдивость его слов.

— Брейн Унглас... я немного отложу наш матч. Мне нужно показать этому старику силу Шести Рук.

— Хорошо. Просто попытайся не умереть слишком быстро. Впрочем, моя очередь ведь всё равно не настанет.

— Заткнись!.. Старик, за своё враньё ты заплатишь жизнью.

Себастьян горько улыбнулся, но человек, провозгласивший себя самым сильным, не мог стерпеть эту улыбку. Татуировки Зеро снова слабо засветились.

Глава отдела безопасности и командир Шести Рук, «Боевой демон» Зеро.

Если Газеф Строноф или Брейн Унглас будут драться с ним без оружия, то умрут мгновенно. И даже с оружием исход боя останется неясным.

Один из его классов назывался «Шаман-эксперт». Класс позволял заимствовать силу звериных духов и увеличивать физические способности. А специальный навык наделял пользователя звериной силой и ловкостью, хоть и имел ограничение по числу применений в день. Поистине страшная комбинация, когда физически более сильный зверь использует человеческие боевые искусства.

Зеро активировал свои навыки. Обычно он использовал лишь один, чтобы сохранить силы, но он понял, что Себастьян довольно сильный противник.

Ему не очень верилось, что старик в одиночку победил четырёх из Шести Рук. Но раз он здесь, то, вероятно, привёл с собой ещё кого-то сильного. Наверное, Синюю Розу. Пока нет подробной информации, всё, что ему остаётся, это уничтожить Себастьяна всей своей силой и отложить поединок с Брейном Унгласом.

Следует показать зрителям подавляющую мощь, прежде чем уходить. Решив так, он приготовил свой сильнейший навык.

Пантера на ногах, сокол на спине, носорог на руках, буйвол на груди, лев на голове. Активировав их всех, Зеро почувствовал в себе взрывную силу. Он почти заволновался, что тело взорвётся.

— Гу-у-у-у-а-а-а-а-а-а!!! — крича от нарастающей внутри силы, он ринулся вперёд.

Атака Зеро, сильнейшего из Шести Рук. Простой удар кулаком. Без ложных выпадов или трюков, чистый, прямой удар. Но с поистине огромнейшей силой. Разрушительную мощь его кулака увеличили не только навыки Шамана-эксперта и другие навыки монаха, но и магические предметы.

Зеро двигался столь быстро, что едва себя контролировал. Но удар был прямым, а потому подходил. Он без колебаний показал свой смертельный козырь. Ведь навык хоть и простой, но непобедимый.

Он был уверен, что никакой трюк его не остановит. Чувствуя превосходство над другими, Зеро летел вперёд.

— Осто... — выкрикнул кто-то.

Но слишком поздно.

В мгновение ока кулак, за которым стояла невообразимая сила, уже оказался перед Себастьяном, продолжая нестись вперёд. Зеро мог лишь высмеивать старика, которых до сих не сдвинулся с места, будто застыл в напряжении. Он пожалеет, что начал бой с сильнейшим из Шести Рук.

— Хмпх.

Кулак врезался в незащищённый живот дворецкого. Просто идеально.

От взрыва Себастьян отлетел назад, как тряпичная кукла. Он упал на пол, но удар оказался настолько сильным, что его тело продолжало отскакивать по пола. Мгновенная смерть. Иного и не следовало ожидать. Все его внутренние органы уже превратились в жижицу. Теперь он лишь внешне напоминает человека. Это сильнейший удар Зеро. Демонический навык, истинное воплощение фразы «убить с одного удара».

Или по крайней мере так должно было быть.

Себастьян стоял на месте, не сдвинувшись даже на миллиметр. Он принял на себя удар Зеро одними мускулами живота. Неправдоподобное зрелище, ставящее под сомнение здравый смысл.

Зеро выглядел абсолютно сильнее, но всё оказалось совершенно наоборот.

Больше всего в это не мог поверить сам Зеро. После такого удара не выживет ни одно создание. До сих пор не выживало. Это его так потрясло, что он даже не понял, как что-то чёрное мелькнуло перед глазами.

Нога Себастьяна поднялась высоко в воздух, плавно пройдя у Зеро перед носом. И затем обрушилась вниз.

Удар пяткой сверху вниз.

Так назывался этот навык, но его скорость и сила были просто ненормальны.

— Кто ты?.. — выдавил Зеро.

У Себастьяна приподнялись уголки губ.

Раздался ужасающий скрип и треск. Голова Зеро раздавилась, а шея и позвоночник сломались, словно на него навалился объект весом в несколько сотен килограмм, и тело Зеро опустилось на колени.

Коридор погрузился в тишину.

«Ступор» — вот как можно было описать атмосферу. Убрав ногу, уклоняясь при этом от крови с раздавленной головы, Себастьян похлопал место, куда ударил Зеро.

— Фух, как опасно. Без твоего предупреждения я бы помер.

Врёт он! Какого ещё предупреждения?

Трое мужчин и, наверное, Цуарэ, не сказали это вслух, но прокричали в голове.

— Я выжил благодаря тебе, Клаим.

— ...рожно... ах, да... — натянуто принял похвалу Клаим, способный выдавить лишь последние буквы слова «осторожно». Из-за ментального шока он не знал, что сказать.

— Кажется, я вот столечко сильнее, — немного раздвинул указательный и большой пальцы Себастьян. Вероятно, он хотел сказать, что это расстояние — разница между ним и Зеро, но никто бы ему не поверил.

Вот столечко, конечно!

Как и прежде, все так подумали.

— Ну да ладно, раз она спасена, сейчас лучше уйти.

— Ах, это, вы правда... Шесть Рук?

— Да, я убил их всех. Их было слишком много, к тому же сильных. Сожалею, что не дал им пощады.

— Н-неужели? Ну, ничего не поделаешь. Пожалуйста, не волнуйтесь об этом.

Все трое тут же перевели взгляд на труп Зеро. Они даже предположить не могли, что это ложь.

— Т-тогда следует позвать солдат, чтобы обыскали остальное здание.

Солдаты с самого начала предназначались для обыска здания. Им невероятно повезло, что благодаря Себастьяну удалось очистить крепость. Если утверждение дворецкого правда, а оно, скорее всего, правда, они получат дополнительный бонус в уничтожении самой могущественной силы Восьми Пальцев.

Единственный недостаток заключался в том, что не удалось захватить Зеро, но они и так рассчитывали, что не смогут его арестовать. Только дурак будет спорить о результате.

Клаим говорил возбуждённым голосом, Брейн кивнул в ответ, словно это правильное решение, но у кое-кого с лица не исчезала жёсткость.

— Что такое, господин Себас?

— Н-нет. Ничего. Просто почему-то мне неспокойно... Но для начала давайте выйдем на свежий воздух, никто не против?

— Да, пойдёмте.

Глянув на Цуарэ и труп Зеро, все согласились с Себастьяном. Дворецкий подошёл к девушке, что находилась у двери в камеру, и подхватил на манер принцессы. Белые ступни, между костей которых было видно не так уж и много мяса, немного подбросило вверх, и девушка обняла дворецкого.

Все почувствовали, что отношения между Себастьяном и горничной не так просты.

Не лезь в их личную жизнь. Ты сам не свой, Клаим. Не важно, какие у них отношения.

— Тогда идёмте, — заговорил юноша и пошёл вперёд.

Остальные трое последовали за ним. Обследование здания можно начать после ухода Себастьяна, да и всё равно вряд ли кто выпрыгнет и нападёт на дворецкого, даже если у того заняты руки. Некоторое время он шёл напряжённо, но это было лишним.

Здание, что сочилось активностью при первом их проникновении, теперь было тихим и пустым. Логически говоря, после того как Себастьян победил Шесть Рук, не осталось никого столь смелого, чтобы бросить ему вызов. Вероятно, большинство сбежало. Если это так, юноша надеялся, что ждущая снаружи группа хоть кого-то поймала.

Клаим почувствовал облегчение.

Однако кое-кто похлопал его по плечу. Вор. Он глядел в противоположную сторону так, словно опять увидел, как Себастьян победил Зеро одним ударом. Последовав за его взглядом, Клаим тоже изумился.

— Стена огня? — прошептал Брейн.

Клаим кивнул. При пожаре в доме, разумеется, появляется пламя. Но простой огонь не удивил бы Клаима. Вдалеке появилось пламя метров тридцать высотой и окружило часть столицы, протянувшись на несколько километров.

— Как думаете, что это такое?

Когда Себастьян с любопытством, но расслаблено, задал вопрос, трое вышли из оцепенения.

— Что это может быть, командир? Похоже на складской район. Какая группа отвечает за это место?

— Лидер Синей Розы, госпожа Алвэйн... Будем считать это чрезвычайным положением, отменяем все планы и идём в королевский замок. Затем последуем приказам высшего командования.

— Похоже, так лучше всего... Ах, господин Себас...

— Я провожу Цуарэ в безопасное место, чтобы ничего подобного больше не случилось.

— Хорошо, господин Себас. Спасибо вам за вчера и сегодня.

— Не переживай об этом. Наши цели просто случайно совпали... Однажды я оплачу долг за спасение Цуарэ. А теперь я ухожу.

Глава 9. Ялдаваоф

Часть 1

Месяц последнего огня (девятый), четвёртое число, 21:10

Почувствовав жажду, женщина проснулась.

Открыв глаза, она медленно передвинулась на гигантской кровати и потянулась к кувшину с водой, стоявшему рядом, но ухватила лишь воздух. Вспомнив, что возле кровати никто никаких кувшинов не ставил, она невольно щёлкнула языком.

— Уа, — зевнула женщина. Она привыкла ложиться и просыпаться рано, словно старый человек. Одного часа сна ей для отдыха явно не хватало.

Сглатывая, она дотронулась рукой до шеи и встала с кровати лишь тогда, когда слюной смочила горло. Взяв лежавшее сверху на покрывале толстое банное полотенце, она обернула его вокруг обнажённого тела, надела тапочки и вышла из спальни.

Особняк был главной базой в столице и собственностью Хильмы, главы торговцев наркотиками. Вообще говоря, размещённые здесь десять человек должны быть довольно заняты, но стояла устрашающая тишина, как будто дом пустовал.

Идя по коридору, Хильма продолжала удивляться. Если все дворяне ушли, то рано или поздно особняк затихнет. Но не настолько же.

Дворян сюда приглашали ради того, чтобы они обзаводились знакомствами.

Кстати, у знати даже старший сын наследует семью в довольно зрелом возрасте, когда ему уже за тридцать. До этого жалование ему выдаёт отец, глава семейства. Поскольку в такие годы дворяне обычно уже женаты и имеют детей, в этот особняк их приглашали ради развлечений.

Вино, женщины, наркотики. Лесть лилась отовсюду. Ведя беседы с другими такими же дворянами, они строили друг с другом более тесные отношения. Таким образом, они наслаждались жизнью и одновременно налаживали связи.

Как только дворянин наследовал семью — время урожая. Если он пытался противостоять им, то получал кнут. Если же был готов поддержать их, то пряник. Постепенно организация проникала всё глубже в круги дворян.

Идя по тихому коридору, она искала что-нибудь с водой, чтобы попить.

На самом деле женщина даже любила покой, ей не нравился весь тот шум. Весёлость, с которой она наблюдала за дворянами, пока те занимались шумным формированием дружеских отношений, была напускной. Однако эта тишина казалась слишком неестественной. По коже мурашки шли, словно она осталась в особняке одна.

— Что случилось?..

Охранники не покинули бы место, не сказав ни слова. Если и вправду что-то произошло, то криком она лишь себя выкажет, что очень плохо. А если она, к примеру, вернётся к себе в комнату и спрячется под одеялом, что будет? Нет, делать так слишком инертно.

Когда положение того требует, необходимо действовать, иначе тебя съедят как добычу. Вот во что она верила. И именно благодаря этому она смогла так высоко забраться: от элитной проститутки к нынешней позиции.

Осмотревшись в коридоре, она поняла, что в доме никого нет, и побежала, чтобы поскорее убраться отсюда.

Доверяя шестому чувству, женщина бежала в тайную комнату, о которой знала лишь она. Там хранилось много магических предметов, драгоценностей и там же находился тайный выход. Хотя это место в столице было штаб-квартирой, по городу расположено ещё много баз. Похоже, настало время сбежать в одну из них.

Двигаясь как можно тише, она вдруг заметила странность.

— Что, что это? — невольно вырвался у неё тихий стон, когда она увидела в окне странное явление.

Тонкое стекло покрывал плющ, полностью блокируя солнечный свет. Сколько бы она ни старалась, окно даже на небольшую щель не сдвинулось. Женщина в отчаянии посмотрела на остальные окна в коридоре — все покрыты толстым плющом.

— Ч-что это? К-кто сделал...

Когда она ложилась спать, такого не было. Эти странные растения выросли за какой-то час. Вероятно, постаралась чья-то магия.

Но чья именно? И с какой целью?

Ничего не понимая, она знала: сейчас здесь очень опасно.

— Чёрт возьми! — выругавшись, она рысью кинулась вперёд, даже не волнуясь, что полотенце может развязаться. Сейчас важнее всего добраться до маленькой тайной комнаты.

Добежав до ступеней, она посмотрела вниз. Мёртвая тишина.

Она осторожно начала спускаться, ориентируясь по полоскам света, что пробивались через маленькие дыры в плюще. Благодаря толстым коврам удавалось не издавать ни единого звука. Женщина была за это безмерно благодарна.

— !

Лишь ступив на пол нижнего этажа, она застыла от удивления.

В коридоре кто-то стоял и смотрел на неё. Казалось, что он сливается с темнотой, но не так, как воры прячут себя в тенях. Просто кожа была тёмной, а во мраке светились глаза разного цвета, принадлежащие тёмной эльфийке.

Эльфийка вышла из темноты. Она носила одежду молодой девушки. В руке держала тёмный посох, глаза смотрели прямо на Хильму. Позади этой загадочной молодой девушки находилась тайная комната. Вспомнив планировку особняка и решившись, женщина дрожа от страха пошла вперёд.

Наверное, какой-то дворянин принёс её ради развлечения, в таком случае неважно, что с ней случится. Однако Хильма быстро отогнала столь желанную сейчас мысль. Кажется, Кокодола уже схватили. Чтобы избежать неприятных последствий будущей борьбы за власть, она уже давным-давно приготовила пути отхода в безопасные места. А потому подчинённые никогда не приведут постороннего в этот особняк, не доложив сначала ей.

— Эм, маленькая госпожа, — произнеся это, Хильма удивлённо нахмурилась.

Работая высококлассной проституткой, она встречала много разных людей. Опыт говорил ей, что перед ней не молодая девушка, а мальчик. Одежда невероятно качественная и дорогая, её не то что обычные люди никогда не смогут себе позволить, но даже сама Хильма. Тёмные эльфы всегда жили в лесах, а сейчас один неизвестного пола и в необычайно дорогой одежде появился в Королевстве.

Не будь всё так неестественно, она предположила бы, что натолкнулась на раба знати, предназначенного для утоления специфических желаний.

— Что... что вы здесь делаете?

Тёмный эльф совершенно беспечно и медленно приблизился к ней.

— Т-тётушка, вы самая важная в этом особняке?

Даже когда её назвали тётушкой, она не расстроилась. Такому молодому эльфу, конечно же, вполне уместно её так называть.

— Нет... — она уже было ответила отрицательно, как вдруг её охватило плохое предчувствие. Женщина всецело доверяла своей интуиции. Она доверяла ей даже больше, чем здравому смыслу, благодаря чему до сих пор и выживала. Здравый смысл может подвести, но интуиция — никогда. — Да. Это так. Я самый важный человек в этом доме.

— Х-хорошо. Здорово, — мальчик улыбнулся.

Хильму охватило жгучее желание осквернить эту красоту. Настолько чистой была улыбка.

— У-у-у, другие люди говорили не то.

Словно в ответ на слова мальчика, открылось ближайшее окно. Там стояла молодая девушка в наряде горничной, но вместо запаха духов от неё исходил запах крови.

Хильма закрыла рот руками, сдерживая крик отчаяния.

Своей красивой ручкой горничная держала человеческую руку. Виднелись плечевые мышцы, руку словно оторвали.

— Ч-что!

— Э-э, это, кажется, кто-то собирается напасть на дом. Нужно закончить до того, как они доберутся сюда. Я возьму её с собой.

— Пожалуйста, не обращай на меня внимания. Я уже так давно не наедалась, какая же я сейчас довольная.

Рот горничной не двигался, но всё же издавал голос. Это очень удивляло, но Хильма хотела спросить о другом. В особенности о том, чего именно горничная наелась, поскольку это заставляло безудержно дрожать. Надеясь не подтвердить свои опасения, Хильма спросила:

— Т-тогда и м-меня? Вы хотите съесть и меня?

— А? А, нет. Тётушка другая.

Это не обнадёживало. Интуиция предупреждала, что её ждёт ещё худшая судьба.

— Тогда, молодой человек, не хотите пойти сюда и получить немного удовольствия?

Прикрывающая её ткань медленно сползла, обнажая плечи.

Она гордилась своим телом. Ведь высококлассные проститутки обслуживали только высшее дворянство. Потому она отдавала все силы на то, чтобы сбросить лишний жир и сохранить привлекательность. Каким бы целомудренным человек ни был, он не сможет отвести от неё взгляда. Возбудился бы даже маленький ребёнок. В этом она была абсолютно уверена.

Однако в юных глазах не появилось никаких эмоций.

Моя привлекательность не настолько велика, как у этой горничной! Но даже если я поменяла работу, я остаюсь профессионалкой. Даже у бесчувственного человека я могу вызвать бушующее желание! Я на это способна!

Двигаясь извилисто, словно змея, она показала своё грациозное тело, медленно и доверительно подходя всё ближе.

Однако она не видела в мальчике похоти.

Тогда необходимо использовать другие средства. Она медленно протянула руку мальчику за шею и активировала магический предмет, татуировку гадюки.

Змеиные татуировки на обеих руках вдруг материализовались и обнажили клыки, чтобы впиться в тело эльфа. Любой, кого укусит змея с таким сильным нейротоксином, тут же забьётся в конвульсиях и покинет этот мир. Это было убийственное движение Хильмы, не обладающей боевыми способностями.

Однако мальчик ловко поймал невероятно быструю ядовитую змею одной рукой и без колебаний раздавил.

Гадюка медленно вернулась на руку Хильмы, опять став татуировкой. Поскольку материализованную сущность убили, ей потребуется примерно день на восстановление. Всё это время змею вызвать будет нельзя.

Сделав ход, но не добившись успеха, Хильма попала в самое худшее положение и могла лишь медленно отступать. А пугало больше всего то, что выражение лица мальчика так и не изменилось. Даже когда на него напали, не появилось ни тревоги, ни враждебности.

— Ах, тогда... пойдём.

— Куда?

Как только Хильма засомневалась, колено пронзила боль. Настолько сильная, что, не устояв на ногах, она беспомощно упала на пол.

— А-а-а-а-а-а!

От боли она закричала, на коже выступил пот. Она неохотно глянула на колено, и сразу пожалела об этом. Левую ступню скрутило в противоположную сторону, а кость, проколов плоть, торчала наружу. Хильма заплакала, она хотела руками прижать рану, но колебалась в страхе.

Мальчик схватил её за волосы и потянул к выходу.

Никто бы не подумал, что её тянут с такой невероятной силой, что даже вырвалось много волос вместе с корнями, однако он не обращал на это внимания.

— Нет! Нет! Пожалуйста, прекрати!

Мальчик глянул на стенающую Хильму, но не остановился даже на секунду.

— Быстро! Будет плохо, если не поторопимся!

Часть 2

Месяц последнего огня (девятый), четвёртое число, 22:20

После нападения на особняк Энтома Василиса Дзета вышла через парадные двери.

Подобрав лежавший у ног кусок бумаги, она скомкала его в шар и кинула в сторону дома.

Изначальный план заключался в том, чтобы очистить особняк от людей и отступить, прихватив с собой важные книги и ценности. Действовать молниеносно, как птицы, и не оставлять никаких следов, а поскольку время поджимает, брать только необходимое. Однако в конце концов дом опустошили полностью, словно в нём побывали воры.

Впрочем, в этом нет ничего плохого, ведь пославший сюда Энтому и Мара Демиург отметил, что по возможности так и следует сделать. Но, с другой стороны, они довольно сильно задержались.

Она, Мар и сопровождавшие его демоны должны были уже уйти. Эльф взял самого важного человека особняка и отправился на место встречи. Поскольку времени хватало, низшие демоны нагрузили горы краденного и приготовились к отправлению.

Так следовало сделать, но при отходе обнаружилось подземное хранилище, до отвала забитое наркотиками и крадеными товарами.

А потому работа затянулась.

Прежде всего, хранилище делилось на множество комнат, в которых дорогие и дешёвые вещи были свалены в кучи, что сильно затрудняло поиск ценностей. Как будто ищешь иголку в стоге сена. Даже Энтома и демоны не могли перебрать все предметы, чтобы найти «иголки».

Если бы захваченная Маром женщина ещё осталась здесь, проблему решили бы быстро, но сожалеть уже слишком поздно.

Вещи, которые сочли мусором, Энтома и демоны складывали к одной стенке склада. Даже для демонов, что были намного сильнее людей, работа оказалась утомительной. Но благодаря такому подходу и стараниям они смогли успешно забрать хоть сколь-нибудь ценные предметы.

Энтома, как ответственная за эту задачу, по завершению работы вздохнула с облегчением. Глядя в ночное небо, она рукой вытерла испарину. И хотя у неё не выделилось ни капли пота, чувствовала она себя именно так.

— Ха. Теперь можете уносить.

Подчинясь приказу боевой горничной, насекомые размером с человека взлетели в ночное небо с большим грузом на спине. Этих гигантских жуков она вызвала с помощью своей способности мастера насекомых.

Загудев крыльями, насекомые выстроились в прямую линию и полетели к месту назначения.

Лично отправив жуков с тяжёлым грузом, Энтома задумчиво взглянула на объект в руке.

— Нельзя есть. Нельзя, нельзя.

Легонько стукнув себя по голове, она поднесла отрезанную руку к месту ниже подбородка. «Хрусть, хрусть, хрусть» — рука исчезла, а горло Энтомы задвигалось. Личико горничной стало невероятно миленьким, но повеяло запахом крови.

— Женский жир мягок, а мясо такое вкусное. У детей жира мало, но мясо тоже просто объедение. Но самое лучшее, конечно, рельефное мясо мужчин, — ловко обглодав кости, она выбросила остаток руки на особняк. — Спасибо за еду! — Горничная поклонилась в сторону дома и, чтобы не опоздать, развернулась уходить.

Однако не успела Энтома сделать и нескольких шагов, как голос заставил остановиться.

— Йо. Красивая ночка, не правда ли?

— Верно, ночь красивая. Но, как я понимаю, не для тебя?

Кто-то медленно показался перед боевой горничной, но было неясно, мужчина это или женщина. Хотя она больше походила на женщину, телосложение было мужским.

— Что ты здесь делаешь?

— Вышла на прогулку.

— Что ты там так рьяно ела?

— Мясо.

— Человеческое?

— Ага, угадала.

Голос мужеподобной женщины был холоден как лёд, однако Энтому это не смутило. Ей было плевать, какие эмоции люди затаили на неё. Если посмеют вмешаться, будут раздавлены; если нет, то просто проигнорированы. Будь она голодна, то поймала бы их, чтобы съесть. Для неё существование людей сводилось лишь к этому.

— Понятненько. Вот и чудовище пожаловало? Так значит Восемь пальцев держат даже монстров? Только вот вырастили их, походу, неправильно, — мужеподобная женщина медленно подняла боевой молот.

Увидев это действие, Энтома впервые беспокойно заговорила:

— Мы раньше встречались?

Хмыкнув, мужеподобная женщина подумала: «Возможно ли это?» — но ничего не сказала.

— Я здесь по работе. Драться хлопотно, к тому же я уже наелась.

— Уж извини... я одна из лучших искателей приключений Королевства. Встретив монстра-людоеда, я просто не могу его отпустить. Нельзя допускать, чтобы ты и дальше шлялась по человеческому миру.

— Столько хлопот. Но ты сильна. В таком случае превращу тебя в консервы.

Энтома впервые посмотрела прямо на искательницу приключений.

И невольно подумала, что это сильный воин.

М-м, да, точно очень сильный.

Энтома была не чистым воином, потому не обладала способностью оценивать силу противника. Тем не менее она не посчитала себя слабее.

— Ой-я! — женщина кинулась вперёд, замахнувшись молотом.

Энтома элегантно уклонилась. Однако на полпути молот сменил направление на девяносто градусов. За ударом не стояло центробежной силы, он не был гладким, но основывался больше на нелогичном количестве мускулов.

Энтома снова мгновенно исчезла с пути, активировав особую способность.

— А?! Что, только убегать и умеешь?

Молот завращался, создавая огромный вихрь над головой воительницы и взбивая ей волосы.

— О, а тебе нравится вертеть безделушками и слушать их свист?

Мужеподобная женщина щёлкнула языком. Когда Энтома снова активировала навык, молот нёсся на неё сверху вниз. С некоторой трудностью она сумела уклониться, и молот погрузился глубоко в землю. Горничная рассмеялась над противником, что использовала один и тот же приём. Хотя лицо не изменилось, насмешка показывала разницу в силе.

Однако искательница приключений вцепилась в невнимательность чрезмерно сильной Энтомы.

— Подавись!

Земля начала рушиться вокруг шипастого боевого молота, или, вернее, разлетелась брусчатка. Словно землетрясение. Энтома впервые не смогла вести себя неторопливо, но от магического предмета противника разрушилось не всё.

Увидев, как враг вырывает утонувший в земле молот, боевая горничная невольно разозлилась. Она прокляла свою небрежность.

Уклониться от предыдущей атаки было легче лёгкого. Людям, конечно, было бы трудно убежать от ударных волн, ведь тряска земли приводила к потере равновесия. Однако Энтома — боевая горничная, все её магические предметы были высшего класса. Такой уровень разрушений не представлял для неё угрозы.

Однако возникла одна неприятность.

Пока она уклонялась от камней, испачкался наряд горничной.

Можно ли это простить? Ведь эту высококлассную одежду даровали Энтоме Высшие существа.

Значит... здесь всё и закончится.

Энтома прекратила скрывать враждебность под маской.

Всё и закончится.

Убить.

Её охватила жажда крови, а не та эмоция, которую люди испытывают, играя с насекомыми. Тяжёлый молот нёсся прямо на горничную. Энтома беззаботно подняла левую руку, чтобы защититься. Поскольку она была не на уровне Стражей этажей, то вряд ли бы осталась невредимой. Но в миг столкновения почему-то раздался металлический звон, словно молот врезался во что-то твёрдое. На руке боевой горничной появился щит. И это не метафора. К её запястью прицепилось восьминогое насекомое.

— Ч-что это?!

— Видишь ли, я ведь мастер насекомых. Так что по своему желанию могу призывать и использовать их. — Она вытянула правую руку, и из тьмы вылетело насекомое. Длинный жук, напоминающий палаш, прикрепился к обратной стороне ладони Энтомы. — Это бронированный жук и меч-насекомое. Сначала я не собиралась тебя убивать, но тебе нет прощения! — Энтома шагнула вперёд, делая выпад клинком.

Доспехи мужеподобной женщины треснули — брызнула кровь, но рана была далеко не фатальной. Ей не удалось уклониться от серьёзно настроенной Энтомы, но появилась лишь небольшая царапина. Искательница приключений назвала себя одним из сильнейших воинов Королевства, и это не преувеличение. Она больше не могла найти врагов своего уровня.

Пусть Энтома не чистый воин, как Юри, но всё же она — боевая горничная, по силе намного превосходящая людей. Она снова ударила, проливая кровь противницы и окрашивая её щеку в красный. В этот раз рана оказалась намного серьёзнее и больше не была царапиной.

— Твои движения изменились! Вот ты какая на самом деле?! — мужеподобная женщина снова зарычала, ударяя тяжёлым молотом сверху вниз.

Однако тот отразился от бронированного жука. Из-за сильной отдачи воительница не смогла приблизиться ни на шаг, даже несмотря на всю свою силу. Уязвлённая гордость породила внутри неё яростный гнев. Собрав всю злобу в кулак, мужеподобная женщина нанесла серию ударов. Она бушевала, словно торнадо. А ужасало то, что для этого женщина воспользовалась «боевыми навыками», уникальной чертой этого мира. Однако Энтома, ловко орудуя бронированным жуком и мечом-насекомым, после пятнадцатиударного комбо вышла совершенно невредимой.

Энтома не знала, что предыдущая атака была убийственным приёмом Гагаран из Синей Розы, который состоял из множества разнообразных боевых навыков. Так называемое суперкомбо. За каждым взмахом стояла вся её сила. Этим воительница смогла бы даже проломить боевой навык «Крепость», и лишь малой горстке гениев, способных на «Неуязвимую крепость», удалось бы выстоять. Однако Энтома положилась лишь на свои мышцы.

Ведь разница в уровне между ними двумя была просто невероятной, к тому же раса боевой горничной по физическим данным намного превосходила людей.

Отчаяние появилось в глазах мужеподобной женщины, но Энтома ничего не почувствовала. Она желала лишь убить.

— Ха-а-а, — остановив шквал атак, её противницахватала воздух, словно только что побывала под водой.

Меч-насекомое на правой руке Энтомы оттянулся назад, а затем полетел к груди женщины словно стрела, выпущенная из лука. Гагаран начала поднимать боевой молот, но со скоростью черепахи. Клинок пробил ей грудь прежде, чем она успела ответить.

Точнее, должен был.

Меч разрезал воздух. Потеряв свою цель, он улетел далеко в ночное небо.

Энтома закрутила головой в поисках прервавшего их нарушителя.

Вдалеке стояла девушка в чёрном, а у неё за спиной тяжело дышала мужеподобная женщина.

— Прости, Тиа. Я уж думала, мне конец.

— Удивительно, у Гагаран кровь в самом деле красная.

— Вот негодница! Ты много раз видела меня раненой!

— Я думала, у тебя зелёная кровь. Усиление!

— Какое, к чёрту, «усиление», это уже смена расы!

— Тогда уж класса!

Слушая их расслабленную беседу, Энтома невольно нахмурилась. Сильный должен чётко дать понять, насколько сильнее, и в то же время быстро определить собственную позицию.

— Что ж, время заканчивать. Вы уже попрощались? — Энтома впервые встала в боевую стойку.

Мужеподобная женщина, Гагаран, не представляла угрозы, проблемой стала новоприбывшая, Тиа. Если её одежда не наряд убийцы, то тогда одеяние ниндзя. Предварительное условие для этой профессии — шестидесятый уровень. Если она и вправду ниндзя, то даже Энтоме не светит лёгкая победа. Сейчас не время говорить «закончу бой, сдерживая свои силы».

— «Паучий талисман»!

Движения боевой горничной стали ещё быстрее — она правой рукой активировала состоящий из четырех частей талисман. Упав на землю, он превратился в гигантского паука. Это был эквивалент заклинания «Призыв монстра третьего ранга». Вызванное создание не особо могущественно, но его достаточно, чтобы помочь понять истинную силу врага. Кроме того, он выиграет время, чтобы горничная успела подготовиться к бою. Хотя оружия-насекомые были сильны, они имели много слабых мест. Одно из них — призыв оружия занимает много времени.

— «Теневой клон». — Как только Тиа активировала умение ниндзюцу, её образ замерцал, и появилась ещё одна «Тиа».

Всё это время Энтома внимательно за ней следила. Клоны из навыка «Теневой клон» имеют примерно четверть силы оригинала, но их способность к уклонению зависит от количества влитой магической силы. Для паука из талисмана это, может быть, и грозный противник, но не для Энтомы.

Однако настоящая проблема в том, насколько хорошо оригинал умеет драться. Боевая горничная призвала свой козырь — пулевых стальных насекомых. И вместе с тем прикрепила к себе талисман усиления способностей.

Пулевые стальные насекомые вылетели из ниоткуда и плотно облепили её левое запястье.

Металлический блеск, треугольная форма с острым концом и длина в три сантиметра — такими были эти жуки. И вправду очень похожи на пули. И, конечно же, использовать их нужно соответствующе.

Чтобы уклоняться от атак паука из талисмана, теневой клон использовал всю свою силу, а оригиналу пришлось ему помочь. После затяжной битвы им удалось-таки убить одного паука, так что её уровень точно не выше уровня Энтомы. В таком случае даже если в бой снова вступит Гагаран, победа боевой горничной гарантирована.

Похоже, как я и предсказывала.

Не щадить. Подавляющей силой одержать быструю победу.

Тяжесть в левой руке обрадовала Энтому, она указала на Тию.

Из-за жуков запястье казалось в несколько раз толще. Следуя её движению, все жуки одновременно взлетели в воздух, собираясь в рои. Жужжание крыльев напоминало автоматные очереди. Как раз когда паук, который находился в пределах стрельбы, упал мёртвым, все сто пятьдесят насекомых ринулись на Тию.

Один жук мог пробить стальную пластину, а сто пятьдесят превратили бы в щепки даже гигантское дерево. Столкнувшись со смертельным градом пуль, Тиа активировала ниндзюцу:

— «Неподвижный адамантовый щит»!

Перед ней появился большой щит, который переливался всеми цветами радуги. Рой насекомых врезался в огромный сияющий в темноте шестиугольник. Через мгновение щит с треском разбился, но вместе с тем шторм насекомых утих, Тиа не пострадала.

Энтома цокнула языком, хоть и не имела такового. Заставляя противников постепенно показывать скрытые козыри, она в конечном итоге одержит победу. Пока что её атаки отбивали, но как только хоть один удар пробьётся, их снесёт словно наводнением при прорванной дамбе.

Мечом-насекомым отразив кунай, боевая горничная бронированным жуком защитилась от идущего сверху удара Гагаран. Жук завизжал от боли, получив значительный урон. Удар оказался довольно сильным.

Из-за яркого сияния адамантового щита она должна была ослепнуть и не суметь защититься от неожиданной атаки воительницы, однако нечто такого уровня не могло повлиять на глаза Энтомы. Обладая более широким полем зрения, нежели человек, она сумела заметить атаку.

Как только горничная определила, что удар окажется очень опасным, она увернулась, не двигая ногами, будто скользя по поверхности озера. Воительница двигалась ловко, несмотря на крупное телосложение, и уже восстановилась от ран. Стоя возле Тии и давя стальных насекомых, которые лопались от её ударов, Гагаран холодно заговорила:

— Вот же. Не уверена, что мы сможем победить. Что только что случилось? Разве мы не идеально согласовали удары? Она явно не смотрела в ту сторону, но всё равно смогла уйти.

— Широкое поле зрения?

— Не, наверно тут что-то другое. Она обладает способностями насекомых, так что более вероятно, что это какая-то особая сенсорная магия... Кстати, у неё сейчас подавляющее преимущество. Почему она не нападает, пока мы болтаем?

— Истинный хищник набрасывается лишь тогда, когда определит силу жертвы.

— Так вот оно что. Ждёт, чтобы увидеть нашу настоящую силу. Она совсем отличается от нашей коротышки. Какая же хлопотная осторожность.

— Быть настолько недооценённой людишками в самом деле противно. Что ж, есть и иные причины, но... да, это подойдёт. Насекомые больше не нужны. — Прикрепленные к правой руке жуки попадали один за другим и с шорохом исчезли в темноте. — Вместо них... выходи.

Вокруг её запястья медленно обернулась многоножка. Длиной метров десять, впереди торчат довольно острые клыки, глаза всё ещё закрыты.

Сильнейшее насекомое, которое могла вызвать мастер насекомых — многоножка тысячи плетей.

Энтома вложила силы в обе ноги. Она уже выяснила скорость атаки, силу, защиту, уклонение и скорость движения этих двух людей. Хотя она была ещё не слишком уверена относительно способности Тии адаптироваться к новым условиям, этого было недостаточно, чтобы её напугать.

— Ах, — боевая горничная дотронулась до подбородка, что покрылся прозрачной липкой жидкостью, — ранее мой живот был полон. Но после небольших упражнений его снова сжимает от голода.

К руке прилипла слюна — яркое свидетельство её желания съесть людей.

Ведь это её любимая пища. До сих пор ей приходилось довольствоваться заменителем — зелёным печеньем, но, конечно же, она не собиралась за это ненавидеть Высшее существо. К тому же ей позволили съесть одно из запястий, отрезанных во время экспериментов с исцелением над человеком, пойманным в случайной деревне. Она считала это знаком личной заботы владыки Аинза.

Для Энтомы, что всё время себя сдерживала, элита человечества — пища самого высокого качества. Она не могла просто выбросить их, не укусив хотя бы разок!

Под жадным взглядом горничной-насекомого две женщины машинально дрогнули. Это был не страх перед сильным врагом, а, скорее, естественная неохота становиться целью хищника.

— Хь-я-а-а-а-а!

Её пронзительный визг походил на удары по пенопласту. С самого начала битвы боевая горничная впервые перешла в нападение. Как хищник, что бросается на добычу, так и она невероятно быстро ринулась на врагов.

Молниеносно приближаясь к целям, щитом из насекомого она блокировала шесть последовательно полетевших кунаев.

Увидев, как Гагаран, размахивая оружием, шагнула вперёд, чтобы встать в авангарде, Энтома решила, кого из врагов обезвредит в первую очередь.

Она замахнулась кнутом в правой руке. Конец такого длинного кнута должен двигаться относительно медленно, даже если кнут использует обладающая нечеловеческой силой Энтома. Однако эта логика относилась только к обычным кнутам.

На её правой руке находилось самое сильное существо, которое могла призвать мастер насекомых.

Обычный кнут полетел бы по дуге, но этот «выстрелил» с невообразимого угла. Словно став продолжением руки Энтомы, он изогнулся и, словно молния, ударил Гагаран.

Оружие было живым и атаковало неестественным образом. Даже опытные искатели приключений о таком не слышали, не говоря уже о том, чтобы сталкиваться. Когда впервые такое видишь, не знать, что делать, вполне естественно.

Но они — искатели приключений адамантового ранга.

Кнут почти уже ударил Гагаран, когда та упала, чтобы уклониться.

— Берегись! — выкрикнула Тиа, и Гагаран подбросило вверх.

Тиа применила навык ниндзюцу «Взрывной огненный столп». Их окутало пламя, казалось бы, самоубийственного взрыва, и многоножка тысячи плетей, развернувшаяся на сто восемьдесят градусов позади Гагаран, ударила лишь пустоту, где секундой ранее находилась голова воительницы.

Если бы не этот почти суицидальный ход, Гагаран пробило бы голову. Невероятное уклонение. Однако Энтома не закончила. Словно управляемая невидимыми нитями, многоножка атаковала с углов, от которых тяжело защититься, кроме того, она постоянно меняла направление удара.

Вместе с тем боевая горничная кинула на Тию талисман — талисман громовержца. В воздухе превратившись в небольшую птицу, искрящуюся голубовато-белыми разрядами, он понёсся на Тию. Когда сражаешься с двумя противниками, одного лучше оставить на подручных. В этом и заключалась сила мастера насекомых.

Прогремел взрыв, округу заполонило голубовато-белое сияние. Когда оно исчезло, там стояла застонавшая от боли Тиа и Гагаран, что с трудом отбивалась от многоножки тысячи плетей.

— Гадство! Это насекомое мне уже надоело!

Голову Гагаран придавило к боевому молоту: её с головы до ног обмотала десятиметровая многоножка, тем самым полностью обездвижив. Кинувшись вперёд, Тиа сделала выпад магическим кинжалом. С металлическим лязгом клинок ударился о щит Энтомы.

— Шквал талисманов громовержца. — Горничная левой рукой бросила вперёд горсть талисманов. Те превратились во множество громовержцев, но на этот раз меньшего размера. Они кинулись на Тию, но та вдруг исчезла. Не найдя цель, маленькие птички полетели по прямой. — Тц.

Тиа вдруг появилась из тени за Энтомой, вне поля зрения горничной. Эта способность позволяла проходить в тенях короткие расстояния. Однако боевая горничная её уже заметила, поскольку усики некоторых насекомых могли улавливать воздушные потоки. Поистине невероятная сенсорная способность Энтомы.

Она бросила оставшиеся несколько пулевых насекомых на выпрыгнувшую из тени Тию.

— Кх!.. — раздался болезненный кашель, повеяло кровью.

Энтома тут же атаковала окровавленную, но не утратившую волю к борьбе Тию.

— «Талисман рассеянного взрыва»!

Перед убийцей раздался ещё более мощный взрыв, чем прежде, освещая тёмную ночь. Её отбросило назад. Энтома кинула талисман лезвия и талисман ветра. Покрытая кровью Тиа не успела даже подняться — её резануло, снова отбросило назад и ударило о землю.

— Тиа! Чёртов таракан! — выругалась Гагаран, заключённая в клубок из многоножки.

Их план состоял в том, что воительница грубой силой сдержит кнут, а Тиа воспользуется возможностью и внезапно атакует горничную.

Энтома усмехнулась под маской.

Глупые создания. Для боевой горничной Великого Склепа Назарика вполне очевидно одержать верх над людьми такого уровня. Лучшим вариантом для них было бы проигнорировать тот факт, что она ест человеческое мясо, и убежать, используя всю свою силу. Всё так обернулось лишь потому, что они сделали неправильный выбор.

— Хотя я себе представляла иной порядок, но ладно, ничего не поделаешь. Так с чего бы начать? Развитые мускулы должно быть такими вкусными!

Энтома снова призвала насекомое, но в этот раз не боевое. В его длинном жале содержался парализующий яд.

Взяв насекомое в руку, боевая горничная быстрыми шажками подошла к Тие.

Казалось, словно она выбирает себе местный сувенирчик. Многие из Великого Склепа Назарика любили поохотиться на людей ради пищи.

Им точно понравится такой подарок.

— Э? Что? — Предупреждённая превосходной интуицией о том, что сверху на неё летит продолговатый холодный объект, Энтома быстро отпрыгнула назад. И в то же время длинное оружие пронзило то место, где она только что стояла. Предмет напоминал кристальную пику, которую используют рыцари, но был не обычным. На пике, расколовшей камни, не появилось ни царапинки. — Это... магия? — Энтома, обладающая навыками заклинателя духов, что-то почувствовала.

— Верно. Это заклинание четвёртого ранга «Кристальная пика»! — мальчишеским голосом ответила девушка маленького роста в плаще и маске и мальчишеским голосом ответила.

«Ещё один враг», — машинально прошептала Энтома. Ещё один нарушитель помешал ей схватить вкусную добычу. Жестоко, что ей приходится терпеть искушение вкусной едой.

— Не пора ли нам всё закончить?

— Кто ты?.. Я прощу тебя, если немедленно уйдёшь. Дети очень мягкие, и мне нравится это, но на них всегда недостаточно мяса. Поиграю с тобой в следующий раз, когда съем этих двух.

— Так ты монстр-людоед? Ещё и в наряде горничной... Что это за шутка такая? Кто хочет, чтобы рядом с ним был воняющий кровью монстр?

— ЧтО тЫ сКаЗаЛа? СуКа! — настоящим голосом выдала Энтома и тут же надавила на своё горло.

Оскорбление заставило её потерять самообладание, она не могла простить слова этой девки. Ей захотелось разорвать её на куски, но не из-за первобытных желаний хищника, а из-за сильно испорченного настроения.

Что эта женщина сказала?! Мне, боевой горничной, существу высокого уровня Великого Склепа Назарика?!

Из глубин души выплеснулся гнев:

— УбЬю! — не выдержала и закричала она настоящим голосом, однако в следующую секунду его подавила.

— Ивлаи! — Тиа выкрикнула имя девушки в маске.

Энтома заговорила с врагом, которого уже решила уничтожить всей своей силой:

— Мне было интересно, что вы две делаете... ну-ну, запомните один урок. Оценивайте разницу в силе между собой и врагом. Новоприбывшая сильнее вас двоих... но слабее меня.

Ивлаи прокричала:

— Так мои подруги и вправду были под твоей «заботой»? Монстр. Подходи же и попробуй на собственной шкуре, каково быть жертвой насилия.

Энтома не знала, что под маской противника бушует ярость. Боевая горничная кинулась вперёд с серьёзным намерением убить. Охваченная ненавистью, она больше не замечала двух других, для неё они стали словно камушками на дороге.

Она посмела сказать, что никому не понравится моя компания?!

Одни и те же слова снова и снова повторялись в голове горничной.

Её кнут зашевелился. Оставив свободным примерно метр, остальное она закрутила в большую сферу, в центр которой, конечно же, попала Гагаран.

— Умри вместе с товарищами, противная женщина! — она взмахнула многоножкой тысячи плетей словно молотом.

— Ха, какая скучная атака.

Ивлаи оставалась расслабленной.

— «Обратная гравитация».

Энтома устояла перед магией, но кнут потерял вес и полетел вверх.

Если бы магия не подействовала на вооружённом пользователе, она бы не подействовала и на его оружии. Однако в случае оружий-насекомых сопротивляться магии приходилось самим насекомым. Это было одним из недостатков, но взамен насекомые могли атаковать самостоятельно.

Перед такой магией даже Энтоме пришлось отказаться от изначального плана.

Почувствовав намерение хозяйки, кнут грациозно убрался от Гагаран. Быстрыми движениями, словно сматывая рулетку, он отошёл на десять метров и скрутился в позу для нападения. Пока это происходило, Ивлаи крикнула всё ещё катившейся по земле подруге:

— Гагаран! С дороги! Быстро позаботься о ранах Тии! Если уже израсходовала силу рукавиц, используй зелье лечения!

Раненные люди восстановились. Однако они сами — не проблема. Они так и остались врагами Энтомы, но, учитывая слова заклинательницы, положение изменилось. Ивлаи и Энтома были одного уровня. Если те двое помогут заклинательнице, боевая горничная может и проиграть.

На этот раз Энтома, хоть и нехотя, но решила использовать убийственный козырь. Она уже использовала его, чтобы уничтожить всех врагов в особняке, и сегодня могла применить его ещё два раза.

Дыхание, выпускающее плотоядных мух, так называемое «мушиное дыхание».

Но поедали плоть не сами мухи, они откладывали в неё свои личинки, пожирающие жертву изнутри. А дальше происходил ещё больший ужас — из трупа вылетал крупный рой и без разбора нападал на других существ внутри области действия, за исключением применившего способность.

Энтома раскрыла гортань. Её истинный рот, которым она говорила, на самом деле был нижней челюстью. Челюсть разделилась надвое — ужасающее зрелище.

И оттуда вылетел рой мух.

— Ты! Неужели эта сила как у демонов-богов? В таком случае... — Ивлаи ответила, выпустив белый туман.

Хотя противостоять атаке холодным газом умно, полностью свести на нет эффект трудно. Магический взрыв, накрывший весь рой, подошёл бы лучше. Противник допустил ошибку. Энтома уже представила, как Ивлаи пожирают личинки, но контрмагия оказалась далеко за пределами её ожиданий.

Все мухи попадали на землю, а затем белый туман добрался до Энтомы. И её охватила невыносимая боль.

— А-а-а-а-а!

Лицо мастера насекомых задымилось, словно в него плеснули кислотой.

Изначально Ивлаи хотела уничтожить только мух, но не ожидала, что это раскроет истинное лицо врага...

— Эй-эй, это ведь наш шанс? — Гагаран, встав в атакующую стойку с боевым молотом в руках, искала возможности завершить сражение одним ударом. Если реалистично оценивать силу врага, то надо бы закончить бой быстро.

Гагаран не нападала, потому что её не подпускала десятиметровая многоножка, начавшая крушить всё подряд. Но это не более чем спазмы побеждённого.

— Это... что это за магия? — спросила Энтома, Ивлаи ответила:

— Инсекцитидная магия «Бич паразитов». Двести лет назад появился демон-бог в форме насекомого, и эту магию создали против его подручных. Ну, я её создала.

— Эй! Для нас-то она хоть безвредна?

— Разумеется. Она очень эффективна против насекомых, но не приносит никакого вреда другим организмам.

— У неё расплавилось лицо...

— Тиа, это её настоящее... Э-э? Нет, это вообще не лицо! — закричала Ивлаи.

Всё лицо горничной отвалилось, словно кожу содрали и бросили на землю. Хотя и была разница. Обратная сторона упавшего на землю лица была сплошь покрыта лапками.

— Неужели это... насекомое в форме маски?..

— Ка-О-о-О-о-О! — шея горничной раскрылась.

В, казалось бы, твёрдом горле появилась щель, и выпало что-то большое и жидкое. Оно напоминало рвоту, но самое большое отличие заключалось в том, что этот объект всё ещё полз по земле.

— Что это... — даже Ивлаи поразилась, за всё своё долгое существование она впервые такое видела.

— Губы... — воскликнула Тиа, глядя на покрытую слизью пиявку, упавшую на каменную дорожку.

— Насекомое, что поглощает человеческие голосовые связки и имитирует голос жертв.

Передний конец телесного цвета пиявки напоминал человеческие губы. «Ах, ах» — выдыхало оно милым голоском горничной.

Под всеобщее изумление рука Энтомы, которой она закрывала лицо, медленно опустилась, и взору предстал облик насекомого.

Члены Синей Розы от страха невольно шагнули назад. Хотя они уже испытали ужас, когда отвалилась маска-насекомое, это зрелище вызвало его снова.

Появился монстр не из этого мира. Им невольно подумалось, что над миром повисла тень.

— Ты ПоСмЕлА, тЫ в СаМоМ дЕлЕ пОсМеЛа... — раздался жёсткий голос, трудный для восприятия.

— Миленький голосок, не находите? Мне лично этот больше нравится. — Гагаран чуть ли не взрывалась от гнева. В Синей Розе она была самой гуманной. Помолившись за душу молодой девушки, отдавшей голос этому губорту, она покрепче перехватила оружие.

— КаК вЫ пОсМеЛи, МеРзКиЕ чЕлОвЕчКи!

В предыдущих битвах она всегда сражалась не прилагая усилий. Однако сейчас всё это простодушие испарилось.

Что ж, больше нет смысла сдерживаться. Время свирепой атаки.

— Теперь начинается настоящая битва! Вы двое, не расслабляться! Готовьтесь атаковать ещё яростнее, чем прежде! — предупредила Ивлаи, но две другие поняли это ещё до того, как та заговорила.

Они приготовились драться до смерти.

Спина горничной-насекомого вдруг словно взорвалась, и из-под одежды высунулись четыре паучьих лапы. Казалось, словно у неё со спины выросли новые ноги.

Насекомое прыгнуло высоко в небо. Любому показалось бы, что это магия полёта.

Монстр выплюнула сверху плотоядных мух.

Щёлкнув языком, Ивлаи снова применила «Бич паразитов».

— Я вАм ПоКаЖу, ЧтО зНаЧиТ иСтИнНыЙ уЖаС! уБиВ, я ПрЕвРаЩу ВаС в ТрУпНыХ кУкОл!

Долетев до земли, мухи тут же умерли. Горничная-насекомое посмотрела фасеточными глазами на истинное лицо Ивлаи. Верно, только заклинательница могла сравниться в силе с монстром. Если она проиграет, победа будет невозможна, и Гагаран с Тией будут убиты. Однако глупо сосредотачиваться только на ней.

Сбоку полетел боевой молот Гагаран.

Несмотря на преимущество Ивлаи, в бою против столь могущественного противника они не могли упустить ни одной возможности.

Заклинательница понимала, что пропусти она удар, ей сильно достанется. Поэтому и решила сражаться вместе с подругами. Ивлаи улыбнулась. Хорошо, что она была в маске, иначе бы другие над ней рассмеялись.

Почти уклонившись от удара Гагаран, монстр вдруг замер. Тиа применила ниндзюцу «Неподвижность, связывание, паралич». Высокоуровневое сопротивление насекомого, больше похожее на способность к обнулению атак, не дало связать движения полностью. Но воительнице помогли даже несколько мгновений.

Монстр выплюнул паутину, усиленную «Мощным ударом». Этого хватило, чтобы верхняя половина тела Гагаран стала полностью белой.

Воительница не сумела самостоятельно вырваться из жёстких и клейких шёлковых нитей. Ей пришлось прервать атаку и отступить, чуть не упав. Но монстр не терял времени даром, он кинулся на неё.

— «Кристальная пика»!

В Энтому глубоко вонзилась пика, хотя той, похоже, было не так уж и больно. Она спокойно вызвала насекомых. Появившись из тьмы, они собрались на её запястье.

— «Бич паразитов»!

Заструился белый газ, и жуки попадали на землю. Монстр от боли невольно мучительно закричал.

Рот, где у человека находилась бы нижняя челюсть, открылся, и на Ивлаи полетела такая же нить, как на Гагаран.

Если блокирую магией, напрасно потрачу силы. Раз я могу обнулить любые связывающие заклинания, то, наверно, могу просто принять удар... нет, постойте...

Запаниковав, Ивлаи задействовала заклинание. На неё и вправду летела паутина, но по сравнению с предыдущей, эти нити слабо светились.

— «Кристальная стена»!

Возведённый кристальный барьер разлетелся в ничто.

— Это режущая паутина?!

— Лови подарок! — Тиа бросила чёрную сеть.

Она разложилась в воздухе, но не смогла окутать монстра. Энтома просто прошла её насквозь, словно призрак.

— У неё иммунитет к любым техникам связывания!

— Ха! Время боевой формации!

Чтобы держаться на расстоянии от боевой горничной, Гагаран ударила ногой, пытаясь оттолкнуть противника.

С громким лязгом её сапог врезался в горничную.

Отступив, воительница соединилась с остальными членами Синей Розы. При этом они внимательно следили, чтобы по ним всем вместе не попали одной атакой.

— ЧиКу, ЧиКу, ЭтИ уДаРы... тАк РаЗдРаЖаЮт! — бормотала горничная, двигая челюстями.

Наблюдая за этим, Гагаран прошептала Ивлаи:

— Слышала тот лязг? Её костюм горничной столь же крепок, как моих доспехи, просто невероятно.

— Наверное, ткань сплетена с металлическими нитями. Неимоверно крепкими к тому же.

— Адамант... или что-то покрепче.

— О, так её наряд не на нашем уровне? Даже моя магия земли бесполезна против такого высокого качества экипировки. Наверное, некоторые из её вещей уменьшают и магический урон. Специализированные атаки на неё не сильно повлияют.

— А это значит? — засомневалась Тиа, Ивлаи улыбнулась:

— Мы нападём на неё в лоб и закончим всё подавляющей силой.

— Легче сказать, чем сделать. Как мы это провернём? Нам конец, если не поспешим. Оно ещё и талисманами себя усиливает.

— Каждый из нас использует свою самую сильную технику! Я применю инсектицидную магию.

— Это запросто. Что ж, начинаем решающую атаку.

Хотя они сказали, что сосредоточат всю свою мощь на одном ударе и победят, на самом деле всё было не так просто.

Обычно Ивлаи заклинаниями «Песчаное поле: одно» или «Окаменение региона» задерживала противника и поддерживала воинов, но на горничной эти методы не сработают.

Если нужно нанести урон, то лучше оставить это дело воинам с их физическими атаками. Ивлаи лишь следует придумать план на случай, если стратегия не сработает. Она всегда считала, что сосредотачиваться исключительно на атакующей магии неправильно, но положение требовало отчаянных мер.

Заклинатели, что при атаке полагаются исключительно на магию, — второсортны. Но в этот раз придётся пойти на компромисс.

Ивлаи принялась приспосабливаться к магии, которую собиралась использовать.

Хотя её самое сильное заклинание — «Осколочный удар», под него могут попасть и подруги. А «Бич паразитов» расходовал много магической силы, его лучше приберечь на случай, когда враг попытается призвать насекомых. А значит, прямо сейчас самой подходящей магией была ненавистная ей кислотная.

Коротко обменявшись взглядами, три подруги убедились, что подготовка завершена, и дружно кинулись в атаку.

Ивлаи использовала «Кислотный плеск», а Тиа, обладающая меньшей огненной мощью, главным образом положилась на предметы. Гагаран активировала несколько боевых навыков, атакуя нескончаемым шквалом ударов.

Понемногу ход битвы начал меняться.

Противник был невероятно силён. Она использовала много типов паутины, магию талисманов и призывала насекомых. Не говоря уже о том, что она обладала более могущественными магическими предметами, чем члены Синей Розы.

Хотя расходные предметы, вроде зелий лечения, начали заканчиваться, горничная-насекомое постепенно отступала.

Если бы кто-то спросил, что же изменило битву в их пользу, Ивлаи с выпяченной грудю ответила бы: «Товарищи!»

Гагаран, Тиа и Ивлаи с точки зрения расы проигрывали, но всё равно создали возможность выиграть. Важную роль в этом сыграло то, что они могли нападать и восстанавливаться одновременно. В частности, они могли как сами вылечиться, так и вылечить товарищей. Постепенно положение прояснялось.

— Если не напортачим, то сможем победить!

Часть 3

Месяц последнего огня (девятый), четвёртое число, 22:27

Битва закончилась.

Наконец горничная-насекомое упала на землю, будто марионетка, которой отрезали нити.

Ивлаи потратила уйму магических сил, а расходные предметы почти закончились. Ей придётся хорошо потратиться, чтобы снова всё закупить.

— Победа за нами! — объявила покрытая ранами и тяжело дышащая Гагаран.

Не осталось ни одного зелья лечения, но всё же она держалась благодаря своей выносливости.

— Перережем ей горло.

— Да, — согласилась Ивлаи с Тией.

Умирающая горничная-насекомое всё ещё дышала, хоть и хрипло. Раз она уже утратила способность сражаться, то безопаснее всего — без колебаний её убить. Поднявшая клинок и шагнувшая было вперёд Тиа вдруг замерла. Ивлаи хотела спросить, в чём дело, но тут же поняла.

— Почему бы на этом не закончить?

Перед горничной-насекомым стоял мужчина. Невероятно, но никто даже не заметил, как он появился.

Он носил странную одежду, которую Ивлаи прежде не видела. Но слышала, что так наряжаются на юге, это так называемый «фрак». Лицо мужчины закрывала маска.

Однако человеком он не был — из-за талии выглядывал хвост.

— Эй, родственник Ивлаи?

Дура! — попыталась ответить Ивлаи, но слова застряли в горле. Его доминирующая аура ударила словно молния. Руки вспотели, но она не отводила взгляд от врага.

— Ты в порядке? Остальное оставь мне. Пока же иди выздоравливай, — нежно заговорил он с горничной-насекомым, не обращая внимания на вооружённых членов Синей Розы.

Он производил хорошее впечатление, хоть и был врагом. Однако Ивлаи знала, что на самом деле тот далеко не хороший. От страха начало покалывать даже кончики пальцев ног — её охватил подлинный ужас. Инстинкты выживания кричали об опасности. У неё перехватило дыхание, но, помрачнев, она заставила себя заговорить:

— Бегите!.. Дуры, забудьте обо мне и слушайте, что вам говорят. Это... невероятно сильное существо. Монстр среди монстров. Что бы ни происходило за спиной, не останавливайтесь.

— А ты?.. — ужаснулась Гагаран.

— Обо мне не волнуйтесь. Я протяну, пока вы не скроетесь, а потом уйду телепортом.

Раненая горничная, которая предположительно не могла двигаться, нетвёрдо встала на ноги. Никто не видел, чтобы она использовала лечащую магию или зелья.

Из ниоткуда появилось насекомое, прицепилось к спине горничной и улетело в ночное небо, оставив после себя лишь отголоски жужжания.

Беспомощно наблюдавшая за её побегом Ивлаи не могла ничего сделать из-за стоявшего впереди мужчины. У окаменевших Гагаран и Тии по лбу струился пот.

Убедившись, что горничная улетела, мужчина повернулся к заклинательнице.

Прожив двести пятьдесят лет, она сталкивалась с разнообразными сильными существами. Тем не менее от этого мужчины исходила редкостная аура. Тошнотворная и отвратительная злоба невозможного уровня, если сравнивать с другими.

По силе равняется платиновому Драконьему королю? Он слишком силён, не могу точно определить, кто сильнее.

— Вы прождали достаточно долго. А теперь, раз время поджимает, начнём?

— Быстро! Бегите!!! — закричала Ивлаи.

Тиа и Гагаран развернулись и побежали, словно дикие собаки. Конечно, они чувствовали себя виноватыми, что оставили подругу. Но именно благодаря вине после слов заклинательницы им оставалось лишь бежать. Доверие! Ивлаи на всё способна. Даже сбежать!

Однако вскоре эта мысль развеялась, словно дым.

— Для начала не убегайте во время знакомства. Позвольте мне вас задержать, это не больно, «Запирание измерения». Поздороваться перед тем, как уходить, — надлежащий и восхитительный этикет.

Этот навык могли применять лишь дьяволы или ангелы высшего уровня, в определённом радиусе он запрещал использование магии перемещения. Стратегия отступления Ивлаи провалилась.

Однако это не было проблемой. Они с самого начала знали, что лучшей стратегией будет оставить кого-то позади, и что этот человек не вернётся живым.

— Смерть естественна. Молодые выживают, старые умирают. Таков закон природы, — девушка, прожившая более двухсот лет, попрощалась с жизнью и спровоцировала противника, против которого не имела ни шанса.

— Леди вперёд. Но если так и собираетесь стоять, я атакую первым.

Меж его слов просачивалось ужасающее намерение убийства. Ивлаи мысленно собралась, вытесняя чувство страха.

Я — Ивлаи. Женщина из легенд. Как бы силён враг ни был — надо драться!

— Вы так любезны, я не могу отказаться! Съешь это! «Предельная магия: Осколочный удар»!

Она с самого начала применила заклинание, которым гордилась. В сторону врага полетело множество кристаллов размером с небольшой кулак.

Спереди кристаллики были заострёнными. Обычно эта магия использовалась в ближнем бою для нанесения огромного урона, но она не знала, как подобраться к этому архидьяволу.

Приготовившись умереть, она всё же немного сдерживалась. Ивлаи рассмеялась над собой. Сила врага неизвестна, так что следует драться осторожно.

Дьявол в маске широко раскрыл руки в приветственном жесте. Как только до него долетела первая кристаллическая градинка... вся магия развеялась. Всё произошло так быстро, словно магии и не существовало.

— Это расовый талант, аннулирование магии?! Или разница в силе настолько огромна?!

При существенном разрыве в силе магия часто становилась неэффективной.

Оставив без внимания Ивлаи, на первом шаге сделавшей ошибку, мужчина элегантно провёл рукой, словно командир на поле боя, и проговорил:

— «Стена адского пламени».

Мимо неё прошла волна жара. Ивлаи неверяще обернулась.

Засвистело — и ночь вспыхнула, возгорелось чёрное пламя, которого не могло существовать.

Убегавшие Гагаран и Тиа задёргались и медленно свалились на землю, словно мусор. Огонь исчез, будто иллюзия, а подруги уже перестали двигаться и дышать. Она подавила желание кинуться к ним и проверить их состояние. Ивлаи не могла поверить, но ничего другого не оставалось. Раны были смертельными. Подруг, с которыми она прошла через радости и страдания, убили одним ударом.

Она сжала зубы, чтобы не всхлипнуть.

— Я всего лишь хотел остановить их, используя всю свою силу, но они оказались слабее, чем я ожидал, и умерли от пламени такого уровня. Пожалуйста, примите мои соболезнования, — низко поклонился мужчина, словно от чистого сердца извиняясь.

Из-за такого отношения Ивлаи не смогла подавить свои эмоции.

Почему он пренебрег заклинательницей, стоявшей впереди и атаковавшей его, и напал на двух других? Не дать им убежать было, конечно, одной из причин, но были и другие.

Он понимает, насколько сильнее меня, и что я не представляю никакой угрозы. Но на самом деле... он даже не видит во мне врага.

Поскольку они убегали, он убил их первыми. Какой простой ход мысли.

— Как всё сложно. Умерли от таких ран... я не могу использовать тебя в качестве стандарта меры... Почему ты объединилась с более слабыми? Если бы не сделала этого, разве не смогла бы пойти на более высокоуровневые области?

— Ты! Ты! Ты! Не тебе это говорить!!! А-а-а-а-а-а-а-р!

Раздался не плач печали, а вой гнева. Громко крича, полная ненависти Ивлаи бросилась вперёд. Вернее, с помощью заклинания заскользила по воздуху. Собрав магию в кулак, она применила магию ближнего боя «аннулирование» и «трудное сопротивление».

Дьявол поднял руку, чтобы принять удар.

— «Аспект дьявола: запястье архидемона».

Повиснув, запястье дьявола увеличилось в несколько раз, пока рука не коснулась земли. Послышался треск, но не потому, что рука надулась воздухом, а потому что превратилась в чрезвычайно крепкое смертельное оружие.

Ивлаи тут же остановилась. На мгновение сердце дрогнуло, но она сразу же решила воспользоваться этой возможностью!

Запястье невероятного размера приблизилось к Ивлаи. На неё словно на бешеной скорости неслась бесконечная стена. За долю секунды заклинательница успела активировать защитную магию:

«Перенаправление урона»!

В глазах потемнело, она отлетала назад. Дезориентированная заклинательница не знала, где находится. Ударившись о выложенную камнем дорожку, она отскочила, словно мяч, и получила второй удар.

Но... урона не было.

Активировав «Полёт», Ивлаи взлетела в странной и неестественной позе.

Она не поранилась, но если бы не успела активировать заклинание, переводившее физический урон в потерю магической силы, то уже бы умерла.

— «Усиленная предельная магия: кристальный кинжал»!

В воздухе появился большой кристальный кинжал и полетел во врага! Клинок наносил физический урон, сопротивление против него не работало. А усиленный особыми магическими навыками, он мог легко пробить защиту.

Не уклонившись, дьявол принял на себя удар. Магия, наносившая наибольший урон, не смогла его даже поцарапать.

— Нет урона и от магии пробивания защиты?.. Высший дьявол, которого даже представить невозможно... нет, он даже сильнее Демонического короля! Он король среди демонов-богов?

Хотя король не обязательно сильнее остальных, в этом мире обычное дело добавлять слово «король» в имя сильнейшего представителя расы. В основном только у людей слабый мог провозгласить себя королём.

— «Аспект дьявола: Бритвенные когти».

Дьявольские когти вытянулись на сантиметров восемьдесят. Ивлаи не могла избавиться от чувства, что эти когти остановить невозможно, и они могут разорвать что угодно в этом мире.

Я не смогу забрать два тела и убежать. Даже если придёт помощь, она будет слишком слабой. Нужно хотя бы убраться с поля боя, чтобы другим было легче найти тела...

Уголки рта Ивлаи поднялись вверх.

Хуже всего, если дьявола встретит Лакюс, способная на магию воскрешения. Этого допускать нельзя ни в коем случае.

— Я иду! — когда Ивлаи решилась броситься вперёд, раздался гул, и что-то упало между ними.

Дорожка не выдержала вес и пошла трещинами, поднялась пыль.

Там, согнувшись из-за удара от приземления, стоял воин.

Мягкий лунный свет, отражённый от тёмной брони, выглядел так безмятежно, красиво мерцая. Развевавшийся красный плащ на фоне ночного неба словно горел. В руках по гигантскому мечу, блестящему невероятно ярко.

Тёмный воин медленно поднялся. Высокий, ростом с дьявола. Однако его божественный ореол заставил дьявола отступить. Ивлаи мельком увидела, как могущественный демон ужаснулся при появлении тёмного воина. Он словно увидел нечто за пределами своего воображения.

В тишине Ивлаи услышала, как кто-то сглотнул. Дьявол. Дьявол, которого заклинательница даже надеяться победить не могла, затаил дыхание перед этим здоровенным воином.

Тьму пронзил холодный голос:

— Так, посмотрим... кто же мой враг?

Интерлюдия

Экстравагантная комната.

Покрывающий весь пол красный ковёр столь мягок, что нога словно утопает. Два чёрных стула, созданные из высококачественного дерева и вырезанные в стиле французского рококо, блестят обработанной кожей.

Встав, мужчина потянулся и снова уселся на стул.

Хорошенький. Если бы кто-то нарисовал его лицо на картине, такое описание подошло бы идеально.

Блеск его светлых волос под магическим освещением напоминал сияние звёзд. Фиолетовые, словно аметисты ясные глаза искушали смотревших в них людей. Однако лично знакомые с ним люди не сочли бы его таким. Попав под его ауру прирождённого лидера, никто бы даже не вспомнил о его лице.

Это был «правитель».

Зиркниф Рун Фэрод эль Никс.

Взошедший на престол в двадцать два года, внушающий страх аристократам и уважаемый гражданами, самый талантливый император всех времён. А также тот, кто очистил дворян Империи, человек, которого в соседних странах боятся как Кровавого Императора.

Кроме правителя в комнате находилось ещё четверо, но все стояли неподвижно, словно статуи.

Прекратив читать документ, Зиркниф посмотрел вдаль. Перед ним словно появилась доска — он начал записывать свои мысли.

Вскоре Зиркниф выдохнул через нос — то ли усмехнулся, то ли чем-то заинтересовался.

Полученная в Королевстве информация оказалась необычной.

И в это мгновение...

Дверь без стука открылась.

Нахальство заставило слуг насторожиться и с враждебностью посмотреть туда. Но подтвердив личность вошедшего, они расслабились.

В дверях стоял низкорослый старик с длинной белой бородой. Снежно-белые волосы по-прежнему были густыми. Лицо в морщинах, по которым заметен его возраст, в глазах виднеется мудрость. На шее висит ожерелье, созданное из многочисленных хрустальных шаров. На иссохших пальцах находилось несколько простых колец. Свободная белая мантия была создана из мягкого материала.

Несведущие видели бы в заклинателе именно такой образ.

— Этого будет трудно достичь, — сказал старик с живостью, не подходящей его внешности, когда медленно зашёл в комнату.

Зиркниф с любопытством на него посмотрел:

— Что такое, дедуля?

— Проведя расследование, я понял, что такого просто не может быть.

— Что ты имеешь в виду?

— Ваше императорское величество, магии тоже нужно следовать законам мира. Исследовательские данные...

— А-а, ладно-ладно, — правитель незаинтересованно помахал руками. — Дедуля, твои лекции слишком длинны. Можешь перейти к сути дела?

— Если человек по имени Аинз Оал Гоун в самом деле существует и обладает магическими предметами или способностью избежать обнаружения, то мы можем предположить, что он маг такого же или более высокого уровня, нежели я.

За исключением императора и старика, все в комнате напряглись.

Они не могли поверить своим ушам, что существует кто-то столь же сильный, как заклинатель высочайшего ранга в истории Империи, «Трёхискусник» Флудер Парадин.

— Теперь ясно. Поэтому ты так счастлив, старик?

— Конечно. Двести лет прошло с тех пор, как я видел заклинателя тайной магии, который был равен мне или даже сильнее меня.

— Двести лет назад ты встретил одного?

Слова любопытствующего императора бросили мысли верховного мага в далёкое прошлое.

— Да. Одна из тринадцати героев, вошедших в легенды, некромантка Ригрит Бёрс Каруару, великая личность. Вероятно, она была среди них лучшей.

— Но сейчас в тайной магии ты ведь сильнее неё?

Флудер посмотрел в пустоту:

— Ну... я уже достиг более высокой планки, чем она... хотя твёрдых доказательств у меня нет. В магии никогда нет правильных ответов, — он погладил бороду, хотя говорил с полной уверенностью. Затем поднял бровь: — Надеетесь, что Аинз Оал Гоун настолько ценен?

Улыбнувшись, Зиркниф взял один из листов, разбросанных на диване, и протянул руку.

Сбитый с толку, Флудер взял листок и прошёлся по нему взглядом.

— Ох, — лишь это сорвалось у него с уст. Но мудрое лицо старика радикально изменилось. В глазах запылал огонь, как у голодного зверя. — Ясно, так вот что совершил Аинз Оал Гоун, которым ваше императорское величество заинтересовалось. Поистине интригующе. Они, вероятно, вдвоём выстоят против особого отряда Теократии... хм. Я хочу встретиться с ним и поговорить о магии.

На листе подробно описывалось, что Газеф Строноф сказал перед королём, включая замечания чиновников вплоть до каждого слова.

— Ваше императорское величество, кого вы отправили в деревню?

— Ещё никого. Посылать туда людей — слишком очевидный шаг.

— Пошлите моего ученика... нет, если в отчёте нет ошибки, то нам следует попытаться построить с ним хорошие отношения, если возможно.

— Хорошая мысль, дедуля. Если мы сможем взять его под контроль, я с радостью приму его в Империю.

— Так будет лучше всего. Чтобы мельком глянуть в бездну магии, необходимы самые разнообразные знания. Если возможно, я хотел бы встретиться с первопроходцем, — его голос полнился желанием.

И Зиркниф прекрасно понимал, чего тот жаждет.

Флудер хотел заглянуть в бездну магии. А для этого требовалось найти более продвинутого мастера, чем он.

Те, кто стоят позади, могут выбирать себе путь, — в большинстве случаев проложенный Флудером, — по которому идти. Выбирая наиболее эффективную дорогу, человек может развивать свой талант без лишних потерь.

Однако это не касалось Флудера, шедшего в одиночестве впереди всех. Блуждая во тьме, он тратил на исследования слишком много усилий. Если бы он мог развивать свой талант, не делая ничего лишнего, то стал бы ещё более могущественным заклинателем.

Ради этого Флудер жаждал заполучить того, кто его поведёт. Талант у каждого ограничен, больше он не хотел тратить усилия зря.

Флудер взращивал своих учеников в надежде, что однажды кто-то из них его превзойдёт и потом потянет за собой. Увы, такого ещё не случилось.

Это было единственным желанием заклинателя, которое Зиркниф не мог выполнить, потому он сменил тему:

— Также я хочу собрать информацию об искателях приключений адамантового ранга из Э-Рантэла. Поможешь мне?

— Конечно, ваше императорское величество.

Глава 10. Величайший козырь

Часть 1

Месяц последнего огня (девятый), четвёртое число, 22:31

Высоко над королевской столицей, словно падающие звезды через ночное небо, летела группа людей. Двое были заклинателями, поддерживающими магию полёта, а двое других — их пассажиры.

Мужчина в абсолютно чёрной полной броне с двумя массивными мечами за спиной и красавица с хвостиком. Само собой разумеется, это были Аинз и Нарберал.

Этим утром они приняли задание в гильдии искателей приключений Э-Рантэла на беспрецедентную сумму денег. Клиентом был маркиз Рэйвен. На первый взгляд казалось, что маркиз хочет нанять искателей приключений, чтобы в свете недавних событий, причины которых оставались неизвестны, усилить безопасность своего имения.

Аинз знал, что это не вся история, и что он выяснит больше подробностей во время выполнения задания.

Они хотели подавить группу, известную как Восемь Пальцев, и надеялись, что Момон будет сражаться вместе с ними против сильнейших врагов, Шести Рук.

Аинз не нашёл никаких оснований отказываться от задания.

Обычно искатели приключений придерживались неписаного правила не ввязываться в дела страны. Чтобы не отпугнуть Аинза — вернее, Момона из Тьмы — они не поленились прикрыть дело заказом и привлечь его внимание поистине щедрым вознаграждением.

После некоторых раздумий Аинз принял задание с притворной неохотой, чтобы не выглядеть бестолковым участником сделки. Однако загвоздка заключалась в том, что ему следовало быстро явиться в столицу.

В Иггдрасиле существовали точки перемещения, позволявшие телепортироваться из города в город, но не в новом мире. Магия телепортации принадлежала пятому рангу, такой Момон и Набель владеть не должны, а путешествие на лошади заняло бы весь день.

Так что тогда делать? Ответ нашёлся быстро. Ему помогли заклинатели маркиза Рэйвена.

Использовав заклинания ускоренного полёта вместе с «Парящей доской», они с Момоном и Набель на всех парах понеслись в столицу. А как им это удалось? Ответ прост — Аинз и Нарберал сели на парящий диск, уменьшивший их вес, так что перевозка их существенно не замедлила. Таким способом заклинатели летели в столицу весь день. Однако даже с этим трюком время поджимало, и они уже отставали от графика. Аинз немного заволновался. Если по прибытии ему скажут, что он не нужен, какая будет награда?

Хотя Аинза привлекла небывалая сумма, наниматель вряд ли заплатит тому, кто ничего не сделал. Аинз тихо вздохнул. Он словно молился — как работник с низкой производительностью надеется на некий бонус. Эти деньги нужно заработать любой ценой. Ведь он уже решил, на что их потратит.

Пока такие мысли крутились у него в голове, в ночном небе Аинз впервые увидел столицу. Ему стало жаль, что нельзя насладиться видом подольше. Город окутывала темнота, он не казался шумным. Тем не менее для Аинза, чьи глаза могли ясно видеть в темноте, это был захватывающий опыт.

Тихо наслаждаясь пейзажем, Аинз заметил внизу что-то интересное — свет вдалеке.

Поначалу он не придал этому особого значения, но когда увидел чёрное пламя, то осознал: случилось что-то чрезвычайное.

— Стойте! Глядите! Магическое свечение, вон там!

— И вправду... это выглядит... как какая-то магия.

Заклинатель, посмотревший в указанную Аинзом точку, не придал этому особого значения. Обычный человек в этой тьме с трудом бы даже различил свечение, не говоря уже об его анализе.

— Что это? Такое постоянно происходит в столице? Или это фейерверк, чтобы встретить меня?

Заклинатель не рассмеялся над шуткой. С очень серьёзным видом он ответил:

— Это одно из восьми мест, которые мы должны были атаковать...

— Понятно. Я думал, мы опоздали, но всё же нам ещё осталась работёнка.

— Понял, мы полетим прямо туда.

— Подождите. Кажется, там присутствует заклинатель довольно высокого уровня. Не думаете, что можете умереть, если влезете туда?

«Тогда что нам делать?» — спрашивало лицо заклинателя. Аинз повернулся к Нарберал:

— Набель, поднеси меня ближе с помощью «Полёта». Скинешь меня прямо на них.

— Так точно.

♦ ♦ ♦

Месяц последнего огня (девятый), четвёртое число, 22:33

Для Ивлаи, находившейся на пороге жизни и смерти, вопрос чёрного воина показался смешным. Но она быстро поняла. Если подумать, они оба выглядят очень подозрительно. В конце концов, она и дьявол — в масках. Можно предположить, что они из одной преступной группы, и просто повздорили друг с другом.

Надеясь, что правильно распознала чёрного воина, Ивлаи выкрикнула:

— Тёмный герой! Я Ивлаи из Синей Розы, обращаюсь к вам как к товарищу адамантового ранга! Прошу, помогите!

Однако как только она взмолилась о помощи, тут же осознала, что совершила ошибку.

Разница в силе между ней и врагом была просто колоссальной. Даже с поддержкой Момона из Тьмы на что они способны? Этого демона Ивлаи даже не надеялась победить. Что одна бумажка, что две — какая разница, если бушующий шторм всё равно порвёт их в клочья.

Если он примет просьбу Ивлаи, то заклинательница будет ответственна за его смерть. Нужно сказать ему бежать и, если возможно, захватить тела её подруг.

Но...

— Хорошо, — мужчина встал перед демоном, пряча женщину у себя за спиной.

У Ивлаи перехватило дыхание.

На мгновение ей он показался массивной, крепкой стеной города. Вздохнув с облегчением, она почувствовала себя защищённой.

И демон почему-то склонил голову как простолюдин, выражающий почтение дворянину. Это не могло быть уважением, наверное он над ним насмехался. Демон просто играет?

— Какое почтение, что вы предстали перед нами в эту ночь. Могу я узнать ваше благородное имя? Этот известен как Ялдаваоф.

«Ялдаваоф? — она услышала, как из-под чёрного шлема раздался удивлённый шепоток мужчины. — Странное имя».

Она так не считала. Вернее Ивлаи понятия не имела, что о нём думать. Она знала немало преданий о демонах, но ничего об этом имени.

— Ялдаваоф? Я запомню. Меня зовут Момон. Как она и сказала, я искатель приключений адамантового ранга.

Воин тьмы вёл себя так, словно вообще не заметил деморализующей ауры Ялдаваофа.

Так вот что он делает, — с одобрением подумала заклинательница. — Чтобы потянуть время и узнать о враге побольше, Момон показал свою железную дисциплину и спрятал все эмоции. Теперь ясно, почему мужчину по имени Момон признали первоклассным искателем приключений.

Ивлаи, пристыженная из-за того, что легко поддалась эмоциям, передвинулась в тень алого плаща Момона, чтобы не мешать им двоим. Хотя казалось, что Момон готов помочь, она посчитала, что будет только мешаться. Момон и Ялдаваоф даже не потрудились обратить на неё внимание. Пока она двигалась, они начали дуэль умов, пытаясь выведать секреты друг друга.

— А, ясно. Так почему вы почтили нас своим присутствием?

— Задание. Один дворянин нанял нас для защиты своего имения... но пролетая мимо, я увидел этот бой. Посчитав, что положение опасно, я, разумеется, прыгнул помочь.

Тот дворянин — маркиз Рэйвен, запросивший в столице команду адамантового ранга, несмотря на риск нарушить неписаное правило искателей приключений не вовлекаться в политику. Ему явно не хватало людей, чтобы справиться с Восемью Пальцами.

— А какова твоя цель?

— В этом городе появился могущественный предмет, способный призвать нас в эту плоскость бытия. Мы, разумеется, пришли его забрать.

— Если мы его отдадим, это решит проблему?

— Увы, но нет. Между нами может быть только вражда.

— Зачем делать такие поспешные выводы? Де... Ялдаваоф, мы точно должны быть врагами?

— Именно так.

Ивлаи склонила голову набок, глядя на сюрреалистическое зрелище. Это не битва умов, а простой обмен информацией. Какой вообще в этом смысл?

— Что ж, я понял, более-менее. В таком случае... ты понимаешь, что я одолею тебя? — Момон развел руки, и большие мечи, продолжение его рук, словно засияли.

— Это... будет неудобно. Позвольте немного посопротивляться.

— Тогда... я иду.

Он шагнул... нет, стоявший перед ней Момон исчез. Начался яростный ближний бой с Ялдаваофом.

Ивлаи даже словами не могла описать, во что превратилась битва.

Остаточные образы бесчисленных мечей, парирование и контратаки вытянутых когтей Ялдаваофа.

— Потрясающе...

Похвалить можно было разными способами, но Ивлаи, очарованной ослепительным владением мечом, пришло на ум лишь одно слово. На её памяти не существовало ни одного мечника, способного на такие удары. Он словно мог одним взмахом разрезать ночь и зло.

Она почувствовала себя принцессой из песен бардов. А тёмный воин — рыцарь, пришедший её спасти.

По позвоночнику словно пробежал электрический разряд, маленькое тело Ивлаи содрогнулось. Сердце, безмолвствующее сто пятьдесят лет, казалось, снова быстро забилось. Приложив руки к груди, она, конечно же, ничего не почувствовала. Тем не менее это чувство для неё было настоящим.

— Пожалуйста, победите, господин Момон, — заклинательница сложила руки в молитве, надеясь, что рыцарь победит грозного дьявола.

Шух! Ялдаваофа отбросило далеко назад, но удар прозвучал так, словно его тело не состоит из плоти и крови. Хотя он остался на ногах, его пронесло по дорожке так стремительно, что подошва его обуви должна была стереться. Наконец остановившись через несколько десятков метров, он отряхнулся.

— Воистину впечатляюще. Обмениваться ударами с таким гениальным воином было ошибкой с моей стороны.

С громким «бам» Момон воткнул меч глубоко в камень и свободной рукой стряхнул с головы камушки, затем ответил:

— Довольно с любезностями. Ты ведь тоже скрываешь свою силу?

Казалось почти невероятным, что ни одна из сторон не использовала всю свою силу, несмотря на размах битвы.

— Неужели это Потомок бога?

Отпрыски существ, известных как «Игроки», могли пробудить в себе невероятную силу. Слейновская Теократия называет таких людей полубогами. А если точнее, у них в венах течёт кровь Шести Богов. Если бы они имели кровь других «Игроков», то назывались бы по-другому.

Весьма вероятно, что у Момона есть кровное родство с «Игроками». Или лучше сказать, что такой силой не обладает ни один обычный человек.

— Видно, мне больше не удастся от вас это скрывать. Как и ожидалось от того, кого зовут Момоном.

— Верно, Ялдаваоф, моё имя Момон, в конце концов.

— Отлично, в таком случае я иду. «Аспект дьявола: крылья-щупальца».

За спиной Ялдаваофа раскрылись крылья с необычайно длинными перьями, напоминающими щупальца. Он спокойно заговорил с Момоном, который оставался в защитной стойке:

— Вы сильны. Даже сильнее меня, в этом нет сомнений. Позвольте тогда использовать один метод, хотя он мне не по вкусу. У вас грозная защита, но можете вы сказать то же самое о маленькой рыбке, что прячется за вами? Как вы с этим справитесь? Возможно, попытаетесь защитить её, или нет? — с этими словами он выпустил град перьев. Острые как бритва, они были способны перерезать мускулы и кости.

А Ивлаи была беззащитна. У неё не осталось магических сил даже на «Кристальную стену». Она могла лишь ждать и надеяться на чудо.

Но, как оказалось, заклинательница недооценила тёмного воина.

Когда раздался лязг металла, Ивлаи подняла взгляд и увидела перед собой прочный «щит».

Повсюду разлетелись расколотые остатки перьев. Они могли без труда разрезать человека на куски, но вид был прекрасным.

— Хорошо, что ты не пострадала.

Спокойный голос мужчины. Рука махает мечом на невероятной скорости. Дыхание размеренное, даже когда он неистово отражает перья.

— Ах... ах... ах! Ваше плечо! Вы в порядке?

В наплечник Момона воткнулось перо. Разрезанное напополам в полёте, оно потеряло пробивную силу и теперь выглядело как украшение на броне.

— Это пустяк. Атаки такого уровня даже не заслуживают внимания. Я рад, что ты цела.

Он усмехнулся.

Сердце Ивлаи громко стукнуло. Лицо под маской стало горячим — казалось, что об него можно обжечься.

— Превосходно! Защитить, чтобы у неё даже царапинки не появилось, примите от меня, Ялдаваофа, искренние поздравления. Воистину превосходное мастерство.

— Я ведь сказал, довольно с любезностями. Ответь, Ялдаваоф, почему ты тянешь время? — Момон поднял Ивлаи одной рукой, прижав к себе.

— !

Недвижимое сердце, казалось, вот-вот вырвется через рот. В мысли снова и снова приходили глупые истории глупых бардов. В особенности о рыцаре, который продолжает сражаться с принцессой на руках. Любой умный человек понял бы, что в сражении нести груз — не что иное, как глупость.

Но...

Сердце Ивлаи упало. Она представила себя принцессой в объятиях рыцаря, но на самом деле...

— Это...

Он нёс её под рукой как мешок картошки. По сравнению с взрослыми женщинами Ивлаи была маленькой и лёгонькой. Чтобы не терять равновесия, лучше всего нести её именно так.

Она понимала, что у неё нет никаких оснований, чтобы жаловаться, и душа всё ещё болела от гнева из-за убитых товарищей. Сейчас не время для такой глупости. Тем не менее ей не удалось полностью подавить грусть.

Наверное, его следовало обнять, тогда ему стало бы легче. Но она не была уверена, что удержится, если он снова будет сражаться на такой головокружительной скорости, так что молчала.

Ивлаи снова наблюдала за битвой Момона и Ялдаваофа. Расстояние между ними стало больше, чем ранее, но для сильнейших воина и демона оно было не более чем лишним шагом.

— Тогда продолжим?

— Нет, думаю, на этом пока всё. Как я и сказал, моя цель не в том, чтобы победить вас. Теперь мы превратим часть столицы в чистилище. Как только создастся пролом, будьте уверены, что я отправлю вас в другой мир на погребальном костре адского пламени, — закончив, Ялдаваоф повернулся и исчез.

Не казалось, что он спешил, но в мгновение расстояние между ними увеличилось, и он растаял в ночи.

— Нет. Нет, это нехорошо, господин Момон, если мы не погонимся за ним... — начала паниковать Ивлаи, когда демон исчез из виду, но Момон покачал головой:

— Я не могу это сделать. Он отступает, чтобы выполнить свой план. Если я погонюсь за ним, он будет сражаться в полную силу. А в таком случае...

Момону не требовалось заканчивать предложение, чтобы заклинательница поняла.

Если он станет серьёзен, под удар попадёшь ты и умрёшь. Что-то в этом роде. Но даже если бы она осталась на месте, этот презренный изверг наверняка попытался бы атаковать её.

Раз Момон её защитил, значит Ивлаи годится в качестве заложника.

Она ненавидела себя за то, что не может помочь Момону, который её защитил, и за то, что она не более чем бремя. А она ещё такие громкие слова Клаиму говорила.

— Так, Набель, как думаешь, что мы должны делать?

В ответ с неба медленно спустилась женщина. Команда тёмного героя Момона включала заклинательницу, известную как Красавица. Раньше Ивлаи смеялась над таким тщеславным прозвищем, но теперь увидела её вживую, и у неё перехватило дух.

Она слишком красива. Иностранка... вероятно, пришла с юга. Ивлаи продолжала смотреть на неё, не в силах отвести взгляд.

— Вл... господин Момон. Почему бы нам не направиться в имение дворянина, который нас нанял, как изначально и собирались?

— Проигнорируем Ялдаваофа? Не потому ли нас сюда позвали, чтобы остановить планы этого типа?

— Вероятно. Но всё же нужно получить разрешение клиента. Это кажется наиболее важным.

— И то верно.

— В свете этого я предположила бы опустить этого комара-переростка.

— Хм? А, прости, я волновался, что ты можешь попасть под удар, — Момон медленно опустил Ивлаи на землю.

— Н-нет, пожалуйста, не переживайте. Я понимаю ваши намерения, — Ивлаи низко поклонилась. — Спасибо вам огромное за помощь. Позвольте снова представиться. Я — Ивлаи из Синей Розы, команды искателей приключений адамантового ранга.

— Не нужно таких формальностей. Меня зовут Момон, я такой же искатель приключений адамантового ранга, как ты. Эта заклинательница — мой компаньон Набель. Что ты собираешься делать дальше? И что будешь делать с этими двумя? Если тебе нужен кто-то, чтобы их понести, то это не проблема, — он указал на Гагаран и Тию.

— Я очень благодарна за ваше предложение, но в этом нет нужды. Скоро должны прийти наши коллеги. Вероятно, заклинание воскрешения будет применено тут, на месте.

— Воскрешение... вы можете его использовать?

— Ах... да. Наша лидер команды Лакюс способна возвращать к жизни мёртвых.

— Правда? Тогда... могу я спросить, насколько далеко действует воскрешение?

— Что вы имеете в виду?

— Предположим, ты хочешь воскресить этих двух. И ты находишься в Империи, где они воскреснут? В Империи, или там, где лежат тела?

Почему? Почему он так заинтересовался магией воскрешения? Любопытство, наверное. Люди, способные на божественную магию пятого ранга, встречаются довольно редко, так что нет ничего удивительного в том, чтобы заинтересоваться этой темой. Или, может, умер кто-то важный для него? В таком случае ответ Ивлаи будет жестоким. Она могла лишь молиться, чтобы дело было не в этом.

— Я плохо знаю подробности, но я слышала, что Лакюс нужно быть очень близко, чтобы применить магию воскрешения. Поэтому применить магию из Империи невозможно.

— Хм. Тогда ещё один вопрос. После воскрешения они двое смогут немедленно вступить в бой?

— Нет, это невозможно, — ответила Ивлаи.

Лакюс использовала заклинание пятого ранга «Поднятие мёртвого». Воскрешение вытянет громадное количество жизненных сил. Искатели приключений ниже железного ранга превратятся в пыль — все, без исключения. Искатели приключений адамантового ранга воскреснут без проблем, но это вытянет настолько много жизненной энергии, что они не смогут двигаться. Восстановление займёт кучу времени.

Если Ялдаваоф говорил правду, они не только в большой опасности, но и лишились значительной части боевых сил.

Нет... никто не сможет сражаться с дьяволом, кроме этого великого мужчины. Воскрешение Гагаран и Тии ничего не изменит. После возрождения им разумнее будет сосредоточиться на восстановлении.

— Ясно... думаю, я понял общий смысл. Если возможно, я хотел бы увидеться с леди Лакюс. Ничего, что я подожду здесь?

— А-а! П-п-почему вы хотите встретиться с Лакюс?!

Прежде чем она успела собраться с мыслями, слова вылетели изо рта. Она сама не понимала, почему. Как только она услышала, как Момон говорит, что хочет встретить Лакюс, сердце заполнилось возмущением. Это даже её шокировало, и насторожило Момона.

Под маской лицо начало краснеть от стыда, и она обрадовалась, что капюшон закрывает уши, которые были красными до самих кончиков.

— Я... я надеялся спросить её о магии воскрешения, а также встретиться с лидером Синей Розы, команды искателей приключений такого же ранга, что и я, к тому же более опытными в этом деле. Кроме того, Ялдаваоф ушёл, но нет гарантии, что он не вернётся. Это так неприятно?

— Н-нет, это не так... ах, простите, я на вас накричала.

Как только она услышала имя «Ялдаваоф», возмущение в груди сразу же испарилось. Она понимала, что его следует опасаться.

Учитывая наш разговор... мне следовало понять, что всё идет к этому. А что до возвращения Ялдаваофа... это значит, он хочет защитить меня? Фу-фу...

— Раз мы всё равно ждём, не могла бы ты рассказать, что здесь случилось?

— Прежде мне нужно позаботиться о телах товарищей. Я не могу просто оставить их лежать. Вы можете немного подождать?

— Конечно.

Ивлаи пошла к телам. Она думала, что они окажутся сожжены до неузнаваемости, но, похоже, дьявольский огонь сжёг лишь душу, а не плоть. На телах отсутствовали какие-либо ожоги. Закрыв им глаза и сложив руки на груди, Ивлаи достала из сумки «Саван сна» и начала укутывать в него Тию.

— Что это?

— Магический предмет, что останавливает разложение и трупное окоченение. Он очень полезен для людей, способных на магию воскрешения.

Пока Ивлаи отвечала, Момон заметил, что ей не удаётся обмотать громоздкое тело Гагаран, и решил помочь, без труда подняв тело. Закончив, заклинательница сложила руки вместе, молясь за души умерших и чтобы Лакюс воскресила их.

— Спасибо за помощь.

— Это пустяк. Так можешь рассказать, что здесь случилось?

Ивлаи кивнула и начала пересказывать произошедшие события. Что она знала, что они собирались сделать, об их встрече с горничной-насекомым и битве, когда появился Ялдаваоф.

Когда она говорила о том, как они почти победили горничную, слушавшие историю Момон и Набель как-то странно изменились.

— Ты убила её? — нейтрально спросил он, но в голосе явно слышался гнев.

Ивлаи насторожилась. Почему их расстроило убийство горничной дьявола? Но она решила закончить историю.

— Нет, мы не смогли. Появился Ялдаваоф.

— Неужели?.. Ясно-ясно.

Гнев пропал, словно и не появлялся. Но в глазах Набель по-прежнему бурлила ярость. Трудно было сказать, презирает ли она так всех.

Кашлянув, Момон спросил:

— Тогда... если бы вы не попытались убить горничную, думаешь, Ялдаваоф всё равно напал бы?

Ивлаи тут же осознала, почему Момон был зол. Горничная-насекомое вела себя нейтрально, и, насколько она знала, подруги атаковали первыми и тем самым, вероятно, положили начало текущим событиям.

Для искателей приключений естественно избегать битв. Не зная этого, высокоуровневая команда лишь унизила бы адамантовый ранг и даже самого Момона. Наверняка он поэтому расстроился. Тем не менее Ивлаи не могла полностью согласиться с таким мышлением.

— Ялдаваоф сказал, что превратит столицу в ад. Горничная, следующая за таким типом, не может быть нормальной. Я считаю, что мои подруги правильно поступили, когда решили с ней сражаться.

В этом она не могла пойти на компромисс. Горничная была сильнее Гагаран и Тии. Зная это, они всё равно дрались. Этому должна быть причина. Ей необходимо верить в своих товарищей.

Защищающаяся Ивлаи и молчавший Момон посмотрели друг на друга, словно глядя через её маску и его шлем. Хоть они и не видели лиц друг друга, Ивлаи была уверена, что глядит воину в глаза.

В конце концов Момон сдался первым.

— Хм, ясно. Ты права. Прошу прощения, — он поклонился.

Это потрясло заклинательницу. Она крепко верила в товарищей, но не могла заставлять спасителя так унижаться.

— Ах! Пожалуйста, поднимите голову! Такой прекрасный человек, как вы, не должен... У-э-э-э? — жалостно вскрикнула она, осознав, что сказала.

Момон и вправду был выдающимся человеком, но, если подумать, описывать его словом «прекрасный»...

Ивлаи завизжала в душе.

Хья-а-а-а! Ничего не могу поделать, он слишком крутой! Неужели мне нельзя один раз за двести лет снова почувствовать себя девочкой? В конце концов, он могучий воин, который сильнее меня...

Учитывая, что Ивлаи смотрела на Момона как влюблённая школьница, если он смутится и скажет об этом, то у неё ещё будет шанс. Иначе шансы мизерны.

Тело Ивлаи перестало развиваться в двенадцатилетнем возрасте. А потому она не обладала никакими частями, которые жаждали бы видеть мужчины. Ей трудно будет как вызвать похоть, так и удовлетворить её. Конечно, некоторое подмножество мужчин находило её очень привлекательной, но они были в меньшинстве. А рядом с такой красавицей, как Набель, её шансы ещё меньше.

Набравшись смелости и взглянув на него, Ивлаи увидела, как Момон и Набель смотрят в ночное небо.

Поначалу она не поняла, что они делают, но когда вспомнила свой вскрик, сразу же стало всё ясно. Они двое приняли его за предупреждение.

Нет, это не та-ак!

Не зная, что сказать, она была готова расплакаться.

— Вероятно, ты ошиблась? Там ничего нет, — сказал Момон, осмотрев небо.

— О-ошиблась, да я ошиблась. Мне очень жаль.

— А, ничего. Лучше ошибиться, чем попасть в засаду, — ответил Момон с одним мечом в руке, и Набель вернула свой меч в ножны.

Его доброта заставила Ивлаи потерять дар речи. И в это мгновение на краю зрения что-то вспыхнуло. Цвет был не чистый белый, цвет магии, а злобный красный — цвет ревущего пламени.

— Господин Момон, поглядите туда, — Набель указала на алое сияние, и они повернулись в ту сторону.

Ивлаи широко распахнула глаза, поняв, кто вызвал этот огонь.

— Что? Это...

Языки пламени поднялись в вышину, словно собираясь сжечь небеса. В высоту оно достигло более чем тридцати метров, и она с трудом могла представить, насколько широко оно расползлось... наверное, на несколько сотен метров, может больше.

Покачиваясь, словно занавес, стена огня поясом окружила город.

Потрясённая абсурдностью увиденного, Ивлаи услышала тихий мужской голос:

— «Пламя Геенны»?

Резко, как на пружинах, она повернулась к Момону:

— Это, это, что это такое? Момон, вы знаете, что это за большая стена огня?

У него чуть дрогнули плечи, он ответил с нехарактерной для него неуверенностью:

— Э? А... нет, нет, я не совсем уверен. Могу я сказать, когда буду в этом убеждён?

— Я... не возражаю...

— Мне нужно кое-что обговорить с Набель, пожалуйста, подожди нас здесь.

— Э, а могу я пойти с вами?

— Нет, это личное. Мы ненадолго.

Его замечание было настолько разумным и очевидным, что Ивлаи стало стыдно, что она вообще это спросила. Её блуждающие глаза остановились на девушке, известной как Красавица.

У неё на лице красовалась торжествующая улыбка.

Может, заклинательница ошиблась, а может и оказалась права. Вполне естественно для женщины чувствовать превосходство перед другими женщинами, когда великий мужчина уделяет ей особое внимание.

Ивлаи не смогла подавить странное зарождающееся внутри чувство. Так ненавистный ей гнев — пламя ревности.

Он не только силён, но и знает много такого, чего не знаю я... мне никогда снова не встретить такого человека.

Женщин всегда влекло к сильным мужчинам. Когда человечеству угрожает внешняя опасность, природный инстинкт говорит найти сильного мужчину и родить ему детей, получив тем самым защиту для себя и потомства. Конечно, не все выбирают себе партнёра на основе этих суждений. К любви могут привести многие факторы. Тем не менее существовала устойчивая тенденция искать сильного мужчину.

Ивлаи смотрела свысока на таких женщин.

Глупо хотеть защиты из-за слабости. Вместо этого лучше просто стань сильной, и защита окажется ненужной. Это правильно.

Но если отпустить такого мужчину, встретит ли она когда-нибудь кого-то ещё, кто бы так её удовлетворял?

Ивлаи не постареет, но Момон состарится и умрёт раньше неё. И сколько бы она ни пыталась, не сможет родить ему ребёнка. Через несколько десятилетий она опять станет одинока. Однако ей казалось, что хотя бы раз в жизни хорошо побыть женщиной.

Другая женщина может иметь ребёнка. Но самое важное — любовь. Я, разумеется, не пожадничаю и позволю одну или две любовницы.

— Тогда, пожалуйста, подожди немного здесь. Прошу прощения за... Ивлаи?

— Э? А, извините. Я задумалась о том, что нужно обсудить со своей командой. Я подожду здесь.

Честно говоря, она не хотела с ним расставаться. Но также ей не хотелось находиться возле женщины, перед которой она признала своё полное поражение.

Конечно, она не сказала бы это вслух.

Никто не захочет слишком навязчивую женщину. Мужчины — это существа, которым тем сильнее хочется бежать, чем сильнее вы их связываете.

Она вспомнила болтовню в таверне. В то время она рассмеялась, потому что думала, что это не имеет к ней никакого отношения.

Какая потеря. Даже такие мелочи пригодились бы. Следовало слушать повнимательнее... но не слишком ли поздно начинать сейчас? Есть ли у меня время научиться быть женщиной?

Пока она смотрела на удаляющиеся фигуры двух искателей приключений, в голову лезли дикие мысли.

Заклинательница понимала, что сейчас не время для праздных фантазий, но она слишком мало знала о происходящем, не говоря уже о том, чтобы что-то сделать. Так что ей не осталось работы. Тем не менее Ивлаи собиралась пойти в бой, в котором может погибнуть. Поэтому чтобы не зациклиться на этом, нужно на что-то отвлечься.

Это факт...

Она не знала, в чём хорошо её тело, если она не может иметь детей. Но об этой дороге ещё следует подумать.

Ха-а... победить Ялдаваофа и создать будущее...

Пламя в сердце Ивлаи взревело, словно бросая вызов стене огня дьявола.

Тебя может победить лишь господин Момон. Тогда я разделаюсь с мусором, что тебе прислуживает. На этот раз, если горничная покажется, я убью её. Я — проклятое создание, однажды известное как Ландфол! Не смотри на меня свысока, Ялдаваоф!

♦ ♦ ♦

— Полагаю, тут она нас не услышит.

— Да, с такого расстояния трудно подслушать.

— Но всё равно предусмотрительность не повредит, — Аинз активировал расходный предмет, защиту от прослушивания. Хотя ему показалось, что это пустая трата ресурсов, так как предмет был одноразовым. Однако выбора не было. — Набель, большую часть плана Демиурга я уже разгадал. Однако чем сложнее машина, тем легче её сломать. То же самое и с интригами. Нам не следует вести себя, словно мы уже выиграли, и нужно подтверждать факты, несмотря на то что у нас преимущество. Ты понимаешь?

— Да... как и ожидалось от нашего владыки и мастера, несравненного существа, — искренне похвалила Нарберал, Аинз принял это величественным кивком, будто всё идёт по его плану.

Но это было не так.

Ему казалось, что он вот-вот утопится в озере, образованном его несуществующим потом.

Он даже постигнуть не мог, что замыслил Демиург. Аинз просто ввязался в битву с глупой мыслью красиво показать свои боевые навыки в столице.

Всё его хладнокровие разбилось от потрясения, которое он испытал, узнав в противнике Демиурга. Лишь эмоциональный контроль нежити позволил сохранить спокойствие.

Он думал, что нужно просто разделаться с Восемью Пальцами, как и было в приказах, но потом выяснилось, что он будет сражаться вместе с искателями приключений адамантового ранга. Поскольку Аинз вообще не знал, что происходит, он чуть ли не махнул рукой на размышления.

В этих условиях необдуманные слова звучали бы неестественно. Аинз понимал, что слишком опасно делать знающий вид, когда ни черта не знаешь. Возможно, было бы мудрее признаться в этом, но так поступать слишком опрометчиво. Высшее существо, достойное преданности, должно демонстрировать подобающее предвидение.

Если начальник — в особенности на уровне директора — покажет свою некомпетентность, подчинённые потеряют к нему доверие.

Поэтому он напряг несуществующие клетки мозга, чтобы придумать этот афоризм.

Наверное, Нарберал была слишком честной, или его слова оказались неожиданно значимыми. Глаза боевой горничной полнились уважением. А потому Аинз, найдя предлог, приказал ей:

— Хм. Тогда чтобы убедиться в успешности операции Демиурга, свяжись с ним. Я не сделаю это лично, потому что эта женщина, вероятно, всё ещё смотрит. И сейчас я не могу использовать магию. Че... эта Ивлаи не понижает бдительность даже на мгновение. У меня нет доказательств, но я уверен, что она меня уже подозревает.

— Как такое может быть? Конечно же нет. Возможно, она на вас смотрит по другой причине.

Аинз посмотрел на Нарберал, старясь, чтобы взгляд не казался неестественным.

— Причина должна быть в этом. Я смутно догадываюсь, о чём эта женщина думает. Полагаю, показывать свой гнев, когда мы говорили об Энтоме, было роковой ошибкой. Может, следовало просто убить её тогда?

Ответа не последовало.

Когда Аинз услышал, что Энтома едва не умерла, его охватил сильный гнев. Хотя эмоции тут же подавились, в то мгновение его наполнила убийственная ярость. Чудо, что он сразу же не отрубил Ивлае голову.

Он подавил намерение убийства и не поддался гневу, потому что ранее решил, что убивать Ивлаи будет непродуктивно. Ведь через столько времени он наконец нашёл того, кто знал человека, способного на магию воскрешения. С этого можно было извлечь пользу. Губить такой шанс было бы слишком расточительно.

Наверно, я вырос и научился себя контролировать.

Если бы Шалти не подверглась промывке мозгов, он бы, вероятно, проигнорировал выгоду Назарику и убил Ивлаи. Великий Склеп Назарика и НИП, созданные его бывшими друзьями, — это сокровища, которые Аинз хотел защитить. Он не простит никого, кто попытается причинить им вред, но в то же время ему необходимо учитывать, какой выбор сделать выгоднее. Это зрелость.

Аинз посчитал, что его способности возросли вместе с накопленным опытом, иллюзорное лицо под шлемом улыбнулось.

С такими темпами он скоро станет истинным правителем Великого Склепа Назарика. Вернее, он на это надеялся.

Пока же мне не следует никого разочаровывать или делать большие неудачи... это тяжеловато будет...

— Правда? Как и ожидалось от владыки Аинза, вы видите эту женщину насквозь. Такое зрение может принадлежать только тому, кому суждено сидеть на троне.

— Достаточно любезностей, Нарберал. Важнее, что к её подозрительности привела моя ошибка, — Аинз махнул рукой, скрывая смущение. Затем стальным голосом приказал: — Иди, Нарберал. Разузнаешь подробности плана Демиурга и расскажешь мне. А также сообщи Альбедо, что если это затянется, нам придётся участвовать в уборке беспорядка Ялдаваофа.

Поклонившись, Нарберал применила заклинание.

В душе Аинз ликовал. Он не солгал ей. Как «Идеальный воин», Аинз не мог использовать магию. Вполне логично доставить сообщение Демиургу через Нарберал. Но у него была ещё одна причина, которую он не мог сказать вслух.

Чтобы делать вид, что он понимает план Демиурга, нельзя позволить Альбедо и Демиургу что-то заподозрить, а потому следует свести к минимуму контакт с ними.

Если он поручит эту обязанность Нарберал, то будет как в игре «сломанный телефон», некоторая информация может исказиться. Однако он лучше рискнёт, чем повредит образ верховного правителя Великого Склепа Назарика.

Аинз медленно вернулся к Ивлаи.

Пока Нарберал разговаривает с Демиургом, следует её отвлечь.

— Что ж... хорошо, что нам как-то удалось с этим покончить. Кстати, интересно, какое лицо скрывается под маской у столь сильного ребёнка?..

Часть 2

Месяц последнего огня (девятый), пятое число, 00:47

Посреди ночи уголок королевского замка осветился факелами — стало светло как днём. Небольшая комнатка была битком набита людьми. Мужчины и женщины — все в боевом облачении, но без единого стиля.

Они все были искателями приключений, которых поспешно вызвали во дворец. Разумеется, пригласили орихалковый и мифриловый ранг, но не только — присутствовали даже железный и медный ранги.

Всё больше опытных искателей приключений осознавали, что аутсайдеров пустили во дворец из-за проблем, охвативших столицу. Некоторые из них уже начали догадываться, кто их наниматель, когда увидели в углу юношу в белых доспехах. И лишь горсть знала, кто такой человек с катаной, стоящий рядом с юношей.

Большая дверь комнаты вдруг открылась, и вошло несколько женщин, вызвав переполох.

Искатели приключений Королевства знали каждую из них.

Первой вошла лидер команды адамантового ранга «Синяя Роза», Лакюс Алвэйн Дейл Аиндра.

Сразу за ней Золотая Принцесса Реннер вместе с главой гильдии искателей приключений столицы. Затем Ивлаи из Синей Розы и одна из близнецов. И последним зашёл сильнейший воин Королевства, Газеф Строноф.

Когда группа встала перед собравшимися людьми, юноша в белой броне развернул свиток и прикрепил к стене за собой.

Это была подробная карта королевской столицы.

Первой заговорила бывший член команды искателей приключений мифрилового ранга, женщина лет сорока, но с глазами, полными живости.

— Дамы и господа, для начала хотела бы поблагодарить вас за то, что смогли прийти на это экстренное собрание. — Когда комнату заполнила тишина, она со всей серьёзностью продолжила: — Обычно гильдия искателей приключений никогда не вмешивается в дела страны. — Всеобщее внимание обратилось на членов Синей Розы, но те молчали. В конце концов, глаза не могли говорить так же, как рот. — Однако сейчас исключительный случай. Гильдия решила объединиться с Королевством, чтобы быстро решить возникшие проблемы. Принцесса сообщит подробности, надеюсь, вы молча её выслушаете.

Принцесса медленно вышла вперёд с Газефом Стронофом и членами Синей Розы по бокам.

— Меня зовут Реннер Тэйре Шарделон Райль Вайсельф, я очень признательна, что вы все ответили на экстренный вызов, пришедший этой ночью. — Она чуть поклонилась, чем вызвала несколько тёплых вздохов. — Обычно я должным образом вас бы похвалила, но время дорого, давайте перейдём сразу к делу. Сегодня ночью часть столицы... — принцесса провела пальцем круг по северо-восточной области карты, — ...оказалась окружена стеной огня. Пламя достигло тридцатиметровой высоты, уверена, вы все его видели. — Большинство искателей приключений кивнули в знак согласия, некоторые подошли посмотреть к окну дворца. Из-за высоких стен замка они не видели огонь напрямую, но небо окрасилось в красный. — Похоже, это пламя — какая-то иллюзия, поскольку при прикосновении не обжигает. По словам людей, что с ним соприкасались, огонь не горячий и не мешает движению. Перемещение сквозь стену не должно стать проблемой. — Искатели приключений низшего ранга вздохнули с облегчением. — Вызвало этот инцидент существо под именем Ялдаваоф, это могущественный дьявол. Синяя Роза уже убедилась, что по ту сторону огненной стены полно низших демонов. Видимо, они действуют исключительно по приказу своих господ.

Лакюс кивнула.

— Ударить в голову и тело помрёт... не значит ли это, что нам просто нужно победить Ялдаваофа?

Реннер повернулась, чтобы узнать, кто говорит. Это был искатель приключений с мифриловой медалью на шее.

— Упрощённо говоря, это так. Однако вас всех я прошу разрушить схему дьявола. У нас есть информация, что он здесь, чтобы захватить определённый предмет, попавший в столицу.

Искатели приключений возмутились этой новостью. Они наконец осознали, что огненной стеной окружены районы складов и торговых домов, составляющие экономическое сердце столицы.

— Как удалось это узнать?

— От самого Ялдаваофа.

— А вы не думали, что с большой вероятностью он соврал?

— Не исключено, однако я ему верю. После возведения огненной стены враг ничего не предпринял. Но важно другое: если сказанное им окажется правдой, то из-за своего бездействия нам останется лишь наблюдать, как всё идёт по худшему сценарию. Необходимо взять инициативу в свои руки.

— А насколько силён этот Ялдаваоф? Я никогда не слышал и не читал о нём. Назовите хотя бы его уровень сложности.

Лакюс вышла вперёд с суровым выражением на лице:

— Ивлаи знает о нём больше всех, но пока нам неизвестны подробности. Мы уточним всё позже и сообщим вам.

Всем встреченным монстрам искатели приключений приписывали уровень сложности. Чем он выше, тем враг свирепее. Однако неписаное правило гласило, что не следует слишком на него полагаться, поскольку это может привести к неприятным неожиданностям. Сила монстров варьировалась даже среди одного вида, в лучшем случае уровень сложности означает лишь догадку. А потому такую оценку не часто использовали. Однако это был самый простой способ объяснить всё группе людей.

— Как представитель своей команды я расскажу то, что знаю. Мои товарищи наткнулись на горничную-насекомое — предположительно одну из последователей Ялдаваофа — и когда почти победили её, появился Ялдаваоф и встрял в битву...

Искатели приключений уже заметили, что отсутствует воительница Гагаран и вор Тиа. Лакюс обвела всех взглядом.

— Ялдаваоф их убил.

— Одним ударом, — добавила Ивлаи.

Разразился хаос. Искатели приключений адамантового ранга, вершина человечества, живые легенды. Немыслимо, чтобы их убили, не говоря уже об одном ударе.

— Не бойтесь! — прокричала Ивлаи, как будто рассеивая витавший в воздухе страх своим голосом. — Да, Ялдаваоф силён. Любого, кто с ним столкнётся, будет ждать поражение. Этого монстра обычный человек не сможет победить. Даже если нападём все вместе, нас уничтожат. Но не волнуйтесь. Есть человек, который может сражаться на равных даже с Ялдаваофом!

Среди суматохи некоторые из более опытных людей посмотрели в одно место, на одного искателя приключений.

— Дамы и господа, полагаю, вы знаете этого человека. Третья команда адамантового ранга, что недавно образовалась в Э-Рантэле. Верно, это он... — Ивлаи указала пальцем на пару искателей приключений, всеобщее внимание обратилось в ту сторону. — Лидер Тьмы, тёмный герой Момон!

Один закован в чёрную как ночь полную броню, на голове носит шлем, который отказывается снимать даже в помещении, а вторая —девушка, краше которой нет никого во всём мире. Они двое мгновенно стали центром внимания. Трепет и удивление заполнило комнату, когда все осознали, какие среди них знаменитости.

Момон достал адамантовую пластину из-за алого плаща и поднял вверх, чтобы все могли видеть.

— Быстрее, господин Момон, пожалуйста, выйдите вперёд.

В противовес возбуждению Ивлаи Момон просто поднял руку и прошептал несколько слов Нарберал на ухо.

— Господин Момон говорит, что нет нужды в долгом приветствии. Следует как можно скорее начать брифинг.

— Что ж, жаль. Тогда поспешим, как и предложил господин Момон. Ивлаи, могу я продолжить брифинг?

— Кх, простите, принцесса Реннер, продолжайте, пожалуйста.

Хотя маска скрывала лицо, по тону голоса чувствовалось, как сильно заклинательница разочаровалась.

— Как Ивлаи и сказала, у нас есть воин, что может выстоять против Ялдаваофа. Будьте уверены, мы идём на битву, которую сможем выиграть. А теперь я объясню подробности операции. — Реннер провела на карте линию. — Я хочу, чтобы вы действовали как наш лук.

— Лук, — раздалось сомнение, — не щит?

— Щит не поможет нам победить. Искатели приключений выстроятся в боевой порядок, сразу за ними пойдут стражники. Потом ряды поддержки из священников и заклинателей. Таким образом мы ворвёмся в цитадель врага. Если никто не нападёт, искатели приключений пройдут в самый центр вражеской территории и захватят её. Если же на нас нападут, то мы сначала определим, сможем ли отразить атаку. В случае если не сможем, я хочу попросить, чтобы искатели приключений отступали, оттягивая на себя противника. Тем временем стража должна сдерживать врага настолько долго, настолько возможно. При отступлении искатели приключений должны направиться вот сюда, — она указала на ряды заклинателей. — Когда исцелитесь, мы попытаемся предпринять вторую атаку.

— Постойте! Значит ли это... что на нашей стороне будет сражаться стража?

Стражники обладали очень низкой боевой мощью. Сколько бы их ни было, они не смогут заменить в бою искателей приключений.

Прежде чем Реннер успела ответить, заговорил другой искатель приключений:

— Есть ещё одно, смертельный просчёт плана. При отступлении наши силы растянутся, в результате чего защита ослабнет. Что, если в это время демоны нападут на столицу? Даже низшие демоны намного сильнее обычных людей. Разве не будет много напрасных жертв? Почему бы тогда не использовать «Полёт», чтобы ворваться в формации врага одним махом?

— Я думала над этим, но разве среди демонов мало летающих созданий?

Вспомнив истории о летающих демонах, собравшиеся искатели приключений кивнули. Даже у низших демонов есть крылья, и многие из них умеют летать.

— Обычное применение «Полёта» лишь привлечёт внимание врага. Можно подняться высоко в небо, а потом резко опуститься к земле и спрятаться за домами, пока мы будем отвлекать их быстрым ударом... Но сначала нужно обсудить кое-что ещё. Вы сами говорили ранее, что при отступлении боевые порядки рассредоточатся и защита ослабнет. Но с врагом ведь случится то же самое. Вот поэтому в битве мы не щит, а лук. — Послышались одобрительные возгласы искателей приключений. — Дамы и господа, вы будете луком нашего Королевства, который выпустит стрелу, что пронзит противника прямо в сердце. Враг рассредоточится точно так же, как и искатели приключений, чтобы за ними поспеть. А значит, вражеская защита ослабнет. Если выбирать между сомкнутым строем и рассредоточенным, то, уверена, через рассредоточенный пробиться легче. Так что вы выманите вражеские силы. И наконец стрелой будет господин Момон. Когда он увидит брешь во вражеской обороне, то на низкой высоте прорвётся сквозь неё.

— А как насчёт Красной Капли?.. Сомневаюсь, что два человека, хоть и адамантового ранга, сумеют прорваться. Не лучше ли, чтобы кто-то на всякий случай защищал их, пока они не доберутся до Ялдаваофа?

— Сейчас Красная Капля выполняет задание в Республике. Мы через «Сообщение» уже проинформировали их о положении дел, но возвращение займёт полдня. К тому времени будет уже поздно. Поэтому мы не берём в расчёт их силу.

— А Синяя Роза? Они пойдут с господином Момоном?

— С потерей двух членов наша боевая мочь сильно уменьшилась. Тиа и я присоединимся к боевому строю и будем сражаться. Ивлаи будет делать кое-что другое.

— Я буду сопровождать вели... господина Момона, поэтому до тех пор я буду восстанавливать магические силы.

— Тогда позвольте задать другой вопрос. Хочу спросить кое-что у воина-капитана. Что делают войска дворянских домов? Синяя Роза уже потеряла двух членов. Вы должны занять их место в битве. Разве вы не можете повести эти отряды в бой и дать Синей Розе задание по зачистке пути для господина Момона?

— Ответьте нам!

— Войска домов охраняют имения своих хозяев, а солдаты защищают столицу. Моим воинам отведена задача охранять королевскую семью.

— Хотите сказать, что великий Газеф Строноф не смеет ступить на поле боя?

— Да, это так. Моя обязанность — оставаться в столице и защищать членов королевской семьи.

Обстановка накалилась. Газеф говорил правильные слова, но даже если все их понимали на логическом уровне, никто не мог принять их на эмоциональном. Искатели приключений, зарабатывавшие на жизнь своей кровью, в предстоящей битве уже приготовились умереть. Дворяне и королевская семья должны вести себя так же. Собирая деньги c народа, они должны кинуться его спасать, а не отсиживаться в своих замках. В особенности если их телохранитель — сильнейший человек Королевства. Так какого чёрта?

Атмосферу наполнила враждебность по отношению к дворянам. Газеф сделал шаг назад. Он понимал, что сейчас любые его слова прозвучат как оправдание.

А потому вместо него заговорила Лакюс:

— Я понимаю, вы все не в восторге от этого. Но не забывайте, что собрала всех вас здесь не королевская семья, а принцесса Реннер, потратившая собственные средства. Господина Момона привёл маркиз Рэйвен. Он не пришёл к нам, потому что со своими людьми следит за тем, чтобы демоны не расползлись по всей столице. Я так же, как и вы недовольна дворянами и королевской семьей, но знайте, что не все они слеплены из одного теста.

Люди несколько успокоились. Все пытались унять гнев, не желая показывать его перед Реннер.

— И есть ещё одно... прежде чем выпустить стрелу, мы должны выполнить ещё одно задание. Клаим!

— Да, принцесса! — решительно сказал парень в белых доспехах, привлекая всеобщее внимание.

— Хотя это задание очень опасно, я всё же должна поручить его тебе. Во вражеском оплоте должны остаться выжившие. Пожалуйста, спаси их.

Люди зашептались: «Невозможно. Это слишком опасно». Войти в сердце вражеского строя и найти выживших не столь опасно, сколь самоубийственно. А вывести мирных жителей из зоны боевых действий практически невозможно.

Однако при всём том Клаим ответил сразу же:

— Да, ваше высочество! Я поставлю на кон жизнь, чтобы завершить любую задачу, которую вы мне дадите!

Все смотрели на Клаима как на сумасшедшего.

— Принцесса... Клаим всего лишь один человек, это может быть рискованно. Позвольте мне сопровождать его.

— Вы уверены, господин Брейн Унглас?

Это имя вызвало ещё одну суматоху среди искателей приключений. Все, кто ценит силу, никогда бы не забыли имя Брейна Унгласа.

— Конечно.

— Тогда я рассчитываю на вас. А теперь не могли бы лидеры команд сделать шаг вперёд?

Наблюдая за искателями приключений впереди комнаты, Аинз занимался собственным делом.

Знакомился.

Люди, которые, видно, были вторыми по старшинству в своих командах, по двое-трое подходили к Аинзу поговорить.

В основном они называли имя своей команды, хвалили его экипировку, высказывали надежды встретиться снова и делились историями о своих приключениях. Словно обмен визитками на работе, но визитки материальны, а словесное представление останется только в памяти.

Хорошая память — важный навык для лидера. Аинз отмечал каждого человека, которого встретил, думая при этом о посторонних вещах.

Главное было запомнить имя команды и её ранг. И, конечно, он уделял внимание лишь искателям приключений высокого ранга. Железные и медные тоже подходили, но они жили в разных мирах, так что если он забудет о них, это не станет проблемой. Ведь, например, начальник департамента не будет утруждать себя запоминанием служащего небольшой компании, которую посетил.

Тем не менее Момон не подавал виду, что считает их незначительными. Он пожимал руку всем подходившим людям, успокаивающе похлопывал по плечу, смеялся над их глупыми шутками и хвалил их в ответ на похвалу в его адрес.

Некоторые даже снимали перчатки, чтобы пожать ему руку, но он свои — никогда. Должно быть, вопрос ранга — посчитал Момон, глядя в спину человеку, с которым только что поздоровался.

Сумасшедший цвет...

Его волосы были кричаще розовыми.

Искатели приключений часто красили экипировку в яркие цвета, но Аинз впервые встретил человека, покрасившего волосы в такой страшный тон.

Искатели приключений столицы в самом деле совсем другие. Хоть в городе и столько народу, это ещё не значит, что следует заходить так далеко, чтобы выделиться. Впрочем, не похоже, что на покраску волос наложено какое-то табу.

В жизни Аинза как служащего розовые волосы сочли бы странными, но в этом мире даже дети их красят.

Отогнав мысли о волосах, он обратил внимание на выстроившихся впереди искателей приключений. Это напомнило ему склонность японцев к очередям. Затем повернул голову к стоящей рядом Нарберал.

Аинз никогда не регистрировал имя команды, но к ней прижилось название Тьма, и не стоило забывать, что в ней был ещё один член — стройная красавица.

Искатели приключений не осмеливались с ней заговорить, потому что кожу колола чистая враждебность, которую она источала. Так что они подходили поприветствовать Аинза, да и это было для них полезнее.

В конце концов, общество искателей приключений похоже на корпоративное общество...

Ведь то и то — социальные структуры, созданные человечеством. Конечно между ними будет схожесть.

Ко времени, когда рука Аинза уже начала бы болеть, будь он человеком, поток искателей приключений начал спадать. Уловив возможность, Ивлаи подошла и втиснулась перед человеком, что как раз собирался пожать Аинзу руку. Впрочем, никто не жаловался. Искатели приключений подходили к нему в соответствии с рангом, от высшего к низшему. В хвосте остались новички, которые, конечно же, не могли ничего сказать заклинательнице адамантового ранга.

— Знакомства уже, кажется, более-менее подошли к концу. Не могли бы вы ненадолго подойти к нам?

Глянув на неё через щель закрытого шлема, Аинз заметил уголком зрения Газефа. Если он всё ещё здесь, то это значит только одно.

— Набель, встреться с ними вместо меня. Я подойду, когда закончу здесь.

У ближайших слушателей широко распахнулись глаза.

— Мне очень жаль, но кто стоит первый в очереди, тот на первом месте, — отвернувшись от Ивлаи, Аинз продолжил говорить с искателями приключений, пришедшими его увидеть.

Если при разговоре с боссом небольшой компании его позвал бы босс международной корпорации, он, разумеется, сразу же к нему пошёл бы. Это не фаворитизм или дискриминация, а здравый смысл. Если бы он настоял на своём и проигнорировал вызов, его бы посчитали эгоистичным начальником, не умеющим видеть картину целиком. В качестве служащего иногда следует отложить в сторону свои убеждения и действовать для большей выгоды компании.

Вот что значит быть винтиком в машине.

Однако не в этот раз.

Мне нельзя говорить с Газефом. Даже если я с ним виделся недолго и два месяца назад, и он не должен помнить... но я попал, если вспомнит. Но никуда не денешься. Хотя мне от этого не по себе, пусть сначала подойдёт Набель, а потом я буду говорить потише... Я уже говорю столько времени, так что если он не узнает сейчас, то никогда не узнает. Но всё же следует вести себя осторожнее.

— Быстрее, Набель. Пойди к ним.

— Вас поняла.

Отведя взгляд от пошедшей к принцессе Набель, Аинз снял шлем. Он почувствовал, как всё внимание обратилось на него. Хрустнув шеей, он снова его надел. Сначала он хотел вытереть пот, но поскольку лицо было иллюзией, рука прошла бы сквозь него. Так что он решил вместо этого размять шею. Этот план он придумал, чтобы удовлетворить любопытство Газефа, показав тому своё лицо.

Надеюсь, когда к ним подойдёт Нарберал, они забудут поговорить со мной...

Помолившись в душе, Аинз повернулся назад к искателям приключений.

— Как удивительно, вы к этому уже привыкли? — обратилась Ивлаи.

Она продолжала крутиться рядом с ним. Почему она, как хорошая девочка, не пошла с Нарберал? Конечно, он не показал своё раздражение. На самом деле, чтобы избежать подозрений, он ответил ей приветливо:

— А, ничего особенного.

В этом не было ничего особенного для тех, кто раньше работал в компании.

— Я так не думаю. Как по мне, такое отношение больше всего подходит для лидера команды.

Раздражаешь. Перестань вмешиваться, когда я здороваюсь с людьми.

На языке вертелись эти слова, но Аинз их проглотил. Если на неё сейчас накричать, то все усилия, потраченные на то, чтобы её не убить, окажутся бесполезными. Он разделил своё внимание, словно делал обычную работу, и надлежаще здоровался с подходившими искателями приключений. Те, похоже, поняли, что Момона вызывают, и сокращали всё до двух-трёх предложений.

Когда от него ушёл последний искатель приключений, быстрый взгляд показал, что Газефа уже нет. Подавив желание затанцевать, он спокойно заговорил с Ивлаи:

— Легендарный воин-капитан, похоже, ушёл... какая жалость. Видно, я потратил слишком много времени с другими. Мои извинения.

— М? Да, похоже на то. Он занятой человек, и не мог надолго остаться. Хотя грубо с его стороны не сказать ни слова благодарности нашему асу, господину Момону, который собирается защитить столицу. Как невежливо. Позвольте я его позову.

— Стой. Стой! — Аинз случайно поднял голос. Более спокойно он продолжил: — Нет, это не проблема. Правда, не волнуйся об этом. Я здесь лишь потому, что меня нанял маркиз Рэйвен. Защита столицы — просто работа. В этом нет ничего, за что воину-капитану следовало меня хвалить.

— Вы так считаете?.. Кажется, господин Момон, вы великодушный человек.

Подумав, что над ним насмехаются, Аинз посмотрел повнимательнее на лицо Ивлаи, но маска мешала прочесть её эмоции.

Нельзя доверять тем, кто носит маску... какая боль. И всё же почему она в маске? Наверное, это какой-то магический предмет...

Аинз вдруг осознал свою ошибку и осмотрелся. Настроение в комнате не изменилось, никто не смотрел со страхом или враждой на искателя приключений адамантового ранга, Момона.

В Иггдрасиле иллюзии были просто способом сменить внешний вид предмета, но в этом мире иллюзорная магия реальна. В таком случае нет ничего необычного в том, чтобы существовали предметы, позволяющие разглядеть сквозь иллюзию... В Э-Рантэле никто не видел сквозь неё, а когда глава магической гильдии рассказал о том, что для этого нужен опыт, то Аинз стал беспечным... Тут собралось довольно много искателей приключений орихалкового ранга, какой грубый просчёт...

Аинз снова осмотрел комнату.

Никто не настороже. Полагаю, мой секрет не раскрыли... В дальнейшем по возможности не следует в столице снимать шлем. У кого-то может быть талант видеть сквозь иллюзии.

— Госпожа Ивлаи...

— Пожалуйста, зовите меня просто Ивлаи. Вы мой спаситель, господин Момон, не следует быть столь формальным.

Аинз лишь придерживался вежливости. Но если она того хочет, у него нет причин отказываться.

— Тогда, Ивлаи, пошли туда...

— Конечно! — восторженно ответила она.

Не зная, чем он её так обрадовал, Аинз позволил Ивлаи потянуть его к принцессе.

Когда искатели приключений увидели, что группа — Реннер со своими подчинёнными и двумя командами адамантового ранга — пошла в другую комнату, то снова начали переговариваться.

Естественно, главной темой оказался Момон, один из ведущих искателей приключений.

— До меня доходили слухи из Э-Рантэла, но я даже не представлял, что вживую он окажется таким.

— Не только он, согласен? При виде Красной Капли у меня возникло такое же чувство. Он кажется идеальным во всём. Полагаю, адамантовый ранг это не только сила.

— Вы так считаете? Но всё же когда его позвали к принцессе, он нашёл время поздороваться с новичками. Я даже не думал, что такой человек существует на свете, — добавил искатель приключений с платиновой пластиной, когда услышал разговор двух мифриловых искателей приключений.

— Это и меня удивило.

Люди вокруг них закивали в знак согласия.

Во время заданий, когда командам нужно работать сообща, поздороваться друг с другом — единственный разумный выход, чтобы увериться в помощи товарищей. Человек предпочтёт помочь знакомому, нежели незнакомцу. Однако все, кто ниже мифрилового ранга, вообще не смогут помочь команде адамантового ранга. А потому приветствие новичков — напрасная трата времени. Значит, Момон не думал о выгоде для себя, но лишь хотел углубить свою дружбу с остальными.

— Обычно ожидаешь, что лидер команды пойдёт к принцессе, а партнёр встретит новичков, да?

— Ага, так сделали бы большинство людей. И я тоже. И вы, так ведь?

— Да... Я могу показаться грубым, но, может быть, он не понимает такого рода вещи? У него иные приоритеты?

Такие слова, несомненно, звучали оскорбительно, но искатель приключений говорил их без всякой злобы.

— Наверное, ты прав.

Будто ожидая этой реплики, заговоривший ранее человек быстро ответил:

— Тогда здесь нет никого лучше, чем он. Я имею в виду, посмотрите на него, он адамантового ранга, а считает медных новичков боевыми товарищами. Посмотрите на их лица.

— Да, сейчас они всецело ему поклоняются.

Верно, новички выглядели так, словно встретили идола.

— Хех, с таким отношением я бы с готовностью отдал ему свой зад.

— Да иди ты, кому нужен твой грязный зад? У него в команде есть красотка.

— Ага, есть. Думаете, они этим занимаются?

— Конечно, иначе зачем создавать команду из двоих?

— Я слышал, что это не так... — вмешался четвёртый мужчина с орихалковой пластиной на шее. — Вы знаете довольно много слухов из Э-Рантэла. Но сила тех двоих необъятна. Быть может, никто другой просто не может держаться наравне с ними?

— Ты всё время подслушивал нас?

— Ха-ха-ха! Не говори так, будто тебе не всё равно.

— Тут ты прав, — сказал первый искатель приключений.

Глава гильдии искателей приключений хлопнула в ладоши, привлекая всеобщее внимание:

— Операция начнётся через час, скоро выдвигаемся. Времени мало, так что передайте сообщение всем членам своих команд, которые не здесь. В общем, как только мы покинем дворец, просто держитесь меня.

♦ ♦ ♦

Месяц последнего огня (девятый), пятое число, 01:12

Принцесса и остальные собрались в другой комнате, чтобы обсудить последние детали операции. Они решали, где прорываться, что делать при появлении сил врага, и как разбираться с возможными сложностями. Но, в конце концов, им не хватало информации, чтобы строить сколько-нибудь конкретные планы. Окончательное решение заключалось в том, чтобы просто подстраиваться под обстоятельства.

До сих пор молча слушавший юноша в белых доспехах вдруг нарушил молчание:

— Простите, принцесса.

— Что такое?

— Я знаю ещё одного человека, который может послужить стрелой. Он невероятно силён. Может быть, попросим его о помощи? Одна стрела хорошо, но две лучше. И если они помогут друг другу, я уверен, что они победят любого демона, каким бы сильным тот ни оказался.

— Клаим? Ты заявляешь, что рекомендованного мной господина Момона недостаточно? — резко спросила Ивлаи.

У Клаима от страха забегали глаза:

— Н-нет, конечно нет. Я не это имел в виду...

— Господин Момон — сильнейший на свете воин. Полагаю, что вместо помощи, человек, которого ты рекомендуешь, только мешал бы.

Воин с катаной, Брейн, вступился за юношу:

— Вряд ли это так. Я тоже видел человека, о котором говорит Клаим. Он необыкновенно силён. Он победил Зеро, сильнейшего из Шести Рук, одним ударом.

— Ты Брейн Унглас? Тот, кто служит её величеству по рекомендации Газефа Стронофа и Клаима?

— Я служу Газефу, но пока не принёс присягу, буду оставаться возле принцессы.

— Тогда ты намного сильнее Клаима, но даже это не гарантирует силу человека. И разве ты не проиграл той старой карге?

— Ты ведь тоже ей проиграла, разве нет? Мои извинения, господин Унглас.

— У-у-у, — простонала Ивлаи, когда Лакюс её отругала. — Тогда, тогда была не только она, а вы все.

— Проиграв, ты сказала, что проиграла Ригрит, а не остальным.

— Ты до сих пор это помнишь, Тина? — всплакнула Ивлаи между смехом Тины.

Настроение в комнате сильно поднялось.

И Аинз задал вопрос:

— Звучит очень интересно, какой он человек?

Клаим с гордостью заявил:

— Его зовут Себас.

— Хм?.. Сеибасу? — Оно звучало знакомо для Аинза. Это простое совпадение? — А какой он?

После объяснения Клаима Аинз кивнул.

Разве это не сам Себастьян?!

Как он умудрился познакомиться с Клаимом? Какие у них отношения? Клаим — один из контактов Себаса? Аинз лишь бегло просматривал отчёты дворецкого, не утруждая себя запоминать имена людей.

Ничего не поделаешь, я слишком занятой...

Тревога Аинза только возросла, когда он придумал такое ничтожное оправдание.

В любом случае этот юноша ценный контакт Себаса. Если разделаться с ним слишком рано, то старания дворецкого пропадут даром. А начальнику следует всеми способами стараться небрежно не отбрасывать работу подчинённого. Лучше помочь пареньку и непрямо похвалить Себаса.

— Я не сражался с Себасом раньше, так что не знаю, кто сильнее.

— Конечно господин Момон сильнее него! — с уверенностью заявила Нарберал, Ивлаи быстро кивнула в знак согласия.

Аинзу ничего не оставалось кроме как похлопать Нарберал по голове.

— Ну, если так говорит мой компаньон, то, полагаю, есть некоторая правда с обеих сторон. Думаю, по силе он равен мне.

— Неожиданно взрослый ответ. В отличие от моей подруги... ей не хватает не только роста, но и такта

— Хорошо-хорошо, давайте не позориться на людях. Это приказ лидера команды. Если обсуждать больше нечего, почему бы не посетить Тию и Гагаран?

— Звучит заманчиво.

Их двух оживили после смерти. Он не видел самого воскрешения, но слышал о нём от остальных.

— Кстати, возможно использовать энергию тьмы, чтобы напасть на демонов и им подобных? — неуверенно спросила Ивлаи.

— Энергию тьмы? — удивилась Лакюс. Кажется, ей это показалось немыслимым.

— Я слышала от Гагаран, что если ты высвободишь всю силу демонического меча Килинейрама, то сможешь разрушить всю страну.

У Лакюс распахнулись глаза:

— Э-это подождёт! Сейчас есть более подходящие темы для разговора, разве нет?

Демонический меч? Подождите, я слышал об этом оружии раньше... не в Иггдрасиле, а в этом мире... вспомнил! Говорят, что демонический меч Килинейрам может излучать силу тьмы. Хотя... уничтожить всю страну? Это похоже на преувеличение, но вполне возможно, что меч обладает близкими к этому силами.

Аинз заключил, что её красное лицо вызвано гневом и паникой от того, что её козырь вдруг раскрыли.

Когда всеобщее внимание переключилось на Лакюс, раздался стук в дверь, и зашло два человека.

— Брат, маркиз Рэйвен.

После слов Реннер все с уважением поклонились.

Аинз во второй раз встречал этих двоих людей. Первый раз произошёл не так давно, по прибытию в столицу. Они изменили условия задания, на которое его нанимали. Вместо Восьми Пальцев ему нужно драться против Ялдаваофа и работать с искателями приключений столицы.

После обмена короткими приветствиями Аинз и остальные собрались уходить, поскольку принцесса хотела поговорить с двумя дворянами. Большинство деталей плана уже было проработано. От поиска Себастьяна отказались из-за недостатка времени и людей. Осталось лишь дождаться приказа выступать.

— Что ж, я молю богов, чтобы все вы вернулись живыми и с победой... наши надежды возложены на ваши плечи или, вернее, на господина Момона. Пусть судьба благоволит вам.

Реннер молилась, склонив голову. Выслушав её, Аинз и остальные молча покинули комнату. Остались только Рэйвен, второй принц — Занак Варлеон Игана Райль Вайсельф — и принцесса.

Как только Клаим вышел, лицо Реннер изменилось, её зелёные глаза заледенели, словно зимнее озеро. Занак дрогнул, заметив эту перемену.

— Мы слышали все подробности из секретной комнаты...

Комнату спроектировали так, чтобы из другой комнаты слышались все разговоры, и они двое всё слушали из той комнаты.

— На один вопрос ты не ответила. Почему ты сформировала стражников в боевые порядки. Приносишь их в жертву?

Стражники были очень слабыми. Их победили бы даже новички-искатели приключений. Если на них нападут, то единственное, что произойдёт — резня.

— Наживка.

Они ожидали это услышать.

— Армию низших демонов Ялдаваофа нельзя выпускать в столицу. Искатели приключений тоже это говорили. Если демоны насытятся стражей, то не пойдут дальше, разве нет? — Реннер улыбнулась.

В этом мире почти невозможно уладить дела одними мечтами и громкими идеями. За всё нужно платить. Никто не понимал это лучше людей у власти, задача которых — свести потери к минимуму.

С этой точки зрения Реннер была идеальным бюрократом.

Однако люди — эмоциональные создания. Такой план вызвал бы у них отвращение.

— Неужели нет лучшего выхода? Такого, чтобы не жертвовать всеми стражниками?

— Если бы был, ты упомянул бы о нём, принц Занак, разве нет?

Занак умолк.

Верно, он не придумал лучшего плана, чем Реннер. У него возникали идеи, но все они были или непрактичными, или требовали слишком много ресурсов. Он мог лишь признать, что план Реннер — лучший из худших.

Отведя взгляд от затихшего принца, Рэйвен высказал свои возражения:

— Тогда не проясните ли мне кое-что. Зачем давать Клаиму такое опасное задание?

— По той же причине, что люди брата и маркиза Рэйвена патрулируют город.

Занак прохаживался по столице, играя принца, что заботится о своих людях. Затем он начал распространять слухи, что кронпринц прячется в безопасном месте в королевском замке. Этим он показывал себя хорошим, и унижал брата, своего соперника.

Значит ли это, что Реннер делает то же самое, посылая своего подчинённого на опасное задание по спасению людей, что она желает выглядеть хорошо?

Но что-то здесь неправильно, учитывая её вчерашнюю одержимость Клаимом.

Видя его сомнение, Реннер продолжила:

— Конечно, есть вероятность, что Клаим погибнет. В таком случае Лакюс его воскресит. Это будет недёшево, но такие траты не проблема. А после воскрешение Клаим будет слаб из-за потери жизненных сил. Всё это время я буду о нём заботиться. Уверена, никто не возразит, когда я буду ухаживать за человеком, который умер и воскрес ради выполнения моих приказов.

— Ясно. Это разумно. Вы собираетесь углубить его любовь к вам.

— Есть вероятность, что умрёт и Лакюс?

— Есть, — ответила склонившему голову маркизу Реннер, — Но на этот случай я уже всё распланировала. В опасный период вылазки её будут защищать дополнительные люди. Глава гильдии не хотела, чтобы умер человек, способный воскрешать мёртвых. Так что я без колебаний в этом с ней согласилась.

— Похоже, всё в пределах твоих расчётов, сестрёнка.

Смотря на сияющую, смеющуюся сестру, Занак задрожал.

Рядом с ним Рэйвен тоже старался подавить холод, пробежавший по спине.

Глава 11. Последняя битва беспорядков

Часть 1

Месяц последнего огня (девятый), пятое число, 02:30

Мерцающее пламя барьера совсем не жгло, из-за чего оно в самом деле походило на иллюзию. Стоявшие перед живым огнём искатели приключений переглянулись друг с другом, наконец собрали всё своё мужество и прыгнули прямо сквозь огненную стену, инстинктивно задержав дыхание от страха сжечь легкие.

Забавно… Нам уже сто раз говорили, что физически пламя не вредит, священники для страховки даже наложили заклинания защиты от огня, а люди всё равно боятся, — промелькнуло в мыслях у Лакюс, что находилась в хвосте строя и терялась в догадках о предназначении барьера.

Задуматься было о чём: если магическое пламя никого не сжигает, то зачем же Ялдаваоф его наколдовал?

Ладно, если я сейчас не могу этого понять, то гадать дальше нет смысла. Следует найти голове лучшее применение… Кто мне об этом говорил? Ивлаи? Или дядя?

Лакюс смотрела на взволнованных искателей приключений, проходивших сквозь стену.

По плану следовало бы выстроить линию обороны, но сделать её ровной посреди города довольно трудно. Потому четыре атакующих вала во главе с орихалковыми командами, с высоты птичьего полёта напоминающие щупальца, брали штурмом закрытую зону, а остальных искателей приключений поровну поделили между ними.

Раз орихалковые команды — ядро атаки, то, разумеется, они стали лидерами. Лакюс надеялась, что они смогут воодушевить остальных, но командиры, которых переполняет нескрываемая тревога и напряжение, точно на это неспособны.

Может, всё же стоит пойти вперёд?

Встань искательница приключений адамантового ранга во главе строя, боевой дух бойцов явно бы возрос. Однако сейчас рядом с Лакюс не было надёжных товарищей, а сама по себе одинокая Синяя Роза много слабее команды орихалкового ранга. Это и побудило её передать командование другим.

Все мне доверяют, но если прибегу и наделаю шуму, то только встревожу их ещё сильнее. А... к чёрту всё! Просто пойду вперёд и посмотрю, что происходит. — C такими мыслями Лакюс шагнула сквозь стену огня.

Царила мертвая тишина. Улицы ничем не отличались от таковых снаружи барьера, если не учитывать полное отсутствие людей и множество разрушенных домов.

— Что с горожанами?

— Запаха крови нет. Прячутся?

— Смотри, много дверей выломано. Боюсь, их куда-то увели.

— В домах могли затаиться демоны, нужно быть начеку.

— Начнём обыскивать здания? На это уйдёт уйма времени.

— Давайте свяжемся с госпожой Лакюс и подождём дальнейших указаний.

— Так и сделаем...

— В этом нет нужды.

Услышав новый голос, искатели приключений машинально вытянулись и в недоумении обернулись на только что прибывшую Лакюс.

— Искатели приключений железного и медного рангов остаются обыскивать дома. Одна мифриловая команда останется с ними наблюдать. Остальные в полной боевой готовности следуют за мной. Возражения?

Все покачали головой.

— Тогда пошли.

Группа людей следовала в давящей тишине. Было трудно поверить, что вечером, всего лишь несколько часов назад, это место полнилось жизнью.

— Госпожа, как вы считаете, Момон справится?

Лакюс прекрасно понимала их беспокойство: трудно возлагать все надежды на незнакомца, пусть и сильного, и потому поспешила успокоить людей:

— Справится. Он в самом деле силён, сама Ивлаи признала его мощь. Сложности могут возникнуть лишь с дьяволом, что сражался с ним на равных, — Ялдаваофом. Не знаю, насколько тот силён...

От услышанного ближайшие искатели приключений впали в уныние.

— Запомните: у него своя работа, у нас — своя, и она не менее важна. Вперёд!

Покрепче сжав демонический меч Килинейрам цвета ночного неба, испещрённого сверкающими звёздами, Лакюс двинулась дальше.

Но они не успели далеко зайти — вскоре раздался далёкий взрыв. Искатели приключений низшего ранга дрогнули, среднего — приготовились к бою, старшего и высшего — искали возможные источники опасности. Лишь Лакюс невозмутимо вгляделась вдаль:

— Группа в той стороне вступила в бой, — и про себя успокаивающе добавила: Вряд ли это группа Тины.

— Значит, у нас вскоре тоже может начаться сражение.

— Что в небе?

— Скауты уже на местах, но пока никто ничего не докладывал.

— Это хорошо. Среди демонов встречается много летающих тварей: нельзя допустить, чтобы они разлетелись по столице. Мы привлечём их внимание на себя, спустим к земле.

— Значит, по существу, план не изменился.

— Верно... Хм, вы ничего не слышали?

— Лай псов?— отозвался какой-то заклинатель. — Я слышал, но что это?

— Вероятно, адские гончие, хотя до них ещё далеко. Особая способность — огненное дыхание, уровень сложности — около пятнадцатого.

— Уровень... А какова сложность Ялдаваофа и горничной-насекомого?

Тут Лакюс замешкалась с ответом: истина разобьёт их решимость в пух и прах, а ложь может обернуться катастрофой. Помучавшись немного, она всё же решила сказать правду:

— Сто пятьдесят или более...

— Что?!

— Уровень сложности горничной-насекомого по меньшей мере сто пятидесятый. У Ялдаваофа — точно не меньше двухсотого.

Все лишились дара речи, что было вполне ожидаемо.

Считается, что орихалковые искатели приключений примерно восьмидесятого уровня сложности. Да, можно победить врага, уровень которого на пятнадцать пунктов выше, но пытаться провернуть то же самое с противником, который почти в два раза сильнее, глупо.

— Секунду! Господин Момон идёт драться с монстром двухсотой сложности в одиночку?

— Именно. Вот почему мы там будем только мешаться.

— Но ведь... двухсотый! Ты, наверно, шутишь?! Все адамантовые искатели приключений настолько сильны?

— Если бы... Обычно мы примерно девяностого уровня.

— Тогда как, чёрт возьми, мы собираемся победить?!

Искатели приключений затаили дыхание в ожидании ответа.

Лакюс не солгала, но кое-что утаила. Верно, у неё самой девяностый уровень сложности, но у Ивлаи он переваливает за сто пятидесятый. Собственно, именно благодаря этому она и пришла к такому неутешительному выводу о Ялдаваофе и горничной, и по той же причине Ивлаи не была сейчас рядом с ней.

Волшебницу после медитации и небольшого отдыха отправили к Момону, чтобы обеспечить ему огневую поддержку. Была велика вероятность, что они вновь столкнутся с той горничной-насекомым, и тогда Ивлаи возьмет её на себя, а воин сможет спокойно сражаться с демоном, ни на что не отвлекаясь.

Погрузившись в свои мысли, Лакюс кожей ощутила витавшее вокруг отчаяние и вернулась к реальности.

Всеобщий боевой дух опустился ниже некуда, у некоторых даже появились мысли бросить всё и сбежать из столицы.

Их было сложно упрекать за это: когда она сама в первый раз услышала о битве Ивлаи, то чувствовала себя точно так же.

— Вы ведь все слышали, что говорила Ивлаи? Господин Момон может совладать даже с Ялдаваофом!

— Н-но что мы будем делать, если горничная-насекомое появится здесь, пока Момон будет занят дьяволом?

— Синяя Роза обо всём позаботится. Ивлаи нашла способ борьбы с этой тварью, и если она появится у нас, то волшебница тут же телепортируется прямо к нам с помощью магического предмета.

Поднялась волна восторженных выкриков. Отлично, боевой дух восстановлен, и как раз вовремя: впереди послышался уже знакомый звериный рёв.

— Идут! Строимся в защитный порядок! Люди на летающих дисках, спускайтесь в переулки. Главная дорога на мне!

Звери наступали по главной улице. Они напоминали больших собак, однако глаза полнились адским интеллектом, а вместо слюней из пасти просачивалось пламя.

Адских гончих насчитывалось пятнадцать. Лакюс стояла перед ними, сжимая в руках демонический меч Килинейрам.

— Мелкие демоны, не смейте смотреть на меня свысока!

С молитвой богу воды на устах, Лакюс одним ударом перерубила прыгнувшую гончую пополам и отшвырнула ногой ещё одну, пытавшуюся укусить её за лодыжку. Окружающие её парящие мечи служили щитами, блокируя атаки прочих адских псин с боков.

Лакюс взяла на себя шестерых адских гончих, остальные накинулись на прочих искателей приключений. Кто-то сражался с одной гончей за раз, кто-то — с несколькими одновременно, но всё же с напастью разобрались все.

— Тяжело раненые есть?!

— Нет, госпожа Лакюс!

Хорошее начало, особенно учитывая тот факт, что магическую силу приходилось экономить.

Лакюс покрепче перехватила меч и прокричала:

— Левое и правое плечо, вперёд! Продвигаемся вглубь на пятьдесят метров!

♦ ♦ ♦

Месяц последнего огня (девятый), пятое число, 02:41

Трое мужчин — Брейн, Клаим и бывший вор орихалкового ранга, сопровождавший их во время нападения на базу Зеро, — бежали по тёмным узким переулкам.

Сейчас все искатели приключений маркиза Рэйвена патрулировали улицы столицы, выслеживая демонов, которые могли прорваться сквозь линию сдерживания. Клаиму удалось заполучить в свои ряды вора — по словам маркиза, тот сам к нему вызвался. Видимо, хотел отплатить юноше, что помог выйти целым и невредимым из стычки с Зеро. К тому же Рэйвен и сам не хотел оставаться у Реннер в долгу.

Благодаря тому, что вор выбирал дорогу, парни пока не встретили ни единого демона. Вполне вероятно, что без него они даже сюда бы не добрались.

Тварей, что полагаются только на собственную силу и скорость, они могли легко одолеть, но всё будет кончено, стоит им наткнуться на противника с особыми навыками или и вовсе владеющего магией. Учитывая, что вся их команда полагалась в основном на сталь, защититься от нефизической атаки будет крайне трудно.

Они познакомились лишь недавно, но вор прекрасно понимал, что одних Клаима и Брейна явно недостаточно, потому и присоединился к этой парочке самоубийц.

Бежавший рядом Брейн, старающийся стать как можно менее заметным, мог лишь молча благодарить его за такую услугу.

Постепенно дома начали меняться — нежилых зданий становилось всё больше. Их цель была уже близко.

— А почему мы направляемся к складам? — задал вопрос вор, неотрывно следя за окружением.

— Госпожа Реннер упоминала, что всех людей за барьером могут держать в заложниках. Для их содержания и контроля нужно большое место. Чтобы упростить задачу, можно разделить семьи, заперев в отдельных складах.

— Понятно, если родных разлучить, то они, считая, что остальных членов семьи держат в заложниках, и не подумают о побеге. Что же, нам нужно поторопиться...

Самое сложное группе спасения предстоит после самого спасения, а именно — обеспечение безопасного пути отхода. Выбор дороги жизненно важен, в особенности если придётся вести по ней множество людей.

Как долго нам будет улыбаться удача? — задумался Брейн.

Раз враг захватил граждан, то они ему зачем-то нужны. Следовательно, неприятель будет за ними внимательно следить. А поскольку, по слухам, Ялдаваоф способен за секунды убить адамантового искателя приключений, то любой из выставленных им часовых будет грозным противником.

По существу, это задание — приказ Клаиму умереть.

Брейн бросил беглый взгляд на своего спутника.

Юноша был облачён в белые доспехи, дабы все люди знали: это — рыцарь Реннер. Сейчас он поглаживает перчатку... вернее, кольцо на безымянном пальце под ней.

Это украшение дал ему сам Газеф (который, в свою очередь, получил его от старушки, когда-то входившей в состав «Синей Розы»), со словами: «Ты должен вернуться живым».

Брейн поневоле вспомнил, что тогда Строноф не проявил никаких особых эмоций. Ни гнева, ни печали, ни жалости. Он понимал, что воин на службе у своего господина рано или поздно получит приказ пойти в бой насмерть. Однако, чтобы помочь, он одолжил столь ценное кольцо.

Выполняя все жестовые указания вора, Брейн вдруг что-то почувствовал. Подняв голову, он посмотрел на стоявший впереди склад... и остолбенел.

На краю крыши того здания стояла длинноволосая светленькая девочка в искусно вышитом белоснежном платье. Из-под него виднелась пара высоких сапожек, сверкающих, словно алмазы. А благодаря экстравагантным серёжкам, ожерелью и прочим украшениям она казалась взбалмошной дочерью какого-нибудь богатого дворянина.

Девушка ярко сияла на фоне огненной стены. Чисто-белая маска у неё на лице выглядела инородной, но в то же время крайне таинственной. Но вопреки её броскому виду заметить девушку было крайне непросто — казалось, что она будто видение или призрак. А хуже всего было то, что Унглас с ней уже встречался.

И одежда, и цвет волос совершенно отличались от того раза. Тогда она была словно рождением ночи, сейчас же будто сошла с луны, но образ, который невольно впечатался в память Брейна, идеально накладывался на эту девушку.

Он был уверен: под маской скрывается тот самый монстр — Шалти Бладфолен.

Похоже, она их ещё не увидела. Но это не имеет значения: стоит ей заметить его группу, как Шалти мгновенно убьёт их, сколь бы далеко они ни находились.

Есть ли шанс скрыться?

Исключено.

Брейн осознал, что выхода из этой ситуации нет. Обливаясь отвратительным маслянистым потом, он подал своим товарищам жест рукой. Те тут же остановились и затаили дыхание.

Что теперь? Что мне сделать, чтобы выйти из этого положения? Сражаться — убьют. Убегать — тут нет никаких тайных проходов, всё равно убьют. Чёрт, ну почему она здесь? Ищет меня? — От последней мысли Брейн горько усмехнулся. — Коли так, есть только один выход...

— Клаим, я выиграю немного времени. А ты беги! — Затем Брейн посмотрел на вора и поклонился. — Позаботься о нём.

Не теряя времени на выслушивание возражений, Унглас подпрыгнул, подцепился за выступ и оказался на крыше здания, где находилась Шалти. Да, он не умел карабкаться как вор, но здание было всего лишь двухэтажным, силы воина было более чем достаточно.

Шалти стояла там, где и прежде.

Сердце Брейна громко забилось. Он испугался, настолько испугался, что перестал мыслить рационально. В голову полезли воспоминания отчаянного сражения с ней. Но, несмотря на это, он сумел собрать всю смелость, чтобы встретиться с монстром лицом к лицу.

— В чём дело?.. — раздался ледяной женский голос, чуть приглушённый маской.

Она меня не узнала? Или прикидывается?

В таком случае лучше всего сделать вид, что он её не знает, и понаблюдать:

— Я увидел странную женщину на крыше, и мне стало интересно: что вы делаете в столице?

— Божечки, а зачем мне отвечать? Может, это ты мне скажешь, что здесь делает человек? Ты единственный, кто добрался столь далеко?

Сердцебиение участилось. Унглас с трудом удержался, чтобы не отвести взгляд на товарищей. Чтобы запутать её, он продолжил:

— Вы, случаем, не ищите кого-то? Меня, например?

— А почему я должна тебя искать?

— Может, потому, что мы пересекаемся с вами уже во второй раз? Ваше прекрасное лицо я просто не мог забыть.

Шалти слегка погладила маску:

— Возможно, ты всё же перепутал меня с кем-то?

Брейн потерял дар речи.

Неужто обознался? Невозможно. Это она, и никто другой.

Если Шалти не насмехается над ним, если и вправду его не помнит, то значит, она им даже чуточку не заинтересовалась. Нет, это не высокомерие чрезмерно могущественного существа, и не переоценка своих способностей.

Получается, что она попросту не потрудилась запомнить столь хилого муравья?

— Нет... мои извинения. Наверное, в самом деле обознался...

— Правда? Но это ничего не меняет, — и она ехидно продолжила: — Что ты хочешь: жить, или умереть? Если встанешь на колени и вылижешь мне сапоги, то я, может, передумаю тебя убивать!

— Пожалуй, откажусь.

Унглас быстро выровнял дыхание, встал в стойку для быстрого извлечения меча и, конечно же, применил «Поле». Само собой, он понимал, что против такого противника этого недостаточно.

Озадаченная вампирша чуть качнула головой:

— Ты не видишь разницы между нами? Как хлопотно... — И не спеша двинулась в его сторону.

Ещё как вижу, — скрипнул зубами Брейн, не отрывая взгляда от приближающегося монстра.

Бладфолен до тошноты ужасала. Он это понимал. Но почему тогда не убежал?

Ответ был ясен, и от него у мужчины приподнялись уголки рта.

В этот раз он не дрогнет. И вправду, перед существом, от которого хотелось удирать без оглядки, он оставался на удивление хладнокровным.

Шалти элегантно шествовала вперёд, как и в тот раз. Как и в тот раз, Брейн потерпит сокрушительное поражение. Всё, что он накопил за жизнь, будет отброшено словно никому не нужная игрушка.

Верно, так оно и будет.

Он был до смерти напуган.

Брейн пережил множество битв, и вот так вот вдруг признаться, что боится смерти, было несколько нелепо.

Однако, в этой битве он чувствовал себя словно перед прыжком в неизвестность. Воин готовился к смерти в бою, но вовсе не к самоубийству.

Тот непреодолимый ужас, сопровождавший его всюду, загадочно исчез.

Брейн вспомнил спину одного юноши. Юноши, что был много, много слабее него, с превеликим трудом, но всё же выстоял против ревущего урагана жажды крови. И Унглас рассмеялся.

Тот старик говорил, что иногда люди могут проявить неожиданную силу, но Брейн знал, что для него это невозможно. Он отличался от парня, что отдавал всё ради принцессы, которой служил, и отличался от Газефа, посвятившего себя королю и стране. Эти двое могли свернуть горы, но не он. Брейн был эгоистом, способным думать лишь о себе и своих желаниях. Но...

Я обязан! Я выиграю время Клаиму, и больше не буду ему должен!

Шаг, ещё шаг... Шалти уже подняла левый мизинец, но двигалась она необычайно медленно.

Это он настолько сосредоточился, или девушка решила продлить ужас?

Чувствуя, что верно и то, и то, Унглас криво улыбнулся.

Что ж, такая она и есть.

Хотя они встретились лишь второй раз и на каких-то несколько минут, Унгласу казалось, что он понимает её лучше, чем любую другую женщину.

Два шага... Ещё два шага, и я смогу достать её...

Хотелось убежать, но ещё больше хотелось не выпускать оружие из рук. Он всю жизнь провёл с мечом. Наверное, лучше и умереть с ним.

Брейн нашёл свой ответ. Внимательно глядя на Бладфолен, он прошептал:

— Орудовать мечом — это жизнь?

Нет, лучше забыть о жизни. Враг слишком силён, думать о всяких мелочах непозволительно.

Унглас собирался использовать «Божественную вспышку» — боевой навык, который ни один человек не сможет не то что отразить, но и почувствовать.

Но даже вместе с «Полем» он не сможет и дотронуться до этого монстра: противник просто остановит клинок, как и тогда — просто зажав лезвие пальцами.

Поэтому Брейн решил добавить ещё одну технику.

Перед глазами появилось лицо Газефа Стронофа.

«Если бы не он, я бы никогда не оказался здесь», — так Брейн тогда думал, но после недавних событий в столице он изменил своё мнение.

Своего самого заклятого врага — нет, соперника — Брейн теперь считал товарищем.

Наверное, уже слишком поздно, но спасибо тебе, мой величайший враг... и мой самый дорогой друг.

С этими словами его сердце успокоилось. Он всё отпустил без сожалений. Даже позор прошлого исчез. Он принял то, что сейчас умрёт.

— Ка-а! — проорал Брейн, словно какая-то странная птица, вкладывая в крик всю свою душу, всего себя, и на невероятной скорости провёл «Божественную вспышку». Но на этом не остановился: дальше последовало сразу четыре молниеносных удара.

Это была техника Газефа Стронофа, именно ею он победил Брейна Унгласа на турнире боевых искусств. Этим движением Брейн восторгался, даже если убеждал себя, что изучал его лишь для полного понимания врага.

Тогда он со всей своей ненавистью зарёкся использовать эту технику, но сейчас, освободившись ото всех оков, Унглас воспользовался ею без колебаний.

«Четырехкратный удар света»!

По правде говоря, техника имела огромную слабость: выполнение четырёх одновременных ударов сильно нагружало тело, и удары разлетались в разные стороны. Из-за низкой точности даже её создатель, Газеф Строноф, использовал её лишь при полном окружении врагами.

«Четырёхкратный удар света» состоял из меньшего числа атак, нежели «Шестикратный», и ею было легче атаковать одного противника, но даже так все удары попадали в цель крайне редко.

Этой атакой самой по себе нельзя попасть по Шалти Бладфолен, Брейн был в этом уверен. Однако он обладал боевым навыком, которого не было у Газефа, техникой поддержки, обеспечивающей невероятную точность в пределах радиуса действия, — «Полем».

Четыре диких взмаха скорректировались на полпути, последовав по нужной для воина траектории. Все четыре удара на невероятной скорости попали точно в цель.

Даже герою, что возвысился над всем человечеством, было бы трудно блокировать атаку. Для простых смертных, состоящих из слабых плоти и костей, защититься и вовсе невозможно.

Но Шалти Бладфолен не была человеком — для неё удары были не быстрее движений улитки.

Фыркнув, она начала орудовать левой рукой ещё стремительнее.

Ночную тишину разорвало что-то похожее на металлический лязг — скорость была столь нереальной, что звук четырёх отражённых ударов слился в один.

Пожав плечами, Шалти под маской гулко рассмеялась. Она смеялась не над глупым воином, а над собой, что подыгрывала ему.

Однако в следующее мгновение она обратила внимание на свою руку: у неё укоротился ноготь левого мизинца, став длиной менее одного сантиметра.

— А?..

Если бы кто-то сейчас увидел произошедшее и сравнил их способности, то, без сомнений, поаплодировал бы Брейну. Это было чудо, как солнце, поднимающееся на западе, — зрелище, вызывающее у людей трепет и уважение.

Шалти задумалась. Именно отрезанной частью она защитилась. Ударов было четыре, выполненные парами, — два сверху и два снизу — и они пересекались на месте, где она перехватила удары.

— Ты этого добивался?..

— Ку... аха-ха-ха-ха!

Вместо ответа мужчина расхохотался. Он выжил из ума? Нет, он сердечно радовался тому, что сумел отрезать кончик ногтя её мизинца. Но что с того?

Ногти и зубы — естественное оружие Бладфолен. По сравнению с искусственным оружием такого же класса, они гораздо крепче — примерно на том же уровне, что и оружие божественного класса наподобие Шприцевого копья. Использовать особые разрушающие оружие техники, чтобы их уничтожить, — технически возможно, но после применения лечащей магии они попросту заново отрастут.

Даже отсечение кусочка ногтя ничего не меняло, ведь когтей ещё девять, и их более чем достаточно, чтобы разорвать человека на части.

Шалти искренне недоумевала, отчего же этот человек смеётся.

— Так... раз отрезал, значит — прошёл?

Изумившись, Унглас с ещё большим ликованием воскликнул:

— Я очень благодарен за такую похвалу! В конце концов, мой меч... моя жизнь не напрасна. В конце я всё же сумел немного приблизиться к вершине!

Это была не похвала, Шалти лишь насмехалась над ним. Однако она поняла, что он честен. Иными словами, этот тип в самом деле был рад от того, что сумел отрезать кончик ногтя.

Ему не хватает нескольких винтиков в голове? Ещё и вначале нёс какую-то ерунду...

Это не на шутку встревожило Бладфолен, и она решила прихлопнуть эту букашку поскорее. Но стоило Шалти шагнуть вперёд...

Как она получила сообщение от Демиурга, что бой начался.

Понимая, что это значит, Шалти невольно вгляделась вдаль. Но ничего не почувствовала.

— Это ваше кольцо, да?

Одно из колец Аинза Оала Гоуна позволяло полностью скрывать носителя от любых видов магии обнаружения, стирая подчистую ауру правителя Великого Склепа Назарика. Даже стражи не могли его найти.

С небольшим сожалением Шалти потрясла головой, выкидывая ненужные мысли, и обнаружила, что смешной человек испарился.

О! Я забыла про этого странного типа!

Быстро оглядевшись, Шалти заметила, как тот спиной к ней спрыгивает в переулок.

Простой смертный не уйдёт от меня невредимым!

Если с помощью магии замедлить время, то она нагонит его ещё до того, как он коснётся земли, чем Бладфолен без колебаний и воспользовалась:

— «Ускорение времени»!

Воздух стал будто вязким, но Шалти на невероятной скорости кинулась вперёд. Она видела, как мужчина словно завис в воздухе. Вампирша не могла навредить ему во время действия заклинания, но это совершенно не мешало устроить засаду внизу.

Да, так и сделаю. Я раздвину руки и поймаю его. Такой человек наверняка обрадуется объятиям красотки.

Уголки губ Шалти приподнялись, когда она представила, какое у того будет лицо. Она приземлилась до того, как действие заклинания закончилось, но внезапно ощутила рядом ещё кого-то.

Кто это?

Молодой человек в полных белых доспехах с воровато выглядящим компаньоном.

Спрыгнув в переулок, Брейн посмотрел вверх, но Шалти там больше не увидел.

Она не гонится за мной? Нет, хочет дать мне фору, как в прошлый раз?

Но в этот раз он не собирался бежать. Лишь посчитал, что внизу будет легче выиграть время Клаиму и вору.

Каждое его действие предназначалось для того, чтобы дать Клаиму уйти. Именно поэтому он бежал так медленно.

Но по пути он обнаружил то, что не должен был: Клаима и вора, махающих ему рукой.

Как же так...

Голова Брейна закипела. Его наполнил сильный гнев и нетерпение.

Лицо перекосило от ярости, в воине не осталось и капли хладнокровия. Он кинулся к ним двоим, схватил за шкирку и ринулся прочь. В одиночку бежать, конечно, проще, но Брейну сейчас было плевать.

Удалившись от места встречи с монстром на приличное расстояние и несколько раз проверив, нет ли погони, Унглас что есть сил швырнул Клаима в ближайшую стену. Поскольку он не подумал сдержаться, тот отскочил от неё словно мячик.

— Почему? Почему ты не убежал?!

Брейн находился на грани, но ему всё же хватило самообладания не орать.

— Потому... потому что...

Унглас схватил Клаима за шиворот:

— Потому что «что»?! Волновался обо мне? Идиот, я ясно вам двоим сказал бежать!

Тут уже вмешался вор:

— Стой, стой, стой! Тогда ты просто что-то пробормотал и убежал. Вина не только на Клаиме!

Вняв голосу разума, Брейн начал успокаиваться: он ведь и вправду ничего не объяснил. Он заставил себя сделать глубокий вдох.

— Прости, Клаим. Кажется, я немного погорячился.

— Это вы меня простите, что не послушался ваших слов.

— Эй, Унглас, так что случилось-то? Мы друг друга знаем не так долго, но ты будто стал совершенно иным человеком. Словно зелёный новичок, только что взявший в руки меч.

— Оставаться здесь очень опасно. Всё расскажу, как только уйдём отсюда. Скажу только, что я встретил монстра, равного по силе господину Себасу.

Троица осторожно пошла вперёд. Им повезло, что по дороге не попались подчинённые Ялдаваофа. Однако полагаться на удачу всё время не стоило.

— Так... ты невредим, значит — это полная победа? Или... ты уладил всё словами?

— Нет. Мечом... я срезал ей ноготь, — сказал он, самодовольно улыбаясь, и еле сдерживая переполняющую его радость, повторил: — Я срезал ей ноготь.

— По... понятно. Срезать ноготь мечом... Впечатляет, — покачал головой вор.

— Ноготь того, кто может соперничать с господином Себасом! Не думаете, что она очень сильна?

— А? Да, как и ожидалось от Брейна Унгласа...

Купаясь в похвале, Брейн еле сдержался, чтобы не пуститься в пляс, словно девчонка. Он покачал головой, чтобы избавиться от глупых мыслей.

— Клаим... Ты видел господина Себаса и должен понимать, что всюду есть люди сильнее меня. Даже Момон из Тьмы, вероятно, находится на уровне господина Себаса. Так что запомни: когда я говорю бежать — беги. Даже если попытаешься помочь, будешь только мешаться. Пообещай, что в следующий раз без вопросов сделаешь то, что я прошу.

— Я... понял.

— Хорошо. Ты ведь служишь принцессе, да? Именно благодаря этому ты выдержал жажду убийства господина Себаса, верно? Тогда убедись, что верно расставил приоритеты.

Похлопав Клаима по плечу, Брейн оглянулся.

Почему вампир не гонится за мной? И почему она вообще здесь?.. Неужели это из-за района складов?

Брейн вспомнил слова принцессы Реннер.

Может быть, она ищет тот же предмет, что и Ялдаваоф? Не его ли она приспешница?

Поскольку появился такой монстр, единственное правильное решение — отказаться от задания и сбежать, но пойдёт ли Клаим на это? Может, он и послушает его, но...

Но правда ли хорошо так поступать?

Нет ничего плохого в том, чтобы волноваться о жизни Клаима. Однако, иногда настают времена, когда человек вынужден ради чего-то — или ради кого-то — рискнуть жизнью. Это задание Клаима, полученное от принцессы, — один из таких случаев.

Брейн понятия не имел, какую жизнь вёл юноша по имени Клаим до встречи с ним, и как именно он поступил на службу к Золотой принцессе. Но всё равно считал, что не очень мудро пытаться мешать решимости Клаима выполнять её приказы.

Притянув к себе вора и убедившись, что юноша их не услышит, Брейн спросил:

— Эй, как думаешь, было хорошей идеей брать с собой Клаима? Не было бы лучше оставить его дома в безопасности, нежели посылать на задание?

— А ты большой добряк.

— Не мели чушь. А если учесть, что ты сам вызвался на это самоубийственное задание, ты ещё больший добряк.

Нервно рассмеявшись, вор посмотрел на юношу, который озадаченно косился на них двоих и пытался понять, о чём же они болтают:

— Как бы сказать... глядя, как малый усердно сражается, я вспоминаю дни своей молодости. Думаю, я понимаю, что ты чувствуешь. Однако... — в глазах вора появилось осуждение, — он сам выбрал свою судьбу. У нас нет права сбивать его с пути.

Вор ненадолго притих, но затем продолжил:

— Мне тоже он интересен. Я почти уверен в его чувствах к принцессе, судя по его взгляду и тому, как он реагирует на опасность. Невероятный парень. Он честен и дерзок. Из-за этого он... похож на вора, положившего глаз на самое ценное сокровище Королевства.

Брейн вздохнул:

— Верно, он может умереть. Но такой путь он выбрал. — И с этими словами принял решение: — Тогда лучше поспешить. Кто знает, когда вампир нас догонит.

Часть 2

Месяц последнего огня (девятый), пятое число, 03:38

Искатели приключений спешно отступали за баррикады, под защиту городской стражи, задача которых — держать оборону до тех пор, пока искатели приключений вновь не станут боеспособными.

Как только последний наёмник прошёл через брешь в заграждении, её тут же заделали чем под руку попадётся.

Перед баррикадой больше никого не осталось. Теперь передовая — здесь.

Стражники то и дело оглядывались на потрёпанных искателей приключений, что плелись подальше отсюда. Зрелище было тем ещё: доспехи, местами прожжённые насквозь, и тела украшали многочисленные рваные следы от когтей, а также неисчислимые багряные пятна крови, на заднем плане зловеще мерцала огненная стена. А ведь они проникли вглубь территории примерно на сто пятьдесят метров. Знакомые улицы столицы теперь казались чуждыми и вызывали тревогу в душе.

Укрепления, наспех образованные из разобранных близлежащих домов, теперь казались хлипкими донельзя. Закрадывалось противное ощущение, что они не выдержат и единственного удара любой потусторонней твари.

— Всё хорошо... Демоны не гонятся за искателями приключений... Враг решил не атаковать, а уйти в глухую оборону... Всё в порядке... Они не станут нападать...

Кто-то постоянно повторял эти слова, успокаивая себя и молясь вернуться домой живым...

Защитников было сорок пять человек, каждый облачен в легкий кожаный доспех и вооружен копьём.

Среди них находился мужчина по имени Бона Ингрэй, один из многих капитанов стражи, мобилизованных этой ночью.

Хоть он и носил звание капитана, от остальных стражников не отличался. В его телосложении не было ничего особого, да и острым умом он не блистал. Молодые бойцы превосходили мужчину и в силе, и в скорости. Да и получил он эту должность просто за выслугу лет — ему уже было глубоко за сорок. К тому же никого другого более подходящего не нашлось.

Лицо было цвета мела, а руки сжимали копьё так, что пальцы побелели. Ноги слегка дрожали, взор обращен строго вперёд, потому что смотреть по сторонам было неимоверно страшно.

Такой вид капитана городской стражи вызывал лишь еще большое беспокойство среди остальных. Но это было вполне ожидаемо, если учесть их профессию.

Им отводилась роль защиты города, их ежегодно не посылали на передовую с Империей, на равнины Катз. Потому стражу составляли те горожане, что не хотели воевать. Но сейчас...

Стражники могли остановить потасовку пьяной деревенщины, в этом они обладали богатым опытом. Но никогда прежде им не доводилось сражаться насмерть, оттого страх становился ещё сильнее. Они не сломались и не сбежали лишь потому, что знали: побег будет непростительным грехом.

Да, они бы спаслись, но были бы виновны в том, что не смогли защитить город. Это единственная причина, почему их не посылали на фронт. Если они провалятся, то в следующую войну с Империей однозначно окажутся на передовой.

— Я уйду из стражи, если останусь жив... — тихо пробормотал Бона, и многие из стоящих рядом людей согласились с ним. — Кто-то помнит, что говорили искатели приключений?

— О том, что делать при встрече с адскими гончими, большими адскими гончими, дьяволами-смотрителями и прочими ордами демонов?

— Да. Кто-нибудь запомнил, как драться с демонами? Их слабости?

Никто не ответил. Все лишь беспомощно смотрели друг на друга.

Лицо Боны показывало, насколько они бесполезны. Тут даже говорить ничего не надо.

Заметив в одном из стражников недовольство, он отвернулся, ударив толстым концом копья о землю:

— Дерьмо! Они что, получше объяснить не могли?

Сейчас искателей приключений спрашивать было бесполезно: они, тяжелораненые и едва живые, отходили так быстро, как могли. Им едва хватало сил на то, чтобы назвать имя врага, не говоря уже о том, чтобы рассказать, как он выглядит и как с ним бороться.

Однако нельзя перекладывать всю вину на них. Между стражниками и ними не наладилось нормального общения, в результате чего делились информацией очень немногие. В том, что защитный порядок образовали ничего не знающие стражники, следует винить и их начальство. Кроме того, некоторые стражники всё же кое-что сумели разузнать о демонах.

Один такой отряд послал своих солдат помогать отступающим искателям приключений и узнал много чего полезного.

Эта группа, однако, ничего такого не сделала, потому что их командир застыл от ужаса и даже не оборачивался на отступающих воинов. Он явно не хотел уменьшать количество войск, охраняющих баррикаду.

— Им заплатили больше за ту же самую работу! Они должны сражаться усерднее! До смерти! — прокричал Бона, несколько человек кивнули. — Наша жизнь тоже под угрозой! Эти типы не должны были сбегать, оставляя всё на нас!

Те, кто находился чуть поодаль, удостоили капитана ледяным взглядом. Те, кто поближе, поддержали Бону.

— Они здесь! — прокричали часовые.

Бона будто подавился.

Там из тёмной подворотни вынырнули демоны разнообразных форм.

Во главе шествовал демон, похожий на ядрёную помесь человека и лягушки. Кожа твари была ядовито-жёлтой и липкой, если не сказать вязкой. К тому же её покрывали огромные наросты, похожие на человеческие лица, которые как будто пытались вырваться из этих ужасных оков плоти.

Рот монстра, способный целиком проглотить человека, открылся — высунулся необычайно длинный язык, как бы пробуя воздух.

За ним следовали около пяти десятков адских гончих, а в конце плелись шестеро демонов, обликом похожих на человека с заживо содранной кожей. Словно в качестве замены человеческому естественному покрову, эти существа были покрыты какой-то чёрной смолистой жидкостью.

— Их слишком много! — заверещал Бона тонким как звон колокольчика голосом. — Мы их не удержим! Бегите!

— Да заткнись ты уже, чёрт тебя дери! — раздалась чья-то гневная тирада. Игнорируя истошные вопли Боны, он, оглядев напряжённых товарищей, продолжил: — Слушайте! Всё, что нужно делать, — бить их копьём! Наша работа не убивать, а выиграть время! Мы сможем!

«Мы сможем», — кто-то повторил, и эти слова подхватили остальные.

— Чёрт возьми, да! Вперёд!

Напуганные стражники схватились за копья и заняли свои позиции.

— Ты тоже иди! — кто-то схватил Бону и за шкирку потащил на его место. На то, чтобы нянчиться с ним, не было времени.

Демонические отродья наконец достигли заграждения и, завыв, с невероятной скоростью начали его разрывать. Стражники в ответ принялись что есть мочи колоть тварей копьями, бреши в заграждении становились всё больше.

Улицу заполнил вой, полный боли. Поспешно отступив на безопасное расстояние, гончие стали прохаживаться перед баррикадой, ища удобного случая, чтобы кинуться в атаку.

Тех, кто слишком приблизился, более расторопные стражники отогнали парочкой ударов.

Солдаты медленно начали прибодряться.

Оскал демонов вызвал отвращение, и стража по-прежнему боялась, не зная, что те затеяли. Но время идёт, а её задача всё равно не в том, чтобы победить.— Ч-что за?! — закричал один из защитников, глядя на происходящее перед баррикадой.

Как раз за пределами досягаемости копий враг выстроился в ряд.

Это было совсем не похоже на недавнее беспорядочное нападение. Знай они, на что способны гончие, то, возможно, что-то предприняли или хотя бы попрятались. Но сейчас всё, что они могли, — это бить копьями между щелей.

Посчитав, что так хотя бы защититься смогут, стражники было успокоились, как вдруг демонические звери раскрыли пасти столь широко, словно им всем разом челюсти вывихнуло. А в глотке красным была не плоть, но огонь.

Алые струи пламени мгновенно поглотили заграждение, а через секунды и людей за ним.

Все кричали. У некоторых защитников иссохли глаза, другие спалили лёгкие и глотку, вдохнув раскалённый воздух... Так или иначе, все стражники в центре линии обороны сгорели заживо. Выжили лишь те, кто находился по флангам.

— М-мы обречены! — проскулил Бона слова, которые никто не хотел говорить. Дальнейшие его действия были молниеносными: не успели брошенные капитаном копьё и шлем достичь земли, как он уже преодолел большую часть пути до ближайшей подворотни. Оставшиеся стражники ошеломлённо глядели ему вслед. Они, конечно, тоже думали бежать, но никто не принял идею так близко, как он.

Впрочем, скрыться Бона не смог: демон с распухшим телом необъяснимым образом подлетел (крыльев-то у него не было!) и приземлился прямо Боне на спину, раздался хриплый вскрик.

Тварь могла легко убить хлипкого человека, но этого не сделала. И явно не из милосердия.

Демон открыл рот и проглотил Бону целиком. На пузе появилась новая опухоль с характерными для человеческого лица очертаниями. С большого расстояния разглядеть было трудно, но, кажется, оно принадлежало Боне.

Все слышали, как рушится ограждение, но до него уже никому не было никакого дела. Гончие шустро окружили ещё живых стражников. Те сдавлено вскрикнули, прекрасно осознавая, что сейчас произойдёт.

Раздался радостный вой, демоны явно насмехались над человеческой глупостью.

Один из солдат посмотрел в небо, молясь, чтобы бог спас его. Но увидел он нечто совсем иное.

По небу летела странная группа людей. Двое держали третьего, облачённого в угольно-чёрные доспехи. Его обвивала алая накидка, а в руках красовались два гигантских меча.

— Бросайте, — раздался далёкий, но чёткий голос.

Двое разжали руки. Тёмный воин набрал скорость, словно его сзади толкала какая-то сила, и приземлился посреди дороги, прочертив в небе дугу. Он проскользил по земле, словно такого явления, как «трение», вовсе не существует, и затормозил лишь благодаря попавшейся на пути гончей, попутно потерявшей голову.

Демоны и стражники застыли, глядя на столь эффектное появление. Наступившая тишина казалась оглушающей.

— Я — искатель приключений Момон. Отступайте. Я обо всём позабочусь.

Поначалу стражники не поняли, что сказал этот воин тьмы, но раздался вой, и до них быстро дошло, что он — так необходимый им спаситель.

— И это все гончие?.. Будь их вдвое больше, всё равно не хватит!

Очнулись не только люди: адские псины кинулись к тёмному воину со всех сторон, за доли секунды окружив Момона.

Если он попытается отбиться мечом, гончие накинутся на него сзади. Если же попытается убить нападающих, его загрызут остальные. Если адская тварь на него прыгнет, то окружённый он упадёт и не сможет защититься от других атак, и всё равно погибнет.

Жестокая стратегия, использующая численное превосходство.

На лицах стражников отразилась неминуемая смерть, но никто из них не ведал, что такое истинная сила.

Гигантские мечи резали и убивали, издавая пронзительный свист.

Все раскрыли рот от изумления.

Один режущий удар. Таким обычный человек в лучшем случае зарубил бы одну гончую. Но этот мечник словно и не был человеком: с помощью единственного движения он перерезал сразу четырёх псин.

Момон развернулся, используя инерцию взмаха, и немного потерял равновесие. Тварей было ещё полно, и теперь он, похоже, не сможет избежать их атаки.

Его полный доспех выглядел крепко, но адские гончие обладали острыми зубами и когтями, способными раздирать сталь. После ударов стольких гончих он не сможет выйти невредимым.

Стражники представили, как их спаситель покрывается бесчисленными ранами, но так думать было преждевременно.

Момон не пытался восстановить равновесие, но продолжил двигаться, повинуясь собственной инерции. Алый плащ развевался подобно циклону огня. Грациозными шагами, будто танцуя, воин ступил на землю, взмахнув мечами слева направо. Воздух взревел.

Всех гончих перерубило пополам, а их останки глубоко впечатало в стены домов.

— Всего... два удара? — прошептал один из стражников, передавая всеобщие чувства. Других слов просто не нашлось.

— Далее... пожиратели и дьяволы-смотрители? Как скучно, — пробормотав себе под нос, Момон двинулся в сторону демонов.

В его шагах не чувствовалось осторожности, он словно гулял по парку. Любого другого стража обязательно бы остановила, но после увиденного никто даже не подумал так поступить. Обычные смертные могли лишь смотреть, как великий воин принялся за работу.

Не в состоянии вынести давление так небрежно приближающегося человека, дьявол-смотритель взревел и прыгнул. Вспышка — и кровавые ошметки разлетелись во все стороны.

Момон не остановился. Он продолжал небрежно идти, будто находился один в глуши, а никакого красноглазого демона никогда не существовало.

— Невероятно...

Пожиратель раскрыл пасть словно змея, что собирается проглотить добычу целиком. В глубине глотки колыхался огонь. Лица, выдавленные изнутри его тела, стали выглядеть ещё мучительнее, как будто кричали души, обречённые на судьбу в разы хуже смерти.

Пожиратель мог поглощать души своих жертв и испускать вой, способный привести в ужас и убить любое живое существо.

Однако прежде чем он успел это сделать, голова Боны и пожирателя отделились от тела.

Брошенный меч вонзился глубоко в землю.

— Проблем никаких не возникнет, если убить его до того, как завоет, — с этими словами Момон подошёл и выдернул меч.

Чуть больше чем за десять секунд он истребил демонов, которых стражники не могли победить.

Солдаты кричали. Они радовались, что не попались в цепкие лапы смерти, и хвалили Момона.

Однако тот пропустил всё мимо ушей и спокойно обратился к стражникам:

— Дальше я поведу искателей приключений в контратаку. Следующая волна, скорее всего, будет ещё нескоро, но вам придётся продержаться чуть дольше. Набель, Ивлаи, теперь можете спуститься меня забрать.

Две заклинательницы спустились с неба и подобрали Момона. Уже в полёте он повернулся и ещё раз обратился к стражникам:

— Я собираюсь уничтожить вражеского лидера. До тех пор, пожалуйста, защищайте жителей. Я рассчитываю на вас.

Глядя, как Момон улетает, стражники вздохнули. Раз в них поверил герой — оставалось только стоять насмерть и защищать позиции.

— Так! Начинаем возводить баррикады! Мы должны быть готовыми остановить врага! С остальным разберемся потом!

♦ ♦ ♦

Месяц последнего огня (девятый), пятое число, 03:44

Лакюс возглавляла группу нападения, состоящую из бывших мифриловых и орихалковых искателей приключений. Вместе с Тиной они продвигались вперёд.

Прежде чем идти, Лакюс хорошо обдумала своё положение. Люди, владеющие магией воскрешения, не должны находиться на передовой, но их отсутствие сильно бы подорвало боеспособность. Главная задача — доставить Момона в целости и сохранности до Ялдаваофа, потому Лакюс не следовало оставаться в тылу.

Пойдя иным маршрутом, нежели Момон, они направились к одной из баррикад, охраняемых стражниками. По пути они видели залитые кровью улицы, везде валялись куски рваного мяса. Конечно, заграждение сравняли с землёй, от него даже следов никаких не осталось.

Чтобы не издавать лишнего шума, искатели приключений разделились на группы и медленно двинулись вперёд. Но уже через каких-то тридцать метров и поворота за угол они попали в окружение демонов.

Вначале битвы искатели приключений наслаждались своим подавляющим преимуществом в бою, однако постепенно баланс сил менялся. Враг был слаб, но брал числом. Их было так много, что, казалось, в этом месте сошлись все демоны ближайших районов.

— Держать строй! Ни шагу назад! — прокричала Лакюс, активировав магию групповой поддержки.

Конечно, ни один из искателей приключений не собирался отступать. Они понимали важность этой битвы.

В отличие от Ивлаи, которая расчищала всякий мусор на пути у Момона, им поручили помешать демонам расползтись по столице и отвлечь их на себя. Чем дольше они бьются, тем выше у Момона шансы победить.

Боевые кличи, лязг металла, рев заклинаний, огненные атаки врагов, крики сжигаемых заживо бедолаг — всё смешалось в хаосе битвы.

У Лакюс исказилось лицо. В голове застряли слова одного искателя приключений:

— Демоны стали сильнее.

Неужели они открыли дверь в демонический мир и призвали могущественных союзников? Стена огня — граница между мирами? Что случится, если битва затянется? Даже если они одолеют Ялдаваофа, смогут ли восстановить мир в столице? Или всё это зря?

— К чёрту! — выругалась Лакюс, отгоняя бесчисленные тревоги. Она никогда не найдёт ответ, если умрет, потому девушка подняла меч и прокричала: — Огонь!

Один из зависших на уровне плеча мечей по её команде устремился вперёд. Со свистом пронзая воздух, он вонзился в рот прыгнувшей адской гончей, спалив её дотла.

Осмотревшись, Лакюс поняла, что их окружили. Только начавшееся наступление остановилось, а поскольку их окружили несколько рядов врагов, даже возможности передохнуть не было. Оставалось только сражаться.

Авангард побросал сломавшееся оружие и достал запасное. Заклинатели, у которых закончилась магическая сила, взяли в руки палочки и свитки. Ресурсы заканчивались.

Внешнее кольцо состояло из искателей приключений орихалкового ранга, тогда как мифриловый ранг защищал магов и раненных в середине.

Дела плохи... если так продолжится, мы проиграем. Неужели мы снова не сможем победить Ялдаваофа?

Кто-то вскрикнул, Лакюс повернула голову и увидела, как демон повалил воина на землю.

— О...

Прежде чем Лакюс успела прокричать, Тина кинулась на демона и уничтожила его, встав на место товарища.

Упавшего воина оттащили назад другие искатели приключений. Хорошо, что она ещё жива, но положение всё равно скверное. Никто уже не применял лечащие заклинания — у священников тоже закончилась магическая сила.

Нужно отступать.

Если их ряды прорвут, всё закончится в мгновение ока. Лакюс не могла позволить им так умереть. И если Момон проиграет, ей придётся что-то делать.

Отступать в полном изнеможении будет очень трудно. Лучше начать отход, когда ещё остались на это силы.

— Отс... — Лакюс собиралась дать команду к отступлению, но заметила, как с неба спускается новый демон.

Примерно трёхметровой высоты, мускулистое тело покрыто чешуёй, похожей на ползающих насекомых. Хвост напоминает змеиный.

Голова — горящий череп, а глаза — два пылающих белым огнём маяка в пустых чёрных глазницах.

В крепких руках держит гигантскую булаву.

Махнув перепончатыми крыльями, он послал волну морозного воздуха, а вместе с ней — раздирающий душу ужас. Хотя они наложили на себя магию сопротивления страху и не запаниковали, демон явно демонстрировал свою силу. Чувствовалось, что он сильнее всех, кого они видели до сих пор..

Пот потёк рекой.

— Плохо дело.

С полными сил искателями приключений они, наверное, смогли бы победить. А если бы узнали о противнике побольше и вступили с ним в бой позже, то точно бы одержали победу, но, к сожалению, ни времени, ни возможности для этого не было. Не было с ними и Ивлаи, знатока магии и могущественной заклинательницы. Гагаран, которая могла защититься от любых ударов противника и сразу же контратаковать, тоже отсутствовала, как и Тия, способная ловко уклоняться от вражеских ударов и атаковать с помощью ниндзюцу. Были лишь две уставшие женщины.

Она посмотрела на Тину. Та решительно кивнула. Покрепче сжав рукоять Килинейрама, Лакюс направилась в сторону демона. Как вдруг ближайший искатель приключений орихалкового ранга схватил её за плечо и прокричал:

— Мы его задержим! Беги! — видя на лице Лакюс удивление, он продолжил: — Мы не можем позволить тебе сражаться, ты только оживи нас потом! — на лице искателя приключений появилась улыбка, наполненная мужским обаянием. Она очень подходила такому искателю приключений орихалкового ранга, как он. Остальные в унисон кивнули.

Если спокойно всё обдумать, то они были правы: ей следует жить, чтобы потом спасти тех, кто падёт в бою.

— Ингредиенты для воскрешающего заклинания стоят кучу денег. Вам лучше подороже продать свою жизнь!

— Разве принцесса нам не задолжала?

— Пусть чёртова знать заплатит! Денег у них явно в достатке!

Таким образом несколько искателей приключений отделилось от группы, словно направляясь на пикник. Никто из них ничего не говорил, и даже не смотрел друг на друга, они просто вышли синхронно и встали перед демонами.

Видя, с каким легкомыслием они пошли на смерть, Лакюс прикусила губу и отвернулась.

— На прорыв! Всеми силами! Все, кто на ногах, вперёд! — закричав и подняв Килинейрам, Лакюс понеслась на орды демонов.

В защите она положилась полностью на доспехи и магию. Бросая почти уничтоженную линию обороны, она собралась пробить кровавую дорогу через демонов.

Казалось, словно тело раздирает на части. Лакюс сжала зубы, терпя боль и отстранённым сознанием понимая, что приближается к своим пределам, затем молча наложила на себя лечащее заклинание. Она обязана была пережить эту бойню, но для этого придется выложиться на полную.

— Ха-а-а! — Лакюс влила остатки магической силы в Килинейрам. Звёзды на клинке засияли неземным светом, затем вспыхнул сам клинок. — Сверхнавык! «Мегаудар тёмного меча»!

Она взмахнула горизонтально, высвободив огромную, рубящую волну. Низкоранговые демоны распались на атомы из-за всплеска неэлементной энергии.

Строго говоря, выкрикивать название атаки было необязательно, она всё равно сработала бы. Однако...

— Да… как так то?!

Усталыми глазами Лакюс видела стену из мелких демонов. Она только что одним ударом разнесла целую кучу, прореху сразу же закрыли другие демоны.

Сможет ли она прорваться? Беспокойство стало нарастать. Килинейрам вернулся в обычный вид.

И в это мгновение позади демонов Лакюс увидела, как блеснул металл, и услышала мужской рёв:

— «Шестикратный удар света»!

Шесть одновременных ударов разрезали орду демонов на части.

— «Шестикратный удар света»! «Спокойствие ветра»! Ха-а-а!

Неведомый свет нашинковал сотни демонов так же легко, как горячий нож проходит через масло. Эта острота заставила её вспомнить «Лезвие бритвы», меч, способный перерубить что угодно. Его устрашились даже бесчувственные демоны.

— Убить их всех! — выкрикнул Газеф, за его спиной вперёд высунулось множество копий.

Металлические наконечники ярко сверкнули. Без сомнений, это были рыцари дворцовой стражи и войска. Казалось, что сотни прибывших солдат вот-вот затопят переулок.

Демоны уже уступали им числом более чем в два раза, окружение начало рушиться.

Раздались восторженные крики, и потрёпанные искатели приключений начали отступать под прикрытием войск.

— Почему... почему вы здесь, господин Строноф?

Разве он не должен был остаться защищать дворец и королевскую семью? Словно в ответ на слова Лакюс он повернул голову.

Проследовав за его взглядом, заклинательница широко открыла глаза. Там четыре священника и четыре заклинателя тайной магии защищали старика. У того на голове была корона, которую в Королевстве разрешено носить только одному человеку. Он был закован в крепкую броню.

Король Ланпоса III.

Ход был в высшей мере опасен.

Его защищали латы, но некоторые атаки демонов могли с лёгкостью их пробить. Кроме того, короля могли ранить заклинания, бьющие по площади. Он был обычным человеком, а потому от попадания заклинания, скорее всего, умер бы. Хотя существовала магия воскрешения, король не вынес бы настолько сильное высасывание жизненных сил.

— Его величество заявил: «Ты защищаешь этот безжизненный город или меня?» Ответ мог быть только один. Защищать короля — мой долг. В таком случае мы просто обязаны сражаться на этом поле боя! Вперёд!

Крик солдат затряс землю, они зашагали вперёд.

Сила столкнулась с силой, но когда все подумали, что удача повернулась к ним лицом, по воздуху пролетел искатель приключений орихалкового ранга и врезался в стену, оставив на ней ярко-красный след.

— А-а-ар-р-р!

Словно приглашая их поближе, гигантский демон остановил продвижение солдат.

Некоторых монстров не победить числом.

— Господин Строноф! Помогите мне!

— Конечно.

Голоса, которые последовали за ответом Газефа, заставили Лакюс широко открыть глаза.

— Постой, разве тебе не нужна в поддержку воительница?

— А также великолепная ниндзя.

Ошибки быть не могло. Тем не менее Лакюс, не веря своим ушам, выкрикнула от удивления:

— Гагаран! Тиа!

Из толпы медленно вышли две женщины. Во всеоружии и готовые к бою.

— Я думала, что заржавею от постоянного сна. Так что я попросила Стронофа взять меня с собой.

— Готова к бою.

Они не должны были тут находиться. Она предупредила, что нельзя сражаться сразу после воскрешения. Обычно нужно было отлежаться несколько дней, и даже тогда люди чувствовали себя высушенными. Тем не менее Гагаран и Тиа знали, насколько важна битва.

Все снова собрались вместе, это послужило ей величайшей поддержкой.

Лакюс от всего сердца помолилась.

Она помолилась, чтобы Момон сумел победить Ялдаваофа и избавил столицу от демонов.

♦ ♦ ♦

Месяц последнего огня (девятый), пятое число, 03:46

— Я вижу его.

Впереди в центре площади стоял демон в маске, даже не пытаясь скрываться. Хотя она не видела никаких других демонов, Ивлаи не была дурой, чтобы думать, что их там нет.

Заметив их приближение, Ялдаваоф повернулся и элегантно поклонился. За этим мог быть только один смысл.

— Ловушка... Что теперь, господин Момон?

— Неважно, что нас ждёт. Просто раздавим всё.

— Хорошо.

В голосе Момона больше не чувствовалось той серьёзности и манерности. Наверное, совместное путешествие их сблизило. Ивлаи тоже начала говорить более свободно. Если она продолжит скрывать истинную себя, когда они начнут встречаться серьёзно, то их будет ждать лишь расставание. Может быть, показывать настоящую себя ещё рано, но перейти на более непринуждённый тон — хорошая мысль.

— Судя по всему, всё началось по графику.

Сзади послышались барабаны и боевые кличи — это отряды пошли в атаку, чтобы Момон мог сражаться с Ялдаваофом один на один. Шанс только один. Если они не победят этого дьявола, столица падёт.

— Да, похоже на то. Кажется, настало время последней битвы. Господин Момон... мы с Набель разберемся с остальными врагами. Вы должны полностью сосредоточиться на битве с Ялдаваофом.

— Понял. Не умрите тут. Я хочу, чтобы вы стояли рядом со мной во время моего триумфального возвращения с головой дьявола.

— Хорошо, Момон.

Они трое приземлились перед дьяволом. Ивлаи осмотрелась, из прилегающего к площади дома вышла горничная.

Как и в прошлый раз, она носила маску с застывшим выражением. Но Ивлаи ощутила направленную на себя ненависть.

Наверное, появится ещё кто-то.

Ялдаваоф уже знал, что она может победить горничную-насекомого. А раз с ними сейчас Набель, заклинательница, которая может с ней сравняться по силе, дьявол точно не начнёт битву в одиночку. Он пошлёт орды демонов, или в засаде ждёт ещё один сильный подчинённый? Впрочем, оба варианта не сулили ничего хорошего.

Вслед за горничной вышли ещё существа в похожих масках.

Они носили униформу горничных иных стилей.

И их было...

— Четыре?!

В общей сложности было пять существ, сравнимых с ней по силе. Двое против пяти — слишком большая разница. Сражение казалось проигранным с самого начала.

— Чёрт возьми! Я недооценила силы Ялдаваофа!

Горничные одолеют их количеством, а потом пойдут помогать дьяволу. В сражении, где силы практически равны, даже небольшая помощь определяет разницу между победой и поражением, как в той битве с горничной-насекомым.

— Оставляю этих пятерых на вас, — сказав это, Момон схватился за мечи и широкими шагами двинулся на дьявола.

Как только его могучая спина начала отдаляться, сердце Ивлаи наполнилось грустью. Ей так хотелось укутаться в его развевающийся красный плащ, тогда бы ушла вся тревога.

Ивлаи отругала частичку себя, которой захотелось потянуться к нему.

Она пришла сюда с решимостью умереть. Даже если враги оказались сильнее, чем ожидалось, она не станет позорно молить о помощи. Те слова Момона явно свидетельствовали о том, что он ей сильно доверяет. Такой мужчина никогда не будет бессердечным.

Если подумать, повернувшись к ним спиной, он говорил о многом. «Ивлаи и Набель наверняка смогут продержаться, пока я не выиграю», — что-то вроде этого.

В сердце Ивлаи разгорелось пламя.

— Я иду, Деми... демон! — прокричал Момон, ударив мечом.

Яростное сражение началось. Чтобы не втягивать в него Ивлаи и Набель, Момон теснил Ялдаваофа, заставляя того медленно отступать.

— Тогда я беру на себя трёх, а ты двух, согласна?

— Уверена? Я могу взять трёх.

Набель хмыкнула.

— Ты берёшь две, я — три.

Ивлаи ощутила, что теперь лучше понимает характер Набель, и улыбнулась. А точнее: раньше она считала Набель соперницей, теперь же — подругой-волшебницей, способной стоять возле Момона.

Что ж, перед Момоном и Набель я наверняка бы смогла снять кольцо и показать свою истинную форму... Но для начала следует вернуться живой.

— Ты такая упрямая. Хорошо, я поняла. Я быстро позабочусь о двоих, а потом пойду помогу тебе. Сражайся, чтобы выжить... что?

Ивлаи ощутила, словно все присутствующие — пять горничных и Набель — смотрят на неё. Как будто они сговорились, что-то казалось неуместным.

— Нет, ничего, — холодно ответив, Набель отошла в сторону. — Что ж, хоть я сказала, что возьму на себя троих, выбирать, с кем биться, будут наши противники.

Вышли горничная-насекомое, горничная с двумя длинными косичками и горничная с локонами. С Ивлаи остались горничная с собранными в пучок волосами и горничная с длинными распущенными волосами.

— Моё имя Альфа, это Дельта. Мы будем твоими противниками.

— Вот как? Очень вежливо с твоей стороны. Меня зовут Ивлаи. Я одолею вас обеих!

Заклинательница не собиралась выигрывать время разговором. Если бы она зазевалась, противники могли убить её мгновенно. Нужно быть терпеливой.

— Правда? Как страшно.

Первым же своим шагом Ивлаи применила козырь, особую способность. Её тело перенасытилось негативной энергией, добавляя каждой её атаке негативный статус.

— Я иду! — выкрикнула она, применив заклинание.

♦ ♦ ♦

Месяц последнего огня (девятый), пятое число, 03:59

— Не смотри на меня свысока.

На побежавшую горничную, Альфу, полетели заряженные негативной энергией кристаллы. Это была дробящая и колющая атака, а негативная энергия вытянет жизненные силы.

По крайней мере должна была вытянуть. Однако Альфа продолжала бежать, словно ничего не почувствовав.

— Кх!

Ивлаи поднялась в небо. Для заклинателя тайной магии, арканиста, ближний бой был очень плохой идеей. Чем больше расстояние между ними, тем выше у неё шансы на победу.

Как только она поднялась в небо, перед глазами что-то мелькнуло. Вероятно, её «Кристальная стена» отразила удар, но вместе с тем окутывающее её сияние начало тускнеть.

Стена могла нейтрализовать сравнительно мощные удары, но Ивлаи очень повезёт, если враги будут атаковать только тем, что «Кристальная стена» может свести на нет самостоятельно. Эта магия работала против атак определённого уровня, а против всего, что выше, была бесполезна.

— Снова?!

Стоявшая в тылу горничная, Дельта, использовала дальнобойное оружие. Это она выстрелила в Ивлаи ранее, когда та взлетела.

— Ха!

Встав в стойку, Альфа кинулась на Ивлаи. Та цокнула языком.

Обычно она не принимала всерьёз врагов, что бросаются на неё с кулаками, но это было лишь высокомерие, которое она чувствовала по отношению к ничтожным существам. После недолгого боя с Альфой она поняла, что противник по-настоящему грозен. Каждый раз, когда заклинательница пыталась увеличить дистанцию, противник приближался и бил в несколько раз быстрее. Получи она прямой удар без защиты барьеров, то сразу умрёт.

Если бы ей помогали Гагаран и Тиа, она не сражалась бы столь безрассудно. Ивлаи чувствовала, как ходит по краю пропасти.

Больше всего раздражала безупречная координация врагов. Работа в команде сильно увеличивала боевую мощь искателей приключений. Сейчас Альфа и Дельта давали ей наглядный урок превосходного взаимопонимания.

— Как демоны могут работать вместе так хорошо?.. Что за ерунда!

У меня нет права это говорить, — подумала Ивлаи. Остальные в её команде были людьми, но она — нежить.

Раздался громкий «бам», и «Кристальная стена» стала ещё тоньше. Ещё один удар, и она рассыплется.

Ивлаи выругалась, пытаясь оторваться от Альфы, полной решимости её догнать и избить. Хотя организм заклинательницы был крепче чем у обычных людей благодаря вампиризму, Альфа превосходила её на голову. Она не догнала заклинательницу лишь из-за того, что та летала.

При использовании магии требуется сосредоточиться, во время чего нельзя двигаться. В результате постоянно отступать очень трудно. Движения нарушают чувство равновесия и сбивают концентрацию. Вот почему заклинатели во время вызова магии не двигаются. Потому Ивлаи решила сохранять дистанцию и уклоняться с помощью полёта. В этом не было ничего удивительного. Такой тактикой овладевали все заклинатели, умеющие использовать полёт. Насколько хорошо они это делали — это уже другой вопрос, но Ивлаи, как вампир, имела природную способность к полёту и двести пятьдесят лет опыта.

Тем не менее побег от Альфы требовал много усилий. На такой широкой площади она могла летать от неё кругами, однако была одна загвоздка — противников двое.

Раздался ещё один «бам», и защитный барьер разрушился.

Было трудно поверить, что кто-то сможет разбить «Кристальную стену» с трёх ударов, но ничего не поделаешь.

«Песочное поле — всюду»!

Со всех сторон посыпались песчинки. Хотя Дельта находилась далеко, Альфа полностью попала в зону действия заклинания. Поскольку оно влияло и на товарищей, в групповых битвах было бесполезно. Попавший в область действия противник будет обездвижен, а также ослеплён, лишён голоса и ошеломлён. Кроме того, благодаря козырю Ивлаи песок был пропитан негативной энергией и высасывал жизненные силы.

Это заклинание пятого ранга она создала самостоятельно. Это был один из сильнейших козырей у неё в рукаве.

Однако Альфа не замедлилась. Казалось, что её даже не ранило.

— Но как?!

У неё полная защита от обездвиживания и отрицательной энергии?

— Ты заслуживаешь похвалы! Какой прекрасный набор сопротивлений!

Вместо ответа Альфа исчезла. Словно телепортировавшись на короткое расстояние, она появилась перед Ивлаи и ударила её ногой в лицо.

Маска с хрустом треснула, Ивлаи отлетела далеко назад.

Несколько раз отскочив от земли и остановившись, она приподнялась, слабо покачивая головой.

— «Кристальная стена»!

Кулак Альфы врезался во внезапно возникшую кристальную стену, раздался грохот. В месте удара возникли трещины, словно от тарана.

— Хмпх!..

Прозвучал ещё один «бам», Альфа ногой ударила в землю, внутренняя сила перешла в трещины на стене, та рассыпалась перед глазами заклинательницы.

— Это «Высвобождение накопленной энергии»?!

Пытаясь оторваться, Ивлаи почувствовала дрожь в земле. Она не знала, с какой стороны она пришла, но инстинкт говорил, что это отголоски битвы тех двоих.

— Они всё ещё сражаются?.. Нет, вероятно, их бой достиг кульминации. А значит... следует выиграть ещё немного времени! — сказав это, Ивлаи кинулась на атакующую Альфу.

Нужно продержаться ещё чуть-чуть. Необходимо затянуть бой. Приготовившись умереть, Ивлаи предприняла самоубийственную атаку.

Альфа двигала руками по кругу, готовясь принять удар. Она стояла как неуязвимая крепость, но даже видя это, Ивлаи не остановилась...

♦ ♦ ♦

Месяц последнего огня (девятый), пятое число, 03:53

Дерясь друг с другом, Аинз и Ялдаваоф врезались в дом. Дверь разлетелась в щепки, когда Аинз толкнул в неё Ялдаваофа. Внутри оказалось темно и тесно — здоровыми мечами не помахаешь.

Игнорируя дьявола, Аинз поднялся на ноги и пошёл в сторону. Ялдаваоф встал и последовал за ним. Они вошли в другую комнату, где стояли стол, два стула и Мар.

Тёмный эльф отодвинул стул, чтобы Аинз сел. Затем, с позволения владыки, Ялдаваоф снял маску — показалось лицо Демиурга.

— Комната безопасна? — спросил Аинз.

— Да. Лишних ушей здесь нет.

— Понятно... что ж, тогда для начала у меня есть к тебе просьба. Не навреди стражникам, которых я прошёл по пути сюда. Хотя это место довольно далеко от Э-Рантэла, помощь людям — хорошая реклама.

— Разумеется. Будет ли приемлемо, если я передам приказы телепатически?

— Конечно. А тем временем поведай мне о своём плане.

Демиург уже объяснил план Нарберал через «Сообщение», однако она ещё ничего не говорила о нём Аинзу. Он был вынужден молчать и не показывать недовольства ради того, чтобы план не рухнул, но в душе он беспокоился.

— Хорошо. У операции четыре главных цели...

— Хо... я насчитал лишь три. Четыре, говоришь?

Демиург довольно улыбнулся.

— Мне кажется, я впервые выиграл в мудрости.

Аинз великодушно махнул рукой. Конечно, он не знал даже первые три, но слова Демиурга всё же заставляли его смутиться.

— Ты всегда на один шаг впереди. Мне ещё предстоит пройти долгий путь.

— Что вы говорите, мой правитель? Вы очень скромны.

— Нет, правда... ладно, забудь. Так расскажи мне об этих целях.

— Хорошо. Прежде всего, мы напали на район складов, чтобы забрать хранимые там товары в Назарик. Чтобы облегчить задачу, я попросил Шалти открыть «Врата» перед складами, а Актёр Пандоры занимается самой транспортировкой.

И вправду очень полезная цель. Аинз молча от всего сердца похвалил Демиурга.

Потеря такого богатства в будущем сделает жизнь в столице более трудной, но сейчас Аинз не мог этого знать. Он лишь вздохнул с облегчением, ведь проблема финансов на некоторое время решена.

— Вторая — прикрыть нашу атаку на базы Восьми Пальцев. Как вы, без сомнений, уже догадались, прямое нападение могло вызвать подозрения. В худшем случае это привело бы к раскрытию Себаса и его контактов. Потому мы расширили зону операции, чтобы заставить людей думать, что у нас другие цели.

То есть, словно бросить ветки в лесу, чтобы спрятать их.

— Но ты сможешь это сделать? Чем ты собьёшь их со следа?

— Пожалуйста, взгляните сюда, мой господин.

Демиург сделал жест, и Мар открыл сумку. Внутри лежала статуя демона. Шесть рук демона держали разные драгоценные камни. Изнутри шёл странный, пульсирующий свет.

— В этих камнях заклинание, известное как «Армагеддон зла».

Заклинание десятого ранга, «Армагеддон зла», призывало демоническую армию — много созданий, правда не очень сильных. И если ангелов с трудом, но можно было контролировать, то демонов и подавно. Они впадали в бешенство в самое неподходящее время, из-за чего заклинание было очень трудно использовать. Обычно считалось, что призванные демоны не союзники, их использовали в качестве жертв в некоторых ритуалах и для особых способностей. Например, когда-то Шалти вылечила себя, убив призванных существ с помощью Шприцевого копья. Это заклинание использовалось для похожих целей.

— Хотя этот предмет создал господин Улберт, мне кажется, что его следует сейчас использовать.

В этом мире такой предмет вполне мог привлечь внимание Ялдаваофа.

Аинз вспомнил.

Вспомнил гильдию на пике своих сил и друга по имени Улберт.

В игре существовал предмет Мирового класса, способный призывать бесконечное число демонов, которые со временем поглотят весь мир. Хотя это вызовет большое волнение, Улберт невероятно обрадовался, услышав историю. Он попытался создать имитацию. Но когда оказалось, что предмет не может активировать шесть заклинаний одновременно, он потерял к этому интерес.

Явно видя, что Демиург не хочет расставаться со статуей, реликвией своего создателя, Аинз протянул руку и вынул из воздуха предмет.

— Демиург, её использовать нет необходимости. Возьми это на замену. — Он достал похожую статую демона. Однако в руках она держала лишь три драгоценных камня и выглядела в целом грубее. — Эту статую тоже сделал Улберт. Поскольку это был прототип, он хотел избавиться от неё, но я решил сохранить её, чтобы его усилия не пропали даром. Почему бы не использовать её?

— Как... как я могу тратить сокровище владыки Аинза на свои схемы?

— Ты так считаешь? Что ж, Демиург, тогда она теперь твоя. Используй, как посчитаешь нужным. Но ты не думаешь, что Улберт смутился бы от того, что его провальный эксперимент всё ещё существует?

— Как... как мне выразить свою признательность за такой чудесный магический подарок? — Демиург поднялся со стула и опустился на колено.

Запаниковав, Мар последовал его примеру.

— Достаточно, Демиург. Разве у тебя больше нет никаких дел? Считай это знаком моей признательности за твою верность.

— Мы, Стражи, созданы Высшими существами. До самого нашего исчезновения мы будем им полностью преданы. Тем не менее владыка Аинз не только проявляет милость и заботу, но и даровал мне такое сокровище... Ваш слуга Демиург уже поклялся в вечной преданности владыке, но позвольте ещё раз предложить свою верную службу!

— Ах... кхм, что ж, я очень рад. А теперь поднимись, Демиург. Ты ведь ещё не закончил?

— Да, точно! Мои искренние извинения!

Демиург поднялся и сел на своё место, Мар встал туда, где стоял ранее.

— Как я уже сказал, Ялдаваоф нацеливается на базы Восьми Пальцев, а затем берёт под контроль финансовый район Королевства. Сюда входит и захват ресурсов со складов. Разумеется, эту статуэтку, созданную господином Улбертом, найдут в одной из сокровищниц на базах.

— Это всё понятно. Что насчёт третьей цели?

— Да. Я уже перебросил почти половину людей в пределах огненной стены в Назарик. Они много где пригодятся, и вся вина ляжет на демона Ялдаваофа.

Так вот что он задумал, — подумал Аинз, но у него всё же осталось несколько вопросов. Есть ли смысл позволять злодейству Ялдаваофа разрастись? Может быть, вместо того чтобы создавать Ялдаваофа, следовало отдать его роль другому демону?

— Значит, ты пытаешься приобрести дурную славу?..

— Верно. Цель состоит в том, чтобы поставить Ялдаваофа на трон короля демонов.

— Теперь понятно. Выполнение моего приказа тоже входит в твой план, да?

Аинз посмотрел на низко поклонившегося Демиурга, вспоминая приказ. С другой стороны, он отдал много приказов, этот, наверное, о рождении Короля демонов.

— Это затрагивает четвёртую цель, которая заключалась в том, чтобы испытать этот метод в Священном королевстве.

Теперь всё поняв, Аинз задал вопрос, который уже давно его тревожил:

— Кстати говоря, эти демоны вызваны из Назарика?

— Как я мог? Я бы не поступил так без приказа владыки Аинза!

— Хм? Учитывая, что я поручил задачу тебе, и ты получил разрешение Альбедо, я думал, что ты используешь силы Назарика...

— Нет, мой господин. Это просто призванные существа моих Лордов зла. Через день их можно призвать снова. Сила Назарика останется нетронутой.

— Неужели?.. Теперь ясно, почему тут так много незнакомых демонов. Ладно, я понял. Тогда ещё один вопрос. Ты сказал, что послал всех людей в Назарик. Независимо от того, мужчины это, женщины, дети или старики?

Аинза немного опечалился от того, как легко и невозмутимо Демиург подтвердил это.

Люди неважны. Возможно, когда-то Аинз был человеком, но в этом теле он не чувствует к ним ни симпатии, ни близости. Словно они совершенно другой вид. Ради Великого Склепа Назарика он убьёт столько людей, сколько потребуется. Но всё равно убийство детей его огорчало. Это — остатки человека по имени Судзуки Сатору.

Аинз глубоко вдохнул, несмотря на то что не имел лёгких.

— Демиург. Если человек не совершил преступления против меня или Великого Склепа Назарика, его следует убивать быстро и безболезненно.

Демиург низко поклонился, не говоря ни слова.

Приоритет Аинз Оал Гоун — благополучие Назарика и лояльность подчинённых.

Если отпустить взятых детей, то подробности о Назарике они унесут вместе с собой. Из них можно вырастить фанатиков, рабски преданных Назарику, но пока от этого мало пользы. А потому быстрая смерть — самое большое милосердие, которое он мог им даровать.

— Тогда мы закончили?

— Есть ещё два вопроса, которые вам нужно рассмотреть. Во-первых, Мар дал нам прекрасную возможность.

Аинз перевёл взгляд на Мара, на нервного, суетливого мальчика.

— Возможность?

— Это всего лишь репетиция, мы не знаем, насколько успешной она выйдет. Я детально всё продумаю, когда мы вернёмся в Назарик. И во-вторых, я с уверенностью могу сказать, что люди, промывшие мозги Шалти, не имеют никакого отношения к Королевству.

— Хорошо. Так как ты хочешь, чтобы мы дальше с тобой скооперировались?

— Я с радостью всё объясню. Во время нашей битвы можете меня одолеть. Я сделаю всё ради владыки Аинза.

— Тогда перед проигрышем не мог бы ты повредить мои доспехи? Будет более убедительно, если останутся следы тяжёлого сражения.

— Вы их снимете? Для меня немыслимо поднимать руку на владыку Аинза...

— И что же будет, если они настолько повредятся, что я не смогу их надеть? Во время инцидента с Шалти трещины в доспехах сделал кузнец. Если я их сейчас сниму, и ты их погнёшь, то я, вероятно, не смогу надеть снова, — Аинз тихо рассмеялся.

Это озадачило Стражей.

— А в-владыка Аинз, разве в-ваша броня сделана не магией?

— Нет, эти доспехи не из магии. Я понимаю: ты так подумал, потому что я, заклинатель, могу их носить. Но правда в том, что я наложил на себя магию трансформации в воина. В перерыве перед путешествием в столицу я связался «Сообщением» с Альбедо и попросил, чтобы она начала подготовку. Похоже, решение оказалось верным.

Поддержка трансформации и другой магии сводила количество и скорость восстановления магической силы к нулю. При крайней необходимости он мог развеять трансформацию, но тогда пришлось бы драться в опустошённом состоянии. Однако в данном случае он поступил правильно. Без трансформации первая битва с Демиургом стала бы более хлопотной.

И так узкие глаза Демиурга сузились ещё сильнее, когда он услышал ответ господина.

— Как и ожидалось от владыки Аинза, все плясали под вашу дудку. Подумать только, я посмел соревноваться в разуме со столь великим существом... мне не следовало ожидать от вас чего-то меньшего.

Когда Демиург усмехнулся над собой, спина Аинза покрылась несуществующим потом.

— Тогда начнём? Демиург, я полагаюсь на тебя, нанеси приличный урон.

— Разумеется. Мар, пошли сигнал. Землетрясение, как прошлый раз.

♦ ♦ ♦

Месяц последнего огня (девятый), пятое число, 03:56

— Попробуй мою молнию!

Одну из горничных ударило молнией.

— Гуа-а-ах-су! — необычайно фальшиво вскрикнула горничная, и её откинуло в сторону так, словно она прыгнула самостоятельно, и она исчезла вдали.

— Эи-и-и-и! — Горничная с локонами метнула ножи. Медленно полетев по дуге, они ударили в Набель.

— Кья-а... — бесстрастно вскрикнув, та последовала за горничной, которую далеко отбросило.

Энтома молча ринулась следом.

Они оказались в переулке, образовав прямую линию. Перед Нарберал стояла горничная с двумя длинными косичками. Сзади находилась Энтома и горничная с локонами. Классическое окружение, но никто не был напряжён. А зачем вообще напрягаться? Ранее они изображали бой, но теперь даже это исчезло, они походили на группу школьниц, беседующих в кафе.

— Это место защитила от шпионов госпожа Нигредо. Теперь можно расслабиться!

— Правда? Тогда... давно не виделись, Люпу.

Горничная с двумя косичками — Люпусрегина Бета — рассмеялась под маской.

— Ага, давно-су. Впервые с того времени, как Нар начала ходить на приключения с владыкой Аинзом.

— Я временами возвращалась в Назарик, но ты всегда была в деревне.

— Ну, ты знаешь, так просто получается. Если подумать, я и тебя давно не видела, Соль.

— Как и я. Однако твоя манера говорить...

— Уа? Соль и сестрица Юри беспокоились о том же-су. Но всё хорошо! Я буду осторожна. Эн тоже-су.

— Хорошо... Кстати, а почему Энтома молчит?

— А... Эн, похоже, не хочет разговаривать.

— ЭтА мАлЯвКа ЗаБрАлА мОй ГоЛоС!

— Понятно, — кивнула Нарберал.

Энтома ненавидела свой настоящий голос, потому пыталась использовать его как можно реже.

— ХоЧу, ЧтОбЫ оНа ПоЧуВсТвВоВаЛа, ЧтО эТо ТаКоЕ!

Хотя лицо закрывал жук-маска, было заметно, что её по-прежнему переполняет жажда крови и гнев.

— Ты знаешь, что это невозможно. Она с владыкой Аинзом, так что если не вернётся живой, это навредит его репутации.

Энтоме не понравились слова Нарберал, но она тихо терпела. Выбор между славой господина и собственными желаниями очевиден. Все боевые горничные понимали это.

— Эта молодая девушка довольно сильна. Как её имя?

— Не интересуюсь именами москитов-переростков. Но, кажется, её зовут Ивл-как-то там.

— Ты такая злая! Вы ведь пришли вместе, разве вы не товарищи?

Нарберал нахмурилась словам подруги, потому за неё ответила Солюшн:

— Вероятно... это Ивлаи из Синей Розы. Господин Себас упоминал её в одном из докладов.

— Да, кажется правильно, — подтвердила Нарберал.

— Нар, ты притворяешься умственно отсталой? С тобой всё хорошо?

— А вы что, в самом деле помните людские имена?

— Для меня это не проблема. Для выполнения своих обязанностей мне приходится их знать. Я постаралась хорошо запомнить несколько важных имён.

— Мне тоже это не трудно. На самом деле я довольно хорошо поладила с людьми, представляете?

— Не ПрОбЛеМа.

Нарберал немного потрясло, что она оказалась единственная такая среди горничных. Пока она размышляла, следует ли уделять больше внимания именам, недалеко раздался взрыв. Поскольку зрению мешало здание, они не могли сказать, что его вызвало.

— А, похоже, они посерьёзнели.

— Ну, это ведь сестрёнки Юри и Сизу, они всегда серьёзны. Но если бой ещё не закончен, значит, они пока не использовали свою настоящую силу.

— Я нА иХ мЕсТе ПоБиЛа Бы Её До СмЕрТи!

— Ивлаи довольно сильна. Если судить только по уровню, такого противника сестрёнка Юри или Сизу не смогут победить в одиночку.

Боевые горничные впервые помрачнели. Лишь Нарберал отличалась. Она сохраняла уверенность.

— Всё будет хорошо, — завладев всеобщим вниманием, она продолжила: — Ивлаи и я — элементалисты. Мы заклинатели тайной магии, что специализируются на конкретном элементе. Хотя это значит, что у нас невероятно большая сила атаки, за пределами области нашей специализации мы довольно слабы.

— Земляной элемент, тогда... туда ещё входит кислота, яд или гравитация? Почему кристаллы?

— Наверное, это более глубокая специализация элемента земли. Её кристаллическая магия, вероятно, довольно сильна.

— Магия с дробящим и колющим уроном... не понимаю...

Как я бы убила Ивлаи? — задались вопросом все четверо, как вдруг земля задрожала. Эта дрожь немного отличалась от встряхивания земли из-за сильных ударов.

— ВеРоЯтНо, ЭтО рАбОтА гОсПоДиНа МаРа. ТоГдА пЕрЕхОдИм На СлЕдУюЩуЮ сТаДиЮ?

— Это был сигнал?

— Да, Нарберал. Тогда ничего, если мы тебя немного пораним? Будет выглядеть подозрительно, если мы тебя немного не изобьем.

— Постараюсь бить не слишком сильно, прости-су!

— Ничего не поделаешь, это работа, в конце концов.

♦ ♦ ♦

Месяц последнего огня (девятый), пятое число, 03:57

— Успокойтесь! Пожалуйста, успокойтесь!

Клаим пытался не кричать, но склад был битком набит взволнованными горожанами, и его было практически не слышно, он не мог заставить их успокоиться.

— Моё дитя...

— Мою жену забрали...

— Мама, папа...

Мужские, женские, молодые и старые голоса сливались воедино, наваливаясь на юношу подобно цунами. Он больше не понимал, что они говорят.

Пойдя на большой риск, Клаим отыскал три сотни горожан, и они были единственными, кого он сумел найти. Люди, запертые в маленьком складе, понятия не имели, что происходит снаружи, лишь стенали о том, что членов их семей куда-то забрали.

Очень естественная реакция в их обстоятельствах, равно как и очень опасная.

Хотя по пути сюда не встретилось ни одного потустороннего существа, это не значит, что их здесь нет — Клаим с товарищами несколько раз замечали их силуэты в переулках. Стоит хоть одной твари услышать этот гомон из склада, то прибытие орды демонов будет лишь вопросом времени.

— Вы единственные, кого мы нашли...

— Где моя жена? Идите и разыщите её!

— Я...

Повысь юноша голос, то смог бы легко угомонить всех присутствующих и организованно вывести, ведь он выглядел внушительнее обычных городских стражников. Но Клаим — посланник принцессы. Реннер поверила в него, если он запугает горожан и снискает ненависть, то это легко перекинется и на неё. Клаим счёл невозможным перейти на жёсткие методы.

— Эй, ответь нам...

— Мой малыш ещё такой маленький...

— Папа! Мама!

— А ну заткнулись все! — яростный рёв первоклассного воина в одно мгновение встряхнул людей. — Вы все дребезжите, как цыплята! Мы на территории врага, вашу безопасность никто не гарантирует. Если не будете двигаться молча, демоны придут и убьют абсолютно всех! Если поняли — закройте рот! — Оглядев затихший склад, Брейн посмотрел прямо на Клаима. Обступившие юношу горожане попятились под прожигающим взглядом. — Клаим, тебе пора принять решение.

Юноша знал, какое решение должен принять. Однако сомневался, мудрое ли оно.

— Сложно сказать, да? Ладно, я это сделаю. — Он вновь обратился к горожанам: — Прежде всего, вам всем следует зарубить себе на носу: если кто-нибудь меня перебьет, я убью его на месте. Я даже не уверен, что вы все люди. — Брейн взялся за катану и выдвинул клинок из ножен, отражённый свет казался почти ослепляющим. — Наверняка вы все задаётесь вопросом: «О чём это он?», но посмотрите на тех, кто рядом с вами — вы уверены, что все здесь люди?

Горожане потрясённо посмотрели друг на друга.

— По пути сюда мы видели много демонов. Одни с крыльями, другие с хвостом. А некоторые даже напоминали людей без кожи. И их там много бродит... Вы ведь их видели, когда вас сюда вели?

Пленники, на которых глядел Брейн, кивнули, побледнев.

— Тогда кто гарантирует, что среди вас нет демонов? Может, бескожие натянули чью-то кожу?

Им запрещалось говорить, но всё равно по толпе прошла тревога. Все с подозрением посмотрели друг на друга и отошли подальше. Склад был маленьким, но не настолько, чтобы было тесно. Для того чтобы никто не касался друг друга, места хватало.

— Расслабьтесь, если сюда пробрался любой демон, мы его убьем. Пока вы это понимаете, всё будет хорошо. — Когда все успокоились, Брейн продолжил: — Но если демоны накинутся лавиной, я не смогу этого гарантировать. Не думаете, что если враг пройдёт сюда, то захочет громко прокричать, что нашёл нарушителей? Теперь вы поняли, что я имел в виду, когда говорил, что убью любого, кто будет шуметь? Конечно, некоторые из вас подумают «я человек, зачем ты меня убиваешь?», но остальные этого не будут знать. Поэтому ради безопасности любой, кто будет шуметь и привлекать демонов, умрёт.

Он снова оглядел всех убийственным взглядом.

— Похоже, до вас дошло. Прежде всего, мы уже обыскали много других складов. Однако не только никого не нашли, но и обнаружили, что все склады опустошены. Учитывая, какую область окружает огонь, даже в складском районе должно находиться больше десяти тысяч человек. Вас тут только триста, значит, должно быть более тридцати таких складов.

Брейн сделал глубокий вдох.

— В этом и проблема: кроме вас мы никого не нашли. Может, просто не повезло. В конце концов, мы не ходили в охраняемые места. Но... вы правда в это верите? Скорее всего, людей куда-то переместили. Мы понятия не имеем, куда, но где бы ни было это место, оно точно не в городе.

Те, кто понял, подняли голову, также послышались всхлипы.

— Вы избежали худшей судьбы, но помните: мы до сих пор на территории демонов. Если не будете вести себя осторожно, двигаться быстро и тихо, во время побега вас убьют. Эй ты, кажется, у тебя есть вопрос? Можешь говорить.

— Что, если мы останемся здесь? — тихо и испуганно спросил мужчина, на которого Брейн навёл катану.

— Тогда вас уведут. И кто знает, в какой именно ад?

— Я...

Брейн глянул, и заговорившая женщина тут же умолкла.

— Говори.

— ...Моему малышу всего три года. Если я останусь здесь, и меня заберут туда же, куда и его...

— Если твоего сына отвели в другой склад, есть вероятность, что его спасёт другая команда. Если всё равно хочешь остаться, не буду мешать. Дитя без матери может жить само, но я не видел, чтобы кто-то настолько заботился о своём ребёнке.

Брейн холодно обратился к безвольным гражданам:

— Повторюсь, если останетесь — вас заберут демоны. Если понимаете это и всё равно хотите остаться, я не буду вас останавливать. В конце концов, не исключено, что во время побега вы умрёте от лап демонов.

— Но мы защитим всех, кто захочет сбежать, — прервал его Клаим, посчитав, что сейчас это необходимо.

— Не люблю хлопоты, но ради моего друга, рыцаря принцессы Реннер, я вам помогу. Выдвигаемся через пару минут. Оставаться или уходить — решайте сами. Можете тихо обсудить это с остальными.

Дискуссии не последовало. Не потому что все подозревали в соседях демонов, а потому что надеялись, что родственников спасёт другая команда.

Нет другой команды. Мы обследовали столько складов, и только несколько оказались не пусты.

Решив много не думать об этом, Брейн взялся за меч и яростно глядел на пленников, чтобы никто слишком не шумел. Клаим подошёл к нему и тихо заговорил:

— Спасибо, господин Брейн. Вы сделали то, что я не смог.

— Не бери в голову. Ты служишь принцессе, вся эта чушь не для тебя. Я же — наёмник, у меня от этого никаких проблем не возникнет. Просто считай меня кнутом.

— Всё равно спасибо.

Брейн криво улыбнулся:

— Мы так вечно будем повторяться... О? Наш приятель вернулся.

Брейн заметил вора, который должен был оставаться снаружи и следить за местностью. Поскольку он не спешил, значит на улице безопасно.

— Что у нас?

—Ничего особого, господин Унглас. Демонов в округе нет. Но, как вы и говорили, их нет пока.

— Ага. Кто знает, что у них на уме?.. А что это было за землетрясение?

— Не знаю. Может, разверзлась земля и выползли полчища демонов?

— Пожалуйста, не шути так...

— Прости-прости, Клаим.

— Что ж, уходим.

Как только Брейн собирался отдать приказ горожанам, послышался громкий удар, словно что-то упало рядом со складом.

Люди тут же затихли. Прильнув к двери, осторожно выглядывая наружу, вор задвигал руками. «Демон. Сильный».

Переглянувшись, Клаим и Брейн тихо прокрались к вору.

Снаружи они увидели демона. Он совершенно отличался от встреченных ранее. От этого исходило чувство невероятной силы.

Метра три в высоту, перепончатые крылья за спиной. Голова — череп козла, в руках крупный боевой молот.

Как только демон посмотрел в сторону склада, прячущаяся группа Клаима вздрогнула. Он их обнаружил с помощью магии? Он явно ждал, чтобы они показались.

— Этот тип выглядит по-настоящему сильным...

— Согласен, — ответил Брейну вор.

Клаим лишь молча кивнул в знак согласия.

Юноша ждал команды Брейна. Во время встречи с Шалти тот рассердился на Клаима, и если сейчас Унглас скажет бежать, юноша собирался полностью подчиниться.

— Клаим... сражайся вместе со мной.

— Да! — тихо, но горячо ответил Клаим. — Мы победим?

— Просто посмотри на этого типа. Должно быть, он сбежал с поля боя. Если бы он не был весь изранен, то сомневаюсь, что мы все вместе смогли бы его победить. Но если сейчас нападём одновременно, то, возможно, сможем завалить его одним ударом. — Похлопав Клаима по плечу, Брейн добавил: — Не подведи.

Решительно кивнув, Клаим активировал кольцо. Кольцо, созданные Драконьим Королём с помощью природной магии, содержало заклинание, временно увеличивающие силу воина. Когда его использовал сильнейший человек Королевства, Газеф Строноф, то мог шагнуть в царство героев, но Клаим пока не достиг такого уровня. Даже в сочетании с его боевым навыком «Снятие лимита: разум» он не смог бы приблизиться к уровню Брейна, но теперь он мог потягаться с воином мифрилового ранга.

— Хорошо, пошли.

Брейн двинулся вперед, но его вдруг остановил вор:

— Господин Унглас...

— Может, будешь звать меня Брейн? Ты старше меня, из-за всяких «господ» я чувствую себя не в своей тарелке.

— Тогда, Брейн... что мне делать?

— Просто оставайся здесь, Локмейер. Этот тип может принять нас за простую приманку.

— Я приду на помощь, если вам будет грозить опасность.

— Тогда я рассчитываю на тебя. Пошли, Клаим. Ты, наверное, это уже знаешь... но не задирай нос.

— Да, сэр!

♦ ♦ ♦

Месяц последнего огня (девятый), пятое число, 04:03

— Кх! — Ивлаи заскрежетала зубами, получив удар в живот.

Хотя в целом она была нечувствительна к боли, осязание ещё не полностью исчезло. Удары явно чувствовались.

В краткий миг, когда нарушилась концентрация, Ивлаи пропустила ещё один удар от Альфы.

Взрывная сила выбила весь воздух из лёгких и послала её в полёт.

Ивлаи могла преобразовывать весь нанесённый ей урон в урон запасу магической силы, но не использовала этот навык, поскольку пыталась затянуть бой. Ведь без магии заклинательница не смогла бы сражаться. Так что приходилось следить, чтобы жизненные и магические силы расходовались равномерно.

Покрытая грязью, она снова поднялась в воздух, применив «Полёт».

В это мгновение Ивлаи заметила Набель, которую выбросило из переулка.

Её тоже хорошенько потрепало. Ивлаи подлетела к ней. Враг не погнался. Ждут, пока мы не объединимся, чтобы убить вместе?

— О, это ты.

Ивлаи собиралась помочь упавшей на землю Набель, но та быстро поднялась и холодно заговорила.

Хотя по покрытому ранами телу казалось, что она сражалась не на жизнь, а на смерть, что-то в ней было не так. Отсутствовал страх смерти или, вернее, она верила, что Момон победит Ялдаваофа до того, как она умрёт.

То же относится и ко мне, — подумала Ивлаи.

— Ещё можешь сражаться?

— Конечно. Без проблем.

Это был глупый вопрос.

Кстати говоря... эта женщина тоже превосходит людей. Она тоже потомок Бога?

Ран на ней хватало, да и одежда покрылась кровью, но ни одна из травм не выглядела смертельной. Возможно даже, Ивлаи пострадала сильнее.

По сравнению с Ивлаи, что еле сражалась с двумя противниками, она держалась против трёх... Не хотелось этого признавать, но Набель оказалась лучше неё.

— Ты вся растрёпана.

— Это не так.

Заклинательницу рассмешил столь подходивший Набель ответ.

Лицо Ивлаи закрывала маска, но Набель почувствовала изменение настроения и удивлённо посмотрела на неё.

— Мне просто показалось, что такой ответ тебе очень подходит.

— Хорошо... Так что будем делать?

— А что мы можем? Как нам ещё затянуть бой? — Ивлаи пронизывающе посмотрела на пятерых врагов.

Кроме горничной-насекомого, чьё намеренье убийства проходило через неё словно копьё, в остальных вообще не чувствовалось враждебности, однако убить Ивлаи и Набель они могли легко, судя по их отношению.

— Твои враги тоже здесь.

— Похоже, у нас не осталось выбора. Будь их тоже двое, мы, возможно, смогли бы выиграть. Но раз они одного уровня с нами и их больше, то мы точно проиграем.

— Почему бы не убежать? Если развернёшься и побежишь, они могут за тобой не погнаться.

— Если хочешь, беги, я прикрою.

На обычно строгом лице Набель возникло недовольство. Даже зловещее выражение не уменьшало её красоту ни в малейшей степени, хотя эта симпатия к сопернице сейчас была неуместна.

Внезапно рухнуло здание, и кто-то пролетел по воздуху. Несколько раз отскочив от земли, он покатился кубарем, прежде чем остановиться.

Ивлаи не требовалось дышать, но она всё равно затаила дыхание.

На мгновение она подумала, что это Момон, но оказалось, что это не так. Это был Ялдаваоф.

Видя, как дьявол нетвёрдо встал на ноги, Ивлаи обрадовалась. Было очевидно, кто его так сильно ранил.

Переведя взгляд, Ивлаи увидела на месте разрушенного здания воина.

Чёрные как смоль доспехи были сильно помяты — дуэль была очень свирепой. Тем не менее стоящий там мужчина не дрожал, что показывало явное превосходство Момона над Ялдаваофом, едва стоящим на ногах.

Заклинательнице стало так радостно, она плотно сжала кулаки.

Медленно опустив мечи, Момон обратился к дьяволу:

— Было весело. Как бы сказать... словно я дерусь на самом деле. Так вот что значит сражаться в авангарде... В прошлом я на голову превосходил своих врагов, так что ничего не чувствовал, но сейчас я ощущаю себя берсерком. Не думаешь, что пора бы стать серьезней?

Предлагать врагу драться всерьёз — ужасающее оскорбление. Но подумав немного, Ивлаи покачала головой. Возможно, это истинное желание Момона.

Сильным воинам редко выпадает возможность выложиться на полную. В большинстве случаев враг падает ещё до того, как они становятся серьёзными. Такой мужчина обрадуется, если встретит противника, требующего полной отдачи.

— Что ж, тогда позвольте я так и сделаю, — саркастически преувеличенно вежливо ответил Ялдаваоф, наверное, поняв, что это оскорбление.

Ивлаи переполнилась гордостью от того, что она понимает Момона лучше, чем этот дьявол.

— Я примусь за вас всерьёз.

— Давай, Ялдаваоф.

С этими словами в качестве сигнала двое столкнулись в центре площади.

Это напомнило Ивлаи их первую встречу. Его высокоскоростные, последовательные удары отражались вытянутыми когтями. Дьявол мог парировать эти большие мечи — твёрдость его когтей выходила за пределы человеческого понимания.

Момон отпрыгнул назад по большой дуге. Ей показалось, что он вообще применил магию полёта. В мгновение, когда Момона закрывали его вращающиеся мечи, она уголком глаза заметила, как он создал из ничего копьё.

Алое копьё, наконечник которого был подобен огненному циклону. Момон бросил его в дьявола. Оно полетело столь быстро, что она увидела лишь алый след.

— «Аспект дьявола: Мантия адского пламени».

Копьё врезалось, из земли вспыхнул ревущий огонь, от Ялдаваофа вырвалась массивная ударная волна.

— Кх!

Чтобы её не сдуло вытесненным воздухом, Ивлаи присела и попыталась переждать шторм. К счастью, маска позволила держать глаза открытыми.

Она увидела, как Момон поднял мечи, нерушимо стоя среди дикого ветра. Затем, будто собираясь разрезать пополам и воздух, он ринулся на Ялдаваофа.

Дьявол был готов принять удар, его тело окутало пламенем, а то копьё упало к его ногам.

Когда Момон ударил сверху вниз, Ялдаваоф схватил меч обеими руками. Ладони задымили, а металл между ними начал таять.

— Так ты можешь расплавлять оружие... ты явно стал сильнее.

Меч искателя приключений высшего ранга всегда куются из невероятного материала.

Но это неважно. Важно то, что Ялдаваоф мог создавать огонь, способный плавить металл, а Момон говорил с ним непринужденно, несмотря на близость к смертельному пламени.

— Эти двое невероятны, — Ивлаи ужаснулась. Она знала, насколько они сильны, но тело всё равно бесконтрольно дрожало.

— Верно. Огненный урон усилен особой способностью.

Присмотревшись поближе, она заметила на окутавшем Ялдаваофа пламени черноватый оттенок.

— Адское пламя?!

— Вероятно. Даже невосприимчивые к огненным атакам не уйдут невредимыми, не думаешь?

Впервые за битву Момон сделал шаг назад, отступая, но Ялдаваоф не собирался этого допускать.

В этот раз сократил расстояние Ялдаваоф и засыпал Момона шквалом ударов. Простой человек уже давно бы умер, но Момон парировал их все гигантским мечом.

Дерясь в ближнем бою, где медленно плавилась его броня, Момон снова протянул руку в пустоту и достал странное оружие.

— «Модифицированная Морозная боль: Ледяной взрыв»!

Из оружия вырвалась волна холода, мгновенно понизив температуру вокруг. Показалось, что холод может заморозить даже огонь, но адское пламя Ялдаваофа было горячее обычного. Тем не менее на мгновение жар был подавлен.

До ушей Ивлаи дошёл удивлённый выкрик дьявола:

— Что это было? Похоже на то копьё.

— Раз я не могу пользоваться магией, я заменил её элементным оружием. Хотя это копия Морозной Боли, созданная экспериментально... что ж, мне следует считать себя счастливчиком, раз она получилась сильнее оригинала. В общем, этот инструмент позволяет мне пользоваться трижды в день высокоуровневым заклинанием. Но ты не обладаешь особыми способностями для зарядки копья, для тебя оно бесполезно.

Их диалог противоречил здравому смыслу.

Они должны сражаться в смертельном поединке, но по настроению казалось, словно они непринуждённо меряются силами.

Ивлаи вспомнила, что однажды сказала Гагаран. Ставя на кон свою жизнь, воины иногда могут в полной мере понять мысли противника, и тогда начнёт казаться, что они близкие друзья, знающие друг друга очень долго.

Тогда она понятия не имела, о чём воительница говорит. Но теперь...

— Наверное, она была права.

Ивлаи начала завидовать их близости.

Мужчина в чёрных как смоль доспехах, что утратили свой блеск из-за оплавленной поверхности, и демон, чей смокинг порвался из-за множества ударов меча.

Двое, превзошедшие способности человека, в глазах Ивлаи походили на старых друзей.

— Ваше могущество не имеет себе равных.

— Как и твоё, Ялдаваоф.

— В таком случае могу я сделать предложение?

Момон приподнял подбородок, показывая дьяволу продолжать.

— Если я уступлю битву, мы сможем разойтись мирно? Точнее, я отступлю и буду надеяться, что вы не станете меня преследовать.

— Да ты издеваешься! — яростно выкрикнула Ивлаи.

Он наполнил столицу хаосом и смертью, а теперь молит о пощаде. Это та ещё низость.

Однако Момон спокойно принял предложение:

— Хорошо.

Под маской Ивлаи изумлённо глядела на Момона. Она не понимала, почему находясь в превосходящем положении, Момон принял условия дьявола.

Заметив замешательство заклинательницы, Демиург пожал плечами. Ей было ненавистно это признавать, но он выглядел весьма стильно.

— Интересно, почему Момон взял с собой такую пустоголовую женщину? Немного подумав, ты сможешь понять, почему он принял моё предложение. — Повернувшись к Ивлаи, Ялдаваоф продолжил: — Чтобы доставить сюда Момона и не давать демонам вмешиваться в наш бой, ты задействовала многих друзей и союзников, так ведь? Ты правда думала, что их сил хватит?

В спину Ивлаи словно вонзились сосульки.

— Демоническая армия всё это время только и ждёт, чтобы напасть на столицу.

Всё пошло по самому худшему сценарию.

Хотя маркиз Рэйвен со своими войсками патрулировал столицу, Ивлаи не думала, что он сможет справиться с полчищем демонов Ялдаваофа. Если демоны начнут брать заложников по всему городу, исход будет аналогичный.

Но если они победят здесь Ялдаваофа...

— Думаешь, когда убьёте меня, они исчезнут? Достаточно одной мысленной команды, и мои адские орды начнут неистовствовать в городе. Конечно, их число несколько уменьшилось... но как думаешь, сколько будет жертв к концу бойни?

— Где гарантия, что ты сдержишь обещание?

Ялдаваоф не был уверен, что сможет выиграть бой с Момоном. Решение отступить — разумно и оправдано, но если его не отпустят... что ж, он постарается забрать как можно большее количество душ с собой. Имея в качестве заложников всех жителей столицы, у него было явное преимущество в данном вопросе.

Вот ведь хитрец!

Понятно, — подумала Ивлаи. Её мнение о Момоне поднялось ещё выше. Он нехотя принял предложение Ялдаваофа, потому что уже предвидел такое развитие событий.

Другого выбора в самом деле не было.

— Тогда, раз все согласны, я ухожу. Жаль, конечно, что я не смог достигнуть своей цели... Надеюсь, мы никогда больше не встретимся.

— Я тоже, Ялдаваоф.

Улыбнувшись под маской, дьявол собрал всех горничных и исчез с помощью «Великой телепортации».

— Они ушли...

Ивлаи взлетела в воздух и посмотрела туда, где должна была стоять огненная стена. От неё ничего не осталось, лишь чуть посветлевший ночной горизонт.

Беспорядки подошли к концу. И для чего были нужны все эти жертвы?

Появился Ялдаваоф, дьявол, что много сильнее Демонов-богов. А с ним на равных сражался Момон, воин, чью силу сложно с чем-либо сравнить. Если молва о них раскатится по миру, как и насколько изменится мир?

Ивлаи покачала головой, чтобы избавиться от лишних мыслей. Она хорошенько подумает над этим потом.

Сейчас есть дело намного важнее. Ивлаи приземлилась и раскрыла руки.

— Уа-а-а! — радостно закричав, она побежала.

Хотя время действия заклинания «Полёт» ещё не закончилось, обстоятельства требовали бега.

Ивлаи побежала к Момону. Опешив, тот встал в боевую стойку. Не обращая внимания, заклинательница прыгнула на него. Так как она бежала на полной скорости, то словно врезалась в стену, но благодаря вампирской физиологии и выносливости не поранилась.

Ивлаи крепко обняла Момона.

— Вы сделали это! Вы победили! Победили! Как и ожидалось от Момона!

— Да... прости, но можешь отпустить меня? — спокойно обратился Момон к Ивлаи, обнявшей его, словно коала. Наверное, он смутился.

Как только его обняла, я победила.

Ивлаи надеялась на одну мелочь, которую где-то когда-то услышала. Некоторые мужчины используют женщин, чтобы сбросить напряжение после боя, и она надеялась, что Момон окажется одним из таких, и выберет для такого именно её.

Ивлаи бросила взгляд на глядевшую на них Набель.

Кто не успел, тот опоздал.

Хотя заклинательница тёрлась о Момона мягким телом, из-за доспехов он, вероятно, ничего не чувствовал. А если он ещё и ушибся, то ему вообще больно.

— Хм... Набель, помоги мне убрать мечи.

Осознав, что напрасно тратит силы, Ивлаи разжала руки и упала с дерева-Момона.

Ничего не поделаешь, нужно ждать другой возможности... Что ж, увидев силу Момона, Ялдаваоф не осмелится нарушить свою часть сделки. Также необходимо похоронить павших... Эх, сейчас преследовать собственные желания точно не лучшая мысль.

Битва за столицу закончилась.

Её битва как женщины только началась.

Размышляя о своём следующем шаге, Ивлаи услышала лязг металла.

Впереди появилась группа людей. Искатели приключений, солдаты и...

— Воин-капитан? С моими подругами?

Рядом с Газефом Стронофом шли Лакюс, Тина, Гагаран и Тиа. Все были с ног до головы покрыты грязью, что свидетельствовало о всей суровости битвы. Оглядев последствия яростной битвы, они все посмотрели на Момона, затаив дыхание.

Ивлаи прошептала:

— Господин Момон, время для победоносного крика!

Возникла пауза. Ивлаи насторожилась, но услышала тихий голос:

— Неловко.

Неожиданная человеческая реакция воина-сверхчеловека заставила Ивлаи широко улыбнуться:

— Разве эта честь принадлежит не тому, кто сделал больше всех? Не упустите шанс!

Момон крепко взялся за меч и поднял высоко в небо:

— У-О-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!

В следующее мгновение все на площади подняли кулаки вверх, празднуя победу. На устах у всех было имя Момона — героя, спасшего нацию.

Эпилог

Месяц последнего огня (девятый), шестое число, 08:45

Перед Себастьяном выстроились горничные Великого Склепа Назарика. Всего сорок одна, все — гомункулы. Во главе — главная горничная с собачьей головой, Пэстония С. Ванко.

— Слушайте все, это — новая горничная Назарика.

— Меня зовут Цуарэнинья, приятно познакомиться! — Цуаре низко поклонилась, и главная горничная от имени всех её поприветствовала.

Похоже, после недолгого разговора с горничными она больше не показывала страха.

Глаза у Пэстонии были добрыми, выделялся лишь шов, идущий сверху вниз через всё лицо. Все остальные горничные, в свою очередь, были похожи на людей, без каких-либо пугающих черт лица.

Но Цуарэ именно «не показывала» свою боязнь других людей, ибо такое никогда по-настоящему не исчезнет. Да, она на первый взгляд хотела поладить с остальными, но девушка прекрасно понимала, в каком положении находится. Это было заметно по её усердной работе, с помощью которой та пыталась отвлечься.

Нужно внимательно за ней следить, иначе она может сломаться, — решил Себьастьян.

А время для знакомства закончилось, и одна из горничных повела Цуарэ к выходу. По пути девушка обернулась к дворецкому, и лишь после его кивка покинула помещение.

— Господин Себас, как долго потребуется обучать этого человека, гав?

— До тех пор, пока она не станет достойной горничной Назарика. Однако она обычный человек, не забывай об этом.

— Поняла, гав, — склонила собачью голову Пэстония, обнажив клыки. Внешне она напоминала хищника, упустившего добычу, однако глаза полнились добротой и теплом. — Полагаю, для неё становление горничной — лишь первый шаг.

— Что ты имеешь в виду?

— Гав... Думаю, она перестанет ею быть, когда выйдет замуж, — ответила Пэстония озадаченному дворецкому.

— Что?!

По девятому этажу Великого Склепа Назарика раздался добродушный собачий смех.

♦ ♦ ♦

Месяц последнего огня (девятый), седьмое число, 16:51

Убедившись, что внутри нет гостей и еще не слишком поздно, Клаим открыл дверь в спальню Реннер.

Комнату заполняли алые лучи заходящего солнца, освещая её словно огни прожекторов. Принцесса сидела на своём обычном месте.

— Привет, Клаим.

Нежная красота успокоила стучащее сердце юноши, он словно исцелился. Одёрнув себя и собравшись, Клаим подошёл к принцессе.

— Садись вот сюда.

— Не нужно, госпожа Реннер. Мне скоро идти. В городе до сих пор не разобрались с последствиями атаки демонов.

Глаза Реннер блеснули. Этот приказ отдала именно она, так что такой ответ вполне разумен.

После этого Клайм должен будет вернуться в стражу магической гильдии.

Всё из-за одного предмета.

О вторжении до сих пор известно очень мало, однако в одном из складов нашли весьма тревожный магический предмет. Магическая гильдия всё ещё исследовала его, но, учитывая слова, выроненные Ялдаваофом, и то, что он пропитан ненормально могущественной магией, похоже, что именно этот предмет тот и искал.

В итоге магическая гильдия собрала сильных ветеранов. Пока они не решат, как уничтожить предмет, их всё время будут защищать команды искателей приключений. Разумеется, именно ради этого Клайм и идет в стражу.

Как раздражает... мы не можем наказать членов Восьми Пальцев, принесших предмет в столицу.

Хотя Клаим стоял перед Реннер, он не мог полностью подавить недовольство.

Накликавший беду на столицу магический предмет нашли на складе, непосредственно связанном с контрабандисткой частью Восьми Пальцев. В таком случае следовало немедленно послать отряд и уничтожить их. Однако из-за одной важной детали так было делать нельзя, и лишь несколько человек знали об этом.

Они начали искать предмет, когда Ялдаваоф рассказал о нём. Реннер считала, что дьявол может положиться на людей в поисках предмета, который его орды не смогли отыскать, потому-то и выдал сведения.

Люди понимали возможные последствия и скрыли всю информацию об артефакте, поэтому напасть на них сейчас было нельзя.

— Кажется, ты работаешь с воином-капитаном? Ясно, тогда всё хорошо. А что с людьми, которым ты помог? Хоть защита замка отнимает много времени, ты ведь ненадолго выходил наружу, да?

Сердце Клаима замерло от града вопросов.

— Д-да. Все надеются выразить признательность госпоже Реннер.

— Как чудесно. Тогда я должна с ними встретиться.

— Нет! — Как только слова покинули рот, Клаим осознал, что очень сильно напортачил. Опустив голову, он, словно пытаясь оправдать свой предыдущий выкрик, поспешно добавил: — Они до сих пор очень заняты. Думаю, присутствие госпожи Реннер будет сильно отвлекать от работы. И хотя это принижает великодушие принцессы, я надеюсь, вы понимаете, что я хочу сказать.

Поднимая голову, Клаим гадал, омрачится ли прекрасное лицо госпожи недовольством, или она по-детски надуется. Однако ни того, ни другого не произошло.

Она улыбнулась.

Причем не слегка, а очень даже широко.

Клаим видел улыбку Реннер много раз и больше всего ему запомнилась та, которую он увидел во время первой встречи — когда она подобрала его. Однако сейчас она улыбалась немного по-другому.

Прежде чем ему удалось понять, чем же она отличалась, её улыбка изменилась, стала обычной.

— Ну ладно.

Клаим подавил вздох облегчения оттого, что ему удалось убедить Реннер.

Правда в том, что он наговорил госпоже лжи. Клаим не услышал ни одного доброго слова от граждан. Наоборот, они винили его. Спрашивали, почему он спас только их и тому подобное.

Они изливали свой гнев — из-за потери семьи, имущества — на Клаима.

Юноша терпел, потому что тем людям больше было некого винить. А ещё он чувствовал себя виноватым, что не смог полностью выполнить приказы Реннер.

Однако слышать наговоры всё равно было больно, в особенности после того, как ради их спасения он выступил против могучего демона.

Демон, которого они встретили возле склада, был совершенно иного уровня, нежели остальные. Он мог играючи разбить Брейна Унгласа, а вышли победителями они только благодаря тому, что он весь был изранен. Если бы демон появился перед ними невредимым, то они точно бы проиграли. Когда он услышал от Лакюс, насколько тот был силён, юноша тихо поблагодарил судьбу, что им как-то удалось выиграть.

И после всего этого в благодарность он получил только оскорбления. Юноша убеждал себя, что привык к этому, но слова всё же глубоко ранили.

Клаим мог бы ответить крепким словцом. Никто ничего не скажет, если юноша, рыцарь принцессы, призовет к ответу клеветников. Но тогда может пострадать Реннер. Если их ненависть и наговоры обернутся против принцессы, то он будет бессилен обратить на них меч.

— Клаим, у меня есть... неприятные новости. Послушай меня внимательно.

Клаим закрыл на несколько секунд глаза, затем снова открыл.

— Женщины, которых вы с господином Себасом спасли из борделя... мертвы.

Не в состоянии понять слова Реннер, он то открывал, то закрывал рот, выдавая некие звуки, которые можно спутать с речью.

— Как... но как... как это случилось...

Женщин должны были спрятать в приёмной поста охраны, а затем послать в имение Реннер.

— Моя ошибка. Я хотела нанять в охрану искателей приключений, но из-за беспорядков не успела. Потому пришлось вместо них использовать наёмников... — Реннер покачала головой, будто говоря, что это всё её вина.

— Э-это не так! Это точно не ваша вина! Во всём виноват тот, кто напал на них!

— Нет! Будь я более осторожной, более внимательной... если бы поняла, что беспорядки ослабят безопасность столицы, если бы позволила им сбежать, когда почувствовала угрозу, всё бы закончилось иначе! Если бы ты был тут, ничего бы этого не произошло. Даже искатели приключений, которые рекомендовали наёмников, были потрясены...

В уголках глаз Реннер выступили слёзы.

У Клаима сдавило сердце. Возможно, это ошибка со стороны Реннер, но обстоятельства и так были не в её пользу, её не в чем винить.

— Госпожа Реннер, вы не сделали ничего плохого! — решительно заявил Клаим.

Глубоко тронутая принцесса поднялась и обняла юношу.

Чтобы её успокоить, Клаим протянул руку ей за спину... нет, так поступать опасно.

— Но как информация попала...

— Не знаю. Во время беспорядка безопасность столицы ослабла. Наверное, тогда всё и произошло? Их следовало перевезти немедленно...

Он не мог этого исключать. Наверное, нападавшие проследили за людьми, которых защищал Клаим, пока не нашли их укрытие.

— Где обнаружили тела?

— В трущобах, но я не знаю подробностей.

— Что с ними сейчас?

— Похоронены, а что?

— Я хотел осмотреть раны, может быть что-то нашёл бы.

— Клаим... хватит. Они достаточно натерпелись. Пусть хотя бы упокоятся с миром.

— Хорошо...

Доброта Реннер тронула юношу до глубины души. Принцесса была права. Он устыдился того, что не учёл её чувства, что им завладело желание докопаться до правды.

— Прошу, забудь об этом. Клаим, это не твоя... ах, похоже мы поменялись местами, — улыбнулась Реннер.

Хотя её глаза оставались красными, слёзы исчезли.

— Да.

Стоическое лицо юноши разрушилось, он улыбнулся.

— Прости, что задержала, Клаим. Впредь тебе придётся работать ещё усерднее.

В груди всё еще чувствовалось тепло, он не хотел отпускать его, но всё же приструнил себя.

♦ ♦ ♦

Месяц последнего огня (девятый), десятое число, 09:08

Хороший день для путешествий — ни облачка на лазурном небе.

Красная накидка за спиной мужчины в чёрных доспехах свободно развевалась на ветру. Ивлаи спросила:

— Вы вернётесь?

Вопрос был странным, но и чувствовала она себя не в своей тарелке. Говорят, искатели приключений в чем-то похожи на бродячих торговцев, но некоторые из них делали базу в каком-нибудь городе, как, например, Синяя Роза. Момону базой служил Э-Рантэл.

— Я, я хочу сказать, многие люди хотят пойти вместе с...

Ивлаи не узнавала себя за этими хныкающими звуками. Она считала, что едва ли похожа на влюблённую школьницу, но одно лишь слово «влюблённость» привело её в большое смятение.

— Не волнуйся, — ответил он.

Как холодно, — подумала заклинательница.

Она не знала, что ещё сказать, между ними подул сильный ветер.

Подошёл человек, который как раз ждал этого молчания.

Ивлаи чувствовала, что это едва ли хорошее прощание между мужчиной и женщиной, но они тут были не одни. Позади Момона стояла Набель, а позади Ивлаи — члены Синей Розы. Поблизости стояли заклинатели, которые пошлют Момона назад в Э-Рантэл.

— Вы оказали нам большую услугу, — поблагодарил Рэйвен.

Момон кивнул.

— Его величество хотел выразить признательность лично, но не вышло.

Во время беспорядков в столице имя Момона разнеслось по всему городу. В конце концов, он — тот самый тёмный герой, что бросил вызов злодею Ялдаваофу и победил его. Вполне естественно, что король хотел выразить признательность лично. Если бы всё пошло хорошо, он мог даже получить лордство. Однако Момон отверг предложение и отказался встречаться.

Такое отношение было неправильным.

Дворяне, ценящие свою репутацию, посчитали заносчивым подобное поведение безымянного простолюдина перед королём, чей статус был выше их собственного. Люди начали шептаться, что Момон относится к королю с пренебрежением. Некоторые даже пришли в ярость из-за непочтительности простого искателя приключений. Часть дворян обвинила Момона в том, что он допустил ошибку, позволив Ялдаваофу сбежать, но держали язык за зубами, потому что Момона поддерживал Рэйвен.

«Господина Момона нанял я, если есть к нему претензии, предъявляйте их мне», — громко рявкнул он перед ними.

А сам Момон добавил: «Я всего лишь принял и выполнил заказ. Это не стоит личного внимания короля. Если честно, похвалу должен получить каждый искатель приключений, участвовавший в битве».

Это успокоило дворян, а перешептывания утихли.

Однако пламя ещё не угасло. Некоторые критиковали Момона, дворянам казалось, что их оскорбили.

Ивлаи вспомнила, что Лакюс, тоже дворянка, поведала ей: без Момона бойня в столице не закончилась бы, масштабы разрушения представить было нетрудно.

Тем не менее скандал сильно ударил по репутации Момона, и проводить его пришли лишь члены Синей Розы и маркиз Рэйвен.

За время происшествия похвалу получили искатели приключений, король, второй принц и маркиз Рэйвен. Дворяне же вновь ударили в грязь лицом.

Разумеется, им хотелось другого. Столица находилась под прямым контролем короля, а поскольку они тоже были владельцами земель, то понимали, что посылать войска в столицу смысл имеет, однако они не обязаны. Наверное, они решили, что в первую очередь нужно защищать свои имения, потому что демоны могли напасть и на них.

Фракция знати, решившая отсиживаться в обороне, утверждала, что король — самодур и действовал слишком самонадеянно. Между тем, фракция короля настаивала, что королю следовало спрятаться в безопасном месте и не выходить на передовую. Таким образом, борьба за власть усилилась.

Жители столицы, не имевшие ничего общего с этой борьбой, были недовольны. «Почему эти напыщенные дворяне заботятся лишь о том, чтобы защитить только себя, а как же мы?»

Потому тех, кто в самом деле за них сражался, они зауважали сильнее, а и так нелюбимых дворян начали поносить ещё жёстче. Порочный круг замкнулся, и дворяне в конечном итоге обвинили во всех грехах искателей приключений.

«Да они просто наёмники, помешанные на битвах, они должны были драться до самого конца и умереть», — заявляла знать.

Так Момон, крайне уважаемый искатель приключений адамантового ранга Королевства, и стал целью. В итоге ни один из дворян не пришёл с ним попрощаться. Даже если некоторые отнеслись к нему дружелюбно, они находились в затруднительном положении из-за закулисных баталий.

Рэйвен же смог прийти, потому что лавировал между фракциями как летучая мышь.

— Вот письма благодарности от короля, второго принца и третьей принцессы. А вот табличка, освобождающая ото всех налогов на землях Королевства. А также короткий меч, дарованный королём. Пожалуйста, прими их.

Лакюс, дворянка, могла лишь вздохнуть, и Ивлаи понимала почему.

Получить в награду короткий меч всё равно что рыцарю получить медаль или дворянину военные трофеи после выигранного сражения. Проблем не оберёшься, если в такой напряжённой борьбе за власть об этом прознают дворяне. Тем не менее она могла лишь признать, что подарить короткий меч — блестящий ход.

А я ещё думала, что король — ничтожество, не смеющее рыпаться. Я стала о нём лучшего мнения.

Момон беззаботно принял меч и передал его стоящей рядом Набель.

— Нет, это достойная похвала, но разве дворяне промолчат после такого? — тихо произнесла Ивлаи.

Им совсем не нужен сильный и обаятельный дворянин. Еще меньше им хотелось, чтобы к фракции Короля присоединился человек, который сильнее Газефа Стронофа. Поэтому дворяне воспользуются этим подарком и обрушат на Короля вал критики, если он дарует Момону лордство. Дело в том, что мечи не дарят в знак признательности, даже если эту признательность оказывает сам король.

Дворяне не упустят случая.

Заклинательница сказала об этом вслух, но стоящие рядом особы возразили:

— Ивлаи, ты слишком наивна.

— Наивна. Фракция короля в этот раз на шаг впереди.

— Почему?

— Потому что коротким мечом обычно награждают дворян и рыцарей.

— Так что в будущем, когда придёт необходимость повысить господина Момона, они могут заткнуть дворян. Разве ты не знаешь, что короткий меч никогда не дарят простолюдинам? Ему уже отвели лордство, по крайней мере на это они намекают.

— Ясно... не знала, что вы продумали всё так далеко.

— Разумеется продумали.

— Не просто так меня называют уби... ниндзя.

— Нам уже пора, маркиз Рэйвен. Благодарю за всё.

— Всегда пожалуйста. Надеюсь, наше сотрудничество на этом не закончится.

— Я тоже. Синяя Роза, вы искатели приключений адамантового ранга как я, надеюсь мы останемся хорошими друзьями. Буду рассчитывать на вас, если что-то случится.

— Это мы должны говорить, Момон. Увидев вашу силу, мы почти стыдимся причислять себя к адамантовому рангу, но мы сделаем всё возможное, чтобы догнать вас. Будем рады работать с вами снова.

Лакюс и Момон кивнули друг другу.

И затем Ивлаи почувствовала, как Момон перевёл взгляд на неё. Она не ошиблась. Казалось, что воин хотел что-то сказать, но затем остановился, потом опять собрался, но снова прервал себя.

Ивлаи ощутила, как небьющееся сердце стукнуло в груди.

Если Момон попросит её пойти вместе с ним, Ивлаи согласится. Она предаст товарищей, с которыми прошла через огонь и воду, но тем не менее заклинательница не хотела лгать собственному сердцу.

Момон, словно сбитый с толку, поглядел на неё некоторое время, но затем наконец развернулся. Алый плащ качнулся.

Глядя ему вслед, Гагаран подразнила Ивлаи:

— Тебя отшили.

— Нет, это не так. Он просто такой человек.

Момон взобрался на «Парящую доску», созданную заклинателем Рэйвена, и медленно поднялся в воздух, но Ивлаи ни на мгновение не отводила от него взгляд.

— Интересно, когда мы встретимся вновь?

— Хорошо бы закончить с ним несложное задание, вместо таких больших беспорядков.

— Вряд ли это возможно.

— Верно.

Члены Синей Розы согласились.

Искатели приключений встречались на работе только тогда, когда случалось что-то большое.

— Но можно ведь встретиться и по-обычному? Ивлаи, ты ведь знаешь магию телепортации. Пойти в Э-Рантэл не такая уж проблема. Кстати говоря, не убила бы ты двух зайцев одним выстрелом, если бы пошла с Момоном? Под такой защитой тебе бы не пришлось ни о чём волноваться на заданиях.

Ивлаи потеряла дар речи, уставившись на Гагаран. Её комичное выражение все видели очень ясно, хоть она и носила маску.

— Эй, ты что, не понимаешь? Отношения на расстоянии никогда не кончаются хорошо... или вы двое ещё не вместе? — Гагаран посмотрела в небо, Ивлаи последовала её примеру. Вдалеке виднелась удаляющаяся фигура Момона.

— Уа-а-а-а-а-а!

Отчаянный вой Ивлаи походил на сердитый крик.

Члены Синей Розы разразились смехом.

♦ ♦ ♦

Месяц последнего огня (девятый), десятое число, 18:45

Экстренная встреча Восьми Пальцев началась крайне необычно. Прежде всего, не все присутствовали. Не хватало Кокодола, но собравшиеся уже знали, что он был арестован. Проблема заключалась во втором отсутствующем человеке, Зеро.

Все понимали, что он не предатель. Но раз так, то положение дел ещё хуже, чем кто-то мог предположить.

Собрав информацию, они поняли, что он мертв. Подчинённых, которых он послал на задание «убить всех и каждого, кто нас оскорбил», убили в тот же день.

Потери оказались слишком велики. Посланные подчинённые — расходный материал, но смерть Зеро, главы безопасности и сильнейшего человека в Восьми Пальцах, никто не мог просто проигнорировать.

Все отделы соревновались друг с другом, но всё же принадлежали к одной организации. Потеря скажется на всех.

Среди них разразились споры.

Что делать с освободившимся местом? А что с Кокодолом?

В обычных обстоятельствах они бы просто порекомендовали на эту должность одного из своих людей, но по некоторой причине они не могли так поступить.

Всему виной вторжение демонов в столицу. Его последствия были не очень приятным зрелищем. На их укрытия напали в тот же день, потери были просто чудовищными. Для главы отдела контрабанды это был самый настоящий кошмар.

Многие из хранилищ оказались разграблены полностью, а после проверки оставшихся выяснилось, что более половины товара пропало.

— Так или иначе, нам следует до поры до времени работать вместе.

— А раньше это было не так, что ли?

— Не мели чепуху. В этот раз сотрудничать нужно по-настоящему. Думаю, следует уйти из столицы. Что скажете?

— Нет, наоборот, как раз сейчас нужно остаться. Время завербовать нового начальника стражи. Если убежим сейчас, то, значит, откажемся от столицы и её доходов.

— Хм. Да, такую возможность явно упускать нельзя. Однако когда наш отдел безопасности, наша боевая мощь, разбит в пух и прах, разве не опасно действовать в столице?

Пять глав отделов задумались, затем обратились к тому, кто до сих пор не сказал ни единого слова:

— Хильма, что думаешь?

Женщина дрогнула.

Раньше она никогда так не реагировала.

Чёрные круги под глазами было невозможно скрыть под макияжем, она походила на ходячего мертвеца.

— Что случилось? Я слышал, на твой особняк напали... но ты сумела убежать по скрытому туннелю, так ведь? Ты что-то увидела, что тебя напугало?

У остальных глав за спиной стояли их телохранители, но за Хильмой не стоял никто.

— ...

— Ну-ка, что тут у нас?

Когда Хильма открыла рот, открылись и двери в комнату.

— Замечательно! Пока хватит! — раздался весёлый голосок, и зашёл тёмный эльф, за которым вошла нервно выглядящая тёмная эльфийка.

Все присутствующие были ошеломлены.

Если бы вошли взрослые, реакция, наверное, была бы другой, но перед глазами стояла пара детей, которым не место на серьезных собраниях. Главы отчаянно пытались понять, враги ли это.

— Сейчас вы все станете слугами нашего великого лорда!

Они так и продолжали молчать. Вероятно, догадавшись, что присутствующие ничего не поняли, мальчик повторил:

— Мой дорогой товарищ заключил: вместо того чтобы брать под контроль руководство страны, будет более эффективно взять под контроль всех вас. Так что мы простим все ваши грехи и позволим стать нашими слугами... хм, рабами? Куклами? А, кого волнует! В любом случае поздравляю! — мальчик-тёмный эльф захлопал в ладоши, а вскоре его примеру последовала его пугливая сестра, положив посох под руку.

— По-поздрав...

— Что за ерунда?!

Главы всё ещё пытались понять, враги это или союзники. Было слишком рано причислять их к врагам, но жизнь в подпольном мире научила не думать слишком долго, сначала позаботиться о собственной безопасности, а об убийстве врагов позже.

Они не поняли истинных намерений тёмных эльфов, но поскольку те нагло вломились на встречу, то, наверное, могут победить всех присутствующих. Если это так, то даже лучшие телохранители, которых могли нанять главы отделов, не победят их. Учитывая, что ни один враг не будет столь глупым, чтобы приходить даже с малейшим шансом на проигрыш, сейчас лучшее решение — спасаться бегством.

Главы отделов без колебаний использовали своих телохранителей в качестве щита. У всех появилась та же мысль, и они начали действовать одновременно.

Но не успели.

Первое, что они осознали, когда попытались подняться, что не могут пошевелиться.

— Ах? Оагх? Ах-х-х?!

Тело совершенно не двигалось, даже язык. По бокам рта потекли слюни.

Только что выдохнувший мальчик рассмеялся.

— А теперь мы заберём вас всех в очень весёлое место!

— Д-да. П-пожалуйста, идите с нами.

Хильма неистово задрожала.

— С-стойте! Не меня, хорошо? Я ведь вам помогла!

Осознав, кто их предал, мужчины перевели взгляд на единственную присутствующую женщину.

— Пожалуйста! Прошу вас! Я не выдержу! Я не выдержу больше!

— Хм, что ты имеешь в виду?

— Д-думаю, она имеет в виду комнату Кёфуко, где её пожирали изнутри.

Лицо паренька скривилось.

Хильма, должно быть, что-то вспомнила. Она крепко обняла себя обеими руками, дрожа всем телом. Одной рукой закрыла рот, из глаз текли слёзы. По зеленоватому оттенку лица казалось, что её вот-вот вырвет.

— И-и...

— Погоди. Мы излечили все её раны магией. Так что, разумеется, она будет хорошей девочкой. Хотя странно, что мы её не убили...

— Хм-хм. У нас и так много трупов, а ещё кому-то нужно управлять организацией.

— Понятно. Тогда, тётушка, удачи! Если предашь нас снова, мы закроем тебя в Чёрной капсуле надолго!

— А-а-а-а!

Хильма яростно закивала, лицо оставалось зелёным. Её воля была окончательно сломлена, она без колебаний подчинится любому приказу.

— Ладно, поиграй с ними, пока они не станут послушными.

— К-конечно! Я справлюсь! Они наверняка помогут нам!

Осознав по жалким жестам подчинения Хильмы, что они пройдут те же пытки и превратятся в её подобие, мужчины побледнели.

— Хорошо, некоторые мои ребята уже тут и тебе помогут. Найди им хорошее применение. Кое-кого трогать нельзя, объясню всё позже. — Тёмный эльф широко улыбался. — Итак, половина работы по захвату страны сделана. Но... что там Демиург говорил о том, чтобы подготовить почву для основания королевства?.. А, какая разница. Едем дальше!

Персонажи

Послесловие

Вам понравился шестой том, в котором случилось много чего интересного?

Если все подумали «как и ожидалось от "Властелина" Маруямы», то просто замечательно. В конце концов, главный персонаж книг никогда бы не поступал подобным образом.

Я спрятал сюжетные линии несколькими томами ранее и «ждал этого». Уверен, все удивились. Возможно, некоторые читатели догадались... но это трудно. Глубже всего спрятана линия дневника. Если судить по событиям второго тома и тому, какие в нём были антагонисты, вряд ли кто-то сможет провести связь настолько далеко. С другой стороны, та девушка сделала нечто столь большое, что нет ничего странного в том, чтобы скрыть некоторые сюжетные линии и подразнить читателей. Впрочем, подразнить не так уж и сильно, если вы ожидали чего-то большего и разочаровались... что ж, у всего есть разумные рамки.

Если прочли это, попробуйте перечитать весь том, возможно обнаружите что-то неожиданное.

Давайте немного затронем персонажей. Хотя самым ценным из них в пятом и шестом томах была Ивлаи, мне полюбился вор, имя которого было названо в самом конце. Хорошо быть молодым, а если у вас еще и есть привычка говорить с самим собой, то вы точно поймёте, о чём я.

В любом случае я благодарен читателям за то, что вы прочли два тома. Мне интересно, что вы о них думаете. Было бы трудно возместить стоимость доставки, но я буду рад, если вы отправите мне письма.

Теперь позвольте перейти к благодарностям.

So-bin-сама, спасибо за иллюстрации, а студии Chord Design Studio — за дизайн. Спасибо огромное Осако-саме, отвечавшему за вычитку и редактуру, а ещё редактору Ф-тан-сама и многим другим, кто помогал в производстве. От всей души благодарю за помощь и Хани.

Ну и, конечно же, спасибо огромное читателям, купившим книгу!

Январь 2014, Маруяма Куганэ

Реквизиты переводчиков

Над переводом работала команда RuRa-team

Перевод с английского: Akdotu

Редактура: Rozettka, Eula

Работа с иллюстрациями: Hachiman

Том 7: Нарушители в Великом Склепе

Начальные иллюстрации

Пролог

Святая святых десятого этажа Великого Склепа Назарика. Площадку перед троном, по обеим сторонам которого висело сорок знамён, тихо переполняло волнение.

Здесь собрались не только Стражи, но все создания Высших существ со своими слугами — более двух сотен живых и мёртвых существ аккуратно построились в ряды и, положа руку на сердце, церемониально опустились на одно колено и с полной преданностью склонили голову перед престолом.

После перемещения Склепа в другой мир это было уже второе столь крупное сборище. Однако, в отличие от прошлого раза, сейчас пришли сильнейшие Назарика, средний уровень которых выше восьмидесятого.

Шалти сопровождали высокоуровневые мертвецы, а не обычные вампирские невесты. Мар даже привёл никогда не покидавших Назарик двух девяностоуровневых драконов — ультраредких созданий, купленных за реальные деньги в игровых автоматах «гасяпон» Иггдрасиля.

Но некоторые выделялись даже среди тщательно отобранных слуг. Самый очевидный пример — группа из ста мертвецов сорокового уровня, что стояла в своём, отдельном строю. Обычно низкоуровневые создания располагались в самой дальней части зала, и к ним относились согласно их уровню. Однако эту особую группу из ста мертвецов создал лично верховный правитель Великого Склепа Назарика, Аинз Оал Гоун. Так что их статус отличался.

Хотя каждое создание было подчинённым Аинза и преданным слугой гильдии «Аинз Оал Гоун», всё же присутствовала разница в статусе. И, конечно же, выше всех находились созданные Высшими существами НИП, а на самой вершине — Стражи этажей. Рангом пониже обладали монстры, что автоматически генерировались системой найма из Иггдрасиля, другими словами — слуги. Их положение определялось на основе уровня и класса профессии, а не по этажу, где они появлялись.

В таком случае куда пристроить нежить, созданную Аинзом?

Больше всего этот вопрос волновал Смотрительницу Стражей, Альбедо. Следует обращаться с ними как с НИП? Когда она спросила владыку, он нежно улыбнулся и пожал плечами: «Мне без разницы, можешь даже поставить их в самый дальний угол». Количество призванной в день нежити было ограничено, но заклинания не требовали ничего кроме магической силы и трупа, вот почему Аинзом созданная им нежить ценилась меньше, чем высокоуровневые слуги, для призыва которых требуется золото. Однако это лишь по его мнению, которое совершенно отличалось от мнения подчинённых. Тронутая великодушием господина, Альбедо ответила: «Поняла». Тем не менее, сколько бы ни старалась, полученный строй получался с изъянами, и она всё сильнее расстраивалась.

Потратив все душевные силы, Альбедо поставила нежить позади НИП и перед автоматически порождающимися слугами.

За всем процессом Аинз молча наблюдал с наиболее высокого места в зале. Подданные с благоговением смотрели на своего господина, с могучим видом правителя сидевшего на троне. Для них каждый его указ сродни указу Бога.

— Для начала хотел бы поблагодарить Себаса и Солюшн за усилия, которые они за последний месяц вложили в сбор информации. Вы хорошо постарались.

Двое низко поклонились, и Аинз удовлетворённо кивнул. Однако настоящие трудности только начались. Обычному офисному служащему довольно сложно играть роль правителя. А лица многочисленных подчинённых, что лучились уважением и любовью, лишь усиливали давление.

У Аинза заболел живот, а сердце забилось чаще, хотя этих органов не должно существовать у нежити, которая состоит из одних костей. Однако через мгновение всё прошло. Секунды назад ему хотелось убежать отсюда, но особые свойства нежити тут же его полностью успокоили.

В конце концов, Аинз продолжил играть роль уважаемого правителя.

— Вы двое, подойдите ближе.

Себастьян и Солюшн одновременно поднялись и подошли к ступеням трона, будто тренировались заранее. Остановившись недалеко от Альбедо, они снова опустились на одно колено.

— Поднимите голову. За свои выдающиеся заслуги вы получаете мою похвалу, а также награду. — Переведя взгляд на Себастьяна, Аинз продолжил: — Себас, хотя ранее ты просил сохранить жизнь Цуарэ, я решил защитить её из-за личного долга и в знак благодарности кое-кому другому. Это не имеет ничего общего с твоими достижениями, а потому я позволю тебе просить награды. Итак, каково твоё желание?!

Награждая отличившихся слуг, Аинз надеялся, что это повысит мотивацию у всех остальных, и они будут работать усерднее. Воспользовавшись приобретённым в человеческом обществе опытом, он разыграл перед всеми подобную сцену. Это тоже было одной из причин, по которым он пустил в Тронный зал столь много подчинённых. Однако он рисковал. Перед подчинёнными нужно быть правителем, способным вести за собой. Офисному работнику это давалось с большим трудом. Тем не менее, как последний оставшийся член Великого Склепа Назарика, он должен преодолеть эти трудности.

Я не могу предать надежды и ожидания таких верных НИП.

Как только Аинз собрал всю решимость, усы Себастьяна задрожали:

— Предлагать всего себя владыке Аинзу — единственная причина моего существования, мне ничего...

Как я и думал, у этих подчинённых слишком много преданности. Из-за чего давление стерпеть намного сложнее.

— Достаточно, я понимаю тебя. Однако за хорошую работу всё равно нужно награждать. Это я, как владыка, должен сделать. Господин расстроится, если у подданных не будет амбиций.

— Ах! Примите мои извинения, владыка Аинз. В таком случае... — несколько секунд подумав, Себастьян сказал: — я хотел бы попросить одежду и предметы первой необходимости для Цуарэ, которую владыка Аинз любезно оставил под моей опекой.

— Могу дать одежду из моей личной коллекции. Она подойдёт?

В Иггдрасиле предметы изменения внешнего вида выпускались только в ограниченных количествах. Если пропустить их продажу, приобрести будет довольно сложно. А потому игроки были склонны покупать любые новые вещи, даже среднего качества. Аинз и его товарищи поступали так же. Поскольку в гильдии было несколько девушек и много девушек-НИП, он часто покупал красивые как мужские, так и женские вещи. Иногда он давал их друзьям, которые пропустили продажу, но такое случалось редко.

Разделявший его склонность согильдиец, Пэроронтино, создатель Шалти, однажды сказал: «Покупать вещи всё равно что покупать эротику. Неважно, используешь ты её или нет, но лучше в укромном месте всегда хранить копию».

Так что у Аинза скопились гардеробы, заполненные нетронутой одеждой. А перерабатывать её в материал для крафта — расточительство. Можно попробовать найти ей лучшее применение, отдав некоторую Цуарэ. Хотя, насколько Аинз сейчас вспомнил, вся одежда Иггдрасиля имела довольно вычурный дизайн, но несколько штук для девушки найтись должно.

— Нет, это слишком. Я не смею даже просить, чтобы владыка давал свои наряды Цуарэ, ведь она и так получила столько доброты от вас.

— Ты так думаешь?.. Тогда что мне делать с теми вещами...

Для Аинза, никогда не покупавшего женщинам одежды, это было хлопотно. Что, если его неправильно поймут и подумают, что у него есть какой-то непристойный фетиш? Его репутация в женских кругах Великого Склепа Назарика определённо упадёт.

— Почему бы не оставить это дело на Нарберал? Такая маленькая проблема не стоит личного внимания верховного правителя Назарика, владыки Аинза, — предложил Себастьян, будто почувствовав дискомфорт Аинза.

— Ты не возражаешь, Нарберал?!

Одна из неподвижно стоявших перед ним НИП кивнула.

— Отлично. Эту задачу поручим Нарберал. Однако... — Аинз ухмыльнулся, — я не возражаю, если ты поведёшь Цуарэ за покупками в столицу, считай это свиданием.

Он уже слышал об отношениях между дворецким и девушкой. Хотя они ещё не достигли физической связи, Демиург поведал, что скоро это наверняка произойдёт.

Демиург, да? И зачем он предположил, что физическая связь между Себасом и Цуарэ, это хорошо? Ну, думаю, он радовался за коллегу, нашедшего себе подругу. Может быть, между ними лучшие отношения, чем я думал? В Королевстве так не казалось, но, полагаю, понятно, учитывая обстоятельства. Это успокаивает. Постоянно сражаться друг с другом — ненормально.

Тач Ми и Улберт конфликтовали из-за чего-то, произошедшего вне Иггдрасиля. Другими словами, Улберт ревновал к Тач Ми по причинам из реального мира.

Они однажды поссорились, и после этого их отношения стали напряжёнными... Наверное, дело в этом.

Нынешний Аинз, наверное, понял бы причину той ссоры. Пока он вспоминал прошлое, лича вдруг напугал внезапный голос Себастьяна, и он поспешно вернулся назад в реальность.

— П-правда можно? Тогда я с радостью возьму Цуарэ с собой.

Сам я холостяк, потому-то и не саботирую их отношения. Когда они пойдут в Рэ-Естиз на свидание, может быть последить за ними в Маске ревности? Как по-детски.

— Конечно, Себас. Солюшн, теперь ты скажи, какую награду хочешь.

— Я была бы очень счастлива получить несколько людей. Если возможно, живых. А непорочные меня обрадовали бы ещё сильнее.

Аинз начал вспоминать, кто был схвачен живым. Большинство из них входило в «Восемь Пальцев», таких людей он считал самыми отвратительными. Всех полезных уже подвергли пыткам и достали всю необходимую информацию. Тех, что остались, защищают НИП, попавшие под домашний арест.

Я не могу их использовать. Пэстония и Нигредо рисковали, идя против моих приказов и спасая их.

— Отлично. Нескольких живых людей в награду ты получишь. Однако они не будут непорочными. Прости, что не могу полностью выполнить твоё желание.

— Пожалуйста, не извиняйтесь, владыка Аинз. Я знаю, что моих достижений недостаточно. Я довольна тем, что даётся, — сказала Солюшн, низко склонив голову.

Аинз кивнул и с аурой правителя продолжил:

— Неужели? Моя благодарность. Вы двое можете возвращаться на своё место. А теперь Энтома. Подойди ко мне.

Так же, как и Себастьян с Солюшн, Энтома встала перед Аинзом и опустилась на колено.

— Итак, Энтома.

— дА!

Какой трудный для понимания голос. Аинз горько улыбнулся.

— Похоже, к тебе ещё не вернулся голос.

Насекомое, которое Энтома использовала в качестве гортани, не возрождалось автоматической системой. Однако его можно было призвать с помощью предметов из Иггдрасиля. Да и в комнате горничной несколько ещё осталось, так что она в любое время могла вернуть голос. А не сделала так из личной злобы.

— мОй ГоЛоС сЛиШкОм ХрИпЛыЙ? ЕсЛи ТаК, я НеМеДлЕнНо ЕгО иСпРаВлЮ.

— Всё нормально. У тебя хороший голос.

— СпАсИбО оГрОмНоЕ!

— Ты хорошо стараешься, продолжая выполнять свой долг несмотря на раны. Однако этого недостаточно, чтобы получить такую же награду, как двое других. Скажи, чего ты желаешь.

Наградами нельзя разбрасываться. Иначе это уменьшит их важность и сделает бессмысленной всю задумку. Потому Аинз рассудил, что достижения Энтомы недостаточны для хорошей награды. Однако пораниться и не получить вообще ничего — слишком жалко.

За ранения, кажется, дают пурпурное сердце? Я не очень знаком с военным делом. Хотя кое-кто мне быстро бы всё объяснил.

Аинз вдруг вспомнил члена гильдии, любителя всего военного.

— В тАкОм СлУчАе... ВлАдЫкА АиНз, еСлИ пОяВиТсЯ ВоЗмОжНоСтЬ УбИтЬ тУ дЕвКу, ДаЙтЕ зНаТь. Я хОчУ, чТоБы ОнА тОжЕ иСпЫтАлА, чТо ТаКое ПоТеРяТь ГоЛоС.

Поняв, что Энтома говорит об Ивлаи, заклинательнице в странной маске, Аинз согласился:

— Хорошо. Когда время придёт, я дам тебе знать. Возвращайся на своё место, Энтома. — Глядя, как боевая горничная вернулась к остальным, Аинз снова заговорил: — А теперь давайте перейдём к следующей повестке дня.

Никто не возразил. Однако это не обязательно хорошо. Аинз — абсолютный правитель Назарика, даже если он назовёт белое чёрным, никто не возразит. Возможно, молчание — знак согласия, однако это не значит, что он действует всегда обязательно верно.

Стоит создать отдел аудита?

Он будет подсчитывать вклад каждого индивида в Назарик и давать подходящую награду. Но тогда придётся столкнуться с проблемой, примером которой чуть ранее стал Себастьян. Все НИП Назарика поклялись в преданности Аинзу и считают служение без компенсации естественным. Им будет трудно определить, какой стимул подходит лучше всего, и в конечном итоге решение всё равно будет за Аинзом.

Любая организация должна принимать чёткий общий курс действий... Я же возложил все трудности на Альбедо, и теперь это начинает напоминать о себе. Обычный человек уже не справился бы. Ха-а, кажется, полученный в обществе опыт вообще бесполезен.

Возникшие проблемы пришлось в конце концов решать Аинзу, или вернее Судзуки Сатору, да и выбирать награды тоже ему. Лучше обдумать всё это в своей постели, которая почему-то так хорошо пахнет.

— Теперь я поясню будущий курс Назарика. Демиург, подойди.

Самый умный в Назарике пошёл к трону и остановился напротив Альбедо.

— Смотрительница Стражей этажей, Альбедо, и умнейший Назарика, Демиург, я приказываю: объясните всем, что ждёт нас в будущем. Наши изначальные планы уже наполовину выполнены, настало время всем услышать о дороге, которой пойдёт Назарик. Если у кого-то из присутствующих есть иное мнение, поднимите руку. Я дам разрешение высказаться.

Самая важная цель — сохранить Назарик. Нет, в худшем случае, даже если придётся его бросить, Аинз останется доволен, пока созданные старыми товарищами НИП живы.

Вторая из важнейших целей — распространить по миру имя Аинз Оал Гоун. В надежде, что хоть кто-то из старых товарищей попал в этот мир, и они смогут воссоединиться. Однако шансы этого очень малы.

Далее нужно усилить Назарик. Эта цель, наверное, важнее предыдущей. Придя в этот мир, Аинз и вправду почувствовал, что Великий Склеп никогда не падёт и что «Аинз Оал Гоун» — сильнейшая организация в мире. Однако пока существует враг, что пытался взять под контроль разума Шалти, становиться слишком заметными опасно. Когда сталкиваешься с неизвестным количеством предметов Мирового класса, в особенности высока вероятность того, что в это вовлечена неизвестная гильдия. Вот почему сейчас следует увеличить общую силу.

После того как Назарик поглотил людоящеров, Аинз продолжил создавать нежить, увеличивая тем самым военный потенциал. Однако этого мало.

Четвёртая цель — создать эффективную разведывательную сеть, но после последних событий у неё понижен приоритет.

Поразмыслив о порядке срочности четырёх целей, Аинз выстроил их таким образом. Однако, как обычный человек, на большее он не способен, и неизвестно, есть ли тут какие-нибудь изъяны.

Вот почему Аинз хотел одолжить мыслительную силу у очень умных Альбедо и Демиурга. Когда дело касается обычных вещей, лучше положиться на них, тогда ему не придётся выходить на сцену и краснеть перед всеми.

Однако такое мышление неправильно.

Как господин, как Аинз Оал Гоун, в которого верят НИП, эта сцена нужна, чтобы показать — он и вправду Высшее существо, поистине мудрец, поведение которого никто не решится предсказать.

— Говорите громко, чтобы все слышали. Собравшиеся в зале — элита, выбранная Стражами их этажей. Для них важно понять наши будущие планы. Надеюсь, все будут внимательно слушать.

Точно. Это отчаянная мера, которую придумал Аинз. Полномасштабная версия «сделаю вид, что понимаю, но раз другие не понимают, Демиург должен всё объяснить». Аинзу, как и раньше, просто нужно принять знающий вид и ждать объяснения.

— Демиург, объясни нынешнее положение дел тем, кому ничего неизвестно. Убедись, что тебя легко понять. Сначала расскажи о том, что мы предпримем против Королевства.

— Вас понял, — ответив, дьявол повернулся к собравшимся и начал объяснять.

Этого Аинз и ждал. У такого умного Демиурга должна быть причина, чтобы события развивались именно так. Однако после некоторых размышлений Аинзу начало казаться, что они делают много ненужного.

— Прежде всего, с помощью Мара, Нейронисты и Кёфуко я успешно уменьшил могущество власть имущих. Теперь мы можем начать медленно вливаться в их ряды, пока Королевство не попадёт под полный контроль.

— А?.. — вырвалось у Аинза.

Почему мы должны захватывать Королевство? Похоже, объяснение пошло немного не туда, куда предполагал Аинз после услышанного в прошлый раз. Разве мы не хотели просто обеспечить стабильный доход, чтобы было легче получать информацию?

Пока владыка думал, Демиург замолчал и повернулся к нему лицом. Снова поблагодарив неживое тело за то, что оно не может потеть, Аинз посмотрел на него:

— Что-то не так, Демиург?

— Нет, просто у меня появилось чувство, словно вы хотите что-то сказать.

— Правда? Должно быть, ты ошибся. Давай послушаем, зачем нам брать под контроль Королевство.

— Да. Думаю, никто из собравшихся не настолько глуп, чтобы не знать: при захвате Королевства мы приблизимся к истинному желанию владыки Аинза — мировом господстве.

Аинз быстро оглядел лица всех присутствующих. Похоже, об этом знали все.

Кроме самого Аинза.

— Мировом господстве?..

Каком ещё господстве? Почему всё так обернулось?.. Само собой, он не спросил вслух.

Чтобы побыстрее всё осмыслить, Аинз вновь попытался напрячь столько умственных сил, столько возможно. Не могу поверить. Как всё до такого дошло? Изначально они должны были тихо действовать из тени, не наживая много врагов, подымать славу Аинза Оала Гоуна, а потом воссоединиться со старыми товарищами. Простое осуществление этих милых маленьких желаний.

А теперь всё оказалось так сложно...

Почему, чёрт возьми, мировое господство?

Хотя Аинзу поистине хотелось опровергнуть это заявление, ему не хватало смелости.

У НИП и слуг на лице так и было написано «не нужно и спрашивать». Словно все уже давно согласились с тем, что это конечная цель владыки. Вдруг показалось, как мимо трона, на котором сидел Аинз, пронёсся одинокий порыв ветра.

Аинз Оал Гоун — абсолютный правитель Великого Склепа Назарика, у него нет изъянов. Кто знает, что случится, если воздвигнутый с такими усилиями образ сам Аинз и разрушит. Станет жалким идолом без единого поклонника, за которым не гоняются папарацци и который не продал ни одного альбома? Судьба Аинза будет, вероятно, ещё хуже. Он уже представил всё это в голове.

Слишком много вложено в план, чтобы сейчас останавливаться...

Однако после скрупулёзных размышлений мировое господство уже не казалось таким плохим.

Всё будет не так просто, как в играх, и для обычного человека, Аинза, путь господства над миром казался невозможным. Однако это, вероятно, лучший способ заработать славу — вернее, дурную славу.

Но как отреагируют старые товарищи, если узнают? Если такое время придёт, я честно признаю, что не могу нормально управлять Назариком, и извинюсь. А ещё есть этот неизвестный враг, зачаровавший Шалти. Я всегда могу оправдаться... и меня простят... да?

Найдя в себе решимость, он повернулся к Демиургу и сказал:

— О, так ты запомнил.

— Конечно. Демиург никогда не забудет слова владыки.

— Правда?.. Это был разговор в то время, да?

— Верно.

— В то время?

— Верно.

— Ах, то время... я доволен, Демиург.

— Спасибо вам огромное.

— Однако мирового господства трудно достигнуть.

— Согласен.

— В таком случае... как думаешь, как нам лучше действовать?

Аинзу захотелось себя поздравить, что он сумел проговорить всё это ровным голосом.

— Достигнутое станет отправной точкой наших будущих планов. У меня есть предложение. Мне кажется, что пришло время Назарику выйти на мировую арену. Если продолжим в том же духе, то будет всё труднее и труднее, а те, кто взял под контроль Шалти, так и останутся в тени.

— Я с тобой согласен.

Это ведь не может быть правдой? Аинз думал, что оставаться в тени безопаснее. Как Демиург пришёл к такому решению?

— Я тоже так считаю, владыка Аинз. Явив себя миру, мы получим больше возможностей. Например, мы сможем проводить переговоры и вести дела. Нам больше не придётся искать информацию в потёмках. Вот что я думаю.

Выслушав мнение Альбедо, Аинз смог в душе наконец принять это и ответил:

— Понятно.

По сравнению с нынешним положением дел участие в более масштабной, открытой операции и вправду выглядит гораздо привлекательнее.

— Управляя Королевством из-за кулис, Назарик не будет выделяться. Однако мне не нравится мысль делать нас частью другой страны.

Демиург покачал головой:

— Конечно этого не будет. Я тоже этого не желаю, Альбедо. Да и из полученных докладов ясно, что нынешнее Королевство непривлекательно, ну, может, кроме одной особы. То же самое с другими государствами. Я думаю, что становиться частью страны глупо.

— И что ты предлагаешь?

— Если станем частью страны, то будем ограничены в своих действиях. И если на Шалти напала какая-то организация, то мы, вероятно, утратим инициативу. Так я считаю... владыка Аинз. — Посмотрев на Аинза, Демиург предложил: — Думаю, следует образовать независимую нацию под названием «Великий Склеп Назарика».

↑ https://ru.wikipedia.org/wiki/Пурпурное_сердце_(медаль)

Глава 1. Приглашение на смерть

Часть 1

Столица Империи Багарут, Арвинтар, располагалась чуть западнее центра страны. В середине города стоял имперский дворец, в котором жил правитель, получивший прозвище Кровавый Император, Зиркниф Рун Фэрод эль Никса. На улицах, что лучами расходились от дворца во все стороны, ближе к центру находились: университеты, магическая академия, разнообразные административные здания и другие важные постройки. Поистине сердце Империи.

Несмотря на меньшее количество горожан по сравнению со столицей Королевства, Рэ-Естиз, имперская столица выглядела намного величественнее. А благодаря многим годам реформ Империя сейчас стремительно развивалась, быстрее, чем когда-либо в истории. Обществу постоянно представляли какие-то изобретения, что, в свою очередь, позволяло купцам осваивать всё новые рынки. В имперской столице уже давно наблюдался постоянный приток товаров и талантов. Воистину время надежд и возможностей.

В этом шумном и оживлённом городе шёл Аинз в сопровождении Нарберал.

При иных обстоятельствах он, наверное, потратил бы немного времени на изучение города, как обычно делает деревенщина, впервые побывавшая в мегаполисе. В конце концов, Империя очень сильно отличалась от Королевства. Однако прямо сейчас на осмотр достопримечательностей не было времени.

Постепенно мысли начали влиять на походку — она становились всё сбивчивее. Одолевавшее его чувство можно было описать одним словом — недовольство. Чем больше он думал о цели визита в Империю, который запланировал Демиург, тем сильнее хмурил иллюзорные брови.

У Аинза Оала Гоуна, абсолютного правителя Великого Склепа Назарика, «терпи» даже в словаре должно отсутствовать. Ведь нет смысла сдерживать эмоции. Слова владыки — абсолют, белое станет чёрным, если он так заявит. Иначе и быть не может.

Однако всё так обернулось, поскольку Аинз не нашёл предлога отказать Демиургу.

Общая цель — показать силу Назарика. Вполне простой план, да и результаты не заставят себя ждать. Вот только Аинзу не нравилось, что он словно обливает грязью всё то, что тщательно построили его старые товарищи. Но отказываться от столь тщательно продуманного плана из-за личных чувств — позорно. Да и не хотелось, чтобы все думали, будто ему не хватает великодушия принять чужое предложение. Как член общества, а не верховный правитель, Аинз считал неприемлемым отказываться от нынешнего плана, не найдя ему альтернативы.

Аинз снова повторил в уме эти мысли, чтобы успокоиться. Нужно было охладить голову. Между логикой и эмоциями следует выбирать логику. Хотя если идти на поводу у эмоций, иногда и можно достигнуть замечательного результата, чаще всего они нерациональны. К тому же...

— Слишком поздно возвращаться! Ха-а!

Аинз глубоко вдохнул и выдохнул с помощью несуществующих лёгких, даже не обращая внимания на взгляды городской стражи и горожан. Благодаря большому росту и внушающей трепет фигуре он и так постоянно становился центром внимания. А когда стал героем, ещё чаще. Было бы странно не привлекать никакого внимания. Поэтому он привык игнорировать чужие взгляды, тем более после езды на Хамскэ.

Сделав много глубоких вздохов, Аинз наконец сумел уменьшить досаду до минимума. И только тогда заметил, сколько усилий прикладывает подчинённая, Нарберал, чтобы успевать за ним.

— Виноват, кажется, я шёл быстрее обычного.

Одетый в латы Аинз делал намного более широкие шаги, нежели одетая в плащ Нарберал. Благодаря своим физическим данным девушке было нетрудно идти с такой же скоростью, но мужчина должен извиниться, что не учёл темп ходьбы.

— Нет, я не возражаю.

— Правда?..

Аинз не смог определить, то ли это обычный ответ слуги господину, то ли ей в самом деле всё равно. Замедляя шаг, он размышлял над тем, о чём бы поговорить. Ему стало немного неловко. А потому, чтобы улучшить странное настроение, Аинз отчаянно пытался придумать тему для разговора, только ничего хорошего на ум не приходило.

Вспомнились бесполезные разговоры, которые часто начинают продавцы, например разговор о погоде. Спорт — тоже неплохой выбор, но сначала следует выяснить, за какие команды болеет собеседник.

Гадая, начинать такой разговор или нет, Аинз бормотал про себя:

Почему я должен так деликатно относиться к Нарберал, простой подчинённой? Хотя, раз всё так обернулось, можно использовать возможность для практики диалога господин-слуга. Тем не менее следует соответствовать положению правителя. О чём люди с абсолютной властью болтают со своими подчинёнными или слугами?

Аинз вспомнил ежедневные разговоры в компании, в которой он раньше работал.

Но он — верховный правитель Великого Склепа Назарика, а не какой-то там мелкий начальник. Если его и сравнивать, то с исполнительным директором или президентом компании.

Нет, всё же я не совсем президент... Кстати, как говорили между собой король и Газеф Строноф? Это можно взять на вооружение.

Так или иначе, сейчас нужно о чём-то поговорить. Если так продолжится и дальше, настроение станет слишком мрачным. В итоге Аинз принудительно начал разговор:

— Нарберал... как тебе этот голос?

Надавив рукой в перчатках на гортань — вернее на место, где должны находиться голосовые связки, — он ожидал почувствовать лишь металл перчаток, однако ощутил что-то упругое, словно горло в самом деле существовало — довольно необычно.

— Честно говоря, мне этот голос не очень нравится. Хотя он звучит не странно, я всё же думаю, что обычный голос влад... господина Момона звучит лучше. Я понимаю, зачем так делать, но предпочла бы слышать ваш старый голос.

— Неужели? Я им весьма доволен... Нейрониста выбрала его среди пятидесяти людей. У него неописуемое очарование.

Вдруг вспомнив, как он слушал свой записанный голос, Аинз тихо что-то пробормотал и унял внезапное смятение.

— Правда? Однако я всё же считаю, что настоящий голос господина Момона звучит лучше.

— Я рад это слышать, Нарберал. Кстати говоря, я понятия не имел, что тоже смогу его использовать...

Аинз, не уверенный в том, ответила ли Нарберал из вежливости или сказала свои настоящие мысли, снова дотронулся до шеи и нащупал прикреплённое к горлу создание, губного жука.

Обычным людям было бы противно.

Интересно, я просто не знал о такой возможности, или правила немного изменились? Отсутствие информации такого рода тоже может представлять в будущем определённую опасность. Следует подправить свои знания не только об этом мире, но и об Иггдрасиле.

Игра Иггдрасиль разрабатывалась, чтобы даровать игрокам возможность разведывать неизвестное. Это требовало огромных объёмов тестирования — компания-разработчик вложила в создание системы немало ресурсов.

В итоге игроки смогли попасть в совершенно незнакомый мир.

В самом начале игры карты были пустыми, а о подземельях никто ничего не знал, как и о добыче руды, приготовлении пищи, разведении монстров и тому подобном. Это был мир, где людей заставляли разведывать всё самостоятельно. Проще говоря, игроки с помощью проб и ошибок даже проверяли, можно ли экипировать вещи.

Хотя существовали рейдовые и информационные сайты, на них публиковались или уже общеизвестные сведения, или просто ненадёжные. Иггдрасиль создавался для того, чтобы игроки его исследовали. Новая информация считалась сродни сокровищу. Отдавать сведения другим игрокам бесплатно было невыгодно.

Так что можно было доверять лишь данным из собственной гильдии или из сделок, совершённых с другими надёжными гильдиями. Всё остальное — бесполезная третьесортная информация.

Одно время форумы заполнились подозрительными темами, что начинались с «я собираюсь уходить из гильдии и опубликую все её тайны». Ну, среди всех этих тем встречались и настоящие...

Когда-то существовала гильдия с именем «Три горящих глаза», специализировалась она на внедрении шпионов в другие гильдии более высокого ранга для кражи информации или иных сомнительных действий. Её основатели владели одним сайтом и платили своим членам за каждую новую крупицу данных. Но никого не наказывали — игровая администрация разрешала получать информацию подобным способом. Однако гильдии, которых обокрали, такого простить не могли.

Они образовали альянс и напали на Три горящих глаза. Захватив точки воскрешения внутри базы гильдии и в храмах на ближайших улицах, альянс начал охотиться на её членов — убивал их снова и снова при каждом воскрешении, не давая никому уйти. Они продолжали это делать, пока гильдия не распустилась, а её члены не разошлись кто куда.

В конечном итоге больше всего запомнилось то, как руководители Трёх горящих глаз открыли к своему сайту общий доступ. Какая ностальгия, подумал Аинз.

В Аинз Оал Гоун не оказалось ни одного шпиона... однако если бы не тот инцидент, у нас бы, наверное, было больше людей...

Из-за этого Аинз Оал Гоун остановила процесс набора на сорока одном человеке — минимуме, на котором гильдия считается высокоуровневой.

Последние годы в Иггдрасиле раскрывали важную информацию довольно часто. Однако Аинз просматривал подобные сайты лишь во время золотого периода, когда Аинз Оал Гоун находилась на пике своей силы. Тогда полезной информации и впрямь были крохи.

Я тогда больше всего узнал об игре. А когда славное время закончилось, продолжал уделять внимание лишь объявлениям игровой администрации... Вероятно, в этом мире кроме меня существуют и другие игроки Иггдрасиля, так что следует быть готовым к риску, что я знаю меньше них.

Схватив членов Восьми Пальцев, Назарик сумел выведать много полезного. Однако полученная информация во многом относилась к Королевству и Империи. О Теократии, Священном Королевстве и Альянсе захваченные люди мало что знали. Необходимо продолжать собирать сведения.

— Какой ужас, я столько над этим думал, но всё равно продолжаю волноваться. Ладно, пора поговорить о чём-то более весёлом. — Чтобы сменить тему разговора, Аинз не спеша осмотрелся. — К слову, Империя кажется довольно оживлённой.

— Правда? Для меня всё такое же, как в Э-Рантэле.

Аинз снова осмотрелся.

— Улицы полны жизни, а глаза жителей сияют. Это признак того, что люди считают свою жизнь хорошей.

Хоть Нарберал и ответила сзади: «Вы довольно наблюдательны, господин Момон, чего от вас и следовало ожидать», — Аинз немного смутился собственным словам и ничего не сказал. О прохожих он успел составить совсем небольшое впечатление, и был не уверен в том, что увидел.

Как будто я беру пример с Актёра Пандоры с его «это признак чего-то». Подумать только, я сказал такие слова вслух без стыда... Словно превратился в поэта.

Поскольку в королевской столице приходилось вести себя как герой, Аинз привык к героическому образу мыслей, и это постепенно начало входить в привычку.

На лице под шлемом появилось чуть смущённое выражение, — конечно же, череп не мог покраснеть, — и тут он разглядел название гостиницы, которую ему описывал Флудер.

Даже издали было заметно, что лучшая гостиница имперской столицы намного роскошнее гостиницы Э-Рантэла. Впрочем, впечатления основывались лишь на количестве этажей и разнице в стиле. Можно сказать, высококлассные гостиницы Королевства хвастались своей историей, тогда как гостиницы Империи — своей новизной. И если спросить, какая лучше, у каждого будет своё мнение.

— Не уверен, следует ли заходить, но здание производит довольно приятное впечатление.

Дотронувшись до адамантовой пластины на шее, Аинз направился к входу.

Как и в Э-Рантэле, у дверей стояли крепкие охранники в кожаных доспехах. Когда подходили Аинз и Нарберал, стража вопросительно на них глянула. Однако когда кое-что заметила, поспешно отвела взгляд, широко распахнув глаза.

— О-они настоящие? Думаю, да, учитывая такую экипировку...

Слушая шёпот товарища, другой охранник попытался сохранить спокойное лицо. Однако при их приближении напряжение всё нарастало, тем не менее он сумел заговорить вежливо:

— Простите, господин искатель приключений адамантового ранга. Извините за неудобство, но могу я увидеть ваше удостоверение?

Аинз передал свою пластину и спросил:

— Гостиница принимает только членов?

— Да, чтобы поддерживать репутацию, мы принимаем лишь постоянных клиентов или тех, у кого есть приглашение. Однако это правило не касается искателей приключений адамантового ранга.

Вытерев руки о рукава, другой охранник осторожно взял пластинку, словно боясь её поцарапать. Перевернув её, он прочёл вырезанные слова:

— Момон из Тьмы?

— Да.

— Подтверждение завершено! Благодарю, что дали возможность подержать адамантовую пластинку!

Он возвращал её так же осторожно. Пластина, подтверждающая личность искателя приключений, делалась из металла, соответствующего его рангу. Хотя она была довольно маленькой, адамант стоил астрономически дорого. Пластину вряд ли удастся поломать, но случайно потерять всё же можно. А для простого охранника гостиницы мысль о компенсации была просто невыносимой. Охранники слышали много историй о том, как они терялись. Например, при передаче пластины её владельцу подлетал журавлепопугай — птица такая — и выхватывал её. И это не выдумки, чтобы заставить людей вести себя осторожнее, а пересказы реальных событий.

Облегчение расцвело на лицах двух охранников, как только они вернули знак принадлежности к адамантовому рангу.

— Теперь я могу войти?

— Да, господин Момон. Пожалуйста, позвольте, я провожу вас.

— Хорошо.

В Королевстве чаевых не было. К счастью, в Империи тоже. Аинз машинально об этом подумал, пока его вели.

Пройдя через просторный вестибюль с мраморной напольной плиткой, они достигли приёмной.

— Прибыли искатели приключений адамантового ранга господин Момон и его спутница.

За стойкой сидел мужчина, получивший правильное воспитание, — это было понятно с первого взгляда. Тем временем стражник повернулся к Аинзу и почтительно поклонился, затем ушёл назад на свой пост.

— Добро пожаловать, господин Момон. Хочу выразить глубокую признательность, что вы решили почтить нас своим присутствием во время визита в Империю, — поклонился портье.

— Нет, пожалуйста, не волнуйтесь. Пока я хочу остановиться всего на одну ночь.

— Хорошо. Будьте добры, поставьте вашу подпись вот здесь в книге регистрации.

Аинз улыбнулся под шлемом. Он уже наловчился выписывать своё имя на языке Королевства, а потому взял перо и подписался просто безупречно.

— Спасибо огромное. Какие комнаты вы предпочитаете?

Для него все комнаты были одинаковыми, хоть дешёвые, хоть дорогие. Однако, как всегда, приходилось держать лицо.

Мне ведь и принимать пищу не нужно. Даже если жильё не включает бесплатный обед, я переживу.

Вдруг вспомнилась еда этого мира: зелёный сок, пахнущий очень сладко и вкусно; что-то розовое, напоминающее яичницу; тонко нарезанное варёное мясо, покрытое голубоватой жидкостью, из-за которой оно выглядит нежным и сочным. Каждое из блюд стимулировало любопытство Аинза, но, к сожалению, он не мог есть.

Половое влечение, аппетит и нужда во сне. Несмотря на кучу преимуществ неживого тела, потеряно и нечто важное. Какая жалость. Но, с другой стороны, если я вновь обрету человеческое тело, вероятность погрязнуть в плотских утехах будет очень высокой.

Представив себя в кровати с Альбедо, Аинз опустил голову.

Начальник, что сексуально домогается работниц — вот что появилось у него в мыслях.

Альбедо сказала, что любит меня, но... как всё сложно. Если бы я только не напортачил с... ох!

— Простите, я задумался. Подойдёт любая комната, уместная нашему статусу... Кстати говоря, ничего, что мы заплатим валютой Королевства?

— Конечно. Всё равно обменный курс один к одному.

— Да? Тогда я положусь в выборе на вас.

— Хорошо. Я всё приготовлю, а пока отдохните в нашем холле.

Аинз заметил, что кресла расставлены небольшими группами на солидном расстоянии между каждой. Были доступны более пятидесяти кресел, достаточно роскошных даже для высокопоставленных чиновников. На вид очень удобные. В фоне даже играла спокойная музыка менестрелей.

— Всё, включая еду и напитки, — бесплатно, можете свободно наслаждаться спокойной обстановкой.

В любом мире при вложении определённой суммы денег и обслуживание будет соответствовать. Тем не менее здешние услуги не порадовали Аинза.

— Хорошо. Пойдём, Набель.

Войдя в холл с Нарберал, Аинз выбрал ближайшие кресла.

Невдалеке отдыхало ещё несколько гостей. Большинство — искатели приключений. Если искатель приключений высокого ранга выполнит квесты, за которые хорошо платят, то его жизненные стандарты, естественно, поднимутся. Он сможет себе позволить жить в такой гостинице.

Что тут, что в королевской столице, что в Э-Рантэле — все искатели приключений жили одинаково.

Аинз убедился, что адамантовая пластина видна другим. Так он станет темой разговора среди гостей гостиницы. Не так уж и плохо таким способом увеличить свою славу.

Осознавая, сколько внимания получает, Аинз открыл лежавшее на столике меню.

Не могу прочесть...

Он медленно перелистал меню, хоть и не мог читать, но другие не должны этого понять.

Хотя Аинз взял с собой предмет, который ранее использовал Себастьян для чтения любого языка, сейчас было бы странно его доставать и использовать.

— Себас... и Цуарэ...

Пока он думал о том, использовать ли те очки, в голове возник образ Себастьяна и Цуарэ.

— Что-то не так с той женщиной?

— А, нет, ничего. Просто мне интересно, как она приспосабливается.

Аинз доверил всё Себастьяну, но он всё же обязан обеспечить благополучие Цуарэ, поскольку дал обещание защищать её.

— Не думаю, что возникнут трудности. В данное время... поскольку главная горничная под домашним арестом, господин Себас лично учит девушку навыкам, необходимым для горничной. Когда она выучит этикет, начнёт учиться готовке и остальному. Мы собираемся научить её всему понемногу, пока не узнаем, какая работа ей подходит лучше всего.

— Неужели? Тогда ничего страшного, оставим это Себасу. Кроме того, уже почти время освободить тех двух из-под домашнего ареста... Альбедо должна уже остыть.

Нарберал склонила голову, не говоря ни слова.

Заметив, что они закончили говорить, к ним тихо подошёл официант.

— Вы уже решили, что заказать?

— Я буду Макатиу со льдом. А что ты, Набель?

— То же самое.

— Можешь заказать, что тебе нравится.

— Нет, я хочу такой же напиток. Ах да, в мой добавьте ещё молока.

— Хорошо.

Приняв заказы, официант низко поклонился и тихо ушёл.

Макатиа напоминала кофе-латте, Аинз часто видел его в Э-Рантэле. Она и пахла точно так же. Однако, поскольку в этом мире существовало кофе-латте и простое кофе, то некоторая разница должна быть. Тем не менее Аинзу никогда её не найти, потому что он не может ни пить, ни есть. Лич уже пробовал это сделать, но в итоге всё вылилось снизу подбородка, и он ничего не распробовал. Никакой пользы от еды.

Аинз предпочёл этот напиток, потому что его подавали лишь в высококлассных заведениях. Вероятно, сейчас это самый лучший выбор.

Вытерев несуществующий пот, он подумал о наиболее бессмысленном вопросе.

— Набель... а какая Макатиа на вкус? — с любопытством спросил Аинз, зная, что Нарберал её уже пробовала.

Горничная задумалась. Если спросить кого-то о вкусе кофе, при этом никогда в жизни его не пробовав, у того будет именно такое лицо.

— Хм... Я бы сказала, что на вкус она похожа на шейкерато. Только появляется послевкусие сгущённого молока.

— Неужели?.. Звучит аппетитно.

Никогда не слышал о шейкерато. Наверное, такой напиток существует лишь в этом мире? Скорее всего.

— Она не плоха. Но лишь так себе, — добавила Нарберал.

Когда Аинз ответил ей задумчивым взглядом, заказанные напитки прибыли.

— Не обращай внимания на меня и пей. Будет странно, если мы оба не притронемся к напиткам.

Привыкнув дни напролёт носить шлем, Аинз не заметил, что это странно не снимать его, когда перед ним поставили напитки.

— Спасибо.

— Можешь выпить и мой. А пока послушай. Следующие два дня мы погуляем по столице. Говорят, на центральном рынке продаётся уйма товаров. На это стоит посмотреть. А в центральной части северного рынка много магических предметов, туда часто захаживают искатели приключений.

Эти сведения выведали у захваченных членов Восьми Пальцев. Хотя большая часть информации касалась чёрных рынков, Аинз не собирался их посещать. Он лишь знал о них по отчётам.

— На третий день заглянем в гильдию искателей приключений. Если возможно, я хотел бы наладить связи с командами адамантового ранга Империи. В противном случае просто завершим текущие задания и вернёмся домой. В общей сложности это займёт семь дней. Есть ещё предложения?

Нарберал, отложив наполовину выпитую Макаиту, молча покачала головой.

Часть 2

Многое в столице Империи, которую часто называют воплощением силы страны, удивляло людей. Например, большинство путешественников изумлялось, что все улицы мощёные.

От мысли покрыть брусчаткой улицы всего города власти соседних стран — даже технологически более развитой Теократии — поперхнулись бы. Конечно, обеспечить хорошими дорогами все города Империи невозможно, но даже одной столицы хватило, чтобы укрепить мощь государства. Дипломаты других стран только и делали, что вздыхали от увиденного.

Особенно впечатляло устройство дорог. Люди быстро оценили их красоту и практичность. В отличие от большинства других мест, в столице дороги разделялись линиями — в центре ездили кареты, а по обе стороны находились тротуары для пешеходов.

Ради безопасности тротуары подняли чуть выше и защитили оградой. Ночью стоящие сбоку от дороги уличные огни загорались магическим светом. Кроме того, по улицам регулярно ходили рыцарские взводы и обеспечивали безопасность.

По тротуару одной такой дороги имперской столицы неторопливо прогуливался молодой человек, что-то напевая себе под нос и улыбаясь. Ростом где-то метр семьдесят, выглядит лет на двадцать. Светлые волосы, голубые глаза и здоровая кожа, явно часто бывавшая на солнце, — самые обычные черты лица, такие люди встречались по всей Империи.

Да и красавцем его не назвать. В группе из десяти человек мужчина явно не выделялся бы. Однако какое-то необъяснимое обаяние привлекало к нему людей. Наверное, виной всему бодрая улыбка, или же уверенная походка.

С каждым шагом слышалось металлическое позвякивание, как будто у него под одеждой стучат друг о друга цепи. Знающие люди поняли бы, что звенит кольчуга.

На поясе висело два меча. Судя по всему, короткие. Часть ручки полностью прикрыта гардой, а лезвие спрятано в ножнах. Оружие явно не дешёвое. А за поясом находилась булава и короткий прямой нож, которым пользуются для пробивания доспехов.

Обладать двумя оружиями в этом мире считалось нормальным. Однако довольно редко встречались люди с оружием, которое можно использовать для рубящих, колющих и дробящих ударов.

Обычный человек признал бы в мужчине искателя приключений. Однако сведущий сказал бы, что это работник, ведь у него на шее не висело металлической пластины.

Работники — так называли людей, сошедших с пути искателя приключений.

Задания искателям приключений выдавала гильдия, их тщательно проверяли и распределяли по рангам в зависимости от сложности. Другими словами, неподходящую работу, угрожающую общественной безопасности или нарушающую закон — например, исследование растений, из которых делают наркотики, — гильдия искателей приключений отвергала мгновенно.

Также отклоняли работу, которая могла нарушить экологический баланс региона. К примеру, гильдия никогда не бралась за истребление монстров, играющих определённую роль в экосистеме. Ведь исчезновение одного вида может вызвать коллапс природного баланса, из-за чего орды монстров покинут места обитания и пойдут в поселения людей. Представителей важного вида разрешалось уничтожать только в том случае, если они забредали на людские земли.

Иными словами, искатели приключений — друзья правосудия.

Однако на одном этом принципе мир не работает.

Как красиво ни говори, а всегда найдутся люди, готовые за деньги выполнить рискованную работу. К тому же многим просто нравилось убивать монстров.

По сравнению с искателями приключений, эти люди предпочитали находиться во тьме. «Отсев» искателей приключений — так их некоторые называли.

Однако не все работники были такими.

Гипотетически говоря, если деревенский паренёк тяжело поранится, а рядом будет проходить группа искателей приключений, способная на лечащую магию, разрешается ли им вылечить мальчика?

Ответ «нет».

Правила строго запрещали искателям приключений лечить простолюдинов магией, если им не заплатят определённую сумму денег. Потому что повсеместное использование лечащей магии ограничивалось храмами, куда приходили пациенты и платили определённую сумму денег за лечение. Если искатели приключений будут игнорировать эту систему и свободно помогать людям, храмы попросту не смогут себя прокормить.

Так что церковь сильно давила на гильдию, заставляя выполнять это предписание.

Искатели приключений, не желавшие подчиняться правилам, решали стать работниками.

Хоть церковь и выглядела плохой, хорошее тоже было. Магия влияла на простую жизнь людей, а потому её считали ещё одним политическим инструментом для обретения власти. Чтобы храмы приносили народу пользу, не становясь пешками политиков, единственным источником дохода был тот же народ. В обмен храмы предоставляли исцеление, очищали нежить, а также проводили исследования и разработку новых лечащих заклинаний.

Если искатели приключений начнут закрывать глаза на правила и свободно лечить магией, то храмам придётся отдалиться от религии, и от изначальной идеологии не останется ни следа.

Так что всегда есть две стороны медали. Без света не будет и тени. То же самое можно сказать и о существовании работников. За деньги они готовы нарушить правила и часто приносят беспорядок, однако встречались и случаи, когда они приносили пользу людям, например созданием более дешёвой медицины.

Между тем, именно такая профессия и была у этого мужчины, которого звали Хеккеран Термит.

— Хм-м... что же купить?

Хеккеран хотел приобрести попросту слишком много магических предметов. Пока, наверное, следовало остановиться на защитных предметах. Затем поискать ещё кое-что, нужное ему по особым причинам.

— Сначала положу деньги в банк... а на остальное куплю магические предметы, необходимые в походе. А? Порядок попутал. Сначала предметы, а остаток в банк.

Хеккеран почесал затылок.

Раз так...

— Мне, как авангарду, надо бы увеличить сопротивление магии. Наверно, пора доставать сбережения. Нет, если по какой-то причине снова придётся плестись на равнины Катз и зарабатывать на жизнь истреблением нежити, то лучше купить предметы, дающие большую сопротивляемость яду, параличу и болезни.

В этом мире магические вещи стояли довольно дорого. А за те, что можно использовать в битве, искатели приключений могли заплатить даже двойную цену. Так что первоклассный предмет он мог и не надеяться найти.

Пока мужчина не стал забивать голову очень дорогими предметами. Но всё равно обычному человеку потребовалось бы копить годы, чтобы купить даже такие. Потому-то он всё тщательно и обдумывал.

Вдруг нескрываемая улыбка от волнения стала напряжённой — впереди у дороги стояла группа рыцарей.

Она состояла как из лёгко-, так и из тяжеловооружённых людей и охраняла перекрёсток. Поскольку поблизости возвышался храм Четырёх Великих Богов, патрулей тут ходило значительно больше. Хотя они не станут внезапно допрашивать обычного прохожего, Хеккеран заметил, как рыцари обратили внимание на его разнообразное оружие.

Искатели приключений не стали бы волноваться, но работникам, не имевшим за собой поддержки организаций или влиятельных особ, не очень мудро конфликтовать с защитниками Империи.

Как Хеккеран и надеялся, он прошёл мимо без происшествий. Сверив его лицо со списком разыскиваемых преступников и не найдя совпадений, рыцари больше ничего не сделали.

Пройдя территорию храма, он наконец расслабился и посмотрел вперёд. Взору предстало огромное здание, а вместе с ним до ушей донеслись возгласы и звуки битвы, а также почувствовалась жажда крови.

Это уникальное здание было Великой ареной, кроме столицы Империи подобных больше нигде не существовало. А также оно было одним из самых важных ему зданий столицы.

Хеккерана не интересовали ставки, а крови он видел достаточно и на работе, арена для него не значила ничего особого. Однако для граждан столицы это одно из самых важных развлечений. Восхищённые возгласы долетали даже до дороги. Похоже, арена была забита под завязку и сегодня.

— Уже финалы? Столько восторга.

Однажды в прошлом Хеккеран привёл свою команду работников на арену, где пришлось непрерывно сражаться с ордой монстров. Поскольку монстры не сдаются, поражение означало смерть. Впрочем, несчастные случаи происходили и во время битв между людьми.

В обычный день на арене редко никто не умирал. Но когда такое случалось, от публики исходило столь большое негодование, что могло кого-то убить, ведь выступления с большим количеством смертей пользовались большей популярностью.

А больше всего народу умирало на Великом боевом турнире. Потому-то он и был самым популярным.

Хеккеран пожал плечами.

Его совершенно не интересовали такие кровавые сцены, и ему не хотелось посещать подобное место. Однако бои арены были актуальной темой среди людей, так что всегда были причины туда пойти.

Не собираюсь сегодня заходить, но по пути назад следует, наверное, поспрашивать о самом интересном. Кажется, сегодняшние матчи довольно захватывающие.

Пытаясь запомнить свои планы, Хеккеран пошёл в сторону зоны с разнообразными магазинами. И вскоре увидел знакомую вывеску «Поющее яблоко».

Говорят, заведение начинало как сборище бардов, что делали себе инструменты из дерева яблонь, но теперь это был бар и постоялый двор. Снаружи он казался стареньким, но внутри было удивительно опрятно и без единого намёка на ветхость. Тут было прохладно, пол постоянно мылся. Довольно хорошее заведение, и не слишком дорогое. Хеккеран и его команда, нет, большинство работников, считали этот постоялый двор самым лучшим.

Хоть его и не сравнить с высококлассными гостиницами Империи, они больше подходят искателям приключений, жизнь которых на виду.

Прежде всего, работникам требовалась свобода действий. Привлекающие внимание гостиницы на оживлённых улицах не подходили. Но вместе с тем они не могли всегда встречаться и заключать сделки в сомнительных местах.

А ещё было необходимо нескольким командам работников собираться в одном месте. А потому постоялые дворы вроде «Поющего яблока» — скромные места, где гости могут обсудить дела наедине, — идеально отвечали потребностям клиентов. Поскольку у работников не было поддержки организации наподобие гильдии искателей приключений, клиентам приходилось самим искать работников. Возникло бы много хлопот, если бы работники останавливались в разных местах.

Кроме того, когда они останавливались рядом друг с другом, возникало чувство товарищества, а также появлялась возможность не брать конфликтующую работу, способную привести к ненужному кровопролитию. И последнее, но не менее важное — еда была просто чудесной. Это, можно сказать, самое важное.

Думая о сегодняшнем ужине, Хеккеран открыл дверь постоялого двора. Очень хотелось, чтобы сегодня подали его любимое свиное жаркое. Войдя с такими мыслями, мужчина услышал не обычное «добро пожаловать» или «хорошо потрудился», а...

— Я же сказала! Не знаю!

— Нет-нет, даже если вы так говорите...

— Я не её опекун и даже не родственница. Я просто не знаю, где она.

— Разве вы не товарищи? Я не могу принять «я не знаю» и уйти. Такая у меня работа.

На первом этаже постоялого двора в центре обеденной зоны друг на друга глядели мужчина и женщина.

Хеккеран знал женщину.

В глазах её горела свирепость, но больше всего выделялись уши, которые намного длиннее, чем у обычного человека. Впрочем, они были лишь в половину длины ушей эльфов. Верно, она — полуэльф.

Эльфы обычно стройнее людей. Похоже, женщина тоже унаследовала эту черту. Она была очень стройной. Изгибов не виднелось ни вокруг груди, ни у талии. Плоская, как доска. Нет ничего удивительного, что издали люди принимали её за мужчину.

Одета в опрятные кожаные доспехи, но без обычного для эльфов лука и стрел. Единственное оружие, которое было сейчас при ней, — короткий кинжал на поясе.

Её звали Имина, она была одной из товарищей Хеккерана.

Однако Хеккеран не знал мужчину, с которым она спорила.

На первый взгляд, он пресмыкался перед Иминой, опустив голову, однако в глазах не виднелось ни капли искренности, а лишь отвращение. Но пока он хотя бы ведёт себя прилично.

Руки и грудь мужчины полнились мускулами. И одного вида хватало, чтобы заставить любого встречного отдать всё, что тот захочет. Такой человек вряд ли полагался на насилие, но если бы всё же к нему прибегнул, Имина могла с ним разобраться. Девушка не выглядела сильной, однако головорезов, у которых есть только мускулы, она завалила бы одной левой.

— Да сколько можно повторять?!

Подметив, что голос Имины начинает наполняться эмоциями, Хеккеран поспешно вмешался:

— Что-то случилось, Имина?

Услышав знакомый голос, девушка с удивлением обернулась. Похоже, рейнджер Имина, обладающая превосходным восприятием окружающего пространства, настолько сильно отвлеклась, что не заметила его приближения.

— А ты ещё кто такой?.. — спросил мужчина, которого Хеккеран посчитал злоумышленником.

Встретив его взгляд, работник почувствовал, что тот уже на грани и скоро может перейти на кулаки. Однако для Хеккерана, пережившего множество смертельных опасностей, этот взгляд по сравнению с пронизывающим взглядом свирепых монстров — ничто.

— Это лидер нашей команды.

— О, так это знаменитый господин Хеккеран Термит.

Хеккерану показалась омерзительным внезапная смена отношения.

Термит не знал, почему мужчина пришёл, однако если потрудился проделать весь путь в, что называется, цитадель Хеккерана — постоялый двор, — вероятность того, что он не узнает Хеккерана, была нулевой.

Возможно, резкость в голосе предназначалась для того, чтобы измерить способности Хеккерана. Если бы он дал хоть малейшую слабину, мужчина перешёл бы к запугиванию.

Среди работников и искателей приключений всегда находились те, кто с готовностью убивает монстров, но робеет перед людьми. Однако самое большее, на что они бы пошли — отступили на шаг. Если бы на них надавили слишком сильно, дело могло закончиться кровопролитием.

Мы только встретились, а он уже такой... Таких типов... я не перевариваю.

Этот метод и вправду был одним из повсеместно используемых на переговорах, однако Хеккеран его не любил. Ему бы больше понравилось, если бы собеседник перешёл сразу к делу, а не ходил вокруг да около.

— Говори потише, а? Это постоялый двор, не мешай другим посетителям. Я буду намного счастливее, если ты это сделаешь.

Вот только рядом не находилось ни одного посетителя. Куда же все подевались? Вряд ли народ скрылся, ведь в постоялый двор приходили в основном только работники, уже привыкшие к таким беседам. Однако сейчас и впрямь было редкое время, когда заведение пустовало.

Хеккеран глянул на мужчину с силой, равной искателю приключений мифрилового ранга. Тот поник, будто встретив монстра.

— Мне... мне очень жаль. Я ненамеренно, — сумев унять дрожь в голосе, мужчина ещё раз попытался заговорить.

Однако под взглядом Хеккерана опять притих. Судя по реакции, мужчина привык к работе, где насилие — обычное явление.

Что такой тип здесь делает?

Хотя Хеккеран и его команда вели дела незаконно, он не узнавал этого человека и понятия не имел, кто его послал. Тот просто не соответствовал профилю «мальчика на побегушках».

Хеккеран встревожился, в конечном итоге ослабил взгляд и спросил напрямую:

— Что здесь забыл?

— Это, я ищу нашу общую знакомую, господин Термит, — госпожу Фурт.

Хеккеран сразу понял, о ком мужчина говорит. Тем не менее было трудно представить, что у неё есть какая-то связь с этим типом.

— Арче? С ней что-то случилось?

— Арче... А! Я немного запутался, но да, это та самая госпожа Фурт, Арче Ээб Раиль Фурт.

— И?! Что-то случилось с Арче?

— Нет-нет, я лишь хотел кое-что с ней обсудить... это личный разговор, вот почему я хочу осведомиться, когда она вернётся.

— Как будто я знаю, — резко ответил Хеккеран. Человек, никогда не говоривший прямо, на мгновение запнулся от его слов. — В таком случае разговор окончен.

— Н-ничего не поделаешь. Тогда я подожду здесь.

— Свали, — Хеккеран указал подбородком на дверь, снова захлопнув тому рот. — Скажу прямо, ты мне совсем не нравишься. Я не могу терпеть таких типов, как ты.

— Но это таверна, никто не должен...

— Да? Что ж, это и вправду таверна. Но не забывай, что тут часто происходят потасовки между пьяницами. — Хеккеран улыбнулся. — Но ты не волнуйся. Расслабься, даже если тебя изобьют до полусмерти, у нас тут есть священник, способный на магию лечения, он тебя мигом на ноги поставит. Если, конечно, хорошо заплатишь.

— Ничего не поделаешь, тебе придётся заплатить побольше. Иначе храмы сильно разозлятся. А мы ведь не хотим, чтобы они послали убийц, — сказала Имина. У неё на лице появилась ухмылка. — Ну, скидку мы тебе дадим. Не забудь только напомнить, хорошо?

— Вот так вот.

— Если хочешь мне угрожать... — мужчина осёкся, заметив разительную перемену на лице Хеккерана.

Он приблизился, пока расстояние между их лицами не стало шириной с кулак.

— Ха?! Угрожать? Кто это угрожает? Разве так удивительно, что в барах случаются потасовки? Что за чёрт, я дал тебе хороший совет для долгой и здоровой жизни, а ты говоришь, что я угрожаю? На драку нарываешься?

Таким взглядом мог обладать лишь человек, что сталкивался со смертью.

От давления Хеккерана мужчина сделал шаг назад. Затем, цокнув языком, неохотно побрёл к выходу. Хотя он пытался скрыть, что напуган, одного взгляда на спину хватило бы, чтобы это понять. Дойдя до выхода, мужчина повернулся к Хеккерану и Имине и прокричал в последний раз:

— Скажи этой девке из семьи Фурт! Скажи, что предельный срок близок!

— Ха?!

Почувствовав сталь в ответе Хеккерана, мужчина быстро ретировался.

Как только тип исчез, лицо Хеккерана быстро вернулось в норму. Изменение было столь внезапным, что зрителям могло показаться, будто вся предыдущая сцена была не чем иным, как игрой. А затем Имина захлопала в ладоши, словно и вправду увидела большое представление.

— Что это было?

— Не знаю. Он сказал мне то же самое, что и тебе.

— Чёрт, следовало чуть больше послушать, прежде чем избавляться от него, — он пораженчески схватился за голову.

— Просто подождём и выслушаем всё от Арче, когда она вернётся.

— Совать нос в чужие дела нехорошо...

— Ну, ты, конечно, правильно говоришь, но ты лидер. Постарайся!

— В таком случае я, пользуясь властью лидера, приказываю тебе расспросить её. Разве не лучше, чтобы её спрашивала об этом такая же женщина?

— Эй, дай передохнуть, я тоже не хочу спрашивать.

Они двое криво улыбнулись.

У искателей приключений и работников существовала пара общих правил, запрещающих поступать определённым образом. Первое — не расспрашивать о прошлом товарищей. А второе — не проявлять какого-либо чрезмерного желания. Оно, разумеется, до некоторой степени неизбежно, ведь многие решают стать работниками ради личной выгоды, однако слишком сильное желание может вызвать в команде разлад. Например, очень трудно доверять товарищам, которые постоянно ворчат о деньгах. Позволять другим членам команды защищать тебя со спины во время опасности — фундаментальные основы единства и работы в группе. Потому каждой команде необходим хотя бы минимальный уровень доверия. Но как при взятии рискованной, но высокооплачиваемой работы можно доверять человеку, известному своей жадностью?

Ныне возникли проблемы у Арче, затронувшие её надёжность. На это дело нельзя просто так закрыть глаза.

Во время работы они доверяют друг другу свою жизнь. Так что нельзя, чтобы появилась даже тень сомнения по отношению к товарищам.

Покачав головой, Хеккеран неохотно заговорил:

— Тогда, видать, ничего не попишешь. Спрошу, когда вернётся.

— Я рассчитываю на тебя, — улыбнувшись, Имина помахала рукой. Хеккеран, сузив глаза, сказал:

— Не думай, что сможешь улизнуть. Ты поговоришь с ней вместе со мной.

— А, а-а-а?.. — Имине явно хотелось возразить, но она сдалась, как только увидела решимость во взгляде Хеккерана. — Ладно, ничего не поделаешь. Надеюсь, что дело не слишком серьёзное...

— Куда вообще пошла Арче?

— А? А, собирает информацию о той работе.

— Разве за это отвечаем не мы с Робом?

По возвращению с равнин Катз они получили новое задание с довольно хорошими условиями, учитывая характер работы. Потому приступили к подготовительной стадии — изучению работодателя и награды. А для такого рода деятельности больше всего подходил Робердик. Хеккеран собирался пойти в административное здание Империи, чтобы получить плату за истребление нежити — вся работа, связанная с зачисткой мертвецов на равнинах Катз, в Империи считалась государственной — и одновременно с этим альтернативными путями собрать ту же самую информацию, что и Робердик.

Имине и Арче следовало дожидаться на постоялом дворе.

— Не только. Робу потребовалась помощь в расследовании истории и условий в окрестностях области операции.

Хеккеран с пониманием кивнул. Хотя Арче бросила имперскую магическую академию, некоторые контакты, вероятно, остались. Скорее всего, ей лучше удастся собрать научную информацию, а дополнительный материал она может поискать в магической гильдии.

— Потому-то она и пошла. Роб тоже довольно много знает, а ещё у него есть связи в храмах. Так как продвигается дело?

Со скрипом сев на стул, Хеккеран объяснил:

— Заказ только для работников, но сама работа не так уж и плоха. Выбор пал на нас из-за того, вероятно, что в то место искателям приключений путь заказан. Однако предложение поступило и другим командам, клиент говорил правду.

— И мы в самом деле будем с ними работать? Говорят, конечно, что обнаруженные руины выглядят нетронутыми, но когда неизвестна выгода, не чересчур ли много вложено средств?..

— Помнишь Грингхама? Его команде тоже предложили работу, и он тоже сомневался. Но, в конце концов, «Тяжёлый Пресс» собирается взяться за задание. Нам следует решить до завтра, иначе хлопот прибавится.

Пока Хеккеран и товарищи лишь выслушали содержимое задания и ещё его не приняли, а пообещали клиенту ответить завтра, но если собираются принять работу, то следует начать подготовку немедленно.

— И на таком важном этапе возникли другие проблемы... эти два дела как-то связаны?

— Не исключено, что какая-то команда хочет убрать конкурентов. Но, думаю, сначала следует подождать и выслушать объяснение Арче, прежде чем что-то решать. Однако если другая команда и впрямь что-то замышляет, нам отступать или нет?

— Конечно же нет. Если кто-то решил ввязаться в драку, то следует бить его до тех пор, пока не повыбиваем ему все зубы, чтобы не смел снова с нами связываться.

— А не перегибаешь ли ты палку? — сурово спросила Имина, впрочем, Хеккерану понравился её настрой.

Когда на вас смотрят свысока, это не такое уж большое дело, однако если отступить, то пострадает репутация, которая в профессии работника очень важна. Как только глаза Хеккерана загорелись решимостью, заскрипели входные двери. В постоялый двор вошли двое.

— Мы дома!

— Мы вернулись!

Первый голос звучал несколько тонко и принадлежал девушке. Почти сразу после него раздался голос мужчины с наполненными праведностью глазами. Небольшая пауза возникла от нерешительности, мужчина боялся заглушить тихий голосок спутницы.

Вошедшая девушка не выглядела худой. «Юная красавица» — как отметили бы многие.

На вид где-то пятнадцать-семнадцать лет, тонкие черты лица, волосы до плеч. Изящная, но иногда производит впечатление безжизненной куклы. В руках держит железный посох высотой почти с неё, который испещрён символами и рунами — может, это какие-то слова, а может просто рисунки. Одета в свободный плащ, под которым крепкая, хорошо защищающая одежда. Очевидно, она — заклинатель.

Мужчина носил латы — хотя и снял шлем — и накидку с вышитым крестом. На поясе висит моргенштерн, на шее — ожерелье с таким же крестом, что и на накидке. С опрятной причёской и хорошо подстриженной бородой он производил добродушное впечатление. На вид ему было лет тридцать.

Эти двое были товарищами, которых Хеккеран и Имина ждали, — Арче Ээб Раиль Фурт и Робердик Голтрон.

— О, с возвращением! — повернулся и встретил их твёрдым голосом Хеккеран, подумав о том, удачно ли они зашли или нет.

— Что-то не так? С вами что-то случилось? — спросил Робердик без какого-либо намёка в голосе на превосходство старшего. Частично из-за личного выбора, а частично из-за взаимного равенства между работниками.

— Н-ничего.

— А-ага. Хеккеран верно говорит.

Двое замахали руками перед Арче и Робердиком.

— К слову сказать, это место не очень подходит для разговоров, почему бы не пойти вон туда? — закончив ходить вокруг да около и посерьёзнев, Хеккеран указал на круглый стол в глубине таверны.

— Сначала бы заказать что-нибудь попить... О, Имина, а куда подевался хозяин?

— Вышел за покупками. Я слежу за всем вместо него.

— Правда? Что же тогда делать? Может, вытянем бутылочку или две?

— Обойдусь.

— Я тоже, спасибо.

— Неужели?.. В таком случае... начнём встречу «Дальновидности».

Вся расслабленность испарилась, и в то же самое время они наклонились вперёд, поближе друг к другу. Хотя сейчас других посетителей не было, от старых привычек трудно отказаться.

— Прежде всего, поговорим о награде, — продолжил Хеккеран, убедившись, что привлёк всеобщее внимание. Интонация голоса и выражение лица совершенно отличались от прежних. Лидеру команды просто необходимо вести себя серьёзно и сохранять достоинство, когда положение того требует. Именно этого ждут от лидера. — Клиент в этот раз граф Фемел. Его заказ — обследовать некие руины — вероятнее всего, подземный склеп, — обнаруженные на территории Королевства. Аванс — двести, а затем ещё добавят сто пятьдесят. В этот раз качество контракта и предлагаемая сумма вознаграждения крайне высоки. Не говоря уже о том, что в конце возможен бонус в зависимости от результатов. Все магические предметы, найденные во время исследования, принадлежат графу. Однако человек, их обнаруживший, получит бонус в размере половины рыночной цены предмета. Что до драгоценных камней и металлов, произведений искусства и иных сокровищ, после оценки половина стоимости отойдёт нашедшему. Кроме того, контракт заключён и с другими командами работников. Судя по тому, как всё идёт, операция будет совместной. Хорошо, полагаю, я сказал достаточно. — Поделившись полученной информацией с Арче и Робердиком, Хеккеран вернулся к условиям задания: — Предельный срок выполнения — три дня. Цель — главным образом изучение склепа. Следует отметить, что, вероятно, мы встретим монстров, но каких именно — пока неизвестно. Судя по всему, задание и впрямь будет простым исследованием. — Заброшенные руины на окраине человеческой цивилизации монстры очень часто делали своим логовом. Потому работникам давали такие задания в основном для разведки боем. — И самое важное: склеп, скорее всего, не исследован.

Как только он это сказал, настроение изменилось.

Двести лет назад, во время бесчинства Демонов-богов, многие королевства исчезли. Не только человеческие, но и страны полулюдей и других гетероморфных рас. Руины тех цивилизаций часто содержали много бесценных сокровищ, вероятность обнаружить магические предметы тоже была высокой.

Найти сокровища — мечта, которую разделяют между собой искатели приключений и работники. Так что всем хотелось наткнуться на неисследованные руины. А тут они появились прямо перед носом.

— И наконец необходимую на путешествие туда и обратно провизию покроет граф. Это всё, что у меня есть. Арче, Робердик, рассказывайте, что разузнали вы, — увидев огонь в глазах друзей, Хеккеран передал слово товарищам, пришедшим с расследования.

— Тогда я начну. Положение графа Фемела во дворце не очень прочное. Ходят слухи, что Кровавый Император оказал ему холодный приём. Кроме того, судя по тому, что я собрала, он не нуждается в деньгах.

— Что касается найденных руин на территории Королевства, мы с Арче перекопали историю известных цивилизаций, но так и не нашли записи о древних городах, построенных рядом. Если это и вправду гробница, мы должны были найти хоть какие-то упоминания в книгах... но, честно говоря, не могу понять, зачем её строить в таком месте? Там рядом лишь несколько небольших деревенек, может, лучше поискать информацию в них?

— Увы, нельзя. Нам приказали держать операцию под строжайшим секретом. Клиент желает, чтобы было как можно меньше свидетелей. Иными словами, не следует делать лишних движений.

— Разумеется, регион ведь принадлежит другому государству. Если всё раскроется, мы можем в конечном итоге стать врагами Королевства и семьи Вайсельф.

Исследование руин, найденных в другой стране, — работа, граничащая с нелегальной. Потому-то на неё и не выбрали искателей приключений.

— Другими словами, мы делаем старую добрую грязную работу?

— Можно и так сказать, но есть небольшая тонкость.

— Верно. Если работников Империи схватят в Королевстве, графа наверняка потащат вниз вместе с нами.

— Что подводит нас к главному вопросу.

— Как обнаружили руины?

— Ага. Сколько бы я ни думал, это выглядит подозрительно.

— Правда? Разве они не близко к Великому лесу Тоб? Наверное, их нашли во время заготовки древесины.

— Странно, гляньте сюда, — Арче развернула карту и указала на кружок. — Тут не очень хорошо видно, но эти точки... — проведя пальчиком, она обозначила их цель. — Недалеко есть и селение. Однако очень маленькое. Наверное, лучше назвать его деревушкой. Так вот, жители такой деревушки вряд ли способны вырубить в лесу вот эти большие поляны.

— Согласен. В особенности если там обитают опасные монстры... Это больше похоже на правительственный проект, но не вижу никаких причин Королевству выкорчёвывать эту часть леса. В общем, информации по-прежнему не хватает.

Четвёрка забеспокоилась ещё сильнее. Принимать заказ или нет?

В отличие от искателей приключений, за которыми стоит вся гильдия, работникам жизненно важно расследовать все подробности касаемо работы до того, как за неё браться. Сначала тщательно исследовать клиента и его связи, затем место работы. И наконец на основе собранных деталей принять решение.

И даже всего этого иногда недостаточно. Если человек неспособен подобным образом изучать нанимателя, то ему следует отказаться от профессии работника. Какой бы плата ни оказалась, лучше отклонить работу, если впоследствии не удастся отмыть испачканные руки.

— Я уже подтвердил: деньги дают настоящие, вот, смотрите, это начальный взнос... — Хеккеран положил на стол металлическую пластину с исписанной множеством мелких глифов и рун поверхностью. В случае отказа пластину надлежало вернуть. — Я проверил её в имперском банке. Сумма уже на моём счёте, преобразовать в наличные можно в любое время.

Эта металлическая пластина была гарантией, которую используют банки Империи, что-то похожее на чек.

Чтобы исключить подделки, пластины создавали с большой тщательностью. Хотя процесс был очень долгим, и для пользования ими явно взималась дополнительная плата, преимущества всё же намного перевешивали недостатки.

В других странах такими делами обычно занималась гильдия искателей приключений, однако на металлические пластины Империи гарантию давало само правительство.

— На ловушку не похоже... В общем, я понял всю серьёзность клиента, как только мне отдали задаток.

Для ловушки не нужно платить такие большие деньги. Впрочем, доверчивость людей и могла быть целью. Хотя Хеккеран не верил, что как-то разозлил дворянина, чтобы тот устраивал ловушку специально на него.

— Я...

— Имина, я ещё не закончил. Пожалуйста, мысли чуть гибче.

— Да-да. Но ты сначала выслушай, я об этой работе... Возможно, клиента поджимает время, но с некоторыми пунктами я не согласна. Например, зачем нанимать несколько команд работников?

Как и отметила Имина, на переговоры с несколькими командами требуется время, не лучше ли выбрать первую согласную команду и ринуться на место руин, раз работа требует спешки?

— Меня тоже это волнует. И зачем вообще так торопиться? К тому же нигде не всплывало никакой информации, что граф находится в чрезвычайном положении. В ближайшие дни не ожидается никаких крупных событий или церемоний. Единственное, что приходит на ум: они боятся, что руины обнаружит Королевство. Найм нескольких команд просто повышает шансы на успех?

— Хеккеран, Грингхам что-нибудь говорил?

— Не очень много. Я просто пошёл спросить, связывались ли с ними, но, похоже, им тоже нужна информации касательно задания. Было очень трудно ничего не выдать, — Хеккеран беспомощно пожал плечами.

— А есть ли вероятность, что на руины нацелилась третья сторона?

— Определённо есть. Это бы объяснило, почему наняли стольких работников. А, точно, кажется, в Королевстве недавно произошло что-то крупное. Однако, насколько я знаю, это не имеет никакого отношения к области близ Э-Рантэла...

— Расскажи поподробнее, Роб.

Поскольку точную информацию добыть не удалось, пришлось довольствоваться слухами, из которых вырисовывалась не очень-то надёжная картина.

— Хм, всё равно нельзя сказать, связан ли инцидент с нашей работой. Однако мне до сих пор кажется, что Арче попала в самую точку. Роб с этим согласен.

— В таком случае... раз собирают несколько команд работников, и место работы расположено на территории соседнего государства, то мы вполне можем наткнуться на искателей приключений Королевства, которых послали исследовать руины, согласны? Раз так, то больше нет смысла собирать информацию в пределах Империи.

— Ещё следует опасаться засады других нанятых команд работников. Мне как-то не хочется потерять жизнь, как только мы доберёмся до цели.

— Или засады искателей приключений. Хотя я лучше предпочту их. С ними-то кое-как можно договориться, не то что с коварными работниками.

— Да, столкновения работников обычно заканчиваются кровью.

— Так что нам делать, лидер?..

Они подняли и обсудили общие вопросы, каждый член команды высказал мнение. Осталось только обдумать несколько домыслов и принять решение.

— Сначала я хочу ещё кое-что сообщить... Думаю, услышать должны все. — Хеккеран глубоко вздохнул, сидевшая рядом Имина тут же затаила дыхание. — Арче, приходил странный человек и говорил, что хочет тебя видеть.

На обычно ничего не выражающем лице девушки поднялись брови. По реакции Хеккеран понял, что она знает этого человека.

— Что там этот тип говорил?.. Имина, не напомнишь? — в открытую спросил лидер. Та пронизывающе на него глянула, но быстро поняла, что он и впрямь забыл, и устало ответила:

— «Скажи этой девке из семьи Фурт. Скажи, что предельный срок близок».

— Ага, что-то вроде того.

Оказавшись в центре внимания, Арче глубоко вздохнула и мрачно проговорила:

— Я в долгах.

— Долгах?! — воскликнул Хеккеран.

Конечно, потрясены были и Имина с Робердиком. Поскольку в команде не было рангов, доход разделялся поровну. И если подумать об уже заработанной сумме, быть в долгах просто смешно.

— Сколько ты должна?

— Три сотни золотых монет.

Услышав её ответ, троица снова переглянулась.

О такой сумме обычные люди даже мечтать не могли, а работники их уровня не смогли бы столько заработать за раз. Хотя плата за текущую работу насчитывала триста пятьдесят золотых, это на всю команду. Если отнять деньги на починку экипировки, а также на покупку необходимых вещей, каждому останется примерно по шестьдесят золотых.

А их команда к тому же считалась одной из лучших в профессии работника. Если пользоваться критериями искателей приключений, то они равны мифриловому рангу. И даже на таком уровне они не могли заработать подобную сумму в один заход. Вот насколько большим был долг.

Арче опустила голову, чувствуя полные сомнений взгляды товарищей.

Разумеется, она хотела избежать этого разговора. Однако если сейчас не ответить, то её могут и исключить из команды. После нескольких мгновений раздумий девушка наконец сказала:

— Семья считает это большим позором, потому я никому не говорила, но... Кровавый Император лишил их дворянства.

Кровавый Император, Зиркниф Рун Фэрод эль Никс, знаменитый тем, что замарал руки кровью.

После некоторых событий предыдущему императору пришлось уйти на покой. Вскоре одну из Пяти великих семей, семью матери Кровавого Императора, обвинили в убийстве императора и уничтожили. Затем всё пошло под откос — братья Кровавого Императора начали умирать один за другим. В те времена в городе ветер словно нёс саму смерть, ближе к концу волнений его мать тоже попала под удар и погибла.

Конечно, тогда существовала и оппозиция. Однако против Кровавого Императора, который, когда был кронпринцем, уже контролировал Имперских Рыцарей, она была бесполезна. С помощью подавляющей военной мощи всех аристократов, способных противостоять ему, срубили словно пшеницу косой. Остались лишь те, кто искренне поклялся в верности императору, и таким образом он полностью сосредоточил власть в своих руках.

Однако Кровавый Император на этом не остановился. Многих аристократов, что остались, лишили дворянства из-за их некомпетентности. Вместо этого дали шанс возвыситься способным простолюдинам.

В общем, людей больше всего удивили две особенности. Первая — сила Империи не уменьшилась ни на йоту во время массового смещения аристократов. А вторая — достигший всего этого император был лишь одиннадцати- или двенадцатилетним мальчиком.

Не так уж и редко встречались семьи, утратившие дворянство. Однако...

— Даже сейчас мои родители живут прежней жизнью. Конечно же, мы не потянули такие расходы. Вот почему родители в конечном итоге заняли денег у подозрительных личностей.

Хеккеран, Имина и Робердик переглянулись. Тревога, раздражение, неприязнь и гнев — вот что прошло между ними, хоть они это и хорошо скрыли.

«Я уверена в своих магических способностях и хочу к вам», — сказал стройный ребёнок. Вдруг в мыслях Хеккерана и остальных возник образ маленькой девочки, что явилась к ним, невозмутимо держа обеими руками посох, который был выше неё самой. Затем образ того, как они потрясены, когда Арче показала на что способна. На всех навалилась ностальгия.

За последние два года, после множества приключений, где даже один неверный шаг означает смерть, они заработали довольно много денег. Однако экипировка Арче с самого начала едва ли изменилась.

Причина наконец стала ясна.

— Это правда? Хочешь, я пойду, поговорю с ними по душам?

— Кажется, настал час твоим родителям услышать голос Бога. Нет, наверное, сначала встретить его кулаки.

— Интересно, а уши у них проколоты? Не проделать ли в них пару лишних отверстий?

— Пожалуйста, успокойтесь... Поскольку уже всё зашло так далеко, вскоре я собираюсь забрать от родителей моих сестёр.

— У тебя есть сёстры?

Когда Арче кивнула, Хеккеран, Имина и Робердик опять переглянулись. Они не сказали этого вслух, но глубоко в душе начали думать, что лучше отказаться от задания.

У работников и впрямь доход выше, нежели у искателей приключений. Однако выше и опасность. Работники всеми силами старались проверить хоть относительную безопасность работы, но всё равно довольно часто возникали непредвиденные обстоятельства.

Один неверный шаг может вылиться в трагедию для её сестёр. Однако думать о таком бесполезно.

— Неужели?.. Тогда вернёмся к этому позже. Пока можешь решить свои проблемы самостоятельно... Ладно, возвращаемся к главному, мы принимаем заказ или нет? — сказав это, Хеккеран холодно посмотрел на Арче. — Ничего не подумай, но у тебя нет голоса.

— Хорошо. Я понимаю, что из-за долгов мой голос под сомнением. — Именно это имели в виду, говоря «ослеплён жадностью». — По правде говоря, я думала, что меня в конце концов исключат из команды.

— Что ты такое говоришь? Отпускать такого опытного заклинателя — слишком большая потеря.

Хеккеран не утешал её, а говорил правду.

Врождённый талант Арче. Глаза, благословлённые чудом, много раз в прошлом спасали команду.

Если дать им имя, то лучше всего подойдёт «Всевидящие глаза».

Заклинателей часто окружала невидимая аура, но благодаря врождённому таланту Арче её видела. Более того, она могла разглядеть даже ранг применяемой противником магии. А тут уже любому ясно, какие преимущества возникают, если можно определять силу врага. Хеккеран знал только одного человека на всю страну, обладающего подобной способностью. Заклинатель высочайшего ранга Империи, Флудер Парадин. Между ним и девочкой общим были лишь глаза, но это показывало, насколько невероятный дар у Арче, раз её сравнивали с Флудером.

— Подумать только, что магическая академия отпустит такого талантливого ребёнка.

— Именно. Она ещё так юна, а уже способна на магию того же ранга, что и я. Просто потрясающе. Арче, возможно, в будущем ты сможешь достичь шестого ранга.

— Думаю, это довольно трудно. Однако я была бы счастлива.

Когда все уже почти повеселели, Хеккеран хлопнул в ладони. Всеобщее внимание снова сосредоточилось на насущном вопросе.

— Так мы принимаем заказ или нет?.. Робердик.

— Нет возражений.

— Имина?

— Почему бы не пойти? Я всегда хотела такую работу.

Как правило, работникам не давали обычные задания. Каких-то несколько дней назад они истребляли нежить на равнинах Катз. Их задания довольно сильно отличались от предложенного.

— В таком случае...

— Если ради меня, то не следует. Если откажемся, я как-то выкручусь.

Троица переглянулись, Имина улыбнулась:

— Это не так. Подумай, в этот раз нас нанимают не на стандартные тёмные делишки. Да и награда очень щедрая. Правильно, Роб?

— Да, это вовсе не ради тебя. В руинах, наверное, много неисследованных предметов. Разве нет, Хеккеран?

— Вот видишь, Арче. Мы — первые исследователи руин. Хотя жаль, что никому нельзя об этом рассказать.

— Я глубочайше вам благодарна, — Арче опустила голову.

Хеккеран, Имина и Робердик улыбнулись.

— Что ж, мы с Арче пойдём в банк и переведём пластинку в наличные. А вы двое приготовьте все необходимые в походе вещи.

Сюда входили верёвка, масло, а также некоторые магические предметы. Идеальная задача для дотошного Робердика и вора Имины. С другой стороны, Хеккеран просто ненавидел заниматься подобным.

— Отлично, начинаем!.. Арче, — Повернувшись к заклинательнице, которая недоумённо склонила голову, Хеккеран наконец высказал то, что хотел сказать ранее: — Дохода от этой работы не достаточно, чтобы покрыть твой долг.

— Ничего. Его должно хватить на небольшую отсрочку.

— Остальное можешь занять у нас.

— Ага. А с нами расплатишься позже из дохода от других заказов.

Конечно, не за просто так, ведь члены Дальновидности все равны.

— Повремените с этим немного. Я уже вернула почти всё, что заняли мои безответственные родители. Но дайте мне время, чтобы всё обдумать.

— Конечно. Не торопись.

Четвёрка в последний раз переглянулась между собой и все пошли выполнять данные им задачи.

Часть 3

Жилой район высокого класса в имперской столице занимал довольно большую область земли. Давным-давно тут построены ряды богатых особняков старого стиля. Людей, которые прогуливались между ними, часто одолевала ностальгия к истории. А жили тут зачастую аристократы.

Особняк для дворянина — признак статуса. Не украшенные дома становились объектом насмешек, хотя многим это казалось пустой тратой денег.

Мебель, драгоценности, одежда, сам дом, внутренний двор — всё это признак высшего общества. Дворянам, постоянно заводившим новые знакомства, было необходимо показывать своё богатство. Жить в простеньком особняке — достаточная причина, чтобы на человека смотрели свысока и смеялись. Так что дворяне, которые интересуются политикой и властью, постоянно украшают себя и свои имения. Это, откровенно говоря, чем-то походило на демонстрацию силы между армиями. Привилегия власть имущих.

Если оглядеться вокруг, то можно заметить, что везде только такие особняки.

Даже в столице район был самым организованным, везде было тихо и мирно. Однако витала в нём какая-то тревога. Наверное, из-за отсутствия людей.

По правде говоря, множество особняков пустовало. Из-за событий, начатых Кровавым Императором, большинство владельцев в конечном итоге не смогли выдержать расходы на проживание в этом районе.

Среди пустых особняков несколько до сих пор использовались. За садом, правда, почти не ухаживали, да и посетителей не встречали слуги.

В одном из таких и жила семья Арче. Дома её встретили родители, одетые как подобает типичным дворянам и держащие себя достойно.

— О, добро пожаловать домой, Арче.

— С возвращением.

Прежде чем надлежаще ответить, Арче уставилась на изделие из стекла, скрупулёзно вырезанное в форме чаши. Выглядело очень-очень дорого. У Арче дёрнулась щека — она не видела эту чашку раньше.

— Это?

— О, это художника Джана...

— Я не это спрашиваю. Этого у нас не было прежде, почему теперь есть?

— Потому что утром купили, — непринуждённо ответил отец, будто говоря «доброе утро».

Арче затрясло.

— Сколько?

— Хм... всего-то пятнадцать золотых монет. Дёшево, да?

В отчаянии девушка опустила плечи. Она изначально собиралась задатком за нынешнюю работу погасить часть долга, а теперь узнала, что он стал ещё больше.

— Почему вы это купили?

— Если мы, как дворяне, не сможем себе позволить купить такие вещи, то станем для всех посмешищем, — гордо рассмеялся отец.

Арче начал одолевать гнев.

— Мы больше не дворяне.

— Это не так! — Лицо отца Арче посуровело и стало полностью красным.

Он ударил ладонью о стол. Тот оказался прочным и произведение стекольного искусства не пострадало. Арче, впрочем, не возражала бы, даже если бы оно разбилось, но отец наверняка бы не стал сожалеть. «Всего-то пятнадцать золотых», — вот что он подумал бы.

— Как только этот дерьмовый выскочка подохнет, мы мгновенно вернём свой статус! Члены нашей семьи являлись дворянами Империи более ста лет. Совершенно непростительно заканчивать нашу линию. Это инвестиции в наше возрождение! А также демонстрация силы, чтобы показать этому дураку, что мы не сдались!

Как глупо.

Таким было мнение Арче об отце, который сейчас задыхался от гнева. Под «дураком» он, вероятно, имел в виду Кровавого Императора. Но для такого человека её семья даже не стоит внимания. Если отец и вправду хочет вернуть дворянство, то определённо выбрал не тот метод.

Родители, запертые в своём маленьком мирке, не видят, что происходит снаружи.

Арче беспомощно покачала головой.

— Вы двое, прекратите ругаться.

Видя невозмутимость матери, девушка решила прекратить пререкаться с отцом.

А затем её мать поднялась и протянула небольшой флакончик:

— Арче. Это духи, куплены специально для тебя.

— Сколько?

— Три золотых монеты.

— Вот как... спасибо, — поблагодарила девушка, подсчитывая в мыслях напрасно потраченные восемнадцать золотых монет.

Приняв крохотный флакон, содержащий очень небольшое количество духов, она положила его в сумку.

Арче было трудно смотреть на мать холодным взглядом. Духи и макияж хотя бы практичнее, чем изделие из стекла.

Прилично одеваясь и посещая пышные вечера, дворяне заводят новые связи. Если женское счастье в том, чтобы выйти замуж, забеременеть и родить ребёнка, то дочерям аристократов очень важно украшать себя. Во всяком случае, с точки зрения дворян.

Однако сейчас Арче не могла позволить такое расточительство. К тому же трёх золотых монет достаточно, чтобы кормить обычную семью целый месяц.

— Я уже много раз говорила: тратьте по минимуму. Покупайте лишь то, что вам в самом деле нужно.

— Точно то, что я пытаюсь сказать! Это было необходимо!

Устав спорить, Арче просто глянула на покрасневшее лицо отца. Ей надоело постоянно напоминать им о таких простых принципах. Во всём виновата она сама. Нужно было в самом начале решить дело силой, и ничего бы такого не случилось. И она бы не доставила неприятностей Дальновидности.

— Я больше не буду посылать домой деньги. Я заберу сестёр и перееду куда-нибудь, — тихо сказала девушка.

Отец снова начал разъяряться. Арче равнодушно подумала, что больше всего огорчит отца потеря её доходов.

— Кто, думаешь, растил тебя с самого рождения?

— Я уже погасила свои обязательства, — закончила разговор волшебница.

Она пока заработала не до смешного много, но всё же значительно. Полученные в походах деньги следовало потратить на то, чтобы усилить себя, как делали товарищи.

Что они думают, видя, что девушка никогда не обновляет свою экипировку?

А слабая экипировка значит, что она самый слабый член команды.

Однако члены Дальновидности ни разу и слова не сказали. Её это уже слишком сильно избаловало.

Арче пронизывающе посмотрела на отца. Испытав полную силу её взгляда, он осел. Прошедшая через множество смертельных опасностей волшебница никогда бы не проиграла неуклюжему аристократу-отцу.

Ещё раз глянув на потерявшего дар речи мужчину, девушка покинула комнату.

Оказавшись снаружи, Арче вздохнула с облегчением.

— Госпожа.

— Что такое, Джеймс?

Джеймс уже очень долго был дворецким семьи Арче. На его морщинистом лице было напряжённое выражение. Такое лицо она видела очень часто после того, как семья впала в немилость.

— Мне не хочется это вам говорить, но...

Арче подняла руку, прерывая его речь. Некоторые слова дворецкому не следует произносить — Джеймс осёкся.

Арче достала маленький мешочек и открыла его. Блеснуло серебром, бронзой и, совсем немного, золотом.

— Этого хватит?

Приняв мешочек, Джеймс посмотрел внутрь и наконец расслабился.

— Зарплата, а также проценты торговцам... думаю, с остальным я разберусь, госпожа.

— Вот и хорошо, — Арче наконец расслабилась. Она дала самый минимум, но его всё же хватило, чтобы свести концы с концами. — Ты не смог остановить отца от покупки?

— Нет. Продавец пришёл с дворянами. Я напоминал старому господину множество раз, но...

— Ясно.

Девушка и дворецкий вздохнули.

— Просто небольшой вопрос. Сколько мне нужно собрать, чтобы расплатиться за всё?

Джеймс грустно улыбнулся, но не удивился. Наверное, уже понял, что всё к этому и шло.

— Хорошо, как только закончу подсчёты, я принесу вам.

— Я рассчитываю на тебя, — ответила девушка и услышала, как кто-то бежит по коридору. Арче знала, кто это, даже не оборачиваясь.

Смягчившись, она повернулась как раз вовремя, чтобы заметить, как навстречу бежит тень и прыгает, не замедлившись.

В объятья Арче прыгнула девочка ростом меньше метра. Ей было лет пять, а её глаза напоминали глаза Арче. Обнимая старшую сестру, девочка подняла голову и недовольно надула розовые щёчки:

— Слишком твёрдо.

Она говорила не о плоской груди.

Арче носила одежду, созданную для путешествий. Область вокруг грудной клетки и живота была усилена твёрдой кожей. Налететь на неё всё равно что налететь на стену.

— Не поранилась? — она коснулась щеки девочки, гладя её по голове.

— М-м, нет. Сестричка.

Видя счастливое лицо сестры, Арче улыбнулась.

— Я вас покину.

Выразив признательность дворецкому, не хотевшему им мешать, Арче снова погладила сестру по голове.

— Улеи... в коридо... — Арче остановилась на полуслове. Дочкам дворян невежливо бегать в доме, но она ведь сообщила отцу, что они уже не дворяне, нагоняя больше не требовалось.

Всё это время Арче не прекращала гладить. Хотя девочка, чьи волосы полностью растрепались, вовсе не возражала и продолжала смеяться.

Оглядевшись вокруг, она нигде не увидела ещё одну девочку.

— А где Куди?

— У себя!

— Хорошо... я хочу поговорить кое о чём с вами, пошли вместе.

— М-м.

Защищать радостные улыбки сестёр — обязанность Арче. Пока она держала Улеи за руку, внутри быстро разрасталось тепло. Маленькие ручки Улеи умещались даже в небольшой ладони Арче.

— Рука сестрички тоже твёрдая.

Заклинательница посмотрела на свою другую руку. От полученных на разнообразных заданиях травм ладони огрубели и больше не подходят госпоже дворянской семьи. Однако она не сожалела. Эти руки — доказательство, что она живёт своей жизнью вместе с друзьями — товарищами из Дальновидности.

— Но я её очень люблю!

Когда Улеи покрепче ухватилась обеими руками за руку сестры, Арче улыбнулась и сказала:

— Спасибо.

♦ ♦ ♦

Как обычно, северный рынок имперской столицы переполняла энергия. Однако из-за специализации продаваемых товаров сюда приходило намного меньше покупателей, чем на центральный рынок. А поскольку толп народу не было, ориентироваться было легче.

Увидев обычную суету рынка, Хеккеран и Робердик расслабили плечи и начали просматривать прилавки. Северный рынок — один из самых безопасных районов столицы, потому-то они и смогли расслабиться.

— Так, Хеккеран, что нам нужно купить?

— Для начала лечащие предметы. Следует запастись этими «Палочками исцеления малых ран». А ещё на всякий случай несколько «Палочек исцеления умеренных ран»... и не выбирай те, у которых мало зарядов. Насколько я слышал, мы идём в гробницу, возможно нам придётся использовать их против нежити. Затем запасёмся предметами для противодействия мертвецам, яду и болезням. А ещё нужны меры сопротивления негативной энергии и нежити, не имеющей физической формы... Жаль, что многоразовые предметы довольно дороги, так что желательно запастись и свитками магии.

Палочки могли содержать несколько зарядов одного заклинания. Пользователь может использовать его до тех пор, пока количество зарядов не опустится до нуля. А потому, по сравнению с одноразовыми свитками, в некоторых случаях палочки значительно ценнее, например для исцеления.

— Это всё? Я думал, мы здесь купить подарки, и тебе нужен мой совет.

— Какие подарки?

— Не бери в голову, Хеккеран. Пошли искать всё необходимое.

— Ладно...

Все лавки северного рынка находились под открытым небом, они были выстроены в аккуратные ряды и заставлены предметами, чтобы прохожие всё видели.

Как правило, предметы укладывали на листы бумаги. Один предмет на один лист. Однако на большинстве прилавков продавались лишь вещи среднего качества. Новые или неизвестные предметы встречались редко.

Торговцы, казалось, способны защитить себя. Они либо стояли с грозным оружием, либо были одеты как заклинатели. По сравнению с обычными купцами эти походили на закалённых воинов. Выглядели они на рынке совсем не к месту, но и вправду владели торговыми точками, хоть в некоторых случаях только на один день. А в остальное время они обычно или искатели приключений, или работники. Иными словами, продавцы по профессии были практически как Хеккеран и Робердик.

Многие просто продавали ненужную или найденную на приключениях экипировку и предметы. Они, конечно, могли бы продать её в магическую гильдию или торговцам, что специализируются на магических вещах, но прямая продажа избавляла от таможенного сбора, а это снижало цену предметов. А выручка всё равно покрывала плату за место на рынке.

По этой причине искатели приключении и работники, в том числе Хеккеран, часто сначала заходили на северный рынок. Некоторые даже заглядывали сюда каждый день, если находили свободное время.

И последнее: кто посмеет шуметь в районе, полном ветеранов сражений? Безумцев не находилось. Потому-то на северном рынке уровень преступности был одним из самых низких.

Потратив некоторое время на осмотр, Хеккеран и Робердик снова встретились. Оба были ни мрачными, ни довольными.

— Нашёл что-нибудь?

— Ничего.

Поскольку на продажу главным образом выставлялись лишние вещи, было трудно найти что-то стоящее. Может, подобные предметы подошли бы искателям приключений низкого ранга или неопытным работникам, однако не Дальновидности.

— Жаль. Лучше бы пошли в наше обычное место, быстрее бы вышло.

— Я надеялся отыскать товары по более низким ценам. Что ж поделать, раз ничего не нашли. А впрочем, это только первый шаг на пути к экономии.

— Экономии... Хеккеран, как думаешь, что нам делать?

— С Арче, да? Как ты догадался, что я думал о ней? Ты что, заклинатель сверх высокого ранга, или как?.. .

— Любой догадается.

— Ладно, из её слов можно сделать некоторые выводы.

— Какие?

— Что это может быть нашим последним приключением, ты ведь уже понял?

— Эй, не бросайся фразами, которые могут нас проклясть. — Робердик горько улыбнулся. — Хотя приключение, наверное, и в самом деле будет последним. Если Арче заберёт сестёр под свою опеку, то мы больше не сможем выполнять задания с подобной лёгкостью.

— Ты прав. Работа, конечно, потребуется, но она не обязательно должна быть такой, как сейчас.

— Девушке легко удастся найти новое место. Заклинательницы третьего ранга ведь на дороге не валяются. А семья... не знаю, сколько у неё сестёр, но с тремя-четырьмя она справится.

— Да, я тоже так думаю. Потому, наверное, она и решилась.

— Теперь проблема осталась с нашей стороны. Если наша чародейка покинет команду, как будем подыскивать ей замену?

— Вот бы заклинатель третьего ранга вдруг упал с неба.

— Эй, отделяй мечты от реальности... Будь мы искателями приключений, помогла бы решить проблему гильдия... А так придётся положиться на удачу.

Двое переглянулись и вздохнули.

Потерять товарища. Не суметь догнать остальных. Или же одному вырваться далеко вперёд. Это — обычные причины ухода из команды для искателя приключений или работника. Такое встречалось повсеместно. Очень редко команда держалась цельной от самого своего основания. В типичных случаях члены менялись по крайней мере два-три раза.

Хеккеран, Робердик и Имина не были исключением.

Хотя арканистов было трудно отыскать — в особенности умеющих использовать магию третьего ранга, — работникам требовалось брать во внимание ещё и качество характера.

— А если обучить заклинателя второго ранга?

— Лучше прибережём этот вариант напоследок. По возможности я не хотел бы так поступать.

— Как же хлопотно выбирать новых членов. У большинства из тех, кто стал работниками, плохой характер. Если выберем не того, например боевого маньяка, будет очень плохо.

— А нам довольно сильно повезло, да?

— Ага, очень редко вся команда состоит из людей, которым нужны деньги. Хотя случай Арче немного отличается.

— Когда она к нам подошла, мы как раз думали, кого бы взять на место последнего члена команды. — Робердик уставился вдаль, вспоминая прошлое. Хеккеран почувствовал то же самое. — Я всё ещё помню, что тогда пил... Я даже начал думать, что наша команда сформировалась по самой воле Божией, так вовремя подошла Арче.

— Хех, это удивительно. Я лишь смутно помню. Так что ты тогда пил?

— Воду.

— Как и всегда?.. Похоже, ты и вправду не любишь алкоголь. Хотя было бы досадно, начни ты пить как Имина.

— Ничего не поделаешь. Я трезвенник. Хотя должен признать, Имина пьёт... страшновато.

— Ну, Роб, тебе одной кружки достаточно, чтобы покраснело лицо, потом посинело и наконец побелело. Мне до сих пор интересно, что бы тогда случилось, если бы мы магией не вывели отраву.

— На моём месте стоял бы кто-то другой. Сам же знаешь, что от алкоголя и помереть можно, — пожал плечами Робердик. — Вернёмся к нашему разговору, что будем делать с Арче? Распустим команду?

— Если не сможем найти замену, то да. Троим ходить на нашу работу уж слишком опасно... может, снова станем искателями приключений?

— Не могу я смириться с правилами храмов. Если до этого дойдёт, то я лучше уйду в отставку.

— В отставку, да... тоже неплохая мысль.

— Пока у меня не закончатся сбережения, я попытаюсь найти работу, где смогу помогать людям или защищать слабых. Ещё неплохо стать простым фермером в какой-нибудь цветущей деревушке и изучать учение Бога. А что собираешься делать ты, Хеккеран?

— Хм, что же мне делать?

У Робердика дёрнулись уголки губ.

— Хм... или это решение, которое ты не можешь принять сам?

Хеккерану потребовалось некоторое время, чтобы полностью осмыслить слова Робердика. Наконец поняв, он поднял голову:

— Эй!

— Ку-ку... — тот рассмеялся злым смехом. — Думал, я не заметил?

— Эй-эй-эй! Я не пытался ничего скрыть. Понимаешь, время... а, так ты это имел в виду, когда заговорил о подарке?

— Ага, так ты собираешься ей что-то подарить?

— Эй, Роб! Гляди туда!

Хеккеран указал на двух человек, которые сейчас рассматривали разложенный под красивым тентом товар.

Один из них был закован в чисто-чёрные доспехи, на спине колыхался алый плащ и висел гигантский меч.

— Так внезапно менять тему... ладно, неважно. Всё равно позже выясню побольше. Хм, какая ошеломляющая экипировка. Если у владельца подобающие навыки, то он замечательный воин. Это кто-то из наших знакомых, кому удалось улучшить снаряжение?

— Сомневаюсь. Не думаю, что они из столицы. Заметил вон ту прячущуюся девушку? Я никогда не видел её лицо.

— Отсюда плохой угол обзора. Какая она по сравнению с Иминой?

— Лучше не спрашивай. Я просто не могу ответить!.. Честно говоря, эта девушка очень красива.

— Имина тоже прекрасна. Но раз её любимый так говорит... Думаю, эти двое или путешественники, или путешествующие искатели приключений. Наверное, решили перебраться в столицу.

— Но почему они смотрят магическую утварь? Разве не странно?

Под красивым тентом лежали аккуратненькими рядами магические предметы. Однако, в отличие от вещей, что используют искатели приключений и работники, там были выставлены предметы для повседневного использования. Например, контейнеры, которые поддерживают внутри холодную температуру, в них в основном хранили пищу, чтобы не портилась. Или предметы, похожие на веера, способные создавать ветер.

Подобные магические предметы главным образом предложил двести лет назад минотавр, которого окрестили «Хвастливый Мудрец». Он напредлагал много чего, но зачастую не мог объяснить, почему тот или иной предмет должен быть именно такой формы и как он работает. Так что в итоге воину, не сумевшему их создать, и дали такое прозвище.

Однако он был не просто первоклассный боец, а легенда, одним взмахом топора способная создать торнадо и расколоть землю. Ещё он прославился тем, что поднял статус людей в Великой Нации Минотавров из вида, который используют в качестве пищи, до рабов, используемых для труда.

Очень редко увидишь искателей приключений, что обычно живут на постоялых дворах, рассматривающих придуманные тем получеловеком магические предметы домашнего обихода, бесполезные в приключении.

— Это не так уж и странно. Магические знания Империи довольно продвинуты. Да и дешевле тут предметы, чем в других странах. Наверное, они посчитали, что, даже учтя стоимость возвращения, дешевле купить их здесь?

— А, так вот в чём дело. Ясно. Я об этом не подумал.

— С нашей точки зрения их действия и вправду выглядят странными, но всё встанет на свои места, если учесть, что они путешественники.

— И то верно. Теперь понимаю.

Закованный в доспехи воин внимательно осматривал магические предметы. Открывал их, закрывал, поднимал, поворачивал. До такой степени, что у торговца вспотела голова.

— Нам тоже нужно столь серьёзно искать предметы.

— Ага.

Глава 2. Бабочка в паутине

Часть 1

Ещё затемно в имении графа собралось несколько команд работников. Последними прибыла Дальновидность Хеккерана. Пришло в общей сложности восемнадцать человек — одни из лучших в столице.

Держась на разумном расстоянии, команды оценивали друг друга. Когда четыре члена Дальновидности наконец прибыли, на них разом уставились остальные работники. По-своему впечатляющая сцена.

— Хм, почему-то мне кажется, что я уже видела все эти лица. К примеру, вон того мужчину, Битла, мы встречали недавно на равнинах Катз, не так ли?

— А? Разве я не говорил на постоялом дворе? Команда Грингхама тоже приняла заказ... неужели не говорил? Мне кажется, что говорил... Ладно, сегодня тут собрались знаменитые команды работников! Поаплодируем глубоким карманам клиента.

— Воздержусь. Кстати, вон там ведь лидеры команд?

В месте между командами собрались три человека и обменивались информацией.

— Грингхам, кажется, среди них. Да, точно. Что ж, пойду, поздороваюсь.

— Тц!.. И этот парень здесь? Тогда вон те эльфийки... Чёрт возьми, я никогда не встречала худшего типа. Вот бы ты умер, кусок дерьма, — словно сплюнула Имина.

Она говорила тихо, но Хеккеран и остальные сильно обеспокоились и быстро осмотрелись, надеясь, что никто не услышал.

— Имина!

— Знаю-знаю, Роб. На эту работу он будет товарищем... Но как же мне не хочется видеть его рожу.

— Мне тоже.

— Ну, если выбирать между нравится — не нравится, я его тоже недолюбливаю. Однако учитывай наше положение, — беспомощно пожал плечами Хеккеран, вклинившись в разговор между раздосадованной Иминой и Робердиком. — Тебе ещё придётся здороваться с ним, смотри не скривись, хорошо?

— Ты давай, постарайся там, лидер, — поддержал Робердик, словно говоря ему не лезть в чужие дела.

Хеккеран нахмурился, но пошёл к троим работникам.

Первым встретил Хеккерана работник в странно округлых, почти сферических латах стального цвета. Из-за особенно крупных наплечников мужчина больше походил на двуногого жука, нежели на человека. Со шлема торчали даже рога, а значит, доспехи специально так выковали.

Впрочем, одно умышленно сделано не было — длина ног мужчины. Они были очень короткими. В доспехах он в самом деле походил на жука-носорога, которого дети, забавляясь, вынудили подняться на две ноги. Если говорить в более добрых терминах, то короткие ноги гномов давали больше устойчивости. А это уже одна из черт, подходящих воину.

— Как я и предвидел, ты пришёл, Хеккеран.

— Здоров, Грингхам. Заказ показался нам не очень плохим.

Хеккеран непринуждённо поднял руку, приветствуя двух оставшихся лидеров. Те ответили без какого-либо недовольства. Хеккеран был самым молодым и наименее опытным из четвёрки, однако навыками работника им ни в коем разе не уступал.

— Кстати... — обратился Хеккеран, глянув на команду Грингхама, и быстро продолжил: — Вас пятеро. Что случилось с остальными?

— Отдыхают, восстанавливают силы. Мы делали ту же работу, что твоя команда, и многие члены остались чинить повреждённую экипировку и закупаться предметами.

Этот мужчина, Грингхам, был лидером Тяжёлого Пресса, команды работников, состоящей из четырнадцати членов.

В таком количестве были, конечно, преимущества. Например, есть больше возможностей в способах выполнения задания. А именно, лидер может выбрать наиболее подходящих членов для конкретного заказа.

Однако без недостатков не обошлось. Доход был меньше, поскольку заработанные деньги приходилось делить между большим количеством людей. А также возникало больше конфликтов из-за разногласий между членами, из-за чего всей команде становилось труднее действовать быстро.

А если учитывать характер типичных работников, команды нередко внезапно распускались. У Грингхама и вправду выдающиеся лидерские качества, раз он сумел удержать под контролем такую большую свору людей.

— Эх, как скучно. Не хочешь к нам? Оставленные товарищи в накладе не останутся.

— Глупое предложение. По завершению задания нам выдадут бонусы на основе эффективности лидера. И, к твоему сожалению, лучшим себя покажу, разумеется, я.

— Ой-ой, пощади. И вообще, кончай со всем этим официозом, — предложил Хеккеран. Грингхам лишь ухмыльнулся. Видя, что тот не намерен прекращать, лидер Дальновидности пожал плечами и повернулся к следующему мужчине: — Кажется, мы впервые видимся лицом к лицу. — Он протянул руку с намерением поздороваться.

Тот без колебаний пожал её — захват оказался весьма сильным. Парень уставился прямо на Хеккерана.

— Дальновидность, я о вас наслышан.

Голос звучал чисто, как колокол, что очень подходило его внешности.

— И я о вас, «Тэмму». — Гениальный мечник, не побеждённый на арене. Нет ни одного работника, не знающего, кто он такой. Его Тэмму была командой, собранной специально под него. Частично именно поэтому Имина его невзлюбила. — Гений меча, который, говорят, сравним с сильнейшим Королевства, Газефом Стронофом. Я рад, что ты с нами в отряде, это обнадёживает.

— Благодарю. Но, я уверен, уже пора говорить, что это Газеф сравним со мной, Эруёй Узрутом.

— О, какие хорошие слова.

Эруя слабо улыбнулся, не скрывая надменности. Подавленные Хеккераном неприятные чувства снова почти всплыли.

— Что ж, надеюсь, в руинах ты не подведёшь.

— Конечно. Я уничтожу любую опасность. Будет чудесно, если встретятся достойные монстры, — сказал Эруя, похлопав по висевшему у талии оружию.

— Пока неизвестно, какие в руинах водятся твари. Может, мы натолкнёмся даже на драконов?

— Они, конечно, ужасают, и бой стал бы просто-таки адским. Однако победа всё равно достанется мне.

Улыбнувшись сомнительной улыбкой, Хеккеран отреагировал последним, потому что силой подавил другие эмоции.

Если брать во внимание только навыки мечника, то, по слухам, Эруя может справиться даже с искателями приключений орихалкового ранга. А значит, некоторые основания для хвастовства всё же имелись. Уверенность в себе это всегда хорошо, ведь работникам часто приходилось показывать свои способности перед клиентами.

Однако у хвастовства должны быть пределы.

Сильнейшая раса в мире, драконы.

Повелители небес, способные выдыхать пламя. Чешуя почти непробиваема, а в силе им нет равных. С возрастом они даже учатся магии. Живут намного дольше человека, а перед их мудростью склонят голову даже мудрецы.

Драконов часто описывали в сказках как злодеев, которые хотят съесть героя. Даже в легенде о Тринадцати героях последний противник в их приключениях был дракон, известный под именем «Дракон-бог». Во многих историях драконов делали последними противниками.

Хотя часто во время бесед этих существ использовали лишь в качестве примера, высокомерие Эруи всё же удивляло. Как его слова ни истолковывай, они выглядели шуткой. Однако у него во взгляде читалась полная серьёзность. Насколько же он самоуверен?

Неизвестно, какие монстры встретятся в руинах. Суждение Эруи наверняка станет помехой для всей операции.

Думаю, лучше держаться от него подальше.

Как было бы удобно, сгинь он где-то. Но всё же возникнут серьёзные трудности, если вся формация порушится. Приняв решение, Хеккеран слабо улыбнулся и начал видеть в Эруе нечто, что можно выбросить после использования.

— О, а это, должно быть, остальные из Дальновидности, ха... — При виде Имины его взгляд наполнился пренебрежением.

Шла молва, что Эруя родом из Слейновской Теократии, где человек считается высшей расой, а люди со смешанной кровью — низший класс людей. Такой тип счастливее не станет, когда узнает, что в задании на практически равных правах с ним участвует полуэльфийка. Именно из-за такого отношения слухи и казались столь надёжными... однако у граждан Теократии должно быть крёстное имя. Впрочем, некоторые говорили, что парень отказался от него.

Размышляя над этим глубоко в душе, Хеккеран на всякий случай сказал:

— Эй, не будь столь враждебен к моему товарищу, ладно?

— Разумеется. В этот раз мы товарищи на одну работу. Конечно, я буду сотрудничать.

— Ловлю на слове.

Наверное, могучий дикий ребёнок Эруя повзрослел, но Хеккеран тем не менее боялся, что он выйдет из-под контроля. Словом, он чувствовал душевную нестабильность Эруи. Даже дав предупреждение, Хеккеран не смог расслабиться, столь неприятная повисла атмосфера.

— Эй, верь мне. В любом случае вернёмся к нашему разговору, я не возражаю на время похода передать лидерство кому-то другому. Пока ничего особого не случится, я буду слушаться приказов. Если столкнёмся с чем-то опасным, я не против сражаться в первых рядах. Я позволю вам, ребята, лицезреть мои навыки с клинком.

— Да-да, понял.

— Что ж, тогда я возвращаюсь к своей команде. Позовёте, если будут проблемы, — Эруя поклонился и ушёл.

У Хеккерана чуть дёрнулось лицо, когда он увидел количество следующих за Эруёй женщин. Однако показывать эмоции нельзя. Он только навредит. Недопустимо лидеру команды так себя вести.

Стерев все чувства с лица и отвернувшись от того, кого он считал мусором, Хеккеран поздоровался с последним человеком:

— Приветствую, старейший. Хорошо выглядите.

— Хо, Хеккеран. Ты тоже.

Странный звук в его речи появлялся из-за отсутствия передних зубов.

Парупатра «Зелёный Лист» Огрион.

Также известный как «Начало», одет в доспехи, которые словно сияют отражённым светом от зелёных листьев в утренней росе. Они сделаны не из металла, а из чешуи зелёного дракона. Команда Парупатры сумела убить дракона. Конечно, судя по размерам чешуек, он не был таким уж сильным. Тем не менее даже небольшой дракон представляет серьёзную угрозу для искателей приключений и работников.

Кроме того, Парупатре было более восьмидесяти лет.

Обычно большинство людей такой профессии уходили в отставку лет в сорок, а иногда и раньше. Даже искателей приключений, которым за пятьдесят, было очень мало. Как бы сурово это ни звучало, при постоянной встрече со смертью трудно игнорировать снижение физических способностей. И даже Парупатра не стал исключением. На пике своей силы он был равен искателю приключений орихалкового ранга, сейчас же его навыки значительно снизились. Тем не менее старик до сих пор не покинул передовую.

Многие работники уважали Парупатру за то, что он продолжает ходить на приключения, несмотря на преклонный возраст.

— Хо. Того парня следует опасаться, — шёпотом заговорил Парупатра, его морщинистое лицо напряглось.

Хеккеран согласился:

— Ага. Мне всё равно, если он убьёт себя, но мне не хочется, чтобы он потянул за собой и нас.

— Да, парень силён, но его излишняя самоуверенность может поставить под удар остальных. Он как ходячая угроза.

Грингхам также добавил шёпотом: «С ним так хлопотно сладить». Любой работник, увидевший отношение Эруи, не смог бы подумать иначе.

— Да и насколько он силён? Я в последнее время не бывал на арене.

— Что, не знаешь? Я, однако, знаю... а вы, старейший?

— Я лишь слышал о нём, но никогда не видел вживую. Могу поспрашивать товарищей. А как будем определять порог сильных? Если брать в качестве точки отсчёта Газефа Стронофа, то старику на ум приходят только... да, только Четыре Рыцаря Империи, где их поставить по сравнению с Газефом?

— Рыцари, которых окрестили «Тяжёлый взрыв», «Непоколебимый», «Молния» и «Яростный ветер», хм... Судить довольно трудно. Четыре рыцаря чуть слабее воина-капитана Королевства. Однако Газефу Стронофу уже не быть сильнейшим. Время течёт и наконец приходят более сильные, рождается новая эра.

— Узрут? Он правда столь могуществен? К тому же я никогда не наблюдал вживую, как сражаются Четыре Рыцаря Империи... самый сильный, кого я пока видел, это капитан Мифриловой имперской стражи под прямым командованием императора. Он тоже весьма неплох... наверное, на уровне Четырёх Рыцарей?

— Насколько знает старик, сильнейшими среди всех будут Драконьи Короли из Союза. С ними людям не справиться.

— Я слышал, что их там пять или семь... упс, вернёмся к силе Узрута. Давайте пока ограничимся мечниками людей.

— Тогда следует исключить мечников из Союза Агранд, потому что они в большинстве своём полулюди. То же самое относится и к Королю-воину арены. Остаётся только Рыцарь валькирии Святого Королевства, владеющий Священным клинком, но, в конце концов, мы сравниваем только навыки владения мечом.

Для работников сбор информации о тех, кто силён, мог оказаться чрезвычайно важным для завершения заказа. Потому что если во время задания встретятся такие противники, то следует быстро решать, как поступить. Для людей, что живут мечом, вполне естественно собирать подобную информацию.

Что сейчас и происходило. Изначально разговор должен был идти о том, насколько силён Узрут, тем не менее он медленно перешёл в обмен информацией о сильных людях. Они почти уподобились детям, которые в споре кричат: «Этот дяденька так силён!».

— Хотя общий уровень бойцов в Слейновской Теократии довольно высок, я ещё не слышал, чтобы там кто-то выделился. В любом случае даже если такие и есть, не будем же мы включать заклинателей божественной магии?

— Кажется, в Королевстве среди искателей приключений высшего ранга есть воительница? Насколько она хороша?

— А, эта «грудастые мышцы». Она и вправду довольно сильна. Однако я слышал, что во время турнира она проиграла воину-капитану.

— Говорят, искателя приключений, который её так назвал, она побила чуть ли не до смерти. Хо-хо-хо... какая страшная женщина!

— Мы стольких называем, что вспомнить ещё кого-то становиться трудновато. Посмотрим, Тёмный Герой из Альянса Городов, Сэрабрит «Вспышка» из группы искателей приключений адамантового ранга «Кристальная Слеза» и Оптикс «Алый» из команды работников «Великое пламя алого лотоса», оба из Драконьего Королевства. Кроме того, человек, родом из Королевства... Брейн Унглас.

Разговор впервые остановился.

— Брейн Унглас? Кто он такой? — Парупатра удивлённо спросил Грингхама.

— Вы не знаете, старейший? Он тоже знаменитый мечник Королевства... А ты, Хеккеран? — Тот покачал головой. — Ясно, ты тоже не знаешь, — не сумев скрыть разочарование, Грингхам, попытавшись вспомнить, неуверенно заговорил: — Когда я решил поучаствовать в турнире Королевства, то столкнулся с ним в четвертьфинале. Тогда я не смог достичь даже его лодыжки.

— Это тот турнир, где участвовал и Газеф Строноф?

— Ага. В итоге Брейн Унглас проиграл Газефу Стронофу. Однако матч между сильными был поистине захватывающим. Практически идеальнейший пример боя для мечников. Просто дух захватывало, как они парировали удары друг друга, как выбирали угол атаки, основываясь на положении... и тому подобное. Тогда я узрел истинную глубину фехтования.

Брейн Унглас в самом деле опытен, раз, судья по рьяному рассказу Грингхама, на равных дрался с сильнейшим воином Королевства. У него определённо первоклассные навыки.

Хеккеран вздохнул. Похоже, есть ещё много сильных людей, о которых он не знает.

— Хо... Интересно, кто сильнее, Унглас или Узрут? Как думаешь?

— Узрут, — ответил Грингхам. — Если сравнивать с Унгласом того времени, то он определённо проиграет. Я недавно наблюдал за битвами Узрута на арене, так что в этом уверен.

— Другими словами, Узрут сможет сравняться с воином-капитаном Королевства, каким тот был во время турнира? Он в самом деле столь силён? Не знал! — перевозбудившись, Хеккеран случайно повысил голос, но быстро одёрнул себя.

— Ясно. Унглас, да. Похоже, я сумел узнать о Королевстве что-то новое... О, точно, вы слышали? Разве у Королевстве не появилась ещё третья команда искателей приключений адамантового ранга?

— Конечно я слышал, старейший.

— Простите, я нет.

— Хеккеран... Твоё невежество может сильно навредить команде.

— Знаю. Однако очень трудно собирать информацию о таких профессиях, да ещё о людях из Королевства. Пустая это трата денег.

— Хо-хо-хо. Как смело. Старику это нравится!

— Старейший, я хотел бы услышать ваше мнение. До меня доходило много слухов о Момоне из Тьмы, но некоторые из них оказывались до смешного вопиющими. Например, о том, что он успешно победил гигантского василиска командой всего из двух человек и без поддержки целителей.

— Хм, может быть, это просто ложные слухи?

Даже для адамантовых искателей приключений победить настолько сильного противника вдвоём практически невозможно.

— Ты тоже согласен, Хеккеран? Чем больше информации я собираю, тем подозрительнее всё кажется. Даже касательно происшествия в столице. Говорят, что они с одного удара победили демона, у которого сложность выше двухсот. По-моему, гильдия искателей приключений Королевства намеренно распространяет ложные слухи, чтобы пришло ещё больше людей адамантового ранга.

— Вполне возможно. Новые искатели приключений выглядят поистине изумительно. Но пойдёт ли гильдия на такое? В определённых вопросах они очень строги, потому-то и зовутся гильдией.

— В каждом городе всё немного отличается в зависимости от местного Гильдмастера. Когда я ещё был искателем приключений, у мастера гильдии моего города был самый скверный характер. Однажды я не выдержал и ударил его прямо в морду. Хо-хо-хо! Так я и стал работником, — Парупатра счастливо расхохотался. История о том, как старик стал работником, была очень известной. Можно даже сказать, что в имперской столице не найдётся ни одного работника, который бы её не знал. Ведь её часто рассказывал сам Парупатра, когда напивался. — Но я не думаю, что гильдия будет так поступать.

— Значит, вы верите слухам?

— С трудом. Я пытаюсь мыслить рационально, но двухсотый уровень... мне даже трудно представить, насколько ужасающе силён тот демон, победить его одним ударом попросту невозможно. И даже если возможно — вероятность крайне низка. А если всё случилось так: появился сверхсильный демон и его пытались одолеть бесчисленные команды искателей приключений, а последний удар нанесли члены Тьмы?

— Звучит правдоподобнее.

— Думаю, это возможно. Нет ничего удивительного в такой силе адамантового ранга, где очень большой разброс в навыках.

— Значит, Хеккеран и я одного мнения, а вы, старейший, считаете, что это произошло взаправду, правильно?

— Хо-хо-хо. Совершенно верно.

— Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Теперь мне хочется поглядеть на него хотя бы раз... но в то же время и не хочется, — произнёс Хеккеран, и собеседники уже собирались с ним согласиться, как послышался удар, за которым последовал женский крик.

Все работники сразу же повернулись к источнику беспокойства. Некоторые уже достали оружие и приготовились к бою.

Закричала одна из компаньонок Эруи, сейчас лежащая на земле. Видимо, парень её и ударил. Его лицо перекосило от ярости, женщина со страхом в глазах молила о прощении.

Отчаянно пытаясь подавить скакнувшую в груди злость, Хеккеран первым делом подумал о товарищах и поспешно глянул на Имину.

Приняв решение, лидер Дальновидности сделал каменное лицо и остался стоять на месте. Однако исходившее от него давление означало: если случится что-то ещё, он первым ударит.

Хеккеран поспешно дал знак Робердику и Арче не позволить Имине действовать.

Собственно, он чувствовал то же самое, что Имина. Однако сейчас у него не было права влезать в дела другой команды. Конечно, если бы он захотел, его бы ничего не остановило. Просто тогда потребовалось бы взять на себя ответственность. Другие команды не вмешивались по аналогичным причинам — лишь с отвращением отвернулись.

В конце концов, Имина смогла прийти в чувство и подавить эмоции. Сделав грубый жест в спину Эруе, она сплюнула на землю.

— Похоже, у него с воином-капитаном Королевства общие лишь навыки владения мечом. Было бы чудесно, если бы и характер, но я прошу слишком многого. Что ж, давайте на этом закончим бесполезную болтовню.

— Согласен. Раз ты уже прибыл, Хеккеран, самое время решить наиболее важный вопрос.

— Узрут отказался, остались мы трое. Кто возьмёт на себя командование операцией?

Мужчины замолчали.

Пришло четыре команды работников — уже весьма значимый боевой потенциал. Однако без надлежащего командования большая его часть пропадёт впустую. Лучше быть одноруким, чем иметь много рук и не уметь их использовать.

Управлять несколькими командами, в которых встречаются самые разнообразные личности, и так трудно, а делать это, чтобы не возникало недовольных, ещё труднее. Ошибки, неизбежные, когда отдаёшь приказы, могут привести напрямую к неудаче. А если лидер поставит в приоритет собственную команду, то в конечном итоге навлечёт на себя всеобщий гнев.

Проще говоря, эта ответственность требует способностей, но приносит больше вреда, чем пользы.

Зная это, лидеры молча ждали, изучая выражения лиц друг друга. Через примерно минуту тишины уставший Хеккеран предложил:

— Честно говоря, мне кажется, что лучше пока не выбирать командира.

— Это лишь отложит проблему. Что, если начнётся битва? Ведь будет хаос.

— Предлагаю командовать по очереди. Недовольство будет сведено к минимуму, а что делать потом, можем обговорить уже по прибытию в руины.

— Ладно...

— Согласен.

Хеккеран и Парупатра приняли предложение Грингхама.

— В таком случае давайте построим очередь по порядку прибытия.

— А что насчёт Тэмму Узрута?

— Обойдётся. Всё равно он неспособен вести за собой людей.

— Могу только согласиться, старейший. В таком случае первым возьму командование я, «Тяжёлый Пресс», кто и предложил эту систему.

— Позаботься о нас, Грингхам.

— Старик на тебя рассчитывает.

— Понял. Только вряд ли мы на территории Империи встретим опасных монстров. Проблемы начнутся только в Королевстве, когда приблизимся к Великому лесу.

— Чёрт, следовало использовать обратный порядок. — Хеккеран приложил ладонь к лицу, и Парупатра с Грингхамом тихо рассмеялись. Однако смех прекратился, как только они заметили идущего в их сторону мужчину.

Наконец во дворе графа загорелся свет — появился дворецкий. Шёл он весь подтянутый, с прямой спиной, как и подобает слуге графа.

Остановившись перед работниками, дворецкий поклонился. Хотя никто не поклонился в ответ, он, видно, не возражал.

— Время истекло. От имени графа хочу выразить благодарность всем тем, кто принял заказ нашего дома. В походе вас будут сопровождать два наших представителя. Дополнительных людей всего будет шестеро, включая искателей приключений, нанятых для охраны карет и некоторых других целей. Место назначения — неисследованные руины, расположенные недалеко от границы с Королевством... по своей структуре они похожи на склеп. Обозначенный срок исследования составляет три дня. Бонусы будут выплачены после того, как хозяин проверит обнаруженные в руинах предметы. Вопросы?

Дворецкий поведал почти те же подробности, что написаны в заказе. Новым было лишь то, что кареты будут под охраной искателей приключений.

Многих интересовали подробности выбранного маршрута, однако в профессии работника человек быстро учится различать вопросы, которые следует задавать, а которые нет. Было ясно, что это граф раскрывать не собирается, иначе им уже сообщили бы.

Будь работа чистой, они бы наняли искателей приключений. Но она грязная — разумеется, наниматель не станет всё раскрывать. Некоторые детали безопаснее не знать.

— Кареты уже приготовлены, я провожу вас.

Все, не говоря ни слова, последовали за дворецким.

Члены Дальновидности Хеккерана шли в самом конце процессии.

— Это Эру-дерьмо мёртвым выглядело бы намного лучше. Ну как, может, по-тихому его того?.. — прошептала Хеккерану Имина, не в состоянии больше терпеть Эрую.

— До меня доходило много слухов, но увиденное показало, насколько он презренный человек.

— Презреннее некуда.

Робердик и Арче тоже не могли скрыть брезгливости.

Имина, как женщина, которую приняли в команду на равных, не могла простить поступки Эруи, и члены Дальновидности были с ней солидарны.

Тэмму Эруи Узрута состояла сплошь из девушек. Более того, эльфиек. Только на это злиться, конечно, нельзя, но у них были свои причины считать Эрую низшей из низших форм жизни.

Эльфийки обладали минимумом экипировки, одежда пошита из самой простой ткани, доступной на рынке, она вообще не защищает. Более того, из-под обрезанных волос выглядывали обрубки — остатки отличительной черты эльфов, их длинных ушей.

Члены команды Эруи находились в таком состоянии, потому что были рабами, купленными в Слейновской Теократии.

Рабство существовало и в Империи, но во время правления предыдущего императора многое изменилось. Хотя люди, которых называют рабами, остались, у них появились права. Но не у полулюдей, которые, например, сражались на арене.

Рабы-эльфийки, принадлежащие Эруе, тоже подпадали под эту категорию.

Империя Багарут, Королевство Рэ-Естиз и Слейновская Теократия. В них проживали практически одни люди. И презрения к нечеловеческим расам в них было больше, чем в любых других странах. Из-за этого трудности возникали даже у таких полулюдей, как Имина. Исключение только гномы. Азерлисские горы растянулись границей между Империей Багарут и Королевством Рэ-Естиз, и в них существовало Гномье Королевство. Пока Империя с ними торгует, права гномов будут защищаться.

— Мне жаль эльфиек, но сейчас не время их спасать.

Имина тяжело вздохнула, глубоко внутри себя она это понимала, но чувства не могли так легко уйти.

— Идёмте. — Она вырвалась вперёд, Хеккеран и остальные поспешно ускорились. Нагнав основную группу, все от удивления широко открыли глаза.

Для путешествия в руины подготовили две кареты. Вокруг них также стояла группа людей. Вероятно, это упомянутые искатели приключений. На шее висели пластины, блестевшие золотом.

Однако удивляли не кареты и не искатели приключений, а кони.

— Слейпниры.

Возгласы удивления послышались практически ото всех работников.

Обладая четырьмя парами ног, слейпниры были намного крупнее обычных лошадей. Благодаря превосходной силе мышц, выносливости и мобильности слейпнир считали самым универсальным волшебным животным для путешествий по земле. Конечно, цена такого зверя поднималась до небес, стоил он как пять или больше боевых коней. Даже дворяне редко могли себе их позволить. Каждую повозку тянуло два слейпнира. Учитывая, что в походе и потерять таких коней можно, люди не могли не оценить великодушие графа. А может, он просто боялся, что нормальных лошадей не хватит, чтобы вытащить из руин все сокровища?

Остальные, наверное, подумали то же самое — несколько работников сглотнуло.

— Пожалуйста, используйте предоставленные кареты. Запасы провианта уже загружены. Ради безопасности карет, а также защиты места стоянки, мы и наняли искателей приключений. Кроме того, заметьте, они подписали соглашение о том, что не войдут в руины.

Вдруг подумав кое о чём, Хеккеран оставил товарищей и пошёл вперёд, к Грингхаму.

— Извини, Грингхам, можно на два слова?

— Что-то случилось?

— Можешь сделать так, чтобы я не попал в одну карету с Тэмму?

— Хм? А, понимаю. Ты волнуешься о подруге, да? В таком случае с Тэмму поедет наша команда.

— Прости, ты мне очень помог.

— Не переживай, на эту работу мы все товарищи. Будет плохо, если что-то случится ещё до начала исследований...

— Мы точно можем положиться на этих искателей приключений золотого ранга? А вдруг лагерь сравняют с землёй до того, как мы вернёмся? Или если монстрам удастся прорваться через периметр безопасности? — внезапно раздался громкий голос, словно взорвался огненный шар.

Хеккеран и Грингхам повернулись в ту сторону.

Эруя кричал на дворецкого и даже не беспокоился понизить голос.

Время словно остановилось — переносящие багаж искатели приключений замерли. Они нацелились на вершину, но чем дальше заходят, тем круче и длиннее становится путь. Не имеет значения, куда человек доберётся в конце, но текущее место даётся не так легко. Слова Эруи вызвали у искателей приключений явно нелестные чувства.

Их профессия довольно соревновательна, и если кто-то усомнится в их способностях — особенно наниматель, — это сильно ударит по будущей карьере. А потому необходимо показывать свою силу.

Неважно, искатель приключений это или работник, но если он сумел безбоязненно сказать такие слова, то должен быть достаточно силён. Но Эруе, по всей видимости, было плевать на возникшее напряжение, он продолжил:

— Что ж, признаю, багаж они носят неплохо, но не уверен, что они справятся с охраной.

Перестань, будь добр. Дело может принять скверный оборот. Ребята тоже сдерживаются, их ведь уже наняли...

Присутствующие работники по силе были сравнимы с искателями приключений мифрилового ранга, однако, учитывая обстоятельства, некоторые слова не следует говорить.

Кто-нибудь, побейте и заткните его.

Напряглись и работники, большинство неодобрительно глядело на Эрую. Осмотревшись, Хеккеран поспешно вернулся к Имине. Не будет ничего хорошего, если прольётся кровь.

Однако следующий ход совершили не работники.

— Должно быть, вы господин Узрут. Не думаю, что возникнут какие-либо проблемы.

— Разумеется, но только при условии, что помогать охранять лагерь будем мы. Если это так, то я всё же смогу принять такой ответ.

— Нет. Просто мы попросили помощи у кое-кого более сильного... господин Момон.

В ответ из кареты вышел закованный в латы воин. Из-за шлема лицо не было видно.

— Позвольте представить. Искатель приключений господин Момон из Тьмы, достигший адамантового ранга силой всего двух человек. Его товарищ по команде Набель тоже здесь. Если лагерь будут охранять эти двое, то... надеюсь, все останутся довольны?

Напряжённость как рукой сняло. Перед искателями приключений и работниками предстал человек, достигший вершины профессии, сильнейший. Все работники затихли.

Увидев подобную реакцию, остальные искатели приключений подобрели. Лидер их команды широко улыбнулся и обратился к воину в чёрном:

— Остальное мы погрузим сами. А вы тем временем не перекинетесь парой слов с работниками? Кроме того, не могли бы вы взять на себя роль лидера и давать нам советы касательно планов по безопасности на поездку?

— Понял. Мне ещё не хватает навыков, но если у вас нет с этим проблем, я принимаю предложение. Однако я всё же положусь на вас, ребята, как на основные силы охраны. У вас больше людей. Будет удобнее, если мы будем помогать вам.

— Нет! О чём вы говорите?! Вы безупречны! Если так поступим, то это поставит вас...

— Нет, ваша команда всё же займётся основным обеспечением безопасности. Просто используйте нас. Идём, Набель, — завершив разговор с, судя по голосу, слабой улыбкой, Момон сошёл с кареты. За ним последовала женщина поразительной красоты.

Обычно при появлении красавицы поднимался некоторый шум. Однако тут красота оказалась подавляюща, никто не смог вымолвить ни слова, ведь на поистине прекрасную женщину можно лишь смотреть в беспамятстве.

— Хеккеран. Этот человек...

— Ага, Роб. Я тоже его узнал. Мы их видели на северном рынке. Это Момон из Тьмы. Если у него и вправду только один товарищ, то слух о победе над гигантским василиском не такое уж и преувеличение, как я вначале думал.

— Ого! Это правда?

— Похоже на то. Ходит также слух, что они с одного удара победили демона, сложность которого больше двухсот. Я слышал это от Грингхама.

— Ты шутишь? Сложность больше двухсот выходит за пределы человеческих возможностей. Нет, это вообще вне досягаемости человека... может быть, ты ослышался, и на самом деле там сто?

— Даже если и ослышался, всё равно изумительно. Но почему-то мне кажется, что слухи не врут.

Хотя разговор Момона с искателями приключений золотого ранга продлился совсем недолго, стал довольно хорошо ясен его характер, вполне подходящий для адамантового ранга. Момон располагал к себе.

— Прежде всего, я хотел бы кое-что услышать от вас. — Момон говорил не особо громко, тем не менее его голос производил величественное впечатление. — Почему вы решили пойти в руины? Потому что приняли заказ? Искателей приключений гильдия иногда может заставить взяться за задание, но вам ничего не мешает отказаться. По какой причине вы решили пойти?

Работники переглянулись между собой, никто не решался отвечать первым. В конце концов заговорил кто-то из команды Парупатры:

— Очевидно, из-за денег.

Идеальный ответ. Другой причины не было. Работники колебались говорить не из-за того, что вопрос был труден, а потому что пытались понять, почему Момон на самом деле его задал.

Убедившись, что все работники согласились с ответом, воин продолжил спрашивать:

— Другими словами, награды для вас достаточно, чтобы рискнуть жизнью?

— Верно. Предложенной суммы хватило, чтобы нас соблазнить. К тому же за найденные сокровища дадут бонусы. Разве этого мало, чтобы поставить на кон жизнь? — ответил Грингхам.

— Ясно... Теперь я понимало, что побудило вас принять окончательное решение. Похоже, я задал бесполезный вопрос. Пожалуйста, простите.

— Ничего, вы нас особо не оскорбили... Не берите в голову.

— Хо-хо-хо. Кажется, вы закончили с вопросами. В таком случае позволите кое-что спросить и старику?

— Конечно.

— Я слышал о вас много слухов. Старик хочет увидеть лично, правдивы они или нет.

— Ясно. Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, да? Хорошо, я не против. Я, как охрана, покажу свою ценность. Как вы хотите, чтобы я это сделал?

— Очевидно, чтобы вы вышли против оппонента? — Все присутствующие вдруг перевели взгляд на... — Конечно, это будет тот, кто предложил. Сам старик.

— Что? Так вы выбираете себя?.. Прошу прощения заранее, но в сражении я не привык сдерживаться. Хотя мне не хочется вас ранить, я не уверен, что смогу контролировать свою силу... вы всё равно будете сражаться?

— Хо-хо-хо-хо! Другого от адамантового ранга я и не ждал! Старик уже решил пойти на риск. Я не стану винить вас за что-либо, что произойдёт.

Из-под шлема Момона послышался слабый смех.

— Хорошо, я этого ожидал. Но разница огромна... Я силён. Сильнее любого из присутствующих. Вот почему я адамантового ранга.

Абсолютная самонадеянность, и отношение того, кто смотрит на всех свысока. Однако работники не почувствовали ни грамма неприязни. Очевидно, из-за непреодолимого давления от человека по имени Момон. Работники словно смотрели на саму смерть, поэтому его слова обладали силой убеждения.

«Изумительно». — «Ага, в самом деле изумительно». — не смогло сдержать восхищения большинство зрителей.

Многие женщины западали на сильных мужчин. Многие мужчины восхищались могуществом сильного. Как мотыльков влечёт к огню, так и живущих в мире крови и стали людей очаровывало такое неотразимое обаяние, хоть они и понимали, что сгорят, если подойдут слишком близко.

— Хо-хо-хо! Похоже, никто не ставит под сомнение ваш адамантовый ранг! Но это редкая возможность. Я хочу сразиться, хоть и знаю, что потерплю поражение. Кареты мешают. Дворецкий, мы можем использовать вон то пустое место?

Получив разрешение, Парупатра пошёл вперёд на пустую поляну во дворе. Все работники последовали за ним. Искатели приключений и дворецкий тоже пошли.

— Судя по тому, что сказал старейший, мы вряд ли увидим много.

— Этот человек выглядит поистине сильным.

— Ага, но не просто сильным, а непреодолимо сильным. Такое чувство, словно он сильнее любой команды искателей приключений адамантового ранга Империи.

— Похоже на то. Команда «Серебряная Канарейка» стала адамантовой лишь потому, что каждый её член — человек редкой профессии. Хотя они обладают странными способностями, их настоящая сила не настолько высока. А «Восемь Волн» получили ранг в основном за счёт численности и впечатляющей координации.

Серебряную Канарейку возглавлял достигший героического уровня бард, а её члены обладали разнообразными странными профессиями. Восемь Волн была основана девятью людьми, но из-за их количества считалось, что отдельные члены ещё не достигли адамантового ранга. Однако когда дело касалось работы в составе группы, среди других адамантовых команд им не было равных.

Тем не менее все они совершили невозможный подвиг — взошли в царство адамантового ранга.

Команды работников перешёптывались между собой.

И говорили они о самом разном, наиболее обсуждаемой темой было то, насколько долго Парупатра продержится. Ни один человек не верил, что он сможет победить. Главным образом, потому что хоть на мгновение, но почувствовали давление от Момона, которым может обладать лишь адамантовый ранг.

Хеккеран глубоко задумался и не заметил, как кто-то подошёл. Но услышав характерный металлический лязг, он быстро понял, кто это.

— Грингхам, что думаешь о предстоящем поединке?

— Мне не хочется этого говорить, но я просто не представляю, как старейший может выиграть. Поэтому остаётся только наблюдать, до какого предела старейший дойдёт. Хочешь выступить после него?

— Нет конечно, пощади. А ты?

— Тоже откажусь. Мне хватит и того, что я стану свидетелем боя выдающегося воина. Однако во время поездки я надеюсь получить немного наставлений в мастерстве меча.

— Я тоже об этом думаю... Ох!

Прибыв во двор, Момон и Парупатра отошли друг от друга и приготовились к бою.

Взгляд Парупатры определённо принадлежал не обычному старику, а воину, привыкшему к сражениям.

Атмосфера постепенно наполнилась намерением убийства, царившее в дворике спокойствие испарилось.

Напряжение вызывало тревогу, некоторые из зрителей даже вспотели.

— Ей-ей, погано... Старейший, кажется, полностью серьёзен, — неосознанно показал свою истинную натуру стоявший возле Хеккерана Грингхам.

— Против адамантового ранга любой будет сражаться так, будто на кон поставлена жизнь... — отвечая, Хеккеран перевёл взгляд на воина в чёрном, пытаясь поставить себя на место старика, и ахнул.

От Момона он не почувствовал совершенно ничего.

Опустив руки, воин не вставал ни в какие защитные стойки и встречал кровожадность, словно она ничто. Как будто он вышел против безобидного дитя с мечом, такое он производил впечатление.

— Ух ты! Невероятно! Столкнуться с таким намерением убийства и никак не отреагировать. Такую жажду крови просто нельзя не заметить, неужели он достиг самой вершины воинов, крайнего душевного состояния небытия?!

— Чистое сердце? Или же его душевное состояние достигло царства Облака и воды? Ещё и между их оружием огромная разница... Должно быть, Момон поистине уверен в своих навыках. Как ужасающе.

Копьё в руках Парупатры — магический предмет, созданный из клыка дракона, тогда как Момон держал деревянный посох, одолженный у одного из искателей приключений. Как ни смотри, он не был зачарован никакой магией. Волшебство могло повысить остроту, усилить способности пользователя или добавить разнообразные дополнительные эффекты. С точки зрения оружия у Парупатры было подавляющее преимущество.

— Нет, я так не думаю. Хотя оружие и вправду сильно отличается, у доспехов Момона намного лучшие магические свойства. Кроме того, дополнительные магические предметы у него тоже лучше. В целом, разница не так уж велика, но у Момона, вероятно, преимущество.

— Не рано ли для такого вывода? Я слышал, что у старейшего намного больше магических предметов, чем у любого искателя приключений адамантового ранга. Старейший в нашем деле уже очень долго, он выполнил множество заказов. Никто в Империи не заработал денег больше него!

— Нет-нет, погоди...

— Нет, это ты погоди...

Пока Хеккеран и Грингхам спорили, напряжение во дворе достигло предела, наконец начали появляться первые искры битвы.

— Что ж, вперёд?!

— После дуэли ещё предстоит долгий путь к руинам, не слишком напрягайтесь...

Не дав закончить предложение, Парупатра ринулся на Момона со скоростью, которую никто не ожидал от восьмидесятилетнего старика. Плавно и с силой — он действовал с такой грацией, что противник не успел даже поднять посох.

— «Выпад клыка дракона»!

Хеккеран изумился оттого, что Парупатра вдруг применил боевой навык в самом начале битвы.

Два последовательных удара, в которых копьё изгибается, словно клык дракона. Кроме того, наносится дополнительный элементный урон. Взяв за основу «Колющий удар», Парупатра сорок лет назад создал хорошо сбалансированную технику. Она стала весьма известной, и многие даже сейчас ей обучаются.

Парупатра применил «Выпад клыка синего дракона», причиняющий дополнительный молниевый урон.

Старик что, из ума выжил?! Даже если возможно подлечиться магией, кто будет настолько выкладываться?

Достаточно где-нибудь царапнуть противника, и его ударит молнией. Больше всего техника подходила против врагов в металлических доспехах. Раз Парупатра выбрал её, то настроен весьма серьёзно.

Однако Момон легко ушёл от атаки, двигаясь так, словно его доспехи лёгкие, как пёрышко. Никто не ожидал подобного от человека в латах. Но ещё больше удивило, что он не кинулся в сторону, а прыгнул назад, тем самым уйдя от удара с минимальными усилиями и не потеряв равновесие.

— Не может быть! Насколько хороши его динамическое зрение и физические данные?

— «Взрывное ускорение»! — Парупатра сразу же ответил следующим боевым навыком.

Это уже чересчур, старый хрыч! У тебя что, старческий маразм?

— «Выпад клыка дракона»! — используя ту же технику, что и ранее, Парупатра снова ударил Момона.

Наконечник копья покрылся белым слоем холода — в этот раз старик применил «Выпад клыка белого дракона».

Четыре последовательные атаки, не дающие противнику перевести дух...

Зрители зашумели.

Разумеется, даже такая атака не смогла поцарапать доспех Момона.

Парупатра быстро отпрыгнул, чтобы уйти на некоторое расстояние от воина. На лбу выступил пот. Но не от утомлённости, а от огромного психического давления, которое он испытывал, выступив против смерти.

— Невероятно.

— Сильнее Хеккерана.

— Разумеется, Арче. Даже не сравнивай нас. Ты видишь сильнейшего из искателей приключений. Абсолютную вершину. Это — адамантовый ранг.

— Что ж, похоже, моя очередь атаковать, — Момон медленно поднял посох, вставая в стойку.

Парупатра, напротив, положил копьё на плечо, расслабившись. Он утратил всякую волю к сражению.

— Великолепно. Я сдаюсь. Старик даже царапину не сможет оставить на ваших доспехах, куда уж там победить.

— Вот как...

Когда Парупатра объявил свой проигрыш, большинство зрителей радостно закричали и вздохнули. Это была, без сомнений, подавляющая победа Момона, он был словно взрослый, играющий с ребёнком.

«Интересно, из какой школы боевых искусств та техника работы ногами Момона?» — кто-то спросил, и началось яростное обсуждения битвы. Не обращая внимания на всю эту суету, Хеккеран с Грингхамом пошли к Парупатре, который поспешно вытирал пот и разговаривал с Момоном.

— Вы уже закончили? — Казалось, словно атмосфера и тон голоса внезапно изменились. — Я думал, вы хотели показать свои настоящие способности.

— Хо-хо-хо. Для старика это было бы слишком. Я и так уже показал свои настоящие способности, господин Момон.

— Простите за непочтительность.

— Не следует извиняться, и, если честно, мне от этого становится грустно. Вы излишне скромны. Мы, старики, уважаем сильных, а не тех, кто прожил дольше. Мне не по себе, когда такой невероятно сильный человек относиться ко мне с таким уважением.

— Ясно... Не хотелось бы заканчивать, так и не взмахнув мечом, но хорошо. В следующий раз я начну первым. Что ж, тогда я вернусь к переносу багажа.

— Над этим уже работают другие люди. Вам ведь не обязательно это делать?

— Я так не думаю. Какой бы статус у меня ни был, когда задание дано, его следует выполнить должным образом, — сказав это, Момон развернулся и направился к каретам, за ним последовала женщина бесподобной красоты.

Ставшие рядом с Парупатрой Хеккеран и Грингхам не смогли отвести от них взгляда.

Широкая спина Момона завораживала.

— Хо-хо, у тебя лицо человека, у которого есть вопросы.

— Старейший, что вы о нём думаете?

Морщинистое лицо Парупатры исказилось, словно он хотел криво улыбнуться.

— Очень силён. Нет, от адамантового ранга такое ожидаемо. Но я не могу представить, насколько он силён. Как только я начал атаковать, то почувствовал, словно никогда не смогу по нему попасть.

У лидера Дальновидности появилось такое же чувство. Человек с именем Момон уклонится от каждого его удара, а затем контратакует. И даже если Хеккеран, воспользовавшись самым лучшим трюком, который можно придумать, попадёт, удар отразится от доспехов. Парупатра, испытавший это из первых рук, был впечатлён ещё сильнее.

— Так это и есть... адамантовый ранг?

— Ага. Так называемый адамантовый уровень. Царство, которого могут достигнуть немногие. Ах-х, истинное великолепие. Высота, на которую нельзя подняться... Ну как, удовлетворены увиденным?

— Без сомнений! Я разглядел бой во всех подробностях, а если бы дрался, то от волнения многое бы пропустил. Старейший, вы меня извините, но как же мне хотелось увидеть удар господина Момона.

— Не проси невозможного. Господин Момон даже не собирался атаковать, я не заметил в нём ни капли боевого духа. Скорее всего, он, как и сказал, не привык сдерживаться. Если бы он ударил, то старейший, наверное, умер бы.

Слова звучали довольно высокомерно. Старейший Парупатра тоже был воином значительной силы, ветераном, которого не следует недооценивать. Однако именно это и показывало, насколько невероятны искатели приключений адамантового ранга.

— Ничего не поделаешь. Между стариком и этим человеком огромная разница в силе. Я весьма этим недоволен, но после того, как господин Момон уклонился от всех моих атак, мне больше нечего сказать.

Вот что значит быть сильным.

Выбрав незнакомое оружие, где вес и баланс совершенно отличаются от его мечей, Момон показал, насколько уверен в своих способностях. Разница между двумя противниками была просто огромной.

Сказав напоследок: «Как утомительно, как утомительно», — Парупатра развернулся и пошёл к каретам.

Когда старик уже отошёл на приличное расстояние, Хеккеран услышал его слова:

— Даже во время своего пика я не смог добраться до этого уровня, так вот каков адамантовый ранг, хех... слишком далёкий.

Парупатра казался намного меньше Момона, от которого шло непреодолимое давление.

— Да, это и есть высочайший... адамантовый ранг.

— Ага. Воистину потрясающе.

Они двое могли лишь согласиться.

Часть 2

По мощёным дорогам Арвинтара как по ветру неслась роскошная карета.

Её тянули восьминогие создания, слейпниры. На месте возницы сидели два выглядящих умелыми воина, а там, где обычно хранится багаж, — группа из четырёх людей: заклинателей и лучников, которые внимательно следят за окрестностями.

Словно средь бела дня ехала передвижная, хорошо защищённая крепость. Конечно же, в ней находился человек высокого статуса.

Глянув на герб, вырезанный на боку кареты, состоящий из трёх перекрёстных посохов, любой мало-мальски эрудированный человек понял бы, кто владелец кареты. А потому стоящие на страже рыцари не пытались ничего сделать.

Внутри сидело трое мужчин в мантиях — одеты как заклинатели. Все трое были знамениты в Империи, но даже среди них была явная разница в отношении и статусе. Седой старик явно имел самое высокое положение.

Как Газеф Строноф прославился среди воинов, так и среди магов не было никого более знаменитого, чем этот человек. Старик — самый могущественный заклинатель Империи, «Трёхискусник» Флудер Парадин.

Напротив Флудера сидели два его ученика, оба способны на магию вплоть до четвёртого ранга.

Не выдержав тяжёлой атмосферы, возникшей после выезда из имперской столицы, один из учеников робко спросил:

— Мастер, что нам делать с приказами его императорского величества?

Карету снова накрыла тишина. Когда ученики подумали, что тот так и не ответит, «Трёхискусник» спокойным, глубоким голосом сказал:

— Если его императорское величество того желает, то мы, как его вассалы, можем лишь провести расследование. Однако с помощью магии действовать чрезмерно опасно. Начнём с изучения архивов или призыва демона? В конце концов, всё равно нужно собрать все возможные сведения.

— Мастер, хотите сказать, что даже вам ничего неизвестно?

Флудер закрыл глаза и через несколько секунд открыл:

— Информации практически нет. Я мало что знаю о могущественном демоне Ялдаваофе.

Примерно месяц назад на столицу Королевства напали орды демонов. Согласно собранным данным, командир Ялдаваоф и его прислужницы-горничные — ужасающие создания из иного плана бытия.

Из-за угрозы демонов ежегодного вторжения в Королевство не произошло. Если подумать, Империя должна бы воспользоваться положением и атаковать, пока Королевство истощено после вторжения.

Однако Империя воевала с ним по двум причинам.

Первая — истощить ресурсы Королевства. В отличие от Империи, что сформировала постоянную армию, Королевство призывало войска. Из-за этого оно каждый раз проигрывало по качеству, и приходилось призывать больше солдат. Потому Империя и выбирала для нападения сезон сбора урожая. Сельских жителей призовут, и они не смогут собрать зерновые, это был долгосрочный план по подрыву ресурсов Королевства.

Вторая причина — ослабить дворян Империи. Во время войны знать, что выступала против императора, облагали особыми налогами и выкачивали из неё деньги. За отказ платить обвиняли в государственной измене. В конце концов, им либо затягивали петлю на шее, либо убивали за выражение не того мнения — в общем-то, почти никакой разницы.

Но Королевство уже было истощено битвой, так что его оставили в покое. Решение принял сам император Зиркниф. Впрочем, он и так уже повыдёргивал клыки большинству дворян.

Однако возникла одна проблема.

Где сейчас зверствовавший, как и подобает демону, Ялдаваоф? И каким могуществом должно обладать существо, чтобы сотворить такое бедствие?

Вполне естественно, что приказ изучить Ялдаваофа попал Флудеру, самому выдающемуся заклинателю Империи.

— Мне даже ничего неизвестно о «Тёмном герое» Момоне, победившем Ялдаваофа, и его спутнице, «Красавице» Набель. А также о загадочном заклинателе Аинзе Оале Гоуне. Все тайные герои начали действовать? Возможно, снова произойдёт яростная битва, как двести лет назад против Демона-бога.

— Вы правда так считаете?..

— Я понятия не имею, но только дурак будет готовиться после того, как что-то произойдёт. Мудрый же человек начнёт готовиться заранее.

Карета наконец доехала до места назначения.

Обширную территорию окружали толстые, высокие стены с несколькими вышками, которые охраняли как от внешней, так и от внутренней угрозы. Множество избранных рыцарей — все из элитного Первого ордена, лучшего среди восьми рыцарских орденов Империи — образовывали команды с заклинателями и совершали регулярные патрули.

В небе летала стража, которая находилась под прямой юрисдикцией императора, — имперская воздушная стража на летающих животных и даже высокоуровневые заклинатели, применяющие магию полёта.

Это был символ могущества Империи и место, в которое прошлые императоры вложили больше всего усилий, министерство магии.

Производство магического оборудования для рыцарей, разработка новых заклинаний, повышение уровня жизни посредством магических экспериментов — вся сущность магического знания Империи находилась здесь. И отвечал за всё это Флудер, хотя министром магии был другой человек.

Карета остановилась перед центральной башней.

Они проехали мимо самых разнообразных зданий, но кое-что в них было общее — очень много входящих и выходящих людей. Но в эту башню почти никто не входил и не выходил. И охрана у входа была сильнее, чем у других зданий.

Прежде всего, внешний вид рыцарей. Они были не из Первого рыцарского ордена, которых можно увидеть повсюду в окрестностях.

Они носили латы, зачарованные магией, держали усиленный магией щит, а на поясе висело магическое оружие. Алые плащи с гербом Империи тоже были зачарованы. Может быть, эта магия была не такой уж и сильной, но даже в Империи обычные стражники не могли надеть подобную экипировку. Элитные рыцари — имперские Стражи земли под прямым командованием императора. Рядом с ними стояли столь же грозные заклинатели. Аура ветеранов, прошедших многие сражения, не уступала ауре ветеранов-воинов. И это ещё не всё. Вход охраняли четыре голема высотой два с половиной метра, они не нуждаются в еде и отдыхе, и даже не бездельничают, — наиболее подходящая охрана.

В место, где система безопасности такая же, как у императора, пускали только заклинателей, достигших второй половины третьего ранга, магов-исследователей или людей с особым разрешением.

Рыцари и заклинатели отдали честь с наибольшим почтением, которое могли выразить, но Флудер лишь махнул рукой и вошёл в башню. Пройдя по прямому коридору, он вошёл в зал, напоминающий перевёрнутую чашу. Тут в спешке работало много магов. К Флудеру подбежал заклинатель самого высокого ранга.

— Что-то случилось?

— Ничего, требующего вашего внимания, мастер, — сглотнув, ученик выдавил ответ, нёсший как хорошие, так и плохие вести.

Флудер, глянув на тридцать учеников, которых лично тренировал, кивнул со сложным выражением на лице. Они были известны как избранные тридцать учеников. Самый выдающийся был его заместителем в этом месте.

— Вот как. Нам не удалось связать его с естественным явлением?

— Нет, мастер. Связи с низшей нежитью, скелетом, не установилось. Прямо сейчас мы проводим эксперименты, кладя возле него трупы, чтобы увидеть, поднимутся ли зомби.

— Хм-м, — погладил длинную бороду Флудер, наблюдая за развернувшейся сценой.

Там десятки скелетов выполняли сельскохозяйственные работы.

Поднимали и опускали мотыги совершенно синхронно. Если смотреть сбоку, то будет виден лишь один работающий скелет.

Движения были настолько синхронны, что напоминали тактическую РПГ. «Использование нежити в качестве чернорабочих» — таким была истинная природа великого проекта Империи, проводимого в тайне.

Нежити не нужно питание или отдых, и она не устанет. Низкоранговые мертвецы не наделены сознанием, потому способны выполнять только простые задачи. Однако проблема решалась, если кто-то отдавал команды со стороны.

Работа нежити на фермах принесёт великую пользу: например, уменьшит количество необходимой рабочей силы, а также снизит цену на продукты сельского хозяйства. Размеры ферм и полей увеличатся, а люди перестанут страдать и умирать. Проект, без преувеличения, грандиозный.

Предлагали также использовать призванных монстров или создать големов, но поразмыслив о цене, эффективности и оптимизации, все пришли к выводу, что нежить — самый лучший выбор.

Но противники проекта — в особенности группа во главе со священниками — считали, что использование нежити, воплощения ненависти к жизни, порочит души мёртвых.

С их точки зрения всё выглядело не так радужно.

Даже если нежить поднимали из трупов преступников, согласно религиозным учениям грехи исчезали в тот миг, когда приводилась в исполнение смертная казнь. Превращать их в нежить — кощунство. Людей, имеющих такое мнение, трудно переубедить.

Будь у страны проблемы с продовольствием, и многие бы умирали от голода, было бы проще. Однако еды в Империи имелось в достатке, и проблемы с рабочей силой тоже отсутствовали.

Вот почему священники выступили против проекта.

Однако его цель — усиление военной мощи Империи. Оставив производственные мощности на нежить, освободившиеся людские ресурсы можно перенаправить в другие области, больше людей пойдёт в армию, и многие из них станут отличными рыцарями.

Некоторых, правда, беспокоила потеря рабочих мест, и они сомневались, что нежить станет повиноваться. А прихожане, часто слушавшие проповеди священников, волновались, что если в каком-то месте соберётся чересчур много мертвецов, то баланс между жизнью и смертью изменится и появится более могущественная нежить.

Это здание построили для того, чтобы с помощью экспериментов развеять все тревоги.

— Причина до сих пор не ясна?

— Нет, мастер, примите мои скромные извинения.

Почему появляется нежить. Найти причину очень важно ради будущего.

Земля, которая, говорят, покрыта туманом круглый год и проясняется только когда Королевство и Империя сталкиваются в битве — проклятое место, известное как равнины Катз. Там с большой вероятностью может возникнуть даже один из сильнейших видов нежити, костяной дракон, обладающий иммунитетом к любой магии.

Хотя Империя планировала аннексировать регион вокруг города Э-Рантэл, брать под контроль равнину, где появляется много нежити, не очень-то и хотелось. Потому требовалось узнать, сколько времени необходимо на самостоятельное поднятие мертвецов, что наверняка поможет контролировать их. Возможно, даже удастся остановить угрозу нежити раз и навсегда.

— Вот как, я понял, — оставив позади почувствовавшего облегчение заместителя, Флудер двинулся вперёд по залу.

Когда он дошёл до двери на противоположной стороне, количество следовавших за ним учеников возросло.

Пока рыцарь открывал двери, цепочка людей продолжала увеличиваться. По ту сторону находился обычный коридор, но в нём не чувствовалось никакой жизни. Воздух вонял пылью, а свет, казалось, проигрывает сражение тьме.

Проход с тревожной аурой вёл прямо к лестнице, по спирали уходившей вниз. По башне эхом разносился стук сапог, но лишь короткими промежутками, так как по пути приходилось открывать множество дверей. Они спустились лишь на пять этажей под землю, однако из-за навалившей тяжести казалось, словно прошла целая вечность.

Причина была не только в том, что они зашли под землю. Об этом говорили напряжённые лица, включая лицо Флудера.

На самом нижнем этаже люди напряглись настолько сильно, что, можно сказать, приготовились к бою.

Все сосредоточенно смотрели на стоящие впереди тяжёлые, укреплённые несколькими слоями физической и магической защиты двери, которые, казалось, ведут в другой мир.

Если первые двери не выдержат, остальные предназначены для того, чтобы выиграть достаточно времени. А также они делили эту область на части. Чрезвычайно опасное место, учитывая беспрецедентный уровень защиты.

Жёстким голосом Флудер предостерёг учеников:

— Будьте внимательны.

Его краткость говорила о том, насколько тут опасно.

Следовавшие за ним заклинатели с силой кивнули. Флудер повторял это предостережение каждый раз, когда сюда приходил. Зная, что тут находится, никто не мог расслабиться. Здесь была запечатана могущественная нежить. Если она вырвется на волю, то, без сомнений, в Империи произойдёт ужасающая трагедия.

Несколько людей начали накладывать защитные заклятия. Не только на физическую защиту, но и на ментальную. По прошествии достаточного времени на подготовку Флудер ещё раз посмотрел на учеников, чтобы оценить их решимость.

Кивнув, он произнёс распечатывающее заклинание.

Раздался звон, и тяжёлая дверь медленно открылась.

Из тёмного помещения словно подул ледяной ветер, у нескольких учеников напряглись плечи. Даже защиты магических предметов не хватало, чтобы оградить их от идущей изнутри ненависти к жизни, по спине прошёл холодок.

Кто-то сглотнул — прозвучало очень громко.

— Пойдём.

В ответ на голос Флудера ученики создали многочисленные осветительные огни, отгоняя темноту. Но казалось, словно отступившая тьма притаилась за пределами освещённой области, делая окружение ещё темнее.

С Флудером во главе группа прошла в комнату, в которой витала аура смерти.

Магические огни сразу же осветили узкое помещение.

Внутри стоял огромный столб до потолка. Похожий на надгробие объект сильно выделялся. Однако ещё больше внимания привлекало нечто, связанное цепью, которая толще большого пальца руки. Её концы вмурованы в каменные глыбы, а к рукам и ногам существа привязаны большие железные шары.

В таком положении никто бы не смог пошевелиться. А значит, тут держат опасного врага. Вот почему некоторые из группы тревожились, несмотря на толстую цепь. Они были уверены, что существо способно с лёгкостью разорвать оковы и освободиться.

Рыцарь, одетый в чёрные, совсем не похожие на человеческие латы. Первое, что бросается в глаза, — массивное тело. Рост рыцаря превышал два метра. Затем эта чёрная броня, усыпанная шипами, символизирующими насилие. Выгравированные узоры напоминают кровеносные сосуды. Из шлема выступают демоноподобные рога, а лицо ничем не закрыто. Сгнившее лицо. Пустые глазницы сияют ярко красным от ненависти к живым и жажды резни.

Это было не живое существо, а мёртвое. Только так оно могло излучать подобную ненависть к живым.

— Рыцарь... смерти, — промямлил имя легендарной нежити один из учеников, пришедший сюда впервые.

Ставшее легендарным имя было, впрочем, не очень известно.

Красное свечение в глазах Рыцаря смерти блеснуло — он словно лизнул взглядом вошедших заклинателей. Нет, действие прошло так быстро, что его никто не должен был заметить. Тем не менее люди себя так почувствовали из-за заставившей дрогнуть ауры.

Сюда пришли заклинатели, способные по меньшей мере на магию третьего ранга, элита, однако их зубы стучали, не переставая.

Даже магия ментальной защиты не помогала избавиться от ужаса. Впрочем, пока никто не пытался бежать — это показывало, что магия всё ещё эффективна.

— Будьте сильны сердцем. Слабая душа здесь встретит смерть, — предупредил Флудер, подойдя к Рыцарю смерти.

В ответ тот высвободил жажду крови и налил силой руки и ноги.

Цепи заскрипели, словно стоная, но тело лишь немного задвигалось.

Флудер протянул руку к Рыцарю смерти.

Магический свет отогнал тьму, и эхом раздался голос «Трёхискусника», произносящего заклинание. Его оригинальная магия, «Призыв нежити шестого ранга».

— Повинуйся... — магия смешалась с окружением и тихий голос Флудера стих. Тем не менее глаза Рыцаря смерти не перестали гореть ненавистью к жизни. Любой понял бы, что заклинание провалилось. — По-прежнему не поддаётся контролю. — Заклинатель не скрывал сожаления.

Даже через пять лет ему так и не удалось взять под контроль эту нежить.

Монстра обнаружили на равнинах Катз.

Отряд рыцарей Империи встретил незнакомого мертвеца на задании по зачистке. Они быстро осознали, что он им не по зубам. У имперских рыцарей, известных своей дисциплиной и силой, лица наполнились ужасом.

Подавляюще односторонний бой — противник оказался слишком силён. Он скашивал рыцарей как траву — десятками. Вскоре они осознали предел своих способностей и начали отступать. Но, конечно, имперцы не могли оставить в покое такого монстра. В особенности после того, как на их глазах убитые товарищи становились гулями. Было легко представить, сколько бед принесёт мертвец, если ему дать время.

После ожесточённых споров верхушка Империи решила послать свой козырь, сильнейший боевой отряд — «Трёхискусника» и его учеников.

В результате Флудер и его команда одержали победу, захватив Рыцаря смерти. Однако заклинатели победили лишь потому, что мертвец не смог противодействовать магии полёта. Используя ковровую бомбардировку — постоянно кидая сверху на него огненные шары, — они ослабили противника и победили. Завороженный такой силой Флудер захватил его и перевёз в это место.

Сейчас рыцаря связывали многочисленные заклинания, магические предметы и иные методы. Использовались все возможные способы подавления нежити только потому, что Флудер хотел взять под контроль Рыцаря смерти.

— Какая жалость... Если я смогу управлять им, то превзойду ту заклинательницу и стану величайшим в истории.

Превзойти одного из тринадцати героев, некромантку Ригрит Берс Каруару. Превзойти её на порядок.

На самом деле Флудер не был одержим преследованием силы. Он лишь хотел заглянуть в бездну магии. А это лишь дорога к его конечной цели.

Однако не знающие этого ученики его утешили:

— Мастер, полагаем, вы уже превзошли её.

— Точно. Тринадцать героев — пережиток прошлого. Вы же, мастер, идёте в авангарде новых магических техник, они не смогут вас победить.

— Я тоже думаю, мастер, что вы уже превзошли Тринадцать героев. Если вы возьмёте под контроль Рыцаря смерти, Империя получит величайшую боевую мощь.

— Говорят, что сила одного не может одолеть силу многих, но это значит лишь то, что этот один слаб. Рыцарь смерти же поистине сильнейший.

Никто не заметил кривую улыбку Флудера, так как тот стоял впереди. Её видели лишь глаза Рыцаря смерти.

— Даже вы не можете взять под контроль... Рыцаря смерти. Насколько же он силён?

— Пока даже неизвестно, возможно ли это... Теоретически им можно управлять. Кто-нибудь представляет, чего нам недостаёт?

В ответ воцарилось молчание.

Мертвецами можно управлять с помощью магии, но единственный, кто преуспел в этом — один из Тринадцати героев. Флудер был достаточно силён, чтобы управлять нежитью довольно высокого уровня и предположительно этим Рыцарем смерти.

Однако лишь в теории. Управление нежитью требует довольно сложного процесса. По существу, контролем и уничтожением покойников должны заниматься священники с помощью силы бога. А если вместо неё использовать магию, то вполне естественно, что возникнут разнообразные сложности.

— Мастер, я не хочу вас оскорбить, но... — один из учеников с тяжестью на сердце заговорил, Флудер жестом разрешил ему продолжить, — может быть, вы недостаточно сильны? Возможно, этот Рыцарь смерти существует, потому что его вызвали с помощью магии седьмого ранга...

— Хорошее наблюдение.

— Я слышал, что искатели приключений для оценки уровня сложности монстров используют цифры. Почему бы не поступить так же?

— Эта оценка ведь слишком расплывчата. Говорят, что если монстр вырос крупным или прожил долго, то цифры становятся бесполезными, — заговорил другой ученик.

— Но для известных монстров нет ничего более ясного и простого, чем эта система. И поскольку она представляет собой накопленный опыт искателей приключений, то расхождения должны быть не слишком большими.

— Не бесполезной ли она будет на таком легендарном монстре, как Рыцарь смерти?

— Кстати говоря, мастер, в тайной хронике, где описаны многочисленные монстры, есть записи о подобной нежити?

— Нет, — Флудер погладил бороду. — Не знаю, что в завершённой книге Эруэнтю, но открытая для общественности версия бесполезна.

Ученики говорили шёпотом, но в тихой комнате голос звучал громко. Один из них спросил:

— А что такое Эруэнтю?

— Разве не название города?

— Я слышал о нём. Но какое же странное название.

— Хм... я немного исследовал это дело, на древнем языке оно значит «древо в центре мира».

Ударив посохом по полу, Флудер сделал предупреждение непринуждённо беседовавшим ученикам. Здесь заточён мертвец легендарного уровня, нельзя снижать бдительность.

Все послушались мастера, в комнату снова вернулась тишина. Слышалось лишь как выгибается Рыцарь смерти, пытаясь вырваться на волю.

— Увы, больше мы ничего не можем сделать. По крайней мере сегодня. Пойдём.

— Да, мастер.

Услышав несколько ответов учеников, «Трёхискусник» начал отходить от Рыцаря смерти.

Даже Флудер уходил с иной скоростью, чем приходил. Под давящим в спину взглядом он бессознательно ускорился. Ученики тоже.

Пройдя вперёд, заклинатель вспомнил название, упомянутое учениками:

«Эруэнтю».

Столица государства, основанного восемью Королями жадности, и последний оставшийся от него город. А также место, охраняемое тридцатью стражами с невероятным магическим оружием.

Флудер был уверен, что если бы заполучил магический предмет восьми Королей жадности, его магические навыки перешли бы на новый уровень. Но артефакты из города никогда не попадают в чужие руки, исключением стали лишь Тринадцать героев, которым разрешили взять с собой несколько предметов.

Тёмный огонь загорелся в сердце Флудера.

Тринадцать героев. Герои прошлого. Флудер их превзошёл, но они получили разрешение, а он нет. Он не понимал, чего ему не хватает.

Флудер отогнал трепещущее пламя и утешил себя. Он достиг того же, что и Тринадцать героев. Нет, в сердцах заклинателей Империи он уже превзошёл их.

Однако от тёмного огня зависти так просто не избавиться. Он завидовал не их силе, таланту или власти, но шансу заглянуть в бездну магии.

Флудер был лучшим заклинателем. Его признавали все, с ним могли сравниться лишь Тринадцать героев прошлого. Однако он не мог взять под контроль Рыцаря смерти и был способен использовать лишь шесть рангов магии, которых, по слухам, насчитывается десять.

Он был далёк от бездны магии.

И он уже постарел.

Флудер специализировался на ментальной магии, входящей в систему колдовства, — запретном искусстве. При помощи заклинаний, что считались табу, он остановил своё старение. Конечно, магия была сложной, учитывая уровень подготовки Флудера, но, используя комбинацию ритуалов и заклинаний, он сделал из невозможного возможное.

Однако его способ имел существенный недостаток. Флудер, который после идеального применения заклинания не должен был стареть, чувствовал, что медленно старится.

Пока это ещё терпимо, но в один прекрасный день наступит конец.

Верно. Флудер умрёт до того, как сумеет увидеть бездну магии.

Если кто-то другой сможет совершить подобный подвиг до него, ему, вероятно, удастся добраться туда раньше, но предшественников не было и приходилось прокладывать дорогу самому.

Флудер обвёл взглядом учеников.

Тех, кто шёл по его пути.

С подкинутым топливом огонь зависти разгорелся ещё сильнее.

Сколько же времени потратил он, самый талантливый из присутствующих, чтобы достигнуть стадии, на которой сейчас его ученики? Нет, даже думать не надо, он намного их старше. Он тот, кто учит других и прокладывает им дорожку, разница была просто огромна.

Почему у него нет учителя?

Флудер попытался изменить свой образ мышления.

Так тоже хорошо. Он оставит своё имя в книгах, о нём будут говорить как о первопроходце. Заклинателям, что достигнут новых высот после Флудера, придётся благодарить его за свои достижения. Если бы появился хотя бы один человек величественнее меня, я бы стал сильнее.

Подумав об этом, Флудер вспомнил одну свою бывшую ученицу. Насколько бы далеко смогла ступить та девочка?

— Арче Ээб Раиль Фурт.

Превосходный ребёнок. Выучила магию второго ранга в таком юном возрасте и очень близко подошла к третьему рангу. Если бы она продолжила, то вполне возможно, что однажды достигла царства Флудера. Но, в конце концов, она ушла.

Тогда он лишь подумал, насколько это глупо и разочаровывающе.

— Какая жалость.

Вероятно, он позволил большой рыбке уплыть.

Где сейчас этот ребёнок? Он подумывал поискать её. Если она уже способна на заклинания третьего ранга, для неё можно гарантировать определённый уровень статуса.

Может и так, но у него сейчас есть работа.

Флудер проговорил кодовое слово, и тяжёлая дверь открылась.

Выйдя, ученики разом глубоко вздохнули. Аура вокруг Рыцаря смерти давила слишком сильно. Требовалось отдышаться, иначе бы они не выдержали.

— Мастер! — раздался низкий, грубый голос.

Это был один из его учеников, известный искатель приключений. Благодаря опыту его назначили заместителем главы безопасности министерства магии.

— В чём дело?.. Что-то случилось?

— Нет, ничего, просто какие-то искатели приключений адамантового ранга просят с вами аудиенции.

Флудер странно посмотрел на этого человека.

Ему не назначали никаких встреч. «Трёхискусник», величайший заклинатель Империи, обладал разнообразными обязанностями помимо исследований, он был очень занятым человеком. Если кто-то ни с того ни с сего ищет аудиенции, единственный ответ — отказ. Только Император может видеться с Флудером, когда вздумается.

Тем не менее пока рано отказывать. Искатели приключений адамантового ранга — герои, это не те люди, которых можно просто проигнорировать. Флудера это тоже касается. Они — один из нескольких источников редких артефактов, с ними нельзя вести себя необдуманно.

— Пришли уважаемые люди из «Серебряной Канарейки»? Или почтительные гости из «Восьми Волн»? — он назвал имена двух команд искателей приключений Империи.

Однако ученик покачал головой:

— Нет, эти двое известны как «Тьма». Они показали свои пластинки в качестве доказательства.

— Что?!

Знаменитая команда искателей приключений «Тьма» из Королевства. Они лишь вдвоём совершили множество подвигов, даже столкнулись с Ялдаваофом во время кризиса в королевской столице и победили его.

Почему к нему пришли такие личности? Возникло множество вопросов, но мысль, что можно поговорить о магии с высокоранговым заклинателем «Красавицей», заставила откинуть сомнения.

Однако, как слуга Императора, он вспомнил о задании, которое вручил ему его величество Зиркниф.

При встрече следует разузнать обо всём. Подумав так, Флудер сказал ученику:

— Пожалуйста, проводи наших гостей. Я приду сразу, как приведу себя в порядок.

Часть 3

— Хм, и в самом деле руины, как удивительно. Я не думал, что нам, заплатив так много, соврали, но всё же трудно поверить, что руины находятся посреди равнин.

Стоявшие рядом друзья согласились с Хеккераном.

Руины оказались кладбищем, на котором грунт, похоже, чуть осел — вся область словно опускалась вниз, создавая низину.

Наверное, из-за безграничных пастбищ вокруг их и не обнаружили. Тут не возвышалось ничего вроде руин древнего города, которые могли бы привлечь искателей приключений. А ещё невдалеке виднелось несколько холмов, за которыми руины трудно заметить. Хотя крыша центрального здания немножко выступала, с другого ракурса её не увидишь.

В нескольких местах земля, окружающая кладбище, отпала, выставляя взору часть стен. Вот так руины и обнаружили. К такому выводу пришли представители всех команд.

— Это похоже на правду. К слову сказать, я немного взволнован. Вполне возможно, в руинах мы обнаружим самые невероятные сокровища.

— Кто знает. Что ж, проблем тут никаких не видно. Главное, что вокруг нет опасных монстров. Меня больше волнует место, которое клиент пометил как наш базовый лагерь.

Обустраивать лагерь на равнинах лучше всего.

Место окружено холмами, его не видно издали. Если с осторожностью использовать свет, их никто не заметит.

Потому-то... это и пугало.

— Как же клиент узнал о таком месте?

Его люди искали, где бы обустроить лагерь, и эта низина показалась самым лучшим выбором, там они и наткнулись на руины? В этом есть смысл. Однако появляются новые вопросы. Зачем разбивать лагерь в столь отдалённом регионе? Более того, почему дворянин Империи оказался на территории Королевства?

— Говорят, в Королевстве есть крупная преступная организация. Кажется, она зовётся Восемь Пальцев. Эта группа может доставить много проблем.

— Насколько я знаю, они занимаются контрабандой с Империей. Знакомый вор жаловался, что в Королевстве у них солидная сила, а остальное покрыто тайной.

Подул сильный ветер, Имина придержала волосы, Арче последовала её примеру. Робердик пробормотал:

— Я слышал кое-что о наркотиках. При правильном использовании они помогают. Однако эти мерзавцы превратили наркотики в способ порабощения слабых, это меня раздражает!

Он даже не заметил, как повысил голос.

В конце концов, Робердик стал работником ради того, чтобы помогать слабым.

— Давайте прекращать с необоснованными предположениями, это не имеет ничего общего с заданием. Всё равно Арче подтвердила, что с клиентом всё хорошо, так ведь?

Арче пробормотала, что исследование было недостаточно тщательным, чтобы раскопать всё, что было хорошо запрятано, но согласилась.

— Вы всё поняли?

— Конечно. Мы не станем говорить об этом перед другими командами. В конце концов, это Восемь Пальцев могли дать тайное задание работникам. Возможно, некоторые из команд как-то связаны с этой организацией, но не следует делать поспешные выводы. По крайней мере, до завершения задания.

— Сколько же крови и слёз пролилось над нашими деньгами?

— Какими бы грязными они ни были, деньги есть деньги, нам ведь нужно на что-то жить. — Глянув на Робердика, Арче глубоко вдохнула, чтобы успокоиться. — Прости, я нагрубила.

— Нет, это я почти ляпнул нечто непочтительное, прошу прощения.

— Не бери в голову, ты ведь так ничего и не сказал. Просто помни, что я ценю деньги больше, чем совесть. Но... — Арче подняла руку, чтобы подчеркнуть свои слова, — я не стану заставлять товарищей поступать неэтично. Я уже видела, как некоторые умирали из-за своей жадности.

— Я тебе верю, Арче.

Та кивнула, и никто больше ничего не сказал. Все доверяли друг другу и могли передать свои мысли без слов, да и подобные перебранки уже несколько раз случались.

— Так что думаете? Шестое чувство мне подсказывает, что, вполне возможно, кладбище находится под контролем кого-то или чего-то, — Хеккеран уставился на аккуратно подрезанную траву и статуи ангелов и богинь, которые были просто прекрасны, — за ними, очевидно, время от времени ухаживали.

С другой стороны, то тут, то там проросшие деревья нагоняли мрачность.

Могилы стояли не ровными рядами, а раскинулись неряшливо, словно зубы уродливой ведьмы, что в сочетании с чистотой места создавало сильный дискомфорт.

Кто-то заботился о кладбище. И кто-то необычный. Живот скрутило от зловещего предчувствия.

Чтобы избавиться от озноба, Хеккеран сосредоточился взглядом на гигантской структуре. Четыре усыпальницы, расположенные точно на севере, юге, востоке и западе, а в центре — огромный и красивый мавзолей. Восемь больших статуй воинов вокруг усыпальниц производили грозное впечатление, будто любой, осквернивший это место, будет казнён.

— Кто-то умудряется растительность подстригать, и даже лишайника нигде не видно. Он очень серьёзно выполняет свои обязанности, но кто же это такой?

Все команды — за исключением Тэмму — посчитали описание задания странным. Теперь эта убеждённость стала ещё сильнее — зачем в месте, где нет ничего кроме равнин, делать кладбище?

Прежде всего, расположение. Строить такое роскошное кладбище в отдалённом месте слишком тяжело и неудобно. А если это не земля для оплакивания мёртвых, а монумент, который увековечивает легенду великого человека? В конце концов, подобное уже делалось в прошлом. Но почему тогда исторические факты и легенды, относящиеся к склепу, исчезли? По пути сюда команды работников сравнили свои исследования, но никто даже упоминания об этом склепе не нашёл. Значит склеп, скорее всего, вычеркнули из книг по истории.

Слишком неестественно.

Что-то тут не так. Это чувство в горле комом встало, все нахмурились.

— Если тут кто-то есть, дело может стать серьёзным. Что тогда будем делать?

— Нехорошо вовлекать невинных...

— Мы с лидерами команд уже обсудили это. Нет никаких записей, что тут расположены руины. Поскольку ближайшая деревня находится далеко, вероятность того, что здесь живут обычные люди, довольно низка. Скорее всего, тут или поселились преступники, или монстры. Учитывая отсутствие следов, им, скорее всего, не нужна пища, или же они могут обеспечить себя тем, что в руинах. Нам сейчас недостаёт информации — чем больше будем гадать, тем ограниченнее станем мыслить. Так что давайте на этом закончим размышления.

Обычно об обнаружении руин докладывали властям страны через гильдию искателей приключений. Обнаружившим людям давалось ограниченное время на их исследование. Благодаря этому правилу в руинах, не найденных нацией или гильдией, убийство тех, кто незаконно их захватил, допускалось.

Так называемая политика «Если сомневаешься — убей».

Может быть, она чересчур жестока, но люди в этом мире слишком хрупкие существа. Потому нельзя допускать, чтобы кто-то неизвестный создал гнездо недалеко от поселений.

Двадцать лет назад группа, известная как Зуранон, поселилась в руинах и проводила ужасающие эксперименты, что привело к катастрофическим результатам. Небольшой городок был уничтожен только потому, что все бездействовали из-за нехватки информации.

Такое правило установили, чтобы не допустить повторения трагедии.

— Что ж, наверное, как всегда, нежить. Если склеп оккупировали покойники, лучше бы как можно скорее уничтожить их и убрать негативную энергию святой силой.

— Всё хуже, чем ты думаешь. Если оставим нежить в покое, то может встать более могущественный мертвец. Потому-то в руинах и встречается сильная нежить.

— Вот бы это оказался покинутый голем, который выполняет последний приказ хозяина и убирается тут. Стало бы на одну причину для беспокойства меньше. Так какие наши дальнейшие планы?

— Хеккеран, тебе следовало пойти на встречу вместо меня.

— Не переживай. Никто из других лидеров не пошёл ведь. Нужно же посылать на работу лучшего человека? — Хеккеран подмигнул, Арче вздохнула:

— С наступлением ночи все команды пойдут вместе. Мы зайдём с четырёх сторон и соберёмся в большом мавзолее в центре.

— Да, средь бела дня нас бы легко обнаружили.

— Угу.

Ближайшая местность хорошо просматривалась, и не было видно путешественников или признаков того, что за ними наблюдают. Можно было начать вторжение в склеп сейчас, но следовало подготовиться к неожиданностям. Двигаться в темноте безопаснее.

Операция начнётся с наступлением ночи, но, продолжив наблюдать за руинами, они соберут больше информации. Время ограничено, однако здесь не следует спешить, по крайней мере так считали люди, прорабатывавшие операцию.

Не было бы ничего удивительного в том, чтобы потратить на наблюдение за руинами несколько дней.

— А разве не безопаснее разведать кладбище с поддержкой невидимости?

— Мы думали над этим вариантом, но есть вероятность, что магия окажется бесполезной, так что было решено, что лучше делать всё сразу. В худшем случае мы хотя бы что-то найдём.

Существовало множество способов обнаружить невидимое, так что это заклинание не идеально. Если работники пойдут, скрывшись магией, и их обнаружит система безопасности руин, противник насторожится, даже если ничего не узнает о нарушителях. Если напортачат, то не смогут проникнуть внутрь ещё многие дни.

Чтобы избежать этого, по плану все выступят одновременно.

Хеккеран с пониманием кивнул. Были недостатки, но план всё же был сбалансирован между риском и возможностью завершить задание.

— Надеюсь, нам дадут немного отдохнуть.

— Ага. Тьма и Кричащий Хлыст позаботятся о безопасности. На всякий случай мы будем по очереди стоять на стрёме. В порядке, котором пришли в особняк графа, два часа каждый.

— Понял, значит, мы будем последние.

— Да... наш черёд ещё не скоро, — сказала Арче, повернув голову и опустив плечи.

— Ты устала, — Робердик кивнул ей.

— Угу. Всё так затянулось, потому что то дерьмо предложило вторгнуться грубой силой. Человека, который не знает слова «сотрудничество», переубедить было трудно.

— А, этот господин гений меча...

— Называй его дерьмовым ублюдком, — угрожающе перебила Имина. Криво улыбнувшись, Хеккеран сменил тему разговора:

— Ну что, пошли назад в лагерь ждать нашей очереди?

— Идёмте. Погода, вроде, нормальная, дождь вряд ли пойдёт, но на всякий случай лучше обустроиться заранее. Эй, Имина, не делай такое страшное лицо.

— Ладно. Но как же тот тип раздражает, как же мне хочется его заколоть. Давайте разобьём лагерь подальше от него.

— Конечно, но только не очень далеко от назначенного места.

Честно говоря, отходить от остальных было нежелательно, но нельзя, чтобы из-за близкого расположения команд возник конфликт.

Повернувшись спиной к руинам, четвёрка пошла прочь.

— Чем больше я думаю о задании, тем сильнее запутываюсь. Не понимаю, почему граф дал его. — Арче остановилась и посмотрела на руины. — Почему кладбище построили здесь? И когда построили? Статуи напоминают период до появления Демонов-богов, но более восточные. А надгробия почему-то в виде крестов... ничего не понимаю, — прошептала она, Хеккеран большими усилиями сдержал улыбку:

— Значит, есть шанс найти нечто интересное, так ведь?

— Да, внутри должны быть пугающие вещи.

— Ага, например, нежить.

— Уа, как страшно.

— Не переигрывай, Хеккеран. Ты ужасно имитируешь мой голос. На меня вообще не похоже, — изрекла Арче.

— Хм, прости.

— Но... там будет интересно.

— Ага. Почему кладбище существует? Кто тут похоронен? Это разжигает моё любопытство и жажду знаний.

— Согласна. Разведывать неведомое — захватывающе.

— А ещё сокровища. Будет чудесно, если мы найдём целые горы.

Хеккеран был доволен улыбками товарищей. Временами ради денег они брались за грязную работу, но о ней не стали бы говорить счастливо. Работа искателей приключений им подходила больше.

Арче, возможно, уйдёт от них, когда возьмёт опеку над сёстрами. Поиск замены потребует времени, и ещё больше времени они потратят, чтобы согласовать командную работу. В таком случае важно выбирать не очень трудные заказы.

Возможно, это последняя и самая трудная работа, которую они берут как команда.

В дальнейшем... было бы неплохо брать задание на разведывание неизвестного... как искатели приключений.

Хеккеран посмотрел на бескрайнее небо.

♦ ♦ ♦

Сумерки окутали мир, и люди вышли из хорошо скрытых и низко поставленных палаток. Настало время работать.

Искатели приключений занялись готовкой.

Запалив растопку — белый, легковозгораемый твёрдый материал, — они добавили древесный уголь в пламя, а свет скрыли заклинанием «Тьма» — огонь, разумеется, оно не потушило. В темноте пламя вскипятило воду, взятую из бесконечного бурдюка. Кипяток разлили по деревянным мискам и добавили «рацион путешественника», который мгновенно размяк, превратившись в ароматный суп. Затем всем раздали еду вместе с куском чёрствого хлеба.

Остальное — личное предпочтение каждого.

В миске находился лишь желтоватый суп, который работники любили за питательность, однако некоторые люди добавляли тонко нарезанное мясо, другие — приправу, а многие просто ели его как есть.

Добавки никто не попросил. Учитывая предстоящую работу, одной миски маловато. Однако большое количество еды явно повлияет на задание, но и ничего не есть тоже нельзя. Никто не знал, когда представится возможность снова перекусить. А аварийных пайков много с собой не возьмёшь, ведь это уменьшит подвижность. Во всём нужна мера.

Передав пустые миски искателям приключений, работники нацепили рюкзаки и под их внимательными взглядами все разом начали выдвигаться. Искатели приключений отвечали за безопасность лагеря и не принимали участие в проникновении в руины.

Выйдя на холм, работники принялись окружать руины. Они уже приготовились на случай, если их заметят во время этой фазы.

Многие люди носили латы, так что двигались медленно и шумели. Однако для волшебников подобные сложности — плёвое дело. Прежде всего, они наложили «Тишину», убирающую весь звук в определённом радиусе. Перестал слышаться как грохот доспехов, так и шаги. Затем «Невидимость», сделавшую цель не обнаружимой для обычного зрения. На всякий случай в небе летал рейнджер, на которого наложили «Тишину», «Невидимость» и даже «Соколиный глаз». Для быстрого решения проблем его вооружили особыми стрелами с эффектом паралича.

После этих двух подготовительных фаз группы достигли пункта назначения.

Операция началась.

Сначала работники спустятся с холма к руинам, что находятся на несколько метров ниже — это следует провернуть, пока не спала «Невидимость». Затем, обследуя поверхность, соберутся в большом центральном мавзолее.

Чтобы уменьшить вероятность неожиданностей, необходимо действовать одновременно. Вот только в темноте, да и когда все прикрыты невидимостью, трудно понять, добрались ли остальные команды до нужного места.

Однако один способ был.

На земле вдруг появилась странная тридцатисантиметровая палочка. Она воспарила в воздух, будто её поднял кто-то невидимый. Когда её согнули, палочка загорелась слабеньким светом — смешавшись, активировалась особая алхимическая жидкость. Невидимость действовала на все вещи, которыми обладал человек во время её активации, но переставала действовать, как только вещь бросалась. Потому-то палочку сначала и опустили на землю.

Погорев немного, она исполнила своё предназначение и разрушилась. Светящаяся алхимическая жидкость вылилась на землю и бесследно исчезла.

Подобным способом все команды просигналили, что готовы.

С такого расстояния не разглядишь, чем занимаются другие группы, но на поверхность Великого Склепа Назарика одновременно опустилось четыре верёвки, на которых через равные промежутки завязаны узлы для более лёгкого лазания.

Один конец верёвки привязали к крюку, забитому в землю, другой свисал внизу, чуть покачиваясь.

Если кто-то увидит сквозь невидимость, то заметит людей, спускающихся по верёвкам.

Трудностей не возникло даже у Арче, которая больше изучала магию и теорию, нежели тренировала ловкость. Впрочем, ради выживания все работники и искатели приключений должны быть физически выносливы.

Благодаря накопленным тренировкам и эффективности узлов никто из работников не упал, все успешно спустились на кладбище.

Первая цель всех команд — меньшие усыпальницы.

К этому времени невидимость как раз закончилась.

Пригнувшись и держась поближе к надгробиям, деревьям и статуям, работники побежали по тёмному кладбищу. «Тишина» по-прежнему действовала, так что они не шумели. Воины в латах также делали всё возможное, чтобы скрыть себя. Множество теней двигалось по земле.

♦ ♦ ♦

Приблизившись к усыпальнице, лидер Тяжёлого Пресса, Грингхам, изумился — она оказалась величественнее, чем мужчина представлял. Хоть работники и называли эти усыпальницы небольшими, они были небольшими лишь по сравнению с центральным мавзолеем. В чём Грингхам сейчас и убедился.

Белые каменные стены гладко отполированы. Хотя после строительства уже, наверно, прошло много веков, следов разрушений от ветра и дождя не видно. У входа три мраморные ступени, за которыми возвышается толстая металлическая дверь. На ней — ни пятна ржавчины, столь хорошо она отполирована. Даже чёрная сталь сияет.

Грандиозное сооружение, за которым очень хорошо ухаживают.

Значит, на кладбище точно кто-то поселился, — пришёл к выводу Грингхам, и один из его товарищей, вор, дал сигнал отойти подальше и двинулся вперёд. Из-за «Тишины» говорить было невозможно, а отступить остальным пришлось, чтобы не попасть под ловушки, бьющие по области.

Вор внимательно обыскал проход. Он, конечно, сгорал от нетерпения, но ничего не поделаешь.

В теле человека находится душа, и когда оно начинает гнить, по воле богов она улетает. Вот почему мёртвых нужно хоронить. Обычно под землю, но погребение людей со статусом, например дворян, немного отличалось.

Если человека закопать сразу после смерти, придётся его выкапывать, чтобы убедиться в разложении тела. Потому перед похоронами его оставляют на некоторое время на поверхности. Однако дворяне не станут держать труп у себя дома.

Потому для этого дела они используют усыпальницы на кладбище. Когда тела полежат некоторое время, священники определят, что тело гниёт и душа уже призвана богом, тогда уж можно и закапывать.

Тела складывают в общую зону усыпальницы. В просторном зале стоят несколько каменных пьедесталов, где они покоятся. Картина нескольких гниющих трупов ужасала, но таков здравый смысл этого мира.

Однако великие дворяне, обладающие непомерным богатством и властью, выделялись и тут. Вместо общих усыпальниц они использовали семейные склепы, передающиеся из поколения в поколение. Комната, где власть имущих взывают к себе боги, а также место их последнего упокоения. Подобные склепы служили символом могущества семьи.

Довольно часто залы украшали разнообразными предметами быта, экипировкой и драгоценностями. А значит, такие склепы — целое сокровище для расхитителей гробниц. Так что подобные места обставляли опасными ловушками, чтобы отпугивать незваных гостей.

Что вдвойне верно для этой грандиозной усыпальницы. Вор Грингхама внимательно проверил ступени. Когда он закончил, звук вдруг вернулся — действие «Тишины» закончилось. Как раз вовремя. Мужчина тихо подошёл вплотную к двери и осторожно её обыскал. Наконец он поднёс к ней что-то вроде стетоскопа и прислушался.

Через несколько секунд вор повернулся к Грингхаму с товарищами и покачал головой.

Это значило «здесь ничего».

Даже сам вор посчитал это чудным, склонив голову набок. Ещё и двери почему-то были не заперты. Но раз он больше ничего не обнаружил, то теперь очередь авангарда.

Грингхам вышел вперёд, и вор капнул маслом в нескольких местах двери. За ними встал воин со щитом. Грингхам опустил дверную ручку и медленно потянул на себя. Неизвестно, от масла ли, или же ухаживающий за этим местом хорошо выполнял свою работу, но тяжёлая дверь открылась с лёгкостью.

Готовый к бою воин встал между Грингхамом и дверью, подняв щит в защите от внезапных нападений или ловушек.

Однако никаких стрел в них не полетело. Тяжёлая дверь полностью открылась, и перед членами Тяжёлого Пресса предстала глубокая тьма.

— «Вечный свет».

Заклинатель призвал магический огонь. До определённого предела яркость была настраиваема. В склепе посветлело. После другого заклинания засияло даже оружие воина.

Осмотрев комнату, люди не поверили своим глазам — её можно было легко спутать со спальней дворянина.

В центре стоял каменный гроб, такие обычно можно увидеть в храме. На гробу длиной два с половиной метра были вырезаны великолепные фигуры. По углам возвышались четыре гипсовые статуи вооружённых мечом и щитом воинов в латах.

А также...

— Хм, не припоминаете такой герб?

— Нет.

На стене висел флаг с золотыми краями и странным гербом. Королевство, возможно, и было иностранным государством, но вор и заклинатель запомнили геральдику дворян и королей.

— Может быть, это какой-то аристократ, живший до основания Королевства?

— Думаешь, склеп тут простоял больше двухсот лет?

Двести лет назад многие страны были уничтожены Демонами-богами, вот почему очень мало государств имели более чем двухсотлетнюю историю. Королевство, Святое Королевство, Альянс и Империя — все образовались за последние двести лет.

— Если это так, почему он так хорошо сохранился? Из чего он сделан?

— Наверное, на него наложено заклятие сохранности? Возможно, он чинится с помощью магии.

— Кстати, лидер, почему бы тебе не бросить так странно говорить? Мы тут одни.

— Хм-м... — Грингхам нахмурился, затем расслабился. — Чёрт, как же я устал. Как же глупо я выгляжу со всеми этими любезностями.

— Должно быть, тебе и впрямь было трудно. Но ведь наедине можно и нормально поболтать, так ведь?

— Не-а, не могу я так поступать, благодаря жёсткой манере говорить я выгляжу как способный работник. На полпути меняться хлопотно, не думаете? Да вы и так знаете мою политику на работе. — Грингхам ответил на кривую улыбку товарища собственной кривой улыбкой.

Когда-то он жил на ферме в Королевстве, а точнее — был третьим сыном фермера.

Но если поле станут делить между всеми наследниками, то со сменой поколений каждому будет доставаться всё меньше и меньше. Снизится и урожай, который может собрать семья. Вот почему старший сын унаследует землю, второй станет его помощником, а третий и остальные будут не более чем проблемой. Неудивительно, что многие из них перебирались в город в поисках средств к существованию.

Однако Грингхама благословило хорошим телом, и в итоге ему это пригодилось. Но, в конце концов, он — всего лишь фермер, не получивший практически никакого образования. Он не умел ни читать, ни писать, и даже не знал никакого этикета.

Работники в самом деле предпочитали обращать внимание на способности и выполнение взятого задания, а не на этикет. Однако ему не подходила роль лидера.

Он усердно трудился, но, в отличие от удачного тела, умом не блистал, едва-едва дотягивая до нужного уровня. Грингхам продолжал быть лидером, поскольку все ценили иные его черты. Однако для того, чтобы не смущать товарищей, он начал говорить в такой странной манере.

«Эта причудливая манера говорить вполне подходит до тех пор, пока рекламирует мою команду». — Он хотел, чтобы именно в подобном ключе клиенты о нём думали.

Но, несмотря на это, люди всё равно смотрели на него свысока. Однако такой образ всё же лучше, чем образ недалёкого фермера.

— Хорошо, перерыв окончен. Выступаем, парни, — объявил Грингхам, и все без возражений начали двигаться.

Первым вошёл вор, внимательно ища в склепе ловушки.

Остальная группа положила толстый металлический брусок в дверном проходе, чтобы двери не захлопнулись, даже если в них установлен механизм автоматического закрытия. Чтобы не светить наружу, двери открыли только наполовину. Пока вор внимательно осматривал комнату, Грингхам и остальные, присев, следили за окрестностями. Свет использовать было необходимо, ничего не поделаешь. Вполне возможно, что их уже обнаружили.

Вор подошёл к флагу и несколько секунд понаблюдал за ним. Решившись, он протянул руку и, коснувшись ткани, нервозно отстранился.

— Тут ничего нет, заходите. — Повернувшись к Грингхаму и остальным, вор указал на флаг. — Он в самом деле ценен, соткан золотой нитью.

— А-а? Золотой нитью? Оставлять его висеть просто так... У кого-то что, что-то с головой?

Люди разинули рот от удивления. Все собрались под флагом и по очереди коснулись его. Холодный материал и вправду был металлическим.

Учитывая, как величественно флаг выглядит, оценка вора должна быть верной. Если судить по размеру, весу и художественной ценности, то он стоит целое состояние.

— Клиенту невероятно повезло. Хотя наша, вернее, вся плата четырём командам ещё не собрана, тут явно будут целые горы сокровищ.

— Возьмём его сейчас с собой? — спросил вор, Грингхам ответил:

— Он слишком большой и тяжёлый, подберём позже. Возражения?

— Нет. С ним будет трудно двигаться. И я не нашёл ни ловушек, ни скрытых дверей.

— Что ж, тогда прошу... — Грингхам кивнул магу. Товарищ ответил, вызвав заклинание:

— «Обнаружение магии»... не чувствую никаких магических ловушек. Можно спокойно вздохнуть — никто с помощью магии не прячется.

— Обследование почти закончено... давайте направимся к главной цели.

Их взгляд упал на каменный гроб в центре комнаты.

Осмотрев его вдоль и поперёк, вор заключил, что ловушек нет.

Грингхам и воин кивнули друг другу и начали сдвигать крышку. Она была большой и, вероятно, весьма тяжёлой, но оказалась легче, чем они думали. Применив слишком много силы, они чуть не упали, потеряв равновесие.

Посмотрев внутрь, все ахнули.

Золото, серебро, драгоценности разнообразных цветов, многочисленные сверкающие украшения. И больше ста золотых монет разбросано по всему гробу.

Увидев флаг, они ожидали нечто хорошее, но Грингхам всё равно улыбнулся от уха до уха. Вор осторожно взял один из предметов, золотое ожерелье.

Безупречное ювелирное изделие. На первый взгляд оно казалось простым, но при ближайшем рассмотрении даже на цепочке виднелась гравюра.

— По меньшей мере сто золотых. А если найти правильного покупателя, то и все сто пятьдесят.

На оценку вора последовали самые разные реакции. Некоторые прошептали что-то, другие улыбнулись. Общими были радость и пламя жадности в глазах.

— Половина, которую мы можем взять, будет бонусом в пятьдесят золотых. Десять золотых каждому, страшная сумма дополнительных выплат.

— Ага... наверное, эти руины — настоящий клад.

— Потрясающе. Как же потрясающе.

— Да, жалко оставлять сокровища здесь. Давайте найдём им лучшее применение, — заговорил волшебник, поднял кольцо с большим рубином и поцеловал его. — Какой большой...

Священник протянул руку, подобрал монеты и позволил им выскользнуть между пальцами. Раздался чёткий звон.

— Я никогда не видел таких золотых. Из какого они периода и страны?

Сделав небольшую зарубку на поверхности монеты, вор со вздохом сказал:

— Чистое золото. Раза в два тяжелее обычных монет. А если учитывать и эстетическую ценность, то цена взлетит до небес.

— Мы словно в сон попали... Ку-ку-ку...

Группа не выдержала и засмеялась.

Они уже нашли немалую добычу.

— Парни, скажете спасибо богам позднее. Берите всё, что можете, и пошли к главной цели. Нашу долю заберут, если опоздаем.

— Да! — все резво ответили. Товарищи Грингхама были полны воодушевления.

Часть 4

В центре руин располагался большой мавзолей. Его окружали гигантские статуи воинов, которые, казалось, могут в любое мгновение ожить. Они были словно рыцари, защищающие короля. Хеккеран спрятался у подножья статуи, что смотрела в сторону меньшей усыпальницы.

Через некоторое время лидер «Дальновидности» заметил, как из усыпальницы бежит пять человек. Они двигались быстро, но умудрялись скрываться. Мужчина начал параноидно наблюдать, не следит ли кто за ними и не случится ли чего странного. Наконец убедившись, что у бежавшей в эту сторону группы всё в порядке, Хеккеран вздохнул с облегчением.

Он дал сигнал, выглянув из-за тени гигантской статуи, и Грингхам, заметив, кинулся к нему.

— Ты поздновато, Грингхам.

— Спасибо, что подождали так долго.

— Мы не назначили время встречи, так что всё хорошо. Давай лучше сменим место, а там уже решим, что делать дальше.

Хеккеран пригнулся и с осторожностью повёл остальных.

Через несколько шагов Грингхам задал вопрос:

— Хочу спросить, твоя команда нашла какие-то сокровища?

Вспомнив, что он тогда почувствовал, Хеккеран улыбнулся, не в состоянии скрыть возбуждение:

— Конечно, целые горы. Старейший сказал то же самое.

— И ты тоже, хех. Пойти на кладбище было правильным решением.

— Ага. Я благодарен великому человеку, похороненному здесь.

— Хм. Может, оно и так, но раз мы уже нашли столько сокровищ, то, возможно, в главном захоронении ничего не окажется?

— Спорю, там будет ещё больше.

— Хм... какие ставки?

— Большие. Позже я найду ещё сокровища, да и от тебя получу приличную сумму. Вот замечательно. Главное, не поставить на одно и то же.

Оба мужчины тихо рассмеялись.

— И то верно. Кстати, а что это? — Перед Грингхамом возле ног гигантской статуи стояло что-то вроде каменной таблички.

— Это? — переспросил Хеккеран, не останавливаясь. Написанные на ней слова прибывшие до этого три команды никогда не видели прежде. Они держались за слабую надежду, что об этом что-то знает команда Грингхама. — Что-то вроде каменной таблички, на которой выгравированы, по-видимому, слова.

— По-видимому? Отчего такая неуверенность?

— Это неизвестный язык. Не национальный язык Королевства или Империи, и даже не один из древних языков региона. Возможно, это даже не человеческий язык. Но я могу прочесть здесь число 2.0.

— Число? Если здраво поразмыслить, то это, вероятно, год, в котором склеп построен. Но число слишком маленькое.

— Арче считает, что это может быть паролём для чего-то в руинах... Просто запомни его.

— Хорошо.

Когда они прошли гигантские статуи и взобрались по длинной лестнице, созданной из белого камня, перед ними предстал вход в центральный мавзолей.

— Зловоние смерти.

— Ага, как от густого тумана равнин Катз, — тихо согласился Грингхам.

Холодным ветром принесло запах мертвецов, хоть и слабый и не тошнотворный.

Кладбище было прекрасным, но тут явно водилась нежить.

Набравшись решимости, группа вошла и увидела большое пространство. Многочисленные каменные платформы стояли слева и справа, на противоположной стороне находились ступени, ведущие вниз. Дверь перед проходом была широко открыта, а изнутри шла неприятная аура.

— Сюда. — Хеккеран повёл Грингхама и его команду вниз.

В конце лестницы была погребальная камера с дверью на другой стороне. Помимо неё никаких других дверей не было видно.

Место было поменьше, чем усыпальница наверху, но всё равно обширным. «Дальновидность» Хеккерана, «Тэмму» Эруи и команда Парупатры — все уже находились здесь.

— Ну так что будем делать дальше? План был рассредоточиться и собрать информацию. Появились какие-нибудь идеи после обыска усыпальниц? — заговорил Хеккеран, оглядев всех собравшихся.

Похоже, новых идей никто не придумал. Но у всех горели глаза — может, от жадности, а может это просто отражение света. Впрочем, всех переполняло возбуждение, они не могли дождаться.

— Есть предложение. Моя команда поищет снаружи скрытые двери, — сказал лидер «Зелёного Листа», но его товарищи, похоже, оказались не в восторге. Из-за увиденных сокровищ. Они не могли согласиться даже с мнением весьма опытного командира. Вероятно, все представили, как у них на глазах улетают горы сокровищ. — Что не так? Обыскали мы поверхность не полностью. Вполне возможно, что в одной из меньших усыпальниц находится тайный проход, так ведь? Разве остальная часть кладбища не стоит того, чтобы её обыскать?

— Старейший прав. Я слышал, что даже в руинах Сасашару, о которых всё время поют барды, в нескольких шагах от центрального входа есть безопасный лаз, ведущий прямиком в центр.

— Грингхам, мы проверили всё на пути сюда, но ничего не нашли.

— Поэтому я предлагаю всё тщательно обыскать. Почему бы в качестве компенсации не отдать мне часть найденного на этом этаже, а завтра позволить моей команде первой начать исследование второго этажа?

— У меня нет возражений.

Первым заговорил Грингхам, Хеккеран согласился мгновением позже.

— Хорошо, тогда все согласны! Что насчёт тебя, Узрут?

— Я не в восторге, но отдать десять процентов могу.

Старейший улыбнулся его сарказму. В конце концов, именно Эруя нахмурился, когда на его едкость никто не ответил.

— Ах да, старейший. Могу я попросить тебя об одолжении, ты ведь всё равно будешь там проходить? В усыпальнице мы нашли флаг, сотканный золотыми нитями, но он слишком громоздкий, чтобы его таскать с собой. Можешь его забрать?

— Согласен с Хеккераном. Возможно, это дополнительные хлопоты, но можешь забрать и наш?

— В таком случае и мой тоже, — Эруя указал подбородком одной из эльфиек, она достала большой кусок ткани и положила на землю, всё время шатаясь под его тяжестью.

— Понял. Кроме флагов есть что-то ещё, что вы хотите сохранить? — на вопрос Парупатры никто не ответил. — Отлично! Как я и предложил, моя команда обыщет поверхность. Будьте осторожны. Ничего, если оставите что-то ценное и для меня.

— Ха-ха, парочку монстров можем, но ни одной монеты. — Когда смех утих, Хеккеран спросил остальных: — Ну что, пойдём?

Все тут же согласились и вышли вперёд. С сияющими жадностью и предвкушением глазами они сделали первый шаг в неизвестные руины — великий подземный склеп.

Дверь открылась, вниз вёл лишь один путь. Как они и ожидали, встретил их чистый и опрятный коридор.

В каменном проходе не было ни трещин, ни мха, слева и справа в стенах виднелись двухъярусные полости, в которых лежат человеческие фигуры в погребальных одеждах. Специфичного трупного аромата не было, вместо него витал запах нежити, а воздух был холодным.

В потолке через одинаковые промежутки мерцали голубовато-белые огни. Однако поскольку они висели через довольно большие расстояния, в проходе было несколько темновато. Свет позволял свободно идти, но было столь тускло, что можно что-то пропустить. Без альтернативного источника освещения было бы довольно опасно.

— Роб, реакция на нежить?

— Никакой.

Поблагодарив товарища, Арче подошла к завёрнутому в саван телу и разрезала ткань ножом. Увидев её действия, другие команды тоже послали одного или двух членов, чтобы исследовать трупы.

— Судя по росту и телосложению, это, скорее всего, человек — взрослый мужчина.

— Кроме погребальной, другой одежды нет, так что трудно сказать, к какому периоду относятся руины.

— Но они явно загадочны. Архитектура, метод захоронения и время — всё неизвестно. Может быть, склеп уже простоял тут больше шестисот лет.

— Тогда это будет историческая находка.

Историки могли бы долго обсуждать подобное, но они пришли сюда на работу.

Наткнувшись на холодные взгляды Хеккерана и Грингхама, они поспешно рассказали о результате обследования: «Всё ещё неизвестно, в какую эпоху возникли руины».

— Понятно. Идём дальше? Лично я хочу убить каких-нибудь монстров.

Соглашаясь с недовольным Эруёй, группа пошла вперёд, но вскоре остановилась.

Они приготовились в любую секунду выхватить оружие.

Впереди раздался стук костей.

Благодаря потолочному освещению люди заметили силуэты мертвецов.

Приблизившись и определив противников, работники вздрогнули, словно увидев нечто невероятное, и начали перешёптываться.

— Не слишком ли это...

— Это что, шутка?..

— А? Одни скелеты? — выдавил кто-то, после чего группа не выдержала и разразилась смехом.

— Ой-ой-ой! Разве посылать скелетов — не безнадёжное дело? Нас ведь много.

Монстры-скелеты выглядели практически одинаково, потому было трудно определить, какого они типа. Однако по кружившей вокруг них ауре было легко понять, что это обычные скелеты.

— Даже на разведку следовало послать более сильных монстров... Я понял! Кладбище или не контролируют никакие монстры, или они слишком некомпетентны, чтобы понять, насколько мы сильны. Или же они глупцы, не заметившие вторжение.

Работники хохотали, не переставая.

— Сколько бы скелетов ни было, быть может, им нечего охранять и все сокровища руин лежат в усыпальницах на поверхности?

— Не говори столь ужасные слова.

Для работников, сравнимых по силе с мифриловыми искателями приключений, скелеты были слишком слабы. И работники даже превышали их числом.

Перед шестью скелетами люди переглянулись между собой, думая, кто должен пойти.

— Я не хочу, — заявил Эруя.

Было легко понять, что он чувствует.

— Тогда я пойду, — Грингхам вышел вперёд.

Скелеты своим слабым умом, видно, о чём-то размышляли. Наверное, думали напасть скопом на одинокого воина. А может, думали о чём-то другом.

Скелеты напали вместе и...

Разлетелись на куски от взмаха щита и топора.

Всё заняло несколько секунд. Может даже меньше.

Раздавив шестерых скелетов и наступив на их останки, Грингхам вздохнул словно от усталости. Однако он устал не от битвы, а от того, что первый противник в величественных руинах оказался слишком слабым, нежитью низшего ранга, скелетом.

— Какие хрупкие, всего-то скелеты. Но не вздумайте вести себя беспечно. Всегда помните, что может появиться могущественная нежить, и идите с большой осторожностью!

Услышав слова Грингхама, все посерьёзнели и пошли вперёд, в глубины руин. Сердце наполнилось предвкушением лежащих впереди сокровищ.

♦ ♦ ♦

— Что же, они ушли.

— Да. Может быть, они работники, но сейчас мы в одной команде, так что на эту работу мы коллеги. Было бы чудесно, если бы они вернулись целыми и невредимыми... Как думаете, Момон?

— Все они умрут, — ответил глубоким голосом Аинз, ошеломив лидера команды искателей приключений. О нет, мысли вслух. — Э, то есть я имею в виду душевную готовность к смерти. Мы ведь говорим о неизвестных руинах. Невозможно сказать, на какую опасность они наткнутся. Большая надежда приведёт лишь к большому разочарованию.

— Понятно, так вот в чём дело... простите.

Я придумал это второпях, а он согласился? Что ж, мне только на руку.

Лидер команды склонил голову, поскольку слепо верил, что слова человека адамантового ранга правильны.

Свою роль в этом сыграли усилия Аинза, его наполненные дружелюбием ответы и дружеское отношение во время поездки в Назарик.

— Что ж, как договаривались, я отдыхаю первым. — Аинз последовал в свою палатку, которую, разумеется, разделял с Набель.

Поскольку «Тьма» расположилась на расстоянии от остальных, некоторые люди предположили, что это сделано специально, чтобы никто не слышал стоны. Вернее, только что так сказал им лидер, который, наверное, хотел укрепить отношения с Момоном. Он даже поделился с ним информацией, полученной от работников.

Зайдя внутрь, Аинз и Набель закрыли вход в палатку. На всякий случай они выглянули, но никто за ними не следил. На самом деле несколько человек намеренно показывали свою незаинтересованность.

— Хоть нашу палатку и назвали любовным гнёздышком, я, вероятно, правильно сделал, что не стал прямо отрицать. Никто ничего не заподозрил, даже когда мы устроились подальше ото всех, никто не обращает внимания и не подходит близко.

Были в этом и недостатки, но достоинства перевешивали.

Аинз снял шлем, показалось его костяное лицо.

— Что ж, Набель... нет, Нарберал. Я вернусь в Назарик и пошлю на замену Актёра Пандоры, как и планировалось. Если что-то произойдёт в этом время, реши всё самостоятельно.

— Как прикажете, владыка Аинз.

— Хм, свяжись со мной, если что-то случится. — Аинз развеял заклинание, что создавало доспехи с мечом, и шлем исчез в руках. Чувство свободы от снятия брони заставило вздохнуть с облегчением, хотя она для него была не тяжёлой. По той же причине он помассировал плечи, которые не затекли. Эти действия были остатками человечности. — Боже-боже.

Остатки человеческих эмоций иногда такие хлопотные.

Если бы он мог реагировать на каждую проблему спокойно, всё могло бы сложиться иначе. Однако если он утратит все человеческие эмоции, то перестанет любить Великий Склеп Назарика. Тоска человека Судзуки Сатору по друзьям тоже, наверное, исчезнет.

Криво улыбнувшись, Аинз применил магию. Мысли об остатках человечности ушли на задний план. Он не был талантливым человеком, способным сосредотачиваться на двух-трёх вещах одновременно. Ему было нужно отбросить в сторону всё, кроме необходимого сейчас.

Он применил «Великую телепортацию».

Поскольку он носил кольцо, то прошёл через барьер Великого Склепа Назарика прямиком к входу в Тронный зал.

— Добро пожаловать назад, владыка Аинз, — секундой позже его поприветствовал прекрасный женский голос.

— Я вернулся, Альбедо.

Низко поклонившаяся женщина подняла голову, у неё на лице расцвела улыбка. Она посмотрела прямо на Аинза, словно не видя больше ничего.

Угх...

Когда он увидел золотые глаза, полные любви, у него мурашки пробежали по коже. Но было необходимо вести себя как подобает Аинзу Оалу Гоуну, правителю Великого Склепа Назарика.

Подавив чувство, ослабнувшее во время мгновения тишины, Аинз фальшиво кашлянул:

— Как и планировалось — нарушители здесь. Нет, вероятно, они уже внутри. Приветствие приготовили?

— Разумеется. Гости будут просто в восторге.

— Хорошо... Альбедо. Жду с нетерпением, чтобы увидеть их радость.

Он зашёл в сердце Великого Склепа Назарик, Тронный зал. Альбедо последовала за ним на шаг позади.

На этот раз в отношении нарушителей ей был отдан только один приказ — провести практические испытания системы защиты.

Места ловушек и комбинации монстров когда-то были выбраны его согильдийцами, и, в общем-то, они довольно хорошо всё сделали. Но, учитывая нынешние обстоятельства, трудно определить, нет ли лучшей расстановки.

А потому требовалось проверить защиту Назарика. Сейчас они этим и занимались.

— Нарушители хрупки... так что, разумеется, мы не сможем испытать всё. Но будем надеяться, что мы от этого хоть чему-то научимся.

— Поняла. Обещаю, я не подведу вас, владыка Аинз.

— Хорошо. Как ты уже знаешь, не используй ловушки, которые стоят денег, вроде ядовитого газа или внезапно нахлынувшей нежити, попытайся использовать ямы в полу и ловушки с рабами. Никаких проблем не возникло?

Альбедо улыбнулась, Аинз кивнул:

— Отлично, давай насладимся зрелищем. Что делают Стражи этажей?

— Как только владыка Аинз вернулся, я велела им собраться. Позволить им войти в порядке, котором они прибыли?

— Разрешаю. Чем больше наблюдателей, тем лучше.

Перед троном, на котором сидел Аинз, парили многочисленные объекты, похожие на телеэкраны. Каждый отображал разную часть Назарика. Управляющая ими Альбедо показывала Аинзу всё, что тот хотел.

Дальше дьяволица покажет свой контроль над защитной сетью. Аинз не знал, что изменилось по сравнению с прошлым.

Мне нужно хоть что-нибудь понять по этим экранам, чтобы тренировка не была бесполезной. Будет неприятно, если в самом конце придётся обмениваться мнениями, а я так ничего и не пойму.

Аинз — абсолютный правитель Великого Склепа Назарика. Подобное существо просто не может разбираться в защитной системе хуже подчинённых.

— Как думаешь, «Ариадна» ведь не активируется? — Аинз открыл консоль, проверяя с помощью курсора проблемные места.

— Наверняка нет. Но интересно, что будет, если нарушители окажутся взаперти?

Аинз вспомнил, как когда-то читал справку Иггдрасиля, вернее — журнал обновлений от разработчиков.

— Не активируется... а может, активируется.

Хотя в Иггдрасиле всё было ясным, в этом мире нет никаких гарантий. Даже само существование Ариадны не подтверждено.

— А что, если умело заставить людей самих себя запереть?

— Возможно, и в этом случае не активируется. Но учитывая ущерб в случае активации, я боюсь её тестировать.

Система Ариадна.

Система, проверяющая истинность созданной базы.

Существовал очень простой способ построить неуязвимую крепость — запечатать вход, и никто в неё не сможет попасть. Достаточно просто похоронить весь Великий Склеп Назарика под землёй. Но в игре такое делать было запрещено.

И ради того, чтобы не дать игрокам создать такую базу, и придумали систему слежения Ариадна.

Необходим путь, ведущий от входа в сердце базы. Кроме того, Ариадна проверяла, какое расстояние можно пройти внутри, сколько существует дверей и разнообразные другие правила конструирования базы.

Подземелья, нарушающие правила, будут помечены системой Иггдрасиля и оштрафованы. Средства гильдии будут постепенно и довольно быстро уменьшаться.

В Назарике подобные проблемы были решены пятым и шестым этажами — пришлось много заплатить, чтобы расширить подземелье.

Аинз посмотрел на монитор, отображающий работников.

— Тц! Наконец появились. Сколько же они заставили меня ждать, — недовольно проговорил он, увидев, как созданную с друзьями крепость запятнали грязные ноги захватчиков. Хотя после определённого порога эмоции подавлялись, сжигающее изнутри раздражение полностью не исчезло. — Альбедо. Не дай никому из них сбежать.

— Разумеется. Насладитесь судьбой воров, что вторглись в дом Высших существ. Так... какую подопытную свинку выберем для эксперимента?

— А, точно. Я провёл спарринг с вон тем стариком. Его команда не подходит для тренировки. Давай расправимся сначала с ними, — Аинз указал пальцем на один из мониторов.

Глава 3. Великий Склеп

Часть 1

Попрощавшись с работниками, переполненными предвкушением и волнением, команда Парупатры, Зелёный Лист, пошла к выходу и сейчас стояла у центрального склепа и взирала сверху на раскинувшийся пейзаж.

На кладбище ничего не двигалось, будто умерло всё живое. Тишина и темень, только звезды на небе светят. Когда лидер ступил на верхнюю ступеньку, его товарищ спросил:

— Старейший, не думаешь, что это потерянная возможность? Обследованием поверхности могли заняться и другие.

— Согласен, наши команды не сильно отличаются по способностям... ну, может, за исключением того ублюдка. Всё, на что способны мы, наверняка сможет сделать и Тяжёлый Пресс с Дальновидностью.

— Тогда...

Но Парупатра не дал ему договорить, продолжив:

— Я выбил нам право завтра первыми войти на нижние этажи, так что отстанем мы не слишком сильно. К тому же завтра исследование склепа, вероятно, и закончится. Последняя вошедшая команда потеряет всё. А в худшем случае она застрянет в охране базового лагеря.

— А-а...

— Впереди всех соваться в неизвестность слишком рискованно. А так остальные команды будут нашими маленькими канарейками. Надеюсь, они вернутся целыми и невредимыми.

Парупатра обернулся и холодно посмотрел на вход в склеп — где-то там, в глубине, работники спешили вперёд. Подобное презрительное отношение не подходило его обычному образу весёлого и пушистого старичка, получившего прозвище «старейший». Впрочем, его товарищи не слишком удивились.

Парупатра был очень осторожен. Он был из тех, кто дважды проверит мост, прежде чем переходить. Благодаря этому ему и удавалось выживать так долго, а однажды даже победить дракона. Впрочем, из-за своей осторожности он упустил много возможностей. Однако до сих пор он не потерял ни одного товарища, они все доверяли его решениям.

Жизнь — самое дорогое сокровище, но некоторое сожаление от того, что они могут упустить добычу, всё же осталось.

— Есть шанс заполучить по-настоящему удивительные предметы. Разве это не стоит риска?

— Ты прав, но посмотри на это кладбище. Не думаешь, что оно слишком чистое? Если кто-то тут убирается, может вылезти монстр, чтобы сказать привет. Лучше пусть другие команды определят, кто тут водится. Лично я не очень люблю подобные задания. Слишком много неизвестного, — пожаловался Парупатра, товарищ осторожно ответил:

— Но ты всё равно его взял.

— Потому что его взяли и другие команды. В худшем случае мы оставим их в качестве наживки, а сами сбежим.

Команда сошла со ступеней на землю.

— Поэтому ты и предложил обследовать поверхность? Чтобы мы сбежали, если услышим крики?

— В том числе. Я поставил на то, что нам повезёт, но... как ты сказал, мы можем пропустить сокровища. Будь у нас больше информации, было бы безопаснее, но мы не знаем, перевесят ли выгоды все риски. Если ты прав, я прошу прощения.

— Не беспокойся, старейший. Мы все в тебя верим. В конце концов, в большинстве случаев ты оказываешься прав.

— Да и если сегодня не получится, мы всегда можем найти другую работу. Ты ведь сам сказал: пока мы живы, возможность сделать деньги всегда найдётся. Так что в опрометчивости нет нужды.

— Какая ностальгия. Мы так говорили, когда были молоды.

— Ха-ха, а разве ты до сих пор не молод?

— Не шути так, старейший. Не ты должен это говорить.

Все криво улыбнулись, команда направилась к одному из малых склепов.

— Однако мне следовало обсудить всё с вами. Простите, что решил сам.

— Ну, тут ничего не поделаешь. Мы ведь сами выбрали тебя командиром. Если наш надёжный лидер так решил, то мы не станем возражать.

— Парни, вы не выглядите слишком счастливыми... Почему вы криво улыбаетесь? Ладно, давайте закончим по-быстрому, а если останется время, попросим Момона о ещё одной дуэли. Для вас это тоже замечательная возможность. Ну так как?

— Я очень хорошо помню ваш бой. Подобная дуэль и вправду достойна адамантового ранга.

— Среди искателей приключений есть довольно большой разброс по силе. Сейчас Восемь Волн Империи не подлинная команда адамантового ранга. Момон же — истинный адамантовый искатель приключений. Человек, достигший того, чего я никогда не смогу.

— Старейший...

— Ха-ха-ха, не переживайте. Будь я в расцвете сил, то завидовал бы ему, но я уже старик. Я не особо потрясён. За свою жизнь я видел нескольких искателей приключений адамантового ранга, но Момон выделяется даже среди них. Чувствую, он по-настоящему силён.

— Правда?

— Разумеется. Вам следует попросить Момона, чтобы он дал пару уроков владения мечом. Если решите продолжать свою работу даже после моей смерти, подобный опыт окажется неоценимым.

— Старейший, не представляю, чтобы ты умер. Наверное, ты красиво уйдёшь в отставку.

— Точно. И будешь жить долго, как Парадин.

— Ха-ха-ха, нет, это уже слишком. Тот заклинатель совсем на ином уровне.

— Какая замечательная команда, — ниоткуда раздался женский голос.

Единственные женщины, которые пошли в поход, — это две из Дальновидности Хеккерана и эльфийские рабыни из Тэмму Эруи. Но голос звучал совсем не похоже на их голоса.

Работники повернулись, выхватив оружие.

На верху ступеней в склеп, из которого они только что вышли, стояло пять женщин. Невероятно красивые, из-за чего всё выглядело ещё страннее.

Девушки носили одежду горничных, но работники ещё никогда не видели такой. Наряды металлически поблёскивали, словно доспехи.

— Кто... кто вы? Я никогда вас не видел... Хм, тут есть секретный туннель, как я предполагал?

— Женщины? Они столь же прекрасны, как красавица из Тьмы... они не похожи на обычных людей.

— И на врагов тоже... хотя вряд ли их наняли те же люди, что нас...

— Что будем делать, старейший? — кто-то из товарищей спросил Парупатру, не отводя взгляда от женщин. Провести переговоры — лучшее решение, но вряд ли всё так просто закончится. — Нас столько же, сколько и их... Ничья может получиться?

Противники или равны по силе команде Парупатры, или чуть сильнее. Они не напали, когда работники были все в сборе, — значит, были недостаточно сильны, чтобы одолеть всех вместе, а может, посчитали это ловушкой. Теперь же они показались наверняка потому, что уверены в своей победе.

Со старостью Парупатра всё меньше потел, но сейчас рука, которой он держал копьё, стала мокрой.

— Послать горничных на кладбище... у кого-то сомнительный вкус.

Через мгновение пошутивший товарищ вздрогнул, его лицо побледнело, а лоб намок от пота. Парупатру тоже охватил внезапный озноб, но мурашки побежали по всему телу не из-за температуры. Даже под лунным светом была видна ярость, что появилась в глазах горничных. Казалось, словно их глаза сияют.

— УбИтЬ иХ.

— Они должны умереть.

— Они не заслуживают быстрой смерти. Сначала пусть помучаются от невообразимой боли.

Вокруг горничных закружилась убийственная аура. Водоворот эмоций был столь силён, что работникам показалось, словно мир вокруг рушится.

— Да-да. — Горничная, которая выглядела главной, хлопнула в ладоши. — Нам приказали никого не оставлять в живых, так что убьём мы их точно. Но мне всё равно приятно видеть такой энтузиазм.

Цок-цок — стук высоких каблуков по мраморным ступеням эхом разнёсся по округе.

Парупатра с товарищами пятился, будто его что-то толкало назад. Учитывая, что у врагов нет оружия, они, скорее всего, заклинатели. К тому же имеют преимущество, поскольку находятся выше. Так что нельзя оставаться на открытой местности.

А ещё для работников было выгодно сократить расстояние. Для горничных — наоборот. Но почему они тогда спускаются по ступеням? Уйдут с помощью «Полёта», если положение станет критическим?

Наблюдая за горничными, у которых на лице отсутствовали всякие эмоции, команда Парупатры столпилась за щитом воина и решала, что делать дальше.

Цок! — стукнув ещё громче, чем до этого, горничные остановились посередине ступеней.

— Для начала представлюсь. Меня зовут Юри Альфа, я заместитель командира Плеяд. Полагаю, встреча будет короткой, но, пожалуйста, позаботьтесь о нас. Если бы мы решили разобраться с вами лично, всё закончилось бы быстро, но из-за определённых обстоятельств мы не можем так поступить. Как жаль.

Прекрасный голос звучал как колокольчики на ветру. Улыбки горничных были столь прекрасны, что любой мужчина влюбился бы с первого взгляда.

Парупатра был бывшим искателем приключений и многое повидал за свою карьеру работника. Среди чего — существ, красота которых недостижима для человека, например эльфов. Тем не менее он никогда не видел таких прекрасных женщин. У него даже челюсть отвисла.

Однако горничным не следует с таким презрением и превосходством общаться с людьми, прошедшими бесчисленные опасности и уверенными в своих силах, если только под этими милыми личиками не скрываются невероятно могущественные личности. Работникам почти захотелось накричать на горничных, но раз те так себя ведут, то, вероятно, сильнее. Никто не желал с ними драться. К тому же один из товарищей, почувствовавший на себе их намерение убийства, до сих пор не оправился от страха. Вероятно, лучше всего будет отступить к искателям приключений — особенно к Момону — и привести их в качестве подкрепления.

— А теперь представлю ваших противников, — Юри снова хлопнула в ладоши. Будто в ответ кладбище встряхнуло. — Выйдите же, старые гвардейцы Назарика.

— Что?

Разверзлась земля и выползло несколько скелетов.

Нас окружили?! Что за...

Стоявшие на ступенях горничные вели себя враждебно, но не похоже, чтобы хотели драться лично. Они были зрителями. Их нельзя игнорировать, но, видимо, они не станут нападать, как и сказали.

Сделав вывод, что истинные враги — вставшие позади скелеты, Парупатра развернулся.

Сами по себе скелеты не такие уж и сложные противники. Команда Парупатры с лёгкостью справится даже с сотней, а тут вылезло всего восемь — сущий пустяк.

Но есть одна трудность.

Товарищи Парупатры сглотнули и отступили на шаг.

Аура вокруг этой нежити отличалась от ауры обычных скелетов. Даже экипировка отличалась. Они носили величественные нагрудники, подходящие королевской гвардии какой-нибудь страны, держали каплевидный щит в одной руке и самое разнообразное оружие в другой. За спиной висели композитные длинные луки, и всё оснащение светилось магией.

Невозможно, чтобы скелеты с магическими предметами были обычными.

— Кто они такие?

— Даже ты не знаешь, старейший? Я не уверен... но, возможно, это подвид скелета-воина.

— Подвид? Они не похожи на красных скелетов-воинов...

Неизвестный противник всегда вселяет страх. Особенно если вооружён магическим оружием.

— Учитывая, сколько вас здесь, полагаю такого количества достаточно. Будьте добры, приложите усилия и покажите нам, как далеко сможете убежать.

— Я рад, что вы предлагаете нам бежать. Но... — Парупатра думал объективно. Разобраться со столькими скелетами с магической экипировкой будет трудно. Вероятно, они решили послать сильнейших с самого начала. Иначе не ждали бы до тех пор, пока работники не зайдут внутрь склепа и разделятся. — Это сильнейшие воины склепа, так ведь? Вы правда думаете, что они остановят нас?

Когда Парупатра глянул вверх, Юри осмотрелась, будто опешив.

Прямо в точку. Они устанавливали ловушку, пока говорили с нами.

Самый умный способ использовать силу — напасть на разделённых врагов в склепе. Но если учитывать, что с ними можно разминуться, то лучше всего ждать у выхода, который все будут проходить физически и душевно истощёнными от исследования склепа.

Ещё одна цель тоже очевидна. Вероятно, те слова про побег горничная сказала, чтобы работники начали убегать, а она смогла ударить в спину. Для неё это выгодно, ведь через некоторое время придётся драться ещё несколько раз — нужно сберечь силы. Так что выход из сложившегося положения есть только один.

— Разобьём всех скелетов и вырвемся отсюда, согласны?

Ради команд, что остались позади, необходимо уничтожить нежить. Может быть, другие работники им соперники, но товарищи на задании остаются товарищами. Более того, если враг спрогнозировал, что они убегут, то оставшись и сражаясь, у них будет меньше шансов угодить в ловушку. А если враг окажется слишком силён, то в крайнем случае можно позвать Момона.

— Не думал, что это мы станем канарейками... у меня начинает болеть голова. Но как думаете, ребята, это все скелеты?

— Трудно представить больше нежити с такой экипировкой.

— Через это место будет проходить любой нарушитель. Тактически, сильнейших лучше разместить здесь. О руинах они знают больше нас, так что я сомневаюсь, что они совершили ошибку и разделили силы.

— Нет... внутри самого склепа должно быть больше нежити. Но, вероятно, там она более низкого класса.

— Старейший... давай сбежим. Они опасны. По-настоящему опасны.

— Нам отрезали все пути побега, как только окружили нас. Даже улететь не выйдет, попадём под град стрел. Мы должны выстоять! Нет другого выхода, кроме как победить их в лоб!

Пока Парупатра подбадривал товарищей, сверху раздался наполовину удивлённый, наполовину поучающий голос:

— Что ж, таким способом можно прорваться. Мы будем за вас болеть, так что начинайте.

Как только слова стихли, старые гвардейцы Назарика начали наступать.

Юри и компания беспокойно «болели за них», не скрывая своего удивления от того, в какую неожиданную сторону положение развернулось. Такого горничные вообще не ожидали.

— Эй, они серьёзно?

— Как неожиданно...

— Господин Коцит тоже удивился.

— ЕсЛи ВсЁ тАк ПрОдОлЖиТсЯ... тО вСё ПоЙдЁт По ПлАнУ.

Юри с подругами заметили, как мелькнул молот.

— Кажется, тот человек не сможет защититься. Он умрёт! — заговорила Люпусрегина, и мужчина получил удар в живот и упал.

Даже гам яростной битвы не помешал услышать скрежет металла. Первая жертва — человеческий воин. Старый гвардеец Назарика, державший в руках молот с «молнией», даже не порадовался убийству, он просто перешёл на следующую цель.

— Господин лекарь, поспеши его вылечить, иначе он погибнет, — слегка взволнованно проронила Юри, а Сизу покачала головой:

— Нет смысла... мгновенная смерть, и строй разрушился.

Два скелета, которых сдерживал воин, пошли вперёд — один к лекарю, а второй в заднюю часть их строя. Лекарь и так дрался с двумя, а теперь добавился ещё один. Больше не было возможности использовать магию. Он мог лишь уклоняться от ударов, идущих с трёх направлений.

Даже Парупатра, показавший себя весьма умелым, дрался против троих и не мог помочь остальным.

— Вору не хватает боевой мощи. У них что, в рукаве нет какого-нибудь козыря?

Теперь вору, что защищал заклинателя, пришлось взять на себя ещё одного противника, а он уже сражался с двумя. Его лёгкое оружие не могло нанести ощутимого урона старым гвардейцам Назарика — нежити без каких-либо слабостей, закованной в тяжёлую броню. Он пытался благодаря своей ловкости уклониться, но против неутомимой нежити сопротивление бесполезно.

— Вон тот так грустно сюда поглядывает.

— Помахать ему?

— Не ПлОхАя МыСлЬ.

— Хорошо! — Люпусрегина с улыбкой помахала Парупатре.

— Прямой удар...

— Просто ты отвлекла его, Люпу.

— Э-э?! Это моя вина?

— Да... Твоя. Но болеть — это хорошо, вперёд, команда!

— Да. Надеюсь, они будут драться с таким же воодушевлением, — поделилась мнением Юри.

Все горничные с ней согласились.

В битве с командой работников Парупатры скелеты взяли верх с самого начала. Наблюдая игру, которую можно описать лишь как «односторонняя резня», Юри и горничные почти прониклись симпатией к работникам. Перед началом битвы девушки посмеивались над бесполезной бравадой работников, но наблюдая этот скучный бой, они не могли подавить зевоту и начали подбадривать команду Парупатры.

— Даже не знаю, что сказать. Всё так односторонне.

— У них нет скрытой карты?..

— Разве они недавно не пытались применить магию призыва?

— Третьего ранга?

— Для козыря, конечно, слабо, но попытаться прикрыться стеной из призванных монстров — хорошая мысль.

— Согласна! Если бы их постоянно не атаковали, то, может быть, им хватило бы времени придумать стратегию и образовать строй.

— Но ПыТаТьСя ПоЛеТеТь — ПлОхОй ПлАн, КаК и СкАзАл СмОрЩеНнЫй СтАрИк.

— Интересно, он пытается сбежать, или просто собирается применить магию с воздуха...

— Хорошая цель... Без прикрытия.

Заклинатель получил критический удар и свалился набок. Будь кто-то свободен, то вернул бы мага обратно в строй с помощью лечащей магии либо зелья, но все были слишком заняты. В итоге вору удалось лишь встать в его защиту, чтобы его не добили.

— Но почему работники посчитали, что это все старые гвардейцы Назарика?

Загадка.

Люди обо всём думают так, как это удобно для них? Но они не глупы. Наверное, это какой-то человеческий способ самовнушения, чтобы собрать смелость и не упасть в отчаяние.

— Выглядит безнадёжно.

— Похоже на то. Видимо, скоро всё закончится.

— ДрУгИе СтРаТегИи, НаПрИмЕр ЗаЩиЩаТьСя, ПоКа Не ВеРнУтЬсЯ оСтАлЬнЫе ВоРы, ТоЖе ХоРоШи.

Все холодно посмотрели на Энтому.

— Никто не вернётся.

— Очевидная истина...

— Покинуть Великий Склеп Назарика... невозможно.

Послышался болезненный вскрик и звук падения. Боевые горничные посмотрели на источник и разочарованно заговорили:

— Ах, ВоР тОжЕ пРоИгРаЛ.

— Кажется, уже скоро закончится.

— Может, пусть просят пощады на этих ступенях?..

— Они вели себя так самоуверенно. Я думала, у них есть что-то в рукаве.

До горничных донёсся свежий запах крови, которая, вероятно, принадлежала вору.

— ВкУсНо ПаХнЕт.

— Оставь, — Юри остановила её.

Господин приказал всех вывести из строя и забрать живыми или мёртвыми. Но предоставлять поеденные тела — грубо.

— СвЕжЕе МяСо...

— Я позже попрошу владыку Аинза, потерпи чуть-чуть.

— Хм, а у нас не возникли проблемы? Изначально это был тест того, как эффективно скелеты нападают на убегающих врагов.

— Ага! Видимо, сильная нежить, что прячется у стен, не понадобится.

— КаЖеТсЯ, гОсПоДиН кОцИт РаСчИтЫвАл, ЧтО сМоЖеТ лЕгКо Их ПоЙмАтЬ.

— Атаковать в лоб... Неожиданно.

— Такое случается, если неправильно анализируешь силу врагов. Давайте тех, кто ещё жив, вылечим и пошлём в комнату допросов. А мёртвых... доложим о них владыке Аинзу.

В эту ночь Парупатра и его команда исчезли.

Часть 2

— Снова в атаку! — по склепу, наполненному зловонием плесени и смерти, эхом прокатился крик Грингхама.

Комната была двадцать метров в ширину и пять в высоту, вся заполнена светом, созданным заклинателем и брошенными на землю факелами. Посреди неё виднелись человеческие силуэты.

Тяжёлый Пресс загнали в угол. Тут находилось полно низшей нежити — зомби и скелетов.

Их было просто невообразимо много.

Грингхам и воин со щитом сдерживали волну смерти, чтобы та не пробилась в тыл строя.

Зомби замахнулся рукой на латы Грингхама. Хоть нежить была сильнее обычного человека, всё же не смогла погнуть стальную броню. Сгнившая рука взорвалась, и к доспехам прилипли зловонные куски плоти.

Возможно, какому-то скелету могло бы посчастливиться загнать своё тупое оружие между пластин брони, но именно на такой случай она была укреплена магией.

Взмахнув топором горизонтально, гном уничтожил одного, но на его место пришло ещё больше нежити. Орда подходила всё ближе, как будто пытаясь задавить их числом.

— Чёрт! Их слишком много! — устало прокричал воин. Благодаря большому щиту, прикрывающему всё тело, он не пострадал, но щит покрылся всеми видами мерзких жидкостей. Он крошил булавой черепа скелетам, но его медленно оттесняли. — Откуда они все берутся?

Его любопытство было естественным.

Разделившись с другими командами на перекрёстке, команда Грингхама начала неспешно обыскивать помещения. Увы, сокровищ оказалось поменьше, чем в склепе наверху, но всё равно порядочно. Когда они зашли в эту комнату, вдруг открылась дверь и повалила нежить.

Сами по себе зомби или скелеты нетрудные противники, но настоящей проблемой стало их количество. Даже упав или попав под ноги нежити, они не умерли бы, но мертвецы могли зайти с фланга. Разумеется, работники не сдали бы позиции так легко, но против столь многих врагов могли и проиграть.

Капля невезения — и фронт сразу рухнет. Грингхам подумал так и решил использовать силу, которую до сих пор берёг.

— Мы закончим всё мгновенно. Приступайте.

Арьергард, до этого только бросавший камни, начал действовать.

Для Тяжёлого Пресса Грингхама подобная нежить не представляла угрозы. Но поэтому он и пытался сохранить силы, держа арьергард в резерве. Если станут атаковать и они, мертвецы не будут проблемой.

— Мой господин, бог земли! Прошу, изгони зло! — прокричал церковник, держа святой знак и источая божественную силу.

Переполненный негативной аурой воздух очистился, и повеяло свежестью, будто подул холодный ветерок. От церковника пошла волна божественной силы.

Как только способность активировалась, нежить вокруг него превратилась в пепел.

Очищение обычно лишь заставляет нежить бежать, но при абсолютной разнице в силе она уничтожается. Однако очень трудно уничтожить большое число мертвецов, поскольку это требует соответствующих сил.

В итоге исчезло более двадцати покойников.

— Лети! «Огненный шар»!

Из руки заклинателя вылетел огненный шар и врезался в толпу нежити. На мгновение вырвался огненный столп и сжёг в радиусе попадания ложную жизнь.

— Ещё не всё! «Огненный шар»!

— Мой господин, бог земли! Прошу, изгони зло!

Снова ударили заклинания, действующие по области, и число нежити резко сократилось.

— Вперёд!

— Да!

Воин бросил щит, схватился за два копья и прыгнул вместе с Грингхамом в толпу мертвецов. Было бы легче оставить всё заклинателям, но им следовало сберечь как можно больше магических сил. В особенности церковнику, единственному из них, способному изгонять определённое число нежити в день. Поскольку против мертвецов его профессия была в особенности хороша, в гробнице он был скрытым козырем.

Грингхам ударил топором группу зомби. На порезе выступила не кровь, а какая-то вязкая жидкость — она бы брызнула, имей они сердце. Шла отвратительная вонь, но с этим ничего не поделаешь.

Впрочем, нос и так уже онемел.

Присоединившись к воинам, все атаковали, атаковали и атаковали. Никто даже на мгновение не задумывался о защите. Это им удалось благодаря крепкой броне, усиленной магией, не говоря уже о том, что нежить была слабой.

Временами мертвецам удавалось ударить Грингхама по голове, но доспехи поглощали всю силу удара, на шею не было никакой нагрузки. Даже удары в грудь или живот он едва чувствовал.

Противники — низшая нежить, которая представляет собой угрозу лишь из-за количества, но работники уничтожили практически всю, выиграв тем самым время для небольшой передышки. Воины, продолжая махать оружием, прокричали:

— До сих пор мы сражались только со слабаками, но учитывая, скольких перебили, в склепе их, вероятно, полным-полно!

— Ага, и нет ничего странного, если бы зародился более сильный мертвец! Но я не знаю, почему он ещё не вышел! — ответил церковник, подобрав щит воина.

— Наверное... вся эта нежить призвана. Возможно, магией, а возможно каким-то предметом, — высказал мнение заклинатель, поскольку останки нежити пропадали через некоторое время, из-за чего не покрыли всю комнату. Более того, исчезали они похожим на призванных монстров образом.

— Сработал некий механизм, позволяющий массово призывать низшую нежить?.. Не заставляйте меня думать, что этими зомби напичкан весь склеп, — ответил Грингхам и осмотрелся, снося скелету голову, словно срубая дерево.

Оставшихся мертвецов он мог пересчитать по пальцам обеих рук, а в широко открытой двери не было видно подкрепления. Скоро сражение закончится.

Как вдруг он ощутил в ногах леденящий холод.

Чувство опасности говорило бежать, но в таком положении уже слишком поздно. Тем не менее...

— Тревога! Все мигом из комнаты... — прокричал вор, ощутив то же самое.

Но слишком поздно. Твёрдый пол внезапно исчез. Оказавшись словно в невесомости, они через несколько ударов сердца попадали на землю, потеряв ориентацию.

Грингхам услышал болезненные стоны товарищей, но поднялся и топором, который не выпустил из рук даже при падении, ударил катящихся по полу скелетов.

— Уничтожить их!

Поскольку нежить получила от падения повреждения — скелеты были в особенности слабы против дробящего урона, — её было легко уничтожить.

Лидер Тяжёлого Пресса осмотрелся лишь тогда, когда пал последний мертвец.

Сработала магическая ловушка. В трёх метрах от пола находилась закрытая дверь, а ещё через три — открытая, через которую работники пришли. Значит, упали они на два этажа вниз, потолок был метрах в двенадцати вверху. В общей сложности, ловушка походила на длинную колонну, низ которой по форме напоминал перевёрнутую пирамиду с пологим склоном, но если человек поскользнётся, он упадёт в центр. На самом деле один из товарищей уже скатился и оказался посреди упавших зомби.

Удивительно, что после падения с такой высоты никто не пострадал.

Самым странным в планировке оказалось место за три метра от дна, где была закрытая дверь. На каждой стене находилось по четыре трубы — в общей сложности шестнадцать.

— Словно эта комната построена, чтобы топить людей. Из труб может хлынуть вода. Или даже хуже — слизь.

— Согласен. Давайте побыстрее осмотрим ту дверь и сбежим.

Вскарабкаться на два этажа по гладкой поверхности, на которой не за что зацепиться, было трудно. Вор, конечно, с этим справится, но не человек в доспехах, например Грингхам. А потому закрытая дверь выглядела привлекательнее, хоть и опаснее.

Пока они обсуждали, как взобраться, из одной из шестнадцати труб что-то высунуло голову. Это был раздутый труп — «взрыватель чумы». А раздутым он был, потому что его переполняла негативная энергия. Этот мертвец после смерти взрывался, нанося урон живым и леча нежить.

Мертвец, похожий на кусок плоти, прыгнул вперёд. Он ударился о пол с противным звуком, но проблему представляло не это. Его круглое тело не устояло на пологом полу и покатилось на команду Грингхама словно валун.

— Берегись! В сторону!

— Сам знаю! — почти заплакал заклинатель, мозг команды.

Все едва уклонились, мертвец покатился в центр. Когда показался следующий взрыватель, работники осознали, что предыдущий был лишь первым из толпы, и инстинктивно поняли, что случится.

— Бегите! Они похоронят под собой комнату.

Если нежить в кого-то врежется, то тот упадёт в центр и через некоторое время окажется задавлен трупами. И даже если не умрёт, будет обездвижен и продолжит получать негативный урон от взрывателей чумы, которые будут взрываться из-за ударов их товарищей.

— Дрянная ловушка! Кто-нибудь, подсадите меня!

— Нельзя, если он упадёт, больше не уклонится!

— Тогда я применю магию полёта!

— Не суетись с полётом! Ты не удержишь всех нас.

— Я хочу не это! Чёрт, они падают! Я говорю о «Паутинной лестнице».

— Звучит неплохо! Идём к ближайшей двери. Грингхам, прикрой его!

— Нет... Мы выйдем через дверь, через которую пришли! Эта дверь опасна!

Не было времени спрашивать, почему он посчитал дверь опасной, но их вера в лидера была абсолютной.

— «Паутинная лестница»!

Активировалась магия и к верхней стене выстрелила нить.

Магическая паутина обладала странной липкостью. Если кто-то не хочет двигаться, она будет его держать, если же захочет — сразу отпустит. Эта магия идеально подходила на место лестницы.

Несмотря на страх, команда Грингхама взбиралась идеально скоординировано.

Первый, кто едва достиг открытой двери, сначала осторожно осмотрелся. Если их сейчас толкнут, то это будет конец. Он вздохнул с облегчением. Худшего сценария удалось избежать — там не было признаков нежити. Закончив осмотр, он поднялся в туннель и подтянул остальных людей.

— Мы живы! Подумать только, нас почти раздавила нежить. Это была бы худшая смерть.

— Это место худшее из худших. Я ноги себе отбил, когда мы упали, наложи на меня магию лечения.

— Думаю, ты просто носком задел взорвавшуюся негативную энергию. Как же страшно.

— Нам повезло. Но, прошу, больше не просите заклинателей уворачиваться.

Переведя дух, все начали жаловаться.

— О, Грингхам, почему ты не хотел идти в ту дверь? Я думал, там настоящий выход. Возле опасных мест обычно есть секретный проход для эвакуации.

— Просто предчувствие... Не против кинуть туда бесполезное оружие? — ответил Грингхам своим обычным тоном, и вор кинул в дверь кинжал.

Тот полетел прямо и вот-вот ударил бы дверь, но из её части проросло щупальце и отбило нож.

— Это... «Имитатор двери»! Нет, учитывая цвет щупальца, это нежить-имитатор двери. Монстр, который удерживает противника вязкими щупальцами, при этом его атакуя.

— Тц, двойная ловушка? Как жестоко. Хорошо, что ты заметил.

— Предчувствие. Нет, если точнее, между известным и неизвестным я выбрал известное. К тому же дверь расположена в месте, которое попадает в радиус взрывов негативной энергии, она бы через некоторое время сломалась. Вот мне и стало интересно, почему они сделали дверь так низко. А теперь пойдём... — Грингхам замолчал посередине предложения.

До сих пор много говоривший вор поднёс палец к губам и прислушался.

Что-то регулярно стучало по полу.

Все повернулись к туннелю, из которого шёл звук.

— Наверное, враг... да? Я надеялся, нам дадут передохнуть.

— Враг, но только один. И он не пытается скрыть себя. Будет хорошо, если это последний.

Все медленно подняли оружие. Вставший впереди воин вернул свой щит и наполовину спрятался за ним. Заклинатель направил светящийся посох в сторону звука, чтобы ударить заклинанием в любое мгновение. Церковник приготовил святую икону, а вор — лук.

Стук, стук. Звук постепенно становился всё громче, и противник показался.

Старая, но роскошная мантия, тонкие, как у молодой девочки, руки, в одной из них держит посох, который и издавал этот стук. Хоть на лице был лишь тонкий слой разлагающейся кожи, во взгляде виднелась дьявольская мудрость, а негативная аура окружала тело, словно туман.

Это был немёртвый маг, а звался он...

— Старший лич! — прокричал заклинатель, первый узнавший монстра.

Верно. Монстр, который появляется, когда труп злого заклинателя получает нечестивую жизнь. Такой вот дьявольский монстр.

Услышав «старший лич», товарищи Грингхама тут же сменили строй. Никто не стоял на одном месте, и они держались на расстоянии друг от друга на случай применения магии, бьющей по площади.

Старший лич — сильный противник. Это вызов для команды искателей приключений платинового ранга, и относительно нормальный противник для мифрилового ранга. Если не обращать внимания на усталость, команда Грингхама с лёгкостью могла победить. К счастью, среди них был человек, который особенно хорош против нежити, так что они были уверены в себе.

К тому же будь противник очень далеко, было бы опасно, но сейчас расстояние было их преимуществом.

— Должно быть, ты хозяин склепа.

Грингхам пришёл к такому выводу. Старшие личи — правители. Иногда они правят ордами нежити, а иногда даже торгуют с живыми.

Существовало много печально известных представителей этой нежити, например капитан корабля-призрака, плывущего по туману равнин Катз, или старший лич, управляющий заброшенным замком. Нет ничего удивительного, если он хозяин склепа.

— Мы выбрали правильный путь. Свезло.

— Хотя убийство владельца склепа не входит в задание.

— Давайте покажем ему силу Тяжёлого Пресса.

— Склонись перед благословением бога! — все товарищи прокричали вместе, чтобы стряхнуть страх перед сильным врагом.

— Защитная магия... — хотел было выкрикнуть приказ Грингхам, но его охватил ужас.

— Что лич делает?..

— Пытается... напасть внезапно?

Лич ничего не предпринимал против команды Грингхама. Ни поднимал посох, ни читал заклинание, просто смотрел на них.

Члены Тяжёлого Пресса не смогли скрыть удивления. Их предвкушение немедленной битвы разрушилось. Но также они колебались нападать первыми.

Нежить ненавидит всё живое. Но некоторые её представители способны подавить эту ненависть и вести переговоры. Если живые их предлагают, то всё обычно кончается плохо, но если сама нежить, то иногда люди получали древние предметы, созданные с помощью теперь забытых знаний.

Было бы лучше всего, если бы им не пришлось драться с таким сильным противником. Возможно, враг колебался, поскольку их не прикончили ловушки, или же признал их навыки и желает уладить всё мирным путём.

Учитывая все эти факторы, было бы глупо атаковать первыми и разрушить шанс на переговоры. Тяжёлая битва без путей отхода несёт огромный риск.

Компаньоны Грингхама переглянулись между собой, словно придя к одному и тому же решению.

Говорить в качестве представителя — работа лидера.

— Простите, кажется, вы владелец этого склепа. Мы...

Старший лич повернулся своим гротескным лицом к Грингхаму и поднёс костяной палец к губам.

Смысл: тихо.

Такое действие не подходило старшему личу, но никто не был достаточно смел, нет, достаточно глуп, чтобы сказать подобное грозному врагу.

Грингхам послушно закрыл рот. В заполненном тишиной коридоре они снова услышали стук. Звук того, как что-то ударяется об пол. Но теперь было шесть стуков.

Члены команды Грингхама переглянулись. Они не поверили своим ушам.

Настала паника.

— Кто! Кто говорил, что старший лич — хозяин склепа?

— Простите! Это я!

— Что, чёрт возьми, это такое? Как такое вообще возможно?

— Ои-и-и-и-и, как нам победить это?!

— Даже у благословления бога есть пределы!

Позади первого лича показались похожие монстры. Шестеро.

Всего появилось семь невероятно сильных немёртвых заклинателей.

А раз это один тип монстров, у них одинаковые способы атаки. Другими словами, если кто-то сможет их нейтрализовать, то теоретически можно победить всех. Однако никто из работников не был на такое способен, да и возможно ли это вообще?

Попав в безнадёжное положение, Грингхам и товарищи потеряли всю волю к сражению.

— А теперь давайте начнём.

Вслед за голосом старшего лича, в котором не слышалось даже нотки на желание переговоров, медленно поднялись семь посохов.

— Бегите! — эхом раздался голос Грингхама.

Словно ожидая этой команды, работники со всех сил побежали в другую сторону от мертвецов. Разумеется, не было времени подумать о том, что в конце туннеля. Они лишь пытались увеличить шансы выжить.

Вор бежал впереди, за ним Грингхам, затем заклинатель, потом церковник и в конце воин.

Угол. Обычно они бы поостереглись возможных монстров за ним, но учитывая раздающиеся сзади шаги, не было времени осторожничать. Члены Тяжёлого Пресса поставили всё на удачу и просто бежали.

Никто не колебался.

По обе стороны коридора находились каменные двери, но работники их не открывали, боясь забежать в тупик.

Доспехи людей грохотали по коридору, что могло привлечь других монстров, но не было времени накладывать «Тишину».

Они бежали, бежали и бежали.

После многих, многих поворотов и бега по туннелям на полной скорости работники тяжело дышали и больше не знали, где находятся. Они хотели бы вернуться к входу, если такое возможно, но пока нельзя расслабляться.

— Личи всё ещё гонятся за нами? — спросил Грингхам на бегу.

— Ага! Они тоже бегут! — ответил сзади воин.

— Чёрт!

— Перестаньте бежать за нами! Просто используйте магию полёта!

— Идиот, в полёте они смогут атаковать нас!

— Давайте запрёмся в какой-нибудь комнате и начнём переговоры... — кричал заклинатель, хватая ртом воздух. Он меньше всех был развит физически и выглядел так, что вот-вот упадёт. Грингхам решил, что так дальше продолжаться не может. Они больше не выдержат.

Нежить не знает усталости. Такими темпами она догонит и убьёт выдохшихся работников.

— Почему здесь так много старших личей...

Это противоречит здравому смыслу.

— Хозяин склепа сильнее даже них?!

Это было единственное объяснение, которое они могли придумать. Но существует ли такая нежить? У Грингхама не было ответа.

— Чёрт возьми! Проклятый склеп! — прокричал воин, тяжело дыша.

Будто ожидая этого, пол засветился разнообразными формами. Света было достаточно, чтобы охватить всю группу Грингхама.

— Агх! — кто-то закричал.

А затем почувствовалась невесомость, но не такая, как во время предыдущего падения.

♦ ♦ ♦

У Грингхама перед глазами была кромешная тьма. Под ногами что-то хрустело, и он чувствовал, как медленно опускается, будто тонет в болоте. На мгновение мужчина запаниковал, но, видно, было не так уж и глубоко — погрузившись до уровня талии, он перестал тонуть.

В царстве тьмы и тишины гном заговорил, словно ищущий родителей ребёнок:

— Есть тут кто?..

— Сюда, Грингхам, — сказал вор. Похоже, он находился недалеко. Наверное, на том же расстоянии, которое они держали при беге.

— Кто-нибудь ещё есть?..

Ответа не последовало. Ожидаемо. Учитывая, что отсутствовал свет, заклинатель или воин вряд ли были рядом. Но хотя бы вор оказался тут.

— Похоже, здесь только мы...

— Значит они... тц, ты прав.

Он осмотрелся, сделав шаг вперёд. Глубокая тьма была везде, внушая страх — не было ясно, где граница между ним и темнотой. Вокруг ничего не двигалось.

— Включим свет?

— Не возражаю.

Возможно, начав действовать, они активируют ловушку. Подкрались и другие негативные мысли. Тем не менее человеческие глаза не могут видеть в темноте, необходим какой-то источник света.

— Одну секунду, — сказал вор, что-то зашуршало, и появился свет.

Первым он увидел вора, держащего светящуюся палочку, затем — множество блестящих объектов, которые напомнили ему сокровища в склепе.

Но это были не сокровища.

Грингхам едва подавил крик, а вор выглядел так, словно у него вот-вот случится припадок.

Всю комнату заполняли насекомые — тараканы. И тараканы самого разного размера, начиная от тех, что с мизинец, и заканчивая метровыми. Кроме того, они ползали друг по другу многочисленными слоями.

То хрустели под ногами тараканы. А учитывая, что поднимаются они аж до талии... Грингхаму не хотелось даже представлять, сколько их тут.

Комната была столь широкой, что свет не доходил до стен. А светящаяся палочка светила метров на пятнадцать. Когда он поднял голову, то и на потолку увидел целые рои насекомых.

— Что это... за место? — простонал вор.

Грингхам понимал его чувства. Казалось, как только он заговорит, они все одновременно на него поползут.

— Что происходит? — в ужасе осматриваясь, Грингхам вспомнил последние мгновения перед тем, как их телепортировало в кромешную тьму. Подумав о светящемся магическом круге, он спросил вора: — Это напольная ловушка?..

— Скорее всего, нет. Что-то другое? Какое-то заклинание?..

— Магическая ловушка с телепортацией... Наверное, её наложили старшие личи?

Магия телепортации существовала. Например, одной из таких была магия третьего ранга, используемая для побега, «Пространственный прыжок», но заклинатель может использовать её лишь на себе. А тут магию применили на других людях, к тому же на нескольких...

— Групповая телепортация — это магия пятого или даже шестого ранга, так ведь?

— Ага... полагаю, что так.

— Не думал, что они способны на такое...

Существо, способное на магию по меньшей мере пятого ранга. О таком ещё никто не слышал. Но для Грингхама в этом был смысл. Если существует кто-то столь могущественный, то нет ничего удивительного в том, что он управляет несколькими старшими личами. А учитывая, что они разумны, ими командовать даже легче.

Когда Грингхам осознал истинную опасность, таящуюся в склепе, его заполнил леденящий ужас. В то же время внутри начала закипать ненависть к нанявшему их графу. Разумеется, гном и остальные сами приняли работу и, несмотря на все риски, поставили жизнь на кон. Тут нечего сказать. Но граф, вероятно, имел какую-то информацию о склепе. Иначе не предложил бы столь большую сумму.

— Он намеренно нам ничего не сказал? Чёрт возьми... давай выбираться отсюда. Это место... не то, что следовало трогать.

— Хорошо, Грингхам. Веди, я за тобой.

Вор, похоже, не заметил. Хотя, наверное, это и к лучшему.

Тараканы не двигались.

Грингхам осмотрелся. Учитывая, что антенны у них чуть шевелились, они не мертвы, но и не двигаются. Это таило неизвестную опасность.

— Нет, вы не сбежите, — раздался третий голос.

— Кто здесь?

Грингхам и вор начали оглядываться, но нигде ничего не шевелилось.

— А, прошу прощения. Этого зовут Кёфуко, ему доверил эту территорию владыка Аинз. Рад знакомству.

В стороне, с которой шёл голос, они увидели странное зрелище. Отталкивая рои тараканов, что-то пыталось вылезти.

До того места не достанешь оружием ближнего боя. Вор быстро приготовил лук, а Грингхам решил было достать пращу и камни, но передумал. Он побежит через доходящих до пояса куч тараканов и сразу рубанёт противника.

Растолкав всех насекомых, появился ещё один таракан.

Но этот явно отличался от сородичей, был сантиметров тридцать в высоту и стоял на двух ногах. Он носил ярко красный плащ, по краям богато украшенный золотыми нитями, и милую маленькую корону на голове. Передние лапы держали скипетр с чисто-белым драгоценным камнем на конце. Страннее всего выглядела голова, которая была повёрнута к Грингхаму и вору, несмотря на то что таракан стоял на двух лапах. Обычное насекомое в вертикальном положении смотрело бы вверх. Но это странное существо было совершенно не обычным.

Переглянувшись с вором, который наложил стрелу, но опустил лук, Грингхам взял переговоры на себя и заговорил с Кёфуко:

— Кто... вы?

— Хм... кажется, вы не расслышали меня в первый раз. Хотите, чтобы я представился снова?

— Нет, не в этом дело... — Грингхам понял, что задал неуместный вопрос. — Буду честен. Вы хотите торговаться?

— Ох-хо, торговаться? Я вам обоим так благодарен, почему бы и не выслушать ваше предложение?

За что же он благодарен? — заволновался Грингхам, но подобное не спрашивают в столь невыгодном положении.

— Мы хотим... чтобы нас отпустили невредимыми из этого места.

— Разумеется, я понимаю. Но даже если покинете комнату, сейчас вы на втором этаже Великого Склепа Назарика. Должен предупредить, что на поверхность будет вернуться очень трудно.

Второй этаж...

У Грингхама широко открылись глаза.

— Значит, дверь в мавзолее на поверхности ведёт на первый этаж?

— Это так странно?

— Нет, я просто хотел убедиться.

— Ха-ха, поскольку вас телепортировало с первого этажа, могу понять ваше замешательство.

Глядя на кивающего таракана, Грингхам ощутил мурашки по коже, в спину будто сосульки впились — он осознал, что теория подтвердилась. Другими словами, телепортационная магия каким-то образом использовалась в качестве ловушки. Что это за магия, и какие для её применения требуются магические способности? Он не был заклинателем, но в полной мере понимал, какой это подвиг.

— Я хотел бы, чтобы вы показали путь наружу... но мы не попросим столь много. Просто позвольте нам покинуть комнату.

— Хм-хм.

— Мы... дадим всё, что захотите.

— Да?.. — Кёфуко кивнул и, похоже, задумался. Некоторое время прошло в тишине. Затем таракан снова кивнул, будто приняв решение, затем заговорил: — У этого уже есть всё, что нужно. А то, чего он желает, вы дать не сможете. — Кёфуко поднял передние лапы, остановив Грингхама, который собрался говорить, и продолжил: — Но вы, кажется, в замешательстве оттого, почему я вас благодарил ранее, так что я объясню. Понимаете, мои подданные устали от каннибализма. А потому я снова поблагодарю вас, еду, которая решит проблему.

— Что?! — Как только вор понял смысл — спустил тетиву. Стрела засвистела в воздухе, но вокруг неё обернулся красный плащ, и она упала на землю.

Комната задрожала.

Со всех сторон зашуршало и полезло.

Образовалась волна — чёрная, грязная волна.

— Может быть, для вас это горе, но для моей семьи — время ужина.

Гигантская волна накрыла Грингхама и вора с головой, словно в самом деле смывая потоком воды.

Крутясь в чёрном водовороте, гном давил тараканов, что умудрялись залезть в щели в доспехах. Против тучи таких маленьких насекомых никакое оружие не помогало, а на атаки, бьющие по площади, они не были способны. Быстрее просто пользоваться руками. Поэтому они и побросали оружие, которое сразу же и исчезло под чёрной массой.

Он пытался всеми силами бороться, яростно крутясь, но в него вцеплялось бесконечное число жуков, он едва двигался — казалось, что тонет. В ушах стоял только шум тараканов.

Вора уже унесло, его голоса не было слышно. Хотя нет, мужчина не мог говорить, поскольку все эти тараканы позаползали в рот, горло и живот.

Всё тело кололо. Тараканы, проскользнувшие в доспехи, медленно поедали Грингхама.

— Пре...

Гном попытался прокричать, но тут же подавился тараканами, что залезли в рот и закрыли горло. Он изо всех сил попробовал выблевать, но насекомые продолжали заползать в крошечное отверстие, царапая кожу внутри.

Когда что-то залезло в ухо, шелест стал столь громким, что мужчину пробил озноб.

Множество тараканов впились в лицо. Заболели веки, но он не смел открыть глаза. Было очевидно, что в таком случае произойдёт.

Грингхам понимал, какая участь его ждёт. Изголодавшиеся тараканы съедят его заживо.

— Не хочу! — отчаянно закричал он, и жуки снова полезли в рот.

Они ползли, пытаясь пролезть в горло. Затем что-то скатилось в живот. Из-за омерзительного чувства того, как тараканы извиваются внутри, хотелось вырвать.

Грингхам сопротивлялся всеми силами. Он не хотел такой смерти.

Он всё время работал, чтобы получить статус и похвастаться перед братьями.

Он уже собрал достаточно денег, чтобы жить в комфорте и не работать. Благодаря славе он мог жениться на красивой девушке, которую никогда не смог бы найти в обычной деревне. Он стал победителем по жизни, который намного превзошёл братьев, что выгнали его.

Он не хотел тут умирать.

— Абрвагх! Я вернусь живым! — прокричал он, выблёвывая тараканов, заполнивших рот.

— Ты довольно лихо сопротивляешься... Тогда я дам ещё.

Даже крики Грингхама в считанные секунды были похоронены под чёрным водоворотом.

♦ ♦ ♦

Открыв глаза, мужчина увидел странный потолок. Каменный, со вставленными белыми светящимися объектами. Попытавшись осмотреться, чтобы понять, как тут оказался, он понял, что голова не движется. Нет, не только голова, но и всё тело. Будто что-то обвязали вокруг запястий, лодыжек, талии и груди.

Его охватил страх, захотелось закричать, но что-то застряло во рту, мужчина не мог ни говорить, ни полностью закрыть рот.

Когда он отчаянно попытался осмотреться, напрягая глаза, раздался голос:

— О, уже проснулся?

Гортанный голос. Было трудно сказать, принадлежит он мужчине или женщине.

Перед недвижимым взглядом появился отвратительный монстр.

Имеет человеческое тело, но голова искривлённого осьминога, а шесть извивающихся щупалец спускаются вплоть до бёдер. Кожа молочно-белая, как у утопленника. Кожаная одежда едва ли прикрывала жирное, похожее на труп тело. Она напоминала шнурок, которым мясник обвязывает мясо, — одним словом, гротеск. На красивой женщине одеяние выглядело бы привлекательно, но на подобном монстре — тошнотворно. На руках было четыре перепончатых пальца. Ногти — длинные, со странными рисунками.

Это диковинное гетероморфное создание повернуло на него молочно-синие глаза:

— Фу-фу-фу, хорошо поспал?

— Мм, мм, мм-мм.

Страх и паника. Охваченный этими двумя эмоциями, он мог лишь хрипеть. Монстр нежно коснулся его щеки, словно мать, которая пытается успокоить испуганного ребёнка. Но от холода руки мурашки пошли по всему телу.

Было бы идеально, если бы повеяло едким запахом крови или гниющей плоти, но это существо пахло благоухающими цветами. Что только усиливало страх.

— Подумать только, как он сжался. Меня не нужно бояться. — Монстр смотрел в нижнюю часть его тела. Ощущая всей кожей ветерок, мужчина понял, что голый. — Хм, могу я спросить, как тебя зовут? — оно постучало стройным пальцем по своей щеке, склонив голову набок.

Красотка в такой позе выглядела бы просто чудесно, а монстр, выглядящий как утопленник с осьминогом на голове, вызывал только отвращение и страх.

— ...

Монстр улыбнулся, прикрыв щупальцами рот, правда, выражение лица почти не изменилось. Но, несмотря на это, мужчина понял, что оно улыбается, поскольку шаровидные глаза сузились.

— У-фу-фу, не хочешь говорить? Как мило. Не стесняйся, — кончики пальцев монстра скользнули по груди мужчины, оно будто что-то писало, но он чувствовал лишь страх, словно ему вырывали сердце. — Сестрёнка назовёт своё имя П. Е. Р. В. О. Й. — Голос звучал соблазнительно, словно вот-вот полетят сердечки. — Я — особая сборщица информации Великого Склепа Назарика, Нейронист. Хе-хе, они ещё зовут меня «дознаватель». — Длинные щупальца разделились, открывая взору круглый рот у основания. Среди рядов острых как бритва зубов вышла трубка, похожая на язык. На вид — самая настоящая красная соломинка. — Для начала я тебя немного высушу.

Что оно имеет в виду под «высушу»? В панике мужчина попытался подвигаться, но его привязали крепко.

— Спокойно-спокойно. Тебя поймали.

Верно. Последнее, что мужчина помнил, это как вор и Грингхам исчезли прямо перед глазами. Затем он отключился и проснулся уже связанным.

— Ты ведь знаешь, где находишься? — усмехнувшись, Нейронист продолжила: — Это Великий Склеп Назарика. Место, где проживает последнее из сорока одного Высшего существа, Момон... то есть владыка Аинз. Это самое священное из всех мест.

— Влавыка Аих?

— Да, владыка Аинз, — Нейронист совершенно точно его поняла, несмотря на то что он не мог нормально говорить, и провела рукой по его коже. — Один из сорока одного Высшего существа. В прошлом он правил над остальными Высшими существами, и он очень, очень величественный. Если хоть раз на него посмотришь, тоже от всего сердца захочешь поклясться в верности. Даже если владыка Аинз позовёт меня в постель, я не откажусь отдать ему свой первый раз.

Она заёрзала, нет, захихикала, будто смутилась.

— Эй, хочешь кое-что услышать? — словно застенчивая девушка играет пальцем, она выводила слова по его голому телу. — Однажды владыка Аинз уставился на моё тело. Это был взгляд мужчины, выбравшего цель для охоты. Затем он отвернулся, словно смутившись. У меня заныло в груди, а по спине пошёл озноб.

Оно вдруг остановилось и придвинуло голову, будто чтобы заглянуть глубоко в его глаза. Он пытался отвернуться от гротескного лица, но тело не шевелилось.

— Хотя эта коротышка Шалти и уродливая тыква Альбедо нацелились на владыку, я более привлекательна. Ты так не считаешь?

— Кошн, шчшишаю. (Конечно, считаю)

Что случится, если он посмеет возразить? Этот страх заставил промычать в знак согласия.

Нейронист захлопала в ладоши и счастливо посмотрела вверх. Словно фанатик, молящийся в небо.

— Фу-фу-фу, хороший мальчик. Или ты говоришь факты как они есть? Но почему же владыка Аинз не зовёт меня... Ах, владыка... даже ваша умеренность потрясающа. — Она подёргивалась в восторге так, словно извивается гигантская личинка. — Ха... моё тело всё электризовано. А, что это я только о себе.

Не переживай. Проигнорировав его мысли, Нейронист продолжила:

— Хочешь, я расскажу о твоей судьбе? Ты знаешь, что такое хор?

Он моргнул из-за неожиданного вопроса. Глядя на его удивлённое лицо, Нейронист предположила, что он не знает, и объяснила:

— Хор — это группа людей, которая поёт гимны о любви и славе бога. Я хочу, чтобы ты вошёл в хор вместе со всеми своими маленькими друзьями.

Если это всё, то это пустяк. Он не был уверен, хорошо ли поёт, но и медведь ему на ухо не наступил. Но в самом ли деле этот монстр говорит о пении? Он не смог скрыть своё беспокойство, поднявшееся подобно приливу, и Нейронист это заметила:

— Точно, хор. Даже такие глупцы, как ты, не присягнувшие на верность владыке Аинзу, могут посвятить свои голоса его восхвалению. Цель — хор. Ах, как электризующее! Это музыкальное евангелие Нейронисты, посвящённое владыке Аинзу.

Отвратительные глаза заполнились пеленой. Потому что оно возбудилось от своих мыслей? Пальцы шевелились словно черви.

— Фу-фу-фу, теперь я представлю тебя тем, кто будет поддерживать тебя в хоре.

Словно ожидая в углу, вышло несколько фигур.

Он перестал дышать, как только их увидел. Очевидно, это была нечисть.

Чёрные кожаные фартуки плотно прилегают к телу, кожа мертвенно-бледная, почти прозрачная, а также виднеются фиолетовые вены, словно сама кровь фиолетовая. На лице — плотные кожаные маски без единой щели. Как же они тогда видят и дышат? Руки длинные, достают до колен, хоть сами создания двухметрового роста. У каждого на талии пояс с разнообразными инструментами.

Всего пришло четверо.

— Это «мучители». Они помогут мне помочь тебе спеть прекрасную песню.

Опасное предчувствие. Наконец осознав, что значит «пение», он попытался вырваться. Однако даже не шевельнулся.

— Бесполезно. Не порвёшь, ты слабенький. Они будут постоянно тебя подлечивать магией, так что у тебя будет много возможностей попрактиковаться, — сказала Нейронист, словно протягивая руку милосердия, но она сделала это самым злым тоном.

— Н длате энт! (Не делайте этого!)

— Хм? Почему ты так говоришь? Хочешь, чтобы мы остановились? — мягко спросила Нейронист мужчину, из глаз которого покатились слёзы. Затем шесть щупалец заёрзали: — Послушай. Поскольку владыка остался, нам, созданиям сорока одного Высшего существа, позволено существовать. Само наше существование — это служить ему. Думаешь, мы проявим хоть толику милосердия грязным ворам, которые запятнали святое место, где живёт такое возвышенное существо? Ты в самом деле так думаешь?

— Пофу, прсшише! (Прошу, простите!)

— Хе-хе-хе, точно. Сожаление ценно. — Нейронист откуда-то подняла тонкую палку. На её конце выступали шипы примерно пятимиллиметровой длины. Мужчина понятия не имел, что это такое, но она любезно объяснила: — Мой создатель страдал от маленькой проблемы под названием «камни в почках». Чтобы отдать дань уважения, мы начнём с этого. А раз оно стало столь маленьким, не думаю, что у нас возникнет много сложностей засунуть инструмент.

— Н длате энт!

Нейронист склонилась над мужчиной, который закричал, осознавая, что его ждёт.

— Мы проведём много, много времени вместе. Не плачь, это ведь только начало.

Часть 3

Несмотря на то что на перекрёстке каждая команда выбрала собственный путь, Эруя безосновательно предположил, что более сильные враги появятся в более глубокой части склепа, потому и решил пойти прямо.

На пути встречалось множество поворотов и каменных дверей, но он молча шёл вперёд. На самом деле он скучал оттого, что ничего не происходило. Ни единого монстра, ни единой ловушки. Наверное, он выбрал неверный маршрут. Эруя подумал так, щёлкнув языком.

— Двигайся, тугодумка. Быстрее! — резко приказал он идущей в десяти метрах впереди эльфийке.

Та ненадолго стала, но после приказа задрожала и двинулась снова. С того времени, как они вошли в склеп, ей почти не давали останавливаться.

Пока ей везло, но встретится какая-нибудь ловушка, и она умрёт.

Тэмму состояла из Эруи и трёх эльфиек-рабов с разными навыками: целитель, друид и она, рейнджер. Но девушка не искала ловушки, хоть и умела это делать. К ней относились сродни тому, как шахтёры относятся к канарейке, что неразумно.

Однако у Эруи были свои причины. Он попросту устал от эльфийки.

Многие бы удивились, услышав это. Не по моральным причинам, а по денежным.

Рабы из Слейновской Теократии стоили недёшево. В особенности эльфы, чья цена варьировалась в зависимости от внешности и навыков. Как правило, они были столь дороги, что глаза полезли бы на лоб, ими торговали по цене, далеко выходившей за пределы возможностей обычного человека.

Умелый эльф уходил по той же цене, что и оружие, зачарованное особой магией. Даже Эруя не мог их покупать, когда захочет. Но поскольку он забирал весь доход Тэмму себе, то мог быстро восполнить потери, если задания проходили гладко. А потому его не заботило, если одна из рабынь умирала, когда ему наскучивала.

В следующий раз следует взять с большей грудью, — подумал Эруя, глядя в спину медленно идущей эльфийки. — Они так забавно кричат, когда я сдавливаю им груди.

Поскольку задание было совместной операцией нескольких команд, он не спал с эльфийками уже несколько дней. Никто не стал бы жаловаться, если бы он это делал, но ревность могла привести к самым разным неприятным последствиям. Эруя имел достаточно здравого смысла работника, чтобы это осознавать.

Сдерживаемая похоть заставила его питать альтернативные мысли.

Нет, наверное, следует взять кого-то как та женщина.

В голову пришёл член Дальновидности. Полуэльфийка, которая ненавидяще смотрела на него.

Как же она раздражала.

В той команде с ней была и маленькая девочка, но враждебность ребёнка вполне понятна. Девушки зачастую не понимают сексуальные желания мужчин, особенно в её возрасте. В её презрении нет ничего странного, но нельзя позволять, чтобы на человека смотрела таким взглядом низшая форма жизни.

От одной этой мысли лицо исказилось от гнева.

Я хочу бить её в лицо до тех пор, пока она не перестанет сопротивляться...

Прежде чем приносить покупателю, эльфийских рабов ломали разнообразными способами, не оставляя им ни грамма воли к сопротивлению. Но та полуэльфийка будет отбиваться как бешеное животное. Впрочем, победить зверя не так уж и трудно, но Эруя не был уверен, что выйдет из схватки невредимым и сумеет поймать добычу живой. Представляя, как будет бить Имину, он даже не заметил, когда эльфийка остановилась.

— Кто сказал тебе встать? Шагай вперёд!

— Всхлип!.. Я с-слышала там шум.

— Шум? — Эруя прислушался, нахмурившись. Тишина была почти оглушающей. — Ничего не слышу. — Обычно он побил бы её, но эльфы имеют более острый слух, нежели люди. На всякий случай он спросил двух других: — А что вы? Слышите?

— Д-да, слышу.

— Э-это как лязг металла о металл.

— Вот как... — Наверняка лязг кто-то издаёт. Иными словами, это его первый шанс на битву. При такой мысли мужчина оживился. — Хорошо, иди на звук.

— Д-да.

Вскоре и Эруя услышал лязг. Он сопровождался звуком чего-то твёрдого ударяющего обо что-то другое твёрдое и криками битвы.

— Что ж, думаю, это просто другие работники. Не похоже, что туннель куда-то сворачивает, но, вероятно, мы натолкнёмся на другую команду. — Восторг как рукой сняло. Он вздохнул, потеряв мотивацию. — А, неважно. Я могу драться в качестве их подкрепления.

Когда Эруя приблизился, его охватило странное чувство. Что-то было ненормальным для битвы. Как будто... Повернув за угол, он удовлетворил своё любопытство.

Большой зал, в котором могли свободно бежать десятки человек. Внутри находились людоящеры в величественных доспехах. Все на шее носили ошейник со свисающей сломанной цепью.

Они махали мечами друг напротив друга и с криками обменивались ударами, наполненными решимостью. Подобное происходило по всему залу. Несмотря на видимость жестокой битвы, Эруя понял, что это только практика.

Как только Тэмму вошла, людоящеры остановились, что ещё раз доказало его правоту.

Среди всех выделялся большой ящер в чёрных латах с украшениями, походившими на кровяные сосуды, держащий гигантский башенный щит. А кроме него в глаза бросался... монстр.

Это был гигантский зверь, покрытый серебряным мехом, глаза блестели мудростью.

— Вы наконец прибыли, господа нарушители.

С говорящими монстрами зачастую было больше хлопот. Обычные магические животные предпочитали атаковать грубой силой, тогда как разумные часто использовали магию.

Эруя знал, что он гениальный мечник, но не был настолько уверен в своих магических силах. Он собрал решимость в кулак, чтобы противостоять магии.

— Кто вы?

Впрочем, не было нужды спрашивать. Раз они ждали здесь, значит защищают склеп. Вопрос лишь в том, насколько они сильны.

По виду это хозяин склепа. Если Эруя победит, его вклад будет самым большим. А значит, эта команда будет лучшей среди всех. Поскольку Тэмму была в значительной степени самим Эруёй, он станет лучшим работником. Удача — тоже важное качество.

— Этому королю приказали встретить вас здесь. Нужно проверить то да сё... но вы не похожи на приличных соперников.

Он был разочарован и в то же время раздражён.

Разочарован оттого, что зверь — не более чем сторожевой пёс, а раздражён — потому что его недооценивают.

— Не думал услышать такие слова ещё до того, как мы обменяемся ударами... Ты.

— Д-да.

Эльфийка дрогнула, когда он тихо обратился к ней. Эруя был доволен. Именно так к нему и должны относиться. Проведя некоторое время с Момоном, на которого все смотрели с восторгом, он стал более благородным, хоть и прошло всего несколько дней.

— Что это за монстр?

— П-простите, но я не знаю такого.

— Тц, бесполезна, — он ударил эльфийку ножнами меча, та упала на пол, всё время извиняясь.

Проигнорировав её, Эруя изучил зверя.

Из-за размеров идти на него в лоб невыгодно, но монстры всегда так себя ведут. А Эруя убил без труда много таких. Он никогда не видел подобного зверя и на мгновение испугался, из-за чего почувствовал себя дураком. Осторожность никогда не повредит, но чрезмерная осторожность и страх — некомпетентность.

— Задам ещё один вопрос. Что заставляет тебя думать, что ты победишь меня?

— Мне одного взгляда достаточно, чтобы сказать, что ты слаб...

Эруя нахмурился, крепко сжав меч.

— Видимо, твои глаза бесполезны. Мне их вырвать?

— Разумеется, можешь попробовать. Да и приказ гласил, что неважно, если я вас убью... так почему бы не начать?

Он говорил так спокойно, что Эруя разозлился ещё сильнее. Захотелось, ничего не говоря, кинуться на него с мечом, но если атакует этого беззаботного зверя, будет выглядеть слабым. Так что он сдержался и с издёвкой произнёс:

— Так тому и быть, зверь.

— Тогда почему стоишь столбом? Не хочешь подготовить эльфов?

— Нет необходимости. Кстати говоря, а ты не хочешь приготовить людоящеров?

— А, всё нормально. Они тут лишь для того, чтобы наблюдать за битвой этого короля. Не волнуйся о них.

— Смело с твоей стороны отбрасывать свой единственный шанс на победу.

— Этот король очень признателен за похвалу.

Сарказм не работает. Может быть, ему хватает мозгов только на то, чтобы говорить? Пока Эруя думал над этим, зверь двинул усами и заговорил:

— Но не жди от этого короля пощады, я убью тебя. Надеюсь, ты не будешь сдерживаться. Также это испытание для меня.

— Испытание? Испытание для сторожевого пса?

— Хм, это испытание, чтобы увидеть, улучшился ли этот король как воин. Готов начать? Я оставлю эльфов в покое и буду драться только с тобой.

— Как пожелаешь.

— Этого короля зовут Хамскэ. Уходи в другой мир, запомнив имя того, кто тебя убьёт! Назовись и ты!

— У меня нет имени, чтобы называть его простому животному.

— Тогда я сотру из памяти безымянного дурака!

Гигантский зверь прыгнул вперёд.

Необычайно проворные движения, учитывая размер. Заурядного воина такой натиск ошеломил бы, и он наверняка получил бы серьёзную травму.

Я отличаюсь от этих неудачников.

Эруя скользнул в сторону, даже не двигая ногами.

Это была улучшенная версия боевого навыка «Сукути» под названием «Сукути Кай».

Изначально «Сукути» использовался лишь для того, чтобы приблизиться к врагу, однако эта версия позволяла свободно двигаться в любом направлении. Человек, который перемещается, не шевеля ногами, выглядит странно, но техника была чрезвычайно полезной.

Обычное уклонение меняло центр тяжести и нарушало равновесие. Однако с использованием этой техники можно сразу перейти в атаку.

— Кийя!

Он ударил мечом сверху вниз...

— Кэн!

Эруя полетел назад, словно отскочив от Хамскэ.

С виду пушистый серебряный мех оказался твёрже металла, Эруя словно врезался в булаву. Он чуть не побелел.

Стукнувшись о пол, Эруя почти бессознательно пошевелил руками и ногами, проверяя, может ли двигаться. Появились синяки, но он, похоже, ничего не сломал. Можно продолжать сражаться.

Эруя был в ярости, что позволил врагу себя коснуться, но воин в нём говорил, что нужно рассуждать с холодной головой.

Поднявшись, мужчина сразу же определил, где находится Хамскэ, и приготовился ещё раз встретить его прыжок, протянув меч.

Из носа потекло что-то липкое. Вытерев это, он, как и ожидал, увидел кровь.

— Ублюдок...

Хамскэ спокойно смотрел на человека, который пытался встать. Вернее, следил.

Взгляд отличался от обычного звериного «можно это съесть?» или «выиграю ли я?». Это были глаза воина, который, обмениваясь с противником ударами, пытается определить, как лучше всего драться.

Я — испытательное чучело, на котором определяют, вырос ли монстр как воин? Не кто-то другой, а я?

Он ещё никогда не чувствовал себя столь противно, но, учитывая проворность зверя, пришлось признать, что это не обычный монстр. За долю секунды тот предугадывал, что Эруя попытается ударить сбоку, и в прыжке отбросил его. Удар был не особо сильным, но такого можно добиться только после интенсивной тренировки.

— Кажется, в самом деле улучшился... Если так продолжу, с лёгкостью выиграю. Ах, прошу, не обращай на этого короля внимания. Этот король никогда не проигрывал человеку.

— Попридержи язык. В отличие от обычного зверя, воин может использовать боевые навыки! — Он думал, что выиграет и так, потому и сдерживался, но теперь мужчина посерьёзнел. — Боевые навыки! «Повышение способностей», «Большое повышение способностей»!

Этими навыками он гордился больше всего. В особенности «Большим повышением способностей», которое человеку уровня Эруи так просто не выучить.

Я — гений, раз сумел выучить нечто подобное! Я силён!

Он взмахнул мечом — тело стало лёгким, а движения плавными. Меч двигался именно так, как он хотел.

Эруя цинично улыбнулся. Следующий раунд будет за ним.

— Хм. Меня учили держать дистанцию, когда есть неуверенность в силе противника, но этот король должен драться как воин... полагаю, ничего не поделаешь. — Хамскэ встал на задние лапы и бросился вперёд. — Бой будет ближним? Мне принять твой удар?

— Не смотри на меня свысока, зверь.

Как только монстр оказался в зоне досягаемости, Эруя атаковал.

Хамскэ едва сумел когтями отразить усиленный навыками удар меча, но клинок полетел ему в лапу. Впрочем, мех не разрезал, так как потерял всю скорость из-за удара о когти.

Эруя не убрал назад меч, а сразу же сделал выпад в глаза Хамскэ. Веки некоторых монстров настолько крепки, что их не пробьют даже мечи, усиленные ки или аурой. Но не похоже, что эта тварь обладает чем-то подобным.

Уклонившись, Хамскэ повернулся и ударил хвостом, вложив огромную силу.

Эруя защитился мечом, но руки онемели.

— Кх-хк!

Хамскэ снова повернулся. Значит, опять ударит со всей силы.

Эруя отпрыгнул назад. Было неясно, какая у хвоста длина, но как только он пролетит рядом, мужчина собирался сократить дистанцию при помощи «Сукути Кай».

Но хвост остановился в воздухе.

— Тц.

Это оказалась обманка. Хамскэ уже успел восстановить равновесие и втянуть хвост. Лицо Эруи дёрнулось — он упустил возможность атаковать, заметив при этом, что хвост и тело монстра двигаются почти независимо друг от друга. Хвост был не как у крысы, он мог шевелиться свободно как змея или хвост химеры.

— Чёртов хвост!

Запоминая каждую деталь о монстре по имени Хамскэ, Эруя ринулся вперёд. Противник не терял время даром — он тоже побежал, чтобы встретить атаку.

Клинок и когти столкнулись. Эруя поранился первым. Хамскэ, способный атаковать двумя лапами, имел преимущество против Эруи, который орудовал одним мечом. Ближний бой оказался невыгодным. Несмотря на то что мужчина увеличил свои физические способности, Хамскэ всё равно выигрывал. В таком случае...

Он тут же отступил с помощью «Сукути Кай».

— Хмпх, как бы не так! — Не давая зверю возможности отдышаться, Эруя поднял высоко клинок и ударил. — «Резак пустоты»!

Засвистел воздух, и меч понёсся на монстра.

Хамскэ закрыл лапами лицо, и удар отскочил от меха.

Навык почти не нанёс урона, поскольку Эруя находился далеко от цели. Но...

— Похоже, ты не можешь защититься. Вот это и есть разница между обычным зверем и человеком.

— Это явно... хлопотно.

Эруя снова использовал «Резак пустоты».

У Хамскэ твёрдый мех, его трудно разрезать. Вот почему Эруя нацелился в морду и повторно использовал боевой навык.

Замерев на месте, зверь заговорил через маленькую щель между лапами, которыми прикрывался:

— Постой секунду, прошу...

— Молишь, чтобы я сохранил тебе жизнь? Как и ожидалось от обычного зверя.

— Это не так... как раздражает. Во рту этого короля... ах, сдаюсь!

Наверное, человеку не понять животное... Кажется, он сейчас нападёт.

— Ах... так громко и раздражает! Давай закончим это!

— Иди ко мне.

Хамскэ не способен на дальние атаки, потому попытается любой ценой приблизиться. На это Эруя и рассчитывал.

С помощью «Резака пустоты» трудно нанести критический урон. Чтобы убить, необходимо нанести прямой удар. Когда зверь покажет свою морду и ринется вперёд, Эруя ударит более сильным чем «Резак пустоты» боевым навыком и, продолжая наносить удары по голове с близкого расстояния, победит.

Когда уверенный в победе Эруя жестоко улыбнулся, хвост Хамскэ задвигался.

— Гу-а-а-а-а-х!

На невероятной скорости хвост ударил мужчину в плечо, будто хлыст.

Наплечник погнулся, плоть превратилась в кашу. Затрещали кости, по телу словно молнией ударили, так было больно. Эруя пошатнулся, изо рта потекли слюни.

За Хамскэ извивался змееподобный хвост, растянувшись до ненормальной длины.

— Мой хвост слишком сильный, как и ожидалось. Вот почему этот король пытался закончить бой на близкой дистанции.

Нехорошо.

Эруя едва удержался, чтобы не закричать.

Такими темпами он проиграет.

— Вы! Дуры, что вы стоите как вкопанные! Используйте магию! Вылечите меня! Я сказал, вылечите! Быстро, глупые рабы! Сейчас же!

Одна из эльфиек поспешно применила магию.

Боль в плече исчезла.

— Ещё! Наложи магию усиления!

Увеличение физических данных, временное магическое ускорение меча, каменная кожа, усиление восприятия... Хотя на Эрую накладывались многочисленные усиливающие заклинания, монстр смотрел молча.

Когда погасла последняя магия, Эруе на лицо вернулась улыбка.

Организм переполняла сила.

В таком состоянии он никогда не проигрывал. Неважно, какой враг.

Он взмахнул мечом на невероятной скорости, намного быстрее, чем обычно. Теперь он был уверен в себе.

— Монстр, ты сильнее, но я покрою брешь магией!

— Этот король с самого начала хотел, чтобы ты дрался изо всех сил, так что для меня нет большой разницы. Этот король считает, что наконец будет хороший бой!

— Чушь собачья! — Эруя кинулся вперёд. Внутри текла просто непомерная сила, он раздавит монстра. Тварь больше не будет болтать. Используя «Сукути Кай», он отвлёк Хамскэ «Резаком пустоты». — Попробуй это! — прокричав, мужчина махнул клинком.

Если мех крепок, то нужно всего лишь ударить посильнее.

— Получи «Рубящий удар» этого короля!

Эруя не успел опустить меч, как по рукам полоснуло что-то острое. Затем что-то полетело в воздух и ударилось о пол со звуком, будто упал мокрый мешок, а также звякнул металл.

Эруя не понял.

Обе руки, которыми он держал клинок, исчезли. Несмотря на раны, из которых била кровь в такт с его сердцебиением, он всё равно не понял.

Мужчина увидел, как на полу две руки крепко сжимают меч, по телу от остатков рук медленно начала расползаться боль.

Посмотрев на них, Эруя наконец осознал, что случилось.

Отшатнувшись от Хамскэ, он тонким голосом закричал:

— Мои ру-у-у-у-ки-и-и-и! Вылечите! Я сказал, вылечите! Почему стоите?

Эльфийки не шевелились.

В их затуманенных глазах отражалась тайная радость тех, над кем издевались.

— Отлично! Успех! Я наконец могу использовать боевые навыки! Меня наконец похвалит владыка!

— Хья-а-а-а! — Эруя пронзительно закричал.

Для людей, живущих в мире, где обитает много более сильных созданий, ходить на приключения означает жить с постоянной болью. До сих пор он вытерпел много боли. Его ударяли молнией, жгли огнём, замораживали льдом, ломали кости, кусали, а также резали и били. Но он никогда не терял оружие, ведь потерять оружие в этом мире — верная смерть. Вернее, он был уверен, что с оружием в руках выкрутится из любого положения.

А теперь эта уверенность разлетелась вдребезги.

Эруя впервые с самого своего рождения получил такой шок.

— Мои руки! Чего вы ждёте!

Кровь лилась рекой, тело холодело и тяжелело. Эльфийки широко улыбались его крикам, напоминающим звук сломанного колокольчика.

Не зная, как выразить круживший внутри водоворот эмоций, Эруя вдруг услышал милосердный голос:

— Этот король искренне благодарен тебе! Я не люблю бесполезную боль, так что я всё закончу!

С-сс, что-то свистнуло в воздухе.

И вскоре лидер Тэмму получил удар в лицо. Боль была такой, словно ломается каждая косточка в теле, он даже забыл о руках.

Это была последняя боль, которую почувствовал Эруя.

♦ ♦ ♦

Половина лица исчезла, и труп рухнул на пол.

— Хм, хм. — Хамскэ отвернулся и медленно отошёл. Если так и будет стоять, то эльфийки, опасаясь его, не подойдут к трупу. Они, похоже, заклинатели, но могут решить в битве использовать меч Эруи. У Хамскэ не было желания их останавливать. — Что ж, а теперь продолжим сражаться?.. — Хамскэ удивлённо замолчал. Эльфийки с ухмылкой били ногами труп, который, предположительно, раньше был их товарищем. — Что это? Это так эльфы погребают усопших? — Хамскэ засомневался. В их туманных и мёртвых глазах горели искры ненависти. Это могла быть лишь непередаваемая ярость. — Как же хлопотно.

В приказе говорилось использовать выученные навыки на нарушителях и показать результаты тренировки. Но если драться с врагом, который не сопротивляется, в самом ли деле это будет считаться «показать результаты тренировки»? Хоть бы поднялись, чтобы драться...

— Говорят, насмешка — тоже хорошая стратегия... но что им сказать? Не знаю... ладно, ничего не поделаешь. Подожду приказов властелина. — Хамскэ повернулся к тому, кто судил битву. — Ну как, господин Зарюсу? Этот король прошёл?

— Да, просто великолепно. Боевой навык точно активировался.

Хамскэ широко улыбнулся перед воином, научившим его боевым навыкам.

— Это поистине радостная весть! Тогда примемся за боевую подготовку в броне?

— Это будет следующий шаг. Начнём с лёгкой, а потом перейдём на тяжёлую.

Хамскэ до сих пор не носил доспехи. В них он плохо двигался и чувствовал себя неуютно. При обычном беге проблем практически не возникало, но в бою Хамскэ терял равновесие, когда махал хвостом, и промазывал по цели. Он подражал тренировке людоящеров, пытаясь научиться сражаться.

— Наблюдайте, как Хамскэ становится сильнее ради владыки! Сколько времени пройдёт, прежде чем я смогу назвать себя воином? Воин Хамскэ!

— Посмотрим... Тебе потребуется где-то месяц, нет, два.

— Так долго!

— Это ещё быстро. Обычно на обучение боевым навыкам уходит год. Так что ты учишься довольно резво, — заговорил другой людоящер, Зенбэру.

— Правда?

— Ага. Настоящий боевой опыт, исцеление при ранениях, сражение с более могущественным противником с магией усиления и так далее. Возможно, это адская тренировка, но она даёт плоды.

Хамскэ вздрогнул. Остальные людоящеры тоже, вспомнив обучение.

— М-да... надеюсь, тренировка не приведёт нас на порог смерти.

— Лично я считаю, что ты становишься сильнее, когда жизни угрожает опасность, но... думаю, у каждого на этот счёт своё мнение. Да и не следует новобрачному умирать.

— О-ох! Да, ты ведь женился!

— Ага, и она, похоже, беременна.

— Как и ожидалось от умелого воина, точность у тебя высока! Со скольких раз справился? С двух или трёх?

Зарюсу вмазал кулаком по Зенбэру.

— Достаточно. Давайте тренироваться, иначе нас будут ругать. И что делать с эльфами?

— Может, просто оставим их?

Попинав труп, эльфийки безвольно опустились на пол. Не было ни намёка на желание сражаться, так что Хамскэ решил подождать приказаний владыки, если только они не попытаются сбежать.

Интерлюдия

Ощутив носом внезапное изменение в потоках воздуха, дракон Тсаиндорукс Вайсион, имевший прозвище «Платиновый Драконий Король» задвигался сквозь дремоту. Пробудившись, он удивился. Хотя можно даже сказать, что испугался.

Драконы обладали чутьём, намного превосходящим человеческое. Если кто-то попытается обмануть их невидимостью или иллюзиями, драконы обнаружат его с поразительного расстояния. И даже во сне.

А у короля драконов чувствительность намного выше, чем у обычного. Так что тот, кто к нему подобрался, должен быть исключительно умел.

Несмотря на свою долгую жизнь, он знал лишь нескольких способных на это. Прежде всего, равные ему драконьи короли, также Идзания из тринадцати героев, уже отошедший в иной мир убийца. А ещё...

Ощутив присутствие человека, которого он только что вспомнил, Тсаиндорукс Вайсион — словом, Тсар — скривился и медленно открыл глаза.

Даже в темноте дракон видел как днём.

Почувствовал он старую женщину с красивым мечом у талии, стоящую на открытом пространстве, — прятаться она явно не собиралась. Она добралась сюда, а чутьё дракона её не обнаружило — на морщинистом лице была улыбка той, кому удалось совершить шалость.

— Прошло уже много лет с тех пор, как мы виделись.

Глядя на старушку, Тсар не ответил.

Её седые волосы свидетельствовали о том, что ей уже много лет. Однако на лице виднелась жизнерадостность маленькой озорницы. С возрастом она стала более тощей, но сердце осталось прежним.

Пока Тсар сравнивал её нынешнюю внешность с одним из воспоминаний, бровь старушки изогнулась на опасный угол.

— Что? Забыл, как встретить старого друга? Ха, даже драконы стареют.

Показав зубы, Тсар по-доброму рассмеялся и ответил мягким голосом, который не ожидаешь от такого колоссального тела:

— Виноват, слишком растрогался, увидев после стольких лет друга. Потому-то я так медленно и отозвался.

А старушка, как Тсар и предполагал, саркастически заметила:

— Друга? Вон те пустые доспехи — мой друг... Они уже, как я вижу, погнулись.

Давным-давно Тсар путешествовал вместе со старой леди и остальными с помощью доспехов, которыми управлял издали. Когда его истинная личность раскрылась, он познал ярость товарищей. Похоже, возмущение ещё не прошло, раз до сих пор об этом вспоминалось.

С одной стороны, дракону хотелось, чтобы она наконец оставила это дело в покое, но, с другой стороны, он также был рад вспомнить былое.

Тсар криво улыбнулся их обычному обмену приветствиями и посмотрел на палец старой леди.

— О? Кольца нет, что случилось? Не представляю, чтобы кто-то у тебя его украл... это ведь предмет, выходящий за пределы царства людей. Нельзя, чтобы он попал не в те руки. В особенности в Слейновскую Теократию или людям, подобным Чёрному Писанию.

— Пытаешься сменить тему? Какой у тебя острый взгляд — это и есть легендарная чувствительность драконов к сокровищам?.. А, неважно. Я передала его молодым, так что расслабься.

Нельзя такой предмет из прихоти кому-то передавать.

Его сделали с помощью изначальной магии. Сейчас, когда силы магии загрязнены и искажены, будет очень трудно сотворить что-то подобное. Также дракон намекал, что немного осталось тех, кто всё ещё может использовать изначальную магию.

Однако подруге можно доверять.

— Вот как? Если таково твоё решение, то так тому и быть... Кстати говоря, ходят слухи, что ты перестала быть искательницей приключений, это правда? Или ты пришла сюда по работе?

— Я пришла к другу. Я уже не искательница приключений. Не заставляй старую женщину работать. Моё дело унаследовала та плакса.

— Плакса? — ненадолго задумавшись, Тсар вспомнил: — А-а, ты о ней?

Уловив в тоне Тсара удивление, старая леди ответила:

— Ага, та девочка по имени Инбэран.

— Да-а... — ошеломлённо протянул Тсар, — думаю, ты единственная зовёшь её девочкой.

— Правда? А не ты ли должен её так называть? Я почти того же возраста, что и она. А ты намного старше.

— Ну, может и так... но ты в самом деле убедила это дитя стать искательницей приключений? Как тебе удалось?

— Ха. Плакса всё ныла и жаловалась, так что я сказала, что сделаю всё, что она захочет, если сможет меня побить. В общем, я дала ей хорошую взбучку!

Ка-ка-ка, — старая леди от чистого сердца рассмеялась.

— Ты единственный человек, способный побить то дитя... — проговорил Тсар голосом, который бы заставил любого человека обливаться холодным потом, и покачал головой.

Вспомнились времена, когда он с друзьями дрался против Демонов-богов. В особенности лицо девушки, что отличилась во время боя с Демоном-богом насекомых.

— Ну, помогли и другие товарищи по команде. Они много знают о нежити и как её побеждать. Даже если она выигрывала по силе, у мертвецов есть свои слабости. И какой бы сильной плакса ни стала, всегда найдётся кто-то сильнее. Например, ты её сможешь с лёгкостью победить. Если не будешь сдерживаться, то даже в этом мире будешь сильнейшим существом. — Старая женщина перевела взгляд на платиновые доспехи.

Она считала, что он скажет что-то легкомысленное, но вместо этого услышала совершенно серьёзный ответ:

— Думаю, это не так. Сила, осквернившая мир, снова пришла в движение.

На правом плече доспехов зияла дыра, словно их пронзили копьём.

— Значит... прошло уже больше ста лет, и мир снова встряхнётся. На сей раз это миру не поможет, как в случае лидера.

— Возможно, встреча с вампиром была просто случайна, но я чувствую, что его природа — зло. Невероятно совпадение. Нам не повезло, или повезло, что удалось узнать об их присутствии?

— Это две стороны одной монеты — понимай, как хочешь. Я уже спрашивала, но не мог бы ты попросить помощи у других драконьих королей?

— Мой ответ не изменился. Это трудно. Откровенно говоря, выжили только те, кто не сражался против Восьми Королей Жадности. А это либо Небесный Драконий Король, любящий парить в облаках, либо Драконий Король Глубокой Тьмы, который неизвестно что делает в той гигантской пещере. Не могу себе представить, чтобы такие типы помогли.

— Ясно. Но есть же Драконий Король Света, который общается с людьми и делает с ними детей. Возможно, сможем переубедить его?

— Может быть... но лично я думаю, что больше шансов разбудить «её», спящую в глубинах морского города.

— Ты ждёшь этого в своих мечтах? Если бы лидер оставил нам все свои знания, проблем было бы меньше. Жаль, что он умер так рано.

— Ничего не поделаешь. Он был потрясён, когда убили одного из товарищей, с которыми он пришёл. Я могу понять, почему он отказался от воскрешения. Ты ведь тогда тоже была потрясена, разве нет, Ригрит?

Старая леди посмотрела вдаль, с болью на лице медленно кивнув.

— Да... это... так.

— Ригрит, мне тяжело тебя просить, ты ведь больше не искательница приключений, но можешь выслушать мою просьбу?

— Что такое? Я догадываюсь, о чём пойдёт речь, но я всё равно выслушаю.

Тсар смотрел на меч. Меч, которым невозможно рубить. Однако он острее любого клинка этого мира, предмет, который невозможно создать современной магией.

Именно из-за этого меча — одного из восьми оружий, оставленных после себя Восемью Королями Жадности — Тсар и не мог покинуть это место.

— Я всё время занимался этим делом, но мне нужна твоя помощь. Прошу, собери информацию о предметах, которые могут сравняться с этим гильдейским мечом. Или с особыми предметами наподобие Усиленной брони искателей приключений адамантового ранга Королевства, Красной Капли.

Глава 4. Проблеск надежды

Часть 1

Словно плотину прорвало, настолько яростной была атака. Враг — всего лишь низкоранговая нежить. Дальновидности нечего бояться. Однако «вал» и не собирался останавливаться.

Хеккеран вытер пот с лица, уничтожив десятую группу противников с начала битвы — пару вурдалаков. Хотелось отдохнуть, но не было времени. Глотнув немного воды из фляги, привязанной к поясу, он немного перевёл дух и просигналил отступать. Тем не менее враг не собирался давать им время на отдых. Впрочем, никто этому не удивился.

Выпрыгнула группа скелетов-воинов со скелетом-магом в мантии и загородила им путь.

— Сохраняйте запас магии!

— Поняла.

— Хо... хорошо.

В любую секунду могло произойти что-то неожиданное, а потому магия, способная справиться с чем угодно, — козырь, который нельзя растрачивать на пустяки. Впрочем, несколько способностей с ограниченным количеством применений на день они уже потратили. К этому привело большое количество ловушек и мертвецов.

Однажды скелеты-лучники выстроились за решётчатыми окнами, где их не достать мечом. А стрелами скелетов убить трудно, так как они устойчивы против колющих атак, однако Робердик смог изгнать нежить.

Он также сумел очистить мертвецов, что кидали на них бутылки ядовитого газа.

Он уничтожил летающую нежить и «имитаторов пола», которые приклеивали жертв к полу своими телесными жидкостями.

А также он истребил команду нескольких мертвецов, вызывающих разнообразные негативные статусы: чуму, отравление и проклятье.

Так что теперь «Изгнание нежити» Робердик мог применить всего лишь несколько раз. Правда, им удалось сохранить много других способностей и магическую силу. Единственной жёсткой битвой было сражение против голема из плоти, который смешался с батальоном нежити.

— Осторожно! Слышу множество шагов позади!

— Реакция на нежить! Шестеро!

После предупреждение Имины и затем Робердика все напряглись. Пять скелетов впереди не атаковали вероятно потому, что ждали возможности их окружить.

Хеккеран думал, что делать дальше.

В голове появилось несколько вариантов. Первое, можно упреждающе атаковать врагов впереди и уничтожить. Или же остановить их дальнобойными атаками, а затем развернуться и атаковать преследователей. Этот план потребует хороших наблюдательных навыков, чтобы определить силу врагов и сначала уничтожить более слабую группу. Ещё можно остановить одну группу магией, чтобы потом проскочить через вторую.

Все варианты эффективны, но ни один не переломит ситуацию. В мгновение вдохновения Хеккеран решил довериться инстинктам.

— Хеккеран! Что нам делать?

— Назад! Там есть поворот! Отступаем туда! — ответил тот, и Имина, которая находилась в арьергарде, тут же кинулась назад. Арче и Робердик последовали за ней. Хеккеран был на шаг позади. Раз Имина бежала, значит дистанция вполне преодолима. Не желая отставать от товарищей, Хеккеран ускорился. Враг, разумеется, не даст им так легко сбежать. Слышались шаги нежити, работников неустанно преследовали. — Вот вам! — Хеккеран достал сумку алхимического клея и бросил назад.

Алхимическая жидкость расплескалась по полу.

Результаты были мгновенны — шаги остановились.

Разумная нежить могла обойти, но не низшая. К тому же у скелетов нет мускулов, если они застряли, им весьма трудно вырваться.

— Ещё реакция на нежить! Четверо справа!

— Стена!

— Нет, это иллюзия!

Четыре вурдалака с рыком проскочили сквозь стену. Хотя эта нежить была худой — почти одна кожа да кости, — это всё же был грозный противник, атакующий вытянутыми пожелтевшими когтями. Тем не менее никто из команды не испугался.

— Не смотрите на меня свысока!

Внешне не дрогнувшая перед засадой Имина тут же извлекла из ножен короткий меч и ударила вурдалака в шею. Вместо крови брызнула какая-то грязная жидкость, и он рухнул на пол. Рядом с ней Робердик со всей силы ударил булавой и раздавил череп другому вурдалаку.

Рассудив, что этих двоих можно оставить без присмотра, Хеккеран повернулся назад. За ними всё ещё гнались. Следует на всякий случай бросить ещё одну сумку клея?

Как только лидер Дальновидности собрался так сделать, перед глазами появился ужасающий мертвец.

— Старший лич!

На пальце лича потрескивала молния. Хеккеран знал, что это за магия.

«Удар молнии» бьёт по прямой, есть только один способ уклониться.

— Толкайте вурдалаков назад!

Ни Имина, ни Робердик не поняли, почему Хеккеран отдал такой приказ, но без колебаний повиновались.

Как только они вчетвером вытолкнули вурдалаков через иллюзорную стену, по коридору мелькнула белая вспышка.

Воздух с треском задрожал, и Хеккеран почувствовал, как под ногами активировался магический круг. В следующее мгновение их поглотил бледно-голубой свет, от которого они не могли уклониться, и вид перед глазами сменился.

— Осторожно! Будьте внимательны?!

Хотя вурдалаки исчезли, и они оказались в другом месте, всё же только что была битва. Тем не менее после столь неожиданного происшествия нет ничего удивительного в том, что они на несколько мгновений остолбенели.

Хеккеран потряс головой, приходя в себя. Самое основное, что следует сделать — убедиться, что товарищи в безопасности. Хотя также важно понять, где они очутились.

Имина, Арче и Робердик.

При активации магического круга никто не нарушал строй, и сейчас все были на месте.

Убедившись, что все живы, четвёрка продолжила осматриваться.

Тускло освещённый широкий коридор с высокими потолками. Даже гигант свободно сюда поместится. Мерцающее пламя далёких факелов освещало неравномерно, в их свете тени, казалось, танцуют. Впереди находилась какая-то решётка, из квадратных брешей светили белые лучи магического света, а дальше коридор уходил в темноту, по пути виднелось несколько дверей, освещённых факелами.

Все молчали, слышалось лишь потрескивание факелов.

Не похоже, что сейчас кто-то нападёт. Осознав это, они немного успокоились.

— Не знаю, где мы, но тут совсем иная атмосфера.

Интерьер полностью отличался от склепа. На самом деле виднелись даже признаки цивилизации. Члены Дальновидности осмотрели каждый угол, гадая, куда же попали, но Арче повела себя не так, как остальные.

— Это место...

Хеккеран её спросил:

— Ты знаешь? Или есть какая-то догадка?

— Я знаю похожее место. Гранд Арена Империи.

— Хм... да, ты права, — пробормотал Робердик.

Хеккеран и Имина ничего не сказали, но разделяли его мнение.

Когда Дальновидность в свой дебют на арене шли из зала ожидания, место было похожим.

— Тогда за ними должна быть арена, — Робердик указал на решётчатые ворота.

— Наверное... и нас телепортировали сюда, чтобы мы дрались... да?

«Проведите зрелищный бой» — вероятно, такой смысл. Хотя они понятия не имели, кто или что их ждёт.

— Это опасно... Телепортация на дальние расстояния считается магией пятого ранга. О том, что такую магию используют в качестве ловушки, я слышала лишь в сказках. Вероятно, это место построил кто-то с невообразимыми магическими умениями. Нам невыгодно принимать приглашение врага. Предлагаю пойти в противоположную сторону.

— Но если примем приглашение, не думаешь, что там может оказаться путь к выживанию? Разве отказ не разозлит врагов?

— Очень опасны обе стороны. Роб, что думаешь?

— Есть доводы за и против для обоих вариантов. Но я сомневаюсь в том, что сказала Арче. Правда ли ловушку создал тот, кто тут проживает? Может быть, они просто используют то, что создал кто-то другой?

Работники переглянулись и одновременно выдохнули. Нет смысла стоять на месте и дальше обсуждать. Информации недостаточно и их мнения не совпадают, но сейчас нужно принять решение.

— В словах Роба есть смысл. Кто знает, может быть, эту ловушку сделали пятьсот лет назад.

— Ага, в прошлом кое-кто владел более продвинутыми магическими техниками.

— Имеешь в виду властвовавших на континенте существ, чья страна пала почти мгновенно, и от которой теперь осталась одна столица?

— Восемь Королей Жадности. Считается, что это они распространили магию по всему миру. Если это реликвия той эры, то возможно...

— Да... Тогда я за то, чтобы отсюда поскорее убраться. Впрочем, раз нас сюда послало ловушкой, нам в любом случае не позволят сбежать, — заявил Робердик, и все кивнули, решившись идти вперёд.

Когда они приблизились к решётчатым воротам, те поднялись вверх с впечатляющей скорость, будто всё это время ожидая их прибытия. При выходе на арену первое, что люди увидели, — ряды зрительских мест.

Арена впечатляла не меньше, чем имперская. На самом деле даже больше, учитывая, что повсюду стояли зачарованные «Вечным светом» фонари, освещающие всё так, будто сейчас день.

Все из Дальновидности были потрясены, в особенности когда увидели находящиеся повыше зрительские места.

Потому что там сидели бесчисленные глиняные фигуры — куклы, известные как големы.

Големы — неорганические создания, сотворённые магией. Они послушно выполняют любые команды хозяина. Им нет необходимости есть или спать, и они никогда не страдают от усталости и даже от разрушительного действия времени. Их ценили как стражей и рабочих. Но поскольку производство големов занимало довольно много времени, усилий и денег, даже самые слабые из них стоили много золотых монет.

Даже хорошо зарабатывающие Хеккеран и остальные не могли себе позволить голема.

Но эта область, похоже, была просто завалена подобными ценными творениями.

Значит, владелец арены невероятно богат. Хеккеран почувствовал себя жутко одиноко.

Работники, будто бывав тут уже много раз, кратко переглянулись между собой и молча пошли в центр арены.

— Мы оказались снаружи? — спросила Имина, и все посмотрели вверх и увидели темноту. Поскольку освещение было слишком ярким, звёзд не было видно, тем не менее в том, что арена открыта и вверху ночное небо, сомнений не возникало.

— Тогда можно использовать магию полёта и сбежать...

— То-о-о! — с ВИП-балкона, который находился на высоте примерно шестиэтажного здания, кто-то спрыгнул, и вместе с тем его голос прервал Арче.

Он сделал кувырок в воздухе и грациозно приземлился на землю. Хеккеран и остальные даже подумали, что у него есть крылья. Не использовалось никакой магии, лишь чистые физические способности. Даже у вора Имины перехватило дыхание от совершенства движений.

Лицо особы, погасившей всю силу удара, просто согнув колени, расплылось в улыбке.

Перед ними стоял юный тёмный эльф.

Длинные уши, что торчали из золотых прядей волос, слегка дёрнулись. Возникло такое впечатление, словно перед работниками солнце.

Одет в хорошо подогнанные кожаные доспехи, изготовленные из тёмно-красной драконьей чешуи. Поверх них носит белый жилет, расшитый золотыми нитями. На груди красуется герб.

— Ах! — изумилась Имина, заметив его глаза разного цвета.

— Бойцы прибыли! — весело заговорил мальчик в похожий на стержень предмет, который он держал в руке, и по всей округе раздался его усиленный голос.

Арена содрогнулась.

Похоже, до сих пор неподвижные големы зашумели, затоптав по полу.

— Бойцы — четверо безрассудных глупцов, вторгшихся в Великий Склеп Назарика! А выйдет против них хозяин Великого Склепа, Высший король смерти, владыка Аинз! Оал! Гоун!

По другую сторону арены поднялась решётка. Из тёмного прохода на свет вышло нечто. Одним словом, скелет.

В глазницах белого черепа мерцал алый свет.

Одет в похожее на мантию одеяние, пояс затянут, но поскольку отсутствуют мускулы, талия кажется слишком тощей, чтобы поверить в её реальность. Судя по отсутствию оружия в руках, вероятно это какой-то заклинатель.

— О-о! И за ним идёт наша Смотрительница Стражей, Альбедо!

Члены Дальновидности замерли, увидев женщину, идущую позади словно слуга.

Бесподобная красавица, прекраснее даже «Красавицы» из Тьмы, не говоря уже об обычных человеческих девушках. С висков изгибаются рожки, у талии чёрные крылья — выглядят настолько реально, что их нельзя спутать с искусственными.

Арена задрожала от топота — все приветствовали двух новых участников, затем големы захлопали. Подобный приём подходил даже королю.

Двое подошли к Дальновидности, громоподобные аплодисменты не прекращались.

— Простите, — прошептала Арче, — мы попали в это из-за меня.

Дальше последует самая суровая битва из тех, через которые они прошли. Скорее всего, один или двое погибнут. Арче, вероятно, посчитала, что они попали в тяжёлое положение из-за неё. Если бы не её долг, то, наверное, они бы не приняли задание по исследованию гробницы, о которой ничего неизвестно.

Но...

— Ей-ей, что за ерунду говорит этот ребёнок?

— Да. Мы принимали решение все вместе. Это не твоя вина. Думаешь, мы бы не взяли задание, не будь у тебя личных проблем?

— Вот-вот, так что не волнуйся, — Имина погладила Арче по голове, Хеккеран и Робердик улыбнулись.

— Что ж, уже безнадёжно что-либо планировать, но обсудить всё не помешает. Арче, можешь определить, что это за нежить?

— Оно разумно, а значит... скелет высшего класса?

Скелет, Аинз, махнул перед ними рукой, словно что-то вытирая.

Шум затих. Големы мгновенно остановились, и снова настала почти оглушающая тишина. Хеккеран искренне поклонился Аинзу, который медленно повернулся к ним.

— Прежде всего, я хотел бы извиниться перед господином Аинзом Оалом...

— Аинзом Оалом Гоуном.

— Простите. Перед господином Аинзом Оалом Гоуном.

Аинз остановился и поднял подбородок, словно разрешив низшему существу продолжить.

— Мы хотим извиниться, что вошли в ваш склеп без разрешения. Если сможете простить, мы с радостью предложим соответствующую компенсацию, чтобы искупить наши грехи.

На некоторое время настала тишина. Аинз вздохнул. Разумеется, нежити было не нужно дышать. Но он сделал это, чтобы передать своё сообщение.

— Так делается там, откуда вы пришли? Если кто-то поест в вашем доме и оставит беспорядок, на котором вырастут личинки, не будет ли быстрая смерть милосердием?

— Люди не личинки!

— Они такие же. По крайней мере они — не я. Хотя... люди даже ниже, чем личинки. В рождении личинки виновата бабочка. Однако вы отличаетесь. Вас не заставляли и у вас не было особых причин сюда приходить, но исключительно из жадности вы напали на склеп, в котором могли жить люди. А цель у вас только одна — разграбить сокровища. — По Колизею эхом разнёсся смех Аинза. — Ах-х, не принимайте близко к сердцу. Я не виню вас. Сильный всегда будет властвовать над слабым. Я так поступаю и не считаю себя исключением. Поскольку может существовать кто-то сильнее меня, я был настороже... Что ж, время добродушной беседы подошло к концу. Следуя принципу «сильный поедает слабого», я кое-что у вас попрошу.

— Нет, на самом деле...

— Тишина! — заявил Аинз голосом, не терпящим возражений. — Не расстраивайте меня своей ложью! Что ж, вы заплатите за свою глупую ошибку жизнью.

— Что, если у нас есть разрешение?

Аинз застыл. По всей видимости, он не ожидал подобного.

Хеккеран удивился, что одно предложение могло привести столь большой эффект, но, конечно, не показал этого на лице. Когда всё, казалось, потеряно, во тьме появился проблеск надежды. Нужно за неё ухватиться.

— Бред. — Голос был тихим, почти на грани слышимости. — Полнейший бред. Что вы получите, разозлив меня?

Беспокойство росло, даже стоящий рядом тёмный эльф заволновался. Переведя взгляд на последнего из врагов, Хеккеран вздрогнул.

Стоящая позади них красавица по-прежнему улыбалась. Но её жажда крови заставила лидера Дальновидности покрыться холодным потом.

— Но что, если это правда?

— Нет... нет... невозможно. Совершенно невозможно. Вы все должны быть подношением, пляшущим под мою дудку.

Аинз покачал головой, а взгляд его стал таким, словно мог проделать отверстие в Хеккеране.

— Но... однако... я... да, точно, на всякий случай я выслушаю тебя... Кто дал вам разрешение?

— Вы не знаете его?

— Его?..

Хеккеран отчаянно думал, что следует сказать, чтобы избежать опасности.

Подобный вопрос задал бы лишь человек, парализованный нерешительностью, поскольку лишь спросив, он может узнать, что правда, а что вымысел. Это чисто человеческое отношение — реакция не монстра, но труса. Таким шансом грех не воспользоваться.

— Он не назвался, но это весьма крупный монстр.

— Опиши его.

— Он был очень, очень большой...

— Очень-очень... — в очередной раз ушёл в себя Аинз, и работники снова избежали опасности, Хеккеран про себя вздохнул с облегчением.

Он незаметными движениями пальцев сказал друзьям, чтобы искали выход. Аинз не станет действовать, не убедившись в правдивости или ложности слов Хеккерана. Это время — всё, что у них есть, чтобы придумать, как выбраться отсюда.

— Он говорил что-то?

Главное, чтобы никто не использовал магию очарования или управления или ещё какой-то особый навык...

— Прежде чем ответить, я хочу, чтобы вы гарантировали нашу безопасность.

— Что?.. Если ты в самом деле получил разрешение от одного из моих друзей, то твоя безопасность гарантирована. Не бойся.

Новое слово — «друг».

Хеккеран проанализировал добытую информацию. Из переговоров он узнал, что у Аинза Оала Гоуна есть друзья, с которыми он в настоящее время потерял контакт.

Секрет трюка заключается в том, чтобы говорить то, что хочет оппонент, а затем заставить его ошибиться.

— Ну?.. Почему молчишь? Говори, что сказал человек, которого ты встретил.

До сих пор обман работал. Осталось ещё чуть-чуть. У лидера Дальновидности вспотели ладони.

— Он сказал поприветствовать Аинза из Великого Склепа Назарика.

— Аинза? — скелет вдруг застыл, Хеккеран напрягся. — Он сказал поприветствовать Аинза?

Работник собрался духом. В конце концов, сказанное не воротишь.

— Да.

— Куа-ха-ха-ха-ха! — рассмеялся Аинз. Но не счастливо. Этому смеху больше всего подошло бы описание «бурный». — Хах... ладно, хватит. Если спокойно подумать, в истории куча дыр. — Аинз посмотрел на Хеккерана. Алое пламя в глазницах потемнело, охваченное чернотой. От него остались одни маленькие красные точки. Хеккеран и остальные сделали шаг назад, будто взгляд скелета давил физически. Он пылал чистейшей яростью. — МУ-У-У-С-О-О-Р-Р-Р! ВЫ ПОСМЕЛИ! ВЫ ПОСМЕЛИ СТУПИТЬ! ПОСМЕЛИ СТУПИТЬ СВОИМИ ГРЯЗНЫМИ НОГАМИ В НАЗАРИК, ЧТО Я, ЧТО МЫ, МОИ ДРУЗЬЯ И Я, СОЗДАЛИ! — Ярость оказалась столь огромной, что сам Аинз замолк. Его лопатки двигались так, словно он дышал, и он продолжил: — И ВЫ! ВЫ ПОСМЕЛИ ИСПОЛЬЗОВАТЬ МОЁ ИМЯ, МОИХ ДРУЗЕЙ! ПОСМЕЛИ ИСПОЛЬЗОВАТЬ, ЧТОБЫ ОБМАНУТЬ МЕНЯ! ВЫ ДЕРЬМО! ДУМАЕТЕ, ВАС КОГДА-НИБУДЬ ПРОСТЯТ?! — орал Аинз.

Не было бы ничего удивительного, если бы его гнев продолжался вечно. Однако вся злоба вдруг испарилась, вернулось его обычное спокойствие. Изменение было столь внезапным, будто его эмоции кто-то выключил. Хеккеран и его команда посчитали, что здесь что-то не так.

— Хотя вы меня разозлили, вина не лежит на вас. Разумеется, любой скажет возмутительную ложь, чтобы сохранить себе жизнь. По правде сказать, я всё ещё зол... но мне хватает разумности. Альбедо. Аура. И остальные Стражи, слышащие мой голос, закройте уши!

Абсолютная красотка и тёмный эльф внимательно слушали. Мальчик засунул пальцы в уши, а женщина элегантно прикрыла уши ладонями. Без сомнений, чтобы показать, что они не собираются слушать то, что их господин собирается сказать.

— Я с самого начала был против плана по приглашению грязных воров в мой Великий Склеп Назарика. Но я понимал, что это лучший способ, и принял его. — Аинз с сожалением покачал головой. — Ну, это всё. Разговоры закончены. В качестве последнего милосердия я хотел дать вам почётную смерть воинов, но теперь передумал. Я разберусь с вами как с ворами, кто вы и есть.

Говоря так, будто это чья-то чужая проблема, Аинз скинул мантию.

Разумеется, под ней оказались кости. Под рёбрами парила тёмно-красная сфера, излучая ужас. Кроме штанов и ботинок на нём больше ничего не оказалось... хотя нет, была ещё цепочка на шее.

— О-о! — сверху раздался странный голос.

Подняв голову, работники увидели, как через перила ВИП-мест наклонилась сереброволосая девушка. Её тут же оттянула назад рука в, кажется, голубой латной перчатке.

— Что она вытворяет?

— Я позже её отругаю.

К тому времени как работники пришли в себя и снова посмотрели на Аинза, тот уже откуда-то достал чёрный меч и круглый чёрный щит.

— Что ж, я готов. Начнём. — Скелет чуть расставил ноги, принимая боевую стойку. — Альбедо, Аура. Можете убрать руки. — Двое среагировали незамедлительно. — У меня испортилось настроение. Я даже подумать не мог, что встречу таких типов. Так что я с ними поиграю немного, не убивая, а вы потом от них избавитесь. Что же, начнём.

Увидев взявшего меч и щит Аинза, Хеккеран прежде всего подумал, что перед ним не воин, а монстр, который подавляет врага силой.

Стойка была как у любителя, но от него исходило тяжёлое давление. Казалось, что убить подобное создание может в любую секунду и с одного удара.

— Не нападаете? Тогда позвольте мне, — сказал Аинз и кинулся вперёд.

Пугающая скорость. В мгновение ока оказавшись рядом с противниками, он ударил сверху вниз.

Удар имел полно брешей, но за ним стояла огромная разрушительная сила.

Очень опасно попадать под эту атаку.

Хеккеран мгновенно пришёл к такому выводу, видя надвигающийся меч. Если сделает жёсткий блок, то это превратится в соревнование силы, в котором Хеккеран, разумеется, проиграет.

В таком случае есть только один выход — аккуратно отвести удар.

Меч Аинза ударился в землю, эхом раздался лязг стали.

Обычно нападающий потерял бы равновесие, и настало бы время контратаковать. Но Аинз даже не сдвинулся. Будто зная, что произойдёт, он оказался на своей изначальной позиции.

Хеккеран осознал, что совершил большую ошибку.

Нехорошо! Я недооценил его! Но всё, что я могу, — это драться!

Нацелившись Аинзу в голову, он применил боевой навык:

— «Удар двух клинков»!

Два меча прочертили сверкающие дуги в воздухе. Обычно против скелетов эффективнее дробящее оружие, но Хеккеран более умело использовал режущее оружие.

Надеясь нанести Аинзу хоть какой-то урон, лидер Дальновидности собирался обрушить на него целый шквал ударов, не заботясь о том, попадут те или нет.

Два меча понеслись к голове противника.

Обычный человек никак не смог бы противостоять.

Первоклассный противник был бы только поцарапан.

Но что насчёт элитного противника?

— Тц!

Аинз поставил на пути клинков щит. Простой воин не успел бы это сделать, что ещё раз доказывало подавляющую силу и скорость Аинза.

— «Магическая стрела»!

— «Малая ловкость»!

Когда щит оказался перед мечами, Арче послала во врага белую стрелу, а когда раздался громкий лязг, Робердик применил заклинание увеличения подвижности.

— Детские забавы.

Аинз даже не посмотрел на заклинательницу. Сгусток магии замерцал и исчез, не долетев до скелета. Арче потрясённо проговорила:

— Невосприимчивость к заклинаниям? Но откуда?

— Ха! — в ответ Аинз двинул щитом в лицо Хеккерану.

Это удар щитом!

Самые базовые боевые навыки всплыли в голове Хеккерана, и он решил превратить опасность в возможность. Мужчина нацелился в живот, рассудив, что большой щит его скроет из виду.

Однако Аинз с лёгкостью отбил удар своим чёрным мечом.

Он разглядел мою задумку!

Заметив приближение стеноподобного щита, Хеккеран едва сумел уклониться, но снизу на него полетел бронированный сапог.

Лидер Дальновидности не побоялся бы обычного пинка. Однако после недолгой схватки мужчина на своей шкуре ощутил невероятную силу Аинза — несмотря на то что тот не обладал никакими мускулами, — смертельным окажется любой удар.

Хеккеран в панике откатился в сторону, что было бы невозможно без поддержки Робердика. Когда созданный ударом ветер срезал несколько волосинок, по спине пробежал холодок.

— Съешь это! — Имина пустила несколько стрел. Поскольку она выкрикнула, атака не была скрытной, и Аинз легко уклонился.

Впрочем, против скелетов стрелы и так малоэффективны. Она надеялась, что Аинз не станет уклоняться. Стрелы, которые девушка использовала, были со сплюснутыми наконечниками, как лопата, и магически усилены, чтобы наносить дробящий урон. Они могли навредить даже скелетам.

Впрочем, нечего сожалеть. У Хеккерана появилась возможность встать и немного увеличить дистанцию между ним и Аинзом. Кричала Имина тоже для этого.

— «Удар двух клинков»!

— Ха!

Два удара были легко отбиты одним мечом. Хеккеран еле удержал клинки, так сильно по ним ударили.

Вот же неприятный тип. Неужели подобное получается, когда тренируешь монстра со сверхчеловеческими способностями? Насколько же он силён?

Ценой за использование боевых навыков было сильное ментальное истощение. Мозг словно кричал от напряжения, Хеккеран решил отступить.

Разумеется, Аинз этого не допустил.

— Как будто я позволю тебе сбежать! — скелет ринулся вперёд.

Этого можно было ожидать, ведь отходить задом всегда медленнее, чем двигаться вперёд.

Когда его уже почти настигнул противник, что-то просвистело в воздухе, пролетев мимо головы лидера Дальновидности.

Это была высокоскоростная стрела, незаметно пущенная из-за спины Хеккерана. Обычный человек, естественно, не смог бы уклониться. Однако против Аинза с его сверхчеловеческими рефлексами этого было недостаточно.

— «Вспышка»!

— «Малая сила»!

Перед Аинзом вспыхнул яркий свет. Может быть, заклинание не нанесло бы ему урона, но на мгновение бы ослепило, но, похоже, против Аинза оно оказалось бесполезным. Это лишь рассердило его.

— Мешаете!

Аинз цокнул несуществующим языком из-за того, что Хеккеран сократил расстояние благодаря увеличенной силе и ловкости.

— «Усиленная броня»!

— «Защита от зла»!

Арче и Робердик усилили защиту Хеккерана.

Уклонившись и снова отбив клинки, Аинз собирался контратаковать, когда в лицо полетела ещё одна стрела.

Лёгкость, с которой он уклонился, просто наклонив голову, подходила правителю склепа и монстроподобному мечнику.

Короткую паузу Хеккеран использовал, чтобы отступить. От короткого, но интенсивного боя он вспотел.

Мужчина ещё раз убедился, что Аинз Оал Гоун очень силён.

Люди не могли даже мечтать о подобной силе. А хуже всего, что скелет владеет техниками и в полной мере пользуется суперсилой и скоростью, а с помощью своей наблюдательности замечает уловки. У него есть меры против каждого члена Дальновидности. А в сочетании с сопротивляемостью магии и усиленным мечом и щитом, он обладает всем, о чём мечтает воин.

Однако Дальновидность могла противостоять подобному существу не без причины.

Честно говоря, Хеккерану с трудом удавалось держаться. Если бы он неправильно определил угол надвигающегося меча и неудачно парировал, то, скорее всего, поломал бы свои клинки и пропустил смертельный удар. А если бы ошибся в определении скорости чёрного меча, то оказался бы перерублен пополам. Ему довольно сильно везло, но помогала не только удача.

Командная работа.

Поскольку все работали вместе и чутко понимали друг друга, могли действовать как единый организм.

Потому-то Дальновидность и могла выстоять против могучего противника, Аинза Оала Гоуна.

На губах у Хеккерана появилась слабая улыбка.

Аинз до сих пор был невредим. Он, конечно, силён, но не всесилен.

С этой убеждённостью в душе Хеккеран, усиленный магией, взмахнул двумя клинками.

Летевшие с наивысшей скоростью клинки врезались в круглый щит. Пущенную стрелу враг отбил чёрным клинком. Арче и Робердик воспользовались возникшей задержкой, чтобы усилить командира ещё больше.

Враждебность в Аинзе быстро исчезала.

Размышляя, следует ли продолжать атаковать, Хеккеран всё же решил отступить, чтобы перевести дыхание. Немёртвый Аинз не устанет, сколько бы долго ни бился, но человек Хеккеран и остальные будут истощены. Вести затяжной бой — плохая мысль. Нужно отдыхать, когда есть возможность.

— Ясно... как я и думал, по-прежнему не могу нанести решающий удар. Я думал, что перевес в силе и навыках, а также знание того, что нужно делать, поможет, но в настоящем бою я всё ещё чувствую некоторую тревогу... что-то типа «почему я до сих пор никого не убил?» — Аинз досадно пожал плечами.

Наблюдавшего напротив Хеккерана не особенно раздражал его покровительственный тон. Честно говоря, подобный итог — преимущество работы в команде. Лидер Дальновидности улыбнулся, будто его похвалили.

Но вдруг до сих пор молчавшая красотка заговорила:

— Владыка Аинз. Может быть, время прекратить играть?

— Что?

— Простите мою грубость, но мне трудно поверить, что вы позволите и дальше быть на свободе этим подлецам и ворам, посмевшим использовать имя Высших существ, чтобы обмануть вас. Может быть, настало время даровать им вашу милость?

— Эй, Альбедо, если будешь так говорить с владыкой...

— Нет, Аура. Это хорошая мысль, — качнул головой Аинз. — И уже хватит. Я приобрёл достаточно опыта.

— Поистине изумительно. Как и ожидалось от властелина, который правит мной.

— Ты мне льстишь, но всё равно приятно услышать похвалу от воина, навыки которого намного превосходят мои.

— Я бы никогда не обманула вас ложной похвалой, я говорила от чистого сердца.

— Правда? Тогда спасибо. Коцит оценит меня позже, и я хочу, чтобы ты высказывала своё мнение и о будущих тренировках. — Кивнув несколько раз, выглядя очень довольно, Аинз повернулся назад к Дальновидности. Аура вокруг него изменилась, у Хеккерана появилось плохое предчувствие — инстинкты, спасавшие ему жизнь много раз, просто кричали об опасности. — Что ж, игры с мечом кончились. Время другого развлечения. — Аинз отбросил меч и щит, и они исчезли, не долетев до земли.

— Что?!

Обычно оружие бросают, когда сдаются. Однако отношение Аинза никак не походило на сдачу.

Ничего не понимая, Хеккеран сконфуженно спросил:

— Что вы собираетесь делать?

Аинз улыбнулся. Вернее, походило на то, что он улыбнулся.

Он медленно развёл руки, словно ангел, который обращается к верующим, или мать, что желает обнять ребёнка.

— Не понимаешь? Тогда позволь объяснить словами, которые дойдут даже до вас. — Аинз усмехнулся. — Я поиграю с вами, люди, ударьте меня со всей своей силы.

Настроение изменилось.

Скелет отказался от оружия и щита, а значит, должен ослабнуть. Но у Хеккерана появилось такое чувство, словно Аинз стал намного сильнее. Он будто увеличился на глазах, столь большое давление от него исходило.

Существо, которое становится сильнее без меча.

Если подумать, напрашивается только два ответа. Первый — он воин-монах, превративший своё тело в оружие. Но в таком случае уклонялся от ударов он слишком небрежно.

А второй ответ...

— Заклинатель? — произнесла Арче, пришедшая к тому же выводу, что и Хеккеран.

Неужели Аинз Оал Гоун и правда маг?

Вполне понятно, почему никто не подумал об этом раньше. Кто мог представить, что маг будет драться на равных с Хеккераном, сильнейшим бойцом команды?

У заклинателей — особенно арканистов — более слабое тело, чем у воинов. В конце концов, если есть время на тренировку тела, почему бы не потратить его на изучение магии? Потому заклинателей, способных на равных сражаться с воинами, не существовало.

Это попросту здравый смысл.

Кто же мог подумать, что они встретят существо, способное опровергнуть эту мудрость?

А потому Арче говорила с надеждой, что ошиблась с выводами. Потому что если не ошиблась, это значило бы, что Аинз гораздо увереннее в своих навыках заклинателя, нежели воина.

А что из этого следует, всем и так было понятно.

Даже небольшое количество заклинаний может значительно улучшить боевые показатели, что наглядно показал Хеккеран, усиленный магией.

— Наконец осознали? Какие же вы все глупцы. Впрочем, такого уровня интеллекта и следовало ожидать от паразитов, посмевших вторгнуться в мой, нет, наш Назарик.

Однако рядом Арче, она бы давно сказала, если бы тот и вправду был магом.

— Арче! Этот тип заклинатель?!

— Нет! Я уверена! По крайней мере он не арканист!

— Хм? И что это должно означать?

— Я не чувствую от вас никакой магической силы.

— А-а-а, так ты использовала заклинание обнаружения? Как грубо. — Аинз показал Хеккерану и остальным руки — одни кости, чего и следовало ожидать от нежити. Он развёл пальцы, чтобы показать, что на каждом по кольцу. — Как только я сниму это кольцо, ты поймёшь. Я также дал такое подчинённым, — сказал Аинз и снял кольцо с правой руки. И тогда...

— У-у-э-э! — кого-то вырвало. Липкая жидкость вылилась на пол арены, и кислотно-горький запах появился вокруг Дальновидности.

— Что ты сделал?! — Имина пронизывающе посмотрела на Аинза и подбежала к Арче, чтобы помочь. Аинз, похоже, озадачился, но всё же недовольно ответил:

— Что значит я что-то сделал с этой девушкой? Блевать, глядя кому-то в лицо, это верх грубости.

— В-все, бегите! — прокричала Арче, у неё из глаз текли слёзы. — Этот тип — мон... у-у-г-г-х-х! — Девушка не выдержала, её снова вырвало. И тут Хеккеран догадался.

Аинз ничего ей не делал. Просто Арче не выдержала того ужаса, что возник, когда она ощутила огромную магическую силу Аинза.

А это значит...

— Мы не победим! Его сила совсем на ином уровне! Даже слова «монстр» недостаточно, чтобы его описать! — Арче завыла. — Невозможно невозможно невозможно...

Имина крепко прижала девушку к груди. Та яростно качала головой, словно обезумев.

— Успокойся! Робердик!

— Понял, «Львиное сердце»!

Под влиянием магии Арче сумела унять панику. Она, как новорождённый оленёнок, неуверенно поднялась на шаткие ноги, опираясь о посох.

— Нужно бежать! Это существо человеку не победить! Не могу поверить, что такой монстр существует!

— Понял, Арче.

— Я тоже. Когда он снял кольцо, весь мир словно изменился. По коже побежали мурашки.

— Да. Силу этого монстра нельзя описать словами.

Настороженность взлетела до небес. Они глядели на Аинза так внимательно, как никогда прежде. Все понимали, что даже малейшая оплошность приведёт к смерти.

— Похоже, нам не дадут сбежать.

— Как только повернёмся к ним спиной, умрём. Хотя у меня такое чувство, что достаточно будет отвести взгляд.

— Нужно выиграть время...

— Не идёте? — спросил Аинз, лениво царапая череп длинным пальцем.

Разумеется, Хеккеран не купился на провокацию. Враг на порядок сильнее любого, кого они встречали. А потому оставалось только одно.

Аинз начал произносить заклинание, а в это время любой маг наиболее уязвим. Используй он тихую магию, и игра была бы кончена, но даже в этом случае у них существовала лишь крохотная возможность.

Будто натягивая лук, Хеккеран собрал внутри всю свою силу.

— Тогда я пойду. «Касание нежити».

— Что это за магия? Арче!

— Не знаю! Я никогда не слышала о такой.

Правую руку скелета покрыл чёрный туман. Все насторожились, Хеккеран напряг ноги, готовый уклониться в любую секунду. Друзья начали рассредоточиваться на случай магии, действующей по области.

Но Аинз просто пошёл на них, выглядя совершенно беззащитно. Хеккеран изумился. Подобным образом опытный воин никогда не будет двигаться. Он понял, что это ловушка, но не понял какая.

Он пытается использовать магию для чего-то... или это заклинание ближнего действия? Или вовсе защитное?

Лидер Дальновидности знал много известных заклинаний, но магом не был и не понимал намерений врага.

— Назад! — зло крикнула Имина, выпуская по Аинзу стрелы.

Используя особую технику, она сразу же пустила три стрелы, но Аинз ловко отбил их костяной рукой.

— Мешаешь, — тихо, но холодно сказал он.

Красное пламя в пустых глазниках замерцало, но лишь Хеккеран, с близкого расстояния наблюдавший за каждым движением скелета, заметил.

Как вдруг Аинз исчез.

Хеккеран повернулся, доверяя инстинктам, и увидел потрясённые лица друзей. Однако не было времени объяснять. Особенно Имине. Аинз стоял за ней, медленно протягивая руку.

Имина! Она не заметила! Нужно... нет, сейчас не время для бесполезных действий!

Применив боевой навык, Хеккеран на всей скорости помчаться к Имине, но ту с угрызением совести задумался.

Мудро ли её защищать?

По сравнению с Арче и Робердиком, которые могут усилить магией, полезность Имины относительно мала. Нет ничего зазорного в том, чтобы ради больших шансов на выживание отказаться от всего, что мешает.

Однако...

Чёрт возьми!

Лидеру нельзя так поступать. Он почти предавал товарищей, но даже не замедлился. Эмоции затуманили рассудок.

Он хотел спасти Имину. Вот и всё.

Вдруг вспомнилось, как Имина лежит у него в постели. Он горько улыбнулся про себя, потому что в минуту смертельной опасности мог думать лишь о её лишённом форм теле.

Тем не менее... но влил в ноги ещё больше силы.

Это — сила мужчины, желавшего защитить свою женщину.

— В сторону!

От неожиданного рывка Хеккерана Имина застыла, что и позволило мужчине оттолкнуть её до того, как скелет дотянется.

Услышав сдавленный вскрик, Хеккеран понял, что сейчас Аинз выбирает, кого атаковать первым — человека, что появился перед глазами, или ту, что ушла из-под удара.

— Иди ко мне, идиот! — выкрикнул он и применил боевой навык.

Прежде всего, он использовал «Снятие лимита». Придётся за это заплатить, но количество боевых навыков, которые он мог использовать одновременно, возросло. Следующая техника заставила чувствовать себя так, словно что-то внутри сломалось, «Притупление боли». Затем были «Физическое ускорение», «Железный кулак» и усиленный «Удар двух клинков».

Его сильнейшая атака.

Два меча засветились.

Лидер Дальновидности поставил на то, что за их предыдущую схватку Аинз привык к его атакам, а потому внезапное увеличение скорости собьёт его с толку, и ему будет труднее уклониться. Хеккеран закончит битву одним ударом.

Аинз даже не среагировал.

Попался!

Представив, как мечи уже врезаются в беззащитный череп, он не почувствовал, как сталь режет кость.

Невосприимчивость к режущим ударам?

На работе он уже сталкивался с подобным.

Скелет невосприимчив как к режущим, так и к колющим ударам? Что он за монстр такой?

Запаниковав, Хеккеран попытался отступить, но почувствовал у лба леденящий холод. Казалось, словно его зажали в тиски. Он хотел убежать, но не мог пошевелиться.

— Хеккеран!

— Имина, он неуязвим к режущим ударам!

Мужчина попытался унять резкую боль и рассказать друзьям о том, что узнал. Его схватили за голову и подняли. Он вонзил клинки в руку Аинза, но хватка не ослабла.

— Неправильно. Колющие, режущие, дробящие — все ваши слабые удары даже царапины на мне не оставят.

— Н... невозможно! Это ложь! Так нечестно!

— Он врёт! Будь это правдой, он не дрался бы с нами. У него должна быть какая-то слабость!

— Мы не поведёмся!

— Поистине печально, когда вы не верите в истину, которая прямо перед глазами. Я считал, что по битве и разговору вы поймёте, что являетесь не более чем полезными испытуемыми. Эта наша небольшая стычка дала вам надежду, что сможете победить? Учтите, что моя милость к вам — это ад, который сейчас настанет.

— Что это за милость такая? Кусок дерьма, чёртов ублюдок, отпусти Хеккерана! — выкрикнула Имина и одновременно выпустила стрелы.

Однако Аинз стоял неподвижно, а боль в голове Хеккерана не ослабевала.

— Правда хочешь по мне попасть? Можешь ведь задеть этого человека.

Хеккерана охватил ужас того, что в любую секунду костяная рука может раздавить ему голову. Он вырывался, но Аинз не сдвинулся ни на миллиметр. Хеккеран словно бил по стальной балке — единственный, кто пострадал, это он сам.

— Больно? Не волнуйся. Я не убью тебя таким образом. Жалкий мелкий вор не заслуживает милосердия, «Паралич».

Тело застыло.

— Хм, раз я применил «Паралич», то, наверное, «Касание нежити» активировал зря.

Хеккеран слышал слова, но не понимал их.

Свистела тетива лука Имины, она продолжала посылать непрерывный поток стрел, но единственным результатом был тихий смех.

— Интересно, как далеко вы зайдёте?.. Впрочем, трепыхайтесь, сколько хотите. Это только усугубит ваше страдание.

Бегите.

Но рот Хеккерана не двигался, пусть он и хотел, не мог прокричать это слово.

От этого противника так просто не уйти. Но сражение — ещё большая глупость. В особенности это верно, когда авангард побеждён.

— Кого бы выбрать следующим? Разумеется, можете нападать все вместе, но так слишком скучно, нет?

Имина посмотрела на лежащего на полу Колизея Хеккерана.

Он не умер, просто выглядел мёртвым. Она не спасёт его из когтей отрицающего логику монстра, известного как Аинз Оал Гоун. Но тем не менее...

— Дурак! По здравому смыслу ты должен был бросить меня! Идиот! — Она разозлилась. — Дурак, дурак, дурак! Болван!

— Оскорбляя человека, который галантно рискнул собой, чтобы защитить товарища, вы ещё сильнее расстраиваете меня.

Подобное заявление показывало полное непонимание чувств Имины. Впрочем, враг — монстр. Пытаться заставить его понять человеческие эмоции бесполезно.

— Я знаю, знаю, что ты великолепный лидер, которого я не заслуживаю! — Она вдохнула. — Но всё равно ты дурак! Повёлся на свои эмоции!

— Что?.. — раздался резкий голос, но Имина не обращала внимания.

Она пыталась подавить чувства женщины, хотевшей спасти своего мужчину.

Нужно бросить Хеккерана, сбежать и рассказать об этих руинах внешнему миру, об обитающем здесь чудовище. А также собрать команду для его уничтожения.

Демоны-боги...

Двести лет назад Демонические короли, опустошившие континент, были, вероятно, подобными существами.

Казалось, словно мифы стали реальностью. Конечно, такого не могло произойти, но глубоко внутри в душе она мечтала, чтобы это оказалось сном.

Мифы, да? Звучит немыслимо. Это герои должны сражаться с таким монстром...

И тут кое-что пришло ей на ум.

Верно. С Демонами-богами дрались Тринадцать героев. Тогда единственный, кто может сражаться с Аинзом, тоже герой.

— Отпусти Хеккерана! Если мы не возвратимся в назначенное время, в этот склеп прорвутся сильнейшие люди в мире! Если мы вернёмся невредимыми, вы сможете использовать нас для переговоров!

— Что, опять ложь? — Аинз тихо вздохнул. У Имины на лбу выступил пот.

— Нет, я не вру.

— Альбедо. На поверхности есть кто-то, кого можно считать сильным?

— Никого, она врёт.

— Нет! — прокричала девушка позади Имины. — Там искатель приключений адамантового ранга Момон из Тьмы! Он величайший воин! Он сильнее тебя!

Альбедо впервые выглядела обеспокоенной. Она посмотрела на Аинза и, опустив голову, в панике сказала:

— М-мои извинения! П-пожалуйста, простите, его я пропустила!

— М-м... а, да, я даже не заметил, Альбедо. Момон из Тьмы, хм... Забудь, это не важно. Он не сможет меня победить.

До сих пор он вёл себя как король демонов, но когда двинул плечом, показалось, что он что-то скрывает. Но никто не мог сказать, что именно.

— Момон силён! Сильнее тебя!

— А, это едва ли хорошие основания для переговоров, сдайтесь, — лениво махнул рукой Аинз, закрывая эту тему. — Ну что, продолжим?

Время праздной беседы закончилось.

— Арче! Беги! — крикнул Робердик.

— Да, беги, — согласилась Имина.

— Посмотри вверх! Мы наверняка снаружи! Ты сможешь улететь! Беги, даже если только одна! Мы попытаемся выиграть время, может, минуту, нет, десять секунд!

— Интересная мысль. Аура, открой выход. Поиграем. — Аинз указал в сторону, с которой Робердик и остальные пришли.

— Поняла. — Тёмный эльф вскочил, его ботинки засветились, и исчез.

— Аура пошла открывать ворота. Иди, убегай. Брось товарищей. Кто там из вас хотел бежать. — Аинз протянул руку.

Костяное лицо не выражало никаких эмоций, но по этому жесту всё было понятно. Имей он плоть, губы растянулись бы в злой улыбке, выражающей, что он с нетерпением ждёт боя с этими товарищами.

Работники отличались от искателей приключений. Они формировали команды на основе силы денег и полезных отношений, и в подобных обстоятельствах большинство кинулось бы бежать. Однако Дальновидность от них отличалась.

— Арче, сейчас же!

— Да, беги, — Имина улыбнулась. — У тебя ведь остались сёстры. Оставь нас и беги. Ты должна это сделать!

— Как я могу! Я во всём виновата!

Видя, что Аинз пока не собирается нападать, Робердик подошёл к девушке и вложил ей в руки небольшой кожаный мешочек.

— Всё будет хорошо. Мы изобьём монстра Аинза и пойдём за тобой.

— И тогда ты купишь нам выпить. — Имина тоже отдала ей небольшой мешочек.

— Иди. Используй деньги, которые я оставил на постоялом дворе.

— Мои тоже.

— Я сохраню их до тех пор. Хорошо, я пойду.

Разумеется, они трое не верили в то, что говорили.

Имина и Робердик даже не надеялись победить существо по имени Аинз. Арче понимала, что это их последнее прощание. Она захлёбывалась от слёз, когда произносила заклинание.

— В небе монстры, которые могут тебя поймать...

— «Полёт»! — Игнорируя предупреждение Аинза, Арче воспарила в воздух. Последний раз посмотрев на друзей, она улетела, не говоря ни слова.

— А, вон оно как. Это менее утомительно, чем бежать, — небрежно обронил Аинз. — Однако замечательно, что вы приняли решение, не сражаясь друг с другом. Я думал, что увижу здесь ваше отвратительное истинное «я».

— Ты никогда не поймёшь. Это потому что мы товарищи.

— Верно. Умереть за товарища — не плохо...

— Друзья, о которых ты говорил, были твоими товарищами? — вдруг догадалась Имина.

— Да!

— Должно быть, твои товарищи были выдающимися личностями? Наши отношения близки к вашим.

— Верно. — Злоба исчезла, как будто её и не было, Аинз тихо продолжил: — Нет большей любви, чем отдать жизнь за друзей, это написано в Евангелии от Марка.

— Ничего, если мы умрём. Но ради уз, что мы разделяем, уз, что ты разделяешь со своими исключительными товарищами, пожалуйста, отпусти её.

— Хм... — Аинз колебался несколько секунд, но покачал головой. — Ворам не будет пощады. Всё, что вас ждёт, — это страдание, страдание и снова страдание, затем — смерть. Но ради жизней, которые вы готовы отдать за товарища, я позволил вам попрощаться. Шалти, — крикнул Аинз в сторону ВИП-зоны, беспечно повернувшись к ним спиной. Впрочем, его бы никто не ранил, и вёл он себя соответствующе.

Такова реальность. Ни одна из атак не сработает. Имина и Робердик ничем не смогут поранить монстра. Потому они могли лишь молча наблюдать. Так по крайней мере у Арче будет больше времени, чтобы сбежать.

Козырей не осталось, но нужно его задержать. Имина и Робердик переглянулись и кивнули.

Тем временем с ВИП-мест раздался женский голос.

Человеческая девочка с платиновыми волосами просто чарующей красоты, притягивающая к себе внимание.

Вдруг красавица перевела взгляд на них двоих. Её глаза горели алым. У Имины словно сжалось сердце. У Робердика тоже, он схватился за грудь, тяжело дыша.

Даже когда девочка отвела взгляд, Имина не могла свободно двигаться.

— Шалти, научи того ребёнка, что такое ужас. Покажи ей, какая лежит пропасть между проблеском надежды сбежать, за который она цепляется, и неизбежной реальностью, что ждёт всех, кто осмелился вторгнуться в Великий Склеп Назарика. Но после этого не причиняй ей никакой боли, убей с самой глубокой и искренней милостью.

— Вас поняла, владыка Аинз, — улыбнулась девочка, Шалти.

Однако когда Имина увидела эту улыбку, по спине прошёл холодок. Инстинкт говорил ей, что это монстр, завёрнутый в очень красивую шкуру.

— Наслаждайся охотой.

— Разумеется, — низко поклонилась Шалти и пошла вперёд.

Каждый её шаг приближал гибель Арче, но Имина ничего не могла сделать. Она и Робердик не могли шевельнуться.

Шалти прошла мимо, словно не замечая их. Наверное, Имина и Робердик могла бы её нагнать, если бы тут же побежали, но она казалась такой далёкой.

— Что? Всё равно не идёте? Если есть время поговорить, есть время и подраться... Как неожиданно достойно с вашей стороны.

Аинз не смотрел на них свысока, он искренне так считал. Боевой дух Имины несколько восстановился.

— Постойте! У меня вопрос! Где вы тут видите милосердие?

— Священник... Хорошо, я скажу. В моём Назарике смерть без страданий — достаточное милосердие.

Наступила тишина. Дальше они будут говорить не словами, но оружием.

— Вперёд, Роб!

— Да! Ора-а-а! — издав нехарактерный боевой клич, Робердик кинулся с булавой на скелета. Посчитав, что тот не станет уклоняться, мужчина вложил в удар все свои силы.

Но Аинз даже не шелохнулся, чего и следовало ожидать. Затем Робердик протянул ладонь:

— «Лечение средних ран»!

Магия лечения должна навредить нежити. Однако, как и ранее магический удар Арче, магия словно врезалась в невидимую стену и исчезла.

— Ар-р-р! — выкрикнула Имина, натянув тетиву.

Рядом с монстром находился Робердик, но стреляла она довольно метко. Впрочем, с такого расстояния никто не промазал бы.

Стрелы попали по цели, но, не причинив никакого вреда, попадали на пол.

Аинз исчез.

Тактика была та же, что ранее.

— Телепортация!

— Не совсем, — сзади раздался голос, как и ожидалось.

— И... — Робердик не договорил, рука Аинза опустилась на плечо Имины.

В жесте не было никаких признаков злости.

Но эффект не заставил себя ждать. Потеряв все силы, она рухнула на пол. Она осталась в сознании, но тело ощущалось как лужа неподвижной неодушевлённой слизи.

— Что ты с ней сделал? — дрогнувшим голосом спросил Робердик, переведя взгляд с Имины на стоящего возле неё Аинза.

— Что тут такого удивительного? Ничего особого, — решил объяснить Аинз так, чтобы сломать дух Робердика. — Почти то же самое, что ранее. Беззвучно применив «Остановку времени», я подошёл сюда и, как с тем мужчиной, просто дотронулся до неё «Касанием нежити».

Робердик сглотнул, что показалось в наступившей тишине особенно громко.

— Остановить время...

— Да. Меры против остановки времени очень важны, разве ты не знал? После семидесятого уровня о них никогда нельзя забывать. А, в общем-то, ты тут умрёшь, в твоём случае это больше академические знания.

Робердик заскрежетал зубами.

Он врёт. Если бы только можно было это сказать. Если можно было отвергнуть всё, что говорит это монстр, бог. Было бы лучше упасть на колени и закрыть уши, чтобы не слушать.

Аинз очень силён, но остановки времени не должно существовать в этом мире.

Ход времени неподконтролен человеку. Как же тогда противостоять врагу, который на это способен? Срубить лес мечом и то будет легче.

Аинз Оал Гоун. Это создание человеческая раса никогда не победит.

Сжав покрепче оружие...

...он ощутил лёгкий толчок в плечо.

— А...

Тело перестало двигаться. Ему не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто это сделал. Аинз Оал Гоун — богоподобное существо, управляющее течением времени, — до этого стоявший перед Робердиком. Когда же он успел исчезнуть?

От пронизывающего до костей холода показалось, что он превратился в ледяную скульптуру.

— Всё бесполезно, правда? — спокойно сказал Аинз даже без намёка на злость.

Из ослабевших рук выпала булава...

Затем Робердику, потерявшему волю к сражению, Аинз прошептал:

— Что ж, вы напрасно старались. Я даже не вспотел.

Совершенно бесполезно. Всеми тактиками и трюками, которые он пытался воплотить, Робердик даже не поцарапал Аинза.

Полностью побеждённый человек посмотрел Аинзу в пустые глазницы и спокойно сказал:

— Хочу спросить. Что с нами будет?

— Хм? Думаешь, раз заклинатель веры, с тобой поступят иначе, чем с остальными? — спросил Аинз. — Что ж, Аура, отнеси тех двоих в Большую пещеру. Гасёкукотю говорил, что у него заканчиваются гнёзда.

Уши тёмного эльфа дёрнулись, с изумлением он сказал:

— В-владыка Аинз! Мар! Могу я вместо себя отправить Мара?

— Хм? Мне без разницы.

— Хорошо! Вместо меня пойдёт Мар!

— За это хочу извиниться. Их там ждёт незавидная судьба. Ну а ты... Маг, которую я послал в погоню, тоже относится к заклинателям веры, но она верит в совершенно иных богов. Я даже понятия не имею, что собой представляют Четыре бога, которым вы поклоняетесь. А потому мне нужны подробности. Четыре бога, Шесть богов... это всего лишь названия профессий, как Бог огня или Бог земли, я прав?

— Не знаю.

— Понятно... Значит, они не высшие существа, обладающие загадочной силой. Они не более чем великие люди прошлого, которых обожествили...

— Невозможно?!

— Послушай. Это лишь моя теория. Ты одалживаешь силу богов, чтобы работала магия, но могут ли мёртвые люди давать её тебе? Вернее, что такое боги? Существуют ли они вообще? Ты правда используешь силу богов?

— Что ты пытаешься сказать?..

— Ты когда-нибудь видел своего бога?

— Мой бог всегда рядом со мной!

— Значит, ты никогда его не видел?

— Нет! Когда мы используем наши заклинания, то чувствуем присутствие могучего существа. Это наш бог!

— А кто сказал, что это бог? Сам бог? Или кто-то, использующий другую силу?

Робердик вспомнил теоретические дебаты, в которых когда-то участвовал. На вопрос Аинза не было однозначного ответа. Священники до сих пор горячо спорили, является ли это доказательством существования бога.

Когда Робердик собирался ответить, Аинз продолжил:

— Ладно, предположим, что существа высшего порядка, которых мы ради удобства зовём богами, есть на самом деле. Значит ли это, что они изначально бесцветные сущности? Проще говоря, они — средоточия силы. А приобретают цвет и меняются тогда, когда из них вытягивают силу... Что ж, в мире с магическими законами могут быть и они, мне просто хотелось с кем-то об этом поговорить. Будет не смешно, если боги в самом деле существуют.

— ...

— Мои извинения. Я отклонился от темы. Не думаю, что мы сможем что-то узнать о силе бога, в которого ты веришь... Хочешь поучаствовать в эксперименте?

— Эксперименте?

— Да. Например, мы можем поправить твои воспоминания, чтобы начал верить в другого бога. Что тогда произойдёт?

Он безумец. Это была самая искренняя мысль Робердика. Нет, он нежить. Что бы он ни делал, не следует удивляться.

Аинз сделал шаг назад, с большим интересом разглядывая Робердика. Подобным взглядом учёным изучает лабораторное животное. Робердика затошнило.

— Почему, почему ты хочешь это сделать?

— Чтобы доказать, что бог существует... а, ладно. Если честно, я хочу стать сильнее, изучив природу этой силы. И если существа, которых вы зовёте богами, есть на самом деле, я хочу узнать, обладают ли они эмоциями или мыслями. Себя же я никогда не считал избранным. По правде, есть много таких, как я.

Робердик понятия не имел, о чём говорит Аинз.

— Поэтому увеличение военной мощи очень важно. Конечно, врагов может и не быть, или же никто из них не будет столь силён, как мы. Но разве ты не считаешь, что лидеру организации не следует быть небрежным? В конце концов, если мы будем почивать на лаврах, у нас наверняка выбьют почву из-под ног, когда мы этого будем меньше всего ожидать. Подтверждение существования богов — часть этой стратегии. — Аинз пожал плечами, закончив.

Часть 2

Арче тяжело дышала.

Каждый раз, когда ветер колыхал траву, всё тело дрожало. Она, как маленький зверёк, в страхе смотрела по сторонам.

Вокруг был тёмный лес. Листва ближайших деревьев практически не давала свету добраться до земли.

Обычно в таких условиях человеку было бы трудно отыскать направление, однако Арче вместо освещения использовала «Тёмновидение», благодаря которому было светло как днём.

Но всё равно приходилось сильно сосредотачиваться, чтобы осматривать заросли и стволы деревьев, за которыми могут прятаться враги, и прислушиваться к скрипу веток, которые качаются на ветру.

Арче, арканист, не смогла бы победить монстра в одиночку. Обычно ей помогали товарищи, но никого, кто бы мог помочь, прикрыть её или излечить, не было.

А значит, всё, что остаётся — высматривать признаки приближения врага, держаться на расстоянии и убегать. Она была на пределе, потому что остро осознавала этот факт, что подорвало силу духа ещё больше.

Она планировала выбраться наружу и убежать «Полётом». Но подлетев выше деревьев, девушка заметила в небе гигантское летающее создание, которое будто что-то искало, и отказалась от этой затеи.

Увидев гигантскую летучую мышь, она не нашла в себе смелости попробовать потягаться с ней в скорости. К тому же «Невидимость» не могла обмануть особый орган чувств летучей мыши. Убедившись, что рядом опасности нет, Арче снова подлетела на скорости улитки.

Требовалось внимательно следить за окружением, потому она двигалась так медленно, как могла. Полети она во весь дух, и не сможет среагировать достаточно быстро, даже если не снизит бдительность и заметит угрозу. По сути она прыгнет в пасть преследовавших её монстров.

Со временем Арче почувствовала, как окружавший её слой магической энергии истончился — заклинание полёта вот-вот закончится.

Она медленно опустилась на землю.

Теперь вопрос, что делать? Можно снова применить «Полёт», магической силы осталось достаточно. Но «Тёмновидение» — тоже необходимое заклинание, а ещё требуется сохранять силы на защитные заклинания в случае боя.

«Полёт» — заклинание третьего ранга и одно из самых высокоуровневых, которые знала девушка. А значит, оно и самое выматывающее. По возможности она не хотела его использовать.

Она не знала, сколько времени потребуется, чтобы выбраться из леса без заклинаний, снимающих усталость. А без способности летать девушка не могла даже подтвердить своё местоположение.

По пути сюда Арче время от времени взлетала выше деревьев и ориентировалась по большому дереву возле Колизея. Если она останется в лесу, то не увидит ориентир, а вскарабкаться на какое-нибудь дерево она не смогла бы.

— Где бы отдохнуть... — прошептала про себя Арче.

Если она поспит и восстановит запас магической силы, то сможет применять «Полёт» более часто, а двигаться под солнцем будет безопаснее. В особенности это верно для леса, где монстры предпочитают вылезать ночью.

Возможно, было бы лучше где-нибудь свернуться и денёк отдохнуть, а не загонять себя в тёмном лесу.

Но Арче понятия не имела, где безопасно.

Имина бы знала, а с Робердиком или Хеккераном можно отдохнуть и в опасных местах. Однако надёжных товарищей рядом нет.

— Имина, Робердик... — Арче прислонилась к огромному дереву и подумала о товарищах. — Лгуны.

Прошло столько времени, а они так и не объявились.

Как и следовало ожидать, убежать они не сумели.

Нет, это она знала с самого начала. Сущность, известную как Аинз, победить невозможно. Но глупа ли она оттого, что держалась за слабую надежду увидеть их снова?

Арче села на землю спиной к дереву и закрыла глаза. Девушка знала, что это опасно, но глаза слипались от усталости.

В мыслях возникло воспоминание о троих товарищах, и она с силой зажмурилась.

Дерево так хорошо холодило голову. Отдохнув немного, она поняла, насколько сильно утомилась. Стресс превратился в эмоциональное истощение, которое становилось всё сильнее.

— Ха-а-а-а... — она выдохнула, как вдруг распахнула глаза.

«Тёмновидение» окрашивало ночь в яркие цвета, но она не могла объяснить, что предстало перед ней.

Кто-то смотрел на Арче.

А она словно замерла от вида прекрасной девочки.

Бархатно-мягкое бальное платье, окрашенное в самый тёмный оттенок чёрного, — наряд, который меньше всего подходит для похода в лес. Кожа бледна, как воск. Одной рукой гладит длинные платиновые волосы, которые, казалось, вот-вот заденут лицо заклинательницы.

Арче была дочерью дворянина, но никогда не видела столь красивых девушек. На балу мужчины летели бы на неё как бабочки на огонь. Алые глаза просто очаровывали, словно вытягивая душу Арче.

Но заклинательница быстро пришла в чувство. В подобном месте встретить красавицу невозможно, особенно если она стоит на стволе дерева параллельно земле, совершенно игнорируя силу тяжести.

Было очевидно, что это посланный Аинзом преследователь. Тем не менее нельзя исключать, что это может оказаться лесной житель.

— Нашла.

Надежда на побег полностью разбилась.

— Преследователь.

Арче отпрыгнула, нацеливаясь на девочку посохом. Та равнодушно спустилась с дерева на землю.

— Убегай, иначе скучно будет.

— Если я сокрушу тебя здесь, то сбежать будет безопаснее, — проговорила Арче, но в душе горько улыбнулась. Она никогда не победит того, кого послал Аинз — существо, на котором не работает здравый смысл. Она это знала, но хотела оценить реакцию врага.

— Тогда поиграть подольше не удастся.

Похоже, она полностью поняла разницу в силе между собой и заклинательницей. А значит, если примется за Арче всерьёз, то заклинательнице не выстоять.

— «Полёт»! — Арче кинулась убегать. От неспешного полёта, который она демонстрировала ранее, не осталось и следа. Одним быстрым движением она поднялась и, прикрывая лицо руками, проскользнула через ветви и взмыла в воздух.

Арче посмотрела по сторонам в ночном небе, выискивая похожего на летучую мышь монстра. Но, похоже, его нигде не было. Так что оставалось только улетать.

— Да-да, так держать, так держать! — раздался красивый голос.

Сердце забилось сильнее. Отчаянно оглядываясь, Арче пыталась увидеть, откуда он идёт.

Он звучал спереди и вверху.

Когда заклинательница повернулась... там находилась та девочка.

— «Удар молнии»!

Из посоха вырвалась голубовато-белая молния, осветив всё вокруг. Это было сильнейшее атакующее заклятие Арче. Оно попало по девочке, но улыбка с её лица не сошла.

Арче уверилась в том, что это существо не уступает Аинзу. Девочка весело заговорила:

— «Придите, мои фамильяры».

У девочки за спиной раскрылись огромные крылья. По форме как у летучей мыши, но намного, намного крупнее. Огромная летучая мышь словно вылетела из тела красавицы. И, разумеется, существо с горящими алым глазами не будет простым.

Гигантская летучая мышь резво махала крыльями. Парящая рядом с ней девочка улыбнулась, и на миг показалось, что она намного старше, чем выглядит. Арче похолодела.

— Ну, продолжай убегать!

Арче полетела.

Полетела со всей своей силой.

Она опустилась в лес, чтобы уйти от преследователей, ветви царапали кожу.

Поскольку товарищи пожертвовали собой, чтобы она сбежала, нужно выбраться отсюда любой ценой.

Кто знает, как долго она улетала, но вдруг столкнулась с отчаянием.

Стена.

Перед ней оказалась невидимая стена.

Мир простирался за её пределы, но заклинательницу не пускала стена. Арче парила в двухстах мерах над землёй, и стена возвышалась аж досюда.

— Невозможно... — в отчаянии прошептала заклинательница. Она полетела, коснувшись левой рукой преграды. Но... стена, стена, стена, стена, всё ещё стена.

Куда бы она ни летела, на пути оказывалось что-то твёрдое.

— Что это?! — про себя спросила она.

— Стена, разумеется, — ей ответили.

Арче обернулась, догадываясь, кого увидит.

Предыдущая девочка. Но рядом с ней летело уже три гигантских летучих мыши.

— Похоже, у тебя сложилось неправильное впечатление. Это шестой этаж Великого Склепа Назарика. То есть ты под землёй.

— Это? — Арче обвела взглядом мир. Небо, звёзды, нежный ветерок, лес, что простирается насколько видит глаз. Она не предполагала, что находится под землёй, но с этими монстрами всё возможно.

— Одно время этим местом правило сорок одно Высшее существо, наши величайшие создатели. Это место сотворили они, и даже мы не понимаем всего из этого.

— Они создали мир? Это делает их богами...

— Верно. Для нас они боги. Боги во главе с владыкой Аинзом.

Арче осмотрелась.

Придётся смириться. Как ни смотри, но после пережитого она могла лишь смириться.

Живой она не вернётся.

— Больше не убегаешь?

— А возможно ли это?

— Разумеется нет. Никто и не собирался тебя отпускать.

— Вот как?..

Арче крепко обхватила посох обеими руками и направила на девочку. Заклинания она больше применять не могла, так как закончились магические силы. Но даже в безнадёжном положении она будет выкладываться на полную до самого конца. Это — долг Арче, единственной выжившей из Дальновидности.

— Ага, ты сделала всё, что могла, — почти скучающе ответила девочка. — Что ж, твоя грустная попытка побега здесь заканчивается... Жаль, что я не могу увидеть, как ты плачешь.

Девочка легко ухватилась за посох одной рукой и дёрнула на себя. Арче потеряла равновесие и угодила в руки девочки. Они оказались в объятиях в воздухе.

В этом положении девочка уткнулась лицом в шею Арче. Та пыталась вырываться, но девочка прилипла словно клей, который не стряхнуть. Она горячо вдохнула у шеи Арче, та задрожала.

— М-м, запах пота...

Невозможность держать себя в чистоте — неотъемлемая часть жизни работника. Что справедливо и для искателей приключений, путешественников и всех, кто проводил время в пути. Впрочем, даже если они грязные, ответ всегда будет: «Ну и что?»

Но ей было стыдно услышать это от более красивой девочки, которая к тому же выглядит моложе.

Девочка отодвинулась от шеи Арче. Вглядевшись в эти алые глаза, заклинательница почувствовала отвращение. В них горела жажда женского тела — то же плотское желание, которое мужчины проявляют к женщинам.

— Не волнуйся. Ты умрёшь, не испытывая никаких страданий. Будь благодарна за милость владыки Аинза.

— !..

Арче хотела ответить, но смогла лишь изумиться — изумиться тем, что её тело было обездвижено. Будто те алые глаза украли её душу.

Наконец заклинательница осознала, кто эта девочка. Она не человек, а вампир.

— Ну что ж... — Лицо девочки приблизилось к Арче, язык слегка облизнул её щёку. — Солёная...

Девочка рассмеялась, душу Арче захлестнуло отчаяние.

Это только усилило смех.

Губы раскололись до ушей. Глаза покраснели полностью, а не только радужная оболочка.

С треском она открыла рот. То, что недавно было аккуратными жемчужно-белыми зубами, теперь стало напоминать медицинские шприцы, расположенные в несколько рядов как у акулы. Её похотливый голос был полон непристойных оттенков, из уголков рта сочилась прозрачная слюна.

И тогда ужас объял Арче полностью.

— Аха-ха-ха-ха!

Перед смеющемся монстром, от которого несло кровью, разум Арче не выдержал.

Последнее, что возникло в мыслях, — лица двух ждущих её сестрёнок.

— О-о-о-о? Уже потеряла сознание?.. Тогда нет необходимости вырубать тебя магией. Спокойно прими смерть во сне.

Часть 3

Поручив зачистку другим, Аинз сел на трон и посмотрел на экран. Он просматривал данные Назарика, больше всего внимания уделив уменьшению средств, которое оказалось минимальным. В большинстве своём, благодаря тому что не активировались ловушки, на которые нужно много денег. В общем-то, сегодняшний эксперимент можно считать более чем успешным.

Аинз улыбнулся — разумеется, на черепе никакой улыбки не показалось — Альбедо, напряжённо ждущей его оценки, и похвалил:

— Великолепно. Хотя нарушители в этот раз были чересчур хрупкими, в этом мире они считались грозной силой. А ты смогла всё провернуть, сократив расходы до минимума. Похоже, доверяя тебе защиту Назарика, впредь я всецело могу быть спокоен.

— Моя глубочайшая благодарность, — низко поклонилась Альбедо, вздохнув с облегчением. — Кстати, владыка Аинз, вы успеваете по времени?

— Разумеется. Я слышал от Актёра Пандоры, что искатели приключений решили подождать ещё день или пока что-то не изменится в руинах, прежде чем уходить.

Когда никто из работников не вернулся даже утром, среди искателей приключений возникла паника, и они поспешно доложили Момону — Актёру Пандоры, — который предложил подождать ещё день. Обычно когда случается что-то непредвиденное лучше всего отступить в безопасное место и ещё раз оценить обстановку. Однако в присутствии команды адамантового ранга все решили поступить иначе.

— В таком случае не могли бы вы уделить мне немного времени? По правде говоря, у меня есть предложение, которое, я надеюсь, вы любезно выслушаете.

— В чём дело, Альбедо? Можешь немного подождать?.. — перепроверив через монитор, как обстоят дела с Хамскэ и людоящерами, Аинз повернулся к Альбедо. — Хорошо, ты хочешь что-то предложить?

— Да, — Альбедо осмотрелась, — в разговоре с глупцами были упомянуты Высшие существа, какой приоритет в их поиске?

— Высший. Принимай любые необходимые меры, если они не нанесут вреда Великому Склепу Назарика или не разоблачат нас в процессе, — без задержки ответил Аинз.

— Хорошо, поняла. В таком случае прошу, позвольте мне организовать под своим началом поисковый отряд.

— Что именно ты предлагаешь? — невольно холодно спросил Аинз, заметив при этом внутри себя тёмные эмоции.

Было несколько возможностей начать поиск друзей, но каждый раз планы срывались по самым разным причинам, например из-за нехватки рабочей силы или информации.

Аинз успокоится только тогда, когда обыщет каждый уголок мира. Но он не хотел убедиться в том, что единственный попал в этот мир, ему было легче цепляться за надежду, что если он прославится достаточно сильно, товарищи со временем его найдут.

— Мы быстро поняли, что те глупцы врали, но в будущем могут быть случаи, когда трудно отделить ложь от истины. Поэтому я считаю, что для нас важно создать отряд, который будет проверять достоверность информации и заниматься поиском Высших существ. Мне будет легче расследовать всё заранее, а потом доложить о результатах вам, владыка.

Дотронувшись рукой до подбородка, Аинз задумался, вспоминая разговор с работниками. Он почувствовал не гнев, а пустоту. Нет ничего невыносимее, чем танцевать между надеждой и отчаянием. Он, как глава организации, должен отринуть эмоции и принимать решение, чтобы двигаться вперёд каждый раз, когда наступает решающий момент. Даже если это небольшой шаг.

— Альбедо, это ведь не должна обязательно быть ты? Я надеялся, что ты останешься здесь, чтобы управлять для меня Назариком. Ну а поиском информации... могут заняться и Мар с Аурой. Ведь тёмные эльфы существуют и во внешнем мире.

— Это так, но я беспокоюсь, что они могут «обезуметь». Например, если Шалти услышит что-то о господине Пэроронтино, то кинется на его поиски сломя голову. Я не уверена, как поступят Аура и Мар, если что-то узнают о госпоже Букубуку Чагаме.

— Понятно... — подумав о Шалти, Аинз криво улыбнулся. — Да, она так и поступит.

— Вот почему я надеюсь, что вы разрешите мне сформировать собственный отряд.

— Если найдётся информация о Табуле, не «обезумеешь» ли ты?

— Будьте спокойны. Я, Смотрительница Стражей Назарика, никогда себя так не поведу. Обещаю.

— Понятно...

Да, такая как Альбедо, одновременно способная и мудрая, не станет действовать эмоционально. Конечно, иногда она делала глупости, но в отсутствие Аинза управляла Назариком безукоризненно, она заслуживает того, чтобы ей доверять.

— Демиург тоже подошёл бы для этого задания, но он и так уже загружен. Полагаю, не следует добавлять ему ещё и задачу по поиску Высших существ.

— В этом есть смысл. А что насчёт Актёра Пандоры?

— Хороший выбор. Прошу, позвольте сделать его моим помощником.

— Да, в Назарике вы двое одни из самых умных, так что вероятность совершить ошибку низка... Хотя есть ещё задача управления сокровищницей... Хорошо, когда потребуется, можешь брать его.

— Моя глубочайшая благодарность. Могу я добавить ещё несколько предложений?

Аинз поднял подбородок, позволяла Альбедо продолжить.

— На задачу по поиску Высших существ я хочу выбрать только способных личностей.

— Разумеется. Бери подчинённых самого высокого ранга.

— Моя глубочайшая благодарность. И ещё, владыка Аинз, не могли бы вы создать мне несколько помощников нежити? Они бы очень пригодились.

— Увы, мне придётся тебе отказать. Я могу сотворить девяностоуровневого помощника, но предпочёл бы этого не делать... — Используя особый навык, Аинз мог создать нежить — Властелина-мудреца и Жнеца Танатоса, — расплатившись за это очками опыта. Она сильнее любого НИП-наёмника, но Аинзу пока не хотелось использовать навыки, на которые тратятся очки опыта, ведь сейчас нет быстрого способа их восполнить, как было в Иггдрасиле. — Что ж, Альбедо, ты будешь отвечать за команду, помощником будет Актёр Пандоры. Остальных выбери из монстров.

— Поняла. И я хочу предложить ещё кое-что: если возможно, не могли бы мы держать создание этого отряда в секрете от остальных Стражей?

— Почему? Разве не лучше было бы получить помощь от других Стражей?

— Нет. Если будет утечка непроверенной информации, то Стражи или другие создания Высших существ могут захотеть пойти вместе с отрядом, чтобы проверить. А если это окажется ловушкой, все будут в опасности. Поскольку я специализируюсь на защите, то смогу уйти, но, боюсь, у остальных сбежать может не выйти.

— Хорошие доводы. Ладно, Альбедо, действуй, как считаешь нужным.

— Выражаю мою глубочайшую благодарность! Владыка Аинз! — низко поклонилась Альбедо, из-за чего её длинные волосы закрыли ей лицо.

— Тогда это дела я оставляю на тебя.

— К-конечно! Этот секретный специализированный отряд будет выполнять самый важный приказ. Мы не позволим вам сожалеть о своём решении.

Аинз в мыслях почесал голову, ответ Альбедо показался немного странным.

Ладно, чёрт с ним.

— Что ж, выбирай себе подчинённых. Бери недавно созданных, если им не даны другие задания. Сколько тебе необходимо восьмидесятиуровневых?

— Думаю, пятнадцати пока достаточно.

— А не слишком ли много?.. — задумался Аинз, но покачал головой. Поиск товарищей — важная задача, на которой не следует экономить. — А, ладно.

— И ещё одно. Мне можно взять командование над Рубедо?

— Нет, — тут же ответил Аинз.

Сильнейшая в Назарике, Рубедо. На ближней дистанции её боевой потенциал намного превосходил Себастьяна, Коцита и Альбедо. Шалти была слабее, учитывая, что даже Аинз во всей своей экипировке, скорее всего, проиграл бы.

Выиграть могли лишь те, кто находятся на восьмом этаже, и только если воспользуются предметами мирового класса.

— Эксперимент по активации Рубедо завершился успешно. Пока я не планирую её задействовать. Почему тебе нужен столь большой боевой потенциал?

— Я стесняюсь говорить...

— Но я всё же хотел бы услышать.

— Это редкий шанс создать сильнейшую команду.

— Ха-ха-ха-ха!

Объяснение было столь детским, но в то же время таким понятным, что Аинз расхохотался. Эмоции почти сразу же были подавлены, но лёгкое удовольствие осталось, словно рябь на воде.

— Владыка!

Аинз улыбнулся, выражение черепа не изменилось, и объяснил:

— Виноват, виноват, кхем. Просто было смешно. Хорошо, можешь командовать своей сестрёнкой.

— Правда?

— Конечно. Создай хорошую команду. Наверное, в будущем её можно будет использовать и для других заданий.

— Моя глубочайшая благодарность, владыка Аинз, — снова низко поклонилась Альбедо.

Хотя Аинз не видел её лица, он представил, что она, должно быть, как всегда слегка улыбается. Когда он уже собирался вернуться назад к мониторам, в Тронный зал вдруг вошла Энтома. Она с прямой спиной подошла к трону и опустилась на одно колено, склонив голову.

— Прошу, простите за вторжение.

— Ты по какому-то делу, Энтома? — резко спросила Альбедо, та, не вставая с колена, ответила «да» и сказала:

— Я пришла доложить, что уже время госпоже Ауре и господину Мару приступать к следующей части плана.

— Вот как?.. Подними голову.

Снова сказав короткое «да», Энтома выполнила приказ.

— Ещё осталось немного времени. Отправим их как положено. Телепатически связываться с ними грубо, так что, Энтома, это доставит тебе некоторое неудобство, но пойди и сообщи им двоим лично.

— Вас поняла.

Альбедо молча наблюдала, как горничная поднялась и ушла. Внимательно посмотрев на Аинза, она спросила:

— Владыка Аинз, вы недовольны? Им следовало назначить другую горничную, чтобы сюда пришла. Я сделаю им выговор.

— Зачем?

— Вы снова услышали голос той грубой девчонки...

— А, меня это не волнует. Тем более это ведь я позвал Энтому... Постой! Энтома!

— Да! Я что-то могу сделать для вас?

Горничная поспешила вернуться, но Аинз сделал жест, что можно ответить и с того места.

— Что стало с другими частями? Им нашли хорошее применение?

— Да. Голову отдали Демону шёлковой шляпы. Руки разделили между Смертниками. Господин Демиург взял кожу. Остальное отдали на банкет детям Гранта. В общем и целом, каждая часть была эффективно использована.

— Хорошо. Долг охотника — не дать испортиться добыче. Любой охотник поступил бы точно так же. Будем считать это поминальной службой.

— Как... благородно. Вы проявили такую доброту даже к грязным ворам, чего и следовало ожидать от Высшего существа. Если ваши слова услышат все из Назарика, они будут тронуты до слёз, — эмоционально сказала Альбедо, глаза Энтомы сияли. Аинз немного растерялся.

— Эм... ну, кхем... Это просто моё личное мнение, я ничего не хочу вам навязывать. Считайте это своеобразной формой этикета, предназначенной для того, чтобы ничего не пропадало даром.

— Вас поняли. В таком случае остальным мы тоже найдём лучшее применение!

Глядя, как две девушки поклонились, Аинзу показалось, что где-то что-то пошло не так, и он ответил кивком.

Часть 4

В министерстве магии было несколько залов заседаний, в которых часто принимали посетителей, и Флудер как раз направлялся к одному из них, самому роскошному. Его использовали лишь когда приезжал император или тот, кто стоит за ним.

Прежде чем входить, «Трёхискусник» проверил свой наряд.

Мантия была высшего класса, она подходила даже для торжественных императорских банкетов, духи на шее и рукавах приятно пахли.

Заклинателя не волновала ни политика, ни социальные вопросы. В сравнении с магическими исследованиями всё остальное — тривиально. Однако из-за своего положения приходилось обращать внимание на подобные пустяки.

Его достижения связаны с престижем Империи, хотя это не было сделано намеренно.

Замечательно.

Убедившись, что имеет безупречный вид, он постучал в дверь и вошёл.

В роскошной комнате находилось два искателя приключений. Воин в абсолютно чёрных доспехах, напоминающий рыцаря смерти, которого Флудер не так давно обследовал, и женщина, красота которой заставила на мгновение запнуться.

Значит, это Момон из Тьмы и «Красавица» Набель.

— Нижайше прошу прощения, что заставил вас так долго ждать. — Флудер аккуратно закрыл за собой дверь, как вдруг застыл от неожиданности. Как странно... Он уставился на девушку. — Не видно? — не сдержал удивления заклинатель.

Флудер мог посмотреть на ауру заклинателя и определить, на магию какого ранга тот способен. Это был его природный талант.

Он слышал, что «Красавица» Набель из Тьмы — арканист, но не смог увидеть вокруг неё никакой магии.

Заклинание против обнаружения?

Лишь к такому выводу он мог прийти, но возникал другой вопрос. Зачем кому-то защищать себя от изучения? Обычным искателям приключений это без надобности. Определить силу человека довольно трудно, потому лишь немногие утруждают себя тем, что принимают меры предосторожности. К тому же применять подобную защиту, когда встречаешься с кем-то, грубо.

Ну, я тоже повёл себя грубо, применив способность... Но почему они пытаются скрыть уровень своей силы?

Талант Флудера был довольно известен, значит это мера против него? Заклинатель не смог прийти к однозначному выводу.

— Простите, что-то не так? — обратился Момон к всё ещё удивлённому Флудеру.

— Хо-хо-хо, извините за грубость, — ответил заклинатель, при этом не отводя глаз от Набель.

— А, ладно. Давайте начинать.

Начинать что? Флудер хотел было спросить, но Момон ему не дал, продолжив говорить:

— Набель, думаю, пора снять кольцо.

Девушка выполнила просьбу, и в то же мгновение...

Флудеру показалось, что на него налетел шторм.

— Что?! — прокричал он, не задумываясь.

От заклинательницы хлынула подавляющая сила.

Впрочем, этот ураган существовал не на самом деле, его мог ощутить только Флудер или другой человек с похожими способностями.

Мага сильно затрясло, будто он попал под ледяной северный ветер.

— Н-невозможно...

Невозможно. Как такое может быть? Как может существовать кто-то сильнее него?

Но даже если он пытался отрицать это, его ещё никогда не подводили способности определять ранг заклинателей.

— Седьмой ранг... Нет, столь огромное количество энергии... Неужели это доказательство восьмого ранга?..

Это граничит с царством легенд.

Заклинатель потерял дар речи. Пятый ранг уже из царства героев, а шестого ранга кроме Флудера ещё никто не достиг. Но тут появился некто с более высоким рангом.

И к тому же молодая и красивая девушка.

Внешность не соответствует её возрасту?

Дрожа от потрясения, Флудер заметил, как Момон снял чёрную перчатку, а затем одно из колец.

— !..

Мир стал ярко-красным, начало уплывать сознание.

Перед глазами творилось немыслимое. Даже Флудер, проживший больше двухсот лет и достигший наивысшей вершины магии, достижимой для людей, не мог понять, что происходит.

— Что... что... как это возможно?

Флудер почувствовал, как по щёкам течёт что-то тёплое, но даже не пытался это вытереть. Вернее, у него не было на это сил. От потрясения в голове творился хаос.

Кто мог такое представить? Человек, которого прославляли как Тёмного Героя, на самом деле оказался заклинателем с уровнем, которого Флудеру никогда не достичь.

— Восьмой ранг, нет, девятый... нет!.. Что! О-о-о, Бог!

Огромная энергия, выпущенная тёмным воином Момоном, легко превзошла силу Набель, которая предположительно была восьмого ранга. Каковы же высоты магии, на которую способен Момон?

В мыслях Флудер ответил на этот вопрос:

Десятый ранг. Он есть в легендах, но ещё никто не предоставил доказательство его существования.

Заклинатель опустился на колени и со слезами на глазах заговорил:

— Я верю в бога, который правит магией. Но если вы не являетесь этим возвышенным существом, я немедленно откажусь от веры, ведь передо мной наконец предстал истинный Бог. — Спеша упасть ниц перед Аинзом, Флудер ударился головой о пол. Но возникшая боль была ничем по сравнению с радостью. — Я знаю, что непочтителен, но позвольте мне встать на колени! Прошу, просветите меня своим знанием! Я хочу заглянуть в бездну магии! Прошу! Пожалуйста!

— Что ты дашь взамен?

Для ста из ста человек голос звучал холодно, как лёд, но Флудер слышал сладкий шепот, успокаивающий сердце. Ядовитые нотки он заметил, но что с того?

Флудер ни мгновения не колебался, даже если это означало продать свою душу.

— Всё! Да, я отдам всё вашему величеству! Вы мастер бездны! Высшее существо!

— Отлично, пока ты готов отдать всё, мои знания станут твоими. Я исполню твоё желание.

— Ох! О-о-о-х-х-х! — Флудер плакал слезами радости, прижав голову к полу. Зависть, заморозившая сердце заклинателя, растаяла. Наконец через двести лет его желание могло сбыться.

Переполненный счастьем Флудер, не поднимая головы, пополз к ногам Момона и поцеловал их. Сперва он хотел облизать, но осознал, что богоподобный мастер может разозлиться, и пошёл на компромисс, руководствуясь крохотным остатком разума.

— Да будет так. Я принимаю твою верность.

— Хо-о-о! Я очень благодарен!.. Мой мастер!

— Ну а теперь я отдам первый приказ. Принеси жертвы моему господству...

♦ ♦ ♦

— Дедуля! Дедуля! В чём дело, дедуля?!

Вспоминавший тот случай, произошедший несколько дней назад, Флудер пришёл в себя, услышав, как кто-то его зовёт. Он всё ещё не оправился от потрясения, и если не сосредоточится, то его разум опять улетит в фантазии.

Заклинатель тут же вспомнил, где находится, и слегка кивнул обратившемуся к нему человеку.

— Простите за грубость, ваше величество, я задумался.

Перед «Трёхискусником» сидел единственный человек, который мог называть его дедулей, император Империи Багарут, Зиркниф Рун Фэрод эль Никс. Они находились в императорском кабинете.

В этой комнате редко собиралось много народу. Сейчас тут присутствовали император Зиркниф, которого сопровождали четыре телохранителя. Сильнейший заклинатель Империи, Флудер Парадин. Надёжные десять министров, способные помочь правителю, хоть император и славился своим умом. А также один из четырёх имперских рыцарей, «Молния» Базивуд Пэшмэл.

Они все сидели на отведённых им местах, и до недавнего времени обсуждали будущее Империи. Вокруг были разбросаны листы бумаги, настолько напряжённой стала встреча.

Тоном, которым бы никто не посмел заговорить с Флудером, молодой человек, Кровавый император, сказал:

— Не переживай. Ты уже в годах и, должно быть, устал выполнять столько работы, да и отдохнуть, наверное, хочешь, но эту работу можешь выполнить только ты, дедуля. Прости уж.

— Примите мою искреннюю благодарность за доброту, ваше величество. Но я ваш верный слуга, свободно отдавайте мне приказания. — Флудер чуть склонил голову.

Я вырастил поистине хорошего ребёнка, — подумал заклинатель, глядя на красивое лицо юноши.

Флудер служил Империи уже шесть поколений.

С первым императором у него сложились не очень хорошие отношения, тем не менее он был умелым заклинателем, так что когда его призвали в армию, он занял выгодное место даже среди придворных магов.

Потому в течение следующих пяти поколений его отношения с императорской семьёй постепенно потеплели. Вступив в должность главного мага, он, начиная с четвёртого поколения, занялся воспитанием детей императора, но в основном касаемо магии.

С третьего поколения он учил их самым разным предметам, большинство из которых затрагивали политику.

И нынешний император — всеми обожаемый ребёнок.

За свою жизнь заклинатель видел самых разных императоров, но все они были весьма умелы. Все дети были талантливы, словно выбраны богами, но нынешний император, несмотря на свою юность, превосходил их всех на порядок. Некоторые поговаривали, что Флудер ещё два поколения назад начал подготовку, но удалось централизовать власть в руках императора лишь благодаря исключительным навыкам Зиркнифа.

Флудер любил Зиркнифа Рун Фэрод эль Никса.

Он обучал императора, относясь к нему как к собственному сыну, и верил, что тот относится к нему как к отцу.

Но даже если это так...

Флудер был готов бросить человека, которого считал сыном.

Я хочу заглянуть в бездну магии, Зиркниф. Я не потеряю эту цель, чем бы ни пришлось пожертвовать. Даже таким очаровательным ребёнком, как ты.

— Значит, ваше величество, вот почему мы отметили вторжение в Королевство?

— Верно. Сведения о дьяволе, называющем себя Ялдаваоф, намного важнее. Дедуля, ты что-нибудь нашёл?

— Увы, нет, ваше величество. Мы провели расследование, но так ничего и не обнаружили.

Он не врал, Флудер в самом деле ничего не нашёл.

— Парадин, вы что, не можете расследовать это дело с помощью магии? — с серьёзным выражением на лице спросил кто-то из присутствующих, Флудер внимательно на него посмотрел и ответил:

— Магия может быть всемогуща, но в данном случае...

— Дедуля, извини, но если ты сейчас начнёшь подробно объяснять, это займёт слишком много времени.

— Понял, ваше величество. — На мгновение Флудер опечалился, но потом взял себя в руки и учительским тоном кратко разъяснил людям, похожим на непонимающих студентов: — Есть способы помешать магической разведке. Например, вы знали, что эта комната защищена от магии прослушивания? А это — самое меньшее из защитных заклинаний, которыми она напичкана.

— Ясно... Поскольку существует много контрмер, расследование провести трудно.

— Да. Но нам ещё повезёт, если магия просто не сработает. Защита, поставленная заклинателями высокого ранга, в худшем случае может даже убить слишком любопытного мага.

Мои способности ни в какое сравнение не идут со способностями Высшего существа. Никто больше не заслуживает называться Высшим существом, кроме него. Нужно как можно скорее доказать свою полезность.

Услышав слова Флудера о смерти, некоторые из людей с отвращением отвернулись, но тот не обратил на это никакого внимания.

— Учитывая всё это... — один из министров достал лист бумаги. — У заклинателя Аинза Оала Гоуна есть своя крепость. Господин Парадин, раз вы нашли её с помощью магии, не значит ли это, что вы сильнее?

— Наивно! — выкрикнул Флудер, изо всех сил стараясь подавить желание криво улыбнуться. Это показывало, насколько он был взволнован. — Вы слишком наивны. Помните, что он спас деревню Карн? А точнее — только деревню Карн. Я поставил магическое наблюдательное поле на всю ту область и по чистой случайности увидел только что вошедшего туда человека, который оказался Аинзом Оалом Гоуном. Если забудете, что это не более чем случайность, то пожалеете.

Часть из сказанного была правдой. Относиться несерьёзно к Высшему существу — глупо. Он, можно сказать, на своей шкуре ощутил, как это страшно.

В мыслях Флудер рассмеялся над своей глупостью.

— Простите.

Заклинатель принял извинения, подняв руку.

— Аха-ха, кстати, дедуля. Что случилось с работниками, которые зашли в предполагаемую крепость?

— Идущие следом шпионы послали только предварительный отчёт через «Сообщение», но работники, скорее всего, уничтожены.

— Вот как?.. Но, к слову, эта информация собрана магией, и ты знаешь, насколько она ненадёжна. Когда вернутся искатели приключений?

— Раз никто из работников не вернулся, то положение стало критическим, и они начали уходить немедленно. Так что предположительно прибудут дня через четыре.

— А если включить время, которое придётся потратить, чтобы собрать у искателей приключений информацию... то по меньшей мере пять дней. Значит, до этого мы не сможем предпринять никаких действий.

«Сообщение» ненадёжно, поскольку из-за расстояния становится неразборчивым. Многие страны не полагаются на эту магию из-за нескольких прецедентов.

Одно из них — трагедия, произошедшая со страной Гартенбарг.

Нацию основали люди, состоящие в основном из заклинателей. Связь между городами наладили посредством быстрого обмена информацией через «Сообщения». Но поскольку они слишком сильно доверяли этой магии, то когда триста лет назад получили три фальшивых сообщения, между городами разразилась гражданская война. После чего в страну вторглись монстры с полулюдьми и уничтожили её.

Были и другие примеры, такие как песни бардов о человеке, который убил свою жену, основанные на ложной информации.

В итоге «Сообщениям» стало верить мало людей. Те же, кто полагались на них слишком сильно, считались глупцами. А Зиркниф был умён. Он пользовался «Сообщениями», но и собирал информацию через другие источники. Он бы никогда не стал верить только одному заклинанию.

— Но граф в самом деле глуп. Найми он работников из Э-Рантэла, всё могло бы пройти более гладко. Из-за своей некомпетентности он танцевал под мою дудку, но слишком большая некомпетентность тоже проблема. Раз он наживка, то ему хотя бы следовало хорошо сделать свою работу.

— Я с вами полностью согласен, ваше величество, — сказал Флудер, чем заставил Зиркнифа поднять бровь.

На встрече два дня назад он принял предложение заклинателя по двум причинам.

Первая — понять, что собой представляет Аинз Оал Гоун.

После расследования Флудера они увидели, что тот не покидает руины несколько дней, и послали туда работников, чтобы оценить его реакцию.

Все хотели узнать, разберётся он с нарушителями разумно или строго.

Уничтожение работников многое сказало о его характере.

А вторая цель — посеять раздор между Аинзом Оалом Гоуном и Королевством. Потому было бы намного лучше, если бы работников наняли в Э-Рантэле, но, увы, этого не сделали.

Не может же граф быть настолько глупым?

Мужчине рассказали только о том, что существуют неразведанные руины. Зная, что те находятся на территории соседнего государства, он, вероятно, побоялся нанимать людей в Королевстве. Так что пришлось ему нанимать их в Империи.

Но в таком случае отношения между Э-Рантэлом и Аинзом Оалом Гоуном, а также Королевством Рэ-Естиз в целом, не ухудшатся. Чтобы выполнить вторую цель, следовало выдать информацию о руинах в гильдию искателей приключений Королевства.

— Момон пришёл в Империю в правильное время.

— Согласен. Наверняка он расскажет о руинах и уничтожении работников в гильдию Королевства. Они начнут серию расследований, как вы и хотели, император.

По этой причине искателям приключений и запретили принимать участие в исследовании руин. А дворянам информация досталась, разумеется, не через императора, а посредством шпионов.

В общем, дело станет не более чем глупой выходкой аристократа, а причастность императора они будут отрицать, так что Аинз направит всю свою враждебность на графа, Зиркниф же сможет принять более дружеский подход.

— И вскоре искатели приключений Королевства ворвутся в крепость безжалостного Аинза Оала Гоуна. Интересно, как отреагирует Королевство, когда узнает, что там живёт могущественный заклинатель? И как ответит их гильдия искателей приключений? — Зиркниф улыбнулся, с нетерпением ожидая, когда его тщательно подготовленные планы сбудутся. — Аинз Оал Гоун достаточно силён, чтобы уничтожить все группы работников. У себя же мы уберём беспорядок ценой головы одного дворянина. Приготовления завершены?

— Конечно, мы сделали всё со всей осторожностью. Никто за пределами этой комнаты ни о чём не узнает.

— Хорошо, но на всякий... Что это было?!

Дрогнула земля, прервав Зиркнифа на полуслове. Задрожали также и окна со всей мебелью, но не как при землетрясении. Будто в землю ударилось что-то массивное, создав большую ударную волну.

— Что случилось?! Пойдите узнайте... чёрт, как шумно. Что, чёрт возьми, происходит?

Даже внутри этой комнаты Зиркниф слышал крики. Стены были довольно толстыми и крепкими, а значит, голоса были очень громкими или же кричало очень много людей. Что же происходит снаружи?

В ответ на сомнения Зиркнифа между ставнями окон, выходящих на центральный двор, откуда и шёл звук, показался бледный стражник и ответил:

— Ваше величество! Дракон! Во дворе приземлился дракон!

На мгновение все застыли, не сумев сразу понять смысл слов. Они знали, что стражнику нет смысла врать, но всё равно кинулись к окнам, чтобы увидеть происходящее собственными глазами.

Зиркниф отодвинул штору и заглянул в полупрозрачное окно. Когда люди увидели сидящего на земле дракона, у всех попадали челюсти.

— П-почему здесь дракон? Откуда он взялся?

— Министр иностранных дел! Слышал ли ты о ком-то, кто может непочтительно прилететь на драконе и приземлиться посреди двора?

— Никого такого не знаю!

— Никто не договаривался с драконом из Союза? Этот не оттуда?!

— Его внешность совершенно отличается от тех, о которых я слышал. Министерство иностранных дел вряд ли бы неправильно описало драконов.

— Как могли это сюда пропустить?! Здесь император! Чем занимается дворцовая стража?

В этом мире драконы — могущественные создания: обладают сильным телом в твёрдой чешуе, живут намного дольше людей, а также владеют самыми разными особыми способностями и магией. Конечно, есть исключения и тут — в прошлом некоторых драконов убивали искатели приключений, но также в прошлом было много случаев, когда рассерженные драконы сжигали города и даже страны. Да что там, каких-то двадцать лет назад они спалили город на юге.

А тут подобное существо появилось посреди императорского дворца — хуже не придумаешь.

Когда Зиркниф сглотнул, со спины дракона спустились две маленькие фигуры. Приглядевшись, император увидел, что это дети с тёмной кожей.

— Кажется, это тёмные эльфы, — спокойно произнёс Флудер.

— Парадин! Откуда взялся этот дракон и те двое?

— Даже я ничего не знаю...

Вскоре дракона окружили рыцари. Хотя они — гордость Империи, перед драконом не выглядели такими надёжными. Впрочем, подобного следовало ожидать от сильнейшего в мире создания.

Из рыцарей вышел вперёд мужчина, держащий в руках по щиту.

— Ой-ой, один? Ну, ничего не поделаешь... хотя терять такого бойца напрасно глупо.

Это был один из Четырёх имперских рыцарей, «Нерушимый» Назами Энек.

Назами — один из сильнейших воинов Империи, среди Четырёх рыцарей обладает самой крепкой защитой. Но даже воин, способный выдержать атаки самого разного типа, выглядел крохотным по сравнению с драконом. Те слова сказал «Молния» Базивуд Пэшмэл, словно подтверждая смерть товарища, и никто не мог ему возразить.

— Ваше величество, пожалуйста, уходите! — предложил кто-то из министров, но Зиркниф хмыкнул:

— Куда уходить? Где безопасно?

— Но ваше величество!

— Я понимаю, что вы все хотите сказать. Однако если я покину дворец, то стану посмешищем. Противник — дракон не из Союза Агранд, да и наверняка он сюда прилетел, зная, что я не сбегу... Значит, дракон столь же умён, как я о них слышал. Наверное, он осведомлён о политической ситуации Империи.

Хотя Зиркниф держал дворян в ежовых рукавицах, это было возможно лишь благодаря рыцарским орденам. Если пойдут слухи о том, что император сбежал из столицы из-за дракона, дворяне могут посчитать его военную мощь слабой, объединиться и восстать. Конечно, он не проиграет буйной толпе, но мощь Империи резко упадёт.

Неважно, сражаться мы будем или отступать, потери будут огромными. Это, конечно, раздражающий шахматный ход, но кто стоит за драконом?

Во двор прибыли ещё люди. Дракона окружили сорок императорских стражников вместе с шестьюдесятью рыцарями, среди них были даже арканисты и церковники.

— Сто двадцать человек — маловато. Ваше величество, позволите мне присоединиться к ним?

Зиркниф слегка нахмурился. Флудер — величайший козырь Империи, но ещё неизвестно, мудро ли его отправлять против дракона. Император колебался, но также верил, что маг сбежит даже если положение станет хуже некуда.

Но кое-что Зиркниф не знал.

Старый заклинатель предложил это, чтобы император не ушёл посредством магии телепортации Флудера.

— Хорошо, дедуля. Можешь также сказать «Нерушимому» отступить?

— Понял. Но я не могу определить силу тех эльфов. Вероятно, они очень могущественны, если хотите отступить, начинайте готовиться сейчас, — закончил Флудер, открыл окно и воспарил в небо с помощью магии полёта, и как раз в этот миг раздался голос:

— Всем меня слышно?! Я — слуга владыки Аинза Оала Гоуна, Аура Белла Фиора! Император этой страны послал кучку непочтительных людей в Великий Склеп Назарика, где проживает владыка Аинз! Это его очень огорчило, и если император не извинится, мы уничтожим эту страну!

Зиркниф скривился. Как они пришли к такому выводу? Как они собрали вместе все крохотные кусочки мозаики?

Переведя взгляд назад в комнату, он увидел удивление на лицах людей. Поняв, почему император на них так смотрит, они покачали головой.

— Для начала мы убьём всех присутствующих! Мар!

Другой тёмный эльф протянул вперёд посох — двор, казалось, затрясся от локального землетрясения. Зиркниф ощутил лишь небольшие толчки, но земля застонала, и образовался сложный, похожий на паутину узор из трещин с эльфами и драконом в центре.

Рыцарей, стражников, заклинателей — всех, за исключением парящего Флудера, поглотила земля.

А тёмных эльфов землетрясение даже не коснулось. Эльф спокойно опустил посох, и трясти перестало, а паутина трещин исчезла столь же быстро, как появилась.

Стоящая во дворе толпа людей бесследно исчезла. Шокирующий конец.

— Отлично, все они мертвы! Если он не покажется, мы убьём всех в городе... Поскольку мы не знаем, кто император, то просто сравняем с землёй весь город! Так что выходи, император, где бы ты ни был!

— В-ваше величество! — обратились к нему бледные и дрожащие слуги.

— Мы наступили дракону на хвост... и он к нам вышел.

Зиркниф пожал плечами, чтобы не дрожать. Он — император, нельзя показывать эмоции перед подданными.

Аинз Оал Гоун... кто же ты такой?.. Нет, сейчас не время об этом думать.

Снова развернувшись к окну, Зиркниф прокричал:

— Я, император Зиркниф Рун Фэрод эль Никс, хочу кое-что сказать! Дорогие эмиссары, не хотите продолжить дискуссию внутри? — Он повернулся к слугам. — Подготовьте лучший приём для наших гостей! Быстро!

Когда слуги поспешно ушли, он перевёл взгляд назад на тёмных эльфов.

Я недооценил врага. Но если это всего лишь подчинённые... как я могу с ними не справиться? Я не могу отступить. Если хотят переговоров, то будет им война слов. Аинз Оал Гоун, я разрушу твои амбиции!

Эпилог

— Сто золотых монет, как и обещано. Вот контракт.

Быстро взглянув на содержимое мешочка, отец Арче удовлетворённо кивнул. Без колебаний он поспешно написал своё имя на пергаменте, затем поставил семейную печать. По ловким движениям было видно, что он делает это не впервые.

— Теперь проблем быть не должно, так ведь?

Просмотрев переданный пергамент, мужчина кивнул. Будь здесь Хеккеран и Имина, то точно бы высказали своё недовольство. Именно этот мужчина посещал их ранее на постоялом дворе.

Мужчина глянул на пергамент ещё несколько раз. Убедившись, что чернила высохли, он осторожно свернул бумагу и положил в карман.

— Да, разумеется. — Указывая на мешочек с монетами перед отцом Арче, мужчина спросил: — Кстати говоря, вы не собираетесь проверить?

— Нет, мне всё равно, даже если двух-трёх монет не хватает.

— Вот как? — мужчина снова кивнул, услышав великодушный, но глупый ответ отца Арче.

Количество монет уже было проверено ранее, так что тут не должно возникнуть проблем. Печально видеть семью, которая находится на грани, но продолжает себя так вести. Нет, наверное, их дому было суждено пасть, как только во главе стал этот человек.

Однако именно такие люди были самыми лучшими клиентами.

— Что ж, полагаю, обойдёмся обычной ставкой и терминами?

Отец Арче ответил так, будто из богатой семьи.

Мужчина опять кивнул, показывая, что понял.

— Кстати говоря... ваша дочь хорошо поживает?

— Хм?

Мужчина вдруг вспомнил, что в семье три дочери.

— Я говори о госпоже Арче.

— А, Арче? Сейчас она не на месте, зарабатывает деньги.

— Вот как?..

Пока дочь зарабатывает деньги, что делаешь ты?

В глазах мужчины на мгновение появилось презрение. Он начал жалеть девушку, у которой такой отец.

Мужчине тоже были присущи эмоции.

Однако важнее вернуть сумму ранее выданных монет, включая проценты, и сделать так, чтобы цикл кредитования и погашения продолжился. Нельзя обременять себя заботой о делах других семей.

— Оттого, что ей удалось немного подзаработать, она стала дерзить, — недовольно пробормотал отец Арче.

Мужчина нахмурился. В конце концов, если случится что-то непредвиденное, это может задержать выплату процентов. Он желал, чтобы нынешнее положение дел продолжалось как можно дольше. А потому не мог не спросить:

— Что-то произошло?

— Нет, ничего существенного. Просто, по-видимому, моя глупая дочь забыла об обязательствах перед вырастившими её родителями и стала непочтительной.

— Ну, если только это...

— Честно! Пришло время дать ей понять всю её дерзость! Мне нужно научить её тому, что значит быть аристократом!

Мужчина хотел высказаться, но передумал. Но от последней ремарки не удержался:

— Да, столько хлопот.

— Разумеется. Какая глупая дочь...

Мужчина намеренно упустил, кто именно приносит хлопоты, позволив отцу Арче принять это на её счёт.

Сто золотых монет — невероятная сумма. Однако если отец Арче продолжит с той же скоростью тратить деньги, вскоре их снова станет не хватать, и он захочет занять ещё. Но мужчина уже решил не давать ему до тех пор, пока он не расплатится с предыдущими долгами.

Человек оглядел весьма дорого обставленную комнату. В худшем случае можно забрать долг мебелью, даже если потом придётся её продавать.

Мужчина склонил голову, чтобы скрыть свои мысли.

— В конце концов, разве не странно дочери семьи Фурт заниматься грязной работой? А её друзья ещё и, кажется, все из простолюдинов. Скорее всего, у них такой же вульгарный характер.

— Вот как?.. — наконец ответил мужчина, глубоко задумавшись о двух людях, которых встретил на постоялом дворе.

Отец Арче как-то ошибочно понял тон мужчины и поспешно заговорил снова:

— Нет, не поймите неправильно, не все простолюдины такие. Я главным образом имел в виду искателей приключений.

— Наверное, это так.

— Правда ведь? Моя дочь взбунтовалась именно из-за них. Позже я как следует её накажу. Ведь дочь должна слушаться отца. Ей ещё лет десять нужно, чтобы читать мне нотации.

Последний раз окинув взглядом недовольного отца, мужчина поднялся.

— Ладно, мне пора идти к следующему клиенту. Поговорим в следующий раз. Надеюсь, плата будет своевременной.

♦ ♦ ♦

— Интересно, когда сестричка вернётся?

— Наверное, чуть позже?

В одной из комнат особняка на кровати друг возле друга сидели две девочки с одинаковыми чертами лица.

На нежных белых щёчках виднелся лёгкий румянец, из-за чего они походили на ангелочков. Лицо у обеих утончённое, как у старшей сестры. Любому понятно, что лет через десять-двадцать их красота расцветёт.

Обе девочки были одеты в одинаковые чисто-белые платья без единого кружева. Их маленькие ножки болтались, не доставая до пола и издавая хлопки, когда девушки бесцельно пинали воздух.

— Правда?

— Правда...

— Правда-правда?

— Правда-правда...

— Когда сестричка вернётся, мы переедем, верно?

— Верно...

Девочки счастливо засмеялись. Они едва ли понимали смысл слова «переехать», но знали, что любимая сестрёнка больше не будет уходить. Потому-то и радовались.

Их сестра, Арче, часто надолго уходила из дому. Они не знали, что она делает, но понимали, что нечто важное. А потому никогда не выражали ей свои эгоистичные желания. Тем не менее они не могли не хотеть подольше поиграть с доброй сестрой.

Верно, девочки очень сильно любили Арче.

Она мягкая, много знает и с добрым сердцем.

— Сестричка ещё не приехала...

— Не приехала, да?..

— Мы очень её ждём, да, Кудерика?

— Ага, очень-очень ждём, Улеирика.

— Я хочу почитать с сестричкой...

— Я хочу поспать с сестричкой...

— Кудерика слишком хитрая...

— Улеирика тоже очень хитрая...

Переглянувшись, они широко улыбнулись, а затем мило рассмеялись.

— Тогда к нам с сестричкой присоединится и Кудерика.

— Улеирика тоже может присоединиться к нам с сестричкой.

Двое снова улыбнулись, с нетерпением ожидая весёлого и увлекательного будущего.

Персонажи

Послесловие

Шесть месяцев прошло с тех пор, как вышел шестой том. Давно не виделись, это Маруяма.

К тому времени, как том будет опубликован, будет уже конец августа, самый разгар лета. В моей юности в сентябре жара спадала, но не сейчас. Впрочем, это всего лишь воспоминания, странно, если бы ничего не изменилось.

Когда на Маруяме появился ещё один слой одежды, известный как «жир», я ещё больше начал ненавидеть лето. Большинство времени я провожу в комнате с кондиционером, включённым ради охлаждения компьютеров, но всё же по пути в компанию я очень сильно потею. А хуже всего, что не помогает даже одеколон.

Интересно, люди, увидев разворот книги, сильно удивились? Многие могли подумать, что это галлюцинация, вызванная жарой.

Однако это правда!

Даже Маруяма не мог поверить, но проект прогрессирует. У Властелина будет аниме!

Я буду очень стараться, чтобы добиться великих результатов, прошу, позаботьтесь обо мне!

Терпя боль в животе, перейду к благодарностям.

Спасибо So-bin-сама за невероятные иллюстрации, это честь для истории ранобе. Так считает Маруяма, и читатели тоже должны быть за это благодарны! Давайте поедим вместе следующий раз! Кододэдзаинсутадзи-сан, спасибо за как всегда крутой дизайн. Осако-сама, отвечающий за корректуру и редактирование, спасибо за ваши правки.

Ф-тан-сама, редактор, спасибо, что давали Маруяме много серьёзных советов и без колебаний рекомендовали Кёфуко на иллюстрации. Пожалуйста, не перенапрягайся, работай умеренно.

Спасибо огромное и всем остальным, помогавшим в работе. Есть также Хани, спасибо огромное за помощь.

Благодарю, читатели, что купили мою книгу!

Август 2014, Маруяма Куганэ

Том 8: Два лидера

Начальные иллюстрации

Глава 1. Энри и её суматошные, беспокойные будни

Часть 1

Энри Эммот встала до рассвета, чтобы приготовить завтрак. Еды приходилось готовить много, а она не была такой хорошей кухаркой, как её умершая мать.

Считая Нему, саму Энри и девятнадцать её верных гоблинов, требовался завтрак на двадцать одну персону. Наличие ещё двух ртов заставляло готовить в общей сложности двадцать три порции. Приготовление такого количества пищи представляло из себя огромную работу, даже битву своего рода. Энри вздрогнула, оглядев гору еды перед собой и осознав, что всё это будет съедено в один присест.

- Это почти в шесть раз больше, чем раньше...

Глубоко вздохнув, она закатала рукава, собралась с духом и приступила к работе.

Она спокойно нарезала овощи, а потом мясо. Весь процесс она знала на зубок.

Хотя Энри не обладала особенным талантом в кулинарии, тот факт, что она научилась справляться с такой огромной задачей за столь короткое время, был примером того, как под давлением возникает алмаз.

Нему проснулась от звуков готовки Энри и потерла глаза.

- Доброе утро, сестрёнка. Давай я тебе помогу!

- Доброе утро, Нему. Я справлюсь сама, но есть ещё то, с чем я просила тебя помочь вчера...

Мимолётное недовольство промелькнуло на лице Нему, но она, хоть и повесила голову, не возражала и, проговорив: «Хорошо», отправилась выполнять просьбу.

Энри остановилась, перестав нарезать мясо.

Её сердце сжалось.

Десятилетний ребёнок, Нему некогда была жизнерадостной и весёлой девочкой. Но после того случая, ранее наивная и беззаботная, она стала рабски покорной своей сестре, лишившись всей игривости и капризности, присущей детям её возраста. Она стала послушной девочкой - настолько послушной, что становилось больно.

Перед внутренним взором Энри появились улыбающиеся лица родителей. Уже несколько месяцев прошло, но раны после того инцидента ещё не зажили.

Если бы они умерли от болезни, она могла бы подготовить себя к этому. Погибни они в результате несчастного случая или стихийного бедствия - она не винила бы никого за это и, возможно, не получила бы душевную травму. Но родителей убили у неё на глазах, и теперь её сердце переполняла обида за эту несправедливость. Она просто не могла чувствовать себя иначе.

Энри зажмурилась. Будь сейчас рядом с ней кто-нибудь, она работала бы изо всех сил, скрывая свою слабость. Но одиночество вновь открыло раны её сердца.

«Ведь так?»

Даже когда она открыла глаза, образ улыбающихся родителей по-прежнему плыл перед ней. В её памяти проносились нежные моменты из прошлого.

От этих счастливых воспоминаний её сердце пришло в смятение. Движимая ненавистью к убившим родителей людям, Энри изо всех сил ударила тесаком кусок мяса и рассекла его пополам.

Однако, приложив слишком много силы, она не только разрубила мясо, но и оставила зарубку на разделочной доске. Досадуя на себя, Энри нахмурилась.

«Если на лезвии появятся сколы, это будет трудно исправить... Простите, м-матушка.»

Энри мысленно извинилась за грубое обращение с тесаком, оставшимся в наследство от погибшей матери.

Она легко провела пальцем вдоль лезвия, убеждаясь, что с тесаком всё в порядке, и в этот момент дверь рядом с ней, ведущая в гостиную, открылась.

Вошедший не был человеком - он принадлежал к расе низкорослых полулюдей, известных как гоблины.

- Доброе утро, Сестрица. Сегодня мой черёд помогать... что стряслось?

Прервав свой безупречный поклон, гоблин застыл, обеспокоенно глядя на руки Энри.

Энри была простой деревенской девушкой, но гоблины подчинялись ей беспрекословно - как той, кто призвал их.

После того инцидента, когда жители решали: стоит ли организовать посменное дежурство, Энри вспомнила про подаренный ей рог и использовала его, чтобы призвать гоблинов.

Жители деревни поначалу отнеслись к появившимся из ниоткуда гоблинам с подозрением и страхом, но успокоились, когда Энри объяснила, что вызвала гоблинов с помощью предмета, полученного от их спасителя, Айнз Оал Гоуна. Причина, разумеется, крылась в благодарности и доверии, которое они испытывали к Айнзу. Впоследствии той работы, которую выполняли гоблины на благо деревни, оказалось достаточно для сельчан, чтобы забыть о подозрениях и принять их.

- Доброе утро, Кайджали, я просто слишком сильно ударила тесаком...

Кайджали, один из призванных Энри гоблинов, обеспокоенно наморщил лоб - в результате чего стал лицом напоминать разбуженного посреди зимы медведя-шатуна - и посмотрел на неё.

- Это нехорошо, нужно заботиться об этом тесаке. В деревне нет кузнеца, поэтому мы не сможем отремонтировать наши инструменты.

- Верно...

- Ну, всё в порядке. Когда придет время, вместе мы найдем решение.

Кайджали говорил серьезным, бодрым голосом, пока помогал готовить завтрак. Он вытащил тлеющий фитиль из горшка, который держал, и в отработанной манере затопил печь. Ловкость и легкость, с которой он раздул слабый уголек в бурный огонь, свидетельствует о его мастерстве.

«Но они не умеют готовить... Ну почему так?»

Гоблины не могли приготовить даже простейшие блюда. Так как они ели сырые мясо и овощи без жалоб, она думала, что те предпочитают сырое, но выяснилось, что им больше нравится приготовленная пища - хотя их желудки без проблем переваривали и необработанные продукты.

«Это потому, что призванные существа не умеют готовить?»

Простой деревенской девушке вроде неё неоткуда было знать ответ на этот вопрос, поэтому она вернулась к работе. К счастью, лезвие ножа не пострадало.

Наконец завтрак был готов.

Стоявшие на столе кушанья превосходили своим разнообразием те, что готовила её мать.

Например, мясо. Хотя раньше местные рейнджеры часто делились своей добычей, сейчас жители деревни могли позволить себе куда большее количество мяса, чем прежде. Причина, по которой им удалось это, заключалась в том, что они смогли заходить в лес.

Великий Лес Тоб одаривал их дровами, дикими овощами и фруктами, пригодными для еды, мясом и мехом животных и даже лекарственными травами.

Хотя лес по праву считался сокровищницей, в нём также обитали дикие звери и монстры, способные напасть на деревню. Всё это делало лес местом, куда селяне не могли зайти просто так. Даже специалисты, вроде профессиональных охотников, были вынуждены прятаться, как бандиты на окраинах территории Мудрого Короля Леса. Однако с исчезновением Мудрого Короля Леса и появлением отряда гоблинов, ситуация коренным образом изменилась.

Наибольшим изменением стало то, что жители деревни теперь могли легко войти в лес и собрать его дары. Ключевым фактором в этом являлись гоблины; мясо, раньше добываемое с трудом, теперь можно было получить с легкостью, кроме того, столы сельчан теперь украшали свежие фрукты и овощи. В результате ситуация с продовольствием в деревне резко улучшилась.

Вдобавок, будучи подчиненными Энри, львиную долю своей добычи гоблины доставляли к ней домой.

Кроме того, недавним дополнением к деревне стала рейнджер, внесшая свой вклад в ситуацию с продовольствием. Эта женщина раньше была авантюристкой из Э-Рантэла. По многим причинам она перебралась в эту деревню и начала обучаться искусству охоты у рейнджера, живущего здесь. В своём авантюрном прошлом она была воином, поэтому великолепно владела луком и могла сразить даже самую крупную дичь лишь парой стрел. Частично благодаря её заслугам распределение мяса в деревне несомненно улучшилось.

Улучшенные условия жизни принесли свои изменения, которые отразились также и на телах жителей.

Энри согнула руку, от чего мышцы напряглись.

Её успехи были весьма впечатляющими.

«Эх, я чувствую себя такой накачанной… они становятся ещё больше...»

Гоблины хвалили Энри при любой удобной возможности различными фразами, вроде: «Вот это рельеф!», «О да, сожми их ещё разок!», «У Сестрицы улётные банки!», «На очереди кубики пресса!». Почти все они звучали довольно неплохо, но, как девушке, ей было тяжело принимать такого рода комплименты.

«Если всё закончится как описали гоблины, будет не хорошо...»

Энри прогнала из своей головы идеализированный гоблинами образ перекачанной самой себя и принялась подавать завтрак.

Чрезмерно утомительное занятие. Гоблины не придавали значения небольшим различиям в размерах порций, но за количеством мяса в супе следили ревниво. Прежде чем перейти к другим делам, Энри убедилась, что во всех блюдах и чашах положено одинаковое количество мяса.

Когда она закончила, с её лба капал пот.

- Тогда давай всех позовем и Энфри тоже.

- Хорошо...

- Я пойду! Позволь мне! Я хочу!

Обернувшись, Энри увидела Нему, стоящую позади неё с блеском в глазах.

- Ты сделала всю домашнюю работу?

Её сестра кивнула в ответ, Энри сделала так же.

- В самом деле? Тогда иди позови Энф...

- Нет! Я хочу позвать гоблинов!

Энри понятия не имела как реагировать на внезапный порыв своей младшей сестры. Кайджали кивнул Нему, по-видимому показывая, что доверяет ей эту задачу.

- Хорошо, тогда оставлю это на тебя, а сама пойду позову Энфри. - Вот это другое дело! Отличная мысль! Сестренка, позволь мне пойти с тобой.

Хотя это и означало, что дом останется без присмотра, Энри не беспокоилась. В конце концов, у них никогда не было никаких проблем с ворами.

Вместе с Кайджали Энри покинула дом сразу после Нему.

Обдавший её лицо ветер принёс с собой запах травы, согретой нежным светом утреннего солнца. Энри сделала глубокий вдох и, обернувшись и посмотрев на Кайджали, увидела, что он также вдыхает запах. Энри не смогла удержаться и засмеялась при виде этого, и Кайджали нахмурился, пытаясь яростным выражением лица вернуть себе утраченное достоинство. Возможно, раньше Энри испугалась бы, но сейчас, уже привыкнув к жизни с гоблинами, она узнавала в этой гримасе улыбку.

В этот свежий, прохладный и ясный день Энри направилась в дом неподалеку.

Стоявший бесхозным после трагедии, недавно обрушившейся на их деревню, он стал домом для алхимиков из Э-Рантэла, Барелов.

Дом занимали двое людей, Лиззи Барел, морщинистая старая женщина, и её внук, хороший друг Энри, Энфри Барел. Эти двое проводили свои дни запершись в доме, обрабатывали травы для создания эликсиров и других медикаментов.

Подобная отстранённость от остальных жителей деревни могла бы привести к изоляции, а то и к изгнанию. Но эти двое были исключением.

В каждой деревне аптекарь - тот, кто мог бы приготовить лекарство в случае болезни или травмы - был незаменим. Он настолько важен, что крестьяне могут буквально молиться на него и тем более не станут заставлять его делать что-то ещё кроме лекарств.

Это было вдвойне верно для места вроде деревни Карн, не имевшей доступа к услугам жреца, владеющего целительной магией. В больших деревнях жрецы исполняли и работу аптекаря.

Священники взимали соответствующую плату за свою магию исцеления. Вернее, может быть, лучше сказать, что им приходилось её взимать. Крестьяне, неспособные расплатиться деньгами, могли отработать лечение своим трудом. Тех, кто не мог сделать даже это, священники лечили травами - этот способ был дешевле, чем магическое лечение.

Один из гоблинов в деревне был клириком и мог с легкостью исцелять небольшие раны, но крестьяне сошлись во мнении, что он должен сохранять свою силу для чрезвычайных ситуаций, например на случай тяжёлых увечий. Не говоря уже о том, что клирик обладал весьма ограниченным набором целительных заклятий, и не мог исцелять болезни и нейтрализовывать яды.

Поэтому работа, выполняемая Барелами, была жизненно важна для деревни - но при этом жители опасались близко подходить к их дому.

Причина этого становилась ясна по мере приближения к их жилищу.

Энри скривилась и зажала нос, следуя примеру Кайджали. Дом, к которому они приближались, окружал едкий запах. Честно говоря, запах не был таким уж жутким, но впечатление всё равно оставлял ужасное. Запах, шедший от измельчённых трав, может и был отталкивающим, но в конечном счете это только аромат растений, сам по себе не представляющий опасности.

Дыша через рот, Энри постучалась в дверь.

Она постучала несколько раз, но никто не открывал. Энри уже начала подозревать, что дома никого нет, но тут с другой стороны послышались шаги, звуки торопливой возни с замком, и наконец дверь распахнулась.

- …?!

Она не хотела выдавать себя ни голосом, ни выражением лица, но из двери шёл поистине ужасный запах.

Мучительный.

Резкая, жгучая боль обожгла её глаза, нос и рот. Что ещё хуже, ужасная вонь изнутри говорила о том, что миазмы вокруг дома могли просочиться лишь из него.

- Доброе утро, Энри!

Сквозь длинную чёлку Энфри виднелись его широко открытые и покрасневшие глаза. Должно быть, он снова не спал всю ночь, занимаясь алхимическими экспериментами.

Ей не хотелось открывать рот, находясь в облаке слезоточивого газа, но не ответить на приветствие было бы невежливо.

- Д-доброе утро, Энфри!

Произнося эти слова, она почувствовала, как пересыхает её горло.

- Доброе утро, Братишка.

- А, доброе утро, Кай... Кайджали... Э, уже утро? Я так увлёкся работой, что не заметил. Увидев солнце, я понял, как пролетело время... ааах, в последние дни я провожу так много экспериментов. Мне нужно почаще выбираться из дома.

Энфри потянулся, словно кот, и зевнул.

- Похоже, ты согнал семь потов на работе, фух...

Энри собиралась добавить: «Завтрак готов, приходи со своей бабушкой», но Энфри перебил её или, скорее, не перебил, а ошеломил своим ребяческим энтузиазмом.

- Это удивительно, Энри!

Энфри устремился к ней. От его рабочей одежды разило тем же колким запахом, который заполнил весь остальной дом. Хотя Энри очень хотелось отойти от него, она заставила себя терпеть, потому что Энфри был её дорогим другом.

- Что, что случилось, Энфри?

- Ты должна это услышать! Нам наконец удалось освоить процесс производства нового типа лечебных снадобий! Это изменит мир! Мы сумели создать пурпурное зелье, и всего-то нужно было добавить в раствор вытяжку из собранных нами трав!

Единственный ответ, который он получил, был «Хах?»

Энри понятия не имела, что в этом такого удивительного. Зелье получилось пурпурным, потому что они добавили в него пурпурной капусты?

- И оно может лечить раны! Скорость исцеления наравне с алхимически очищенными зельями!

Закатанные рукава рубашки Энфри открывали нежную, чистую кожу тонких рук. «Его руки тоньше моих», - подумала Энри, в то время как Энфри продолжал:

- Это ведь означает, что…

- Да, да, это прекрасно, расскажешь нам об этом позже.

Сказал Кайджали, сделав шаг вперед.

- Братишка, кажется, спал слишком мало, а отрывался слишком много. Может, он под кайфом или ещё что? Сестрица, давай я позабочусь о нём, а ты возвращайся первой.

- Всё будет хорошо?

- Конечно. Я брызну немного холодной воды ему в лицо и, когда он успокоится, приведу. Если тебя не будет слишком долго, другие начнут волноваться. А что насчет бабушки?

- Бабушка всё ещё с головой в исследованиях... я не думаю, что она выйдет к завтраку. Извини, ты так хлопотала, чтобы приготовить еду для нас...

- Ах, не бери в голову. Я так и думала, что бабушка Лиззи, скорее всего, снова занята.

Подобные ситуации повторялись регулярно, так что это не было неожиданностью.

- Тогда, Сестрица, возвращайся первой.

Таким образом, ей оставалось лишь уйти.

- Хорошо, оставляю его на тебя.

Проводив взглядом Энри, Кайджали повернулся и холодно уставился на Энфри.

- Ты понимаешь, что ты только что сделал? Девушка слушает, как мужчина говорит о своих увлечениях только тогда, когда любит его. В противном случае эта болтовня лишь отталкивает её!

- Прости, я просто подумал, что мы сделали удивительное открытие... но это было действительно потрясающе! Даже революционно!

Кайджали прервал болтовню рубящим жестом. Очевидно, до Энфри не дошло то, что до него пытались довести.

- Слухай, Братишка. Ты ведь согласен с этим? Ты любишь сестрицу, верно?

Энфри ответил: «Мм» - и энергично кивнул головой.

- Тогда в твоём сердце она должна стоять на первом месте. Она важнее, чем твои зелья.

- Понял. Я попытаюсь.

- Либо делаешь, либо нет. Никаких попыток. Ты должен завоевать её сердце. Мы с парнями поможем, чем сможем. Не только мы, даже младшая сестрёнка согласилась помочь. Так что соберись и делай свою часть, Братишка.

- Ммм.

- Если ты ждешь, что она первой скажет «ты мне нравишься», тогда её, скорее всего, уведет кто-нибудь другой! Ты должен набраться смелости, чтобы сказать ей, что ты действительно чувствуешь.

Эти слова пронзили сердце Энфри подобно кинжалу между ребер.

- Однако, несмотря на всё, что я сказал, кажется, ты хорошо над собой поработал, Братишка. Раньше ты не мог и слова выговорить рядом с ней, а теперь можешь даже поддержать нормальную беседу, верно?

- Это потому, что раньше у меня не было возможности поговорить с Энри до тех пор, пока я не приезжал, чтобы собрать травы... Теперь, когда я живу здесь, я могу проводить с ней больше времени.

- Вот оно, так держать! Осталось только собрать всю свою смелость в кулак и решиться! Возможно, для начала стоит показать твою силу. Если верить деревенским, то сильные мужчины по-прежнему популярны. Ну, во всяком случае, у сорокадевятилетних женщин уж точно.

- Я не совсем уверен в своей физической силе. Может, мне стоит больше работать в поле или вроде того?

- Нее, Братишка, всё, что тебе понадобится, находится вот здесь, - произнёс Кайджали, мягко постучав по своей голове.

- Решай всё с помощью этого. И подключай своё очарование. Если я или кто-то из парней подумает, что ты сказал что-то хорошее, мы встанем вот так. А так - когда тебе нужно будет сделать или сказать что-то, что заставит её сразу в тебя влюбиться.

Кайджали поиграл своими плечами, заставив свои мышцы бугриться под кожей.

- Что-то типа того. И если тебе понадобится более впечатляющая демонстрация... Далее, Кайджали напряг свои грудные мышцы. Несмотря на то, что он был коротышкой, его атлетичное, мускулистое тело подтверждало тот факт, что он был рождён воином.

Энфри удивлялся, зачем эти позы? Но он не мог это сказать, поскольку уже принял помощь Кайджали. Однако был вопрос, который он хотел задать.

- Я... Мне любопытно, почему вы, ребята, делаете это? Я имею в виду, я знаю, что вы подчинённые Энри и вы верны ей, но я не понимаю, почему вы помогаете мне?

- Это просто, - удивлённо ответил Кайджали, и продолжил медленно и чётко, словно растолковывая ребёнку. - Дело в том, что мы все желаем Сестрице счастья. И с нашей точки зрения ты подходишь лучше всего. Поэтому чем быстрее вы двое поженитесь, тем лучше.

- Н-нет необходимости в такой спешке! Мы же можем сходиться постепенно, верно?

- Неправильно, вообще-то. Я имею в виду, у людей разве не занимает много времени период между зачатием и рождением ребенка?

Внезапная смена темы разговора на конечную стадию отношений мужчины и женщины в виде беременности заставила Энфри широко раскрыть глаза и покраснеть.

- Э-это примерно девять месяцев?

- Хм, значит на то, чтобы завести десять детёнышей - то есть десять детишек - потребуется очень много времени, верно?

- Десять?! Разве это не многовато?!

В среднем в крестьянской деревенской семье было пять детей. В тяжелые времена, когда было трудно дожить до зрелого возраста, это число росло. В городе детей было обычно меньше, так как были жрецы, способные вылечить болезни, или из-за использования противозачаточных средств.

Так что для одной женщины родить десять детей - это не просто много, это чересчур много.

- О чем ты говоришь? Десять довольно нормально для нас, гоблинов.

- Но мы не гоблины!

- Лады, намек понял, наши расы имеют свои различия... но всё равно, ты должен завести много детей, чтобы сделать Сестрицу счастливой.

- Ну, я не буду отрицать, она была бы, наверное, счастлива в доме, полном детей... но это всё-таки как-то неправильно...

- Неужто?

Энфри не смог вымолвить и слова, когда он увидел, что Кайджали смотрит на него наклонив голову. Но в целом он был благодарен за его поддержку. - Тогда выше голову, Братишка. Я надеюсь, что ты предпримешь что-нибудь в ближайшее время. Тем более, если заставить её ждать слишком долго, это может вызвать проблемы... ну, я думаю, постепенное, тактичное движение к главной цели является правильной стратегией.

- Где ты научился этому? - Энфри поднял свою голову. - Эй, бабушка, пошел к Энри завтракать, что насчет тебя?

Пришедший из глубины дома ответ был отказом на вопрос Энфри.

Скорее всего, она была в середине повторяющегося эксперимента и не могла потратить время на такую тривиальную вещь как еда.

Энфри мог понять такое отношение.

Алхимические инструменты и другие принадлежности в доме были высочайшего качества, и они не знали, как использовать большинство из них. Их доставила им горничная, прислуживающая их хозяину, великому заклинателю Айнз Оал Гоуну. Им обоим было приказано использовать эти материалы для создания новых зелий и алхимических веществ. Да, и горничная даже принесла что-то вроде травы, лечащей все болезни.

Когда он спросил её о растворителях и правильном использовании инструментов, всё, что он получил в ответ: «Выясните это самостоятельно», что ни капли не помогло.

Так что они оба забыли о еде и сне в попытках экспериментальным путём выяснить, как использовать эти инструменты. Процесс шёл медленно, но они наконец-то достигли некоторых успехов. Конечно, они совершали ошибки - во многом по вине Энфри - но последние два месяца были самыми оживленными в долгой жизни Лиззи. Плоды их труда, стоявшие на столе в лаборатории - бутылка пурпурного зелья, которое Лиззи наконец закончила бесконечно проверять - наполняли Энфри радостным волнением.

- Тогда я позабочусь о еде, - сказал Энфри, закрывая за собой дверь. Повернувшись к Кайджали, он сказал: - Идём.

♦ ♦ ♦

Хотя все должны были есть вместе, дом Энри был не настолько большим, чтобы вместить их всех. Поэтому они обычно ели на улице, если им позволяла погода.

Так как они были на улице, то небольшое количество беспутства было ожидаемо и допустимо. Вот если бы они были внутри, то такое поведение могло стать невыносимым. Но даже в текущей ситуации дело быстро принимало раздражающий оборот.

- Вот почему я говорю, что Энри будет моей женой!

- Эй, молокосос, ты что, забыл, что мы договорились не трогать Сестрицу?!

- Вот-вот, и если ты попытаешься наколоть нас, то я тоже начну действовать!

- Ты что, приятель? Я первый! Несколько гоблинов вскочили, опрокидывая стулья, на которых сидели, а некоторые даже забралась на стол. Подавляя свой гнев, Энри заговорила спокойным тоном.

- Вы все, пожалуйста, успокойтесь.

Это имело не больше эффекта, чем снежок, запущенный, чтобы остудить солнце. Неприязнь в глазах гоблинов ничуть не утихала.

- Бросьте это, братва. Победитель уже предрешён. Узрите этот кусочек изумительного, сияющего мяса!

Один из гоблинов, Кюнел, поднял свою ложку в подтверждение своих слов. На ней находился кусочек куриного мяса, который можно было случайно принять за горошину. Это было не более чем крохотная добавка, которую Энри положила, когда готовила порции.

- Я доел своё мясо, но на дне супа было ещё! У вас было что-то подобное? Не думаю! Это было явное доказательство любви!

- Да ты шутишь! Это просто шматок мяса, который Сестрица перепутала с кусочком овоща!

- Может быть, ты просто выдаешь желаемое за действительное? Может, это «мясо», что ты съел, на самом деле было картошкой или ещё чем, а настоящее мясо и было вот этой малюткой у тебя на ложке. Ты бы лучше следил за собой, это ведь доказательство того, что ты не нравишься Сестрице. К тому же мой Бог ясно сказал мне: «Ты должен сделать Энри счастливой».

- Разве Бог, в которого ты веришь, не злой, а, Кона?!

Часть гоблинов стояла, другая часть сидела и спорила, раздувая пламя конфликта. Даже Нему присоединилась к спорящим. Лишь некоторые не участвовали в этой «королевской» битве. Эти люди склонили свои головы над столом, и самым видным из них был Энфри.

- Толчёный рубин... астральные перья... пестик ясеня... раст... раствор… во... вор?

Энфри бормотал себе под нос, пока ел, но еда в ложке даже не достигала его рта, прежде чем ложка возвращалась в миску. Его глаза не были видны из-за длинных волос, но, скорее всего, он витал где-то в облаках.

- Энфри, ты в порядке?

Гоблины всё ещё спорили, и, хотя, вероятно, небезопасно было оставлять их в покое слишком долго, чтобы спор не вышел из-под контроля, Энфри действительно был где-то в другом месте, а не здесь. Он, скорее всего, страдал от недостатка сна, судя по тому, что он начал бормотать в тот момент, как сел за стол, и казалось, что он упадет в любой момент. Когда он на самом деле начал завтракать, он выглядел как зомби, полностью лишенный жизни или души.

- А.. не... беспо...койся... обо...мне... Энри... ха..

- Эй, Энфри, очнись!

- Разве это не ты раньше говорил «Нему моя любовь» и всё такое?

- То тогда, а то сейчас. До меня только недавно допёрло. Я думал, раз Нему десять, и она одного роста с нами, то ей уже можно выходить замуж. Но люди... они считаются взрослыми только после пятнадцати!

- Э? Серьёзно?.. Сестрица не такая как хоблюди?

Разговор гоблинов с невероятной скоростью перескакивал с одной темы на другую. Энри хотела спросить, что такое «хоблюди», но не успела открыть рот как им уже надоело об этом говорить, и они начали совершенно новый спор, вовлёкший всех.

- А! Ты мой хлеб стащил!

- Мой волк ещё голоден, не будь жадиной!

- Вы все!

Несмотря на то, что Энри уже кричала, её голос всё равно не мог перекрыть шум, создаваемый гоблины. Ложки и тарелки летали над столом, а крики и злобный рык оглашали окрестности, словно штормовые волны, бьющиеся о берег. Разумеется, всё, чем они бросались, было пустым, потому что никому из гоблинов и в голову бы не пришло портить еду, которую готовила для них Энри. И всё же подобное поведение непростительно.

Ожесточившись, Энри нахмурила брови и набрала в рот воздуха.

- Разве волки не мясо жрут? Думаешь, раз ты выше уровнем, я не наваляю тебе на кулаках?

- На кулаках, говоришь? Может, закусишь моим кулаком, раз такой голодный?

Стоило Энри встать, как все тут же уселись на места и мирно принялись есть как ни в чём не бывало.

- А НУ, ВСЕ УТИХЛИ!

Яростный вопль Энри эхом отдался в тишине над столом.

- А..

Удивлённая, Энри осмотрелась, но всё, что она видела, - это гоблинов, смотрящих на неё с выражениями лиц, говорящими: «Мы просто тихо завтракали, в чём дело?» или «Очень обидно, когда вдруг накричали ни за что». Тихо постояв, она, покраснев, плюхнулась обратно на сиденье.

- Пфхахахаха!

Первой тишину нарушила Нему. Не в силах сдержаться, Энри последовала за ней, хохоча и держась за живот. Гоблины присоединились к ним.

Эта безупречная координация и согласованность не могла быть достигнута без подробного обсуждения и подготовки. Поистине поразительно, как серьёзно они подготовились к этой шутке.

- А, это было несусветно. Вы с самого начала хотели подшутить надо мной?

Хоть и лопаясь от хохота, Энри сделала вид, что сердится и спросила.

- Конечно, Сестрица. Мы бы не спорили о таком всерьёз.

- Верно, Сестрица.

- Угу, угу!

Гоблины болтали без капли раскаяния, весело отбиваясь от вопросов Энри. В ответ, Энри уставилась на Кайджали, пригвождая его свирепым взглядом. Под её напряженным взором он сник, отвёл глаза и отозвался тихим голосом, отрицая всякую ответственность.

- Ну, видишь, как бы сказать... мы подумали, что сестрице немного грустно.

Несколько соседних гоблинов сжались, опустив головы и неловко осматриваясь с опущенными головами.

- Ребята...

- Это потому... мы ведь все охраняем Сестрицу.

- Точно!

- Ага! Охраняем!

- Мы много думали, как лучше выглядеть в качестве твоего эскорта.

- Верно, верно. Ну, Сестрица и Нему, встаньте здесь, посередине, вот так...

- Э? Мне тоже надо?

- Конечно надо, теперь, вы двое, поднимите обе руки вот так, верно, чтобы смотрелось офигенно круто и отпадно...

Даже и сделай она им одолжение, усомнившись в собственной оценке, в этой позе они всё равно выглядели как лягушки, тянущие лапы к небу.

- Слушайте, я понимаю, что вы хотите как лучше, но ведь для начала вам и необязательно быть моими телохранителями... верно, Энфри?

Энри повернулась к своему другу детства, сидевшему рядом, но обнаружила, что там никого нет.

Уже понимая, что случилось, она всё же перевела взгляд чуть ниже... и обнаружила, что Энфри лежит головой в своей миске с супом.

- Энфри! Энри немедленно вздёрнула вверх упавшего Энфри, выкрикивая его имя и бледнея. Кона подбежал и пальцами раскрыл ему глаза.

- Он просто спит. Отдохнет до полудня и будет в порядке.

- Энфри... что мне с тобой делать?

Энри решила, что его нужно вернуть в его собственную кровать. Так что она взвалила Энфри на спину и отправилась в путь, оставляя за спиной перлы вроде: «Разве не он должен её вот так тащить?», «Нему, не говорите таких вещей...», «Эх, Братишка...»

Когда пшеницу уберут, в деревню явятся сборщики налогов.

Энри волновалась, как она объяснит присутствие гоблинов в деревне.

Сказать, что это призванные существа, или сказать, что они её прислужники, или сказать...

Энри чувствовала, что они постоянно заботятся о ней.

Не просто заботятся о её безопасности, но и о её чувствах тоже. Что она может сделать для этих гоблинов?

Что она может сделать для этих неотёсанных и надёжных новых членов семьи...

♦ ♦ ♦

Вытирая струйки пота с шеи незапачканной тыльной стороной ладони, Энри связала в пучки сорняки, которые закончила выпалывать. От большой кучи вырванных растений поднимался аромат свежескошенной травы.

Её тело устало от многочасовой работы в поле; пропитанная потом одежда липла к коже, создавая некомфортное ощущение.

Чтобы отвлечься, Энри потянулась.

Её взгляд окинул простиравшиеся вокруг поля.

Посеянная ими пшеница росла медленно, но непреклонно, постепенно становясь золотистой по мере приближения сезона урожая. Хотя пшеничное поле цвета золота ласкало взгляд, работа по прополке была одновременно важна и надоедлива. И если не сделать её, золотое поле выглядело бы очень заброшенным.

Сейчас она работала исключительно ради грядущего урожая.

Энри выпрямилась, разминая затёкшие мускулы и расслабляя напрягшееся тело. Ветер приятно холодил её кожу, перегревшуюся за многие часы работы.

Ветер также донёс до её ушей шум суматохи в деревне. Раздавались звуки ударов и выкрики, призывающие объединить силы. Подобных звуков никогда не слышали раньше в деревне.

Сейчас деревня трудилась, чтобы претворить в жизнь самые разные идеи и планы.

Самым важным из этих планов являлось сооружение стены вокруг деревни и постройка сторожевых башен. Само собой разумеется, конечной целью было превращение деревни в крепость.

Деревня Карн располагалась на краю Великого Леса Тоб, а лес являлся домом множества диких зверей, иными словами, опасным местом. Невозможно жить здесь без защиты крепких стен.

Однако деревня Карн представляла собой ровные, радиально расходящиеся от центра ряды домов. Без какой-либо стены, преграждающей путь в деревню. До недавнего времени деревня была мирной, и дикие звери не входили в неё, пусть она и находилась возле самой опушки леса.

Причиной этого было то, что могущественное существо, известное как Мудрый Король Леса, непрерывно расширяло сферу своего влияния, и ни один зверь не решался бродить в лесу возле деревни. Так что защита деревни была сравнима со стальной стеной.

И всё это изменилось после вторжения людей.

Рыцари Империи атаковали деревню и убили родителей Энри. В результате никто из жителей деревни не верил в возможность возвращения прошлых мирных времён.

Военный вождь гоблинов, Дзюгэму, предложил укрепить деревню как контрмеру против повторения чего-то подобного. Когда он упомянул, что из-за своего малого числа гоблины не смогут защитить деревню при повторном нападении, предложение было принято единогласно. Многие жители деревни до сих пор просыпались по ночам от кошмаров, напоминающих о тех событиях.

Первым делом они разобрали обезлюдевшие дома и использовали их для сооружения стены. Разумеется, одних этих материалов оказалось недостаточно, так что им пришлось войти в лес и рубить деревья. Поскольку, углубившись в лес, они могли нарушить территорию Мудрого Короля Леса, вырубки пришлось делать вдоль опушки, удаляясь всё дальше от деревни.

Естественно, гоблины обеспечивали безопасность лесорубов.

В результате недоверие жителей деревни к гоблинам почти полностью исчезло. Частично из-за того, что нападавшие рыцари были такими же людьми, как и они. Пусть и принадлежа к той же расе, они пытались убить их. С другой стороны, гоблины работали под началом Энри на благо деревни, несмотря на то, что являлись представителями другого вида. Больше нельзя было определять, кто достоин доверия, просто исходя из расовой принадлежности.

И самой важной причиной оказалась сила гоблинов. Они могли действовать как воины, взяв на себя обязанность охраны, а когда люди получали ранения, гоблин-жрец, Кона, мог вылечить их.

Из-за всего этого гнушаться гоблинов оказалось непросто.

Таким образом, гоблинам удалось наладить отношения с жителями всего за несколько коротких дней, и они быстро стали неотъемлемой частью деревни. Это было видно и по дому, в котором жили гоблины; не обращая внимания на тот факт, что они другой расы, жители построили для них большой дом рядом с домом Энри в центре деревни.

Хотя люди и гоблины вместе трудились, выполняя план по защите деревни, им просто не хватало рук для быстрого завершения работы. Поэтому в начале они смогли построить лишь простой забор.

Судьба сложилась так, что Мудрый Король Леса, чьё присутствие защищало деревню от монстров, стал последователем некоего воина в чёрной броне и покинул свою территорию, так что жители деревни, хотя и сумевшие огромными усилиями соорудить забор, не радовались своим успехам, а наоборот, вздыхали над своей «дурной» удачей.

Однако теперь деревню защищала крепкая стена.

Причиной этой перемены к лучшему стала работа каменных големов, приведённых в деревню прекрасной горничной, служившей их спасителю - Айнз Оал Гоуну.

Големы - это неутомимые работники: получив приказ, они молча исполняют его, и их сила намного превосходит человеческую. Хотя они и неловкие, что мешает им выполнять работу, требующую точности, их участие в работе позволило невероятно ускорить постройку. Благодаря усилиям не спящих и не устающих големов, стена была сооружена практически в мгновение ока.

Они могли выполнять то, на что ни люди, ни гоблины были неспособны. Например, срубать и переносить деревья в больших количествах, копать ямы или закладывать фундамент для стен. Что в теории заняло бы годы, было завершено в считанные дни. А готовая стена оказалось даже выше и крепче, чем ожидалось.

Стенами дело не ограничилось; сооружение сторожевых башен также ускорилось. Нынешней задачей была постройка башен на западной и восточной сторонах деревни.

- Сестрица, я закончил.

Размышления Энри прервал гоблин, помогавший ей в прополке. Гоблина звали Пайпо.

- А, спасибо.

- Нет, нет, Сестрице на за что благодарить меня.

Хотя Пайпо и размахивал своими испачканными грязью и травой руками, отрицая благодарность Энри, она всё равно чувствовала себя в неоплатном долгу перед гоблинами.

Лишившись родителей, Энри оказалась в отчаянной ситуации, неспособная в одиночку возделывать семейный участок земли. Она хотела попросить других жителей деревни о помощи, но рук не хватало всем, и каждая семья едва справлялась со своими посевами. С помощью гоблинов, эта проблема легко разрешилась. Кроме того, гоблины помогали не только ей.

Обернувшись туда, откуда выкрикивали её имя, Энри увидела полногрудую женщину, стоящую в поле. Рядом с ней стоял гоблин.

- Спасибо большое, Энри. Благодаря помощи гоблина работа почти закончена.

- Действительно? Это прекрасно. Это была их идея, помочь с работами в деревне, так что если кого благодарить, так это их.

- А, я уже поблагодарила гоблина. Он сказал, что он всего лишь твой подчинённый, так что он надеется, что я поблагодарю и Сестрицу тоже.

При слове «Сестрица» Энри нахмурилась и изобразила смех, сгоняя это выражение с лица.

Гоблины сами предложили помогать семьям, лишившимся рабочих рук из-за нападения, и женщина перед ней была одна из таких людей.

Никто в деревне не отказался бы от помощи гоблинов. Мнение о гоблинах в деревне Карн было столь хорошим, что обычным делом являлись заявления вроде «Гоблины даже лучшие соседи, чем люди».

- Кстати говоря, есть ли ещё гоблины рядом? Я хочу угостить всех обедом в благодарность.

- Другие, должно быть, патрулируют деревню или помогают новоприбывшим. Но раз вы просите, тётушка, я обязательно им скажу.

- Тогда предоставлю это тебе, Энри. Когда придёт время, я приложу все силы, чтобы угостить всех. А пока я сделаю обед для гоблина.

- Правда? Раз меня приглашают, грубо будет отказываться. Сестрица, извини, что не присоединяюсь к вам, я пообедаю дома у Морги.

Энри кивнула, и женщина отправилась в деревню, уводя гоблина с собой.

- Будет здорово, если новоприбывшие поймут, что вы хорошие ребята.

- Ну, многие из них не слишком-то счастливы нас видеть. В конце концов, они по-прежнему в глубине души считают нас врагами.

- Верно, за пределами нашей деревни полулюдей считают врагами...

- Поэтому мы постоянно помогаем жителям в их работе. Это непросто.

- Но, но мы уже немного развеяли их подозрения. Я совсем недавно видела, что они уже могут здороваться с вами как положено.

- Что до этого, ну, многие из них похожи на местных жителей, и тоже помнят, как убивали их близких. Точнее, их воспоминания могут быть даже тяжелее.

Хотя деревня Карн и была опустошена нападением, около половины жителей уцелело. С другой стороны, многие из других атакованных рыцарями деревень лишились большей части населения.

Когда деревня Карн начала принимать иммигрантов, многие из выживших решили поселиться здесь.

Двое погрузились в молчание.

Энри снова потянула талию и посмотрела на небо. Хотя колокол к обеду ещё не звонил, похоже, что время уже почти пришло. Также они уже достаточно поработали, чтобы сделать перерыв.

- Итак, пообедаем?

Несмотря на свой жутковатый внешний вид, Пайпо ухитрился изобразить то, в чём сразу узнавалась улыбка.

- Здорово, готовка Сестрицы всегда очень вкусная.

- О, ничего особенного, - ответила Энри, слегка смущённая.

- Нет, нет, я серьёзно. Помогать Сестрёнке в поле - это самая горячо оспариваемая работа среди нас. Это потому, что тот, кто её выполняет, может есть твою чудесную еду.

- Ахаха, может, мне тогда делать и обед на всех? Как и завтрак?

Есть довольно много причин, по которым это было бы непросто. Например, немалая разница между обедом на троих персон и обедом на двадцать. Одна нарезка овощей превратится в ту ещё работенку. Кроме того, ей придётся заботиться, чтобы каждый получил достаточную долю, что является довольно утомительной задачей. Тем не менее в сравнении с тем объёмом работ, что выполняли гоблины и теми благодарностями, что они в ответ получали, это было пустяком.

- О, нет, мы не можем навязывать тебе это. Кроме того, есть домашний обед Сестрицы - это особая привилегия для того, кто выиграет право помогать тебе.

Энри смогла лишь улыбнуться в ответ миниатюрному получеловеку. Хотя она и знала, что гоблины определяли, кто пойдёт с ней, игрой в камень-ножницы-бумагу, Энри не знала, действительно ли готовила что-то заслуживающее всех этих похвал.

- Тогда, прервёмся на обед?

- А, хоро…

Пайпо прервался на полуслове, глядя вдаль острым взглядом. С глубоким вдохом он мгновенно превратился из расслабленного и весёлого маленького получеловека в опытного воина. Энри проследила за его взглядом.

Он смотрел на гоблина, скачущего на волке. Он словно скользил по равнине, быстро приближаясь к деревне.

- Это Киемай... Призванный Энри отряд гоблинов состоял из двенадцати гоблинов восьмого уровня, двоих гоблинов-лучников, двоих волчьих всадников, мага и жреца десятого уровня, и лидера двенадцатого уровня. Всего девятнадцать гоблинов.

Кайджали этим утром и Пайпо, помогавший с прополкой, оба были восьмого уровня, в то время как Киемай, одетый в кожаную броню и вооруженный копьём, был десятиуровневым волчьим всадником.

Волчьи всадники патрулировали равнины и служили разведчиками. Периодически возвращающиеся в деревню с докладом всадники были обычным делом.

- Похоже на то...

Однако голос Пайпо звучал очень мрачно. Это вызвало у Энри мысли о том, что произошло что-то плохое.

- Что-то не так?

- Он возвращается раньше, чем обычно. Сегодня он должен был шариться по лесу... что-то случилось?

Выслушав объяснение Пайпо, в сердце Энри поднялась волна беспокойства, она испугалась, что некое кровавое несчастье ждёт их.

Пока они ожидали в молчании, большой волк, нёсший Киемая остановился перед Энри. По его быстрому дыханию она могла предположить, как сильно он торопился вернуться.

- Что случилось?

Слыша вопрос Пайпо, Киемай поклонился Энри не слезая с волка, и ответил:

- Что-то произошло в лесу.

- Что?

- Судя по всему, похоже, как и прежде целая куча не пойми кого движется к северу.

- Это рыцари?

Энри неосознанно прервала их. Хоть и неспособная что-то изменить, она всё же не могла игнорировать разговор. Она по-прежнему помнила ужас, который испытала, когда деревня подверглась нападению.

Под «кучей не пойми кого, движущейся к северу», о которой они говорили, имелись ввиду следы тысяч существ, ведущие на север. Хотя отпечатки ног совпадали по размеру с человеческими, они были оставлены босыми ногами, так что в конце концов они пришли к заключению, что эти существа не люди.

- У меня нет убедительных доводов, но я думаю, что есть отличия по сравнению с прошлым разом. Если спросите меня, думаю, что-то происходит глубоко в лесу.

- Вот как. Слыша это, Энри не удержалась от вздоха облегчения.

- Ну, мне лучше доложить боссу.

- Хорошо. Спасибо за усердный труд.

- Я рад служить.

Помахав им, Киемай пришпорил волка и отбыл. Энри и Пайпо смотрели, как он проезжает через медленно открывающиеся ворота деревни.

- Тогда пойдём и мы?

- Да, пойдём.

Вымыв руки у колодца, Энри и Пайпо, едва подойдя к дому, услышали девчоночий голос.

- Добро пожаловать домой, сестрёнка.

Вместе с голосом они услышали звук камня, трущегося о камень. Поглядев в сторону источника звуков, Энри увидела Нему, крутящую жёрнов рядом с домом.

От жёрнова шёл резкий запах. Пусть и напоминающий запах сорванной травы, совсем недавно приставший к рукам Энри, этот был в несколько раз сильнее, достаточный, чтобы почувствовать его с некоторого расстояния.

Нему уже свыклась с запахом, что, конечно, было здорово, но глаза Энри заслезились от вони. Пайпо, стоящий рядом, словно ничего не чувствовал. Оставалось лишь гадать: из-за того ли это, что запах воздействовал лишь на некоторые виды, или потому что он считал крайне грубым корчить недовольные рожи при младшей сестре хозяйки.

- Я вернулась. Как дела? Ты истолкла их, как я тебе сказала?

- Угу, сделала. Смотри.

Проследив за взглядом Нему, она увидела, что от горы трав, которую она оставила, уходя из дома, осталась лишь небольшая горсть.

- Правда я молодец? Почти ничего не осталось.

Уходя на работу в поле, Энри поручила Нему помочь истолочь травы в кашицу. Дело в том, что, хотя некоторые травы нужно хранить высушенными, другие должны храниться измельченными.

- Уваа, Нему и правда очень постаралась!

Энри раскрыла руки, превознося Нему, и самодовольная улыбка расцвела у той на лице. Когда её хвалил Энфри или когда она просто хотела помочь сестре, Нему быстро и прилежно выполняла порученную ей работу.

Большую часть доходов деревне Карн приносила торговля травами. Можно сказать, это был единственный специализированный товар, производство которого не требовало слишком больших для пограничной деревушки затрат.

Учитывая, что это основной их метод заработка денег, все жители деревни Карн знали хотя бы немного о травах, и где они растут.

Энри тихо задумалась на секунду. Травы из деревни Карн приносили весьма большой доход. Однако их можно собирать лишь в очень короткий промежуток времени, перед тем как распустятся цветы, поэтому это был всё-таки временный источник доходов. Хотя травы во всех известных им местах уже были собраны, немного глубже в лесу они могут найти ещё множество нетронутых трав.

Разумеется, эти леса являлись домом разнообразных диких существ и не были тем местом, куда Энри может просто прогуляться на пикник. Однако сейчас у них есть гоблины и Энфри с его опытом травника. С их помощью она сможет заработать на травах большие деньги.

Немного поколебавшись, Энри рассказала о своём плане Пайпо.

- Я хочу сходить в новое место поискать травы, ты не мог бы сопроводить меня?

Если подумать, то не было необходимости Энри идти самой. Она могла просто попросить гоблинов, способных самостоятельно позаботиться о себе, отправиться в Великий Лес вместо неё. Однако призванные ею гоблины обладали странными недостатками: они совершенно не имели навыков сбора трав, разделки животных, и прочей работы такого рода.

Точно так же, как и с приготовлением пищи, даже если бы кто-нибудь дал гоблину образец растения, он не смог бы сравнить его с точно таким же, пусть он и был бы у него прямо перед носом. Как бы удивительно это ни звучало, похоже, они рождались неспособными овладеть такими навыками, как будто кто-то отнял у них способность учиться.

Поэтому, если поручить гоблинам собирать травы, кому-то нужно будет отправиться с ними.

- Проблем быть не должно, но для Сестрицы может оказаться непросто пойти с нами.

- Хм? Почему?

- Ну, Киемай говорит, что в глубине леса происходят какие-то перемены. Раз так, то лес сейчас, скорее всего, погружён в хаос.

Видя удивление на лице Энри, Пайпо терпеливо объяснил.

- Даже самые осторожные захотят расширить свою территорию. Раз так, то какое-то время территории разных существ будут пересекаться, что вызовет самого разного рода беспорядки. Проще говоря, шансы встретить монстра увеличатся, а значит, и опасность. И если не повезёт, то можно встретить кого-нибудь и вне леса. Сестрёнка крутая и храбрая, но тебе вовсе незачем самой подвергаться опасности.

- Вот как…

Пусть и не уверенная насчёт крутой и храброй (возможно, так гоблины расхваливают её промеж собой) Энри спросила:

- Кроме этого там недавно происходили какие-то крупные перемещения. Что там случилось?

- Я не знаю. Обычно мы отправили бы кого-нибудь знакомого с Великим Лесом на разведку... но если мы пойдём, защита деревни ослабеет... а, придумал! Почему бы не нанять приключенцев и поручить проверку им?

- Это будет непросто, - сказала Энри, сводя брови. - Судя по тому, что говорил Энфри, нанять команду приключенцев стоит больших денег. Хотя лорды Э-Рантэла и покроют часть расходов, всё равно деревне вроде нашей сложно заплатить приключенцам из собственного кармана.

- Понятно...

- Собрать множество трав и после их продать - решило бы часть проблемы... всё, что мы можем сделать кроме этого - это продать предметы, что подарил нам господин Гоун.

Айнз Оал Гоун подарил ей два рога. Один из них исчез, когда она использовала его, другой она надёжно спрятала в своём доме.

- Забудь об этом, Сестрёнка. Лучше уж просто подуть в этот рог.

- Конечно, я ни за что не продам его.

Энри не желала становиться тем презренным человеком, что может продать дар доброй воли. Также могло оказаться так, что его вообще нельзя продать, так что она решила не делать этого. Даже сейчас они пользовались щедростью горничной, что привела в деревню големов. Она никогда не совершит столь неблагодарный поступок.

- Но тогда всё становится непросто. Травы можно собрать только в это время года, так что, хотя это и немного опасно, я должна...

Энри улыбнулась Нему, смотревшей на неё со взволнованным лицом. Она не хотела причинять боль последнему выжившему члену своей семьи, но также не желала упускать этот шанс заработать много денег. Хотя, если рассмотреть приоритеты, это определенно ошибка. Скорее, она должна рискнуть своей жизнью ради благополучия деревни и отблагодарить гоблинов, считающих её хозяйкой.

«Я должна заработать больше денег и посмотреть, какое снаряжение удастся купить для гоблинов. Полный латный доспех выглядит надёжным. Кстати о латном доспехе, тот господин в чёрной броне... как там его звали?..»

Пусть и незнакомая с ценами на доспехи и оружие, она не сомневалась, что они стоят больших денег. В этот момент Пайпо протянул перед ней руку, призывая её остановиться ненадолго.

- Эрм... хотя это просто моё личное мнение, может, тебе стоит обсудить это с боссом? Сестренке незачем так торопиться с решением. Я не хочу получить выговор от босса за то, что раскрыл рот не подумав. Плюс, я думаю, что Братишка тоже будет рад получить травы для своих зелий.

Пока проблемы заполняли голову Энри, сзади раздался милый бурчащий звук. Обернувшись, она увидела, что Нему неодобрительно смотрит на неё.

- Сестрёнка, я есть хочу, давай обедать.

- Мм, прости. Тогда приберись и помой руки, я пойду всё приготовлю.

- Ага!

Ответ Нему был полон энергии. Разобрав жёрнов, она выскребла накопившуюся зелёную пасту в небольшую урну. Энри прошла в дом, размышляя о том, что приготовить.

Часть 2

Энри стояла у опушки Великого Леса Тоб. Разумеется, не одна. Её сопровождал весь Отряд Гоблинов.

Экипировка гоблинов состояла из кольчужных рубах, круглых щитов и крепких мачете на поясах. Под доспехами они носили коричневые туники, на ногах - кожаные ботинки, отделанные мехом. На поясах сумки для мелких предметов. Никто не назвал бы их плохо снаряжёнными.

Гоблины провели последнюю проверку снаряжения. Они наполнили бурдюки водой и убедились, что мачете остро наточены.

Все были как следует экипированы, но почти ничего не несли. Они собирались закончить работу быстро, а не устраивать длительную экспедицию в лес.

Не весь отряд будет защищать Энри. Они собирались тщательно осмотреть окружающую местность и подтвердить информацию, доставленную волчьими всадниками. Другими словами, они хотели внимательно изучить ситуацию в Великом Лесу. С целью защиты деревни гоблины решили провести разведку в её ближних и дальних окрестностях.

Лишь трое гоблинов будут сопровождать Энри.

Они и ещё один человек - Энфри. Он тоже приготовился, надев одежду, подходящую для сбора трав в лесу. С его участием поход за травами определенно увенчается успехом.

Вероятно, почувствовав взгляд Энри, он повернулся к ней, словно спрашивая: «В чём дело?». Хотя Энри помахала руками, будто говоря «ничего, ничего», один из гоблинов заметил и подошёл ближе.

Он выглядел столь мускулистым и атлетичным, что случайный свидетель с трудом узнал бы в нём гоблина. Его торс защищал грубый, но практичный нагрудник; двуручный меч убран в ножны за спиной.

Это был Дзюгэму, лидер гоблинов, названный Энри в честь гоблина-рэйнджера из сказки «Дзюгэму Дзюгэм». Кроме того, в сказке упоминались и рыцари, сражавшиеся вместе с гоблином-рейнджером; их именами она тоже воспользовалась, чтобы назвать остальных гоблинов.

- Всё должно быть в порядке... в чём дело?

- Нет, правда, всё хорошо! Я просто смотрела на него.

- Это хорошо, потому что в лесу можно расстаться с жизнью из-за малейшей оплошности. Если что-то не так, хоть что-нибудь, то скажи мне.

- Он прав, Сестрица. Как я и говорил, мы будем осматривать лес, так что в случае чего не сможем быстро подоспеть на помощь... ты уверена, что справишься?

На грубом лице Дзюгэму отразилось что-то вроде беспокойства и он бросил взгляд на Энри. Заметив это, она улыбнулась и ответила:

- Всё будет в порядке. Мы не собираемся слишком углубляться в лес, кроме того, они будут защищать меня.

- Рад это слышать...

Проследив за взглядом Энри на троих назначенным на её охрану гоблинам, он крикнул:

- Эй, сопляки! Чтобы Сестрица и царапины не получила, усекли?!

- Поняли!

Назначенная на её охрану троица - Гокох, Кайджали и Унлай - отозвалась энергичным рёвом:

- И, Братишка, ты ведь позаботишься о Сестрице, верно?

Энри вдруг заметила, что Кайджали без видимых причин поигрывает своими двойными бицепсами.

- Ты хочешь сказать, мне начинать сейчас?.. А! Конечно! Можешь не сомневаться, я защищу Энри!

На мгновение Энри показалось, что Энфри демонстрирует сияющие зубы, излучая самоуверенность своей улыбкой. Его поведение сильно отличалось от обычного, и, честно говоря, производило слегка вульгарное впечатление. Однако это, скорее всего, просто его возбуждение от похода в лес.

Он вёл себя совсем как мальчишка, и Энри улыбнулась, на секунду представив себя его старшей сестрой.

- Спасибо, Энфри. Позаботься обо мне.

«Странно, теперь он показывает позу “бицепс сбоку” ?.. С чего бы это?»

- Ааа, снова... о, да, я приготовил кучу алхимических зелий, я сделал их сам, так что предоставь всё мне!

При виде второй сияющей ухмылки Энфри улыбка слетела с лица Энри.

- Ух... угу. Давай.

- А… ну, значит, договорились... хотя… Честно говоря, даже если бы это не было так рискованно...

Дзюгэму повернулся к Энри, скорчившей кислую мину. Ей уже начало надоедать вновь слышать этот вопрос после того, как она столько раз ответила на него в деревне, но, поскольку он спрашивал из-за беспокойства о ней, она не могла просто проигнорировать.

- Может это и так, но факт остаётся фактом - не собрав травы, мы не заработаем денег...

- Как насчёт шкур животных? Их мы могли бы добыть сами.

- Это хорошая идея, но травы гораздо ценнее.

Лекарственные травы и шкуры животных находились в совершенно разных ценовых категориях, отличавшихся, как небо и земля. Разумеется, существуют редкие животные, за шкуру которых можно выручить состояние, но их мало и найти их весьма непросто.

- Братишка мог бы одолжить...

- Мы с Барелами ведём хозяйство порознь и доходы поделим пополам. Жадность неприемлема.

Взаимопомощь в трудной ситуации - краеугольный камень деревенской жизни. Не желавших помогать другим изолировали или изгоняли из деревни. Поэтому в ней не было жадных или эгоистичных жителей. В то же время самодостаточность была строгим требованием.

Энри с Дзюгэму отвернулись, отводя взгляд от Энфри, который тихо произнёс: «Кайджали, пожалуйста, поймите ситуацию и перестаньте вставать в эти нелепые позы».

- В таком случае это определённо... и похоже на то, что... ну, если бы ты жила с Братишкой, то вы могли бы объединить ваши финансы... ну... похоже, тут ничего не поделаешь...

Голос Дзюгэму постепенно увядал. Он понимал, что не сможет отговорить Энри от похода в Великий Лес.

Хотя Энри и не хотела обременять Дзюгэму и остальных, что заботились о ней, она не отступила от своей цели.

В конце концов она решилась войти в этот лес, невзирая на все опасности, подстерегающие там, и на слова Кайджали, что гоблины не смогут починить своё снаряжение.

Конечно, точильные камни помогали, но для полноценного ухода и ремонта оружию требуются навыки умелого кузнеца. Это означало, что над гоблинами нависла незримая угроза: стоит их снаряжению прийти в негодность, и они окажутся в смертельной опасности. Жизненно необходимо поддерживать их оружие и доспехи в хорошем состоянии.

Что она может сделать для тех, кто готов защищать её ценой собственных жизней? Она не желала просто прятаться и пользоваться плодами их тяжкого труда. Если они готовы отдать всё ради неё, то и она сделает всё возможное ради них. Энри решила твёрдо.

Гоблины защищают не только Энри, но и всю деревню. Возможно, делая упор на этот факт, она могла бы собрать с жителей достаточно средств, чтобы обмундировать гоблинов. Однако Энри отказалась от этой идеи.

Она желала во что бы то ни стало отплатить гоблинам за их заботу собственными силами. Этот поход в каком-то смысле являлся проявлением её благодарности и чувства собственного достоинства.

- Честно говоря, лучше было бы сначала убедиться, что в лесу безопасно, и только потом идти туда с Сестрицей...

Прозвучавший из-за их спин голос принадлежал Дайне, гоблинше-магу.

Она была заклинателем и носила череп гуманоида вместо шлема. В своих руках она держала посох, сделанный из простой корявой ветви, выше неё самой. Её тело укутывало экзотическое племенное одеяние, каким-то образом ухитряющееся подчёркивать маленький бюст владелицы. Лицо выглядело не таким грубым, как у её сородичей. Впрочем, обычные люди, скорее всего, не заметили бы этого отличия - оно было очевидно лишь для Энри, хозяйки гоблинов.

- Но вы не сможете с уверенностью определить: безопасно там или нет, верно?

- Да, это так. К сожалению, сказать наверняка мы не сможем. Удастся лишь узнать, насколько в лесу спокойно, но и это потребует времени. И ещё больше времени потребуется на разведку в незнакомых нам районах леса.

А значит, ожидая результатов разведки они упустят возможность собрать нужные травы. Энри выслушала слова Дайны, и в её глазах зажглась решимость. Она твёрдо сказала:

- Всё будет в порядке, мы не зайдём слишком далеко.

Вновь слыша её решительный ответ, Дзюгэму понял, что Энри ему не переубедить. Вместо этого он повернулся к троим гоблинам, назначенным её сопровождающими. То, что он им сказал, не отличалось от сказанного ранее.

- Мы не сможем защитить Сестрицу, так что вам, парни, придётся отдуваться за всех. Оберегайте её! И Братишку тоже!

- Замётано!

- Было бы намного лучше, если бы мы держались вместе. Мы просто напрашиваемся на неприятности, разделяя наши силы.

Дайна пробормотала себе под нос:

- Но тогда мы не сможем произвести разведку, верно?

- Верно. Какие-нибудь монстры могут перекочевать в сторону деревни, и, если они решат обосноваться поблизости, избавиться от них будет тяжело. Устроив здесь своё логово, они его не покинут. Даже если мы прогоним их, впоследствии они, скорее всего, опять вернутся.

С тех пор как баланс сил нарушился, разведка Великого Леса - в особенности прилагающих к деревне областей - стала приоритетной задачей.

Это был первый заход и, следовательно, самый опасный. Поэтому они могли выделить Энри лишь троих сопровождающих.

- Хорошо. Ну, двинули! Если закруглимся по-быстрому, сможем ещё помочь Сестрице со сбором трав!

Отряд гоблинов единодушно отозвался на крик Дзюгэму громким одобрительным рёвом.

♦ ♦ ♦

Чаща Великого Леса.

Хотя они зашли лишь на полторы сотни метров вглубь, температура упала на несколько градусов. Просто потому, что сюда не достигал солнечный свет. При этом в лесу не стояла кромешная тьма, и Энри могла видеть то, что находится вокруг неё. Шагая сквозь холодный воздух, Энри и остальные четыре члена её команды продвигались в лес.

В лесу царила тишина. Не было слышно ничего, кроме негромкого скрежета качающихся ветвей и редких криков птиц или зверей. Звуки шагов Энри и её спутников громко разносились вокруг. Разведчики, под предводительством Дзюгэму, уже углубились в лес за пределы слышимости.

Энри и её компания образовали построение в виде неровного треугольника, с ней и Энфри в центре.

Поддерживать широкое построение передвигаясь по лесу весьма непросто. Обычно они шли бы все вместе, но для защиты их двоих гоблины настояли на такой формации. В результате снизилась скорость передвижения, но с этим приходилось мириться.

По мере их продвижения в лес Энфри принялся осматриваться.

Он искал сокровище, дремлющее в чаще леса - лекарственные травы.

Энри не была новичком в собирании трав. Девушка её возраста знала всё про травы, которые надо съесть или втереть в пораженную область, или про травы, использующиеся как ингредиенты зелий. Однако Энфри она полностью уступала. Не только из-за его всеобъемлющих знаний о лекарственных травах: он даже знал какие из них годятся как основа для алхимических рецептов.

- Нашёл какие-нибудь редкие травы?

Стоявшие вокруг них гоблины, словно ожидавшие этого вопроса, одновременно встали в позы.

Опять двойные бицепсы... может, это такая новая мода?

Удивлённо наклонившая голову Энри не заметила, как на лице Энфри промелькнуло выражение легкого раздражения.

- Почему я не сказал им прекратить позировать... отстойно, когда не можешь решиться. Ну, видишь коричневый лишайник вон там?

Там, куда Энфри показывал, виднелся коричневый лишайник.

- Это Бебейамокугоке. Небольшое его количество, подмешанное в целебное зелье, поможет немного усилить эффект.

- О, правда? Я думала это простой лишайник и пропустила его. Без Энфри я бы наверняка не обратила на него внимания. Как и ожидалось от Энфри.

- Действительно, Братишка классный. Оно ценное?

- Оно стоит неплохих денег... а, постой. Не срывай его. Мы с Энри надеемся найти кое-что получше. Если не сможем, подберём это на обратном пути.

- Ясно. Ага, мы поняли. Кстати, для Братишки этот лес должен быть как сокровищница, он наверняка сможет раздобыть здесь кучу всякого ценного. А… с Братишкой мне гораздо спокойнее.

- Это…

Позы окружающих их гоблинов изменились.

- Да, хм, ну, можно и так сказать. Во всяком случае, я не доставлю своим спутникам особых хлопот, в этом я уверен.

- Угу, Энфри определённо на это способен.

Повисла неловкая пауза, и в лесу наступила гробовая тишина.

- Эй, Братишка, это всё?

- Хм? Кайджали, что вы имеете в виду?

- Хм? Нет, я, на самом деле, ничего... а... кстати, я, кажется, прослушал, так что хочу спросить - какие травы мы ищем?

- Мы тебе не сказали? Эта трава называется Энкайши. После мы дадим Нему растереть её.

- А, понял, понял, усёк. Впрочем, я всё равно бы её не узнал, даже если бы мне и рассказали. Ну, идём.

С каждым шагом, сделанным вглубь тёмной чащи, щекочущий их носы лесной аромат всё усиливался.

Вокруг не было видно ни следа человеческого присутствия. Энфри чувствовал себя маленьким и незначительным, проникшись атмосферой этого места. Он заговорил:

- Давайте начнем отсюда. Мы ищем тёмное, влажное место... есть ли рядом источники воды? Именно в таких местах растёт Энкайши. Хорошо, что здесь нет никаких признаков монстров, нам повезло.

- Ясно, Братишка.

Будучи травником, Энфри наверняка судит исходя из своего солидного опыта. Гоблины и Энри ответили дружным согласием.

Они с облегчением сбросили свою ношу, сложив вещи на землю.

- Ааа... Сестрица, может, поможешь Братишке?

- А, да, верно. У Энфи большая сумка, ему, наверное, тяжело разбирать её в одиночку.

Энри подошла туда, где Энфри сложил свою поклажу, и принялась помогать ему.

- Спасибо, Энри.

- Не проблема, Энфи. Хотя, если подумать, всё это профессиональное оборудование потрясающе. Тебе нужно столько всяких штук...

Краем глаза Энри видела, как гоблины молча одобрительно кивают. Не понимая, что их так обрадовало, она решила, что первым делом нужно закончить работу.

- Ну, начнём поиски!

С приглушённым, чтобы не создавать лишнего шума, «Да!» они начали. Гоблины следили за окрестностями, а Энфри и Энри приступили к поиску трав.

Энри приготовилась к долгой и трудной работе, но им повезло. Густо заросшая травами прогалина в чаще, образованная рухнувшим деревом, сразу же попалась им на глаза.

- Здесь. Мы их сразу же нашли. Как я и думала, хорошо, что мы позвали с собой Энфи.

- Нет, ничего подобного. Нам просто повезло обнаружить травы в таком уединённом месте. Будь здесь следы монстров, дело могло бы повернуться скверно.

Для двоих человек такой большой объём трав хоть и не являлся сокровищем, но равнялся небольшой горе монет. Энри отчаянно боролась с пылающим в сердце желанием. Это место опасно - лучше отогнать жадность в сторону и быстро завершить дело. Однако, присев на корточки, Энри принялась собирать растения осторожно и медленно, аккуратно срывая их у самого корня.

Медицинская ценность Энкайши кроется в той части стебля, что расположена ближе всего к корню. Но нельзя просто вырывать растения из земли. Эта трава весьма жизнеспособна и сможет вновь дать побеги, даже если останется лишь корень. Найти ещё одну поросль может оказаться непросто, так что будет расточительством безвозвратно уничтожать эту просто из желания закончить поскорее.

Каждое сорванное растение обжигало её нос резким, едким запахом, но она, привыкнув к подобному, не замедляла работы. По сравнению с домом Энфри, этот запах казался райским благоуханием.

Она срывала травы пучок за пучком, держа уже собранное под мышками, чтобы случайно не раздавить, после чего аккуратно помещала в сумку. Если позвать гоблинов помочь, они, вероятно, закончат быстрее, но те стояли на страже, осматривая окрестности. Энри не была столь глупа, чтобы пренебрегать безопасностью ради облегчения работы.

В сравнении с ней, действия Энфри выглядели как поэзия в движении. Он быстро и аккуратно срывал растения таким образом, чтобы не навредить их лекарственным свойствам. Это была работа профессионала, мастера своего дела.

Энри засмотрелась на профиль Энфри, с серьёзным видом разглядывающего травы. Хорошо знакомое ей лицо в этот момент словно бы принадлежало другому человеку.

«Он возмужал...»

- Что случилось?

Энфри внезапно поднял голову. Он, должно быть, заметил, что Энри прервала работу.

Энри, беспричинно смутившись, опустила взгляд.

- А, ну, я просто подумала, что Энфи изумителен...

- Правда? Не думаю, что здесь есть что-то невероятное. Всё-таки я всего лишь начинающий травник. Мои навыки нельзя назвать выдающимися.

- Вот как...

- Полагаю, так и есть.

На этом разговор закончился. Постепенно запас трав в их рюкзаках рос, и, когда они заполнились чуть больше, чем наполовину, к ним подобрались гоблины, пригибаясь к земле, словно искали укрытие.

Видя удивлённое лицо Энфри, Кайджали молча просигналил рукой. Это означало проблемы. Энри, понявшая его, навострила уши. Издалека раздавался шелест, шум чьих-то шагов по траве.

- Это... - Что-то приближается. Идёт к нам... точнее, оно идёт в нашем направлении и, скорее всего, пройдёт здесь, так что лучше отойти немного в сторону.

- Значит, нам не понадобятся шумовые приманки?

- Точно, Братишка. Лучше бы нам не пришлось их использовать, такое впечатление, что дела могут пойти плохо, если мы так поступим. Ну, идём.

Пятеро начали отходить в сторону, противоположную звукам, прячась в тени ближайшего дерева. Они не отходили дальше из опасения вызвать шум, перемещаясь по зарослям. Если тот, кто приближается к ним, просто идёт вперёд, нет никакой необходимости подвергать себя риску обнаружения.

Поскольку дерево не было очень большим, всех оно спрятать не могло. Всё, что они могли сделать, - это пригнуться позади корней и надеяться, что не бросаются в глаза.

Таким образом, пятеро сдерживали дыхание и молились, что источник звука свернёт в другом направлении. Но этого, к сожалению, не произошло, и создававшая шум фигура в конце концов показалась в поле зрения Энри.

- Э?!

Изо рта Энри вырвался негромкий вздох удивления.

Она увидела потрёпанного маленького гоблина.

Его тело покрывали небольшие, но обильно кровоточащие раны. Он дышал быстро и неравномерно; запах крови и пота распространялся вокруг.

Хотя гоблины и так ниже людей, этот выглядел ещё меньше обычного. И гоблины, и привычная к повседневной жизни среди них Энри пришли к одному выводу - ребёнок.

Гоблинёнок пугливо оглядывался назад - туда, откуда пришёл. Даже не прислушиваясь, они явственно слышали преследующие его звуки чего-то движущегося сквозь заросли. Судя по всему, он жертва, спасающаяся от охотника.

Отчаянно переступая дрожащими ногами, он спрятался в тени дерева, неподалёку от того места, где укрылась группа Энри.

- Что...

- Тише.

Гокох оборвал Энри, даже не взглянув на неё. Он неотступно смотрел в том направлении, откуда пришёл ребёнок.

Несколько десятков секунд спустя показался охотник.

То был крупный магический зверь, напоминавший чёрного волка. Они сразу поняли, что это не простой волк, по обвивающей его тело цепи. Изгибающаяся цепь ничуть не ограничивала его движения, словно иллюзорная. Из его головы торчали два рога.

Энфри пробормотал название зверя себе под нос.

- Баргест...

Баргест залаял подобно собаке. И тут - его морда искривилась в злобной ухмылке, невозможной для зверя. Он медленно осмотрелся и остановил взгляд на дереве, за которым прятался гоблинёнок.

Совсем как зверь, которого он напоминает внешним видом, баргест обладает нюхом, не хуже гончей. Он никак не мог не учуять запах гоблинёнка, столь сильно истекавшего кровью на пути сюда.

Судя по всему, гоблину удалось добраться досюда не потому, что он мог сопротивляться баргесту, а скорее, причина заключалась в садистской натуре баргеста; или потому, что тот был из тех охотников, которые любят поиграть со своей едой.

Внезапно баргест остановился, в удивлении нахмурив морду. Он уставился туда, где Энри и Энфри собирали травы.

«А?»

Энри отдёрнулась, спрятавшись. Остальные последовали её примеру.

Позади древесного ствола Энри разжала ладони. Испачканную зелёным кожу усеивали клочки растительности. Рядом с ней Энфри тоже смотрел на свои руки.

Сок растений, которые они собирали...

Было похоже на то, как Нему пропиталась запахом, измельчая травы. Хотя их онемевшие носы ничего особенного не чувствовали, мощный запах всё же висел в воздухе. Её сердце заколотилось, Энри обуяло беспокойство.

- Он движется... Уходит? Кажется, не почуял нас.

Унлай, прислушивавшийся приникнув ухом к дереву, взмахнул рукой в вопросительном жесте.

- Хочешь сказать, что он не смог нас учуять?

- Что ты имеешь в виду, Братишка? Разве у монстров не очень острый нюх?..

- Дело именно в этом, - объяснил Энфри.

Именно из-за острого обоняния баргеста повисшая в воздухе вонь частично помогла обмануть его. Зверь перепутал запах от рук и сумки Энри с запахом того места, где они собирали травы. Более того, запах трав перебил их собственный.

Возможно, и гоблинёнок решил спрятаться здесь в отчаянной надежде скрыть себя за резкой вонью трав. Хотя зловоние было всюду, если они побегут, движение воздуха, создаваемое ими, может привлечь внимание баргеста. - Ну, давайте подождём, когда он примется харчить мальца и свалим. Мы не знаем, насколько этот баргест силён, рискованно атаковать вслепую.

Холодные слова Гокоха заставили Энри взглянуть ему в лицо.

Однако эти слова были логичны. Гоблины считали своей главной задачей обеспечение безопасности Энри. Учитывая это, их желание избежать боя с магическим зверем понятно. Они пожертвуют одним из детей собственной расы не раздумывая.

Сказанные им слова полностью соответствовали их убеждениям.

Однако Энри ненавидела такие поступки. Пусть они и принадлежат к разным видам, оставить без помощи того, кому она может помочь, будет позором для её.

Кто знает, не будь она глупой деревенской девочкой, никогда не видевшей, что такое нападение гоблинов, и не испытывающей к ним страха, может, она думала бы иначе.

Энри окинула взглядом остальных. Гоблины знали, что Энри хотела сделать, но не желали говорить об этом. После этого она посмотрела на Энфри.

- Энфи...

- Хаа... Хорошо, я помогу. Кто знает, может, этот гоблинёнок станет важным источником информации. Ведь если мы не узнаем, почему он сбежал сюда, то это может навлечь беду на деревню.

Гоблины нахмурились.

- Есть вероятность, что ты не справишься?

- Безусловно. Но нам повезёт, если это просто баргест. Большие баргесты довольно сильные. Но если судить по этим цепям и размеру рогов, то эта особь к ним не относится. Поэтому мы точно победим, если это окажется просто баргест.

- Погоди-ка, Сестрёнка же останется здесь, так? Ты должна избегать опасности.

Энри сглотнула. Она знала, что сказала это, чтобы потешить своё эго; её слова могли поставить под угрозу не только её саму, но и сопровождавших её товарищей. Но, несмотря на это, открыла рот, чтобы возразить:

- Бросить кого-то, кому мы можем помочь, то же самое, что самому его погубить. Я не хочу, чтобы мы стали похожими на тех, кто обижает слабых. Прошу вас!

Кайджали посмотрел на серьёзное выражение лица Энри и вздохнул, понимая, что он не сможет её переубедить. В этот момент раздался странный лай, который больше походил на издевательский смех. В ответ на это гоблинёнок жалобно завопил.

Времени, чтобы разглагольствовать, не осталось. - Ничего не поделаешь... Проучим его, братва!

Гоблины собрались и выпрыгнули из своего укрытия. Энфри последовал их примеру.

Сердце Энри защемило, когда она смотрела на воинов, идущих в бой ради выполнения её желаний.

Но всё, что она могла сделать это наблюдать за ними издалека.

Тогда Энри подумала: «Я останусь наблюдать, не позволяя себе отвлечься ни на мгновение».

Четверо выскочивших гоблинов заметили баргеста, давящего гоблинёнка под своими лапами. На теле ребёнка открылись новые раны, но он всё ещё был жив, из-за ужасной привычки баргестов играть со своей жертвой.

Баргест остановился и уставился на внезапно появившуюся группу гоблинов, а затем снова перевёл взгляд на гоблинёнка. Возможно, он опасался, что это дитя завело его в ловушку.

- Эй, эй, ну же, приятель, - Унлай говорил, указывая на себя большим пальцем, - Хочешь поиграть? Поиграй со мной! Давай!

Баргест издал грозный рык.

Кайджали обнажил своё мачете одним плавным движением. Остальные гоблины последовали его примеру.

- Не стоит затягивать. Я обучу эту старую шавку новым трюкам. Начнём, пожалуй, с команды «умри».

- Аашаааа!

Баргест надавил на гоблинёнка, которого он прижимал к земле, в ответ на насмешки гоблинов, заставив того закричать.

Хотя баргест и не мог говорить, его действия были понятны без слов – дернетесь, и ребёнок умрёт. Однако...

- Прекрасно! Давай, можешь убить его!

Три гоблина проигнорировали угрозу баргеста и рыча шагнули в его сторону.

Столь неожиданный ответ ввёл баргеста в замешательство.

Он не мог знать, что гоблины объявились здесь не для того, чтобы спасти гоблинёнка, а из-за желания Энри. Всё в порядке, ведь мы попытались спасти его - вот какова была их настоящая позиция.

И раз они решили вступить в бой, они должны были убить баргеста, чтобы он не мог навредить их драгоценной Энри. И если смерть этого гоблинёнка задержит баргеста, позволив гоблинам перехватить инициативу и атаковать первыми, то они без колебаний пойдут на такую жертву. Видя своё отражение в клинках трёх мачете, баргест осознал, что не сможет использовать заложника, и остановился. Он не мог определиться: убивать ему гоблинёнка или нет. Забрать его жизнь легко. Потребуется лишь один укус. Однако, если он сделает это, то эти гоблины точно порежут его на лоскуты.

Угроза его жизни поставила баргеста перед выбором.

Бросив гоблинёнка, баргест прыгнул на гоблинов, намереваясь встретить их атаку.

Он был тяжелее гоблина, поэтому надеялся прижать своих врагов к земле и покончить с ними, разрывая их глотки своими клыками.

Но, по правде сказать, это был плохой выбор.

Выбранный гоблин с лёгкостью ушёл от атаки, в то время как двое остальных рубанули своими мачете по бокам баргеста.

Один из клинков был отражён цепями, окружавшими баргеста, а второй прошёл по его телу, усеивая всё вокруг кровью.

В этот же момент небольшой пузырёк разбился прямо на кончике носа баргеста.

- Рраааа!

Отчаянный вопль вырвался из его пасти, когда отвратительные испарения забили его глаза и нос.

Тем временем ещё три волны боли пробежали по его телу.

Было видно, что баргесту становится хуже из-за потери крови. Его глаза слезились, а взор был затуманен, но он сделал свой выбор: его целью стал человек, бросивший тот пузырёк.

Однако после нескольких шагов лапы баргеста застряли в чём-то, не позволив ему продолжить свою атаку.

Посмотрев вниз, он заметил странную клейкую жидкость, которая не впитывалась землёй.

- Клей не сможет задержать его надолго! Добейте его сейчас!

В ответ на голос человека гоблины издали свои боевые кличи и бросились в атаку. Со своей стороны, человек сплёл мощное заклинание и направил его в баргеста.

- РРААААА!!!

Баргест, использовав все свои силы, попытался оторвать ноги от земли. Хотя его движения сильно замедлились из-за того, что ноги всё ещё были покрыты клеем и грязью, он был в состоянии сражаться.

Видя, как гоблины с намерением убийства приближаются к нему, баргест использовал свой превосходный интеллект (по сравнению с обычным зверьём), чтобы принять тот факт, что эти гоблины - сильные противники.

Также он признал тот факт, что они отличаются от обычных гоблинов одной ключевой особенностью: они были врагами, которые могли одолеть его.

Баргест обладал тремя методами нападения: бодать, пронзая врага рогами; вгрызаться зубами, опрокидывая врага на землю, и рвать его когтями. В отличие от больших баргестов этот не обладал какими-либо особыми способностями. Но на самом деле и у него имелся туз в рукаве.

Эта тактика полностью лишит его защиты и в случае неудачи приговорит его. Но сейчас было не время беспокоиться и беречь силы. Нужно по максимуму использовать те десять секунд, что вполне могли оказаться последними в его жизни.

Баргест дико завыл, видя приближение окруживших его гоблинов.

- «Усиление Брони»!

Наложенное стоящим сзади человеком заклятье заставило доспехи гоблинов ярко засветиться. Баргест запаниковал, предполагая, что это какая-то усиливающая магия, но гоблины, бегущие на него, просто ухмыльнулись.

Возможно, это сделало их безрассудными, но гоблины, получив укрепление брони, бросились на него как один. Может, это был глупый поступок, но это был храбрый шаг к быстрому завершению битвы, грозящей стать затяжной.

Так бы и произошло, если бы баргест не ждал от них этого.

Обладай его морда мимикой наподобие человеческой, он бы улыбнулся.

Цепи, обвивающие его тело, издали шипящий звук и внезапно пришли в движение.

Толстые и грубые оковы начали вращаться с невероятной силой.

Особая способность «Циклон Цепей», если и не убьёт гоблинов на месте, то тяжело их ранит.

Баргест ставил на эту атаку всё. Эту способность можно применять лишь раз в день, и после этого цепи не могут служить как броня в течении десяти секунд. Риск был велик.

Неожиданная атака застигла гоблинов врасплох - они замешкались. Фатальная ошибка. Однако…

- Пригнитесь!

Громогласный приказ опередил удар цепей.

Баргест, вложивший всё в эту атаку, повернулся ко второму закричавшему

человеку; его глаза расширились.

Гоблины, казалось, безнадёжно опоздавшие уклониться, ловко прижались к земле, словно голос вложил в них новые силы.

Баргест уставился на командующего, стоящего позади заклинателя.

И тут обе его передние и одну заднюю лапы отсекли от тела. Он издал полный боли вой. Он попытался вернуть цепи, оскалил клыки, чтобы напугать гоблинов, но они не поддались на это.

- Братишка, мы справимся без поддержки. Только на всякий случай установи сигнальное заклятье вокруг этого места.

Баргест, понимавший, что уже проиграл, отчаянно пытался сбежать.

Его обычно подвижное тело стало неуклюжим и медленным. Естественное последствие того, что от трёх из четырех лап остались лишь обрубки. Тем не менее баргест пытался сбежать изо всех сил.

Но гоблины не намерены были его отпускать.

Липкая кровь оросила траву, тяжёлый железистый запах вытеснил вонь растений.

С окровавленными мачете в руках, запачканные кровью и внутренностями, выплескивавшимися из трупа баргеста, гоблины посмотрели на гоблинёнка.

Тяжело раненый и не имеющий сил бежать, он всё же заставил себя подняться, опираясь на дерево.

- Эй, вы кто такие, парни? Из какого племени?

Гоблины переглянулись, гадая, что ответить на вопрос наполовину испуганного наполовину недоверчивого ребёнка.

Глядя друг другу в глаза, они безмолвно обсуждали, как вести себя с ним, какое поведение принесёт больше выгоды и какую информацию можно ему раскрыть, но Энри полагала, что есть более первоочередная задача.

- Сначала нужно позаботиться о его ранах. Что мы можем сделать, Энфи?

Гоблинёнок был тяжело ранен и уже потерял много крови. Если оставить его одного, он наверняка умрёт. Хотя Энри понятия не имела, как помочь ему, она надеялась, что её друг детства знает, что делать.

- Максимум, на что способны обычные травы, это остановить кровотечение - они не помогут при кровопотере. Однако...

Энфри принялся рыться в карманах.

- Вот. Это новое зелье лечения. Я хотел передать его господину Гоуну, но... можешь показать мне свои раны?

Энфри вышел вперёд, вынимая фиал из робы.

- П-погоди, что это за жуткая жижа? Это яд?

Когда гоблинёнок увидел пурпурное зелье, на его перепуганном лице промелькнула враждебность. С точки зрения Энри - может, даже с точки зрения Энфри - это была естественная реакция. Зелье выглядело слишком похожим на яд, не способствуя доверию. Однако гоблины, весьма разозлённые словами ребёнка, тут же нависли над ним.

- Эй, пацан. Сестрица с Братишкой тут помочь тебе решили. Следи за базаром, когда с ними говоришь, а то хуже будет. Понял, нет?

Гоблинёнок смотрел на выставленные напоказ клинки. Пусть всего лишь дитя, он хорошо понимал, что злить гоблинов перед ним - плохая идея. Он поник.

Энри полагала, что можно было бы обойтись и без угроз, но знала, что у гоблинов есть свои правила, которым они следуют. Ей не стоит встревать со своим человеческим взглядом на вещи.

- Я-я прошу прощения.

- А, всё хорошо. Не переживай.

Отвечая, Энфри смазывал зельем тело гоблинёнка. Раны зарастали на глазах.

- Уоооо! Чё это? Цвет отстойный, но офигенно себя чувствую!

Почувствовав на себе взгляды окружающих гоблинов, он задрожал.

- А.. а, нет, я, э, б-большое сп-пасибо...

- О, похоже пацан всё же слыхал о вежливости.

- Очень хорошо. Теперь я могу сказать господину Гоуну, что зелье прошло проверку экспериментом.

Энфри огляделся, напрашиваясь на похвалу. Энри и гоблины, поняв, куда он клонит, кивнули.

Энфри создал зелье из материалов, предоставленных Айнз Оал Гоуном, великим заклинателем, спасшим деревню Карн. Он не только избавил их от необходимости оплачивать налоги на исследования, но и предоставил все необходимые ингредиенты. Всё это делало очевидными ценность и значение созданного им зелья.

То, что Энфри решил использовать его самостоятельно, было серьёзной проблемой, но, возможно, он сможет представить это как практическую проверку эффективности зелья.

«Если я сообщу господину Гоуну о свершившемся, он, возможно, не будет против... Эксперименты, в конце концов, - это основа фармацевтики.» - Ты, ты меня как подопытного кролика использовал!

Неспособный читать между строк, гоблинёнок в шоке хватал ртом воздух, Энри и Энфри ухмыльнулись в ответ. Подобная реакция ожидаема от того, кому неизвестна ситуация в целом.

Хотя они двое и смогли улыбнуться, остальные присутствующие оказались не столь снисходительны. Гоблины не могли сдержать свой гнев и плевались выражениями вроде «Этот мелкий ублюдок!» и прочим подобным.

Энри протянула руки, пытаясь их успокоить. Подобная реакция совершенно естественна для ничего не знающего ребёнка - не было смысла горячиться.

- Ну, раз Сестрица так говорит... ладно, как бы то ни было, нам пора двигать. Кто знает, каких ещё монстров привлечёт запах крови.

- И, хотя мы и победили... Сестрица, пожалуйста, не делай так больше, ладно? Наша работа защищать тебя.

- Ну и кутерьма. Однако тот крик Энри меня серьёзно испугал.

- Ну, это благодаря тому крику мы целы и невредимы… эй, сопляк, ты бы лучше не дёргался. У нас к тебе много вопросов, и если не хочешь отправиться домой по кусочкам, то лучше отвечай честно.

- Унлай...

- Сестрица, это и ради деревни тоже... поди сюда, парень.

Гоблинёнок подошёл медленно и неохотно. Его раны исцелились и не должны были затруднять движения, но упрямство заставило его идти медленно.

Гокох, держа покрасневшее от крови мачете, сплюнул на землю.

Энри повернулась к Энфри за помощью. Однако он лишь покачал головой. Обернувшись к гоблинам, она увидела сталь в их глазах и вместе с ней молчаливую поддержку действий их товарища.

- Сестрица, не беспокойся, я его не убью. Я просто хочу слегка расспросить его о происшедшем. Кроме того, ты не думаешь, что он умрёт, если мы его тут бросим?

Создалось впечатление, что он адресовал вопрос скорее гоблинёнку, чем самой Энри. Тот, похоже, понял и сопротивление в нём угасло.

- Я понял... Я не убегу...

- Хорошо. Тогда нам пора. Пацан, ты можешь подтвердить, что этот баргест здесь был один?

- Нет. И кроме них здесь ещё несколько огров. Я не знаю, сколько их за мной гналось. И я не пацан, я Агу, четвёртый сын Аха, вождя племени Гигу.

- Агу, хм.

- Я думаю, с него и «пацана» хватит.

- Мы обсудим это позже. Прямо сейчас это не столь важно. Раз Агу хочет, чтобы его звали по имени, почему бы нам так и не поступить ради создания доверия между нами?

- Речь не мальчика, а мужа, Братишка. Итак, собираемся и уходим отсюда.

В соответствии со словами Кайджали группа в тишине пустилась в обратный путь, внимательно смотря по сторонам. Повисшую вокруг тяжелую атмосферу, казалось, можно было потрогать руками.

Хотя Энри хотела разрядить обстановку беседой, здесь ей нельзя вести себя беззаботно, потому что лес не подходящее место для человека, особенно учитывая то, что их могут преследовать.

♦ ♦ ♦

Напряжение, охватившее их тела, словно растворилось, когда они вышли на свет из тёмного, тенистого леса; его заменило легкое чувство праздности. Они почувствовали, что наконец вернулись в родной им мир.

Энфри, шагая рядом с Энри, вздохнул с облегчением.

Движения гоблинов стали более свободными, но Агу всё ещё выглядел серьезным. Похоже, он оказался сбит с толку солнечным светом и открытым пространством, и это отражалось на его лице. Он оказался вдали от теней леса, в котором рос.

- Там, деревня вон там.

Лицо Агу приняло подавленный вид, когда он проследил направление указывающего вдаль пальца Энри.

- Что? Стена? Она словно... от неё похожее чувство, как от Монумента Разрушения.

- Монумента Разрушения?

- Верно. Это жуткое место недавно появилось в Великом Лесу. Все, кто к нему приближаются, погибают. Говорят, там гнездится нежить.

- Ты говоришь, что все, кто подходит близко, умирают, но при этом, похоже, много про это место знаешь.

- Когда Монумент Разрушения ещё только строили, храбрецы из нашего племени ходили туда и видели скелетоподобных монстров, строящих его.

- Вы знали про это?

- Нет, мне жаль, но это новости и для нас. Забравшись далеко в лес можно встретить монстров, с которыми даже босс не справится. Так что мы стараемся не заходить далеко.

- Эй, а из какого племени вы трое? Вы сильнее всех гоблинов, что я в жизни видел, так что, где...

Агу стрельнул глазами в Энри, и пробормотал что-то вроде: «Обычно люди...» себе под нос.

- Вы служите людям?

- И что такого? Разве не в порядке вещей служить тому, кто сильнее?

- Но сильные люди... нет, я хочу сказать, я слышал, что среди расы людей есть и сильные, и слабые... но ты женщина, так? А вот этот, с волосами, закрывающими лицо, он мужчина, верно?

Энри удивлённо заморгала.

«Интересно, кем я ещё могу быть, кроме как женщиной? Нет, возможно, гоблину сложно различить, потому что Энфри не слишком похож на мужчину...»

- Энри, полагаю, этот ребёнок никогда раньше не видел людей. Максимум он знает о нас то, что ему рассказывали его собратья-гоблины. Однако... неужели гоблинам и правда так сложно отличать нас друг от друга?

- Ну, наша одежда... отличается...

- Как я и сказал, он не понимает этого. Разве гоблины не носят все одно и то же? Конечно, есть и цивилизованные гоблины, живущие в своих государствах, но он явно не из таких.

Энри понимающе кивнула, но думая об этом, осознала, что до сих пор не ответила на вопрос Агу.

- Верно, я девушка.

- Так значит, ты заклинатель?

- Нет, а что?

Агу выглядел поражённым до глубины души.

- Я заклинатель. Магический заклинатель.

- Вы двое муж и жена, верно?

- Эээээ?!

Двое воскликнули с идеальной синхронностью.

- Нет, я хочу сказать, у некоторых рас жены пользуются той же властью и авторитетом, что и их мужья... у вас не так?

- Нет, нет, всё совсем не так!

Сопровождавшие их гоблины, похоже, хотели что-то сказать в ответ на «адамантовое» отрицание Энри, но лишь молча поникли.

- Тогда... как так получается? Как такое возможно, чтобы женщина оказалась сильнейшей?

- Мы зовём тебя пацаном потому, что ты не понимаешь этого. Сила Сестрицы - это то, чего глазами не увидишь.

Энри хотела опровергнуть это, но направленный на неё серьёзный взгляд Агу оказывал такое давление, что она не решилась заговорить. Пока Энри смущалась, Кайджали спросил:

- Итак, ещё вопрос. Почему за тобой гнались те ребята? Что случилось?

- Это...

- Скажите, это не может подождать до того, как мы вернёмся в деревню?

И той, кто ответил на вопрос Энри…

- Верно… Хорошая идея-су…

…Оказалась женщина, которой до этого момента рядом не было.

Все в удивлении воскликнули и обернулись к источнику звука.

Они увидели сногсшибательную красавицу. Волосы смуглой женщины были заплетены в две косы. Одетая в то, что она называла своим костюмом горничной, она несла на спине странно выглядящее оружие.

Несомненно весьма подозрительная личность, и в то же время им прекрасно знакомая.

Люпус Регина Бета.

Горничная, служившая спасителю деревни Карн, Айнз Оал Гоуну; она отвечала за доставку алхимических принадлежностей и механизмов Барелам, а также руководила каменными големами. Благодаря своему весёлому и беспечному характеру она пользовалась большой популярностью в деревне.

Однако она обладала привычкой появляться из ниоткуда, совсем как сейчас. Жители деревни полагали естественным, что горничная на службе у великого заклинателя Айнз Оал Гоуна и сама владеет магией, и Энри разделяла это мнение. Но всё равно эти внезапные появления пугали.

- Люпу, г-где вы?..

- Ну же, Эн, я же следовала за вами с самого начала-су. Вы чего, ребят, не заметили? Я думала, меня все игнорируют, потому что я скучная-су.

- Э? Ээээ?

Хотя и казалось, что она шутит, тон звучал весьма серьёзно. Энри огляделась в поисках помощи от спутников. - Ну, Люпу, может, хватит валять дурака?

- Увааа… все думают, что я просто дурочка-су. Прощайте, не поминайте лихом-су... ааа, я всё равно шутила-су. Ну, ну, не обращайте внимания-су.

Воцарилась тишина до тех пор, пока кто-то не издал утомлённый вздох.

- А, можно подумать, я делаю что-то плохое. Так кто этот маленький гоблин?.. Неужели, неужели же!

Энри почувствовала, как гоблины между ней и Люпус Региной обмениваются усталыми взглядами.

- Фуфу... Энфи, тебя обскакал гоблин? Фуфуфу.

Глаза присутствующих остекленели и застыли, Люпус Регина расхохоталась.

- Да что же это-су. Чистая, невинная, юношеская любовь, и так жестоко растоптана-су. А, что за разврат-су! Фухаха!.. Фух, ну ладно, шутки в сторону, что на самом деле случилось?

Агу сильно затрясся, словно стоял перед монстром.

Хотя Энри понимала в чём дело. Жизнерадостное лицо Люпус Регины непрерывно менялось, как у нервного человека в состоянии стресса. В промежутках между улыбками открывалось прячущееся под ними истинное выражение лица, настолько отличающееся от первоначального, что становилось жутко.

- Ау, не бойся, я тебя не съем-су… может быть… Всё в порядке-су. Ну же, расскажи сестрёнке всё-су.

- Люпу. Мы собирались обсудить это позже, разве ты не согласилась с этим?

- О, я? Хм, я и правда припоминаю, что сказала что-то такое-су.

- ...

- А! Я надеюсь, госпожу Бету не затруднит передать это зелье господину Гоуну. Это свежая разработка, но его эффект был проверен и подтверждён.

- О? Энфи, ты наконец сделал его?

- Верно. К сожалению, оно не чисто красного цвета, но, я думаю, мы добились значительного прогресса.

- Ну, это здорово. Я уверена, Владыка Айнз будет очень рад это услышать.

При этом поведение Люпус Регины превратилось в поведение обычного человека, а не легкомысленной и беспечной девушки, которой она была только что. Однако это продлилось всего секунду. Она тут же обратно стала сама собой.

- Аааах, как возбуждающе... Серьёзно, я выбрала отличный день для визита-су. Да, вовсе необязательно звать меня Бета. Можно просто Люпус Регина-су. Только для тебя…

В компании с пребывающей (с виду) в очень хорошем настроении Люпус Региной они прошли через ворота деревни.

Жители не сказали ничего при виде незнакомого гоблинёнка. Можно было сказать, что они просто спокойны, но также то, что они доверяли Энри. Она, возможно, стала кем-то вроде семьи гоблинам, охраняющим деревню.

Они прошли по деревне и мимо дома Энри. Их пунктом назначения был дом гоблинов.

- Простите меня, я отлучусь ненадолго. Позову Бриту, чтобы она тоже послушала, что расскажет Агу.

- Толково придумано, Братишка. Она заходила в лес, когда изучала рейнджерское дело, так что будет лучше, если она послушает, что пацан расскажет... Что скажешь, Сестрица?

- Э? Я?

Энри, не ожидавшая, что её имя всплывёт в разговоре, на секунду запаниковала. Не имея явных причин отказываться, она просто кивнула.

- Угу. Возможно, она и немногое сможет добавить, но лучше послушать и её мнение. Полагаюсь на тебя, Энфи.

Со словами «Понял» Энфри покинул их.

- Хотя можно подождать и тут... может, сделать кому-нибудь напитков?

- Отличная мысль-су! Помираю от жажды.

- Люпу, разве ты не горничная? Ты ведь должна уметь готовить всякие вкусные напитки?

- Нуу, я горничная Владыки Айнза, и других Высших Существ, так что... Я не хочу работать на кого-то ещё-су. Я просто хочу побездельничать-су. Давайте не будем про работу и всякую такую фигню.

- Вот как... что ж, очень жаль.

Хотя разговор между Люпус Региной и Унлаем казался вполне обычным, Энри пробрала дрожь.

Разговаривая на ходу, они подошли к дому гоблинов.

Возле этого дома, способного вместить два десятка человек, располагался большой двор, достаточный, чтобы держать там волков и отпускать их порезвиться. Это была крупная постройка, где гоблины тренировались и ухаживали за своим снаряжением.

Гоблины открыли дверь, впуская внутрь Энри и Люпус Регину.

- Уэээээ. Я и не знала про это место.

- Хммм? Люпус Регина, вы не заходите?

- Не, не. Не могу без приглашения. Ну, это скорее просто вопрос вежливости, не то чтобы я действительно не могла. Я думаю, единственная, про кого ходит такая же странная легенда, это плоскодонка.

- Плоскодонка?..

«Что за чушь?» - подумала Энри.

- Верно, Эн. Это имя несчастной красавицы. Впрочем, она тоже без проблем смогла бы войти. Легенды, мифы, сказочки… Лааааадно, хватит об этом. Мы здесь, чтобы послушать, что расскажет этот гоблин, верно?

- Ах, да. Тогда напитки... эхм, как насчёт травяной настойки и фруктового сока? Это чёрный чай и вода Хьюэри...

Агу и Люпус Регину, похоже, совершенно сбили с толку слова Унлая, так что Энри объяснила им:

- Хьюэри - это цитрусовые фрукты, их разрезают и погружают в воду, она становится очень освежающей и приятной на вкус. Чёрный чай немного горьковат.

- Тогда мне воду Хьюэри.

- И мне сок Хьюэри тоже.

- Понял. А ты, Сестрица?

- Мне, пожалуй, тоже Хьюэри. И... как насчёт вымыть руки? Пусть наши носы и привыкли...

- А, это без проблем. Эй, пацан, то есть Агу, ты тоже поди сюда. Нужно слегка отмыться. И, братва, извиняйте, как насчёт убрать подальше наши грязные ковыряла?

- Думаешь, стоит?

- Конечно. Он всё равно ничего не сделает. У нас тут правила простые.

- Ну, раз так... хорошо.

Кайджали вышел из комнаты, неся три набора оружия.

- Агу, иди сюда. Скорее.

- Почему я должен мыться? Я так стану красивее?

Энри заметила, что руки Агу очень грязны; ни с какой точки зрения называть их чистыми было нельзя.

- Твоё мнение здесь несущественно. Хозяин дома говорит тебе вымыться. Или ты хочешь сказать, что намерен пренебречь желаниями хозяина в его собственном доме?

Агу надулся и медленно поплёлся к Энри.

Энри набрала воды из большой бочки в ковши. Приготовив четыре набора, она погрузила руки в неожиданно холодную воду и начала их оттирать. Зелень сходила с рук медленно, словно тающий на солнце снег. Закончив, она поднесла руки к лицу. Запах исчез.

Энри осмотрелась. Гокох и Унлай тоже мыли руки, вода окрасилась красным от крови баргеста.

Далее она посмотрела на Агу, но увиденное её огорошило.

Даже малолетний ребёнок справился бы лучше. Он просто сунул руки в воду, поболтал ими немного, и всё. Он даже не вытерся.

Хотя Энри уже оттёрла с рук запах трав, от Агу всё ещё пахло листвой. Для лесного гоблина этот запах, возможно, являлся средством самозащиты от магических зверей с острым обонянием, поэтому они могли и не иметь привычки мыться.

Но как бы то ни было…

- Это делается вот так.

Агу скорчил недовольную гримасу, когда Энри попыталась объяснить ему. Однако, вспомнив своё положение и слова других гоблинов, он нехотя принялся мыться как следует.

- Молодец, у тебя отлично получается...

- Эй, после этого вытрись вот этим. Убедись, что смыл всю кровь.

Агу не выглядел счастливым, но всё же протёр себя влажным полотенцем.

- Грязную воду просто выливаем снаружи?

- Да, именно. Сестрица, садись. Мы позаботимся обо всём остальном.

Энри направилась к столу. Вокруг него было немало стульев, так как здесь жило множество гоблинов. Выбрав себе место и усевшись, она внезапно поняла, насколько устала. Руки и ноги одеревенели, голова потяжелела.

Хотя частично это было вызвано сбором трав, тем, что действительно измотало её, стала битва с баргестом.

«Я могла лишь смотреть... Энфи и гоблины сражались, но они по-прежнему полны сил... похоже, мне никогда не стать воином... или, скорее, Энфи стал таким сильным...»

Хотя она и знала, что её друг детства может использовать магию, она не ожидала, что его заклятья столь сильны.

«Он поразителен...»

Пока она думала о своём внезапно изменившемся друге, сердце Энри переполнила эмоция, которую она не смогла бы описать словами. Это можно было бы назвать удивлением, но при этом и чем-то совершенно иным.

Звонкий звук привёл Энри в себя, её взгляд упал на фарфоровые чашки на столе. Их наполняла прозрачная жидкость, испускающая цитрусовый аромат. Энри протянула руку и взяла одну.

Холодный кисло-сладкий вкус омыл всё её тело, она почувствовала словно наполняется энергией. Агу, севший рядом с ней, опустошил свою чашку одним глотком и тут же попросил добавки.

Но Люпус Регина по-прежнему не прикасалась к своей.

«Если подумать, я никогда не видела, как Люпус Регина что-нибудь ест или пьёт.»

- Хм? Что-то не так? Ты в последнее время что-то часто украдкой на меня смотришь. Влюбилась? Аааа, во дела. Ну и ну, вот так новость, подумать только - Эн – лесбиянка-су. Похоже, надо всех предупредить-су.

- Что? Нет! Нет! Всё не так!

- Увахахахаха. Просто шучу. Я знаю, что Эн нравятся мужчины.

Думая, что ответить, Энри сузила глаза в щёлку.

- Хотя что-то они долго... хм? Похоже, пришли.

Энри повернулась к двери, но её не покидало чувство, что снаружи никого нет.

- Правда? Но я совсем ничего не слышу.

Агу приложил ладонь к уху.

- Эй, у расы людей такой хороший слух?

- Это, ну, я не уверена насчёт этого, но вряд ли Люпус Регина стала бы обманывать о таком... хотя она и может... немного подшутить.

«Лжёт ли она?» - подумал Агу, глядя на Люпус Регину широко раскрытыми глазами.

- Нет, правда, я слышал их. Они точно идут. Ты поразительна.

- Мм? Ах, это не так. Пустяки, по сравнению с Энри…

Агу, кажется, поверил и с подозрением взглянул на Энри.

Но на самом деле это не так. Улыбка на лице Люпус Регины была настолько фальшивой, насколько вообще возможно. Энри задумалась, как ей рассказать Агу правду, но их прервал стук в дверь. Через мгновение Энфри и женщина в кожаном доспехе вошли в комнату.

Брита - бывший авантюрист, перебравшийся в деревню после Энфри. Изначально она была искателем приключений из Э-Рантэла, но отошла от дел после некоторого инцидента. Но ей нужно было зарабатывать себе на хлеб, поэтому она согласилась на уговоры деревенских и осталась тут.

Она обучается ремеслу рейнджера и подаёт большие надежды. И хотя она слабее Дзюгэму, но остаётся одним из сильнейших жителей деревни и лидером деревенского ополчения (хоть оно и не дотягивает до такого звания).

Её позвали потому, что она была каким-никаким, но воином и уже ходила в лес, когда оттачивала свои навыки разведки и маскировки.

- Ах... действительно новый гоблин... кхм, простите, до сих пор думаю, как авантюрист... он не враждебен.

Брита горько улыбнулась. Не то чтобы Энри не знала, кем она была раньше: положение дел таково, что гоблины всегда были врагами человечества и убивать их при встрече было в порядке вещей. Но эта деревня была особенной, и горькая правда заключалась в том, что в этой ситуации настоящими врагами казались люди.

- Итак, раз все в сборе, давайте послушаем, что он хотел нам поведать. Агу, можешь рассказать, почему ты бежал с такими ранами?

- Если в двух словах, то на меня напали.

- Нет, это слишком расплывчато... Что за монстр на тебя напал?

- Прислужники Гиганта Востока, - ответил Агу.

- Гигант Востока? Это ещё кто?

- А вы как его кличите?

- Никак. Мы даже не знали о его существовании... Брита, ты знаешь что-нибудь об этом?

Энфри был самым начитанным среди собравшихся здесь, но, когда дело заходило о лесе и его жителях, Брита знала гораздо больше. Впрочем, она лишь покачала головой.

- Простите, но я не слышала ничего о Гиганте Востока. И я полагаю, что глава гильдии Латимон тоже. Мы никогда не заходили так глубоко в лес Тоб и мало знаем о живущих там существах.

- Тогда, Агу, расскажи нам про него.

- Рассказать о нём что?..

Энри понял недоумение Агу. В такой ситуации лучше всего задавать вопросы один за другим, так на них будет легче ответить. Поэтому Энри задал другой вопрос. - Тогда можешь сказать нам, какие самые сильные монстры живут в лесу Тоб?

- Ну, для меня баргесты и огры довольно сильные... Но если вы говорите о парнях вроде Гиганта Востока, то в лесу обитают трое таких. Во-первых, Зверь Юга. Говорят, что этот немыслимый парень потрошит всех, кто заходит на его территорию, но я не знаю, что с ним случилось. Потом Гигант Востока. Ещё есть Змей Запада и я слышал, что эта змеюка может пользоваться магией.

- Странно... А что на севере?

- Там, вроде, озеро, дом для многих рас. А вот кто правит там... Я без понятия. Но, кажется, там живут ведьмы-близняшки с болота. А когда пропал Зверь Юга, весь лес пошёл под откос. Я не уверен, что именно случилось: по всей видимости, появился по-настоящему страшный парень и нарушил баланс сил...

- Монумент Разрушения?

- Да, точно. Ещё я слышал, что хозяин этого Монумента управляет нежитью, такими маленькими чёрными тенями, которые могут проходить через тьму. По крайней мере, это то, что рассказали нам выжившие.

Все - за исключением Люпус Регины - беспокойно переглянулись.

Зверь Юга. Так как эта территория должна была располагаться близко к деревне, то, стало быть, это было то магическое существо, которое приручили себе авантюристы, проводившие сюда Энфри - а если быть более точным, воин в чёрных, как смоль, доспехах. Оно определённо источало силу и идеально подходило под описание.

- Этот Зверь... наверняка это Мудрый Король Леса, Хамскэ.

- Точно! А, да, это и есть Зверь...

Когда Энфри сказал это, Брита, в то время ещё не переехавшая в деревню, подтвердила, что издалека видела это существо в Э-Рантэле.

А теперь выяснилось, что есть ещё два существа, которые были равны ему по силе. Никто не мог выглядеть не шокированным и не испуганным этим фактом.

- Тогда, как ты уцелел?

- До недавнего времени эти трое сдерживали друг друга. Зверь Юга не покидал своей территории, но никто не мог сказать наверняка, так ли это было. И когда Восток сражался с Западом, всегда была вероятность, что в момент победы одного из них придёт Зверь и добьёт их обоих. Таким образом, никто из них в действительности не атаковал.

- Ладно, звучит похоже на правду. Однако, если бы Запад с Востоком договорились и... нет, Зверь Юга не покидал своей территории, так что им незачем заключать против него союз. И разумеется, они не могли позволить себе провокаций...

- Я не знаю, о чем они думают. Они просто захватили территории и управляют ими. Однако появление хозяина Монумента Разрушения нарушило баланс сил. Поэтому Запад и Восток решили уничтожить этого короля разрушения и встали на путь войны.

Агу всё говорил и говорил без остановки.

- Гигант с Востока заставил нас присоединиться к его армии. Они использовали нас и бросали без помощи, а если мы не могли выполнить приказы, нас жестоко наказывали. Поэтому мы убежали. Однако...

- Это не помогло, верно?

- Да, верно. Баргесты и огры преследовали нас. Неспособные сопротивляться, мы рассеялись. Я бежал в этом направлении вместе с несколькими спутниками, чтобы скрыться на территории Зверя Юга, но мы не ожидали, что они без колебаний последуют за нами.

Он сказал, что бежал с несколькими спутниками, но они не видели в лесу никого, кроме Агу.

Болезненное выражение промелькнуло на лице Энри, и Гокох заговорил:

- Наши сейчас прочёсывают лес, если кто-то выжил, то они приведут их сюда, если те не будут сопротивляться.

- Да, верно. Волчьи носы очень чуткие. Тогда... вопрос такой: кроме баргестов кто ещё за вами гонится? У них есть дружки, которые могут тоже появиться? В худшем случае преследователи могут явиться и сюда. Эй, Агу, что ещё за монстры там есть?

- Баргесты, огры, боггарты, багбиры и какие-то твари наподобие волка...

- Это всё обычные монстры. Я бы больше хотел услышать про Гиганта Востока и Змея Запада, а именно о том: как они выглядят, какие у них способности и всякое такое. Ты что-нибудь знаешь?

Агу потряс головой.

- Я не знаю деталей. Знаю только то, что Гигант Востока вооружён большим мечом, а у Змея Запада голова вроде ваших, но какую магию он использует - этого я уже не знаю.

Энфри, ставший центром всеобщего внимания, покачал головой. Этой информации было слишком мало.

- Вопрос в том, что мы будем делать? Если заявится кто-нибудь столь же сильный, что и Зверь, говоря прямо - нам конец. Большее, на что способно ополчение, - это проводить детей и женщин в безопасное место.

- Именно. Может, для защиты хватит и крепкой стены, но, возможно, нам стоит подумать и о других методах. Было бы здорово, если б смута в лесу утихла сама собой.

Если проблемы в лесу разрешатся сами, то живущим возле леса людям не придётся уходить. Однако, если они не смогут заходить в лес, это повлечёт множество других неприятностей. В худшем случае им придётся жертвовать чем-то дорогим ради блага всей деревни.

- Однако, если враг может так просто покорить лесное племя, это должно означать, что он весьма силён.

- Неправильно!.. Раньше наше племя было гораздо сильнее. Однако, когда мы начали поиски нового места для поселения, было отправлено несколько смешанных отрядов огров и взрослых гоблинов. Если они ещё живы, мы сможем отбиваться!

- Значит, эти взрослые гоблины до сих пор не вернулись?

Когда Брита заговорила, Энфри наклонил голову, словно думая о чём-то.

- Насчёт этого... хотя это совсем не по теме, можно спросить о том, что уже некоторое время меня интересует? Ты говоришь так же, как и остальные гоблины?

- Что ты имеешь в виду?

- А, ты не знаешь? Мне самому доводилось встречать гоблинов раньше, и не пойми меня неправильно, но они разговаривали как идиоты. Однако в деревне Дзюгэму и остальные разговаривают нормально. Также и ты - хотя ты ещё и весьма болтлив сверх этого. Поэтому мне стало любопытно: были ли встреченные мной гоблины из какого-нибудь варварского племени или чего-то подобного.

- Нет, я просто довольно умён для гоблина. Большинство гоблинов разговаривают односложно. Общаться с членами нашего племени весьма непросто, скажу я тебе. Я даже думал, что я из другого племени. Нет, на всякий случай я хочу спросить: может, я был рождён в каком-нибудь здешнем племени? Вы ничего не слышали обо мне?

- Нет, мы не знаем... Пацан... А может... Сестрица, Братишка, не отойдёте со мной на минутку?

Энфри и Энри последовали за Кайджали в угол комнаты.

- Этот сопляк Агу… может ли быть, что он не гоблин а хобгоблин?

Хобгоблины это родичи гоблинов, во всём их превосходящие. Даже взрослый гоблин не превосходит ростом человеческого ребёнка, но хобгоблины могут сравняться с ростом со взрослым человеком.

Они напоминали людей в плане физической силы и интеллекта. Иногда они вступали в браки с обычными гоблинами и, благодаря своим выдающимся физическим и умственным качествам, занимали видное положение в племени: становились предводителями воинов или даже вождями.

- Но если бы его мать или отец были хобгоблины, то разве он не знал бы об этом?

- Оба его родителя были гоблинами, а сам он хобгоблин.

- Э? Я думал, такое может быть только в драматической литературе? - Впервые вижу у Энри такое выражение лица... но, к сожалению, причина, скорее всего, в другом. Люди, бывает, усыновляют детей. Думаю, и гоблины поступили похожим образом.

- Это определённо возможно. Ну, раз так, нет причин беспокоиться об этом.

Трое вернулись к столу, и с их возвращением до сих пор молчавшая Люпус Регина заговорила.

- Ну что, решили? Если что случится, вы всегда можете обратиться к Владыке Айнзу за помощью. Попросите его разобраться с проблемой - и все дела.

Большего они не могли и желать.

Если спасший деревню герой решит вмешаться, ни один даже величайший монстр не устоит перед ним. Однако...

- Мы не можем бежать к нему с каждой проблемой.

Энри пробормотала себе под нос, и гоблины согласились. Лишь Брита и Агу, не знавшие про Айнза, смотрели озадаченно. Лицо Энфри приняло сложное выражение.

- Эта деревня - наша деревня. Это значит, что мы должны сделать всё, что в наших силах. Хотя наверняка найдутся те, кто скажет, что мне не стоит лепетать красивые слова, поскольку я не способна сражаться и не обладаю боевым опытом...

- Нет, я согласен с Сестрицей. Это деревня Сестрицы...

- Кайджали?

- Хм?

Он наклонил голову и поправился.

- Сестрицы и наша... нет, так тоже неправильно.

- Ты пытаешься сказать, что деревня принадлежит всем, кто здесь живёт, верно?

- Верно, Братишка. Ты понял! Ну, как бы то ни было, я хочу сказать, что просить о помощи этого заклинателя нужно лишь тогда, когда у нас не останется другого выхода.

- Но если так поступить, все могут умереть-су... Когда тебя рубят на куски - это больно, знаешь ли-су...

- Ха! Люпус Регина, мы не позволим этому случиться. Мы пожертвуем собой и выиграем для всех время спастись.

Лицо Люпус Регины приняло разочарованное выражение.

- Вот как? Тогда вам лучше постараться-су.

- И ещё я хочу передать сообщение от нашей деревни в Гильдию Искателей Приключений Э-Рантэла - хотя «доложить» будет более подходящим словом. Если гильдия примет наш запрос, они отправят кого-нибудь к нам оценить ситуацию. Будет плохо, если мы разместим заказ уже после того, как возникнут неприятности.

Брита нахмурилась, слыша предложение Энфри.

- Это верно. Гильдия предпочтёт всё разведать, а не иметь дело с неожиданно появившимися монстрами. Хотя рабочие и им подобные могут и не согласиться, слова ослеплённых жадностью людей не стоят внимания. Естественно, что организация захочет защитить своих членов.

- Брита, хоть я и не хочу плохо говорить о приключенцах, но в случае чрезвычайной ситуации цена заказа взлетит до небес. Что случится, если они откажутся даже в таком случае?

- Приключенцы не хотят умирать, и Гильдия им не позволит. Поэтому, в случае чрезвычайных заказов, цена поднимется, а Гильдия позаботится о том, чтобы за работу взялись приключенцы высокого уровня, даже если ситуация их к тому и не обяжет.

Энри оставалось лишь поверить словам бывшего приключенца. Принять это, глядя с их точки зрения - загнанных в угол обстоятельствами людей - было непросто, но с точки зрения приключенцев в этом был смысл.

- Ну, даже если Гильдия всё проверит, люди всё равно могут погибнуть, такое регулярно случается...

Брита закусила губу.

- Вспоминая нападение того вампира, я не могу удержаться от дрожи... одно время я заснуть не могла без снотворного...

- Вампира? Что это?

Агу задал вопрос не задумываясь, и Брита горько улыбнулась.

- Секрет. Ну, скорее, я просто не хочу даже говорить об этом. Ты намочишь штанишки.

- Но ведь я сам об этом спро...

- Ты не в том положение, чтобы задавать вопросы, сопляк.

- Тогда, пока мы примем план Энфри доложить о происходящем в Гильдию и направить запрос, если всё пойдёт хорошо, так? Хотя запрос обойдётся недёшево, на этот раз придётся раскошелиться. Позже расскажем всё Дзюгэму и старосте. Согласна, Энри?

- Я возьму на себя ополчение. Честно говоря, я тоже поддерживаю это решение.

Энфри кивал, слушая Бриту.

- Раз так, полагаю, я покину деревню ненадолго-су. Вы действительно уверены, что не хотите попросить Владыку Айнза о помощи?

- Да. Мы хотим сначала сделать всё, что сможем сами. Если возможно, мы просим тебя рассказать обо всём господину Гоуну.

- Поняла-су.

Пока Агу смотрел на выходящих из комнаты Энри и Энфри, его переполняло трудноописуемое чувство.

- Да что в ней такого особенного, в этой женщине?

- Хаа?

Опасные нотки в голосах взрослых гоблинов заставили Агу вздрогнуть.

Он чувствовал, что эти гоблины сильнее любого из его племени. Совершенно естественной реакцией было покрыться мурашками от их угроз.

Но всё же он был не в силах преодолеть свою детскую любознательность.

- Женщины в этом племени Карн действительно такие сильные?

С точки зрения Агу, Энри не казалась особенно сильной. Хотя её руки и ноги и выглядят мускулистыми, этого совершенно недостаточно. Пусть от неё и не требуется превосходить размерами огра, но если она главная, то должна быть гораздо крупнее.

Он бы ещё понял, будь она заклинателем. Женщины-вожди в племенах гоблинов часто используют эту мистическую силу. Однако эта женщина не выглядела заклинателем.

Говоря прямо, Агу не понимал, почему гоблины подчиняются Энри.

- Это не так.

- Эта женщина-охотник, что приходила раньше, она сильная?

- Ну уж. Брита в своём деле неплоха. Но мы лучше.

Мнение Агу о стоящем перед ним взрослом гоблине поднялось ещё выше. Пусть и юный, он понимал, что для этой уверенности есть веские основания.

- Тогда та женщина, что появилась из-за твоей спины, она тоже не очень сильная, верно? Испугала меня до смерти.

Взрослый гоблин внезапно замолчал и уставился на Агу.

Неуверенный, что значит грызущее его изнутри чувство, Агу нервно спросил:

- Ч-что? Что с ней не так?

- Эта женщина, которая внезапно появилась... её зовут Люпус Регина, и она... она очень опасна. Если хочешь жить в этой деревне, никогда не подходи к ней и не говори с ней. Тебе же лучше будет.

- А. Ааа. Я понял.

- И я скажу тебе прямо. Хотя это и должно быть ясно как день, но, если ты хоть что-нибудь сделаешь жителям этой деревни... давай начистоту, простым выговором не отделаешься, лучше сразу начинай рыть могилу.

- Я, я понял. Это как с побежденными племенами, верно? Я обещаю, я не причиню вреда никому в Племени Карн.

- Верно, хорошо... и держись подальше от Люпус Регины, понял?

Агу, поняв смесь предостережения и страха в голосе взрослого гоблина, запечатлел его слова в своём сердце. Тут он понял, что его первый вопрос так и остался без ответа, и спросил:

- Так почему Энри такая важная персона?

Агу научился вести себя. Или, точнее, ему было легко научиться, поскольку он был умнейшим в племени и не имел возможности много говорить с другими гоблинами.

- Ха... Энри... честно говоря, она очень сильна.

- Э?!

- Ты не понимаешь этого потому, что слишком слаб. Если Сестрица разозлится, она может взять баргеста или кого там ещё одной рукой, выдавить из него кровь в чашку и выпить. Понял?

- Серьёзно?!

- О да, да, разумеется, это так.

Агу подумал об Энри. Если спокойно вспомнить всё произошедшее, она проявляла способность отдавать решительные и эффективные приказы. Может, это просто верхушка айсберга?

- Сестрица просто притворяется слабой. Если ты попытаешься что-нибудь вытворить, она одной левой тебя пришибёт. Подтирать потом будет сплошным мучением. Тут повсюду будет кровь.

- В-вот как... тогда почему, почему она решила притворяться слабой? Разве не было бы меньше проблем, выгляди она сильной?

- Если ты показываешь свою силу, обязательно тут же явится какой-нибудь дурак бросить тебе вызов. Это тоже повлечёт за собой проблемы, верно?

Агу думал, что сила является решением любых проблем, но, видимо, это правило не является универсальным.

Запертый в лабиринте самоанализа, он не заметил лукавого выражения лица, разговаривавшего с ним гоблина.

♦ ♦ ♦

Посреди ночи Энри внезапно проснулась. Несмотря на то, что ничего плохого, похоже, не происходило, Энри оставалась неподвижной, поводя вокруг глазами. Погружённую во тьму комнату освещал лишь пробивавшийся между ставнями бледный луч лунного света. Она не заметила ничего странного в этом бледном освещении.

Но её уши слышали прекрасно.

Не слышалось звуков конского ржания, бряцания рыцарской брони или криков людей. Стояла обычная ночь.

Энри легко вздохнула и закрыла глаза. Она обычно засыпала быстро, так что всё ещё была полусонной и не могла сразу встать.

Сегодня столько всего произошло. После разговора с Агу она отправилась объяснить ситуацию деревенскому старосте и Дзюгэму, вернувшемуся из разведки.

«Всё будет хорошо, верно?»

С целью подтвердить новую информацию Дзюгэму вновь отправился в лес, они отбыли ночью. Перемещаться ночью по лесу слишком опасно. Гоблины отличаются от людей: им достаточно очень слабого освещения, они могут свободно ходить по лесу в темноте. Однако там живёт множество магических зверей и монстров, ведущих ночной образ жизни и выходящих на охоту после захода солнца.

Это гораздо опаснее, чем днём.

Если бы не необходимость убедиться, что Агу не преследуют другие монстры, Дзюгэму ни за что бы не пошёл на этот риск.

Гоблины, конечно, сильны, но лишь в сравнении с Энри. Многие лесные существа сильнее них.

Чувство страха и потери захлестнуло Энри, заставив её вздрогнуть, и из-за этого её младшая сестра застонала во сне, крепче прижимаясь к телу Энри.

Энри посмотрела на неё полуоткрытыми глазами.

Похоже, это её не разбудило. Она могла даже слышать лёгкое сопение своей сестры.

- Хехе...

В то время как Энри посмеивалась, раздался негромкий стук в дверь. Это определенно был не шум ветра.

Энри нахмурилась. Кто это может быть в столь поздний час? Но при этом именно из-за того, что сейчас глубокая ночь, это наверняка что-то важное. Она осторожно освободилась от Нему и одеяла и медленно встала с кровати, двигаясь тихо, чтобы не разбудить сестру.

Половицы скрипнули, когда она встала, заставив сердце Энри забиться чаще, из-за беспокойства о том, что она разбудила Нему.

После того случая Нему не могла заснуть без Энри - столь тяжела оказалась перенесенная травма.

Энри не собиралась отчитывать её за это. Если дознаться почему, то причина заключалась в том, что Энри чувствовала себя спокойнее, если сама укладывала сестру спать.

Но она знала, что даже если они вместе, Нему иногда просыпается от кошмаров. Поэтому Энри настояла, что она будет с Нему, даже когда та спит.

Тихо, и потому медленно, она продвигалась к ручке двери, но стук не прекращался.

Нервно выглянув в окно, Энри увидела подсвеченный луной силуэт Дзюгэму. Она вздохнула с облегчением.

Чтобы не разбудить Нему, Энри тихо заговорила в окно:

- Дзюгэму, вы целы.

- Да, Сестрица. В конце концов всё закончилось хорошо. Извини, что разбудил тебя, но есть вещи, про которые, я думаю, тебе лучше узнать сразу.

Энри немного приоткрыла дверь и выскользнула в проём. Она беспокоилась, что лунный свет может разбудить Нему. Понимая причину её действий, Дзюгэму понизил голос и заговорил:

- Есть кое-что, для чего нам нужна Сестрица.

- Сейчас? - Энри улыбнулась, - конечно.

- Мне действительно очень жаль.

Энри последовала за Дзюгэму, убеждая его не извиняться. Может.

«Лучше было бы разбудить Нему, - она обдумала это. - Но Дзюгэму пришёл, зная, что все спят. Должно быть, веская причина...»

- Я объясню, пока мы идём.

Может, он и устал больше обычного, но работа есть работа. Когда Дзюгэму концентрировался на деле, его голос приобретал остроту.

Хотя Энри и полагала, что можно вести себя посвободнее с простой деревенской девушкой вроде неё, Дзюгэму никогда не позволял себе расслабиться, так что Энри оставила эту идею.

- Во-первых, мы нашли нескольких выживших из племени Агу… - Это прекрасно!

- ...Но они всё ещё в состоянии шока, и я думаю, что им понадобится несколько дней, чтобы прийти в себя. Нужно будет попросить Братишку помочь с этим.

Чувствуя удивление Энри, Дзюгэму объяснил:

- Мы нашли их в плену у огров Гиганта Востока, и их использовали как пищу. Хотя Кона и вылечил их телесные раны, душевные раны всё ещё кровоточат. У Братишки есть лекарства, чтобы их успокоить, и мы хотим, чтобы он помог ухаживать за ними. Кроме этого, есть ещё один более проблематичный вопрос.

Дзюгэму посмотрел на выражение лица Энри, прежде чем продолжать.

- Спасая их, мы взяли в плен пятерых огров. Хотя мы сделали это только чтобы допросить... похоже, огры нормально сосуществуют с гоблинами, сражаясь за них, а гоблины снабжают их едой, жилищем и всяким таким - обоюдовыгодные отношения. Поэтому они сказали, что хотят сражаться на стороне нашего племени. По словам Агу, это в порядке вещей... так что, какие наши действия?

- Можем ли мы им доверять?

- Агу говорит, что можем. Огры не станут сражаться за кого-нибудь кроме гоблинов своего племени, и они предали Гиганта Востока, потому что он не их племя. Что-то вроде этого.

- Мм. Но огры… это как-то жутковато...

- Когда они признают жителей деревни частью своего племени, останется лишь кормить их, и всё будет в порядке. Им можно давать практически любую еду. Привычка огров есть всё подряд в данном случае нам на руку.

Честно говоря, простой деревенской девушке весьма непросто принять такое решение.

- Мы можем просто убить их?

Вопрос прозвучал в совершенно будничном тоне.

- По правде говоря, я не вижу проблем в том, чтобы убить их на месте. Это освободило бы нас от кучи проблем. Во-первых, те, кто способен на предательство могут повернуться против нас, если дела пойдут плохо. Агу говорит, что они так не поступят, но слепо верить всему, что говорит этот пацан, это немного...

- А что думаете вы, Дзюгэму?

- Если они хотят сражаться ради нас, это отлично. Мы не знаем, как много преследователей могут прийти из леса, так что немного дополнительных мясных щитов не помешает.

- Тогда ещё один вопрос. Они будут есть людей?

- Сестрица. Хотя огры и обладают репутацией людоедов, они просто монстры, которые едят мясо. Единственное, что людей поймать проще, чем диких животных.

Поимка человека занимает для огра куда меньше времени, чем поимка, например, кролика, поэтому естественно, что они предпочитают людей, ведь помимо простоты ловли даже мяса с них выходит больше.

- Ну, если их кормить, они не будут нападать на жителей. В конце концов, они нападают на людей только ради пропитания. Я могу пообещать, что мы будем добывать достаточно животных, чтобы набить их животы. Конечно, за ними всё равно нужно будет присматривать, и надо будет поглядеть, как всё пойдёт. Я обещаю, мы не позволим им никому навредить.

- Раз так, будет полезно добиться их доверия, чтобы можно было приручить. Не только сейчас, но и в будущем тоже.

- Я рад, что ты это понимаешь. Однако есть одно «но»: если они попытаются предать и нас, мы их перебьём. Честно говоря, я думал, как создать у этих огров впечатление, что Сестрица самая сильная.

- Ээ?!

Энри издала звук, словно перевёрнутая вверх тормашками. Для неё это было слишком. Почему она, простая деревенская девушка, должна становиться предводителем отряда огров? Разве Дзюгэму не может стать их боссом?

- Это планирование на будущее. Могут возникнуть проблемы, если огры будут считать Сестрицу просто ещё одним человеком. Хотя мы и слушаемся тебя, огры не будут слушать никого, кроме нас, и это потенциально очень опасно. Если в будущем с нами что-нибудь случится, лучше, чтобы был кто-то ещё, способный командовать ограми.

Энри поломала свою голову деревенской девушки над этой проблемой.

- Это означает, что нужны двое, кого они будут слушать?

Дзюгэму кивнул.

- Ну раз так, Энфи может...

- Братишка тоже может оказаться в гуще битвы.

- Понятно...

Энри поняла и кивнула. Кто-то прячущийся в безопасности, наподобие неё, тоже должен приносить пользу. Это то, чего она и сама хочет. Однако...

- Но... я смогу их контролировать?

- Этим мы и собираемся заняться, Сестрица. Ты хороший актёр?

♦ ♦ ♦

Дзюгэму привёл их к боковой калитке у деревенских ворот. За воротами преклонили колени пятеро огров. От них распространялась висящая в воздухе вонь.

Их окружал отряд гоблинов; все присутствовали, целые и невредимые.

С одной стороны двери находилась наблюдательная платформа, обычно занимаемая кем-нибудь из гоблинов или жителей деревни, но не сейчас. Гоблины временно оставили её.

Энфри тоже стоял здесь, а с ним несколько сторонящийся его Агу.

- Привет, Энри. Хорошая ночка?

- Ага, Энфи. Луна нынче прекрасна.

- Точно. Так ярко светит.

- Итак, простите, что вмешиваюсь. Мы немного раньше времени, но давайте начнём.

Дзюгэму закричал, услышав слова Энри:

- Эй! Вы все! Наша Сестрица здесь! Ваши жизни в её руках!

Пятеро огров, услышав это, подняли головы и посмотрели на Энри. Она почувствовала почти осязаемое давление, но усилием воли подавила желание попятиться. Если она покажет слабину, план потерпит неудачу, и гоблины искоренят потенциальные проблемы в зародыше, убив огров на месте.

Энри видела, что гоблины уже берутся за оружие. Энфри спокойно доставал бутылочку с зельем.

Казалось, прошла вечность, прежде чем давление их взглядов начало спадать.

Энри выдержала взоры огров и ответила своим, твёрдым и непреклонным.

Перед её мысленным взором огры слились с образами рыцарей из того случая.

Энри стиснула кулаки, вспоминая свою тогдашнюю злобу, желание сорвать шлем с рыцаря и забить его им до смерти.

«Не смейте меня недооценивать. Все остальные охраняют эту деревню, так что и я тоже должна защищать это место!»

Спустя секунду - секунду, показавшуюся Энри вечностью - огры дрогнули.

Они посмотрели друг на друга, затем на Дзюгэму.

- Говорил же вам. Наш босс сильнее всех.

- Склоните головы, вы все! - прокричала Энри, как только Дзюгэму договорил.

Сила в голосе Энри удивила даже её саму, краем глаза она увидела, как Агу резко вздрогнул, но это не имело значения. Важным было то, что огры опустили свои головы перед ней.

На данный момент они признавали главенство Энри.

- Итак, что вы все хотите сказать нашему боссу, вождю деревни Карн, нашей Сестрице?

Стоявшие на коленях с опущенными головами огры извергли поток смущённых слов.

- Такая, такая страшная, маленький босс. Простить.

- Простить, мы на ваша племя нападать. Пожалуйста, простить.

Под «ваша племя» огры, вероятно, имели ввиду племя Агу. Пусть реальность несколько отличалась, им проще было объяснить ситуацию так, что племя Агу являлось частью Племени Карн, чтобы не перегружать их мозги.

- Мы работать, работать на твоя.

- Верно! Служите мне и моему племени!

Последнее предложение потребовало всех её сил без остатка. Энри, хотя и сказала всего две фразы, очень устала. Так же сильно, как после встречи с баргестом.

Когда Энри, выдохнувшись, уже почти выпала из «режима босса», Дзюгэму помог ей.

- Прекрасно! Похоже, Сестрица пощадила ваши жизни!

Сила ощутимо покинула тела огров. Естественная реакция, учитывая, что они в любой момент могли быть убиты.

Один огр посмотрел на Энри и заговорил:

- Босс, вождь, мы, делать что?

Об этом она не подумала. Но то, в чём она не разбирается, можно доверить кому-то ещё.

- Дзюгэму, они в твоём распоряжении. Используй их как посчитаешь нужным.

- Понял, Сестрица.

Лидер гоблинов поклонился Энри, затем повернулся обратно к ограм:

- Хорошо. Первым делом мы поставим палатки вне деревни. Вы все будете обретаться там. Вы тоже, подсобите им с палатками.

Огры ушли, сопровождаемые гоблинами.

- Палатки вне защиты стен могут привести к проблемам; им нужно будет найти место в деревне. Но сначала нужно подождать, пока они научатся не нападать на жителей.

- Мне надо будет походить и поговорить с людьми, чтобы те их приняли.

- Ага. Хотя… я думаю, если этим займёшься ты, то всё будет в порядке. Да, и насчёт завтра...

По плану Энри и Энфри должны были отправиться в Э-Рантэл с несколькими гоблинами в качестве охраны.

- Извини. Мне надо помочь с лечением выживших из племени Агу, так что я не могу пойти с тобой.

После всего случившегося гоблинам придётся жить в деревне с ограми, которые хотели их съесть. Вместе с телесными ранами надо будет лечить и психологические травмы, а характер Лиззи может лишь усугубить их, приведя к противоположному эффекту. В итоге выходило так, что никто лучше Энфри не подходил для этой работы.

- Действительно? Мне не слишком-то это нравится...

Энри ни разу в жизни не бывала в большом городе вроде Э-Рантэла, так что, с её точки зрения, груз на неё сваливался чересчур большой.

- Тогда как насчёт предложить старосте деревни отправиться вместе с тобой?

- Я думаю, уговорить его окажется непросто...

«Староста будет занят приведением деревни в должный вид и помощью новым поселенцам, так что вряд ли сможет отлучиться.»

- Как насчёт его жены?

- Мм. Ну, честно говоря, в деревне не хватает рабочих рук. Так было и раньше, а сейчас в особенности.

В деревне Карн жило очень мало народу. В результате с уменьшением их количества уменьшалась и их способность что-либо сделать. Поэтому жители и подавили своё нежелание приглашать новых обитателей поселиться в деревне.

- По прибытии в Э-Рантэл я должна буду посетить храм и посмотреть, нет ли там желающих переехать в нашу деревню... Серьёзно, это слишком большая ответственность для деревенской девчонки...

- Удачи, Вождь.

Энри надулась, услышав слова Дзюгэму. Часть её думала: «Ну и нахал». В конце концов, это частично из-за них Энри теперь так занята.

- Я действительно хотел бы сопровождать... - Энфри пробормотал расстроенным тоном, и тут же прикрыл это смущённым градом отчаянных движений руками: - В-всё будет хорошо, я позабочусь о Нему, так что можешь отправляться и ни о чём

не беспокоиться.

- Хорошо, я поняла. Я что, одна во всём мире, кто должен через такое пройти? Сначала мне поклоняются и превозносят до небес, и тут же мне приходится отправляться куда-то, где я никогда не была, и делать то, чего я никогда не делала...

- Не будь так пессимистична, Энри. Наверняка есть кто-то, испытывающий то же самое, что и ты.

Энри слабо улыбнулась Энфри и Дзюгэму; её плечи опустились, показывая, что она проигрывает битву с усталостью. В отдалении отстранённо наблюдавший Агу пробормотал себе под нос:

- Так это правда, она подчинила себе гоблинов силой... Вождь деревни Карн, Энри...

Часть 3

Над городом-крепостью Э-Рантэл возвышались три концентрических кольца крепостных стен. Ворота выглядели прочнее самих стен - от них словно веяло несокрушимостью.

Обычным делом было увидеть на дороге путешественника, с открытым ртом пялившегося на город, по слухам, способный отразить любую попытку вторжения со стороны Империи. И те, кто сейчас ходили по улицам, несомненно, и сами некогда смотрели на город так же.

Рядом с воротами находились посты таможенного досмотра, которые были укомплектованы несколькими солдатами, отдыхавшими в тени.

Хотя некоторые и могли бы спросить, допустимо ли солдатам пограничного города так расслабляться, дело было в том, что основная работа солдат на этих пунктах заключалась в проверке путешественников. Их задачей был поиск контрабанды и шпионов, так что в отсутствие желающих войти в город делать им было нечего.

В результате бездельничающие в настоящее время солдаты (хотя и сохраняющие дисциплину вместо того, чтобы перекинуться в карты) безуспешно пытались подавить зевоту.

Может, сейчас они и выглядели лодырями, но, когда у них появлялось дело, они выполняли его с достойным усердием. По утрам, с открытием ворот, их занятость становилась неописуема.

С приближением полудня на улицах, перемешиваясь с прочими пешеходами, начали появляться небольшие группки путешественников. Мало кто решался путешествовать поодиночке в этом мире, где бок о бок с людьми жили разнообразные монстры.

«Когда они приходят, то сразу толпами; скоро нам будет не до зевоты», - подумал стражник, праздно осматривающий улицы из-за стойки. Его взгляд остановился на повозке, стоявшей на перекрестке, пропуская пешеходов. На ней сидела женщина. Никого другого на открытой повозке он не видел. Она путешествовала одна.

Также при ней он не видел никакого оружия. Она производила впечатление обычной деревенской девушки.

Подумав это, солдат наклонил голову, словно переспрашивая сам себя.

Жители окрестных деревень часто посещают город. Однако женщина, путешествующая сама по себе, это совсем другое дело. В местности вокруг города встречались бандиты и монстры. Благодаря усилиям легендарной команды приключенцев, «Чёрных», большинство их было уничтожено. Но «большинство» не значит «все», кроме того, оставались и обычные звери вроде волков, которых тоже стоило опасаться.

Это касалось не только Э-Рантэла, но было применимо и ко всем прочим городам. И если подумать, разве женщина может путешествовать одна?

В голову могла прийти мысль, что она просто надеется, что сможет сбежать от опасности, но в её поведении он не чувствовал напряжения или нервозности. Она словно была уверена в безопасности своего путешествия.

«Кто она такая?»

Солдат перевёл свой, теперь полный подозрений, взгляд на её лошадь и не поверил своим глазам.

Лошадь выглядела великолепно, непохоже на ту, которую может себе позволить обычная деревенская девушка. Статью и мастью лошадь больше всего напоминала боевого коня.

Боевые кони были весьма дороги. Для обычного человека, даже обладай он достаточной суммой, непросто было бы купить даже одного. За исключением ездовых монстров вроде виверн и грифонов боевые кони являлись одними из сильнейших ездовых существ.

Для покупки такого требовались деньги и связи – связи, которым неоткуда взяться у простой крестьянки.

Возможно, она просто украла коня у его первоначального владельца, но любой укравший столь ценное имущество сразу стал бы объектом охоты и мести. Поэтому бандиты никогда не воровали лошадей и не нападали на верховых солдат.

Проще говоря, с учётом всего увиденного, шансы на то, что она действительно простая деревенская девушка, казались мизерными. Тогда, что это за существо пытается выдать себя за деревенскую девушку?

Важно то, что она путешествует одна. Это значит, что она вполне уверена в своих возможностях и что эти возможности, скорее всего, ничуть не ограничены её платьем крестьянки. Следовательно, она одна из заклинателей, сила которых мало зависит от снаряжения.

Такой ответ он мог понять. Приключенцы и, в частности, заклинатели обладали и деньгами и связями и легко могли позволить себе боевого коня.

- Она заклинатель?

Напарник рядом с ним, похоже, пришёл к аналогичным выводам:

- Возможно, - ответил он, нахмурив брови.

Заклинатели представляли из себя весьма проблематичный объект досмотра.

Во-первых, их основное оружие, магия, не существовала в видимой глазу форме, что делало невозможным определить, чем они вооружены.

Во-вторых, частью их магии могли быть опасные магические предметы, найти которые при обыске крайне непросто.

В-третьих, у заклинателей обычно очень большой багаж, проверить который полностью весьма трудно.

Честно говоря, он ненавидел иметь с ними дело. Поэтому они наняли человека из Коллегии Магов - за соответствующий гонорар, разумеется - для помощи в подобных делах. Однако...

- Нам нужно привести того парня, да? Я не хочу.

- Ничего не поделаешь. Если что случится, за зад возьмут нас.

- Было бы здорово, будь она одета как заклинатель.

- В странной мантии, со странным посохом?

- Ага. Хоть знали б, что она заклинатель. Тогда просто спихнули бы её на Коллегию Магов и заставили носить обязательный значок Гильдии Искателей Приключений.

Двое солдат дружно встали, смеясь друг над другом, и пошли навстречу девушке, что могла быть заклинателем.

Под их внимательными взглядами тележка вкатилась в ворота и остановилась.

Девушка сошла на землю. Её лоб покрывали капельки пота, но она, похоже, была привычна к путешествиям под палящим солнцем. Рукава одежды длинные, наверное, чтобы не получить ожогов. Платье не выглядело дорогим или хорошо сшитым. Простая крестьянка, как ни посмотри.

Но нельзя судить книгу по обложке. Возможно, она что-то скрывает, и их работа - понять, что именно.

Солдаты с опаской приблизились к девушке.

Они говорили с ней вежливо и приветливо. Смысл их слов заключался в чём-то вроде «Мы не хотим злить тебя, так что, пожалуйста, успокойся и расслабься».

- Да. Не проблема. Солдаты проводили девушку на пропускной пункт.

Для защиты от заклятья «Очарование» ещё двое солдат следовали в нескольких метрах. Остальные внимательно наблюдали, ловя любое подозрительное движение.

Девушка покрутила головой, словно чувствуя напряжение в воздухе.

- Что-то случилось?

- Э? А, нет, всё в порядке.

«Тот, кто может заметить сиюминутное изменение в настроении, не может быть обычным человеком», - подумали стражники, ведущие её к пропускному пункту.

- Итак, не могли бы вы присесть здесь?

- Да.

Девушка села на один из стульев.

- Начнём с вашего имени и происхождения.

- Да. Меня зовут Энри Эммот. Я из деревни Карн, что рядом с Великим Лесом Тоб.

Солдаты переглянулись; один из них вышел из блокпоста и отправился проверять реестр.

С целью управления своими гражданами Королевство вело записи о них в форме реестров. Однако реестры были довольно грубы, и сведения о смерти одних людей и рождении новых обновлялись весьма медленно. По самым грубым прикидкам, они содержали десятки тысяч ошибок. В результате слишком сильно полагаться на реестры не стоило, но они всё же приносили пользу.

Реестры велись беспорядочно и имели множество записей, так что поиск займёт много времени. Понимая это, солдаты решили тем временем прояснить что-нибудь ещё.

- Тогда вместо пошлины могу я увидеть вашу лицензию?

Обычно все путешествующие по дорогам Королевства должны были платить пошлину - что-то вроде налога на проезд. Однако взимание денег с местных жителей может парализовать торговлю, и в результате каждая деревня выдавала торговые лицензии, которые позволяли въезжать в города бесплатно. Разумеется, коль скоро разными регионами управляли разные дворяне, то и законы в разных регионах страны различались.

- Хмммм, посмотрим... она здесь.

- Солдат остановил Энри, собравшуюся открыть сумку и поискать в ней.

- А, мы это сделаем. Вы не против передать нам сумку?

Энри без протестов отдала её. Солдаты осторожно осмотрели содержимое и достали пергамент.

Они развернули его на столе, чтобы все могли видеть. Хотя уровень грамотности жителей Королевства был весьма низок, само собой разумелось, что каждый солдат на пропускном пункте умеет читать и писать. Точнее, их назначили сюда именно потому, что они грамотны.

- Понятно. Ну, с виду всё в порядке. Это определённо лицензия, выданная в деревне Карн, я подтверждаю это.

Солдат свернул пергамент обратно и вернул его в сумку.

- Далее. Какова цель вашего визита в Э-Рантэл?

- Во-первых, я здесь чтобы продать собранные нами лекарственные травы.

Солдаты посмотрели на стоявшую снаружи тележку, сосуды в которой сейчас осматривали.

- И какие травы вы продаёте?

- Четыре сосуда Ньюкури, четыре сосуда Аджины и шесть сосудов Энкайши.

- Шесть сосудов Энкайши, говорите?

- Верно.

Видно было, что Энри гордится этим. И солдат понимал, почему.

В конце концов, работая на пропускном пункте, человек со временем набирался практических знаний о медицинских травах.

Собирать Энкайши можно лишь в очень недолгий период цветения, но она является основным компонентом целебных зелий. Спрос на неё очень велик, и потому покупают её по весьма хорошей цене. Если у Энри и правда шесть сосудов, то она получит солидную сумму продав их.

- Тогда где вы планируете их продать?

- Я планировала продать их в месте бывшего проживания мадам Барел, то есть её магазине.

- Барел? Вы имеете в виду аптекаря Лиззи Барел?

Хотя она больше и не живёт здесь, до недавнего времени Лиззи была наиболее важным человеком в аптекарском деле Э-Рантэла. Если девушка будет торговать от её имени, это значит, что Лиззи полностью ей доверяет.

«Раз так, незачем совать нос глубже», - подумали солдаты.

По правде говоря, их работа заключалась в том, чтобы преградить дорогу в город всяким опасным «штукам», но, когда же такие «штуки» попадали в город, они переставали быть их проблемой.

Солдат, буркнув, кивнул, следя за выражением лица Энри.

До сих пор разговор не вызывал подозрений, и он не чувствовал, что она лжёт.

Это означало, что, как только осмотр её груза будет завершён, его работа закончится.

В этот момент вернулся выходивший наружу солдат и кивнул головой.

Жест означал, что в реестре есть запись о девушке по имени Энри.

Однако запись говорила лишь о том, что в деревне Карн родилась девочка Энри. Без её личного присутствия это не было доказательством правдивости её истории. Возможно, во время путешествия она научилась какой-то могучей магии или погибла в пути, а какая-то преступница заняла её место.

Поэтому требовалась ещё одна, последняя проверка.

- Понятно. Тогда позови этого человека сюда.

Солдат кивнул и вышел.

- После этого мы проведём личный досмотр. Вы согласны?

- Эх?

На лице Энри отразилось изумление. Солдат поспешил объясниться:

- И вопросов больше не будет. Извините, но таковы правила. И мы не сделаем ничего неприличного, так что не беспокойтесь.

- Я поняла.

Видя, что Энри согласна, солдат облегчённо вздохнул. Он не хотел быть тем, кто разозлил потенциального заклинателя.

Выходивший солдат вернулся вновь, на этот раз за ним по пятам следовал мужчина.

Этот мужчина был заклинателем.

Его выпирающий вперёд нос напоминал орлиный клюв; тонкое лицо имело изжелта-бледный цвет. Его тело укутывала чёрная мантия, и видно было, что ему жарко. Он обильно потел, руки, видом напоминавшие когти, крепко сжимали корявый посох.

Будь солдат на его месте, он снял бы эту мантию при столь жаркой погоде, но заклинателю нравился этот стиль, и он упрямо отказывался переодеваться. Поэтому, как только он вошёл, создалось впечатление, что температура подскочила на несколько градусов.

- Вот эта девушка, значит?

Спокойный голос заклинателя показался сопровождавшему его солдату странным, как и обычно.

И несмотря на то, что он выглядел как человек лет двадцати, его чрезвычайно сильная хрипота не позволила определить его возраст по голосу. Выглядел ли он чересчур молодо, или его голос был ненормально хриплым?

-Это...

Энри удивлённо взглянула на заклинателя, пришедшего на замену солдату. В сердце солдат понимал, что её удивление было неизбежным. Он тоже был напуган, впервые увидев этого человека.

- Это заклинатель из Коллегии Магов. Он намерен провести небольшую проверку, поэтому, пожалуйста, подождите.

Солдат жестом указал Энри оставаться на месте, затем кивнул заклинателю:

- В таком случае я оставляю это на вас?

- Безусловно.

Заклинатель шагнул в сторону Энри и произнес заклинание:

- «Обнаружение Магии».

После этого заклинатель прищурился, как зверь, оценивающий свою добычу. И всё же лицо Энри оставалось спокойным, даже под этим странным взглядом.

Видя это, все солдаты могли подумать: «Неудивительно».

Некто, кто мог остаться спокойным под таким пристальным взглядом, не мог быть простой деревенской девушкой. В конце концов, если бы у неё не было опыта сражения с монстрами или людьми, желающими убить её, она никак не смогла бы перенести такое давление. Эти мысли лишь укрепили подозрения солдата.

- Не пытайся обмануть мои глаза. Ты прячешь магический предмет. Он у тебя на поясе.

Услышав это, Энри посмотрела на свою талию. Впервые с момента прибытия сюда на её лице возникло удивлённое выражение.

Солдат принял более пригодную для боя позицию. Он понимал такое оружие, как мечи, но магические предметы были тайной для него.

- Вы имеете в виду это?

Энри достала маленький рог из своей одежды, достаточно маленький для того, чтобы она могла спрятать его в ладонях. Солдат не мог этого не заметить.

- Это магический предмет?

- Верно. Ты был обманут её внешностью. Эта вещь пронизана могущественной магией.

Солдат не мог сказать ни слова. Если это предмет, который заклинатель назвал могущественным, то насколько же он мощный?

Солдат решил, что девушка одета так не без причины. Это никак не могло помочь, но он почувствовал пронизывающий холод в груди.

- А, это...

- Не нужно оправданий. Моя магия уже видит это насквозь.

Для того чтобы заставить Энри замолчать, он произнес ещё одно заклинание.

- «Распознание Магического Предмета» ...Уооооо!

За пару секунд выражение лица заклинателя изменилось несколько раз. Начиная от шока, страха, ужаса, и заканчивая смятением.

- Что, что, что это такое? Это как безбрежный океан силы... Невозможно! Какого черта?!

Лицо заклинателя покраснело, а сам он начал брызжать слюной.

- Ты, ты, что ты за дьявол! Не пытайся меня обмануть!

Поразительное поведение заклинателя застигло солдат врасплох; смотревшая на него расширенными глазами Энри не стала исключением.

- Нет, я лишь, я лишь простой человек! Обыкновенная деревенская девушка! Правда!

- Деревенская девушка? Ты, почему ты врешь? Тогда как у тебя оказался магический предмет вроде этого? Если ты и правда простая деревенская девушка, то как ты смогла заполучить нечто подобное?

- Эх? Это, это подарок от того, кто спас нашу деревню, Айнз Оал Гоуна.

- Снова ложь! Должно быть, жрец Теократии дал его тебе.

- Э? Это связано с Теократией?

- Мужик! Соберись! Просто эта девушка слишком подозрительна!

Несмотря на то, что солдаты всё ещё не понимали, что происходит, они не видели заклинателя настолько взволнованным до сего дня. Поэтому, если это было чрезвычайным происшествием, они должны были отбросить все свои дела и ответить на призыв.

- Выстроиться! Становись в строй!

В ответ на крик солдата несколько их товарищей прекратили проверять багаж и вошли в комнату.

- Кто дал тебе этот предмет? Как ты его получила? Невозможно, чтобы ты оказалась простой деревенской девушкой! - Нет, эта вещь и правда была дана мне Айнз Оал Гоуном! Пожалуйста, вы должны мне поверить!

Двое солдат обменялись взглядами. Все они, как и назначенный им заклинатель, верили в то, что Энри тоже являлась заклинателем. Однако реакция Энри на внезапно изменившуюся ситуацию заставила их думать, что она лишь обычная девушка, но они не могли помочь.

- Что, что там ещё? Скажи мне, почему ты думаешь, что она подозрительная!

- Хмф! Начнем с того, что этот рог может призвать группу гоблинов ...хотя я не уверен, насколько много их может быть вызвано, но этот предмет способен на такое.

Солдаты нахмурились. Возникнут проблемы, если такую вещь используют на улицах. Однако всё ли так плохо? Некоторые люди, такие как приключенцы, были одержимы изобилием магических предметов. Только из-за того, что этот мог вызвать гоблинов, он не становился чем-то необычным.

- И эта, так называемая, деревенская девушка пронизана несоответствиями. Стоимость этого предмета - несколько тысяч золотых монет; почему кто-то просто отдал это обыкновенной деревенской девушке?

- Несколько тысяч ?!

- Несколько тысяч ?!

Солдаты и сама Энри с недоумением вскрикнули от такой невероятной суммы.

Несколько тысяч золотых монет – сумма, которую простой человек не сможет накопить за всю свою жизнь. Было трудно поверить в то, что такая простая на вид вещь могла стоить так дорого.

- Это верно. Никто не станет раздавать подобные предметы без хорошей причины, не говоря уже о том, чтобы отдавать их простой девушке! Я мог бы понять, будь она приключенцем высшего ранга или заклинателем. Но она говорит, что она лишь деревенская девушка! Это слишком подозрительно!

Это солдаты понимали. Необычные вещи, как правило, появляются в руках необычных людей. В прошлом великие люди - как добрые, так и злые - были известны благодаря обладанию могущественным снаряжением. Такова их судьба, это неизбежно.

- Нет, на самом деле, я всего лишь простая деревенская девушка...

- Кроме того, я никогда не слышал ни о ком по имени Айнз Оал Гоун. Как минимум он не член Коллегии, и я никогда не слышал о приключенце с таким именем.

- Воин-Капитан знаком с господином Гоуном!

- Воин-Капитан Королевства, Газеф Строноф?.. Ты несёшь вздор. Откуда простой крестьянке знать его?

- Потому что он бывал в нашей деревне! Это так! Спросите его и узнаете!

Связаться с Воином-Капитаном, находящимся в Королевской Столице, из Э-Рантэла было невозможно. Более того, если она действительно простая деревенская девушка, вряд ли Воин-Капитан запомнил её, так что подтвердить её слова будет сложно.

- Так что же нам делать?

- Пока что задержим её и расследуем всё подробнее. Учитывая, что она не пыталась спрятать предмет и пыталась пронести его в город открыто, она может и не быть шпионкой или террористкой, но это не гарантировано.

Энри в панике осмотрелась.

Она вела себя как обычная деревенская девушка. Если это всё притворство, то она должна быть очень хорошей актрисой.

Внезапно один из осматривавших окрестности солдат удивлённо вскрикнул. В тот же момент раздался смутно знакомый Энри голос.

- Я хотел бы войти в город, но... что происходит?

Повернувшись на голос, они увидели человека в чёрных латах.

- Ооох!

И солдаты и заклинатель воскликнули в удивлении. Все в Э-Рантэле знали человека, носившего эту броню. Адамантовая табличка, висевшая на груди, окончательно подтверждала его личность. Живая легенда. Человек, что сделал невозможное возможным. Величайший воин.

Момон из «Чёрных».

- Э-это Момон! Мои глубочайшие извинения!

- Ну же, что тут происходит... хм? Эта девушка...

- Да! Это из-за неё мы потратили много времени досматривая её. Я прошу прощения за неудобства, которые мы вам доставили, господин Момон...

― Энри, верно? Энри Эммот?

Воздух в комнате словно застыл. Откуда легендарный приключенец знает имя крестьянки?

- Тогда, вы... ах, да. Вы, в тот раз, вы приключенец, что пришёл вместе с Энфи. Хотя, я не помню, чтобы мы с вами говорили... вы узнали моё имя от Энфри?

Момон поднёс руку к подбородку, словно задумавшись. После он поманил заклинателя, и они вышли из помещения поста. Солдаты, хоть и хотели бы последовать за ними, не могли оставить Энри без присмотра.

Заклинатель, теперь успокоившийся, вернулся обратно один. - Отпустите её. Великий человек, Момон Чёрный, поручился за неё своим положением приключенца адамантового ранга. Полагаю, нет причин её задерживать. Что думаете?

- Очевидно, что делать... но мы действительно можем это сделать?

- Мы действительно можем сомневаться в таком человеке, как он?

- Ко-конечно нет! Я понял. Мы пропустим её. Энри Эммот из деревни Карн, вам разрешается войти в город. Вы свободны.

- А, да. Большое спасибо.

Коротко поклонившись, Энри покинула пост. Глядя ей вслед, солдат повернулся к заклинателю:

- Как насчёт господина Момона?

- Он ушёл первым.

- Тогда... как связаны такой герой, как он, и эта крестьянка?

- Чёрт их знает. Момон сказал мне то же, что я передал вам, что он ручается за неё и просит отпустить.

- Тогда другой вопрос. Эта девушка, Энри Эммот. Вы действительно думаете, что она просто крестьянка?

- Конечно нет. Она никак не может быть обычной девушкой, иначе почему великий герой вроде него ей помогает? И вряд ли она несла ту вещь по совпадению... Может ли это быть как-то связано с Теократией?

- Этот Айнз Как-его-там. Если он из Теократии, может стоит сказать начальству?

- Откровенно говоря, не знаю. В конце концов, Момон поручился за неё. Если сообщим верхам... ну, ты просто выполнишь свою работу, но ты правда хочешь рассердить Момона?

Лицо солдата дёрнулось.

Подвиги Тёмного Героя Момона на кладбище Э-Рантэла были темой всеобщих обсуждений среди солдат.

Среди них не нашлось бы такого, чью кровь не горячил бы рассказ о том, как герой одолел многотысячные орды нежити. Даже смотревшие издалека остались под впечатлением от его невероятного искусства фехтования. Человек, заставивший могущественного магического зверя склониться перед ним и сделавший его своим ездовым животным, заставлял сердца солдат пылать.

Совсем как женщины влюбляются в сильных мужчин, многие мужчины восхищались Тёмным Героем Момоном, можно было сказать, что большая часть солдат, вооруженных сил Э-Рантэла, его фанаты.

Включая и этого солдата. Для него, как фаната Момона, просто похлопывание по плечу от своего кумира стало бы темой для хвастовства каждому встречному. Он вовсе не хотел сердить человека, которому поклонялся.

- Точно. Ну, раз господин Момон поручился за неё, значит, всё в порядке.

- Я тоже так думаю. Всё может плохо кончиться, если мы будем плохо относиться к другу уважаемого Момона. Полагаю, всё, что мы можем сделать, это не раскачивать лодку. Что ж... я, пожалуй, вернусь к себе.

- Ага. Я тоже возвращаюсь на пост.

♦ ♦ ♦

Энри правила тележкой, удаляясь от городских ворот Э-Рантэла, и размышляла: «Что же только что произошло?». Человек в чёрных доспехах - приключенец, что вместе с Энфри приходил в деревню Карн для сбора трав - помог ей ни с того ни с сего.

По-хорошему, ей стоило сразу же поблагодарить его, но, к сожалению, она потеряла его из виду, едва войдя в город.

«Если я поблагодарю его в следующий раз, когда мы встретимся... простит ли он меня?»

Хотя она думала, что ей нужно немедленно начать его поиски, были причины этого не делать. Именно из-за этих причин она сейчас беспокоилась. Чтобы отогнать тревогу, она нащупала под одеждой рог.

Призывающий гоблинов рог.

«Это... это стоит несколько тысяч золотых монет? Не может быть. Пожалуйста, скажите, что это не так...»

Пот тёк с Энри рекой. Два рога ей подарили с такой небрежностью, она не ожидала, что они настолько ценны. Нет, Энфри говорил, что это высококлассный магический предмет... но, чтобы настолько - этого она представить не могла.

Можно ли ей использовать этот предмет? Всё ли будет хорошо? Что, если ей скажут вернуть тот, который она уже использовала. Что ей тогда делать?

«Мне нужны несколько тысяч сосудов с травами... Возможно, мне не хватит жизни столько собрать...»

Кроме того, у неё при себе ещё один предмет стоимостью несколько тысяч золотых.

«Неужели господин Гоун может дарить подобные предметы просто так?! Или, может быть, он не знал его стоимость... не может быть, не может быть, чтобы такой, как он, не знал... но, если он не знал...»

Живот Энри забурчал и заныл.

Она с подозрением огляделась. Вокруг было немного людей, но при этом в несколько раз больше, чем в деревне Карн. Есть ли среди них такой, кто захочет украсть рог? Эта и другие неприятные мысли всплыли в мозгу Энри.

«Если бы я только не взяла его с собой. Здесь ведь высокая преступность, верно? Что, если рог украдут... если в него подуют и появится армия гоблинов, разве это не сделает меня преступницей?»

Пока Энри обливалась холодным потом, на скамейку возницы рядом с ней кто-то опустился как перышко, будто пренебрегая гравитацией.

- Кто…

С угасанием удивления при виде новоприбывшей её ожидало ещё большее удивление.

То была красавица с волосами цвета крыла ворона, чьё лицо отправило бы в путь тысячу кораблей. Она сопровождала воина в чёрных доспехах, когда он появился в деревне Карн. Её ледяные, напоминающие оникс, глаза повернулись к Энри.

- Жалкая мошка. Момон поручил мне задать тебе несколько вопросов...

- Какая красивая...

- Лестью ты ничего...

- Как Люпус Регина...

Увидев оцепенение в смотрящих на неё глазах, Энри немедленно пожалела о глупости, которую сказала. Она, вероятно, даже не знает про Люпус Регину. Однако никто другой не смог бы даже близко сравниться с той, что появилась перед ней.

«Что делать? Я разозлила её... ну, это понятно, но...»

- Ну, это… Люпус Регина - это очень красивая девушка из моей деревни...

- Спасибо.

- Эх?!

Она смотрела жёстким взглядом и говорила таким же голосом, даже брови её напряглись. Но слова благодарности произнесла искренне.

- Хаааах. Мо…Момон хочет задать несколько вопросов, поэтому я и пришла. Не трать впустую время. Зачем ты здесь?

Энри не обязана была отвечать. Однако она партнер того, кто ей помог. Если она хочет знать, Энри должна ответить.

- Это… перед этим могу я попросить об одолжении? Момон помог мне недавно, и я очень, очень благодарна. Пожалуйста, передай ему это. - Я передам ему. Так зачем ты здесь?

- А, да, я здесь потому, что нужно многое сделать. Например, продать травы.

Женщина жестом подбородка велела Энри продолжать.

- Потом я пойду в храм выяснить: нет ли там желающих поселиться в нашей деревне. И потом я отправлюсь в Гильдию Искателей Приключений поговорить кое о чём. И ещё мне нужно купить вещи, которых нет у нас в деревне, например, оружие. Что-то вроде этого...

- Ясно. Я поняла, что ты сказала. Я передам это Момону.

Неуловимо грациозным движением, будто гравитации не существовало, женщина взлетела с тележки и не оглядываясь удалилась.

Она оставила у Энри впечатление ледяного вихря, разрывающего людей на части.

- Она невероятная женщина... словно в десятки раз сильнее, чем Брита...

В деревне нет ни одной девушки вроде неё. Возможно, именно из-за своего характера Набель стала приключенцем. Подобная мысль заставила Энри ещё сильнее заволноваться насчёт визита в Гильдию Искателей Приключений.

- Аххх, ох, нет!

Набель - сильный приключенец, но лишь после её отбытия Энри это поняла. Кроме этого, она ещё и партнёр того, кто подчинил себе Мудрого Короля Леса. Возможно, она смогла бы рассказать Энри о происходящем в лесу.

- Гигант Востока и Змей Запада, и что такое Монумент Разрушения... Если бы только я спросила её обо всём этом. А… я такая дурочка, почему я раньше не подумала?

Энри загнала тележку в ворота, ругая себя за небрежность.

♦ ♦ ♦

Э-Рантэл можно было грубо разделить на три области, ограниченные стенами города. Горожане жили в средней.

Там же располагалась Гильдия Искателей Приключений.

В идеале надёжнее всего было бы продать травы в Гильдии Фармацевтов. Однако это потребовало бы заполнения множества бумаг, так что вместо этого Энри решила использовать Гильдию Искателей Приключений как посредника. Она планировала положиться на помощь Лиззи, но подумав, что пользоваться именем бабушки своего лучшего друга это чересчур, переменила решение.

Отправиться в Гильдию Искателей Приключений предложил Энфри.

Будь он с ней, им не понадобилось бы использовать Гильдию, он мог всё продать напрямую. Но простая деревенская девушка вроде Энри окажется брошена на милость расчётливых членов Гильдии Фармацевтов. Энри двигалась по пути, что Энфри и Брита описали ей.

Хотя она и путешествовала с гоблинами, они все ждали вне города, пока Энри закончит с делами. Впервые с момента выезда из деревни она осознала, что осталась одна; её руки крепче сжали вожжи.

Плечи Энри напряглись. Наконец, неспособная больше это терпеть, она принялась оглядываться во все стороны - и увидела цель своего путешествия прямо перед собой.

- Нашла!

Энри тихонько взвизгнула от радости. Теперь, добравшись досюда, она вряд ли заблудится.

Передав вожжи стражнику у входа в Гильдию Искателей Приключений, она толкнула входную дверь.

Внутри толпились люди: воины в латах, охотники с луками за спиной, заклинатели божественной и астральной магии. Одни с энтузиазмом обменивались информацией о монстрах в окрестностях, другие внимательно рассматривали пергаменты на доске объявлений, третьи подгоняли только что купленное снаряжение.

Это место, наполненное жаром деловой активности, заставило Энри пошатнуться -то был мир неумолимого внимания и напряжения. Мир приключенцев.

Энри раскрыла рот, смотря на происходящее, невозможное в её деревне, но тут же пришла в себя.

Пусть она и девушка из захолустья, и для неё в порядке вещей поражаться атмосфере большого города, но для девушки её возраста глупо пялиться с разинутым ртом попросту стыдно.

Энри двинулась вперёд, выпрямив спину и осмысливая каждое движение, стараясь придать походке естественность и не выставить себя на посмешище. Однако её начали посещать сомнения: является ли нормальным для очевидно неуместной здесь деревенской девушки столь дерзко ходить среди мускулистых приключенцев.

Администратор за стойкой поприветствовала её с улыбкой:

- Добро пожаловать.

- Д-да, у меня дела здесь.

Энри встретилась глазами с администратором. Они обе легко улыбнулись. Энри почувствовала, как её плечи расслабляются, возможно, впервые с того момента, как она въехала в Э-Рантэл.

- Тогда могу я спросить, какие дела привели вас в Гильдию Искателей Приключений?

- Мм, во-первых, я хочу попросить помощи в продаже трав. - Понятно. Где эти травы сейчас?

Энри ответила, что травы в тележке у входа, и администратор переговорила со стоящей рядом женщиной.

- Оценщик сейчас осмотрит их, пожалуйста, подождите до тех пор в Гильдии.

- Хорошо. Далее ещё одно... мы не будем сейчас делать заказ, но, возможно, в будущем придётся…

Энри вкратце объяснила ситуацию. Слушая её историю, улыбавшаяся администратор становилась всё более серьёзной.

- Вот как... я всего лишь администратор, и я не определяю сложность заказов, но если это что-то касающееся Мудрого Короля Леса, то, возможно, лишь адамантовый приключенец Момон сможет с этим справиться. Разумеется, его услуги не дёшевы.

Энри почувствовала изменение в настроении администратора. Она выглядела совершенно потерявшей интерес, словно решив: «Ты ничего не изменишь, хоть я и сказала это тебе, какая жалость».

Общаясь с гоблинами, Энри постепенно научилась видеть чужие эмоции. Из-за того, что гоблины выглядели уродливо и отличались от людей, она изо всех сил старалась понять и прочесть, что они чувствуют. Она преуспела в этом.

«Должно быть, администратор думает, что у нашей деревни не хватит денег, ха... Ну, глядя на мою одежду, это обоснованное предположение... и она так хорошо одета.»

Энри быстро сравнила свою одежду и наряд администратора и заключила, что в плане моды полностью ей уступает.

Но такая одежда слишком неудобна для работы в ней, и, кроме того, слишком дорога. Поэтому, рассматривая Энри как женщину, состязание, можно сказать, закончилось ничьей.

- Но я слышала, что город может взять на себя расходы...

- Верно. Однако город окупит лишь часть гонорара, остаток вам придётся платить самим. Адамантовые приключенцы очень дороги, и даже с учётом субсидии потребуется очень много денег для их найма. Разумеется, вы можете предложить и меньшую сумму, но Гильдия этого не допустит. Если предложенная сумма окажется меньше минимально установленной, ваш заказ пометят как низкоприоритетный, так что вам придётся приготовиться к тому, что никто за него не возьмется.

Должно быть, она цитировала положения из устава гильдии, учитывая, как она отбарабанила это со стеклянными глазами. Администратор смотрела на Энри как на покупателя, неспособного оплатить покупку.

Подобное отношение естественно. Покупатель, который не тратит денег, и не покупатель вовсе. Администратор сказала всё так, как и предвидел Энфри, так что Энри не слишком сердилась. Никто в мире не будет помогать слабым, такова реальность.

«Господин Айнз Оал Гоун - истинный спаситель нашей деревни, решивший помочь нам. Он даже подарил простой девушке вроде меня столь ценное сокровище.»

Энри задалась вопросом, как бы отреагировала администратор, предложи она рог в качестве оплаты. Было бы здорово увидеть выражение её лица, но Энри знала, что никогда так не поступит. Предмет дал ей великий заклинатель со словами «Используй это, чтобы защитить себя». Она не может продать это даже ради деревни. Она не может поступить столь неблагодарно.

- Понятно. Тогда, пожалуйста, скажите мне сумму гонорара. Тогда я смогу вернуться в деревню, чтобы обсудить это.

- Раз так... как насчёт такого? Приходите, когда закончится оценка трав, к тому времени мы закончим высчитывать сумму.

Поблагодарив администратора, Энри отошла от стойки и села на диван в фойе, глядя в потолок, чтобы убить время до окончания оценки.

«Так устала...»

Каждое мгновение с тех пор, как она въехала в городские ворота, было невероятным приключением. Скорее, даже если подумать, с того дня, как погибли её родители, проблемы просто возникали одна за другой.

«Всё, чего я хотела, это вести простую, размеренную жизнь в деревне...»

Подумав обо всём, что потеряла, Энри вздохнула.

Она подумала о том, что случилось после - гоблины, её друг детства - и потрясла головой.

«Неужели нельзя побыстрее...»

Будь ей чем себя занять, у неё не осталось бы времени на печальные мысли. Она предпочла бы сконцентрироваться на работе, а не думать о печальных вещах.

- Энри, оценка завершена.

Энри поднялась и пошла на голос торговца.

- Спасибо, спасибо вам большое!

- Сумма составит...

В этот момент Энри услышала, как кто-то шагает, нет, почти бежит к ней. Повернувшись, она увидела перед собой администратора, с которой говорила.

- Хааа... Хааа... Энри из деревни Карн. Нет, я имею в виду, уважаемая Энри. Насчёт того дела… могу я обсудить с вами детали?

Администратор была та же самая, но её отношение полностью отличалось. Глаза её даже налились кровью.

- А, простите, я как раз собирался сообщить ей результаты оценки...

- Заткнись, я здесь говорю.

Ответ администратора заставил лицо торговца дёрнуться.

- Если вас это устраивает, как насчёт обсудить всё в приёмной комнате за напитками?

Она улыбалась, но улыбка не достигала глаз. Вместо этого в глазах чувствовались отчаяние и борьба.

Возможно, она почувствовала что-то от сбитой с толку Энри. Её глаза увлажнились, она умоляюще сомкнула руки:

- Пожалуйста, прошу вас, позвольте мне выслушать ваш заказ! Мне конец, если вы откажетесь!

Услышав эту отчаянную, почти жалостливую просьбу, Энри вообще не хотела с ней говорить, но отказывать было бы слишком грубо. Она взглянула на торговца, который, вероятно, поняв её намерения, коротко кивнул.

- Хорошо, хорошо. Тогда не могли бы вы показать путь?

Администратор заметно расслабилась, услышав ответ.

- Большое вам спасибо! Правда, большое спасибо! Идёмте, идёмте, я провожу вас.

Под удивлёнными взглядами окружающих Энри последовала за ней. Администратор крепко сжимала её правую руку, словно боясь, что Энри сбежит.

«Не поступила ли я опрометчиво?»

Она вошла в комнату; на сердце у неё было неспокойно.

Энри молча осмотрела интерьер помещения. Комната была пуста и роскошно отделана: её заполняла мебель настолько дорогая, что Энри даже засомневалась, предназначена ли она для того, чтобы на неё садились.

- Входите, входите, пожалуйста, присаживайтесь.

Часть её беспокоилась, что её схватят, арестуют и заключат в тюрьму, стоит только ей сесть.

Однако, когда она села на диван, ничего не случилось. Она лишь почувствовала, как удобная мебель прогибается под её весом.

- Хотите чего-нибудь выпить? Алкоголь? Слишком рано? Да, пожалуй... может, сок... нет, сладости и десерт, возможно?

- А, нет, вовсе незачем так утруждаться... Внезапная перемена в поведении администратора начала пугать Энри. Она с самого начала не считала, что та относится к ней холодно. Администратор говорила естественно, без столь чрезмерных эмоций. Во всяком случае выглядело это намного нормальнее, чем то, как она ведёт себя теперь.

«Но что вызвало столь внезапную перемену? Это снова из-за рога?»

- Нет, нет, о чём вы? Для вас всё что угодно. У нас есть ликёр, бренди и закуски к ним тоже.

- Нет, действительно, не нужно... и кроме того, я тороплюсь. Может, мы начнём обсуждать мой заказ?

- Конечно! Вы совершенно правы! Тогда, пожалуйста, всенепременно, продолжайте!

Администратор выхватила стопку чистой белой бумаги. Та бумага, что Энри видела раньше, была гораздо грубее, с примесями других цветов.

«Должно быть, это предмет высокого класса. Действительно ли стоит тратить его на меня?»

Энри начала говорить. Хотя рассказать суть было и просто, предстояла проблемная часть - детали.

Наконец, когда в горле у Энри уже начало пересыхать, разговор подошёл к концу.

- Спасибо за вашу помощь! Здесь есть напитки, пожалуйста, угощайтесь, перед тем как уйдёте! Чашки можно оставить здесь, большое спасибо за ваш визит!

Администратор внезапно встала и покинула комнату, словно за ней гнались.

- Действительно... что случилось?

Разумеется, её риторический вопрос безответно отзвучал в пустой комнате.

♦ ♦ ♦

В конечном итоге Энри не провела ночь в Э-Рантэле и направилась обратно в деревню Карн.

Ей пришлось провести ночь на равнине, но она не волновалась. Наоборот, спала крепко и спокойно. Причиной были гоблины, охранявшие её набитую грузом тележку.

- Ахх… Я вижу её наконец.

Впереди виднелись стены деревни Карн. Хотя ровно уложенные брёвна сами по себе и производили впечатление надёжности, Энри не могла избавиться от мысли, что они выглядят убого по сравнению с укреплениями Э-Рантэла.

- Действительно. Я должна быстро сообщить главе.

Энри обращалась к одному из гоблинов, сидевших в тележке. В Э-Рантэл её сопровождали пятеро, включая жреца Кону и волчьего всадника, в данный момент державшегося в отдалении, высматривая потенциальные угрозы.

- Что ж, с большинством проблем мы разобрались, но что насчёт поручения старосты, Сестрица?

- Да, насчёт этого... по словам жрецов, почти никто не хочет селиться в нашей деревне.

- Странно. Я хочу сказать, у нас уже живут иммигранты из других деревень. Почему больше никто не хочет к нам переезжать? Может, жрец лгал?

- Нет, жрецы никогда не лгут, - Энри легко улыбнулась. - Честно говоря, в пограничных деревнях довольно опасно, так что все держатся подальше. Хотя некоторые и готовы с этим мириться, например, третьи сыновья семейств, готовые немедленно оставить город ради шанса получить надел земли... но немногие захотят приехать сюда по своей воле. А те, кто уже переехал к нам, жили в таких же пограничных деревнях, что и мы. Они другое дело.

- Вот как...

- Всё так и есть. Но, честно говоря, я чувствую облегчение.

Обычным людям было бы весьма непросто выработать хорошие отношения с гоблинами и жить в одной деревне с ними. Любой приехавший из города, вероятно, побледнеет от одного их вида и постарается держаться от них подальше.

И, честно говоря, принуждённая выбирать между горожанами и гоблинами, Энри выбрала бы гоблинов не колеблясь.

В это время тележку тряхнуло, из-за её спины раздался звук удара чего-то металлического.

- Ах, извините. Вы в порядке?

Энри обернулась.

Хотя гоблины и сидели в тележке, там так же находилось несколько мешков, один из которых издал металлический звон при встряске.

- А, всё в порядке, Сестрица. Не о чем беспокоиться. Кстати, с таким количеством стрел мы сможем охотиться сколько душе угодно.

Гоблины так радостно смотрели на мешок, что Энри забыла ответить, просто улыбнувшись вместо этого.

Они пересекли поля пшеницы и приблизились к полуоткрытым воротам.

Поприветствовав всех, Энри повела тележку к обычному месту встреч, чтобы разгрузить её.

Как только она остановила тележку, гоблины, услышав, как она подъезжает, высыпали наружу поприветствовать её. - Ох! С возвращением. Я рад, что с вами ничего не произошло.

Энри улыбнулась. Их приветствие заставило её почувствовать, что она действительно вернулась к себе в деревню, потому что для нее гоблины были частью её семьи.

- Я дома!

- Да тут полно всего. Будете заносить внутрь?

- Верно, братан. Помоги мне, будь добр.

- Иду!

Гоблины двигались как единое целое, проворно разгружая покупки. Одни шли туда, другие сюда, и в конце концов всё было разгружено без нужды в указаниях Энри. Это показывало, насколько глубоко гоблины влились в деревенскую жизнь.

- А, Сестрица, мы позаботимся об остальном. Почему бы тебе не пойти встретиться с твоей сестрой и Братишкой? Хотя я не знаю: может, Братишка всё ещё помогает с сородичами Агу.

- Спасибо, но мне нужно сначала рассказать обо всём старосте.

- Вот как? Ясно. Тогда на всякий случай я пойду с тобой. В конце концов, есть ещё этот вопрос с ограми.

Переговорив с товарищами, он запрыгнул на тележку рядом с правившей Энри. Другие гоблины, охранявшие её во время путешествия, смотрели на него с завистью, но никто не возражал. Вероятно, они все считали, что он поступает верно.

- Ну, Сестрица, едем!

- Рассчитываю на вас, ребята! И большое спасибо! - Энри слабо улыбнулась.

Поблагодарив гоблинов, она подстегнула лошадь.

- Итак, что произошло в деревне, пока меня не было?

- Ничего особенного. Главное, мы построили жилище для огров внутри деревни. Конечно, основную работу сделали каменные големы, и оно довольно грубо сложено из брёвен, но в конце концов вышло неплохо. Однако с их запахом мы ничего поделать не смогли. Даже полотенца, которые мы им даём, начинают вонять.

- Вот как... но это невероятно быстро!

- Как я и сказал, основную работу сделали големы. Если кого и благодарить, так это того заклинателя, что подарил их нам.

- И Люпус Регину, верно?

- Давай пока не будем о ней. Я не хочу благодарить её или делать ещё что-нибудь подобное. Что-то в ней меня попросту бесит.

Энри не верила своим ушам. Впервые Гокох плохо отозвался о ком-то.

- Как бы это сказать... она очень страшная, словно монстр, наблюдающий за нами... Я не уверен, может, Сестрица ещё этого не почувствовала...

- Но она горничная на службе у того, кто спас нашу деревню, Айнз Оал Гоуна, она не может быть такой уж плохой.

- Аа, во дела…

Плечи Энри и Гокоха вздрогнули. Легка на помине...

Энри резко оглянулась – и, подобно прошлому разу, горничная сидела в тележке, словно всегда там была.

- Действительно, Эн, это так неудобно.

- Что вы имеете ввиду?

- Может… может, перед этим тебе стоит объяснить, как ты так появляешься из ниоткуда.

- Мм? Это просто. Я упала c неба.

- Нет, не пойдёт. Ты уже много раз так сваливалась, но мы ни разу не видели тебя.

- Я могу стать невидимой, ага. Пытаюсь делать дела осторожно. Видишь, как я деликатна…

Гокох вновь повернулся вперёд. Его лицо заполнило раздражение.

- Но… а, да. Нечасто мы видим Люпус Регину два дня подряд. Что-то случилось?

Люпус Регина раздражённо посмотрела на Энри.

«Даже когда она злится, всё равно столь прекрасна», - подумала Энри.

- Ну, типа того. Нооо как бы то ни было, я просто пришла поинтересоваться происходящим. Кстати, что случилось с тем мелким гоббо?

- Он в порядке. Думаю, он сейчас в доме старосты.

- Почему в доме старосты?

- Наверное, просит «О, не могли бы вы помочь гоблинам моего племени» или что-то вроде этого. Он оставался там, пока мы строили жильё для огров в деревне.

- Ааа, да, в этом есть смысл, Агу ведь сын вождя своего племени. Должно быть, он считает своим долгом защищать их, или что-то типа того. Правда, такой сопляк, а поступки мужчины… Хотя Люпус Регина просто легко улыбнулась, любой увидевший это был бы заворожён излучаемым ею очарованием. Даже Энри поймала себя на том, что смотрит с вожделением, невзирая на то, что они обе женщины.

- Айя, может, тебе стоит всё же смотреть вперёд?

- А, а, верно!

Энри, покраснев до кончиков ушей, торопливо повернулась вперёд.

Остановившись перед домом старосты, Энри и Гокох сошли с тележки.

- Тогда я верну лошадь в конюшни. Не хочу мешать вам, ребята. Расскажете потом, о чём поболтали…

- Хорошо. Тогда прости за обузу, но мы полагаемся на тебя.

Энри поклонилась Люпус Регине, та улыбнулась и с криком «Хохо» погнала тележку прочь.

Энри постучалась, объявив о своём приходе - достаточно громко, чтобы все внутри услышали - и открыла дверь.

Староста и Агу сидели за столом друг напротив друга.

- О, с возвращением. Пожалуйста, садись. Как дела в городе?

Пока староста говорил, Энри села рядом с Агу. На мгновение показалось, что его тело напряглось, но это, возможно, просто была игра света.

- А, ну тогда я пойду. Вождь, пожалуйста, позаботьтесь о нас.

Энри понятия не имела к кому эти слова обращены. Поскольку единственными присутствующими были она, Гокох и староста, казалось очевидным, что он обращается к старосте деревни.

Однако Агу смотрел на неё; его спина напряжена, а губы плотно сжаты. Энри заглянула в его глаза, и по непреклонному, немигающему взгляду поняла, что он не шутит и не разыгрывает её.

- Эх...эх?!

«Почему он обращается ко мне?»

Пока Энри гадала, Агу попрощался и покинул дом старосты.

- Эй! Погоди…

- Тогда, Энри, ты можешь рассказать мне об этом?

- Эх? Нет, что... это... ах, да. Я понимаю.

Вопрос тяжело засел в её голове, но она могла разрешить свои сомнения позже. Сейчас важным было отчитаться о поездке. Решив так, Энри чётко и ёмко изложила события в городе. Наиболее важным было то, что никто не изъявил желания поселиться в деревне Карн. Однако староста, похоже, ожидал этого, поскольку его лицо демонстрировало не разочарование, а спокойствие.

- Вот, значит, как. Ну, что поделать. Мы пограничная деревня - странно ждать от людей, что они захотят селиться там, где часто встречаются монстры.

Староста озвучил мысли Энри. Вероятно, это понимали и принимали все жители деревни.

- Ты хорошо поработала. Благодарю тебя от лица всех нас.

Староста и склонил голову.

- Ничего особенного, - сказала Энри в ответ. Временами такое отношение смущало, но похвала всё равно была приятна.

- Тогда, - взгляд старосты на момент метнулся к Гокоху, - есть ещё кое-что, что я хочу поручить Энри Эммот.

- А, да. Что такое? Вы так серьёзны, староста...

- Я надеюсь, что ты согласишься принять мой пост деревенского старосты.

Выражение лица Энри превзошло бы игру профессиональных актёров, так быстро и кардинально оно переменилось.

- Хаааа?! Что, что это? Эй! Вы хотите сказать, Агу имел в виду... ээээ?!

- Не стоит так тревожиться...

- Конечно я буду тревожиться! Староста, вы с ума сошли? Почему вы говорите такое?!

- «Сошёл с ума» - это немного чересчур. Я понимаю, что ты удивлена и взволнована, но надеюсь, что ты успокоишься и выслушаешь меня.

- Успокоиться. Как я могу успокоиться? Почему простая девушка вроде меня должна занимать такой важный пост? Что вы имеете в виду, староста?!

- Возьми себя в руки!

Староста крикнул в полную силу, но для Энри голос прозвучал лишь слегка громко. Тем не менее это помогло ей отчасти восстановить самообладание. Нет, если она не выслушает старосту, то никогда не поймёт, что происходит. По крайней мере, так думала часть её.

- Я понимаю, что ты в замешательстве. Однако, я надеюсь, что ты сможешь сесть и обдумать всё спокойно. Ответь для начала: кто сердце нашей деревни?

- Разве это не вы, староста?

- Это не так. Этот старик думает, что сердцем деревни являешься ты. Гоблины и новоприбывшие огры признают тебя лидером, верно?

- Верно. Мы верны Сестрице от всего сердца.

- Далее гоблины, которым вы помогли. Судя по словам Агу, они тоже считают тебя главной.

Энри поджала губы. Может, для гоблинов это и верно, но что скажут жители деревни? Они никогда не согласятся на это.

- Я знаю, о чём ты думаешь. Жители будут возражать, верно? Я уже поговорил со всеми и получил их разрешение. Прошлой ночью мы организовали всеобщее собрание и обменялись мнениями. Результат был единогласным: все хотят, чтобы новой старостой стала ты.

- Но, но как?!

- То нападение стало огромным шоком для нас, Энри. Все надеются на сильную руку.

- Но почему вы считаете, что я сильна? Я обычная деревенская девушка!

Хотя на её руках и есть мускулы, она всё ещё обычная деревенская девушка, едва способная держать оружие. Если им нужна сила, то стоит обратиться к ополчению, разве нет?

- Сила измеряется не только мускулами. Способность командовать отрядом гоблинов - это тоже своего рода сила, разве нет? Тот парнишка, Барел, так и сказал, когда выдвигал твою кандидатуру.

- Энфи!

Энри издала звук удушаемой курицы.

- И кроме того, этого старика уже одолевают годы. Мне вскоре понадобится преемник.

- Что вы имеете в виду, говоря «старика»? Староста ещё в расцвете лет. Вы зря говорите как старик.

Старосте было около сорока пяти лет, так что называть его старым несколько преждевременно. В конце концов, возраст ещё позволял ему участвовать в деревенской работе.

- Отставим в сторону разговор о старости. Ты, должно быть, заметила, что лес вокруг деревни сильно изменился. С тех пор как Мудрый Король Леса ушёл, шанс, что монстры из леса нападут на нас, повысился. В этой ситуации я не гожусь на роль старосты.

- Староста, может, это и грубо, но я должна спросить. Мне ведь не отвертеться, верно?

- Честно? Даже если ты откажешься, это вряд ли что-либо изменит.

Энри увидела глаза человека, искренне верящего в свои слова.

- Я всё ещё помню тот день. Тот ужасный день, когда убивали моих друзей. Я хорошо знал Эммотов. Если бы мы не жили в праздности, если бы мы построили стену, если бы мы были настороже, может, и не было бы таких потерь... может, мы продержались бы до тех пор, пока господин Гоун не пришёл спасти нас.

«Это было бы сложно, - подумала Энри. – В нашей деревне теперь живёт много переселенцев из других подвергшихся атаке деревень. Их деревни были защищены крепкими стенами - пусть и не такими прочными, как сейчас в деревне Карн - но на них всё равно напали. Но стены могли бы задержать нападавших хотя бы ненамного, и тогда больше людей спаслись бы». С этим Энри согласилась.

- Старые традиции больше не работают. Мы должны пересмотреть наш образ мышления и взять защиту деревни в собственные руки. Единственные, кто на это способен... это молодые и легко приспособляющиеся, но, кроме этого, понадобится также и сила.

Староста сказал, что хотел. Он спокойно смотрел на Энри.

Пока он говорил, Энри серьёзно слушала. Сначала она хотела отказаться, считая, что этот груз слишком тяжёл для неё. Если на них снова нападут, она сомневалась, что сможет вынести ответственность за жизнь односельчан. Однако, как и сказал староста, она не может просто взять и сбежать.

- Я не знаю, могу ли принять такую ответственность.

- Это естественная реакция. Гоблины и я поможем тебе управлять деревней. Но при этом принимать судьбоносные решения всегда страшно.

- Как насчёт сформировать совет из жителей деревни?

- Честно говоря, я и сам об этом думал. Однако, чем серьезнее проблема, тем больше вероятность, что возникнут обстоятельства, которые разделят группу и парализуют принятие решения. В конце концов, без человека во главе мы не сможем решать проблемы эффективно.

- Может, нам создать две системы: одну для управления в нормальных ситуациях и другую для чрезвычайных случаев?

- Это не сработает. Это не воспитает в нас лидеров. Люди следуют за лидером в беде и работают как одно целое, так как знают, что этот лидер также хорош и в мирное время.

Староста был твёрд и объяснил причины своего предложения. С кислой миной Энри задала последний вопрос:

- Когда я должна дать ответ?

- Я не буду тебя торопить. Обдумай всё как следует.

- Я поняла.

После сказанного Энри встала и вышла.

♦ ♦ ♦

Когда Энри покинула дом старосты, Гокох последовал за ней.

- Предположим, я захочу подумать обо всём одна - могу я рассчитывать на уединение?

- Понял, Сестрица. Тогда подумай над этим. Остальные из нас поддержат тебя. Если тебе что-нибудь понадобится, просто дай нам знать.

- Да, тогда я рассчитываю на вас.

После того как Гокох ушел, Энри вернулась в свой дом.

«Смогу ли я быть хорошим старостой?»

Энри вовсе не была уверена.

Кто знает, когда придёт время, ей, возможно, придётся отдать тяжёлый приказ - приказ пожертвовать немногими ради блага остальных.

«Я не смогу, никак не смогу... Все в деревне такого высокого мнения обо мне. Но для начала гоблины, про которых все говорят, что они моя сила… они ведь даже не союзники, которых мне принесла моя собственная харизма или связи. Я всего лишь призвала их с помощью рога, подаренного мне великим заклинателем, Айнз Оал Гоуном. Этот предмет оказался первой крупицей помощи, что получила деревня. Странно, я оказалась первой кому он помог? Я помню господина Гоуна в маске... Хм? Разве он носил маску?»

Ее воспоминания о случившемся были запутаны, но этого следовало ожидать, учитывая случившийся тогда хаос.

Энри встряхнула головой, избавляясь от сомнений.

«Так или иначе...»

Будь этот рог подарен кому-то другому, тот человек и стал бы следующим старостой, а не она. Это значит, что дело не в её собственных способностях, а в простом капризе судьбы.

«Я хочу поговорить с кем-нибудь об этом...»

Первым ей на ум пришёл Энфри. Он жил раньше в большом городе, видел много людей, и Энри чувствовала, что он может сказать, получится ли из неё следующий староста. Он хорошо образован и наверняка сможет дать ответ.

Однако староста сказал, что Энфри или, точнее, Барелы согласились с её кандидатурой. Это значит, что, если она и поговорит с Энфри, он лишь постарается подтолкнуть её к согласию.

«Он не подойдёт... как и любой из жителей деревни. Остаются лишь Агу и огры… но Агу уже называет меня вождём, а огры просто глупы.» И тут кто-то позвал хмурившуюся Энри бодрым голосом.

- Э-эй! Похоже, вы закончили разговор... О? Что-то не так? Почему у тебя такое странное выражение лица? Проблемы, Энри?

Голос заставил Энри вздрогнуть, словно её ударило током. Верно. Это чужая в деревне, нейтральная третья сторона, способная спокойно и логично оценить ситуацию.

Энри со всей силы побежала к Люпус Регине:

- Люпус Регина!

Она крепко схватила за плечи удивлённую горничную.

- Что, что, что, в чем дело? О нет… Мое сердце бьется так быстро. Но, пожалуйста, не признавайся мне. Я не лесбиянка, мне нравится противоположный пол. Нееееет… Отпусти меня… Я буду изнасилованной-су…

- Стой! Пожалуйста, подожди немного!

Энри отпустила плечи Люпус Регины, чтобы закрыть ей рот. Но она проворно выскользнула из рук Энри, и улыбнулась:

- Ах, прости, прости, но ты казалась такой взволнованной, я думала, мне нужно немного тебя остудить. Это была просто шутка-су…

- Это, на самом деле, плохая шутка...

Плечи Энри обвисли. Однако она тут же собралась с духом. Люпус Регина приходит и уходит, когда захочет, если не воспользоваться этой возможностью и не задержать её, она вновь исчезнет.

- Пожалуйста, выслушай меня. Мне нужен совет, что делать дальше!

- Я не знаю, о чем ты говоришь, но мы можем обсудить это, пока идем, хорошо? Я не хочу, чтобы крестьяне смотрели на меня странно…

Лицо Энри покраснело. В этом Люпус Регина была права. Однако…

- Нооо, если ты снова захочешь меня изнасиловать, я не буду кричать.

- Гггх!

Люпус Регина игриво показала язычок Энри.

- Станьте серьезной, Люпус Регина!

- Давай, давай, идем, идем.

Не дожидаясь ответа, Люпус Регина пошла, и Энри последовала за ней.

- Ну, давай, выкладывай свои проблемы сестренке: начиная с эротических секретов, как совращать мужчин… - Что? Люпус Регина действительно взрослая, тогда...

Для Энри, ничего не знавшей о таких вещах, она действительно казалась взрослой. Очевидных перемен не было, но почему-то Люпус Регина теперь выглядела гораздо старше.

- Кхм-кхм! Я ведь всё-таки эксперт в этой области!

- Ха…?

Пока Энри размышляла над словами Люпус Регины, та поманила её к себе. Согласная отбросить и забыть подозрительные вопросы, Энри рассказала о случившемся в доме старосты.

- Так что, что мне делать?

- Хм? Не знаю.

И на этом всё.

- Эй... разве ты не сказала, что я могу выложить все свои проблемы тебе?

- Ау, но должна ли я отвечать... хм, ну ладно, пофиг. Для начала, если тебя выдвигают на эту позицию, и ты знаешь, что пожалеешь, если согласишься, лучше отказаться сразу. Подумай, с чем ты сможешь справиться, и с чем нет.

Обычная беззаботная девушка пропала - на её месте стояла тревожащая, завораживающая красавица. Обычно широко открытые глаза сузились, и дружелюбная улыбка теперь вызывала дрожь в спине.

- В любом случае это просто моё мнение; тебе, наверное, лучше решить самой, чего ты хочешь. Присядь, прокрути это в голове, всякое такое. Для начала давай я тебе скажу одно: неважно, староста ты или кто-то другой, ты всё равно облажаешься рано или поздно. Из всех, кого я знаю, лишь сорок один никогда не совершает ошибок. Поэтому нет смысла париться по поводу того, что случится, когда всё испортишь. Но если подумать, никто лучше тебя на эту роль не подходит.

- Что ты имеешь в виду?

- Спроси гоблинов. Когда на деревню нападут страшные твари, и они будут уверены, что не победят, что произойдёт? Представь эту ситуацию с собой в роли старосты и с собой в роли обычной крестьянки.

Люпус Регина вновь изменилась, став обычной бодрой собой:

- Ага, как-то так. Хаа, я совсем не хочу играть в советника. Но кстати, если Эн не станет старостой, разразится прекрасная трагедия, и всё станет гораздо веселее.

- Эх?

Люпус Регина ухмыльнулась, похлопав Энри по плечу:

- Лично я считаю, что из тебя получится отличный староста. Кстати... почему бы тебе не спросить того паренька?

Сняв руку с плеча Энри, Люпус Регина крутанулась на месте так легко, будто не существовало трения.

- Увидимся потом.

Люпус Регина зашагала прочь, свободно размахивая руками. Перед ней стоял Энфри, держа за руку Нему. Люпус Регина похлопала его по плечу, и двое тут же заговорили, словно она нажала на выключатель:

- С возвращением, сестра!

Нему, должно быть, сильно волновалась, потому что она повисла на Энри, подбежав к ней со всех ног. Энри думала, что удар повалит её, но крепкие мускулы ног смягчили столкновение.

- С возвращением, Энри. Ты раньше, чем ожидалось. Ты не ночевала дома прошлой ночью?

- Я дома. И да, я ночевала под открытым небом в прошлую ночь.

- Вот как... Я рад, что монстры не напали на тебя. Но я не одобряю подобного. Гоблины сильны, но есть монстры сильнее них. Правда, я не видел таких на равнине...

- Сестренка, не делай опасных вещей!

Нему сказала это, крепко вцепившись в её одежду. Энри была единственным родным человеком своей младшей сестры. Её жизнь более не принадлежала ей одной. Похоже, Энри забыла эту небольшую деталь.

- Вы правы. Я сожалею.

Энри улыбнулась и легко взъерошила волосы Нему.

- Мм! Тогда я прощаю сестренку!

Нему посмотрела вверх и улыбнулась.

- Спасибо. Кстати говоря, Нему, ты была хорошей девочкой? Ты не причиняла проблем Энфи, ведь нет?

- Нет! Правда. И я больше не маленькая девочка! Правда, Энфи?

- Ахаха... ну, я помогал соплеменникам Агу, так что не особо присматривал за ней, но я верю, что Нему хорошо себя вела.

- Ну же, Энфи! А что ты скажешь на это, сестренка. Энфи воняет!

- Нему! Это запах трав! Разве ты сама не говорила, что твои руки начинают вонять, когда ты их растираешь, а?

- Эта разноцветная штука… это от трав? - Нет, это другое. Это из-за производства алхимических ингредиентов, так что, пожалуйста, не говори, что я воняю...

- Но ты воняешь!

Лицо Энфри похолодело

- Мм, оно пропитало всю одежду Энфи. Так что, может, ему просто стоит переодеваться во что-то другое, когда он не работает?

Энри лихорадочно пыталась объяснить ситуацию своей младшей сестре, и лицо Энфри смягчилось.

- Впрочем, у меня нет другой одежды... В Э-Рантэле я всё время это и носил.

- Тогда как насчёт того, что я сошью что-нибудь для тебя?

- Э? Ты можешь это?

- Энфи, за кого ты меня держишь? Я могу сшить простую одежду сама.

- Вот как? Я всегда покупал одежду. То, что ты можешь делать свою самостоятельно, звучит круто.

- Ну, спасибо. Но, вообще-то, все в деревне могут... Нему, тебе уже тоже стоит начать учиться.

- Ладно…

- Тогда, Нему, может, ты пойдёшь домой первая? Мне надо кое-что обсудить с Энфи.

Нему прикрыла рот руками, но улыбка уже заставила её глаза блеснуть.

- Угу! Поняла! Тогда я пойду первая. Удачи, Энфи!

Нему помахала им и вприпрыжку отправилась домой.

Энри смотрела ей вслед, бормоча про себя.

- Она такая послушная… Ну да ладно, ты что-нибудь скрываешь от меня?

- Нет, вряд ли... а, ты про это? Это оно? Хотя я могу предположить, я же был на собрании вчера.

Это избавляло от множества ненужных объяснений. Энри рассказала, о чём говорил с ней староста.

На этом она не остановилась. Энри также рассказала ему про разговор с Люпус Региной, и Энфри выслушал не сказав ни слова. Когда она закончила, Энфри посмотрел Энри в глаза и заговорил:

- Я думаю, Энри, ты сможешь это сделать, но неважно, какое решение ты примешь, я всегда поддержу тебя... нет, эта фраза слишком банальна. Я надеюсь, ты станешь новым старостой.

- Почему? Я просто...

- Нет. Ты не простая деревенская девушка. Ты предводитель гоблинов, Энри Эммот. Ты, наверное, хочешь сказать, что гоблины не твоя сила, верно? Но, в конце концов, они действительно твоя сила. Люпус Регина сказала тебе спросить их, но я объясню. Если ты не староста, а деревня окажется в опасности, гоблины будут сражаться лишь до тех пор, пока ты не сбежишь сама.

- Не может быть! Они ни за что так не поступят!

- Может, в мирное время они тоже так скажут. Однако в кризисной ситуации поступят так, как я сказал. Я сам это от них слышал.

- Не может быть...

Энри скептически посмотрела на Энфри. Он лжёт? Но в его поведении она не чувствовала ни капли обмана.

- Для них самое важное не деревня, а ты. Но если ты станешь старостой, то деревня станет твоей собственностью, и гоблины останутся сражаться за деревню до конца. Может, разница и невелика, но она есть. Кстати, они сказали, что если что-то случится, то они надеются, что я смогу забрать Нему и сбежать вслед за тобой. Энри... если ты захочешь проверить это сама, то всё в порядке. Только я надеюсь, ты сохранишь в секрете то, что я тебе сказал.

- Я не буду их спрашивать.

Услышав её прямой, непосредственный ответ, Энфри поднял волосы, открыв широкие глаза:

- Ты уверена? Я могу лга...

- Это невозможно. Энфри не станет лгать мне. Я тебе верю. Однако действительно ли призыватель так важен для призванных им существ?

- Ну, может, это из-за того, что ты их хозяйка? Ты купила для них оружие, верно? Ты разве не думаешь, что они ценят тебя за это? Может, это звучит плохо, но гоблины никогда не получали ничего от жителей деревни, относящихся к ним просто как к призванным тобой монстрам. Кого, как ты думаешь, они будут спасать в первую очередь: тех, кто едва признает их существование, или ту, кто их кормит и снаряжает?

Конечно, никто из жителей не высказал бы это вслух. Однако она действительно не помнила, чтобы кто-нибудь из них благодарил гоблинов материально.

- Но жители благодарны им.

- Они благодарны тебе. Это как в уплату за твои расходы и потраченное время. Ты хоть раз слышала, чтобы кто-нибудь в деревне звал гоблинов по имени?

Такого не случалось ни разу. Поначалу она думала, что это просто из-за того, что жители не могут отличить их друг от друга, но, если подумать, дело было в том, что они просто не хотели и пытаться их различать.

Эта мысль наполнила Энри неописуемым чувством одиночества.

- Вот как.

Впрочем, в её голосе не слышалось подавленности, вместо этого глаза сияли светом откровения.

- Верно. Поэтому лично я считаю, что из тебя выйдет хороший староста. По крайней мере, как староста, ты сможешь изменить отношение к гоблинам.

- Каждый готов помочь мне, разве не так?

- Разумеется. Можно даже сказать, что никто не будет сдерживаться, помогая тебе.

- Понимаю. Тогда я отправлюсь к старосте. Лучше сделать это быстро, пока я не передумала.

Энфри улыбнулся, услышав заявление Энри.

Он понимал бурю эмоций, скрытую за решением Энри. Этот непреклонный, но добрый образ мыслей.

- Всё верно! Удачи, Энри!

Она кивнула в ответ и, не оглядываясь, ступила на путь становления новым старостой деревни.

♦ ♦ ♦

С высоты птичьего полёта Люпус Регина видела, как почти все жители собрались на деревенской площади. Энри стояла впереди, обращаясь к ним, но она не слышала, что та говорит.

Когда речь Энри, похоже, подошла к завершению, жители зааплодировали.

- Ха... значит, всё-таки всё повернулось именно так. Аааах, мне не терпится, ухихихихи.

- Что смешного?

Голос позади заставил Люпус Регину обернуться.

- Оя… ты ли это, Юри? Ты летишь с помощью магического предмета?

- Верно. Владыка Айнз лично отдал его мне. Так это, должно быть... деревня Карн, верно? Надо полагать, за это ты получила выговор.

- Верно. Ааах, самое веселье вот-вот начнётся.

- Что ты имеешь в виду?

- В деревне только что появился новый лидер. Для жителей это новая страница в их истории. Однако мне интересно, что случится, если в этот славный момент на деревню нападут и предадут огню. Интересно, какие выражения лиц будут у жителей?

Садистская улыбка расцвела на прекрасном лице, и любой увидевший это сразу понял бы, что только что нечто злое и ужасное получило свободу.

- А я-то думала, что ты сдружилась с этими людьми. Ты говоришь от всего сердца?

- Именно, Юри. Каждое слово. Каждый раз, когда я думаю, как людей, с которыми я сдружилась, давят словно муравьёв и уничтожают превосходящей силой, я не могу удержаться от смеха.

- Ты ужасна. Такая же, как Солюшн. Почему мои младшие сёстры таковы? Серьёзно, единственная добрая - это Сизу... хотя я полагаю, Энтома тоже не злая девочка.

Люпус Регина расхохоталась над ворчанием старшей сестры.

- Ах! так будет ли всё-таки деревня уничтожена?

Часть 4

- Ах, я так устала.

Бросив на стол небольшую дощечку, которую держала, Энри плюхнулась на столешницу, полностью лишённая энергии. Повернувшись к источнику тихого смеха, она увидела Энфри, улыбка которого словно говорила: «Всё по плану».

- Ты упорно трудилась, Энри.

- Это тааааак трууудно… Я не привыкла столько думать...

- Тебе нужно научиться читать и писать, знаешь ли.

Энри ответила скорбным хныканьем.

Как староста деревни, она должна получить базовое образование, поэтому Энфри персонально обучал её, но Энри чувствовала, что её голова раскалывается.

- Эти глупые буквы… Их придумали, только чтобы доставлять мне проблемы...

- Не говори так. Ты уже научилась писать своё имя, верно? И имя Нему тоже.

- Мм... ну, это хорошо... может, мне этого и хватит?

- Увы! Это лишь основа. Посмотри на это так: мы занимаемся всего пять дней и даже ещё не достигли важных вещей.

На лице Энри отразилась эмоция «да ты, должно быть, шутишь».

- Ааах, не делай такое лицо. Когда выучишь основы, остальное пойдёт проще. Вот поэтому они так важны.

- Хмм.

- Ты выглядишь действительно усталой. Тогда давай на сегодня прервёмся.

Словно ждавшая этих слов, Энри вскочила с места.

- Отлично! Давай и завтра тоже закончим пораньше! Спасибо, Энфи!

Энфри тонко улыбнулся, стирая с дощечки записанные корявым почерком буквы.

- Тогда тебе лучше отдохнуть как следует. Завтра начнём в это же время.

- Я действительно счастлива, что ты тратишь время для экспериментов на моё обучение. Но я вовсе не чувствую благодарности...

- Мм. Что ж, так это устроено. Говорят, лучший учитель тот, которого ученики ненавидят, а не тот, кого они благодарят.

- Это ложь! Абсолютная ложь!

- Ахахаха. Мне пора. Спокойной ночи, Энри.

- Угу. Спокойной ночи. Не перерабатывай, когда вернёшься, ложись спать пораньше.

Энфри улыбнулся, показывая, что понял, и вышел через переднюю дверь. Проводив глазами удаляющееся пятнышко его магического светильника, Энри вернулась в дом. В темноте она чувствовала себя особенно одинокой.

- А... я так устала...

Энри лениво разделась и забралась под одеяло. Она только что так шумела во время занятий, но теперь слышно было лишь милое посапывание её младшей сестры. Энри спокойно закрыла глаза.

Она только что столь сильно напрягала мозги, что не сомневалась, что тут же уснёт. Как и ожидала, она отключилась едва закрыв глаза.

Энри не знала, как долго спала, но отдалённый звук пробудил её ото сна.

Три удара. Пауза. И ещё три удара.

Поняв, что значит этот сигнал, Энри заставила глаза открыться. Проснувшись с ненормальной скоростью и поняв, что по-прежнему в доме, она практически выпрыгнула из кровати. Её сестра тут же проснулась.

- С тобой всё в порядке?

- Мм, - в её голосе звучали нотки страха, но, похоже, она могла двигаться. -Будьте готовы сейчас же!

Зажжение лампы потребовало бы слишком много времени, так что Энри приготовилась бежать в темноте.

Пока звуки колокола разносил ветер, Энри и Нему быстро собирались. Эту скорость породили не только регулярно повторяемые учебные эвакуации, но и страх, оставшийся с того времени, когда их деревню атаковали. И после слов Агу она примерно представляла, что их ждёт.

- Нему! Беги к месту сбора! Я позабочусь об остальных!

Не ожидая ответа сестры, Энри схватила Нему за руку и выбежала наружу.

Колокол всё ещё громко звонил, что означало экстренную ситуацию. Это определенно знак надвигающегося врага.

Последовательность действий на тренировочной эвакуации бесчисленное количество раз повторилась в её голове; она не могла полностью отбросить желание спрятаться от реальности, но дрожь в воздухе помешала ей. Это была та же самая дрожь, как и тогда, когда деревню атаковали рыцари.

Приблизившись к месту сбора, Энри толкнула Нему вперёд:

- Всё в порядке, выдвигаемся!

Нему коротко кивнула в ответ и метнулась к месту сбора.

Однако, как недавно избранный староста, Энри должна придумать, как ей спасти всю деревню.

Плохие предчувствия, возникшие у неё перед тем, как она заняла эту должность, теперь бесконтрольно проносились в её сердце.

- Словно боги хотят видеть мои страдания.

Энри обронила эти слова не раздумывая. Перед ней разворачивался худший сценарий из возможных.

К Энри подбежал гоблин.

- Что случилось? Что происходит?

- Мы нашли монстров в лесу. Высокая вероятность того, что они будут на нас нападать.

- Понятно, теперь выдвигаемся!

Следуя за гоблином, Энри вскоре подбежала к главным воротам. Она увидела, что ночная баррикада установлена и гоблины собрались здесь. С оружием и в броне, купленными Энри, они выглядели бывалыми ветеранами.

Приблизившись, она почувствовала зловоние, информирующее о присутствии огров. Они сжимали свои новые дубины, усеянные угрожающе торчащими во все стороны шипами.

Вместе с Энри у ворот собрались тяжело дышащий Энфри и отряд ополчения под предводительством Бриты. Агу и несколько его соплеменников, достаточно окрепших, чтобы сражаться, стояли среди них. - Здесь все? Как насчёт Мадам Лиззи? Что-то задержало её?

Бабушка Энфри, Лиззи, по праву считалась выдающимся заклинателем. Не было ничего странного в желании видеть её среди защитников деревни.

- Нет, бабуля не придёт. Она на месте встречи. То место тоже важно.

Жители деревни кивнули, услышав слова Энфри. Поскольку члены их семей собрались там, их тоже кто-то должен защищать.

- Все, кто не может стрелять из лука, уже там. Поскольку вы, ребята, сильны, может, кто-нибудь из вас отправится туда?

- Мы не можем этого сделать.

На просьбу Бриты Дзюгэму ответил категорическим отказом.

Он сделал это не из злобного намерения в отношении тех, с кем бок о бок жил и работал. Растущее напряжение заставило Энри сглотнуть, Дзюгэму объяснился.

- Там множество монстров. И не только огры. Разделяться было бы опасно.

- Ты знаешь точно, сколько их там?

- Брита, враги скрываются в лесу. Мы никак не можем определить, сколько их. Однако мы смогли приблизительно прикинуть... семь огров, несколько гигантских змеев, несколько варгов, несколько каких-то тварей, вероятно баргестов, и что-то большое позади них.

- Варги, гигантские змеи и огры? С ними есть друид?

Варги - это монстры вроде волков, но крупнее. Они умнее волков, и встреча с ними в лесу смертельно опасна.

- Весьма вероятно. Всё очень плохо, если среди них есть заклинатель. Также, скорее всего, можно предположить, что у них есть и стрелки. Так что лучше собрать все наши силы здесь, верно? Мне позвать сюда бабулю?

- Что до этого... сложно сказать, Братишка. Место сбора - это одно из прочнейших жилищ в деревне. Если что-то случится, оно станет последним оплотом обороны, иными словами, цитаделью деревни. Мы не можем убрать оттуда никого из защитников.

- Значит, мы будем отступать по ходу сражения, верно? Куда мне пойти?

- Брита будет командовать ополчением. Я надеюсь, вы передадите им мои приказы, чтобы все поняли. После действуйте по ситуации.

- То есть мы применим вторую тактику против нападения, верно? Засыпаем их стрелами, далее задерживаем с помощью баррикады и бьём копьями через зазоры. Когда сойдёмся на длину копья, навык наших людей уже не будет играть роли.

- Да, тогда оставлю это на вас. Однако варги и баргесты весьма ловки и, предоставленные сами себе, нанесут большой урон. Они должны быть первоочередными целями. Далее, когда покажется друид, вы не против отвести ополчение назад?

- Я не против, но вам хватит сил удерживать ворота без нас?

- Если повезёт, этого хватит.

- Раз так... как я и думала, лучше скажу всем готовиться к худшему. По крайней мере, в задних рядах на нас не нападут, и мы сможем сконцентрировать стрельбу на друиде. Знаете, я была приключенцем, но впервые вижу таких храбрых крестьян... во всяком случае, увидев, как они тренируются с луками, я подумала именно это.

- Однажды на нашу деревню напали, и мы возненавидели собственное бессилие.

Энри, до сих пор молчавшая, вмешалась, высказав то, что было на душе у всех в деревенском ополчении.

На удивление никто не выказывал желания сбежать. Битва неизбежна; они не могли оставить без защиты дорогих им людей, укрывающихся за их спинами.

- Кстати говоря, наверняка потребовалось много времени собрать такие силы. Значит ли это, что они посланы Гигантом Востока или Змеем Запада?

- Такую вероятность нельзя исключать.

Дзюгэму шёпотом подтвердил подозрения Бриты.

Если это так, то, значит, это Агу привлёк монстров сюда. Поэтому Дзюгэму и приглушил голос, чтобы ополченцы не услышали это и не направили свой гнев на Агу.

Жителям деревни уже рассказали о существовании таких монстров, как Гигант Востока, Змей Запада и их общего врага - Зверя Юга.

Пусть Зверя и приручил Тёмный Герой, вид могучего монстра глубоко отпечатался в сердцах жителей деревни. Мысль о необходимости сражаться с чем-то, того же уровня, могла вызвать лишь страх.

- Так какую магию использует этот Змей Запада? Проклятье, что за невезение.

Дзюгэму кивнул в ответ на бормотание Бриты.

- Обычно монстры с врождённой способностью к магии обладают не более чем десятью заклинаниями, но, получив возможность практиковаться и учиться, могут изучить гораздо больше, что делает их серьёзными противниками. Если у них есть магия для преодоления препятствий...

- Ничего не хочу сказать про Энфи или гоблинов, но заклинатели - жульничающие ублюдки…

Печальные слова Энри вызвали угрюмые улыбки у жителей.

- …Но не говорите господину Гоуну, что я такое сказала, ладно?

Продолжение превратило улыбки в хохот.

«Это должно снять напряжение, - подумала Энри. - Хотя если они слишком расслабятся будет плохо, но и излишнее волнение помешает им эффективно сражаться. Теперь, настроение, похоже, такое как надо.»

Дзюгэму благодарно посмотрел на Энри. Похоже, он понял, почему она сказала то, что сказала.

- Не беспокойтесь. Просто держитесь позади и стреляйте. Мы удержим их.

Гоблины обучали ополченцев преимущественно ради этой роли, подходившей им лучше всего.

Маленькой деревне было бы непросто раздобыть оружие и броню, и этого бы просто не хватило вооружить ополчение. В конце концов, они всего лишь крестьяне. Может, их руки и сильны от работы в поле, но это не значит, что они умелые в обращении с мечом. Нужно быть гением, чтобы в промежутках между работой в полях суметь натренировать свои навыки воина настолько, чтобы стать способным противостоять монстрам.

Учитывая это, гоблины поняли, что не смогут превратить ополченцев в воинов. Поэтому они решили натренировать их как лучников и поместить в задние ряды.

Хотя их навыки и улучшились, и они могли попасть в цель, их лукам не хватало пробивной силы, что помешало бы нанести существенный урон монстрам с толстой шкурой. Однако, если им повезёт, и они будут стрелять одновременно, есть шанс, что стрелы найдут уязвимое место.

- Итак, как и тренировались, цельтесь наружу и стреляйте дружно! Агу, ваша задача мешать пробиться через ворота и отгонять их копьями. Исполняй команды Бриты, словно их отдаёт Сестрица, и слушайся её.

- Оххх! Доверь это мне!

- Так держать. Теперь слушай меня. Я запрещаю тебе бежать. Сражайся до смерти.

- Конечно! Я обязательно отплачу за доброту, которую вы проявили, спасая меня! Действительно, почему бы мне не выйти в авангард с ограми?

- Ты тупой ребенок! Если я позволю тебе это, ты в конечном итоге просто погубишь себя. Ты можешь сказать так, как только станешь сильнее!

На лице Агу, получившего выговор от Дзюгэму, отразилось разочарование, и несколько ополченцев подошли утешить его.

При виде этого Энри вздохнула с облегчением. Они хотя бы не считают его причиной этого нападения. С другой стороны, это признак того, что жители деревни приняли Агу. Он и его соплеменники - последние чужаки, прибывшие в деревню. Хотя их не избегали и относились к ним хорошо, всё равно между ними и прочими жителями сохранялась дистанция. Однако, судя по всему, эта пропасть исчезнет, если они сегодня победят. Весьма иронично, что поле боя - лучшее место для укрепления уз товарищества.

И именно то, что он чувствовал эту пропасть, заставляло Агу так рваться в бой. Он хотел принести пользу деревне и упрочить положение - своё и своих сородичей. В обществе людей уважают тех, кто проливает кровь за них. Агу и его соплеменники старались в итоге для самих себя, так что их энтузиазм был вполне естественным.

- Энфи, есть одна просьба.

Энри подошла сзади к Энфри и прошептала ему на ухо.

- Ох, нет, ещё немного… А. Мм. Понял. Тогда… Агу, я хочу поручить тебе кое-что. Возьми эти алхимические зелья и используй их в бою…

Энфри открыл свою сумку - внутри было много бутылок и бумаги.

- …Бросай их во врага. Ты промажешь, если будешь находиться далеко, так что попытайся кидать их со средней дистанции. Ты понял?

- Доверь это мне! Смотри, как я великолепно выполню эту задачу!

Агу принял сумку, и, словно только их и ждали, один из гоблинов закричал:

- Идут! Направляются сюда!

Прислушавшись, можно было услышать звуки монстров, рвущихся сквозь ночь к деревне.

- Ополчение, по местам! Сестрица, будь осторожна! Братишка, ты тоже!

- Да, да, я поняла! Не умирайте, вы все, пожалуйста!

- Разумеется!

- Итак, Энри, идём?

Энфри подбежал к Энри, чтобы сопровождать её. Их работой было обойти дома и убедиться, что все слышали сигнал.

Проводив глазами Энри, гоблины заняли позиции.

- Ополчение, по местам и готовьтесь. Враги подходят к области обстрела.

Прямой линии стрельбы до монстров, находившихся за стеной, не было. Стрелять в не видимую за препятствиями цель нужно интуитивно, выпуская стрелы по дуге, но новичкам это не под силу, а тренировки потребовали бы слишком много времени. Поэтому гоблины решили попробовать кое-что другое.

Они обучили ополченцев обстреливать другую сторону стены. Это позволило им знать, какую силу прикладывать и под каким углом стрелять, чтобы точно попадать в нужную область. Подобная тренировка бесполезна в большинстве случаев. Однако, поскольку враги намеревались пробить ворота и скапливались перед ними, упорно атакуя их, эта тактика оказалась весьма эффективна.

Главные ворота затряслись под жуткими криками монстров; прилегающие стены также содрогнулись.

- Очень хорошо! Враги в зоне поражения! Шквальный огонь. Начать!

- Начинайте!

В ответ на крик Дзюгэму гоблины-лучники на сторожевой башне – Сюринган и Гуриндай - начали стрелять. Пока враги остаются в их поле зрения, стрелки не промахнутся. Из-за ворот раздались вопли агонии.

Ополченцы вздрогнули в страхе и напряжении, словно опасаясь, что их поглотит наполненный жутким шумом битвы воздух. Среди этого Дзюгэму закричал снова:

- Ополчение, ждать! Не поднимать луки без приказа!

Им приказали не стрелять, хотя враги уже подошли к тому месту, стрелять в которое они учились бесчисленные часы. Однако, взглянув на башни, все сразу поняли почему.

Монстры принялись метать из-за стены камни. Каждый размером с человеческую голову.

Многие промахивались, но редкие удачные попадания сотрясали башни до основания.

- Камнемётчики подтверждены! У них ещё несколько снарядов!

- У каждого около трёх камней, всего примерно двадцать один. Уа!

Очередной брошенный камень ударил в башню - дерево раскололось.

Если ополченцы начнут стрелять, то сами станут мишенями для врагов.

Разумеется, враги не видят ополченцев и не смогут метать камни прицельно. Однако даже одно неудачное попадание обернётся жертвами, ведь на излёте камень может причинить серьёзные увечья.

Приказ ополчению не атаковать можно назвать острожной стратегией, потому что это показывало, что Дзюгэму не хочет терять никого в преддверии длительного сражения.

- Не думайте, что мы не сможем попасть по вам только потому, что вы швыряете в нас камни!

Гуриндай гневно прокричал и возобновил стрельбу, уворачиваясь от града летящих камней. Ополченцы восторженно смотрели на то, как он храбро отстреливается, зная, что получит тяжёлую рану, если в него попадут. Однако Дзюгэму не следовал их примеру. Он быстро осмотрелся и тут же увидел новых врагов.

- Киемай! Змеи забираются на стены левого фланга! Ты справишься один?

- Нет проблем, лидер! Оставь это мне!

Киемай, ожидавший в тылу, погнал волка вперёд, в сторону змеев, карабкающихся на стену.

- Пятнадцать, шестнадцать! Вы двое, продержитесь ещё чуть-чуть!

В словах Дзюгэму не было нужды. Лучники на кренящейся башне не выказывали и намёка на страх. Не заботясь о том, что башня может обвалиться под ними, они продолжали выцеливать монстров и стрелять, провоцируя тех на атаку камнями. На левом фланге Киемай, похоже, благополучно справлялся со змеями.

Наконец, сторожевая башня изогнулась и обрушилась под градом брошенных камней. Сюринган и Гуриндай спрыгнули вниз, перекатившись несколько раз, чтобы смягчить силу удара.

- Лучники ополчения, приготовиться!

В ответ на приказ ополченцы приготовили луки.

- Дышите глубже! Вдох-выдох! Вдох! Натянуть!

Команды звучали как на тренировке, и на момент ополченцы забыли, что они на поле боя. Игнорируя звуки скрипящего дерева, они выполняли те же движения, что и на стрельбах.

- Спустить!

Четырнадцать стрел прочертили безупречные дуги в небе и исчезли за стеной, вызвав ещё больше криков боли у находившихся там монстров.

- Прекрасно, - пробормотал Агу себе под нос, но Дзюгэму не собирался давать остальным время на наблюдения.

- Готовь второй залп! Не паниковать! Дышать глубоко! Вдох-выдох! Вдох! Натянуть!

К этому времени Сюринган и Гуриндай закончили исцеление и присоединились к ополчению.

- Спустить!

Вновь в воздух взлетели четырнадцать стрел, ещё две чуть отстали. Створки ворот заскрипели громче, крики врагов усилились. Вероятно, стрелы их разозлили и заставили бить сильнее.

- Отступить! Сменить оружие!

Ополченцы дружно отступили за баррикаду, размещённую перед главными воротами. Любой нападающий в лоб окажется зажат в крепких брусьях и шипах этого препятствия. Баррикада была выполнена в виде буквы Г, направляя нападающих туда, где их ждал Дзюгэму и огры. Прорываться через ворота было всё равно что прыгать со сковороды прямо в пламя.

- Если заметите заклинателей, уходите из их поля зрения!

- Лидер!

- Что такое, Агу?

- Братишка дал мне алхимические зелья, тут среди них клей, где мне его применить?

- Грязь впитает его?

- Да, но он сказал, что это лишь уменьшит время его действия.

- Если так, дождись возможности и залей им вход.

Кивнув в знак подтверждения, Агу и его соплеменники выдвинулись как один. Киемай вернулся, разобравшись со змеями, и немедленно отправился к гоблину-клирику за лечением.

Раздался звук расщепляющегося дерева - одна из створок главных ворот обрушилась. Вражеские огры ворвались в пролом.

- Ха, куча безмозглых идиотов.

Дзюгэму насмехался над наступающими врагами. Они совершили роковую ошибку.

Монстры выломали лишь одну створку, игнорируя вторую. Они ломились в пролом, опасаясь, что попадут под стрелы, если останутся снаружи. Однако это означало, что они могут проникать внутрь лишь по одному, и множество будут вынуждены ждать своей очереди протиснуться в проход. К тому же так они окажутся в углу Г-образной баррикады, где все защитники смогут сконцентрировать свои атаки на горстке нападающих.

- Добро пожаловать в зону убийств. Время для смерти.

Вооруженные деревенские огры обладают преимуществом в бою перед своими дикими собратьями, а ополченцы смогут помочь своими копьями. Те огры, что попытаются пробиться через заграждения, будут уничтожены стрелами, магией и алхимическими зельями Агу. Гоблины позаботятся о любых магических существах, которые прорвутся посреди этого хаоса.

Тактически такая ситуация обеспечивает им подавляющее превосходство, и всё ещё остаются волчьи всадники, ожидающие в тылу. Если с врагами нет заклинателей, победа гарантирована. Однако…

- Что это?!, - в голос Дзюгэму закралась паника. - Это тролль там?

Он отличался от огров, но был примерно таких же размеров. Он тяжело плёлся на защитников, излучая гнетущее давление. В руке он держал двуручный меч, окутанный неестественной аурой.

Вязкая материя струилась в середине клинка. Должно быть, какая-то форма магии.

- Босс вышел на бой?.. Не может быть... Гигант Востока?

Выглядело похожим на то. Его сильное тело выглядело натренированным до стальной твёрдости, совершенно отличаясь от тех троллей, что Дзюгэму видел раньше. С первого взгляда он понял, что перед ним существо, равное Зверю Юга.

Он один потребует усилий всех гоблинов. Этот враг превосходит всех, кого они до сих пор встречали.

- Раз так...

Дзюгэму задумался, что делать.

Ситуация выглядела безнадёжной. Лучшее, что они могли сделать, это задержать врагов, пока Энри убегает. Если она не захочет, то даже если им придётся её заставить...

- …Нет, это не лучший вариант. Это худший вариант и крайнее средство.

Отказавшись от этого плана, Дзюгэму обратился к своему отряду гоблинов:

- Эй, вы все. Вскоре каждый из нас погибнет. Даже не думайте о такой глупости, как сбежать. Запечатлеем наши геройские смерти у всех в памяти!

Гоблины ответили воинственным рёвом. И друзья, и враги словно застыли на секунду.

- Вперёд, парни! Покажем им, на что способна братва Сестрицы!

♦ ♦ ♦

Обойдя деревню, Энри убедилась, что никто не остался, и вздохнула с облегчением. И тут со стороны ворот раздался треск. Далее последовали боевые кличи и отдающий эхом глубокий, низкий рёв, заставивший её вздрогнуть.

Должно быть, это звук выломанных ворот и клич гоблинов, кинувшихся в битву. Её чуть не стошнило от напряжения, но она сдержалась. Во рту остался горький привкус, но она проигнорировала его и обратилась к Энфри:

- Энфи. Нам нужно направляться к воротам.

- Понятно. Но тебе нужно идти к месту встречи и успокоить всех, хорошо?

Слова Энфри имели подтекст - не путаться под ногами.

Хотя Энри и тренировалась стрелять из лука, теперь, когда ворота выломаны, битва пойдёт врукопашную. Если Энри и отправится туда, она мало что сможет сделать.

- Я не могу так поступить. Я возглавила гоблинов и эту деревню, и пока я в силах, я должна быть здесь. Отступить, может, и логично, но неправильно. Она должна быть в гуще событий и видеть происходящее. Видя её решимость, Энфри кивнул. Его черты лица ожесточились:

- Это правда. Я понял. Я защищу тебя.

Серьёзное выражение лица её обычно благодушного друга детства заставило сердце Энри забиться странным и волнующим образом.

- Мм? Что такое, Энри? Я знаю, я не такой крутой, как господин Гоун, но я не позволю тебе умереть.

- Не говори о смерти.

- Ах, прости. Это... это...

Видя, как её друг детства подыскивает подходящие слова, как он обычно делал, Энри улыбнулась:

- Идем, Энфи!

- Ах, да! Верно, у нас нет времени, чтобы тратить его на разговоры!

Они побежали к главным воротам. Поскольку они начали движение от задних ворот, находившихся на другом краю деревни, путь туда займёт некоторое время. И, запыхавшиеся, они не смогут сразу вступить в бой. Поэтому, чтобы избежать этой ошибки, они двигались на умеренной скорости.

Однако они бежали лишь несколько секунд. Оба услышали звук бурчания в животе и остановились. Оглянувшись назад, они увидели кое-кого, смотрящего на них сверху вниз.

Существо было невероятно громадным, гораздо крупнее человека. Они не осознали это сразу, когда увидели, но это было так. Его рука опустилась на задние ворота, возвышавшиеся на четыре метра.

- Это, что это такое? Великан?

- Я не знаю! Ах…

Энфри оборвал себя на полуслове, его рот широко раскрылся. Энри резко повернулась посмотреть, что его так поразило, и застыла с тем же выражением.

Существо медленно перелезало через стену. Существо, намного крупнее человека.

- Может быть, это тролль?

Услышав, как Энфри выдохнул эти слова, Энри уставилась на приближающегося монстра:

- Что это?

- Хотя я впервые вижу его, он именно такой, как я слышал. Если это действительно тролль, у нас проблема... С троллями даже приключенцы золотого ранга справляются с трудом. Честно говоря, для Дзюгэму и остальных это, вероятно, будет очень сложный противник.

Энри почувствовала, как холодеет кровь, когда услышала, что враг может превосходить главную боевую силу деревни.

Тролль, чей массивный силуэт показался из-за стены, втянул носом воздух и принялся осматриваться.

Схватив Энри за руку, Энфри затащил её в тень ближайшего дома. Там он прикрыл рот и зашептал ей в ухо едва слышным голосом:

- Энри, у троллей очень чувствительные носы. Пока мы с подветренной стороны, всё в порядке, но расслабляться рано. Ты должна бежать отсюда... и присоединиться к гоблинам.

Энри придвинулась к Энфри и зашептала ему в ответ:

- Я не могу, Энфи. Если он последует за нами к главным воротам, всех наших перебьют, атаковав с двух сторон.

- Может и так, но сейчас мы не можем...

- Здесь только мы. Это значит, что, кроме нас, остановить его некому.

Сквозь чёлку Энфри посмотрел на Энри как на сумасшедшую. Очевидно, что она только что заявила, что они должны совершить невозможное, но, честно говоря, другого выхода нет.

- Нам не нужно побеждать или убивать его. Мы должны его лишь задержать. Энфи, пожалуйста, помоги мне.

- Как мы его задержим? Заманим куда-нибудь? Полагаю, я смогу сражаться с ним в открытую... но сомневаюсь, что переживу хотя бы один его удар.

Ровный голос Энфри демонстрировал его спокойную решимость. В ответ Энри выложила свой план:

- У меня есть план. Для начала изобразим огров.

♦ ♦ ♦

Тролль быстро окинул взглядом деревянный человеческий дом и двинулся дальше.

Дело было в том, что все дома пахли мягкими, вкусными людьми, но то был лишь остаточный запах. Убедившись, что никаких других запахов поблизости нет, тролль зашагал туда, откуда доносились звуки битвы. Слыша, как жители деревни сражаются с его сородичами, он начал обильно испускать слюну, представляя людей, которых там найдёт.

Наслаждение мягкой, чудесной человечиной. Гурман среди троллей, он предпочитал мясистые конечности и испытывал отвращение к горьким туловищам. Поэтому ему редко удавалось наесться до отвала, но сейчас, похоже, у него будет шанс.

Его шаги стали шире; испускаемая им в предвкушении слюна закапала на землю.

Однако тролль остановился и осторожно огляделся. Или, скорее, он всматривался в тень ближайшего дома.

Там были огры. Оттуда доносился запах огров.

Он нахмурился. Хотя огры его союзники, в запахе он чувствовал небольшое отличие. Этого запаха он не помнил. И теперь он окружал его со всех сторон.

Разумеется, он пришёл к этому выводу не потому, что его нос был так же чувствителен, как нос гончей, но потому, что помнил уникальную вонь его огров-союзников. Поэтому он не знал, сколько огров собралось здесь.

Это был вопрос. Кроме того, здесь чувствовался ещё один запах, словно от растёртой травы, но гораздо сильнее.

Огр растёр траву и намазался её соком?

Тролль взвесил этот вопрос и оказался в замешательстве. Сильная вонь трав вызывала жжение в носу, его глаза заслезились. Если огры могут это терпеть, то у них, должно быть, отвратительное обоняние.

Он может встретить их лицом к лицу. Как тролль, он гораздо сильнее любого огра. Однако это не значит, что он выйдет из схватки целым и невредимым, кроме того, чтобы разобраться с ними, придётся задержаться.

Тролли обладают способностью к регенерации - их раны затягиваются со временем. Однако регенерация может занять время, и такая перспектива его беспокоила. Кто знает, может, его огры-соратники съедят всех людей, когда он дотуда доберётся.

Тогда, раз враги окружили его, то они атакуют все разом, если он пойдёт прямо вперёд.

Он почувствовал проблеск гордости, разгадав планы врагов, и вновь медленно двинулся вперёд.

Он уничтожит их всех быстро. Очень хорошо, что враги разделились. Ему нужно лишь убивать огров по одному.

Он двигался медленно, стараясь не шуметь, но внезапно от ближайшего дома отделилась тень.

То был не гоблин, но его любимая добыча - люди.

В отличие от тролля, застывшего в удивлении, одетый в плащ человек плеснул на него что-то...

- Угуоооооааааааххх! Тролль завопил от непреодолимой вони. Запах этого зелёного вещества после первого же вдоха зарылся в его нос и пазухи. Эта штука воняла в несколько раз сильнее, чем измазанные травой огры.

Пусть он и может регенерировать, но это не та рана, которая может зарасти. Он просто не мог вынести этот запах. Его глаза заслезились, он шагнул к человеку, но тот уже убежал обратно в дом.

Человек смог подобраться так близко, несмотря на чуткое обоняние тролля, благодаря тому, что его запах оказался замаскирован запахом растёртой травы.

Разозлённый потерей своей добычи, тролль вернулся к первоначальной цели - ограм. «Для начала убить огров, а потом отыскать эту соблазнительную приманку», - подумал тролль.

Пошатавшись вокруг дома, тролль не обнаружил никаких признаков огров. Те словно растворились воздухе.

- Гууууу, где?

Оглядываясь, он всё равно не видел огров, которые хоть и меньше его размером, всё равно достаточно крупные. Неважно, как они перемещаются - рано или поздно он должен их увидеть. «Могут ли эти хилые огры использовать невидимость, как их хозяин?» - тролль всхрапнул, задавшись ещё одним неразрешимым вопросом.

Однако сильная вонь трав, поднимавшаяся от его собственного тела, забивала его обоняние и не позволяла найти огров по запаху.

- Гууууууу...

Стеная, тролль попытался оттереть жидкость со своего тела. Теперь и его пальцы засмердели. Оглядываясь, тролль заметил на земле тряпку.

Решив, что будет неплохо вытереться этим куском материи, тролль с любопытством на лице поднял его. Он поднёс тряпку к носу и понюхал, но из-за того, что его обоняние ещё не полностью восстановилось, почти не почувствовал запаха.

Тролль почуял от куска ткани запах огров и внезапно понял… Он принял тряпку, испускающую вонь огров, за огра.

Это не могло быть совпадением.

- Люди! - с гневным рёвом он принялся крушить всё вокруг. - Никаких людей. Тогда они, должно быть, прячутся в домах.

Кулак тролля яростно колотил по ближайшему дому. После нескольких ударов он сорвал крышу, намереваясь уничтожить всё внутри.

Человек в панике выбежал из разрушаемого дома. Жаждущий разорвать человека на части тролль погнался вслед.

♦ ♦ ♦ Цель преследовала её. Значит, план сработал. Хотя она и была рада, сердце всё же колотилось, она едва сдерживала рыдание. Гигантский монстр-людоед наступал ей на пятки, и ставки в этой игре в догонялки - проиграв, она исчезнет в глотке чудовища - заставили бы забиться в истерике любую обычную деревенскую девушку.

То, что она не знала, как долго будет вынуждена играть в эту игру, лишь усиливало желание заплакать.

Знай она, когда всё это закончится, она могла бы заставить себя убегать до последнего момента. Однако, не зная, когда закончится битва у ворот, не зная, когда остальные смогут прийти ей на помощь, она чувствовала неуверенность, и это подкашивало её силы.

Энри сожалела, что не отправила никого к главным воротам с сообщением, но приготовления заняли слишком много времени.

Она бежала изо всех сил и вбежала в дом, где её ждал Энфри. В свою очередь, Энфри выбежал в заднюю дверь, одетый в такой же плащ и накидку, что и она.

Энри задержала дыхание, сглатывая и надеясь, что враг не разгадал их трюк. Тролль последовал за Энфри, не заметив подмены.

Она успокоила свое рваное дыхание и в восторге сцепила руки.

Тролли намного превосходят людей в силе, длине шага и физических возможностях, поэтому один человек, убегающий от тролля, наверняка будет пойман. Чтобы получить возможность отдыхать между длительными периодами движения, они решили меняться друг с другом, не давая врагу заметить. Таким образом они надеялись затянуть погоню и не пустить врага к месту сбора, где собрались жители.

Но тогда вставал вопрос, как обмануть его.

Как тролли различают людей? Может, пожившие какое-то время с людьми и научились бы, но этот тролль явно был не из таких. Раз так, единственным его способом различать людей будет внешность, в особенности одежда. Поэтому Энфри и Энри носили одинаковые дождевые плащи и накидки.

Далее им нужно воспрепятствовать ему отличить их по запаху, и травяной сок должен был вывести из строя его чуткое обоняние.

Энри заготовила две ловушки для носа тролля: одну с использованием вони огров, чтобы задержать его; другую с запахом трав, чтобы сбить его с толку.

Восстановив контроль над дыханием, Энри начала скрытно двигаться к следующему дому.

Она прокралась в тёмный дом, поглядывая на происходящее снаружи. С топотом внутрь вбежал Энфри. В тот же момент Энри выбежала из задней двери, куда только что вошла.

Но тут она поняла, что тролль не преследует её, хоть она и выбежала из дома.

Тролль, принюхавшись, посмотрел на Энри и на дом. Его уродливое лицо исказилось ещё сильнее. Она предположила, что это выражение означало удивление.

На её шее выступил холодный пот. Она бессознательно прикоснулась к себе, её рука стала липкой и влажной.

- Его нос приспособился к этому?

Привыкнув к запаху трав, и чувствуя страх в запахе её пота, тролль, похоже, понял, что здесь два человека.

Он поднял лапу и всадил её глубоко в дом. Энфри вновь выбежал. Однако он остановился, и непохоже было, что он собирался убегать.

- Энри! Беги отсюда! Я пока смогу его задержать на некоторое время!

- Идиот! Как я могу сбежать без тебя!

- Он наверняка нас догонит! Даже если будем прятаться в домах!

Широко раскрывшая глаза Энри увидела, как Энфри улыбнулся.

- Я сильнее, так что у меня больше шансов выжить, если ты оставишь меня!

Энфри применил заклятье и его тело окутал мягкий, неяркий свет.

Он продолжал улыбаться Энри, неспособной вымолвить ни слова.

- И кроме того, я хочу защитить женщину, которую люблю.

Энфри повернулся к свирепому монстру, подняв кулак и указывая на себя большим пальцем.

- Ну же, иди сюда, большой парень, я с тобой поиграю! Ну же, рискни, если достаточно крут! «Стрела Кислоты»!

Продолжая дразнить тролля, Энфри выстрелил в него зелёной стрелой кислоты. Попав в тролля, она произвела облако пара и звук шипения и кипения, заставив тролля взвыть от боли.

Обезумевшими от ярости глазами тролль уставился на Энфри. На Энри он больше не обращал внимания.

- Вперед! Вперед, и найди помощь!

Терять время было бы глупо.

- Не вздумай погибнуть!

Сказав это, Энри побежала. Тролль, похоже, не собирался её преследовать.

Говоря откровенно, шансы Энфри на выживание равны нулю. Разница между его и тролля физическими возможностями непреодолима. И он никак не может одолеть врага, для победы над которым нужны приключенцы золотого ранга.

Это безнадежная битва, и продержавшись хотя бы минуту, он уже сможет рассчитывать на восхваления.

- Да, я собираюсь умереть.

Энфри горько улыбнулся, глядя на опасливо приближающегося к нему тролля.

Тот не мог регенерировать повреждения, вызванные огнём и кислотой. Поэтому тролль особенно осторожно относился к Энфри, способному побить его сильнейшую карту. То, что он так опасается врага, которого может прикончить одним ударом, казалось смехотворным.

- Ну, я не против. «Гипноз»!

Враждебность тролля, похоже, не изменилась. Видимо, он устоял перед заклятьем.

Осознав, что на него пытались воздействовать заклинанием, тролль рванулся вперёд.

Надвигающееся на Энфри гигантское тело выглядело как сцена из кошмара.

- Если бы это сработало, я мог бы продержаться чуть дольше... не повезло. Ааа, как жаль.

Энфри, похоже, отчаялся. Он вёл совершенно проигрышный бой, перейдя черту между храбростью и безрассудством. Но как бы то ни было... он должен выиграть время для Энри.

С этой мыслью Энфри рванулся в бой.

Заметив, что тролль поднимает левую руку, он побежал влево. Пытаясь найти жизнь в смерти, он головой вперёд окунулся в опасность, надеясь найти спасение позади неё. Кулак тролля последовал за ним; ветер от прошедшего над головой удара взъерошил ему волосы. И тут могучая ступня пнула Энфри, и он полетел словно мячик.

Всё перед глазами дико закрутилось, пока он кувыркаясь летел по воздуху; тело издавало хрустящие звуки подобно ломающимся древесным веткам.

Он ударился оземь и несколько раз перекатился словно кусок выброшенного мусора.

Тело Энфри, всё ещё катившееся по земле, пронзила боль. Боль, какой он не чувствовал никогда в жизни.

- Нет, я всё-таки как-то выжил. Невероятно. Я невероятен...

Это произошло благодаря защитному заклятью и тому, что тролль не мог пнуть в полую силу. Игнорируя боль, что отдавалась в нём с каждым вдохом, Энфри поднялся и выпустил ещё одно заклинание:

- «Стрела Кислоты»!

Преследующий его тролль остановился, опасаясь лужи разъедающей кислоты у своих ног.

«Ммм, всё по плану.»

Энфри пытался выиграть время. Если враг остановится и насторожится, он надеялся, что тот и останется в таком состоянии.

- Проклятье, как больно. Не хочу умирать...

Энфри озвучил своё отчаяние. В конце концов, это всё, на что он оказался способен. Он не хотел смотреть в лицо этому факту, но обстоятельства заставляли его это признать - он умрёт здесь. Нет никаких сомнений, его существованию сейчас придёт конец. Он хотел бежать. Возможно, бросившись наутёк со всех ног, он сможет спастись. Но в таком случае какая трагедия может произойти?

Энфри подумал об Энри. Он мог сражаться, потому что у него была Энри.

- Так я всё-таки ей признался... проклятье. Я не хочу умирать, не услышав её ответ.

Неудержимо приближавшийся тролль, похоже, не понимал чувств человека. И Энфри больше ничем не мог его задержать. Он не знал как, но почувствовал мысли врага по выражению лица: противник планирует убить его, невзирая на боль. Раз так…

- «Стрела Кислоты»!

Всё, что Энфри мог сделать, это ранить тролля, чтобы облегчить бой для союзников, что сойдутся с троллем после него.

Тролль поднял кулак; его лицо исказилось в гримасе боли от кислотного ожога. Энфри, неспособный даже стоять от боли, не мог оказать никакого сопротивления.

♦ ♦ ♦

- Быстрее!

В ответ на команду Энри три гоблина бежали Энфри на помощь.

Они встретились не потому, что Энри добежала до главных ворот, наоборот, вопли из деревни и то, что Энри до сих пор не вернулась, обеспокоили Дзюгэму, и он послал троих гоблинов узнать, что происходит.

Если он просто продержится ещё немного, гоблины спасут его. Энри цеплялась за эту мысль, пока её сердце разрывалось от чувства вины.

Это поистине удар злой судьбы. Обернись всё иначе...

- Там!

Энри указывала на Энфри, который был прямо перед ними. Возвышаясь над ним, тролль поднимал кулак.

Им не добежать. Он слишком далеко.

Кулак тролля обрушился подобно молнии. Он мог уничтожить дом одним ударом. Энфри погиб, в этом не может быть сомнений.

Зажмурив глаза, она услышала, как гоблины сглотнули в удивлении. Эта неуместна реакция заставила Энри нервно распахнуть глаза...

- Ааааах, твои Очки Здоровья в красной зоне. Ты в порядке?

…И она увидела прекрасную женщину, державшую гигантское оружие.

Люпус Регина несла оружие, напоминавшее какой-то громадный религиозный символ, и, использовав его как щит, заблокировала кулак тролля. Размеры оружия и горничной выглядели несоответствующими до уровня сюрреализма, но то была не иллюзия.

- Тогда я позабочусь об этом парне... о, постойте, Энфи ранен. «Исцеление».

Тролль отступил, неспособный понять происходящее. Удар, в который он вложил всю силу, оказался заблокирован человеком, так что его реакция была естественной. Возможно, он решил, что это действие какой-то магии.

Ошеломленный, Энфри заковылял от тролля, повернувшись к нему спиной. Его поза была совершенно беззащитной, но тролль не нападал. Нет, он просто не мог игнорировать новоприбывшую.

- Энфи!

Энри сильно обняла Энфри.

- Ах, это Энри.

Его невнятный ответ сказал Энри, что он на пределе. Хотя и вне опасности, он всё ещё в шоке.

- Я рад, что ты в порядке.

- Т-ты тоже.

Энри почувствовала какое-то тепло в сердце. Это тепло заменило холод, пробравший её при мысли от том, что Энфри погиб.

- Правда, я счастлива, что ты жив!

Энри крепко, изо всех сил обняла его.

- Как и я.

Энфри протянул руки и обнял Энри в ответ. Хотя объятие было очень крепким, оба чувствовали безопасность в руках друг друга.

Слёзы заполнили глаза Энри и покатились по лицу.

- Что не так?

- Идиот.

- Аааахх. Простите, что прерываю ваш романтический момент…

- Люпус Регина!

Энри почувствовала, как сила покидает её руки, и в это же время Энфри ослабил объятие. Чувствуя лёгкое разочарование, оба обернулись к Люпус Регине.

- …Тролль...

Переведя взгляд, Энри увидела что-то неописуемое.

- А, это? Напоминает котлету из гамбургера, верно? Нужно лишь хорошенько прожарить.

Масса забрызганного кровью мяса извивалась и тряслась под окровавленным навершием крозиуса Люпус Регины. Ничто в этой груде перерубленной плоти не указывало на то, что некогда она была троллем. Однако, к своему отвращению, они заметили, что она всё ещё дышит и регенерирует.

- Ааа, ну ладно. Хорошо, что вы двое целы. Полагаю, я могу прибраться и здесь.

Энри слышала приближающиеся голоса гоблинов. Похоже, битва за главные ворота увенчалась победой.

- Ну вот.

С небес обрушился огонь, колонна красного света окутала тролля, испустив запах жареного мяса.

- Итак, проблема с троллем решена, так что я отбываю. А, Энфи, Владыка Айнз хочет наградить тебя за изобретение пурпурного зелья, так что приглашает в гости. Надеюсь, ты готов. Или мне стоит спросить, написал ли ты завещание?

Сказав это, Люпус Регина вышла в задние ворота.

- Спасибо вам большое!

Люпус Регина не остановилась и не повернулась в ответ на выкрикнутые Энри слова благодарности, лишь помахала рукой.

- Сестрица, Братишка, мы позаботимся об остальных. Вам двоим лучше передохнуть здесь.

Не ожидая ответа, гоблины пошли прочь. «Разве они не должны оставить кого-то с нами», - подумала Энри, но больше чем они, её волновал Энфри. Она положила руку ему на плечо. Отойдя подальше от трупа тролля, они присели.

- Хаааа.

Их вздохи облегчения слились. Потом они подняли глаза к ночному небу:

- Она спасла тебя.

- Ммм.

- Это просто невероятная удача.

- Ммм.

- Не вздумай это повторить.

- Ммм.

Между ними повисла тишина. Внезапно Энри произнесла то, что было у неё на сердце:

- Я не знаю, является ли это любовью, но я не хочу, чтобы Энфи куда-нибудь уходил.

- Ммм... Ммм...

- Это любовь?

- Я не знаю. Но если это так, я был бы очень счастлив.

Энри и Энфри тихо сидели так, прислонившись друг к другу плечами, и смотрели на звёзды, ожидая прибытия гоблинов...

↑ Грушеобразный сосуд из стекла с длинным узким горлышком. https://ru.wikipedia.org/wiki/Фиал_(сосуд) ↑ (Устар.) Находиться, пребывать. ↑ Имеющие общий центр. ↑ Эпитет, относящийся к Елене Прекрасной. https://ru.wikipedia.org/wiki/Елена_Прекрасная ↑ Вымышленное фэнтезийное оружие. См. иллюстрацию выше.

Глава 2. Один день Назарика

Пролог

5:14 по времени Назарика.

На кончике золотого крана набухла небольшая капля. Капля росла, и в конце концов под действием гравитации сорвалась вниз, к полу ванной комнаты.

В Великой Гробнице Назарика имелось множество мест для купания. Это одно из них.

В огромной мраморной ванне, способной одновременно вместить множество людей, виднелся лишь один силуэт.

Голубая капля заскользила по поверхности белого, гладкого тела. «Голубая» не образное определение, капля в буквальном смысле была голубого цвета, будто её специально окрасили.

Достигнув ног, голубая жидкость, вопреки законам физики, принялась взбираться обратно вверх по телу и тем самым перестала напоминать обычную воду.

- Фуааах.

Фигура издала непроизвольный вздох, эхом разнесшийся по ванной комнате.

Словно смутившись от собственного голоса, фигура вздрогнула и вытянула свою тонкую руку. Звуков падающих капель не раздалось, так как наполнявшее ванну вещество обладало необычно высокой вязкостью.

Вытянув руку, фигура вытерла лицо. Лицо, идеализируемое многими за его красоту.

- Хаа...

Фигура издала громкий вздох и откинулась назад, но тело не погрузилось в жидкость. Голубое вещество медленно прогнулось и поддержало тонкое тело. Эластичные движения напоминали невероятно мягкий водяной матрас.

Жидкость определенно обладала собственной волей. Дёрнувшись, она произвела несколько щупальцев, каждое толщиной с два пальца. Они задвигались, словно обнимая фигуру.

Лицо, грудь, живот, руки, ноги... и талия.

Существо колыхнулось, будто было уверено, что пленило свою жертву. Оно называлось «сапфировый слайм», продукт эволюции слайма.

Щупальце погрузилось глубоко в чувствительную часть возле талии.

- Ааа...

Раздался ещё один стон. Он прозвучал громче, чем прежде, но в этот раз без попыток подавить его. Фигура словно сконцентрировалась на ощущениях, производимых извивающимся в её теле слаймом.

Фигура заговорила сама с собой:

- Аах. Я этого больше не выдержу. Это неописуемое чувство. - пробормотал себе под нос Айнз, принимающий слаймовую ванну.

Он зачерпнул слайм и поместил его себе на голову. С энтузиазмом прочищавший отверстия в его тазу слайм, похоже, понял, что его хозяин хочет вымыть следующим. Айнз ощутил, как что-то извивается на его голове.

- Хууу. Это рай. Просто рай.

Айнз, будучи нежитью, обладал телом, целиком состоящим из костей. Его тело ничего не выделяло из себя, поэтому никогда не становилось грязным и не приобретало дурного запаха. Однако это не означало, что ему не нужно мыться. Пыль и грязь со временем скапливались на его теле, и иногда его покрывала кровь врагов. Было необходимо поддерживать себя в чистоте. Кроме того, как японец, он не мог обойтись без ванны.

- В прежнем мире я бывал лишь в саунах. Мне просто хотелось погрузиться в воду. С тех пор как я понял, что могу принимать ванну... Может, это просто черта, присущая всем японцам?

Айнз глубже погрузился в слайма, имитируя вздох. Скользкое ощущение медленно окутало всё его тело.

Поскольку это не представляло для него никакой угрозы, он рассматривал существо лишь как очень липкую жидкость.

«Обычная ванна была бы проблемой.»

Айнз опустил взгляд на самую неудобную для мытья часть своего тела - рёбра. Чистка каждого одно за другим требовала чрезмерных затрат сил и времени. Он вспомнил, как долго пришлось с ними возиться в прошлый раз, и, несмотря на неспособность дышать, издал вздох.

Это было не единственное неудобное место. Позвоночник также представлял проблему. Полотенца постоянно застревали в выступах костей. Приходилось действовать крайне осторожно, что требовало усилий.

Поначалу Айнз мыл каждую щель и каждый уголок, но даже с его психической стойкостью это утомляло. То, что принять ванну занимало полчаса, казалось злой шуткой.

Тогда он попытался кататься в мыльной воде подобно тому, как вращается бельё в стиральной машине. Получалось неплохо, но он совершенно не ощущал себя чистым. Не протерев себя чем-нибудь, он не мог почувствовать, что грязь сошла с него.

Далее он попробовал мыться щёткой с длинной рукоятью. Это оказалась удачной идеей.

Повсюду разлетались мыльные пузыри, но Айнзу не требовалось мыть ванну. Это работа горничных, и они всегда были счастливы вымыть что-нибудь. Это позволяло убить двух зайцев одним махом.

Но даже эта идея имела недостатки. Он не мог убедиться, действительно ли его тело стало чистым. Слыхавший про тех, у кого портились зубы, невзирая на то, что они чистили их как следует, он не мог избавиться от беспокойства - действительно ли как следует вымыл свое тело.

Поэтому Айнз пришёл к последнему и финальному решению: погружаться в слаймов.

- Ну конечно... революционно и изобретательно. Идеальный план, - пробормотал Айнз, глядя, как сапфировые слаймы ползают по его телу.

Он кивнул, удовлетворённый собственной идеей. Возможно, это лучшая его идея с момента прибытия в этот мир.

- Чем больше я об этом думаю, тем больше мне это нравится!

Продолжая восхвалять себя, Айнз смотрел на скребущих всё его тело слаймов.

«Поистине прекрасно...»

Пусть и опасные монстры, способные растворять своей кислотой плоть и достаточно сильные, чтобы гнуть металлические решётки, они прекрасно очищали тело Айнза. В каком-то смысле он воспринимал их как своих питомцев.

«Да... слаймовая ванна хороша, но время от времени мне стоит посещать и обычную.»

На девятом этаже Назарика располагались разнообразные обслуживающие помещения. Одним из них была грандиозная купальня. Смоделированная по образу спа-курорта, она предлагала самые разные виды услуг.

- Может, попробовать там?.. Но одному там будет скучно. Раз так… Да! Я возьму с собой стражей. Будет здорово предоставить всем небольшой отдых.

Айнз радостно улыбнулся своей прекрасной идее.

♦ ♦ ♦

7:14 по времени Назарика.

Горничные Назарика делятся на два типа.

В одну группу входят боевые горничные, такие как Юри Альфа, а в другую - рядовые горничные, не обладающие боевыми навыками. Последнюю группу составляют гомункулы, суммарный уровень расы и класса которых равен единице, они выполняют разнообразные обязанности на десятом и девятом этажах Назарика. В частности, наиважнейшей своей задачей они считали уборку в комнатах Высших Существ.

И одной из этой последней группы являлась горничная по имени Шестая, в данный момент бежавшая не теряя осанки. Типичный для горничной навык, ничего особенного. Она торопилась в столовую для персонала.

Была лишь одна причина идти в столовую так рано утром. Когда она пришла, почти все её коллеги уже собрались, чтобы позавтракать.

Столовая была выполнена в белом цвете и украшена редкими драгоценностями. Звуки весёлой болтовни девушек отражались от стен, расходясь по столовой как волны на воде. Будь здесь всего один человек, всё было бы не так уж и плохо, но голоса множества одновременно разговаривающих людей сливались в неразличимый гул. Звон столовых приборов поверх всего этого лишь усиливал шум.

Горничные в столовой обычно разделялись на четыре большие группы. Первые три объединяли горничных в соответствии с создавшими их Высшими Существами. Всего существовала сорок одна горничная, но это не означало, что каждый из Высших Существ создал по одной - вообще их создали Вайтбрим, Хэрохэро и Ку Де Грас. Последняя группа, строго говоря, не являлась группой сама по себе: её составляли те, кто отделился от первых трёх групп, чтобы просто поесть в тишине, поесть во время чтения книги или поговорить с горничными из других групп.

Шестая, пришедшая слишком поздно, попала в четвёртую группу. Поприветствовав созданных тем же, что и она, Высшим Существом горничных, в некотором смысле являвшихся её сестрами, она подошла к своему обычному месту:

- Доброе утро... вы уже поели?

- Доброе утро, да, мы уже поели. Завтрак очень хорош, всё такое нежное и питательное. Ах, так вкусно.

Фуаро произнесла это с равнодушным лицом. Она совсем не умела обманывать, но всё равно пыталась. Её волосы были коротко подстрижены, её юбка горничной также была укорочена, отражая её энергичную натуру.

Рядом с ней сидела Люмьер, чьё изящное лицо обрамляли сияющие как звёзды белокурые волосы.

- Доброе утро. Что ж, Фуаро, раз тебе не нужна добавка, подожди нас тут. Я ещё не поела, так что пойду возьму свою порцию. Ну же, Шестая, идём.

Люмьер встала. Фуаро последовала за ней, лихорадочно повторяя: «Ну же, ну, я просто пошутила».

После этого короткого представления все трое подошли к стойке самообслуживания. Перед тем как уйти, они поручили присмотреть за своими местами горничной по имени Инкреметал, тихо читавшей книгу.

Шестая, принадлежащая к фракции заявлявших, что «от мягкого бекона все беды», первым делом взяла хрустящий, прожаренный бекон. Далее она выбрала суп. Из представленных трёх вариантов - дежурного блюда, кукурузного и лукового супа - она отдала предпочтение луковому. После она положила себе сосиски, картошку фри и даниши. Ещё одну её тарелку наполнял с горкой луковый салат, едва не вываливавшийся на пол.

Закончив, Шестая обратилась к слуге в маске:

- Эм, тройную порцию сыра, двойную лука и ещё грибов, пожалуйста.

Слуга кивнул и принялся готовить омлет.

Шестая вернулась к своему месту, чтобы поставить тарелки, затем налила себе стакан молока и вернулась к слуге, ожидавшему её со свежеприготовленным омлетом.

- Большое спасибо.

Омлет получился прекрасно приготовленным без каких-либо сгоревших пятен. Она вернулась на своё место, где уже ждали её подруги.

- Итак, приятного аппетита!

- Приятного!

- Приятного аппетита.

Трое ели в молчании. Медленно, но верно они переправляли горы еды - гораздо больше, чем смогла бы съесть обычная девушка - из тарелок в желудки. Дело было в штрафе их расы, «Повышенная Потребность в Пище».

Поэтому они, хоть и будучи подругами, молчали за едой. Фуаро жевала, набивая еду за обе щёки, Люмьер ела изящно, но её вилка мелькала с устрашающей скоростью, манеры Шестой представляли из себя нечто среднее между ними обеими.

- Хууу…

Выдохнув в унисон, они посмотрели друг на друга.

- Сходим за добавкой?

- Звучит неплохо, но давайте сначала передохнём.

- Ага, я аж слегка раздулась. Скажи, Шестая, сегодня ведь твоя очередь прислуживать Владыке Айнзу? Ты сегодня целеустремлённее обычного.

Фуаро задала вопрос с многозначительной улыбкой; Шестая, попав под её обаяние, также улыбнулась и засмеялась.

- Хорошо тебе. Сколько же дней осталось до моей очереди?

Люмьер принялась считать дни на пальцах.

Комнаты Высших Существ весьма просторны, и тщательная уборка силами одной горничной может с лёгкостью растянуться на полдня. Но, учитывая количество горничных, они могли прибираться в комнатах ежедневно, даже включая апартаменты Альбедо. Тем не менее для этого требовалось чистить весь день без передышки.

Но и это не проблема для горничных. Они творение Высших Существ гильдии Айнз Оал Гоун. Совершенно естественно вкладывать все силы ради Высших Существ, для них это то же самое, что прислуживать Богу.

Но им, работавшим словно фанатики, было приказано прекратить работу их Богом - Айнз Оал Гоуном.

Айнз, знавший тяготы работы в компании, не мог позволить горничным, являвшимся для него всё равно что дочерями его друзей, выполнять такой тяжёлый труд.

Он приказал им уменьшить частоту уборок в неиспользуемых комнатах, а после, разделившись на группы, работать и отдыхать посменно.

Таким образом, горничные разделились на две группы: дневную, из тридцати горничных, и ночную, из десяти. Одно оставшееся место они будут занимать по очереди, так что раз в сорок один день каждая горничная получит выходной. Это вызывало среди них недовольство.

Не тем, что у них так мало выходных, наоборот, они настаивали на том, что не нуждаются в отдыхе.

Цель их существования - работа для Высших Существ, так что не работая они лишаются причины для существования. Из-за этого их начали посещать неприятные мысли о собственной ненужности, и они обратились прямо к Айнзу: «Пожалуйста, не лишайте нас работы, хотим работать целый день…» - и всё в таком роде.

Но Айнз тут же отказал им. Концепция утомления существовала даже во времена игры, и, хотя его легко можно было убрать магией, в этом мире сделать это стало не так просто, как раньше. Айнз рассудил так. Даже при использовании магического отдыха принадлежности горничных всё равно будут постепенно изнашиваться, пока не достигнут не поддающегося ремонту состояния.

Но горничные продолжали упрямо возражать. Заливающимся слезами девушкам Айнз предложил новый вид работы - прислуживать лично ему. Задача заключалась в присутствии возле Айнза в готовности выполнить любую его нужду или каприз, и горничные будут по очереди исполнять эту работу.

Для горничных, считавших высшей наградой возможность служить лично Высшему Существу, эта работа оказалась столь же привлекательна, как приманка из сахара, смазанного мёдом. Они без колебаний согласились, сказав себе, что должны как следует отдохнуть и подготовиться, чтобы на следующий день служить владыке Айнзу в полную силу.

- Я должна полностью насытиться, чтобы работать изо всех сил. В зависимости от ситуации мне, может быть, придётся пропустить приём пищи.

- Конечно, отправляясь служить Айнзу, нужно также как следует подкормить и свой мозг.

- Хочется чего-нибудь сладкого.

Три девушки одновременно кивнули. Вообще-то все горничные носят с собой множество сладостей и других закусок. Прислуживая Айнзу, они планировали улучить время съесть их. Но, к счастью или несчастью, они просто не могли найти подходящее для этого время. Поэтому завтрак для них крайне важен.

- Вы слыхали? Говорят, они собираются готовить, используя ингредиенты из внешнего мира, а потом устроить дегустацию.

Слова Шестой заставили двоих других удивлённо воскликнуть. Но она подумала, что это естественная реакция. Весьма немногим из горничных нравился мир вне Назарика. Некоторые относились ко внешнему миру с презрением, но большинство находило его пугающим, потому что однажды на восьмой этаж, расположенный прямо над их домом на девятом этаже, вторглись пришедшие из внешнего мира враги.

- На вечеринку соберутся все? Или только некоторых из нас возьмут?

Пока Шестая собиралась ответить на вопрос Фуаро, атмосфера в столовой изменилась, став ещё более шумной. Воздух словно накалился. Увидев новоприбывшую, горничные просто не могли сдержать криков радости:

- Сизу!

- Это Сизу!

Сизу, одна из боевых горничных, вошла в столовую.

Боевые горничные были чем-то вроде идолов, которыми восхищались обычные горничные, но Сизу пользовалась наибольшей популярностью. Всегда возникали споры за место возле неё.

- А, пингвин тоже здесь.

Сизу несла на руках пингвина, что, похоже, беспокоило шедшего за ней слугу. Помощник дворецкого яростно размахивал крыльями, но сил птицечеловека первого уровня не хватало, чтобы вырваться из её рук. Его бесплодные попытки освободиться на глазах становились всё слабее.

Наконец, обессилев, пингвин безвольно повис у неё на руках.

- О, Сизу, иди к нам, к нам! Давай поедим вместе!

- Нет, пожалуйста, к нам! Сизу!

- Просто брось помощника дворецкого в угол!

- Отправь эту бесполезную птицу шеф-повару, пусть хоть так послужит Назарику!

Разница в отношении к Сизу и помощнику дворецкого была очевидна, но поделать с этим что-либо не представлялось возможным. Всего лишь помощник дворецкого, пингвин продолжал болтать о захвате Назарика, что сделало его непопулярным. Несмотря на то, что таким его создали Высшие Существа, всё равно весьма раздражающим было выслушивать всю эту его бессмыслицу.

Сизу осматривалась, окружённая суматохой, словно искала кого-то. Прелестный вид, с которым она делала это, словно ребёнок не знающий куда сесть, заставил сердца многих горничных забиться чаще.

- Невозможно, даже этот пингвин смотрится милее, когда Сизу обнимает его!

- Я хочу себе подушку в виде Сизу. Госпожа Альбедо, похоже, знает, как такие делать. Интересно, согласится ли она научить меня.

- Госпожа Альбедо очень добра; я уверена, что она поможет. Почему бы тебе не попросить её об этом в следующий раз?

Над столом разнёсся звук захлопывающейся книги; Шестая перевела взгляд на встающую Инкреметал.

- Стало ещё более шумно, так что я возвращаюсь. Ты сегодня служишь владыке Айнзу, так что тебе стоит поскорее закончить с завтраком и отправиться к нему. Твоя ошибка может стать нашей общей ошибкой.

Сказав всё что хотела сказать, Инкреметал покинула столовую. Провожая её взглядом, Шестая достала карманные часы. У неё ещё оставалось достаточно времени, чтобы привести в порядок свой внешний вид.

- Ладно, пока все отвлеклись на Сизу, пойдём возьмём добавки!

Предложение Шестой было принято двумя её подругами.

- Оо, классная идейка.

Внезапно раздавшийся рядом голос заставил девушек вскрикнуть:

- Лю… Люпус Регина!

Прижав руки к груди, словно пытаясь успокоить колотящееся изо всех сил сердце, Шестая посмотрела на хозяйку голоса. Только что здесь никого не было, но в тот краткий миг, когда они отвлеклись на Сизу, Люпус Регина возникла на стуле, подогнув ноги и аккуратно поставив еду на стол.

- Пожалуйста, не пугайте нас так. Ну серьёзно же.

Фуаро, страдальчески подняв брови, крепко прижималась к Люмьер.

- Моё сердце чуть изо рта не выпрыгнуло!

Не обращая внимания на цепляющуюся за неё Фуаро, Люмьер кашлянула, по-видимому приходя в себя.

Люпус Регина единственная из боевых горничных относилась к простым горничным как к друзьям, но вела себя непредсказуемо. Она всегда появлялась у разных групп, считаясь везением для тех, к кому подсаживалась. Свидетельством этого были завистливые взгляды, которые бросали на Шестую другие горничные, заметившие происходящее.

- Хихихи. Похоже, мои эксперименты в деревне не прошли даром. В отличие от них вы трое показали не самую лучшую реакцию.

Подперев щёку рукой, Люпус Регина ухмылялась словно Чеширский Кот. Зловредная, но при этом и очаровательная, улыбка боевой горничной заворожила Шестую; две её подруги, похоже, чувствовали то же самое. Первой пришла в себя Фуаро:

- В деревне?

Фуаро наклонила голову, её короткие волосы попали на лицо Люмьер. Подавляя желание чихнуть, та отпихнула Фуаро от себя и села на свое место, глядя на Люпус Регину.

- Люпус Регина, так вы работали снаружи, верно?

- Ага, в человеческой деревне-су.

- Человеческой... вам, должно быть, нелегко.

Люмьер сочувственно посмотрела на Люпус Регину.

- Неа, ничего подобного! Это прямой приказ владыки Айнза, так что я не жалуюсь... Однако должна сказать, что это слегка скучновато. Давить их было бы гораздо веселее.

Шестую никак не задели эти слова. Люди и их деревни были ей безразличны. Процветали они или гибли - единственно важным являлась их польза для Назарика.

- Хотя владыка Айнз и говорит, что эта деревня ценна, я по-прежнему не вижу что в ней такого.

- Может, он так говорит из милосердия к бесполезным жителям этой деревни?

- Ну нет, нет, ведь владыка Айнз - это воплощенный ураган смерти. Я уверена, что он раздавит их, как только найдёт для них время.

- О чём ты говоришь? Разве ты не знаешь, что владыка Айнз словно живой кристалл мудрости? И даже этого недостаточно, чтобы описать его. Должно быть, всё это часть какого-то великого плана.

- Ого, я не могу пропустить это мимо ушей-су. Разве главное во владыке Айнзе -это не его неодолимая сила?

Четыре красавицы уставились друг на друга.

- Владыка Айнз - прекрасный и милосердный.

- Владыка Айнз - это воплощённая смерть, снизошедшая на мир.

- Владыка Айнз - несравненный герой. Разве это не очевидно?

- О, девчата, похоже, у всех нас разные впечатления о Владыке Айнзе. Тогда как насчёт соревнования? Посмотрим, кто подберёт ему наиболее подходящий титул.

Все тут же замолчали, Люпус Регина улыбалась, как и прежде, но в ней чувствовалась решимость не позволить другим горничным взять верх в понимании достоинств их Владыки. Но Шестая и две её подруги чувствовали то же самое. Пусть и слабые существа первого уровня, они никому не уступят в вопросах любви, уважения и верности своему господину.

- Итак, сначала вы трое.

Первой заговорила Люмьер:

- Как я и сказала раньше, я хочу отметить красоту Владыки Айнза. Прекрасный, как сияющая и безупречная статуэтка белого фарфора; милосердный и ослепительный Владыка, не так ли?

Фуаро продолжила:

- Ну, если говорить о восхвалении Владыки Айнза, то разве не его несравненную силу мы должны отметить в первую очередь? Какой титул подойдёт ему лучше, чем «Memento Mori»?

Шестая заговорила третьей:

- Наш великий Владыка Айнз собрал всех Высших Существ вместе. Он, должно быть, гений управления и организации. Поэтому его титулом должен быть «Мудрый Владыка».

Все титулы отлично подходили их хозяину, но каждая продолжала считать, что названный ею титул лучше прочих.

Взгляды Шестой, Фуаро и Люмьер сошлись на четвёртой присутствующей. Люпус Регина легонько кашлянула и с гордостью заговорила:

- В конце концов, он сильнейший и самый...

- Ты здесь.

Спокойный ровный голос оборвал её - перед ними стояла Сизу. Помощник дворецкого, которого она держала, куда-то исчез.

- Во-первых, не злоупотребляй невидимостью.

- Звиняй-су. Я как-то уже привыкла-су

- Во-вторых, ты уже начала есть.

Чувствовалось, как спокойное лицо Сизу начинает излучать сильный гнев. Инстинкты подсказали Шестой, что оставаться здесь дальше не стоит. - А, я, мне нужно бежать к Владыке Айнзу!

- Да, мне тоже пора.

- Я вас провожу.

Девушки тихо встали, делая вид, что не замечают умоляющих глаз Люпус Регины. Им удалось поесть лишь один раз. Уходя, они чувствовали сожаление, но пришло время работы. Игнорируя напряжённую атмосферу за спиной, Шестая похлопала по щекам, чтобы сконцентрироваться.

Твёрдое, храброе выражение её лица напоминало выходящего на битву воина, но ноги несли её легко и быстро.

♦ ♦ ♦

9:20 по времени Назарика. Шестой этаж.

Нежить, бродившую по всей гробнице, нельзя было увидеть здесь. Вместо неё звери Ауры и другие монстры, что не возрождались автоматически, защищали этот этаж. Он был самым широким в Великой Гробнице Назарика, и большая его часть была густо покрыта лесом. «Море деревьев» - вот самое подходящее описание этого этажа.

Тем не менее бывшие члены Айнз Оал Гоун не были удовлетворены и не остановились после простого покрытия этажа зеленью.

Колизей, гигантские деревья, заросшие руины, озеро, ядовитые ямы, скрученные деревья, мангровый лес, бездонные болота и различные виды лесистой местности были добавлены на этот этаж. Недавно они даже приняли новых жителей, так что там вдобавок была небольшая деревня.

Среди всех достопримечательностей на этих зелёных просторах было огромное озеро посреди этажа - хоть оно и было по-прежнему меньше, чем подземное озеро на четвертом этаже - и было оно окружено равниной, а не лесом. В сравнении со всем шестым этажом равнина была мала, словно кошачий лоб, но для группы находящихся здесь существ она была достаточно большой.

Первой в группе была страж этажа - Аура. Она величаво ехала на своём волке, с черной, как смоль, мехом. И делала это весьма умело.

Этого можно было ожидать. Для патрулирования этажа такого размера - хотя она и обладала исключительными физическими способностями и могла просто обежать весь этаж – Аура предпочитала ездить верхом на спинах зверей, которых она приручила.

Также здесь присутствовали ещё двое.

Одной из них была смотритель стражей - Альбедо. На ней не было надето её обычное белое платье, но вместо него она была облачена в полный чёрный пластинчатый доспех, используемый для боя. Тем не менее она не имела при себе какого-либо оружия или щита.

Другой была Шалти. Не было на ней ничего отличного от её обычного наряда. Был лишь небольшой блеск в глазах, как если бы она наслаждалась моментом.

- Тогда я начну. Приди, мой конь.

Умением, которое Альбедо активировала, было «Призвать Ездовое Животное».

Монстр, с шерстью цвета серебряных доспехов, появился из ниоткуда.

Это был волшебный зверь, напоминавший лошадь с серебряной гривой и хвостом. Он носил полный бард, а также на нём были седло и узда. Он был меньше средней лошади, но энергичная аура ощущалась вокруг него. Окончательным различием была голова, где росли два выступающих вперёд рога.

Аура первой среагировала на призыв монстра, так как лучше, чем кто-либо другой, знала различных магических существ.

- Ой. Он отличается от обычных двурогов! Рога изумительны, а тело стройное и мускулистое!

Альбедо удовлетворённо улыбнулась.

- Разумеется. Этот двурог особый, в соответствии с моими способностями. Он достоин зваться «Боевой Лорд Двурогов»... Но, честно говоря, это просто двурог сотого уровня.

- Он может летать?

- Нет, это уже чересчур. Его базовые характеристики не отличаются от обычных двурогов. Он не обладает какими-либо особыми навыками, только повышенными живучестью, силой и ловкостью.

- А, ну да, полагаю, не обладая классовыми навыками «Всадника», ты не можешь улучшить своё ездовое животное. Но, если он будет сражаться вместе с нами в битвах с равным нам врагом, отсутствие навыков может стать проблемой.

- Да, но я могу просто защищать его своей особой способностью, так что он сможет достаточно долго сражаться заодно со мной.

- Но ты не думаешь, что это просто напрасная трата сил? Ты просто создаёшь ещё одно уязвимое место. Может, усилить его за счёт снаряжения? Я слышала, что ездовых монстров можно экипировать бронёй и подковами.

- Верно. Снаряжение животных можно менять, даже если они призваны навыком. Например, если подковать его подковами, зачарованными на полёт, то он сможет летать, но я уже зачаровала его подковы на увеличение скорости... Так что всё не так просто.

Альбедо легко погладила стоящего рядом с ней двурога. Но тот дёрнулся, словно Альбедо приложила часть силы в прикосновение руки. Призванное ею животное должно было быть способно выдержать столь лёгкое похлопывание. Размышляя: «Не проявляет ли зверь свой нрав», Альбедо начала хмуриться, но тут Аура задала ещё один вопрос: - Хехе. А как его зовут?

- Это двурог, как я и сказала.

- Нет, я имела в виду не название вида, а кличку.

- Ему нужна кличка?

Шалти пожала плечами в ответ на взгляд Альбедо, похоже, желавшей услышать альтернативное мнение.

- Разве нет? Это ваш питомец всё-таки.

- Это на самом деле не питомец... Разве один и тот же приходит каждый раз, когда я призываю?

Услышав вопрос Альбедо, Шалти заговорила приподнятым тоном, словно её посетила хорошая идея:

- Может, спросить Кьюхаку? Он хорошо разбирается в призыве существ своего вида, так что может что-то знать об этом.

- Отказываюсь. Мне очень жаль, я знаю, что не должна испытывать к нему отвращения, ведь он один из наших товарищей, но ничего не могу с собой поделать...

- А… да, тут ничего не поделаешь. Наверняка у него нет злых намерений, но временами он пытается вскарабкаться по одежде. Хотя, похоже, некоторые, например Энтома, частенько его навещают.

- Не говори о таких неприятных вещах. Я содрогаюсь от одной мысли... Это поистине комната ужасов. Тот этаж под моим управлением, но я не хочу даже заходить к нему.

- Шалти, ты не знала? Энтома зовёт ту комнату «закусочной».

- Ээээ? Правда? Нет, правда?! Уваааа. Я теперь к Энтоме и близко не подойду.

Альбедо согласилась с ней. Она не желала находиться рядом с теми, кто называл этих существ закуской. В повисшей угрожающей атмосфере Аура повысила голос, чтобы сменить тему:

- Так, возвращаясь к разговору, ты дашь ему кличку?

- Ну, если и дам, то как бы его назвать? - пробормотала Альбедо, погружаясь в размышления. Она не хотела давать ему какую-нибудь смущающую кличку, ведь ей самой придётся на нём ездить. Среди всех слов и имён в её голове звоном отдалась идея.

- О чём ты там бормочешь?

- А, извини, - ответила Альбедо, словно пробудившись ото сна.

- Если Владыка Айнз разрешит, я дам своему двурогу кличку, содержащую все мои чувства: Вершина Мира.

- Хмм. Хорошее имя. Это в честь того, кто стоит выше всех, Владыки Айнза?

Альбедо, промолчав, улыбнулась.

Шалти опасно подняла брови.

Аура прервала напряжённую атмосферу, вот-вот угрожавшую взорваться.

- Ну, как насчёт следующего эксперимента? Раз ты его призвала, давай двигаться дальше!

- Хорошо.

Под взглядом Шалти Альбедо повернулась, вдела ногу в стремя и легким движением села в седло, словно одетая в ездовой костюм, а не сплошной доспех. Едва сев, она почувствовала, как двурог дрожит под ней.

- В чем дело?!

Альбедо громко вскрикнула в удивлении. Её двурог сотого уровня не должен был содрогаться от чего-то подобного. Тут она вспомнила, как он вёл себя, когда она похлопала его. Возможно, проблемы начались ещё тогда, но что их вызвало?

- Аура! Шалти! Мой двурог ведёт себя странно. Вы можете проверить, в чём дело?

Двое осознали, что двурог уже еле стоит на ногах.

- Эээ, Альбедо, для начала спустись с него.

- Х-хорошо.

После слов Ауры Альбедо наконец посетила эта мысль.

Двурог содрогнулся вновь и рухнул. Он тяжело дышал, его шкуру покрывал пот.

- Возможно, ты набрала вес, Альбедо?

Это не было попыткой начать ссору. При взгляде со стороны такая причина казалась наиболее вероятной.

- Как грубо! Учитывая мои мускулы, я в идеальной весовой категории!

- Может, его мускулы атрофировались, потому что ты давно на нём не ездила?

- Что? Как такое... Но это же призванное животное, разве он не должен оставаться таким же постоянно? Этого не могло случиться.

- Может, мне попробовать сесть на него?

- К сожалению, не выйдет. Это существо призвала я. Если кто-либо другой попытается силой сесть на него, он исчезнет.

- Может, спросим его самого? Эй, двурог, в чём дело?

Спросила Аура. Дело было не в её способности общаться с лошадьми, просто двуроги обладали достаточным интеллектом, так что попытаться стоило. Однако двурог оказался неспособен говорить и ответил лишь ржанием.

- Похоже, разговор для него не по силам... Писать ты тоже не можешь?

Двурог заржал, словно подтверждая.

Трое переглянулись.

- Аура, разве ты не можешь сделать что-нибудь крутое своими способностями?

- Что ты имеешь в виду под «что-нибудь крутое»? Мы ведь давным-давно рассказали друг другу обо всех своих навыках, неужели Смотритель Стражей забыла об этом?

- А... Тогда как ты общаешься с Фенриром?

- Обычно я просто говорю ему сделать то или это.

- Но разве ты не разговариваешь с ним? Разве, приложив достаточно стараний, ты не сможешь также общаться и с моим питомцем?

- То, что я могу общаться с теми, кого приручила, не значит, что я могу точно так же общаться со всеми подряд. Кроме того, я уже пыталась. Вы ведь знаете про Ророро, гидру которую держат людоящеры? Похоже, я не могу общаться с ним.

Трое ещё раз переглянулись.

- Возможно, Демиург сможет помочь нам?

- К сожалению, Демиург сейчас отсутствует, выполняя приказы Владыки Айнза. Сейчас его редко можно застать в Назарике. Я могу с ним связаться, но предпочла бы не использовать эту возможность ради своих личных дел.

В глазах Шалти и Ауры загорелись искры зависти. Все стражи завидовали Демиургу, помогавшему их господину.

- Аа, я так ревную. Я знаю, что защищать Назарик тоже важно, но раз никто не пытается напасть, мы не можем показать результат своих трудов. Откуда нам тогда знать, есть ли в нас хоть какая-то польза? Я тоже хочу трудиться снаружи ради Владыки Айнза.

- Я до сих пор совершала одни ошибки...

- Всё в порядке, Шалти. Наверное, скоро ты сможешь… нет, ты обязательно сможешь помочь Владыке Айнзу. Но, пока ты хоть капельку не поумнеешь, это может оказаться не просто...

- Аура, тебе не кажется, что твои слова несколько... жестоки?

- Ну, ну, это же верно, что до сих пор ты только и делала, что ошибалась. Постарайся продемонстрировать результаты, достойные звания Стража.

Шалти оскалилась на слова Альбедо, но вскоре расцвела улыбкой, словно зажжённая лампа:

- Хохохо, как вы думаете, почему я подняла эту неудобную для меня тему? Я протяну руку помощи вам, ни на что не способным в отсутствии Демиурга. Я разберусь, в чём дело!

Шалти достала книгу. Тяжёлый том выглядел так, словно в нём гораздо больше тысячи страниц. Но для Шалти, внешне выглядевшей хрупкой девочкой, подобный вес был ничем.

- Хаааа? Это... это оно?..

- Куууу, это же подарок, что ты получила от Владыки Айнза!

Аура и Альбедо смотрели на неё с завистью.

- Верно. Это энциклопедия, которую написал господин Пэроронтино! Награда за выполнение приказов Владыки Айнза!

Это было больше утешительным призом, чем настоящей наградой, но Шалти всё равно улыбнулась - это был величайший подарок из всех, что она могла получить. Точнее, должен был быть. То, что эта вещь некогда принадлежала её создателю, было важнее любой награды.

Словарь под названием «Энциклопедия» выдавался каждому игроку в начале игры. Этот уникальный предмет нельзя было отобрать силой, владелец мог расстаться с ним лишь по собственной воле.

Игра Иггдрасиль фокусировалась на изучении неизведанного. Этот предмет отражал желание разработчиков стимулировать исследование неизвестного.

Как только игрок встречал нового монстра, в Энциклопедии автоматически появлялись базовые сведения о нём. Однако подробных характеристик среди них не было - лишь название, внешний вид и, в случае мифических существ, легенда о них. Желающие использовать этот предмет в полную силу должны были самостоятельно изучить слабые места и способности монстра, после чего вручную записать их в книгу.

«Энциклопедия», которую держала Шалти, принадлежала Пэроронтино, он использовал её регулярно и сделал там множество записей. Айнз отдал её Шалти, вспомнив, что Пэроронтино оставил книгу в Сокровищнице, когда покинул игру.

Но многие записи в книге оказались стёрты. Пэроронтино словно боялся, что кто-то может прочесть записанное там.

Особой пользы в этом предмете не было, но Шалти это не беспокоило. Единственно важным для неё было то, что этот предмет некогда использовал её создатель.

- Д.. дву... двуро...

Шалти перелистывала страницы с бормотанием

Альбедо и Аура пытались заглянуть со стороны, но Шалти отступила с книгой и резко посмотрела на них.

- Хммм. Ну, это не так уж и важно. Так или иначе я получила браслет от Владыки Айнза.

Аура нежно провела пальцем по серебристому браслету на запястье, Альбедо поступила аналогично с кольцом на левом безымянном пальце. Однако кольцо от Айнза получила не только она.

«Я хочу получить что-то особенное только для меня. Особенный предмет от Владыки Айнза...»

В то время как Альбедо осторожно гладила свой живот, Шалти заговорила. Оказалось, что она нашла страницу, которую искала.

- Двурог! Нашла! Итак...

Шалти вдруг остановилась и посмотрела на Альбедо с удивлённым выражением. Затем она снова посмотрела в книгу.

-Что? Что там сказано? - осторожно спросила Альбедо

- Подвид единорога. В отличие от единорогов, символизирующих невинность, двуроги символизируют разврат. Единороги позволяют лишь девственницам оседлать себя, двуроги же, наоборот, не подпускают девственниц близко... Хааа?!

Шалти и Аура раскрыли глаза так широко, что, казалось, глазные яблоки вот-вот выпадут из глазниц.

- Невероятно... Альбедо, ты?

- Что значит, невероятно? Кто я, по-вашему, такая?

- Ха? Э, но, как бы это сказать, Альбедо, ты разве не суккуб?

- С.. су... суккуб... суккуб.

В замешательстве Шалти принялась листать энциклопедию в поисках страницы с описанием суккубов.

- Ну да, я суккуб! Мне жаль, что я так неопытна, несмотря на то, что я суккуб! Но что я могу поделать! Как Смотритель Стражей, я постоянно должна находиться в Тронном Зале! И Владыка Айнз всё не зовёт меня разделить с ним постель... Я не хочу заниматься этим с кем-то кроме владыки Айнза...

Альбедо, бормочущая опустив глаза в пол, внезапно подняла голову:

- Но кстати, если подумать...

Альбедо бросила взгляд на Ауру и покачала головой. Если у Ауры есть подобный опыт, это могло оказаться проблемой. - Шалти, как насчёт тебя?

- У меня нет опыта с противоположным полом. Но если говорить об однополых связях...

Аура наклонила голову словно в непонимании, но секунду спустя, поняв, что Шалти имеет в виду, издала звук «Увааа» и нахмурилась.

- Но! Вокруг просто нет подходящих мужчин. Я предпочитаю мёртвых, но разлагающаяся плоть… это уже слегка чересчур... верно? Верно же?

- Ты, наверное, ждёшь, что мы согласимся, но принять твои странные фетиши непросто.

Трое опустили взгляды, молчаливо соглашаясь не углубляться в тему.

- Что ж... Я понимаю, почему не могу оседлать двурога... но это бессмыслица. Что же делать...

Альбедо расстроенно нахмурилась. Двурог вздрогнул, словно получив выговор.

- Ммм... похоже, часть способностей Альбедо теперь недоступна.

- Но ведь конные сражения всё равно не твоя специализация, и ты не можешь использовать лишь одну из своих способностей. Раз ты не можешь ездить на двуроге, как насчёт воспользоваться одним из зверей Ауры? Единорог тебе отлично подойдёт.

- Хмм… у меня нет единорога. Но я хотела бы одного завести.

- Есть способ получше. Для того чтобы оседлать двурога мне нужно лишь попросить помощи у Владыки Айнза! - громко воскликнула Альбедо, улыбаясь, словно нашла лучший из возможных вариантов.

- Это жульничество!

- Хмпх!

Альбедо хмыкнула в ответ на слова Шалти.

- Изволь следить за словами, Шалти. Это необходимость. Я, как Смотритель Стражей, должна быть способна использовать свои навыки в полную силу.

- Куу! Хмф! Раз ты способна заставить его переспать с тобой лишь из соображений долга... ты несостоятельна как женщина. Похоже, твоего очарования недостаточно, чтобы соблазнить его.

- Ааах?

Аура, видя, как они, будто лишившись слов, меряют друг друга взглядами, вмешалась:

- Эй, я уже перестаю понимать, о чём вы, чёрт подери, болтаете, так что, может, хватит? Оставьте это и сконцентрируйтесь на теме обсуждения. Раз прямо сейчас он тебе не нужен, это не такая уж большая проблема, верно? Разве ты не можешь призвать кого-нибудь ещё?

- Ну, у меня есть магический предмет, так что призвать ездовое животное не проблема.

- Ну, тогда используй его. Проблема решена.

- Для призыва таким образом мне придётся менять снаряжение или доставать предмет, совершая дополнительное действие по сравнению с использованием навыка призыва. Кроме того, боевые характеристики двурога выше...

- Тогда ты можешь просто отправить двурога отвлекать врага на себя, пока ты призываешь ездовое животное магическим предметом. Это самая обычная тактика для начинающих приручателей.

- Полагаю, это единственный выход.

- В таком случае мы, я полагаю, можем заключить, что Альбедо стала слабее.

- Не могла бы ты не насмехаться так жестоко над чужими неудачами?

- Когда неудачи испытывала я, ты, помнится, выглядела весьма счастливой, Альбедо.

Если она попытается отрицать, Шалти всё равно продолжит спор, заявляя, что «так и было».

- Фуу, ну серьёзно... Хватит так злобно смотреть друг на друга, давайте сходим куда-нибудь ещё. Это редкий шанс отдохнуть, предоставленный нам Владыкой Айнзом.

Альбедо уступила, Шалти тоже прервала спор и кивнула. Однако...

- Я даже не знаю, что нужно делать, получив выходной. Высшие Существа создали нас для охраны Великой Гробницы. Смысл нашего существования в работе...

- Однако, раз Владыка Айнз говорит нам отдохнуть, мы должны отдыхать.

Они втроём собрались здесь, потому что их господин сказал: «Вы все так усердно трудитесь каждый день. Почему бы всем женщинам-стражам время от времени не брать перерыв, проводя его вместе?»

В этом и заключалась причина.

- Ну, раз мы пришли сюда вместе и уже провели некоторое время вместе, не пора ли нам разойтись? Но действительно ли это считается совместным отдыхом?

- Хороший вопрос. Если он спросит, провели ли мы наш совместный выходной, о чём лучше всего рассказать? Кстати говоря, как вы обычно проводите время?

- Я патрулирую этажи с первого по третий. Также я выслушиваю мнения местных стражей, проверяю охрану, а когда выдается время, принимаю ванну и подправляю макияж...

- Ты работаешь усерднее, чем я ожидала...

- Интересно, чего же ты от меня ожидала?

- Ванну... А что насчёт тебя, Аура?

- Ммм... Когда Мар в Колизее, я патрулирую лес. Захожу к новоприбывшим. Когда возвращаюсь, сплю... Вот и всё.

- Вот оно!

Аура и Шалти удивлённо посмотрели на Альбедо.

- Вот оно. Под новоприбывшими ты имеешь в виду обитателей недавно построенной на этом этаже деревни, верно? Я никогда там не была. Давайте сходим вместе.

- Вот как, ни разу там не была? Шалти, а ты?

- Мне случалось туда заходить.

Аура объяснила удивлённой Альбедо:

- Так поступают и все остальные стражи. Коцит заходит взглянуть, как поживают людоящеры, Демиург заглядывает время от времени, проверяя, как идут дела, и другие иногда наносят визит. Ммм... ну, идём. Это совсем рядом.

♦ ♦ ♦

9:38 по времени Назарика.

Недавно созданная на шестом этаже деревня представляла из себя скорее поселение, состоявшее из десятка бревенчатых домов, выстроенных в ряд. Справа от поселения располагались поля, а слева - фруктовые сады, занимающие в несколько раз большую площадь.

Само собой, поселение окружал лес, и при взгляде с высоты оно выглядело как большое углубление в лесном пологе, поэтому и называлось Зелёная Яма. Разумеется, при вырубке деревьев и выкорчёвывании корней почва стала неровной. Однако деревня выглядела на удивление опрятной, чистой и безукоризненной. Всё благодаря магии Мара.

Во фруктовых садах двигались занятые работой фигуры. С первого взгляда их можно было принять за человеческих женщин, но цвет их кожи напоминал древесную кору. Позади них виднелись существа, которые со стороны выглядели как движущиеся деревья.

Дриады и энты.

Энты поднимали дриад на руки и поднимали к ветвям фруктовых деревьев, облегчая им уход за садом.

- Кроме них тут ещё живут людоящеры. Они часто ходят к озеру на севере, где мы только что были, и играют в воде. Странно, правда? Вода ведь тоже не их родная среда.

- А она разрослась с моего последнего визита. И жителей больше.

- Верно. Во время покорения Великого Леса Тоб мы нашли пару существ, способных жить в Назарике.

- Существа, приемлемые для Назарика... Должны не принадлежать к человеческой расе, не испытывать потребности в пище и обладать кротким характером, верно? Таковы условия?

- Да, Владыка Айнз так и сказал. Точнее, не «не испытывать потребности в пище», а «быть способны сами обеспечивать себя пищей». Так как дриады и энты получают питательные вещества из почвы, им не нужно есть. Хотя в случае истощения почвы или засухи могут возникнуть проблемы.

- Хмм, значит, Мар время от времени устраивает для них дождь? Или вы обходитесь магическими предметами?

- Обычно о них заботится Мар. Точно так же и с возобновлением плодородия почвы. Как я поняла, он знает заклинание, делающее землю плодороднее, оно также полностью восстанавливает почву. Если верить дриадам и энтам, она столь вкусна, что они опасаются растолстеть... но сама я, разумеется, не знаю, какова она на вкус.

Пока Шалти и Аура разговаривали друг с другом, Альбедо холодно осматривала деревню, словно изучая экспериментальное оборудование. Вдруг в её глазах возник проблеск эмоций:

- О? Это не су-шеф на поле вон там? Что он делает?

Проследив за её взглядом, они увидели грибоподобного монстра, сгибающегося и разгибающегося на краю небольшого поля, стоя внутри ограды, увитой покрытой красными фруктами лозой. При ближайшем рассмотрении становилось понятно, что он, будучи одет в рабочую одежду, собирает эти фрукты.

- Именно то, что мы видим. Он приходит сюда время от времени за ингредиентами. Также он выращивает тут всякую всячину. Хотите взглянуть?

Альбедо и Шалти переглянулись. Посмотрев друг на друга, они поняли, что обе не против этой идеи, полагая, что коль скоро это не идёт во вред обязанностям, можно посмотреть, чем занят их товарищ.

- Йахо. Работаем в поте лица, как обычно?

Услышав бодрое приветствие Ауры, су-шеф поднял голову и заметил их.

- Не то чтобы это тело вообще могло потеть.

Он разогнулся и с кряхтением размял талию. Движение выглядело совершенно естественным для того, кто работал сидя на корточках, но у него не было талии. Из-за того, что его тело выглядело совершенно ровным, без каких-либо изгибов или сужений, сложно было сказать, действительно он разминает талию или просто совершает подходящие к случаю движения.

Далее су-шеф размял шею, будто она затекла. Его головой служила шляпка гриба, из которой словно бы сочилась пурпурная жидкость, но благодаря своей вязкости и липкости она не разбрызгивалась по сторонам.

- Это помидор?

Альбедо заинтересовал красный плод в руке су-шефа. Он поднял его к глазам и склонил голову, словно увидел что-то странное:

- Похоже на помидор. Хорошо вам всем известный. Не такой, что накапливает солнечный свет и потом взрывается, и не такой, что может внезапно напасть, и не такой, что сияет золотом, когда его срезают - нет, самый обычный помидор.

- То есть, я полагаю, это самый обыкновенный помидор, используемый для ежедневного приготовления пищи, верно?

- Да. Не обладая специальными навыками, я не могу выращивать растения с какими-либо специальными эффектами. Вы спрашивали, потому что желали блюдо из помидоров? К сожалению, я могу делать лишь напитки.

- Нет, я спрашивала просто из любопытства. Разве не Шалти предпочла бы блюдо из помидоров?

- С чего ты взяла, что вампиры любят томатный сок? Еда для нежити вообще бесполезна.

- Кстати говоря, в Назарике не так уж много тех, кто нуждается в пище.

Как и сказала Аура, большинство НИП Назарика использовали магические предметы, устраняющие необходимость в принятии пищи.

- Ничего не поделаешь. Если все будут есть, расходы Назарика взлетят до небес. Особенно сложно будет прокормить крупных зверей вроде твоих питомцев.

- Правда? Тогда, может, мне выпускать их наружу и позволять охотиться вне Назарика?

- В этом нет необходимости. Владыка Айнз и другие Высшие Существа, создавая эту гробницу, рассчитали доходы и расходы так, чтобы между ними сохранялся баланс.

- Ааа, так вот почему Владыка Айнз приказал принимать к нам лишь тех, кто может сам себя прокормить? Чтобы не разрушить это равновесие?

- Да. Разве вы не знали? - Альбедо по очереди заглянула в лица троим собеседникам. - Это беспокоит. Очень плохо, что вы так мало знаете о месте, которое защищаете. Выделите этому время в своём расписании - я введу вас в курс дела.

Альбедо вздохнула и рассеянно взглянула на поле. Она тут же узнала растение, чьи ростки раскинулись перед ней. - Это морковь... нет, магическая морковь?

- Нет, это не она. Разве Смотритель Стражей не получал докладов о них?

- Что ты имеешь в виду?

Су-шеф посмотрел на Ауру:

- Мм, ничего... Понимаю. Вам не сказали. Тогда, госпожа Аура, как мне поступить? Вы сами покажете? Я ведь показал вам, как это делается, верно?

- Но я определенно посылала отчёт... - Аура улыбнулась, потом глубоко вдохнула и громко прокричала: - Да здравствует Айнз Оал Гоун!

В ответ растущая ровными рядами ботва задвигалась. Корни, подобно обычной моркови погружённые в почву, принялись выкапываться наружу, энергично покачиваясь вправо и влево.

Формой они напоминали женьшень, но отличались наличием конечностей и перемещались явно осознанными движениями. Возле стеблей располагались отверстия, напоминающие глаза и рты.

Шалти широко раскрыла глаза и произнесла их название:

- Это мандрагора? Я и не знала, что они есть у нас в Назарике...

- А! Так вот что это! Я читала про них в отчёте, но вблизи вижу впервые.

Мандрагоры построились перед ними, хором выкрикивая: «Да здравствует Айнз Оал Гоун! Да здравствует Айнз Оал Гоун!»

- Они не очень умные. Жаль, ведь их родичи - Гальгенмаэнлейн, Альруна и Альрауне - весьма умны... Но мы не нашли никого из них в лесу. Может, дело в том, что он просто очень большой, поэтому мы до сих пор их и не встретили. В горах есть обширная подземная пещера, где живёт племя миконидов. Их мы пока не трогали.

- Но я поистине впечатлён тем, что вам удалось научить их говорить хотя бы это.

Су-шеф поднял одну из выстроившихся мандрагор и принялся рассматривать её. Мандрагора извивалась, словно ей было больно от того, что её держат на весу за стебель.

- Да здравствует Айнз Оал Гоун! Да здравствует Айнз Оал Гоун!

Мандрагоры, нарушив строй, окружили су-шефа, словно протестовали при виде проявленной в отношении товарища жестокости. Однако при этом они лишь повторяли одну и ту же фразу.

- Прошу прощения, госпожа Аура. Не могли бы вы приказать им вернуться?

- Хорошо! Ладно! А ну, обратно! Мандрагоры вместе с той, которую су-шеф осторожно опустил на землю, принялись закапываться обратно в свои лунки. То, как они зарывались в почву, напомнило всем о животных, готовящихся к спячке.

- Ясно. То есть, по сути дела, это просто крик, как у животных.

- Верно. Они могут только повторять заученные слова, как попугаи, и не могут разговаривать осмысленно. Также похоже, что у них есть некий предел интеллекта, по достижении которого они вообще не способны говорить. Детали в настоящее время исследуются.

Су-шеф также добавил: «Я просто повторяю то, что сказал мне господин Демиург».

- Хмм, Альбедо, не против, если я задам вопрос? То, что ты не знаешь о новичках в Назарике, разве это не проблема? Что, если среди них затесался шпион?

Прежде чем Альбедо смогла ответить, прозвучало возражение:

- Ахахаха, Шалти, это хорошая шутка. Разумеется, раз шестой этаж так широк, ты думаешь, что найти чужаков здесь непросто. Если они смогут вырваться из Колизея... и разбегутся в разные стороны, как новорожденные пауки, вылавливать их всех будет тяжело. - Аура смеялась пустым смехом, глаза её были холодны, как лёд. - Но ты не думаешь, что недооцениваешь меня? Это мои охотничьи угодья. Разбегутся они или нет, я немедля настигну их. И даже если они, задумав причинить вред Владыке Айнзу, как-нибудь ухитрятся сбежать от меня, им всё равно придётся пройти мимо Гурена на седьмом этаже, а на восьмом они не выживут и секунды. Если же решат сбежать на поверхность, то им придётся миновать тёмные воды четвёртого уровня и ту область, что защищаешь ты... Ты правда думаешь, что это возможно?

Шалти покачала головой:

- Это невозможно.

- Именно поэтому количество новичков на этом уровне не имеет значения. Можешь не беспокоиться об этом.

- Аура уже сказала всё, что я хотела сказать. План заключался в том, чтобы собрать всех новых монстров здесь, по крайней мере именно это мы обсуждали.

- Ха? Не только растительных монстров? - удивлённо спросила Аура.

Альбедо улыбнулась:

- Первоначальный план заключался в этом, но благодаря вам, Ауре и Мару, мы не обнаружили никаких проблем и решили перейти к следующему шагу. Но он всё ещё в стадии планирования, так что я не знаю, будет ли он осуществлён. Поэтому я ничего и не говорила тебе, хотя ты и страж этого этажа, - жестом показав, что ещё не закончила, Альбедо объяснила остальное: - Он называется «Проект Рай». Это будет гигантский проект, он задействует ту базу, что построила Аура, и станет домом для дружественных людям существ.

- Зачем нужно это условие о том, что существа должны быть дружественны людям?

Альбедо засмеялась, словно ждала вопроса. Это был очень злой смех:

- В этом и заключается суть плана. Суть «Проекта Рай».

- Честно говоря, мне трудно это понять. Разве мы работаем столь усердно не потому, что Назарик должен быть раем для Высших Существ? Зачем давать плану такое название?

- Это демонстрация окружающему миру, призванная показать, что мы можем мирно сосуществовать с другими.

- Понятно... вот, значит, в чём дело.

- Невероятно. Шалти и правда поняла о чём речь...

Шалти угрожающе уставилась на Ауру, выражение её лица могло бы остудить даже пламя столетней любви.

- Уж не хочешь ли ты сказать, что я глупая?

- П-постой, Шалти. Тебе действительно нужен ответ после всего, что ты успела натворить? Просто задумайся на секунду и постарайся вспомнить...

В тот же момент, словно действительно вспомнив свои ошибки, Шалти отвела взгляд; её зрачки потухли, как у мёртвого животного.

Видя жалкое состояние Шалти, Альбедо решила сменить тему:

- Э-хм, Владыка Айнз участвовал в разработке этого плана. Также это он предложил собрать здесь разных монстров, когда мы обсуждали шестой этаж. Это не та идея, к которой можно прийти узко смотря на вещи. Мы с Демиургом однажды обсуждали таланты Владыки Айнза и пришли к выводу, что он гений, как и следовало ожидать.

- Все знают, что Владыка Айнз гений, но я слышал, что он не слишком-то разговорчив, - су-шеф включился в разговор.

- Тебе сказал это Демиург, верно? Ну... Владыка Айнз не открывает свои мысли с лёгкостью. Иногда он поступает странно, но это лишь доказывает правильность пословицы «Мудрецы могут показаться глупыми, а храбрецы робкими».

Глаза Альбедо увлажнились, она покачала головой:

- Я до сих пор не поняла, зачем он создал личность приключенца Момона, но он поистине страшен... Подумать только, всё произошедшее до сих пор - это часть его плана...

- Вы про то, что Владыка Айнз изображает приключенца Момона? Что вы имеете в виду?

- Ты скоро поймёшь... Это потому, что у него есть Момон. Он станет фундаментом правления Владыки Айнза. Он поистине велик... Даже планы Демиурга в конце концов могут оказаться результатом указаний Владыки Айнза...

- О чём ты там бормочешь? Это несколько жутковато.

При словах Шалти Альбедо взяла себя в руки, кашлянула и посмотрела на собеседников:

- Так о чём это я? Да, да! Все слова и действия Владыки Айнза преисполнены глубоким смыслом. Может, мы и не в силах полностью осмыслить его намерения, но постарайтесь всё же подумать и понять его планы.

- Это слишком сложно. Владыка Айнз слишком умён. О, это Иглокопья.

Два гигантских белых комка, высотой больше двух метров, вразвалку шли к Ауре от середины деревни. Эти монстры напоминали Ангорских Кроликов.

- Они очень милые.

Шалти погладила один из белых клубков шерсти, остановившихся возле Ауры.

- Такие мягкие, я тоже хочу себе одного...

- Приятные на ощупь, верно? Но в бою их шерсть становится острой, как иглы.

Монстр шестьдесят седьмого уровня, Иглокопьё.

В бою его шерсть превращается в частокол тонких иголок. Если он гибнет в бою, шерсть не возвращается обратно в мягкое состояние, так что их важно убивать скрытно, одним ударом. Поэтому игроки охотились на Иглокопий, лишь достигнув гораздо большего уровня, чем эти монстры.

- Правда? Ох, жуть какая.

Хоть и сказав это, Шалти продолжала гладить существо.

- Ну, он не войдёт в боевой режим, пока я не прикажу или пока рядом не окажутся враги. Но серьёзно, разве кто-нибудь здесь может оказаться врагом? Да и с других этажей докладов не поступало.

- Разумеется. В конце концов, я поместила на третьем этаже прислужников с непревзойдёнными способностями к обнаружению. Кто бы на нас ни напал, пройти мимо них незамеченным ему будет очень непросто.

Аура внезапно застыла, обернувшись к Колизею.

- Что такое, госпожа Аура?

- Врата седьмого этажа только что активировались.

- С нижнего этажа? Демиург сейчас отсутствует... Может, это кто-то из его подчинённых? Может, тебе стоит проверить?

- Ммм... Мар там, так что всё должно быть в порядке. Он свяжется со мной, если возникнут проблемы. Аура прикоснулась к висящей на ожерелье серьге.

- Ничего особенного не произошло. Если кто-то хочет подняться на поверхность с нижних этажей, ему понадобится проходить через врата каждого уровня в определенных местах. Кое-кто из нас может телепортироваться с помощью магии, так что бежать нет нужды, верно?

- Э-хем! Великая Гробница Назарика - это поистине неприступная крепость.

- Да, даже если кто-то воспользуется сверхуровневой магией «Дамоклов Меч» или предметом Мирового класса вроде того, которым владею я, он не сможет уничтожить этаж целиком. Поэтому вы ни в коем случае не должны допустить потери кольца, позволяющего свободно телепортироваться здесь.

Все посмотрели на левый безымянный палец Альбедо.

- Верно. Выходя наружу, Мар всегда оставляет его в безопасном месте. Думая в этом ключе, я могу понять всю важность этого кольца... А! Мар связался со мной.

Аура отошла чуть в сторону от группы, взялась за серьгу и начала разговор с Маром. Постепенно она всё сильнее хмурилась, и, когда разговор закончился, её лицо приняло довольно-таки сумрачное выражение:

- Прошу прощения. Не знаю зачем, но Мар собирается выйти наружу. Мне стоит вернуться просто на всякий случай.

- Вот как? Что ж, возможно, и нам пора, Шалти?

- Не возражаю.

- Я закончу работу здесь, прежде чем уйти. Я также хотел перекинуться парой слов с дриадами и энтами.

- Тогда на сегодня это всё. Спасибо вам всем за сегодня. Полагаю, я наконец поняла, как нужно проводить выходные. Если у нас вновь найдётся время... да, давайте вместе посетим купальню.

Часть 2

9:28 по времени Назарика.

Мар отвлекся от чтения книги, чтобы проверить движение у ворот на седьмом этаже.

Он чувствовал небольшие отголоски мощи и поместил закладку в книгу, перед тем как положить её рядом со стулом. Он поднял посох, находившийся возле него, предмет Божественного класса, «Тень Иггдрасиля».

Мар потянулся к магическому предмету, висящему на шее, но остановил руку. Не было необходимости связываться с сестрой. Поскольку не было никаких донесений о нарушителях, приближающаяся личность должна быть товарищем.

Мелкими шажками Мар затопал вниз, направляясь к воротам. Его сестра предпочитала спрыгивать на арену прямо со зрительских мест, но Мар не разделял этой привычки. Ступени были созданы не без причины, и пользоваться ими значило в своём роде демонстрировать верность Высшим Существам. Они, очевидно, сделали ступени, чтобы ими пользовались.

«Я не могу сказать это сестре... Она зло посмотрит на меня...»

Поэтому Мар решил, что хотя бы ему нужно отдать дань уважения щедрости Высших Существ, и спустился по лестнице. В комнате ожидания, перед сияющим всеми цветами радуги зеркалом, стояла фигура.

- Д-долго ли вы ждали?

- Ой-ой! Это же смотритель этажа господин Мар! Вы пришли лично, это честь для меня.

Клоун, одетый в чистый белый костюм с маской, в форме птичьего клюва, поклонился Мару. Мар поклонился в ответ:

- Здравствуйте, Пульчинелла. Что привело вас сюда?

- Что ж, я не знаю, предупреждены ли вы, но сейчас я нахожусь непосредственно под руководством господина Демиурга. Сегодня я пришел в качестве посланника господина Демиурга. Пожалуйста, примите это.

Клоун передал папку, которую держал.

- Если это от Демиурга, значит, это папка записей?

- Верно. Мне невероятно повезло, ведь господин Мар вышел лично, в противном случае, если бы вышла госпожа Аура, я был бы вынужден просить её позвать вас.

-Хах? Это так?

Папка записей - это система, лично разработанная повелителем Великой гробницы Назарика, Айнз Оал Гоуном. Эта система позволяет стражам этажей писать друг другу сообщения, не требующие срочной доставки. Ничего подобного раннее не существовало.

Когда Мар принял папку, у него появилось странное чувство, и он пробормотал: «Э-это...», разглядывая её.

- Х-хм? Но почему вы не могли передать её моей сестре?

Поскольку Аура также является стражем этажа, нет причин, по которым эта папка не могла быть передана ей. Кроме того, будучи трудолюбивым работником, она не позволила бы себе просто выбросить её в какой-нибудь угол и забыть.

- Я не знаю деталей, но господин Демиург дал мне специальный указ передать папку лично вам и не давать её госпоже Ауре.

- Я вижу...Ч-что насчёт Демиурга?

Это был короткий вопрос, но Пульчинелла понял, что Мар имел в виду.

- Не могу сказать, что полностью понимаю, что он имел в виду, но, как бы то ни было, я верю, что ответ или причина лежат в этой папке.

- Да... Ох, хмм, говоря о нём, ох, что господин Демиург делает прямо сейчас?

- Он проводит эксперимент по размножению. Люди могут размножаться друг с другом. Но не могут размножаться с полулюдьми. Разве это не трагедия для влюбленных, которые не могут производить плоды их союзов просто из-за того, что они принадлежат к разным видам?! Чтобы сберечь эти несчастные души, господин Демиург усердно работает. Для разработки такой возможности между людьми и полулюдьми...

Клоун говорил, словно произносил речь перед публикой, подняв вверх широко раскинутые руки. Мар, глядя на внезапное изменение в поведении Пульчинеллы, моргнул.

- Ах, простите меня, я забылся из-за щедрости господина Демиурга, стремящегося доставить такое удовольствие людям. Прошу простить меня.

- Ах, всё в порядке.

- Господин Демиург сказал, что сделает себя или, точнее, всех демонов объектом человеческой ненависти, чтобы люди не гневались друг на друга. Какая невероятная самоотверженность! Пульчинелла даже лишился зрения, так как был растроган до слёз.

Пульчинелла жестом вытер слезы вверху маски. Естественно, на самом деле не было никаких слез, и говорил он своим обычным веселым тоном, который вовсе не звучал грустно.

- Почему они ненавидят его?

- Я не могу понять, за что бы им ненавидеть столь доброе и щедрое существо, как наш господин Демиург, но он сам так сказал. Кстати, послушайте вот что. Милосердный господин Демиург сжалился над голодающим скотом. Поэтому он заставил их обменяться друг с другом детьми, поджарил их и подал к столу. Как можно называть бессердечным того, кто не заставляет родителей есть собственных детей?

- Так ли это?

- Конечно. Он даже разрешил им проводить детей в последний путь, посадив родителей возле стола... Подумать только, сколь заботлив господин Демиург: он позволил семьям расстаться друг с другом, улыбаясь... Никто, кроме Высших Существ, не сравнится с ним, я уверен.

- Я полагаю...

Мар дал простой ответ на восхищенную речь Пульчинеллы. Он не волновался за тех, кто не принадлежал Назарику. И через пару секунд все мысли о скоте Демиурга были стерты.

- К тому же, когда они голодны, их голова может сказать «да», а желудок «нет». Господин Демиург продумал это и, заботясь о них, убедился, чтобы они съедали всё до последнего кусочка. Он действительно щедрый...

Чувствуя, что конца у этой истории не предвидится, Мар быстро вставил вопрос:

- К-как дела у Гурена? Он мне может понадобиться, если я захочу отправить сообщение назад. Но я не знаю, где и что он делает.

- «Он» или «она», лично я полагаю, что Гурен бесполый. Последний раз я видел эту персону в засаде около ворот на седьмом этаже, когда господин Демиург отсутствовал.

- Э-это так?

Мар вспомнил, как выглядел Гурен.

Гурен - в охраняемой области он прятал свое гигантское тело в лаве, а в нужный момент затягивал внутрь ничего не подозревающего врага.

Он был лишь девяностого уровня. Но зато полностью заточен на бой. В этом смысле его боеспособность была на уровне сильнейших в Назарике. Он мог биться на равных даже с некоторыми стражами этажей. Поэтому было естественно, что в отсутствие Демиурга он защищал седьмой этаж.

- Ах, кажется, я слишком разболтался. Я уже отдал вам папку с памяткой, так что теперь пойду распространять улыбку и смех.

- С-спасибо.

Мар склонил голову, а Пульчинелла мягко ответил:

- О, не нужно благодарности. Мне достаточно просто увидеть вашу улыбку, господин Мар.

Клоун театрально пожал плечами.

- Пока, увидимся снова.

Махая рукой, он исчез через ворота седьмого этажа.

Посмотрев его исчезновение, Мар открыл папку и стал просматривать записку. Он чувствовал себя гордым и в то же время предателем от того, что только он мог читать её, а не сестра. Закончив читать, он пару раз моргнул.

«Это... было больше похоже на сообщение стражам от Владыки Айнза, чем на записку.»

Сообщение было адресовано только стражам мужчинам и содержало благодарность за их обычный тяжелый труд. Остальное содержание было приглашением на совместную баню в свободное время.

В числе перечисленных участников были имена: Айнз, Демиург, Мар и Коцит. Первые два человека были отмечены как возможные участники. Обычно имя Себаса тоже должно быть там, но сейчас с Солюшн он собирал информацию в городе людей. «Ээ, а какая дата будет...»

На другой стороне было сказано, что дата не определена и будет выбрана наиболее удобная для всех участников. Таким образом, не было причин стесняться принять предложение. В сообщении также говорилось, что не будет проблем в случае отказа, но Мар просто не мог отказаться от предложения своего доброго и щедрого хозяина. Собственно, в Великой Гробнице Назарика никто бы не отказался.

Мар взял карандаш, который был в файле, и кружочком отметил «участвую» напротив своего имени.

- Эхэхэ...

Он улыбнулся, посмотрев на пометку рядом с именем, но вскоре его сердце окуталось темными облаками.

«Ух, но... как передать это Коциту?»

В сообщении было несколько упоминаний о том, чтобы ничего не рассказывать стражам женского пола, и Мар хотел сохранить это намерение хозяина в тайне среди стражей мужского пола. А для этого лучше всего передать сообщение лично.

«Если я сохраню секрет и улизну... это не будет хорошо, правда? Потому что, если ... ээ, они называют это "вниманием"?.. Если я уйду, она должна будет защищать этаж одна.»

Пока дело не касалось приказов, Мар всегда должен был говорить Ауре, что он собирается делать, даже если просто навещал других стражей. Это было правильно, так как они защищали этот этаж вместе.

Мар схватил волшебный предмет, висевший на шее:

- C-cестрица? Ты слышишь меня?

Ответ пришел немедленно:

- Слышу, Мар, в чём дело?

- Ах, какое облегчение… Ээ, мне нужно навестить Коцита прямо сейчас. Я скоро вернусь.

- Коцита?

- Да, мне нужно торопиться.

- А в чем дело?

Плечи Мара вздрогнули. Он почувствовал, как его голос ломается, но всё же с трудом выжал из себя слова:

- Н-н-н-ничего? Ничего... но мне нужно пойти.

- Хммм…

Голос Ауры звучал так, будто она что-то подозревала. От этой мысли руки Мара вспотели.

«Но да, ничего не поделаешь. Таков приказ Владыки Айнза.»

За исключением их создательницы, Букубуку Чагамы, слова Айнза были более значительны, чем любого другого Высшего Существа. Они были приоритетом для всех.

- Ну ладно, я думаю, это не имеет значения. Иди. Помни - на пятом этаже холодно, так что защити себя... А, хотя для Мара это не проблема…

- Д-да. Я воспользуюсь магией, и всё будет нормально. Тогда я пойду.

Если бы он говорил ещё дольше, то мог сболтнуть лишнее. Поэтому Мар быстро убрал руки с волшебного предмета. Вроде Аура пыталась ещё что-то сказать, прежде чем связь оборвалась, но было ли это что-то хорошее для него или нет - он уже не мог услышать.

«Х-хорошо! Время спешить.»

Мар активировал наиболее важное кольцо, полученное от хозяина.

Сразу после телепортации, что-то белое прилипло к его лицу.

Это был снег, который витал в воздухе.

Из-за метели и сильного холода в этой области изо рта Мара при выдохе вырывались белые облачка, которые мгновенно улетали ему за спину.

Буря вздымала снег и лед в неистовой белой мгле. Бесконечный снег почти сразу скрывал следы от шагов. Хотя погода была создана для потери ориентировки у захватчиков, как правило, она не была столь суровой. Обычно с черных облаков падало несколько снежинок в этот мрачный мир. И облака никогда полностью не закрывали небо.

- Ух...

Мар посмотрел влево-вправо. Раз он использовал кольцо гильдии Айнз Оал Гоун, то должен был появиться рядом с желаемым местом.

Найдя свою цель, Мар быстро двинулся к ней, не оставляя следов. Не было даже ощущения погружения в снег, как будто он шагал по твердой земле.

Чистый белый мир, без следа кого-либо, словно говорил: «Здесь только снег». Но Мар с помощью пассивного магического навыка знал - эта пустыня лишь маскировка. А сидящие в засаде знали стража шестого этажа и поэтому не показывали себя.

Наконец в тишине Мар достиг своей цели. Напротив него была огромная белая сфера, напоминавшая перевернутое осиное гнездо.

Вокруг сооружения возвышались шесть кристаллов, чьи острия указывали в небо. А внутри были видны человекоподобные силуэты.

Как только Мар шагнул вперед, из-под ног раздался хруст, могущий заставить кого угодно занервничать. Он повернулся и посмотрел на пол. В отличие от снежной равнины, которая была раньше, сейчас он стоял на гладком льду. Не смотря на него, он мог сказать, что прямо под ним были манящие темные тени.

Мар продолжил идти с уверенностью в каждом шаге, будто знал, что лед не сломается. Несмотря на треск и хруст, он дошел до сферы без проблем.

- И-извините. Ээ, Коцит здесь?

Мар говорил в один из огромных кристаллов, а не в сферу.

В ответ из каждого кристалла появился монстр женского вида в чисто-белых одеяниях. Их кожа была синевато-белой, а волосы черными. Ледяные Девы - монстры восемьдесят второго уровня, ледяного типа. Они служили часовыми Коцита в резиденции Снежная Нора, а также были его телохранителями.

- Добро пожаловать господин Мар. Рады встрече.

- Ээ, а что насчет, ээ Коцита?

- Господин Коцит сейчас вне Великой Гробницы Назарика, навещает новую деревню людоящеров.

- Э, вот как.

Отвечая, морозные девы кланялись.

- Да. Если вы хотите оставить ему сообщение, мы передадим. Что пожелаете сделать?

Мар заколебался.

Раз он пришел так далеко, то можно просто оставить папку в комнате Коцита и передать короткое сообщение через морозных дев. Но, учитывая содержимое памятки, передать лично Коциту было бы более полным исполнением команды хозяина.

«Так как же прийти к Коциту, когда он снаружи.»

Особых правил, запрещающих выходить стражам за пределы Назарика, не было. Однако нужно соблюсти определенные условия перед выходом наружу, так как хозяин запретил всю самостоятельную деятельность вне Великой гробницы Назарика.

Собранная информация показала, что существа сотого уровня, такие как стражи Назарика, были ходячими бедствиями во внешнем мире. И Мар мог без проблем стать одним из этих бедствий, просто занимаясь своими делами. Но, учитывая один недавний важный инцидент, это было бы ошибкой.

Существовал неизвестный враг, пытавшийся подчинить себе Шалти и, вероятно, обладающий предметом Мирового класса. Также время от времени им попадались следы присутствия игроков.

Раз нельзя оценить, насколько сильны враги, то были приняты дополнительные меры предосторожности.

- Хммм… Как мне следует поступить...

Любой, кто хотел выйти наружу, должен был делать это как минимум в сопровождении пяти слуг семьдесят пятого уровня. В непосредственном подчинении у Мара было два дракона, но они были очень большими, чтобы остаться незаметными. Возможно, лучше было бы попросить о помощи его сестру, но, учитывая, как у них пошел разговор, он не хотел его продолжать из-за страха быть раскрытым.

Внезапно его посетило озарение. Всё сходилось: и количество, и уровни.

- Извините, вы можете пойти со мной?

- Я, я прошу прощения, но мы получили приказ от господина Коцита охранять это место. Без разрешения Владыки Айнза, мы не можем нарушить приказ господина Коцита... Пожалуйста, простите нас!

- Ах, нет, всё в порядке.

Не стоило и рассчитывать. Если подумать, их действия очевидны. Следующая мысль, которая пришла в его голову, - это обратиться к демоническим лордам седьмого этажа. Но без хорошего повода они тоже отвергнут его. Он мог рассчитывать только на этаж Демиурга, так как просить помощи у стражей вне списка затруднительно, к тому же большинство слуг выше восьмидесятого уровня в Великой Гробнице Назарика находились в прямом подчинении у стражей, а оставшиеся были далеко отсюда.

Из-за этого Мару нужно сначала спросить Демиурга, если он хочет одолжить демонов-лордов.

«Но как я буду говорить с ним?»

Единственные два способа связаться с Демиургом, находящимся снаружи, -отправить слугу или воспользоваться магией.

«Но кроме него...»

Мар вспомнил книгу, которую недавно читал.

«Имеет ли он подчиненных выше семьдесят пятого уровня? Но он не страж... Ммм, было бы хорошо, так как он мужчина, а? Если я попрошу это сохранить в секрете...»

- С-спасибо! Э-э, я правда в порядке. Я понимаю.

Мар активировал кольцо. Его целью была Великая Библиотека на десятом этаже Назарика, Ашшурбанипал.

♦ ♦ ♦

9:54 по времени Назарика.

Снежная равнина мгновенно сменилась на большую комнату. Тусклый красноватый свет освещал её, с простой обстановкой, в основном черного цвета. Потолок представлял из себя купол, а на противоположной стороне была установлена большая двустворчатая дверь.

По обе стороны от двери, сравнимой размером с дверью тронного зала, стояли големы. Ростом без малого три метра, они всё же слегка уступали двери в высоте. Выполнены они были в виде облаченных в броню воинов и, будучи созданы Высшими Существами из редких металлов, превосходили по силе обычных големов.

-Извините, можете открыть дверь?

Выполняя просьбу, големы положили руки на дверь и медленно толкнули. После тяжелого скрипящего звука открылся проход, способный пропустить несколько человек за раз. Мар вошел в него.

Зрелище, что предстало перед ним, скорее напоминало музей искусства, чем библиотеку. Книжные полки и даже сами книги выглядели как экспонаты на выставке. А бесчисленные украшения формировали особый стиль.

Ни одной пылинки не было видно на безукоризненно отполированных паркетных полах, вся поверхность которых покрыта красивыми узорами. На втором этаже был довольно-таки просторный зал, отделанный с особым вкусом, и широкий балкон. В какую комнату ни загляни - везде стояли бесчисленные книжные полки. Потолок был полностью покрыт грандиозными фресками и роскошной резьбой.

Даже на многочисленных стеклянных полочках стояли книги. Комнату освещало множество источников света, но все они были приглушены, и обычный человек может утверждать, что здесь слишком темно.

Невозможно осмотреть весь интерьер просто рассматривая комнату из центра, ведь даже книжные полки покрыты резьбой.

Среди тишины, подобающей библиотеке, дверь медленно закрылась за Маром. Оказалось, что у входа намного темнее, чем у полок. Застывшая тишина в воздухе создавала жуткую атмосферу, в которой любые посторонние шумы звучали как раскаты грома.

Конечно, для кого-то вроде Мара, который может видеть в темноте так же хорошо, как и днем, в этом нет ничего жуткого.

Мар быстрым направился шагом к внутренней части.

Это была «Комната Логики». В целом библиотека разделена на три большие комнаты: «Комнату Мудрости», «Комнату Логики» и «Комнату Магии». Также было несколько небольших комнат, предназначенных для особых случаев, и комнаты для персонала. Они располагались довольно далеко друг от друга, учитывая размер области. По обе стороны коридора стояли ряды книжных полок с бесчисленным количеством книг.

Книги в Иггдрасиле можно разделить на пять больших категорий.

Первая категория – это книги призыва монстров.

В них содержалась информация по призыву, приручению и использованию существ в качестве наёмников.

Внутри Назарика есть три типа монстров: созданные таким же образом, как персонажи; автоматически созданные, которые по силе находятся в районе тридцатых уровней; и вызванные в качестве наемников. Наемные монстры могут быть вызваны только с использованием книги, специального ритуала призыва и достаточного количества золота. Таким образом, они не могут быть вызваны без книги.

Вторая категория - это магические предметы.

Некоторые кристаллы данных могут быть впитаны только объектами в форме книг. Такие книги, как правило, одноразовые, что делает их похожими на свитки, но для использования свитка необходимо иметь подходящий класс, в то время как книгами может пользоваться любой.

Третья категория - предметы с акций.

Это редкие предметы, получаемые во время проведения акций. Такие книги требуются для получения особых классов или призыва уникальных монстров. Айнзу, например, нужна «Книга мертвых», когда он превращает Мага-Скелета в Старшего Лича. Также есть книги, позволяющие получить новое снаряжение, такие как «Библиография Исследования Оружия», или просто развлекательные вроде «Анекдотов от Четырех Великих Духов». Ещё есть книги, которые позволяют выучить новую магию.

Четвертая категория - это книги с данными о внешнем виде предметов.

С помощью таких книг и особых материалов игроки с высоким навыком кузнечного дела создавать предметы, имеющие определённый внешний вид.

Пятая категория - это книги с романами.

Они могли содержать старую классическую литературу, фоновые истории от разработчиков, оригинальные романы, написанные игроками Иггдрасиля, фанфики по миру Иггдрасиль и, наконец, руководство по игре в виде дневников.

Большинство книг в библиотеке принадлежало первой категории - призыв монстров. Конечно, реальной необходимости хранить столько копий экземпляров не было.

Даже всего золота гильдии не хватило бы на использование и одной десятой книг. Но поскольку данные на монстров были дешевыми, члены гильдии наделали множество копий. Таким образом они намеревались скрыть ценные предметы среди массы бесполезных.

Мар окинул книги беглым взглядом, проходя мимо них.

Затем ужасная тень вдруг появилась из-за книжных шкафов, как бы останавливая его.

Она носила робу с черным капюшоном, которая как будто сливалась с библиотекой. На её поясе висела палочка, украшенная ювелирными изделиями и кристаллами. У тени было бледное лицо, выглядящее так, будто его забальзамировали. Каждый раз, когда она двигалась, тьма тонко овивалась вокруг нее.

Это был печально известный монстр среди заклинателей нежити - Старший Лич.

В Иггдрасиле его прозвали «белой пустышкой». Всего лишь тридцатого уровня, они занимали второе с конца место в иерархии Личеподобных монстров. Подвиды этих монстров, отличавшиеся цветом, звались «красной пустышкой» и «чёрной пустышкой».

Единственным отличием от других Старших Личей была повязка на его левой руке со словами: «Библиотекарь Ж».

- Добро пожаловать, господин Мар.

Старший Лич поклонился, говоря едва слышным хриплым голосом. Он почтительно поклонился всем своим туловищем.

- Я-я пришел, чтобы увидеть Главного Библиотекаря. Он, э-э, в потайной комнате?

Древний лич стоял и смотрел, создавалось впечатление, что он на секунду задумался, прежде чем ответить.

- Главный Библиотекарь начал изготавливать свитки не так уж давно, так что он должен быть в мастерской.

- Спасибо вам.

- Я проведу вас. Прямо по этому пути.

- Всё в порядке! Я не хочу вас беспокоить.

- Пожалуйста, не возражайте. Это наша работа - помогать посетителям.

Было бы грубо отказаться после таких слов.

- Хорошо, тогда спасибо.

Старший Лич сделал пугающую улыбку и зашагал. Следуя за ним, Мар увидел другого Старшего Лича, который проходил мимо.

- Тогда я верну эти книги вам.

- Ах, пожалуйста. Спасибо.

Старший Лич посмотрел на название книги, полученной от Мара.

- А, «Приключения Тома Сойера». Вам понравилось?

- Да, очень весёлая книга! Я раздумывал, что бы почитать после неё.

- Тогда могу вам кое-что порекомендовать. Эта книга заставит вас хохотать без передышки. Она про убийство… А, мы пришли. Вам сюда.

- Спасибо.

Мар открыл дверь, на которую ему указали.

Комната была просторной, но огромные шкафы у каждой стены производили гнетущее впечатление.

В шкафах были аккуратно разложены бесчисленные катализаторы, минералы, благородные металлы, камни с особыми атрибутами, драгоценные камни, различные порошки и органы животных. С ними соседствовало множество пергаментов: и свёрнутых, и развёрнутых.

Всё это использовалось в создании магических свитков.

Разумеется, здесь находились не все сокровища Великой Гробницы Назарика. В Сокровищнице хранились ресурсы, в несколько сотен раз превосходящие эти. В комнате содержались лишь материалы для текущих нужд.

Посреди комнаты стоял большой кульман с закреплённым на нём пергаментом. Перед ним стоял скелет, выглядевший как гибрид человека и животного. Невысокого роста, около полутора метров, он обладал парой рогов и копытами, каждая рука оканчивалась четырьмя пальцами.

Странную фигуру укутывал гиматий ярко-шафранного цвета. Кроме того, ещё один, подвёрнутый так, чтобы его не пропарывали рога, служил капюшоном, и ещё один гиматий был обёрнут вокруг талии. Присутствовали также различные аксессуары, например серебряный браслет с семью разноцветными драгоценными камнями, ожерелье с золотым анхом, различные кольца, выглядевшие как изогнутые пальцы, драгоценные камни также усеивали гиматий, служивший поясом. Всё это были магические предметы, содержащие в себе значительный запас маны.

Хотя его внешность и одеяние выглядели эффектно, на самом деле он был низкоуровневой нежитью - скелетом-магом. Обычно он стоял бы рангом ниже Старшего Лича, с которым Мар только что разговаривал, но этот скелет-маг исполнял обязанности Главного Библиотекаря этой огромной библиотеки и носил имя - Тит Анней Секундус.

Этот созданный Высшими Существами НИП обладал в основном ремесленными, а не боевыми навыками. Суммарный уровень его расы и класса превосходил уровни Старших Личей этой библиотеки.

- Добро пожаловать, Страж Мар. Приветствую я вас.

- Здравствуйте, Тит. У меня к вам просьба.

- Понятно. Так услышим же её.

- Д-да. Э, знаете, я надеялся, что вы сможете одолжить мне нескольких слуг уровня семьдесят пятого или выше.

- Вот как. Во внешний мир желаете ступить вы.

- Э? Д-да, всё так. Как вы быстро всё поняли.

- Повеления нашего господина, Владыки Айнза, не могут быть забыты. Учитывая занимаемый вами пост, сударь Мар, это очевидный вывод... Да будет так!

Он моментально принял решение.

- Почивших владык, пребывающих в этой библиотеке - Кокцея, Ульпия, Элия, Фульва и Аврелия - всех их я предоставлю вам.

- Эх! Правда?!

- Истинно так. Боевая мощь их неоспорима, даже, если можно так выразиться, слегка чрезмерна для нашей библиотеки. Полагаю, они возрадуются возможности отложить работу по протиранию пыли и защищать вместо этого вашу персону.

- Т-тогда, ух, спасибо большое!

- Однако, как бы ни было мне жаль, но взамен я попрошу вас об услуге. Помощи в создании магического свитка.

- А, да! Что мне нужно сделать?

- Не беспокойтесь. Всего лишь направить одно из ваших заклятий четвёртого уровня на свиток по моему сигналу.

- К-какую магию мне лучше применить?

- Предоставляю этот выбор вам.

На лице Мара появилось обеспокоенное выражение. Принятие решений всегда представляло для него наибольшую трудность. Он задумался, подойдут ли для этой цели обыкновенные заклятья.

Тит подошёл к маленькому столу возле кульмана. На столе лежал кусок пергамента и горка блестящих золотых монет - золотых монет из Иггдрасиля.

Под руками скелета монеты расплавились, золото словно по собственной воле втекло на пергамент.

Золотая жидкость сконцентрировалась в одной точке пергамента, после чего растеклась по его поверхности. За время, которого едва хватило бы перевести дыхание, на пергаменте образовался замысловатый магический круг.

- Готово.

Беспокойно ожидавший Мар быстро применил заклятье, и почувствовал, как магия втягивается в круг.

Обычный свиток был бы готов на этом этапе, ну, по крайней мере, Мар так думал.

Однако…

Появилось алое пламя. Произошло что-то, что не должно было случиться. Пока Мар в панике наблюдал, пергамент вспыхнул как крепкий алкогольный напиток и мгновенно исчез.

Ни запаха, ни других следов произошедшего не осталось, словно всё было иллюзией. За исключением одного - пепел от пергамента.

Тит собрал пепел так, будто он ожидал, что это произойдет.

- Кажется, он не может выдержать заклинание четвёртого уровня. Могущество заклинателя ничего не изменило.

Ворча, Тит сделал запись «Жар кожа не может выдержать».

- Э-э... п-почему это так вышло? Это я?

- Не стоит вам переживать. Мои эксперименты с плодами этого мира были начаты, чтобы ограничить исчерпание ресурсов Назарика. Но, разумеется, этот урожай должен быть достойного качества.

Были ограничения, какой тип материалов может быть использован для свитков, в зависимости от уровня заклинания, которое им предназначалось содержать.

Например, обычный пергамент мог использоваться для хранения магии второго уровня, но не более. Свиток, сделанный из лучших материалов, таких как драконья кожа, мог содержать даже заклинания десятого уровня.

Конечно, кожа дракона была очень редким предметом, который нельзя получить никак иначе, кроме как убить дракона. Все члены Айнз Оал Гоун охотились на драконов в прошлом, но это было во времена Иггдрасиля. Поэтому Айнз ограничил использование кожи дракона до тех пор, пока не подтвердится существование драконов и прочих существ в этом мире.

Мог настать момент, когда им понадобятся материалы, и глупо использовать запасы без возможности восполнить их.

- Нет, только не моих драконов!

- Отбросьте беспокойство. Те драконы, что призваны по волеизъявленью Высших Существ - благословлены ими. Никто здесь не решится их участи кощунственной предать столь незначительной причины ради.

Тит выбросил оставшийся от свитка пепел в мусорную корзину и повернулся к неспособному скрыть облегчение Мару.

-Э-э, значит ли это, что пергамент этого мира не подходит для изготовления свитков?

Мар посмотрел на пепел.

- Весьма возможно, что это так. Иль нет, поправлюсь я, то сложно мне сказать. Возможно то, что методы мои законы сего мира отвергают. Равно как зелья в этом мире производят совсем не так, как я считаю верным.

- В-возможно и такое? Но почему вы уверены, что проблема в пергаменте, после всего одной попытки?

- Всего одной? Да будет вам известно, бесчисленное множество попыток с пергаментами различных образцов провел я; результат - всё, что хоть каплю превосходит заклятья магии третьего круга, конец нашло в огне. Всего скорее, они, заклятья силу не сдержавши, её в яростный пламень обращают.

- Но разве заклинатели этого мира не используют подобные пергаменты?

- Да, на пергаменте обычном магические свитки в этом мире основаны, скорее всего так. Сказать я не могу, во всём ли мире такая практика находит примененье, но что для стран - соседей Назарика...

Тит достал свиток пергамента, немного отличающийся от того, что он только что использовал.

- …То из экспериментов всех своих я вывел, что их предел - круг первый лишь заклятий.

- Значит ли это, что люди всегда использовали сырые и не очищенные материалы?

- Возможно, нет. Процессом производства людские свитки от моих разнятся. И как бы больно это ни звучало, их техника искуснее моей; мне лишь возможно, их мастерство с усердием освоив, пустить его на пользу Назарику.

- Вы удивительны!

Мар зауважал Главного Библиотекаря, приложившего большие усилия на шлифовку и улучшение своих способностей.

- На всё Существ то Высших воля. Что ж, пора пришла сей же момент, Страж Мар, и мне исполнить мою часть нашей с вами сделки; тех владык, о ком я говорил, представить, как обещано.

♦ ♦ ♦

10:28 по времени Назарика.

Мар оказался в каменном здании, находящемся в середине деревни людоящеров, после того как оставил кольцо в Назарике и использовал массовую телепортацию. Людоящеры не могли строить здания из камня, будучи неспособными заложить прочный и крепкий фундамент в болотистой почве. Очевидно, что здание было построено посторонними - теми, кого прислали из Назарика.

Причина, по которой в Назарике снизошли до того, чтобы отправить сюда строителей, находилась позади Мара, в глубине помещения.

Мар поклонился фигуре, как и сопровождавшие его владыки.

Фигура, возвышавшаяся на пьедестале из пары ступеней, была каменной статуей повелителя Великой Гробницы Назарика, Айнз Оал Гоуна. Изваяние выглядело невероятно реалистичным, словно сам Айнз окаменел; жест, которым оно простирало вперёд посох, излучал повелительную ауру, подобающую правителю.

Перед статуей лежали многочисленные подношения. С точки зрения Мара, все они были бесполезны. Обычные вещи вроде цветов и рыбы.

Но Мар не чувствовал недовольство из-за таких даров. Они содержали явные чувства восхищения и поклонения. Например, цветы росли не на болотах, а в лесу. Лес представляет опасность для людоящеров, а значит, кто-то должен был рискнуть жизнью, чтобы добыть их. Рыба в свою очередь намного превосходила размерами ту, которой обычно питались людоящеры, и он понимал, что те выбрали для подношения лучшее, что у них было.

Мар удовлетворённо кивнул. То, что эти отбросы из ниоткуда наконец-то осознали величие его господина, радовало его.

- Спасибо за усердные старания.

Мар первым обратился к людоящерам, которые беспокойно украдкой поглядывали на него. Они находились здесь для уборки в храме. Эти людоящеры принадлежали к тем немногим из них, кто обладали способностями друида. На их шеях висели медальоны с символом гильдии Айнз Оал Гоун.

Разница в статусе между ними и Маром была как пропасть между небом и землей. Их отношения были подобны отношениям правителя и слуги, и не было никакой необходимости хвалить их за тяжелый труд. Но из-за причин, указанных ранее, Мар почувствовал удовлетворение и высоко оценил их заслуги.

Оставив позади кланявшихся людоящеров, Мар в сопровождении владык вышел из храма. Его взгляду открылись болота и деревня людоящеров. Она выглядела более процветающей, чем раньше.

Население уменьшилось из-за войны, но пять племён, объединившись, образовали большое и процветающее поселение.

Деревянный частокол окружал солидную площадь, и, как бы удивительно не казалось, что людоящеры смогли возвести их на зыбкой почве, за забором возвышались сторожевые башни. На вершине каждой из башен виднелись белые скелеты, вероятно Старые Гвардейцы Назарика, с луками наготове. Они, похоже, наблюдали за окрестностями, охраняя деревню от проникновения чужаков.

- Хммм, где может находиться Коцит.

Способов узнать Коцита довольно много. Если он в деревне, то был бы с легкостью замечен, даже если бы находился в одном из домов: его прислужники стояли бы снаружи. Мар осмотрел всю деревню, но Коцита нигде не было видно.

- Кто-нибудь может подсказать, где Коцит?

- Понятно. Пожалуйста, подождите секунду.

Один из владык, Аврелий, вернулся в храм.

Мар посмотрел на болото - мирная деревня людоящеров. Никто не сторонился Старых Гвардейцев Назарика, в том числе и дети людоящеров. Они сосуществовали, как будто бы это было обычным делом.

«Даже несмотря на то, что нежить захватила это место и теперь они подчинены, не похоже, что они держат какую-либо обиду. Это потому, что политика интеграции Коцита хорошо работает, или такова природа людоящеров?»

Пока Мар размышлял об этом, Аврелий вернулся:

- Приношу свои извинения, что заставил вас ждать, господин Мар. Те, кто работают в храме, не знают, где находится господин Коцит. Но они сказали, что Са…сурью Шаша... вождь объединенного племени может знать.

-Т-тогда, эм, давайте пойдём к нему.

Мар и компания выдвинулись во главе с Аврелием. Вместо того, чтобы срезать через только что возведенную деревню людоящеров, они пошли вдоль озера. Скоро появился лес, и они могли заметить нескольких Старых Гвардейцев Назарика здесь и там - повсюду в лесу.

Когда они вышли из леса, увидели другой берег болота, отличный от первого. Стройка значительных размеров шла полным ходом.

На реке стояла запруда, около десятка каменных големов копали землю, а людоящеры увозили её куда-то на тачках. Пока Мар наблюдал за ними и задавался вопросом, что же они тут делают, крупный людоящер выбежал к нему.

Людоящер был в изумительной физической форме, покрытый шрамами по всему своему телу. Он выделялся среди прочих людоящеров по множеству причин. Медальон на его шее болтался из стороны в сторону от быстрого бега.

Медальон был символом принадлежности Назарику и был призван защищать своего носителя. Хотя сам он не обладал магической силой, но показывал, что носящий его был собственностью Владыки Айнза, поэтому никто в Великой Гробнице Назарика не причинял вреда их обладателям. В частности, это относилось и к людоящерам. Разумеется, если есть хорошая причина убить людоящера, то это уже совсем другая история. Неважно, как это выглядело со стороны, людоящеры проявляли уважение к сильным, и никто не смел противиться этому.

- Добро пожаловать, господин Мар. Меня зовут…

- Сасурью Шаша, правильно?

- Это так. Для меня большая честь, что вы знаете мое имя.

- Ах, я слышал его от Коцита... Скажи, ты знаешь, где Коцит сейчас находится?

Сасурью глубоко задумался:

- Я думаю, он направился со своими подчиненными покорять людожаб вместе с большим количеством людоящеров для освоения территории.

- Людожабы?

- Они полулюди, живущие на северо-восточной стороне озера. Напоминают лягушек и недружественны к нам. Обладают способностями приручать больших монстров, так что они довольно неприятные противники для нас. Я слышал, была большая война во времена моего отца. Кажется, нам нанесли сокрушительное поражение, ведь одно из племен тогда перестало существовать.

- Они выглядят сильными. Подходит для видов, живущих на севере.

Это озеро по форме берегов выглядело как два, слившихся воедино. С юга было меньшее озеро, где жили людоящеры, примерно наполовину бывшее болотом, а на другую половину - озером. Поскольку уровень воды был достаточно низок, здесь не водилось много больших монстров. А вот северная часть озера была глубже, там было много гигантских монстров, и они были сильнее. Конечно, с точки зрения Мара, разница была невелика.

- Эти людожабы, случайно, не вида с названием «Тувейг»?

Они были монстрами, жившими в ядовитом болоте, некогда окружавшем Назарик. Его сестра приручила некоторых из них.

- Ну, мне подобное неизвестно. Может, лучше спросить его самого, когда он вернется? Он должен быть скоро.

- Тогда я так и поступлю. Это уже другая тема, но выглядит, будто вы здесь строите что-то большое. Для чего это? Не похоже, что это оборонительная система деревни…

- Да, мы строим четвертую рыбную ферму.

Мар понял после того, как Сасурью объяснил детали.

Хорошо, что племена людоящеров объединены, но здесь возникает вопрос запасов продовольствия. Даже несмотря на то, что многие умерли в войне, пищи, добываемой в этой местности, не хватало на всех. Хорошим решением было бы вернуться назад, к местам, где были старые деревни, и охотиться там, но новый смотритель людоящеров, Коцит, не позволил этого.

Если передвигаться большими группами, например всем племенем, появлялся высокий шанс быть атакованными монстрами. Коцит беспокоился, что и так небольшое число людоящеров уменьшится ещё больше. Поэтому он рассматривал вопрос пропитания как основу процветания людоящеров.

Для начала он принес еду из Назарика - с разрешения Айнза - и роздал её людоящерам. Далее он исследовал способы «полупостоянной» добычи еды. Его внимание привлекла рыбная ферма Зарюсу. После обсуждения с Демиургом Коцит приступил к созданию более эффективных рыбных ферм.

Строительство рыбных ферм шло с огромной скоростью, и уже были построены три гигантские фермы, а эта, четвертая, была на подходе.

- Но вы не можете начать выращивать их, пока они мальки, правильно?

- Да. Наши… нет, знания моего младшего брата, относятся только к выращиванию рыбы, которая уже сама по себе росла. Но господин Демиург научил нас основам, таким образом, мы также готовим рыбную ферму для выращивания мальков. А также я предсказываю, что в течение нескольких лет, мы удвоим поставки всего нашего продовольствия только за счет рыбных ферм.

- Итак, через несколько лет мы сможем отказаться от любой рыбы из Назарика. И, конечно, вы всегда будете иметь возможность получить нашу на случай чрезвычайной ситуации.

- Мы все очень благодарны Владыке Айнзу за то, что он дал нам так много рыбы... Кстати, в рыбе, которую мы получили, не было органов. Как она жила? Есть ли существа, не нуждающиеся в пище, как и некоторые монстры? Нет, учитывая, что они не имели каких-либо костей, а также...

- Это еда, сделанная Высшими Существами, такими как Владыка Айнз.

- Пища, которую привез Коцит, была приготовлена в месте под названием «Котел Дагды».

- Неужели это так?! Он может сотворить достаточно рыбы, чтобы прокормить всех нас!

Сасурью покачал головой:

- Когда Зарюсу и другие, проживающие в большом замке, вернулись на некоторое время, они рассказывали о сне наяву. Они рассказали о различных мирах в Великой Гробнице Назарика, как о истинном царстве Бога. Неужели Владыка Айнз обладает силой Бога?

- А как же иначе?

Мар удивился, почему этот людоящер задал столь очевидный вопрос. Удивлённое выражение появилось на его лице.

В конце концов, Айнз Оал Гоун был величайшим из богов и его создателем.

- Это так. Это всё благодаря Владыке Айнзу. Спасибо ему.

- Хорошо. Я передам ему вашу благодарность.

Часть 3

10:30 по времени Назарика.

- Ты слишком сильно шумишь. Потише.

Айнз сделал жест левой рукой и застыл в этой позе.

Он отошел на шаг назад и вернулся в исходную позицию.

- Ты слишком сильно шумишь. Потише.

Еще раз он сделал движение левой рукой и застыл посередине жеста. Он окинул взглядом свое отражение в зеркале и слегка скорректировал положение своей левой руки.

- Хорошо?.. Эта позиция? Нет... Будет ли круче, если я протяну руку чуть левее?

Он вернулся в изначальную позу.

- Ты слишком сильно шумишь. Потише.

Наконец, удовлетворенный позой, Айнз взял блокнот со стола рядом.

- Раз уж я завершил позу... мне следует поработать над словами, пока есть лишнее время.

Он обвел в кружок фразу, которую он практиковал ранее и перевернул страницу. Большинство предложений, написанных на странице были различными вариантами фразы «Стоит это обдумать». Чрезмерные и неприменимые фразы были вычеркнуты.

Для Айнза, который привык быть обычным человеком, было трудно вести себя как лидер. Поэтому он постоянно практиковался играть эту роль просто на всякий случай. Разумеется, весь блокнот был заполнен фразами, составленными Айнзом лично.

Даже несмотря на час, проведенный за тренировками, Айнзу не требовался отдых.

Айнз был высшим повелителем, но реально он едва ли что-то делал. За исключением важных решений или чрезвычайных ситуаций, которые требовали бы его лидерства, делать было нечего. Альбедо взяла на себя детали, и всё, чем Айнзу оставалось заниматься, - просматривать отчеты.

Поскольку в отчетах никогда не было ничего, что требовало бы его внимания, он просто их все бегло просматривал. Отношение, не подходящее правителю, но, пока Альбедо была рядом и не было никаких ЧП, проблем с этим не возникало.

Любые приличные организации должны быть так устроены, как ни крути. Тому, кто стоит выше остальных, нежелательно работать на передовой.

Безумие для главнокомандующего армией сражаться в первых рядах, ну разве что для поднятия боевого духа. Потому что там скрыты опасности, которые невозможно просчитать наперед.

«Я должен оставить профессию приключенца и собирать знания, чтобы справиться с чрезвычайными ситуациями. Я знаю, мне нужно так же тренировать и разум, но что мне делать? Кто будет учителем?.. Как мне не разрушить представление об Айнз Оал Гоуне, в которого все верят?..»

Все в Назарике уважали Айнза как верховного повелителя и преклонялись перед ним. Это правильно. Айнза уважали его подчиненные, созданные его бывшими товарищами; они были, в некотором роде, их детьми. Так же, как отец не может предать ожидания своего сына, Айнз не может предать их. Вот почему он практиковал актерскую игру в надежде, что он хотя бы внешне будет соответствовать ожиданиям.

Айнз полностью понимал, что это было постыдно. С другой стороны, с чего он будет закрывать дверь и запрещать появляться горничным и Восьминогим Кинжалопаукам-Убийцам, что охраняли вход? Наверное, когда-нибудь он уткнется лицом в подушку и будет кричать «А-а-а-а!!!», когда не сможет больше этого выносить.

- Что-то, подходящее верховному повелителю Назарика... фигуре, которую уважают...

Айнз перевернул страницу с чувством, будто кашляет кровью. Было ещё множество слов, которые он придумал в свободное время, и казалось, что последнее слово всё ещё было где-то за горизонтом.

Айнз Оал Гоун был нежитью и эмоции выше определенного порога подавлялись. Однако...

- Мне нужно передохнуть...

Сознание Сузуки Сатору устало от духовной нагрузки и кричало об этом. Оно кричал, что больше не хочет этим заниматься.

Но из плотно сжатых челюстей Айнза вышел другой звук.

- Что ты делаешь? Мне нужно работать усерднее.

Айнз отругал себя за то, что ему захотелось избежать всего этого, и его глаза восстановили свою силу. Он посмотрел в зеркало.

Внезапно раздался цифровой звук «пипипипипипип».

Источником был браслет на его левой руке. Это был райский звук для Айнза. Он выключил быстрое пиканье и глубоко вздохнул.

«Раз уж время вышло, то ничего не поделаешь. Да, время пришло.»

Айнз вернул блокнот в коробку. Когда он захлопнул крышку, то мог услышать звук закрытия нескольких замков. Если кто-то попытается открыть коробку силой, активируется большой массив атакующих заклинаний, каждое из которых будет направлено на уничтожение коробки. Пока не появится кто-то девяностого уровня с навыком вора или человек с восьмидесятым уровнем чистой воровской специализации, было почти невозможно открыть её. Эта коробка была надежной.

Спрятав блокнот в такой охранной шкатулке, он положил её в бездонный карман. В его бездонном кармане было несчетное число редких предметов. Как бы то ни было, высокоуровневый вор мог украсть предметы и оттуда. И хотя вор мог залезть туда, он не мог унести с собой всё. Пределом были один или два предмета на игрока. Тем не менее возможность быть ограбленным заставляла Айнза, который не должен чувствовать страха, потому что он нежить, содрогаться от ужаса.

В этом новом мире были неизвестные вещи, например таланты. Вот почему он спрятал коробку подобным образом, чтобы другие обратили внимание на редкие предметы вместо коробки. После того как он положил её, он тут же её проверил ещё раз. Он проверял коробку постоянно, как домохозяйка проверяет, закрыта ли дверь, прежде чем отправиться в путь. Только после того, как он убедился, что она там, он вздохнул с облегчением.

Айнз наконец покинул свою спальню. Местом, куда он направлялся, была комната, которую он обычно использовал как кабинет. Теми, кто глубоко ему там поклонился, оказались очередная горничная, Альбедо и Мар.

Не было удивительным увидеть здесь горничную или Альбедо, но он удивился Мару, который появлялся очень редко. Айнз пересек комнату, повернулся к столу и сел движением, которое он практиковал более тридцати раз. Ключевым моментом было не наступить на робу и не отодвинуть стул в сторону.

Следующей позой, которую он принял, оказалась та, где он откидывается на спинку стула. Будет плохо смотреться, если он откинется чрезмерно или же недостаточно. Короли обладают королевским способом садиться... может быть...

«Я не знаю, как короли садятся... Надо бы поговорить с каким-нибудь королем...»

Сотрудникам компании было рекомендовано легко садиться на центр стула, не облокачиваясь на спинку. Но Айнз Оал Гоун больше не был сотрудником компании.

Поэтому Айнз в своих мыслях практиковал осанку идеального короля.

- Поднимите ваши головы.

Трое подняли свои головы. То, что они не делали это без приказа, выглядело как пустая трата времени, но он не мог игнорировать их намерения каждый раз максимально показывать свою преданность.

-Тогда следует спросить тебя первым, Мар. Что привело тебя сюда?

- Ах, да!

Нервничая, Мар издал писклявый звук. Айнз улыбнулся, но так как на его лице не было мускулов, ничего не сдвинулось. Как бы то ни было, это всё же сделало обстановку теплее. Как будто почувствовав это, Мар задышал спокойнее. Он выглядел менее напряженным.

- Я, эм, принес эту, эм, штуку. Айнз не стал говорить: «О чем это ты?», как босс с плохим характером. Вместо этого он просто принял её от Мара. Это также было потому, что он мог забыть отданный им приказ.

- Это... нет, всё в порядке.

Айнз жестом руки остановил горничную, собиравшуюся получить предмет от Мара.

- Мар, передай это мне лично.

- Да!

Мар выправил свою спину, приблизился к Айнзу и передал папку ему. Айнз медленно открыл папку.

«Это... это циркуляр.»

Все три Стража приняли предложение Айнза и обвели кружочком «участвую».

- Учитывая порядок имен, не было бы ничего дурного в том, если бы вместо тебя пришел бы подчиненный Коцита. Ты хорошо поработал, Мар.

- Нет-нет! Я счастлив служить! Кроме того, поскольку Коцит работал, я пришел вместо него. Плюс...

Мар осторожно погладил кольцо на его левом безымянном пальце. Это было действие, наполненное заботой и любовью.

«Кольцо Айнз Оал Гоун. Я рад, что ему оно нравится, но носить его на этом пальце немного... и почему он смотрит на меня таким взглядом?..»

Айнз почувствовал неожиданный холод и взглянул на Альбедо. На её лице была обычная прекрасная улыбка.

Айнз посмотрел на её левый безымянный палец. Так же, как у Мара, там было кольцо, как будто это было подходящее место, чтобы носить кольца.

«Что это было? История из Древней Греции?»

Он вспомнил, что слышал от Ямаико в прошлом, что надевать кольца на разные пальцы означает разные вещи.

«Есть вена в левом безымянном пальце, идущая прямо к сердцу, так? Так же левый безымянный палец был связан с медициной, и, если в кольце было что-то ядовитое, оно могло повлиять на сердце... су-шеф тоже что-то вроде этого говорил? А, я отвлекся... они всё ещё на меня смотрят.»

Айнз сжал обе руки на столе.

- Что случилось, Мар? На что ты смотришь? Что-то смешное на моем лице?

Айнз применил величайшие усилия, чтобы убедиться, что эти слова не прозвучат в злой манере. - Нет. Ничего подобного. Я просто подумал, что Владыка Айнз крутой...

- Я... крутой?

Айнз неосознанно провел рукой по своему костяному лицу.

- Ха-ха-ха... Мар, а ты довольно хорошо льстишь...

- Это не лесть! – крикнул Мар необычайно громким голосом, который никто бы не ожидал услышать от него. - Я-я извиняюсь. Но я действительно подумал, что Владыка Айнз крут. Даже когда вы садились, это было движение, действительно подходящее Верховному Повелителю Назарика.

Айнз вопросительно посмотрел на горничную, и гомункул кивнула в согласии, будто поняв, что Айнз спрашивал. Альбедо тоже энергично закивала, хотя её не спрашивали. Кстати, её крылья также взмахнули вверх-вниз.

- Это действительно так? Приятно слышать.

После короткого ответа Айнза он поднялся и подошел к Мару. Он стоял напротив окаменевшего мальчика, гадающего, будет ли он сейчас наказан, но Айнз вместо этого лаково потрепал его по голове. Это был грубый, но приятный жест.

- В-владыка А-Айнз...

- Спасибо тебе, Мар. Твои слова всегда делают меня счастливым, - он не показал смущение Сузуки Сатору. - Я всегда чувствовал, что мне нужно поблагодарить моих друзей.

- Других Высших Существ?

Айнз опустился на колено, чтобы взглянуть Мару в глаза.

- Правильно. Я благодарен им за то, что они сотворили эту Великую Гробницу Назарика и что они сотворили тебя, Мар, и всех остальных. Всех вас, разумеется, включая тебя, Альбедо, и Шестую.

Крылья Альбедо широко распахнулись, и её лицо расплылось в довольной улыбке. А горничная, внезапно названная по имени, растерялась и смутилась. Обычно она была спокойной и собранной, но эта её сторона заставила Айнза сердечно рассмеяться.

- Все вы - мои сокровища.

Айнз поднял Мара, как будто собираясь посадить его на свои плечи.

- Я даже не хочу отдавать тебя Букубуку Чагаме.

- Я польщена, Владыка Айнз.

У Шестой, поблагодарившей Айнза вместо Мара, текли слезы радости по лицу.

- От имени Назарика, я благодарю Вас за то, что вы остались с нами, единственный из всех Высших Существ. Я знаю, что есть много случаев, когда мы разочаровывали Вас, и Вы указывали нам на наши промахи. Я знаю, что это невежливо просить об этом создателя, но, пожалуйста, позвольте нам служить Вам верой и правдой!

- Я позволю это. Я уже говорил что-то подобное Альбедо и Демиургу в прошлом. Я хозяин Великой Гробницы Назарика и повелитель - Айнз Оал Гоун.

Айнз удивился, что он смог так легко и просто произнести речь без предварительной подготовки. Хотя ничего удивительного здесь не было, потому что он лишь озвучил свои истинные чувства.

Мар обнял Айнза зарывшись носом в его плечо.

В голове Айнза прозвучал спокойный голос: «Это хорошо, что я не в своей обычной одежде».

От плеча робы стало распространяться ощущение чего-то теплого и влажного, но Айнз не отстранился и позволил Мару плакать.

После того как всхлипы стихли, он опустил Мара на землю и стал его мягко гладить по голове.

Айнз достал из кармана платок, чтобы вытереть Мару лицо. Так как он никогда раньше не делал для кого-то что-то подобное, его действия были несколько грубыми, но Мар стоял и позволял продолжать Айнзу так, как он считает нужным.

- Тогда иди умой свое лицо, Мар.

- Ч-что насчет вас, Владыка Айнз?

- Хмм. Мне нужно ехать в Э-Рантэл сейчас. У меня намечена встреча с главой Гильдии. Я очень долго переносил её, потому что это раздражало, но я не могу больше её откладывать. Если не…

Айнз посмотрел на Альбедо, которая стояла в молчании. Трудно было сказать, какое у нее выражение лица, потому что длинные волосы закрывали его. Но тот факт, что она дрожала, заставил Айнза немного испугаться. Она напоминала вулкан, наполняющийся гневом перед извержением.

- Что такое, Альбедо?

В этот момент...

- Ку. Ха!

Айнз смотрел на Альбедо и внезапно почувствовал, что что-то ударило его в спину.

Это было безвредно, так как Айнз мог получить урон только от магии. Он лишь получил сигнал в голове, что его ударили в спину. Ощущения и близко не были болезненными. И тем не менее из-за своей человеческой сути он на секунду зажмурился.

Все случилось настолько внезапно, что Айнз на мгновение оказался в замешательстве. Как нежить, он имел устойчивость к подобному, но как Сузуки Сатору он был сильно взволнован.

- Мм, амм...

Когда он открыл глаза, перед ним стояли Кинжалопауки. Айнз понял, что он каким-то образом оказался лежащим на полу и попытался встать, но едва смог двигаться из-за чего-то мягкого и таинственного, прижимающего его к земле.

«Как это возможно? У меня сопротивление к сдерживанию и другим эффектам, затрудняющим движения. Но сейчас я полностью обездвижен, я должен освободиться... Это означает, что противник высокого уровня и способен подавить мои навыки!»

Айнз посмотрел на это существо, которое пыталось удержать его, и понял, что это была Альбедо, как он подозревал.

- Влааадыкааа Айнз!

Обхватив Айнза ногами и твердо забравшись на него, она подняла свою верхнюю часть тела.

- Ч-что это? В чем дело?!

- Мне больше не нужно… не нужно сдерживаться, верно!

Альбедо широко распахнула глаза. Ее зрачки, которые, казалось, разделили радужку пополам, вызывали легкую дрожь в спине Айнза.

- Ч-что ты говоришь?!

Айнз запаниковал, но Альбедо проигнорировала его и положила руки на свое платье, ухватившись пальцами за разрез. Проворчав: «Хмм!», она попыталась разорвать его на части, но материал не поддавался.

- Волшебная одежда раздражает. Я должна использовать мастерство разрушения или просто снять её.

- Возьми себя в руки, Альбедо. Слезай с меня немедленно!

Он попытался оттолкнуть её силой, но соперник был стоуровневым воином. Кроме того, он не мог использовать свою полную силу, потому что схватил что-то чрезвычайно мягкое, пытаясь оттолкнуть её. Руки Альбедо наступали в попытке открыть робу Айнза.

- Не пытайся снять мою одежду! Не двигай бедрами! Ой!

- Ах. Авававававава...

- Это ваша вина, Владыка Айнз! Я держала это глубоко в себе, но вы начали говорить вещи, после которых я не могу больше себя сдерживать! Это всё из-за вас Владыка Айнз! Мне нужно всего лишь чуть-чуть! Только чуть-чуть! Действительно чуть-чуть! Пожалуйста, дайте мне немного вашего тепла! Всё закончится так быстро, что вы не успеете сосчитать количество Кинжалопауков на потолке!

Если бы она сказала, что это была ошибка Айнза из-за изменения её настроек, он потерял бы всю свою волю к сопротивлению. Тем не менее Альбедо, похоже, собиралась съесть его полностью, и страх быть съеденным, как и у добычи, загнанной в угол хищником, преодолел чувство вины Айнза, и он изо всех сил боролся с ней.

Наконец, его подчиненные, смущенные данной ситуацией, начали действовать.

- Госпожа Альбедо потеряла рассудок!!

Кинжалопауки одновременно спрыгнули потолка.

- Уберите её от Владыки Айнза! Нет, нет! Не пытайтесь остановить её используя навыки! Эти попытки ни к чему не приведут! Используйте свою силу!

- Слишком сильная! Быть такой сильной… Она действительно заслуживает звание Смотрителя Стражей! Господин Мар, помогите нам!

- Авава! Д-да!

Айнз поправил свою одежду, после того как был освобожден, и указал на Альбедо, которую держали за все четыре конечности Кинжалопауки.

- Альбедо стоит посадить под домашний арест на 3 дня.

Кинжалопауки вытащили Альбедо из комнаты.

- У-ух, Владыка Айнз... Вы в порядке?

- Я в порядке... Но когда Альбедо стала такой странной? Она съела что-то не то? Дьяволам не нужно есть пищу, но не должно быть проблем с её употреблением... не так ли?

Мар отвернулся, когда Айнз задал вопрос.

- Хорошо...Ну, наверное. Эээ, ммм, с ней происходит всякое разное... Она, должно быть, испытывает сильный стресс от текущей работы.

Айнз встал со своего места и подозвал служанку. Чтобы восстановить свое достоинство, он заговорил самым величественным голосом, на который был способен:

- Скажи Нарберал и Хамскэ готовиться. Настало время наведаться в Э-Рантэл.

♦ ♦ ♦

13:35 по времени Назарика.

Сидя верхом на Хамскэ, Айнз натянул поводья, чтобы подать ему сигнал к остановке. Он посмотрел на ворота Э-Рантэла, которые стояли перед ним. Айнз не мог не восхищаться вратами, которые могли бы легко остановить целую армию: величественные, стойкие. В Иггдрасиле было много ворот крупнее и пышнее, чем эти, но в отличие от простых, эти ворота были сделаны человеческими руками -хотя и, возможно, при помощи магии - с огромными усилиями. Стоя перед стальными воротами, с богатой историей создания, непередаваемые эмоции возникали внутри него.

«В Иггдрасиле были гильдии, которые захватывали и использовали города как свою базу. Я раньше удивлялся, почему они хотели основать базу, которую так трудно защищать... но, кажется, сейчас я могу понять. Править большим городом может быть мечтой любого человека.»

Возвращаясь в Иггдрасиль, было обычным делом для различных гильдий осадить город. Большинство членов Айнз Оал Гоун не могли понять, зачем они это делают, но были и те, кто говорил, что хотел бы попробовать.

«Милитаристы...»

Звучит как клеймо, но, оглядываясь назад, это влечёт приятные воспоминания.

- Что это, мой повелитель?

- Ничего. Не волнуйся об этом.

Хамскэ спросил потому, что его хозяин остановился и не предпринял никаких дальнейших действий. Айнз ответил ясным тоном, как будто желая сменить тему. Это был голос, желающий скрыть свое смущение по поводу того, что он увлёкся воспоминаниями о страх добрых временах

- Тогда направимся в Гильдию Авантюристов и получим некоторые задания на уничтожение монстров.

Они могли снять комнату в Э-Рантэле, но не могли себе позволить бездумную трату денег. Единственная причина, по которой Айнз, никогда не спавший и не евший, останавливался в высококлассных гостиницах, была в том, чтобы показать свой статус приключенца высшего ранга в городе и наладить связи. Как бы то ни было, он уже был знаком со всеми важными лицами и будет принят ими с распростертыми объятиями, если вздумает к ним однажды наведаться. Поэтому не было нужды дальше оставаться в гостинице.

Вдобавок ко всему даже остановись он в гостинице, он бы всё равно телепортировался бы в Назарик и занимался бы сотворением нежити до утра. Так как не было причины оставаться, было бы мудрее взять задание и быстро покинуть город.

По правде говоря, он уже начал думать, что более нет никакой надобности в том, чтобы оставаться в Э-Рантэле.

- Разве? Мне казалось, господин наслаждается боем.

- Мне не особо нравится это. Даже если я принимаю в разработку задание, я просто быстро выполню работу и провожу большую часть времени в Назарике, как обычно.

Айнз слегка постучал Хамскэ по его гигантской голове.

- Мы должны ещё обучить тебя и снарядить оружием и доспехами.

- Этот король всегда упорно тренируется! Эти людоящеры многому меня научили, мой лорд. Вскоре я даже смогу использовать добивающий удар!

- Если ты сможешь использовать боевые техники, это будет великолепно. Что насчет твоего товарища, который обучался вместе с тобой? Ты думаешь, он может их использовать?

- Тот тип? Он ничего не сказал, поэтому я не имею никакого представления. Хотя я думаю, что он ещё не скоро его освоит.

Айнз не думал, что «он» будет в состоянии что-либо сказать. Вероятность того, что он сумеет использовать боевые искусства также была близка к нулю. Это был эксперимент. Если Рыцарь Смерти, вызванный Айнзом, сможет изучить боевые навыки воина, стратегия немедленно поменяется. Если он становится сильнее от тренировок, это может стать вопросом первостепенной важности.

- Нежить не нуждается в отдыхе или сне. Следовательно, он может тренировать постоянно, он должен изучить боевые техники быстрее, чем ты. Но поскольку он до сих пор не познал ни одного боевого искусства, похоже, провал.

- Подождите, мой повелитель! Он очень хорошо старается. День за днем, даже после того как этот король отправляется спать... Я умоляю вас не убивать его!

- А кто говорил об убийстве? Я похож на злое создание, по-твоему?

- Нет! Во всем мире не найдется никого великодушнее вас, Владыка Айнз. Он даже пожалел такое жалкое существо, как ты.

Эти леденящие душу слова, сказанные Нарберал, ехавшей позади, заставили Хамскэ задрожать всем телом.

- Набель, мы скоро прибудем в Э-Рантэл, поэтому называй меня Момон.

- Как прикажете.

- И Хамскэ является важной частью плана по укреплению Назарика... Ты должна относиться к тем, кто работает на Назарик, должным образом. И я говорю не только о Хамскэ, а о всех.

- Да! Я приношу свои извинения.

Айнз также хотел сказать ей прекратить называть людей «клещами» или «блохами», но она всё равно не послушалась бы, так что он не стал и пытаться. Возможно, Нарберал Гамма неосознанно называет людей такими именами из-за своих настроек, а он не хотел топтать плоды трудов своих товарищей.

- Ну, давайте пойдём.

- Понятно!

Хамскэ сделал шаг вперед с Айнзом на спине.

Несколько человек стояли в очереди перед воротами. Проверка на входе в город было более строгой, нежели на выходе, каждый груз изучался досконально. Следовательно, у странствующих торговцев обычно занимало некоторое время дождаться своей очереди на инспекцию.

- Кажется, это не займет много времени.

В очереди было несколько путешественников, включая вооруженную группу, выглядевшую как приключенцы. Нарберал тихо спросила, когда Айнз остановился за ними:

- Вл…Момон, мы можем пройти перед ними?

Она была права. Когда Айнз был здесь впервые, ему приходилось проходить через тщательные и надоедливые проверки, но, когда он стал более знаменит, проверки стали проще, а теперь у него вообще был свободный проход. И не только: обычно его пропускали перед всеми остальными.

Это не означало, что «Черные» были особенными, но со всеми приключенцам выше мифрилового ранга обращались подобным образом. Это было для того, чтобы угодить тем, кого называли «секретным оружием города».

«Также они должны освободить нас от пошлины на вход.»

Это была лишь малая доля того, что он получил благодаря приключениям, но это был источник денежного дохода номер один для Назарика. Поэтому он всё же решил не использовать «Полёт», чтобы просто перелететь через стены.

Момон был героем. И потому...

- Мы не будем лезть вперед очереди... пока не появится на то веской причины или не надо будет сделать что-то срочное.

Нарберал ответила поклоном головы, пока Айнз, верхом на Хамскэ, смотрел вперед, выпав из реальности.

«Кажется, очередь не двигается.»

Очередь стояла недвижимо, будто образовалась пробка на дороге.

- Что это?.. Они проверяют повозку... проверяют действительно тщательно. Нет, они просто окружили её и не проверяют. Они нашли что-то нелегальное? Простите...

Айнз спросил угрюмого вида человека, стоящего впереди него.

- А? Да, что такое?

- Не о чем беспокоиться. Просто кажется, что очередь не двигается, и мне интересно, в чем дело.

- Не знаю деталей, но я видел молодую девушку, прошедшую в пункт досмотра с несколькими солдатами. Затем вдруг...

Хотя он услышал рассказ, было сложно понять детали. Айнз вытянул шею, стараясь услышать, что происходит впереди, на пункте досмотра. В этот момент он услышал громкий крик.

- Хммм.

В Айнзе взыграло любопытство.

Когда он впервые прибыл в Э-Рантэл, ему тоже задали несколько вопросов, но в итоге его легко пропустили. Он почти почувствовал, что стража была скорее дружелюбной к обычному народу вроде приключенцев и путешественников. Может, была особая причина, почему они были дружелюбны с ним, но что за допрос они устроили этой деревенской девчушке?

По причине того, что его адамантовый ранг был универсален, было мало городов, которые не пустят Айнза внутрь. Поэтому Айнзу хотелось узнать, о чем они её спрашивают, если в будущем ему понадобится проникнуть в город под видом человека, не являющемся приключенцем адамантового ранга. Чтобы избежать любых проблем, которые могут возникнуть по этой причине, он хотел подготовиться заранее.

- Подожди здесь. Я посмотрю, что там стряслось.

- Я пойду с вами.

- Нет необходимости. Я буду осторожен.

Солдаты, заметив Айнза, удивлённо вскрикнули. В Э-Рантэле не нашлось бы того, кому был бы неизвестен Момон, приключенец адамантового ранга.

Айнз, тщательно стараясь выглядеть уверенно, приблизился к пропускному пункту. Внутри находились взволнованный заклинатель, солдат и сидевшая на стуле деревенская девушка.

- Я хотел бы войти в город, но... что происходит?

- Уваах!

Двое мужчин удивлённо вскрикнули подобно солдатам снаружи, а девушка посмотрела в его сторону с озадаченным выражением лица.

- Э-это господин Момон! Мои глубочайшие извинения!

- Ну же, что тут происходит... хм? Эта девушка...

Знакомое лицо. Он, кажется, видел её раньше, и порылся в мозгу - хотя мозга у него и не было - в поисках информации о ней.

- Да! Это из-за неё мы потратили много времени, досматривая её. Я прошу прощение за неудобства, которые мы вам доставили, господин Момон...

Несмотря на отвлекающий его голос мужчины, Айнз вспомнил как её зовут.

- Энри, верно? Энри Эммот? - Тогда вы... ах, да. Вы в тот раз… вы приключенец, что пришёл вместе с Энфи. Хотя я не помню, чтобы мы с вами говорили... вы узнали моё имя от Энфри?

Айнз застыл.

С Энри встречался носящий маску заклинатель, Айнз Оал Гоун. Он же в данный момент являлся носящим чёрную броню адамантовым приключенцем Момоном.

«Проклятье! Я сказал не подумав. Чёрт, нужно быстро уйти отсюда. Но почему она здесь? Она ищет меня, то есть, Айнз Оал Гоуна? Что-то не так. Нужно разузнать детали.»

Судя по её словам непохоже, что она раскрыла его прикрытие, но он должен учитывать такую возможность. Может, она и не могла понять, что Момон это Айнз, так как слышала его голос аж несколько месяцев назад, но осторожность не повредит.

Айнз жестом подозвал заклинателя. Тот наверняка знает о происходящем больше солдата.

Он отвёл заклинателя подальше от пропускного пункта, на достаточное расстояние, чтобы не опасаться, что их подслушают.

- Видите ли... Она друг моего друга. Вы можете рассказать, что случилось?

Технически это не было ложью, так как Энфри был знаком и с Айнзом и с Момоном.

Заклинатель широко раскрыл глаза. Выражение его лица напоминало удивление, но в чём-то неуловимо отличалось. Это выражение могло бы принадлежать тому, кто только что отгадал загадку.

- Вот как... ну конечно...

Айнзу хотелось сказать заклинателю прекратить говорить сам с собой, но подождал, когда тот продолжит.

- Я думал, что она простая деревенская девушка, но при ней нашли могущественный магический предмет в виде рога. Поэтому я хотел выяснить, кроме всего прочего, каким образом она получила во владение столь мощный предмет.

- Что это за рог? И что он делает?

- Он...

Выслушав весь рассказ, Айнз посмотрел в небо. Он хотел избежать этого разговора, потому что осознал, что сам и дал тот рог девушке.

Он подарил Энри этот предмет, чтобы она могла защитить себя, не зная, что рог аномален для этого мира. Он не представлял, что это навлечет на неё проблемы. Он мог бы найти оправдания, сказать, что это не его вина, но просто бросить её он не мог.

«Помочь ей? Я не виноват, ответственность на хозяине предмета...Хотя это тоже я. А если рог попадёт в чужие руки, могут возникнуть проблемы. Плюс, если её арестуют...»

«Энфри знает, что Айнз и Момон это одно лицо. Если она впоследствии расскажет ему о произошедшем, он может посчитать, что я бросил её. Определённо будут проблемы... Неважно, что случится с другими, бесполезными, людьми, но он ценен. Как говорится «превращай препятствия в возможности». Если я помогу ей, Энфри будет благодарен, и я ещё крепче привяжу его к себе чувством долга.»

Айнз заговорил тоном, который сам считал весьма глубокомысленным.

- Незачем беспокоиться из-за этого. Я очень хорошо её знаю. Она определённо не тот человек, который может создать проблемы, так что прошу вас отпустить её. Вы ведь можете так поступить?

- Конечно. Если она знакомая Момона из «Чёрных», то даже будь она преступницей, мы впустили бы её в город с вашим поручительством.

- Вот как. Тогда простите, что прошу вас об этом, но, пожалуйста, впустите её. И я извиняюсь вновь, но не могли бы вы впустить и нас, «Чёрных», тоже?

♦ ♦ ♦

Получив пропуск, Айнз вернулся к Хамскэ и Нарберал.

- Я получил пропуск. Идём.

Верхом на Хамскэ он миновал ждавших очереди на досмотр. Он привлекал их внимание, но заметив его чёрную броню, гигантские мечи, Хамскэ и Нарберал, те отворачивались, словно принимая происходящее. Они хорошо понимали чёткую разницу в статусе между собой и Айнзом.

Он вступил в Э-Рантэл, принимая глубокие, уважительные поклоны стражников.

- Набель, у меня к тебе просьба.

- Я готова исполнить любой приказ.

Несколько неприглядно было для товарища-приключенца демонстрировать подобные знаки преданности посреди города, но Айнз знал, что делать ей замечание бесполезно, и просто продолжил:

- Девушка по имени Энри вскоре въедет через эти ворота на тележке. Отправляйся и осторожно разузнай, что привело её в Э-Рантэл.

Далее Айнз принялся искать место, где спрятаться. Он хотел избежать дальнейших разговоров с Энри.

Он осмотрелся и, решив, что стоявший неподалёку штабель деревянных ящиков достаточно высок, чтобы скрыться позади него, направил Хамскэ туда. Работавших позади ящиков солдат удивило их внезапное появление.

- Солдаты, минутку внимания, вы не против? Мне интересно, что находится в этих ящиках. - спросил Айнз, убедившись, что его не видно со стороны ворот. Содержимое ящиков его не интересовало, он просто не хотел, чтобы его прогнали как помеху.

- А, да, это честь, что Момон из «Чёрных» интересуется. Это овощ, называемый «киншу» из Гранделя. Он...

Солдат пустился в пространные объяснения, Айнз отвечал «вот как» или «интересно». Его слова звучали неискренне, но солдат не обращал внимания и продолжал. Айнз успел узнать множество способов приготовления киншу, но тут позади него появилась Набель.

- Простите, что прерываю вас. Ваши объяснения очень помогли мне, но мой товарищ вернулась, так что прошу меня извинить.

Объявив это солдату, Айнз удалился верхом на Хамскэ.

- Итак, что она сказала?

- В первую очередь она просила меня передать её благодарность Момону. У неё три цели в городе. Во-первых, продать травы, которые собрала, во-вторых, проверить, нет ли желающих переехать в их деревню, и, в-третьих, она хочет посетить Гильдию Искателей Приключений.

- Гильдию Искателей Приключений? Какой заказ она хочет подать?

- Простите, я не спросила. Мне найти её и выбить из неё ответ?

- Нет, не делай этого. Нам всё равно нужно посетить Гильдию. Через них мы всё разузнаем.

Вероятно, дело было не в том, что она хочет лично поблагодарить Айнз Оал Гоуна. Раз так, регулярно посещающая деревню Люпус Регина...

- Кстати говоря, Набель, Люпус Регина не сообщала ни о чём особенном?

Видя, как Нарберал качает головой, Айнз, хоть и не имел кожи на лице, нахмурился.

Раньше он отправлял Теневых Демонов следить за деревней Карн, но с целью наладить хорошие взаимоотношения с жителями послал вместо них Люпус Регину. Он проинструктировал её докладывать обо всех возникающих проблемах, но ни одного отчёта не получил и решил, что ничего из ряда вон выходящего в деревне не происходит.

То, что Энри решила отправиться в Э-Рантэл, само по себе не требовало доклада, но всё же тревога, подобная тёмным облакам, поднялась внутри него.

- Я полагал, что Люпус Регина усердный работник. Что ты думаешь, Нарберал?

- Всё так, как вы говорите. Из-за её стиля речи может показаться, что она легкомысленна, но это лишь притворство. Она жестока и коварна. Превосходная горничная.

«Жестока и коварна» слабо походило на комплимент. Айнз взглянул на Набель, чтобы убедиться, что сказанное ею не вызвано тем, что она невысокого мнения о Люпус Регине, но увидел лишь уважение и восхищение.

- В таком случае отправляемся в Гильдию Искателей Приключений, мой повелитель?

- Разумеется. Ты ведь знаешь дорогу, верно? Ну, Набель, запрыгивай ко мне за спину. Незачем вновь доставать «Статую Животного: Боевой конь».

Как только Айнз, взяв Нарберал за руку, втащил её наверх, Хамскэ рванулся вперёд, словно ожидал этого. Айнз больше не чувствовал стыда, разъезжая верхом на Хамскэ по городу. Ему даже нравилось, что он может разговаривать с ним и отдавать команды. Словно в такси.

В поле зрения появилось здание Гильдии, а вместе с ним - тележка Энри, и она сама, входящая внутрь.

- Похоже, придётся войти чёрным ходом. Хамскэ, обойди сзади.

- Как прикажете, мой повелитель!

Обычно приключенцам не разрешали пользоваться чёрным ходом, но приключенцам адамантового ранга разрешали делать практически всё, что они пожелают. Однако он впервые вошёл через чёрный вход. Непомерно используя свои привилегии, он лишь запятнает свою репутацию.

Войдя внутрь, он попросил первого попавшегося клерка отвести его к гильдмастеру. К счастью или нет, тот был у себя.

- О, Момон! Добро пожаловать!

Гильдмастер, Исаак, поприветствовал его широко раскрыв руки. Он облапил Айнза, обнимая его. Благодаря доспеху и шлему Айнза это не особо заботило, но если бы он был одет в тонкую одежду, то подобных страстных объятий постарался бы избежать по многим причинам. Он ощутил легкое похлопывание по спине, после чего гильдмастер медленно разжал объятия.

- Ты давно не заходил, я уже начал скучать. Ну же, ну же, садись. Поболтаем, пока остальные не собрались.

Гильдмастер радушно указал на диван.

- Благодарю вас.

Когда Айнз сел, гильдмастер уселся рядом. Расстояние между ними было удушающе близким, их колени почти соприкасались.

- Момон, мы ведь уже давно знаем друг друга. К чему все эти формальности?

- Нет, необходимо соблюдать условности даже среди друзей. Меня учили, что это очень важно.

Действительно, когда Айнз работал, ему случалось говорить добрее и даже неформально, чтобы продемонстрировать близость, но делать что-то в этом роде для гильдмастера он не собирался. Он счёл, что ответил совершенно правильно, оставляя их взаимоотношения исключительно профессиональными.

«Не стоит слишком сильно привязывать себя к организации. Как приключенец, я не хочу чересчур увязнуть в этом городе. Уже почти пришло время сменить место действий. Но перед тем...»

Айнз всмотрелся в гильдмастера сквозь прорезь в забрале.

«Зачем он сел рядом со мной? Разве это не место Нарберал? Это как-то ненормально.»

Их положение заставило Айнза почувствовать дискомфорт и усомниться в сексуальной ориентации гильдмастера.

«Я слышал от главы Коллегии Магов, что гильдмастер женат... или это просто ширма? Хотя, возможно, он просто пытается углубить нашу дружбу... должно быть, у него есть какие-то скрытые мотивы. Или он думает, что я из таких?»

Сама мысль об этом заставила Айнза покрыться несуществующими мурашками.

Сам Айнз был строго гетеросексуален... точнее, считал себя таковым. В частности, Сузуки Сатору являлся фанатом больших грудей. Он сохранил эту склонность и в своем нынешнем состоянии нежити и, например, Коциту он определённо предпочёл бы Альбедо.

Айнз отодвинулся от гильдмастера и повернулся к нему, глядя мужчине в лицо.

- Прошу прощения за мою грубость. Честно говоря, я пришёл с просьбой. Одна из моих друзей пришла с запросом в Гильдию Искателей Приключений. Не могли бы вы сказать мне, в чём он заключался?

- Насчёт этого... ну, правила гильдии запрещают раскрывать детали.

- И всё же мне нужна ваша помощь. Я знаю, что с моей стороны это неподобающе, и знаю, что правила существуют не без причины. Но всё же я надеюсь, что вы...

Айнз склонил голову, и гильдмастер скрестил руки на груди. Он уставился в потолок с упрямым выражением лица.

Однако это длилось лишь несколько секунд.

- Понимаю, - сказал гильдмастер Айнзу. - Я не могу отказать в просьбе, если просит Момон. Раз так, как имя твоего друга?

- Энри из Деревни Карн, нет, вернее, её имя Энри Эммот.

- Энри, не так ли? Тогда подождите, пожалуйста.

Спустя некоторое время гильдмастер вернулся в комнату, сопровождаемый женщиной из приемной, которую он видел раннее. Ее тело было так напряжено, что казалось, вот-вот лопнет, и вошла она в комнату неестественным образом. - Простите за беспокойство, господин Момон.

Впервые в жизни Айнз видел кого-то, кто шагал столь странным образом, поднимая одновременно правую руку и правую ногу. Хотя он и думал: «Ух, это... печально» или «Разве стоит так напрягаться?», он сохранил свой решительный настрой и величественно кивнул. Он, как приключенец адамантового ранга, должен поддерживать собственное достоинство.

- Она присутствовала при заказе Энри Эммот из Деревни Карн. Будет лучше, если вы спросите её напрямую. Пожалуйста, спрашивайте всё, что посчитаете нужным.

- Насчёт этого... тогда… нет, сначала, гильдмастер, пожалуйста, разрешите ей сесть. Я не хозяин этой комнаты, но всё же...

- Нет! С моей стороны это было бы непозволительно! Я останусь стоять, большое спасибо!

У Сузуки Сатору разговор сидя со стоящим собеседником вызвал бы чувство неправильности. Однако для Айнз Оал Гоуна, правителя Великой Гробницы Назарика, это вовсе не представляло проблемы. Так что он без проблем мог справляться с разницей между начальником и подчинённым. Похоже, ежедневные тренировки не прошли даром. Он чувствовал, как его опыт постепенно растёт.

«Интересно, сколько ещё очков нужно для поднятия уровня, хмм?»

- Вот как? Что ж, начнём. Пожалуйста, расскажите мне в подробностях о её запросе. Это очень важно, и я надеюсь, что вы ничего не упустите.

- Д-да!

На лбу администратора набухли капли пота.

- Что такое? Что-то не так?

- Нет, дело в том...

Взгляд администратора заметался.

- Я задаю неправильные вопросы?.. Что ж, может, так оно и есть. Тогда я спрошу иначе: было ли это запросом о поиске кого-то?

- Нет, э-это не так...

- А тогда как всё было? Может, это не было запросом?

- На самом деле, это была скорее консультация перед будущим запросом. Это касалось монстров, называемых Гигант Востока и Змей Запада, - монстров того же уровня, что и Мудрый Король Леса, прирученный вами, господин Момон. Вот об этом речь и шла… Э, я думаю...

Момон, сочтя, что прямота и давление лишь напугают администратора, продолжил спрашивать:

- Может, это станет проблемой в будущем? - Н-нет! Я-я не знала, что она ваш друг, господин Момон! Если бы я знала, я расспросила бы её обо всех подробностях! Правда!

Айнз был ошеломлён, видя, что она едва сдерживает слёзы. Как кто-то, столь слабо контролирующий свои эмоции, может работать администратором?

- Гильдмастер...

- Прошу прощения, я плохо проинструктировал своих подчинённых.

- Но нет! Таковы правила Гильдии!

Слушая их разговор, Айнз осознал, что они, вероятно, не так всё поняли. Они решили, что раз Энри и Айнз знакомы, то Айнз мог бы принять задание бесплатно, но Энри решила действовать через официальные каналы, чтобы позволить Гильдии сохранить лицо.

Но администратор отнеслась к Энри холодно и прогнала её из-за денежных проблем. И теперь они спорили, кто несёт ответственность за дверь, захлопнувшуюся перед другом приключенца адамантового ранга.

«Но... разве это не правильный поступок, с учётом правил Гильдии?»

Айнз неодобрительно посмотрел на гильдмастера, отчитывающего администратора.

«Обязанность руководителя - защищать своих подчинённых, когда они совершают ошибки. Или, может быть, он разыгрывает всё это представление, делая ей выговор в моём присутствии, чтобы вызвать сочувствие к ней? Какая мастерская техника... похоже, дело и впрямь в этом.»

С точки зрения Айнза, администратор поступила правильно. Гильдмастер, вероятно, тоже так считал. Однако, будь то вход через заднюю дверь или аудиенция у гильдмастера, все действия Айнза будут прощены благодаря его рангу. Приключенцами адамантового ранга не стоит разбрасываться.

- Но я действительно не знала!

Администратор уже почти плакала, и Айнз вмешался, мягко сказав:

- Вы не совершили ничего дурного.

Её глаза расширились в удивлении, и скопившиеся слёзы наконец полились из них.

- Следовать правилам очень важно. Разумеется, бывают времена, когда их стоит отодвинуть в сторону, но я не виню вас в произошедшем.

- Большое вам спасибо! Большое, большое спасибо!

- Возможно, это будет непросто, но, пожалуйста, разузнайте для меня детали её запроса. Это не официальное принятие запроса, скорее, так мне будет проще начать действовать, если ситуация того потребует.

- Я понимаю! Я прямо сейчас отправлюсь и расспрошу её обо всём! Прошу меня извинить!

Администратор со всех ног выбежала из комнаты, словно её подхватил ураган.

- Даже если вы хотите вызвать моё сострадание, пожалуйста, не браните ни в чём не повинных людей. Это огорчает меня.

- Как я и думал, мне ничего от тебя не утаить, Момон.

Искренний ответ гильдмастера подтвердил предположение Айнза.

«Похоже, уловки японских служащих работают всюду. Итак, вопрос в...»

В уме Айнза всплыл образ Люпус Регины.

«Как вышло так, что Люпус Регина не знает о монстрах, про которых знает такая деревенская девушка, как Энри? Может, проблема в системе обмена информацией? Я должен это проверить. Нужно скорее вернуться в Назарик», - подумал Айнз, ожидая доклада администратора.

♦ ♦ ♦

16:41 по времени Назарика.

Люпус Регина, нервничая, вошла в кабинет Айнза. Волнение и беспокойство из-за внезапного вызова явственно читались на её лице. В кабинете кроме неё находились горничная Шестая, боевая горничная Нарберал, Аура, лучше других знавшая лес, Восьминогие Кинжалопауки-Убийцы на потолке, и хозяин комнаты, Айнз.

Альбедо тем временем по-прежнему находилась в заключении.

Люпус Регина намеревалась склониться перед Айнзом, но он прервал её:

- Люпус Регина, есть ли что-то, что ты утаиваешь от меня?

Видя отразившееся на её лице замешательство, он подумал, что, возможно, она всё-таки не знает, о чём речь. Айнз повторил ей то, что слышал в Гильдии Искателей Приключений про Гиганта Востока и Змея Запада. Однако, так как Люпус Регина, похоже, уже давно об этом знала, его настроение резко переменилось. Он громко и длинно выдохнул:

- Так значит, тебе это было известно?

- Да. Насчёт этого...

- Идиотка!

Громогласный, наполненный гневом крик Айнза сотряс всю комнату. Видя, как остальные отшатнулись, словно от удара, Айнз почувствовал, как что-то подавляет его эмоции, но, даже когда пик его ярости был подавлен, гнев его поднялся вновь, он не в силах был обуздать раздражение.

- Почему ты не доложила об этом? Пыталась обмануть меня?

- Н-нет! Ничего подобного!

- Тогда почему? Почему ничто из этого не дошло до меня?! В чём дело?

- Я-я д-думала, что это не так уж важно, п-поэтому не докладывала...

Почему-то вид напуганной боевой горничной лишь больше раздувал его гнев.

- Люпус Регина Бета! Я целиком и полностью разочарован в тебе!

Эти слова шокировали не только Люпус Регину: Нарберал и Шестая содрогнулись, Восьминогие Кинжалопауки-Убийцы на потолке замерли.

- Я поручил тебе присматривать за деревней, но это не значило, что ты можешь делать то, что вздумается! Тебе было сказано докладывать обо всём происходящем там! Вообще обо всём! Так что всё это значит?!

- Это...

Лицо Айнза исказилось, когда он опустил взгляд на неспособную подобрать ответ Люпус Регину. Она совершила непростительный грех для работника - нет, для кого угодно. Существуют очевидные правила для тех, кто занимается бизнесом, точнее, вообще для всех живущих в обществе: «Докладывать», «Общаться», «Обсуждать». Рассказывай о том, что узнал. Общайся с другими. Обсуждай возникающие проблемы. Эти правила считались источником жизненной силы всех деловых операций и были очень важны.

«Если она неспособна даже на это, вряд ли я, как руководитель, смогу её простить... нет...»

Глядя на перепуганную Люпус Регину, Айнз не мог избавиться от мысли, что хоть и отчасти, но в этом есть и его вина. Подобные ошибки возникают лишь тогда, когда вышестоящий оказывается не в состоянии как следует руководить подчинёнными.

«Эта ошибка… моя вина. Я не справился... возможно, мне стоит поручить Альбедо или Демиургу заниматься подобными делами.»

- Люпус Регина, тебе известна ценность деревни Карн для Назарика?

- Ха? Нет... да. Э, я слышала как Владыка Айнз говорил, что деревня очень ценна...

- Нет, нет, я имею в виду, что ты, лично ты, видишь ценного в этой деревне?

- Н-ну, там много игрушек, и...

- А, так вот в чём дело. Что ж, я извиняюсь. Это моя ошибка. Я не понимал, что ты видишь это так...

Айнз устало рассмеялся. Он осознал, что всё произошедшее - его вина.

- Я беру назад свои слова о том, что разочарован в тебе. Я зашёл слишком далеко. Пожалуйста, прости меня.

- Ч-что вы такое говорите? Это всё моя глупая ошибка!

- Раз так, просто будь внимательнее в следующий раз. Я объясню вновь, так что слушай внимательно. Эта деревня весьма ценна для нас. Особенно тот мальчик, Энфри, и его бабушка Лиззи. Они оба очень важны для Назарика.

- Э-э? Вот как?

- Именно. Я поручил им задачу по созданию новых зелий.

- А, т-точно! У меня есть, что показать вам, Владыка Айнз!

Побледнев, Люпус Регина почти выкрикнула эту фразу. Она вытащила фиал с пурпурным зельем, и Нарберал, стоявшая к ней ближе всех, передала его Айнзу.

- Это...

Айнз посмотрел зелье на свет.

- Д-да! Это новое лечебное зелье Энфри!

Айнз вновь почувствовал вспышку гнева и всеми силами постарался подавить его.

- Раз он смог создать это, то ценность этих двоих поднялась ещё выше.

Айнз тихо засмеялся, видя непонимающее лицо Люпус Регины.

Пурпурное зелье, что сделал Энфри, было смешано из ингредиентов, предоставленных Назариком. Самым важным было то, что, не обладая навыками создания зелий из Иггдрасиля, они смогли, используя ингредиенты Иггдрасиля, создать «нечто», не являющееся ни «синим» зельем этого мира, ни «красным» зельем из прежней игры.

- Вообще, целебные зелья этого мира синие. Но те целебные зелья, к которым я привык, красные. Удивительно, верно? - пробормотал Айнз.

Знания и навыки из Иггдрасиля работали в этом мире. Ангелы, которых он встретил в первом же сражении, несомненное существование предметов Мирового класса и многое другое, - всё это указывало на высокую вероятность того, что в прошлом здесь были игроки.

«Раз так, то почему мне попадаются синие лечебные зелья, а не красные, как в Иггдрасиле?»

Этому было три возможных объяснения. Во-первых, могли быть потеряны технологии их изготовления. Однако такие технологии были широко распространены, так что причиной их утраты должна быть как минимум гибель целого государства. Во-вторых, Барелы, единственный авторитетный источник информации об алхимии в этом мире для Айнза, могут просто не знать о существовании красных зелий, так как способы их изготовления могут быть неизвестны в Королевстве. Возможно, отдалённые государства используют красные зелья. Например, как в Японии один и тот же суп, приготовленный в разных регионах страны, выглядит совершенно по-разному, так могут отличаться и зелья, изготовляемые в разных странах этого мира. В-третьих, могут отсутствовать ингредиенты для красных зелий. Создание игровых зелий требует ингредиентов из игры, и если используются другие материалы, то и конечный продукт будет другим. Возможно, поэтому с использованием материалов этого мира можно создать лишь синие зелья.

- При этом, за исключением второй возможности, это зелье, что сделал Энфри...

Айнз взболтал зелье в фиале.

- Насколько я понимаю, это может быть технологическим прорывом из тех, что случаются раз в столетие. Ну, если правдива третья гипотеза, то всё это может оказаться бесполезным. Его усердная работа в будущем даст на это ответ.

Айнз надеялся, что Энфри сможет создавать внутриигровые зелья без использования ингредиентов из игры. Кто знает, может, ему удастся создать третий, абсолютно новый, вид зелий.

- Тогда, может, эффективнее было бы поручить исследование множеству людей?

Вопрос Нарберал заставил Айнза нахмуриться.

- Глупый вопрос, Нарберал. Разумеется, работа в таком случае пойдёт быстрее, но это будет очень опасно. Знания - это сила, поэтому неразумно, свободно распространять их.

В Иггдрасиле всё было именно так, и Айнз мог с уверенностью сказать это.

- Например, есть возможность, что это зелье может быть усилено до такой степени, что убьёт меня с одной атаки. В таком случае безопаснее будет монополизировать эту технологию, а не распространять её... Пусть лучше подданные будут слегка невежественны, но технологические успехи должны оставаться под контролем. Это же касается Энфри и его зелий. Хотя я и предпочёл бы запереть его в Назарике и заставить его сконцентрироваться исключительно на исследованиях и разработках...

«Это одновременно ограничило бы распространение и технологии, и масштаба использования зелий.»

- Тогда почему вы так не поступите?

Глаза Нарберал словно говорили: «Пожалуйста, прикажите мне это сделать», поэтому Айнз немедленно ответил:

- Вместо того чтобы заточить его и заставить работать, я предпочитаю добиться его доверия к нам. Это в долгосрочной перспективе принесёт больше пользы Назарику. Демиург, проанализировав ситуацию, пришёл к выводу, что его лучше привязать к нам посредством чувства долга… Хм? Что такое, Люпус Регина?

- Мне непонятно кое-что. Не могли бы вы объяснить это такой дуре, как я? Владыка Айнз, почему вы подарили зелье такой, как Брита?

Айнз понятия не имел кто такая Брита. Пытаясь сохранить вид всезнающего мудреца - то есть придав себе непроницаемое выражение - он отчаянно искал выход.

«Может, речь про то зелье?»

Айнз вспомнил первую ночь, проведённую в Э-Рантэле. Вспоминая те события, Айнз почувствовал благодарность за то, что его тело больше не может потеть.

«Что делать? Что ей сказать?»

Но он не мог молчать вечно.

«Демиург! Альбедо! Почему вы не здесь? Нет, Демиург отсутствует, выполняя моё задание, а Альбедо в заключении! Слишком поздно вызывать её!»

- Вот как. Ты действительно не понимаешь?

- Да. Простите моё невежество. Пожалуйста, просветите меня.

«Просто не спрашивай!» - хотел закричать Айнз. Однако выхода не было и ему оставалось лишь действовать наугад и надеяться на лучшее. Пришедшая вдруг в голову мысль придала ему храбрости:

- Фуфу... хахахаха. Конечно, это был рискованный поступок, твоё удивление понятно, Люпус Регина. Это могло привести к неуправляемым последствиям. Однако у меня была причина идти на этот риск.

- П-причина? Разве вы сделали это не для того, чтобы просто возместить утрату её зелья?

Вмешательство Нарберал заставило Айнза проглотить слова, которые он собирался сказать. Его мозг заработал в полную силу, он пытался вспомнить, что тогда произошло в Э-Рантэле.

«Верно! Тогда я поступил так, просто чтобы не показаться скрягой! Проклятье!»

Айнз сохранял внешнее спокойствие. Застигнутый врасплох, он должен теперь прикрыть ложь другой ложью. Он постарался собрать остатки быстро исчезающей решимости.

- И этим, по-твоему, исчерпываются мотивы моих поступков, Нарберал?

- Прошу вас, простите!

- Нет, тебе не за что извиняться. В то время я не был уверен, что план сработает, и выбрал простое объяснение.

- Тогда... в чём на самом деле заключались ваши намерения?

Вопрос Нарберал заставил Айнза на секунду раскрыть рот: он не знал, что ответить. Но в этот момент его посетило вдохновение. Приобретя уверенность, он заговорил:

- Дело в Энфри...

Медленно произнося это, он смотрел на своих подчинённых. Будь здесь Демиург или Альбедо, они, наверное, вмешались бы, сказав: «А, так вот в чём дело. Как и ожидалось от Владыки Айнза».

Нарберал же могла лишь непонимающе нахмурить брови.

- Энфри?..

Айнз положил руку на подбородок, тихо издав утвердительный звук. На лицах Нарберал и остальных прокрался страх: они решили, что поза Айнза означает «вы до сих пор не понимаете после всего, что я сказал?» Честно говоря, Айнз сделал этот жест неосознанно, не зная, что делать с руками.

Его ненадолго охватило напряжение. Между этими сталкивающимися эмоциями на Айнза вновь снизошло откровение. Он не мог знать, как это прозвучит, пока не скажет вслух, но ему оставалось лишь продвигаться наощупь в темноте.

- Да. Я намеревался заполучить фармацевта, известного как Энфри. Такой ответ вам понятен? Как бы объяснить... что бы вы сделали, если бы вам в руки попало зелье, полностью отличающееся от всех, что вы до этого встречали?

- Обсудила бы с кем-нибудь?

- Верно! Люпус Регина, ты совершенно права. Как я и предвидел, Брита отнесла зелье фармацевту, которому больше всего доверяла. Таким образом я вышел на Энфри.

Энфри вроде бы говорил что-то в этом роде во время их разговора в деревне Карн.

- А! Так вот в чём дело! Это с самого начало было вашей целью!

- Похоже, ты поняла. Это стало наживкой на моём крючке для поимки мастера алхимика. Конечно, оставался шанс, что зелье вызвало бы проблемы, попади оно не в те руки, но всё же попробовать стоило.

Айнз почувствовал, что девушки поняли, что он хочет сказать.

«Мне удалось свести всё воедино...»

В то время как Айнз был готов вздохнуть в облегчении, раздался неожиданный вопрос:

- Тогда... я понимаю, что это непочтительно, но можно задать ещё один вопрос...

«Нет, ты не можешь. Остановись. Пожалуйста. Не спрашивай больше ничего.»

Айнз мысленно зарыдал, но его лицо осталось невозмутимым.

- Что такое, Люпус Регина? Если у тебя есть сомнения, не стесняйся сообщить мне о них.

- Да, - Люпус Регина сглотнула, и с серьёзным выражением лица спросила: - Владыка Айнз, вы всегда заглядываете так далеко вперёд, когда планируете?

Как такое возможно? В большинстве случаев он принимал решения на ходу. Конечно, он строил планы, но чаще всего результаты полностью отличались от запланированных. Но, разумеется, сказать это он не мог.

Айнз тихо засмеялся. Он долго практиковался в этом смехе.

- Конечно. Я повелитель Великой Гробницы Назарика, Айнз Оал Гоун, не так ли?

Вокруг него раздались тихие возгласы «Ооооо!», глаза Люпус Регины расширились.

- Что не так, Люпус Регина?

- Мудрый Владыка...

Слова Люпус Регины заставили Ауру нахмуриться. Она шагнула вперёд, но Айнз остановил её:

- Не обращай внимания. Это всё, о чём ты хотела спросить?

- Тогда э, другой вопрос. Разве не будет лучше позволить монстрам разрушить деревню, а потом Владыка Айнз появится и спасёт тех двоих, так разве будет не лучше? Я имею в виду, ведь Энфри и его бабушка будут суперблагодарны, если Владыка Айнз вытащит их из беды? Так они станут полезнее... верно?

- Что ж, это неплохой план, и это стоит обдумать. Однако в результате Энфри может погрузиться в ненависть к монстрам и не сможет больше помогать нам... возможно, эффективнее будет спасти также и Энри Эммот.

Деревню Карн некогда спас заклинатель Айнз Оал Гоун. Пока она сохраняет свою ценность, польза подобного метода останется сомнительной.

- Кстати, самые важные для нас люди в деревне в порядке убывания это: Энфри, его возлюбленная Энри Эммот, и, наконец, его бабушка, Лиззи. Ты должна защищать их во что бы то ни стало. Остальные не имеют значения. Но этих троих ты должна защищать ценой жизни, если потребуется. У тебя всё, Люпус Регина?

- Да! Большое вам спасибо!

- Итак, Люпус Регина, я прощаю твою оплошность. Теперь, когда тебе известны мои цели, не ожидай, что так легко отделаешься в случае следующей ошибки. Ты поняла?

- Конечно!

- Хорошо. Можешь идти. Продемонстрируй результаты, которые изменят моё мнение о тебе.

Люпус Регина поклонилась и вышла из комнаты в сопровождении Нарберал; выглядело как будто полицейский конвоировал преступника. Когда за ними закрылась дверь, Айнз повернулся к стоящему рядом с ним Стражу: - Аура, Гигант Востока и Змей Запада, что ты знаешь...

Внезапно из коридора донёсся громкий крик.

- Владыка Айнз великолепен! Не могу поверить: он продумывает всё так далеко вперёд и так детально! Он… это просто нечто!

Голос, проходя через толстую дверь, звучал не так уж громко, но всё же этого хватило, чтобы прервать их разговор. Учитывая, как ясно доносились слова: насколько же громко она кричит там, снаружи?

- Может, сказать ей, насколько тут тонкие двери?..

- Я думаю, она просто перевозбудилась; хороший удар должен её успокоить...

Из-за двери донёсся звук удара, после чего - громкий шорох, словно что-то тяжёлое медленно тащили прочь.

- Аура, похоже, твоё участие не требуется. Вернёмся к разговору. Расскажи, что тебе удалось узнать.

- Да. Э, мне очень жаль, но я ничего не знаю про Гиганта Востока и Змея Запада. После сражения с тем древомонстром, Зй`тл Ку`аэ, я по-быстрому прошерстила лес, за исключением подземных пещер. Я не нашла сильных врагов...

- Что ж, если они не превосходят по силе Хамскэ, я понимаю, почему ты не обратила на них внимания.

Даже садовник не знает, сколько муравьёв живёт в его владениях. Если они случайно проглядели сильного врага, это остаётся лишь взять на заметку как часть рабочего процесса.

- Мне очень жаль. Тогда, Владыка Айнз, возможно, стоит устроить уборку?

- Звучит хорошо. Мы избавимся от этих надоедливых мошек и полностью возьмём лес под контроль Назарика.

- Поняла! Тогда я отправлю нескольких своих питомцев...

- Мм, насчёт этого… я подумал, что такой метод несколько скучен. Я хочу взглянуть, что за существа эти Гигант Востока и Змей Запада, способные соперничать с Хамскэ.

- Тогда мне доставить их сюда?

- Нет, я сам нанесу им визит. Благодаря Хамскэ я нашёл новый способ по достоинству оценивать редкости.

Айнз засмеялся непонимающему выражению лица Ауры.

- Что ж, разумеется, дело не только в этом. Я также хочу убедиться, что Люпус Регина как следует выполняет свою работу...

19:16 по времени Назарика.

Лес. Глубокая ночь. Фенрир плавно и бесшумно бежал сквозь заросли. Иногда на пути попадались виноградные лозы, усеянные спелыми ягодами, но для двух всадников это не имело никакого значения. Фенрир был подобен бестелесному духу: не задевал даже травинки. Одним из его навыков было «Поспешное Движение По Земле».

Предположительно дальше впереди находится резиденция Гиганта Востока, если судить по докладам подчиненного.

В густой растительности, которая блокировала свет звезд и луны, Аура совсем не выглядела нервной. В отличие от обычных людей она, как и Айнз, могла видеть ясно, как днём.

- Да. Гигант Востока и Змей Запада… было бы слишком алчно надеяться застать их обоих здесь. Я оставлю отсутствующего Змея на тебя, Аура.

- Окей! Я буду усердно работать! Что мы должны делать с глупцами, которые противостоят Владыке Айнзу?

- Давайте сначала пообщаемся.

Аура повернулась к Айнзу с озадаченным лицом:

- Хммм? Не собираетесь ли вы сделать их своими слугами?

- Гигант Востока и Змей запада - неизвестные монстры. Лучше начать с беседы. Это ценные монстры, которых не было в игре.

- Владыка Айнз такой добрый.

Аура не была саркастичной.

- Ты так думаешь? Я добр только к тем, кого могу использовать… и к жителям Назарика... Если они равны Хамскэ, они могут быть полезны. Редкие предметы стоит коллекционировать.

- Неужели Хамскэ такой ценный?

- Конечно. В качестве морской свинки.

Хамскэ проходит тренировки как воин под присмотром Зарюсу. Между прочим, нежить, созданная Айнзом, также проходит тренировки. Смогут ли они оба - зверь и труп - выучить боевые навыки? Если нежить можно научить использовать боевые навыки, боевой потенциал Назарика сильно возрастет. Айнз не думал, что это возможно, но он так и не узнает, если не проведет эксперимент.

- Это достаточно важно, чтобы оправдать тот факт, что кузнец делает доспехи для него?

- Ты хорошо проинформирована. Это одна из причин. В будущем мы отправим Хамскэ в бой, так что улучшение защиты необходимо. На данный момент Хамскэ не достаточно хорош, чтобы носить полный пластинчатый доспех. Если он наденет его, то мобильность и возможность уклоняться будут снижены. Для того чтобы противостоять этому...

«Хамскэ нужно овладеть боевыми искусствами и специальными навыками, тогда он сможет носить броню без ущерба скорости и ловкости. Если бы мы были в игре… нет, даже я всё ещё не могу носить металлическую броню. Учитывая это, мы далеки от успеха. Если бы был ещё один Хамскэ, мы могли бы проверить другой способ.»

В целом точные различия между этим новым миром и правилами игры до сих пор являются загадкой. Демиург может путем экспериментов всё выяснить, но Айнз не желает так поступать по некоторым причинам.

«Магия, нечто противоречащее законам физики, существует в этом мире. Учитывая это, здесь, похоже, может быть что угодно. Это так напрягает…»

- Что-то случилось, Владыка Айнз?

- Хммм? Нет, ничего. Почему ты спрашиваешь?

- Потому что вы выглядели так, будто задумались о чём-то. Я просто хотела узнать, так ли это.

- Аххх, да. Просто решал тривиальные вопросы, ничего важного.

- Понимаю.

Аура вновь повернулась вперед с облегчением, её шелковистые светлые волосы колыхнулись при движении. Айнз перевел взгляд вниз, на стройную спину, затем на свою руку, обернувшую миниатюрную талию.

«Какая тонкая талия. Как дети...»

У Айнза не было детей, и ему было любопытно. Он слегка похлопал по её талии, как будто что-то проверил. Айнз сделал это очень нежно, но, так как они были на Фенрире, Аура подпрыгнула и рывком обернулась.

- Уах! Чт-что случилось, Владыка Айнз?!

Все её лицо было красным. Не обязательно иметь ночное зрение, чтобы это заметить.

- Ах, ничего. Я просто почувствовал, что твоя талия действительно тонкая. Ты хорошо питаешься? У тебя должна быть экипировка, позволяющая обходиться без еды, но ты всё же можешь есть, верно?

-Д-да. Еда не предоставит каких-либо положительных эффектов, но я всё ещё могу есть.

В игре люди и полулюди, имеющие ограниченный срок жизни, растут и развиваются нормально. В отличие от них гетероморфные расы, с неограниченным сроком жизни, перестают расти по достижении определенного возраста.

«Если этот мир похож на тот, Аура и Мар должны продолжать взрослеть. Поскольку они продолжают расти, надеюсь, у них будет достаточно питательный рацион. Так как моих товарищей нет, я ответственен этих детей.»

- Питайся должным образом, хорошо?

- Да! Я буду есть, пока Шалти не отчается!

Почему она упомянула Шалти? Айнз решил не слишком беспокоиться по этому поводу.

- Экипировка, позволяющая обходиться без еды, может не слишком хорошо сказаться на взрослении - снимай её, если ситуация позволяет. В будущем вы оба можете встретить кого-то, кого полюбите...

Аура и Мар были милыми детьми, и, когда они вырастут, станут красивой молодой леди и красивым молодым человеком соответственно. Айнз представил их обоих, со своими спутниками противоположного пола, окруженные любовью... Хотя он никогда не испытывал что-то подобное прежде, но представить смог. И, вероятно, под влиянием разговора, состоявшегося раннее, огромное число Хамскэ появилось в его голове.

- А?

Аура и Мар, окруженные огромным количеством Хамскэ, выглядели мило, но это определенно отличалось от картины в его голове.

«Хомяки - это подсемейство грызунов, и они должны быть в состоянии размножаться быстро. Можно, конечно, стерилизовать своих животных, но я

подумываю о разведении... Есть ли какие-нибудь мужчины той же породы?»

- Да?! Рановато, Владыка Айнз, мне всего лишь 70 лет.

- Да, да. Ты всё ещё ребенок, ух. Между прочим, кто тебе нравится в Назарике, Аура? Какой твой тип?

Айнз, будучи без какого-либо опыта в любви, почувствует зависть, когда увидит пару, показывающую привязанность публично, но он с радостью даст своё благословение, если это будут НИП Назарика.

- Мне нравится Владыка Айнз больше всего.

- Хаха, это меня радует.

Любезность Ауры сделала Айнза счастливым. Айнз, любивший НИП как своих собственных детей, естественно, начинал улыбаться, когда они говорили, что его любят.

- Так кого Владыка Айнз любит сильнее всего? Альбедо или Шалти?

- Хаха. Что ж, мне больше нравится Аура.

- Ик?

Айнз похлопал голову Ауры сзади и провел пальцами по её волосам, как расчёской.

- Эххх?!

«Может, пора задуматься об их сексуальном образовании? Если где-то есть школа для тёмных эльфов, то Ауре и Мару пойдёт на пользу её посещение, верно? Что сделала бы Букубуку Чагама, будь она здесь? Кстати о школах... Школьная любовь... Пэроронтино кричал что-то об этом Слатану, что-то про совместное создание Академии Назарика... Куда делись те записи?»

- Эххххххххх!!

- Что такое Аура? Это было громко.

- Ааа! Я-я сожалею. Делать так вблизи территории Гиганта Востока...

- Всё нормально, нет необходимости извиняться. В будущем так или иначе...

- В б-будущем?

- Да, верно. Что случилось? Ты выглядишь обеспокоенной... Что-то произошло?

- Нет, нет, ничего. Да, ик, так это случится в будущем?

- Аах, да. Если здесь есть нация темных эльфов, было бы неплохо навестить их. Ты должна пойти.

- Хух... Ах, окей! Такое будущее! Правильно! Да! Пожалуйста, позвольте мне пойти с вами. Кстати, мы почти на месте, Владыка Айнз.

В глубине леса стал виден необычный свет.

- Хорошо. Аура, не могла бы ты разместить по периметру приведенных нами монстров? Я должен сделать некоторые приготовления.

Айнз активировал одну из его уникальных способностей «Призыв Высокоуровневой Нежити». Появилось существо, напоминающее человека. Оно сидело верхом на бледном коне и источало зловещую ауру. Айнз призвал ещё несколько таких существ.

- Хорошо, четырех должно быть достаточно. Итак, Бледные Всадники, патрулируйте небо. Захватите любого, кто попытается сбежать.

Всадники молча приняли приказ и, рванув поводья, унеслись в воздух. Их тела стали призрачными, когда они проходили через ветки и летели к небу.

- Хорошо, сети установлены. Теперь осталось только оценить их.

- Да! Ах, мы не должны проверить их прочность?

- Нам не следует тратить на это много времени. Я не настроен на бой, только на общение с ними.

Айнз действительно так думал. Он не любил сражения. Он был готов прибегнуть к помощи безжалостных мер, если за это можно было что-то получить, но сам по себе терпеть не мог жестокого обращения. Айнз не хотел намеренно наступать на муравьев и считал решение проблемы путем диалога лучшим методом.

Фенрир достиг лесной поляны. Впрочем, поляной это трудно назвать: это просто было место с относительно меньшим количеством деревьев.

Деревья не могут расти везде: например, у демонического древа они вянут, также они могут погибать от монстров. Видимо, именно монстр и стал причиной прореди в этом месте.

Вырубленные топорами деревья были разбросаны повсюду. Это было жалкое зрелище, как будто кто-то испортил место в отчаянии после провала крупного строительного проекта.

- Как забавно. Аура, они, вероятно, имитируют твою постройку. Работы дураков такие отвратительные. Это случается, когда существа, живущие в пещерах, хотят что-то построить.

- Это так Владыка Айнз. Это их гнездо.

В чёрной, выжженной земле виднелась щель.

- Они что, даже не смогли сделать нормальный вход? Ладно, в этот раз придётся войти без стука

Айнз последовал за Аурой в пещеру возле поляны. Смотря вперед, он заметил, что вход имел небольшой наклон, да и пространства внутри было довольно немного. Потолок был высоким, что позволяло огромным существам свободно передвигаться.

«Это напомнило мне исследование подземелья во времена Иггдрасиля. Когда мы находили пещеры в горах, я каждый раз в предвкушении гадал, что там внутри.»

В те времена идущим впереди был бы Тигр Евфрат; Айнз же или, точнее, Момонга держался, как правило, в задних рядах. Он призывал бы нежить для поддержки. Эту нежить отправляли впереди группы, чтобы она разряжала ловушки просто попавшись в них.

«Навевает воспоминания...»

Айнз оживленно вспоминал прошлое, но хорошее длилось недолго. Вонь, идущая снизу, заставила Айнза нахмуриться, даже несмотря на то, что у него не было бровей. Это был нерезкий запах газа из-за разложения животных жиров.

«Это ловушка для сокрытия запаха той гнили? Могут ли тупые существа, живущие в пещерах, сделать такую сложную ловушку? Наверно, совпадение.»

Айнз был нежитью, поэтому он не нуждался в дыхании и имел абсолютную защиту против подобных воздушных атак. Аура была защищена магическими предметами, блокирующими эффект вони при нападении. Отсюда вывод - это место просто воняло.

- Кажись, Гигант Востока не особо чистоплотное существо. Будет здоровски, если ему хватит ума для разговора.

- Это правда. Судя по следам, в этой пещере живет несколько босоногих существ. Отпечатки большие; их рост должен быть под два метра.

- Вижу... И это один из них.

Они спустились со склона, и в следующую секунду Айнз увидел монстров.

- Владыка Айнз, это огр...

Двое из них несли нечто пахнущее кровью. Айнз указал на них с кривой усмешкой. Будь это опасным подземельем, он бы незаметно убил этих огров и тихо очистил этаж, но сейчас цели были несколько иными.

- Мне нужно с ними по-дружески поговорить, я не пришел их уничтожать... Эй, вы огры, извините, что прерываю ваш обед.

Два огра взглянули на Айнза и в унисон взревели. Громкое эхо разошлось по пещере, так что Айнз не мог определить откуда пришел ответный рев - вероятно, из глубины пещеры.

- Что за шумный дверной звонок, как безвкусно... Аура, назад.

Айнз вздохнул, наблюдая за взволнованными ограми. Он понял - желания беседовать с ним у них нет.

- Скелет! Скелет! Плохой!

Огры двинулись на Айнза, произнося сомнительные слова и размахивая дубинами.

- Во всяком случае подходят.

Огры высоко подняли свои дубины и опустили вниз так, будто хотели отправить Айнза и Ауру в полёт. Как бы то ни было, их незачарованное оружие ни за что не причинит вред им. Огр вновь ударил.

Сильный удар пришелся Айнзу в голову, и его поле зрения немного сместилось. Больно не было, но это его разозлило. Айнз убил бы любого вторгающегося в Назарик в порыве гнева. Когда он подумал об этом в таком ключе, то понял действия огров, так что он принял это без сожалений.

Посланник мира сложил бы оружие и ждал бы разрешения ситуации.

У огров, прибывавших далее, не было дубин. Они набросились на Айнза и Ауру с голыми руками. Возможно, они хотели схватить их, увидев, что дубины бесполезны. Айнз на мгновение нахмурил брови, хотя это не было заметно, потому что он скелет. Было бы ничего, если бы они его схватили, но Айнз заметил в темноте, что руки потянувшегося к нему огра покрыты кровью.

- Мерзко.

Айнз немедленно вытащил посох из воздуха и взмахнул им. Он не содержал какой-то особой магии, только лишь зачарование, увеличивающее наносимый им прямой урон. Голова подошедшего к нему огра взорвалась. Огры оказались забрызганы кровью и мозгами, и отступили на шаг назад, бросая свои дубины.

- Ты, ты не скелет...

- Проблематично думать обо мне как о скелете. Я прибыл сюда, чтобы встретиться с вашим боссом, Гигантом Востока. Вы можете привести его сюда? Хотя он наверняка придет сам, если я подожду.

Айнз махнул им рукой, выпроваживая их отсюда, и огры торопливо убежали в глубину пещеры.

- Ой-ой, я показал им разницу в наших способностях слишком рано.

Айнз дотронулся до места, в которое его ударили дубиной. Видимо, это их столовая, с остатками многочисленных трупов, разбросанных повсюду. Айнз и Аура продолжали идти, избегая этих мест.

- Я всё испортил, я не нарочно переборщил, просто потому, что это всё начало раздражать. Я планировал провести переговоры с ними до того, как беседа накроется и превратится в бойню.

- Это не поможет! В конце концов, эти мерзкие огры хотели коснуться Владыки Айнза!

- Я счастлив слышать такое от тебя. Пунитто Моэ так же говорил: «Дать пинка, чтобы привлечь внимание основной тусовки»... или это был Воин Такэмикадзути?

- Это не может быть неправильно, раз уж это слова Высших Существ!

У этих двоих были совершенно различные взгляды, так кто же это сказал? Айнз пытался вспомнить это, когда большое число монстров наводнило пещеру. Каждый из них был значительно выше людей.

- Кучка троллей, ха. Я думал, та часть с гигантами просто уловка, но, по-видимому, в этом есть доля правды.

У троллей исключительно уродливое лицо, с длинными носами и ушами. Их деформированные тела выглядят тошнотворно. Они носят тряпье, выглядящее как шкура тигроподобных существ, с головой зверя, покоящейся на их плечах. Что ж, высотой более двух метров, они обладают силой намного превосходящую силу огров. Только огонь и кислота могут остановить их мощные способности к регенерации. В общей сложности там было шесть троллей и четырнадцать огров.

Айнз уделил большую часть внимания троллю во главе группы. Он был отлично сложен в отличие от других троллей, и выражение уверенности явственно виделось на его лице. С кожаной броней, сделанной из шкур нескольких животных, и огромным мечом, превосходящим по размерам самого Айнза в облике Момона, он также был экипирован лучше остальных. Казалось, меч был магическим предметом, со своего рода жидкостью, плескавшейся в разрезе прямо в центре меча.

- Относительно того, что он такой же, как Хамскэ?

- Выглядит похожим.

Так что это был Гигант Востока. Айнз внимательно рассматривал его, гадая к какому виду троллей он принадлежит. Тролли - это монстры с различными подвидами, с уникальными свойствами, зависящими от места, где были встречены. Например, был Тролль-Вулкан, имеющий сопротивление к огню; Морской Тролль, свободно плавающий и дышащий в океане; Горный Тролль, обладающий чудовищной силой и живущий в горах, и более редкий платный Жертвенный Тролль, живущий под арками мостов. Они могут увеличивать многообразие собственных видов практически по своей воле.

Итак, что же было особенного в тролле, стоящем перед Айнзом? Тролли, приспособленные к пещерам, называются пещерными, но эти отличаются от тех, которых он наблюдал до этого. Тролль, увиденный им впервые в этом мире, разжег в Айнзе дух коллекционера.

Гигант Востока был редким экземпляром. Этот тролль прошел через множество битв и адаптировался к условиям постоянных сражений - тролль, специализирующийся на боях. Айнз назвал его Боевым Троллем, редкий экземпляр даже среди всего многообразия троллей. Его боевые способности исключительны по сравнению с другими троллями его возраста. Его тело, возможно, уступает по размерам Горным Троллям, но его мускулатура и боевые способности намного превосходят их. У него было не то оружие, что можно запросто держать в руках, используя лишь грубую силу – это был громадный меч, достойный искусного воина. Он был достаточно осведомлен, чтобы понимать, что дубина - это оружие не подобающего уровня. Это тролль, в котором пробудился воин.

- Так ты Гигант Востока?

Когда другая группа не стала отрицать, Айнз слегка указал вправо от тролля.

- Я буду действительно рад, если ты Змей Запада. Правда.

Обычное существо подумало бы, что в направлении, указанном Айнзом, ничего нет. Но Айнз мог видеть ясно, как днем - там было гетероморфное существо.

- Думаешь, можешь скрыться с помощью невидимости, но я вижу всё. Так что можешь оставить свои тщетные попытки.

Когда невидимость была деактивирована, на пустом месте появился монстр. Это действительно была змея. Точнее, по форме была змея. Верхняя часть представляла собой хрупкого старика, а нижняя часть была змеиной. Подобные монстры существовали в игре, и Айнз сразу назвал расу:

- А, наг. По ошибке можно принять за нагу-змею, но ты ведь мужчина, правда? Не знаю, как относиться к Мудрому Королю Леса… так что это имеет смысл.

- Чтобы видеть невидимое, должно быть...

- Почему ты здесь, скелет?! Слова нага были заглушены громким раскатистым голосом, когда Гигант Востока шагнул вперед. Айнз повернулся к нему, чтобы говорить с ним:

- Во-первых, позвольте мне уточнить - я не скелет. Исправьте ваше непонимание.

- Если не скелет, то кто?! Я разрешаю тебе объявить свое имя перед Королем Востока, Гуу.

«Гуу?»

Айнз не смог сразу понять, что он говорит. Так говорили короли и вожди племен. Вероятно, это его имя.

- Я вижу, Гуу. Извиняюсь, что не представился раньше. Мое имя - Айнз Оал Гоун.

Пещера заполнилась эхом смеха.

- Фухахахаха! Имя труса! Не такое могущественное, как мое, твоё имя уродское! - вслед за этими словами гиганты раздражающе рассмеялись.

- Тру...

- Всё нормально. Не нужно сердится из-за таких пустяков. Мы здесь на переговорах как послы дружбы, - Айнз успокоил Ауру, которая уже сделала несколько шагов вперёд, затем обратился к Гуу: - А не могли бы вы объяснить, с чего вы взяли, что я трус?

- Ах, таинственная нежить, длинные имена, как это, являются доказательством трусости, - стоя в стороне, объяснил тот с саркастической улыбкой на морщинистом лице.

- Идеи ни на что ни годных людей. Что насчет вас: тоже думаете, что мое имя трусливо?

- Нет, не думаю так: имя старика такое же длинное. Имя старика, как вы говорили, Змея Запада - Рирариус Спениа Ай Индарун. О, захватчик Айнз Оал Гоун. Старик думает, их мозги не сочетаются с их телами, но есть плюсы в том, что они управляют этим лесом.

- Ты только что спас себе жизнь.

Наг был шокирован таким комментарием. Айнз хотел задать ещё один вопрос, но Гиганты всё ещё хохотали:

- Что вы здесь делаете, слабаки?! Желаете быть съеденными?! Кости тоже хрустящие и вкусные! Начну с головы!

- Я строитель крепости в середине леса, с нежитью и големами. Разве вы не знаете?

Атмосфера изменилась. Гуу и его лакеи излучали враждебность, а Рирариус был настороже.

- Я знаю! Досада! Если бы не нытье Змеи, мы бы давно тебя убили! - Быстрый вывод. Тем не менее я здесь для переговоров.

Жестом Айнз приказал им преклониться.

- Присягните мне на верность и будете жить.

- Глупец! Мы не будем слушать трусов! Съедим тебя прямо сейчас! И мальчишку позади!

- Гуу, он стоит за тем ужасным зданием, его опасно оскорблять! И этот темный эльф позади него! Они были хозяевами до того, как пришли древесные демоны. Они сильны - он не слушает.

Айнз не мог больше сдерживаться и расхохотался от всего сердца:

- Хахаха! Ваше тявканье хуже собачьего, мешки мяса. Как насчет этого: я, с трусливым именем, сражусь на дуэли с тобой, у кого могучее имя. Ты же не испугаешься и не убежишь? Если твоя голова окажется на земле, я возьму тебя как раба.

- Интересно! Мне достаточно этого, чтобы сразиться с тобой! Разорву на кусочки и съем!

- Отлично. Это твой выбор. Переговоры окончены. Аура, отойди подальше. Я хочу сам поиграть с ним.

Айнз только закончил, когда рассекающий удар меча снизу вверх уже устремился к нему. Гуу атаковал его трехметровым мечом. Айнз не шелохнулся и принял удар.

- Хух?

- В чём дело? Думаешь, это невозможно?

Айнз всё ещё стоял, и лицо Гуу исказилось от удивления. Затем он нанес горизонтальный удар. Как и прежде, Айнз принял удар.

- Муу?!

Отступив на несколько шагов, Гуу посмотрел на меч в своей руке, а затем на Айнза. После он повернулся спиной к своему врагу и пошел к другим Гигантам.

В следующий момент меч ударил его тролля-подчиненного. Меч погрузился в плечо и легко рассек тролля на две половинки, разбрызгав повсюду кровь.

Громким глупо звучащим звуком тролль взревел от боли.

Видя, в каком состоянии оказался его подчиненный, Гуу удовлетворено кивнул, убедившись, что с его оружием всё в порядке.

- Я вижу, это способность к регенерации у троллей. Давно хотел увидеть её в действии.

Открытая рана зажила быстро, как при просмотре видео в обратном направлении. Гуу знал об этой способности своего подчинённого, но по его зловещему лицу можно было прочесть, что он был готов нанести ещё одну рану лежащему на полу троллю.

- Решение о судьбе слабых - привилегия сильных. Тем не менее я… очень недоволен.

Айнз двинулся вперед, потеряв интерес к играм. Гуу плотнее сжал свой меч обеими руками, ожидая медленно приближающегося Айнза.

- Гуу! Этот парень, Айнз Оал Гоун, очень необычен. Мы должны работать вместе, чтобы победить...

- Закрой рот! Просто смотри оттуда, трус! Уоохх!

Скорость атаки увеличивалась с каждым ударом и уже превзошла все мыслимые и немыслимые пределы. Это была самая мощная атака из всех, что Айнзу довелось испытать на себе с момента прихода в этот мир. Однако, поскольку такие удары не могли разрушить крепкие стены цитадели или сделать кратер в земле, они едва способны поцарапать Айнзу спину. Айнз принял все атаки на себя.

- Посмотри: моя одежда становится мятой; не можешь уже остановиться?

Айнз со скучающим выражением на лице осмотрел и поправил свою измятую робу. Затем он посмотрел на Гуу, как будто вспомнил о чем-то:

- А, ты уже закончил?

- Почему ты… Арррррр!

Гуу решил, что меч неэффективен, и напал с голыми руками. Большой кулак был как молоток, который мог бы раздавить нормального человека или отправить его в полёт. Айнз принял атаку, которая была смертельной для человека, в лоб и случайно потер место, куда его ударили, как будто кто-то испачкал его своим прикосновением. Гуу остановил атаку, его уродливое лицо стало ещё более уродливым, когда он посмотрел на скучающего Айнза.

- Итак, атака того, кто имеет смелое имя и большое уважение, заканчивается на этом?

- Твоя защита великолепна. Хийааа!

Айнз, сократив расстояние между собой и нагой, махнул посохом в руке - и половина ноги Гуу оторвалась. Не выдержав, гигант опрокинулся на землю.

- Быть робким не значит быть слабым. Ты можешь это понять, даже если твой мозг размером с желудь, не так ли?

Гиганты и огры, смотревшие поединок, стали свидетелями жалкого вида своего лидера и ахнули. Айнз слабо вздохнул, понимая, что монстры, которым понадобилось столько времени, чтобы полностью осознать всю ситуацию, были бесполезны. Тем не менее всё изменилось бы, если бы они были способны почувствовать нужный момент для побега.

- Аура, только ему не дозволено сбежать, поймай его.

Айнз был краток, но Аура всё поняла и начала действовать. Мгновение спустя Аура настигла нага, пытающегося использовать «Невидимость», чтобы тихо убраться отсюда.

- Владыка Айнз, я его поймала. Что мне с ним делать?

Айнз проигнорировал Гуу, лежащего перед ним, и взял в одну руку голову нага, который всё ещё был обращен лицом к Ауре. Такое отношение показало Гуу и всем остальным одну единственную вещь: Гуу вовсе не был угрозой.

Перед лицом такого унижения Гуу громко и яростно скрипнул зубами. Впрочем, Айнза это никоим образом не побеспокоило.

- Почему ты!.. - наг продолжал извиваться, опутывая Ауру. - Вот как, я тебя задушу!

Спокойный голос раздался из-под сжавшегося в комок нага.

- Эй, так я не вижу мужественную фигуру Владыки Айнза. Я выверну твое горло наизнанку, если будешь слишком громким, понятно? Но я буду осторожна, чтобы не убить тебя.

Почувствовав разницу в силе, наг медленно выпустил Ауру из своего захвата.

- Аура, время - деньги, так что избегай лишних действий. Оттащи его на безопасное расстояние и оберегай, даже если он будет обузой.

- Поняла!

Аура легко потащила нага, который был в несколько раз тяжелее неё.

После того как отсеченная нога и мышцы регенерировали, Гуу наконец поднялся. Айнз перевел взгляд на него и заметил, что физически Гуу не изменился.

- Ты восстановился. Мы можем продолжить? - спокойно сказал Айнз, в то время как посох покоился на его плече. Он ясно дал понять, что не собирается защищаться.

- Ты… ты, что ты сделал со мной, сделал со мной? Это была магия? Магия?!

Гуу отступил с мечом в руке, а Айнз пошёл за ним. Айнз делал не такие длинные шаги, как Гуу, так что разрыв между ними увеличился.

- Хм, - Айнз усмехнулся через нос.

- Хах? Как смешно. Я, обладающий трусливым именем, наступаю, а вы, владея почетным именем, отступаете? Отчего так?

Айнз спросил ровным тоном, и ответ пришел из-за спины.

- Потому что имя господина Айнза смелое, а чудное имя Гуу трусливое. Верно, змея? - Да, да! Это доказательство величия Владыки Айнза Оал Гоуна!

Выслушав милый голос девчушки и страдальческий голос на грани слез, Айнз несколько раз кивнул:

- Я понимаю. Я Понимаю. В этом есть смысл. Трусы имеют короткие имена, Айнз Оал Гоун - воплощение смелости и могущества.

- Почему ты!

- Заткнись, трус.

Движимый ужасом, Гуу предпринял расщепляющую атаку. Айнз не парировал и не заблокировал удар: у него банально не было меча, чтобы сделать это. В ответ он просто использовал посох. Тело Гуу разорвало на куски.

- Уаааах!!

Среди жутких криков подчинённые Гуу, смотрящие на битву, съежились в страхе.

- Как и ожидалось от троллей: вы восстановились благодаря вашим регенеративным способностям. Но ведь всё ещё больно, да? Это был сильнейший удар, который я нанес… пока. Ты трус, который хотел защитить себя от моей атаки.

Перед Айнзом была голова, вернее, полголовы. Обычные существа мгновенно бы умерли, но голова гиганта медленно восстанавливалась.

Уродливое лицо Гуу восстановилось, на нём было выражение ужаса. Страх давил на него, будто многотонный шар.

- Ты, что ты такое?! Почему мои атаки не работают?!

Айнз опустил свою голову и медленно распахнул свои руки:

- Смерть. Я тот, кто принесет вам смерть.

- Вы! Вы все! Убейте это!

- Так-так, как и ожидалось от носящего трусливое имя, нарушить правила боя один на один... Это подходит твоему имени. Поэтому я тебя прощаю.

Айнз пребывал в прекрасном настроении.

Последователи Гуу, связанные ужасом неизвестных монстров, стоящих перед ними, замерли на месте. Даже самый глупый мог почувствовать мощь Айнза. Они видели всё своими глазами, и, как бы противно ни было, им приходилось мириться с фактом, что их мгновенно убьют, если начнут выполнять приказ. Однако они бы никогда не решились пойти против Гуу или Айнза, поэтому просто таращились на них, не двигаясь.

- Быстрее!

Даже несмотря на отчаянные крики своего хозяина, они не двигались. Айнз так же стоял на месте. Сейчас установилось непрочное равновесие. Малейшее неосторожное движение – и все сбегут из пещеры немедленно.

«Будет хлопотно, если они все сбегут... хлопотно выслеживать и убивать их по одному за раз.»

- Ты прав, игры закончились.

Айнз активировал способность, о которой сам был не очень высокого мнения... но это была могучая сила в этом мире.

- «Аура Отчаяния: пятый уровень».

От Айнза начала распространяться аура. Подобно марионеткам с обрезанными ниточками тролли и Гуу упали на землю. Монстры лежали и не двигались. Было очевидно, что огни их жизней были потушены.

Голос старика, наполненный ужасом, эхом отразился в пещере:

- Что, что вы сделали, мой господин?

Наг прилагал все усилия, чтобы держаться как можно дальше от Айнза, скручивая свое тело. Айнз оглянулся на него:

- Я использовал специальный навык. Пусть тролли и обладают способностями к регенерации, но это не означает, что они могут противостоять атакам мгновенной смерти... У всех вас невелика ценность, но вы всё же можете быть полезны. Впрочем, если ты отклонишь мое господство, то будешь уничтожен.

- Этот старик счастлив служить вам! Слабые подчиняются сильному - такова природа. Этот старик отправится в ад ради вас без капли сомнений!

Айнз взглянул на нага, чья голова была почти на земле, и небрежно пожал плечами:

- Ну, тогда всё в порядке. Я пришел ради соглашения, в конце концов.

- Как, как устрашающе. Мой повелитель, вам, должно быть, безразлично, что случится с этим стариком. Мой повелитель, должно быть, смотрит на этого старика, что правит западным лесом, так же, как на обычных бродяг.

- Нет, я немного более заинтересован. Ты упомянул что-то о темных эльфах, правильно? Расскажи детали.

- Конечно. Разумеется. Этот старик расскажет всё, что он знает! Но, эм-м...

Айнз махнул рукой, чтобы тот продолжил, и наг сказал:

- Не могли бы вы сохранить жизнь этому старику после этого?

- Я тебе это обещаю. Если ты поклянешься мне в верности и будешь усердно трудиться, я вознагражу тебя за службу...

- Этот старик клянётся!

- Кстати, а где твои подчиненные? Ты, как Хамскэ, нет, как монстр, контролировал южный лес один?

- Нет, у этого старика есть подчиненные. Я не привел их на переговоры с Гуу. Если бы переговоры провалились, они не смогли бы улизнуть, используя невидимость.

- Понятно. Следующий вопрос: на тебя работают тролли?

- Лишь один.

- Это великолепно. Он может заменить Гиганта Востока? Нет, это было бы... сложно. Ладно, приведи своих подчиненных к моему... нет, к зданию, что строит этот ребенок. Аура, отпусти его.

- Вы уверены?

- Всё хорошо, он поклялся мне в верности. Если он предаст меня, ему не поздоровится.

Аура медленно убрала свою руку с горла нага. На нём остались синяки от пальцев. Напряжение всё ещё чувствовалось, но наг немного расслабился. Айнз проигнорировал его и подошел к трупу Гуу.

- Я использую это как материал для троллей-зомби.

Используя специальный навык, Айнз мог обратить трупы в зомби. Обычные зомби были слабее скелетов, но чем сильнее тело, тем более могущественного зомби можно было создать, вплоть до дракона-зомби.

Айнз поднял с земли меч, оказавшийся намного длиннее его самого. Это был магический предмет, который менял свой размер исходя из силы владельца. Меч бы выпал из руки Айнза при попытке использовать его как оружие, так как, будучи заклинателем, Айнз не мог его экипировать, но если просто держать его, то всё в порядке.

- Может, отдать его деревне, чтобы сделать её сильнее? Наверное, это лучший способ использовать этот магический предмет. Он недостаточно ценен, чтобы принести его в Назарик.

- Повелитель Айнз Оал Гоун!

Айнз посмотрел на нага, пытающегося что-то сказать.

- Этот… этот старик не станет предавать вас! Я сделаю всё, чтобы положить этот мир к вашим ногам!

- Я не думаю, что ты понял это, лишь посмотрев мне в глаза... Это твоя специальная способность? Даже наблюдательный Демиург не может прочесть моих истинных намерений.

- Это не специальная способность, я могу лишь почувствовать, когда кто-то в чём-то заинтересован.

«Это может быть особый навык всех нагов», - подумал Айнз.

- Даже так... хорошо, я понимаю. Поторопись и собери своих прислужников. Это мой первый приказ.

- Да!

Часть 4

21:07 по времени Назарика.

Демиург изящно вошёл в кабинет. Он глубоко поклонился сидящему Айнзу, кивнул Мару и Коциту, стоявшим рядом, и движением головы отметил присутствие горничной.

Айнз взглядом поприветствовал его и связался с Энтомой посредством «Сообщения»:

- Пора, Энтома. Передай Люпус Регине мой приказ - защищать тех троих ценой собственной жизни.

- Как пожелаете. Я передам это Люпус Регине.

Демиург медленно прошёл к центру комнаты; его стильная походка вызвала в Айнзе зависть.

«Как у него получается шагать так уверенно? Может, всё-таки лучше держать спину прямой?»

Когда Демиург остановился, Айнз обратился к нему:

- Ты пришёл, Демиург.

- Да! Благодарю за приглашение. «Сообщение» Энтоме прошло успешно?

- Без проблем: она ответила, разговор шёл ясно и чётко. Проверка пройдена.

- Это отличные новости. Примите мою искреннюю благодарность за то, что уделили мне время.

- Не стоит благодарности, Демиург. Совершенно естественно идти навстречу тому, кто так усердно работает на благо Назарика. И я не так уж и долго ждал... Итак, выслушаем твоё мнение.

Айнз передал Демиургу бумагу. Когда взгляд того опустился с верха к низу страницы, Айнз задал вопрос:

- Как видишь, это меню для трапезы, что скажешь? Она предназначена для людей: и мужчин, и женщин, может, и для детей тоже.

- Я полагаю, что люди без возражений съедят всё, что предложит Владыка Айнз, но, вероятно, это не тот ответ, которого вы ждёте... Думаю, детям не понравится фуа-гра? Кроме того... может, стоит добавить чего-нибудь освежающего?

- Ясно, хорошая идея. Спасибо.

- Вы меня перехваливаете... Владыка Айнз, вы планируете пригласить гостей в Великую Гробницу Назарика, священную обитель Высших Существ?

- Верно, я хочу оказать им радушный приём.

Не столько радушный, сколько роскошный. С целью упрочить их дружеское отношение в будущем, он намеревался продемонстрировать свою силу и богатство, одновременно запугивая и демонстрируя преимущества сотрудничества с ним.

- Всё будет в порядке?

- Должно быть. Какие-то проблемы?

- Нет, совершенно никаких. Слова Владыки Айнза - закон.

В прошлом Великую Гробницу Назарика почти никогда не посещали гости. Акеми, сестра одной из членов гильдии - Ямаико, была одним из нескольких исключений. Не существовало правила, запрещающего принимать гостей, - их просто редко приглашали.

Поэтому у его товарищей не будет причин возражать, даже если он и пригласит Энфри и остальных. Они не нарушители, а гости.

Айнз спросил Демиурга, похоже, обдумывающего что-то, и уже ждавших двоих стражей:

- Стражи, вы готовы посетить бани?

- Мои глубочайшие извинения. Нам с Маром нужно захватить банные принадлежности.

- Вот как, тогда, Коцит, они уже при тебе. Раз так, встретимся у входа в бани. Инкреметал, если кто-то придёт, передай, чтобы подождали меня здесь.

- Понятно.

Выслушав ответ горничной, Айнз встал и покинул комнату. Оставив Демиурга с Маром позади, он направился к купальне, располагавшейся на этом же, девятом этаже. Айнз предпочёл бы идти бок о бок, ведя досужие разговоры, но скромная натура Коцита не позволила ему это. Вероятно, заметив, что Айнз чувствует себя несколько одиноко, тот приблизился и спросил:

- Владыка Айнз. Количество. Восьминогих. Кинжалопауков. Убийц. В. Комнате. Уменьшилось? Их. Куда. То. Отправили?

Пусть вопрос и касался работы, но непринуждённое общение с Коцитом обрадовало Айнза. Тем не менее он постарался ничем не выдать своего приподнятого настроения.

- Они сейчас в Э-Рантэле. Нарберал осталась там на случай, если кто-либо пожелает нанести визит. Кинжалопауки присматривают с расстояния.

- Разве. Для. Нарберал. Не. Опасно. Оставаться. Там. Одной?

- Верно, есть немалый шанс, что кто-то решит напасть.

- Понимаю. Она. Наживка. Верно?

- Верно. Если те, кто пытался взять под контроль Шалти, следят за нами, они определённо решат, что это их шанс. Возможно, они хотят приблизиться к Момону, сразившему могущественную вампиршу Шалти, хотя я назвал им другое имя. Но когда Момон отсутствует, а заклинатель осталась одна...

- Они. Клюнут. На. Приманку?

- Не знаю, но, если клюнут, я подсеку.

Айнз сделал движение рукой, словно дёргал за удочку.

- Мы. Отправим. Всех. В. Бой. Когда. Придёт. Время?

- Нет, так мы не поступим. Сначала мы изучим врага. Мудрым будет действовать осторожно на случай, если они сильнее нас или искуснее нас.

Это звучало логично, но эмоционально принять такую точку зрения было непросто. Коцит пробормотал:

- Мне. Ясна. Необходимость. Этого. Но. Мне. Непросто. Принять. Это. На. Эмоциональном. Уровне.

- Мы должны действовать осторожно и терпеливо, пока не отыщем слабость врага. Когда же будем готовы, разорвём их в клочья. Они пытались подчинить Шалти, заставили меня убить её. Этот грех весьма тяжёл.

Даже если это сделал игрок, Айнз не намеревался проявлять снисхождение. Единственными, до кого ему есть дело, были его прежние товарищи и созданные ими НИП. Если кто-то хочет проблем, он научит их ужасам боли, которой им придётся расплатиться за свою глупость.

- Воздавай добром за добро и злом за зло. Таковы законы этого мира.

Айнз жестоко улыбнулся. Он предвкушал возможность провести множество экспериментов, если удастся пленить игрока. Тот из них, который он не решался провести на себе - смерть - был бы первоочередным.

- Глаз. За. Глаз. И. Зуб. За. Зуб. Верно?

- Верно, но знаешь что? Эта поговорка также говорит о том, что месть не должна заходить слишком далеко. Впрочем, я намерен отплатить им гораздо большим чем то, что они причинили нам.

«Пунитто Моэ сказал бы что-то подобное», - пробормотал Айнз про себя.

- Оо! Как. И. Ожидалось. От. Владыки. Айнза. Превосходство. И. Силы. И. Разума.

Даже не поворачивая головы, Айнз чувствовал направленное ему в спину почтение.

- Владыка. Айнз. Планирует. Провести. Весь. День. В. Назарике?

- Нет, после бани я закончу с текущими делами и вернусь в Э-Рантэл. Там тоже есть множество дел, требующих моего внимания. Что насчёт тебя?

- Я. Пока. Вернусь. На. Свой. Пост. В. Назарике. Исследование. Местности. Вокруг. Озера. И. Прочие. Дела. Что. Послужат. Назарику. Практически. Завершены.

- Когда ты вернёшься, снаружи останутся только Демиург, занятый многими проектами; Себас и Солюшн, занятые сбором информации в Королевской Столице; Аура, занятая постройкой базы в лесу, а также мы с Нарберал.

- Непросто. Принять. Тот. Факт. Что. Высшее. Существо. Выполняет. Работу. Которую. Должны. Выполнять. Мы...

- Хаха, что ж, извини, Коцит.

- Сама. Мысль. О. Том. Чтобы. Простить. Вас. Смехотворна. Владыка. Айнз. Правитель. Этого. Места. Ваши. Слова. Закон. Не. Обращайте. Внимания. На. Мою. Глупую. Болтовню. Кроме. Того...

Атмосфера между ними словно изменилась, заставив Айнза удивлённо обернуться. Коцит, похоже, несколько расстроился, но с виду сказать было сложно.

- Будь. Мы. С. Демиургом. Поистине. Достойны. Не. Было. Бы. Нужды. Владыке. Айнзу. Лично. Выходить. Наружу. Верно? Всё. Таки. Мы. По. Прежнему. Некомпетентны...

- Это не так. Всех вас создали для определённой цели. Поэтому для каждого важно выполнять порученные ему обязанности. Честно говоря, не будет ничего плохого, даже если вы окажетесь неспособны ни на что другое. Демиург, с его знаниями и интеллектом, просто слишком хорош, вот и всё.

Видя, что Коцит не согласен, Айнз продолжил:

- Что ж, тебе просто нужно понемногу расширять свои способности. Ты многому научился, подчинив деревню людоящеров нашей воле. Управление ими принесёт тебе ещё больше опыта. Продвигайся шаг за шагом, и однажды сможешь достигнуть уровня Демиурга.

- Я. Действительно. Смогу. Достичь. Этого?

- Думаю, это возможно, - уклончиво ответил Айнз. - Демиург обладает непревзойдённым интеллектом - стать тем, кто сможет с ним посоперничать, будет непросто. Однако я думаю, что твои усилия не пропадут даром.

Они шли дальше в молчании, пока Коцит не выдавил из себя тихие слова: - Примите. Мою. Глубочайшую. Благодарность. Владыка. Айнз.

- Я не сказал ничего стоящего благодарности. Итак, Коцит, мы почти пришли. Отложим эти разговоры в сторону, нужно слегка развеять атмосферу, пока не пришли Демиург с Маром.

- Есть!

♦ ♦ ♦

«Спа-курорт Назарика» - это чудесное место на девятом этаже Назарика, предлагающее услуги семнадцати бань девяти типов как для мужчин, так и для женщин. Наиболее знаменитой была Черенковская баня, с её слепящими глаза голубыми лучами, излучавшая атмосферу утончённости. Айнз, вместе с Коцитом прибывший ко входу, удивлённо раскрыл глаза при виде неожиданных лиц.

- Владыка Айнз!

Из трепещущей Альбедо словно выпрыгивали в воздух сердечки. Также присутствовали Шалти и выглядевшая усталой Аура. Демиурга и Мара не было видно: может, они уже в раздевалке?

- Аль-Альбедо, почему ты здесь?

- Хммм? Я здесь, чтобы сходить в баню вместе со всеми... Владыка Айнз, вы тоже?

- А, да... Верно, какое совпадение, Альбедо!

- Действительно, какое совпадение!.. Я слышала, что перед баней полезно слегка размяться и пропотеть. Владыка Айнз, как насчёт сделать это вместе?

Айнза внезапно пробрал озноб.

- Ну, я не против партии в настольный теннис...

- Не в этом смысле. Более интимным способом.

Ловкими движениями воина сотого уровня - слишком быстрыми, чтобы Айнз мог уклониться - Альбедо преодолела разделяющее их расстояние и повела пальцем по его мантии. Однако палец провалился в промежуток между рёбрами Айнза.

- Ах.

- Ах.

Они заговорили одновременно.

«Что за смехотворная ситуация», - подумал Айнз, криво улыбнувшись и слегка отшатываясь, чтобы заговорить с Альбедо.

- Мой палец проник в сокровенное место Владыки Айнза... Всё лицо Альбедо залилось красным, её глаза увлажнились, он почувствовал исходящий от неё аромат. Тот же аромат, которым пахла его постель.

- Эй, я уже спрашивала, но вам не кажется, что она несколько странная? - спросила Аура, удерживавшая Шалти, пока Айнз стоял в замешательстве.

- Мои искрение извинения, Владыка Айнз. Я ничего не могла с собой поделать. Э, пожалуйста, рассматривайте это как результат накопившегося во время работы на Назарик стресса. Пожалуйста.

- Ну, раз так, ничего не поделаешь. Да. Альбедо, я благодарен за твой ежедневный усердный труд.

Айнза, пытавшегося быстро уйти, остановила рука, схватившая его за одежду. Не было нужды задаваться вопросом, кому она принадлежала.

- В чём дело, Альбедо? Почему ты так не хочешь отпускать меня?

- Когда я услышала эти слова... Они разожгли пламя в моём сердце. Я чувствую трепет в животе. Поэтому, Владыка Айнз...

- Нет, стой, успокойся, Альбедо! К-коцит!

- Предоставьте. Это. Мне!

Холодный воздух заполнил комнату, мгновенно опустив температуру и заставив уже почти потерявшую самоконтроль Альбедо прийти в себя.

- Я. Не. Прощу. Непочтительности. К. Владыке. Айнзу. Даже. От. Смотрителя. Стражей.

Коцит встал между Айнзом и Альбедо, держа в руке серебряное копьё и демонстрируя готовность применить силу, если ситуация того потребует.

- Простите моё бесстыдство, Владыка Айнз. Мой рассудок помутился.

- Твои извинения приняты, Альбедо.

Повинуясь его воле, Коцит отступил в сторону, но копьё не выпустил.

- Я знаю, что работа ложится на тебя тяжким грузом. Потеря самоконтроля, вероятно, является способом выпустить пар. Как бы то ни было, отправляйся в бани, это поможет тебе развеять стресс.

Договорив, Айнз зашёл за занавеску мужских бань, но остановился, услышав шаги за спиной.

- Почему ты идёшь за мной, Альбедо? Позволю себе напомнить - это мужская баня, а не женская.

- Я хочу потереть вам спину.

- Отказано. Кроме того, я не один и намерен посетить баню с другими Стражами-мужчинами. Ты готова продемонстрировать им всем своё обнажённое тело? «Она суккуб и вполне может согласиться», - подумал Айнз, но Альбедо тут же ответила.

- Что ж, здесь неподалёку есть и семейные бани...

- Семейные бани не предназначены для подобного!

- Но, Владыка Айнз, это нечестно, с вашей стороны, одаривать лишь мужчин своим благоволением.

- Верно, верно! - подала голос Шалти. По мере того как затыкавшая ей рот Аура всё больше увлекалась этой идеей, её глаза разгорались, и она отпустила руку. Коцит, похоже, забеспокоился.

«Совместное посещение бани - это знак благосклонности?.. И вспоминая тот инцидент… разве Альбедо не ведёт себя несколько странно? Может, всё дело в стрессе?»

- Альбедо, позволь сказать тебе одно. Я предпочитаю женщин мужчинам и исключительно гетеросексуален, - Айнз жестом остановил Альбедо, пытавшуюся что-то ответить. - Возможно, в будущем наши отношения смогут развиться до такой стадии. Однако, пока ситуация в этом мире нам неясна, подобные отношения с одной из вас могут повредить будущему всего Назарика.

Альбедо огорчённо нахмурилась.

- И все вы подобны дочерям моих друзей - наши отношения слишком сложны.

- А я-то думал, стоя у входа, что здесь происходит, а это вы доставляете проблемы Владыке Айнзу.

- С-сестрица... у-умерла...

- Да не умерла я, - слабо возразила она.

- Я ждал вас двоих.

- Прошу простить наше опоздание. Однако... Смотритель, не пора ли научиться контролировать свои эмоции?

Узкие глаза Демиурга слегка расширились, открыто демонстрируя его враждебность. То, что он, обычно вежливый, вдруг проявил гнев, пугало. Вслед за его словами в комнате повисло напряжение. Коцит, попав под его влияние, также встал напротив Альбедо. Она же улыбалась, как и прежде. Нет, улыбка Альбедо казалась даже шире обычного.

- Глупцы! - гневно проревел Айнз. - Безмозглые идиоты! Не смейте устраивать грызню в моём присутствии!

Все Стражи, вздрогнув, преклонили колени.

- Простите нас, Владыка Айнз!

- Ну, ну, хватит, поднимитесь, вы все. После того как Стражи встали, Айнз мягко заговорил, как будто успокаивал напуганных детей.

- Прекратите эти варварские ссоры. Это невероятно огорчает меня, вы понимаете?

Получив подтверждение всех присутствующих, Айнз почувствовал, как его гнев улетучивается.

- Хорошо, давайте отправимся в бани и развеемся. Мужчины идут за мной. Аура, назначаю тебя ответственной за женскую группу. Не позволяй этим двоим за твоей спиной делать глупости.

- Как пожелаете!

Глаза Ауры ярко полыхнули. Альбедо и Шалти, решившие было, что это хороший шанс пробраться в мужскую баню, увидев её возбуждение, приуныли.

Айнз раздвинул занавески с надписью: «М», игнорируя возню за спиной. Он снял одежду в раздевалке. Обычно снимать снаряжение было трудной задачей, но он заранее подготовился, поэтому разделся моментально и быстро вышел наружу.

«Теперь, когда я голый, мне совершенно непонятно, как я ухитряюсь двигаться...»

Его тело представляло из себя скелет, полностью лишённый плоти и кожи. Это было немыслимо для Сузуки Сатору, но совершенно обыденно для этого мира. Айнз неоднократно размышлял, каким образом он должен учитывать эту разницу в своих действиях.

- Я иду первым.

- П-подождите меня, пожалуйста!

Раздетый Мар быстрыми шагами последовал за ним. Обычно он носил женскую одежду, но сейчас, несомненно, выглядел мальчиком. Его по-прежнему детское тело не бугрилось мускулами. Если подумать о том, какая сила таилась в этом хрупком теле, становилось понятно, что он существо столь же уникальное, как и Айнз.

Подумав так, Айнз, глядя на Мара, предупредил его:

- Не бегай здесь. Пол влажный, это опасно.

Стражи не погибнут, даже если поскользнутся и ударятся головой, но при виде выглядящего как ребёнок Мара Айнз не мог не беспокоиться.

- Д-да, простите, пожалуйста.

«Не стоит так серьёзно это воспринимать», - подумал Айнз.

- Извините за ожидание.

Демиург и Коцит не заставили себя долго ждать. Демиург обладал стройным, хорошо тренированным телом. Он, вероятно, соблюдал подобающий режим, поддерживая свою физическую форму, но отчасти дело было в настройках Улберта.

- Коцит выглядит так же, как обычно.

- Ну, он же всегда ходит голышом.

- Не. Могли. Бы. Вы. Не. Формулировать. Это. Столь. Непристойным. Образом?

- Извини. Бронёй Коцита является его экзоскелет. Он всегда так выглядит, с этим ничего не поделаешь.

Броня-экзоскелет - один из видов усилений тела, вроде зубов и ногтей Шалти. Она становилась крепче с ростом уровня владельца или при использовании кристаллов данных. Плюсами такой брони являлось удобство, вызываемое отсутствием необходимости менять снаряжение, и то, что такая броня восстанавливалась сама по мере восстановления очков здоровья владельца. Она не утрачивалась после смерти и имела множество полезных свойств.

Минусом было то, что прочность, защита и остальные характеристики такой брони уступали обычному снаряжению игроков того же уровня. Усиленное тело сотого уровня практически не могло достичь таких же характеристик, как снаряжение Божественного класса. Возможно, этого можно было достичь с помощью навыков, укрепляющих усиленное тело, но Айнз не был в этом уверен.

Для игроков минусы перевешивали плюсы, но для НИП всё было с точностью до наоборот. Игроки могли таким образом избежать необходимости подбирать для НИП ещё один комплект доспехов и оружия.

- Благодарю. Вас.

Коцит опустил голову. Айнз промолчал, но…

«Это так сильно его задело, что он благодарит меня: его дразнят? Мне сказать другим не делать этого?»

Вероятно, что-то подобное чувствовал бы учитель, видя, как задирают одного из учеников. Подумав, как бы на его месте поступила Ямаико, Айнз сказал группе мужчин:

- Хорошо, пойдём.

Айнз повёл их в купальню, состоящую в общей сложности из двенадцати зон. От большей к меньшей там были: джунглевая баня, традиционная римская баня, юдзу-ю с плавающими в ней юдзу, углекислотная ванна, джакузи, электрическая ванна, пропускающая через тело слабый ток, холодная ванна с плавающим в ней древесным углём, испускающий загадочный - непонятно чем производимый - свет Черенковский бассейн, и смешанный бассейн для обоих полов под открытым небом... впрочем, пейзаж был искусственным.

Также была сауна ганбанъёку и, наконец, комната отдыха.

- Куда бы пойти в первую очередь? Что думаете?

- Я. Считаю. Что. Холодный. Источник. Лучше. Всего. Если. Владыка. Айнз. Не. Против.

Айнз обладал сопротивлением к холоду, так что ледяная вода не навредила бы ему, но с ходу предлагать холодный источник - это определённо странно.

- Коцит... мы здесь, чтобы искупаться...

Дипломатично сказал Мар, и Коцит, наконец, понял свою ошибку. Поиски решения продолжались.

- Раз мы здесь для купания, стоит отправиться в баню, которая усилит циркуляцию крови... Постой, у меня вопрос к тебе. Ты можешь посещать горячие источники? Ты ведь не превратишься в варёного лобстера, верно?

- Нет. Причин. Для. Беспокойства. Мой. Экзоскелет. Обладает. Сопротивляемостью. К. Огню. Гораздо. Крепче. Твоего. Тела. - с гордостью заявил Коцит, фыркая ледяным паром.

- Э, эм, я думаю, что обычный бассейн подойдёт...

- Я. Считаю. Что. Холодный. Источник. Лучше. Всего... Так. Же. Комфортно. Как. Погружение. В. Лёд...

- Ты единственный, кто так считает, похоже, эта точка зрения непопулярна...

- Хорошо, порознь будет не так весело. Давайте посетим все одну за другой. Начнём с обычного лесного пруда. Мои товарищи вложили в него немало сил.

Дружно выразив своё нетерпение, стражи последовали за Айнзом, ведущим их к лесному пруду. Чувствующий себя несколько покинутым Коцит шёл позади всех.

Густые джунгли, может, и были созданы искусственно, но выглядели столь реалистично, что Айнз не удивился бы, выпрыгни из чащи какой-нибудь хищник.

- Пейзаж смоделирован на основе некогда существовавшего места в джунглях Амазонки. Его создал Беллривер, ему помогал Блу Планет.

Слыша за спиной поражённые вздохи стражей, Айнз взял банный ковш и табуретку.

«Почему все ковши здесь жёлтые? Когда я спросил их, они ответили, что это традиция... Так что все ковши в бане жёлтые.»

- Это должно быть очевидно, но, прежде чем войти в бассейн, нужно вымыться. Мой способ мытья загрязняет всё вокруг, так что не подходите слишком близко.

Сказав это, Айнз окатил себя полным ковшом тёплой воды. Большая часть брызнула в стороны, не коснувшись его. Намочить тело Айнза за один раз было невозможно. Повторив обливание до тех пор, пока не убедился, что сполоснул всё тело, Айнз достал щётку.

Щедро нанеся на неё жидкое мыло, Айнз принялся тереть своё тело. Между костями было множество зазоров и мыльные пузыри разлетались во все стороны, словно от чистящей зубы обезьяны.

«Хм, мне стоило всё же взять с собой моего милого слайма, банщика Миёши»

Не стоило показывать остальным себя, покрытого слизью, но чистить себя щёткой после долгого перерыва было хлопотно. Пока Айнз старательно оттирал себя, Мар подтащил табуретку и, с покрасневшими от пара щеками, немного нервно улыбнулся:

- В-владыка А-Айнз! Я, я помогу вам вымыть спину!

- Хо? О, понимаю. Ты хочешь помочь мне вымыться. Это довольно-таки нудно, так что используй щётку: полотенцем будет утомительно.

Айнз повернулся спиной к Мару, взявшему его щётку и медленно принявшемуся тереть.

- У тебя отлично получается.

- Большое спасибо!

- Впрочем, тут сложно ошибиться, - ответил Айнз на благодарность Мара. Он взглянул в сторону Демиурга и Коцита.

- Я помогу тебе вымыться.

- Прости. За. Беспокойство.

Айнз пребывал в превосходном расположении духа, и, хотя и не обладал, будучи скелетом, мимикой, не мог сдержать улыбку.

В данный момент лучшим местом в Назарике была эта баня.

Улыбка Айнза стала ещё шире, когда он услышал детский голос, произнёсший: «Кажется, я закончил».

- Спасибо, Мар. Теперь позволь мне тебе помочь, не стесняйся.

Айнз развернул паникующего мальчика спиной к себе и наполнил губку Марапеной. Он тёр его спину осторожно, стараясь контролировать силу. Это было даже приятнее, чем когда мыли его самого.

- Не больно?

- Нет, всё в порядке!

Закончив мыть необычно напряжённую спину Мара, Айнз вернул ему губку.

- Спереди ты можешь вымыться сам, верно?

- К-конечно!

Айнз подобрал щётку и принялся аккуратно чистить рёбра, стараясь не брызгать водой в сторону моющегося рядом Мара.

- Что ж, я пойду первым.

Демиург, закончивший мыться, покачивая хвостом, прошёл к бассейну. Следом шёл Коцит. Ему было почти так же тяжело мыться, как и Айнзу, но четыре гибкие руки значительно ускоряли процесс. За ним отправился Мар, и, наконец, несколько минут спустя - Айнз.

Бассейн был огромен. Из изящной львиной головы бесконечным потоком текла тёплая вода, всё скрывал пар. Айнз осторожно подошёл и увидел двух Стражей поблизости, в бассейне, и чуть в отдалении - Коцита.

- А... как уютно.

Айнз ожидал, что дети захотят поплавать в бассейне, но Мар просто чинно сидел с полотенцем на голове. Его зрелое поведение, не соответствующее детской внешности, удивило Айнза. Работа Стража определённо тяжела.

- Верно, я чувствую, как усталость покидает моё тело.

Демиург снял очки и, выдыхая, окатил лицо водой, словно старик.

- Так. Жарко...

- Э, ты же сказал, что защищён от огня.

- Не. Ожидал. Что. Будет. Так. Жарко...

- Не вздумай из-за этого выпускать холодный воздух. И не подходи сюда. В бане должно быть жарко.

Неудивительно, что Коцит держался в отдалении. Вода возле него, вероятно, становилась ледяной.

- Тебе. Приятно. Это. Потому. Что. Ты. Невосприимчив. К. Огню. Демиург... Холодные. Источники. Тоже. Хороши. Верно?

- Не заинтересован. В любом случае ты можешь наслаждаться им и без сопротивляемости. Неужели сложно потерпеть небольшой дискомфорт, Коцит?

- Ты. Дразнишь. Меня. Демиург. Интересно.

- Расслабьтесь, бани существуют для отдыха. Хотите соревноваться в выносливости, отправляйтесь в сауну. Но не переусердствуйте, если станет тяжело.

- Пфьюуу.

Лоб Мара потел, он издал долгий выдох.

- Видите, вот так нужно наслаждаться баней. Не заставляй себя, Мар, выходи из воды, если больше не сможешь выдержать, хорошо?

- Нет, нет, никаких проблем, Владыка Айнз! Я воспользуюсь магией, если пойму, что больше не выдержу!

«Это тоже было бы странно», - подумал Айнз, но промолчал. Он повернулся к Демиургу:

- Разве правильно входить в бассейн, когда невосприимчив к теплу?

- Это один из способов посещать бани, Владыка Айнз. Это точно так же, как вы входите в воду, хотя не можете намокнуть, будучи нежитью.

- Это правда.

Он чувствовал, как его тело слегка нагревается, но по сравнению с тем временем, когда он был человеком, это не было столь комфортно.

«Минусы существования как нежить...»

Пока Айнз предавался воспоминаниям об утраченных удовольствиях...

- Хмм?

Он поднял голову и осмотрелся.

- Могу я спросить, в чём проблема?

- Похоже, кто-то зовёт меня по имени.

- Звук. Идёт. Из. Соседнего. Помещения?

Коцит жестом указал на стену за своей спиной.

- На той стороне… а, понимаю, там женские бани.

- Ясно, но... разве стена такая тонкая?

- Может. Это. Просто. Они. Слишком. Громкие.

Айнз прислушался. Он не имел каких-то грязных намерений, просто ему было слегка любопытно, о чём говорят девушки. Он не прислонял ухо к стене, подобные действия были бы недостойны правителя Великой Гробницы Назарика. Не приближаясь к стене, он изо всех сил старался подслушать, что происходит по соседству.

- Альбедо такая пушистая там внизу.

Первое же, что он услышал, заставило Айнза нахмуриться.

- Не произноси это так непристойно, Аура. В-владыка Айнз, наверное, за этой стеной. Здесь нет отверстий, в которые я могла бы подглядывать?

Айнз пристально посмотрел на стену, гадая, не встроил ли кто-нибудь в неё какие-нибудь странные приспособления. Одно время такие вещи были очень популярны среди членов гильдии, и что-то из этого могло быть установлено и здесь.

- Разве не должно быть наоборот? Это мальчики должны за нами подглядывать.

- Это невозможно. Владыке Айнзу достаточно лишь приказать, ему незачем подсматривать.

- О, Шалти, в кои-то веки сказала что-то умное.

- Как грубо. Это зубная щётка? Чистить зубы в бассейне... Ты не можешь сделать это попозже?

- Нет. Мне тяжело мыться, так что я вынуждена делать это в большой ванне вроде этой.

Голос Альбедо доносился словно бы откуда-то сверху, сопровождаемый громким скребущим звуком.

- Хмм, выглядит утомительным. Ладно, я не против.

- Благодарю.

- Уваа, не смотри сюда сворачивая шею. Отвратительно. Шалти, ты не будешь чистить зубы?

- Я могу сделать это у себя в комнате, незачем чистить их здесь. В любом случае… разве у нас может развиться кариес?

- Даже если и нет, вонь изо рта во время поцелуя может охладить даже тысячелетнюю любовь.

Звуки щётки остановились, раздались тяжёлые шаги.

- Хмм, постой, ты собираешься войти туда вот так? Хотя бы...

Раздался громкий всплеск и звук стекающей воды. Кто-то, похоже, плюхнулся в бассейн всем телом.

- Ва! Кха, кха! Будь я вампиром из сказок, я бы утонула и погибла!

- Ты не ребёнок, не запрыгивай в воду!

- Фуфуфу. Ах, как расслабляет. Вот зачем я пришла сюда.

- Хотя бы следуй банному этикету... О?

- Что? Хмм? Лев движется?

- Незнание банного этикета означает отсутствие прав находиться в бане! Казнить! Внезапный мужской голос заставил Айнза и остальных переглянуться.

- Э, это похоже на мужчину.

- Я. Не. Представлял. Что. Услышу. Это. Лично. Это. Страж. Бани. Верно? Но. Почему. В. Женской. Бане. Мужчина?

- Нет, я слышал этот голос раньше... Это Люци★фер.

Услышав грозный мужской голос, Айнз вспомнил множество проблем, вызванных Люци★фером. Честно говоря, он ему не слишком-то нравился.

- Один из Высших Существ?!

- Такой твёрдый! Это не простой стальной голем! Альбедо!

- Сдохни! Ты, ржавый кусок металла!

Раздался громкий звук удара, что-то впечаталось в стену. Сотрясение передалось даже в мужскую баню.

- Для начала подготовьте снаряжение. Возможно, нам придётся ворваться в женскую баню, - скомандовал Айнз колеблющимся Стражам.

Проблема разрешится, если они отключат режим атаки, настроенный его товарищем, но на той стороне им придётся выдержать жестокое сражение. Боевая мощь лишённых снаряжения девушек значительно снижена, так что мужчинам, возможно, придётся им помочь.

- Я предпочёл бы в следующий раз посетить баню в тишине и спокойствии, - небрежно сказал Айнз, отряхиваясь и шагая в раздевалку. Стражи молча кивнули в согласии.

↑ Выпечка из датской кухни. https://en.wikipedia.org/wiki/Danish_pastry ↑ Помни, что придётся умереть. https://ru.wikipedia.org/wiki/Memento_mori ↑ Конский доспех. https://ru.wikipedia.org/wiki/Бард_(доспех) ↑ Чертежный прибор в виде доски. https://ru.wikipedia.org/wiki/Кульман_(чертёжный_инструмент) ↑ Верхняя одежда в виде прямоугольного куска ткани. https://ru.wikipedia.org/wiki/Гиматий ↑ Крест, увенчанный сверху кольцом. https://ru.wikipedia.org/wiki/Анх ↑ Части имён пяти хороший императоров. https://ru.wikipedia.org/wiki/Пять_хороших_императоров ↑ Цитрусовое растение. «Юдзу-ю» - ванна с юдзу. https://ru.wikipedia.org/wiki/Юдзу ↑ Популярная в Японии спа-процедура с использованием горячих камней. https://en.wikipedia.org/wiki/Ganban%27yoku

Эпилог

- Похоже, ты готова, Сестрица.

Прокомментировал Дзюгэму внешний вид Энри, войдя в её дом.

- Да, так... Это странно?

Спросила Энри Дзюгэму, осматривая свое платье. Это было её лучшее платье, которое она обычно надевала на праздник сбора урожая.

- Вовсе нет, ты так не думаешь, Сестрица?

- Мм. Ты очень красивая, Энри.

- Ааах, ну хватит!

Покрасневшая Энри уставилась на Дзюгэму и улыбающуюся Нему. А точнее, на озорную ухмылку Нему.

С тех пор как её отношения с Энфри продвинулись, она смущалась такой озорной улыбки своей младшей сестры и хотела даже прикрикнуть на неё, как только вошла. Но, рассудив, что это может обидеть сестру, решила мудро промолчать. С другой стороны, оставлять всё как есть не самое лучшее решение, особенно c Нему: она начнет задавать вопросы, на которые Энри не сможет ответить.

«Я думаю об этом уже несколько дней и морально готова… Может, попросить Энфри помочь с этим...»

Увидев мольбу в глазах Энри, её возлюбленный сказал:

- Мм, гм! Кстати, господин Дзюгэму, вы хорошо владеете тем магическим мечом? Я слышал, что подобные мечи тяжелы в использовании в отличие от обычных.

Двуручный меч в руках Дзюгэму был получен в набеге несколько дней назад.

- Я уже привык к весу и центру тяжести меча, так что смогу им пользоваться как своим старым мечом. Как и ожидалось от магического оружия, его острота и прочность намного выше. Однако... яд, уменьшающий силу противника… это немного странно...

- Что? Это какой-то мощный эффект?

- Ну, это не особо сильный яд. Кто-то вроде меня с легкостью сможет противостоять ему. Тем не менее против слабых противников...

Лицо Дзюгэму помрачнело.

- Что-то не так?

- А, - раздраженно сказал Дзюгэму, глядя на потолок. - Я думал о тролле, у которого отобрал меч… он был странным парнишей.

- Кажется, труп не отличался от обычных троллей. Может, это был какой-нибудь подвид?

- Не, не. Я имел в виду другое, Сестрица. Его движения, отсутствие регенерации, ощущение, когда я его порезал... жуткое чувство... как будто тело уже было мертво. От подобного у меня странные и плохие предчувствия.

- Живой труп? Как зомби?

- Я не знаю. Может, особый вид тролля.

- Спасибо, что дождались!

Дверь открылась одновременно с этим внезапным и весёлым заявлением.

Люпус Регина на фоне солнца смело вошла в дом. Пока Энри и друзья ошеломленно смотрели на нее, что-то больно и с громким звуком ударило по макушке Люпус Регины.

- Уввай.

- Ты идиотка. Как можно быть такой грубой? Прошу простить её.

Оттащив Люпус Регину назад, женщина в чёрном поклонилась присутствующим:

- Я горничная господина Айнза, Юри Альфа. Я здесь, чтобы забрать господина Энфри, госпожу Энри и госпожу Нему. Вы позволите нам войти?

- Ах, да. Прошу, входите. И Люпус Регина тоже.

Вошедшая вместе с Люпус Региной женщина обладала такой же неземной красотой.

- Как только вы будете готовы, можем начать телепортацию.

- Те-телепортацию? Вы можете телепортировать?

Энфри почти вскричал. Хотя Энри не понимала, почему Энфри был так удивлён, она догадывалась, что это было круто.

«Телепортация Воина-Капитана и его людей тоже была чем-то необычным?..»

- Ах, нет. Это не моя сила, это мощь волшебного предмета, который мне дал господин Айнз.

«…Рог, зелья тоже. Он поразителен. Почему он столь потрясающий?»

Плечи Энфри поникли, и Энри почувствовала возможность задать вопрос:

- Мне и правда можно пойти? И моей младшей сестре тоже?!

Сегодня был день, когда спаситель деревни, Айнз Оал Гоун, пригласил Энфри к себе домой. Она почувствовала неловкость, когда услышала, что она, простая деревенская девушка, может отправиться с ним вместе. Ведь могущественный заклинатель, пригласивший их, и они - это люди, живущие совершенно в разных мирах. От самой мысли, что она может случайно нагрубить, было неприятно в желудке.

- Это здорово! Так как мы отмечаем новое изобретение Энфри, то его подружка, Эн, может пойти с ним. Вы знаете, господин Айнз так и сказал. А формальности не такое уж большое дело.

- Люпус, умерь свой тон.

- Юри, а что в этом плохого? Мы ведь друзья, правда, Эн?

- А? Ах, да. Да. Всё так. Мм.

«Хаа», - вздохнула Юри и подошла к ближайшей стене. Внезапно из ниоткуда появился огромный деревянный шкаф. Он был большой настолько, что через него с легкостью могли пройти люди. Также он был покрыт причудливой резьбой, из-за чего выглядел декоративным.

- Это «Бездонный Карман»? Нет, он слишком большой; наверное, это заклинание высокого уровня.

- Проходите, пожалуйста, внутрь. Люпус, могу ли я доверить безопасность этого места тебе?

- Поняла-су.

Деревянный шкаф должен был быть прикреплён к стене, но, когда они заглянули внутрь, его «начинка», казалось, уходила в другой мир.

Юри сделала первый шаг и пошла на другую сторону шкафа.

За ней следовал Энфри, и за ним, чуть отстав, Энри, держа за руку Нему.

Они прошли сквозь стену перед ними без малейшего сопротивления и очутились в огромном, величественном коридоре, со статуями по обеим сторонам; они были как живые: казалось, они могут двигаться.

- Увах.

Нему мягко воскликнула, она посмотрела на потолок, её рот был широко открыт, как и глаза. Чтобы не упасть, Энри посмотрела вперёд и сказала:

- Удивительно...

Пол был из полированного камня; он был накрыт пёстрым ковром, показывающим путь вперед. Энри онемела от восхищения; ей казалось, что так, должно быть, выглядят дворцы.

- Прошу, идите прямо по ковру.

Голос Юри вывел её из оцепенения. Она было подумала добежать до людей впереди нее, но обстановка этого места не соответствовала такому поведению, и Энри просто ускорила шаг.

Через некоторое время впереди появилась стена с дверью шкафа, похожей на ту, через которую они вошли. Но были два больших отличия. Во-первых, эта дверь была в несколько раз больше, так что через нее могли пройти сразу несколько человек одновременно. Во-вторых, на дверь проецировалось изображение другой стороны, словно она открывала путь в цветной волшебный фильм.

- Тогда прошу, войдите, как вы сделали ранее.

Энри и Энфри посмотрели друг на друга.

- Мы пойдем вместе.

Энри и Энфри держались за руки. Слева направо стояли Нему, Энри и Энфри. Вместе они вошли в дверь.

В одно мгновение в дожде из розовых лепестков явилась женщина в одеянии, которое пылало красным сверху и пестрело белым снизу.

- Добро пожаловать.

Гармоничный хор голосов приветствовал их.

Они прошли в ещё более роскошный коридор и осмотрелись, цепенея от роскоши помещения: вдоль стен двумя рядами стояли поразительно красивые горничные, в конце прохода находился мужчина, одетый в странную маску и черную мантию, казалось, будто он засасывает весь свет вокруг себя. Это был спаситель деревни Карн – Айнз Оал Гоун.

В панике Энри стояла на месте как истукан.

Лучи света, испускаемые люстрами на потолке, играли на безупречно белом полу из мрамора; великолепный коридор, и красавицы горничные в два ряда - как будто они попали в мир фантазий.

Потерявшись в этом удивительном, сказочном мире, Энри случайно ослабила хватку на руке Нему. И в следующий момент часть её сознания, которая ещё не была полностью подавлена окружающим, вернула Энри к реальности.

Нему побежала вперед.

- Удивительно! Это просто потрясающе!

Нему бежала, крича во весь голос. Она пробежала горничных и направилась прямиком к Айнзу.

Опьянев от этого роскошного и поразительного мира, она отбросила сдержанность, позволив себе бежать как сумасшедшая.

- Это супер-пупер удивительно!

- Нему! Вернись!

Энри сообразила, но было поздно. Из-за недостойного поведения Нему Энри вспотела. Но действительно ли допустимо для простой деревенской девушки вроде неё бегать по этому божественному месту, с рядами прекрасных горничных по бокам? Энри заколебалась, её противоречивые эмоции отразились в её шагах. В результате она двигалась словно полумёртвая лягушка. Начиная идти и останавливаясь, она представляла в голове разнообразные худшие сценарии, которые может вызвать такое поведение.

В то время как Энри еле двигалась, Нему уже добежала к спасителю деревни без какого-либо сопротивления.

- Разве это так впечатляет?

- Ага! Это действительно удивительно!

- Правда? Удивительно... Нет, пожалуй, это так.

Айнз протянул руку и спокойно погладил Нему по голове.

- Это место, где я живу, действительно замечательно?

- Да, действительно замечательно! Вы сделали его сами, господин Гоун?

- Хахаха, да, это верно. Мои друзья и я сделали.

- Это восхитительно! Господин Гоун и его друзья удивительны!

- Хах! Хахахахаха!

Чистый, ясный смех разнесся эхом по коридору. К этому времени Энфри и Энри нерешительно подошли к ним. Энри сильно сжала руку Нему, как будто решила никогда её не отпускать.

- Мы от всего сердца благодарим вас за ваше любезное приглашение!

- Не нужно формальностей. Мы здесь, чтобы отпраздновать изобретение нового зелья. Чувствуйте себя как дома.

- Господин Гоун, я искренне сожалею. Моя сестра Нему повела себя грубо с вами.

- На самом деле нет никаких проблем. Она была тронута видом моего жилья, не правда ли? Это не может оскорбить меня.

Казалось, Айнз был в хорошем настроении, когда отвечал.

- Тогда... Затем я намеревался поговорить с Энфри... Нему, что думаешь? Не хочешь ли ты посмотреть дом, который я, нет, мы создали?

- Да! Я хочу посмотреть! Я хочу увидеть удивительный дом, который сделали господин Гоун и его друзья!

Нему высказалась первой, не давая времени Энри отказаться.

- Хахаха. Очень хорошо, очень хорошо! У меня есть, что показать тебе ...

Энри не могла возразить, видя, в каком хорошем настроении был Айнз.

♦ ♦ ♦

Энри предложили подождать в гостиной, пока для Нему устраивали экскурсию. Присев на диван, она немного успокоилась, но ненадолго.

Было похоже, что её скорее насильно вытащили сюда, как зверька из маленькой норки, нежели пригласили. Она сидела и беспокойно оглядывалась вокруг. Вплотную к ней сидел её возлюбленный, Энфри, также похожий на зверька.

Энри знала, что спаситель её деревни - заклинатель, известный как Айнз Оал Гоун - могущественное существо. Но то, что она увидела сегодня, выходило за рамки её самых смелых фантазий.

Словно она шагнула в фантастический сон или историю, в центре которой были принцессы и подобные великие личности.

Камин был украшен хрустальными птицами, они выглядели словно живые. Если бы она разбила одну, то ей не хватило бы целой жизни расплатиться за неё.

Энри впервые за свою короткую жизнь увидела люстру. Та светила не какими-то факелами, фонарями или свечами, а магическим светом. Прежде она видела магические огни в Гильдии Авантюристов Э-Рантэла, но они не могли сравнится по яркости и стилю с этой люстрой.

Мебель была роскошной и подобрана со вкусом. Особенно интересным был массивный стол из черного дерева, стоящий прямо перед ней. Хотя Энри и представления не имела, насколько ценны эти вещи, она точно могла сказать - они очень дорогие.

На стене висел реалистичный портрет красивой женщины, нарисованной в мельчайших подробностях.

Энри даже стеснялась ступать на ковёр лежащий на полу. Он был настолько мягким, что, сидя на диване, она нежно подняла свои ноги, думая, что было бы лучше не позволять ногам касаться пола.

«Не запачкаю ли я что-нибудь своим грязным платьем?»

Энри так нервничала, что была на грани обморока.

«Я знала - нужно было пойти с ней.»

Хотя Айнз с радостью согласился показать всё Нему, тревога нарастала в животе от мысли, что она могла там устроить.

- Я просто надеюсь, что она не побеспокоит господина Гоуна...

- Всё будет в порядке, не волнуйся. Господин Гоун очень гостеприимный. Я думаю, что он проигнорирует любые незначительные грубости от молодой девушки.

- Мм, но, видишь ли, если разозлить знать, тебя тут же казнят... - Я слышал о них, но, честно говоря, раньше никогда не видел. Э-Рантэл и окружающая его территория находятся под управлением Короля, так что я не думал, что дворяне осмелятся суетиться... Думаешь, господин Гоун - знать?

- Разве нет? Любой с таким роскошным домом и множеством симпатичных горничных должен быть знатью, не правда ли? Иначе откуда здесь столько роскошных вещей.

- Ммм? Так ли это? Если честно, я не думаю, что даже знатный может собрать столь красивых горничных, как эти.

Энри нахмурилась.

Одно дело, если она говорит о красоте горничных. Но, когда это сказал Энфри, она почувствовала неловкость. Как только она повернулась к Энфри с выразительным взглядом, в дверь постучали.

- Эээ!

Плечи Энри сильно дернулись, а так как они сидели вплотную, то Энфри тоже вздрогнул.

Стук повторился. Энри отчаянно думала, что означает этот стук. В то же время Энфри открыл рот:

- Ах, да, входите, пожалуйста.

- Прошу меня простить.

То, как Энфри дал нужный ответ с таким спокойствием, озадачило Энри. Вошла горничная, толкая перед собой серебряную тележку. Она была красивой и одета в сверкающую безупречной чистотой одежду, которую даже любитель назвал бы нарядом служанки высочайшего класса. Она нежно и тепло улыбалась. Однако Энри боялась, что в любой момент это может измениться и она рассержено вскрикнет: «Чем вы двое тут занимаетесь?»

- Напитки готовы.

- Н-не надо!

Лицо горничной выразило ошеломление и непонимание из-за молниеносного ответа Энри. Затем она взглянула на Энфри, потом обратно на Энри.

- Э, всё в порядке?

- Ах, да.

Возможно, она почувствовала, что Энри настолько напряжена, что её тело онемело, или врожденную нервозность Энфри, но горничная улыбалась искренне и непринужденно. Она просто сказала: «Я извиняюсь» - и села рядом с Энри. Затем она мягко положила руку на её окаменевшее плечо:

- Госпожа Эммот, пожалуйста, не нервничайте так. Госпожа Эммот и господин Барел – гости; всё, что вам нужно делать, - это успокоиться и расслабиться. - Но, но... Ч-что, если мы что-нибудь сломаем здесь...

- Не беспокойтесь. Господин Айнз даже не расстроится, если вещи здесь будут сломаны.

- Но, но как? Все вещи здесь...

Даже от мысли о стоимости вещей, которые она, бегло осмотревшись, могла увидеть в комнате, начала болеть голова. И думать, что все эти предметы - пустяк?

- Да, господин Айнз чрезвычайно богат.

- Это… это я знаю.

В конце концов, он был тем человеком, кто мог бесплатно отдать такие ценные и мощные предметы, как те рога.

- Именно поэтому, пожалуйста, расслабьтесь. Господин Айнз улыбнется и простит вас, что бы вы ни сделали. И даже если будет что-то повреждено, мы сможем восстановить это с помощью магии.

- Даже если вы так говорите, что… что, если...

- Я понимаю. Тогда, пожалуйста, выпейте, и вы сможете расслабиться.

- Но...

Энри взглянула на чайный сервиз, что стоял на серебряной тележке. Он был изготовлен из тонкого фарфора, обрамленного золотом по краям; обратная сторона была темно-синего цвета и украшена замысловатыми узорами. Он выглядел настолько хрупким, что Энри боялась, что он сломается, стоит ей его коснуться.

- Энри, пей. Невежливо и дальше отказываться.

- А, тогда вот это, спасибо.

- Поняла... хм, я вижу. Аромат и вкус травяного чая оставляет послевкусие. Может, вы хотите традиционный чёрный вместо него?

- Да, пожалуйста, спасибо вам.

Улыбающаяся горничная приготовила чай легкими, изящными движениями. После того как чашки загадочным и необъяснимым образом наполнила горячая вода, она подала им чай. В дополнение она поставила перед ними две чашки меньшего размера.

- Пожалуйста, добавьте молоко и сахар по вкусу.

Энри заглянула в сахарницу. Она увидела кубики, словно бы сделанные из истолчённого снега. Она по-простому, машинально, поместила несколько кубиков сахара в свою чашку и помешивала, пока они не растворились. После добавила молока. Энри сделала глоток и почувствовала, будто её лицо сейчас расплавится.

- С-сладкий!

- Мм, я полагаю, это из-за сахара. Вам в деревне нечасто приходится пробовать сладости, и вы не выращиваете пчёл... если я не ошибаюсь, у вас есть только что-то вроде сиропа? Я припоминаю о магии, создающей приправы, но это совершенно другое...

Забыв, где она находится, Энри громко воскликнула:

- Постарайся вспомнить это заклятье.

Прежде чем Энфри успел ответить, Энри снова отпила немного чая; вкус позволил ей успокоиться.

- На самом деле, он сладкий и вкусный.

В этот момент кто-то постучал в двери. Горничная спокойно встала и открыла их.

- Господин Айнз и ваша маленькая сестра вернулись.

После того как она открыла дверь, в комнату забежала улыбающаяся Нему. Айнз последовал за ней.

- Сестра! Это удивительно! Всё такое блестящее и красивое, действительно удивительно!

С обнимающей её за талию Нему, Энри встала, чтобы поклониться Айнзу, в то же время заботясь, чтобы ноги сестры не запачкали пол.

- Господин Гоун! Я прошу прощения за грубость моей младшей сестры!

- Всё нормально. Скорее, я должен извиниться за то, что задержал её так надолго.

- Это не так. Мы очень благодарны.

Айнз махнул рукой, показывая, что нет проблем.

- Тогда, прежде чем я начну обсуждать дела с Энфри, давайте поедим.

- Э? Мы слишком большая обуза для вас...

На лице Энфри показалась паника, Айнз ответил успокаивающим жестом:

- Это чтобы убедиться, что сделка с Энфри выгодная.

- Что вы подразумеваете под «сделкой»?

- Я объясню перед тем, как поедим…

Айнз сидел по другую сторону дивана.

- Для начала я не собираюсь выпускать в открытую продажу сделанное вами зелье. Точнее, без тех ингредиентов, что я предоставляю, вы не сможете производить пурпурные зелья. Верно?

- Это так. Достичь этого было тяжело, даже с использованием материалов, что предоставил нам господин Гоун. До сих пор остаётся множество неизвестных факторов, например: насколько оно эффективно, каковы побочные эффекты…

- Поэтому широкая продажа может вызвать лишь проблемы. Одно дело, если кто-то просто заинтересуется происхождением зелья... мы не можем быть уверены, что не найдутся враги, которые захотят силой вызнать наши секреты, верно?.. И, по словам Люпус Регины, ваша деревня подверглась нападению монстров. Возможно, они хотели спрятаться за крепкими стенами и напали на вашу деревню в поисках укрытия. Вы знаете причину нападения, и удалось ли вам взять пленных?

«Ни одного», - подумала Энри. Услышав сзади рёв монстра, произведённый троллем, которого встретили Энри и Энфри, гоблины просто не могли позволить себе роскоши брать пленных и закончили бой как можно скорее, просто перебив всех врагов.

«И тот парень с магическим мечом было очень силён...»

- Вот как. Что ж, очень жаль... Я раздумывал о причинах нападения, одну из которых и сказал вам. Чем крепче становится оборона деревни, тем большие проблемы будут вас ожидать. Чем ценнее предмет, тем больше желающих его заполучить. Точно так же, если новости о зелье просочатся...

- Мы должны держать это в секрете.

- Я рад, что вы это понимаете, Энфри. Будь мы способны производить красные зелья только лишь из ингредиентов, доступных в окрестностях деревни, не было бы причины держать это в секрете... кстати, всё, что мы обсудим после обеда, должно остаться строго конфиденциальным. В том числе и сама обязанность хранить секрет. Итак, приготовления к трапезе скоро завершатся. Не пора ли нам?

- А, нет, нет нужды приглашать нас, как мы только можем принять участие в столь великолепном...

Энри торопливо затрясла головой.

- Что ж, я не собираюсь заставлять вас... но разве часто выпадает шанс попробовать стейк из дракона в качестве главного блюда?

- Дракона?

Драконы. Во всех историях, что слышала Энри, они являлись врагами человечества, но некоторые из них были образцами справедливости. Однако в какой бы истории они не появлялись, их всегда изображали как могущественных существ. Может ли такое существо стать едой?

Невозможно. Он, должно быть, просто издевается над ними.

По крайней мере, если бы это говорил не Айнз, она бы так и подумала. Однако коль скоро это говорил сидящий перед ней великий заклинатель, вполне вероятно, что это правда.

- У нас также есть десерт. Вы пробовали когда-нибудь мороженое? Хотя в Э-Рантэле оно есть... не думаю, что вы пробовали его прежде. Оно холодное и сладкое... и тает во рту. Что-то вроде сладкого снега или льда.

Энри и Энфи сглотнули слюну.

- Это роскошь высочайшего класса. Всего одно такое стоит больше, чем еда на целый день.

- Похоже, Энфри пробовал что-то подобное раньше. Раз так, мне стоит произвести для вас больше вкусного мороженого, чем вы можете себе представить. Ну, а теперь… Где меню?

В ответ горничная продекламировала длинный ряд слов.

- В сегодняшнем обеденном меню мы предлагаем два hors-d'œuvre. Первое блюдо - это Пронзающий Лобстер, из морской кухни Ноатуна, в соусе велуте. Второе - это Фуа-гра Пуаре из Видопнира. На горячее Альфхеймское пюре из сладкого картофеля и суп из каштанов. В качестве главного блюда мы выбрали мясо, мраморный стейк Йотунхеймского древнего морозного дракона, о котором упоминал господин Айнз. Далее на десерт compote из Золотых Яблок, поданных в белом вине под йогуртом. Вдобавок мороженое со вкусом чёрного чая, обёрнутое в золотой лист. Что касается послеобеденных напитков, мы предположили, что кофе может не угодить вкусам всех, поэтому подготовили также свежевыжатый персиковый сок. На этом всё. Если какая-либо часть меню требует поправок, пожалуйста, сообщите нам, и мы немедленно их внесём.

- Это магическое заклинание?!

Энри, не имевшая понятия о том, что только что было произнесено, не сомневалась в этом.

- Фуа-гра разве не требует особого вкуса? Подозреваю, что детям не понравится. И мне кажется, меню составлено из чересчур тяжёлых блюд. Как насчёт чего-нибудь лёгкого?

- Поняла. Тогда мы добавим к закускам салат из устриц и конфитюр из звёздных яблок.

- Хммм, это... это меню лучше, чем предыдущее?

- Эх?! Вы спрашиваете меня?! - выпалила Энри, внезапно оказавшись в неудобном положении.

Продолжение разговора о вещах, в которых она ничего не понимает, лишь ещё больше смутит её.

- Ах, это. Нет. Ух. Я оставлю это на вас.

Приложив огромные усилия, она выдавила одно это предложение. Айнз проинструктировал горничную приготовить трапезу согласно предложенному меню.

Нему смотрела на Айнза боготворящим взглядом, бормоча: «Потрясающе» - себе под нос. Энри чувствовала то же самое. Они оказались слишком далеко от привычного мира.

Богатые люди могут тратить деньги на роскошь. И возможность есть не просто, чтобы наполнить желудок, а ради удовольствия входит в это.

Богатство, знания и сила. Заклинатель это тот, у кого всё это есть.

Он существо, уровня которого простая крестьянка, такая как Энри, не может и надеяться достичь; тот, кому больше подходит титул короля, стоящего выше облаков. Настолько внушительной личностью является этот заклинатель в маске.

- Итак, хотя я не намерен присоединяться к вам, вы трое, вернее, всей семьёй можете спокойно насладиться обедом. После этого поговорим о делах. А мне нужно сказать Люпус Регине, что я добавил ещё одно имя в список.

- Эээ? Что это значит, господин Гоун?

- Нет, ничего, Нему.

Айнз встал, и Нему, с сияющими глазами, тоже встала.

Лицо Энри слегка покраснело от того, что их назвали семьёй, но она заметила что-то странное в медленно встававшем Энфри.

Он сжал рот в прямую линию, не намереваясь его раскрывать. Однако Энри знала секретный способ разговорить его.

Этим способом было уставиться на него. В промежутках между волосами она увидела, как глаза Энфри забегали, пока он, наконец, не сдался и вздохнул.

- Я думал, что не могу победить его. Нет, я знал, что я не могу победить его. Он намного лучше меня как мужчина.

- Но ты знаешь, что мне нравится Энфи просто таким, какой он есть, верно?

Неужели разница в их положении как мужчин столь важна? Будучи женщиной, она не понимала, чего в этом такого значимого.

Лицо Энфри стало красным, когда он взял руку Энри.

- Идем.

Его слова более не были мрачны. Хотя она и не понимала, почему чувства её возлюбленного вдруг изменились, то, что он повеселел, значит, что он счастлив. Рука об руку Энри и Энфри поспешили за Айнзом и Нему.

↑ Hors-d'œuvre - закуски перед главным блюдом ↑ Ноатун, Видопнир, Альфхейм, Йотунхейм - различные миры или местности в скандинавской мифологии. ↑ Пуаре - грушевый сидр. https://ru.wikipedia.org/wiki/Грушевый_сидр ↑ Compote - десерт из фруктов и сахарного сиропа. https://en.wikipedia.org/wiki/Compote

Послесловие

Я был очень занят в последнее время. В результате мой животик и подбородок стали полнеть. Я становлюсь человеком, к которому скоро будут обращаться:

«Господин Свинья». Благодарю тех, кто купил эту книгу. И тем, кто получил её другими способами… тоже спасибо, что прочитали.

По большей части я был занят из-за анимационного проекта, а также работа и многое другое… Прямо сейчас работа над аниме идет гладко. Правда, возникают вопросы вроде того, как Айнз будет улыбаться, как он может делать то, как он будет делать это. И приходится пояснять подобные моменты режиссёрам… Спаси меня, директор!!!

В дополнение к аниме выходит манга Оверлорд, нарисованная Фукуямой Фуджин-саном. Сейчас, когда вы прочли этот том, должен был уже выйти второй номер. Его работа заставляет вас чувствовать, что Айнз - это действительно крутой персонаж!

Мне не установили лимит страниц, так что наслаждайтесь иллюстрациями, которые своими красками разбавляют серую массу букв. Благо, тема второй главы подходящая. Женщина - хранитель времени и ванны… кхм. За эти цветные вставки скажите спасибо So-bin-сану, а точнее, его безрассудному желанию «независимо от того, что придётся принести в жертву, я хочу вставить сюда что-нибудь красивое» (не то что Коухоку со своим угождением всем). Я уверен, что каждый, и я в том числе, был тронут этим порывом, жаждой искусства… А, кого я обманываю…

Впрочем, если вам понравилось, присылайте письма с пожеланиями, и, возможно, мы будем развивать эту тему.

Некоторые люди могут спросить: «Почему фон розовый?» Причина в том, что редактор сказал: «Дорогой мой, розовый – идеальный цвет для тех, кто хотел бы присоединиться к Айнзу в ванне».

Если кто-нибудь распечатает эту книгу в цвете, а потребую, чтобы ему присвоили звание «героя».

А теперь благодарности.

Большое спасибо So-bin-сану, который решил многие проблемы, даже когда работы было невпроворот.

Благодарю дизайнеров Design Studio, корректора Осако-сана, редактора Ф-тан-сана, а также всех, кто помог мне в работе над Оверлордом. Кроме того, большое спасибо «Мёду», который заметил много ошибок.

И, наконец, спасибо всем читателям. Я надеюсь, мы ещё поговорим в будущем.

Декабрь 2014 Маруяма Куганэ

Реквизиты переводчиков

Над переводом работал:

Коллективный перевод ранобэ Overlord

Редактура: ololo56

Том 9: Маг-разрушитель

Реквизиты переводчиков

Коллективный перевод ранобэ Overlord

Редактура: ololo56

Пролог

Зиркниф Рун Фэрод эль Никс - верховный правитель Империи, юноша, которого все боялись и прозвали Кровавым Императором – думал, что в совершенстве владеет актерским искусством.

Он не сомневался в том, что сможет одурачить любого своего оппонента безупречной актерской игрой и вертеть им как ему вздумается. Без проблем.

Эта непоколебимая уверенность в своих силах – отличительная черта дворянского класса, а уж у императора, которого с детства обучали премудростям поведения в свете, она была на особом уровне.

Ключевой момент переговоров – понять ход мыслей оппонента и внушить ему чувство безопасности. Сложно вытянуть информацию из того, кто переполнен подозрениями. Поэтому Зиркниф обычно надевал маску милого и добродушного мальчика и демонстрировал доверие и доброту к собеседнику, тем самым снижая его настороженность и заставляя открыться. Этот обман, скрытый за «я рад приветствовать вас», никогда не подводил Зиркнифа.

На этот раз его оппонентами были два темных эльфа, ворвавшихся в столицу верхом на драконе. Впервые он встретил тех, чья сила ну никак не соответствовала их внешности.

Девочка с посохом вызвала землетрясение, унесшее жизни ста семнадцати человек. Из них сорок были личными гвардейцами императора, шестьдесят - имперскими рыцарями, восемь - заклинателями мистической магии, еще восемь - заклинателями божественной магии, а также еще один человек. Поистине шокирующий список жертв.

Имперские рыцари, несущие службу в столице, были лучшими воинами Империи. Однако их потерю можно было пережить, пусть и с натяжкой. По классификации, используемой Гильдией Искателей Приключений, их можно было бы причислить к серебряному рангу. Благодаря существованию развитой системы обучения и тренировки рыцарей, потери среди них можно будет восполнить.

Но вот личная гвардия императора – это лучшие из лучших. И половина этих людей, каждый из которых был равен приключенцу золотого ранга, погибла в мгновение ока. Их доспехи и оружие, выкованные и зачарованные множеством заклинателей Империи, стоили целое состояние, превышающее объем золота, равный весу этих воинов.

А также самая серьезная потеря - последний человек, один из самых сильных рыцарей в империи, «Непоколебимый» Назами Энек.

Хотя он и утверждал, что лишь имитирует виденный им некогда боевой стиль, его техника боя с двумя щитами заработала ему место среди четырех сильнейших рыцарей Империи.

В этом мире, где один могучий воин мог превзойти несколько сотен новобранцев, потеря одной такой личности была больше, чем смерть одного человека. Это можно даже рассматривать как ослабление военной мощи всей страны.

По правде говоря, Зиркниф должен был немедленно отступить в безопасное

место, но такое поведение не пристало такому молодому завоевателю, как он.

«Возможно, это была всего лишь демонстрация силы или угроза»

Но все, что он мог сделать, - это встретить их с приветливой улыбкой.

Тем не менее он не мог позволить водить себя за нос. Глаза Зиркнифа пристально изучали двоих детей, стоящих перед ним. От его взора не ускользала никакая мелочь. Можно многому научиться даже просто наблюдая.

Зиркниф обладал нюхом на интриги: он просто по внешнему виду мог

определить - верен ли ему стоящий перед ним дворянин или плетет против него заговор. Максимально обострив чувства, он пытался вытянуть жизненно важные обрывки информации из двух своих собеседников.

Из их одежды...

Из их манер...

«Но все же...»

Представители Айнз Оал Гоуна - два темных эльфа, дети. Они были чрезвычайно красивы.

«Думаю, что, когда они вырастут, они разобьют сердца многих представителей противоположного пола.»

Эти маленькие, стройные тела, их постоянно меняющееся выражение лица… Они простые, обычные дети, как на них ни посмотри, и уж точно не похожи на посланников.

Представители стран, послы, должны обладать необходимыми качествами, одни из которых – хорошая внешность и манеры. По послу создается впечатление о стране, и плохой посол может нанести ущерб своему государству.

«Айнз Оал Гоун наверняка знает эту заповедь. Тогда зачем он отправил пару темных эльфов, которых легко недооценить?»

Зиркниф ломал голову, думая об этом.

«Из того, что я могу собрать... это, должно быть, демонстрация силы. Он просто хочет сразу обозначить ситуацию: он тут главный. А такой контраст между разрушительной силой и… эльфами, должно быть, нужен для психологического воздействия… Но даже если так, не перебор ли прилетать на драконе? Присутствие грозного дракона сведет на нет все их возможные «добрые» намерения... Или же причина в том, что эти двое – единственные, кого он может послать в качестве эмиссаров?.. Или есть что-то еще… Черт подери! Я не могу понять их намерения. У меня слишком мало информации.»

У него появлялись все новые теории, но все они исчезали, как пена на волнах.

«Моей первостепенной задачей является сбор информации о противнике. Без этой основы невозможно ничего сделать. Тогда я должен подтвердить мои предположения о намерениях и желаниях противника, чтобы не разрушить их план. Иначе можно стать дураком, сорвавшим переговоры, разгневав другую сторону.»

Зиркнифу нужно уточнить, зачем они прилетели сюда.

Два темных эльфа сказали, что император Зиркниф послал захватчиков в Великую Гробницу Назарика, и в одно мгновение убили более ста человек прямо во дворе. Но было ли это на самом деле посланием от Айнз Оал Гоуна, или они просто хотят схватки? Зиркнифу предстояло выяснить это.

«Захватчиками» в этом вопросе, конечно, будут рабочие. А тем, кто отдал приказ, будет, определенно, Зиркниф. Однако есть один важный момент: имя Зиркнифа никак не упоминалось в ходе «операции».

«Айнз Оал Гоун… как он смог на меня выйти? Придется принимать колкости в свой адрес.»

Так как они пришли в качестве посланников, должен быть шанс получить от них хоть какую-то информацию. Любые сведения могут пролить свет на сложившуюся ситуацию.

За этими двумя стоял враг, который мог смело бросить вызов всей имперской нации и покорить ее с помощью меча и магии. Малейшая неточность может означать смерть.

«Второе землетрясение будет концом всему.»

Зиркниф обратил свое внимание на соседнюю комнату.

Она должна была быть заполнена имперской гвардией и десятками рыцарей, ожидающих его приказы. Но сегодня он не удосужился их там разместить. Это потому, что, даже если бы он поставил там пятьдесят королевских гвардейцев, они ничего не смогли бы сделать, кроме как умереть, если бы попытались бороться с этими двумя. В результате там было всего пять человек, подготовленных для этой встречи: один из Четырех Имперских Рыцарей, «Молния» Базивуд Пешьмель; самый доверенный советник Зиркнифа, Флюдер Парадин и еще три доверенных писца.

Он также отдал приказ королевским гвардейцам расширить трещины во дворе для извлечения трупов. Хотя это казалось бесполезным, он все равно приказал.

В Империи не было никого, кто мог бы использовать заклинания воскрешения. Даже у авантюристов адамантового ранга не было такой силы. Из соседних стран, возможно, только в Королевстве Ре-Эстиз и Слейновской Теократии кто-нибудь владеет таким заклинанием.

Несмотря на это, он все еще хотел восстановить тела, потому что это ощутимая потеря - дать пропасть зачарованному снаряжению вместе с их владельцами. Кроме того, восстановление тел и отправка их на упокой поднимет боевой дух в войсках и сблизит его с солдатами.

- Уважаемые послы, вы проделали большой путь, чтобы удостоить нас своим присутствием. Конечно же, вы хотите пить? Мы приготовили несколько простых

напитков для вас. Мы надеемся, вы попробуете их, если вам будет угодно.

Зиркниф позвонил в колокольчик - и служанки, ждущие снаружи, тихо вошли в комнату. Насчитывалось более двадцати горничных с закрытыми серебряными подносами.

После напряженной подготовки эти горничные двигались с изящной легкостью.

Но даже в этих движениях, которые заставляли Зиркнифа тайно гордиться их безупречным самообладанием, он мог обнаружить незначительные оплошности. Он много раз наблюдал за этими прекрасно отработанными движениями и ему бросались в глаза все недостатки.

«В чем дело? Они в прошлом развлекли так много высокопоставленных лиц без сучка и задоринки… почему у них возникли проблемы именно сейчас? Может, они под действием какой-нибудь магии?»

Зиркниф хотел достать из-под одежды и сжать в руке свой медальон ментальной защиты, но заставил себя не поддаться соблазну. Медальон был эффективен только потому, что люди не знали о его существовании. Если бы его враги знали, что он обладает такой вещью, он мог бы плохо кончить.

Когда горничная запнулась, посмотрев на двух темных эльфов, он, наконец, понял причину их поведения.

«Ага, так вот почему... это потому, что они очарованы их внешностью. Впрочем, это не так… хотя я не понимаю... нет, черт возьми. Я не должен делать из себя дурака.»

Может, ему не стоит их осуждать за колебания перед лицом такого величия?

После размещения напитков и закусок горничные поклонились и вышли.

- Тогда, пожалуйста, угощайтесь.

- Хмм.

Темный эльф-мальчик поднял бокал со скучающим выражением на лице. Этот бокал по праву мог называться сокровищем: сделанный из прозрачного кристалла, он был украшен великолепной резьбой. Хотя Зиркниф не проявлял особого интереса к подобным вещам, нельзя сказать, что он не ценил подобное. Даже обычная посуда может показать мощь и богатство государства, показывая, с какими людьми придется иметь дело.

Темный эльф-мальчик попробовал напиток.

«Хм… Вообще не задумался насчет яда, или он обладает магией против подобного? Или он чувствует, что у меня нет таких намерений?.. Или что-то еще? Хм, девушку, кажется, не беспокоит это.»

- На вкус не особо хорош. И нет чего-либо необычного.

Слова мальчика потрясли Зиркнифа. Никто никогда не говорил что-то подобное ему, даже когда он сам был ребенком. Когда удивление прошло, на его место пришел легкий гнев, загоревшийся в его сердце. «Какой грубый мальчик», -

подумал Зиркниф, но, конечно, был не настолько глуп, чтобы позволить этим

эмоциям отразиться на своем лице.

- Я искренне приношу свои извинения за плохое обращение с вашей уважаемой личностью, - Зиркниф улыбнулся мальчику. - Я прошу вас, будьте так добры и просветите меня, какой ваш любимый напиток, чтобы я мог приготовить его для вас при следующей встрече.

«Нет ничего необычного… он имел в виду яд? Он с самого начала думал, что я попытаюсь его отравить? Что он имел в виду?»

- Скорее всего, то, что я хочу, вы не сможете приготовить.

- С-сестренка, ты ведешь себя грубо...

- Ой? Правда?

«Сестренка? Так он не мальчик, а девочка. Они не брат и сестра, а просто сестры? Если подумать, он действительно выглядел как девушка. Почему... она одевается как мальчик... нет, пожалуй, она хотела носить ту одежду, которая позволяла бы свободно двигаться? Дети их возраста все равно андрогинны. А что, если... другой был мальчик... нет, как она одета, она никак не может быть мальчиком. Еще... младшая сестра довольно честная.»

Хотя Зиркниф знал, как переманить девушку на свою сторону с помощью подручных средств и как построить с ней хорошие взаимоотношения, которые могут принести пользу Империи, он все еще не мог заставить себя двигаться. Ему нужно больше информации.

Для начала он не мог забыть, как эта «честная» девушка убила многих его людей. Поступать с ней безрассудно - все равно что засунуть руку в пасть спящего дракона.

«Тем не менее это что-то. Мне нужно увидеть, какие у другой стороны есть карты.»

- Тогда, почетный гость, позвольте мне представиться еще раз. Я Зиркниф Рун Фэрод эль Никс из Империи Багарут. Я, конечно, уже знаю имя благородной леди Фиоры, но могу я узнать и ваше имя?

- Ах, я-я М-мар Белло Фиор... а?

- Моя глубочайшая благодарность леди Фиоре. В отношении того, что сказала леди Фиора… в особенности «Владыка Айнз очень недоволен и уничтожит эту страну, если он не будет удовлетворен». Полагаю, что я, как предполагаемый преступник, должен отправиться в Назарик?

- Разве это не очевидно?

Простая фраза, но чувствуется холод.

С самого начала темная эльфийка, назвавшаяся Аурой, не имела никакого тепла в

глазах. Она смотрела на людей, как на насекомых.

Вообще, они ничего страшного не сказали, однако многое остается непонятным, и самое главное: как они узнали о его причастности. В обычной ситуации он бы запутал их болтовней, а затем принял бы меры, но данную ситуацию «обычной» никак не назовешь.

- Тогда... я правильно понимаю, что господин Айнз Оал Гоун лично приказал вам двоим прийти сюда?

- Да, он приказал... А что?

- Ничего, просто хотел убедиться.

Зиркниф глубоко ушел в свои мысли.

«Кто этот Айнз Оал Гоун? Темная эльфийка, гробница, дракон - ничто из этого не связано друг с другом. Но должно быть связано. Был ли он темным эльфом, который когда-то жил в лесу, а затем переселился в гробницу на равнине? Тогда дракон должен быть ручным монстром предводителя племени темных эльфов, Айнз Оал Гоуна…»

Зиркниф увлекся дикими теориями.

«Я должен оставить сказки бардам. Моя работа - сбор информации и выяснение правды.»

Теперь он знал, что другая сторона имеет источники информации в Империи.

«Так как у них есть развитая сеть шпионов, или... Айнз Оал Гоун - человек, который тщательно анализирует информацию. Тогда я должен подтвердить это.»

- Он приказал вам прибыть на драконе?

- Д-да, Владыка Айнз сказал нам сделать так.

- Я понимаю... так, что есть, то есть...

- К чему ты клонишь, задавая все эти странные вопросы? Ты извиняешься? Или нет? Если ты не придешь, мы возьмем свои слова обратно, но это будет значить, что ваша страна обречена.

Есть поговорка «никто не может добыть яйцо дракона, не войдя в логово дракона». Это означало, что никто не может получить больше прибыли, не подвергнувшись большим рискам.

Имея это в виду, Зиркниф заставил себя произнести:

- Естественно, я желаю искупить свои проступки перед ним. Хотя у меня не было намерения посылать кого-нибудь в место, называемое Назариком, вполне возможно, что один из моих подчиненных поступил опрометчиво и действовал независимо от моих приказов. В таком случае окончательная ответственность лежит на их руководителе, а именно - на мне.

Краем глаза он увидел, как писцы вылупились на него в изумлении, в то время как Флюдер одобрительно кивнул.

- Да, все в порядке. Тогда давайте сейчас.

- Сейчас? Подождите, пожалуйста. Хоть я не имею никаких возражений и могу отправиться прямо сейчас, но я по-прежнему правитель этой страны, и я не могу просто оставить место правителя так внезапно. Может, два, а возможно, и три дня, - Зиркниф посмотрел на близнецов, чтобы убедиться, что все в порядке, прежде чем продолжить, - чтобы надлежащим образом закончить государственные дела перед отъездом. Вдобавок ко времени, необходимому для разрешения других насущных вопросов и подготовки компенсации для Его Светлости, думаю, десяти дней должно...

- Десять дней? Это немного долго, вы не думаете?

- В течение десяти дней я, безусловно, смогу подготовить достаточную компенсацию. Необдуманные предложения были бы серьезным оскорблением для вашего господина. Далее вопрос о местонахождении сторон. Империя большая - поиски потребуют достаточного количество времени.

Речь о компенсации заставила Ауру глубоко задуматься. Даже Мар не знал, как поступить.

«Понятно... услышав о подходящем подарке, они отвлеклись. Это означает, что очень сильно почитают своего господина. Я должен купить немного времени используя это.»

Но прежде чем Зиркниф мог продолжить, Аура заговорила первой:

- Просто шучу. Владыка Айнз приказал мне передать вам, чтобы вы прибыли быстро, где под «быстро» определенно подразумевается «так долго, насколько посчитаете нужным».

Хотя он плевать хотел на Айнз Оал Гоуна, в то же время он чувствовал, что его противник был весьма умен и достоин называться «соперником».

«Так он хотел посмотреть, как я отреагирую на требование явиться быстро. Ну что ж, Айнз Оал Гоун, ты хитрый переговорщик. Ты должен быть довольно мудрым, если сумел предвидеть этот разговор.»

- Я кое-что сказала, ты собираешься отвечать?

Холодный голос Ауры заставил Зиркнифа чувствовать себя тонущим в болоте.

- Ах… ах, простите меня. Я просто размышлял, что должен подготовить при нехватке времени.

- Да? Ну, это не имеет значения. Тогда... какой можешь дать ответ мне? Как долго ждать вашего прибытия в Назарик?

- Именно так, - Зиркниф проигнорировал провокацию Ауры. - Учитывая всю подготовку, я думаю, смогу нанести визит к вам в течение пяти дней.

- Понятно. Мы передадим это Владыке Айнзу… Ах, это напомнило мне, что мы должны помочь вам выкопать похороненных там заживо ребят? Хотя, - Аура хлопнула в ладоши. Ее улыбка была слишком злобной, чтобы быть искренней, -

они, возможно, немного раздавлены. Это, наверное, будет трудно исправить.

Зиркниф продолжал улыбаться, потому что цель этой фразы была слишком очевидна.

Люди показывали свою истинную природу во время сильного волнения. Поэтому страх был способом прощупать их. Зиркниф сам использовал эту технику во время переговоров. Но зная цель противника, можно помешать ему.

- Тогда я благодарен за вашу помощь. Я оставлю остальное вам.

Увидев на лице Ауры те эмоции, которые он ждал, Зиркниф впервые за время разговора улыбнулся искренно.

↑ Проявляют как мужские, так и женские признаки. https://ru.wikipedia.org/wiki/Андрогиния

Глава 1. Война слов

Часть 1

Шесть роскошных карет мчались по равнинам.

Они двигались на удивление мягко и плавно, хотя существа, тянущие их, бежали галопом по неровной поверхности дороги.

Этому было объяснение: колеса каждой кареты – магические предметы под названием «Удобные Колеса». Кроме того, на шасси карет было наложено заклинание «Легкий Груз».

Эти невероятные, великолепные экипажи стоили бешеных денег. Но столь же удивительными были и существа, которые тянули их. Восьминогие волшебные звери, выглядевшие как лошади, - Слейпниры.

Рассчитать точно стоимость этих транспортных средств просто невозможно.

Эти транспортные средства, которые не могли позволить себе просто богатые люди, сопровождала группа всадников на могучих лошадях.

Там было более двадцати всадников. Каждый был одет в боевую кольчугу. На поясах у них висели мечи, а за спинами – арбалеты.

А во главе всех этих мужчин ехала женщина.

Она одна среди всех этих воинов носила полный комплект латной брони. Вдобавок она несла кавалерийское копье, держа его так же, как носят копья пехотинцы. Забрало ее шлема было поднято, но правую сторону ее лица закрывала какая-то золотая ткань, придававшая ей больше шарма.

Хотя эти всадники выглядели как наемные воины, из-за четких и точных движений и коротких фраз, которыми они обменивались, они не были похожи на обычных наемников. Их глаза были зорки, и они в любой момент готовы были вступить в бой.

Некоторые, возможно, приняли бы их неусыпную бдительность за паранойю или трусость, но в мире, где существовали магия и летающие монстры, никто не мог гарантировать себе безопасность, проезжая по диким землям.

Существуют гигантские пауки, которые могут месяцами лежать в засаде без питья и еды; бестелесные оборотни, невосприимчивые к физическим атакам; ядовитые ящерицы, взгляд которых парализует жертву, и много других опасных монстров.

Зная о таких опасных существах, любой будет бдителен, если захочет жить. Вот и всадники пребывали в напряжении. Однако, несмотря на все вышесказанное, обычные наемники, как правило, не предпринимали столь серьезных мер безопасности.

Главное, что их отличало от простых наемников, - это группа невидимых всадников, которая двигалась в ногу с ними по воздуху. В этой группе были существа, называемые в этом мире гиппогрифами. Они рождаются в результате спаривания самца грифона с кобылой – у этих волшебных зверей была голова грифона и туловище лошади. Возможно, из-за смешанной крови, но гиппогрифов было легче воспитывать и обучать, чем грифонов, и они были очень популярны в качестве летающих ездовых животных.

За летающих существ, даже если они монстры, можно выручить кругленькую сумму денег при продаже на рынке. Таких существ наемники не могут себе позволить.

Всадники лишь пытались выглядеть как наемники, чтобы ввести в заблуждение тех, на кого эта маскировка и рассчитана.

На самом деле всадники на земле были гвардейцами Империи, а те, что в воздухе, были из Воздушной Императорской Гвардии. Последние были элитными войсками и использовали мантии невидимости, которые могли скрыть из виду любое существо.

Конечно, это значило, что владельцем экипажей был не кто иной, как правитель Империи Багарут - император Зиркниф Рун Фэрод Эль Никс.

Существовало несколько причин, побудивших его замаскировать свою поездку, и основная из них заключалась в том, что открытое перемещение императора и его рыцарей на территории Королевства вызвало бы международный скандал - а этого нельзя было допустить. Из-за этого внешний вид экипажей был обычным, хотя их интерьер был намного роскошнее, чем в обычных экипажах.

В этом караване охрана третьего экипажа была сильнее, чем вокруг других.

Даже крыша этой кареты была переоборудована, и теперь там было двое лучников, прячущихся в багажном отделении.

Интерьер кареты, впрочем, при всем своем великолепии отдавал декадентством: мягкое сиденье и огромное количество подушек так и предлагали развалиться в них словно амеба.

Только троим людям было разрешено ехать в этой карете вместе с Зиркнифом. Может показаться, что четверым в карете будет тесновато и неудобно. Но это мысли тех, кто никогда не ездил в карете высшего класса. На самом деле там было полно места, чтобы сесть в любой удобной позе.

- Ваше Величество, Ваше Величество, может, пора проснуться?

Голос вырвал Зиркнифа из его дремоты.

Он схватился пальцами за переносицу, зевнул, а затем, потягиваясь, хрюкнул. Когда его тело расслабилось, он снова зевнул.

- Ваше Величество, кажется, что вы хорошо отдохнули, но вы по-прежнему беспокойны?

Зиркниф встряхнул головой, окончательно пробуждаясь. Секретарю, Рону Вармилинену, было разрешено ехать в карете императора.

- А, нет, ничего подобного. Я чувствую себя сейчас лучше, но мне еще нужно время очистить голову. Хотя мой послеобеденный сон продолжался немного дольше, чем ожидалось... Я спал так долго, как ребенок? В конце концов, в столице целая гора незавершенных дел, и нет времени на такие вещи... но теперь, начав это путешествие, я не могу найти, чем заняться. Наверное, надо поблагодарить за это Гоуна.

- Ах, в самом деле, Ваше Величество всегда занят, но почему?

Базивуд, лидер имперской четверки рыцарей, говорил так, как будто обращался не к императору.

Обычно такие слова вызвали бы недовольство, но никто в карете ничего не сказал.

Зиркниф горько улыбнулся и ответил чрезмерно неформальному, но отличному подчиненному:

- Вина за это лежит на Кровавом Императоре, который решил самолично и как можно быстрее провести реформы в обществе, которое увязло в старых пороках. Император действительно глупый человек, ведь решил не обращаться за помощью к компетентным людям и потратил много сил на простые формальности. Давайте поругаем его. Но помните, что должны предложить альтернативный путь развития Империи.

Все в салоне криво улыбнулись в ответ.

Изначально административные должности в столице и управление на местах были оставлены на знать. Например, Двор Императора был полностью составлен из знати. В свою очередь знать стремилась сохранить свои позиции и для этого всячески продвигала на видные должности своих детей. В этом был плюс, ведь из-за немалой конкуренции среди дворян, они давали своим отпрыскам лучшее образование, чтобы выбрали именно их, и те, вступая в должность, действительно приносили пользу государству.

Но из-за чистки дворян Зиркнифом количество чиновников и бюрократов было сокращено, однако работа, которую они выполняли, только увеличилась. Это привело к увеличению нагрузки на оставшихся чиновников, включая самого Зиркнифа.

Только после устранения множества никчемных дворян силой, он понял, что даже таких низких личностей можно было использовать.

Тем не менее он не сожалел о своем решении.

В тот момент он должен был сделать эту зачистку, иначе упустил бы шанс получить власть: дворяне забрали бы у него контроль над рыцарями, и смерть его отца была бы напрасной.

Таким образом он открыл Империи путь в будущее.

Женщина, рожая дитя, испытывает боль. Подобным образом работа, которую он выполнял ежедневно, была болью на пути рождения новой, сияющей Империи. За лежащими перед ним трудностями было то сокровище, которое он искал.

Размышления в этом направлении заставили Зиркнифа задуматься о собственном потомстве.

Он еще не был женат, но уже имел детей. Это были результаты мимолетных связей с женщинами, которых он даже любовницами назвать не мог. Просто наложницы, и никакой привязанности. И речи не могло быть о том, чтобы сделать императором или императрицей одного из своих нынешних отпрысков.

Но все-таки он надеялся, что у кого-нибудь из них окажется нужный талант,

и если в будущем дети императрицы окажутся бездарными, а потомство от наложниц будет лучше, то он с радостью поменяет их местами.

- Однако вся проделанная работа, над которой я корпел днями и ночами, практически ничего не дала. Если бы я только мог научить чиновников делать все как надо… они взяли бы часть забот на себя, а я смог бы заняться внешней политикой, делать заявления, проводить заседания… как делали императоры древности. И конечно, я не хочу, чтобы мой ребенок, следующий император, страдал так же, как я. Иначе мои потомки не выдержат стресса и проклянут мое имя.

В настоящее время Империя была построена одним человеком, вернее, одним поколением талантливых людей. Они заложили фундамент, и этим фундаментом Зиркниф хотел воспользоваться для своего великого труда: строительства будущего Империи. Однако не было гарантий, что следующий император или один из следующих не разрушит плоды его стараний.

- Смогу ли я построить Империю, которая выдержит испытание временем и которой смогут управлять даже без такого талантливого правителя у руля?

Зиркнифа мучал этот вопрос.

- Это будет очень сложно. Ведь Ваше Величество изменило Империю своей абсолютной властью, и вы не можете управлять страной так, как это делали императоры до вас.

- Вармилинен, твоя работа - найти путь к достижению моих целей. Конечно, я обладаю абсолютной властью; все императоры прошлого старались сосредоточить силы страны, нет, нации в своих руках. Однако я считаю неправильным контролировать императору все дела государства: какая тогда польза от чиновников? Возможно, ты уже потерял бы свою голову.

- По крайней мере, он не оставил бы ее в Имперской Академии Магии, Ваше Величество.

Эти слова были сказаны Флюдером Парадином, одним из высокопоставленных членов Имперской Академии Магии и также высшим должностным лицом Министерства Магии. Смысл в том, что его академия не вырастила бы такого дурака.

- Ха-ха, да, ты прав, дед, - Зиркниф негромко кашлянул, и настроение внутри кареты стало серьезней. - В моем поколении Империя вернулась в свою молодость: она стала как новорожденный ребенок. Мы будем изгонять все старое и сгнившее и заменять его новым. Как Вармилинен и сказал, мне придется немало потрудиться, пока Империя зреет, но если она не вырастет, то это будет иметь катастрофические последствия. В будущем я буду определять только общие цели для Империи, и должностные лица подо мной помогут воплотить их в жизнь.

Страна, управляемая одним человеком, была слаба. Зиркнифу это было понятно.

Рон опустил голову (волосы его были седыми и тонкими, несмотря на его возраст) и ожидал указаний Императора.

- Император следующего поколения... говоря об этом, у Вашего Величества есть ребенок от той?

Зиркниф сразу понял, что подразумевает Базивуд под словами «от той». В конце концов, Базивуд знал, что у Зиркнифа была любимая наложница.

Любовницы Зиркнифа выбирались с учетом внешности или статуса их родителей, но одну женщину выбрали совершенно из-за других достоинств: ее выбрали из-за необычайно высокого интеллекта. Поэтому ей разрешили обсуждать политику с Зиркнифом. Хотя и не публично и только в постели, но она единственная женщина, которой он позволял это.

Поначалу он вовсе не собирался брать ее в качестве наложницы, но все закончилось так по ее же настоянию.

Зиркниф, однако, был бы счастлив, если бы она стала его супругой-императрицей.

- Нет, это не то, чего она желает. Она говорила, что «Сокровище, с которым ты рожден, манит к себе алчных людей, но само по себе не дает ничего. Чтобы его использовать, нужен интеллект. Одни заменяют его тяжелым трудом или подчиненными, другие – силой. Но какие проблемы оно бы ни вызывало, оно должно сверкать чистой красотой в глазах твоих подчиненных…» или что-то вроде этого.

- И пусть ваш союз не будет чистым. Ваш ребенок может выглядеть не очень хорошо, но ведь причиной этому будет ваша родословная. Хотя подчиненным будет приятно получать приказы от красивого императора.

- Ты ничего не по… Э? Ты так думаешь?

У Зиркнифа не было начальников, и он не мог понять слова Базивуда. Сам же Зиркниф не побрезговал бы поставить уродливого, но умного человека на любую должность, даже ключевую.

- По крайней мере, это было бы лучше, чем смотреть на какую-нибудь жабу. В конце концов, не предпочитает ли Ваше Величество прекрасную женщину, покачивающую бедрами?

- Я полагаю, да. Что ж, не то чтобы я не понимал, что ты имеешь ввиду... Это

действительно так?

Зиркниф вытянул шею. Что-то было неладно, но он не был уверен в том, что это было.

- Тогда кого бы приняло Ваше Величество в качестве своей жены?

Вопрос Флюдера заставил Зиркнифа нахмурить брови.

- Что ж, если бы пришлось выбирать между женитьбой на ком-то внутри страны или из-за границы, мне пришлось бы решиться на последнее. Нет никакой выгоды в женитьбе на соотечественнице, что же касается женитьбы на иностранке... ну, нечитаемая женщина - такой тип приветствуется.

Флюдер погладил вою бороду и предположил:

- Принцесса Реннер?

Зиркниф снова нахмурил брови

Третья принцесса Королевства Ре-Эстиз - Реннер Тэйре Шарделон Райль Вайсельф. Она была известна как «Золотая Принцесса», и ее внешность и репутация соответствовали ее прозвищу. За несколько лет она заняла первое место в списке женщин, которых он презирал больше всего.

Зиркнифу по нраву скорее подойдет Майора Кабелия, которая управляет городом-государством Пейбарт.

- Я понятия не имею, о чем думает эта женщина. Ее действия выглядят так, как будто она специально хочет потерпеть неудачу, - хотя Зиркниф думал, что такие люди не должны существовать, он признавал, что люди были странными и сложными настолько, что он не может исключить возможность и таких

случаев. - Если она действительно планировала неудачу с самого начала, тогда чего она добивалась? - чем больше он пытался понять мышление Реннер, тем больше он чувствовал, как будто он запутывается в паутине. Это было очень неприятное ощущение. - Если бы только кто-то мог помочь мне избавиться от этой тошнотворной женщины.

- Мы наймем «Изанию», если этого желает Его Величество.

«Изания» - группа убийц, выбравшая себе имя одного из Тринадцати Героев. Они базировались между северо-восточным краем Империи и Альянсом Городов-Государств, и они были сведущи в использовании необычных методов. Также он пытался принять их под свое крыло в качестве «Департамента Тайных Операций», но они не отвечали на такие предложения.

- Хватит об этом. Нам нужна революционная проницательность той женщины. Лучше позволить ей жить, чем убить ее... Хм. Учла ли эта женщина подобное развитие событий?

- Может ли кто-то планировать так далеко вперед?

- Если бы, - ответил Зиркниф, но, хоть и сказал так, все же признавал такую возможность.

Слова Реннер были переданы Зиркнифу через шпионов в Королевстве. Политика, которую она предлагала, была такой, которой Зиркниф не мог не восхищаться. Тот факт, что эта политика была затем спокойно принята в Империи, показывал ее практичность.

Было бы плохо для Империи, если бы с Реннер что-нибудь случилось.

Империя менялась и перестраивалась, и новаторские идеи Реннер были весьма кстати. Однако, учитывая, что почти все ее идеи были реализованы Зиркнифом, была опасность, что она сможет просчитывать его ходы, даже не имея источников информации в Империи.

В результате Зиркниф, опасаясь излишнего влияния Королевства, бросил идею переманить к себе Воина-Капитана Газефа Стронофа, хоть и сильно этого хотел.

- С Королевством не случится ничего страшного, если принцесса Реннер умрет. А вот Империя рухнет, если Ваше Величество погибнет. Мы, Четыре Рыцаря, может и в состоянии справиться с убийцами, но есть и другие факторы, так что я надеюсь, что Ваше Величество не погрузится слишком глубоко в свою работу.

- Конечно. Независимо ни от чего я не могу позволить себе умереть до того, как Империя сформируется в сильное государство.

Если руководитель организации, ее наиболее важный человек, погибнет, то вскоре последует катастрофическое крушение этой организации.

Империя может стать великой в будущем. И если кто-то захочет этому помешать, то будет давить ее в зародыше, то есть сейчас. И они тем более не будут жалеть сил и постараются убить императора. Самые опасные в этом плане страны – это соседи: Королевство и Слейновская Теократия.

На случай непредвиденных обстоятельств ему нужны были профессиональные убийцы, которые могли бы убрать любого неугодного. В частности, по этой причине Зиркниф так хотел прибрать к рукам «Изанию».

- Это верно, если Ваше Величество умрет, то все усложнится. У нас есть заклинатели божественной магии и травники, способные противостоять ядам и болезням, однако у них недостаточно квалификации. Я бы хотел продвинуться в этом направлении, но мое понимание божественной магии пока невелико.

- Ну, вы уже превосходный заклинатель, так что подобная маленькая слабость неизбежна. Ох, да. Мы запрашивали помощь у Теократии, но так и не получили их ответ. Почему бы не позволить храмам Четырех Богов и младших богов конкурировать между собой? Далее Империя профинансирует любую веру, которая принесет больше выгоды.

Конкуренция являлась побуждающей силой для разработки техник. Тем не менее упоминание этого заставило Рона жестоко замотать головой, разметая редкие волосы по лбу.

- Это тоже опасно. Храмы в Империи существуют за счет пожертвований прихожан и продажи продукции, изготовляемой ими по собственным, только им известным, технологиям. Если Империя будет мешать храмам зарабатывать или будет оказывать нежелательное влияние, они смогут шантажировать нас технологиями, и последствия могут быть очень серьезными…

- Это правда... если бы мы только могли национализировать различные храмы, Империя стала бы значительно сильнее. Надо отдать должное Теократии,

проделавшей превосходную работу в этом направлении. Я озадачен: какой метод

они использовали, чтобы держать жрецов в узде все эти века?

- Использование божественной магии тесно связано со здоровьем заклинателя, так что было бы великолепно научить пользоваться этой магией рыцарей, хотя бы использовать простейшие заклинания. Для этого у них есть все данные. Уничтожение монстров одними мечами приводит только к жертвам, - Базивуд в прошлом достаточно поохотился на монстров и много раз был на грани жизни и смерти. Он кивнул и продолжил низким тоном: - Лично я чувствовал бы себя намного спокойнее, если бы знал, что кто-то сможет меня воскресить. С магией воскрешения уменьшилось бы число случаев, когда оплакивают молодых и талантливых парней. Хотя я слышал, что использование такой магии забирает жизненную силу заклинателя и жертвы, так что если воскрешать обычных людей, то они превратятся в пепел. Это так?

Флюдер немного наклонился вперед.

Возможно, потому, что Флюдер слишком долго был наставником императора, или просто потому, что любил магию, он заговорил оживленно, а глаза его засветились. Зиркниф знал, что на тему магии старик может говорить бесконечно, и Базивуд увидел раздражение на лице императора.

- Это факт. Среди божественных заклинаний пятого уровня магия оживления «Воскрешение Мертвых» требует огромного количество жизненной силы. Возможно, более высокоуровневые заклинания могут снизить расход жизненной силы... но никто из живущих не может использовать их, так что это лишь теория. Однако я слышал, что Повелители Драконов и их древняя магия могут вернуть к жизни без потери жизненной силы.

- Тогда могла ли королева Драконьего Королевства достичь подобных успехов?

- Отличный вопрос, Вармилинен. Точно подтверждено, что королева этой страны способна использовать то, что мы зовем древней магией или изначальной магией, или магией души… для этого типа магии есть еще куча названий. Это потому, что в ее жилах течет кровь Сияющего Лорда Дракона. Вопрос только в том: может ли она использовать магию воскрешения? Древняя магия и нынешняя совершенно отличаются друг от друга. Мы, использующие только современную магию, может быть, никогда не поймем древнюю, - Флюдер перестал говорить, и в этот же момент Зиркниф уставился на него. Несмотря на то, что раздражение и беспокойство были написаны у него на лице, следующие слова Флюдера успокоили его: - Древняя магия... Как же мне хочется исследовать ее. Если ей может владеть лишь род Сияющего Лорда Дракона, тогда генеалогия играет особую роль. Следовательно, я считаю, что если Ваше Величество надумает жениться, то он поступит мудро, выбрав ту королеву или кого-нибудь из ее родни...

- Дай мне перерыв, старик... Мне неинтересны старые ведьмы, прикидывающиеся молоденькими девочками.

Он даже не хотел думать о женитьбе на той, кто занимал второе место в его списке самых ненавистных женщин. Кроме того, пусть он и не любил потомство, но делать из них подопытных свинок жестоко. Однако не стоит и говорить, каков будет его выбор, если бы пришлось взвешивать эту жестокость и выгоду Империи от нее.

В этот момент послышался громкий стук в дверь экипажа.

Карета была оснащена защитой от физических атак и магии информационного типа. Весь корпус был покрыт металлическими листами так, что даже окон не было. Базивуд встал и приоткрыл дверь, чтобы взглянуть, что там, а точнее, на человека, который постучал в дверь.

Хотя они были окружены рыцарями, защищающими их, и он был уверен, что постучавший - друг, он оставался настороже на случай непредвиденных ситуаций.

- Ваше Величество, это Лейнас.

- Откройте дверь.

Свежий воздух с равнин ворвался через полностью открытый дверной проем и взъерошил волосы каждого. В это время года дуют холодные ветра, но этот оказался приятно теплым. Впрочем, это всего лишь результат магического зачарования кареты.

Всадником, постучавшим в дверь, оказалась единственная женщина, которая возглавляла строй.

- Простите меня, Ваше Величество. Там…

Из-за хлынувшего ветра было тяжело разобрать ее слова.

- Сейчас не до разговоров. Заходи без церемоний.

- Хорошо. Тогда позвольте вас немного потеснить.

С этими словами она изящно спрыгнула с лошади и элегантно приземлилась в дверях движущегося экипажа. Несмотря на то, что она была облачена в тяжелый доспех и лошадь с каретой неслись полным ходом, это выглядело легко, что доказывало ее превосходные атлетические способности.

Все же это именно то, что ожидалось от одного из Четырех Рыцарей, которые были гордостью Империи. Среди этой четверки она обладала наилучшими наступательными способностями. Ее звали Лейнас Рокблуф, также известная как «Мощный Взрыв».

После того как перебралась в карету, Лейнас тихо закрыла дверь за собой и села рядом с Базивудом. Последнее, что они увидели перед тем, как дверца захлопнулась, было то, как поводья коня Лейнас взял один из рыцарей, ехавший рядом с ней.

Магия кареты должна была согревать только входящий воздух, все прочее холодное, внесенное внутрь, таким и останется. Лейнас была в полном латном доспехе, охлажденном ледяным ветром равнин, и походила скорее на глыбу льда. По крайней мере, так казалось присутствующим. Базивуда охватил озноб.

- Люди, посланные нами вперед, оставили «Сообщение».

Одним из защитных заклинаний, наложенных на карету, было заклинание,

препятствующее утечке информации из нее, то есть весь разговор Зиркнифа со своими подчиненными останется тайной для внешнего мира. Однако оно также блокировало и входящую информацию, поэтому сообщения приходилось передавать лично.

- Разведчик достиг Великой Гробницы Назарика; там появился бревенчатый дом. Он проинформировал ожидающих прибытия Вашего Величества горничных, и они ответили, что будут рады приветствовать вас.

- Горничные? Я думал, это... Горничные? Горничные... Может ли быть? Я слышал, что некоторые королевства хоронят горничных с королями, чтобы те служили им в загробной жизни. Здесь случилось то же самое? Или это темные эльфы, покинувшие пределы леса, сделали гробницу своим новым домом?

- К сожалению, сообщение не содержит каких-либо подробностей, Ваше Величество.

- Ничего не могу понять. В лесу нет людей, значит, у них нет и истории... Что ж, я был бы рад, если б горничные не оказались монстрами… как те существа, что вторглись в столицу. Скажи нашим людям быть осторожными.

- Все так, как говорит Ваше Величество. Судя по силе этих шпионов, похоже, что мы движемся в совершенную неизвестность. Лучше быть осторожными. К тому же в случае непредвиденных обстоятельств я надеюсь, что Ваше Величество быстро окажется рядом со мной.

- Ты имеешь в виду, что в случае опасности, мы телепортируемся оттуда?

Легкая улыбка на лице Флюдера подтвердила это.

- Если такое случится, мы вступим в бой и будем тянуть время. Число врагов не имеет значения. По крайней мере, мы дадим Вашему Величеству достаточно времени для побега.

Базивуд сказал это с улыбкой, но его товарищ Лейнас не ответила. По ее выражению лица было видно, что она не одобряла такой план. Тем не менее все остальные молчали.

Вообще-то, официально она никогда не присягала на верность Зиркнифу, несмотря на принадлежность к Четверке Рыцарей. Причина в том, что она служила ему ради собственной выгоды, и если бы кто-то предложил лучшие условия, то она не задумываясь перешла на другую сторону.

Иными словами, ее верность Зиркнифу была просто ничем.

Четырех Рыцарей избрали, основываясь исключительно на их боевых навыках, а не на характере или степени преданности императору. Но даже так ни у кого из них не было настолько корыстных мотивов, как у нее.

Собственно, она была сейчас здесь лишь потому, что один из Четырех Рыцарей всегда должен быть в столице, и остался там – «Жестокий» Нимбл Арк Дейл Анок.

- Простите мою грубость, - Лейнас вынула носовой платок из нагрудного кармана и поднесла его к правой стороне лица. Как оказалось, ее волосы были подобны

золотой ткани. Она сунула платок под волосы и слегка потерла. После краткой процедуры платок пожелтел от принятого количества гноя. - Пожалуйста,

позвольте мне оставить высшим приоритетом свою жизнь. Прошу прощения, если

помешала вам.

- Ааа, все нормально, тем более мы согласились с этим, когда ты вступила в ряды Четырех Рыцарей.

- Понимаю, значит, все знают, что я планирую сделать. Тогда я не буду стоять у вас на пути и посижу в этом уголке.

- Итак, судя по нашей нынешней скорости, как долго нам ехать до Назарика?

Рон, к которому обращался Зиркниф, взял карманные часы из нагрудного кармана. После того как он посмотрел на часы, он повернулся к Лейнас, кивнувшей ему, и ответил:

- Если все пойдет по плану, то через час.

- Правда? Я с нетерпением жду этого. Мы увидим, что Айнз Оал Гоун попытается продать нам.

Часть 2

Карета Зиркнифа медленно снижала свою скорость, пока наконец не остановилась. Тем не менее он все еще не мог сразу выйти из кареты. Пусть это было хлопотно, но Зиркниф должен хорошо подготовиться перед выходом ради своего стиля и безопасности.

Как правило, эта задача выполнялась его подчиненными, например служанками, которые сейчас ехали в других каретах. Однако Зиркниф не мог позволить себе дожидаться прибытия оставшихся карет. В конце концов, они прибыли сюда, чтобы извиниться, и заставлять ждать другую сторону слишком долго – глупый шаг.

После раздумий Зиркниф разгладил одежду, а затем застегнул на себе плащ. Этот чрезвычайно ценный предмет сделан из кожи волшебного зверя и дополнительно обработан с помощью магии. С ним даже самый лютый мороз не принесет никаких неудобств. Затем он задвинул Императорский Скипетр за пояс, тем самым завершив минимальную подготовку для появления императора на публике.

Зиркниф осмотрел себя, чтобы убедиться, что своим появлением он не опозорит себя или Империю.

Ему предстоят переговоры с Айнз Оал Гоуном, хотя скорее это будет война слов. Так что его внешний вид будет заменять доспехи воина. Последствия изъянов в одежде и поведении могут не ограничиться простым смущением: он может потерять инициативу. Можно было надеяться, что оппонент окажется не таким наблюдательным, но рассчитывать на это глупо.

Зиркниф удовлетворенно кивнул, и как раз в этот момент раздался стук в дверь.

- Я должен выйти первым, Ваше Величество.

- Тогда я оставлю это вам.

После этого короткого ответа Базивуд открыл дверь кареты.

Выглядело так, будто Зиркниф приехал на крупное мероприятие в Империи, разве что не хватало красной дорожки. Рон вышел первым и был похож на телохранителя, выполняющего роль щита.

За Роном вышел и Зиркниф.

Он увидел зеленые луга, кладбище, своих охранников, выстроившихся напротив двери кареты. За охранниками возвышался холм с решетчатыми воротами, казалось, наполовину вкапанными в землю.

«Это Великая Гробница Назарика? Мне о ней рассказывали немного… иначе. Хорошо, ошибки на подобие этой приемлемы.»

После высадки из кареты Зиркниф поравнялся с Базивудом, который уже был в строю гвардейцев, и проследовал дальше.

Зиркниф глубоко вздохнул. Зачарование его одежды позволило ему вдыхать свежий и чистый воздух. Конечно, было еще холодно, но не слишком.

Вздохнув, он размял свою челюсть и быстро осмотрел слуг, собравшихся вокруг него.

Флюдер, в своей длинной робе и с посохом, был в сопровождении своих учеников.

Божественные заклинатели, со святыми символами на одежде, были рыцарями в императорской рыцарской службе, хотя они и не были воинами по профессии.

Королевские стражи, которые прикрывали тыл, теперь вместе с всадниками находились перед каретами.

Недоумевающий Зиркниф хотел было спросить присутствующих, что они видят вокруг, но сдержался.

«Кажется, горничные, находящиеся в другой карете, еще не прибыли. Ну, не страшно: они все равно подарки. Этого следовало ожидать… Ладно, они сказали, что будет дверь… они имели в виду эту решетку... или что?»

Когда он посмотрел налево, то увидел одноэтажный деревянный домик. Удивляло то, что на равнинах и на кладбище, что тут находилось, не было деревьев, тем не менее дом точно был деревянным.

«Азерлисские горы так далеко… Лес Тоб? Неужели они притащили бревна оттуда? Не знаю, сколько километров путешествовало это дерево, но однозначно ушло много сил, чтобы доставить его сюда.»

Хотя Зиркниф не интересовался зодчеством, ему этот дом показался симпатичным, и он признал факт, что постройка такого сооружения здесь – огромное достижение.

«Но... эта дверь... двойная дверь, да? И такая огромная... около трех этажей. Может ли это место быть хранилищем чего-то?»

Зиркниф заглянул в карету, в которой все еще сидели Базивуд, Флюдер и Лейнас.

- Ваше Величество. Должны ли мы приказать людям из других карет выйти?

Зиркниф, не поворачиваясь к Рону, который шептал ему на ухо, ответил:

- Нет необходимости в этом. Скорее, нам стоит…

Зиркниф остановился на полуслове. Не только потому, что массивная решетчатая дверь открылась. Навстречу ему медленно шли две красавицы, приковывая к себе всеобщее внимание.

Они были одеты в традиционные одежды горничных, хорошо сшитые, но ничем не выделяющиеся. Сами горничные соответствовали всем канонам: держались холодно и чопорно.

Даже Зиркниф, бывший искусным знатоком красивых женщин, был явно удивлен и смотрел, как они беззастенчиво заставляют биться его сердце.

«Здесь...такая красота...но...»

Они были действительно прекрасны. Любая благородная дочь Империи будет рада их взглядам без остатка. Зиркниф чувствовал, что он, возможно, даже хочет добавить их в свой гарем. Однако они вышли из могилы посреди равнины. Он знал, что им здесь не место, и его охватило зловещее предчувствие.

Он услышал, как все рядом с ним тихо цокнули языками.

- Скажи, дед, это же то, что называют иллюзией?

- Об этом... хм, я не могу не согласиться с вами, но и назвать это иллюзией тоже, думаю, будет неправильно.

- Они люди? Они не выглядят как темные эльфы...

- И об этом... Я не могу сказать с уверенностью, но я сомневаюсь, что они люди.

Эти ответы немного успокоили Зиркнифа. Раз они не люди, то нет ничего странного в том, что они появились в подобном месте.

Это был ответ, который он мог понять, хотя, скорее, он отчаянно хотел в него верить.

Обе горничные одновременно поклонились, и та, у которой был узел из волос, сказала:

- Здравствуйте и добро пожаловать, Ваше Императорское Величество император Зиркниф Рун Фэрод Эль Никс. Мое имя Юри Альфа, и мне поручено приветствовать вас. Позади меня моя помощница, Люпус Регина Бета. Хотя наше совместное время будет коротким, мы надеемся, что вы примите наше обслуживание.

Он не сразу ответил, ибо был ошеломлен этими двумя. Но в конце концов Зиркнифу удалось совладать с собой.

- Тогда… я извиняюсь за все неудобства, которые мы вам причинили. На самом деле, я должен поблагодарить господина Айнз Оал Гоуна за то, что позволил таким милым леди, как вы, позаботиться о нас. Имейте в виду, нет необходимости звать меня императором и соблюдать подобные формальности. Я буду рад, если вы примите меня как обычного человека, и зовите меня Зир - надеюсь, вы так и сделаете.

Зиркниф ярко улыбнулся Юри. Тем не менее, даже увидев его улыбку, которая

могла заставить любую женщину упасть в обморок, серьезное выражение лица Юри осталось без изменений. Зиркниф увидел в ее глазах, что ее сердце было так же непоколебимо.

Может, он не в ее вкусе, или она того типа людей, которые не смешивают бизнес с удовольствием? Или она была настолько верна человеку, которому служит?

«Я не могу видеть сквозь нее. Я хотел оставить хорошее впечатление, но кажется, что это будет очень сложно сделать. И я был уверен, что мог справиться с кем угодно, если это будет женщина... Ах, если дед прав, то это, возможно, потому, что она не человек. Значит, мое обаяние будет работать только на человекоподобных самках... все же к какому виду они принадлежат? Она выглядят как человек или, по крайней мере, близка к человеческому…»

Он не имел понятия о том, кем они были на самом деле.

«Судя по тем двум темным эльфам и этим горничным, Айнз Оал Гоун - человек, который придает большое значение внешности. Если это так... если мои подарки не лучше, чем эти двое, то я мог бы прийти с пустыми руками...»

Зиркниф рассматривал придворных дам, которых он привез с собой в каретах. Он гордился их внешностью. Каждая из них была в курсе того, что произойдет с их семьями, если они ослушаются приказа Зиркнифа, и они со слезами на глазах попрощались со своими родными, прежде чем оставить их, и приехали сюда с решимостью в своих сердцах.

«Это бессмысленно. Еще бы, ведь, зная, что у другой стороны уже есть более

красивые девушки, чем они, они возрадуются из-за того, что больше не нужны? Или они будут завидовать этим женщинам? Может, надо было взять с собой немного эльфов?»

Зиркниф не смог взять с собой эльфийских рабов из Империи, потому что не хватало времени, чтобы подготовить их, а также потому, что он хотел оставить их в резерве как капитал для будущих сделок. Эти сделки будут проводиться с Маром, а не с Айнзом.

Он хотел посадить на крючок Мара, которого считал пугающейся маленькой девочкой, и сделать его беззащитным, а затем использовать его для достижения своих целей.

«Для начала мы привлекли бы ее внимание обещанием освободить из рабства ее соплеменников. В обмен на это она бы выторговала небольшие уступки для нас перед Гоуном. После чего мы могли бы использовать эту ситуацию для шантажа и заставить ее работать на нас. По крайней мере, таков план…»

Пока Зиркниф обдумывал свои схемы с Маром, Юри сказала ему:

- Ваше Императорское Величество очень добр. Однако наш господин, Айнз Оал Гоун, приказал нам не выказывать никакого хамства или неуважения к

императору, и я сожалею, но мы не можем принять ваше щедрое предложение.

- Действительно? Я разочарован, - Зиркниф преувеличено пожал плечами, как будто участвовал в комедии. - Тем не менее, пожалуйста, не стесняйтесь обращаться ко мне так близко, как вы посчитаете нужным. А что насчет господина Гоуна?

- Хорошо. Наш господин все еще готовится, и ему потребуется немного больше времени. Я умоляю вас, потерпите и подождите его.

- Понятно. А где мы должны его ждать? Внутри этого домика?

- Нет. Мы надеемся, что вы будете ждать здесь.

Зиркниф поднял голову к небу. Хотя не было похоже, что пойдет дождь, но было трудно назвать погоду хорошей, учитывая темные тучи на небе. Кроме того, сейчас холодно, ведь зима на улице, хотя Зиркниф не может этого почувствовать из-за зачарованной одежды.

«О чем он думал, предлагая нам ждать здесь? Может быть, он хочет указать нам наше место?»

Так как ему было приказано приехать домой к потерпевшей стороне для извинений, положение Зиркнифа было плохим уже с самого начала. А теперь Айнз Оал Гоун еще больше хочет унизить его.

«Очевидно, у Гоуна скверный характер…»

- В самом деле? - Зиркниф прищурился. Он готов был принять вещи такими, какими они были. - Тогда мы вернемся к нашим каретам и будем ждать в них.

Произнеся это, Зиркниф почувствовал раздражение его многочисленных

королевских гвардейцев.

Пусть они и находятся в соседней стране, которая может стать их врагом, но заставлять императора великого народа ждать в таком месте - это было слишком грубо.

Однако никто не мог озвучить эти чувства. Так как их сюзерен принял эти условия, как верные слуги, они не могли возразить. Или…

«Это потому, что они видели бойню, которую устроил темный эльф? Если это так, то Гоун - очень жестокий человек. Всего лишь одним ходом вы уже вселили страх в их сердца. Даже если эта способность может быть использована только один раз в день, кто отважится проверить? И затем тот факт, что это сделал ребенок. Вы хотите впечатлить нас тем, что даже ребенок у вас настолько силен?»

- Я молю вас подождать, - ясный, тихий голос Юри рассек воздух, прежде чем Зиркниф начал двигаться. - Поскольку задержка возникла с нашей стороны, мы будем плохими хозяевами и не выполним приказ господина Айнза, если не будем любезны к вам в качестве компенсации.

Зиркниф был немного удивлен.

«Айнз... он позволяет своим служанкам так обращаться к нему? Может, они не служанки... нет, я понял. По крайней мере, они были близки. Он ощупывал их тела? Нет, любому человеку будет все понятно. Имея таких красавиц в подчинении, очень сложно держать свои руки подальше от них.»

Зиркниф ответил с преувеличенной вежливостью, хотя в его тоне был небольшой оттенок нежности.

- Оооо! Мы должны быть благодарны господину Гоуну. Ну тогда... мы с нетерпением ждем возможности… приема. Где мы сможем найти его?

- В таком случае позвольте нам подготовиться. Начнем с того, что погода выглядит не очень приветливой. Давайте изменим это.

- Что ты имеешь...? Уооооо!

Зиркниф был не единственным, кто вскрикнул от удивления. Магические заклинатели, королевские гвардейцы, Базивуд, Лейнас, даже Флюдер - все они не могли не воскликнуть от удивления.

Темные тучи над ними начали медленное движение.

Через несколько мгновений они исчезли без следа, словно невидимый гигант рассеял их руками. Кавалерия гиппогрифов в воздухе была в замешательстве; подобное переживали и находящиеся на земле.

- Почему... стало... теплее?..

- Ты тоже почувствовал? Что на самом деле происходит?

Зиркниф, слушая тихие разговоры между своими охранниками, снял свой плащ и развеял магию, которая поддерживала температуру тела. И тогда…

- Ва... Ваше Величество!

Рон прокричал внезапно раздевающемуся Зиркнифу, но император проигнорировал своего подчиненного.

- Ху...хуха...хухахаха. Что это... что же это такое? Деда! Что здесь происходит?!

Спокойствие Зиркнифа испарилось, и он с перекошенным лицом посмотрел на Флюдера.

Освежающий, чистый воздух, который окружал его, должен был появиться только весной. Холод зимы нигде не ощущался. Зиркниф никогда не слышал о такой магии на уроках Флюдера. В таком случае что это было за заклинание?

- Это не должна быть тайная магия... припоминаю, у друидов есть божественное заклинание, которое может управлять погодой, - казалось, что Флюдер не может контролировать широкую улыбку на своем лице, говоря это. - Заклинание управления погодой должно быть шестого уровня. Хотя, судя по реакции Вашего Величества, это не может быть простой манипуляцией погоды. Эта магия, должно быть, более высокого уровня... невероятно...

- Это заклинание того темного эльфа-представителя тогда?

Зиркниф заставлял себя верить, что это заклинание было работой того магического заклинателя, который заставил землю поглотить его людей. Нет, он искренно хотел в это верить. Он не хотел даже думать, что есть еще

маг-заклинатель, который сильнее того эльфа. Это было бы кошмаром.

- Действительно, это может быть так... но я не могу быть полностью в этом уверен.

Волнения, которые сейчас испытывает Зиркниф в душе, показались ужасно забавными Флюдеру.

Хотя он был прекрасным преподавателем и наставником самого императора, он стал совершенно бесполезен, когда активировалась такая могущественная магия. И это его раздражало.

- Я считаю, что это немного освежило вас. Тогда давайте приступим к следующему этапу.

Эти слова произвели еще больший эффект на Зиркнифа, который уже начинал

понемногу паниковать.

Молодой император боролся с желанием вскинуть руки и сдаться для сохранения своего достоинства. Искушение поддаться дрожи в его сердце было очень сильным, но в конце концов император Империи Багарут в нем победил, и он сумел взять себя под контроль.

- Тогда… сейчас. Подойди сюда.

В ответ на приказ Юри двери в бревенчатом доме открылись, и что-то огромное вышло из него.

- Кеххххх!

Раздался одинокий крик. Это был странный звук, как будто кто-то задушил курицу.

Когда они поняли, кто крикнул, ужас наполнил сердце не только Зиркнифа, но и всех присутствующих. Он чувствовал, будто погрузился в сон наяву.

Этот звук издал лучший волшебник Империи, трижды «Сильнейший Магический

Заклинатель» - Флюдер Парадин. Поговаривали, что он способен сравниться с Тринадцатью Героями. И подобный человек сейчас стоял с широко открытыми от ужаса глазами; его взгляд был прикован к тому, что появилось из избы.

Вскоре после этого крики наполнили воздух. Это были ученики Флюдера.

- Как такое может быть?! Это!..

- Не… невероятно! Это невозможно!

- Опасность! Предстоит атака! Защитная магия! Пожалуйста, позвольте нам использовать защитную магию!

Флюдер уставился на своих учеников, которые были в полной боевой готовности.

- Тишина!! Успокойтесь, все вы!!

Существо, выходящее из дома, было достойно их осторожности и страха. Глаза всех прибывших имперцев неизбежно устремились к одному месту.

Без сомнений это был монстр. Монстр, в черном доспехе.

Его тело было слишком большим, и его силуэт был наполнен злом. Словно Бог извлек всю суть насилия и жестокости всего человечества и сконцентрировал все это в физической форме. Его лицо сгнило и не имело никакого выражения, но все могли ощутить блестящий, сияющий ненавистью свет в его пустых глазницах.

И там их было пятеро.

Первый нес большой каменный стол, остальные - различную посуду и стулья.

Никто из них не имел враждебных намерений. По сравнению с ними паникующие ученики Флюдера выглядели смешно.

Послышался звук чего-то падающего на землю.

Один из учеников Флюдера рухнул, как марионетка, чьи ниточки были обрезаны. Вернее, четыре ученика, которых он привез с собой. Все они лежали на земле, их лица побледнели, они начали задыхаться.

- Невозможно. Как это может быть... нет, нет, этого не может быть. Это Рыцари Смерти? Они под контролем? И в таком количестве?

Что-то промелькнуло в голове Зиркнифа. Но он не должен забываться и сердито кричать.

Однако он уже не мог сохранять спокойствие.

- Рыцари Смерти? Что вы имеете в виду под «Рыцарями Смерти»?! Дед! Ответь мне! Я раньше слышал это название. Имеет ли это что-то общее с той нежитью, которая, по слухам, заточена под Министерством Магии?!

Действительно. Это был Рыцарь Смерти. Так звали чудовище, которое может ввергнуть Империю в отчаяние одним своим существованием.

Но Зиркниф не получил ответа.

Флюдер смотрел выпучив глаза и молчал. Зиркниф понял, что разговаривать с ним - пустая трата времени, и быстро зашагал к одному из его учеников. Схватив одного за грудки и приподняв с земли, он спросил, вернее, проорал:

- Кто эти Рыцари Смерти?! Отвечай мне!!

- Ааааааа! Ваше… Ваше Величество! Как вы и сказали, легендарной нежитью, монстром, заточенным под Министерством Магии, действительно является Рыцарь Смерти! Они существа, которых даже Учитель не может взять под контроль!

Все, что мог сделать Зиркниф, так это только засмеяться. Веры в то, что он должен быть императором Империи Багарут, больше не было. Она превратилась в пепел, и ее сдуло ветром.

- Ха, хаха… Что ты имеешь в виду под «легендарная нежить»?! Их же пять! Прямо сейчас, прямо перед нами! Или ты хочешь сказать, что Рыцари Смерти в группе по пять считаются как один? Да?! Ты издеваешься?!

- Н-нет! Ничего подобного!

Зиркниф почувствовал, что кто-то стоит рядом с ним. Когда он повернулся, то увидел, что это был один из сильнейших воинов Империи - Базивуд. Лицо мужчины было бледным, и Зиркниф мог видеть, что у него начинает формироваться нервный тик.

- Э-э, ах! Ваше Величество. Пожалуйста, послушайте это со спокойным сердцем. Ситуация сейчас очень плохая. Это существо такого уровня, что мы, даже построившись в боевой порядок и с полной магической поддержкой, не сможем его победить. Возможно, будет хорошей идеей отступить. Это плохо. Очень плохо. Посмотрите, как дрожат мои руки.

Когда Зиркниф посмотрел на руку Базивуда, он увидел, что она вся трясется. Затем он посмотрел на его подергивающееся лицо и наконец понял причину такого поведения.

- Это то, что они подразумевают под «непостижимым»? Думаете, эти Рыцари сильнее даже Стронофа?

Один из членов Четырех Рыцарей находился уже на приличном расстоянии. Она продолжала отступать, единственное, почему она не решалась бежать, - это чтобы не привлекать внимание Рыцарей Смерти.

Все это ощущалось как кошмар.

И затем перед ними...

Рыцари Смерти спокойно расставляли мебель и посуду на травянистых равнинах, они были похожи на простых верных слуг. В их действиях не было ничего от легендарной нежити, которая могла бы разрушить целую страну.

Тем не менее это была нежить, которую не мог контролировать сильнейший заклинатель Зиркнифа, Флюдер Парадин. Он не мог совладать с одним – а их тут целых пять штук. При этом делегацию Зиркнифа даже не пустили на порог Гробницы.

Это означало, что внутри может быть больше пяти таких монстров, чьи боевые способности намного превышают способности Флюдера.

Флюдер Парадин, как сильнейший заклинатель Империи, мог в одиночку биться со всей имперской армией. Конечно, его мана не бесконечна, и в прямом сражении армия могла бы одолеть его. Но если он будет использовать «Полет» или телепортацию, то вполне сможет победить. Такова была истинная сила Флюдера. А значит, эти пять Рыцарей Смерти представляют боевую мощь, в пять раз большую, чем вся имперская армия.

«Невозможно. Такому нельзя позволить случиться. Это слишком большая власть, чтобы ей обладал только один человек. Даже целой стране будет трудно содержать столько мощи. Такой силой могут управлять только несколько могущественных стран или легендарных республик. Может ли хозяин такой небольшой гробницы обладать таким могуществом?»

Когда вышли два темных эльфа, они заставили всех отвлечься от этой темы.

- Айнз Оал Гоун... монстр, с которым мы ничего не сможем сделать, даже его коснуться...

Сердце Зиркнифа было похоже на крошечное судно посреди бушующего шторма.

Однако в конце концов он поборол свои эмоции и своей железной волей восстановил спокойствие.

Его королевская гвардия уничтожена, тень огромного дракона - так как он уже принял эти факты, он смог принять и то, что происходило перед ним сейчас.

Если бы не встреча с темными эльфами в столице, он мог бы полностью раскрыть себя и показать все свои неприглядные стороны.

«Эта гробница... насколько мощным является Айнз Оал Гоун? Эти пять Рыцарей Смерти и те двое... Даже с драконом в комплекте это не может быть все, не так ли? Почему он прячется именно в этом месте? Когда он принял решение поселиться здесь? Или, возможно, его приготовления наконец-то завершены? Я слышал, что, когда много нежити собирается в одном месте, может появиться еще более мощная нежить. Вот почему эти Рыцари Смерти... нет, что может быть мощнее, чем эти Рыцари Смерти? Не хорошо. Сейчас нет времени, но мне все равно придется об этом подумать...»

Думая об этом, Зиркниф все больше приходил в замешательство. Юри вмешалась в разговор.

- Не бойтесь. Эти Рыцари Смерти были созданы господином Айнзом. Они беспрекословно следуют его приказам, а я получила право командовать ими. Я не позволю им нанести вам какой-либо вред.

Слова Юри разрушили мысли Зиркнифа, которые он пытался собрать воедино, как кусочки разбитого стекла.

- Он создал их...

То, что Айнз Оал Гоун мог дать жизнь таким могучим существам, было правдой, ужасной правдой. Однако для создания таких существ необходимы усилия и ресурсы, равные им по силе, и весь кошмар ситуации заключался в том, что Айнз Оал Гоун либо соответствует эти критериям, либо превосходит их.

«Нет, это, должно быть, блеф. Каким образом кто-либо может вытворять такие вещи? Должно быть, ложью он превозносит свое собственное мастерство, а если нет, то…»

Странная улыбка появилась на лице Зиркнифа.

«Как мне все это надоело.»

- Ах. С меня хватит. Я больше ничего не знаю. На сей раз давайте просто наслаждаться способностями другой стороны, и...

- Фухахахахаха!

В то время как Зиркниф решил отказаться от всех заблуждений в контроле ситуации, рядом с ним раздался радостный смех.

Он исходил от Флюдера.

Все, кроме Зиркнифа, застыли в удивлении.

Флюдер Парадин – заклинатель высшего порядка, герой, обладающий несравненными знаниями. Бесчисленные записи в книгах по истории Империи рассказывали, как он в одиночку сражался с монстрами, которые угрожали безопасности нации, и побеждал их. Его уважали абсолютно все в Империи и почитали как героя.

И вот теперь он смеялся во весь голос, как умалишенный.

В то же время в его смехе звучала сила.

Флюдер излучал внушающее страх давление. Не осталось и следа от той теплоты,

которой он иногда одаривал Зиркнифа, будучи ему фактически отцом.

Слышался истерический смех сильного человека.

Было естественно, что у королевских гвардейцев, находящихся рядом с ним, по коже пошли мурашки.

Вокруг всего этого только слуги из Назарика и Зиркниф сохранили хладнокровие.

- Хахахаха. Контролировать Рыцарей Смерти, да еще в таком количестве! Чудесно! Чудесно!! Чудесно!!! Фухахахаха!

Одинокая слеза просочилась из уголка его глаз. Он улыбался кривой улыбкой. Его лицо исказилось, как будто оно было разбито.

Флюдер показал свое истинное лицо – лицо человека, который отказался от всего, что имел, чтобы заглянуть в бездну магии. До сих пор он скрывал свою жажду магии под маской героя, но перед лицом великого заклинателя эта маска рассыпалась, оголяя его истинную сущность.

- Ну, Ваше Величество, что нам теперь делать? Должны ли мы бежать с помощью магии телепортации? Я думаю, что если мы телепортируемся сейчас… мы ведь в состоянии сделать это, верно? Если предположить, что местность позволяет…

Флюдер сказал это Зиркнифу с насмешливой улыбкой на лице.

- Мне нравится твое выражение лица, дед, но позволь задать тебе вопрос: ты думаешь, я сбегу?

На лице Флюдера отчетливо читалось помешательство. На нем появилась улыбка безумца, внушающая неописуемый ужас во всех, кто ее видел.

- Как и ожидалось от его Величества, нет, дорогой Зир. Ученики мои, откройте свои глаза и будьте благодарны тому, что можете взглянуть на самого великого, самого исключительного заклинателя на всем материке. Теперь, когда вы увидели цель вашего пути, работайте, чтобы достигнуть ее!

Лица учеников Флюдера и имперских гвардейцев становились все бледнее и бледнее, когда они поняли, к какому человеку они нанесли визит.

Они знали, что их товарищи были убиты Айнзом. Тем не менее легендарный волшебник из учебников истории назвал его «самым великим из всех магических заклинателей». Все почувствовали огромную тяжесть в животах.

- Ваше Величество, наши дела плохи, верно?

- Не против, если я побегу первой?

Базивуд выглядел растерянным, а вопрос Лейнас был наполнен отчаянием.

Зиркниф посмотрел на них.

Ученики Флюдера держались в стороне от него, а напряжение среди его имперской стражи медленно росло, угрожая сломать их дух в любой момент.

Ненормальное поведение Флюдера и его описание силы Рыцарей Смерти сильно пошатнули их мораль.

- Что нам еще остается? Если хочешь сбежать, давай, вперед. Однако, если убежишь, они посчитают, что ты не с нами. А если так, то они расценят тебя как нарушительницу. И тебе очень повезет, если ты не повторишь судьбу рабочих, пришедших сюда ранее.

Лейнас стиснула свои зубы, а ее лицо исказилось.

- Значит, пока все в порядке, так?

- Базивуд, посмотри на дед... нет, Флюдера. Он лучше всех нас знаком с магией, и взгляни, что с ним сейчас. Все, что мы можем, - это положиться на хозяина этого места.

- Как насчет помолиться Богу на удачу и затем сбежать?

- Вы действительно думаете, что мы можем убежать?

Базивуд взглянул на горничную, которая явно слышала разговоры о бегстве, но спокойно продолжала свои приготовления.

- Как насчет взять заложников?

- Я не люблю слушать людей, говорящих о невозможных вещах, если ты снова скажешь подобное, то увидишь «Разряд Молнии».

- Простите меня. Честно говоря, я чувствую, что горничная даже сильнее Рыцарей Смерти. И они, конечно, более таинственны... ах, посмотрите на нее, ее даже не волнует, что мы говорим такие вещи прямо перед ней. Как страшно...

Горничная была чудовищно сильна.

Зиркниф покачал головой, подумав об этом. Он отчаянно хотел верить, что это неправда. Думая об этом, он старался изо всех сил выбросить холодные улыбки темных эльфов из своего сознания.

- Кажется, мы почти... все готово? В таком случае я надеюсь, что все смогут отдохнуть здесь.

На траве стояло множество столов и стульев. На всех столах были расстелены белоснежные скатерти, а большие зонты обеспечивали приятную тень. Рыцари Смерти, расставившие мебель, теперь стояли возле бревенчатого дома, чтобы не мешать.

- Мы также подготовили закуски для вас.

На столах стояли винные бутылки, наполненные оранжевой жидкостью. Рядом с ними стояли бокалы из прозрачного хрусталя, каждый из которых был покрыт изящным и замысловатым орнаментом.

Даже Зиркниф, будучи Императором, ценившим лучшие повседневные вещи, уставился на все это великолепие широко раскрытыми глазами.

- Пожалуйста, дайте нам знать, если вам что-нибудь понадобится. А теперь…

Дверь бревенчатого дома отворилась вновь, и оттуда появилось еще больше горничных. Имперская делегация была очарована их необыкновенной красотой, которой хватило бы, чтобы смести весь страх и беспокойство, что они испытали до этого момента.

Каждая из них была по-своему прекрасна. Волосы одной были уложены в два объемных бублика, у другой они были длинные и прямые, а у третьей завиты в ниспадающие спирали.

- Где они достали таких красоток?

Хотя Зиркниф и не понял, кто из имперской стражи сказал это, он согласился. Действительно: что такие красавицы забыли в этой гробнице?

«Эта гробница массово производит красивых женщин? Выращивает их из земли, как грибы, что ли?»

Он вновь услышал цоканье языком, но не заострял на этом внимания.

- Пожалуйста, наслаждайтесь напитками.

- Ах, но перед этим не могли бы мы сначала встретиться с Айнз Оал Гоуном? Я хотел бы ускорить наши дела... и, если это вас не затруднит, я бы хотел поговорить с ним до того, как он встретится с Зиром.

- Флюдер, держи себя в руках.

Чтобы не случилось, никто из них не должен был обесчестить себя или Империю.

- Не забывай о своей должности, Флюдер. Ты здесь как представитель Империи, а не для того, чтобы тешить свое магическое любопытство.

В этот раз глаза Флюдера наполнил проблеск спокойствия. Он по большей части смог подавить свое безудержное желание.

- Прошу простить меня, Ваше Величество. Меня охватило возбуждение. Я также прошу прощения и у остальных присутствующих здесь.

- Вот и правильно, дед. Теперь давай выпьем и успокоимся.

- Ясно.

Юри медленно наполнила стаканы на столе перед Зиркнифом оранжевой жидкостью. В воздухе витал аромат цитрусовых.

Зиркниф отхлебнул сока и не смог сдержать улыбки от этого вкуса. Он с горечью подумал: «Что же я пил до этого». Окружающие его имперские стражники удивленно забормотали, когда вкусили этот напиток. Если даже Зиркниф был удивлен его вкусом, то каково было обычным людям? Как будто в подтверждение этой мысли некоторые забыли про этикет и выпили сок жадными глотками.

Вскоре раздались потрясенные возгласы всех собравшихся мужчин.

- Это вкуснятина!

- Что это за сок? Это идеальное сочетание сладкого и кислого вкусов!

- Он скользит вниз по горлу, и без приторного послевкусия!

Зиркниф взял еще выпить, услышав похвалу окружающих. Вдруг он почувствовал, как наполняется силой.

«Даже мое тело в восторге от этого вкуса, да. Не думал, что в Назарике могут производить напитки такого качества. Кажется, я тогда оскорбил тех двух темных эльфов. Если они пользуются таким чудесным напитком каждый день, то неудивительно, что они не были впечатлены нашими.»

Зиркниф горько улыбнулся.

Подумать только, даже простой сок смог так повлиять на него.

«Аааа... я чувствую себя таким спокойным. Впервые я расслабился с тех пор, как приехал сюда. Это словно... словно я вернулся домой...»

Как же долго они пробыли на поляне, в тени зонтиков, вслушиваясь в дуновения ветра, колыхающего траву? В конце концов, Юри сказала фразу, которую так жаждал услышать Зиркниф.

- Я прошу прощения за задержку. Господин Айнз готов принять вас, поэтому, пожалуйста, следуйте за мной.

Часть 3

Зиркниф прибыл в зал со сферическим потолком, похожий на театр. Перед ним была пара огромных дверей, с витиеватыми рисунками: на левой были изображены красивые богини, а на правой – демоны, выглядевшие довольно жутко. По периметру зала были расставлены зловещие статуи.

Это заставляло присутствующих задуматься о «Судных Вратах».

Зиркниф обдумывал, чем же являлись эти врата.

В этом огромном зале было тихо, так тихо, что, казалось, можно было услышать тишину.

В самом деле, никто из имперской делегации не произнес ни слова с того

момента, как они вошли сюда.

Прежде чем прийти в этот зал, они прошли через комнаты с поразительными достопримечательностями и произведениями искусства, лицезрев которые, они лишились дара речи.

Увиденное кого угодно не оставило бы равнодушным. Даже Зиркниф с трудом подавлял свое желание осмотреть все вокруг в этом фантастическом мире.

Он оглянулся через плечо, чтобы посмотреть на своих подчиненных, которые следовали за ним.

За ним были: Базивуд; десять специально отобранных имперских гвардейцев; Флюдер с четырьмя помощниками; Рон со своим секретарем и священники из рыцарских орденов. Лейнас и остальная стража остались у карет для безопасности.

Все следующие за Зиркнифом, за исключением Флюдера, напрягли плечи.

Это оттого, что все здесь напоминало им об их ничтожности: все эти произведения искусства, которые никогда не смогли бы повторить лучшие ремесленники и художники Империи.

Великая Гробница Назарика была гробницей на словах. По правде говоря, это был прекрасный мир, который был больше похож на страну богов. И все это принадлежало одному человеку – Айнз Оал Гоуну. Это не укладывалось в голове Зиркнифа.

Зиркниф в душе посмеялся над собой и улыбнулся. Он считал, что людям естественно склонять головы перед теми, кто выше них. Однако он всегда полагал себя выше других, но его вера в это снова пошатнулась, на этот раз от увиденных здесь чудес.

«Это довольно тревожно…»

За дверью их ждал Айнз Оал Гоун. Он был заклинателем, сила которого превосходила даже силу Флюдера Парадина. В самом деле, не было в прошлом и не будет в будущем никого, кто мог бы сравниться с ним. Его великолепное жилье превосходит любые, даже самые смелые ожидания. У него есть все, о чем только мог подумать Зиркниф.

Но почему кто-то вроде него скрывается в таком месте на отшибе, в дали от людей? Зиркниф не знал ответа на этот вопрос, но, вероятно, сможет его получить в ближайшее время.

По крайней мере, он надеялся узнать хотя бы это во время предстоящего разговора.

«Я сомневаюсь, что он будет доволен простым извинением после этого захватывающего шоу силы, которое он показал.»

Первоначально план Зиркнифа заключался в том, чтобы определить желания и намерения Айнз Оал Гоуна, а затем встретиться с ним для того, чтобы добиться выгоды для Империи. А для встречи нужен был предлог, и извинения прекрасно подходили для этого.

Однако…

«Если бы я хотел удовлетворить желания кого-то настолько сильного, как он... я не смог бы сделать это, даже если бы у меня было больше богатства и власти, чем я уже имею.»

Так же, как камень в один карат не привлечет внимание Зиркнифа, Айнз Оал Гоун не мог заинтересоваться чем-то, что может предложить Зиркниф.

«Начнем с того, что о богатстве не может идти и речи. Что касается обеспечения

военной и магической поддержки… ну, зачем ему интересоваться вещами, которые гораздо хуже, чем его собственные? Даже использование служащих противоположного пола как проституток будет невозможно, - Зиркниф четко помнил, как он думал о Юри и других служанках. - Предложение ранга и власти будет бесполезно для того, кто живет в таком месте, как это.»

Зиркниф удивился бы, если сердцем Айнз Оал Гоуна двигали бы человеческие желания.

«Будет очень трудно, хух.»

Ум Зиркнифа перебирал бесчисленные хитрости и уловки, которые можно было бы использовать против Айнз Оал Гоуна. Но в итоге он пришел к выводу - все бесполезно.

- Будет замечательно, если Айнз не рассматривает меня как врага. Есть только одно, чего можно достичь на этих переговорах: Империя остается без изменений, и я вернусь живым.

Как только он озвучил эти мысли, обнаружил, что произнес эти слова громче, чем следовало. Однако никто не обратил на это внимания, так как все были загипнотизированы окружением.

- Это тронный зал. Господин Айнз готов принять вас.

После этого Юри объявила, что здесь ее работа завершена, и поклонилась Зиркнифу.

Как будто ожидая этих слов, огромные двойные двери медленно раскрылись, словно сами по себе.

Несколько неожиданных вздохов достигли ушей Зиркнифа. На этот раз это не были вздохи удивления. Почти все гвардейцы пребывали в страхе перед встречей со столь могущественным существом и не могли скрыть свой страх. Они надеялись, что эти двойные двери никогда не откроются. У Зиркнифа оставалось еще немного времени, чтобы придумать план. Впрочем, он уже почти отчаялся.

Потолок, который показался в дверном проеме, был очень высокий. Стены были преимущественно белого цвета, с обширными золотыми украшениями, и сильно отсвечивали. Разноцветные люстры, сделанные из драгоценных камней всех цветов радуги, свисали с потолка, излучая жуткий свет. Флаги висели на столбах, установленных в нишах стен.

Имперцы, в том числе и Зиркниф, побледнели, когда гнетущий воздух вырвался из комнаты и пронесся над ними.

Малиновый ковер уходил прямо к трону. В комнате находилась группа неизмеримо могущественных существ.

Демоны, драконы, причудливые гуманоиды, бронированные рыцари, двуногие насекомые и эльфы. Они отличались друг от друга, но было кое-что общее: каждый из них обладал подавляющей мощью. Эти существа выстроились в четыре линии по две линии с каждой стороны ковра. У вошедших не было никакого желания их считать.

Существа смотрели на Зиркнифа и его компанию в тишине. Зиркниф любил смотреть на собеседника тяжелым испытующим взглядом, таким взглядом обладали все, у кого были статус и власть, но сейчас он впервые почувствовал, как подобным образом смотрят на него, и сконфузился.

Низкие стоны и позвякивание металлической брони раздались позади Зиркнифа.

Это было доказательством того, что его подданные боялись.

Тем не менее Зиркниф не думал упрекать своих подчиненных за выказанный страх. Скорее, он хотел похвалить, ибо каждый из них все-таки остался рядом с ним.

Они оставались непоколебимыми в лице этого первобытного ужаса из времен рассвета человечества.

Зиркниф поднял оценку силы Айнз Оал Гоуна в несколько десятков раз сразу же, как только вошел сюда. Все это время он пребывал в напряжении, был настороже и пытался дать своеобразную оценку личности Айнза. Но, увидев его, понял, как это было наивно.

Борьба с Айнз Оал Гоуном уже не просто вопрос выживания Империи, но, скорее, речь уже шла о выживании всего человечества, даже полулюдей.

Глаза Зиркнифа пробежали вперед по ковру.

Он увидел людей или, скорее, существ, которых назвал бы помощниками Айнза. Здесь была красивая девушка с серебряными волосами. Голубовато-белый монстр, похожий на прямоходящее насекомое. Жабоподобный человек в костюме. Те близнецы эльфы… Здесь Зиркниф почувствовал некоторое облегчение. Если бы оказалось, что те, кто уничтожили имперскую гвардию за несколько секунд, были простыми пехотинцами, вряд ли было бы до смеха.

Над ними же, возле трона, на лестнице, возвышалась красивая крылатая женщина, а прямо позади нее…

- Это же...

На кристальном троне восседало воплощение смерти. В руке он держал странно

выглядящий посох.

Это было чудовище с черепом вместо головы.

Существо являлось средоточием тьмы в одной точке.

Это был Айнз Оал Гоун.

Величественная корона украшала его голову, а его тело покрывала великолепная соболиная мантия. Кольца ярко сверкали на его пальцах. Даже с такого расстояния Зиркниф мог ясно сказать, что эти изысканные аксессуары, которые носил Айнз, были за пределами умений мастеров его Империи.

Кроваво-красные точки света тлели внутри пустых глазниц черепа Айнз Оал Гоуна. Когда Зиркнифа и его свиту окинули взглядом, он почувствовал, будто их

испытывают.

Он был шокирован фактом, что Айнз не был человеком, и в то же время почувствовал облегчение.

Именно потому, что Айнз не был человеком, Зиркниф мог честно признать, что Айнз – превосходящее всех существо, совершенно из другой лиги.

- Фух...

Зиркниф спокойно выдохнул.

Это был знак его решимости.

Дверь была открыта, но долго быть открытой она не могла. Это было, конечно, не достаточно долго для тех, кто мог прокомментировать их бездействие. Тем не менее они не могли ждать здесь вечно. Итак, Зиркниф сделал шаг вперед.

- Пойдемте.

Слова Зиркнифа были достаточно тихими, чтобы только те, кто стоял за ним, могли их услышать. Было странно видеть человека, говорящего не раскрывая рот. Это была не магия, а просто навык, который Зиркниф приобрел за многие часы переговоров. Такой навык особенно полезен в подобной обстановке.

Тем не менее Зиркниф не почувствовал, что его услышали.

Путь к ногам Айнз Оал Гоуна пролегал через ряды пугающих монстров. Хоть он был уверен, что они не нападут, поджилки все равно тряслись. Впрочем, эта уверенность была основана всего лишь на его оптимизме.

Обычно тронный зал используется, чтобы придать общению официальности, а также показать мощь государства. Это одно из основных правил дипломатии.

Это значит, что Айнз Оал Гоун хочет показать силу Назарика и свою власть, а также то, что у него нет намерений убивать Зиркнифа и его людей. Ведь если бы Айнз хотел избавиться от них, он мог просто привести их на бойню.

Подчиненные Зиркнифа должны четко понимать этот факт. Тем не менее они не

сдвинулись с места.

Причина была проста: они не хотят находиться рядом с Айнзом.

Каждый его слуга обладал невероятной силой. И, наконец, сам Айнз Оал Гоун, сила которого просто не укладывалась в голове.

Зиркниф кое-что понял в глубине души.

Он понял, что стоит перед тем, кого люди могли бы назвать богом.

Зиркниф обладал магическим предметом, который защищал от психических атак, но давление, с которым он столкнулся, выходило за рамки возможностей предмета. Если он потеряет контроль над ситуацией хотя бы на мгновение, даже он, Зиркниф, известный как Кровавый Император, не сможет совладать с собой и встанет на колени перед Айнзом.

Но, как император, он должен пойти первым.

Зиркниф наблюдал за Айнзом, Айнз, в свою очередь, наблюдал за Зиркнифом. Что случится с Империей в будущем, если Айнзу не понравится отношение Зиркнифа? Зиркниф понимал, что должен убедить его в своей полезности и доказать ценность Империи.

Зиркниф в душе осмеял себя за наивность. Ха, он еще смел думать о «войне слов».

«Ладно, сейчас не время для сожалений. Будем надеяться, что мне удастся свести ущерб Империи к минимуму.»

- Пойдемте!

Зиркниф строго обратился к своим подчиненным. Впрочем, он скорее сказал это для себя самого. Он чувствовал, что его гвардейцы смотрят на него с надеждой.

Зиркниф начал движение по очень мягкому ковру. Но ковер его совершенно не заботил. Он переключил свое внимание на Айнз Оал Гоуна, восседавшего на троне. Он понимал, что если отведет от него взгляд хоть на секунду, то не сможет заставить себя двигаться.

Зиркниф не был воином, никогда не участвовал в боях или переделках, однако он нашел в себе смелость пойти во главе своих людей, стражников, которые боялись сделать хотя бы шаг. Потому что он император. Он должен.

Зиркниф подошел к лестнице, ведущей к трону.

- Господин Айнз, это правитель Империи Багарут, император Зиркниф Рун Фэрод Эль Никс. Он пришел усладить ваш взор.

Сладкий голос шел от женщины с крыльями, которая стояла рядом с троном. Ее приятный тон соответствовал ее сияющему виду.

В ответ на это, существо, бывшее подлинным богом смерти, заговорило с

Зиркнифом.

- Я рад тебя встретить, император Империи Багарут. Я хозяин Великой Гробницы Назарика, Айнз Оал Гоун.

Зиркниф почувствовал некоторое облегчение оттого, что голос Айнза был таким же, как у человека.

«Если он говорит как человек, то его можно попробовать прочесть.»

- Я скромно благодарю за ваш великодушный прием, уважаемый Айнз Оал Гоун.

Никто не может прочитать выражение лица на черепе. Какой вид поклона будет лучше подходить в данной ситуации? Зиркниф тщательно обдумывал этот вопрос.

Однако первым, кто начал говорить, был не Зиркниф и не Айнз.

- Владыка Айнз, это неуважительно, когда такое низшее существо, как человек, обращается к вам на равных, - сказал мужской голос. – Преклонить колени.

Зиркниф услышал бряцающий звук множества металлических пластин, но ему не нужно было оглядываться назад, чтобы понять, что происходит. Его подданные, должно быть, преклонили колени в ответ на мужской голос. В то же время он мог слышать безнадежный скрежет зубов от тех, кто хотел подняться, но не мог.

«Наверное, это результат мощного психического воздействия.»

Если бы Зиркниф не носил ожерелье, которое никогда не снимал, он стоял бы на коленях, как его люди.

Все переключили внимание на Зиркнифа, единственного, кто продолжал стоять. Он чувствовал на себе холодные, безразличные взгляды, как будто на него смотрят как на свинку.

- Достаточно, Демиург.

- Понятно! - ужасный монстр, названный Демиургом, почтительно поклонился своему владыке. - Отмена контроля.

Зиркниф почувствовал, как исчезает давление вокруг, и затем услышал позади себя вздохи облегчения.

- Зиркниф Рун Фэрод Эль Никс, мой подчиненный сделал нечто оскорбительное для благородного гостя, который прибыл издалека, чтобы посетить мои владения. Грех вассала лежит на его господине, поэтому я прошу у вас прощения. Я надеюсь, этот вопрос может быть решен поклоном.

Волнение поднялось среди монстров за ними.

Бесчисленные чувства танцевали в сердце Зиркнифа.

Зиркниф насторожился, потому что понял, что Айнз не из того типа людей, кто решают все вопросы силой, а он хитер, и надо за ним внимательно наблюдать. По

крайней мере, не похоже, что он собирался уничтожить его прежде, чем начать переговоры.

Однако Зиркниф боялся. Он понимал, что на стороне Айнза все присутствующие здесь монстры.

В то же время Зиркнифу было тошно от осознания того, что все случившееся произошло в соответствии с пожеланиями Айнз Оал Гоуна. Это вызвало зловещее чувство.

- Нет необходимости извиняться за это, господин Гоун. Это не редкость для подчиненных – действовать время от времени как им заблагорассудится. Однако мои подчиненные должны были сделать это самостоятельно. Это я должен извиниться.

Один из имперских стражников, освободившись от заклятья, протянул урну к Зиркнифу, но тот замешкался, прежде чем принять ее, углубившись в свои мысли.

«Хм, это он заставил меня сказать это? Если да, то никакие планы и заготовки не помогут… Нет, это не вариант. Это как в постановочной битве, но с настоящими мечами. Один неверный шаг может привести к тяжелым травмам... Это было бы очень плохо.»

- Это голова того глупого дворянина, который по своей прихоти решил вторгнуться в вашу гробницу... хотя не знаю, правильно ли называть это место «гробницей».

В урне была голова графа Фемела. Того самого дворянина, который был ответственен за набор и отправку рабочих в Назарик.

«Эти дворяне… ни дар, ни проклятие. Впрочем, их можно использовать в подобных ситуациях»

Мертвец ничего не расскажет. И хоть Зиркниф не знал, какой информацией обладает Айнз, но предпочел заставить замолчать графа Фемела, чтобы предотвратить возможные утечки информации.

Естественно, Айнзу не понравилось, что рабочие вторглись на его территорию. И ожидаемо он послал своих эмиссаров. Однако Зиркниф должен отрицать свою причастность к инциденту и попытаться улучшить их отношения.

Красивая женщина, стоящая рядом с Айнзом, мягко кивнула головой, и тот, кого называли Демиургом, принял урну и поднялся вверх по лестнице. Затем он опустился на колено перед Айнзом и вытащил голову из урны.

Айнз взял голову.

- Я приму ее. Но что мне с ней делать? Просто выбросить куда подальше было бы глупо.

«Хм? Издевается, что ли? Понимаю. Он уверен, что рабочие были наняты Фемелом... теперь вопрос: откуда просочилась информация?..»

Вдруг отрубленная голова Эрла Фемела дернулась в руках скелета.

На первый взгляд, можно было подумать, что причиной движения был Айнз, но пристальный взгляд раскрыл бы правду. Голова была покрыта какой-то жидкостью, и Айнз выпустил ее из рук.

От земли поднялся фонтан липкой черной жидкости, и, когда она перестала капать, на ее месте остался комплект черной брони.

Это был Рыцарь Смерти.

Все позади Зиркнифа в удивлении хрипло вздохнули.

- Как... это могло...

Он создал его. Слова горничной были правдой. Зиркниф отчаянно хотел прикусить губу, но заставил себя не делать этого. Он не мог позориться прилюдно.

- Иди. Встань в строй.

Вместе с глубоким стоном, будто пришедшим откуда-то далеко из-под земли, Рыцарь Смерти послушно спустился с лестницы и покинул поле зрения Зиркнифа.

«Как много этих Рыцарей Смерти Айнз Оал Гоун может создать еще? Только не говорите мне... неограниченное количество, пока не закончатся все трупы? Но, если он может это сделать… подождите, прежде всего: способен ли он создать более мощную нежить? Это может означать...»

- Ну что ж, Зиркниф Рун Фэрод Эль Никс…

Спокойный голос Айнза позволил Зиркнифу прийти в себя, и он свободно улыбнулся.

- Ах, Гоун, вы можете называть меня просто Зиркниф. В конце концов, мое полное имя очень длинное.

- В самом деле? Хорошо, Зиркниф. Для начала позвольте мне принести извинения за такое некрасивое поведение. Учитывая, что мой невоспитанный подчиненный был груб по отношению к вам и вашим служащим, я буду считать вопрос вторжения дворянина в Назарик решенным. Тогда это все. Хотя я заставил вас проделать долгий путь, сейчас вы вольны уехать.

- Хах?

Никто не мог понять, что происходит.

- Ах, простите меня. Я боюсь, что, возможно, не расслышал ваши слова. Не могли бы вы повторить мне их еще раз?

- Вам нет надобности извиняться. Все в порядке, вы можете вернуться домой. Вскоре после всего этого мы будем очень заняты.

Айнз пожал плечами, как будто он пошутил.

Зиркниф понятия не имел, что сейчас произошло.

Предполагалось, что извинения - лишь предлог, чтобы заставить его прийти сюда для выполнения определенных планов Айнза. Это было логично. Но как объяснить то, что сейчас произошло…

«Что-то он не договаривает.»

- Простите меня, но что вы имели в виду под «будем очень заняты»?

- Благодаря этому инциденту мы теперь знаем, что будем втянуты в переделки, даже если попытаемся остаться в стороне. В таком случае я считаю, что мы должны выйти на поверхность и начать заботиться о проблемах сами.

- Это, это будет означать...

- Во-первых, мы заставим дураков, которые пытались навредить нам, заплатить соответствующую цену. После этого мы уничтожим всех проблемных людей, которых повстречаем, пока мир, которым я так дорожу, не восстановится.

Эти слова были похожи на бред безумца.

Нет, неправильно. Он не был сумасшедшим. Если учесть личную, военную и экономическую мощь Айнз Оал Гоуна, эти слова не могут принадлежать безумцу.

Но Зиркнифу не доставало опыта, чтобы принять этот факт.

Айнз Оал Гоун был человеком, который делает то, что он говорит.

Зиркнифа до самых ног окутало чувство неконтролируемого страха.

Великая Гробница Назарика - словно спящий гигант, который пробудился и собирается начать террор на поверхности мира.

«Может, он позвал меня сюда именно для этого? Это что, объявление войны? Что же мне делать? Айнз Оал Гоун, по сути, объявил войну Империи! Может, я должен преклониться перед ним во имя будущего?»

По правде говоря, это, возможно, было самым мудрым, что можно было сделать.

Однако их участь будет тяжелой, если они примут правила этого монстра. Есть вероятность того, что Айнз просто убьет всех в Империи и создаст из них Рыцарей Смерти. Это может быть более мучительной судьбой, чем просто смерть.

Зиркниф напряг мозги так, как он прежде никогда не делал. По правилам следовало сначала вернуться и обсудить этот вопрос со многими советниками и понять, какие действия должны быть предприняты. Но к тому времени было бы слишком поздно.

С улыбкой, которая прорвалась через все сомнения, Зиркниф заговорил.

- У меня есть предложение для вас. Как насчет сформировать альянс?

- Ты путаешь нас со своими прихвостнями. Увах!

Раздался мелодичный голос, похожий на колокольчик, а затем звук какого-то

быстрого движения. Девушка с серебристыми волосами нахмурилась, в то время как Аура, стоявшая рядом с ней, притворилась, как будто ничего не произошло.

Хотя зрение Зиркнифа было недостаточно хорошим, чтобы увидеть, что

произошло, ему показалось, что темный эльф только что пнул по ноге девушку с серебристыми волосами.

- Ой, ты…

- Вы создаете слишком много шума. Успокойтесь!

Как король демонов, Айнз величественно взмахнул левой рукой, призывая к тишине.

Такое царственное движение могло родиться только после долгих лет господства здесь.

Бдительности Зиркнифа выросла еще больше.

«Понятно, он властвовал над этой землей долгое время. Думаю, вот откуда такое

величественное поведение...»

Обе девушки замолкли, выражая сожаление за свое безрассудство.

Он не чувствовал и намека на высокомерие, которое Аура демонстрировала в столице. Сразу после этого он взглянул на Айнз Оал Гоуна, надеясь, что его подчиненные полностью под его контролем. Затем он вернул свое мужество и приготовился говорить.

Это было главное событие.

Он своим языком провел по губам.

Зиркниф выбрал лучший план, по его мнению, из бесчисленных схем и стратегий, которые он придумывал до этого дня.

- Создать здесь государство и управлять им - я думаю, это прекрасная идея. Это положение лучше всего подходит уважаемому Гоуну. Наш народ с радостью предоставит всю нужную поддержку и ресурсы для основания вашей страны. Как насчет этого?

Лицо Айнза было без плоти и поэтому не двигалось. Однако Зиркниф почувствовал, как яркие точки красного света в глазницах Айнза засветились чуть ярче.

- Зиркниф, я не вижу выгод для вас в этом плане.

Это был естественный вопрос, поэтому Зиркниф с легкостью предсказал его. Используя все свое актерское мастерство, Зиркниф ответил:

- Я хочу создать хорошие отношения со страной, которой будет править такой уважаемый человек. Это также вложение в будущие добрые отношения.

- Понятно. Тогда пусть будет так. Детали оставляю на вас.

Зиркниф лишился дара речи от скорости, с которой Айнз согласились на его предложение. Он не ожидал, что все будет так. Он даже не мог собраться с духом, чтобы сказать что-нибудь еще.

Для начала...

Почему он не попросил присягнуть ему? Как чрезвычайно эрудированный человек в бесконечно выгодном положении, зачем ему вообще принимать предложение создания союза?

Он подготовил десятки ответов для Айнза, если бы он потребовал присягнуть ему. Но такого развития событий Зиркниф на ожидал.

«Что он задумал?»

Зиркниф никак не мог понять мысли Айнза.

Когда слабый человек сражается с более сильным соперником, он будет думать, как обратить силу оппонента против него самого с помощью хитрости. Это был способ эксплуатации высокомерия сильного. Но если сильный противник не был высокомерным существом, тогда эта тактика бесполезна. Единственный способ борьбы слабого человека будет неэффективен.

Айнз, должно быть, выбрал путь, в котором он никогда не будет действовать надменным образом, чтобы не позволить другим эксплуатировать его.

Нет...

«Вполне возможно, что все идет по плану Айнза. Ведь задержка в его ответах была слишком короткой. Означает ли это, что он уже предсказал все мои возможные варианты и подготовил соответствующие ответы?»

Зиркниф почувствовал, что мощь Айнз Оал Гоуна обусловлена не только его силой, но и непостижимом интеллектом.

- Да. Тогда все замечательно. Может, расскажете, что мы могли бы сделать для вас?

- Прямо сейчас я не могу придумать. Как насчет создания мест, куда бы мы могли отправлять послов друг другу? Что-то типа посольств. Я бы хотел иметь связь с вами, уважаемый император.

Если все было спланировано так, как хотел Айнз, то не было других вариантов. Поэтому смысл сказанного был очевиден.

«Должно быть, весь наш разговор – уловка, чтобы я сам предложил ему создать страну. Он, наверное, думал, что если первым заговорит об этом, то его сочтут слишком агрессивным. У этого монстра есть много схем или, скорее... возможно, он монстр, чей интеллект превосходит все человечество.»

- Ах, да, и в самом деле. Как же я глуп, что не подумал об том. Как и ожидалось от господина Гоуна.

- Ах...

«Он не любитель шуток?»

Зиркниф принял во внимание равнодушный ответ Айнза.

- Тогда я возвращаюсь. Я оставлю здесь своего секретаря. Не могли бы вы обсудить с ним детали? Его зовут Рон Вармилинен.

- Понял! От имени Империи я посвящу вам свое тело и душу!

Хотя Зиркниф не мог видеть лицо Рона, он слышал твердую решимость в его голосе. По правде говоря, принятые здесь решения определят будущее Империи. Если бы ему не надо было немедленно торопиться обратно в Империю для формирования соответствующего комитета и для разработок необходимых планов, чтобы удовлетворить Айнз Оал Гоуна, Зиркниф предпочел бы остаться сам.

- Превосходный ответ. В каждом слове я чувствую вашу верность своему Императору. Тогда мы пошлем к вам Демиурга, так как ранее он был непочтителен к вам. Считайте это извинением за его грубость.

Зиркниф краем глаза увидел, как жабоподобный монстр тихо поклонился, и почувствовал, что может потерять ценного подчиненного. Он изо всех сил контролировал себя, чтобы случайно не направить на Айнза ненавистный взгляд.

«Он поставил мне шах и мат с самого начала! Этот монстр-лягушка, Демиург, может манипулировать умами с помощью слов. Нет никаких сомнений, что он использует свои умения для промывки мозгов Рона в целях разведать все, что он знает об Империи. Эти меры никогда бы не принял союзник. Однако тот факт, что он даже не пытается скрыть свои намерения, только доказывает его коварную природу. Демиург... должно быть, он планировал отправить этого глупо выглядящего монстра выполнить интенсивную разведку, и он может возложить ответственность за любые проблемы на своего подчиненного. Айнз Оал Гоун, как много трюков ты прячешь в рукаве? Будь проклят!..»

Хотя Зиркниф в душе бранил и проклинал Айнза, но признал его способности.

«…Он специально заставил нас ждать, а затем провел по всем комнатам, чтобы мы не могли предъявлять ему претензий... Надо сейчас обговорить детали и развеять наши сомнения по поводу этого предприятия, иначе он решит, что у нас все схвачено, и будет эксплуатировать в будущем.»

Только Зиркниф собрался начать говорить, как Айнз опередил его:

- Демиург - один из моих наиболее доверенных подчиненных. Я уверен, что в дальнейшем не возникнет проблем, если он и Рон обсудят дела.

- Это было бы замечательно.

Зиркниф заставил себя улыбнуться.

Это был первый раз, когда он почувствовал полное превосходство своего оппонента. Поскольку он уже столько сказал, все дальнейшее будет тратой времени.

Услышав следующие слова Айнза, Зиркниф в очередной раз ощутил свою наивность

- Итак, ситуация изменилась. Теперь Зиркниф - союзник Назарика. Отправить вас домой так быстро - будет выглядеть грубо. Раз уж вы здесь, почему бы не провести ночь? Примите это как приглашение.

«Значит, не только Рона, он также хочет заполучить всех нас?! Хуже того, он может планировать что-то похуже.»

Несмотря ни на что, было трудно поверить, что это невинный акт благотворительности без каких-либо скрытых мотивов. Он проклял искривленное лицо Демиурга, когда тот ответил: «Понятно», от всего сердца.

- Нет, нет, нет, мы не хотим беспокоить вас. В конце концов, мы должны вернуться, чтобы начать приготовления.

- Вот как? Какая досада. Если вам так удобно… нет, прошу, позвольте одному из моих слуг отвезти вас домой.

Зиркниф представил себя оседлавшим дракона, и у него появился интерес к предложению Айнза. Однако он отбросил эти мысли в сторону, ведь Айнз не мог просто так предложить подобное, да и оставаться у него в долгу Зиркниф не хотел.

- Я глубоко признателен вам за столь щедрое предложение, и я благодарю вас. Тем не менее я чувствую, раз я прибыл сюда в карете, я должен вернуться тем же путем.

- Безголовая лошадь-нежить может скакать день и ночь без отдыха.

- Прошу меня простить, но при всем уважении я вынужден отказаться.

- Вы вынуждены? Понимаю.

Он чувствовал, что в его словах было разочарование. Это было притворством, или он действительно разочаровался? Зиркниф не мог это понять, хотя он подозревал, что это, скорее всего, притворство.

В любом случае, пока они не вполне понимают всех текущих обстоятельств, он должен избежать утечки информации из Империи о созданном союзе с нежитью Айнзом.

Начнем с того, что если он будет использовать нежить, которую так ненавидят жители Империи, в качестве транспорта, то потеряет доверие населения. А что скажут священники, которых он привез с собой? В общем, это будет некрасиво.

- Тогда позвольте мне вернуться в мои владения.

- Очень хорошо. Демиург... сопроводи наших гостей наружу.

- Нет, нет, незачем так беспокоиться... впрочем, так как это редкая возможность, то, может, горничные? Никогда еще раньше не видел столь прекрасных дам.

Айнз вытянул шею от удивления.

Это было невероятно поддельные движение.

Зиркниф боролся с собой, чтобы удержать свой гнев под контролем, когда он улыбался Айнзу.

«Он знает, что мы опасаемся Демиурга, но по-прежнему провоцирует нас им!

Я никогда прежде не видел такого зла... он представляет угрозу для дальнейшего существования человечества...»

- Ну что ж, пусть будет так. Скажите горничным, что сопроводили императора и его людей к каретам. Ах, какой прекрасный день для создания союза. Как хочется объявить этот день праздничным!

«Ты имеешь в виду, отпраздновать день, когда ты сделал нас рабами?!»

Вскрикнув внутри себя, Зиркниф улыбнулся Айнзу и выдавил:

- Именно. Да... Именно.

Часть 4

После завершения переговоров Айнз собрал Стражей у себя в комнате: Альбедо, Демиурга, Ауру, Мара, Коцита, Шалти и Себаса.

Айнз подал знак, чтобы Стражи встали с колен.

Он облокотился обеими руками на стол, закрыв ладонями нижнюю часть лица.

Его несуществующий живот болел. Он тревожным взглядом посмотрел на Демиурга и Альбедо.

Не похоже, что они разозлились. Но и говорить что-либо не спешили.

Однако способен ли кто-либо прочесть их эмоции сквозь маску холодного безразличия? Подумав так, он внимательно присмотрелся к ним снова, пытаясь уловить малейшие признаки недовольства.

«Хочу сбежать отсюда. В первую очередь, с какой стати я сижу тут... нет, для подобного уже слишком поздно. Сказанные слова не вернешь. Выпрями спину к чертям, Айнз Оал Гоун!»

Хотя фантомные боли вроде бы стихли, его по-прежнему не покидало чувство тошноты.

Когда он узнал, что император приближается к Назарику, как и планировалось, не смог удержаться от скользкого вопроса к Демиургу: «Тогда, что мы будем делать дальше», но в ответ получил: «Поскольку все идет, как и предсказывалось ранее, нам следует действовать согласно плану».

«Но я не понимаю, что это за план!»

Разумеется, сказать такое вслух он не решился.

Как правитель Великой Гробницы Назарика, Айнз принял положение, которое соответствовало ожиданиям НИП. Он считал их детьми своих товарищей по гильдии, нуждающимися в его опеке. Он не мог не оправдать их ожидания и всегда вел себя величественно, в соответствии со своим титулом, даже если ему надо было отвечать только «да» или «нет».

Когда же дело дошло до плана Демиурга, Айнз ощутил себя во тьме неведения.

Фактически переговоры с Зиркнифом Рун Фэрод Эль Никсом оказались экспромтом с верой, что несмотря ни на что найдется выход из ситуации. А что по поводу его уверенности в правильно подобранных словах для переговоров... ну, попросту говоря, никакой уверенности не было вообще.

Подобно студенту, ожидающему свою оценку, он уставился на этих двоих.

«Немного похоже на собеседование при приеме на работу...»

Когда он только начинал работать, он испытывал похожие ощущения.

- Итак, как и планировалось, император сделал свой ход.

Айнз сделал глубокий вдох. Когда он, как казалось, собирался начать речь, голос со стороны прервал его.

- Владыка Айнз, мне неловко спрашивать, но хотелось бы узнать, почему вы позволили человеческому императору занять место соучредителя? Разве не следовало покорить Империю силой?

В ответ на вопрос Шалти несуществующее сердце Айнза екнуло.

В целях захвата мира они решили надавить на Империю. Для этого Империи было позволено провести атаку на Назарик, а затем угрозами и силой предполагалось вынудить императора вести переговоры. Следом за этим надо было продемонстрировать подавляющую мощь Назарика. Именно так эта операция должна была пройти.

Это все известно Айнзу. Но вот причины, по которым им следовало явить впечатляющую силу Назарика императору, оставались для него загадкой.

В связи с этим он не представлял, как корректно ответить на вопрос Шалти.

А тем временем ее мысль продолжила развивать Аура.

- Шалти права. Мы побывали в их столице и убедились, что она ничего из себя не представляет.

Айнз пробежался глазами по остальным Стражам. Выражения их лиц указывали на схожие позиции.

Пусть даже они не имели намерений противиться решению Айнза, их хозяина, и даже если они примут его позицию за правильную, их сомнения так просто не рассеются.

Кроме того, они желали знать причины такого выбора Айнза, чтобы понять его истинный замысел, дабы более эффективно оказать ему поддержку.

Без понимания его мотивов своими действиями они многократно увеличат шансы на провал. В частности, двое Стражей чувствовали себя особенно неудобно в связи с отсутствие осведомленности, а именно, Шалти и Себас, уже допустившие ошибки в прошлом. Оба с нетерпением смотрели на Айнза, навострив уши, дабы не пропустить ни одного его слова.

Подавляя стресс от пребывания в центре всеобщего внимания, Айнз искал выход из этого затруднительного положения.

«Во-первых, мне нужно решить, стоит ли согласиться или отклонить слова Шалти и Ауры. Согласие означает покорение Империи как часть плана. Но отказ, в свою очередь, означает, что мы не собираемся захватить Империю сейчас... на какую сторону встанут Демиург и Альбедо? Ох, нет, это плохо, я молчу слишком долго.»

С холодной улыбкой на лице, Айнз рассмеялся. Затем вздохнул.

Шансы были пятьдесят на пятьдесят.

Допустив сейчас промах, все, что ему потребуется, - это как-нибудь подстроиться

под новый план действий. Ну, а с другой стороны…

«Шалти постоянно ошибается, таким образом, я должен отрицать ее позицию!»

- Я чувствую, что было бы глупо следовать курсу, предложенному Шалти.

Глаза Стражей засветились, едва они услышали слова Айнза. Они не огорчились от этих слов, ведь принимали на веру все, что скажет их повелитель, потому что считали его не только достойнейшим правителем, но и почитали как самого умного во всем мире.

«Я не тот, за кого вы меня принимаете!»

Айнз повернулся к Демиургу. Стараясь не закричать о помощи по ошибке, он начал мягко и осторожно.

- Демиург...

«Он, со своим интеллектом, должен понять, даже если я просто назову его имя»

- Да! Пожалуйста, простите этих некомпетентных вассалов, неспособных понять ваши великие планы!

- Ах, нет, нет, некомпетентность - это чересчур...

- Еще раз я приношу свои извинения! Прошу у вас прощения!

- Ах, аххх...

«Это не то! Почему, почему ты не объяснишь мне? Будет плохо, если я обращусь к Демиургу снова... ну почему ты не мог просто ответить по сути?!»

- Альбедо...

- Я тронута до слез безграничным состраданием Владыки Айнза. Как и ожидалось от нашего правителя и нашего хозяина.

- Угу, ммм...

Похвала была ему ни к чему: ему нужен был ответ.

Тем не менее уже не осталось никого, к кому он мог обратиться.

Собравшись с силами, он начал объяснять свою позицию.

- Нам требуется повод.

- Подобные. Этому. Вещи. Действительно. Необходимы?

- Конечно. На самом деле, мы в состоянии завоевать Империю только силой. Однако, поступив так, мы обратим против себя множество других стран. Это не то же самое, что примитивные людоящеры. Никогда не стоит забывать, что могут быть противники, которые окажутся сильнее нас. Поэтому необходимо заручиться поддержкой одной из сильнейших стран. Для этого нам нужна легенда, и в данном случае она звучит так: «В то время как мы мирно жили в нашем уединенном доме, мы подверглись атаке со стороны рабочих из Империи. В гневе мы убили их и искали извинений от их нанимателя, Империи». И вот сам император предлагает создать нам собственную страну «дабы загладить вину». Таков план. И император поможет нам… хотя бы своим именем.

- Ох, вот как. Но, Владыка Айнз, согласятся ли они с подобным?

- Согласятся они или же нет - не важно, Аура. На самом деле, нам вовсе не требуется их одобрение.

- Ах, значит… значит, все было ради этого? Для… ух, для того, чтобы император оказался здесь?

- Хм? Что ты имеешь в виду, Мар?

- Д-да. Эм, переговоры… переговоры с императором могли оставить следы. Отталкиваясь от этого, вы специально привезли его сюда, чтобы минимизировать утечки из вашего разговора. Я… я думаю так...

- Хахаха. Действительно, это было так. Молодец, Мар.

Мар смущенно покраснел и улыбнулся.

Любуясь пленительной улыбкой Мара, Айнз вздохнул с облегчением. Это правда, что переговоры в Империи могли быть раскрыты. Однако, доставив ограниченный круг лиц из Империи сюда, они свели просачивание информации к минимуму. Это окажется полезным, если начнется расследование.

Айнз находился под впечатлением от дальновидности Демиурга, который заставил события разворачиваться именно здесь. Он окинул взглядом остальных Стражей.

- В дополнение к этому строительство государства предполагает, что мы возьмем под свое крыло больше людей. Создание страны на кладбище лишь навредит имени Айнз Оал Гоун. Теперь остались ли у кого-то замечания?

Намерение, стоящее за этими словами, заключалось в том, чтобы каждый мог высказаться, если заметил что-то особенное, как это сделал Мар.

Взгляды Стражей обратились к Демиургу. Они надеялись, что он, обладая самым ярким умом в Назарике, наверняка бы выделил что-то. Айнз искренне верил, что так и будет.

- Кукукуку, - смех Демиурга пронесся эхом через комнату. - Вы действительно поверили, что это истинный размах плана Владыки Айнза? Кухуху...

- У-ухх??

- Эхх?

- Что ты имеешь в виду?

- Что. Ты. Сказал?

- Хм?

- Каждому следует мыслить глубже. Сколь же немного мы знаем о нашем хозяине, центральной фигуре, вокруг которой собрались все Высшие Существа?

Айнз сглотнул и моргнул, будто бы получил удар по лицу. Между тем Стражи закивали, бормоча: «Действительно».

«Черт, почему вы все усложняете для меня! Вы…»

К счастью, никто не мог услышать внутренний монолог Айнза.

- Итак, неужто вы полагаете, что постичь истинные намерения Владыки Айнза можно из столь простого ответа? Не стоит так спешить с выводами. Ведь Владыка Айнз до сих пор щадил ваши умы и не раскрывал своих истинных намерений.

Все Стражи, кроме Альбедо и Демиурга, ощутили некоторую неловкость. Это было вызвано их неуверенностью в том, смогут ли они эффективно служить при своем текущем интеллекте.

Происходящее заставило Айнза еще сильнее благодарить свое текущее тело. В сложившейся ситуации только лишь с ним он мог продолжать сохранять отрешенный вид.

- На самом деле... Владыка Айнз, я считаю, что настало время, чтобы сообщить нам о вашей истинной цели. В конце концов, наши будущие усилия окажутся направлены на ее достижение.

Всеобщее внимание перешло на Айнза. Их искренние, умоляющие выражения лиц будто говорили: «Пожалуйста, просветите этих глупцов».

Оглядев каждого, Айнз тяжело вздохнул; потом еще несколько раз. Затем он

медленно оторвался от стула и повернулся спиной к Стражам. Из этого положения он выразил похвалу Демиургу.

- Как и следовало ожидать от Демиурга и Смотрителя Стражей, Альбедо. Думаю, что вам уже удалось раскрыть мой настоящий замысел...

- Нет, схемы Владыки Айнза являются сложными и всеобъемлющими. Я не могу даже надеяться постичь их. И я верю, что понимаю лишь часть ваших планов, - Демиург отвесил уважительный поклон на похвалу Айнза. - Я слышал, что среди горничных вас величают Мудрым Королем. Я верю, что это имя как нельзя лучше отражает вас. Представьте только: использовать авантюриста Момона, совсем другое лицо, для достижения своих целей, и теперь он прочная основа Королевства и в тоже время всего лишь инструмент в ваших руках.

Айнз кивнул с довольным видом, но в его сердце бушевал вихрь сомнений.

«Что он говорит? Момон? Что имя этого авантюриста из Э-Рантэла здесь делает?»

- Что все это значит?

Вопрос Шалти источал ревность - вероятно от того, что лишь двое сейчас могли думать на уровне ее любимого господина. Заметив слабую улыбку Демиурга и искрящееся радостью победителя лицо Альбедо, Аура, не в силах ничего сделать, надула щечки.

- Владыка Айнз, расскажите и нам. Мы хотим оставаться полезными, чем можем!

- Т-тогда… ум, ах… прошу, скажите нам!

- Нам. Бы. Хотелось. Также. Знать. Прошу. Простите. Этого. Глупца.

- Молю, просветите нас в этом, Владыка Айнз.

Айнз оставался повернутым к ним спиной и положил руку себе на лицо. Стресс заставлял его ощущать себя на грани обморока.

- Не существует большей радости в жизни для нас, чем служить вам, - умоляющим тоном говорили Стражи.

Айнз был не в силах что-либо сделать, хотя его сердце разрывало от вины, когда до него доносились печальные голоса Стражей позади. Его эмоции подавлены, но боль все не уходила.

Стоит ли ему говорить начистоту и признать свою некомпетентность?

Мириады сомнений не позволят ему так поступить.

Он поборол неуверенность и повернулся, одновременно подняв перед собой посох «Айнз Оал Гоун».

- Демиург, я разрешаю тебе объяснить другим, что ты понял.

- Ясно! – ответил Демиург, кивнул и начал объяснять своим товарищам.

Часть 5

Ничего не изменилось в карете со времени поездки в Назарик, однако сейчас казалось, что на каждой кочке она подскакивает до небес и трясется как перфоратор. Причиной этому было удручающее настроение ехавших в ней людей. Или, возможно, это связано с изменением состава пассажиров.

В поездке в Назарик кареты сопровождали войска Первого Легиона, а уже из Назарика – Второго Легиона.

На месте Флюдера находился один из его прислужников. На месте Рона сидел писец. Два изначальных обитателя кареты, оставшихся в ней и на обратном пути, были Зиркниф и Базивуд.

Флюдера здесь не было потому, что он хотел обсудить увиденное со своими учениками и сел к ним в другую карету. Вместо себя, он послал в экипаж к Зиркнифу одного из своих помощников. Впрочем, несмотря на всю свою опытность, помощнику было еще далеко до своего мастера.

В карете Флюдера шла бурная дискуссия о произошедшем.

В карете же Зиркнифа стояла гробовая тишина.

Причиной этому был сам Зиркниф. Он сидел с кислой миной на лице.

Зиркниф, которого прозвали Кровавым Императором, обычно держался холодно и величественно. Но всегда улыбался. Он тщательно готовил свой образ, ведь должен был выглядеть сильным императором в глазах своих людей, иначе потерял бы доверие к себе и вызвал бы недовольство у тех, кто последовал за ним.

Однако сейчас он мало походил на себя, и даже ехавшие с ним, которые знали его лучше, чем кто бы то ни было, впервые видели Зиркнифа таким. Все присутствующие знали причину такого настроения императора, поэтому молчали.

Зиркниф ощущал на себе тревожные взгляды своих подчиненных, но не собирался ничего говорить. Хотя казалось, что если кто-нибудь выскажет свои мысли, то он просто вскроет тому голову, чтобы посмотреть на ее ничтожное содержимое.

Великая Гробница Назарика... по правде, называть ее гробницей было явно неуместно. Этому месту скорее подойдет «Замок Короля Демонов»!

Те пугающие создания, а позади них - Призрак Смерти, восседавший на троне.

Но они испытали не только страх. Они увидели множество роскошных украшений, прекрасных картин и скульптур, удивительную архитектуру – такое не могло никого оставить равнодушным.

Зиркниф мог легко предсказать, какие проблемы получит его страна из-за этого существа, обладающего превосходящей военной и экономической мощью.

Если у страны есть сильный лидер, то ее жители будут чувствовать себя в безопасности, даже если сама страна будет слабой. Но в стране со слабаком во

главе все будут жить в страхе, какой бы сильной она ни была.

К счастью для Империи, ими управлял настоящий лев. Но затем перед этим львом приземлился дракон и напугал его. Как граждане Империи отнесутся к этому?

Зиркниф посмотрел на свои руки, которые были так сильно сжаты, что побледнели.

«Нет, это еще не конец. Окончательного поражения еще нет.»

Зиркниф скривил губы. Улыбка человека, которого не просто так прозвали Кровавым Императором.

Возможно, присутствующие ждали возвращения этой холодной улыбки, и чувство спокойствия вернулось к ним. Зиркниф не мог удержаться от искренней улыбки, увидев это.

- Не надо так сильно всматриваться. Разве вы что-то здесь упустили?

- Ваше Величество!

Три голоса перекрывали друг друга. В них слышалась радость – радость, что их император вернулся к ним. Когда Зиркниф понял, что он должен делать, он

энергично кивнул.

- Для начала я хотел бы уточнить, все ли чувствуют враждебность к этому месту. Если у кого другое мнение, не стесняйтесь. Кто знает, может, я что не так понял. Хорошо, тогда... я предлагаю начать с самого важного, что вы все думаете о правителе Великой Гробницы Назарика, Айнз Оал Гоуне? - Зиркниф намеренно назвал имя этого монстра суперкласса медленнее, чем обычно. - Айнз Оал Гоун - это чудовище среди чудовищ, которое с легкостью создает Рыцарей Смерти, и если мы обретем врага в его лице, то Империя, скорее всего, будет уничтожена. Однако, даже если мы не спровоцируем его, есть шанс, что он все равно нас всех убьет, потому что он нежить и это ему в радость. Кто-нибудь не согласен?

- Нет.

- Как скажет Ваше Величество.

- Ах, мы согласны. Учитывая то, что мы увидели, я не верю, что человечество может победить это существо. Честно говоря, я не думаю, что мы сможем собрать достаточно сильную армию против него, даже если призовем все войска Империи.

После получения трех одинаковых ответов Зиркниф продолжил:

- Кроме того, я почувствовал, что, как абсолютный правитель, у него есть подобающая королю харизма.

- Ах, да, его присутствие было действительно грозным. Казалось, что он был еще

большим лидером, чем наш Император.

- Базивуд!

- Все в порядке. Это факт. Пугающее создание: он сказал лишь одно

предложение, и в этом предложении я почувствовал огромное давление тирана.

- «Вы создаете слишком много шума. Успокойтесь!», вы говорите об этом предложении?

Зиркниф слегка кивнул писцу.

Это было, без сомнения, то давление, которое соответствовало Айнз Оал Гоуну, как правителю Великой Гробницы Назарика.

- Кроме того, пожалуй, самое страшное в этом монстре заключается в том, как он мыслит. Он из той редкой породы интриганов, каждое действие которых преследует корыстные мотивы... не делайте таких удивленных лиц. Задумайтесь. Он оказался способен предвидеть все, что мы обсудили, задолго до случившегося. Иначе, с какой стати он отпустил нас так легко? Наш оппонент обладает такой силой, но при этом предпочитает вести игру с помощью мозгов, а не мускулов. Не стоит думать о нем как о глупом животном…

Именно эта его особенность предвещала наибольшие трудности.

- …Кроме этого, давайте поговорим о его окружении. Что вы думаете о них?

- Они, по всей вероятности, его ближайшие помощники. А женщина, с черными

крыльями, рядом с ним... она, видимо, его королева, верно? Похоже на то, судя по ее положению.

«Потрясающая красавица в белом платье. Даже не смотря на ее неполноценную улыбку, она все же обладает сильным очарованием, чтобы зажечь сердца людей. Ее красота может заворожить много мужчин, которые отдадут все за один ее взгляд, направленный в их сторону. Что касается черных крыльев на ее талии… можно сказать, что это не магические предметы или элемент одежды: они выглядят слишком естественно. Она выглядит как крылатый человек. Впрочем, припоминаю, что были племена людей с крыльями… или она демон потустороннего мира, - подумал Зиркниф. - Она вполне может быть сильной. Может ли она быть женой Айнз Оал Гоуна? Если она его жена, то как... не важно. Хотя если он скелет, то у него должны быть только кости. Или он был замаскирован? Кто знает? Не похоже, чтобы кто-нибудь почувствовал, что это иллюзия...»

- А также есть Демиург, кто своим голосом управляет людьми... он что, бард? Как будто лягушки могут петь...

Барды имели возможность использовать силу музыки и песни, чтобы повлиять на разум человека. Сила Демиурга, которая позволяла управлять людьми с помощью слов, была очень похожа на нее.

Кроме того, Зиркниф слышал, что у вымирающих существ, называемых Лорелеями, была похожая способность. Однако он был уверен, что у Демиурга нет ничего общего с этими существами, которые принадлежали роду фей.

- Ах, ясно. Бард, значит? Это звучит довольно правдиво. И если мне не изменяет память, то там еще было гигантское насекомое. Что насчет него?

- Хотя я думаю, что это, может быть, своего рода насекомообразный вид... я не

много знаю об инсектолюдях, так что полагаю, вам стоит обратиться с этим вопросом к Мастеру.

Мир был огромен. Существовало множество видов существ, не известных общественности, а некоторые из них могли еще и сами собой мутировать. Кроме того, монстры-предводители, как известно, более развиты, чем свои сородичи: это похоже на то, как отличается муравьиная королева от простых муравьев.

Зиркниф подумал, что все было возможно.

- Что касается остальных: девушки с серебристыми волосами и этих двух темных эльфов. Оставив эльфов, что скажете о девушке? Если судить по ее груди, она может быть любовницей?

Смех наполнил карету в ответ на комментарий Базивуда.

- Ах, хорошо, если бы она была просто наложницей, тогда бы не выделялась, не?

- Вероятно, она так же сильна, как тот темный эльф.

- Эй, эй, эй... Это может быть просто уловка. Не факт, что она сильная, - сказал Базивуд очень серьезным тоном. - Это правда, конечно, что они все приближенные такого могущественного существа, но это не означает, что они так же сильны, как он. Если бы, например, Его Величество выбирал себе помощников таких же сильных, как он сам, и окружил себя копиями себя самого, то вам не кажется, что правительство распалось бы в кратчайшие сроки? Может быть, он выбрал ее в помощницы из-за ее интеллекта? Может быть, она в состоянии в одиночку управляться с делами крепости, которую они называют гробницей?

Все согласились с этим, в том числе и Зиркниф.

Так как они были поражены мощью самого Айнза, то не уделяли времени изучению его подчиненных, и сейчас могли сравнить их лишь с теми двумя темными эльфами, которые разворотили двор императорского дворца. Соответственно, у них не было никаких оснований полагать, что эта сребровласая девушка сильна. Безусловно, если окажется, что ее мощь и мощь остальных подчиненных Айнза будет на уровне тех темных эльфов, то это будет настоящей катастрофой. Однако Зиркниф не мог делать поспешных и безосновательных выводов, так как это могло нанести еще больший ущерб.

- Это правильное замечание, - сказал Зиркниф, посмотрев на своих

подчиненных. - Поделитесь своим мнением. Задумываясь о произошедшем… окажись все его последователи нежитью, то это было бы понятно... но, судя по всему, он собрал у себя все виды монстров.

- Ну, даже если назвать это «галереей чудовищ», нельзя сказать о них иначе, как об изобилии таланта...

Зиркниф не мог не улыбнуться тупым словам Базивуда.

- Действительно. Мы должны попробовать узнать больше об этих «товарищах». Кроме того, есть вопрос об этой крепости. Есть какие-нибудь записи об этом месте? Ведь должны быть, верно?

- К сожалению, я ничего не знаю об этом. Когда мы вернемся в столицу, я сразу же начну искать о ней информацию. Начну с мифов и легенд.

Зиркниф любезно принял извинения помощника.

- Ах, я оставлю это на вас. Есть что-нибудь еще, что мы пропустили? Я, честно говоря, не могу поверить, что такой злой монстр может создать такой чудесный дом. Вы не нашли ничего, что могло дать подсказку? Говоря об этом, действительно ли Гробница располагается в этом месте, на равнинах?

Ответа не было. Все задумались.

Действительно, возникало ощущение, что их телепортировали; возможно даже, на другой уровень бытия, куда-нибудь в другой мир – Мир Демонов. Тяжело принять подобный факт, но могло статься, что так окажется проще переварить произошедшее.

- Итак, ответа у нас нет. Как я считаю, у нас не хватает информации. Все, чем мы располагаем, так это возможностью обмениваться короткими сообщениями с Роном, который остался здесь. Также мы можем попробовать вытянуть информацию у того, кто прибудет в Империю. Это понятно?

- Конечно. Мы постараемся избежать конфликта или же подозрений.

- Лучше не испытывать судьбу. Противник полностью превосходит нас по силе. Следует взвешивать каждый шаг, дабы не порушить тот фальшивый союз, что был создан.

Когда писец опустил голову, Зиркниф внезапно ощутил, как тяжесть сошла с его плеч.

- Мы плохо поступили с теми людьми, которых привезли с собой, не так ли?

Он лишь сейчас упомянул о девушках, которые не покидали своих карет с того момента, как были в них отправлены.

Изначально девушки являлись подарком Айнз Оал Гоуну, дабы склонить его на сторону Империи.

Секс служил универсальным оружием в любом месте и в любую эпоху. В связи с этим Имперская Служба Разведки занималась подготовкой профессиональных искусительниц, но, поскольку использование магии в данном вопросе представлялось затруднительным, они предпочли вместо этого отобрать чистых, невинных девушек.

- Хотя я полагаю, что неуважительно говорить так о них, поскольку им пришлось найти в себе мужество попрощаться со своей семьей, не считаете ли вы, что им теперь стоит быть счастливыми?

- Отчего же? Что приятного в том, чтобы стать объектом любви монстра?

- Наши женщины никогда не опустятся до такой низости. Заниматься любовью с этим монстром…

Базивуд покачал головой, будучи уверенным в непорочности дев. Зиркниф мог только посмеяться в душе его наивности. Зиркниф хорошо знал, какие интриги могут плести женщины, чтобы достичь своей цели - его собственная мать отравила своего мужа.

- Женщины хитрее мужчин. Им нужна страсть и выгода. Без проблем можно найти сколь угодно женщин, которые согласятся продать свое тело этому «королю скелетов». Мы угрожали им расправой над ними их семьями, так что они должны радоваться, что смогли уйти от нас.

Пусть даже его последнее утверждение вызвало у окружающих улыбки, Зиркниф искренне верил, что им стоит радоваться.

Зиркниф, устроив революцию и выкосив множество дворян, создал себе тем самым много врагов среди тех, кто остались, но потеряли власть. Разумеется, нашлись и те, кто поддержал его, но, говоря начистоту, к ним относились лишь несколько человек из его ближайшего окружения и его наставник, Флюдер.

Внезапно у него возник вопрос, разразившийся, как гром среди ясного неба.

Это касалось Флюдера.

Одно дело, если бы Флюдер занимал роль лишь его наставника, но он являлся столпом Империи и ее козырной картой. Он представлял из себя человека, о котором сам Зиркниф отзывался как о величайшем герое Империи. Зиркниф остро ощущал, что под маской этой личности скрывается почти фанатичное желание постичь глубины магии. Именно это желание наводило на сомнения.

- Это не похоже на Флюдера.

Айнз Оал Гоун был выдающимся заклинателем, значительно обошедшим Флюдера. Без усилий он создавал Рыцарей Смерти, которых Флюдер не в силах даже контролировать. Тогда отчего же он молча и непринужденно покинул гробницу?

«Будь это тот дед, которого я знаю, он непременно молил бы этого мерзкого монстра даровать ему магическое знание, верно? Он склонил бы колени пред ним, будучи готовым на все. Все тогда пали ниц пред Демиургом. Однако это могло оказаться лишь способом отвлечь наше внимание такой странной ситуацией, в то время как некоторый тип контроля разума использовался на Флюдере.»

Зиркнифу было трудно представить, что Айнз Оал Гоун желал использовать Флюдера в качестве последователя. Хотя Флюдер оставался козырной картой Империи, сопоставляя его способности с этим монстром, он оказался бы подобен пылинке.

Однако Флюдер являлся ценным источником информации. В дополнение к этому, получив контроль над Флюдером, они сломают силы обороны Империи, лишив ее последнего оружия в борьбе с Айнз Оал Гоуном.

Это все равно, что одеть ошейник на раба.

«Так, значит, на это они нацелились? Или же было что-то еще? Дед никак не проявил себя... поскольку уже знал? Он уже знал о силе Айнз Оал Гоуна

прежде?»

В этот момент шок прошел через него, словно молния.

Пот стекал с него рекой.

- Ваше Величество? Ваше Величество? Вы в порядке? Может, нам следует позвать жреца...

- Н-нет. Нет нужды в этом.

- Да?

- Я сказал, что это не нужно. Правда...не нужно.

Зиркниф глянул на своих напуганных приспешников, а затем вновь ушел в водоворот своих мыслей.

«Я напуган? Я?»

Его разум пребывал в сумбуре, не позволяя отделить одну мысль от другой. Или, скорее, он не желал связать мысли воедино, сознательно разбивая их.

«Нет! Если я уйду от этого сейчас, наше плачевное положение лишь усугубится!

Успокойся. Я успокаиваюсь. Я успокаиваюсь и начинаю думать.»

Пока его свита с любопытством таращилась на него, Зиркниф продолжил обдумывать вопрос.

«Для начала рассмотрим деда. Предполагая, что дедок уже знал о силе Айнз Оал Гоуна... нет, если это ему уже было известно, его странные действия становятся легко объяснимы. Итак, дедуля пошел на сделку с этим монстром? Невозможно! Если только...»

Зиркниф не мог позволить себе роскошь беспокоиться о потрясенных взглядах на лицах подчиненных.

«Нет, это не правда, Зиркниф. Когда дед узрел Рыцаря Смерти, подлинный ужас отпечатался на его лице. Это доказывает, что сила Айнз Оал Гоуна оставалась ему неведома, или же… Возможно, что деду... Флюдер не знал о способности этого парня управлять Рыцарями Смерти. Но ему, вероятно, был известен Айнз Оал Гоун, заклинатель невероятной силы, с самого начала.»

Происходящее походило на сбор мозаики по кусочкам, которые постепенно открывали прекрасную или, скорее, ужасающую картину.

«Итак, Флюдер знаком с этим монстром. Как давно тогда они спелись? Изначально? Так и есть. Флюдер участвовал в каждом шаге этой неразберихи с момента отправки рабочих на исследование гробницы.»

Он, наконец, собрал воедино все части головоломки.

Мысля таким образом, большинство тайн можно явить на свет.

- Предательство, ли это? Предательство. Он продал нас.

Вырвавшиеся слова выражали горькую обиду или, скорее, уподобились плачу ребенка.

Зиркниф медленно повернулся к своим людям. Они осознавали, что им не дано разрешение задавать вопросы, поэтому повисла тишина.

- Флюдер предал всех нас. Исходя из этого, какой ущерб Империи будет нанесен? Достаточно ли будет посадить его под домашний арест?

Сказанное ошеломило всех присутствующих.

- Как, как это возможно, Ваше Величество? Это слишком для шутки.

Неуправляемый гнев вспыхнул в Зиркнифе после этих слов. Он желал прокричать «это не то, что я хочу услышать», но удержал язык за зубами, потому что еще в юности пообещал себе не произносить подобного.

Зиркниф рос среди дворян и научился держать язык за зубами. Поэтому он набрал воздух в грудь и вместе с ним выдохнул весь свой гнев и горечь, охватившую его сердце

- Я повторю это еще раз. Флюдер Парадин предал нас. Исходя из этого, какой

урон получит Империя?

Его подчиненные переглянулись, а затем несколькими секундами позднее помощник Флюдера заговорил:

- Трудно представить. Уровень потерь, на первый взгляд, неисчислим. С Мастером на нашей стороне мы можем пребывать в уверенности в возможности превзойти любую страну. Мы располагали возможностью избегать мелочную политику других государств до сих пор именно благодаря ему.

Он посмотрел на писца в поиске одобрения. Писец побледнел и кивнул:

- Если он обнаружит, что разоблачен, и если мы его арестуем, то он способен решиться на более открытые шаги.

- Разве Служба Разведки создана не для таких случаев? Хотя он сам ее курировал и, зная все их приемы, может обратить ее против нас…

- Как скажете, Ваше Величество. Мастер правда…

- Вероятность очень высока, - Зиркниф прервал речь прислужника. - Но в таком случае нам предстоит большой объем работы. Сперва нужно выбрать замену Флюдеру. Есть на примете подходящие кандидаты?

Огонь желания вспыхнул в глазах прислужника при этих словах, а Зиркниф, не выказав эмоций, улыбнулся в душе.

Для преемника место Флюдера, Мастера Императорского Двора, было лакомым кусочком. Ведь это место давало право управлять и распоряжаться всеми заклинателями Империи.

Поскольку это место было всегда была занято «великим героем», никто не мог претендовать на него. И если у кого-то и были амбиции, но его противник был слишком силен, чтобы одолеть его даже нечестивыми способами. И сейчас эта доселе недостижимая должность была предложена ему.

«Жадность - это хорошо. Желания двигают прогресс. Я одобряю такого рода желания. Однако, мне, вероятно, следует спросить на всякий случай.»

- Однако надо иметь в виду, что Мастер Императорского Двора может быть призван на бой с этим монстром.

Пламя амбиций потухло в тот же момент. Он даже не мог заставить себя заволноваться. Место, которое он жаждал, стало в один миг местом, которое он хотел бы избежать больше всего на свете.

У него будет больше шансов выжить, прыгнув с километровой скалы на острые скалы, торчащие из воды, чем в магическом бою против Айнз Оал Гоуна.

Нет, для него лучше умереть прямо здесь.

У помощника, обдумывающего эту перспективу, изменился взгляд. Он стал похож на взгляд испуганной мыши, зажатой в угол хищником.

Надежды в сердце Зиркнифа умерли. Он точно мог сказать, что у этого человека

не хватило смелости взять на себя проблемы с Айнз Оал Гоуном. Впрочем, он и не надеялся на это.

- Да! В таком случае… я знаю некоторых людей, которые могут использовать магию четвертого уровня - может, выбрать кого-нибудь из них? Конечно, я тоже знаю некоторые заклинания этого уровня, но я не очень искусен в их использовании.

- Разве ты не самый опытный из прислужников?

- Нет, вовсе нет. Есть намного более искусные заклинатели, чем я. Когда мы вернемся, я немедленно предоставлю вам их имена!

Было очевидно, что этот человек хотел отдать все, чтобы не его попросили бороться с Айнз Оал Гоуном. Впрочем, Зиркнифу нужен был кто-то, кто не потерял бы свой боевой дух даже выйдя против такого чудовища.

«Это может не сработать, хах. Наивно было полагать, что, зная о силе Айнз Оал Гоуна, кто-нибудь наберется смелости выступить против него. Значит, мне нужно поручить это тому, кто еще не встречался с этим существом. Возможно, такой человек, неосведомленный и движимый своими желаниями, будет бороться до последнего вздоха.»

Зиркнифу на руки пришли плохие карты, но приходилось играть ими.

- Ясно. Ладно, соберите информацию о них и затем проведите опрос. После этого нам понадобятся разведчики, готовые следить за Гробницей. Тем временем нам все еще нужно помогать Айнз Оал Гоуну. На некоторое время мы должны стать послушными собачками, чтобы построить хорошие отношения с ним.

- Понятно.

«Послушные собачки». Никто не возражал против этой фразы. Увидевши Великую Гробницу Назарика, они не могли возразить.

- Тогда, Ваше Величество, как долго мы будем ему прислуживать? Ваши дети будут кататься по полу по его приказу? Ваши внуки?

Зиркниф огляделся вокруг, чтобы проверить, нет ли шпионов вблизи кареты, потом проверил, плотно ли закрыта дверь. Убедившись, что все в порядке он начал объяснять свою стратегию борьбы с Айнз Оал Гоуном.

- Мы - и под «мы» я подразумеваю Империю, Королевство, Теократию, Республику, Священное Королевство и другие страны - объединимся в союз. Это будет Великий Союз, целью которого будет победа над Айнз Оал Гоуном…

Три пары глаз обратились к Зиркнифу.

- …Чему тут удивляться? Ни одна страна не сможет победить это чудовище. Все, что мы можем сделать, - это объединить все соседние страны в союз и все перевернуть.

- Мы, мы действительно будем сражаться с ним?

- Да...

Ответ Зиркнифа был прост и короток.

- …Скорее всего, если мы не будем бороться, у нас нет никаких шансов на выживание.

- Тогда почему мы помогаем этому монстру создать страну?!

- Потому что это первый шаг в формировании Великого Союза…

Зиркниф посмотрел на всех.

- …Вы слушаете? Хорошо. В данный момент мы находимся на окраине Э-Рантэла, который занимает стратегическое положение на границах Империи, Королевства, и Теократии. Если этот монстр, Гоун, захочет создать там свою нацию, он сделает все эти три государства своими врагами.

Зиркниф вздохнул и продолжил:

- И еще одна вещь. Гоун - нежить. Я сомневаюсь, что он будет хорошо относиться к людям - к живым. Люди не потерпят господства короля нежити над ними. Там будет восстание, которое будет быстро подавлено этим монстром. Королевство не будет счастливо уступить землю ему, и я сомневаюсь, что Теократия, самая сильная страна в этих окрестностях, ничего не будет делать.

- Но! Но, Ваше Величество! Если Империя поможет ему в его начинаниях,

несомненно, мы будем рассматриваться как пособники, верно? Соседние страны будут против нас, ведь так? И тогда Империя не будет числиться в том Великом

Союзе, о котором вы говорили! И даже если они победят того монстра, то мы будем следующими, или, что еще хуже, они сперва нацелят свою мощь на нас.

- Хуху, - ухмыльнулся Зиркниф. - Мы будем работать за кулисами. Мы должны позволить другим странам знать, что Империя тайно плетет заговор против страны Гоуна. Это будет трудно, но это единственный способ.

- Они действительно поверят нам? Если бы это был я, то решил, что это ловушка.

- Затем мы должны убедить их, показав им силу Айнз Оал Гоуна. Если бы только был способ показать другим странам его устрашающую силу… да, мы должны работать в этом направлении. Например, позволить ему показать свою силу на поле боя.

- Возможно ли для Империи просто не оказывать помощь Гоуну в строительстве его государства, и притвориться в своей полной непричастности к происходящему?

Зиркниф посмотрел на писца как на полного дурака.

- По крайне мере, мы должны обеспечить свою безопасность, прежде чем участвовать в шпионских делах. Если Гоун разрушит Империю, что будешь делать после бегства в Королевство?..

Зиркниф просто выбирал меньшее из двух зол.

- …Еще хочу сказать, что Империя должна притворяться союзником этого монстра, пока мы будем формировать альянс против него. Иначе есть шанс, что наша страна будет уничтожена первой. Точнее, будет использована в качестве живой жертвы, чтобы запугать и подчинить соседние страны. Не сомневайтесь в этом.

- Ах! Но раз уж это Ваше Величество, то я уверен, что вы найдете выход.

- Я приму это как похвалу. Итак, мы не должны сами предлагать создать Великий Союз. Пусть другие страны делают первый шаг. Мы должны собрать как можно больше информации о Назарике, а также найти кого-то, кто победит Гоуна.

- Разве такие люди существуют?

Никто не мог поверить, что прислужник смог произнести эти слова таким небрежным тоном. Гоун был противником с невообразимой мощью. Возможно, даже самые могущественные драконы бессильны перед ним. Враг, заставляющий людей так о нем думать.

И вот Зиркниф уверенно ответил:

- Воистину, они есть.

- Такие люди действительно существуют?!

- Разве нет? Вспомните тот тронный зал.

Когда он так сказал, все стало казаться очевидным.

Монстры, окружавшие Айнза. Аура. Мар. Девушка с серебряными волосами. Насекомое. Демиург. Он имел в виду их.

- Вы планируете устроить восстание?

- Хотя я не думаю, что это возможно, мы должны подготовиться к этому просто на всякий случай. Нам нужно возвысить себя в их глазах, надо придумать соответствующий образ, статус, подготовить для них существ противоположного пола и так далее.

- Это будет очень опасно, правда?

- Ах, действительно, будет. У Айнз Оал Гоуна стиль тирана. С господином, как он, несомненно, они ухватятся за шанс предать его, не так ли? Тем не менее, даже если это так, мы должны предпринять меры. Отныне это не просто конфликт между странами…

Зиркниф посмотрел на всех с решительным выражением на лице.

- …То, что наступит после этого, будет битвой за выживание человечества как вида. Это будет борьба за будущее. Посвятите свои сердца и души этой борьбе.

Часть 6

- Итак, я думаю, император постарается претворить данный план в жизнь. Если бы он оказался глупее, чем я предполагал, то его было бы труднее просчитать.

Проще предсказать действия умного человека, нежели идиота.

Демиург поднял свой палец, пока говорил об этом.

- Другими словами, император будет пытаться сформировать альянс, чтобы победить Владыку Айнза, верно?

- Ммм, он удивительно глуп.

- Т-тогда, р-разве мы не должны проявить инициативу и а-атаковать его первыми?

Мар высказался после Шалти и Ауры, но в его голосе не было злости. Он как будто решал: поднять ли ему камень, который он нашел у обочины дороги?

- Есть более важная проблема…

Себас хотел высказаться, но его опередили.

- Он правда думает, что мы предадим Владыку Айнза?

- Действительно. Это. Значит. Что. Император. Не. Понимает. Нашей. Верности.

Дразнящий смех наполнил комнату.

Неужели Зиркниф действительно думал, что они предадут Айнза, одного из Сорока Одного Высших Существ, тех, кто их создал?

Хотя это была всего лишь гипотеза Демиурга, этого было достаточно, чтобы расстроить Стражей. Холодный свет мерцал в их глазах.

- Ну, я не предлагаю настолько безумный план, как у Мара, но я очень зла. Мы должны убить их всех?

Шалти рассмеялась, когда увидела Ауру в плохом настроении.

- Я превращу его в вампира. Ведь, если он достаточно хорош, нет никаких причин не заставлять его служить Назарику.

Хотя Коцит хранил молчание, его большие жвалы опасно клацали.

- Дамы и господа, вы помните, что мы находимся в присутствии Владыки Айнза?

Как только они услышали холодный, ясный голос Себаса, гнев Ауры, Шалти и Коцита исчез, как туман на ветру.

- Куху. Мм. Это верно, все, пожалуйста, успокойтесь. Вспомните то, что Демиург только что сказал. Все это было спланировано. Так давайте наслаждаться этим представлением, которое является частью великого плана нашего гениального Владыки Айнза. Верно, Владыка?

«Хоох... план Владыки Айнза. Да, понятно. Особый план, придуманный кем-то с таким же именем, как и у меня. Становление Империи Багарут союзником Назарика и ее же борьба против Назарика… все это часть плана, да... я понятия не имею, что это значит. Если бы я только мог узнать обо всем, у этого парня Айнза!»

Однако побег от реальности ничего не изменит.

Честно говоря, Айнз хотел узнать о плане более подробно и о том, что Демиург и Альбедо еще навоображали про него.

Тем не менее он не мог этого сделать.

Айнз повернулся к Альбедо.

Он увидел женщину в белом платье, покрытом золотой паутиной. Она смотрела на него с широкой улыбкой. Ее глаза были влажными от восхищения, а щеки налились бледно-розовым цветом.

Все потому, что она верила, что все идет как планировалось. Она была так поражена проницательностью своего господина и поэтому отреагировала подобным образом.

Айнз уже не мог отрицать сказанное. Как он может возразить, если все в него верят? А главное, что он сам ничего не понимал и охотно принял слова Демиурга и Альбедо. Таким образом, он мог дать ей только один ответ:

- В самом деле. Это так.

Он хотел похвалить свой голос за то, что тот не колеблется.

- Оооо, - Стражи хором ответили ему с уважением в голосе.

- Кухухухуху.

Альбедо развела руками, и вместе с ними распахнулись крылья на талии.

- Владыка Айнз желает захватить человеческий город мирно и управлять регионом с любовью и состраданием. Тем не менее Империя Багарут приняла решение сформировать гнусный заговор против этого рая на земле. В ближайшем будущем Владыка Айнз покажет этим странам истинный смысл доброты. Разве не этого он ищет?

- С каким нетерпением я жду этого дня. Все будет собрано в ладонях Владыки Айнза. Когда этот идиот узнает, интересно, какое выражение лица у него будет... в конце концов, Владыка Айнз всегда думает на несколько ходов вперед.

Как только Демиург закончил свою благоговейную речь, Альбедо продолжила с почтительным выражением на лице:

- Действительно, мудрость Владыки Айнза находится за пределами нашего понимания. Если бы Владыка Айнз не создал героя Момона, было бы невозможно править мирно. В таком случае Э-Рантэлом можно было бы управляться только с помощью насилия и террора.

- Возможно, мы могли бы использовать Золотую Принцессу для достижения подобной цели, но это будет невыгодная трата козырной карты. Она нам стала интересна после анализа полученной от Себаса информации. Она станет отличной пешкой.

- Ах, после услышанного я тоже хотела бы на нее взглянуть.

- Далее после основания нашей страны должны ли мы принять ее как посланника? В конце концов, у нас должна быть связь с Королевством.

- Вы. Двое. Должны. Прекратить Обсуждение. Вы. Тратите. Драгоценное. Время. Владыки. Айнза.

Айнз ответил простым «все в порядке» на их торопливые извинения.

По правде говоря, он узнал много нового из их непринужденной беседы, и получил время, чтобы все обдумать. Для Айнза это была отличная возможность разобраться, что же он, оказывается, придумал.

- Поистине, Владыка Айнз, все это очень удивительно, - сказала Шалти.

- Мхм. Ага, ага, Шалти. Ведь Владыка Айнз подготовил план, который сумел удивить даже Альбедо и Демиурга...

- К-как и ожидалось от Владыки Айнза. В-вы слишком круты. Я-я действительно восхищаюсь вами.

- Моя. Глупость. Мне. Стыдно. Из-за. Отсутствия. У меня. Интеллекта.

- Все, что я могу сказать, что наша неспособность идти в ногу с планами

Владыка Айнза является поистине недостойным качеством.

Хвала Стражей была для Айнза словно удары мечей.

Хотя Айнз не мог воспринимать это иначе, нежели издевательство, глаза Стражей переполняли уважение и преданность, а их поклонение ему было неподдельным. Поэтому Айнз не прерывал их, но вместо этого он использовал все свое актерское мастерство, чтобы отвечать должным образом.

- Нет ничего особенного. Это просто совпадение. И в конце концов Демиург и Альбедо сумели разглядеть все это.

- Нет, если Владыка Айнз не ответил бы, я не смог бы связать это воедино…

- Демиург прав. Планировать так далеко вперед без знания текущей

ситуации – это подвиг, на который способен только величайший из Высших Существ. Моя любовь стала еще более глубокой к вам.

- Как и ожидалось от Владыки Айнза, чей интеллект превосходит даже Демиурга, самый мудрый ум в Назарике, - сказала Шалти.

- Это правда! Владыка Айнз действительно удивительный! - воскликнула Аура.

- Мм! Д-действительно удивительный!

- Мне. Давно. Уже. Известно. О. Превосходных. Способностях. Владыки. Айнза.

Но. Я. Не. Мог. Представить. Величину. Его. Мастерства. Как. И. Ожидалось. От. Величайшего. Сокровища. Назарика.

- Хорошо подмечено. Он полон сострадания и преисполнен мудростью. Не отыскать нам более достойного господина, нежели Владыка Айнз, - подытожила Альбедо.

- Ах...

- Если подумать, есть вопрос, который нужно решить. Хотя у меня нет проблем с тем, чтобы называть Владыку Айнза королем, я боюсь, что, используя этот титул, можно вызвать путаницу с личинками, окружающими нас. Я чувствую, что мы должны рассмотреть более подходящую форму обращения к Владыке Айнзу.

Стражи единогласно одобрили предложение Демиурга.

- Вы согласны, Владыка Айнз?

- Все хорошо. Делайте так, как считаете нужным.

Называться королем Айнз Оал Гоуном было достаточно скверно. Его эмоции подавлялись уже несколько раз, пока он думал о последствиях становления королем.

- У кого-нибудь есть предложения?

- Тогда позвольте мне начать, - сказала Шалти, подняв руку.

- В имени мы должны передать непревзойденную красоту Владыки Айнза. Я думаю, «Красивый Король» будет хорошей идеей.

- Оххх, - воскликнули Стражи хором в знак одобрения.

«Красивый Король Айнз Оал Гоун?»

- Ох. Я! Я! – подняла руку Аура. - Название должно подчеркивать власть Владыки Айнза! Может, «Могущественный Король» или «Могучий Король» для краткости?

«Понятно», - пробормотали Стражи.

«Могучий Король Айнз Оал Гоун?»

- Затем, затем. М-может, мне попробовать? Эмм... из-за того, что Владыка Айнз очень добрый, было бы хорошо, чтобы люди узнали это. Тогда, тогда, м-может, мы могли бы попробовать «Милосердный Король»?

Стражи кивнули.

«Милосердный Король Айнз Оал Гоун?»

- Как по мне, - Демиург сделал паузу для эффекта, - нужно восхвалять непревзойденный интеллект Владыки Айнза - я предлагаю «Мудрый Король».

«Мудрый Король Айнз Оал Гоун?.. Мне неудобно отказываться, но я пас.»

- А что ты скажешь, Себас?

Когда задала вопрос Альбедо, Себас ответил: «Я думаю, что просто "король" подходит больше всего.»

- Тогда я предложу. Так как он является Верховным Существом, которое стоит на вершине всех других Высших Существ, я думаю, что «Верховный Король» будет уместно.

Стражи еще раз пробормотали в знак одобрения.

«Верховный Король Айнз Оал Гоун? Если они все будут так говорить... это звучит крайне преувеличенно.»

Все глаза остановились на единственном Страже, который еще не высказался.

- Как насчет тебя, Коцит? Хотя, может быть, немного сложно конкурировать с «Верховным Королем», но, может, у тебя есть титул, подчеркивающий уникальность Владыки Айнза?

- Хм. В. Будущем. Владыка. Айнз. Будет. Повелевать. Многими. Людьми. Следовательно. Он. Будет. Заклинателем. Который. Правит. Как. Король. Я. Думаю. Король. Заклинатель. Лучше. Всего. Подходит.

Стражи ответили не сразу.

Однако все они смотрели на Айнза. Судя по их взглядам, все они чувствовали,

что нет лучшего названия, чем это, хотя Альбедо казалась несколько разочарованной.

- Очень хорошо. В дальнейшем мы будем использовать предложение Коцита.

Айнз медленно поднялся на ноги.

- Когда наша страна будет основана, я взойду на престол под именем

Король-Заклинатель Айнз Оал Гоун!

Айнз замахал руками в смущении, чтобы предотвратить последовавшие бурные аплодисменты. По правде, его спина стала ощущать небольшой зуд.

- Ну, тогда давайте продемонстрируем силу Назарика в битве между Королевством и Империей!

- Все, как и сказал Владыка Айнз. Они хотят узнать пределы силы нашего господина. Они совершенно не понимают, что являются игрушками в его руках.

Демиург по-прежнему пребывал в отличном настроении.

- Прежде чем состоятся возможные переговоры, самое главное - нанести могучий удар, чтобы другая сторона могла понять разницу между нами и ими. Такие глупые создания, как люди, будут делать глупости, потому что они не понимают, насколько мощны их противники. Они не знают, что самое мудрое для

них - склонить свои головы и лизать обувь Владыки Айнза.

- Позволить людям лизать обувь Владыки Айнза: не будет ли это наградой?

- Понятно. Как и ожидалось от Альбедо. Ах, но, если бы мне пришлось лизать что-то принадлежащее Владыке Айнзу, я бы выбрала его тело…

Айнз решил проигнорировать разговор Шалти и Альбедо.

- Тогда все. Начните выполнять задачу возвеличивания имени Назарика!

- Понятно!

Утвердительные возгласы Стражей слились в единый громкий звук.

↑ Направление в искусстве, связанное с отрицанием морали викторианской эпохи.

Глава 2. Подготовка к битве

Часть 1

Месяц спустя.

Во Дворце Валенсия проходило очередное совещание. Газеф Строноф стоял неподвижно возле короля Ранпосы III, все его внимание было сосредоточено на лидерах шести великих и благородных семей Королевства.

То, что все шесть глав семейств собрались вместе, было редким явлением.

Они имели достаточно золота, земли и влияния, чтобы соперничать с королем - и даже превосходили его. Они часто игнорировали приглашения короля, находя самые разнообразные причины. Особенно выделялся в этом плане маркиз Боулроб – ярый противник короля, который даже не пытался скрыть свое презрение к нему. Из-за противостояния знати и короля некоторое время даже возникали опасения, что Королевство может развалиться.

Далее Газеф посмотрел на трех собравшихся детей короля.

Наиболее привлекательным из них была третья дочь, «Золотая Принцесса» Реннер Тэйре Шарделон Райль Вайсельф.

Следующим был второй принц, Занак Валурин Игана Райль Вайсельф. Во время беспорядков в столице, вызванных демоном Ялдабаофом, он заслужил высокую оценку своими действиями, направленными на благо людей.

Последним был старший сын, наследный принц Барбро Андориан Райль Вайсельф. С сильным телом и аккуратной прической, он был человеком, которого маркиз Боулроб пытался сделать королем. Возможно, Боулроб присутствовал на этом совещании по желанию Барбро.

Любая встреча с участием маркиза Боулроба, из фракции аристократов, всегда была напряженной. Газеф чувствовал повисшее в воздухе напряжение, будто тучи сгустились над головами, и вот-вот грянет гром.

Также здесь присутствовали трое мужчин, принадлежащие к королевской фракции. Один из них сразу бросался в глаза из-за своей роскошной одежды: это был маркиз Волумлэш.

Ему было около сорока лет, и он обладал приятной на вид симметричной фигурой. В его владениях находились золотые и мифриловые шахты, что сделало его самым богатым человеком в Королевстве. Тем не менее ходили слухи, что он чрезвычайно жаден до такой степени, что мог бы даже продать свою семью за золотую монету.

Также ходили слухи о том, что он предал Королевство и продавал информацию Империи. Однако из-за отсутствия каких-либо улик с ним ничего не могли сделать, ведь казнь Маркиза Волумлэша - влиятельного сторонника короля - без доказательств приведет только к тому, что другая знать перейдет на сторону дворянской фракции. Если он знал об этом и пользовался этим обстоятельством, чтобы продавать информацию, то он действительно самый коварный человек среди присутствующих.

Затем Газеф обратил внимание на самого молодого и самого привлекательного из аристократов, маркиза Песпея.

Он был женат на старшей дочери короля и стал во главе своей семьи сразу после женитьбы. О нем мало что известно, но его отец был выдающей личностью. Газеф чувствовал, что именно Песпей мог бы следующим занять престол.

В противоположность ему самым старым из Шести Великих Дворян был маркграф Урован. У него были седые волосы, и их было так мало, что, казалось, что их вообще нет. Хотя его тело и конечности выглядели как скрюченное дерево, он по-прежнему сохранял авторитет и был самым уважаемым из Великих Дворян.

Шесть Великих Дворян, словно символизируя раскол в Королевстве, стояли по трое друг напротив друга.

Лидером дворянской фракции, собравшейся по левую сторону от короля, был маркиз Боулроб, который владел наибольшей территорией. Его лицо было исполосано глубокими шрамами, какие бывают у военачальников.

Поскольку ему уже было больше пятидесяти лет, его когда-то крепкое тело, которое было закалено безжалостными тренировками, было не больше, чем воспоминанием о прошлом, но его голос и взгляд хищника заставляли людей думать, что в нем, должно быть, еще осталось немного от воина. И хотя он, как воин, с возрастом потерял большую часть своей силы, как командир, он был даже лучше, чем Газеф, который считался просто незаменимым для Королевства.

Рядом с ним был граф Риттон.

Это был человек, внешность которого напоминала образ лисы, а также он был одним из самых малоизвестных членов Шестерки. Поэтому он отчаянно пытался поднять свой статус. Он готов был пойти на все ради известности, и его не заботили страдания, которые он причинял другим людям, идя по своему пути. Это не нравилось многим дворянам, и, чтобы избежать влияния своих врагов, он примкнул к Маркизу Боулробу.

У последнего человека из дворянской фракции были гладко зачесанные белокурые волосы и узкие голубые глаза. Он был бледен, будто его кожи никогда не касался солнечный свет. Высокий и тощий, с болезненным лицом, что в целом делало его похожим на змею. Ему не было еще и сорока, но выглядел он старше из-за своей нездоровой бледности.

Маркиз Рэйвен. Со смешанными чувствами Газеф отвернулся от него.

Маркиз Боулроб и граф Риттон, из фракции дворян, а также маркграф Урован, из королевской фракции, поддержали наследного принца Барбро, в то время как большинство беспартийных дворян поддерживали маркиза Песпея, который женился на первой принцессе. Рэйвен был на стороне второго принца, Занака. Что касается маркиза Волумлэша, то он, похоже, не занимался вопросами наследования.

Из-за разногласий между дворянами и сложившейся тяжелой ситуации король предпочел молча сидеть на троне и не накалять обстановку своими попытками всех примирить.

До недавнего времени Газеф не имел своего мнения о том, кто должен стать следующим королем. Но теперь его выбор склонялся к Занаку. Либо принцесса Реннер. Впрочем, за всю свою долгую историю Королевство еще никогда не находилось под управлением женщины, так что об этом, вероятно, не может быть и речи.

- Итак, давайте начнем.

Тон короля, казалось, немного отличался от обычного. Те, кто любили «греть уши», судя по всему, догадались о причине сегодняшней встречи и выглядели довольно подозрительно.

- Прочти послание, привезенное имперским эмиссаром.

Услышав приказ Короля, слуги, стоящие по бокам с обеих сторон, начали читать содержимое пергамента.

Содержание было примерно таким:

…Империя Багарут признает суверенитет и независимость Королевства Назарик и его правящего Короля-Заклинателя Айнз Оал Гоуна и объявляет его союзником Империи.

Изначально земли вблизи Э-Рантэла были владениями Короля-Заклинателя Айнз Оал Гоуна. Королевство Ре-Эстиз незаконно занимает эту территорию и теперь должно возвратить ее законному владельцу.

Если Королевство не выполнит данное требование, то Империя окажет помощь Королю-Заклинателю в возвращении его законных территорий.

Это будет справедливая война, которая положит конец несправедливой оккупации…

После того как содержимое письма было прочитано, комната взорвалась от вспыхнувших обсуждений. Эти требования были безумны, как и каждый, кто согласился бы с ними.

- На всякий случай я вместе с учеными изучил историю Королевства, и там нет ничего про человека с именем Айнз Оал Гоун, который когда-либо правил окрестностями Э-Рантэла. Это требование незаконно.

- Это нелепый вздор! Да кто поверит в этот бред сумасшедшего?!

Неистовый крик разнесся по всему залу.

Присутствие грозного маркиза Боулроба, как завет его прежней воинской славы, казалось, дало оставшейся знати мужество, и с его громогласным возгласом они вернулись к своим утверждениям.

- Хотя оно и задержалось, разве это не просто то же самое имперское вторжение, которое они объявляют нам каждый год? Они всегда находят какой-то глупый повод для объявления войн, и в этот раз у них, видимо, закончилась фантазия, если они пытаются возвысить какого-то там заклинателя, верно? Хотел бы я увидеть этого клоуна, которому они присвоили такой нелепый титул, как «Король-Заклинатель».

Слова графа Риттона были поддержаны ироничным смехом всей массы знати.

- Однако, - Граф повернул свои лисьи глаза, наполненные презрением, к Газефу, - я полагаю, что мы прежде уже слышали об этом безумном Короле-Заклинателе. Не так ли, Воин-Капитан Строноф?

- Действительно, он был заклинателем, который помог мне на окраинах Э-Рантэла.

Граф Риттон выступил со своей холодной издевкой и раздражающим смехом.

- Понятно, должно быть, он подумал, что это были его собственные крестьяне, и из-за этого и помог вам.

Пренебрежительный смех дворян можно было услышать за пределами зала. Их никто не остановил, потому что Газефа, который родился простолюдином, ненавидели многие члены дворянской фракции.

Если бы Газеф входил во фракцию короля, то король мог бы вмешаться, но поскольку это было не так, он мог только хмурить брови в ответ на издевки «оппозиционного» графа Риттона.

- Похоже, это Империя сжигала деревни в окрестностях Э-Рантэла, вы не думаете? Воин-Капитан сказал что-то о Слейновской Теократии, а затем получил помощь от какого-то фокусника в платье, верно? Разве он не связан с Империей? И не кто-то другой, а Вы также сказали, что засада, которая чуть не убила вас, исчезла без следа.

В памяти Газефа всплыл вид мощных членов Шести Писаний, а также могучий силуэт Айнз Оал Гоуна.

- Несмотря на то, что тела исчезли, как граф Риттон и сказал, я не чувствую, что Империя была вовлечена. Когда я был в деревне Карн, рыцари, что напали на нас, были намного сильнее, чем в Империи. Они использовали ангелов, и нет никаких сомнений, что они были из Слейновской Теократии.

- И зачем Теократии делать такое?

«А мне-то откуда знать?»

На самом деле, если бы Газеф мог дать подобный «ответ», он чувствовал бы себя намного лучше.

Когда дворяне уже готовы были начать жаркий спор из-за молчания Газефа, раздался голос помощи со стороны дворянской фракции.

- Этот сумасшедший заклинатель не имеет значения! То, что мы должны, так это принять решение о том, как реагировать на ложное обвинение императора, не так ли, Ваше Величество?

- Как и сказал маркиз Боулроб. Мы должны решить, каким будет ответ

Королевства.

- Прошу вашего разрешения высказаться, - произнес маркиз Песпей, шагнув вперед. - Принять условия императора будет очень сложно. Нашим единственным выходом является война.

Упоминание о войне вызвало активность среди сомкнутых рядов знати.

- Да, самое время разгромить их раз и навсегда, и затем дать битву на границах Империи.

- Вы абсолютно правы, мне надоели постоянные вторжения Империи.

- Пришло время дать дуракам из Империи узнать, с кем они имеют дело.

- Точно, все как сказал маркиз.

Эти слова, разбавленные редкими смешками, повторялись по всей толпе дворян, раздражая уши Газефа.

Последние несколько лет они давали бой Империи на Равнинах Каз.

Войной это трудно было назвать: королевские и имперские войска просто вставали друг напротив друга, образуя длинную линию фронта, и обменивались редкими атаками с минимальным количеством потерь. Но в этот раз, вероятно, все будет иначе, а дворяне сотрясали воздух, представляя себе, что те же самые старые события повторятся снова.

Однако Газеф высказался, побуждаемый криком своих воинских инстинктов.

- Не думайте, что эта война завершится после маленького сражения, как это обычно бывает!

Дворяне выглядели так, как будто на них вылили таз холодной воды, и обратили свои недовольные взгляды на Газефа.

- Понимаю. Вот как в действительности считает наш Воин-Капитан. Не могли бы вы объяснить нам причины такого мнения?

- Да, Ваше Величество, это... - образ конкретного человека стал звонком тревоги в его сердце, - можно сказать, это из-за того великого заклинателя, Айнз Оал Гоуна.

- Только один из нас встречался с ним лицом к лицу, и это были вы, Воин-Капитан. А это означает, что мы должны считаться с вашими словами. Не могли бы вы рассказать нам, что заставило вас говорить так?

Газеф не знал, как ответить. Он не знал, как объяснить это, но его воинские инстинкты говорили ему, что делать такие выводы об этой войне крайне опасно.

- Ваше Величество, вы не могли бы передать окраины Э-Рантэла Империи, нет, этому заклинателю?

После нескольких мгновений тишины полетел град криков.

- Ты малодушный трус! Насколько бесстыдным ты можешь быть, ты, цыплячье сердце?!

Эти крики пришли от дворян королевской фракции.

- После того как Его Величество показал тебе свою доброту, ты обернулся и попросил отдать его владения посторонним? Когда ты начал служить императору? Не говоря уже о том, что ты не ответил на вопрос Его Величества!

В условиях такого заслуженного бичевания Газеф не мог ответить. Если бы он был на их месте, он мог бы сказать то же самое.

- Довольно.

Только один протянул руку помощи Газефу, когда он так нуждался в ней, и она принадлежала его любимому королю.

- Но, Ваше Величество!

- Я очень рад, что мои подданные так пекутся о моих интересах. Именно поэтому я прошу вас помнить, что Воин-Капитан никогда не предаст меня. Ради меня он бесстрашно кидался в опасности бесчисленное количество раз. Такой, как он, никогда не сделает ничего, что может повредить мне.

Дворяне, которые накричали на Газефа, поклонились королю. Когда он признал этот факт, он продолжил говорить Газефу:

- Воин-Капитан, я доверяю тебе как себе самому, но даже так я не могу пойти на такое. Правитель не должен отказываться от земель, которыми владеет, без боя. Ради людей, которые живут на этой земле, так нельзя поступать.

Передать земли, переместив всех жителей оттуда, не причиняя им вреда, было невозможно. Но даже если бы это удалось, они уже не смогли бы жить как прежде: их положение в конце концов однозначно ухудшится.

- Это безусловно так, Ваше Величество. Я надеюсь, вы простите мне мои глупые слова.

Газеф опустил голову перед своим королем, для которого величайшим сокровищем были его любимые люди. Если бы он был просто дворянином, который видел в своих людях лишь средство получения прибыли, король не сказал бы то, что он сказал. Именно из-за сострадания короля Газеф был готов отдать свою жизнь за него.

Он вспомнил разговор с лейтенантом полгода назад и свой ответ:

«- …Эти проклятые дворяне считают человеческие жизни инструментами в борьбе за власть! Хуже того, поскольку эта территория под прямым контролем короля, они воспользуются этим, чтобы высмеять короля.

- Не все дворяне такие…»

Газеф до участия в большом военном турнире, никогда бы не сказал подобного, потому что, как и лейтенант, считал всех дворян алчными созданиями, которые

пекутся только о своей выгоде.

Однако, после того как начал служить Королю, Газеф впервые понял, что существовали другие дворяне, которые заботятся о людях и Королевстве. К сожалению, этим дворянам не хватало власти.

Было много жизней, которые он не смог спасти, и столь же много случаев, когда бессмысленная гордыня дворян заставляла их вставлять ему палки в колеса.

Тем не менее человек, которому он служил, не сдался. Он продолжал работать ради создания королевства, где его народ сможет жить в спокойствии и достатке.

Газеф гордился своим королем, Ранпосой III. Если бы король был другим человеком, Газеф давно бы уже перешел на сторону Империи, император которой лично пытался переманить его.

Но именно потому, что король был тем человеком, каким был, нехорошее предчувствие тяжелым грузом легло на сердце Газефа.

Король говорил правильно, и у него было верное понимание происходящего. Король всегда был полон сострадания, но Газеф знал причину, почему его слова звучали столь резко.

После вторжения демонов баланс сил между двумя фракциями значительно изменился.

В течение долгого времени Королевство было разделено на две фракции, между которыми вплоть до недавнего времени соблюдался баланс, но теперь королевская фракция выросла, в то время как сторонников дворян резко поубавилось.

Потому что король смело противостоял угрозе Ялдабаофа и сражался в первых рядах, он был отмечен людьми как сильный правитель, и значительное число дворян поддержали его. Таким образом, король не мог позволить себе показать слабость здесь. Однако это означает...

- Тем не менее Воин-Капитан имеет другую точку зрения, не так ли? Мы можем избежать войны ценой всего лишь одного города. Король также должен предотвратить чрезмерные страдания своего народа. Не будет ли истинный король готов пожертвовать собой ради народа?

Говоривший был из фракции знати. Слова были логичны, но за ними скрывалось желание оставить короля без части своих земель и ослабить тем самым его власть.

Фракция короля также быстро нашла, что ответить:

- Эти земли во владении короля! Если вы отдаете землю нашего Королевства, почему бы не отдать ваши в первую очередь?!

- Что за чушь?! Империя попросила Э-Рантэл и его окрестности! Вы действительно верите, что их устроит земля с другой стороны Королевства? Почему вы не думаете, прежде чем говорить?!

Укрепление фракции короля заставило оппозицию отчаянно желать ослабить его.

Нарушенный баланс между двумя политическими силами был источником беспокойства Газефа. В отчаянной попытке подорвать власть короля, они могут погрузить Королевство в гражданскую войну.

В таком случае для короля было естественно хотеть подавить потенциальное восстание демонстрацией своей власти. Но это будет означать...

Если он не мог признаться себе в своей слабости, не было ли это само по себе опасностью?

Погруженный в свои мысли Газеф вернулся к реальности только после нескольких жестких взглядов на него от членов королевской фракции. Потому что он предложил сдачу территории Королевства, они, должно быть, подумали, что он перешел на сторону знати.

Одним видом они как будто говорили ему: «Вышедший из крестьян, вы забыли милость, что король оказал вам?»

- Тогда почему бы вам не предложить произвести обмен своих земель на земли

Э-Рантэла, а потом отдать их?!

- Как будто земля может покупаться и продаваться, как свиньи на рынке! Вы дураки!

- Это вы здесь дураки!

Детскими склоками был охвачен весь зал. В прошлом споры, как этот, зашли бы в тупик из-за баланса власти, но теперь голоса королевской фракции были громче голосов фракции знати.

Обычно король прекратил бы в это. Но, казалось, что он не склонен делать этого, вероятно, потому, что у членов королевской семьи было преимущество.

Никто не захочет поменять обстоятельства, благоприятные для себя. Король также хотел выразить свое разочарование фракцией знати.

Это было, как будто он выпил сладкий яд...

Постепенно Газеф начал замечать холод, темную убежденность в глазах фракции знати.

Неосознанно он вздрогнул.

Нападение архидемона Ялдабаофа было началом всего.

В то время решение короля отправиться на поле боя было, возможно, лучшим вариантом. Без его помощи линия фронта, возможно, была бы сломлена, а авантюристы были бы захвачены. Если бы «Синяя Роза» была уничтожена, Королевство было бы в крайне затруднительном положении.

Однако, хоть Газеф и наблюдал сцену, разворачивающуюся перед ним, он не мог помочь, но интересно, можно ли было сделать что-то еще вместо этого.

Что бы происходило на этом заседании королевского двора, если бы в турнирной таблице обеих фракций была ничья?

«Я не знаю, но... ах, верно, что, если мы проиграем эту войну с Империей? Будем ли мы продолжать сопротивляться, в конце концов? Власть королевской фракции будет значительно уменьшаться, в то время, как фракция знати будет идти вверх. Вернемся ли мы к тем дням, когда обе были равны? Или баланс сил нарушится полностью и ввергнет страну в гражданскую войну? Все ли будет в порядке?..»

Он не любил это чувство - чувство, что, несмотря ни на что, нужно сделать выбор. В конечном счете он всегда плясал под чью-то дудку.

«…Может быть, все это было запланировано с момента, когда я встретил господина Гоуна? Я не хочу думать, что это может быть так, ведь я не почувствовал ничего такого во время нашего короткого разговора с ним…»

Из того, как Газеф обращался к нему с почтением не только в своем выступлении, но и в мыслях, было ясно, что он не имел никаких злых намерений к заклинателю Айнз Оал Гоуну.

«...Может быть, он мог мирно взять под контроль... ах, нет, если я буду продолжать думать так об этом, то это будет измена.»

- Я думаю, сейчас не время для мелочных склок.

Глубокий мужской голос грянул над головами спорящих – и все замолчали, они пытались найти его источник.

Газеф прикусил губу, поскольку не узнал в этом голосе своего короля.

Эта победа была сладка, как мед...

Он не считал, что это было чем-то значимым. Однако не забудется ли король в этой сладостности? Не исчезнет ли тот король, которым Газеф так гордился?

Он не мог выкинуть подобные мысли из своей головы.

- Ваше Величество, если вторжение Империи предрешено, мы должны подготовиться к нему.

- Маркиз Рэйвен, Его Величество самолично может...

Слова фракции знати были прерваны Рэйвеном:

- Я благодарю вас за заботу. Но, если войска Его Величества будут повержены, кто знает, куда Империя ударит потом? Потому, ради защиты моих владений, я буду защищать короля.

Наступила тишина.

Войска Королевства состояли из мобилизованных гражданских. И они не шли ни в какое сравнение с рыцарями Империи. Единственным способом свести на нет преимущество Империи в плане войск было их количество. Именно так дела и обстояли в течении последних нескольких лет, но если они не смогут набрать достаточно войск, чтобы поравняться с Империей, то исход войны будет уже предрешен.

Выслушав слова Рэйвена, члены фракции знати представили себе имперских рыцарей, опустошающих также и их земли.

Первыми объявили о своей поддержке королю те дворяне, у которых земли были между столицей и Э-Рантэлом, далее последовали дворяне, у которых были тесные связи с первой группой, и в конце концов все дворяне пообещали предоставить свою поддержку.

- Отлично. Тогда мы задержим наш ответ Империи, пока не соберем наши войска на обычном месте. Естественно, я лично их возглавлю.

- Пожалуйста, позвольте мне присоединиться к вам на поле битвы, отец!

В одиночестве прозвучавший выкрик принадлежал принцу Барбро, который до сего момента молча сидел в стороне и ждал.

- Нет, нет. Нет необходимости старшему сыну и наследнику трона принимать участие в битве. Позвольте мне повести армию.

Барбро повернулся к возразившему - второму принцу, Занаку. Ответ Барбро был кратким и по делу:

- Нет необходимости?!

Его слова были наполнены гневом.

Предложение Занака было разумным. Было глупо рисковать старшим сыном короля, наследником трона. Барбро понял это, но его отказ шел из ненависти к Занаку.

Ненависти, возникшей во время вторжения демонов.

Во время вторжения Занак патрулировал столицу и получил похвалу многих граждан. Барбро, напротив, спрятался во дворце, и поэтому число дворян, поддерживающих Занака, возросло.

Занак не выглядел сильным и тем более отважным, и его героические поступки в критической ситуации резко контрастировали с его внешностью, чем он и привлек к себе внимание. Барбро же, наоборот, выглядел впечатляюще, но его бездействие делало его трусливым в глазах народа. Для того чтобы стереть этот позор, Барбро хотел идти на поле боя и показать свою боевую доблесть.

Наследный принц был достаточно талантливым воином и соответствовал своей внешности. Хотя он вырос в уюте дворцовых стен и не устраивал спаррингов даже с телохранителем принцессы Реннер, Клаимом, который неустанно тренировался каждый день, но по-прежнему считался самым сильным бойцом в королевской семье. Ему претила мысль, что Занака, теряющего равновесие от одного взмаха меча, могли считать лучшим воином, чем он. Это был невыносимый позор. К тому же маркиз Рэйвен как-то упомянул, что он проигрывает Занаку в интеллекте. Таким образом, Барбро хотел показать свои таланты хотя бы в военном деле.

Независимо от того, кто отставал в этой игре престолов, никто не сдавался.

У Газефа разболелся живот, когда он увидел эту скрытую вражду между наследниками.

Он хотел уйти в отставку после того, как король отречется от престола, и посвятить себя будущему Королевства. Но, видимо, это никогда не случится. Как Воин-Капитан Королевства, он должен выполнять свои обязанности до самого конца и защищать всех нуждающихся – в общем, работы было много, да и само отречение короля было под вопросом. Конечно, если бы был кто-то, кто мог его заменить, то он с удовольствием сдал бы тому свой пост. Однако подходящих кандидатур не было. Был один, который мог постоять за себя и выстоять против Газефа, но тот человек никогда не согласится стать Воином-Капитаном.

«Что Брэйн планирует делать в будущем? Он имеет что-нибудь на уме?»

Хотя Брэйн стал прямым подчиненным принцессы Реннер, у Газефа было ощущение, что он оставит свой пост в ближайшее время. Вероятно, он исчезнет, чтобы отточить свои навыки мечника. Как человек, связанный с королевским двором, Газеф не мог не восхищаться его образом жизни.

Он вспомнил о безупречном искусстве фехтования Брэйна.

После вторжения демонов Газеф и Брэйн обменялись ударами в дружеском спарринге.

Хотя Газеф его победил в том старом турнирном поединке, он смог почувствовать все часы тренировок, вложенные Брэйном в работу с мечом, когда ветер от взмаха меча как ураган прошел по его волосам.

Кто же мог подумать, что через несколько лет Брэйн сможет в конечном итоге стать сильнее, чем он.

«Если бы Брэйн согласился занять мое место, я бы сосредоточил все свои силы на подготовке следующего поколения, и в Королевстве в будущем появились бы искусные воины.»

- Конечно, я согласен!

Голос маркиза Боулроба прервал ход мысли Газефа. Сейчас не время беспокоиться о далеком будущем.

- Если вы позволите, я бы с удовольствием поспособствовал моими сильнейшими войсками для усиления защиты Его Высочества. Как вам, Ваше Величество?

- Хм. Воин-Капитан, что ты думаешь?

Он не мог сделать вид, что не расслышал. Это было бы ложью. Газеф попытался всем видом показать искреннее уважение, игнорируя при этом подергивание брови Рэйвена.

Судя по всему, это Боулробу принадлежала идея послать Барбро на поле боя, чтобы возвысить того в глазах общественности. Но доказательств этому у Газефа не было, и мог дать только один ответ:

- Я считаю, что все зависит от мнения Вашего Величества.

Король глубоко кивнул. Газеф вдруг почувствовал укол вины, но не мог противиться воли короля и согласился:

- Да будет так. Возможно, это к лучшему, что вы пойдете вместе с нами.

- Да! Позвольте мне даровать вам голову лживого императора, отец!

Слушая восторженный ответ Барбро, Газеф мог лишь надеяться, что грядущие приготовления сдуют облака неловкости, образовавшиеся в его сердце.

♦ ♦ ♦

Маркиз Рэйвен был лучшим политиком среди Шести Великих Дворян, и можно было предположить, что его рабочий кабинет должен быть впечатляющим. На деле все было иначе. Многие были бы удивлены тем, что законопроекты, определившие будущее Королевства, были составлены в таком скромном, тесном помещении.

Комнатка была заполнена книжными полками, на которых располагалось множество книг и свитков; они были аккуратно расставлены, отражая личность их владельца. Впрочем, помещение было небольшим не из-за этих полок, хотя они внесли в это свой вклад.

Хоть они и занимали очень много места, увидеть их было нельзя. Вся комната была отделана толстыми медными листами, скрывающимися под слоем штукатурки. Они были нужны, чтобы помешать заклинаниям прослушки, наблюдения и определения местоположения.

В комнате не было окон, что вызывало небольшое чувство клаустрофобии, но с экономической точки зрения так было практичнее, поэтому приходилось терпеть.

По возвращении из Дворца Валенсии Рэйвен кратчайшим путем прошел к своему кабинету, непроницаемому для магии. Он обошел свой крепкий рабочий стол и, лишенный энергии, плюхнулся в кресло. Затем он закрыл лицо руками. Он больше не выглядел как великий дворянин, имеющий большую власть и привилегии. Напротив, он выглядел человеком средних лет, которого вымотали ответственность и стресс.

Уставшим движением руки он убрал назад тонкие пряди волос.

После глубокого вдоха напряжение, накопившееся в ходе дворцового совета, обратилось в гнев, захлестнувший его сердце. В определенный момент гнев превысил свой лимит, и Рэйвен взорвался:

- Проклятые, проклятые, проклятые идиоты!

Никто бы не смог понять, что сейчас происходило в кабинете Рэйвена, услышав эти резкие слова, но если бы кто-нибудь догадался, то можно было бы только

позавидовать проницательности его ума.

Королевство сейчас находится в большой опасности.

Из-за частых столкновений с Империей возникли серьезные трудности, например нехватка продовольствия, а также были и другие проблемы, которые с течением времени точно усугубятся. Королевство еще не рухнуло лишь потому, что дворяне искренне верили, что им «нужно только немного подождать, пока противоборствующая фракция падет», из-за чего все-таки не бросали управление страной.

Имперская армия состояла из профессиональных солдат, рыцарей, а королевские воины не шли ни в какое сравнение с ними. Чтобы противостоять вторжению Империи, необходимо было призывать в армию крестьян, но, конечно, это означало, что в селах не будет хватать рабочей силы. К тому же Империя всегда вторгалась осенью, во время сбора урожая, когда Королевство больше всего нуждалось в работниках.

В сезон урожая необходимы сильные мужчины, способные работать на полях от рассвета до заката, и их потеря не могла остаться незамеченной. Впрочем, их мобилизовывали не просто так: королевская армия, не имея обученных солдат, могла оказать сопротивление Империи только за счет численного перевеса. В прошлом был случай, когда отсутствие призывников привело к огромным потерям для Королевства. К счастью, тогда контратака, возглавляемая Газефом, увенчалась успехом: убив двух из первоначальных Четырех Рыцарей, они положили конец той войне. Это была локальная победа, но те события привели к снижению авторитета короля из-за того, что многие граждане погибли, так что это было скорее поражение.

Но даже учитывая эти обстоятельства…

- Это предательская гадость! Это глупая борьба за власть! Эти идиоты и их борьба за глупое место!

Маркиз Волумлэш, один из Шести Великих Дворян, предал Королевство и продавал информацию Империи. Дворяне были разделены на две фракции, каждая из которых боролась за трон; оба принца грызлись друг с другом из-за наследства, словно собаки дерутся за косточку.

Маркиз Рэйвен несколько раз ударил по столу, выпуская свой гнев.

- Король тоже не лучше! Он не дурак и не жаждет власти, но он не думает вообще! То, как он цепляется за престол, только раздувает пламя кризиса престолонаследия! Принцесса Реннер дала ему прекрасную возможность, сделав многое для королевской фракции, поэтому он должен торопиться и передать уже власть!

Во время инцидента с демонами именно принцесса Реннер призвала короля выйти на поля боя. Из-за этого влияние королевской фракции значительно возросло, и они вполне могли бы посадить на трон принца Занака, если бы каждый из них поддержал его кандидатуру тогда. Однако…

- В конечном итоге все закончилось ничем, потому что он пожалел своего первого сына. Я, конечно, могу понять его чувства, но он должен думать в первую очередь о своей стране. О стране!

Впрочем, все было не совсем так. Были люди, которые думали о судьбе Королевства, но дело в том, что все они находились на стороне Рэйвена, и Рэйвену не нужно было искать дополнительную поддержку, а стоило распространять свое влияние на другую фракцию и брать контроль в свои руки, и он уже тогда смог бы избежать проблем, которые возникли сейчас. Но он не сделал этого, тем не менее сейчас он злился не на себя, а на всех других дворян, которые своей тупостью (как он полагал) только добавляли ему головной боли.

- Каждый из них идиот! - Рэйвен кричал в отчаянии. – Эти дворяне, эти дурачки, способны видеть только наживку. Их интеллект не выше, чем у самого тупого гоблина! Но пусть так, что же мне делать? Думай, Рэйвен, думай!

Мыслительные процессы успокоили его дыхание. Он думал о том, как ему сохранить Королевство перед лицом возникшей опасности.

- Начнем с того, что предстоящая война с Империей действительна опасна, особенно если этот Айнз Оал Гоун на самом деле существует и будет командовать приличной армией. Я могу лишь предположить для начала, что мы потеряем около десяти тысяч человек. Необходимо просчитать все убытки и придумать стратегию, и в тоже время мне надо настаивать на кандидатуре Занака… Не слишком ли сложно?

Рэйвен мыслил вслух, пока составлял план действий. Честно говоря, он хотел бы обсудить эти проблемы с кем-нибудь. Возможно, именно по этой причине он сдружился с Занаком и поддерживал его - потому что мог по-дружески поговорить с ним. Недавно он обрел еще одного союзника – принцессу Реннер, с которой мог обсудить будущее Королевства, но Занак его понимал, как никто другой. Если бы он только мог взойти на престол…

- Не думаю, что он шутил, когда обещал сделать меня премьер-министром. Хотя это не убавит хлопот, но все-таки улучшит положение Королевства.

Текущей целью Рэйвена было возвести на трон принца Занака. Если он потерпит неудачу в этом, страна сделает еще один шаг навстречу краху.

- По крайней мере, с принцессой Реннер будет проще обустроить Королевство.

Рэйвен тяжело вздохнул, озвучив свои мысли и планы на будущее.

Были дни, когда он хотел все бросить и уйти. Иногда чрезмерное беспокойство заставляло размышлять о разрушении Королевства своими собственными руками, хотя такая специфическая мысль приходила лишь пару раз. Это было похоже на то, как он пытался построить замок из песка в окружении ребятишек, пытающихся его растоптать. Временами он чувствовал желание разрушить замок собственноручно, лишь бы лишить их этого удовольствия. Но все же у него были причины игнорировать такой деструктивизм и продолжать работать.

Раздался стук в дверь. Звук, похоже, пришел из места пониже, чем обычно. На мгновение Рэйвен скорчил недовольную гримасу, будто хотел испепелить незваного гостя.

- Ох, это не к добру, я не могу показаться с таким выражением лица.

Рэйвен немного похлопал себя по лицу, так как его силы воли было недостаточно, чтобы вернуть надлежащее спокойствие. Поправив растрепанные волосы, он обернулся к металлической двери и сказал так, чтобы человек снаружи его услышал. Хотя голос был громким, он оказался неожиданно мягким, без намека на то, его владелец только что был зол.

- Войдите.

Скорость, с которой открылась дверь, показала, с каким нетерпением ждал визитер.

В дверном проеме стоял мальчик.

Слабый румянец был виден на бледной коже невинного личика мальчика, на вид ему было около пяти лет. Он подбежал к Рэйвену.

- Так-так, вы знаете, что не должны бегать в помещении, это невоспитанно.

За мальчиком вошла женщина. У нее было красивое, но угрюмое лицо. Она не выглядела счастливой. Ее одежда была изысканной, но выполнена в тусклых тонах.

Женщина чопорно поклонилась Рэйвену и улыбнулась. С легким смущением Рэйвен улыбнулся в ответ. Его жена только недавно начала улыбаться. Рэйвен не мог не вспомнить те дни, когда он был молодым человеком, и его сердце переполняли амбиции и энергия, присущие молодости. И целью его стремлений был - трон.

Стремление к трону стало предательской мечтой. Юный Маркиз Рэйвен, наполненный уверенностью в своих способностях, наверное, чувствовал, что ничего не будет более достойного в его жизни, чем эта мечта. Для достижения своей цели он работал днями и ночами, увеличил свое влияние, накопил богатство, расширил связи, разгромил своих врагов. И женитьба была не более, чем частью его плана. Пока он мог пользоваться статусом женатого человека и связями своей жены, он не заботился о том, что за женщина ему досталась. Соответственно, ему была безразлична угрюмость и мрачность супруги.

Их семейная жизнь была обычной. Впрочем, так полагал Рэйвен. Он заботился о своей жене, как об инструменте, необходимом для работы - никакой любви между ними не было. Но волею судьбы произошел небольшой случай, несомненно изменивший Рэйвена.

Он снова посмотрел на этот «случай» перед собой.

Первое, о чем он подумал, когда узнал, что у него будет сын, - что у него появился еще один инструмент, который он может использовать. Но, когда новорожденный малыш схватил его за палец своими крошечными ручками, что-то сломалось у него внутри.

Это был его сын, столько же похожий на обезьянку, сколько на человека. Конечно, он не думал, что это восхитительно, но все же, когда он почувствовал теплоту, исходящую от своего пальца, все прочее, казалось, исчезло.

Кому нужен этот трон? Человек, ведомый амбициями, исчез, незамеченный и неоплаканный.

Затем Рэйвен с благодарностью улыбнулся своей жене, только что родившей ему сына; он отчетливо помнил выражение ее лица - весьма забавное (но никогда не решится сказать это вслух) - он помнил, что оно выражало вопрос: «Кто этот человек передо мной?».

В то время его жена подумала, что это была просто причуда, вызванная осознанием, что он имеет наследника. Тем не менее Рэйвен продолжал меняться и после этого, вызвав у жены опасения, все ли с ним в порядке.

В конце концов, когда жена сравнила мужа до и после изменения, она пришла к выводу, что предпочитает нового Рэйвена и ее отношение к нему также изменилось. Они наконец стали нормальной семьей.

Рэйвен нагнулся и поднял сына, который пытался измерить его коленную чашечку.

Мальчик заулыбался в удовольствии, когда оказался на бедре Рэйвена. Рэйвен чувствовал тепло, исходящее от маленького тельца своего сына, и был бесконечно счастлив.

Сейчас у Рэйвена была только одна цель: «Я хочу оставить хорошее наследство своему сыну». Эта цель должна быть у любого благородного отца.

Рэйвен тепло взглянул на мальчика на коленях и заговорил с ним:

- Что случилось, малыш Рии? Тю-тю. Ты хочешь что-то сказать?

Только два человека на всем свете могли видеть Великого Дворянина Рэйвена собирающим губы и произносящим «тю-тю». Один из них - мальчик, который сидел у него на коленях.

- Дорогой, сюсюканье испортит его речь.

- Бред, это пустые слухи.

Хоть он и сказал так, но подумал, что было бы плохо, если он воспитает сына неправильно.

Так как это был его сын, это значило, что у него должен быть некоторый талант. Хотя вернее сказать, что не важно – будет у него талант или нет. Но, как родители, они были обязаны выявлять и развивать способности своего ребенка. Таким образом, оказывать плохое влияние на него было немыслимо. Тем не менее Рэйвен не собирался отказываться звать сына милым прозвищем. Ведь любовь - это лучший учитель, в конце концов.

Рэйвен проигнорировал возмущение жены и снова спросил:

- Так ведь, малыш Рии? Что такое? Ты что-то хочешь сказать папе?

- Хехехе. Насчет этого…

Малыш выглядел так, будто хотел поделиться каким-то секретом, судя по тому, как он прикрыл рот своими маленькими ручками. Увидев это движение, Рэйвен расслабил лицо и мягко улыбнулся. Сейчас по нему никак нельзя было сказать, что его называют «змеем».

- …Ну, что это? Можете ли вы сказать, папа? Ухах, что это?

- Хм. Вечерний ужин?

- Мм, мм! Это папин любимый! Мм! Папа будет очень рад! Что на ужин сегодня вечером?

- Рыба «Габра а-ля меньер».

- Действительно... – произнес малыш расстроенным голосом.

- Что случилось? Малыш Рии? – Рэйвен испугался, увидев несчастное выражение лица сына.

- Я должен был быть первым, кто сказал это!

Рэйвена будто ударила молния и он попытался оправдаться:

- Это... ну, э-э, я имел в виду… это действительно правда? Ну, тогда это вина папани. Пожалуйста, прости меня. Малыш Рии, можешь сказать мне что-нибудь еще?

Когда Рэйвен посмотрел на свою жену, сморщив брови, она, не зная, что делать, закрыла лицо.

- Малыш Рии, скажи что-нибудь папане.

С досады хмыкнув, мальчик отвел голову в сторону. Небольшое движение оказало огромное влияние на Рэйвена: его лицо заполнило отчаяние, он выглядел так, будто ему было приказано совершить самоубийство.

- Мне очень жаль, малыш Рии, папаня идиот и забыл все - не мог бы ты мне повторить?

Сын искоса посмотрел на него. Он еще не выглядел готовым принять решение.

- Не разговариваешь с папаней? Папаня будет плакать.

- Тогда... Об этом… это папина любимая рыба.

- В самом деле? Папа так счастлив слышать это!

Рэйвен не мог сдержаться и не целовать розовые щечки сына. Поскольку это было щекотно, мальчик засмеялся.

- Ладно, тогда пойдем пообедаем!

- Я думаю, что еще готово.

- Что?

На лице Рэйвена показалось раздражение, как будто его окатили ушатом холодной воды. Можно было приказать поварам спешить, но они должны потратить время на определенную подготовку, иначе качество еды может пострадать. Но Рэйвен не мог допустить, чтобы его сын ел не пойми что, поэтому не давал подобных распоряжений. Таким образом, он быстро успокоился.

- Ну ладно, папе нужно работать. Пойдем.

- Ладушки.

Рэйвен не мог скрыть уныния от вида уходящего сына.

- Оээ! Подождите, на самом деле, я закончил с делами.

- В самом деле?

- Да, действительно. Работа окончена.

- Правда? Нехорошо сдвигать сроки.

Даже не смотря на сверлящий взор жены, Рэйвен не желал отпускать сына. Он крепко обнял его и еще раз ощутил тепло его тела. Это наполнило Рэйвена жизнью.

- Ну, раз так, то я уже подобрался к завершению, - пробормотал он, - но, видимо, за день мне не управиться.

Его жена кивнула в подтверждение:

- Понимаю, но все же... кажется, действительно хлопотно.

- Все так, как я и сказал. В этом вопросе мне не требуются дополнительные руки или ноги, хотя хорошие головы лишними бы не назвал.

- Как насчет моего брата?

- Он безусловно талантлив, но с учетом взваленной на него работы по управлению семейным уделом я не считаю, что стоит просить его еще о чем-то, верно? Возможно, у тебя найдется кто-либо еще на примете, вызывающий доверие?

Рэйвен уже не раз задавал этот вопрос, а его жена давала один и тот же ответ: «Не найдется дворянина, способного столь же эффективно, как ты, решать такие проблемы».

Но правда в том, что, если бы кто-нибудь еще был таким же, как он, его жизнь была бы проще. Все, что он мог, - это выискивать таланты в толпе простых людей. Если бы все было как в Империи, с централизованной системой обучения, готовящей людей для государственной службы, было бы прекрасно. Но в Королевстве обнаружение скрытых талантов походило на поиск иголки в стоге сена. Оставалось лишь обращать внимание на слухи о талантливых людях и нанимать их.

Когда Рэйвен подумал, сколько времени и усилий потребуется на это, его сердце упало. В этот момент у его сына появилась хорошая идея.

- Папа, мм, я тоже хочу помочь тебе работать.

- Ух, малыш Рии, большое тебе спасибо! Я люблю тюбя больси всиво!

Рэйвен не переставал целовать своего сына, коверкая слова, пока тот продолжал свой детский лепет. Это был, без сомнения, счастливейший момент в его жизни.

Он мог забыть напряжение повседневной жизни.

«Даже если мне придется принести себя в жертву, я защищу все это», - поклялся Рэйвен в своем сердце.

Часть 2

Прошло два месяца с тех пор, как Империя объявила о войне, и сейчас наступила зима.

Улицы деревень по всему Королевству пустели, потому что люди предпочитали работать в теплых помещениях. На таком холоде немногие отважатся что-либо делать под открытым небом, и авантюристы, которые работали, как правило, круглый год, не стали исключением. Хотя и происходили внезапные набеги голодных монстров на сельчан, что требовало их внимания, по большей части заняться было нечем. Слишком опасно становилось исследовать руины или неизвестные рубежи в это время года. Таким образом, приключенцы проводили зиму в своего рода отпуске, расходуя свою энергию на тренировки, восстановление или сторонние дела.

Стоит сказать, что к Э-Рантэлу это не относилось. Жизнь в нем все так же кипела.

Однако эта активность несколько отличалась от других городов: она была рождена не обычной энергией городской жизни, а ее источник ее исходил из внешнего сектора Тройной Крепости.

Люди, собравшиеся здесь, были бедно одеты и, скорее всего, были крестьянами. Но их насчитывалось удивительное количество – около двухсот пятидесяти тысяч.

Э-Рантэл, конечно, считался самым крупным городом в Королевстве, потому что выполнял роль связующего звена в торговле и поставках между королевствами, что влекло сюда большие потоки денег и товаров и множество людей, желающих разбогатеть. Однако этим нельзя объяснить, отчего один из секторов забит двухсот пятидесяти тысячной толпой.

Тогда, почему здесь так много людей?

Ответить на этот вопрос способна группа молодых мужчин, оснащенных лишенными лезвий копьями, скорее, даже палками, ржавыми доспехами и щитами, которые кололи чучела из дерева и соломы.

Так проходила боевая подготовка. Все собравшиеся здесь двести пятьдесят тысяч граждан были мобилизованы Королевством для предстоящей войны с Империей. Округу сотрясали боевые кличи. Разумеется, немногие выкрики звучали грозно.

Многих охватил страх грядущей битвы, и они тренировались с целью отвлечься от

беспокойного нытья о том, что после предстоящего не вернутся домой.

Поэтому не все они прикладывали должные усилия.

Война с Империей уже случалась. В результате масса людей просто потеряла волю к сражению. Некоторые из них развалились в нишах стен, походя на марионеток с обрезанными нитями, и дрыхли. Были те, кто кричали на остальных, давая выход своему отчаянию. Были и такие, кто сидели, обняв колени, в ожидании конца. Когда призывники становятся старше, у них чаще возникает склонность к этому. У них отсутствовал боевой дух, и они лишь хотели вернуться домой.

Таково истинное лицо королевской армии. Хотя едва ли с этим можно было что-либо сделать. Начнем с того, что собрали их силой. Им сообщили, что они обязаны рискнуть своими жизнями в кровавой битве, за которую им не сулили никакой награды. Даже если вернутся живыми, они обнаружат разоренные поля, их быт станет столь невыносим, что это будет похоже на медленное удушение петлей - такое можно назвать не иначе как растянутой казнью.

Мимо солдат ехали телеги, полностью нагруженные едой.

Одному городу было трудно прокормить такую толпу людей, пришедших со стороны, но Э-Рантэл был самым крупным и потому самым продуктивным городом и мог дать достаточное количество продовольствия. Поэтому, а также потому, что он находился вблизи границы с Империей, Э-Рантэл выбрали как пункт сбора войск Королевства. В результате проделанной подготовительной работы город с легкостью смог принять двести пятьдесят тысяч человек.

Склады Э-Рантэла выглядели внушительно; казалось, это были самые большие строения в городе. Поставки в эти хранилища осуществлялись партиями.

Собравшиеся люди обратили преисполненные страха взоры к телегам. Они будто смотрели на смерть, медленно надвигающуюся на них. Это была раздача пайков, но все знали дальнейшее развитие событий.

Это означало, что война с Империей вот-вот начнется.

♦ ♦ ♦

Внутренний сектор тройных стен Э-Рантэла.

В центре города был особняк мэра, Панасолея Гурузе Дейл Реттенмайера. Хотя это был роскошный дом, достойный лидера города, он по-прежнему не шел ни в какое сравнение со зданием рядом с ним.

Это здание было самым впечатляющим в городе - VIP-вилла. Как правило, она была опечатана, и только королевской семье или их приближенным было разрешено использовать ее.

И сейчас в вилле несколько человек собрались вокруг короля Ранпосы III и Великих Дворян.

Газеф молча стоял подле короля, восседавшего на импровизированном троне, не шедшем ни в какое сравнение с тем, что стоял во дворце.

В центре комнаты находился огромный стол, вокруг которого собрались дворяне и изучали большую карту, развернутую на нем. Также на столе были разбросаны бесчисленные документы: сценарии боев, отчеты разведки, боевые журналы, отчеты появлений монстров и тому подобное. Вдоль стены стояли слуги, держа кувшины с водой, но воды в них осталось немного.

Это было свидетельством интенсивности проходящих здесь дискуссий.

По правде говоря, усталость уже начинала появляться на видных, породистых лицах Великих Дворян. Поскольку численность войска возросла, появилось множество проблем, связанных с логистикой, и было необходимо принять больше решений и по другим вопросам. Также им необходимо скоординировать свои действия внутри своих фракций.

Гордость дворян не могла позволить им показать даже намек на усталость, что делало их работу еще сложнее.

Однако, все это было позади.

Маркиз Рэйвен, который выглядел не менее измученным, чем другие находившееся здесь, начал говорить.

Честно говоря, для него стало привычным брать инициативу в решении споров дворян в свои руки. Возможно, он и был обделен резкостью или настойчивостью, но никто не сомневался в его интеллекте. Было ясно, что дать ему возможность говорить, будет самым быстрым способом уладить разногласия фракций.

- Благодарю всех за проделанную работу. Наконец мы закончили нашу подготовку, уложившись в отведенный срок. Теперь начнем обсуждение стратегии предстоящей войны с Империей.

Рэйвен прошелся взглядом по всем присутствующим и поднял пергамент, чтобы все могли видеть.

- Это послание от Империи, прибывшее несколько дней назад. В нем говорится о предполагаемом месте битвы.

Так как места сражений неизменно усеивались трупами, земля после боя будет проклята и на ней будет появляться нежить. Поэтому в таких местах лучше не оказываться. По этой причине, а также для того, чтобы не слишком сильно увеличивать количество таких земель, Королевство и Империя заранее договаривались о месте проведения боя, чтобы минимизировать ущерб своим землям. Обычно они встречались в одном и том же месте, но перемещали основной бой немного в сторону.

Такие земли были никому не нужны – они доставляли больше проблем, чем пользы, поэтому нельзя было игнорировать эту проблему. Решение, принятое по обоюдному согласию Королевством и Империей, выглядело довольно необычным, и многие другие страны никогда такого не сделали бы, но именно так надо вести войну, чтобы не разгребать последствия.

Когда Рэйвен объявил о послании, раздался общий вздох облегчения: дворяне подумали, что эта война будет такой же, как и предыдущие.

- Тогда местом битвы будет...

- Разве это не то же самое место, что и раньше, маркиз Рэйвен? Где еще это может быть?

- Действительно. Как и сказал маркиз Боулроб, поле боя неизменно и всем нам хорошо знакомо. Проклятые земли, окутанные туманом, - северо-западная область Равнин Каз.

- Раз это то самое место, будет ли Империя делать то же, что и в прошлый раз?

Хотя Империя утверждает, что помогает заклинателю Айнз Оал Гоуну вернуть принадлежащие ему по праву территории, большинство дворян считало, что это лишь повод развязать войну, как это всегда и происходило.

Газеф кивнул, но Рэйвен покачал головой:

- К сожалению, маркиз Волумлэш, кажется, это не так. В соответствии с моими источниками Империя мобилизует значительную военную мощь для этого конфликта. Ранее я отправил авантюристов орихалкового ранга проверить это, и они доложили, что Империя выставила шесть полных легионов.

- Шесть легионов?!

Возгласы ужаса разнеслись по комнате.

Всего у Империи было восемь легионов, и до сих пор они никогда не отправляли в бой больше четырех легионов за раз. Но на сей раз они выставили в полтора раза больше.

- Они что, серьезно?

Вопрос пришел от дворянина с беспокойным выражением лица.

Шесть легионов. Шестьдесят тысяч первоклассных воинов против двухсот пятидесяти тысяч единиц боевого мяса у Королевства. Как бы страшно это ни звучало.

- Мы, возможно, должны рассчитывать, что это не закончится простой перепалкой.

В прошлом сорока тысячам воинов Империи противостояло двести тысяч солдат Королевства. Империя атаковала - Королевство «держало удар», а затем война заканчивалась. Целью Империи было медленно исчерпать ресурсы Королевства, заставляя их тратить свои запасы продовольствия, так что достаточно было просто заставить Королевство выйти на поле боя.

«Если они планируют делать то же самое, то нет никакой необходимости мобилизовывать шестьдесят тысяч человек. Это значит, что у Империи есть и другой мотив», - подумал Рэйвен.

- Кажется, увеличение налогов было правильным решением.

В прошлом войны велись в осенний период сбора урожая. Эта война будет

вестись в зимний период, что добавляло расходы на такие вещи, как дрова, теплую одежду и так далее - расходы только росли.

Эта война была профинансирована королевской фракцией. Если бы влияние королевской фракции не возросло, то было бы сложно восполнить затраты с помощью пожертвований, и власть самого короля резко снизилась бы.

- Это действительно так, маркиз Рэйвен. Империя мобилизовала дополнительные войска в соответствии со сфабрикованной легендой о помощи этому Королю-Чародею. Они бы потеряли лицо, если бы не оказали достаточную поддержку «союзнику» в этом фарсе.

- Я считаю, это весьма вероятно. На самом деле, учитывая, что с нами не связался сам Айнз Оал Гоун, я подозреваю, что этот инцидент, возможно, был спланирован Империей и этот Айнз Оал Гоун - случайный прохожий, втянутый в это. Он может даже принимать участие в этом не по собственной воле.

Газеф считал, что будь это правдой, то это было бы благословением Божьим. В этом случае можно было не делать врагом такого могучего заклинателя. Однако это слишком оптимистично.

Газеф открыл свой доселе плотно закрытый рот:

- Можно ли мне высказаться?

- Конечно.

С разрешения короля Газеф изложил свои сомнения:

- Я не согласен с этим коммюнике, как и с тем документом из Слейновской Теократии. Я не думаю, что это объявление войны просто сфабриковано.

На лицах аристократов отчетливо было видно недовольство.

Э-Рантэл и его окрестности находились на границе трех государств. Всякий раз, когда Королевство и Империя отправлялись на войну, третья сторона, Слейновская Теократия, вносила свое веское слово.

- Для начала Империя утверждает, что «Э-Рантэл и его окрестности первоначально принадлежали Королевству Назарик. Королевство Ре-Эстиз приняло контроль над городом незаконно, и вы обязаны вернуть его законным владельцам», и глубоко сожалеют, что «эта ошибочно аннексированная территория должна стать объектом борьбы за власть», и так далее…

Двум странам казалось, что Теократия будет вмешиваться в их войны, но по сегодняшний день они никогда не мобилизовывали свои войска. Их участие было лишь словесным.

Вот только на этот раз тон их официальных заявлений изменился.

- В то же время Теократия говорит, что у них «нет записей о царствовании Айнз Оал Гоуна, но если он действительно контролировал Э-Рантэл и его окрестности в прошлом, Теократия признает этот факт и его суверенитет»

Это и говорилось в их коммюнике.

Для дворян Королевства эта декларация была ничем иным, как плохой шуткой, словно придворный шут появился из ниоткуда и «втирает какую-то дичь». Тем не менее были и те, кто понял истинное значение этого документа.

Слейновская Теократия говорила: «У нас нет намерения вступать в конфликт с Айнз Оал Гоуном» - на официальном уровне.

Это подразумевало, что Теократия, самая сильная страна в регионе, не хотела иметь врага в лице этого одинокого магического заклинателя.

«Но это объяснимо», - подумал Газеф.

- Он легко уничтожил одного из Шести Писаний и, хотя Теократия отрицает факт своего участия в том нападении, они знают, что делать врагом человека с таким уровнем силы – плохая идея. Они боятся – и Империя, и Теократия – значит, что-то их заставило, и они не стали бы просто так использовать имя такого могущественного заклинателя.

- Ха. Да хоть у них будет еще один заклинатель, разве на нашей стороне не двести пятьдесят тысяч человек?

Граф Линдон смеялся в лицо осторожности Газефа; издевательство чувствовалось в его голосе.

Газеф боролся с желанием нахмурить брови. Хотя он понимал шокирующую силу великого заклинателя, в то же время он также понимал, откуда шла уверенность Линдона. Если бы он ничего больше не знал, то думал бы точно так же.

Например, возьмем знаменитого заклинателя Империи, Флюдера Парадина. Его имя было известно в далеких странах. По слухам, он умел использовать магию пятого и даже шестого уровня, но никто не знал, насколько сильным он был в действительности.

Это было потому, что он никогда не принимал участие в войнах Империи и ни разу не использовал свою магию, чтобы разгромить армию Королевства.

В то время как шестой уровень магии считался впечатляющим, насколько именно он был впечатляющ еще предстоит увидеть.

Дворяне не были заклинателями, но слышали о магии в рамках своего образования. Многие из дворян Королевства не придавали значения Флюдеру, думая о нем не более, как о символе пропаганды Империи. Дворяне, контактировавшие с магами из авантюристов, были еще более склонны так думать.

Граф Линдон был одним из таких. По его словам, заклинатели – это не больше, чем уличные артисты. Конечно, священники, к которым он обращался, когда был болен или ранен, были совсем иным делом.

- Опасно на это надеяться. Противник сможет нивелировать наше численное превосходство, если будет использовать заклинание «Полет» или бить с дальней дистанции магией по площади. Конечно, маги не станут попусту тратить ману, но надо быть готовым к подобному. К тому же союз Империи с Айнз Оал Гоуном слишком странен – он наверняка не простой заклинатель. Поэтому нужно быть настороже.

Эти тяжелые слова были сказаны маркграфом Урованом, чья седая голова и морщинистое лицо показывали превосходство его интеллекта. Как старший из Шести Великих Дворян, он резко контрастировал с молодым графом Линдоном. Каждое его слово и жест заставляли графа кивать и неохотно соглашаться. Тем не менее маркиз Боулроб был не согласен:

- Пфф! Кто этот Айнз Оал Гоун? Как Линдон и сказал, что может сделать один человек? Если он будет летать, мы просто обстреляем его из луков. То же самое сделаем, если он атакует издалека. Что может сделать один магический заклинатель? Истории о магических заклинателях, которые меняют ход на поле боя, - это всего лишь выдумки!

- Прошу прощения, но разве невозможно, что некоторые истории о героях, воспетых бардами, могут оказаться правдой?

- Я считаю, что Воин-Капитан кое-чего не понимает: барды преувеличивают факты, чтобы привлечь публику. После их песен хочется отдалится от реальности. Так же не стоит забывать, что они учат эти песни, услышав их от таких же бардов, как они сами, а это может привести к еще большему искажению фактов

- И все же, если противник сможет собрать много заклинателей, способных использовать «огненный шар»…

- И как же они смогут это сделать? Скажите нам, о Воин-Капитан.

- Ну, я думаю, что вероятность этого низка.

- «Огненный шар» - заклинание третьего уровня. Невозможно собрать большое количество заклинателей, способных его использовать, даже при участии Имперской Академии Магии.

- Итак, разве это не ответ? Магия - хорошее оружие, но какой бы мощной она ни была, один человек не сможет изменить ход сражения! Извините, Воин-Капитан, но вы являетесь прекрасным примером: с вами никто не может сравниться в поединке, но вы не можете в одиночку убить несколько тысяч человек!

Он был прав. Газеф не мог найти ничего, чтобы опровергнуть слова маркиза Боулроба.

Сказки, где одиночка уничтожал десятки тысяч, были просто сказками. Даже Ригрит Берс Коурал, одна из Тринадцати Героев, не могла совершить такой подвиг.

Однако Газефу было все еще тревожно.

Может ли быть, что заклинатель, которого он встретил, не был по-настоящему

могущественным, а просто он сам был невежественным?

- Тогда что, если бы это был дракон?

- Маркиз Волумлэш... этот заклинатель - человек, причем тут дракон?

- Нет, я имел в виду с точки зрения одного человека, борющегося со многими...

- В первую очередь, нет никакого смысла упоминать драконов, когда мы обсуждаем людей! Я не знаю, о чем вы думаете, так боясь одного ничтожного мага, - он бросил острый взгляд на Газефа и продолжил: - Как дворянам Королевства, вам должно быть стыдно: съежились при виде его тени! Тем не менее, хоть мне это и не нравится, я могу понять озабоченность Воина-Капитана. Но давайте рассмотрим Айнз Оал Гоуна, равным по силе пяти тысячам человек…

- П-пять тысяч?!

Глаза Линдона расширились.

- Вам не кажется, что это немного чересчур, оценить человека равным пяти тысячам воинов? Приравнять его к половине от этого числа все равно будет слишком много.

- Я, например, считаю Воина-Капитана равным тысяче человек, и, учитывая, что наш Воин-Капитан настолько опасается этого человека, мы посчитаем его силу в пять раз больше. Я верю в справедливость оценки Воина-Капитана.

- Это честь для меня.

Хотя он все еще сомневался, что боевая мощь Айнз Оал Гоуна была равна лишь пяти тысячам человек, большинству присутствующих было достаточно трудно поверить даже в это. Наилучшим решением было поблагодарить его в ответ на жест доброй воли. Имея это в виду, Газеф опустил голову.

Молчавший до сих пор наследный принц Барбро открыл рот:

- Если мне позволено потратить немного вашего времени... Я думал... Почему бы нам не призвать этих авантюристов в армию? В конце концов, они работают в Королевстве, почему они не подлежат призыву на военную службу? Почему они не могут присоединиться к вооруженным силам? Я не помню, чтобы был закон в Королевстве, запрещающий это.

Великие Дворяне переглянулись. Как землевладельцы, они ясно понимали значение и силу авантюристов. Поэтому они не собирались обсуждать это предложение.

Даже Газеф понимал значение авантюристов, но он мог догадаться, почему у Барбро был такой взгляд на вещи: принц вырос во дворце и никогда не управлял поместьем, поэтому не знал о многих проблемах землевладельцев.

Маркиз Рэйвен кашлянул:

- Мой Принц, я надеюсь, вы понимаете, что любой авантюрист, с пластиной выше

медной, сильнее обычного солдата?

- Да. Конечно. Вот почему мы должны их использовать. Они смогут с легкостью победить имперских рыцарей! Уверен, что они покажут отличный результат!

- Я не оспариваю этот момент. Однако, если мы сделаем это, тогда наш враг - Империя, например - также призовет авантюристов, чтобы уравнять шансы на победу… Но это не битва между авантюристами, это станет систематическим убийством рядовых приключенцев. Потери не уменьшатся, а возможно, даже возрастут. Вот почему обе стороны не используют авантюристов - чтобы избежать гонки вооружений. Кроме того, Гильдия Искателей Приключений никогда этого не допустит.

Рабочих не использовали по тем же причинам, плюс их услуги стоят намного дороже, и к тому же они менее надежны.

- Ладно... хотя мне и не нравится это, я приму эту мысль. А если город подвергнется нападению? И если они не помогут в обороне города, разве это не будет изменой, так как они граждане Королевства?

- Я понимаю, что вы пытаетесь сказать. Но стоит отметить, они вольны сами выбирать, как им поступить, потому что знают, что не могут быть призваны на службу. Самое главное то, что они приносят огромную пользу Королевству на другом поприще: они уничтожают монстров, которые являются даже еще большей проблемой, чем Империя. Если ими бездумно швыряться, то население деревень останется без защиты и начнет сокращаться от частых нападений монстров, что приведет к краху экономики и всего Королевства.

- Маркиз Рэйвен, но вы же упомянули ранее, что призвали некоторых бывших авантюристов в свои ряды? Каких-то... орихалковых? Противоречите сами себе.

- Это правда, но они больше не состоят в Гильдии Искателей Приключений и, выйдя на пенсию, не связаны правилами Гильдии. Вот почему я нанял их.

- Понятно. Хотя я и слышал об этом, но я не совсем понимаю.

Мягкий смех и звуки одобрения шли от благородного контингента.

- Однако это касается только авантюристов до орихалка. Приключенцы адамантового ранга - совсем другое дело. Из двух адамантовых команд Королевства…

Здесь не было никого, кто не знал о подвигах «Синей Розы» во время вторжения демонов.

- Прежде чем они прославились, была еще одна группа адамантовых искателей приключений. Вы, верно, помните их, Воин-Капитан?

- Не всех. Я помню четырех из них. Один открыл элитную школу собственного стиля меча для учащихся, которых он выбрал сам. Двое отправились в путешествие. И бабушку, которая провела некоторое время в составе «Синей Розы» перед отъездом в неизвестные края.

Газеф загибал пальцы, вспоминая их.

Когда он прогуливался по столице, его буквально втащили в тренировочный зал

его будущего учителя. Там он подвергся жесткому обучению мечом и словом.

Из-за этой встречи Газеф, который мог стать лишь наемником, стал чемпионом Королевского Турнира.

«Но, если подумать, это хорошие воспоминания.»

- Понятно. Я также слышал, что этот город является базой для команды авантюристов под названием «Черные». Если бы мы только могли рассчитывать на их «Прекрасную Принцессу» Набель в борьбе с Айнз Оал Гоуном... Впрочем, это, наверное, невозможно.

Это была хорошая идея, но Гильдия Искателей Приключений никогда этого не допустит.

Несколько дворян начали громко ругать Гильдию.

- Они не больше, чем крестьяне!

- Кто, по их мнению, им платит?!

- Если они граждане Королевства, они должны нам помочь!

Вполне естественно, что власть имущие были недовольны Гильдией Искателей Приключений, которая отказалась подчиниться их воле. Однако оставался неоспоримый факт, что только авантюристы были способны справиться с монстрами.

Если Гильдия уедет, Королевство не отобьется от сильных монстров. В результате Королевство будет неуклонно разрушаться, и даже присутствие Газефа не изменит это.

Монстры обладают множеством различных способностей, и, чтобы справиться с ними, необходимо иметь соответствующий арсенал техник. Именно из-за своих техник и навыков авантюристы были незаменимы.

Правда, Империя включила в свои легионы следопытов и заклинателей, но это совсем другое дело.

- Как и ожидалось от Его Высочества! Мне кажется, это прекрасная идея!

Говорившим был барон, родом из неизвестных краев.

Он был младшим лордом среди присутствующих сверстников, что означало, что он был чьим-то вассалом.

- Как заклинатель, она может иметь представление об этой ситуации. Было бы неплохо услышать, что она может об этом сказать. Может быть, мы должны отправить эмиссара на всякий случай.

Идея была встречена одобрением. Большинство из тех, кто согласились, были дворянами низкого ранга, а учитывая то, как они хвалили Барбро, они, вероятно, миньоны из фракции знати.

- Тогда идите, - король приказал усталым голосом. - Момон - авантюрист адамантового ранга. Ни коим образом не оскорбляйте его!

- Понял! Я изложу указ Вашего Величества в письме, - тут же подхватил писарь.

- Хорошо. Ну, тогда позаботься о том, чтобы не обидеть Момона.

Король махнул рукой и еще раз повторил свои поручения. Писарь, составив письмо, быстро покинул комнату.

Он, кажется, не понял, что, если что-нибудь пойдет не так, с ним безжалостно расправятся.

- Хах... мы сильно отвлеклись от первоначальной темы. Так, что мы обсуждали?.. Ах, да. Оценивая боевую мощь Айнз Оал Гоуна… я думаю, никто не будет возражать, если мы сравним его с пятью тысячами?

Маркиз Рэйвен посмотрел на Газефа.

- Я не возражаю против такой оценки.

Сам Газеф полагал, что оценку стоит увеличить как минимум на порядок, но понимал, что тем, кто не видел своими глазами могущество Айнз Оал Гоуна, будет сложно в это поверить.

- Понятно. Так как мы уже согласовали с Империей место проведения сражения, мы можем начать переброску наших войск на Равнины Каз?

Маркиз Рэйвен посмотрел на присутствующих. Все дворян по очереди дали свое согласие. Взгляд Рэйвена остановился на маркизе Боулробе, и тот ясно и четко ответил:

- Так и сделаем, маркиз Рэйвен. Мои войска готовы выступить в любое время. Ваше Величество, могу ли я сделать предложение? Оно касается принца...

Сейчас здесь присутствовал только один принц. Все взгляды обратились к Барбро.

- Похоже, что Айнз Оал Гоун один раз появился, чтобы спасти поселение, называемое деревней Карн. Если это было чисто из альтруизма, то это хорошо. Впрочем, у него мог быть мотив. Мне кажется, надо послать отряд в эту деревню и разузнать подробности. Я предлагаю, чтобы отряд возглавил принц.

Раздались возгласы негодования.

- Маркиз!

Барбро сердито посмотрел на маркиза Боулроба.

- Тишина, - сказал король. - Это неплохая идея. Мой сын, я приказываю

тебе - иди в деревню Карн и разузнай все, что сможешь.

Газеф изо всех сил старался не нахмуриться.

«Если они пойдут в деревню Карн сейчас, то, вероятно, узнают какую-нибудь полезную информацию о том магическом заклинателе. Однако разделение сил вряд ли будет мудрым решением, даже если использовать сравнительно небольшое количество людей.»

- Король приказывает - и я повинуюсь. Тем не менее я хочу заявить, что совершаю эту поездку не по своей воле.

Видя, что король не намерен отменить свой приказ, Барбро с несчастным выражением на лице опустил голову.

- Я дам вам свои элитные войска, а также с вами поедут некоторые дворяне. В общей сложности вас будут сопровождать около пяти тысяч человек.

- Понятно. Вы остаетесь здесь и будете держать оборону против войск Империи на случай внезапного нападения, в то время как принц будет искать важную информацию. Как и ожидалось – вы действительно весьма дальновидны.

Газеф видел логику в словах Рэйвена. Но все же он сомневался, что Империя способна на коварное нападение - особенно после согласования места боя. Правда, что войны ведутся на обмане, но в данном случае Империя может лишь навредить своему имиджу и опуститься в глазах других стран.

- Не думаю, что мне нужно столько солдат, но так как это маркиз предложил эту затею, то я могу лишь согласиться и принять их.

- Большое спасибо, Ваше Высочество. У меня есть еще один вопрос…

Маркиз Боулроб сделал небольшую паузу. Но не для того, чтобы отдышаться -задержка была для привлечения внимания к тому, что он собирался сказать.

- Кто будет командовать войсками? Я надеюсь, никто не будет возражать против моей кандидатуры?

Атмосфера в комнате изменилась

За этим вопросом стояло заявление прав на командование беспрецедентной силой в Королевстве – огромной двухсот пятидесяти тысячной армией.

Если спросить, какой военачальник лучше: король Ранпоса III или маркиз Боулроб, многие дворяне выберут последнего. И не удивительно, если учесть, что в ведении маркиза находилась пятая часть армии Королевства – пятьдесят тысяч человек. Вдобавок маркиз Боулроб также командовал элитным отрядом. Он был вдохновлен группой бойцов Газефа и создал свое подразделение профессиональных воинов.

Они были очень хорошими бойцами. Хоть все еще и оставались слабее группы Газефа, но были наравне с рыцарями Империи, возможно, даже больше, чем наравне. Важно отметить, что в элитном отряде маркиза служили пять тысяч воинов, и если они встретятся с группой Газефа, то победят за счет явного численного превосходства.

Если бы король не присутствовал лично, то полномочия командующего несомненно отошли бы маркизу Боулробу. Но раз король был здесь, то кому, как

не ему, следовало возглавить армию.

Газеф побледнел, когда маркиз оказал давление на короля. Но Боулроб оставался спокойным, даже увидев Газефа. Для Боулроба Газеф был всего лишь простолюдином, который просто хорошо обращается с мечом, и его возмущало присутствие здесь неблагородного лица.

- Маркиз Рэйвен.

- Да, Ваше Величество!

- Я оставляю это на вас. Безопасно проведите армию на Равнины Каз. Там вы будете отвечать за лагеря и укрепления.

- Понял, - Рэйвен кивнул, приняв королевский указ.

Хотя место, которое он так желал досталось другому, он не жаловался, потому что этим «другим» оказался маркиз Рэйвен. Этот человек талантлив и обладает большими связями - критиковать его весьма сложно, к тому же многие из людей Боулроба ему задолжали. Если Боулроб начнет возмущаться перед всеми, то многие могут усомниться в его компетентности. Так что у него не было иного выбора, кроме как улыбнуться и смириться с этим.

- Маркиз Рэйвен, мои войска в ваших руках. Пожалуйста, дайте мне знать, если вам что-нибудь понадобится.

- Большое спасибо, маркиз Боулроб. В таком случае я буду рассчитывать на вас.

Газеф был так же рад замечательному решению короля, будто оно было его собственным.

- Есть ли еще что-нибудь?

Король подождал некоторое время, но никто не ответил.

- Раз так, давайте начинать приготовления к отбытию. Мы должны отправиться завтра. Нам потребуется два дня, чтобы достигнуть назначенного места, но не расслабляйтесь в пути. Итак, все свободны. Маркиз Рэйвен, принимайте командование.

- Да! Ваше Величество.

Дворяне уверенно вышли из комнаты, чтобы начать подготовку к маршброску. Остались только король и Газеф.

Ранпоса III медленно повернул свою голову. Ушей Газефа достиг звук хруста. Должно быть, король весьма одеревенел. Размявшись, он расслабился.

- Спасибо за ваш труд, Ваше Величество.

- Ах, это действительно была тяжелая работа. Я устал.

Газеф криво улыбнулся королю. «Изнурительно» - так кратко можно описать руководство королевской и дворянской фракциями. Впрочем, были люди, которые

утомились больше, чем Ранпоса III.

- И в то же время…

Только Ранпоса III собрался продолжить, как в дверь несколько раз постучали. Затем дверь медленно отворилась, и ожидающий гость вошел.

Он был пухлым, похожим на свинку, и выглядел ненормально. Редкие белоснежные волосы находились на грани исчезновения. Живот напоминал капитошку, но в то же время щеки и подбородок были дряблыми. Однако свет разума сверкал в глазах этого посредственного на вид человека.

Ранпоса III дружелюбно улыбнулся ему.

- Добро пожаловать, Панасолей.

- Ваше Величество, – поклонившись, поприветствовал мэр Э-Рантэла своего властителя. Потом он перевел свой пристальный взгляд на Газефа и поздоровался и с ним: - Давно не виделись, господин Строноф.

Будучи воспитанным дворянином, Панасолей вел себя учтиво с Газефом. Впрочем, он на самом деле уважал Газефа за то, что тот смог сделать такую блестящую карьеру своими собственными силами.

- Вы позаботились обо мне тогда, господин мэр. Выражаю свою благодарность за организацию исцеления моих подчиненных. Я спешил с докладом в столицу, так что умчался, не поблагодарив вас должным образом. Пожалуйста, примите мои извинения, - сказав это, Газеф поклонился.

- Ах, нет, не стоит благодарности. Я понимаю важность отчетов Воина-Капитана о засаде. Я не мог быть столь неучтивым, чтобы обидеть вас! – в свою очередь, Панасолей также поклонился.

Видя, как оба кланялись друг другу, король рассмеялся от радости:

- Панасолей, ты нынче решил не задирать нос?

- Ваше Величество... я не из тех, кто смотрит на других свысока. Или вы полагаете, что я мог бы поступить так в отношении вас или господина Стронофа?

- Прости, прости, шучу. Извини, Панасолей.

- Ах, нет, что вы, это я должен просить прощения за то, что пересек границы дозволенного. Итак... начнем?

Король поколебался, прежде чем ответить.

- Нет, должен подойти еще один человек. Давайте подождем его.

- Вот как. Тогда, может, обсудим проблему городских цен на провизию? Далее я хотел бы доложить о прогнозе благосостояния нашего государства на следующий год, основанном на собранной маркизом информации.

- Хорошо. Этот вопрос - вечная головная боль, и чем скорее обсудим его и

отложим в сторону, тем лучше.

Когда Панасолей начал говорить, Газеф, никогда не занимавшийся внутренними делами Королевства, не смог удержаться и нахмурился.

Его доклад касался нынешнего тревожного состояния страны и будущих расходов. Много времени уделялось нехватке пищи. Итоговый вывод заключал, что Королевство продолжит находиться в упадке даже после освобождения крестьян от военной службы.

Впрочем, прогнозы Панасолея, на самом деле, были не такими тревожными, однако преподносились очень мрачно.

Что касается Короля, то его лицо не выражало никаких эмоций.

- Как такое могло произойти...

- Если... если Империя продолжит ежегодные атаки, шансы гражданской войны будут довольно высоки. Учитывая нынешний уровень налогов, много народу в конце концов умрет голодной смертью, а если мы снизим налоги, у нас не будет достаточно средств, чтобы финансировать нашу политику.

Ранпоса III положил руки на лоб, прикрывая лицо.

Это стало результатом долгих лет бряцания оружием с Империей. Теперь они поняли цель Империи, но было уже слишком поздно – Королевство пришло в упадок.

- Ваше Величество…

- Как... беспечно. Если бы мы знали раньше... если бы мы занялись этим до того, как дворяне окончательно разделились на фракции... как глупо.

- Конечно нет, Ваше Величество. Возможно, деление верхушки страны на фракции – это и есть то, чего хотела Империя, чтобы после захватить нас.

Газеф был уверен в том, что король Ранпоса III все делал правильно.

Королевство оказалось в таком удручающем положении из-за беспечности и ошибок предыдущих правителей. Невозможно одному поколению исправить все, что натворили их предки за многие столетия.

- Я просто хочу оставить достойное Королевство следующему поколению - моим детям…

Хотя король говорил тихо и медленно, в каждом слове чувствовалась сильная воля.

- …Тогда... сейчас самое время. Число моих сторонников из-за беспорядков возросло. Если мы нанесем упреждающий удар по Империи, независимо от стоимости, то сможем выиграть несколько лет мира для Королевства.

Газеф увидел живой свет в глазах короля. Этот свет заставил его беспокоиться. По правде, ему следовало возразить, но он не мог издать ни звука.

Если бы король говорил о реализации своих амбиций или просто потворствовал своим желаниям, Газеф, возможно, заставил бы себя упрекнуть его, но он понимал, что сейчас король говорит об обеспечении защиты и будущего Королевства и его граждан, поэтому слова застряли комом в горле. Газеф первым увидел, как сильно король переживает за свою страну, и не мог выступить против него.

- Хотя это, конечно, возможно, думаю, вы в курсе, что это очень опасный шаг. Если вы хотите просто уменьшить власть дворян, то страна может погрузиться в хаос.

Король свел брови, и сердце Газефа екнуло.

- Панасолей, вы, как обычно, совершенно правы. Но, хотя хирургическая операция может убить пациента, он также может и выжить. Что бы мы ни делали, болезнь будет распространяться по телу и медленно убивать нас. Раз так, не лучше ли будет пойти на этот решительный шаг и переломить ситуацию?

- Мой Король, хирургическое вмешательство - ненадежный метод. Лучше найти другое решение.

- Если бы существовал волшебный способ спасти Королевство, каждый стремился бы к нему. Но варварский способ резать тело, чтобы удалить пораженную часть, является единственным лекарством в нашем затруднительном положении.

В комнате воцарилось угрюмое молчание. Все понимали, что королю придется пойти на крайние меры ради спасения страны.

Затем, когда уже казалось, что гнетущая атмосфера может продлиться вечность, раздался стук в дверь, разрушив уныние.

Не дожидаясь приглашения, в комнату вошел маркиз Рэйвен.

- Господа. Я прошу прощения за задержку.

Все вздохнули с облегчением.

- Ах, вот и человек, которого мы ждали. Маркиз Рэйвен, я возложил большую ношу на вас.

На мгновение на лице маркиза показалось смущение, но он быстро собрался и вернул усталое выражение лица.

- Нет, не принимайте это близко к сердцу, Ваше Величество. По правде говоря, доверить командование маркизу Боулробу было бы крайне глупо. В конце концов, он умеет только строиться и отступать.

Было неясно: искренне ли Рэйвен критиковал Боулроба. Возможно, он сказал так, чтобы разбавить мрачную атмосферу в комнате.

- Вдобавок, если бы Ваше Величество взял на себя прямой контроль над армией,

любая ошибка могла бы привести к отступлению дворянской фракции накануне войны. В таком случае нет командующего, более подходящего на эту роль, чем я. Однако такая долгая работа без отдыха отразится на мне. Хочу сообщить заранее, что после окончания этой войны, я желал бы отдохнуть в своих владениях несколько месяцев.

- Я извиняюсь за резкость, но времени у нас в обрез, поэтому давайте закончим поскорее.

Хотя Рэйвен сохранял холодное выражение лица, как у змеи, Газеф чувствовал, что внутри у него были человеческие чувства и эмоции.

«Какой же я дурак, что не заметил раньше его истинную природу. Неужели я настолько плох в чтении людей?»

Газеф вспомнил встречу с маркизом в палатах короля накануне отъезда из столицы. Там присутствовали пять человек: король Ранпоса III, сам Газеф, третья принцесса Реннер, второй принц Занак и маркиз Рэйвен. Когда Газеф услышал, чем на самом деле занимался последний, он пришел в состояние шока. Он всегда полагал, что маркиз был как зараза, разрушающая Королевство изнутри, но выяснилось, что маркиз – один из наиболее верных королю дворян.

«…

- Кажется, я постоянно доставляю вам неприятности, маркиз Рэйвен, как и моя дочь.

Ранпоса III опустил голову и искренне извинился перед маркизом.

- Ваше Величество, пожалуйста, не делайте этого. Я должен был действовать самостоятельно без вашей консультации; я жалею, что не принял меры раньше.

- Маркиз Рэйвен, позвольте мне также извиниться перед вами, - сказал Газеф и склонил голову. - Я был обманут поверхностным впечатлением, и позволил себе неуважительно думать о вас, не понимая ваших истинных намерений. Пожалуйста, простите эту глупость.

- Уважаемый Воин-Капитан, не стоит беспокоиться об этом.

- И все же, если я не буду наказан за свою глупость, она будет держаться в моем сердце, как заноза.

Лицо Рэйвена выражало вопрос: «Действительно?», затем он покачал головой и вынес приговор Газефу:

- Я понимаю... тогда отныне я не буду обращаться к вам «уважаемый Воин-Капитан», а буду говорить просто «Газеф» и разговаривать на «ты». Считайте это своим наказанием.

Газеф подумал, что это никак не может быть наказанием. В то же время мысль, что у него есть глаза, но он не может ими видеть, начала медленно расти в его голове. Собравшись, Газеф искренне поблагодарил маркиза:

- Большое спасибо, маркиз Рэйвен.

- Газеф, ничего страшного. Итак, давайте начнем обсуждать направление, в котором пойдет Королевство с этого дня.

…»

Часть 3

Газеф прошел через главные ворота и вышел к конюшне на внешнем кольце города. Он глубоко вздохнул, чтобы снять усталость со своего разума.

Он был истощен.

На прошедшем совещании Газеф особенно остро осознал, что он обычный простолюдин. С тех пор как он встал на сторону короля и вращался в высшем обществе, он постепенно понял, как думают о нем дворяне. И все же Газеф не понимал причину такого отношения – особенно он не понимал неписанное правило, что гордость дворянина ценнее каких-либо выгод. Еще более непостижимым для него было то, что дворяне гордились превосходством над другими гражданами.

Газеф медленно прислушался к происходящему.

Солдаты кричали, бегая взад и вперед... Это был народ – простой люд, который прибывал со всех уголков страны. Естественно, они никоим образом не походили на солдат: их руки предназначены для лопат и мотыг, а не для мечей и копий. Их должны защищать те, кто правит ими.

«Если мы отдадим Э-Рантэл, то сильно навредим горожанам, как и сказал король. Однако…»

Газеф вспомнил образ Айнз Оал Гоуна, носившего странную маску. Вспомнил, что, вернувшись на поле боя, не нашел никаких следов жестокой битвы. Он вспомнил врагов, которые победили его отряд, а также то, что этот заклинатель справился с ними.

«Как и ожидалось от высшего существа, зовущего себя Королем-Заклинателем.

Битва с ним напрямую скорее принесет людям только страдание.»

- Дерьмо!

Газеф выругался вслух, не в силах найти ответ. Что он должен делать? Неразбериха на поле боя – это признак надвигающейся смерти. Даже человек, провозглашенный самым сильным в регионе, может умереть, если не сможет сосредоточиться.

И кроме того, его противник – сам Айнз Оал Гоун.

Правда, он не видел самого сражения у деревни Карн и не мог сказать, как выиграл Айнз. Поэтому кто угодно может утверждать, что это – наглая ложь.

- Но вообще, если допустить, что они просто убежали... зачем ему лгать о своей победе?

Когда Айнз и Альбедо покинули деревню, он отправился на равнины, где они сражались, и не обнаружил никаких следов бойни. Он не смог найти ни одного трупа. Но захоронить десятки тел за столь короткий промежуток времени было бы очень трудно. Без тел - без вещественных доказательств - он поверил в заявление, что «они убежали».

Однако, если предположить, что Айнз Оал Гоун не использовал магию… Впрочем, кто знает, может, существует заклинание, которое способно телепортировать тела подальше или уничтожить их.

Кроме того, Газефу не давало покоя одно неприятное чувство. Хотя оно возникло лишь из-за его воинских инстинктов, тем не менее когда он увидел невредимого Айнза, возвращающегося в деревню, то учуял слабый запах смерти, идущий от него.

- Возможно, вернее сказать «он позволил им жить», чем «он позволил им бежать.

Газеф больше доверял своим инстинктам, чем словам Айнза, поэтому был уверен, что члены «Солнечного Писания» еще живы.

- Я не понимаю...

Магический заклинатель, который смог уничтожить, не получив и царапины, противников, которым Газеф проиграл.

Насколько же он силен? По крайней мере, Газеф и его группа воинов были ему не ровня.

- Что случится, если подобное существо появится на поле боя и использует магию?

Газеф еще раз посмотрел на людей, наполненных волнением, страхом, отчаянием и разочарованием.

Между двумя заклинателями, использующими магию одного уровня, у сильнейшего заклинание получится более мощным.

- И какие ужасы произойдут, если Айнз Оал Гоун использует «Огненный Шар»?

Отцы, которым надо кормить детей; сыновья, которым надо поддержать больных родителей; молодежь, которая должна пожениться - все эти люди, покинувшие семьи, собрались здесь. Как они смогут выдержать подобную атаку?

- Это ведь невозможно, да?

Никто не сможет выжить, когда великий маг-заклинатель поднимет свою руку для атаки: они будут сожжены огнем, заморожены льдом или испепелены молнией. В этом не было сомнений.

Тогда что насчет Газефа? Сможет ли он противостоять ему?

Он был уверен, что сможет нанести один удар, не умерев. Однако такие мысли могут оказаться слишком наивными.

- Аxxxx... почему же все так обернулось?

Борьба против Айнз Оал Гоуна была ошибкой.

Газеф чувствовал, что Айнз Оал Гоун не монстр, учитывая то, что он спас деревню Карн. Но в то же время он понимал, что Айнз не был обычным добрым самаритянином. Сложилось впечатление, что он не пощадит тех, кто выступит против него.

Что Королевство должно было сделать, так это избежать конфликта и обойтись с ним вежливо. Может, после этого он выберет себе другое место.

Газеф оглянулся на вновь прибывших. Он увидел юношу в белых доспехах; рядом с ним был мечник, который, казалось, скорее катался на коньках, чем просто ходил по земле. Это были Клаим и Брэйн. С ними был еще один человек, и они что-то с жаром обсуждали.

«Кто же он? Кажется, я видел его раньше... а! Он один из орихалковых приключенцев маркиза Рэйвена.»

Так как все они были простолюдинами, Газеф был близко знаком с прежними командами приключенцев, с которыми простой народ связывал надежды. В некотором смысле они были его старшими родственниками - теми, кто пришел перед ним.

Паладин Огненного Бога, чья специализация - бой с монстрами, служащими злу, «Убийца Зла», Борис Аксельсон, сорока одного года от роду.

Священнослужитель Бога Ветра, воин-священник, который мог в одиночку справиться с любым другим воином, Улан Диксгорт, сорок шесть лет.

Воин, использующий стиль «танцующих мечей» с четырьмя мечами одновременно, Франсен, тридцать девять лет.

Ученый, который, став волшебником, создал несколько магических предметов, названных в его честь, Лундквист, сорок пять лет.

И, наконец, вор, известный как «Невидимый», Локмейр, сорок лет.

Газеф вспоминал их, загибая пальцы. Сейчас с Клаимом лениво болтал вор, Локмейр.

«Кстати, по-моему, именно он работал с Клаимом и Брэйном во время вторжения демонов в столицу и помог им проникнуть на вражескую территорию, чтобы спасти людей.»

Казалось, они не замечали Газефа, но он чувствовал, что это не так.

Не поприветствовать их по крайне мере будет грубо. Кроме того, все они скоро отправятся на поле боя. Хотя шанс вступить в реальный бой низок, так как они охраняли короля, но всякое могло случиться.

Может быть, это последний раз, когда они видят друг друга.

Газеф хотел по возможности поговорить наедине с Брэйном и Клаимом. Словно услышав его желание, Локмейр помахал рукой и отошел от них.

Клаим и Брэйн остались, смеясь над чем-то.

Во время волнений в столице связь между этими двумя окрепла и к сегодняшнему

дню переросла в крепкую дружбу. И так как теперь Брэйн дружил с Клаимом, он тоже стал солдатом принцессы Реннер.

Газеф сожалел, что позволил отобрать у себя такого воина. Тем не менее ему удалось успокоиться, наблюдая за ними. Газеф улыбнулся, приближаясь к ним.

«Кстати говоря, это действительно очень броские доспехи. Ладно еще в столице, но в бою его легко заметить. Должен ли я предупредить его об этом?»

На поле боя будет много солдат, но Клаим будет выделяться среди них, ведь почти никто из них не носит полный доспех. А его броня к тому же ярко-белая. Его будет видеть конница, и он станет мишенью для лучников. Хотя Клаим немного сильнее среднестатистического имперского рыцаря, там были воины намного сильнее него. Например, Четвертка Рыцарей Империи.

«Если я не ошибаюсь, принцесса Реннер дала ему эту броню... она, должно быть, не очень хорошо знакома с полем боя, раз приказала покрасить эту броню в такой цвет. Она, может быть, и хороший тактик, но, как оказывается, не понимает реалий настоящего сражения. Если Клаим умрет, ей будет грустно... Впрочем, думаю, мы сможем с помощью магии изменить цвет доспехов, а когда вернемся в столицу, изменим обратно.»

Думая об этом, он подошел к ним. Брэйн повернул голову, а его рука ухватилась за рукоять катаны.

«Как и ожидалось от Брэйна: он почувствовал меня на таком расстоянии.»

Броня Газефа издавала лязг при ходьбе. Конечно, нет ничего странного в том, что люди реагируют на приближающийся звук, но сейчас здесь шла подготовка к бою, и, естественно, стоял сильный шум, так что определить, что кто-то к тебе подходит, очень трудно. Но Брэйн смог.

Глаза Брэйна на мгновение расширились. Затем он вернул взгляд на Клаима и усмехнулся, как будто разыграл его. Пока Брэйн улыбался, Газеф подходил все ближе и ближе к ничего не подозревающему Клаиму, стараясь не очень сильно шуметь. Хотя Газеф никогда не тренировался носить доспех бесшумно, Клаим все еще ничего не замечал и что-то обсуждал с Брэйном. Газеф встал за спиной у Клаима, как и хотел, а затем положил руку прямо на его незащищенную голову.

- Увах!

Клаим отшатнулся, не по-мужски пискнув. Его глаза широко раскрылись, когда он узнал Газефа.

- Это! Это же Строн…

- Тихо, - Газеф прервал Клаима на полуслове. - Тихо. Если здесь узнают, кто я, тогда хлопот не оберешься. Просто зови меня Газефом.

Хотя Воин-Капитан Газеф был известен во всем Королевстве, да и в соседних странах тоже, мало кто видел его в лицо. Многие, особенно крестьяне, представляли его в своих фантазиях под два метра ростом, несущим гигантский меч и закованным в сияющий золотой доспех.

Газеф не хотел разочаровывать их своим настоящим видом, да и излишнее внимание будет раздражать.

- Я-я прошу прощения за свою ошибку.

- Нет, ты не сделал ничего плохого, - сказал Газеф с кривой усмешкой, прерывая извинения Клаима. - Хотя должен сказать, что тебе нужно быть более внимательным, ведь ты позволил подкрасться к себе человеку в полной броне.

- Да что ты говоришь, Газеф? Быть расслабленным не так уж плохо. Ты уж сильно не обижайся.

- Тогда, Брэйн, как ты узнал меня, находясь на таком расстоянии?

- Разве это не очевидно? Было странное присутствие в воздухе.

Газеф заметил, что Клаим смотрел на Брэйна взглядом, полным удивления, и пояснил:

- Клаим, как личный страж принцессы Реннер, тебе необходимо чувствовать подобное присутствие. Если ты пропустишь скрытого убийцу, то не выполнишь своих обязанностей.

- Ах, вот как. Я было удивился, зачем ты так подкрался к Клаиму. Клаим, если не ошибаюсь, у тебя есть собственный стиль боя? Включает ли он определение наличия посторонних?

- Ах, нет, это не так. Я сосредоточился только на боевых приемах. Прошу прощения.

- Я не ругаю тебя. Я просто хотел убедиться. Честно говоря, я сам был таким в прошлом. Легко забыть о практике навыков восприятия, когда тренируешься в одиночку. Это опасная привычка, ведь невозможно натренироваться чувствовать других людей, если ты один.

Газеф слегка покраснел; выражение его лица умоляло: «Ты не должен говорить ему это здесь». Как Воин-Капитан, он должен был заниматься обучением молодых воинов, и ему стало стыдно оттого, что он не смог справиться с этой задачей.

Газеф знал, что Клаим был таким же простолюдином, как и он сам, поэтому понимал, что Клаиму важно не показывать свои слабости перед дворянами. Газеф опасался, что если он начнет тренировать Клаима и будет побеждать его в спаррингах, то знать начнет шептаться, что Клаим недостоин защищать принцессу. В свою очередь, если бы Газеф поддался, то шепотки пошли бы уже в его сторону. Поэтому Газеф предпочел служить королю и сейчас стыдился, что отвернулся от этого молодого мечника

«Нет я не должен стыдиться. Если у меня будет время, я…»

- Ты правильно говоришь, Брэйн, и раз ты показал мне слабости Клаима, то я сделаю все возможное, чтобы выбить их из него.

- Спасибо вам, господин Газеф.

- Не нужно формальностей. Ты служишь королевской семье, как и я, и это делает тебя моим подчиненным. Тем не менее я не обучал тебя, а передал эту работу другому, так что нет необходимости благодарить меня.

Чем больше Клаим благодарил его, тем более виноватым он себя чувствовал.

- Какая же, должно быть, головная боль – находиться одной ногой в обществе знати: когда тебя используют ради какой-нибудь фигни и не дают делать, что хочется.

- Кто бы говорил. Сам теперь в таком же положении, ведь вместе с Клаимом защищаешь принцессу Реннер и постоянно крутишься во дворце.

- Я не такой безвольный, чтобы выполнять каждую их прихоть. Независимо, холуй я принцессы или нет... Извините. Я не должен был говорить такое. Но для меня охрана принцессы - временная работа. Однажды мне надоест это, и я двинусь дальше.

Брэйн улыбнулся со свежим и ясным, как осеннее небо, выражением лица. От сокрушенного и промокшего под дождем человека, которого Газеф встретил в столице, ничего не осталось. Газеф позавидовал спокойствию и свободе духа Брэйна.

- Слушай, Газеф, а общение с нами не отрывает тебя от дел?

- Ну, вообще-то я был занят. Я просто хочу сделать перерыв... скажите, вы двое свободны?

Брэйн и Клаим переглянулись в ответ на вопрос Газефа.

- Свободен...

- Полагаю, что да. В общем, мне мало что нужно сделать, просто подготовить снаряжение.

- Тогда, надеюсь, вы... – Газеф прервался и посмотрел на одну из сторожевых башен на городских стенах, затем спросил: - Хотите взобраться?

Никто не отказался, и Газеф повел Брэйна и Клаима на сторожевую башню.

Самые высокие точки Э-Рантэла находились на внешних стенах, а именно - на башнях. С них открывался великолепный вид на город и его окрестности. Горячий воздух, нагретый суматохой внизу, не достигал площадки башни, к тому же наверху дул прохладный мягкий ветерок.

Клаим не смог сдержать своего восторга и воскликнул:

- Какой шикарный вид!

- Это Равнины Каз, верно?

- Верно. Они окутаны туманом круглый год, и там бродит нежить. И на несколько

дней это место станет нашим полем боя.

После ответа Газеф сделал глубокий вдох. Свежий воздух наполнил его легкие, и он надеялся с выдохом устранить неприятные мысли об Айнз Оал Гоуне.

- Великолепный вид. Ради этого стоило стать подчиненным принцессы. И такое великолепие все время видят маги, использующие заклинание полета? Не удивительно, что среди них так много сумасшедших.

- Думаешь, увидев необъятный мир, их мировоззрение как-то изменилось?

- Сомневаюсь. Почему бы тебе не принести сюда несколько дворян и посмотреть, как это сработает на них? Если их настрой не изменится, мы сбросим их со стены. Это сработает в любом случае.

Газеф криво улыбнулся шутке Брэйна. Если бы людей можно было изменить таким способом, он тащил бы их сюда в цепях, если нужно.

Клаим попытался немного поднять настроение Газефу:

- Да... прийти сюда с вами было правильным решением. Сейчас мне уже намного легче.

- Что ж, это приятно слышать.

- Зачем ты позвал нас сюда? Здесь нас никто не увидит… только не говори мне, что собрал здесь трех богатырей, чтобы просто посмотреть пейзажи. Ты желаешь кому-то смерти? Полагаю, я не смогу защитить принцессу и, возможно, не смогу обучить Клаима военному делу… но тем не менее я у тебя в долгу, Газеф, и сделаю любое грязное дело, о чем бы ты ни попросил.

Брэйн не шутил; его взгляд был серьезным. Газеф возразил с возмущением:

- Ничего подобного, Брэйн. Я не желаю, чтобы ты делал подобное.

- Ты ведь знаешь, что мои руки не совсем чисты, верно?

- Конечно это не так. Брэйн, твой меч купался в крови. Однако так же было и с моим.

- В твоем случае это была кровь врагов Королевства, верно? Я же проливал кровь по собственному желанию, такую же как твою.

- Ты пытаешься искупить свои грехи?

- Нет, ничего подобного. Я делал все возможное, чтобы победить тебя, и посвятил этому свою жизнь. Но даже разочаровавшись в этой цели, я не чувствую вины за содеянное. Но ты был добр ко мне, и я хочу просто вернуть должок. Это все. Так что не думай об этом слишком много.

- Тогда моя просьба будет заключаться в том, чтобы ты больше не совершал грязных поступков. Кроме того, что ты подразумевал под «добр ко мне»? Это когда мы встретились в столице?

Брэйн ответил с горькой усмешкой:

- Не волнуйся об этом. Я просто чувствовал, что ты помогаешь мне.

- Чем больше ты говоришь мне не беспокоиться, тем больше в конечном итоге я беспокоюсь... - Газеф почувствовал в словах Брэйна твердый отказ и решил сменить тему: - Кстати говоря, я пригласил вас сюда без особой причины.

- Правда?

Клаим ответил, но Брэйн лишь приподнял бровь.

- Я просто подумал, было бы хорошо поговорить втроем, пока есть свободное время. А это единственное место, где я могу говорить не опасаясь, что другие подумают обо мне. Если бы мы были в столице, то могли бы даже немного выпить.

- Что, правда? Я думал, у тебя для меня секретные приказы...

- Нет, это не так. Как бы это сказать...

«Мы можем умереть в любой момент на поле боя, и это, может быть, последний раз, когда мы видим друг друга.»

Но Газеф не мог произнести это вслух.

- Не бери в голову. Слушай, Клаим, твой доспех слишком выделяется. Лучше перекрасить его в другой цвет, иначе ты можешь стать одной из главных мишеней.

Клаим тихо отказал с железной решимостью:

- Извините, господин Строноф, боюсь, я не могу этого сделать. Я должен носить эту выделяющуюся броню, чтобы, достигнув успехов на поле боя, заставить дворян уважать принцессу Реннер. К тому же многие дворяне, которых я знаю, носят белые доспехи. Если я изменю цвет из-за страха смерти, то стану для них посмешищем, а это плохо отразится на репутации принцессы. Поэтому я лучше смело встречу судьбу, чем подведу свою госпожу.

- Принцесса Реннер не хочет, чтобы ты погиб. Не путай храбрость и безрассудство. Перенеси небольшие трудности в настоящем ради лучшего будущего.

Газеф подготовил все эти фразы заранее, но ни одна из них не убедила горячего юношу.

Все было так, как и сказал Клаим: его броня - это знамя принцессы Реннер; его подвиги могут улучшить ее положение, и наоборот, его позор запятнает ее репутацию.

Принцесса Реннер спасла Клаима, и он в буквальном смысле считал, что его жизнь принадлежит ей. Газеф никак не мог поколебать это убеждение, которое было так похоже на его верность королю, поэтому…

- Ради принцессы Реннер я с радостью расстанусь с жизнью.

Газеф понятия не имел, как реагировать на эти слова.

- Ой. Ой. Ой. Почему ты говоришь это так, как будто собираешься умереть в любой момент? Не волнуйся, Газеф, я присмотрю за Клаимом. Я не позволю ему наделать глупостей. Независимо от того, в какую передрягу он попадет, я вытащу его оттуда.

- Если бы дело было только в Четырех Рыцарях Империи, тогда не было бы сомнений, что вы сможете их победить. Однако... против этого человека, Айнз Оал Гоуна... боюсь, даже ты, Брэйн, расстанешься со своей жизнью.

- Этот Айнз Оал Гоун действительно настолько силен? Ах, я вспомнил, ты упоминал о нем тогда у тебя.

После вторжения демонов Газеф и Брэйн за вином поговорили о их жизни после турнира. И тогда всплыло имя Айнза.

- Я могу с уверенностью сказать, что ни один имперский рыцарь не сможет победить тебя. Любой уровня Четырех Рыцарей тебе не ровня. Даже если самый могущественный имперский магический заклинатель, Флюдер Парадин, выйдет на поле боя, ты, возможно, сможешь спастись, если удача будет на твоей стороне. Но против Айнз Оал Гоуна... Брэйн, прости, но твоя жизнь прервется там.

- Я понял, что он сильный, да. Но насколько он силен на самом деле?

- Все, что я могу сказать, Брэйн, что он за пределами твоего воображения. Представь себе все, что можешь представить, и увеличь это в несколько раз.

- Ну, если он настолько силен... интересно, сможет ли он выстоять против господина Себаса?

- Себас? Это старик, о котором говорил Клаим? Несмотря на то, что тот старый джентльмен, похоже, удивительно силен, я все же чувствую, что уважаемый Гоун сильнее него.

- Мне трудно в это поверить. Я, честно, не могу представить, что есть кто-то сильнее, чем господин Себас... но что еще более важно, почему ты говоришь о враге с таким уважением?

- Он достойный враг. Хотя сказать такое королю будет затруднительно, учитывая личность, о которой я говорю.

Брэйн пожал плечами.

- Ну что ж, Газеф, раз ты так говоришь, я верю тебе. Хотя, как по мне, я справлюсь с чем угодно. Но вот Клаим… Какая ж принцесса пустоголовая, хоть и добра к нему, на его счастье.

Такие слова хорошо подходили Брэйну. Однако они не пришлись по вкусу ни Газефу, ни Клаиму. Впрочем, оба прекрасно понимали, что изменить отношение Брэйна к королевской семье не так просто. Как верный слуга короля, Газеф, конечно, мог упрекнуть его и сделал бы это, если бы здесь был кто-нибудь

еще, но, поскольку кроме них троих здесь никого не было, он решил отнестись к этому, как простой воин.

- Правда, что принцесса Реннер слишком… свободна... ну, да ладно. Я понимаю. Раз, Клаим, не хочешь перекрасить броню, тогда, пожалуйста, береги себя.

- Я очень благодарен за заботу, однако принцесса Реннер говорила мне, что я должен заслужить эти доспехи, поэтому, хоть я и сожалею, что не могу исполнить ваше желание, я не изменю своего мнения.

- Что ж, да будет так.

Газеф поднял голову; он увидел голубое небо и редкие полупрозрачные облака, ощутил дуновение легкого ветерка – ничто не предвещало надвигающуюся бойню. Газеф понимал, что именно бойню, а не битву. Его сердце начало наполняться тяжестью. Чтобы избавиться от неприятных ощущений, он снова сменил тему:

- Кстати, о чем вы тогда говорили?

Брэйн и Клаим переглянулись, затем Брэйн ответил:

- Ну, Локмейр показывал нам окрестности. А вообще, у меня возникла идея навестить спасителя столицы, авантюриста адамантового ранга. Я слышал, что он как раз обосновался где-то в этом городе. Клаим увязался за мной. А что, у нас есть свободное время, и я решил провести его с пользой.

- Ох, Момон, я прав?

- Точно, это он. Я видел его мельком в столице. Слышал, что его называли самым могущественным воином, - после этих слов Брэйн стал серьезнее. - Поэтому я хотел обсудить с ним некоторые вещи.

- Обсудить?

Газеф с любопытством посмотрел на Брэйна.

- Того вампира. Шалти Бладфолен.

Шалти Бладфолен. Всемогущий вампир, который сломил дух Брэйна Унгласа, равного Газефу. Она была чудовищем, которого человечеству не победить, и она появилась в столице.

Брэйн подумал, что она может быть как-то связана с Ялдабаофом, но…

- Ты знаешь, здесь был еще один вампир, Хенупенко. Его победил Момон с помощью уникального магического предмета. Огромная часть леса была уничтожена в результате мощного взрыва, а когда Момон вернулся, на его доспехах были вмятины и трещины, свидетельствующие о великом сражении.

Газеф слышал многое от мэра.

- Ах, да, я тоже слышал об этом. Вот почему я хотел поговорить с ним. Для начала, на мой взгляд, Шалти Бладфолен - существо, которое даже авантюрист адамантового ранга не сможет победить. Не то чтобы я подозревал его, но я хотел бы спросить, как он нанес смертельный удар. Мне также интересен и сам Хенупенко.

- Ты имеешь в виду, что они могут быть похожи?

- Правильно, Клаим. Из того, что я слышал, Момон гонится за двумя вампирами. Я хотел бы подтвердить, что это Хенупенко и Шалти.

- Вы поговорили с ним?

- К сожалению, его не оказалось в городе. Он был на задании. И я понятия не имею, когда он вернется.

- Жаль, что у меня не было возможности поговорить с господином Момоном. Я хотел бы поблагодарить его за спасение столицы.

- Вот как? Так почему бы после окончания этой войны нам не пойти вместе? Будем надеяться, что нам повезет застать его в городе. Клаим, пойдешь с нами?

- С удовольствием.

- Великолепно. Ну, похоже, я буду с нетерпением ждать окончания этой войны. Воин адамантового ранга. Держу пари, я смогу многому научиться.

- Действительно. Мы наверняка что-нибудь узнаем. С какими врагами он

Боролся… я с нетерпением жду рассказов о его подвигах!

- Это так неожиданно. Господин Газеф, вам нравятся такие рассказы?

- Ах, да. Ведь я воин - вполне естественно, что мне интересно такое… Вернись целым и невредимым, Клаим, - Газеф обратил свой взор в сторону Равнин Каз. - Есть таверна в столице с отличной едой. Как только война закончится, мы пойдем праздновать туда. Деньги я копил как раз для такого момента.

- Будем надеяться, что мы пойдем туда, чтобы праздновать победу.

Брэйн подошел к Газефу и посмотрел в ту же сторону.

- Эм... могу я тоже пойти?

- Клаим, ты можешь пить?

Хотя законы Королевства не устанавливали минимальный возраст для распития спиртного, никто не будет продавать алкоголь пятнадцатилетнему подростку.

- Нет, я не… я не уверен.

- Ну, тогда ты должен немного выпить и посмотреть, что из этого выйдет. Может, уже наступило время, когда можно пить с другими.

- Действительно. Первый раз лучше выпить до походов на такие мероприятия.

- Понимаю! Я так и сделаю и надеюсь, что вы позволите мне сопровождать вас.

- Хорошо! В таком случае нам троим нужно обязательно вернуться. Не потеряйте свои жизни без уважительной причины!

Брэйн и Клаим кивнули в ответ на слова Газефа.

Часть 4

Темно-красное пространство. Бесплодная пустошь, лишенная почти всей растительности. Окровавленная земля смерти.

Равнины Каз - место, где блуждает нежить и прочие монстры, место, которого боятся из-за его враждебности к любой жизни.

Но вот самой опасной вещью в этом месте была легкая дымка, окутывающая равнину монстров вне зависимости от времени суток. Этот туман содержит слабо ощутимые энергетические следы, которые можно принять за нежить. Сама по себе эта мгла на живых существ никоим образом не влияет: энергию она не поглощает, физически не вредит. Однако из-за энергетических следов многие заклинания обнаружения нежити дают ложную информацию, из-за чего множество горе-путешественников попали прямо в лапы нежити, ждущей в засаде.

Однако сейчас тумана не было. Видимость была отличной на много километров вперед. Будто земля приветствовала бойцов грядущей войны как свой ужин.

Нежить исчезла вместе с туманом. Здесь не было никаких существ. Стояла гробовая тишина. Только обломки башен, построенных сотни лет назад, торчали из земли словно рассеянные надгробия.

Изначально башни были в шесть этажей, но теперь верхние этажи были разрушены и валялись на земле, как груда мусора. Их развалили не ветер или дождь, а сражения монстров.

Равнины Каз состояли не только из этих проклятых земель: были участки, наполненные жизнью, покрытые зеленой травой. Тем больше выделялась эта территория. Линия между травой и бесплодной землей со стороны выглядела как граница между жизнью и смертью.

Солнце освещало эту землю, башни и одно массивное строение из толстых бревен, которых нельзя найти на этой равнине. Стены этого строения казались неприступными; они были окольцованы глубоким рвом, усеянным острыми кольями, видимо, для предотвращения атак неразумной нежити. На стенах этого строения развевались флаги. Это был форт Империи Багарут на Равнинах Каз.

Он был построен на довольно высоком холме, так что его очень трудно взять приступом. Поражали его размеры: он с легкостью вместил шестьдесят тысяч имперских рыцарей, мобилизованных для этой войны. На его постройку ушло несколько лет, и понадобились усилия множества строителей и магов. Но результат того стоил: этот форт мог выдержать месяцы и даже годы осады стотысячной армии. Собственно, его построили как опорную базу для вторжения в Королевство и для противодействия его огромной армии.

Королевство никак не ответило на постройку этого укрепления. Но не потому, что такое строительство было не замечено, а ввиду отсутствия ресурсов и сил для атаки форта. Конечно, противоборствующие фракции объединялись, чтобы дать отпор Империи, но каждая фракция и отдельные дворяне в первую очередь заботились о том, чтобы не понести убытки, поэтому никто не предпринимал никаких действий, пока не было фактической угрозы их жизням. Они рассудили, что вторжение Империи и ввод войск – это опасно, поэтому надо что-то предпринять, а постройка форта не угрожает безопасности, соответственно, не стоит суетиться.

Три грифона парили в небе над тем огромным фортом. Они сделали круг и начали постепенно снижаться. Каждый рыцарь знал, что так приветствуют Имперскую Небесную Гвардию - солдат под непосредственным командованием императора.

На земле Гвардию приветствовали двенадцать рыцарей: они построились, образовав кольцо; каждый держал знамя. Церемония приветствия также была призвана проверить навыки наездников, ведь приземлиться на грифоне в конкретно заданную точку - непростая задача. Но гвардейцы прекрасно справились с этим, подтвердив в очередной раз свою квалификацию.

Знаменосцы, удивившись, переглянулись, хоть им и было предписано по уставу сохранять серьезность во время торжественных встреч. Причиной удивления был мужчина, который резко выделялся на фоне остальных прибывших.

Он носил броню из чистого адаманта, зачарованную сильной магией. Когда он снял шлем, показалось его красивое лицо, на котором можно было увидеть твердую решимость; он плотно сжимал губы, что выделяло скулы. Его белокурые волосы колыхались на ветру, а глаза были такими же голубыми, как чистое небо. Картина идеального рыцаря.

Абсолютно все знали, кто он такой. Это один из Четырех Рыцарей Империи, «Жестокий» Нимбл Арк Дейл Анок.

Величавым голосом, который соответствовал его образу, Нимбл обратился к одному из рыцарей:

- Я ищу вашего командующего, генерала Второго Легиона, Кабейна. Ты знаешь, где он?

- Сэр! Генерал Кабейн сейчас на совещании по поводу плана наступления на Королевство. Я сопровожу господина Анока до генеральского претория.

- Ясно. Тогда... Король-Заклинатель Гоун еще не прибыл?

- Сэр! Нет сэр! Его Величество Король-Заклинатель не был замечен здесь.

- Понятно.

«Хорошо, что я прибыл раньше него», - Нимбл вздохнул с облегчением.

- В таком случае отведите меня к генералу. Я должен задать ему несколько вопросов.

Нимбл медленным движением положил в нагрудный карман то, что держал в руке.

♦ ♦ ♦

Нимбла проводили в роскошный шатер, где он прождал почти час в компании многочисленных охранников, пока генерал не вернулся.

Он был мужчиной средних лет с абсолютно белыми волосами, а вокруг него создавалась доброжелательная атмосфера.

Хотя он и был закован в броню, как и все другие рыцари, впечатление, производимое им, было совсем другим. Можно сказать, что он выглядел как дворянин, а не солдат.

- Добро пожаловать, Нимбл.

Улыбка делала его еще более похожим на дворянина, чем на рыцаря. А его мягкий голос был слишком неуместен в столь мрачном месте.

Натель Иньем Дейл Кабейн. Дворянин, потерявший всякие шансы получить титул пэра. Однако прошлый император заметил его и назначил командовать Вторым Легионом имперской армии. Натель не проявлял доблесть в сражениях и не был военным человеком, однако обладал высоким интеллектом, что и позволило ему блестяще справиться с должностью. Ходили слухи, что он не проиграл ни одной битвы. И хоть правду знал только он сам, он поднимал боевой дух армии одним своим присутствием. Его уважали абсолютно все.

- Я искренне благодарю вас, что вы уделили мне время. Я знаю, как сильно вы заняты на посту главнокомандующего в этой экспедиции.

Имперская армия была разделена на восемь легионов. Командующим со второго по восьмой присваивалось звание генерала. Командующему Первого Легиона присваивалось звание фельдмаршала, и он являлся главнокомандующим всей имперской армией. В отсутствие фельдмаршала главнокомандующим назначался генерал Второго Легиона, в его отсутствие – Третьего Легиона и так далее. Таким образом, в данный момент Кабейн руководил всей имперской армией.

- Нет, нет, Нимбл. Покончим с формальностями. Ты здесь по приказу Его Величества, верно? Ты не под моим командованием, поэтому говори со мной, как с равным.

Нимбл горько улыбнулся.

Четверка Рыцарей - сильнейшие бойцы Империи, на которых император часто возлагает свои надежды. По власти они могут сравниться с генералами легионов, но с точки зрения опыта и уважения – нет. На войне солдаты пойдут за генералом, а не за Четверкой.

Кабейн улыбнулся, как будто наслаждался тревогой на лице Нимбла.

- Меня смущает, что один из Четырех Рыцарей, могучих воинов Империи, должен настолько жестко соблюдать формальности в общении с таким стариком, как я. Как насчет обычного обращения по званию?

- Ясно, генерал Кабейн.

Генерал Кабейн кивнул, показывая свое одобрение.

- Ты выбрал хорошее время, чтобы прийти: туман рассеялся, будто земля приветствует тебя.

- Хорошее время не для меня, а для той трагедии, что вот-вот должна случиться. Я с содроганием представляю предстоящий бой.

- Трагедия, хм... Ну, тогда, Нимбл, можешь ли ты сказать, какую цель преследует эта война? До сих пор нашей целью было ослабление Королевства, поэтому мы никогда не захватывали территории, но на этот раз все по-другому. Нам нужно взять Э-Рантэл, и для этого необходимо победить в этом бою, - взгляд Кабейна посуровел после этих слов. - Мы столкнемся с самой большой армией Королевства за все время. Хотя наши рыцари сильнее, чем их призывники, но этих призывников намного больше. Открытое столкновение приведет к многочисленным жертвам. И все это ради захвата Э-Рантэла, который мы должны будем немедленно отдать Королю-Заклинателю. О чем вообще думает Его Величество?

- Я надеялся поговорить с вами с глазу на глаз.

Старый генерал кивнул, и его подчиненные поклонились и вышли.

- Благодарю вас.

- Не стоит тратить время попусту. Теперь вы можете ответить мне?

- Да. Меня затем и отправили, чтобы сообщить главнокомандующему цель этого «мероприятия», - Нимбл сел поудобнее. - Целью этой войны является построение хороших отношений с Королем-Заклинателем, Айнз Оал Гоуном. Таким образом, мы должны получить Э-Рантэл любой ценой. А затем отказаться от него бесплатно в пользу Айнз Оал Гоуна в целях укрепления связей между обеими сторонами.

- И поэтому мы заставим истекать кровью рыцарей, которые стоят на защите нашей Империи, подвергнув тем самым опасности нашу страну, и вдобавок просто отдадим Э-Рантэл? Этот Король-Заклинатель действительно стоит этого?

- Да.

Кабейн прижал руку к груди и закрыл глаза. Затем он ответил:

- Я понимаю. Если это желание Его Величества, тогда я все сделаю.

- Выражаю вам свою глубочайшую признательность.

- Нет нужды в благодарности... Показать силу Королю-Заклинателю… это надо постараться.

- Говоря об этом, у меня есть просьба, - это было основной целью его прихода сюда. - Мы предложим Королю-Заклинателю использовать заклинание в начале атаки. Я прошу вас с рыцарями не атаковать после этого заклинания.

- И что это значит? Мы не будем покупать его уважение ценой нашей крови?

- Дело в другом. Мы узнаем, насколько силен Король-Заклинатель и насколько мощное он может использовать заклинание. Его Величество попросил понять, какого сорта его магия.

- Так Король-Заклинатель... наш враг?

- Похоже, вы поняли. Король-Заклинатель - Айнз Оал Гоун - враг Империи.

- В таком случае я не буду ему мешать и прикажу нашим магам проанализировать его заклинание. Но что за магия это будет? Надеюсь, не простой «Огненный Шар»?

- Посмотрим. Мы должны выяснить, на что он способен. Однако мы предполагаем, что его магия намного сильнее, чем у господина Парадина.

На мгновение у Кабейна округлились глаза.

- Понятно, понятно. Хотя мне трудно поверить, что кто-то может быть сильнее могущественнейшего мага Империи, но, если он действительно обладает такой силой, тогда я понимаю, почему Его Величество хочет построить с ним хорошие отношения, - Нимбл молчал. - Убийство нескольких сотен одним махом создаст отличный шанс для проникающей атаки. С такой силой на нашей стороне мы понесем меньше потерь.

«Если бы это было все», - думал Нимбл.

После разговора со своими коллегами, «Мощным Взрывом» и «Молнией», он понял, что сила Айнза превосходит воображение обычного смертного. Он, возможно, может использовать заклинание, способное убить тысячи или даже десятки тысяч солдат, если они будут плотно стоять друг к другу. Хотя Нимблу показалось странным, что мнения его коллег полностью совпадали, он понимал, что это, скорее всего, правда. Также он понимал, что, как и сказал Кабейн, смерть рыцарей ослабит Империю, но в данном случае надеялся или, скорее, хотел верить в силу Айнза, чтобы тот своей магией уменьшил количество жертв со стороны имперской армии.

- Ах, да, генерал. Есть еще кое-что, о чем я хочу вас попросить. Айнз Оал Гоун приведет свои войска. Я надеюсь, что вы позволите им сопровождать вас.

- Понятно. Сколько у него тысяч человек?

- Об этом…

- Простите, что прерываю ваш разговор, господин Кабейн и господин Нимбл!

Снаружи послышались крики. Кабейн виновато посмотрел на Нимбла, прежде чем заговорить с человеком на улице.

- Войдите.

Вошедший человек был старшим рыцарем.

- Что происходит? Это чрезвычайная ситуация?

- Сэр! К главным воротам прибыла карета с развевающимся флагом Короля-Заклинателя. Они просят впустить их. Вы дадите на это разрешение?

Взгляд рыцаря метался между Кабейном и Нимблом. Кабейн утвердительно кивнул и ответил:

- Понятно, впустите их.

- Сэр! Тогда… нам провести осмотр кареты?

Часовые форта были обязаны проверять с помощью магии любого, кто хочет попасть в форт. Проверка проводилась на предмет выявления злоумышленников, скрывающихся под иллюзией. Конечно, далеко не все страны могли себе позволить использовать магию для подобных целей, но Империя особенно гордилась своими достижениями в области исследования магии, и внедрила такие процедуры повсеместно на своей территории. Помимо обычных проверок магия использовалась также для информационной защиты, ведь утечка передовых технологий может нанести серьезный ущерб Империи. Особенно важно было защитить именно этот форт, в котором использовались почти все доступные магические технологии, поэтому его защите уделялось особое внимание, и даже если бы сам император приехал сюда, то его бы тоже тщательно обыскали. Стоит ли говорить про гостей из союзных стран? Однако практика показывает, что бывают разные случаи…

Кабейн снова посмотрел на Нимбла. В сердце Нимбла бушевала буря сомнений, но он не мог подвести императора и с горькой улыбкой сказал:

- Генерал Кабейн, мои извинения, но они являются чрезвычайно важными гостями Империи. Впустите их без досмотра.

- Есть!

Аура доброжелательности, исходящая от Кабейна, исчезла вмиг; его лицо будто окаменело. Безусловно, что нарушение правил не могло не отразиться на его настроении, но дело не только в этом: он был вынужден допустить, чтобы его подчиненным приказывал кто-то другой, а не он сам. Такое вряд ли кому понравится, кем он ни был. Тем не менее ему пришлось смириться:

- Если это приказ императора, мы должны повиноваться. В конце концов, Империя и все в ней находится под командованием Его Величества.

- Я очень рад, что вы понимаете, Генерал.

Нимбл прекрасно понимал состояние генерала, но ничего не мог поделать. Ему не давала покоя одна вещь, которая лежала у него в нагрудном кармане. Это был императорский указ, гласящий, что носитель оного уполномочен использовать всю власть императора. Таким образом, Нимбл мог самолично решать судьбу армии и генерала в частности. Однако он не хотел рушить сложившиеся хорошие взаимоотношения с Кабейном, которого очень уважал, поэтому предпочел держать этот документ в секрете.

- Тогда нам стоит пойти встретить этого Короля-Заклинателя. Раз император оказывает ему всяческое содействие, он, должно быть, находится на уровне великих героев.

Нимбл не хотел идти. После разговора со своими коллегами рыцарями он вообще не хотел даже знать о его существовании, но выбора не было, и ему пришлось идти с генералом.

- Конечно, генерал. Разрешите прогуляться с вами.

За воротами форта стоял великолепный экипаж, о прибытии которого ранее объявили рыцари. Поражало то, что каретой не управлял кучер и ее тянули не обычные лошади, а один монстр, похожий на лошадь с чешуей.

Нимбл окинул взглядом присутствующих и скомандовал:

- Построиться! Для встречи слева, на кра-УЛ!

Однако никто не спешил выполнять приказ. Нимбл мог понять недоумение рыцарей. Конечно, построить почетный караул в честь прибытия высокопоставленного гостя – это обычная процедура, но такое торжественное приветствие следовало осуществить на площади в городе, а никак не на военной базе. К тому же караул не был призван обеспечить безопасность гостя, и приветствовать кого бы то ни было фактически на поле боя – довольно авантюрное занятие, хотя в человеческих государствах было не принято устраивать диверсии во время подобных процедур. Все это Нимбл понимал, но это не повод не исполнять приказы.

- Я сказал, на кра-УЛ! Поднять флаг! - Нимбл повторил приказ стальным голосом.

Кабейн вздохнул и подтвердил:

- Вы слышали его. Выполняйте.

Слова Кабейна успокоили солдат: раз приказывает их непосредственный командир, то не стоит думать – надо просто выполнять.

Нимбл с благодарностью взглянул на Кабейна и заметил на его лице страдальческое выражение. Казалось, будто он говорил: «Возможно, вам трудно, но мне еще труднее».

Пока шло построение почетного караула, Нимбл осмотрел карету.

Потрясающе красивая карета. Она была иссиня-черного цвета, как ночное небо, с золотым обрамлением. Весь корпус был украшен великолепной резьбой и драгоценными камнями. В общем, она больше походила не на карету, а на гигантский сундук с сокровищами.

Нимблу случалось ездить в карете императора, и сейчас он был уверен, что в сравнении с этой, императорская выглядел как телега, груженая сеном

Не менее удивительным было и существо, впряженное в нее. Этого монстра можно принять издалека за обычную лошадь, но у него была чешуя по всему телу, что делало его похожим скорее на рептилию. Острые зубы, мускулистое тело и низкое фырканье вселяли страх. Казалось, лишь сама смерть может ездить на нем.

Всех охватило острое чувство тревоги. Нимбл и сам начал учащенно дышать; он почувствовал выступающий на ладонях и спине пот. Зверь был страшен.

Двери кареты открылись. Вышла девочка, темная эльфийка.

Все впали в ступор. Никто не мог говорить. Все взгляды неудержимо тянулись к ней.

Девочка, держащая витой черный посох, была прелестна. Когда она повзрослеет, конечно же, разобьет много сердец. Ради ее красоты мужчины пойдут на все. Ее скромное поведение было подобно цветку, распускающемуся под лунным светом. Однако у нее на руках были одеты вещи, которые не сочетались с ее возможным будущим.

Это были перчатки.

Левая перчатка выглядела зловеще: она напоминала руку демона. Она была сделана из какого-то черного металла и как будто переплетена терном. Кончики остры; ее окружало странное мутное синеватое сияние, похожее чем-то на туман. Один взгляд на нее вселял ужас.

В отличие от левой правая перчатка была белого цвета, и казалось, что она принадлежит чистой, непорочной деве. На ней была золотая вышивка, что подчеркивало ее красоту. Она привлекала взгляды, как мед привлекает пчел. Смотрящие чувствовали, что могут отдать свои души, лишь бы смотреть вечно на эту красоту мирового уровня.

- А-ах, Владыка Айнз, я думаю, мы уже приехали.

- Спасибо, Мар.

С этими словами появилась другая фигура.

В этот момент воздух стал тяжелым и мрачным. Тела всех людей вдруг покрылись мурашками. Это не враждебность… это ощущение трудно описать.

Айнз Оал Гоун. Он был одет в черную, как смоль, робу поверх которой носил такую же черную мантию. В руках он держал посох, к всеобщему удивлению, без украшений. На шее висел серебряный амулет с драгоценными камнями, а лицо закрывала странная маска. Всем свои видом он походил на мистического заклинателя.

- Мы приветствуем вас и вашу свиту. Добро пожаловать, Ваше Превосходительство Король-Заклинатель Айнз Оал Гоун.

Нимбл склонил голову. Однако он не услышал, чтобы кто-нибудь последовал его примеру. Зная, что это грубо, он все же повернулся и посмотрел на остальных: все, включая генерала, застыли на месте и не шевелились, потому что были ошеломлены внешним видом Айнза. Нимбл в очередной раз подумал, что понимает их удивление, но это уже выходило за рамки.

«Если так продолжится, то все может закончиться плохо.»

Положение спас очнувшийся Кабейн. Голосом, не соответствующим его дворянскому происхождению, но подходящим званию генерала, он скомандовал:

- Отдать честь Его Превосходительству Королю-Заклинателю!

- Сэр!

Рыцари хором ответили и как один салютовали Айнзу.

- Благодарю вас за прием. Вы, рыцари, гордость Империи.

Это был обычный ответ на приветствие, но из уст Айнз Оал Гоуна он звучал зловеще. Казалось, что нечто неживое и отвратительное пыталось соответствовать человеческому образу. Нимбл ощутил это быстрее остальных.

- Пожалуйста, поднимите свои головы, - на эти слова никто не отреагировал. - Вы что, не можете поднять головы?

Со второго раза рыцари выполнили просьбу. В конце концов, дожидаться, пока попросят в третий раз, мог только император.

- Ваше Превосходительство, прошу простить неучтивость рыцарей, - лица солдат были белыми, почти как снег. - Они были так рады видеть Ваше Сиятельство, что забылись.

- Нет, это я должен извиниться. Я слишком взволнован из-за предстоящего сражения, поэтому не смог выдержать подобающий тон. Я надеюсь, вы понимаете, что я никого из вас не виню.

Айнз сбросил плащ с плеч. Черная ткань затрепетала на ветру и через мгновение исчезла – и вместе с плащом исчезла гнетущая аура. Больше не ощущалось присутствие нечисти – только обычного человека.

И это было страшно. По крайней мере, Нимблу было не по себе от такой перемены. Он слышал о чудовищной природе Айнза от своих товарищей, но сейчас перед ним, казалось, стоял обычный человек. Это не давало Нимблу покоя; он чувствовал, будто хищный зверь, маскируясь, медленно приближается к нему.

За Нимблом странность ситуации стали ощущать и все остальные. Можно было увидеть расширяющиеся глаза солдат. Нимбл заметил шок на лице Кабейна и взял инициативу в свои руки:

- Пожалуйста, позвольте мне, Нимбл Арк Дейл Аноку, сопроводить вас в наш полевой лагерь.

- Хорошо. Хотя я чувствую, что доставляю вам неприятности, приму вашу помощь.

- Ясно. Это главнокомандующий экспедицией, генерал Кабейн.

- Я Кабейн, Ваше Превосходительство. Если вы будете испытывать какие-нибудь неудобства, пожалуйста, сообщите мне, и мы сразу же все исправим. Вы можете выбрать любого из присутствующих рыцарей, чтобы он мог сопровождать вас...

- В этом нет необходимости. У меня есть для этого подчиненный, - он указал на темную эльфийку. – Я сам достану все необходимое, если мне чего-то будет не хватать.

Кабейн застыл. На самом деле, он хотел назначить сопровождающих следить за Айнзом, чтобы он не натворил чего в лагере. Тем не менее он получил твердый отказ. Такой ответ мог дать только очень властный человек. Однако Кабейн не желал отступать, так как не привык к отказам, будучи генералом. Чувствуя нарастающее напряжение, Нимбл взял слово:

- Да, Ваше Превосходительство, пожалуйста, сообщите нам, если вам потребуется что-либо вообще. Генерал Кабейн, я надеюсь, вы позволите мне разобраться с этим?

- Да… конечно.

- Ах, есть кое-что, о чем я забыл упомянуть.

- В чем дело, Ваше Превосходительство?

- Я полагаю, что должен начать это сражение своим заклинанием. Но я также хотел бы, чтобы мои войска тоже участвовали в сражении. Я надеюсь, что вы разрешите это.

- О большем мы и не можем просить, - поскольку Кабейн уже обсудил это с Нимблом, он быстро согласился. Тем не менее некоторая недосказанность в самой просьбе заставила его сморщить лоб. - Однако сражение начнется через несколько дней, а возможно, уже и завтра. Откуда должны прибыть ваши силы, Ваше Превосходительство? Мы не можем ждать слишком долго...

- Это не станет проблемой. Они уже рядом.

Нимбл засомневался в этом ответе. Он посмотрел на небо, но не увидел никаких признаков приближающихся воздушно-десантных войск.

У Кабейна были такие же сомнения. У имперской армии была группа квалифицированных разведчиков, поэтому командование всегда знало о приближении посторонних лиц.

«Может быть, доклад был потерян?»

Нимбл осмотрел всех присутствующих, но не похоже, что кто-нибудь что-то знал об этом.

- Мои извинения. Неправильно говорить, что они рядом. Я просто хочу сказать, что они прибудут немедленно.

- Как?..

Нимбл хотел задать вопрос, но его опередил Кабейн:

- Насколько большое будет войско?

- Около пяти сотен.

- Пятьсот...

Кабейн не проявил эмоций, но Нимбл не смог скрыть разочарования.

- Генерал, возможно ли объединить подразделение Его Превосходительства с одним из Легионов?

Чтобы продемонстрировать свою преданность Айнзу, предполагалось пролить океаны крови имперских солдат. Также необходимо не дать развернуться Айнзу и его войскам, поэтому объединение войск – хорошее решение.

- Если их всего лишь пять сотен, то тогда нам даже не придется менять построение. Что касается комфорта Короля-Заклинателя, то мы, возможно, должны оставить это его подчиненному.

Айнз кивнул, дав тем самым свое согласие на предложение Нимбла. Нимбл вздохнул с облегчением, но когда подумал об этом спокойно, то не нашел логики в словах Айнза.

«Что пять сотен солдат вообще могут сделать? По всей видимости, это лишь декоративный эскорт.»

Однако то, что произошло дальше, не мог предвидеть никто.

Айнз произнес какое-то заклинание - со стороны казалось, что он говорил с пустотой.

- Ты меня слышишь, Шалти? Открой «Врата» там, где я стою, и затем пошли в них войска, - показалось, что глаза под маской Айнза переместились. - Хорошо. Генерал, я вызвал свое подразделение.

После этих слов пространство позади Айнза искривилось - появился черный полусферический объект.

Нимбл вспомнил о слове «Врата», упомянутом ранее.

Врата открылись, и то, что вышло из них - погрузило мир в тишину. Не было слышно ни звука, будто все превратились в статуи, даже не было слышно карканья воронья.

Пять сотен солдат явили свой облик миру. По сравнению с шестидесяти тысячной имперской армией они были немногочисленны. Однако никто не смел смотреть свысока на эти пять сотен воинов.

Солдаты, нет, чудовища ясно давали понять о своей силе.

- Это мои войска.

В воцарившейся тишине Айнз представил свои силы.

↑ «Ваше Высочество» - обращение к членам королевской семьи (принцу, принцессе и т.д.).«Ваше Величество» - обращение непосредственно к правителю (королю, императору и т.д.). ↑ (устар.) Лакей, прислужник. ↑ Команда для торжественного воинского приветствия почетным караулом или часовыми.

Интерлюдия

В небольшой, но роскошной комнате молодая девушка восседала на троне. Ее голос в соответствии с ее возрастом звучал мягко и нежно.

- Хорошо, я надеюсь на вас!

- Да, Ваше Величество!

Рыцарь, преклонивший колено, элегантно поднялся и вышел из комнаты.

Через некоторое время после того, как дверь закрылась, девушка спросила министра, стоящего рядом с ней:

- Разве это нормально?

- Да, он единственный, на кого мы можем надеяться, так что это нормально.

Выслушав холодные слова министра, девушка вдруг изменилась в лице. Теперь она стала похожей на очень сильно уставшего человека: она прикрыла глаза рукой, сморщила лоб, опустила плечи и вздохнула:

- Так утомительно.

Сейчас можно было подумать, что ей не меньше сорока лет, но голос по-прежнему звучал молодо и мило.

- Вы упорно трудились.

- Да, это выматывает. Могу ли я наконец-то сменить этот наряд? - девушка потянула юбку, произнося эти слова. - Мне неудобно в этой откровенной юбке.

- Я уже повторял вам много раз, Ваше Величество.

Эта девушка - королева Драконьего Королевства, «Драконий Лорд Темной Чешуи» Дродилион Орюкирус. Несмотря на то, что она именовалась Лордом Драконом, ее боевые способности не соответствовали титулу. Но Слейновская Теократия все же причисляла ее к группе других драконьих лордов, потому что она унаследовала способности к необузданной магии.

- Пока ваш внешний вид вызывает в нем желание, он будет упорно трудиться, чтобы защитить вас и страну.

- Все люди такие похотливые, как он? Я бы чувствовала себя гораздо лучше, если бы некоторые части моего тела были больше.

Она положила обе руки на свои маленькие груди.

- Ну, та форма бесполезна...

- Не говорите так! Это моя настоящая внешность!

- Простите мою бестактность, Ваше Величество.

- Я не чувствую в вас никаких угрызений совести.

- Мне не знакомо это понятие.

Посмотрев некоторое время на холодную улыбку министра, королева отвернулась, чтобы скрыть недовольство.

- Возвращаясь к теме разговора, эта форма отлично подойдет для мужчин и не будет вызывать зависти у женщин. Также она подойдет для людей всех возрастов. Если вы хотите принять обратно ваш истинный облик, вам стоит подождать, пока ситуация в стране не стабилизируется. Или же у вас есть другие планы на этот счет?

- Моя настоящая форма...

- Но, если ситуация продолжит усугубляться, будет уже не важно, какую форму вы примете.

В комнате на некоторое время повисла гробовая тишина.

- Нынешнее вторжение зверолюдей выглядит совершенно по-другому.

- Да, теперь их цель - это полное разрушение страны, после чего они сделают здесь ферму по разведению людей.

Рядом с Драконьим Королевством находится страна зверолюдей. Зверолюди - это разумные антропоморфные животные. Достаточно лишь раз взглянуть на их лица, чтобы понять, что они людоеды.

Расы людоедов вполне привычны, ведь три из шести самых больших стран в мире видят в людях только еду. Зверолюди – одна из таких рас; они собирались использовать эту страну как источник пищи. Было известно, что зверолюди скапливали запасы еды, чтобы вторгнуться всеми силами, однако по неизвестным причинам они начали вторжение до того, как выполнили свой план, и захватили уже три города. Они устраивают ужасающие пиршества, вид которых отвратителен даже королеве.

Встретившись с этим неотступным врагом, люди объединились, чтобы победить. Но разница между людьми и зверолюдьми слишком велика. Хоть люди и их противники очень похожи, зверочеловек сильнее обычного человека в десять раз. Если для наглядности использовать рейтинг силы, то человеку третьего уровня соответствует тридцатиуровневый зверочеловек. Впрочем, стоит отметить, что такие сильные зверолюди попадались крайне редко, что позволило обычным людям существовать.

- Даже если мы можем сражаться с противником при помощи адамантовых приключенцев, количество противников очень велико - мы не можем остановить множество племен, что атакуют нас. Следовательно, нам нужно собрать всех жителей в столице, чтобы наши враги истощались из-за отсутствия еды. Но наши запасы могут закончиться гораздо раньше...

- Какая же это головная боль, когда будущее скрыто во тьме.

- Я хочу убить их вождей. Как насчет того, чтобы собрать для этого несколько

элитных отрядов? Хотя это может быть лишним шагом в войне, но это лучше, чем ничего не делать.

- Возможно. В таком случае придется обратиться к нему?

- Да, к нему.

Они оба говорили об одном человеке - Церебрейте, по прозвищу «Яростная Вспышка», лидере единственной адамантовой команды приключенцев в Драконьем Королевстве, «Кристальной Слезы».

- Этот человек определенно педофил. Когда я разговаривала с ним, он смотрел на меня похотливо. Если он счастлив смотреть на подобные плоскости, он может с тем же успехом смотреть на стены.

- Это просто фетиш. И да, он действительно педофил.

Королева нахмурилась.

- Будем считать, что я не слышала этого... Я надеюсь, что в нашей стране есть и нормальные приключенцы адамантового ранга.

- О чем вы говорите? Пока вы в облике маленькой девочки и выглядите милой и невинной, он сделает все ради вашей защиты. Разве в данный момент он не лучший вариант для нас?

- Но когда время настанет... я должна буду удовлетворить его желания... Ах! Не смотрите на меня, как на свинью на убой!

- Это только в этот раз, Ваше Величество. Это гораздо лучше, чем если бы все горожане были бы съедены, поэтому будьте к нему снисходительны.

Королева не могла отказаться.

- Если бы у меня было больше денег, я бы наняла все группы приключенцев… Кстати говоря, что за чертовщину творит Слейновская Теократия?

- Ну, я не уверен…

- Разве мы не платили им большие суммы денег каждый год? Они давно должны быть здесь. Может, и не Черное Писание, но почему они не послали хотя бы Писание Солнечного Света?

Помощь от Слейновской Теократии не афишировалась, потому что королева должна была выглядеть всесильной главой этой страны.

- Опираться на другие страны... это немного удручает.

- Вы думаете, я действительно хочу опираться на другие страны? Это потому, что у меня не было выбора: военные расходы стали достаточно тяжелым бременем. Если расходы увеличатся, страна станет банкротом! Кроме того, даже если мы потратим деньги на армию, она не станет сильнее сразу же, это занимает

время, - Драконье Королевство тратит каждый год очень много денег на войну со зверолюдьми, но это не приносит результатов. И все же расходы уменьшаются, и можно сказать, что ситуация находится под контролем. - Если Слейновская Теократия бросила нас, как насчет обратиться за помощью к Империи? Если наша страна окажется разрушенной, не будет ли Империя следующей?

- Но есть еще Равнины Каз, поэтому Империя следующей не будет. По крайней мере, сразу же.

- Возможно. Так как зверолюди не отличаются храбростью, они не будут идти туда, где есть нежить. В таком случае они вполне могут напасть на Теократию.

- Вы говорите о храбрости, но надо учитывать, что нежить несъедобна для них. Кроме того, нет никакой выгоды от управления этим местом, разве что только для самой нежити. Да и Империя также очень занята, ведь грядет их ежегодная война.

- В этом году, кажется, они поздновато начали.

- Да, позже на полгода, и это, судя по всему, из-за некоего заклинателя. Хотите, чтобы я узнал об этом побольше?

- Что бы ни случилось в других странах, я больше обеспокоена тем, что нужно сделать, чтобы спасти нашу страну!

- Ну, Ваше Величество начала тему первой... так как насчет использования магии?

Королева покачала головой на предложение министра. Она понимала, что его представление о дикой магии поверхностное, и лишь криво улыбнулась:

- Дикая магия... я могу ее использовать лишь потому, что восьмая доля моей крови – это кровь дракона. Я не могу полностью контролировать эту силу и не знаю, что может произойти в худшем случае. Поэтому я буду использовать ее только как крайнюю меру.

- Крайняя мера... Я надеюсь, этот день никогда не настанет. Я постараюсь добиться помощи от Теократии.

- Пожалуйста, сделай так.

Министр холодно отреагировал на просьбу королевы, прозвучавшую как просьба милого невинного ребенка.

- Ваше Величество, если у вас есть еще силы, пожалуйста, напишите тридцать писем ободрения генералам, сражающимся на фронте, естественно, используя почерк ребенка.

- Принеси мне спиртного! Я не могу писать так, когда трезвая.

- Понял, вы можете пить и напиваться всем, чем захотите, но не переусердствуйте: мне нужно, чтобы вы закончили свою работу сегодня.

Затем министр оставил ее на некоторое время, а королева посмотрела на свои руки.

- Дикая магия… Магия природы...

Магия природы отличается от обычной магии: для ее использования требуются души. Необходимо принести в жертву много людей и разрушить связи их душ, чтобы использовать такую сильную магию. Королева узнала о ней от своего прадеда, Лорда Дракона. С помощью этой магии можно было породить заклинание вроде «Ультимативного Взрыва Платинового Лорда Дракона», соответствующего заклинанию, по слухам, десятого, а может, и большего уровня. Но для человека, коим являлась королева, эта магия потребует огромную плату – около миллиона душ.

Она закрыла свое лицо руками. Не имело значения, какой путь они выберут, ведь в любом случае не выйдет ничего хорошего. Осознание этого заставляло ее дрожать.

Глава 3. Другая битва

Часть 1

Барбро Андориан Лейд Райль Вайсельф с кислой миной продвигался в окружении своих войск на север, к деревне Карн. До него из Э-Рантэла доносились звуки подготовки к битве, но он не обращал на них внимания, так как был слишком занят своими мыслями.

- Дерьмо. Все из-за этого маркиза Рэйвена, - Барбро не смог сдержать проклятия.

Во время вторжения демонов его младший брат, Занак, позаимствовал людей у маркиза Рэйвена и отправился патрулировать улицы столицы наряду с обычными военнослужащими, тем самым он поднял свою репутацию и добился уважения и расположения как обычных граждан, так и знати. Люди увидели в нем человека, способного рискнуть своей жизнью ради спасения Королевства. После этих событий многие поддерживавшие Барбро перешли на сторону Занака и упрочили его позиции в качестве преемника короля.

«Бездействие во время демонического нашествия было роковой ошибкой.»

А все из-за того, что у него не было людей, с которыми он мог бы отправиться на линию фронта. Впрочем, Барбро понимал, что принял правильное решение, ведь если бы он просто так заявился на поле боя, то стал бы только обузой, к тому же существовала вероятность, что напасть могут и на дворец, и его так же надо было защищать.

«Если бы не было подчиненных маркиза Рэйвена, черта с два мой брат смог бы выйти на улицы. Я все сделал правильно, но эти дураки не видят ничего дальше своего носа. В конечном итоге все прошло по плану маркиза Рэйвена.»

- Похоже никто не понимает мотивов его действий. Они просто носились по всему городу и ни разу не вступили в бой с демонами. Если бы Занак вступил в бой, то наверняка стал бы посмешищем и в лучшем случае просто бы убежал.

Думая об этом, Барбро не мог не восхититься Рэйвеном, который так ловко все просчитал.

Помимо мыслей о вторжении, брате и Рэйвене была еще одна причина его мрачного расположения духа: он был вынужден направиться в эту захолустную деревню Карн и снова пролетел мимо боя.

«Борьбу за трон придется отложить на потом.»

В предстоящем бою с Империей Барбро хотел показать миру свое существование как первого принца Королевства, сделать себя известным наследником и забрать у брата то, что по праву принадлежит ему. Однако, вместо того чтобы стать главным действующим лицом в войне, он теперь направлялся в приграничную деревню, чтобы узнать больше об Айнз Оал Гоуне. Со стороны это могло выглядеть как бегство. И какую же славу он может после этого получить?

Вдруг по спине Барбро пробежал холодок.

«Может ли быть так, что все это сделано для того, чтобы я не смог проявить

себя? Может быть, отец уже решил передать престол брату, а, чтобы я не смог затмить его, мне приказали исследовать это захолустье. Таким образом, я ничего не смогу добиться.»

Дыхание Барбро становилось все более беспорядочным, чем больше он думал об этом. Его ненависть медленно перекинулась на отца. Барбро теперь искренно верил, что отец предал его и решил отдать трон Занаку. Этих безосновательных мыслей оказалось достаточно, чтобы затмить его взор.

Всадник, сопровождавший Барбро, заметил изменения в его поведении.

- Ваше Высочество, возможно, вы плохо себя чувствуете? Мне вызвать священника?

Барбро диким взглядом посмотрел на всадника. Затуманился не только его взор, но и разум: ему казалось, что вместо всадников его окружает рой пчел, из-за чего ему хотелось прихлопнуть каждого, кто посмеет его потревожить. Он почувствовал, что его вот-вот стошнит. Однако он собрался с духом и выпрямился. Барбро вспомнил уроки по поведению в обществе, которые получал во дворце, и, рассудив, что глупо выставлять напоказ свои чувства, ответил всаднику:

- Нет, нет, не беспокойтесь об этом. Я просто задумался о работе, которую отец поручил мне. Кстати, барон Ченеко, как прошла ваша встреча с авантюристом адамантового ранга Момоном?

- Насчет этого, Ваше Высочество, пожалуйста, послушайте! Это был такой неприятный, возмутительный случай! К тому же я не смог увидеть Момона, потому что он отсутствовал.

- Ну, в этом ничего удивительного, ведь он авантюрист адамантового ранга, в конце концов. Так чем же вы не довольны? Надеюсь, вы не сделали какую-нибудь глупость, из-за которой он не захотел встретиться с вами?

- Нет, дело не в этом. Я злюсь из-за действий компаньона этого Момона - Набель!

- Набель? Ах, та, которую зовут «Прекрасной Принцессой»?

Барбро вспомнил женщину, которую видел ранее в столице Королевства. Она обладала неземной красотой и могла даже сравниться с его младшей сестрой. Барбро желал ее, но она была одним из авантюристов, которые получили награду от его отца и пользовались его покровительством, поэтому он не мог просто взять и наложить на нее свои руки.

- Итак, что же сделала эта красавица с тобой?

- Она напала на меня! Пожалуйста, посмотрите на это!

Барон Ченеко снял перчатку, обнажая ушибленную руку.

- Что? Даже если она авантюрист адамантового ранга, насилие в отношении дворянства не допускается.

- Тем не менее эта женщина по имени Набель вдруг схватила меня за руку и

выдворила вон, - барон мало уделял внимания деталям, в основном только ныл, впрочем, Барбро не особо его слушал, однако, чем дольше продолжалось нытье барона, тем больше у него складывалось впечатление, что тот что-то недоговаривает. - Ваше Высочество! Всеми средствами, пожалуйста, используйте свой авторитет, чтобы королевское правосудие свершилось над этой дурацкой женщиной, которая посмела использовать насилие надо мной!

«Если бы я использовал этот инцидент, мог бы я шантажировать эту женщину и заставить ее делать то, что я хочу?»

Барбро думал об этом. Он думал, как протянуть руку помощи барону и подчинить Набель. Тем не мене он не смог придумать хороший план.

«Этот дурак барон, скорее всего, специально организовал все это, чтобы оказать мне услугу. Такой бесполезный дурак. Сейчас я буду делать вид, что отношусь к нему доброжелательно, но, как только я сяду на трон, я немедленно поставлю его на место.»

Чем больше Барбро думал об этом, тем больше впадал в депрессию. Даже придурок барон имел свою собственную территорию и подчиненных, а у самого Барбро не было ничего - ни одной пешки. И он должен был полагаться на других, чтобы они боролись за него. Различные мысли волновали его голову, пока он, в конце концов, не подавил их.

Обращаясь к барону, который ждал с нетерпением его ответа, Барбро махнул рукой, как обычно, и сказал следующее:

- Я подумаю об этом, как только унаследую трон.

- Да!

Не желая вести дальнейший диалог с этим дураком, Барбро отвернулся и обратился к одному из подчиненных маркиза Боулроба. Это был офицер элитных войск под непосредственным командованием маркиза.

- Эй, я хочу кое-что спросить.

- Что случилось, Ваше Высочество?

На самом деле, Барбро ничего не хотел спрашивать, но он не мог просто так оборвать разговор с бароном. Он напряг голову, чтобы быстро придумать какой-нибудь простой вопрос, но его тут же одолели неприятные мысли, которые он с таким трудом отбросил ранее.

«Ведь в итоге я направляюсь в деревню Карн из-за предложения маркиза Боулроба, а не Рэйвена. Если это так, тогда... может быть, маркиз предал меня? Для того чтобы мой брат занял трон? Такая невероятная мысль, ведь дочь маркиза - моя жена, и мои отношения с маркизом очень хорошие. Если я унаследую престол, Боулроб станет главой Шести Великих Семей. Если он вдруг начал поддерживать брата, это, скорее всего, просто часть большого плана против маркиза Рэйвена.»

Барбро не мог придумать никакой другой причины, по которой маркиз Боулроб

сделал такое предложение.

«Если это не так, то в таком случае... я был отправлен в эту захолустную деревню для того, чтобы другие дворяне думали, что я не в состоянии чего-либо добиться в бою?»

- Есть что-то, что я могу сделать для вас? Возможно, нам стоит остановиться и отдохнуть?

- Молчать! – Барбро процедил команду через плотно сжатые зубы. Офицер вздрогнул и крепче сжал поводья. Барбро понимал, что ведет себя плохо, но не мог сдержать свой гнев. Немного успокоившись, он приказал: - Я приказываю тебе. После того как мы выполним задачу в деревне Карн, мы немедленно направимся на поле боя. Выполните подготовку к поездке сейчас, пока мы еще не прибыли в деревню. Как только мы закончим, мы должны будем сразу же вернуться в Э-Рантэл. Надо успеть до заката. После короткого перерыва мы направимся к месту сражения на равнинах Каз. Мы должны быть там к восходу солнца.

Офицер нахмурился, услышав это.

- Пожалуйста, простите мне мои слова, но приказ Вашего Высочества будет трудно выполнить. Пожалуйста, посмотрите: наши силы состоят из трех тысяч пятисот человек от маркиза и дополнительных полутора тысяч человек, отправленных от различных дворян в качестве подкрепления для Вашего Высочества. В общей сложности у нас есть пять тысяч военнослужащих. Для скорейшего выполнения этой миссии мы не брали много войск, однако наши припасы укладываются в пятьдесят повозок.

- Я знаю об этом. В чем проблема?

- Из пяти тысяч наших военнослужащих четыре с половиной тысячи являются пехотой, а наша кавалерия состоит только из пятисот человек. Даже если мы сможем закончить задание в деревне Карн за один час, нашим войскам все равно будет очень трудно вернуться в Э-Рантэла к ночи. Пехота двигается медленно, к тому же придется тащить столько повозок…

- Я уже сказал, что я в курсе всего этого. Вы отказываетесь выполнять приказ? Если нет, тогда начинайте.

- Ваше Высочество, часть войск не сможет держать строй…

- Вы, кажется, что-то не поняли. Мы направляемся в маленькую приграничную деревушку, в которую никогда даже не подумали бы пойти. То, что мы действительно должны делать – направиться на Равнины Каз, чтобы победить Империю. Вы подчиненный маркиза, не так ли? В этом случае я спрошу вас: вы думаете, что перед битвой он позволил себе отправить пять тысяч войск в никому не нужное место просто чтобы поиграть? Вы действительно верите, что это

так? – офицер плотно закрыл рот. После короткой паузы Барбро продолжил: - Не путайте наши приоритеты. Вы говорите, что в наших войсках появятся отставшие? Тогда просто оставим их. Главное, что мы должны сделать, – это дать бой на равнинах Каз.

«И повысить мою репутацию», - добавил Барбро про себя.

- Да. Я понимаю.

Офицер склонил голову.

- Вы должны были ответить так с самого начала. Определите, когда мы достигнем Э-Рантэла и когда покинем. Я оставляю детали на вас.

- Да! Я сделаю это незамедлительно.

Не дослушав ответ, Барбро уже забыл о существовании офицера и погрузился в свои мысли.

«Мой отец ненавидит меня? Или старость затуманила его ум? Отобрать трон у старшего сына, прямого и явного наследника, и отдать его младшему… за этим явно стоит кто-то из знати. Сейчас я нахожусь в невыгодном положении, но я смогу все изменить в свою пользу. Еще пожалеют те, кто отправил меня в эту… деревню!»

- Барон!

- Да!

- Я рассчитываю на вас!

Голос Барбро прозвучал как гром; показалось даже, что его слова отдались эхом. Барбро окинул барона взглядом и отъехал в сторону.

«Просто подожди, Занак. Жди в столице и кусай ногти.»

Занак был его родным братом, но в борьбе за трон он в первую очередь его соперник, которого необходимо победить. Кроме того, он никогда особо не нравился Барбро, и хотя это не достаточная причина, чтобы желать ему смерти, но Барбро был уверен, что без колебаний убьет брата, если тот будет мешать ему.

«После того как я стану королем, что мне делать с братом? Было бы лучше просто убить, чтобы те глупые дворяне не смогли использовать его в качестве символа восстания. Но не будет ли это слишком расточительно? Если бы он был женщиной, было бы куда больше вариантов... как, например, моя сестра: хотя с ее головой будут проблемы, но красоты ей не занимать, поэтому можно будет продать ее в рабство или в услужение какому-нибудь дворянину. Правда, могут возникнуть проблемы из-за ее королевской крови, так что, может быть, лучше будет выдать ее замуж за правителя какой-нибудь далекой страны… в таком случае вполне вероятно, что это может стать фундаментом моей власти и хороших отношений с другими правителями… Но давайте просто подождем и посмотрим.»

Глаза Барбро сузились, когда он начал представлять себе идеальное Королевство Ре-Эстиз, что он построит в будущем; образ дворян на коленях перед ним, восседающим на вершине золотого трона. По одному его слову весь двор будет кланяться.

- О, как здорово это будет.

Легкая улыбка появилась на лице Барбро, но он почти сразу прикрыл ее рукой.

«Нужно как можно скорее закончить дела в деревне Карн, а затем сразу же отправиться на Равнины Каз. Чтобы добиться цели, нужно все сделать безупречно. Я должен заставить солдат двигаться, даже если мне придется применить силу. Что важно, так это то, что я должен прийти до начала битвы. Хотя… не лучше ли будет подождать, пока начнется бой, и попытаться устроить засаду на врага?»

Это был хороший ход, но Барбро не был уверен, что сможет незаметно провести свои войска в тыл противника и внезапно напасть. Он знал свои силы и возможности. С данной задачей вполне могли справиться его рыцари, но в момент, когда решается судьба трона и его собственная, сваливать работу на других – верх неразумности.

Барбро погрузился в глубокие раздумья о том, как ему лучше всего показать свое великолепие, и в этот момент в его голове промелькнула мысль:

«Можно ли использовать жителей деревни против Айнз Оал Гоуна, ведь он наверняка должен быть привязан к ним?»

Это было озарение, как будто тучи разверзлись, и на Барбро упал луч света.

«Великолепный план! Неважно, о чем думал Айнз Оал Гоун, когда спасал жителей деревни, но если он решился спасти их, то наверняка они что-то для него значат. Следовательно, их можно использовать в качестве разменной монеты на переговорах с Айнзом. Если этот доселе неизвестный, но, очевидно, могущественный заклинатель выйдет из войны, то у Империи не будет причин для продолжения конфликта, и она отступит. Замечательно! В таком случае, так как Империя отступит благодаря моим действиям… Это будет самый лучший исход!

Отец больше не сможет игнорировать мое мнение, и мои шансы стать следующим королем резко возрастут!»

- Отлично. Это было бы лучше всего.

«Однако, если Айнз Оал Гоун решил помочь деревне просто из-за мимолетной прихоти, то шанс, что он заглотит эту наживку, будет низким. В таком случае следует мобилизовать жителей и отправить их сражаться против Айнза. Нынешняя война отличается от предыдущих и требует усилий всей нации, так что они не имеют права отказаться.»

Хотя король освободил некоторые деревни от воинской повинности, во время всенародной мобилизации военачальники и высшие командиры, одним из которых и являлся Барбро, сами решали, кого следует призвать в армию, а кого нет.

«Если обычные крестьяне под моим командованием смогут убить Айнз Оал Гоуна, то это сильно возвысит меня и заткнет рот всем, кто считал его сверхчеловеком. К тому же это сильно ослабит Империю, которая так за него цепляется…»

Барбро дрожал от восхищения, когда составлял этот, как ему виделось, гениальный план, который он придумал сам. Он всегда считал, что не обладает особыми навыками для составления планов и придумывания стратегий, и завидовал Занаку, который был специалистом в этой области. Но теперь, после всех сегодняшних размышлений, он думал иначе. Он был рад, что таланты, скрытые в нем, наконец расцвели.

Часть 2

С наступлением зимы жизнь в маленьких деревнях превращалась в ад. Селяне могли лишь молиться о наступлении весны, пережидая холода в своих домах. Если весна задерживалась или собранный осенью урожай оказывался мал, им приходилось использовать в пищу запас семян, и даже это не спасало всех от голодной смерти.

Деревенскую жизнь лучше всего описать словами «работа, работа и еще раз работа». Зимой не нужно обрабатывать поля, но есть множество других дел. Например, уход за скотом и починка инструментов. Кроме того, дома, сараи и конюшни требуют уборки. На отдых попросту не остается времени.

Особенно верным это было для деревни Карн, которой приходилось заботиться о прокорме плотоядных монстров - огров. С помощью охотничьих силков добыть достаточно мяса не получалось, так что жители деревни решили вместо этого выращивать свиней, которых они купили за солидную сумму денег, вырученную после продажи собранных лекарственных трав.

Гоблины отводили этих свиней пастись в Великий Лес Тоб, где они поедали коренья и стебли растений. В настоящее время свиней было немного, так как план еще находился в стадии эксперимента, но, если все пройдет хорошо и свиньи переживут зиму, их количество начнет неуклонно увеличиваться.

Обычно приходилось платить налоги местному феодалу за выпас на его земле, но, к счастью, деревне Карн не нужно было этого делать. Великий Лес Тоб, населенный монстрами, был ничейной территорией.

Так что будущее деревни Карн выглядело вполне блестящим.

И все это - благодаря Айнз Оал Гоуну, спасшему деревню и оказавшему ей огромную поддержку. Вдобавок «Темный Герой» Момон подчинил себе Мудрого Короля Леса. Многие жители деревни испытывали благодарность к ним обоим, и некоторые даже возносили им молитвы за завтраком, восхваляя их наравне с богами.

И именно эти переполняющие всех надежды взваливали на нового старосту, Энри Эммот, столь много работы.

Сегодня Энри и следующий за ней Энфри направлялись к небольшому сараю, где их ждала работа.

В окраинных деревнях вроде деревни Карн все жители работали вместе, как одна семья. Иначе они просто не выжили бы. Они делили друг с другом сельскохозяйственные инструменты и даже по очереди использовали общественных коров, для того чтобы пахать землю.

Поэтому забота о скоте и его кормление было общей обязанностью. Сено же для коров зимой хранилось в небольших сараях, таких как этот.

Энри открыла деревянную дверь и вошла, Энфри шел за ней по пятам. Не сгибаясь, Энри плюхнулась в стог сена; нижняя часть ее тела с легким шлепком погрузилась в ворох высушенной травы.

Закрыв дверь, Энфри сел рядом; зажженный им магический свет осветил помещение.

- Староста, тебе стоит отложить эти игры на потом; нам все еще нужно оценить наши запасы сена и после этого принять решение.

Энри ответила скучающим тоном:

- Ты опять зовешь меня старостой… Ну, впрочем, какая разница? В конце концов, я ведь и есть староста. Верно, Агу даже думает, что я смогу растереть всех гоблинов в порошок, если захочу! По сравнению с этим наши нынешние проблемы просто ничто!

После того как она одолела Агу в состязании на силу рук, селяне начали шептаться, что она и вправду на такое способна. Это ее удручало. Впрочем, с ограми она не состязалась. Ее поражение ничего не докажет, а победа или даже не слишком разгромное поражение, лишь сделает все еще хуже.

«…Значит ли это, что если я упущу Энфи, то мне уже никогда не выйти замуж?»

Руки Энри медленно покрылись потом.

- Может, откроем окно, чтобы солнце светило? Сейчас низкая влажность, так что все будет в порядке. А то ты, наверное, устал поддерживать свет?

- Э? Нет, все в порядке. Никаких проблем.

- Да? Ну, если Энфи так говорит, то ладно.

Магический огонь светил ярче солнца. Энри знала это, но ее предложение основывалось на простой логике: раз светит солнце, то зачем тратить ману на магический свет? Кроме того, она хотела оживить разговор. Отказ ее ничуть не расстроил, однако с сидящим рядом с ней Энфри, похоже, происходило что-то странное: его уши покраснели.

«Это действительно так сильно истощает его ману? Но я слышала, что магия создания света сравнительно простая... может, он использовал какие-то другие заклинания до того, как мы пришли сюда? Кстати, от него вовсе не пахнет травами. Он даже пахнет... довольно приятно.»

- Ч-что не так, Энри?

Энфри издал панический писк, когда Энри почти уткнулась в него носом.

- Мм? А, нет, ничего. Я просто подумала, что пахнет чем-то приятным...

- П-правда? Ну, мне приятно это слышать. Это, должно быть, одеколон, который я сделал.

- Вот как... почему бы тебе не попробовать продать его, когда в следующий раз поедем в город? Его возьмут по хорошей цене, я уверена.

- Нет, это... он... не для этого...

- Хм-мм... ладно, проехали. Что ж, похоже, в этом сарае достаточно сена. Идем дальше?

- Мм, да. Но прежде позволь мне кое-что проверить. Снаружи ведь холодно, в конце концов.

- Ну, здесь тоже не так уж и тепло... а, ладно.

- Тогда... насчет этого. Я хотел кое-что обсудить с тобой.

Сидящий рядом с ней Энфри, похоже, немного напрягся.

«Да что с ним такое?»

Пока Энри сверлила его профиль недоверчивым взглядом, Энфри достал пачку бумаг.

Их испещряли маленькие буквы. Хотя Энри уже могла немного читать, с первого взгляда она увидела гораздо больше незнакомых ей слов, чем знакомых.

- Первым делом я хочу поговорить о том, как мы прокормим огров и выживших гоблинов из племени Агу.

- Э? Разве с этим что-то не так? Они помогли нам в уборке урожая, и мы смогли купить в городе еду для огров.

- Мм, и травы удалось продать по хорошей цене, так что провизии у нас, можно сказать, с избытком. Этого должно хватить на зиму. Даже если появится еще несколько ртов, мы все равно продержимся. Но, если население продолжит увеличиваться, жизнь может усложниться. Возможно, нам стоит продумать другие способы добычи провизии.

В настоящий момент племя Агу состояло из четырнадцати гоблинов. Оно приросло не за счет новорожденных, а за счет тех, кто смог сбежать с территорий, контролируемых Змеем Запада и Гигантом Востока.

- Ммм. Хотя я и не вижу проблемы, нам, возможно, стоит купить еще еды в Э-Рантэле. Однако я хотела отложить немного денег и заказать для огров какие-нибудь металлические инструменты.

- Если снабдим огров сельскохозяйственным инвентарем, весенняя посевная завершится гораздо быстрее... Но проблема в том, что ограм нужны инструменты гораздо большего размера, чем людям, и возникнет много вопросов, если мы такое закажем.

- И, если про огров узнают, это вызовет множество проблем, верно?

Когда осенью в деревню пришли сборщики налогов, Джугем и остальные спрятались, чтобы их не заметили. В то же время именно благодаря их усилиям собранный урожай оказался столь обильным.

Поскольку деревня Карн подверглась атаке имперских рыцарей, с них взяли лишь символический налог, что можно было бы назвать улыбкой судьбы. Кроме того, жителей на несколько лет избавили от воинской повинности.

По большей части это было способом извиниться за то, что деревня Карн осталась без подобающей защиты, но также сборщики, похоже, искренне чувствовали себя виноватыми. Они задавали вопросы про прочные стены вокруг деревни, но получили ответ что «это все работа того заклинателя». Если такое объяснение подошло, то и присутствие огров можно объяснить тем же, верно? По крайней мере, Энри полагала так, но Энфри покачал головой:

- В этом нет сомнений. В худшем случае Королевство может даже послать на нас карательный отряд.

- Это уже слишком!

- Хотя ты и говоришь так, правда в том, что огры, как правило, едят людей. Они не едят жителей этой деревни по одной единственной причине: из-за того, что с нами Джугем, который сильнее них. Не забывай об этом.

- Я не забыла…

- Еще одна проблема, что в деревне слишком мало людей. Нужно подумать, как увеличить население. Если во время посевного сезона прибудут новые иммигранты, это будет великолепно.

- Это большое «если». И, как ты и говорил, что, если они убегут, едва увидев гоблинов и огров? Что тогда?

Задавая этот вопрос, Энри заметила, что с Энфри происходит что-то странное. Словно… его разум витает где-то еще, или что-то в этом роде.

- Э? А, нет, все в порядке!

Это никак не могло быть правдой. Он переутомился? В конце концов, ее возлюбленный обладал привычкой бросать все ради своего увлечения алхимией.

В то время как Энри хмурила брови в размышлении, Энфри сделал глубокий вдох и придвинулся к ней.

«Хм? Так он действительно устал? Сегодня он провел много экспериментов... но если уснет здесь, то простудится. Хотя в сарае довольно-таки тепло.»

Пока Энри размышляла, Энфри постепенно все сильнее и сильнее прижимался к ней.

«Что с ним? Если подумать, было бы лучше, будь Энфри чуть сильнее… Наверное, ему нужно есть больше мяса. Он недоедает и недосыпает.»

Энри захотела взбодрить Энфри и толкнула его в плечо. Она собиралась лишь легонько отпихнуть его, но приложила слишком много силы, и в результате Энфри перевернулся набок.

- Уээээ?

Энфри повернулся и посмотрел на Энри смущенным взглядом. Ей показалось, что его лицо покраснело.

«Ах, для мужчины, должно быть, стыдно уступать женщине в силе. Я же говорю, тебе нужно лучше питаться…»

Энри перекатилась к нему, а Энфри откинулся на сено и закрыл глаза.

Несколько секунд они лежали так, наслаждаясь тишиной и покоем.

- Что не так, Энфи? Хочешь поспать?

Энфри вновь сел прямо, сильно покраснев.

- У… о… нет. Н-ничего…

- Сестрица!

Одновременно с тем, как ее ушей достиг этот крик, дверь распахнулась с такой силой, что громко ударилась о стену.

- Уээээ?

Энфри издал удивленный вскрик.

- Ч-ч-ч-ч-что случилось?

- Простите, что беспокою вас двоих, но ситуация чрезвычайная!

- Что случилось?

Впервые с того раза, когда на деревню напали тролли, она видела Джугема таким обеспокоенным. Ее посетило странное, ужасное предчувствие.

- Войска! Большой отряд идет к деревне!

- Э? Что, что ты сказал? Чьи это войска?

- Мы не знаем геральдики, так что не можем сказать. Но там множество разных флагов, так что вам стоит пойти взглянуть... В любом случае сначала нужно закрыть ворота. Что нам делать?

- Это! А... ну, ты можешь описать нам тот флаг, который носит большинство из них? Если сможешь описать или нарисовать, я, возможно, смогу помочь.

Джугем рассказал, что за флаги он видел, и лицо Энфри приняло удивленное выражение.

- Как странно. Это флаги Королевства. Если бы мы знали, гербы каких дворян несут солдаты, то смогли бы понять, кто идет к нам.

Деревня Карн расположена на окраине, и до ее основания здесь был лишь лес. Очевидно, что целью надвигающегося отряда является деревня, но почему - это оставалось загадкой.

- Но почему? Ты не знаешь, что им тут надо, Энфри?

- Зачем войскам Королевства приходить в деревню? Если им нужно в Великий Лес Тоб, то странно, что они посылают столь крупный отряд. Они могли бы отправить вместо этого приключенцев. Если дело не в этом... может, где-то здесь восстание или что-то в этом роде...

- Разве что-то подобное может произойти?

- Это лишь слух, но до меня дошли рассказы, что власть короля не так уж и сильна. Похоже, в данный момент есть некий конфликт между дворянами и королем. Раз так, может, они идут к деревне Карн, чтобы напасть?

Лицо Энри побелело.

Неужели деревня подвергнется такому же ужасному нападению, как и в тот раз?

Однако сейчас обстоятельства не такие, как тогда.

Энри выбрала прямолинейное решение.

- Мы должны бежать в лес прежде, чем войска подойдут к деревне!

- Прости, Сестрица. Мы заметили их слишком поздно, так что, если побежим сейчас, придется бросить все имущество здесь. Кроме того, сейчас зима и высока вероятность встретить в лесу монстров. Сбежав от одной проблемы, мы попадемся прямо в когти другой.

Болезненное выражение лица Джугема ошеломило Энри.

Им не выжить зимой в лесу, если войска сожгут деревню.

- Раз так... а! Верно! Если мы не можем сбежать с нашим имуществом, то нужно подготовиться к битве и в то же время спрятать пищу и другие необходимые нам вещи!

- Да! Хороший план, Энри! Подвалы, в которых Джугем и огры прятались от сборщиков налогов, должны быть все еще в порядке. Мы перенесем все туда!

Уже собравшись действовать, Энри вспомнила, что не задала еще один вопрос.

Сколько их? Жители смогут прикинуть, как много еды прятать, если будут знать каких размеров отряд на них надвигается.

- Какова численность войска? Должно быть, около сотни человек, верно?

- Нет...

Видя, как Джугем делает глубокий вдох и медленно отвечает, Энри почувствовала внезапный позыв заткнуть уши пальцами.

- Не сотня... скорее, несколько тысяч.

Энри моргнула, как и Энфри рядом с ней.

- Их как минимум четыре тысячи, я думаю.

- Но это... зачем они послали так много...

- Не знаю. Зачем отправлять такое войско на деревню вроде нашей?.. Энри, не может ли быть такого, что кому-то стало известно о гоблинах в деревне?

- Нет. Это невозможно.

Энри ответила незамедлительно.

Как бы она ни думала, ни один вариант утечки информации не приходил ей в голову. В деревню прибывали иммигранты, но они все полагали, что гоблины заслуживают больше доверия, чем люди. Со времени нападения троллей барьер между старыми и новыми жителями деревни почти полностью разрушился.

Возможно, это приключенцы. Возможно даже, Момон и Набель рассказали об этом, но Энфри настаивал, что они не поступили бы так.

- Тогда... пока мы готовимся к побегу, нужно спросить их, зачем они пришли. Сражаться... лишь в крайнем случае.

Вступать в битву с армией в четыре тысячи человек - это не что иное, как самоубийство.

- Как и сказал Братишка, это все, что мы можем сделать… Полагаю, против такого количества других вариантов у нас нет.

- Да. Поэтому нужно приготовиться бежать при первой же возможности, а до тех пор выигрывать время. Итак, идем!

Жители деревни с помощью огров прятали продовольствие. Остались лишь Энри, Джугем, несколько гоблинов, а также Брита и несколько деревенских ополченцев.

Первым делом Энри расспросила Бриту о ситуации, пытаясь выяснить что-нибудь про чужаков, и чьи гербы они несут. Но Брита, к сожалению, ничего не смогла ей ответить. По ее словам, в их команде этим всегда занимался кто-то другой. В этот момент Энри поняла, как важна информация. Без нее они могли лишь ждать, когда Энфри вернется со сторожевой башни и расскажет о том, что видел.

Из-за стены раздался конский топот, после чего - громкий голос:

- Именем Наследного Принца Королевства Ре-Эстиз, Барбро Андориан Лейд Райль Вайсельфа! Откройте ворота и впустите нас!

Энри подумала, что ослышалась.

Хотя она за короткий период времени слышала множество поразительных вещей, эта новость побила их все.

- На-наследный принц?!

«Да что ему может быть нужно здесь?!»

Энри понятия не имела, что происходит. Все это начало напоминать дурной сон.

Однако, судя по поспешности, с которой Энфри сбегал со сторожевой башни, слова посланца, скорее всего, были правдивы.

- Они несут королевский флаг. Это разрешено лишь королю и его родичам.

- Э? Что это значит?

- Это значит, что к нашей деревне подошли королевские войска!

Энри повысила голос, не в силах понять, что происходит.

- Зачем, зачем вы посылаете такое большое войско в окраинную деревню вроде нашей?

- Крестьянам вроде вас это знать необязательно! Эта земля принадлежит королю, и вам нужно лишь подчиняться его приказам! Или же вы собираетесь выказать неповиновение королю - поднять флаг восстания?

Энри содрогнулась.

Как подданные короля, они должны открыть ворота. Однако…

Джугем и Энри переглянулись.

Даже если они немедленно пойдут открывать ворота, сделать это прямо сейчас нельзя. Сначала нужно спрятать огров и гоблинов.

- А, Сестрица. Мы спрячемся так быстро, как только сможем. До того, пожалуйста, выиграй нам немного времени.

Энри кивнула. «Зачем только я приказала сначала прятать еду», - подумала она, но сожалеть было уже поздно.

- Повторяю... Откройте ворота!

- М-мои извинения! Мы, мы готовимся поприветствовать Его Высочество Принца! Пожалуйста, подождите еще немного!

- Повтори, женщина! Ты управляешь этой деревней? Эта задержка неприемлема! Открой ворота сию же секунду!

- Почему вы так торопитесь попасть внутрь?! - зло прокричала и без того взвинченная Энри в ответ на настойчивость посланца.

Она понимала, что проявляет неуважение, но не могла исключить вероятность того, что они солдаты какой-то другой страны, лишь прикидывающиеся войсками Королевства.

Деревня Карн обладала весьма мощными укреплениями. Их вид даже шокировал сборщиков налогов. Не будет ничего удивительного в том, что другая страна захочет использовать их как базу. В конце концов, тролли напали на деревню именно с этой целью.

Ответа не было, повисло беспокойное молчание.

- Почему вы не отвечаете! Вы самозванцы, лишь изображающие войска Королевства, не так ли?!

После этого панического выкрика она наконец получила ответ.

- Эту деревню некогда посещал заклинатель по имени Айнз Оал Гоун, верно?

В голове Энри возник образ спасителя деревни.

- Этот заклинатель теперь враг Королевства. Поэтому мы желаем расспросить об Айнз Оал Гоуне вас - тех, кто с ним знаком.

Удивленная, Энри не нашла в себе сил ответить. Однако до ее ушел донесся голос одного из ополченцев.

- Если господин Айнз пошел против Королевства... может, это Королевство неправо?

В глазах остальных жителей деревни отразилось согласие.

Особо среди них выделялись те, кто поселился в деревне Карн после того, как их родные деревни были сожжены. Ненависть к Королевству, оказавшемуся неспособным защитить их, быстро превратилась в доверие и почтение к заклинателю, кто смог спасти их новый дом.

Будь то полученный в дар рог, способный призывать гоблинов, или посланные им големы, построившие крепкие стены, ныне служащие деревне защитой, или горничная Люпус Регина, спасшая деревню во время нападения троллей, - все это лишь укрепляло их веру в Айнза.

- Но их слишком много. Если не откроем ворота...

- Но если мы предадим господина Айнза, после того как он был столь добр к нам...

- Постойте! Они лишь говорят, что хотят о чем-то спросить. Это не значит, что мы предадим его...

- Разве? Мне все-таки кажется, что это будет неблагодарный поступок.

Все смотрели на Энри.

Она отлично понимала мысли и тех и других. Поэтому она колебалась, неспособная выбрать. И тут из-за стены раздался злобный крик.

- Если поняли, открывайте ворота сейчас же! В случае неподчинения мы сочтем вас изменниками Королевства!

Доведенная до отчаяния, Энри прокричала в ответ, пытаясь выиграть время:

- Навоз, здесь повсюду коровий навоз! М-мы не можем впустить принца в такое место!

После краткой паузы прозвучал другой, более спокойный голос.

- О, а. Понятно. Тогда как насчет этого: вместо Его Высочества войдем мы и потом решим, как поступить.

Других отговорок она придумать не могла.

В голову больше ничего не приходило. Не заботясь о том, что говорит, Энри прокричала первое, что пришло ей в голову:

- П-простите! У меня все руки в навозе! Я не могу его соскрести! Позвольте, я сбегаю вымою руки и тут же вернусь!

- Э-эй!

Энри смотрела в удаляющиеся спины Джугема и остальных. Она беспокоилась, достаточно ли времени выиграла для них.

♦ ♦ ♦

Все увеличивающееся нетерпение Барбро начало распространяться и на его отряд. На подошедшего с докладом рыцаря он посмотрел взглядом, обычно предназначавшимся для врагов.

- Повтори еще раз, что за глупости ты несешь?!

Злоба Барбро наполняла каждое слово, что он цедил сквозь плотно стиснутые зубы, и рыцарь повторил:

- Сэр! Деревня Карн до сих пор не отворила ворота.

Слушая спокойный ответ рыцаря, Барбро ощутил внезапное желание ударить его.

Однако это было бы глупо. Он попытался совладать с яростью и медленно разжал кулаки.

На самом деле никто из присутствующих, включая этого рыцаря, не присягал на верность Барбро. Барбро лишь командовал войском. Каждый из присутствующих был направлен сюда своим сеньором или состоял в свите сеньора. Поэтому он не мог позволить себе ударить одного из союзников на глазах у остальных рыцарей.

- Почему? Почему эти крестьяне из деревни Карн не открывают ворота? Эта

земля - личная собственность королевской семьи! Они должны подчиняться мне! Я ведь приказал им открыть ворота, разве нет?

Его нетерпение росло, сердцебиение повышалось, его слова начали терять связность.

- В чем проблема? Они пренебрегают мной? Чего вы ждете?

Жители деревни, существа гораздо ниже наследного принца, теперь оскорбляли его.

Эта мысль, возникшая в его мозгу, смешалась со сковывающей его сердце досадой. То была мучительная, липкая ненависть, что копилась в нем на протяжении месяцев со времени демонической смуты, и переполнившее его возмущение вырвалось наружу, будто прорвало плотину.

Слова вырвались в мгновение ока.

- Изменники! Они все изменники! Я объявляю всех в деревне Карн изменниками!

Разнесшийся в воздухе крик проник в уши окружающих его солдат, вызвав среди них удивленную суматоху.

- Мой повелитель, прошу вас, постойте! Если вы так поступите!..

Барбро недобро уставился на ответившего ему паникующего рыцаря.

Если они объявят деревню изменнической, то им придется сначала перебить всех ее жителей, а затем сжечь и разрушить деревню до основания, стерев все следы ее существования.

Но что с того?

Принц Барбро не понимал, почему его подчиненные не исполняют данный им приказ. Получается, эти принадлежащие маркизу люди смотрели на него свысока и отказывались подчиняться его словам.

- Что это за бессмыслица?! Это грех, позволять им жить после того, как они отказались подчиняться королевскому приказу!

Это было правдой. Допустить предательство по отношению к королевской

семье - значит оскорбить ее. Пощада в адрес предателей может привести к потере авторитета и прав на правление.

Даже если в личных владениях кого-то из дворян крестьяне поднимали восстание, их тут же уничтожали безо всякой жалости. Рыцарям маркиза это должно быть хорошо известно.

- Прошу вас, подождите, Мой Принц! Надвигается война с Империей. Убийство жителей во владениях короля может негативно сказаться на морали всей армии! Кроме того, пожалуйста, взгляните на эти укрепления. Это никак не может быть обычной деревней. Может, население и невелико, но пробиться через ворота грубой силой будет крайне тяжело. Раз так, разобравшись с ними, мы должны спросить о причинах, по которым они отказывались открывать ворота.

- Спросим вежливо, а потом повесим нескольких.

- Ничего не поделаешь. В конце концов, они держали ворота закрытыми, игнорируя приказы Его Высочества Барбро.

- Добейтесь, чтобы они открыли ворота, и мы сделаем из них пример всем в назидание!

- Понятно!

Принц Барбро уставился на деревню Карн.

Как и сказал рыцарь, крепкие ворота располагались в толстой оборонительной стене. Учитывая соседство деревни с Великим Лесом Тоб, это можно было объяснить. Однако расположение сторожевых башен напоминало скорее крепость, а не пограничную деревню.

Взятие ее потребует времени.

Свыше тысячи солдат выстроились напротив ворот, криками требуя отворить их.

Внимательно прислушавшись, можно было различить такие же звуки в отдалении, со стороны задних ворот.

Эти крики, подобно искрам с кремня, падали на трут, которым была сложная смесь эмоций принца Барбро. Взвился огонь, и в его пламени принц потерял способность рассуждать.

- Эй! Стреляйте зажигательными стрелами!

- З-зажигательными стрелами?!

- Верно. Одному Богу известно, как долго мы тут простоим ожидая. Слушай сюда, мы не можем больше тратить время на эту деревню! Если бы ты мог открыть эти ворота за несколько минут, это было бы другое дело, но ты ведь не можешь, верно?

Рыцарь смог лишь кивнуть в ответ, скрипя зубами.

- Припугните их зажигательными стрелами. Время детских игр в стояние за стенами и кричание закончилось. Пора показать им, как взрослые делают дела!!

Пока рыцарь, раскрыв рот, пораженно смотрел на него, сбоку послышался грозный голос.

- Подумать только, что ты рискнешь возражать приказам Его Высочества Принца... Не могу поверить, что ты один из людей маркиза. Мой Принц, не позволите ли вы моим людям осуществить эту атаку?

То был Барон Ченеко. За его спиной стояло несколько других подхалимов.

Принц Барбро был рад, что существует такой человек, полезный, несмотря на свою глупость. Нет, он тоже дворянин, и, если деревня в его феоде рискнет поднять бунт, он, вероятно, поступит так же. Возможно, он даже понимает мотивы Принца Барбро.

- Вот как. Тогда я приказываю тебе исполнить это, барон. Стреляйте по деревне зажигательными стрелами... нет, лучше не так. Цельтесь в сторожевую башню. Это поможет избежать жертв, верно?

- Ооо! Какое милосердное решение! Как и ожидалось от вас, Мой Принц! Итак, вам остается лишь смотреть, как мы исполняем вашу волю!

♦ ♦ ♦

- Сестрица! Все готово! Все спрятались, мы послед... что такое?

Почувствовав, что происходит нечто странное, Джугем, тревожась, задал вопрос.

Ополчение, оставшееся здесь, разделилось на две группы. Одна половина неохотно поддерживала идею открыть ворота и впустить войска внутрь, в то время как другая яростно противилась. Корень разногласий лежал в том, будет это предательством по отношению к спасителю деревни, Айнз Оал Гоуну, или нет. В результате принять решение было тяжело.

- Вообще-то...

Энри собиралась сказать что-то Джугему, но тут из-за стены донесся громкий голос.

- Жители деревни Карн. Ваш отказ немедленно подчиниться приказу открыть ворота ставит под сомнение факт того, что вы являетесь верными подданными Королевства. Посему мы возьмем представителей деревни с собой на поле боя, где вы убедите Айнз Оал Гоуна сдаться. Тем самым вам представится шанс доказать, что вы по-прежнему верны Королевству!

Атмосфера начала меняться. В сердцах жителей деревни, подобно лесному пожару, начала разгораться ненависть.

Энри не была исключением.

Верно, жители деревни являлись верными подданными Королевства. Однако эта верность меркла в сравнении с благодарностью, которую они испытывали к тому, кто спас их деревню, не будучи нанят или обязан это делать. В конце концов, когда их семьи, их друзья и любимые гибли, единственным, кто пришел на помощь, оказался этот великий заклинатель.

- Я ни за что не позволю затащить себя на поле боя и встать на пути у господина Айнза!

- Разве мы не можем просто убежать в лес и посмотреть, как пойдут дела, прежде чем принимать решения?

Громкие выкрики вроде этих раздавались со всех сторон.

Однако одно объединяло всех: то, что никто не хотел делать что-либо, что доставило бы проблемы их герою.

В этот момент снаружи раздался звук растягиваемой веревки, а вслед за ним - свист объектов, пронзающих воздух. Когда звук приблизился, в поле зрения показались ярко-красные точки, и через мгновение стрелы осыпали сторожевую башню, подобно дождю. Уши всех присутствующих заполнили звуки вонзающихся в дерево наконечников и треска огня.

- Не может быть...

Королевство собиралось применить против них оружие. Осознав это, Энри вскрикнула.

К счастью, на башне в этот момент никого не было. Видимо, атаковавшие знали это. Или, может быть... Может, они не колебались бы, даже если бы внутри находился кто-нибудь.

- Се-сестрица! Хотя они, похоже, и не атакуют нас пока что, тебе все же не стоит находиться в пределах досягаемости их луков! Сюда, скорее!

Джугем потащил прочь Энри, все еще в ступоре смотревшую на башню. Она не сопротивлялась, когда он схватил ее за руку и побежал, но ее лицо все еще было повернуто к подожженной постройке.

Как только ополчение начало беспорядочно отступать, сторожевая башня вспыхнула.

Соломенная крыша моментально занялась огнем и превратилась в огромный факел.

Все в деревне видели разрушение башни, где бы они ни находились. Вокруг Энри поднялись горестные стоны. Один из голосов звучал особенно громко. Пытаясь перевести дыхание и совладать с собой, она посмотрела на мужчину, кричавшего громче всех, чей голос нес наибольшую муку.

Это был один из тех, кто недавно поселился в деревне.

Его гримаса была смесью ненависти и отчаяния. Энри осмотрелась и увидела подобные чувства на лицах большинства иммигрантов.

Энри вспомнила - их деревни сожгли похожим образом.

- Враги, - кричал человек, - они враги! Как они могут не быть врагами после такого! Я хочу сражаться с ними!

- Чье это Королевство?! Они даже не помогали нам! А теперь хотят спалить нашу деревню?!

Этот крик издала полная женщина.

- Почему они позволяют себе это! Если хотят убить меня, пусть придут и попробуют! Я возьму с собой столько этих ублюдков, сколько смогу! Я отомщу за остальных!

Юноша присоединился к общему хору.

Злоба и ненависть переполняли воздух, во многом благодаря зажигательным стрелам.

- Сестрица. Время решать, - тихо сказал Джугем, с лицом столь же твердым, как его броня.

- Э?.. Но эти люди обезумели от страха. Разве не стоит подождать, прежде чем принимать решение?

- Нет времени. И никто не сможет гарантировать, что они не впадут в бешенство. Лучше, если ты прямо сейчас решишь, как поступит деревня.

Это было разумное предложение. Армия уже уничтожила зажигательными стрелами одну из башен. В следующий раз они, возможно, сделают что-то похуже. Нужно действовать сейчас.

Энри собиралась с духом и глубоко вздохнула. Она коротко взглянула на Энфри, держащего Нему за руку, и они кивнули ей, словно ободряя.

Сжимавшее ее грудь давление исчезло.

Это была последняя капля храбрости, в которой она нуждалась.

- Все, слушайте! Сейчас! Все присутствующие примут решение, каким образом мы поступим, будучи жителями одной деревни! Я надеюсь, что все подчинятся решению, каким бы оно ни было!

В ответ раздались громкие звуки одобрения.

- Поднимите руки те, кто считает, что деревня должна подчиниться приказам Королевства!

Не поднялось ни одной руки.

Чувствуя, как ее сердце громко колотится в груди, Энри закричала вновь:

- Тогда! Все, кто желает до последнего вздоха сражаться с Королевством, поднимите руки!

С громогласным ревом бесчисленное количество рук в унисон взлетело вверх. Все поднявшие руки крепко сжали кулаки; мрачные выражения лиц демонстрировали их решимость сопротивляться.

Это было жутко. Все присутствующие выбрали путь, который может привести их лишь к гибели. Тем не менее нашлось то, что перевесило страх смерти и придало всем решимости.

Это было нежелание отвечать предательством на помощь и доброту.

- Раз так, то мы сражаемся! Сражаемся, чтобы вернуть наш долг! Джугем! План битвы я поручаю тебе!

Джугем шагнул вперед и встал рядом с Энри.

- Я вижу вашу решимость. Вы все погибнете здесь. И вас всех это устраивает?

Слова ветерана были встречены единодушным согласием.

- Вы способны кричать так громко, несмотря на ваши бледные лица. Великолепно... Однако мне жаль портить момент после того, как вы столь громко объявили свое решение, но разве не стоит попытаться дать сбежать молодым? В конце концов, если кто-то и должен погибнуть, то это должны быть мы,

старики, - заговорил мужчина постарше.

- Он прав. Но разве это возможно? Враги заблокировали все ворота. Даже если мы попытаемся спуститься со стены, они тут же нас заметят.

- Что ж, это так... если бы мы просто пытались убежать, как ты сказал, - Джугем зло улыбнулся и продолжил: - Мы не можем спрятаться и потом сбежать. Так что мы откроем главные ворота и заманим врагов внутрь. Пока они не ожидают, мы ударим их со всей силы. Если причиним достаточный урон, они соберут войско воедино и сконцентрируются на нас, - Джугем осмотрелся. - Но враг может разгадать нашу уловку. В таком случае, пока у нас достаточно боевой мощи, у врага все равно не будет выбора, кроме как атаковать нас всеми силами. Есть вопросы?

- Похоже, нет, но, Джугем, куда бежать тем, кто не будет сражаться?

- Разве это не очевидно, Сестрица? В Великий Лес Тоб. Я назначу Агу и Бриту, знающих лес, сопровождать убегающих. Я уверен, что мы справимся без них какое-то время.

Жители деревни уже приготовились погибнуть, но, естественно, они не желали, чтобы их дети гибли вместе с ними. Зная, что их дети в опасности, они не могли сохранять боевой дух.

Джугем обратился к ним с серьезным выражением лица:

- Слушайте сюда. Первый раунд битвы - заставить врага объединить свои войска. Второй раунд - битва на истощение до тех пор, пока враг не сможет продолжать бой. Чем яростнее сражение, тем больше шансов спастись у остальных.

- Хахахаха! И всего-то! Ааа, ну, какое облегчение.

Эти слова сопровождали несколько смешков. Этот смех породило не отчаяние и не безумие - то был простой, расслабленный смех.

- Если мои жена и дети спасутся, я ни о чем не буду жалеть. Пришла пора отплатить за доброту, что выказал нам господин Айнз Оал Гоун!

- А, верно! Если состарюсь трусом, не смогу взглянуть сам себе в лицо!

- Раз так... что насчет тех, кто попытается спастись?

Внимательно посмотрев на всех, Джугем ответил на вопрос Энфри:

- Отвечать за защиту женщин и детей будут Сестрица и Братишка. И, как я говорил ранее, потребуются Брита, Агу и другие гоблины, чтобы помочь провести их по лесу.

- Эх? - удивленно вскрикнула Энри.

Как староста деревни, она чувствовала, что обязана остаться здесь. Поскольку она приказала жителям погибать, меньшим, что она могла сделать, было остаться с ними в битве. Но жители вскрикнули раньше нее.

Их глаза говорили о их единодушном согласии с Джугемом. Пока Энри думала, как отказаться, все уже решили за нее.

- Энри, надеюсь на тебя.

- Пожалуйста, позаботься о моих детях... Моя жена уже мертва... но хотя бы эти дети...

Жители деревни по очереди брали ее за руки и крепко пожимали их, сообщая ей свои мысли и надежды. Энфри подошел к готовой расплакаться Энри.

- Энри, идем. Наша задача - продолжать жить. Нам нельзя проигрывать эту битву. И кто знает, Айнз Оал Гоун может вновь появиться и спасти нас. Если это произойдет, будет лучше, если мы окажемся поблизости.

- Он прав, знаешь ли.

- Джугем...

- Тот рог, что ты использовала, чтобы призвать нас... Я думаю, тебе стоит применить его позже, согласна? Если используешь его сейчас, то это будет все равно что тушить горящий дом стаканом воды. Будет лучше, если ты подуешь в него, когда все это закончится, и призовешь больше наших товарищей себе на помощь.

Энри зажмурила полные слез глаза.

- Я поняла! Я защищу ваших жен и детей! Идем! Энфи!

♦ ♦ ♦

Одна створка ворот медленно распахнулась.

- Нужно было с самого начала использовать зажигательные стрелы. Что ж, повторный залп стрел пропал впустую...

Лицо принца Барбро нахмурилось. Они потратили слишком много времени. Чтобы наверстать упущенное, его людям придется идти форсированным маршем. Однако этого не избежать. Во всем виноваты люди маркиза. Не отдай он сам приказ использовать зажигательные стрелы, кто знает, сколько еще времени они бы потеряли?

Барбро посмотрел на небо, проклиная свою неудачу, обременившую его такими неумелыми подчиненными.

Он размышлял о том, что будет делать дальше: для начала, как много времени потребуется на то, чтобы повесить жителей.

Он повесит их на стенах, чтобы показать всем судьбу тех, кто достаточно глуп, чтобы идти против королевской семьи.

Далее он должен найти тех, кто знаком с Айнз Оал Гоуном. Это может занять больше времени, чем повешение жителей.

- Проклятье. Надо было взять с собой дознавателя. Для начала притворюсь, что пощажу тех, кто будет сотрудничать... потом казню их. Что же до детей...

Нет смысла оставлять их в живых. Дети не выживут без родителей, так что вешать детей рядом с родителями – своего рода разновидность милосердия.

- Хватит ли на всех веревок? Хорошо бы в деревне нашлось еще...

Солдаты возле ворот медленно продвигались. Вид королевского флага во главе колонны наполнил грудь принца Барбро гордостью. Когда он взойдет на трон, то позаботится о почетной страже вроде этой.

Несущие флаги солдаты вошли в ворота - и тут же вылетели из них.

Вскоре в проеме ворот показались гигантские существа, отправившие их в полет.

- О-о-огры?! Что здесь делают огры?!

Полностью неожиданный поворот событий застал принца Барбро врасплох. В шоке он забыл о достоинстве, подобающем члену королевской семьи.

Да. То были полулюди, известные как огры. Их внезапное появление так же шокировало солдат, как и Барбро. Их могучие дубины каждым взмахом отправляли в полет дюжины людей.

С хлещущей из ран кровью попавшие под удар солдаты отлетали далеко в стороны и ударялись оземь, катились и врезались в ряды своих же товарищей. Те тут же начали отступать, отчаянно пытаясь отбежать от ворот. Словно преследуя их, из-за ворот появилось еще несколько огров.

Постыдно бегущих солдат настигали удары огрских дубин. С расстояния огры выглядели как дети, разбрасывающие свои игрушки.

Причина этого неприглядного бегства, которое нельзя было даже назвать отступлением, заключалась в том, что эти солдаты были новобранцами барона. Они стреляли зажигательными стрелами, стремясь заработать право первыми войти в ворота. Кто мог знать, что их поход за славой так плохо для них обернется?

Принц Барбро нахмурился при виде барона, бросившего собственных людей и стремглав сбежавшего к нему за спину. В этот момент воздух огласил звук рога.

Рыцари маркиза в унисон подняли копья выверенным, словно по учебнику, движением, доказывающим, что они профессиональные солдаты. Однако для них, похоже, было непросто окунуться в массу отступающей пехоты и вступить в беспорядочный ближний бой с ограми.

Конная атака рыцарей является одной из самых разрушительных сил на поле боя, но в ближнем бою кавалерия теряет свое преимущество.

- Почему до сих пор не стреляете?!

Этот крик издал Барбро.

Если они позволят ограм подобраться ближе, это лишь увеличит потери. Лучше бросить этих солдат и убить их вместе с врагами.

Раздражение Барбро начало брать над ним верх, и тут огры внезапно отступили. Использовав бегущих солдат в качестве щита, они не позволили кавалерии пуститься в погоню и в конце концов вновь исчезли за воротами.

Когда выжившие достигли рядов остального войска, Барбро принялся восстанавливать строй своей армии; его руки все крепче и крепче сжимали поводья по мере того, как рос гнев.

Изначально он планировал быстро завершить это задание и торопиться на поле боя, чтобы стяжать славу в битве с Империей.

И сейчас от его надежд осталась лишь эта неприглядная неразбериха.

Хотя появление огров и стало неожиданностью, но, если он даже не сможет доставить нужных людей в Э-Рантэл, его репутация окажется еще более запятнанной. Это может стать решающей уступкой в состязании за трон с Занаком, вторым наследником.

«Или, может быть… может, все это было спланировано заранее?»

Он раздраженно щелкнул языком, зная, что все дворяне вокруг смотрят на него.

Однако не было времени беспокоиться о них. Барбро пристально посмотрел на приближающегося к нему рыцаря. Тот командовал элитными войсками маркиза.

- Что это, черт подери, было? Деревню захватили огры? Что происходит?!

- Э-это, наверное, не так, сэр. Никто не ожидал встретить здесь монстров... здесь недавно должны были быть сборщики налогов. Но мы ни слова не слыхали о том, что деревню захватили огры. Если бы сборщики налогов не вернулись, мы бы знали... и что там творится, в этой деревне...

В словах рыцаря чувствовалось замешательство. Если все происходящее и было подстроено с целью заманить Барбро в ловушку и заставить потерять лицо, то он, похоже, не знал об этом.

А значит, он пока что на стороне принца.

- Как бы то ни было, мы слишком мало знаем о врагах. Что ж, это ожидаемо. Показалось всего пять огров. Будь их больше, они продолжали бы нападать на нас. Так что, скорее всего, этих огров там не более десятка. Вы ведь справитесь с пятью ограми, да?

- Конечно! Каждый из нас так же силен, как и члены Воинской Дружины Газефа Стронофа. Какие-то пять огров - ничто для нас!

- Я не сомневаюсь в вас. Я хочу лишь сказать, что вы должны быть начеку. Огры - тупые монстры, но их действия слишком разумны. Они открыли ворота, чтобы заманить нас, и потом контратаковали в наиболее подходящий момент. Похоже, что у врага есть командующий. Если их направляет кто-то из жителей деревни...

- Простите, что перебиваю вас. Простой крестьянин никак не может подчинить себе огра. Я полагаю, здесь замешана еще какая-то сила. Если мы сможем узнать больше о противнике...

Барбро больше не мог сдерживать свое нетерпение.

- О чем ты там бормочешь? Смотри! - он указал на ворота, на изорванный

королевский флаг. - Флаг нашей страны порван и унижен. Ты уничтожишь эту деревню, чего бы это ни стоило. Собирай войска, стреляйте зажигательными стрелами, сожгите эту деревню дотла. Пора показать свой опыт в ведении осад! Похоже, без потерь мы уже не обойдемся. Так что нападайте с решимостью стереть эту деревню с лица земли!

- Прошу вас, подождите! Возможно, всем этим управляет какой-то огр-маг или какой-то другой разумный нелюдь, а не жители деревни!

- Хоть бы и так, что с того? - глядя на рыцаря, чье лицо выражало искреннее недоумение, Барбро медленно принялся объяснять, словно ребенку: - Ты слушаешь? Хорошо. Не имеет значения, крестьяне ли это командуют ограми, или какие-нибудь разумные полулюди. Жители деревни восстали против полноправного правителя этих земель, королевской семьи. Раз так, мы должны показать всему миру последствия подобной глупости.

- Но, если жителей держат в заложниках, разве это не делает их невиновными?

- Ты слушал, что я сказал? Ну и что, если так? - до рыцаря, похоже, с трудом доходили слова. Барбро увидел это и пожал плечами: - Ладно, ладно, я понял тебя. Я проявлю к ним максимально возможную снисходительность. Захватите тех, кто не будет сопротивляться, и после мы подвергнем их суду. Так лучше?

- Ясно, сэр!

Рыцарь низко поклонился Барбро. Услышав столь решительный ответ, тот удовлетворенно кивнул.

- Однако есть одно условие. Я желаю быстрой и полной победы. Если мы понесем здесь потери, пойдут самые разные слухи. Это же касается и тебя. Люди будут болтать о том, что какая-то ничтожная деревушка смогла пустить кровь элитным войскам маркиза.

- Но это из-за тех огров...

- Ты не сможешь оправдаться этим. Так уж устроен мир.

- Понял!

- Если понял, принимайся за дело. Отзови войска от задних ворот. В то же время срубите деревья в лесу и сооружайте тараны. О деталях позаботишься сам. Добейся победы с минимальными потерями. Всех, кто попытается сбежать - убить.

♦ ♦ ♦

В стены ударил град наполненных маслом сосудов, вслед за ним - дождь зажигательных стрел.

Сравнимые с заклинанием «Огненный Шар» взрывы создавали яркое красное пламя и непрерывные выбросы черного дыма.

Джугем чувствовал неуверенность стоящих вокруг него ополченцев. Предводитель гоблинов воздел свой двуручный меч и проревел:

- Держаться! Огонь вроде этого не проникнет за стены! Что же до ворот...

Из-за ворот раздался звук тяжелого удара.

Стены были гораздо прочнее и толще, чем сторожевая башня, лежавшая сейчас в руинах. Даже зажигательные стрелы не могли поджечь их так просто. Поэтому все пришли к выводу, что это была лишь уловка, призванная отвлечь внимание от главной цели - пробить ворота. Створки вновь сотряс удар.

Это был глубокий, мощный звук, превосходящий звук ударов огрских дубин. Это были осадные орудия - скорее всего, стенобитные тараны.

- Спустить!

Одновременно с криком Джугема ополченцы спустили тетивы луков, заученно выпустив стрелы.

Из-за стены раздались крики боли. Однако звуки ударов не прекратились.

«Должно быть, они используют несколько таранов, атакуя по очереди.»

- Спустить!

По команде Джугема вверх вновь взлетели стрелы. Однако на этот раз враг ответил. В несколько раз большее количество стрел осыпало деревню подобно дождю.

И все же ни один из защитников не пострадал.

Враги стреляли издалека, и все стрелы промахнулись, безвредно ударив в стены и здания. Однако, чем больше вражеских лучников вступит в бой, тем выше будет шанс, что какие-то из стрел найдут цель. Пока у врагов есть хоть какой-то шанс попасть, положение будет лишь ухудшаться.

- Отступаем! Отступаем! Смена позиции!

Ополченцы подчинились Джугему, голос которого, хоть и приглушенный, по-прежнему был слышен всем. Они поспешно сменили позицию, среди них начала подниматься паника.

До сих пор жители деревни учились стрелять лишь с заданных позиций. Они тренировались точно попадать в область сразу за главными воротами. Итак, при выполнении обоих этих условий они стреляли довольно-таки метко, но переместившись на незнакомую позицию не могли надеяться столь же успешно поражать цели.

Теперь вести дальний бой будет очень сложно.

- Поднять копья! Мы вступаем в ближний бой!

Из-за стен раздался громкий звон. Словно что-то металлическое ударялось о стены; звук полностью отличался от стука таранов. Судя по всему, то был звук топоров, и он раздавался отовсюду.

Численность являлась огромным преимуществом.

Враг может использовать нападение и на ворота, и на стены как уловку и атаковать с совершенно неожиданного направления. На месте вражеского командующего Джугем поступил бы так же.

«Как и запланировано... похоже, все идет как надо, и враг распыляет силы.»

Большинство обычных методов нападения бесполезны перед лицом такого количественного превосходства. Для жителей деревни Карн лучшей тактикой будет медленно подтачивать вражеские силы.

Если в построении противника возникнет слабина, они в любой момент смогут атаковать из деревни. Идеальным было бы атаковать вражеского командира в клинообразном построении. Таким образом, паникующий враг немедленно направит на них все силы.

Отзыв огров из боя был частью подготовки к этому событию. Даже продолжая атаку, они вряд ли заставили бы врага запаниковать и достичь цели, выманив отряд от задних ворот к передним.

«Разумеется, рассредоточенные вражеские войска сразу же окружат нас, и отступать будет некуда... что ж, полагаю, именно это и называется "влезть в драконье логово, не убедившись, что хозяина нет дома".»

Другими словами, самоубийственная тактика.

Но, как бы то ни было…

- Ну, полдела, считай, сделано, - пробормотал Джугем себе под нос, глядя в сторону невидимых отсюда задних ворот.

Он создал для своей госпожи путь побега, дающий максимальные шансы выжить. Больше беспокоиться не о чем. Может, это звучало и жестоко, но, если присутствующие здесь жители погибнут, никто не узнает сколь многим удалось сбежать, и побег Энри останется скрыт от врагов.

Защита Энри являлась первейшей и важнейшей целью Джугема. Он заплатит за это любую цену без малейших сожалений. Поэтому…

- Все! Ждем, когда выломают ворота, и атакуем! Цель - вражеский командир! Наш единственный шанс спастись - убить его!

- Оооо!

Ему ответил хор решительных голосов. Некоторые слегка дрожали, но непохоже, что кто-то собирался бежать.

Осталась лишь чистая храбрость людей, сражающихся за своих детей и любимых.

♦ ♦ ♦

Энри и Энфри сбежали с задней наблюдательной площадки, направляя женщин и детей к воротам. Лиззи, бабушки Энфри, здесь не было, потому что она осталась,

чтобы спрятать все алхимические принадлежности, полученные от Айнза.

У нее не останется времени на побег, но она приняла свою судьбу.

- Все в порядке! Там никого нет! Мы откроем ворота и побежим в лес!

Собравшиеся дети отчаянно закивали, их лица побледнели от страха.

Тем временем Энфри и Брита поворачивали ворот, медленно открывая одну из створок.

Как только они открыли ворота, Энри высунула голову наружу и осмотрелась. По-прежнему никого. Как она и видела с наблюдательной площадки, в поле зрения не было вражеских солдат. План Джугема увенчался успехом.

- Итак, бежим!

Первыми вперед выбежали Агу и его соплеменники. Если в лесу их ждет засада, они проложат кровавую тропу сквозь врагов. За ними следовала Брита. Она была разведчиком группы, и, если Агу и не заметит солдат, она сможет предупредить об опасности.

Передовая группа будет продвигаться в сторону леса, учитывая скорость, с которой могут бежать короткие детские ноги. За ними попарно последуют дети. Их будут сопровождать их матери. Сирот поведут дети постарше.

Последними пойдут Энри и Энфри, которые впоследствии займут лидирующую позицию.

Даже отбежав от деревни, они оставались довольно далеко от леса. Учитывая, что сейчас была середина зимы, расстояние казалось в несколько раз больше обычного.

Они бежали, отчаянно перебирая ногами.

«Слишком далеко. Недостаточно быстро.»

Сзади донесся топот лошадиных копыт.

Кровь застыла у Энри в жилах, ее едва не тошнило. И все же сердце колотилось как бешеное, она дышала тяжело и беспорядочно. Страх заставил ее обернуться, и увиденное повергло ее в отчаяние.

- Не может быть...

Их преследовало около сотни рыцарей на конях. Должно быть, они прятались у стен, невидимые с наблюдательной площадки. Они показались лишь потому, что убедились - больше никто из ворот не выйдет.

Расстояние между деревней и лесом было приличным. Однако лошади гораздо быстрее людей.

Возможно, Агу и Брита смогут сбежать. Но для детей это невозможно. Их неизбежно догонят.

Рыцари держали в руках какие-то сверкающие предметы, несомненно намереваясь рубить в спины тех, кого настигнут. Хотя Нему и бежит в голове колонны, вряд ли ей удастся спастись.

- Энри, беги дальше!

Энфри внезапно остановился.

- Энфи!

- Я выиграю немного времени!

- Ты с ума сошел? Не думай, что все будет, как в тот раз, когда тебя спасла Люпус Регина!

- Просто беги!

Энфри зло закричал на Энри, тоже остановившуюся.

- Если ты хочешь выиграть время, я знаю способ получше!

Энри вытащила из кармана потрепанный старый рог.

Он может призвать лишь 19 гоблинов. Пусть это и немного, каждый из них довольно силен. Они смогут ненадолго задержать преследователей.

- Идиотка! Их слишком много! Ты и двух десятков не призовешь!

Ей нечем было опровергнуть слова Энфри. Всадники наверняка смогут просто обойти гоблинов. Однако не использовать рог будет еще глупее.

- Разве то же самое не относится и к тебе?!

У Энри больше не было времени на споры. Она поднесла рог к губам.

- Гоблины! Помогите!

Рог издал низкую басовую ноту, от которой содрогнулась сама земля.

Энри непонимающе моргнула. В прошлом, когда она призвала Джугема и остальных, рог издал лишь едва слышное «пуу», словно шум от детской игрушки.

- Э-Энри...

Перепуганный Энфри смотрел куда-то мимо нее, на то, что находилось у нее за спиной. Энри проследила за его взглядом.

Верховые рыцари уже почти достигли их, и с виду ничто не могло их задержать, но почему-то они натягивали поводья, останавливая своих лошадей. Из-за внезапной остановки, некоторые даже выпали из седел.

Энри обернулась, и...

- Э? Ээээ?

♦ ♦ ♦

Многим предметам в Иггдрасиле можно было назначать имена. Однако некоторые были исключением из этого правила. В том числе добываемые из поверженных монстров артефактные предметы.

Одним их таких артефактов был «Рог Генерала Гоблинов».

Рог являлся маленькой и простой вещью, но была в нем одна загадочная странность.

Он мог призвать лишь девятнадцать гоблинов. Эти гоблины являлись мусорными монстрами, недостойные даже внимания игроков Иггдрасиля. Так почему такой предмет имеет грандиозное слово «Генерал» в названии? Ему больше подошло бы название «Гоблинский Рог».

Многие игроки Иггдрасиля думали так. В конце концов никто из них не понял почему рог назван именно так, и они оставили все как есть.

Однако рог назывался так не без причины.

И причина эта...

♦ ♦ ♦

Джугем взмахнул своим магическим мечом, доставшимся ему от Гиганта Востока. Противник блокировал его нанесенный в полную силу удар. Однако он не смог полностью сдержать силу и потерял равновесие. Обычно Джугем немедленно нанес бы еще один удар, но другие солдаты, наседавшие на него, не дали ему на это времени.

Они обошли Джугема с двух сторон, чтобы прикрыть пошатнувшегося солдата.

Щелкнув языком, Джугем взмахнул мечом и мастерским движением блокировал направленные на него удары.

- Этот гоблин хорош. Он теснит нас троих одновременно.

- Какой невероятный парень. Я не знал, что гоблины могут быть настолько сильны.

Джугем чувствовал, что его соперники не выкладываются на полную, и это его беспокоило.

Сражайся он с ними по одному, он бы победил. Против двоих - можно было бы рискнуть. Трое сразу - означало, что он, скорее всего, проиграет. И теперь...

Его обходил еще один солдат. Джугем сделал небольшой шаг назад.

Против четверых ему останется лишь погибнуть.

Первые несколько солдат, с которыми он сразился, были слабы, и он легко прорвался сквозь них.

Храбрые воины деревни Карн неуклонно наступали на строй королевских войск в клинообразном построении.

Но теперь начали появляться сильные враги, словно они оказались в другой области. Снаряжение врагов было высококлассным; они, наверное, были элитой вражеского войска.

Хотя ополченцы подобрались уже близко к лагерю врагов, потери были невелики.

Однако это все же давалось непросто.

Джугем отвлекся от четверых своих соперников и незаметно осмотрелся. Подчиненных ему гоблинов постепенно одолевали числом.

Он сильнее и крепче своих врагов... но, с другой стороны, его единственное преимущество – сила, в то время как противник помимо численного превосходства начал использовать накопившийся за время боя опыт, и теперь Джугем мог видеть, как враги наносят им удары и быстро отступают.

Со стороны деревни Карн уже было несколько павших. Хотя гоблины и приняли на себя основной удар, заняв позиции на переднем крае клина, врагов было слишком много, и все их атаки отразить было невозможно. Неизбежно где-то строй будет прорван, и неизбежно кто-то падет.

Их действия были безрассудны, и ничего другого нельзя было и ожидать.

Однако Джугем хотел надеяться, что дело не в этом.

И в этот момент...

Меч ударил его, рассекая плоть.

- Тче!

Джугем взмахнул мечом, отгоняя противника.

- Вы, ребята, кто вы такие? Не обычные фермеры, я полагаю.

Джугем был двенадцатого уровня. Учитывая это, его враг был примерно десятого или, может, одиннадцатого уровня. Остальные трое, вероятно, девятого.

Обычный крестьянин был лишь первого уровня. Возможно, некоторым удавалось натренироваться до второго. Охранники, сопровождавшие сборщиков налогов из Э-Рантэла, не выглядели и на третий. Значит, противостоящие ему сейчас солдаты очень сильны.

Впрочем, Джугем не мог точно оценить силу даже Энри и Энфри, так как они не являлись воинами, но понимал, что оба они по-своему весьма сильны.

- Этот гоблин... нет, это хобгоблин? Или они все такие сильные?

- Но, говорят, хобгоблины крупнее... может, это король гоблинов? Может, они силой захватили деревню... но раз так, то почему жители столь яростно сражаются?

- Хааа! Люди так тупы. Это потому, что мы взяли заложников! Дошло?

- Он, должно быть, лжет. Они не сражались бы по столь отвратительной причине. Скорее, ударили бы вас в спину. Я чувствую, что вас с ними связывают узы товарищества, превосходящие даже межрасовый барьер. Почему? Почему гоблины и люди сражаются бок о бок?

- Как будто я расскажу тебе, тупица!

- Значит, вы все-таки товарищи, если не...

- Аааа, заткнись, дьявол тебя подери! Меня бесят любители совать везде свой нос!

Джугем вновь взмахнул своим двуручным мечом.

Но результат не отличался от предыдущего.

Враг принял удар, но не полностью. Солдат пошатнулся, но пытавшегося нанести второй удар Джугема прервали атаки с двух сторон, целящие в его уязвимые места.

Понимая это, Джугем решил не пытаться уклоняться.

Удары, направленные в неприкрытые броней части его тела, пронзили его.

Но вместо боли Джугем почувствовал лишь жар в двух пораженных точках своего тела.

Он сжал зубы и активировал свой особый навык. Его меч сменил направление, ударив одного из рассекших его бок солдат.

- «Удар Гоблина»!

Могучий удар прорубился сквозь слабые места кольчуги солдата и нанес тяжелую рану плоти под ней. В тот же момент солдат задрожал.

Такова была сила меча - яд. Однако перед ним все же можно было устоять, и он не мог полностью вывести противника из боя.

Отвлекшийся Джугем не смог увернуться от удара мечом в спину.

Хотя его броня сдержала удар, и рана была несерьезной, все его тело заныло.

- Дерьмо!

- Это наши слова! Ты достал, Байк!

- Пусть Байк отступит. Обходим этого парня!

В беспорядочной рукопашной схватке участвовало больше врагов, чем эти четверо. Некоторые пытались атаковать Джугема и оказывались рассечены в наказание. Судя по их плохому снаряжению, они все были лишь призванными на службу фермерами.

Но при этом их было очень много. Численное превосходство - это поистине нечестно.

- Назад! Этот гоблин силен! Мы с ним разберемся. Вы все, ступайте разберитесь с крестьянами позади него!

- Думаете, я вам позволю?!

Джугем зарычал на новобранцев и замахал мечом. Запуганные его словами, они отступили.

Жар в его теле постепенно превращался в боль.

Как воин, размахивающий мечом, чтобы жить, Джугем выучил несколько секретов для боя, первый из которых - как сражаться, несмотря на боль. Другой секрет заключался в определении количества полученных повреждений, и когда пора убегать. Его инстинкты говорили, что он еще может драться, но как долго - он не знал.

Очередной храбрый воин деревни Карн встретил свой конец; его кровь впитывалась в землю.

Поражение было неизбежно, и все в поле его зрения окрашивалось в красный цвет.

Тем не менее он все еще должен выиграть время для Энри и остальных, должен сражаться до последнего вздоха.

- Цель - вражеский лагерь. Силы - я сам.

Возможно, увидев решимость Джугема, солдат перед ним напрягся.

Джугем сжал свой меч, приготовившись атаковать. Сильный шум захлестнул поле боя. Джугем не мог посмотреть в сторону, твердо закрепив взгляд на стоящем перед ним противнике.

Шум шел со стороны деревни Карн...

♦ ♦ ♦

Причина эта была проста. Истинная сила рога заключалась не в том, чтобы призвать лишь девятнадцать гоблинов.

В Иггдрасиле этот предмет не мог открыть свою подлинную ценность и считался мусором.

Однако в Новом Мире у него появился шанс проявить свою настоящую силу.

Давайте вновь вспомним его название.

«Рог Генерала Гоблинов».

Его истинная сила, открывающаяся лишь при выполнении трех условий, заключалась в...

Часть 3

Ритмичные удары тяжелых барабанов разносились по всему полю боя совсем рядом с деревней. Едва посмотрев в том направлении, Джугем широко раскрыл глаза. Отряд примерно в пять тысяч воинов надвигался размеренным маршем в безупречном построении.

И селяне, и принц Барбро подумали, что это было подкрепление принцу. Разница была только в том, что Барбро думал, кто бы мог отправить подкрепление, а селянам это было не важно. Но все изменили свое мнение после того, как присмотрелись.

Строй состоял из гоблинов. Полулюди, называемые «гоблинами», уступали ростом среднему человеку и размером были примерно с ребенка. Однако эти воины выглядели гораздо крупнее.

Их тела были закованы в стальные доспехи, а оружие в их умелых руках сияло опасным блеском. Эти гоблины, снаряженные под стать истинным воинам, были не ополчением, а профессиональной армией.

- Сейчас! Все, кто живой, бежать со всех ног! Это подкрепление! У нас есть подкрепление! Бегите к ним! - громко прокричал Джугем.

Он не знал, были это друзья или враги, или какая-то третья сторона. Решение бежать к ним лишь потому, что они представляют ту же расу, что и он, было само по себе не слишком хорошим. Правильнее было бы попытаться укрыться в деревне.

И все же что-то подсказывало Джугему, что это его товарищи. Что они служат той же госпоже, что и он. Что они с радостью примут его.

Оставшиеся в живых из деревни Карн мчались к армии гоблинов без колебаний.

С каждым их шагом окружавшие их враги отступали. Армия Королевства, даже зная, что нужно погнаться за ними, медлила. Их можно было понять. Глупо безрассудно приближаться к столь хорошо организованной армии.

Также были еще две причины, по которым жителей деревни не преследовали. Во-первых, из лагеря армии раздался сигнал к отступлению: вероятно, там решили, что лучше собрать войска и перестроиться, а не преследовать. Во-вторых, они боялись, что армия гоблинов может отомстить тем, кто гонится за представителями их вида.

Гоблины впустили в свои ряды бежавших со всех сил Джугема и остальных. Те ввалились в промежутки между воинами, и армия гоблинов, впустив их, сомкнула строй. За ними словно захлопнулась стальная дверь.

Джугем осмотрелся, глядя на своих товарищей, в изнеможении упавших на землю. Тела всех покрывали раны, и многие потеряли сознание, оказавшись в безопасности. Даже Джугем, едва осмотревшись, почувствовал, как у него свет меркнет в глазах. Число и гоблинов, и огров, и деревенских ополченцев уменьшилось после битвы.

- Что, похоже, мне стоит считать это удачей... больше половины наших выжило.

Кона!

Он позвал гоблина, способного применять магию исцеления, но Кона лишь покачал головой. Он истощил всю свою ману за время битвы.

- Тогда кто-то, кто знает, как оказать первую помощь...

Пока Джугем пытался крикнуть, к нему подошел держащий перьевой веер гоблин с ухоженной длинной бородой и замотанной платком головой.

Его поведение навело Джугема на мысль, что это довольно важная фигура в армии гоблинов.

- Хо-хо-хо, так вы часть свиты Генерала Энри. Я командующий этой армией, Гоблин-Стратег. Вы прибыли, и более никто не посмеет причинить вам вред. Прошу, не беспокойтесь. Мы тотчас же отведем вас к медикам.

Гоблин Стратег раскрыл свой веер, и группа крепких на вид гоблинов подбежала с носилками.

- Ну же, ну же, пожалуйста, отнесите их как можно скорее. На нас падет позор, если кто-то умрет под нашей опекой.

Раненых быстро унесли.

- Похоже, вы также ранены. Лучше бы вам пройти осмотр у медиков и только потом вернуться...

- Нет, извините. Я прошу прощения, так как вы были очень добры к нам, но в первую очередь я хочу услышать кое-что. Я не настолько сильно пострадал.

Убедившись, что Джугем не притворяется, Гоблин-Стратег кивнул, прежде чем говорить.

- Конечно, как и ожидалось от лидера свиты Генерала Энри. Что вы хотите знать… Хо-хо-хо, нет, есть только одна вещь, в которой вы были бы более заинтересованы, чем в вашей собственной безопасности. Генерал Энри в шатре позади нас. Она будет очень рада, если вы пойдете ее навестить.

- Действительно? Тогда хорошо.

Облегченный вздох Джугема словно бы шел из самых глубин его души. От облегчения он почувствовал, как тело лишается остатков сил. Он едва не рухнул на землю, но не мог продемонстрировать столь жалкий вид молодежи.

- Тогда я пойду туда. Я не думаю, что моя группа будет участвовать в предстоящем сражении.

- Хо-хо-хо, я благодарю вас за предоставленный нам, новичкам, шанс показать себя.

- Ну, это нормально. Это работа старших - давать возможность младшим.

- Хо-хо-хо, что ж, тогда мне стоит показать старшим хорошее представление.

Итак, осталось лишь одержать полную победу. Тяжелая пехота, вперед.

♦ ♦ ♦

- Что это?! Мы как раз собирались прикончить их! Черт побери!

Барбро широко открыл глаза и посмотрел на незваных гостей, которые все испортили.

Все шло не так, как он планировал. Почему он столкнулся с армией гоблинов в этом крошечном селе? Он начал рвать свои волосы в приступе ярости.

Если бы это было войско Империи, он был бы в восторге и приказал бы атаковать немедленно, но его противниками были гоблины. Даже если он победит, кто признает его достижения?

- Мой Принц, пожалуйста, дайте нам разрешение отступить.

Он повернул взгляд ненависти в сторону рыцаря, который рекомендовал курс действий. Он не знал, почему такая большая армия гоблинов появились здесь, но, если он использует это с умом, он будет оцениваться как сделавший что-то полезное.

Тем не менее, если он воспользуется только что данным советом рыцаря и побежит поджав хвост, не трудно было себе представить, что он получит прозвище «принц, который бежал от гоблинов».

Если он проиграет, то станет «принцем, который проиграл гоблинам». Новости будут распространяться через дворян, которые так голодны до последних сплетен, и не будет никого в Королевстве, кто бы не знал о нем. Их не станет волновать сила гоблинов, они не будут интересоваться деталями. Главное, что будет иметь для них значение, - насколько ядреными выйдут сплетни.

Барбро молча проклял дворян, насмехавшихся над ним и отсиживающихся в безопасных местах.

- Я не сделаю этого. В бой!

- Мой Принц! Посмотрите на их великолепное обмундирование и их безупречное построение. Они должны быть элитой, превосходящей гоблинов от и до. Для армии, состоящей из призывников, как мы, шансы на победу невелики. Пожалуйста, скомандуйте отступление!

Барбро прекрасно это понимал, но не хотел ничего слушать, потому что наступление и победа – единственное, что могло спасти его от позора. Он надеялся, что армия гоблинов появилась только для показухи.

- Ты дурак! Неужели не понимаешь, как опасно просто проигнорировать такую сильную армию, как эта! Сейчас армия Королевства движется в сторону равнин Каз. Что вы сделаете, если они нападут на Э-Рантэл, пока он беззащитен?!

- Я прошу прощения.

В данной ситуации лучшим вариантом было бы отступить и не ввязываться в бой с таким сильным на вид противником. Барбро должен бороться с Империей, и было бы преступлением понести потери в сторонней схватке. Пока он думал об этом, сохранял спокойствие.

Солдаты Барбро как раз закончили перестраиваться, когда гоблины начали двигаться.

Враг выбрал стандартное линейное построение, глубиной в три ряда.

Наоборот, Королевская армия была построена в форме журавлиного крыла. Они не использовали клиновидный строй с целью максимизировать мобильность кавалерии и потому, что враг был в боевом порядке, уязвимом для фланговых атак.

Передняя линия гоблинов состояла из тяжелой пехоты со щитами, достаточно большими, чтобы закрыть все тело. Их неуклонное наступление выглядело как медленно надвигающийся поршень огромного пресса. Барбро ощутил неприятное чувство: его одетые в рукавицы руки, крепко сжимавшие поводья, покрылись потом.

Новобранцы с копьями и тяжелая пехота столкнулись. Пехота должна задержать наступление врага, а кавалерия - ударить с двух сторон.

Два войска сошлись.

И Барбро отчетливо различил крики гоблинов.

- Мы Ее Превосходительства Генерала Энри Гоблинская Тяжелая Пехота! Не думайте, что такой пустяк остановит нас!

Прежде чем он успел задуматься о том, кто такая Генерал Энри, треск в рядах войск Королевства привлек его внимание.

Новобранцев оттесняла стена щитов. Разумеется, стоящих впереди отбрасывало на тех, кто стоял за ними, и строй начал разрушаться. Кавалерия на флангах поспешно пришла в движение. Правое крыло отозвалось быстрее, и попыталось обойти армию гоблинов с фланга, но семнадцать всадников с клинками, сверкающими серебром, восседающие вместо лошадей на серебристых волках, вылетели наперехват.

- Ее Превосходительства Генерала Энри Рыцари-Паладины Гоблинов! Мы бьемся во славу Генерала Энри!

С левого фланга атаковали звери, напоминающие волков. На их спинах сидели гоблины, во главе несся крылатый волк. Гоблин на его спине прокричал; его голос перекрыл крики пехотинцев и достиг ушей Барбро.

- Ее Превосходительства Генерала Энри Отряд Звериных Всадников идет за вами!

Посреди хаоса кавалерийской битвы раздался свист стрел. Присмотревшись, Барбро увидел, как бесчисленные стрелы сыплются на его армию, и он вгляделся в ряды врагов, пытаясь понять, кто стреляет.

Второй ряд вражеского войска составляли гоблины с большими луками в руках, носящие бросающиеся в глаза красные одежды. Правая и левая стороны их тел выглядели неравными, и они словно качались с каждым шагом. Завладевший его вниманием гоблин нес лук еще больший, чем у других; он открыл рот.

- Ее Превосходительства Генерала Энри Гоблины-Лучники! Не думайте, что сможете сбежать от нас!

Дальнобойные атаки врагов этим не исчерпывались. Бесчисленные магические заряды вылетали из третьей шеренги и, хотя и сравнительно далеко от Барбро, взрывались в центре строя его армии. С каждой вспышкой расцветали алые языки пламени, взрывы сотрясали воздух. Последовательные магические атаки рассеивали новобранцев.

Производившие все это носили капюшоны, скрывающие лица. В руках они держали длинные посохи, светящиеся загадочным светом. Стоящий впереди откинул капюшон назад, открывая морщинистое лицо.

- Ее Превосходительства Генерала Энри Отряд Магической Поддержки. Ощутите на собственной шкуре нашу силу и знайте, что мы можем не только усиливать и ослаблять, но и атаковать вас.

Они были не единственным отрядом, способным атаковать магией. За спинами Отряда Магической Поддержки находилась похожим образом одетая группа. Ее составляли всего пятеро гоблинов, но на их лицах была написана абсолютная уверенность. Стоявший впереди гоблин, ухмылявшийся больше остальных, подал голос:

- Ее Превосходительства Генерала Энри Гоблинский Отряд Магических Бомбардировок! Мы, специализирующиеся на магических атаках по площади, гордимся званием отряда с максимальными атакующими возможностями!

- Ваше Высочество!

Рыцарь вернулся к Барбро. Барбро почти мог предвидеть, что рыцарь хочет сказать со столь отчаянным лицом. Раз здесь присутствуют заклинатели, то враг в несколько раз сильнее, чем ожидалось.

- Мы больше не можем их сдерживать! Это невозможно! Это лишь вопрос времени, пока они доберутся сюда! Пожалуйста, прикажите отступать!

Не время было размышлять - хочет он отступить или нет. Даже прикажи он всем стоять и сражаться, следовавшие за ним до сих пор дворяне просто побегут, поджав хвосты. Попытавшись заставить их сражаться, он лишь создаст причину для недовольства и сделает этих дворян своими врагами.

- Хорошо. Пусть войска барона отступят первыми.

Барбро хотел бежать впереди всех, но понимал, что таким образом заработает репутацию труса, первого побежавшего от гоблинов. Эту грязную роль он предоставит барону.

- Есть!

Как только рыцарь отдал распоряжение своему подчиненному...

- Куда это ты собрался?

Барбро первым понял угрозу своей жизни, услышав рядом с собой незнакомый голос.

Свита принца выхватила мечи и осматривалась в поисках источника голоса. Внезапно из теней появились фигуры, укутанные в черную одежду. Их лица закрывали маски, но глаза будто светились острым сиянием.

- Ее Превосходительства Генерала Энри Гоблины-Ассасины. Мы явили себя из теней, потому что это - ваш конец.

И еще один.

Следовавший за ними носил красный шлем, стальные башмаки и держал длинную косу. Словно воплощенная смерть.

- Ее Превосходительства Генерала Энри Гоблин-Телохранитель - член Тринадцати Красношлемов. Что ж, похоже, у меня не будет даже шанса показать себя.

- Защищайте Его Высочество! Сигнал к отступлению!

- Слишком поздно.

Тени шевельнулись. Это было единственным, что смог рассмотреть Барбро.

Голова рыцаря исчезла, из его шеи фонтаном хлынула кровь.

Как только его мозг осознал увиденное, Барбро немедленно пустил лошадь в галоп. Не было времени думать о порядке отступления, стоя на перепутье между жизнью и смертью.

Убегая, он услышал за спиной крик «Ее Превосходительства Генерала Энри Гоблины-Музыканты!» и вслед за ним - громкий бой гоблинских барабанов, преследующий его.

- Ничего, что мы так просто его отпустили?

- Таков приказ стратега. Он сказал, что, если мы убьем принца, эта битва не закончится, пока все враги не погибнут.

- Хмф, полагаю, это так. Если бы Генерал Энри погибла, я не остановился бы, пока хоть один из врагов оставался бы жив. Как и ожидалось от стратега, он думает на несколько ходов вперед. По этой же причине мы не будем уничтожать всех солдат?

- Верно. Они должны вернуться в город вместе с принцем. Я понимаю твое недовольство. Я тоже это чувствую. Я хочу отомстить им за то, что они посмели напасть на деревню Генерала Энри... Ну, Красношлем, позаботимся о телах.

- Да. Нам нужно доставить тела храбрых воинов, сражавшихся плечом к плечу с лидером старших.

Часть 4

На равнине, окрашенной ярким лунным светом, располагался лагерь. Вопрос состоял в том, действительно ли это можно было считать лагерем: без каких-либо палаток и деревянного ограждения. Более верное описание - на равнине была армия.

Большинство из них были потрепаны и лежали в изнеможении.

Причиной, по которой они могли спать без каких-либо подстилок в зимний день, достаточно холодный для превращения дыхания в белый пар, было полное истощение. Посреди групп людей, развалившихся словно безвольные марионетки, туда-сюда расхаживал один человек.

Это был проигравший битву генерал, принц Барбро.

Стоит ли ему считать себя счастливцем, потому что выжил, или считать это неудачей, потому что встретился со столь сильным врагом?

Армия гоблинов, внезапно появившаяся у деревни Карн, была сильной, нет, подавляющей. Войска Барбро были смяты в тот же момент, как сошлись с гоблинами; их поражение было неизбежно. Его солдаты погибали подобно тающему под солнцем снегу.

«Но что это за гоблины?»

Барбро хотел бы знать ответ.

Единственное, что приходило ему в голову, - это то, что эти гоблины создали огромное королевство в Великом Лесу Тоб. Если армия направлялась на юг, ситуация становилась объяснимой. Дворяне, которым удалось спастись вместе с ним, полагали так же.

Что означало, что ему просто не повезло.

Что означало, что эти гоблины - элита своей расы.

Что означало, что возвращение с информацией об этой армии само по себе является значимым достижением.

- Идиоты...

Барбро стиснул кулаки.

Поражение - это поражение, и эти гоблины, несомненно, очень сильны. Любой сразившийся с ними понял бы, почему Барбро проиграл.

Но для незнакомых с ситуацией Барбро будет принцем, побежденным гоблинами. Он станет предметом насмешек.

- Черт! Черт! Черт!

Его сердце переполняла безысходность. Именно поэтому он не мог спать, хотя и был так же вымотан, как и его солдаты.

Каждый раз, закрывая глаза, он слышал издевательские злобные голоса, которые непременно раздадутся в его адрес, когда он вернется в Королевство.

Для Барбро война окончена. Теперь он не сможет вернуться на Равнины Каз и принять участие в битве против Империи.

Внезапно он почувствовал чье-то присутствие. Не со стороны спящих солдат, а с той стороны, откуда они бежали.

Это отставшие, наконец-то догнавшие их, или гоблинская погоня?

Беспокойно обернувшийся Барбро удивленно нахмурился. Фигура, словно заметившая взгляд Барбро, замахала в легком приветствии.

- Как делишки?

Как ей удалось появиться посреди пустой равнины так, что никто не заметил? Невдалеке от него - примерно в двадцати метрах - стояла невероятная красавица; ее искренняя улыбка гармонировала с открытым выражением лица. Будь они посреди города, он не задумываясь пялился бы на нее, но они находились на равнине. Поблизости не было даже ни одной деревни.

Самым странным был ее наряд - что-то весьма напоминающее униформу горничной.

Если бы при ней было оружие, он счел бы ее приключенцем, но во всем этом не было ни малейшего смысла.

«Монстр?»

Мысль внезапно пронзила его мозг. Некоторые монстры обладали прекрасной внешностью, например феи, но одежда горничной не вписывалась и в эту теорию.

- Привет, я пришла поиграть. Ты ведь не занят, верно?

Определенно высокомерный вопрос.

- Кто ты? - спросил он, потянувшись к мечу на поясе.

Скучный и прозаичный вопрос, но он хотел это знать. Девушка была столь таинственна, что он не мог придумать никакого другого вопроса.

- Меня зовут Люпус Регина. Я одна из горничных на службе у Владыки Айнза.

Загадочная женщина представилась, вновь подняв руку в приветствии. Что-то из слов этой женщины - Люпус Регины - глубоко засело в его сердце.

- Ч-что?

Барбро был так удивлен, что забыл разбудить солдат вокруг себя.

- Нет, нет, давай не будем на этом зацикливаться... ты действительно прошел через многое. Но знаешь, это довольно-таки нечестно. Я имею в виду, что целая армия гоблинов - это как-то трусливо. Даже я удивилась, глядя сзади на того человека, Энри. Аж взвизгнула от удивления! Кто бы мог подумать, что вылезет так много гоблинов... хехехе.

Люпус Регина издала звук, напоминающий смех.

Это была очевидная насмешка, но Барбро был не в настроении поддаваться на это.

- Так зачем ты здесь!

Он чувствовал, как в ответ на его крик кто-то задвигался позади него.

Насмешка есть насмешка, но ее действия слишком странны для внезапного нападения. Ей совершенно незачем обнаруживать себя. Или она хочет отвлечь его внимание? Пока он смотрит на нее, его ударят в спину.

Нет. Он первый принц и потому ценен.

Вероятно, они собираются вести с ним переговоры или же взять его в заложники.

Но переговоры никак не могут закончиться добром для него. Скорее всего, его возьмут в плен.

Барбро чувствовал, как с каждой секундой трон все дальше и дальше ускользает от него. Хотя ответственными за это были высшие руководители Королевства, отправившие его в эту деревню, не проинформировав о присутствии гоблинов.

Если его возьмут в плен, он получит шанс встретиться с Айнз Оал Гоуном. В зависимости от ситуации он может пообещать Айнзу четверть территории Королевства в обмен на то, что тот сделает его королем.

Это, возможно, лучшее, что ему удастся извлечь из этой наихудшей ситуации.

Барбро заключил так.

- Нет, нет. Я здесь лишь за одним делом, - Люпус Регина набрала побольше воздуху и объявила: - Я пришла перебить вас всех!

Он несколько раз моргнул, прежде чем закричать.

- Что?! Что за чушь ты несешь! Ты не знаешь, с кем говоришь?! Я Первый Принц Королевства Ре-Эстиз Барбро Андориан Лейд Райль Вайсельф!

- Ха. Ну, при всем при этом ты обычный человек, разве нет? С нашей точки зрения никакой разницы. А, и я уже знаю, что ты принц.

- Тогда... Верно! Ты хочешь убить всех, кроме меня? Я не считаю, что это хорошая мысль. Даже если ты возьмешь меня в плен, все равно кто-то должен будет доставить новости королю, иначе во время переговоров могут возникнуть самые разные сложности.

Люпус Регина непонимающе наклонила голову, словно он сказал нечто странное.

- Нет, нет. О чем ты таком болтаешь? Я повторю. Пе-ре-бить. Перебить - значит убить вас всех до последнего. Похоже, твой мозг не слишком-то развит? Аа, в этом смысле… ты можешь быть интересен, но мне не очень-то хочется держать тебя при себе.

- Что ты, черт возьми, такое говоришь! Ты не понимаешь моей значимости! Я Первый Принц! Как ты смеешь даже думать о моем убийстве! Дворян принято брать в плен и обменивать на выкуп! Или на территорию! Гораздо выгоднее взять меня живым и использовать для получения преимущества в переговорах, а не убивать меня!

- Ну и ну, что за проблемный человек, - Люпус Регина неприятно улыбнулась и продолжила снисходительным тоном, словно объясняя ребенку что-то

сложное: - Тебе нет места в планах Высшего Существа Владыки Айнза. Поэтому сейчас ты умрешь. Теперь понял?

Барбро был ошарашен.

Он чувствовал, что Люпус Регина не шутит и не угрожает.

Он бессознательно сглотнул слюну.

- Ты действительно собираешься это сделать? Действительно собираешься убить меня...

- О, это хорошее выражение лица. Мое любимое. Ты поднимаешься все выше и выше в листе моих фаворитов.

- Раз так...

Люпус Регина ответила Барбро с равнодушным лицом. Барбро попытался улыбнуться несмотря на онемевшее лицо.

- Владыка Айнз повелел перебить вас всех. Поэтому никто не покинет этого места живым, - она внезапно изменила выражение лица и заговорила шутливо: - Я думала о том: какой враг развлечет вас больше всего? И я выбрала лучшего противника для вас, столь много проблем получивших от тех гоблинов, - она подняла руку, произнося «та-да». Внезапно, несколько теней вырвались из ее собственной тени. - Это Красношлемы-Наемники, которых я призвала!

Их насчитывалось тридцать.

То были злые и уродливые гоблины, напоминающие виденных им ранее.

Все они носили остроконечные красные шлемы и стальные ботинки. В руках держали топоры, которые, казалось, испускали голубое свечение в лунном свете.

- Враги! Нападение! Чем вы все заняты! Проснитесь! К оружию! Враг здесь!

Крики Барбро разбудили солдат; они увидели врагов в почти ослепляюще ярком лунном свете.

- Сорок третий уровень. Это слегка чересчур, но в библиотеке не было свитков призыва гоблинов послабее.

Поднялись крики.

Поскольку эти солдаты только что прошли через адскую битву с гоблинами, у них не было решимости сражаться с гоблинами вновь.

Даже не пытаясь сопротивляться они беспорядочно пустились в бегство.

- Стоять! Сражайтесь! Сражайтесь! Стоять и сражаться! Защитить меня прямо сейчас!

Барбро никто не слушал. Даже дворяне побежали к лошадям.

- Аххахаха! Шедеврально! Решили, что сможете вот так сбежать на открытой равнине! Ааах, это слишком весело! Превосходно! Как же мне это нравится!

Издевательский голос Люпус Регины заставил Барбро осознать одно.

Есть лишь один способ выжить. Это - убить врага.

- Ты решил, что сможешь сбежать на лошади... похоже, найдутся и другие бараны, кто подумает так же. Отрежьте-ка мне ноги вон того идиота, ладно?

Красношлемы рванулись вперед, предвкушая приближающуюся бойню.

Они были словно дикие звери.

Они скользили среди беспорядочно пытавшихся сбежать людей.

И тут... в воздухе эхом разнесся крик.

То был один из дворян, пытавшихся сбежать верхом.

Крики продолжались.

- Что ж, полагаю, у меня не будет особо много времени на развлечения, раз вас так мало осталось... Ну, что поделать. Постараюсь извлечь максимум из того, что есть, и позабавиться, как смогу. Может, у меня и нет способностей Солюшн, но я покажу тебе, что тоже кое-что умею.

Люпус Регина подошла к доставшему меч Барбро. Она шагала легко, словно вышла прогуляться.

Но напоминающая трещину улыбка на ее прекрасном лице заставила его содрогнуться.

Лишь спустя тридцать минут Барбро было наконец дозволено получить долгожданное избавление в смерти.

Глава 4. Резня

Часть 1

Две армии сформировали свои ряды и встали напротив друг друга, вдоль пологих откосов на темно-красных равнинах.

Внушающая страх армия Королевства была представлена силой в двести сорок пять тысяч солдат, разделенных на левый и правый фланги по семьдесят тысяч и центральную колонну из ста пяти тысяч. Столь огромная армия, даже находясь в уплотненном боевом построении, покрывала внушительную площадь равнин. Однако заставляло трепетать не их почти безупречное построение, а их число.

Пехота в пяти передних рядах была экипирована двуручными пиками, длиной больше шести метров, и формировала длиннющую фалангу.

Их работа состояла в том, чтобы служить зубчатой стеной для остальной части армии, чтобы противостоять тяжелой коннице – основным силам Империи. Было решено отказаться от рва с кольями и от чесноков, так как на это потребовалось бы слишком много ресурсов и времени. И для защиты такой большой армии использовали фалангу с острыми и длинными пиками.

Хотя такое построение было трудно взять с наскока, у него также были недостатки и слабые места.

Так как данная фаланга была очень длинной, а позади нее располагалось огромное войско, а также учитывая вес пик, воины могли только стоять на месте и отражать до самого своего конца атаки конницы. Не было никакой возможности маневрировать или отступить, и если Империя будет использовать лучников, то потери будут очень большими.

С другой стороны, от простых крестьян больше ничего не ожидали. Все, что от них требовалось, - это отбить первое нападение врага.

У Империи было шестьдесят тысяч солдат.

Их число весьма мало по сравнению с армией Королевства, но имперские рыцари сохраняли спокойствие, без малейшего намека на страх. Они не чувствовали возможности проиграть.

Эта уверенность родилась от знания их собственной силы.

Впрочем, несмотря на очевидное преимущество имперских рыцарей в классе, они люди и не могут сражаться вечно, и в момент, когда они устанут, разница в классе может быть преодолена, ведь вся армия Королевства не может сразу вступить в бой, а значит, что какая-то ее часть сохранит свежесть, что даст преимущество в затяжном бою.

Однако у Королевства было еще одно преимущество. Именно на

него, а не на численность, всегда делалась ставка.

Это – ценность жизней солдат.

Большая часть войск Королевства состояла из крестьян. Империя же выставляла профессиональных военных - рыцарей. На обучение и снаряжение рыцарей тратилось много денег и времени, в то время как крестьян считали готовыми сражаться, если они могли взять оружие в руки и пойти за командиром. Империя не могла себе позволить терять рыцарей в бессмысленным нападениях и затяжных войнах и старалась беречь их, что автоматически приводило к меньшим потерям со стороны Королевства.

Теперь, зная об этом, мы видим, что открытое длительное полевое сражение приведет к победе Королевства.

Из-за этого войны между Империей и Королевством, как правило, были всего лишь незначительными перестрелками.

Если бы Империя захотела смести Королевство, то могла бы собрать аналогичную королевской армию из своих рабов и провести массированную атаку. Но цель Империи была в другом: медленное истощение противника с наименьшими потерями. Король и дворяне понимали это, поэтому не заботились о качестве армии.

И все это приводило из года в год к фарсу, называемому войной.

Даже если тот заклинатель, по имени Айнз Оал Гоун, примет участие в бою, то все равно все закончится такой же незначительной перестрелкой. Именно так думало большинство дворян Королевства. Ведь рыцари Империи помимо воинов были также хранителями порядка, и их потеря угрожает стабильности страны.

Итак, дворяне ждали следующего действия Империи.

По традиции имперские силы должны прошествовать перед войсками Королевства и затем отступить. Солдаты Королевства же разразятся криком победы.

Так происходило всегда.

Однако...

Имперская армия не двигалась.

Не было никаких признаков движения в районе крепости, похожей на каструм, никакого маневра войск, чтобы построиться к бою. Как будто они ждали первого шага от Королевства.

- Ничего не происходит. Что будет дальше?

В главном лагере, где находился сам король, располагающемся сразу за огромной ста пяти тысячной колонной солдат, маркиз Рэйвен обсуждал сложившуюся ситуацию с Газефом, наблюдая за противником со своего поста на холме.

Если Империя бездействует, Королевству тоже следует ждать.

В данной ситуации нападать - очень глупо, учитывая, что уже выстроена оборона. Конечно, Королевство прежде уже пробовало нападать: они пытались нанести превентивный удар по дворянам Империи, однако группа войск атаки была почти полностью уничтожена, и Королевство понесло значительные потери. С тех пор они предпочитали формировать линию защиты из копий и только отражать нападения. Нападающие всегда несут большие потери, чем обороняющиеся, поэтому незачем рисковать нападать на противника, который к тому же не собирается выигрывать.

- Да. Похоже на то, что они ждут нас…

- Заключительные переговоры провалились, поэтому они должны скоро напасть… Воин-Капитан Газеф, у вас есть идеи, чего может ждать Империя?

Тридцать минут назад представители обеих стран начали переговоры на небольшой поляне, находящейся как раз посередине между армиями. Представление, на котором просто звучали смехотворные заявления и требования, едва ли можно было назвать переговорами. Истинная цель заключалась в том, чтобы показать, что каждая сторона была готова предотвратить войну до ее начала.

Конечно, переговоры не могли увенчаться успехом, и их окончание всегда служило сигналом для начала битвы.

Обычно имперская армия начинала движение сразу, как только парламентеры возвращались назад, однако на этот раз она осталась на месте.

- Вы спрашиваете меня, но я не могу вам ничего ответить. Какие у вас мысли о происходящем?

- Увы, я не слишком знаком с военным делом. Обычно я оставляю своим подчиненным заниматься военными вопросами. Так что ничего не могу вам сказать.

- Мне трудно поверить, что такой умный и проницательный маркиз не знает ничего о своем враге.

- Ничего не знает… сказал как отрезал.

- Я оскорбил вас? Я приношу свои извинения, если что-то сделал неправильно.

- Ха-ха-ха, нет, ничего особенного. Сейчас твой тон намного лучше, чем был раньше, - сказал маркиз с улыбкой и увидел наморщенный лоб Газефа. - Ха-ха-ха. Буду надеяться, что мы и в дальнейшем сможем так непринужденно разговаривать… Да, это факт – я не генерал и мало что знаю о боевых действиях. Но мне очень повезло с подчиненными, и я могу доверить им решение военных вопросов.

- Хорошо. А что насчет того бывшего авантюриста, который работает на вас, ну, который стал известен после демонического вторжения в столицу? Он вполне мог бы руководить войсками в этом бою. Кстати, где он?

- Ах... нет. Он там.

Рэйвен указал на группу из пяти человек.

Это были бывалые воины, отошедшие от дел, однако они выглядели довольно хорошо для своих средних лет. И пусть они уже не были приключенцами орихалкового ранга, их вид и поведение заставили Газефа отнестись к ним очень серьезно.

- Они будут моими телохранителями во время сражения.

- Если вас защищают такие солдаты, как они, то вы без проблем вернетесь в столицу в целости и сохранности… до тех пор, пока они не встретятся с тем великим заклинателем. Хорошо, а что насчет тактика? Вы говорили, что у вас есть один на примете.

- Я не думаю, что ты знаешь его, так как он простой человек из моих владений. Я заметил его, когда он собрал деревенское ополчение, чтобы отразить нападение гоблинов, которые в два раза превосходили их числом. С тех пор я поручил ему командование моими войсками дома и различные другие задачи. Самое интересное, что он никогда не проигрывал сражение. Также он мой помощник.

- Я хотел бы видеть командующего, которого маркиз Рэйвен так хвалит. Если он действительно таков, как вы о нем говорите, он мог бы преуспеть. Конечно, если бы я̀ дал ему командовать всеми вооруженными силами Королевства.

- Если бы ты̀ дал ему это… полное командование всеми вооруженными силами Королевства. Тогда мы, воюя под его началом, могли бы заставить другие сраны говорить: «Нельзя недооценивать армию Королевства Ре-Эстиз», - Рэйвен с Газефом переглянулись и улыбнулись, затем маркиз продолжил печальным тоном: - Но дворяне никогда не позволят простому человеку подняться до такой позиции. Это - не что иное, как бесплодная фантазия... А ты, я так понимаю, не уполномочен командовать армией?

- Конечно нет. Раз дворяне разделены на фракции…

Империя в своей армии использовала четкую иерархию: войско было разделено на легионы, во главе каждого легиона был свой генерал, генерал Первого Легиона назначался главнокомандующим, легионы в свою очередь делились на бригады, бригады – на батальоны, а те – на боевые группы, и каждому формированию назначался командир.

Напротив, армия Королевства была составлена из войск различных дворян и личного войска короля. Дворяне могли отправлять столько солдат, сколько захотят, к тому же, хоть король и считался главнокомандующим, дворяне распоряжались своими солдатами по своему усмотрению.

Другими словами, это был сброд, а не армия.

Газеф имел звание Воина-Капитана, однако он командовал лишь войсками короля

и не имел права распоряжаться солдатами знати. Конечно, у короля была власть заставить дворян исполнять приказы Газефа во время боевых действий, но это сразу вызвало бы волну возмущений на почве того, что «не пристало знати слушаться какого-то простолюдина». Это привело бы к еще большим разногласиям и раздорам в и так очень тяжелой ситуации. Король понимал это, поэтому не давал подобных приказов.

Маркиз и Газеф знали свое место в Королевстве. Они тяжело вздохнули, затем снова обменялись взглядами и засмеялись.

Этот разговор должен был состояться в другом месте задолго до столкновения мечей и кровопролития.

- Даже если мы возвратимся домой живыми, есть еще один бой, который ждет нас там...

- Я так понял, вы о становлении дворянином?

- Когда все закончится, я буду просить короля поднять тебя до уровня знати. Меня возмущает, что королевский чемпион недостаточно интересует дворян. А должен бы.

Рэйвен выглядел так, будто он шутит, но Газеф мог судить по свету в его глазах о серьезности сказанного.

Газеф в душе порадовался, что научился понемногу понимать и читать чувства собеседника, однако он почувствовал, как груз переживаний маркиза начинает наваливаться и на него, и решил сменить тему:

- Давайте сейчас оставим это в стороне. Почему бы нам не привести стратега и не выслушать его мнение... ах, вызвать его сюда будет затруднительно.

- Ему поручено заниматься защитой моих земель и моего лагеря, и я не буду его отрывать, пока мы не разберемся с намерениями Империи.

Несмотря на то, что все дворяне обязались работать сообща на благо Королевства, в конечном счете собственные владения и безопасность остались для Рэйвена наивысшим приоритетом. Отказ не удивил Газефа.

- Дааа… Мы уже столько раз воевали с Империей, что эти походы стали обычной рутиной. И все же мне кажется, что сейчас мы делаем что-то не так. Конечно, никто не хочет, чтобы Империя сражалась по-настоящему, но было бы здорово спровоцировать их и покончить с этим раз и навсегда.

Газеф почувствовал движение в отдаленных рядах на левом фланге и, пытаясь понять причину, стал пристально смотреть в ту строну, нахмурив брови.

- Мечты… Если подумать, то это может быть хитрость: встревожить нас, чтобы мы дрогнули и раскрылись. Трудно координировать и контролировать большое количество солдат, так что даже малейшее вздрагивание в любом из блоков может спровоцировать бегство, если нервы не выдержат. А какие у простых крестьян могут быть нервы? Плотный строй трудно атаковать, но как только солдаты побегут вразнобой, их легко настигнет конница и перебьет всех до единого. Подобный принцип используют животные при охоте… Куда ты так пристально смотришь? - удивленный Рэйвен проследовал за взглядом Газефа в сторону взволнованных войск на левом фланге и через некоторое время сделал предположение: - Это... выглядит так, как будто они перестраиваются.

- Если бы это была просто реорганизация формирования...

- Это флаг маркиза Боулроба. Похоже, командующий войсками левого фланга движется на передовую.

Дворян фракции знати разместили на флангах, в то время как дворяне фракции короля были сосредоточены в центре.

Король Ранпоса III командовал центральной колонной. Маркиз Боулроб командовал левым флангом.

- Нет причин просто так ставить свое войско во главе формирования. Понимаешь, Газеф? Маркиз использует свои собственные элитные войска. Его план состоит в том, чтобы отличиться в бою против имперских рыцарей перед глазами собравшихся дворян. Так он сделает себе репутацию дворянина с сильнейшей армией в Королевстве.

Рэйвен бросил многозначительный взгляд на Газефа. Казалось, он спрашивал: «Позволите ли вы кому-то еще получить большую славу, чем у вас - лучшего воина?»

Газеф не поддался на это:

- Мой долг - защитить короля. Мы не будем двигаться без его прямого приказа, даже если Империя будет обвинять нас в трусости. В первую очередь мы должны обеспечить безопасность короля и вернуть его невредимым в столицу, - Газеф постучал по мечу на поясе и добавил: - Или, возможно, я должен просто отбить атаку противника.

- Это… одно из четырех сокровищ Королевства, «Бритвенный Клинок»…

Маркиз Рэйвен отступил назад и внимательно изучил Газефа.

«Перчатки Выносливости» даруют бесконечную стойкость. «Амулет Бессмертия» дарует регенерацию. Созданные из невероятно твердой стали «Доспехи Стража» защищают от атак мгновенного убийства. И «Бритвенный Клинок», магически заточенный меч, способный резать доспехи, как бумагу.

- Возможно, самое большое сокровище Королевства - это вы сами, полностью оснащенный другими сокровищами. Я слышал однажды, что у Королевства на самом деле пять сокровищ, и кажется, что они все сейчас собраны в одном месте.

Газеф покраснел из-за того, что был оценен как сокровище, хотя знал, что это была просто шутка.

- Ах, дайте мне перерыв, маркиз. Король гораздо значимей, чем я. Его Величество поручил мне, простолюдину, эти предметы, хотя и знал, к чему это может привести.

- Это разумное мнение. Честно говоря, я чувствовал, что это был глупый

шаг - дать сокровища простолюдину. После этого шага многие ушли из фракции короля. Однако теперь, когда мы сражаемся вместе и от меня нет почти никакого толку, я думаю, что это был мастерский ход. Впрочем, я, возможно, выдаю желаемое за действительное.

- Если бы только я мог дожить до ваших ожиданий...

Газеф посмотрел на сомкнутые ряды имперских рыцарей.

Там не было тех, кого он мог признать сильным соперником, кроме заклинателя Флюдера Парадина. Но Газеф был практически уверен, что полностью экипированным, как сейчас, даже Флюдера возможно победить.

С другой стороны, он не чувствовал, что у него был хотя бы мизерный шанс победить Айнз Оал Гоуна.

Он даже не мог представить такой вероятности.

Не важно, как усердно он пытался быть оптимистом, раздумывая о пути к победе, единственное, что всплывало в голове, - его незамедлительное уничтожение таинственным заклинателем.

- Что случилось?

- Ни-ничего...

Он знал, что был величайшим воином в Королевстве. Если позволить себе показать слабину, то боевой дух армии снизится.

- Ах, нет... Я просто думал о бедном принце Барбро.

- Бедный принц... возможно ли... Понятно. Так ли это? Ты тоже чувствуешь... Ясно.

- Что вы пытаетесь сказать?

- Только не говори, что считаешь, что король отправил принца в деревню Карн, лишь бы тот не смог отличиться здесь?..

- Разве это не так?

Рэйвен едва заметно улыбнулся.

- Мхм, ну, в общем, я не соглашусь. Я чувствую, что Его Величество действительно надеялся на тебя̀, - Маркиз Рэйвен решил объяснить, когда он увидел абсолютно непонимающее лицо Газефа. - Король признал силу Айнз Оал Гоуна, противника, которого опасается его самый надежный вассал, Воин-Капитан. Вместо того чтобы рисковать своим любимым сыном в бою с неизвестным исходом, он послал его в место, где он мог быть в относительной безопасности... Хотя, честно говоря, прежний я был бы расстроен, что только один его̀ сын не принимает участия в бою, в то время как все остальные должны были посылать своих детей на поле боя, - Рэйвен отечески улыбнулся. - Конечно, теперь я понимаю, почему он сделал так. Я бы поступил так же, чтобы обеспечить благополучие моего сына.

- Ах, маркиз. Это очень по-отечески, что сказать.

Рэйвен улыбнулся. Это была улыбка в равной степени нежная, счастливая и гордая. Газеф почувствовал, что это было довольно нехарактерно для такого человека.

- Ну, я отец, в конце концов. Я обещал моему сыну, что после этой битвы я буду играть с ним столько, сколько он хочет, как нормальный отец. Ах, мы отошли от темы. Давайте оставим все как есть. Хотя... кажется, принц Барбро не совсем понимает точку зрения короля. Он немного обижается, в то время как отец не может передать свои чувства к своему сыну.

Газеф мучительно думал о том, как ему ответить. Ему было трудно поставить себя на место маркиза или короля, потому что у него не было детей.

- Верно, верно. Кстати, возможно ли, что они могут начать внезапную атаку на Э-Рантэл отдельными силами? Хоть это и сомнительно, мы не можем исключать эту вероятность.

Газеф крайне вынужденно сменил тему, но, к удивлению, Рэйвен поддержал его.

- Это не легкое дело - атаковать Э-Рантэл, укрепленный тремя защитными стенами. Даже если оставшиеся два имперских легиона мобилизуют полностью, это все равно для них будет тяжелой задачей. Мой стратег говорит, что это невозможно.

- Вот как? Что, если они владеют летающими монстрами или какими-либо секретными войсками?

- Все еще невозможно. Очень трудно с малым числом людей взять под контроль такой город... Говоря об этом, Газеф, знаешь ли ты условие, необходимое для успешного завоевания Э-Рантэла? – маркиз увидел, как Газеф покачал головой и пояснил: - Нужно столкнуться с Королевством в открытом сражении и одержать полную победу. Если противнику вдруг удастся захватить Э-Рантэл, избежав сражения с основными силами Королевства, то управлять городом он, мягко говоря, не сможет. Граждане плохо воспримут захватчиков и восстанут по возможности. Таким образом, даже если Империя использует отдельное войско и захватит Э-Рантэл, пока у Королевства есть армия, оно изо всех сил будет стараться вернуть город, и Империя вряд ли сможет его удержать. Поэтому им нужна абсолютная победа, и в таком случае граждане будут напуганы до смиренного послушания, а у оставшихся солдат не будет ни духа, ни средств, чтобы оказать сопротивление.

Другими словами, Империя здесь для победы. Точнее, они должны добиться победы столь полной и абсолютной, что Королевство не рискнет попытаться вернуть Э-Рантэл.

Газефа неожиданно постигло чувство, что у него есть все кусочки головоломки. Но соединение их было вне его способностей.

Тупое раздражение мучило Газефа.

- Что-то случилось, Газеф?

- Нет...

Газеф хотел рассказать Рэйвену о кусочках паззла, которые он сгреб в кучу в своей голове. Он полагал, что Рэйвен, с его превосходным интеллектом, мог собрать их в целостную картину и извлечь недосягаемую суть. Но в этот момент взгляд маркиза вернулся к имперским легионам.

- Газеф, кажется, что они начинают двигаться.

Имперская армия разделилась на две части. Пока Газеф размышлял, собираются ли атаковать левый и правый фланги Королевской армии, в воздухе поднялось неизвестное знамя.

Это был флаг, не встречавшийся Газефу прежде, с причудливым гребешком, не принадлежащий ни Королевству, ни Империи. Компания с поднятым флагом выдвинулась вперед.

Все глаза обратились к этой группе.

И затем... Сердце Газефа наполнилось холодом страха. Рэйвен, стоящий рядом с ним и видящий то же самое, громко сглотнул. Газеф знал, что не одинок в своих чувствах, и почувствовал, как горечь поднималась к его рту. Сердце бешено застучало.

Полк монстров.

Появилась группа примерно из пятисот всадников. Можно было подумать - совсем незначительные силы по сравнению с двумя армиями, стоявшими друг напротив друга.

Но эти рыцари... они были крайне необычными. Казалось, что они излучают гнетущую атмосферу, которую он мог чувствовать даже так далеко от них.

Это всколыхнуло воспоминания Газефа о том времени в деревни Карн, о том рыцаре, которого он видел. Айнз говорил, что это был монстр, которого он призвал.

И вот толпа таких рыцарей двигалась на них. Примерно двести из них носили шипастые доспехи и несли гигантские щиты, как тот из его воспоминаний.

Остальные тоже были нечеловеческими солдатами, но они носили кожаную броню, вооружились топорами, пиками, арбалетами и подобным оружием.

Если первые выглядели рыцарями, то остальных можно назвать воинами.

Но кем бы они ни были, они не люди. Это монстры до мозга костей.

Создания, на которых они ехали, представляли собой зверей, сделанных из костей. Казалось, что внутри у них свиты множество, будто туманных, усиков, которые заменяли плоть; они светились гнойно-желтым и изумрудно-зеленым светом.

По всему телу пробежали мурашки.

Это было плохо.

Это было очень плохо.

Газеф просто-напросто не имел слов описать ситуацию яснее.

- Империя, кажется, призвала монстров в свои ряды. Это очень неожиданный шаг с их стороны. От этого у меня мурашки по коже.

- Нет. Нет, маркиз Рэйвен. Это не тот случай. То, что сейчас вы чувствуете... как по вашему телу бегут указанные мурашки... это не от неожиданности.

- Тогда что это?

Газеф коротко ответил Рэйвену, который, казалось, полностью потерял дар речи:

- Смерть. Страх смерти, что существует в каждом живом существе, - отведя глаза от явно потрясенного Рэйвена, Газеф посмотрел на имперскую армию. - Лошади взбесились. Даже эти обученные, закаленные боевые кони не могут заставить себя выступить против этого страха.

- Кто они такие? Секретное подразделение Империи?

- Невозможно. Эти монстры не из тех, что люди могут контролировать, не говоря уже о том, чтобы использовать!

Газеф ничего не знал о истинной сущности этих монстров, но его инстинкт воина вкупе с поставляемой в достаточном количестве информацией привел его к неоспоримому выводу:

- Они... они, должно быть, рыцари Айнз Оал Гоуна!

- Это... армия заклинателя, которого вы боялись?!

- Маркиз Рэйвен! Пожалуйста, собирайте немедленно бывших искателей приключений! Для того чтобы планировать наш следующий шаг, мы должны использовать опыт тех, кто уже боролся много раз против монстров и выжил!

- Ух...

Он хотел ответить, что все понял, но перед этим телохранители перешли к действиям. Что от них и ожидалось. Они лучше знакомы с надвигающейся угрозой, чем Газеф.

- Маркиз!

Бывшие искатели приключений подъехали верхом на лошадях.

- Ты видел это? Ты чувствуешь это?

Во главе искателей приключений был их лидер, «Паладин Огненного Бога» Борис Аксельсон.

Его голос волновался от страха, и он не мог это скрыть.

Рэйвен не мог говорить. Газеф понял почему.

Тревожный ропот поднимался и от бывших искателей приключений, и от огромной армии, что здесь собралась.

Сейчас было не время для этикета. Газеф заговорил с ним:

- Говори мне! Что это? Нет нужды в приветствиях! Пожалуйста, скажи мне все, что ты знаешь! Сейчас!!

Борис схватился за святой символ, который болтался на его шее. Это был защитный жест.

- Мы не можем быть уверены, что. Но мы считаем, что существа, на которых они едут, - легендарные монстры, известные как Пожиратели Душ. Это нежить, что жаждет души живых. По рассказам, они когда-то появились, чтобы разорить город из королевства зверолюдей.

- Вот как... как много потерь тогда понесли?

В наступивший тишине негромкие слова Бориса прозвучали как громогласный приговор.

- Одна сотня тысяч.

Газеф побледнел. Слова застряли комом в горле.

- Всего лишь три Пожирателя Душ опустошили целый город, в котором появились. Девяносто пять процентов живущих там людей - более ста тысяч человек - были убиты. Это место забросили, и оно вошло в легенды под названием «Тихий Город».

Повисла тяжелая тишина.

- И здесь пять сотен подобных?

Никто не набрался сил ответить Рэйвену.

Газеф заставил себя нарушить тишину:

- Как я сказал, мне трудно поверить, что Империя смогла подчинить монстров такого уровня собственными силами. Даже могущественный заклинатель, Флюдер Парадин, не способен сделать это. Что означает...

Ему не требовалось заканчивать предложение. Маркиз Рэйвен все понял.

- Это... это и есть сила Айнз Оал Гоуна? Тогда, тогда... каким образом эти творения ездят на спинах тех монстров?

- Это... - авантюристы нервно посмотрели друг на друга. - Этого мы не знаем. Единственное, что известно, они должны быть очень опасны. Нет, прошу прощения, я не должен был использовать столь неясное определение, как «опасный». Впрочем, думаю, нет другого слова, способного описать с чем мы сейчас столкнулись.

- В таком случае, что мы должны делать? Господин Газеф?

Газеф ответил не тратя слов:

- Отступать.

Они понимали - враг приготовил внушающую страх силу. Учитывая это, что оставалось им делать, кроме как бежать?

- Посоветуйте королю приказать отсту...

Газеф не смог закончить предложение.

Это потому, что заклинатель в маске встал во главе врагов. Справа от него находился короткий человек в накидке и мантии. Слева стоял один из Имперской Четверки Рыцарей.

Даже с такой дистанции Газеф не мог спутать этого человека ни с кем другим...

- Господин Гоун…

- Это заклинатель Айнз Оал Гоун?

- Это тот, который вызвал Пожирателей Душ? Он? Маркиз Рэйвен, мы... -бесстрашный воин бесчисленных боев тяжело сглотнул и продолжил пониженным голосом: - Во что же мы вовлекли себя?

Айнз взмахнул рукой – и возник магический купол, радиусом в основании примерно в десять метров. Айнз находился в центре; люди слева и справа тоже попали под купол, но выглядели нормально. Вероятно, он не приносит вреда союзникам.

Это нереальное зрелище привлекло всеобщее внимание, даже несмотря на то, что все осознавали чрезвычайность ситуации.

Магический купол светился бледно белым светом; по всей длине и ширине появились полупрозрачные символы. Знаки, никому не ведомые до этого, перемешивались, как в калейдоскопе, сменяясь от рун к буквам.

Войска Королевства выдохнули в удивлении. Это походило на наблюдение захватывающего светового представления, и не было никакого страха или напряжения в их голосах. Однако редкие опытные солдаты оглядывались вокруг с очевидным беспокойством.

- Я возвращаюсь к своему войску. Нельзя больше тратить времени. Сила Айнз Оал Гоуна неизмерима. Начинать сражение с ним было ошибкой с самого начала. Все что мы можем - снизить число потерь, и в то же время нужно подумать, как быстро вернуть назад Э-Рантэл, насколько это возможно. Господин Газеф, пожалуйста, защитите Его Величество и после отходите без задержек.

Выражение безысходности, омрачавшее лицо Рэйвена, ушло.

- Да! Хоть я и не доверяю своим способностям, я определенно защищу Его Величество. Пожалуйста, отходите со всей должной спешкой.

- Сделаю. Мы побежим... нет, помчимся словно кролики.

- Тогда желаю вам удачи, маркиз Рэйвен.

- Тоже самое вам, господин Газеф.

Мужчина, представляющий пик мощности королевской армии и являющийся лучшим стратегом Королевства, эффектно помчался. Однако...

Было слишком поздно.

♦ ♦ ♦

Никого здесь нет.

Именно об этом думал Айнз, активируя магический круг.

В Королевстве не было игроков.

Сверхуровневая магия Иггдрасиля была невероятно сильной, поэтому во время крупномасштабного сражения победить человека, который произносит сверхуровневое заклинание, было делом самого высокого приоритета.

Было много способов прервать заклинание: телепортация из засады, бомбардировка на ковре-самолете, стрельба из укрытия на очень большом расстоянии. Однако никто не напал на Айнза. В свою очередь это доказало, что в рядах королевской армии не было ни одного игрока из Иггдрасиля.

Айнз улыбнулся под своей маской - факт, который остался для всех незаметным. Конечно, скелет Айнза не мог улыбнуться.

Горькая улыбка, пропитанная слабыми следами радости, выдвинула на первый план борьбу в сердце Айнза.

- Итак, больше нет потребности служить приманкой? Тогда...

Его радость происходила от осознания, что он не встретил игроков из Иггдрасиля.

Айнз не считался самым лучшим среди игроков Иггдрасиля. Были другие, гораздо лучше него, и шансы на его выживание против более сильных игроков не были велики. Когда он играл, его сила происходила из знаний. Хотя он выигрывал сражения ПВП с удивительной регулярностью, которые, как правило, всегда сопровождались поражением в первой битве.

Так как он был очень квалифицирован в использовании информации, которую он постоянно собирал, слабые физические характеристики не очень сильно влияли на исход боя, и он одержал много побед, однако когда против него выступал противник, с которым он был совершенно незнаком, то шансы на победу резко падали, и это, как правило, заканчивалось для Айнза поражением, но, собрав информацию о противнике во время первого боя, он уже забирал инициативу в свои костяные руки и не давал спуску врагу.

Айнз прекрасно знал свои способности и был очень рад, что не столкнулся с сильным врагом, о котором ничего не знал.

Но в то же время он чувствовал намек на сожаление.

Сожаление о том, что он не мог найти среди его врагов того, кто промыл мозги Шалти - того, кто имел предмет Мирового Класса.

Ненависть, густая и насыщенная, разгоралась там, где у Айнза должно было быть сердце. Хотя сильные чувства были подавлены его пассивным умением, в нем все еще держались слабые эмоции.

Айнз разжал ладонь, в которой были миниатюрные песочные часы.

Он ждал.

Если бы он использовал покупной предмет, то мог бы немедленно скастовать сверхуровневое заклинание. Причина, почему он не сделал этого, заключалась в том, что он хотел спровоцировать любых возможных игроков Иггдрасиля. И, так как здесь не оказалось других игроков, было глупо просто стоять на месте и ждать, пока приготовится заклинание.

Во время сражения с Шалти у него не было такой роскоши.

Против людоящеров он не использовал атакующих заклинаний.

Затем…

- Хм, как оно будет выглядеть? Я с нетерпением жду его.

- Каким в точности будет эффект от сверхуровневого атакующего заклинания против армий Королевства?

Хотя оно не было особенно сильным заклинанием в Иггдрасиле, какие эффекты оно будет иметь в этом мире?

Внезапно Айнз свел несуществующие брови.

Он стал немного себя бояться. Он знал, что много людей вот-вот умрет, но все, что он ощущал, было неопределенным намеком на жалость. Не было даже неловкого смущения вроде того, как при ходьбе порой давятся множество насекомых. Не было вообще ничего.

Все, что он чувствовал, - желание видеть последствия своих действий. И, конечно, плоды, которые он пожнет для себя... для Великой Гробницы Назарика.

Айнз вылил свою силу в руки.

Частицы от разрушенных песочных часов текли против ветра и затягивались в волшебный круг, внутри которого находился Айнз.

Вместе с этим... активировалась сверхуровневая магия.

- «Йа Шуб-Ниггурат»!

Черный ветер подул к армии Королевства, которая только что закончила изменять свое построение.

Или скорее не было никакого ветра. Ничто не переместилось от сорняков, растущих на равнинах, к волосам на головах солдат Королевства.

Левый фланг армии Королевства насчитывал семьдесят тысяч солдат.

Каждый из них был убит на месте.

Часть 2

Что только что произошло?

Никто не мог ответить на этот вопрос.

Каждое живое существо на левом фланге королевской армии: лошади, призывники, рыцари, дворяне - все до единого внезапно свалились, рассыпавшись по земле будто подрезанные марионетки.

Первыми отреагировали имперские войска, расположенные напротив.

Человеческому разуму требовалось некоторое время, чтобы разобрать только что произошедшее событие. И после небольшой задержки ужас опустился на них - имперскую армию охватили возгласы паники.

Увидев развертывание магического круга Айнз Оал Гоуна, они предположили, что был применен какой-то вид заклинания. Это все, что они поняли.

Но кто был способен представить себе такое?

Кто мог бы вообразить ужас примененного только что заклинания?

Это заклинание убило семьдесят тысяч человек – больше, чем вся имперская армия - в одно мгновение, целиком и полностью высосало их жизни.

Невозможно поверить своим глазам; имперские рыцари молились независимо от того, в каких богов они верили.

Они молились в надежде, что люди Королевства не были мертвы.

Они молились, чтобы такая ужасающая магия не существовала в этом мире.

Конечно, взглянув на правду перед своими глазами - ни один из упавших солдат Королевства не сдвинулся с места - они полностью осознали, что все это было не более чем глупыми надеждами.

Но они все еще не могли принять этот факт. У них не было способа сделать это.

Человек, признанный одним из сильнейших в Империи, один из Четырех Рыцарей, Нимбл, мог только смотреть с немым страхом и скрипеть зубами в неприкрытом ужасе перед внезапно истребленным левым флангом королевской армии.

Никто не поднимался. Это была реальность слишком, слишком страшная, чтобы принять ее.

Но ужасная правда не может быть описана такими простыми словами.

Айнз Оал Гоун - заклинатель, монстр, способный захватывать целые страны и стирать их в порошок, как ребенок разрушает замки из песка.

Такова реальность.

Паника, окутывавшая армию Империи, постепенно отступила, как вода. Каждый просто замолчал, не в силах что-либо говорить.

После нескольких минут тишины в рядах имперской армии снова начал подниматься шум. На этот раз это были звуки бессильной злобы каждого солдата Империи; они слились в единый гул негодования. Солдаты наконец осознали увиденное и теперь могли только злиться на своих командиров, императора и на злой рок, что позволили такому случиться. Они поняли свою беспомощность. Они поняли, что если посмеют выступить против Айнз Оал Гоуна, то он расправится с ними и их семьями так же, как с солдатами Королевства. Их дух был полностью сломлен.

В этой напряженной обстановке Нимблу в голову пришла неожиданная мысль: какое выражение лица сейчас у Айнз Оал Гоуна - заклинателя, который может творить магию, способную забрать сотни тысяч жизней? С каким лицом он творит смерть?

Он незаметно посмотрел на Айнза и увидел – полное безразличие.

«Как так? Как такое возможно? Как может такой, как он... как это... быть таким спокойным? Даже после истребления семидесяти тысяч жизней? Согласен, поле боя - есть место смерти, и слабые теряют свои жизни. Это очевидно. И все же не должен ли он хоть что-то чувствовать в своем сердце после убийства стольких людей? Сожаление или вина - естественные чувства. Если он ощущает радость или волнение от этого, то такие, пусть и искаженные, чувства доступны для понимания. Однако такое безразличие - некий способ защитить свою совесть? Нет, для такого монстра это, должно быть, привычный пейзаж. Чувствуют ли люди жалость или садистское удовольствие, топча муравьев под ногами - нет, не испытывают ни одной из этих эмоций!! Что же... что же это такое?!!! Почему это происходит? Почему некто подобный существует в этом мире?!!!!»

- В чем дело?

- Айэээ!.. - находясь в оцепенении, в ответ на внезапный вопрос Нимбл испуганно взвизгнул. - Ни-ничего такого. Это, это заклинание… оно было великолепным.

Нимбл поблагодарил судьбу за способность говорить в такой ситуации.

- Ха, ха, ха.

В ответ Нимбл услышал лишь спокойный смех.

- Я… я вас обидел?

- Нет, вовсе нет. Вы сказали, что это заклинание было великолепным, так ведь?

- Д-да, - заикаясь ответил Нимбл и спросил про себя: - «Это над этим он смеялся?»

Пот ручьем стекал по лбу Нимбла. Увидев чудовищные последствия раздражения этой особы, он не имел никаких намерений гневить его.

- Пожалуйста, расслабьтесь. Я хотел сказать, что мое заклинание еще не завершено. Вот сейчас-то и начнется настоящее зрелище. Ведь когда кто-нибудь делает жертвоприношение Черному Козлу Лесов с Тысячью Младых, он отвечает тому даром – своим потомством. Милые, восхитительные детишки...

Он был прав.

И как созревшие плоды со временем падают на землю...

♦ ♦ ♦

Имперские рыцари были первыми, кто увидел это.

Это было ожидаемо, ведь они находились на безопасном расстоянии и, почувствовав порыв смелости, смотрели за происходящим через узкие щели шлемов.

После шторма смерти, унесшего жизни солдат Королевства, в небе появилась черная, как смоль, сфера, вид которой заставлял дрожать всех, кто ее видел. Казалось, своим существованием она загрязняет мир.

Кто же видел ее среди королевской армии? Войска правого фланга: они не видели, что случилось с левым флангом - в отличие от центральной колонны, солдаты которой в страхе все до единого зажмурились - и, пытаясь понять, что происходит, осматривались по сторонам, и, судя по всему, в этот момент они и заметили сферу.

Взгляды тех, кто еще не отчаялся, были прикованы к ней. Можно было наблюдать странную картину: две армии, собравшиеся на Равнинах Каз для битвы, сейчас просто стояли молча и вперились взглядами в странный объект, плывущий по небу.

Зрелище действительно было впечатляющим: сфера напоминала огромное отверстие в небе; снаружи она как будто было опутана паутиной. Единожды увидевший ее не в силах был оторвать от нее взгляд.

Черная сфера медленно росла.

Все стояли словно парализованные, и, если бы даже их начали убивать, никто бы не сдвинулся с места, даже не думал бы ни о чем. Все, что они могли делать, - это отупело смотреть.

И вскоре, как созревший фрукт, она упала.

Коснувшись земли, сфера лопнула. Она лопнула, как упавший воздушный шар, наполненный водой.

От места падения что-то распространялось вокруг – что-то наподобие битума. Липкое и тягучее, оно накрывало и будто впитывало в себя трупы солдат Королевства.

Неизвестные инстинкты заставляли всех думать, что это еще не конец.

Вероятно, все только начиналось.

Это начало отчаяния.

Внезапно из черной смолы, покрывавшей землю, выросло огромное дерево.

Нет, это не простое дерево.

Сначала появился только один ствол, но далее он размножился. Два, три, пять, десять... они извивались, будто на них дул сильный ветер. Огромные щупальца.

- МЭЭЭЭЭЭЭ!!

Отчетливо послышалось блеяние козы. И не одной. Звуки стада, рожденные из ниоткуда.

Смола, будто искаженная звуками, изгибалась, порождая нечто.

Нечто слишком странное, слишком неестественное десяти метров высотой, а если добавить длину щупалец, то намного больше.

На первый взгляд, это что-то похожее на репу. Вместо листьев бесчисленные черные щупальца; тело в виде куска мяса, покрытого шишками. Под ним пять козьих ног с черными копытами.

Пошли трещины по всему телу - этому толстому, покрытому шишками куску

мяса – они расширялись, издавая звуки разрушения огромного здания. И затем...

- МЭЭЭЭЭЭЭЭ!!

Из трещин также послышалось козье блеяние, но вылезли из них свирепые существа с отвратительными пастями, без конца пускающие слюни.

Их было пятеро.

Они явили свои жуткие формы всем на Равнинах Каз.

Дети Черного Козла. Темные Младые.

Они были результатом использования сверхуровневого заклинания «Йа Шуб-Ниггурат: Дань Темному Демону-Жнецу». Чтобы вызвать их, пришлось принести в жертву семьдесят тысяч жизней. Они не обладали какими-либо особыми навыками или способностями, но были очень подвижны.

Их уровень был выше девяностого.

Они были предвестниками кровавой бойни.

На равнинах слышалось только блеяние, от которого тошнило. Больше не было никаких звуков. Оставшиеся в живых двести тридцать пять тысяч человек молча стояли, как будто их тут не было.

Айнз от души рассмеялся:

- Ха, ха, ха. Замечательно. Это новый рекорд. За всю историю я, должно быть, единственный, кому удалось вызвать сразу пятерых. Превосходно. Я должен поблагодарить каждого погибшего сегодня.

Обычно при использовании этого заклинания удавалось призвать только одну особь, и это уже было достижением. В редчайших случаях удавалось призвать две…

А здесь их было пять.

Как игрок, радующийся новому рекорду, Айнз был вне себя от счастья, что сможет поставить новую метку на своей доске рекордов. И что с того, что десятки тысяч погибли для этого?

- Хотя... было бы лучше, если бы их появилось больше... пять - верхний порог? Если я уже достиг предела заклинания, то это будет настоящее достижение.

- Поздравляем! Как и ожидалось от Владыки Айнза!

Айнз улыбнулся под маской похвале Мара.

- Спасибо, Мар.

После этого Нимбл рефлекторно повернулся, не то плача, не то смеясь, и также поздравил Айнза:

- По-поздравляю.

- Очень приятно, - добродушно ответил Айнз.

Нимбл выглядел по-настоящему восхищенным, это тронуло Айнза до глубины души.

Ему вспомнились прежние дни в Иггдрасиле и такая же буря эмоций, которую он испытал, впервые увидев в действии заклинание «Йа Шуб-Ниггурат».

«Это эффектное сверхуровневое заклинание, похоже, пленило всех. Что ж, ничего другого и не ожидалось от одного из самых популярных заклинаний в Иггдрасиле. Когда я сказал, что собираюсь его применить, восхищениям Демиурга и Альбедо не было конца.»

Из рядов имперской армии послышался лязг.

Это был звон стучащих друг о друга составных частей доспехов.

Солдаты дрожали от страха, но никто не смог бы посмеяться над ними.

Среди них не нашлось ни одного, кто не покрылся бы гусиной кожей, услышав смех Короля-Заклинателя и увидев его леденящую кровь магию.

Каждый имперский рыцарь имел лишь одно желание.

Чтобы гнев Айнз Оал Гоуна не пал на них.

В этом смысле это было больше похоже на молитву.

Пока солдаты пылко умоляли своих богов о помощи, Айнз начал свой следующий этап. Он чувствовал, что сделал уже достаточно, но, с другой стороны, не повредило бы удостовериться кое в чем.

Его целью было засвидетельствовать перед всеми собравшимися мощь Айнз Оал Гоуна, практикующего сверхуровневую магию.

Эта цель была достигнута. Однако было бы расточительством дать этим миньонам исчезнуть впустую.

«Правильно, это было бы слишком расточительно.»

Айнз фыркнул.

Если бы у него был язык, то он в предвкушении облизал бы свои губы.

Это была радость, которую он не мог испытать в Иггдрасиле - радость управлять пятью Темными Младыми.

- Ах, давайте проверим их. Опустошите их, мои дорогие ягнята.

Когда они получили команду от своего призывателя, Айнза, Младые пошли.

Шатаясь, на пяти ногах, они начали неловко двигаться вперед. Их походка больше напоминала хаотичное подрагивание ног. Не было никаких намеков на грацию и в каком-то роде это выглядело даже комично.

Пока они не придут за тобой.

Темные Младые проковыляли несколько метров и резко бросились вперед. На высокой скорости они врезались в ряды королевской армии.

«Ах да, есть три, нет, четыре человека, которых вы не должны убить. Я запрещаю вам вредить им.», - Айнз мысленно отправил команду Младым.

Айнз вспомнил о трех персонах, которых Демиург хотел оставить живыми, и по собственным причинам включил в список еще одну фигуру.

♦ ♦ ♦

- Это ведь сон?

Королевские солдаты тихо задавали этот риторический вопрос, будто разговаривали с пустотой, видя, как к ним несутся ужасные демоны. Конечно, никто не ответил им. Все взгляды были устремлены на демонов. Солдаты стояли, с серыми глазами, как будто из них высосали душу.

- Эй, это ведь сон, да? Должно быть, мне это снится, верно?

- Ахх. Что за чертов кошмар.

На вторую волну вопросов кто-то попробовал ответить. Но их ответы содержали намек на желание сбежать от реальности.

«Это невозможно», «Я не верю в это» - подобные мысли распространялись среди пехоты. Даже когда неуклюжие громоздкие силуэты стали увеличиваться по мере приближения, даже когда уже стал слышен топот их козлиных ног, они все еще не хотели признать, что это было реальностью.

Если бы это были простые монстры, возможно, солдаты смогли бы набраться смелости, чтобы поднять оружие. Но учитывая, что они появились после мгновенной гибели семидесяти тысяч человек, это были не простые монстры. Существа приближались как ураган, и никто не находил в себе сил справиться со стихией.

Гигантские, но неестественно быстрые существа все приближались.

- Поднимите свои копья!

Прозвучал голос.

Он пришел из уст дворянина пронзительным фальцетом, родившимся от отчаяния. Глаза дворянина были налиты кровью, и пена выступала у уголков рта.

- Копья вверх! Поднять свои копья!! Поднимите свои копья, если хотите жить!!!

Хотя он уже потерял рассудок от страха, и было трудно понять, что он говорил, он все еще был в состоянии четко произносить команду «Поднять копья!». Впрочем, это, возможно, была лучшая команда, что он мог дать.

Действуя рефлекторно, солдаты подняли свои копья и уперли их в землю, направив острия в сторону нападавших: так скорость их оппонентов будет играть против них, когда они столкнутся с изгородью из копий.

Солдаты знали, что это построение очень эффективно против имперских рыцарей, но сейчас они гадали – остатками своего разума – что они могут сделать против огромных монстров, надвигающихся на них с огромной скоростью, этими зубочистками? Возможно, они просто до последнего сохраняли надежду на спасение.

Если они побегут, то их раздавят как насекомых огромными копытами. А так у них есть шанс на спасение. Ничтожный – но шанс.

Все еще надеясь, что это всего лишь сон, солдаты приготовились принять удар.

Монстры, казавшиеся небольшими на расстоянии, были огромны. Они росли все больше и больше, топот их козлиных ног был все громче и громче.

Солдатам казалось, что их сердца вот-вот взорвутся. Прерывисто дыша, они крепче сжали копья и зажмурились. И…

Удар.

Это было похоже на самосвал, врезавшийся в стаю крыс.

Копья ломались как зубочистки, не протыкая чудовищных шкур.

Темный Молодняк топтал тела солдат Королевства.

Бесчисленные осколки множества сломанных копий взлетели в воздух.

Тем не менее можно было сказать, что Темные Младые проявляли достаточно милосердия.

Не было никакой боли.

Не было времени для страданий. Только мгновенная смерть под титанической тяжестью тел Темных Младых.

У солдат, держащих копья, даже не было времени понять, что копья, которые они держали, были измельчены в щепки. Все, что они видели, - это черные тени, появляющиеся перед ними.

Они кричали, и кричали, и кричали.

Куски сырого мяса летали по воздуху. Одновременно в воздухе находились куски не одного или двух человек, а десятков, сотен жертв. Они были растоптаны огромными копытами и отброшены прочь беспорядочно машущими щупальцами.

Дворяне или простолюдины – неважно: теперь они все были кусками кровавого мяса.

Одни оставили семьи в своих деревнях. Другие оставили друзей. У третьих просто были люди, которые их ждут. После того как их неузнаваемые трупы втоптали в грязь, все это больше не имело значения.

Всем Темные Младые подарили одно - смерть.

Они измельчали бесчисленных людей своими копытами, пока не удовлетворились кровопролитием, но даже после этого они не остановились.

Темные Младые Черного Козла пустились в бег.

Они побежали дальше. Они не остановились в центре армии Королевства.

- Ийааааааа!

- Абааааааххххх!

- Остановииитееесь!

- Спасите меняяяяя!

- Нееееееееет!

- Уаааааааххх!

Крики поднимались каждый раз, когда копыта опускались. Они смешивались со звуком слякоти, производимым давкой органов огромными копытами Младых.

Толстые, мясистые щупальца крутились вокруг в дикой, игривой манере и посылали человеческие тела в полет с отвратительным хрустом.

Этот отвратительный звук распространялся все дальше и дальше без конца.

Звук, как от перемалываемого в мясорубке мяса с костями.

Несколько человек отчаянно ткнули копьями Темных Младых. Младые обладали массивными телами и не собирались уклоняться, тем не менее копья не смогли пробить кожу и не причинили никакого вреда внутренним органам. Будто стальные мышцы Младых были обтянуты толстым слоем резины.

Не насмехаясь над тщетным сопротивлением, Темные Младые целеустремленно двинулись дальше.

Прежде чем солдаты поняли, что их решимость бессмысленна, Темные Младые уже преодолели центральную колонну королевской армии.

- Отходим! Отходим!

С некоторого расстояния раздался крик. В ответ все солдаты начали бежать. Как рой пауков, рассеивающийся во всех направлениях.

Но, конечно, Темные Младые были намного быстрее людей.

Шлеп. Шлеп. Шлеп. Шлеп. Шлеп. Шлеп. Шлеп. Шлеп. Шлеп. Шлеп. Шлеп. Шлеп.

Шлеп. Шлеп. Шлеп. Шлеп. Шлеп. Шлеп. Шлеп. Шлеп. Шлеп. Шлеп. Шлеп. Шлеп.

Шлеп. Шлеп. Шлеп. Шлеп. Шлеп. Шлеп. Шлеп. Шлеп. Шлеп. Шлеп. Шлеп. Шлеп.

Звуки тел, растаптываемых в кашу, звуки летящих по воздуху кусков мяса и крики людей повторялись снова и снова.

♦ ♦ ♦

Абсолютно не замечая сопротивления, трое Младых пересекли центральную колонну королевской армии и побежали к правому флангу по месиву из остатков солдат. Через мгновение они будут у войска Рэйвенa.

- Отступаем! Отступаем!

Крик Рэйвенa был больше похож на стон.

Невозможно было бороться с ними.

Но не следует бросать свою жизнь без причины.

Услышав слова Рэйвенa, окружающие солдаты побросали оружие и побежали в панике.

Конечно, так как людей было слишком много, они не могли свободно бежать.

Сначала Рэйвен думал объявить упорядоченное отступление: в таком случае можно было бы защитить отступавших. Но в данной ситуации было бы огромной ошибкой тратить время на организацию.

- Айнз Оал Гоун. Что же это за существо такое?!

Он недооценил его. Нет, он даже не мог оценить его.

Рэйвен учел слова Газефа о силе Айнза и решил для себя рассматривать его как сильнейшего врага, насколько позволяет ему его воображение. Однако сейчас Рэйвен мог лишь думать о том, что мощь его человеческого воображения сильно занижена.

Он просто не мог себе представить силу Айнза.

Кто на земле мог предсказать, что Айнз Оал Гоун будет обладать такой удивительной мощью? Кто мог знать, что такие силы существуют в этом мире?

Видя все приближающиеся силуэты монстров, войска, окружающие маркиза Рэйвенa, бессвязно кричали:

- Это больше не поле боя, это бойня! Просто бегите!

- Милорд! - сказал рыцарь, сняв шлем. - Король! Что с королем?

- Ты идиот! На это нет времени! Мой господин! Оно движется прямо на нас!

Пока быстро соображающие убегали со всех ног, оставшиеся солдаты и Рэйвен смотрели, что происходит: их правый фланг уже вовсю «обрабатывали». Им показалось, что монстры движутся прямо на них, но целью Младых был не Рэйвен, а желание затоптать как можно больше людей.

- А где король?!

- Он там!

Рэйвен посмотрел в сторону королевского флага, куда указывал солдат, и увидел, что Темный Младой уже почти там.

Рэйвен колебался. Что он сможет сделать, даже если придет на помощь.? Но, если король Ранпоса III погибнет здесь, вся страна может развалиться.

Однако...

- Оставьте это господину Газефу!

Рэйвен верил в Газефа.

Газеф был превосходным воином, удостоившимся похвалы от короля. И хотя он не сможет победить этих монстров, но, по крайней мере, сможет помочь королю благополучно сбежать из этого ада.

- Маркиз Рэйвен! Ситуация ужасна! Пожалуйста, отступайте как можно быстрее! -голос бывшего орихалкового авантюриста, одного из наиболее доверенных его подчиненных, прервал Рэйвена. - Милорд!

Рэйвен проревел полным отчаяния голосом в ответ:

- Понял! Я ухожу!

В этой ситуации не было никакого смысла маскировать отступление красивыми словами.

- Пожалуйста, оставьте командование мне! Милорд, вы должны покинуть это место и возглавить Э-Рантэл!

Крик донесся от человека с сонными глазами. Он выглядел очень ненадежным, но на самом деле это был один лучших командиров Рэйвена.

- Я передаю командование вам! Действуйте от моего имени так, как посчитаете нужным! Вся ответственность останется на мне!

Звук огромных копыт был очень близок. Из-за страха Рэйвен не смел повернуться, чтобы посмотреть, насколько близко были монстры. Рэйвен пришпорил коня, но тот не двигался. Даже когда он сильно пнул его, конь по-прежнему стоял на месте: боевой конь застыл от страха не в силах выполнить приказ хозяина.

В этот момент мимо Рэйвена пронеслись несколько лошадей, сбросив своих наездников, которые отчаянно цеплялись за гривы и седла.

Какая ирония: обученные боевые кони не двигались от страха, а обычные неподготовленные – одичали от паники и убегали во всю прыть.

- Подумать только: обучение возымело обратный эффект!

Вообще лошади – довольно робкие животные, и только после специального обучения они могли бесстрашно передвигаться по полю боя. Но сейчас именно из-за своей подготовки они не двигались. Как будто в них напрочь убили инстинкт самосохранения.

- Простите меня! «Львиное Сердце»!

«Священнослужитель Бога Ветра» Улан Диксгорт использовал заклинание сопротивления страху на лошадей. Успокоенная лошадь громко заржала.

- Милорд! Продолжаем путь!

- Пожалуйста!

Слыша за спиной голоса своих подчиненных, желающих ему всего наилучшего, Рэйвен пришпорил коня и понесся прочь в сопровождении бывших орихалковых авантюристов.

Авантюристы прокладывали дорогу в толпах солдат, и через некоторое время группе удалось выбраться на простор.

- Этот заклинатель - монстр! Как может кто-то подобный существовать в этом мире?! - Рэйвен проклял Айнза, когда его лошадь встала на дыбы и рванула галопом на максимальной скорости. - Черт возьми! Мы должны сделать что-то! Мне нужно придумать какой-то способ защитить наш мир... наше будущее!

Скача, Рэйвен бормотал под нос свои мысли. Вероятно, если бы он молчал, то его разум рисовал бы ужасные кошмары, оставшиеся позади, и опасности, которые ожидали.

Он должен сесть с принцем и принцессой, когда вернется, и выработать стратегию против этого мага-заклинателя, бросившего вызов человеческому роду.

Если все так продолжится, человечество будет завоевано... Нет, это в лучшем случае. В худшем случае все человечество станет игрушкой для Айнз Оал Гоуна и будет мучиться, пока жалкие людские жизни не оборвутся.

От напряжения и разочарования Рэйвен щелкнул языком.

- Не хорошо! Милорд, пожалуйста, возьмите правее, где меньше людей! Он догнал нас!

- Как он нашел нас без глаз?! - кричал вор Локмейр. - Лунд! Есть ли у тебя какая-либо магия на этот случай?

- Конечно нет! Как ты думаешь, какие заклинания будут работать против этого монстра, Лок?

- Не знаю. Но и не узнаем, если не попытаемся...

- Достаточно! Нам нужно пересечь мост, так что просто двигаемся в том же направлении! Милорд! Скачите впереди нас! Мы задержим его!

Их голоса колебались.

Рэйвен поскакал в сторону меньшего числа людей с надеждой, что монстр захочет расправиться с большей группой спасающихся.

Блеяние Темного Младого заглушило стук сердца.

- МЭЭЭЭЭЭЭЭ!!

«Близко.»

Пот лился с головы Рэйвена, как водопад. Рэйвен почувствовал, что воздух за спиной становится все теплее и теплее, но не смел обернуться.

Затем очередное...

- МЭЭЭЭЭЭЭЭ!!

- Проклятье! Это плохо! Он уже близко!.. Всем! Приготовьтесь!

В ответ на команду лидера группы, Бориса, авантюристы скастовали заклинания.

- «Укрепление Брони»!

- «Меньшая Сила»!

- Хорошо! Тогда, милорд, позвольте нам принять вражескую атаку! Ни в коем случае не оглядывайтесь назад и продолжайте уходить!

Была только одна вещь, которую Рэйвен мог сказать авантюристам, победившим свой страх.

- Я рассчитываю на вас!

- Понял! Пошли!

- Оуууу!

Он чувствовал, как расстояние между ним и бывшими искателями приключений увеличивается.

Рэйвен опустил голову, делая все возможное, чтобы свести к минимуму сопротивление ветра. Он не знал, сколько времени они могут купить ему, и все, что он мог сделать, - это бежать изо всех сил. Его долг - вернуться живым. И это был единственный способ оплатить их верность.

- Лети! «Огненный Шар»!

- «Неуязвимая Крепость»!

Рэйвен уже далеко отъехал. Отступая, он думал, что сможет услышать, как авантюристы вступают в бой. Думал, что сможет услышать звуки боя и истошный рев монстра, получившего смертельные раны…

Но спустя всего две секунды он уже не ощущал присутствия бывших искателей приключений.

Он услышал звук удара огромного копыта.

Его сердце покачнулось в груди.

Хоть он отступал с опущенной головой, в его поле зрения попала гигантская тень. Она уже была под ним, и он беззвучно завыл в отчаянии.

Рэйвен понял, что тень у него под ногами принадлежит толстому и длинному щупальцу, тянущемуся прямо к нему.

- Нет...

Лошадь бежала с огромной скоростью. Рэйвен никогда еще в свой жизни так быстро не ездил верхом.

Тем не менее огромная тень тянулась все дальше и дальше вперед.

- Я не хочу этого!

Он закричал. Вопреки своей воле. Он закричал от всего сердца.

Он почувствовал, как что-то влажное и теплое ползет по его ногам.

Рэйвен заставил себя открыть глаза и, не оборачиваясь, заставлял лошадь мчаться вперед.

Он не может умереть. Страна не имеет значения. Если она собирается пасть, то пусть падет.

Если поднять оружие на Айнза – значит умереть, тогда надо отказаться от страны и сбежать.

Идиот.

Каким же он был идиотом.

Прибыть на это поле боя было действительно глупым решением.

Если бы он знал, насколько силен Айнз Оал Гоун, то любой ценой остался бы в столице.

Он больше не думал бы о будущем Королевства.

- Я не хочу этого!

Он еще не мог умереть.

Он не мог умереть, пока его сын еще так молод. И... он не мог оставить свою любимую жену умирать в одиночестве.

- Я не...

Перед глазами Рэйвена предстал образ его сына.

«Мой любимый мальчик.»

Эта маленькая, крошечная жизнь… Он медленно рос. Он болел. Тогда Рэйвен

поднял огромный шум из-за этого. Потом его постоянно смущало то, как он, будто умалишенный, бегал и отдавал поручения найти врача, священника, в то время как его жена спокойно заботилась о больном ребенке.

Эти мягкие и нежные ручки и эти розовые щечки. Когда он вырастет, он будет заботиться о Королевстве. Рэйвен считал, что способности сына превзойдут его. Он уже видел в нем потенциал.

Он не портил его, как его жена любила повторять.

Рэйвен был глубоко благодарен свой жене, которая воспитала его любимого сына. Однако он редко говорил ей такое, потому как это его смущало.

Уже было время для второго ребенка.

Если бы он не приехал на это поле битвы, он мог бы быть когда-нибудь обнять их обоих.

- Эх?

Стук козьих копыт внезапно прекратился.

Ведомый больше любопытством, чем храбростью, Рэйвен обернулся. Он увидел неподвижного, словно замороженного, Темного Младого.

Часть 3

Он понятия не имел, где был. Словно он погрузился в кошмар.

Теперь принадлежность к Четверке Рыцарей, сильнейшим воинам Империи Багарут, казалась шокирующе ничтожной.

Как такое бессильное существо, как он, могло гордиться этим титулом? Вот настолько был велик его шок.

Плач достиг ушей Нимбла. Рыдания людей, выброшенных за пределы их страха и отчаяния. Это было по-детски, нет, это был мучительный плач мужчин, опустившихся до детей. То был плач рыцарей Империи.

Он слышал призывы «Давайте убежим».

Слышал молитвы рыцарей, чьи глаза были наполнены состраданием к солдатам Королевства.

Трагедия была настолько ужасна, что даже враги Королевства, рыцари Империи, молились за них.

Они молились, чтобы хотя бы часть из них выжила. Чем больше, тем лучше.

Да, они пришли сюда убивать врага. Но ни один человек не мог остаться равнодушным и безжалостным при виде такой бойни.

Впрочем, один все-таки смог - демон с человеческой маской. Но такое существо нельзя считать человеком.

Нимбл и рыцари поняли, что сейчас нельзя делить оставшихся людей на Равнинах Каз на «них» и «нас».

Конечно, с точки зрения Империи, катастрофа случилась с «ними». Но с точки зрения человечества, жестокая бойня происходила со «всеми нами».

- Хорошо, думаю, время пришло.

Хотя Айнз произнес слова тихо, все повернулись к нему.

Конечно, не каждый из шестидесяти тысяч рыцарей услышал его, но услышавшие говорили остальным повернуть головы.

В конце концов, каждое движение и жест человека, устроившего этот кошмар, Айнз Оал Гоуна, вселяло ужас в сердца. Все боялись пропустить его слова.

Айнз медленно снял маску.

Он показал миру свой белый полированный череп без кожи и плоти.

При других обстоятельствах, возможно, они подумали бы о маске под другой маской. Но сейчас, увидев это, сердца Нимбла и всех других рыцарей Империи опустились.

Они ясно узрели истинное лицо Айнз Оал Гоуна - монстр.

Человек не может обладать такой мощью. Поэтому они смогли принять эту реальность.

Айнз медленно развел руки. Он выглядел так, словно обнимал друга. Или как демон, расправляющий крылья? Глазам, что смотрели на него, казалось, что его размер удвоился, утроился, а может, и больше.

В тишине, прерываемой лишь мучительными криками солдат Королевства в отдалении, Айнз все еще тихим голосом с исключительной ясностью произнес:

- А теперь аплодисменты.

С открытым ртом смотря на Айнза, Нимбл соображал, что тот сказал.

Каждый слышавший Айнза думал о том же. Эти слова повторялись по всей армии в тихих тонах. Все больше и больше людей обращали взоры к нему.

Когда внимание каждого было приковано к нему, он сказал снова:

- Ура моей наивысшей силе.

Первым захлопал Мар. Следуя его примеру, рыцари постепенно начинали хлопать, пока редкие хлопки не превратились в бурную овацию.

Конечно, они не по-настоящему приветствовали его.

Никто не хотел приветствовать персону, устроившую столько смертей. Это была не война. Это было избиение. Резня.

Вот только никто не мог сказать эти слова вслух. Никто не смел.

Сотрясавшие землю аплодисменты были воплощением рыцарских страхов. И когда все присутствующие больше не могли увеличить интенсивность аплодисментов, страх вырос еще в несколько раз.

Это потому, что один Темный Младой изменил направление и начал двигаться прямо к армии Империи.

В ответ на это раздались крики радости.

Это была хвала от рыцарей Империи Айнз Оал Гоуну. От отчаянных криков они разодрали в кровь глотки.

Однако Темный Младой не замедлил свой темп.

Тогда рыцари закричали еще громче. Они думали, что чудовище приближается к ним из-за их слабого восхваления.

Но оно все равно не остановилось.

В результате их нервы не выдержали.

Никто не знал, кто это начал. Возможно, это было колебание одного рыцаря. Они все были заполнены ужасом до предела. В конце концов ужас легко вырвался наружу.

- Аиеееееееее!

Раздирающий душу крик эхом прокатился по всему строю и сотряс армию Империи.

Рыцари слезли со своих лошадей, которые не могли сдвинуться, и побежали. Это бессмысленное движение было рождено страхом перед одним из этих монстров. Такое же чудовище, что топтало королевскую армию, приближалось к ним. Они уже достаточно увидели адских зрелищ. Даже те, кому не хватало фантазии, ясно понимали, что произойдет, когда они окажутся под копытами этого зверя.

И конечно, страх был заразителен.

Если вначале побежало меньше ста человек, то вскоре это превратилось в побег шестидесяти тысяч.

Да.

Императорская армия побежала, а их хваленая военная дисциплина разлетелась в пух и прах.

Это было позорное отступление.

Очевидно, рыцарей учили, как организованно отступать. Однако сейчас не было времени подчиняться лишним правилам. Если есть возможность покинуть это место на секунду быстрей, стать на один шаг ближе к безопасному месту, то они собьют товарищей со всей силы и побегут.

Когда людей толкали сзади, они, естественно, теряли равновесие и падали. А однажды упав, у них не было шанса подняться перед напором напуганной толпы.

Те, кто был сзади, топтали упавших.

Несмотря на металлические доспехи, превращение рыцарей в единый кусок стали и плоти не занимало много времени.

И подобные сцены происходили повсюду.

Потери в армии Империи были вызваны не врагом, а самой армией.

Не зная, что делать, Нимбл беспокойно призадумался.

Он хотел бы сбежать, но ему не было позволено. В любом случае не все рыцари сбежали.

Смотря в сторону имперской армии, он видел ее остатки - тех немногих оставшихся на своих лошадях.

Причиной, по которой они остались, был не страх, а, скорее, гипнотическое действие. Очарование подавляющей мощью, против которой человечество ничего не может сделать.

Например, нормальные люди побегут, увидев огромный торнадо, приближающийся к ним. Тем не менее есть ряд людей, которые будут восхищены его красотой и останутся смотреть, даже понимая, что он прервет их жизнь. Этих оставшихся и можно считать извращенцами.

Темный Младой добежал до Айнза, встал на колени и опустил щупальца. Возможно, так он выражал покорность своему хозяину.

Нимбл улыбнулся, его лицо дернулось. Монстр вел себя как маленький щенок.

Он крепко обернул щупальца несколько раз вокруг талии Айнза и водрузил его себе на голову.

- Я считал, что изначальный план был таков: я произношу заклинание, чтобы сделать брешь, а армия Империи в нее врывается. Но, кажется, со стороны имперской армии нет какого-либо движения.

Нимблу нечего было сказать.

Именно так. Империя нарушила условия соглашения, которое они сами заключили с королем их союзнической страны.

Однако нельзя было обвинить рыцарей в потере самообладания. Нимбл, вероятно, защитил бы их даже перед Зиркнифом, потому что он знал степень ужаса, который охватил их.

- О, я не собираюсь вас обвинять. Я знаю, что если вы решите начать атаку, то можете быть растоптаны вместе с врагами. Честно говоря, если бы это случилось, я с трудом смог бы объяснить их смерти вашему императору. Думаю, лучше я сделаю и вашу часть работы.

Нимбл посмотрел на компанию нежити, которая оставалась на месте.

- Тогда будут... будут... будут ли войска нежити атаковать?

- Ох, нет, эти дорогие маленькие овечки уже почти все сделали, я просто сделаю зачистку. Мар, не ослабляй защиту.

- Да, да! Пожалуйста, оставьте это мне, Владыка Айнз.

Нимбл не мог говорить.

Даже после всего, что натворил, Айнз желал продолжить атаку. Он, кто сам сотворил заклинание.

«Он намерен истребить всех на поле боя?! Его аппетит не знает предела?!!»

- Подумать... что этого недостаточно. Он дьявол?

Нимбл пробормотал эти слова громче, чем он думал. Восседающий на Темном Младом Айнз повернул к нему свой лик.

Он покачал головой перед дрожащим Нимблом.

- Не ошибайся. Я нежить.

Что Айнз пытался сказать? Что он не демон, возвышающий идею зла, а нежить, ненавидящая жизнь? А значит, не позволит убежать ни одному солдату Королевства? Он заберет еще больше жизней, чем было уже потеряно?

Это наиболее вероятно и в то же время наиболее гибельно.

Это означает, что он был типичной нежитью, и, если Айнз хочет убить все живое, тогда вполне возможно, что его взгляд когда-нибудь может быть устремлен на Империю, наполненную жизнью.

Нет, это ужасающее будущее было неизбежно.

Пока Нимбл, поглощенный хаосом и страхом, испытывающий недостаток способности хоть как-то себя сосредоточить, задавался вопросом, что он должен сделать, он услышал от Айнза заключительные слова.

- И, кажется, я нашел свою цель.

♦ ♦ ♦

Лагерь короля Ранпосы III был расположен в центре армии Королевства. Он был окружен знаменами, принадлежащими многочисленным дворянам Королевства Ре-Эстиз.

Хотя изначально здесь было много дворян, теперь остались лишь несколько. Большинство уже сбежали, и людей, оставшихся в лагере, можно было пересчитать по пальцам двух рук. Но, конечно, никто не сердился на дворян за бегство.

- Оставьте меня и бегите!

- Ваше Величество, сейчас не время для шуток! Прошу, бегите со всей поспешностью. Если он поймает нас, то у нас не будет шанса выжить! - сказал подчиненный Газефа, командир группы воинов.

- Как я могу бежать? Я король.

- Даже если Ваше Величество останется, вы ничего не сможете сделать. Разве вы не должны вернуться в Э-Рантэл и спланировать контратаку?

Ранпоса III горько улыбнулся. Было больно слушать эти слова.

- Верно. Даже если я останусь здесь, я ничего не смогу сделать.

Было невозможно сплотить его разрушенную армию при сложившихся обстоятельствах. Не потому, что король был некомпетентен – никто не смог бы сделать это.

- Ваше Величество! Нет времени! Послушайте, даже если мы должны будем тянуть вас назад в цепях, мы должны привести домой Его Величество!

С этими словами помощники Газефа перешли к действиям.

Трата большего количества времени подвергла бы опасности не только его, но и людей вокруг. Зная это, Ранпоса III принял решение и поднялся.

- Хорошо. Вперед. Но что изменится, если мы теперь сбежим?

Земля дрожала от топота копыт, будто было землетрясение, но в таких условиях король Ранпоса III сохранял спокойствие. Совершенно отличная картина от той, когда убегали дворяне.

- Для начала мы не можем ехать. Если мы попытаемся сбежать верхом, то они догонят нас. Они, кажется, сначала выбирают многочисленные группы бегущих солдат. У нас только один путь к спасению – бежать ногами.

Ранпоса III посмотрел на пришедших из дворянских регулярных войск людей и понял, зачем они здесь.

Несколько воинов начали снимать свою броню.

- Они будут нести Ваше Величество.

- А что остальные?

Ранпоса III посмотрел на воинов, оставшихся в броне.

- Мы проведем организованный отвлекающий маневр и побежим в противоположном направлении.

Ранпоса III понял намерения воинов по чистым улыбкам на их лицах.

- Невозможно. Вы сокровища нашего Королевства! Несмотря ни на что, вы должны выжить! Мне все еще нужны вы, чтобы служить моим детям!

- Конечно. Хотя мы намерены стать приманкой, мы не собираемся умирать!

Это было ложью. Они планировали умереть, или, скорее, они признали, что смерть была их судьбой.

Ранпоса III попытался думать о чем-то ободряющем, чтобы сказать свое напутствие, но никакие слова не приходили в голову. Перед лицом улыбающихся воинов все, о чем он думал, казалось, рассыпалось и улетало в даль.

Воины помогли Ранпосе III снять броню.

Воин в белоснежной броне вышел вперед. Это был Клаим, ближайший слуга Реннер, его дочери.

- Позвольте мне помогать на диверсии. Хотя мы не знаем, есть ли у этих монстров глаза, но, если мы будем махать нашими флагами без остановок, мы, наверное, сможем привлечь их внимание. И эта броня должна быть довольно привлекательной.

Клаим держал в руке флаг Королевства. Он был испачкан следами бегущих солдат и содержал в себе намек на то, как следует поступить в данной ситуации.

- Да. Тогда я тоже пойду, - уверенно сказал Брэйн Унглас.

Ранпоса III был наслышан о нем – человеке, равным по силе его преданному вассалу Газефу Стронофу. Брэйн присоединился к армии как подчиненный Реннер. Другими словами, он и Клаим были в похожем положении.

- Ты уверен? Вы двое не совсем подчиненные принцессы.

- Ах? Не волнуйтесь об этом. Во время вторжения демонов мы были на линии фронта и, так или иначе, мы возвратились живыми. На сей раз мы просто будем надеяться, что удача не покинет нас и вас тоже.

- Боги не будут просто наблюдать. Во время того волнения приехал герой, чтобы спасти нас. Я полагаю, что они изменят нашу судьбу, как и в тот раз.

Перед Ранпосой III Брэйн отдал честь и пристроился к вице-капитану.

- Как сделать так, чтобы все закончилось…

Где же все пошло не так?

Ранпоса III едва слышно стонал. Он знал, что ни один из мужчин перед ним не выживет.

«Вице-капитан и Клаим умрут как приманка. И Газеф… Он потерялся в этом хаосе после того, как сказал, что намеревается остановить монстров. Кто знает, что с ним произошло?..»

Его глаза были полны слез.

Он хотел сказать: «Бросьте меня».

Они собирались отдать свои молодые жизни за него, старика.

Но он не мог сказать это. Они боролись отчаянно, зная о неизбежной смерти.

В это время…

- Возвратитесь целыми в Э-Рантэл, и я предоставлю вам любое вознаграждение, которое вы пожелаете.

Клаим и Брэйн сделали паузу на середине шага и обернулись.

- Нет никакой потребности в вознаграждении, Ваше Величество. Я существую, чтобы помочь госпоже Реннер. Этого вознаграждения достаточно.

- Что касается меня, ну, в общем, как насчет того, чтобы жениться на самой красивой принцессе в стране этому ребенку?

- Хахаха. Да, это - щедрое вознаграждение.

- Господин Брэйн! Что вы говорите?

- Ну, мы должны начать с присвоения ребенку дворянского титула. Упорно трудитесь!

- Тогда ты должен возвратиться живым, Клаим.

В пустых глазах Клаима и открытом рту больше не было видно духа воина, которым он только-что обладал. Однако король непреднамеренно ярко улыбнулся во все лицо.

- Засим позвольте откланяться, Ваше Величество.

- Я рассчитываю на вас.

Наконец, снявший броню Ранпоса III был подхвачен солдатами.

- Ваше Величество. Даже сейчас наш побег - все еще вопрос удачи. Если произойдет худшее… я прошу, простите меня.

- Не стоит извиняться. Это было мое решение - использовать вашу идею. Если она провалится из-за неудачи, то у меня не будет претензий.

- Тогда! Ваше Величество! Мы встретимся снова в Э-Рантэле!

Вице-капитан поскакал прочь на своей лошади. Как будто ждавшая этого одна тварь из Темных Младых изменила свое направление.

- Хорошо! Выдвигаемся, пока они уводят его!

Часть 4

Посреди всеобщего хаоса Газеф уверенно шел вперед. Он вытащил из ножен свое

оружие – одно из сокровищ Королевства, Бритвенный Клинок. Пока он держал этот меч в своих руках, он не мог проиграть. Этот меч был доказательством его силы.

Однако сейчас все было иначе.

На фоне огромного Темного Младого меч казался не более чем зубочисткой, которой можно лишь поковырять в зубах монстра, сломать и выбросить.

- Если его не остановить здесь, то следом он направится в лагерь короля. Я не могу этого допустить.

Произнеся это, Газеф улыбнулся, будто осмеивал себя.

У Газефа не было шансов победить этого монстра. Даже задержать его на секунду было бы подвигом.

Человек, провозглашенный Воином-Капитаном Королевства – лучший воин среди всех человеческих наций - не мог сделать большего.

- Возьмите Его Величество и уходите. Верните его домой даже ценой своих жизней.

Газеф прошептал эти слова, как молитву; они были адресованы его подчиненным, которые остались позади, чтобы защитить короля. Впрочем, он прекрасно понимал, что его люди не смогут ничего сделать с монстрами. Все, что они

могут, - это стать живыми щитами на несколько секунд, пока их не размажут по земле.

Тем не менее этого было достаточно.

Враг убьет их первым же ударом, но, приняв на себя этот удар, они смогут продлить жизнь короля, пусть лишь и на мгновение.

«Возможно, если восемьдесят человек послужат ему щитами, все и получится» - понадеялся Газеф.

- Простите меня.

Он извинился перед своими подчиненными, в то время как монстр с невообразимой скоростью приближался, взметая кровавые фонтаны и разметая плоть. Он понимал, что извиняется перед отсутствующими товарищами лишь для успокоения собственной совести. И все же он не желал умирать, не произнеся этих слов.

Чувствуя, как под ногами трясется земля, Газеф с силой выдохнул.

Он крепко стиснул меч и поднял его.

Его оружие казалось таким бесполезным перед тушей, растаптывающей людей в кровавую кашу.

Будь это упряжка понесшихся лошадей, он с легкостью бы справился с ними. Напади на него тигр, он мог бы уклониться от первого удара и снести ему голову.

Но перед Темным Младым его шансы на выживание виделись невероятно ничтожными.

- Хуууу.

Когда Газеф выдохнул, в окружающем его людском потоке произошло резкое изменение. До сих пор люди бежали во всех направлениях, но теперь они, похоже, бежали от Газефа. Это выглядело так, словно они освобождают проход между Газефом и Темным Младым.

Монстр приближался, с каждым шагом топча людей копытами.

Подняв меч, Газеф осмотрел его тело. В какую точку будет лучше всего ударить?

- «Чувство Слабости», - он активировал боевое искусство, однако… - У него нет слабостей.

Действительно ли враг не обладал слабостями, или они просто не видны из-за подавляющей разницы в силе? Газеф не знал.

И все же он не отчаивался. В конце концов, он был готов к такому результату.

Он активировал другое боевое искусство:

- «Чувство Вероятности».

Этот секретный прием, действительно заслуживающий такого названия, представлял из себя технику, усиливающую его экстрасенсорное восприятие.

При астрономической разнице в физических возможностях усиление собственных способностей лишь сократит пропасть в несколько миль на пару дюймов. Поэтому он решил положиться на нечто другое - шестое чувство может оказаться эффективнее.

- Иди сюда, зверь.

Темный Младой, похоже, услышал вызов и направился прямо к Газефу. Расстояние между ними быстро сокращалось.

По правде говоря…

Газеф боялся.

Он хотел бы иметь возможность бежать, подобно солдатам вокруг него.

Даже активировав «Чувство Вероятности» он ничего не ощутил. Его словно окутала стена непроницаемой тьмы.

По мере того как Темный Младой приближался, Газеф все подробнее изучал его.

«Судя по тому, что копыта остались неповрежденными, вряд ли обычные мечи способны нанести им хоть какой-то урон. По глубоким отпечаткам, которые его конечности оставляют на земле, видно, что вес монстра таков, что он моментально убьет каждого, на кого наступит.»

Чем больше он узнавал о звере, тем сильнее боялся.

Газеф чувствовал гораздо больший страх, чем солдаты, беспорядочно мечущиеся вокруг.

Но он не мог сбежать.

Сильнейший воин Королевства не должен бежать. Он отменил «Чувство Вероятности» и успокоил дыхание.

Темный Младой был близко.

Он был уже так близко, что разбрасываемые копытами комья грязи и плоти долетали до Газефа.

Игнорируя солдат вокруг, словно они были не более чем ползающими по земле червями, Младой бежал прямо на Газефа.

Или нет?

Темный Младой резко взял в сторону, словно оббегал большой валун, и упал на землю, потеряв равновесие из-за большой массы тела. Затем он встал и побежал дальше мимо Газефа.

Это было невозможно, даже Газеф это понимал.

Должно быть, монстр просто решил, что здесь он найдет слишком мало добычи, и отправился туда, где сможет растоптать больше людей покрытыми запекшейся кровью копытами.

Темный Младой был всего в метре от Газефа, и он ощутил дрожь земли, вызванную такой большой тушей.

Любой бы упал, но Газеф выстоял.

Он целился в гигантское копыто мчащегося мимо Младого...

- Хаах!

Газеф взмахнул мечом. Он намеревался обратить скорость врага против него, заставив монстра на полном ходу напороться на лезвие клинка.

Как только копыто соприкоснулось с мечом, мощный удар сотряс оружие и держащие его руки Газефа. Ему показалось, что у него вывернуты кисти.

Его ноги, прочно упирающиеся в землю, пробороздили две траншеи в земле: его протащило назад.

- Гуааааргх!

Каким-то образом ему удалось удержать меч, но все его тело пронзила боль. Будь то мускулы или сухожилия - каждая часть его кричала от нестерпимой боли.

Газеф тяжело дышал и уставился на миновавшего его гиганта.

Неподалеку от Газефа Темный Младой остановился, прервав свой бешеный бег.

Очертания одного из щупальцев вдруг расплылись.

Не связанная с температурой тела дрожь пронзила все тело Газефа. Он вскинул меч.

В тот же момент меч принял на себя загадочный удар - и тело Газефа оторвалось от земли.

Он ничего не видел, но предположил, что, вероятно, получил удар щупальцем. Его тело было подброшено вверх в бескрайнее небо, раскинувшееся над головой.

После неожиданно долгого полета Газеф наконец упал на землю. Он катился и катился, и катился, но это не было безвольным кувырканием трупа. Это были осмысленные движения человека, пытающегося кувырками погасить силу удара.

Газеф медленно поднялся, понукая свое избитое тело. Он уставился на Темного Младого, который был уже далеко.

Один удар.

Рука, на которую пришелся удар, оказалась сломана. Меч уцелел лишь благодаря чистой удаче.

С лица Газефа исчезли все эмоции.

Почему, почему он уцелел? Почему монстр не погнался за ним?

Вероятно, потому что Младой не счел его достойным противником. Это выглядело наиболее подходящим объяснением.

Это даже нельзя было назвать поражением. Чтобы испытать поражение надо вступить в бой, а он и близко не был к тому, чтобы оказать сопротивление.

Из закушенной губы полилась свежая кровь.

Вслед за этим Газеф, подавив боль, наполняющую все его тело, изо всех сил рванулся вперед.

Пусть он и не может победить врага, пусть следующий удар и станет для него смертельным, он все равно должен защитить своего короля.

Однако его поступь, полная уверенности и решимости, спустя несколько шагов замедлилась.

Газеф посмотрел на Темного Младого, совершенно точно направлявшегося к нему, и понял, благодаря чему выжил.

Верхом на Темном Младом, на месте, выглядящем как сложенный из щупальцев трон, в величественной позе ехала одна персона. Разумеется, ее внешность была необычной. Это был скелет, несомненно, монстр-нежить.

Газеф сразу понял, кто это.

- Господин Айнз Оал Гоун... Так вы не человек.

Особый отряд Теократии. Газеф не мог и надеяться одолеть их, и все же они оказались с легкостью побеждены Айнзом. Ни один человек не смог бы совершить такое. Поэтому Газеф быстро принял то, что видел сейчас.

Да. Почему он вообще решил, что кто-то столь могущественный может быть человеком?

- Строноф!

Даже не оглядываясь назад, он знал кому принадлежит этот грубый голос. Знакомая пара подбежала к нему.

- Вы двое тоже целы.

Клаим и Брэйн были целы, на белой броне Клаима не виднелось и пятнышка. Учитывая, что оба они не пытались бежать, это было большой удачей.

- Я рад, что ты жив. Я сомневался, что ты погибнешь, и ты действительно этого не сделал. Однако это еще не все, верно?

Брэйн и Клаим взглянули туда, куда все еще смотрел Газеф.

- Это...

- Да, это он, Клаим. Монстр, правящий монстрами. Айнз Оал Гоун.

- Это... это... Как я должен сказать, что это... Я… простите.

Тело Клаима явственно дрожало. Выражение его лица выдавало, что дрожь эта вызвана не возбуждением или предвкушением.

- Не беспокойся, Клаим. Тут нечего стыдиться. Точнее, это естественно! Уже третье существо, сила которого превосходит всякое разумение! Во что только превратилась моя жизнь с того дня!

Брэйн источал угрожающую ауру, как будто готов был разорвать всех и каждого, но при этом сохранял спокойное лицо, что удивило Газефа.

- Я-я не убегу!

Клаим и Брэйн встали рядом с Газефом.

Темный Младой подбежал к троице, разбрасывая во все стороны ошметки плоти, и остановился.

Вдали разносились крики, но в этом месте царила тишина.

Словно оно оказалось отрезано от остального мира.

Взгляд Айнза, покинув Газефа, безразлично мазнул по Брэйну и задержался на Клаиме. Пожав плечами, Айнз вновь посмотрел на Воина-Капитана.

- Вы, я вижу, неплохо поживаете, господин Строноф.

- Да и вы, похоже, в добром здравии, господин Гоун... хаха. Ничего, что я называю вас здоровым? В конце концов, если вы перестали быть человеком лишь после нашей с вами встречи, это прозвучало бы ужасно грубо.

- Хахаха. Нет, я такой же, как и тогда.

Смеющийся Айнз проплыл по воздуху, спустившись с Темного Младого. Должно быть, он использовал какое-то заклинание, учитывая то, как медленно он спустился вниз, отрицая гравитацию.

Газеф подумал было, что это, возможно, знаменитое заклинание «Полет», но, учитывая то, что Айнз Оал Гоун - могучий маг, он решил, что это, должно быть, более мощная версия этого заклинания, хотя в чем его превосходство и какое именно заклинание это было, Газеф не знал.

- Давно не виделись, господин Строноф. С самой деревни Карн.

- Действительно, господин Гоун. Тогда... позвольте мне спросить, почему вы искали меня? Может быть, вы нашли знакомое лицо на поле боя и решили встретиться со мной?

- Ну, да. Я не любитель пустых разговоров, и здесь не место для словесных дуэлей. Так что... я перейду сразу к делу.

Айнз медленно поднял костлявую руку.

В этом движении не чувствовалось враждебности, наоборот, это был дружеский жест.

- Станьте моим вассалом.

Глаза Газефа округлились.

В то же время он услышал, как стоящие сбоку Брэйн и Клаим громко сглотнули.

Кто бы мог подумать, что столь могущественный заклинатель предложит ему такое?

- Если вы присягнете мне на верность...

Айнз щелкнул пальцами. Как именно ему удалось сделать это костями пальцев, оставалось загадкой.

Газеф содрогнулся, словно движение было направлено на него.

Однако никаких изменений в его разуме или теле не произошло. Он ничего не ощутил.

- Посмотрите вокруг.

Газеф осмотрелся. Все вокруг...

- Я вижу. Они остановились.

Темные Младые остановились – замерли на месте. Их копыта застыли в воздухе на полушаге, и сейчас Младые походили на статуи.

- Это только временно. Что произойдет после, будет зависеть от вашего решения. Если откажетесь, я снова отдам им приказ. Надеюсь, мне нет нужды говорить о том, что это за приказ?

Газеф тупо уставился на Айнза.

Если он возьмет Газефа к себе на службу, используя шантаж, то тогда не будет взаимного доверия, и будет существовать вероятность предательства. Естественно, Айнз должен был учесть все это, прежде чем делать такое предложение.

В таком случае это значит, что для этих слов есть особая причина.

Но какая - Газеф не знал.

Тем не менее причина должна быть, если Айнз, контролирующий монстров, убивших столько людей, специально отыскал Газефа.

- Итак, что скажете? Присягните мне на верность, Газеф Строноф.

Айнз протянул руку.

Если он примет эту руку, то спасет много жизней.

Сердце Газефа сильно колебалось.

У него был гарантированный шанс спасти жизни людей Королевства.

Однако…

Газеф не мог принять эту руку.

Это не самое удачное решение.

Этот выбор позволит удовлетворить свое эго.

Сто из ста людей проклянут Газефа за глупость.

Но Газеф не мог предать Королевство.

Газеф решительно покачал головой.

- Я отказываюсь. Я меч короля. Ради него я с радостью расстанусь с жизнью. В этом моменте я не пойду на компромисс.

- Даже если ваш выбор в итоге будет стоить еще больших жертв? Смелый человек рисковал своей жизнью, чтобы бросить вызов могучему врагу в Деревне Карн. Пожертвует ли он жизнями тех, кого в настоящее время еще можно спасти?

Эти события были вырезаны в сердце Газефа ножом.

Но даже после этих слов Газеф Строноф не мог принять руку Айнз Оал Гоуна.

Королевский Воин-Капитан не мог предать короля.

Это и есть верность Газефа.

Увидев гнев на лице Газефа, Айнз пожал плечами.

- Такой глупый человек. Тогда… - но Газеф не дал ему закончить предложение, направив на него меч. - Что?

Темный Младой ранил его, и несмотря на силу исцеляющего талисмана, он не восстановился полностью. Но даже в таком состоянии боевой дух Газефа сиял как солнце.

- Господин Гоун, пожалуйста, позвольте тому, кто ради выгоды воспользовался вашей добротой, загладить свою грубость... Я прошу о поединке с вами один на один.

У Айнза вместо головы был бесплотный череп. Из-за этого никто не мог сказать, какие эмоции он испытывал или о чем он думал.

Как бы то ни было, сейчас казалось, что по каким-то причинам он потерял дар речи. Именно так казалось со стороны. И хотя Айнз сохранял молчание, чувствовалось его беспокойство.

- Вы это серьезно?

- Естественно.

- Вы умрете

- В этом нет сомнений.

- Если вы знаете, то почему? У меня не было намерений убивать вас... вы самоубийца?

- Нет, я так не думаю.

- Тогда о чем вы думаете? Не могу понять вашей логики. Если бы вы верили, что, бросив мне вызов, вы бы выиграли, я мог бы это понять. Если вы думаете, что есть шанс на победу в данных обстоятельствах, это вполне разумно. Однако вы твердо уверены в том, что проиграете. Или вы сумасшедший?

- Вражеский король стоит передо мной в пределах досягаемости моего меча. Разве это не естественно, попытаться атаковать его?

- Это правда, что мы стоим довольно близко друг к другу, тем не менее между нами существует пропасть. Или я неправ?

Щупальце Темного Младого со свистом рванулось вперед и расчистило область вокруг Газефа от плоти и грязи.

Газеф не мог уследить за щупальцем.

- Вы абсолютно правы, господин Гоун.

- Вы испытываете удачу, потому что я сказал, что не хочу вас убивать?

Газеф от всего сердца рассмеялся.

- Конечно нет. Я просто хочу сделать то, что должен сделать как Воин-Капитан Королевства. Это все, о чем я думаю.

- Если я приму ваш вызов… вы же понимаете, что я не буду сдерживаться и убью вас?

- Конечно.

- Вот как?.. Даже после того как я сказал все это, вы отказываетесь передумать. Жаль. Как коллекционер, скажу, что плохо уничтожать редкие экземпляры.

У Газефа не было намерений отказываться от своих слов.

Это была невероятная удача. Для начала Айнз, что обычно был окружен невообразимыми подчиненными, сейчас стоял перед ним без телохранителей.

Более того, его гордость могущественного заклинателя не могла позволить приказать Темному Младому позади действовать вместо него.

Газеф никогда не получит снова шанс подобный этому.

Его враг стоял на вершине, до которой он не смог бы дотянуться. Тем не менее сейчас у него был шанс сократить разрыв между ними.

При следующей их встрече, возможно, он будет окружен десятью или двенадцатью рядами охраны, как и подобает заклинателю, слабому в ближнем бою. Газеф может больше никогда не оказаться рядом с Айнзом на расстоянии удара меча. Поэтому он и вызвал Айнза на дуэль.

И была еще одна причина для поединка.

Хотя вероятность, что он выиграет была невероятно мала, все же...

Газеф бросил официальный вызов:

- Король-Заклинатель Айнз Оал Гоун! Я Воин-Капитан Королевства Ре-Эстиз Газеф Строноф! Я вызываю вас на поединок!

- Воин-Капитан...

- Газеф!

Брэйн отчаянно запротестовал. Но Газеф продолжил без колебаний:

- Если вы согласны, господин Король-Заклинатель, я надеюсь, что вы согласитесь счесть этих двоих подобающими свидетелями нашего поединка.

Айнз пожал плечами.

Он словно говорил «как хочешь». Поняв это, Газеф кивнул.

- Подожди, подожди минутку! Успокойся, Газеф! Я всегда готов умереть рядом с тобой! Не иди один! Милорд Король-Заклинатель! Прошу, я умоляю вас! Я знаю, что это бесстыдно, но это просьба от всего сердца! Пожалуйста, позвольте мне выйти против вас вместе с ним! Я знаю, что это не будет для вас неудобством!

«Как и ожидалось», - подумал Газеф, услышав мольбу Брэйна.

Лицо Брэйна говорило о воине, принявшем свою судьбу.

Это была уверенность, что он будет убит Айнз Оал Гоуном вместе с Газефом.

Тем не менее Газеф не мог с этим согласиться. Он не мог этого допустить.

- Брэйн Унглас! Ты хочешь очернить мои убеждения воина?

Лицо Брэйна стало воплощением шока.

- Все нормально, господин Строноф. Я не возражаю против двоих одновременно.

- Прошу, не надо, господин Король-Заклинатель. Это поединок со мной. Я молю вас пощадить этих двоих.

Пятнышки красного света, плавающие в глазницах Айнза, запылали еще ярче.

- Что это? Я видел эти глаза прежде. Глаза человека, бегущего в объятья смерти. Непреклонные глаза. Как замечательно, - Айнз стал говорить как человек. - Отлично. Я отклоняю ваше предложение. Я хочу поединок один на один с господином Стронофом.

Брэйн обессиленно упал на колени.

Его лица не было видно - видны были капли, падающие на алую землю под ним.

- Мне жаль, - сказал Газеф Брэйну от всего сердца.

- Я сохраню ваш труп для магии воскрешения.

- В этом нет необходимости, - слова Газефа лишили его друзей дара речи. - Я не хочу вернуться к жизни. Вы можете избавиться от тела, если захотите.

Дело было не в том, что магия воскрешения плоха. Газеф просто не любил ее.

У каждого есть всего одна жизнь.

Именно из-за этого решение пожертвовать своей жизнью может быть таким значительным.

И даже ради своего Королевства он не вернется из мертвых.

Если Газеф умрет, король сможет распространить известие о потере сильнейшего воина Королевства. Таким образом, возможно, он сможет смягчить бурю негодования и ненависти от потери столь многих людей.

Это был апогей верности Воина-Капитана, решившего отдать все ради защиты Королевства.

Не обращая внимания на удивленные взгляды вокруг, Газеф спокойно улыбнулся.

- Тогда давайте начнем. Вы оба, надеюсь, вы будете свидетелями моего последнего боя.

Клаим даже не мог представить себе, что человек, именующий себя Брэйном Унгласом, может показать такую мягкую и чувствительную сторону своей натуры.

Он знал, что Брэйн сильный, мужественный и независимый. Тем не менее человек, что сейчас стоял на коленях опустив голову, не выглядел так.

- Брэйн, неужели ты не выполнишь свою миссию? - произнес Газеф, не оборачиваясь.

Брэйн не шевельнулся. Скребущие землю пальцы выдали Клаиму его горе. Но все же Клаим должен был это сказать:

- Это последняя воля господина Стронофа.

В нем не было ни капли надежды на то, что Газеф Строноф победит.

Поэтому Клаим и Брэйн должны выполнить его последнюю просьбу.

Брэйн медленно поднялся на ноги.

На его лице читалась ярость.

Клаиму захотелось повернуться и убежать.

От Брэйна будто шел горячий воздух.

- Тебе пришлось увидеть меня с жалкой стороны, Клаим. Все в порядке. Я запечатлею в своих глазах благородный образ Газефа.

- Спасибо вам…

Каковы отношения между Брэйном Унгласом и Газефом Стронофом?

Клаим не понимал, что их связывает, особенно со стороны Брэйна.

Проиграв Газефу, тот отправился в путешествие, чтобы улучшить свои навыки владения мечом. Такого Брэйна Клаим знал. Однако он чувствовал, что его мотивы не столь просты.

- Тогда, господин Строноф, не могли бы вы дать мне взглянуть на этот меч? Хочу его получше узнать, - спросил Айнз таким тоном, словно осведомлялся о погоде.

В зачарованные мечи могут быть вложены самые разные способности. Показать такой меч - значит открыть врагу свой план боя. Никто в здравом уме не согласится на просьбу вроде этой.

Клаим был не одинок в этих мыслях, так что и глаза Брэйна тоже широко раскрылись при виде того, что произошло дальше.

Газеф развернул меч гардой вперед и подал его Айнзу.

- Газеф! Ты полностью отказался от выигрыша?!

- Брэйн! Не говори такие позорные вещи! Король-Заклинатель не такой человек.

Айнз взял меч и применил заклинание. Он засмеялся.

- Ну, этот меч весьма впечатляющий.

Взяв меч за лезвие, Айнз вернул его Газефу тем же движением, каким тот подал ему его.

- Господин Строноф, осознаете ли вы силу этого меча?

- Я полностью понимаю. Этот меч неимоверно острый и может резать метал как бумагу.

- Какая жалость. Это только часть силы меча.

- Что? Что это значит, господин Король-Заклинатель?

- Ну, в общем, этот меч является оружием, которое может убить меня. Что-то вроде минимального условия для настоящего ПВП поединка. Без этого меча наш бой был бы скорее казнью.

«Простите, что равняю вас с теми крысами, проникшими в мою крепость», - пробормотал Айнз, доставая из ниоткуда короткий меч.

Без колебаний он сильным движением провел лезвием этого великолепного меча по своему лицу.

На черепе не осталось и шрама.

- Слабозачарованные предметы, как этот, не могут нанести мне какого урона. Для справки, этот короткий меч содержит примерно такое же количество данных или, скорее, количество маны, как и ваш меч, господин Строноф. Тем не менее ваш меч может причинить мне вред. Могу ли я забрать его в качестве трофея, после того как я выиграю?

Газеф тонко улыбнулся.

- Простите меня за отказ, но этот меч является национальным достоянием.

- Мм. Значит, никакой ПВП награды? Хорошо. Я оставлю его.

- Глубочайше благодарю вас, господин Король-Заклинатель.

Вернув меч Газефу, Айнз задумчиво потер подбородок. Затем он медленно зашагал, словно отмерял дистанцию.

- Полагаю, вот так будет около пяти метров. И, поскольку нет никакого обратного отсчета, нам понадобится сигнал. Ты, в белой броне. Найди что-нибудь, чем просигналить.

Клаим, к которому так внезапно обратились, вздрогнул.

- Клаим, прошу.

- Тогда… тогда… у меня есть магический колокольчик. Я зазвоню, и это будет сигналом к началу.

Оба медленно кивнули на предложение Клаима.

Газеф поднял меч и нацелил его на глаза оппонента. Все фибры его существа лучились силой. Клаиму, стоящему у него за спиной, показалось, что тело Газефа выросло в размерах.

Это была аура великого мечника. Клаим впервые видел подлинную силу Воина-Капитана Королевства. Но при этом его фигура казалась далекой и иллюзорной, словно мираж.

- Господин Строноф...

Это последний раз, когда он видит Газефа живым.

- Это не гарантировано.

- Э?

Стоящий рядом с Клаимом Брэйн внезапно высказал отрицание.

- Поражение Газефа не гарантировано. Шансы крайне малы, но он все же может победить. У него есть смертельный удар, ты знаешь? Боевое искусство, которое он использует как козырную карту?

- «Шестикратный Удар Света»?

Брэйн спокойно улыбнулся.

- Нет. Великое боевое искусство, намного превосходящее это. Этот парень изучил его.

- Что, что это?!

Клаим, приготовив колокольчик, посмотрел на поднятый меч и на лицо Газефа, бесстрашно смотрящее на Айнза.

Стальное лицо человека, признанного всеми соседними странами.

- Эх. Оно перешло от бывшего королевского адамантового авантюриста. Его изобрел Вайс Крофт де Лефан, но не использовал из-за своего преклонного возраста. Если мое величайшее секретное движение, «Хватка Когтя», - результат использования многократных боевых техник единовременно, то убийственный козырь Газефа - это сильнейшая одиночная техника. Кто знает, этот удар... он может оказаться способным достигнуть Айнз Оал Гоуна. Наверное, поэтому он попросил дуэль один на один, - сказал Брэйн не отрывая глаз от Газефа.

Клаим сглотнул. Его сжимающая колокольчик рука, казалось, потяжелела. Позвони он разок - и судьба Газефа станет неизвестной.

- Хочешь поменяться со мной?

- Спасибо, но... я сделаю это.

- Что… - Брэйн хотел было что-то добавить, но замолчал.

Клаим поднял колокольчик. Он мог лишь молиться за Газефа.

И тут - громче, чем он ожидал - колокольчик зазвенел.

Сконцентрировавшись до предела, Газеф с невероятной скоростью шагнул вперед.

Не упуская ни малейшего движения, Брэйн и Клаим смотрели широко раскрыв глаза.

И вдруг все замерло.

- Как я уже говорил... меры против остановки времени важны.

Айнз мгновенно применил «Безмолвную Остановку Времени», и Газеф с высоко поднятым мечом застыл на месте.

Но ни одна атака не сработает, пока время остановлено. И, даже если Айнз осыплет Газефа атакующими заклинаниями, тот не получит урона. Поэтому Айнз, следя за временем, применил еще одно заклятье:

- «Замедленная Магия: Истинная Смерть».

Заклинание девятого уровня.

Он редко его использовал, так как предпочитал более простую «Хватку Сердца».

Раз никакое заклинание не действует на врага, пока время остановлено, тогда все, что нужно, - отложить активацию магии, пока не завершится эффект. Хоть в теории это и простая комбинация умений, но нужно правильно подобрать время, что весьма трудно. В итоге по статистике только около пяти процентов магов в

Иггдрасиле могли пользоваться подобным приемом.

И после долгих тренировок и практики Айнз попал в эти пять процентов.

- Прощай, Газеф Строноф. Я никогда ничего не имел против тебя.

Заклинание закончилось, и время вернулось в мир.

И сразу же активировалось второе заклинание.

- Газеф медленно упал.

- Э?

- Что-что?

Клаим и Брэйн понятия не имели, что сейчас произошло.

В один момент Газеф потерял все силы и внезапно упал.

Айнз шагнул вперед, чтобы поймать тело Газефа.

Меч выскользнул из онемевших пальцев Газефа и упал на землю.

Бой окончился.

Но это было трудно понять.

Никто не знал, что происходит.

- Что произошло?..

- Черт возьми, я должен знать! - Брэйн закричал переполненным гневом

голосом. - В чем дело? Вставай, Газеф!

И затем надежда Брэйна окончательно угасла.

- Он мертв.

Почтительно, может, даже с благоговением Король-Заклинатель Айнз опустил Газефа на землю. После он медленно прикрыл его широко открытые глаза.

Глядя на Газефа, он заговорил:

- Увидев, как он бросил вызов без каких-либо шансов на победу… это напомнило мне о том времени... Из уважения к Воину-Капитану я прикажу Темным Младым остановиться. Я заберу тело и передам вам его официально.

- Нет, в этом нет нужды. Мы заберем его. Вам незачем беспокоиться.

Клаим тяжело вздохнул. Он задался вопросом, мог ли Брэйн бросить вызов Айнзу в безнадежной битве, но быстро отогнал эти мысли.

- Вот как, - ответил Айнз, прежде чем встать обратно.

- Заклинание «Истинная Смерть», которое я использовал, сводит на нет магию воскрешения. Передайте это жителям Королевства. Скажите им, что я буду милостив к тем, кто проявит уважение к Воину-Капитану.

Айнз легко взмыл в воздух.

Брэйн и Клаим видели беззащитную спину Айнза, но не смогли совершить такое постыдное действие, как удар в спину.

Айнз сел на щупальца Темного Младого.

Это был воистину ужасающий трон.

- Передайте Э-Рантэл и прилегающие земли мне, и эти ягнята не будут резвиться у королевской столицы. Скажите это королю, когда увидите его снова.

Темный Младой повернулся и ушел, остальные четверо также развернулись и пошли обратно к имперскому лагерю.

- Клаим, у меня есть одна просьба... Могу я сам вернуть Газефа обратно?

- Хорошо. Тогда я верну домой меч господина Стронофа.

- Много людей погибло.

- Да, слишком много, чтобы сосчитать.

- Что сейчас произошло?

- Я не знаю. Но, если такой, как он, называет себя королем и заявляет права на эту территорию...

- В будущем война, безусловно, повторится, и кто знает, может, трупов будет еще больше, чем сегодня.

Идя за Брэйном, несшим тело Газефа на своей спине, Клаим подумал о туманном будущем Королевства.

«Слова Брэйна, несомненно, сбудутся».

Клаим размышлял о том, что он будет делать теперь и что он должен делать в будущем.

Но самое главное, о чем он думал…

- Я должен защитить госпожу Реннер.

Клаим сжал кулак и стиснул зубы. По крайней мере, он должен защитить свою госпожу, несмотря ни на что.

Эпилог

Подул холодный ночной ветер. Он коснулся волос Брэйна Унгласа и его одежды.

- А здесь холодно...

Холодный ветер подхватил бледно-белый пар, шедший изо рта Брэйна, и разнес его по округе вместе с бормотанием.

Он продрог до костей.

Взгляд Брэйна бесцельно блуждал, пока он стоял на том самом месте, на вершине башни, на которой они втроем разговаривали перед тем, как отправиться на Равнины Каз.

Здесь не было ничего, кроме темноты.

Во время битвы... нет, резни на Равнинах Каз много людей Королевства потеряли свои жизни.

Он помнил, что увидел, когда ушел с этого поля боя.

Побежденный народ безжизненно переставлял свои ноги; их одежда превратилась в лохмотья, и они выглядели совершенно убого.

Даже несмотря на то, что Брэйн был воином, постоянно находящимся на грани жизни и смерти, картина этого дьявольского пейзажа, созданного единственным заклинателем, застыла в его глазах.

Э-Рантэл, хоть и защищенный городскими стенами, не мог рассматриваться как безопасное место, тем не менее бежавшие с поля боя солдаты, умирающие от усталости, валились с ног как куклы, чьи нитки оборвали. Они забирались, куда могли, и засыпали мертвым сном.

Брэйн снова вздохнул на вершине этой безымянной башни.

Затем он молча посмотрел на небо.

- Я просто продолжаю думать... ничто теперь не имеет значения.

Брэйн посмотрел на свои руки.

Пока он нес безжизненное тело этого человека, он чувствовал на себе огромное душевное давление. Как бы он ни пытался - он не мог забыть об этом.

Он был великим человеком и величайшим соперником, бывшим всегда на шаг впереди.

Этот человек - Газеф Строноф. Его смерть была настоящей потерей для Брэйна.

Для Брэйна Газеф был не просто соперником.

Газеф победил Брэйна на Королевском Турнире и усмирил его вечно растущую

гордость. Брэйн хотел во что бы то ни стало победить Газефа и начал усиленные тренировки, приведшие его в итоге на темный путь. Но все же он тренировался, совершенствовался именно из-за Газефа. Газеф стал человеком, определившим путь Брэйна, поставившего своей целью превзойти соперника. Брэйн посвятил свою жизнь этой цели. Газеф был ему все равно что отцом.

А теперь того, кого он должен был превзойти, больше не существует.

Газеф Строноф был велик, как грандиозная гора, даже когда он на глазах у Брэйна отошел в мир иной.

Брэйн однажды видел настоящую мощь в форме Шалти Бладфолен. И на время он впал в депрессию и не мог из нее высвободиться, потому что был целиком и полностью уверен в том, что силен, тогда как Шалти размазала его уверенность. Он понял, что был слаб. Брэйн, что стоял здесь и сейчас, мог подтвердить это.

Но Газеф был другим.

- Айнз Оал Гоун определенно должен быть монстром того же уровня, что и Шалти Бладфолен. И Газеф все равно вызвал его.

Газеф потребовал дуэль не для того, чтобы избежать битвы с Младыми и попробовать уцелеть. Его взгляд отличался от того, когда Брэйн дико молотил мечом по Шалти, плача как ребенок.

Что на земле заставило его это сделать?

- Я не понимаю. Почему ты не сбежал?

Брэйну было больно выдавливать из себя слова.

- Почему ты выбрал смерть? Не было бы лучше сбежать от этого монстра? Не было бы лучше сохранить твою силу? Почему? Если ты должен был умереть, я хотел уйти с тобой!

Если он не мог превзойти Газефа, он хотел умереть с ним.

Брэйн перевел взгляд на оружие на поясе.

Это был Бритвенный Клинок, который ему временно позволили носить.

Брэйн достал его из ножен и активировал боевой навык:

- «Четырехкратный Удар Света».

Техника, использованная Газефом, чтобы победить Брэйна на турнире.

Четыре дуги света разрезали на куски ближайшие перила. Практически не было сопротивления, и клинок прошел сквозь металл, как сквозь воду.

- Ты... как это... Я восхищался тобой... Я хотел умереть с тобой. Почему ты не позволил мне биться на твоей стороне? Почему ты не сказал мне, что я могу умереть с тобой?!

Брэйн закрыл лицо руками.

Он чувствовал жар в глазах, но слезы не текли.

В этот момент ровный звук шагов проник в уши Брэйна. Только один человек мог прийти сюда.

- Я слышал, когда мужчина становится старше, слезы больше не текут. Я думаю, это правда.

- Я думаю, боль от потери кого-то дорого тебе не зависит от возраста, - сказал Брэйн в ответ на хриплый голос, которого он ждал. - Прости меня, Клаим. В конечном итоге я оставил все на тебя, - Брэйн вытер глаза и убрал меч в ножны. Клаим стоял перед ним со странным выражением на лице. - Впрочем... ну, даже если бы я вступил в бой, я был бы бесполезен, правильно? При таких обстоятельствах никто не смог бы убить этого заклинателя… Ладно, скажи мне, что у вас там происходит?

- Хорошо. Поскольку принц Барбро до сих пор не вернулся, решено отправить за ним поисковый отряд. И, поскольку выделить солдат для этого невозможно, решили вместо них использовать приключенцев. Затем появилась причина сдать Э-Рантэл. Это было единогласным решением. Вся знать согласилась. Даже король согласен.

Даже дворяне королевской фракции согласились.

После вторжения демонов сила королевской фракции возросла. Это усиление позволило собрать под знаменем короля огромную армию, но она была уничтожена в прошедшей бойне, что, естественно, негативно отразилось на королевской фракции. К тому же Э-Рантэл с окрестностями входил в земли короля, и его сдача также очень сильно била по нему.

Таким образом, в этом раунде королевская фракция сильно ослабла, в то время как фракция дворян стала сильнее.

Чем это обернется в будущем?

Он случайно взглянул в сторону Клаима и увидел, что его тело тряслось.

Он дрожал не от ярости, но от ужаса. Он, должно быть, вспомнил ужасающие сцены прошлого, и его тряска, возможно, была знаком того, что он кричал в душе. Это абсолютное отчаяние, должно быть, все еще крутится в нем.

- Даже сейчас, когда я думаю о них, мое тело трясет бесконтрольно.

«Они» - это, должно быть, те нечеловечески сильные твари, которые устроили резню.

Брэйн вспомнил, что Клаим стоял рядом с ним во время дуэли Газефа с Кролем-Заклинателем, и все видел, поэтому он предположил, что Клаим может дать ему ответ.

- Эй, скажи мне кое-что. Почему Газеф попросил дуэль?

На лице Клаима застыло удивление. Но как только Брэйн подумал, что, возможно, неясно задал вопрос, и собрался его повторить, Клаим ему ответил:

- Это просто мое личное мнение, хорошо?..

- А, ничего страшного, выкладывай.

- Может быть, он хотел показать нам?..

- Что нам показать?

- Мощь Короля-Заклинателя Айнз Оал Гоуна. А потом... он дал нам будущее.

- Будущее?

- Да. Он хотел предоставить нам возможность получить информацию и разработать тактику на случай битвы с ним в будущем.

Это было как гром посреди ясного неба.

Все сошлось идеально. Клаим знал верный ответ.

Газеф заплатил своей жизнью за шанс получить хоть какую-нибудь информацию о силе Айнза. Он предположил, что Айнз, будучи заклинателем, не станет во второй раз вступать в ближний бой и отпустит Брэйна с Клаимом. Но при всей мощи Айнза шанс на это был ничтожно мал, и все-таки Газеф рискнул и пожертвовал собой. Он отдал свою жизнь за жизни их двоих и жизнь Королевства.

«Ха. Я и подумать не мог о такой причине», - рассмеялся над собой Брэйн.

Раз так... как он должен жить дальше теперь, когда ему стали известны намерения Газефа.

Пока Брэйн терялся в раздумьях, Клаим, словно не в силах вытерпеть тишину, спросил:

- Если не ошибаюсь, господин Строноф не позволил воскресить себя?

- Да. Газеф такой человек.

При использовании магии воскрешения нет гарантии, что мертвый вернется к жизни. В легендах говорится, что люди, прожившие счастливую жизнь, отвергают воскрешение.

- Король, похоже, еще не принял это.

- Этого стоило ожидать. Однако он не вернется... И все же это поразительно.

- Да. Я не понимаю, о чем думал господин Строноф. Разве не лучше было бы ему вернуться к жизни и продолжить верную службу? Я бы поступил так.

- Вот как? Что до тебя, Клаим, я думаю, ты так бы и сделал. Что же до меня... не пытайся вернуть меня, когда я умру. Я недоволен своей жизнью... И не думаю,

что смогу продолжать терпеть это.

- Что до меня, я все же выбрал бы возвращение. Я стер бы это тело в порошок ради служения госпоже Реннер, если смог бы.

Лишь один человек в Королевстве способен применять магию воскрешения. Несомненно, цена, которую она запросит, будет ошеломляющей... но такова цена за возвращение из могилы.

Во время вторжения демонов воскресили нескольких приключенцев, но тогда все люди по факту были в одной большой команде, да и обстоятельства требовали напрячь абсолютно все силы. Но в обычных условиях за воскрешение взималась внушительная плата, настолько большая, что при ее виде глаза вылезали из орбит. Не то что обычные люди, но даже далеко не все дворяне могли себе позволить оплатить эту услугу: они могли работать всю свою жизнь и все равно не накопить достаточно денег. Это относилось и к Клаиму.

«Впрочем, твоя обожаемая принцесса с радостью заплатит», - подумал Брэйн, но, конечно, не сказал вслух. Вместо этого он ответил: - Вот как?

Повисла тишина. Ее нарушил Брэйн:

- Я действительно хотел победить его...

Клаим промолчал. Брэйн и не ждал его ответа. Если подумать логически, то в этих словах не было никакого смысла для Клаима, но Брэйн, не зная почему, все же чувствовал необходимость высказать их – слова, что накопились в его сердце.

- В прошлом я проиграл ему и поэтому хотел его превзойти. Но теперь это невозможно... Ааа, я позволил ему уйти, - сказал Брэйн, глядя в ночное небо. - Черт.

- Господин Брэйн...

«Что мне делать? Что мне делать с последней волей Газефа?» - думал Брэйн.

- Нет, все так, как и должно быть. Из-за чего я колеблюсь? Есть лишь два варианта. Исполнить ее или не исполнить. Я хочу... победить? А, вот оно что...

«В конце концов, ответ лишь один?»

На лице Брэйна появилась хищная улыбка, он крепко сжал Бритвенный Клинок и направил его к небесам.

- Хмф! Так или иначе, кому-то все равно придется это сделать, – была видна его решимость, и он громко прокричал от всего сердца: - Ты выбрал смерть! Как только ты посмел выбрать такой легкий выход! Сожалей теперь об этом на том свете! Я, я превзойду тебя своим собственным способом! Клаим! Пойдем пить! Возьмем вина и повеселимся!

Брэйн не знал, что ему делать, однако рассудил, что не может просто идти по

пути Газефа, потому что если он сделает так, то никогда не сможет превзойти его.

В будущем они наверняка еще не раз поговорят о Газефе. А сейчас Брэйн хотел расслабиться.

Он хлопнул Клаима по плечу и решительно шагнул вперед. Тяжесть в его руках, казалось, ослабла, пусть и ненамного.

↑ Плотное построение воинов, в несколько шеренг. ↑ Заграждение, представляющее собой множество небольших (около 5 см в диаметре) соединенных звездообразно острых штырей. ↑ Обращение к мифическому существу Шуб-Ниггурату, выдуманному Говардом Лавкрафтом. Описывается как туманная, облакоподобная масса со множеством длинных чёрных щупалец, роняющими слизь ртами, и короткими козлиными ногами. ↑ Фибра (от лат. fibra) - символ душевных сил, составляющих в совокупности всё существо человека. И связанные с этим словом выражения вроде «дрожать всеми фибрами».

Новая глава

Все ощущали приход весны. Больше всех чувствовали это крестьяне, которые видели, как земля под их ногами возвращается к жизни. Тем не менее жители городов также приветствовали весну. Конечно, в городах основная радость от прихода весны в значительной степени заключалась в том, что больше не требуется покупать дрова для отопления домов.

Однако первый день весны в Э-Рантэле встретила только тишина.

Главные улицы были пусты, как если бы весь город вымер. Тем не менее из щелей в немного приоткрытых ставнях и дверях можно было ощутить множество взглядов. Все выглядело так, будто люди после катастрофы, затаив дыхание, выглядывали из убежищ и осторожно смотрели, не прошла ли опасность.

Сегодня настал день, когда Э-Рантэл будет официально передан Айнз Оал Гоуну и станет городом в Волшебном Королевстве Назарик.

Главные городские ворота открылись, и зазвенели колокола, приветствуя прибывших.

Спустя довольно много времени, открылись вторые по величине городские ворота, и звон колоколов эхом прокатился по городу еще раз.

Между вторыми и третьими воротами находилась жилая зона города.

Жители Э-Рантэла не убежали лишь потому, что знали, что если убегут, то их будет ждать только отчаяние и голод.

Хоть здесь они были мастерами каждый в своем деле, в других городах они смогут найти работу в лучшем случае лишь в качестве подмастерий.

В городах с давней историей сложились свои общественные порядки и преемственность поколений: у них были свои семьи ремесленников, торговцев и так далее, и новоприбывшим было практически невозможно устроиться на приличную работу; конечно, от голода они не умрут, но наверняка закончат свои дни в нищете в трущобах.

Таким образом, большинство жителей остались в Э-Рантэле.

Тем не менее, если их жизнь будет находиться в опасности, они выберут побег. Это будет единственным разумным решением. В конце концов, ходили сплетни о их новом правителе, нет, короле, будто он очень страшное существо.

Говорили, что он заклинатель, который вырезал королевскую армию.

Говорили, что он бездушное, жестокое существо, к тому же бессмертное.

Говорили, что он монстр, что наслаждается купанием в свежей крови маленьких детей.

В слухах не проскальзывало ни единого доброго слова о нем.

Итак, все спрятались в своих домах, планируя шпионить за Айнз Оал Гоуном из щелей в своих окнах и дверях.

Вскоре процессия Айнз Оал Гоуна прибыла на главную улицу.

Все, кто видели его, потеряли дар речи.

Внешне он полностью соответствовал слухам.

Но первой в глаза бросилась женщина, шедшая во главе процессии. Она выглядела прекрасно и светилась улыбкой.

У нее были черные шелковистые волосы и бледная, как луна, кожа. Облачена она была в великолепное белое платье, украшенное множеством ювелирных изделий, в совокупности напоминающих созвездия. Ее красота находилась за пределами людского воображения. В то же время изогнутые рога, растущие на голове, и небольшие черные крылья, выглядывающие из-за спины на уровне талии, говорили о том, что она не человек.

За этой красивой богиней шли воины. После каждого взгляда на них жители вздрагивали.

Воины были разделены на две группы, различающиеся между собой доспехами.

Первую группу можно охарактеризовать фразой «рыцари смерти».

В левой руке они держали башенные щиты, закрывающие три четверти их тел, а в правой - мечи с волнистым лезвием, фламберги. Они были облачены в шипастую полную латную броню, сделанную из какого-то черного металла и украшенную темно-красными узорами, наминающими кровеносные сосуды. Забрала их шлемов с демоническими рогами были подняты, обнажая останки сгнивших лиц. Пустые глазницы пылали алым огнем, наполненные ненавистью к живым и жаждой устроить резню.

Все это в совокупности с их двухметровым ростом заставляло горожан видеть в них воплощение жестокости и насилия.

Вторую же группу можно описать как «воины смерти».

В руках у них были длинные мечи, но также на поясе и спине у каждого висело разнообразное оружие: боевые топоры и молоты, арбалеты, кнуты, рапиры и прочее. На оружии было полно вмятин и царапин - доказательств того, что его много раз использовали. В отличие от первой группы они носили легкую броню, сделанную из кожи каких-то неизвестных зверей. Доспехи состояли из нескольких частей, соединенных волшебными лентами, расписанными множеством рун. Через зазоры между лентами виднелись такие же останки плоти, как у первой группы.

Эти существа тоже были ростом около двух метров и внушали ужас.

Но все эти монстры отходили на задний план по сравнению с тем, кого несколько из них несли в паланкине.

В паланкине ехало неживое существо. Вокруг него была угнетающая аура смерти. Его окутывал черный туман, делая его похожим издалека на большой кусок обсидиана.

Все понимали, кто это.

Это был Айнз Оал Гоун.

«У нас нет возможности выжить при правлении этого монстра.»

«Наши жизни будут короткими и жалкими.»

Так думало большинство людей. Но, пока все обдумывали свое будущее, неожиданно раздался громкий скрип двери.

Чтобы увидеть, что происходит, жители Э-Рантэла прильнули к щелям в окнах и дверях, чтобы выглянуть наружу. Они увидели фигурку бегущего ребенка. Он держал что-то в своей ручке и бежал к процессии нечеловеческих существ Айнз Оал Гоуна. За ним гналась его побледневшая мать.

- Верни мне моего папу! - молодой голос мальчика прозвучал эхом на улицах. - Верни мне моего папу! Ты, монстр!

Мальчик бросил что-то. Это был камень.

Камень летел в направлении процессии - его целью был Айнз Оал Гоун.

Может, из-за волнения или напряжения, но камень не долетел до своей цели и покатился по мощеной дороге.

Мать догнала своего сына и обняла его сзади, отчаянно пытаясь скрыть его в своих руках; у нее было лицо мертвеца; она знала, что случится дальше и взмолилась:

- Он… он просто мальчик! Пожалуйста, я умоляю вас! Я прошу вас простить его!

В ответ на просьбу матери сияющий ангел улыбнулся.

Они были спасены. Это была теплая, материнская улыбка, способная с легкостью растопить любое сердце. Но…

- Десяти тысяч смертей не хватит, чтобы искупить преступное неуважение к Владыке Айнзу. Мы начнем с одной.

А затем красивая женщина достала гигантский боевой топор из ниоткуда. Факт, что она могла держать его так легко, говорил о ее нечеловеческой силе.

Нетрудно было догадаться, что можно делать таким топором.

- Тебе должно быть стыдно, как фермеру, вырастившему бесполезную скотину.

Наблюдая за медленно приближающейся женщиной, мать поняла, что сейчас произойдет, и крепко обняла своего ребенка.

- Пожалуйста! Отпустите моего сына, пусть мой сын живет! Возьмите мою жизнь, сделайте со мной все, что захотите! Пожалуйста!

- Что ты говоришь? Есть причина убивать тебя? Владыке Айнзу не приносит удовольствие бесполезная резня. Невинные не будут убиты. Пожалуйста, успокойся и ожидай фарш, что я сделаю для тебя... будь я на твоем месте, я бы пустила его на котлеты.

Мальчик на руках матери, похоже, не понял, что он вскоре будет убит. Тем не менее каждый наблюдающий знал, что короткая жизнь ребенка закончится через несколько коротких секунд. Однако никто не был готов сделать хоть шаг, чтобы спасти его.

Хотя они не хотели смотреть на надвигающуюся трагедию, никто не мог отвести взгляда.

Будь это мать или ребенок, каждый был парализован убийственной аурой, источаемой красавицей.

- Сожалей о своем хамстве к наивысшему, пока умираешь.

В тот миг, когда Альбедо опустила свой массивный топор, мир содрогнулся от звука металла, ударяющегося о металл. Источником этого звука был брошенный двуручный меч, погрузившийся в землю между матерью с сыном, вызывающими сострадание, и прекрасной женщиной.

Этот меч и его владелец были известны каждому человеку в городе.

Живая легенда.

Непобедимый воин.

Великодушный герой.

Когда жители заметили единственного, кто был способен спасти этих двоих, они воспели имя мечника в своих сердцах.

Имя «Темного Героя» Момона.

Мужчина, одетый в черные, как смоль, доспехи, медленно подошел и вынул торчащий из земли меч. Одним движением своего могучего запястья он стряхнул с него грязь. Другая его рука уже держала второй такой же меч. Готовый к битве Момон столкнулся лицом к лицу с прекрасной женщиной.

- Есть ли необходимость применять столько силы против мальчика, бросившего камень? Так никто не захочет на тебе жениться.

- Даже если вы отчитаете меня, я все равно буд... Кхе! Грех хамства по отношению к Владыке Айнзу не знает возраста или пола. Любой совершивший его должен исчезнуть!

- И что произойдет, если я не позволю этого?

- Тогда ты будешь предателем лорда этой земли и будешь уничтожен!

- Серьезно? Ну, это не так уж и плохо. Как бы то ни было, не думаю, что ты сможешь так легко срубить его голову, ага? Если ты этого так хочешь, лучше приготовься рискнуть своей.

Момон ловко сжал мечи в своих руках и встал в боевую стойку. Эта впечатляющая, красивая поза могла принадлежать только герою.

- Вы, защищайте Владыку Айнза.

Отдав приказ воинам, закованным в черную броню, красотка в свою очередь приготовила топор. Наблюдателям хотелось верить, что победителем этого противостояния будет Момон. Но боевая аура, источаемая ими двумя, была одинаково опасной, так что все могли чувствовать, что прекрасная женщина была воином, равным Момону.

Они сократили дистанцию до нескольких метров. Но вдруг Айнз с помощью магии вылетел из палантина и, приземлившись прямо за спиной Альбедо, положил свою руку ей на плечо.

- Владыка Айнз!

Айнз наклонился к уху красавицы и что-то прошептал. Ее лицо озарилось вежливой, безумно влюбленной улыбкой.

- Я понимаю, Владыка Айнз. Все должно быть так, как вы говорите.

Она поклонилась Айнзу и затем указала своим топором на Момона. Но ее намерение убийства уже исчезло.

- Я еще не слышала ваше имя. Назовитесь же.

- Я Момон.

- Что? Момон? Тогда я спрошу вас. Как вы думаете, вы сможете победить нас?

- Нет, не смогу. Даже если я буду биться до смерти, смогу победить либо тебя, либо того, что за тобой, - отчаяние наполнило сердца каждого, кто слышал эти слова, потому что они узнали, что даже великий герой мог убить лишь одного из этих монстров. - И кроме того... если я буду биться со всей силой, множество невинных будут втянуты в битву. Я не могу допустить подобного.

- Как глупо. Несмотря на ваши впечатляющие навыки, вы... я слишком много говорю. У Владыки Айнза есть предложение для вас. Слушайте его с благодарностью. Сдавайтесь и присягните на верность нам. Станьте воином Назарика.

- Ты шутишь, что ли?

- Как грубо. Владыка Айнз не желает управлять этими улицами отчаянием и кровопролитием. Вымирание человечества не принесет никакой выгоды Владыке. Но, даже если мы так говорим, люди здесь не поверят нам. Так что вы будете выполнять работу Владыки Айнза как его подчиненный.

- О чем это ты?

- В будущем может появиться больше глупцов, которые захотят бросать камни во Владыку. И вы будете отрубать их головы. Взамен вы станете свидетелем того, что Владыка Айнз не позволит невинным страдать в этом городе.

- Я понял. Значит, я буду служить ему головорезом?

- Не совсем. Как я сказала, вы будете ответственны за устранение предателей. Считайте, что вы станете наемником на постоянной службе.

- У меня нет намерения опускаться до служения злу.

- Так же, как и у нас нет намерений совершать это зло. Ну? Что вы будете делать? Если вы не предложите свой меч Владыке Айнзу, тогда мы вынуждены будет вас уничтожить, как опасную личность, и неважно, сколько людей нам придется убить, чтобы добраться до вас.

Момон огляделся вокруг.

- Я собирался путешествовать и у меня нет намерения быть чьим-то подчиненным.

- Что ж, это приемлемый ответ. В таком случае мы начинаем зачистку этого места, чтобы сразиться с вами…

- Подожди! Не прыгай к заключениям. Я еще не принял решение. У меня есть партнер. Что случится с ней?

- Она тоже должна поклясться в верности Владыке Айнзу. Здесь не может быть иного ответа.

- Хотя в прошлом я выбрал путешествие своим приоритетом... кажется, я привязался к этому городу. Все будет нормально, если я не преклоню колена?

Айнз еще раз шепнул на ухо красотке.

- Это позволительно. Значит, решено. Момон, трудись прилежно во славу Владыки Айнза.

- Я понял. Но помните, что, если вы навредите людям города без причины, этот меч будет направлен на тебя и твоего господина.

- Хорошо. Но в свою очередь надеюсь, что если жители города поднимут восстание, то этот же меч будет направлен на тех, кто восстал. И неважно, будут ли это дети, женщины или кто-либо еще. С нетерпением жду момента, когда город поднимется против нас, чтобы увидеть твое страдающее лицо, когда ты будешь вершить казнь. Однако нам стоит продолжить шествие. Поговорим позже.

Процессия двинулась вперед. Когда она наконец скрылась из виду, люди выскочили из своих домов. Поразительно, сколько людей смогли так хорошо спрятаться.

Все восхваляли Момона.

Когда Момон начал жестами успокаивать волну обожания, над толпой пронесся звук ударов. Это мать била своего сына.

- Зачем ты это сделал?!

Снова и снова она ударяла его.

И мать, и ребенок плакали, но она не переставала бить его.

Момон остановил руку матери.

- Можете его пока оставить? Есть кое-что, что я хочу спросить у него.

- Этот мальчик доставил вам столько неприятностей, господин Момон! Мы от всего сердца приносим вам свои искренние извинения!

- Нет, пожалуйста, не обращайте внимания. Нет нужды извиняться. Ах, и плакать тоже. У меня есть к вам несколько вопросов.

Момон попытался успокоить ребенка и в процессе спросил у него, зачем он это сделал.

Все думали, что мальчик, должно быть, хотел отомстить за отца, но тот ответил, что поговорил с каким-то человеком и после разговора почувствовал, что должен бросить камень.

- Понятно... дорогая мать, нет нужды наказывать своего сына. Это был результат магического влияния на разум. Это замысел Теократии, пытающейся втянуть меня в борьбу с Айнз Оал Гоуном.

- Нет, Теократия не стала бы этого делать. Не замысел-ли это самого Айнз Оал Гоуна, чтобы сделать господина Момона своим вассалом?

Момон серьезно кивнул говорившему владельцу магазинчика, открывшему свое дело здесь всего несколько лет назад.

- Это тоже возможно. Сейчас у меня есть хорошая возможность: пока у меня есть предлог быть на его стороне, я могу следить за его действиями. Если он планирует навредить вам, я сниму его голову. Но взамен я надеюсь, что вы не станете бунтовать против Айнз Оал Гоуна.

- Почему мы не должны?! Пока у нас есть господин Момон...

- Пожалуйста, не продолжайте эту линию разговора. Они ждут, что кто-нибудь скажет эти слова. Если Айнз Оал Гоун почувствует признаки восстания, то прикажет мне убить вас. Возможно, это - то, на что они надеются, - Момон развел руки и продолжил открыто говорить со всеми: - Я не такой человек, кто нарушает соглашения, и потому надеюсь, что вы сдержите себя. Слушайтесь Айнз Оал Гоуна. Но, если почувствуете, что к вам относятся плохо, дайте мне знать, - Момон сделал паузу; лица собравшихся приняли болезненный вид, когда люди поняли, что Момон – заложник ситуации. Момон мягко улыбнулся и продолжил: -

Как бы то ни было, я надеюсь, вы не будете сильно обеспокоены. Вообще, кто знает, может, этот Айнз Оал Гоун окажется хорошим диктатором. Давайте подождем и увидим. Но также помните, что если за этим все же стоит Теократия, то они могут подстрекать вас к революции. Так что я надеюсь, что все вы будете держать глаза открытыми и не поддадитесь на провокации.

Жителям было трудно принять слова Момона, но в то же время они не могли не согласиться с ним.

Айнз Оал Гоун был нежитью. Никто не мог верить такому опасному существу, питающему ненависть ко всему живому. Но, разумеется, каждый верил Момону. Фактически Момон пожертвовал личными целями на благо городских жителей. И естественно, что все собравшиеся были ему верны.

Все присутствующие согласились с предложением Момона и после обещания распространить эти слова по всему городу разошлись.

В результате Э-Рантэл стал местом, в существование которого едва ли можно было поверить - тихим городом без кровопролития, находящимся под властью Айнз Оал Гоуна, величайшего мага-заклинателя.

↑ Для справки: такого вида щитов не существует, но имеется в виду это - ) ↑ Магматическая горная порода, «вулканическое стекло» черного цвета.

Послесловие

Спасибо всем, кто прочитал девятый том. По некоторым причинам он тоже стал большим и тяжелым.

Когда я начал работу над томом, я предупредил редактора: «У меня не так много материала для этого тома, так что он выйдет всего страниц на двести, хорошо?» Но, когда мне распечатали то, что я сдал, я удивился: «Почему он настолько толстый?» Это очень странно. Это действительно странно: откуда появились все страницы после двухсотой?

Но я хочу и дальше пробовать укладывать длинные истории, страниц под триста, в один том и не делить его каждый раз на две части, как в томах пять и шесть.

Но ладно, не будем зацикливаться на этом.

Не знаю, как так получилось, но события десятого тома будут полностью отличаться от веб-новеллы, так что, пожалуйста, с нетерпением ждите его. И, конечно, должен сказать, что десятый том будет тоже длинным.

Кстати говоря, на прошлой неделе манга Overlord, нарисованная Фукуямой Фуджин-сенсеем, поступила в продажу. На этой неделе вышел этот девятый том ранобэ, а на следующей - стартует показ аниме. Так что эти три недели насыщены Оверлордом.

Мы проделали огромную работу, и я благодарю всех, кто принимал в ней участие. (Особенно So-bin... Он сделал настолько много, что я волнуюсь за его здоровье каждый раз, когда думаю о нем. Это как... ну, как будто у меня начинается удушье, когда я дохожу до определенных моментов.) Надеюсь, вам понравится манга, новелла и аниме.

А теперь традиционные благодарности.

Я благодарен So-bin-сама за его удивительные иллюстрации и работу над аниме и мангой со всей душой.

Дизайнерам «Chord Design Studio», не только работавшим над ранобэ, но и над логотипом аниме-сериала. Логотип крутой и здоровский. Мурате-сама, прилежно работавшему над изображением карты. Осака-сама и Ито-сама, проверявшие и редактировавшие, вам тоже спасибо. Я благодарю каждого, кто старался, помогая мне сделать столь толстый том. Ф-тан-сама, которая считает, что Overlord не такой уж толстый по сравнению с другими книгами, за которые она отвечает, вам тоже спасибо. И Джуну Хани, который, как отец, сказал о сценке с маркизом Рэйвеном: «Дети великолепны»; большое ему спасибо, как обычно.

Я не могу назвать здесь всех, но я благодарен каждому, кто принимал участие в работе не только над новеллой, но также над мангой и аниме!

И, конечно, моя самая большая благодарность направлена к тем читателям, которые следили за всеми изданиями.

Июнь 2015, Маруяма Куганэ

Иллюстрации

Том 10: Владыка заговора

Пролог

Войдя в комнату, Альбедо глубоко вдохнула. К сожалению, воздух не имел вообще никакого запаха. Этого и следовало ожидать, ведь её возлюбленный господин не человек. Он не дышит, его тело ничего не выделяет. Разумеется, после него не остаётся никакого запаха. Но — воображение Альбедо было способно компенсировать этот недостаток. Она вдыхала воздух, некогда соприкасавшийся с её господином, и сама мысль об этом приносила умиротворение.

Лучше всего её состояние можно было описать словами "безумно влюблена".

— Ки-хихи

Альбедо, не удержавшись, хихикнула, но тут же торопливо приглушила смешок рукой. Нет, не потому что в комнату кто-то вошёл. И не потому, что считала свои зубы некрасивыми. Просто он полагала, что леди не подобает хихикать. Альбедо изящно села на кровать, после чего легла. Она нюхала и нюхала снова, но всё же не могла уловить ни тени запаха. Однако, просто лёжа на кровати своего возлюбленного господина она чувствовала восторг. Ну, для безумно влюблённой девицы это ведь вполне нормально.

Встреться ей женщина, смеющая утверждать, что тоже любит, и при этом не испытывающая ничего лёжа в постели возлюбленного, Альбедо, несомненно, сочла бы её ничего не понимающей в том, что есть истинная любовь, и незамедлительно уничтожила бы столь отвратительное существо.

— Ха-ааа

Альбедо, сделав над собой усилие, остановила руку, ползущую вниз по животу. Сейчас не время.

"Похоже, это уже вошло в привычку" — подумала Альбедо, — "Но сначала нужно закончить с делами"

Создание Колдовского Королевства Аниз Оул Гоуна и последующее включение в него города Э-Рантел существенно увеличило объём работ, выполняемых Альбедо. Бюрократы и чиновники, ранее управлявшие городом, бежали в земли, подконтрольные королевству Ре-Эстиз. Это вызвало нехватку кадров, которая привела к всяческим нарушениям городского управления. Первоначальный план состоял в том, чтобы использовать для возобновления управления городом созданную Айнзом нежить. Однако, он был ещё на стадии реализации. Нежити все же было необходимо обучение, и пока что это лишь увеличивало нагрузку на Альбедо. Кроме того, у неё оставалось ещё много других нерешённых дел.

В конечном счете всё успокоится, но в ближайшем будущем она, в течение некоторого времени будет занята.

Конечно, для Альбедо, эта работа не приносила никаких страданий. Во всем Назарике не нашлось бы никого, кому работа на господина доставляла страдания. Альбедо не сомневалась в этом.

Айнз, вероятно, временами считал эту работу обременительной, но она просто была рада служить

— Пришло время показать результаты нашего обучения…

Дни переходили в недели. Минул уже месяц, но обучение нежити ещё не подошло к концу. И всё же, пришло время передать им обязанности. Альбедо думала о посещении королевства для переговоров. Честно говоря, в присутствии её мудрого господина всё останется в норме, даже без её участия. Однако, подобные занятия совсем ему не к лицу. Всё это сравнимо с работой по дому.

Король же должен вершить дела королевства.

Однако, если подумать, куда владыка Аинз намерен вести своё Колдовское Королевство?

У Королевств есть свой политический курс

После выбора курса, королевство станет развиваться в соответствии с законодательством и политикой всей страны. Например, можно поработить всех людей и заставить их служить Назарику. Но для этого придется создать законы, позволяющие порабощать людей. Если принять такой путь, следует уделить внимание тому, как соседние страны, населенные людьми, отреагируют на это и, как потом налаживать с ними отношения, и могут возникнуть еще какие-нибудь проблемы.

И всё же, даже сейчас, Аниз-сама, на давал чётких приказов.

Иными словами, нынешнее Магическое Королевство не имело чёткой цели, и просто ограничилось небольшой переделкой структур, оставшихся после Королевства.

Может, именно такую страну и представлял себе её повелитель? Или он просто чего-то ждет? Если последнее, то она чувствовала вину и стыд за неспособность понять его намерения.

Лишь в подобных редких случаях Альбедо беспокоила гениальность владыки Айнза.

Он совершал каждый свой поступок, имея в виду множество целей, опираясь на необузданное вдохновение и широкие помыслы. Она сожалела, что неспособна понять причины действий господина.

Демиург, интеллект которого был равен или даже превосходил её во всем Назарике, сказал однажды:

— Моего интеллекта недостаточно, чтобы даже почесать пятку повелителя. Это настоящий позор.

Тем не менее…

Независимо от того, какую страну желает Аинз-сама, всё, что я должна делать, это следовать планам хозяина.

За исключением одного. Во всех остальных вопросах Альбедо будет подчиняться мужу.

— И всё же, что с ним творится?

Разумеется, ответом на бормотание Альбедо была лишь тишина.

Глава 1: Колдовское королевство Аинз Оул Гоун

Король-заклинатель. Абсолютный владыка Великой Подземной Гробницы Назарик и Колдовского Королевства Айнз Оал Гоун. Предводитель сорока одного Высшего Существа, и последний из них, кто остался в Назарике. В настоящий момент существо, перед которым преклонялись все и каждый из его подданных, свернулось клубком на мягкой кровати, читая книгу.

Вышеупомянутая кровать была взята из Назарика и перевезена сюда — в личные покои бывшего правителя Э-Рантэла, мэра Панасолея, в настоящий момент прошедшие частичную перепланировку и превращённые в личные покои Айнза. Странный аромат, которым благоухала его кровать в Назарике, здесь не ощущался.

"Возможно, это из-за того, что тут на кровать не брызгают духами", — подумал Айнз, откидываясь на своём ложе.

Разумеется, будучи нежитью он совершенно не испытывал потребности во сне.

Само собой, остатки человечности в нём говорили, что он должен чувствовать усталость. Так что Айнз время от времени ложился на кровать, пытаясь остудить голову и успокоить сердце. Впрочем, помогало это лишь на время. А значит, долго лежать таким вот образом на кровати, уподобляясь живому человеку — совершенно бессмысленно.

Конечно же, у этого правила существовало несколько исключений.

Например — да. Например, во время чтения. В особенности тогда, когда его заботило то, какое впечатление он производит на присутствующих.

"Скоро, наверное, рассвет… О!"

Слабый луч света проник в щель между занавесками, позволив Айнзу примерно предположить, сколько времени. Он запихнул книгу, которую читал, под подушку.

После чего, наклонив череп, посмотрел в угол комнаты.

В углу ждала горничная.

То была одна из рядовых горничных Назарика, сегодняшняя — точнее, вчерашняя — личная прислуга Айнза. В данный момент она изящно сидела на стуле, выпрямив спину. Однако, она не меняла этой позы со вчерашнего дня. Насколько Айнз знал, ни одна из горничных никогда не уставала сидеть.

Она пристально и не отводя глаз смотрела на Айнза, лишь изредка моргая.

Поистине неописуемая обуза.

Разумеется, она смотрит на него не с целью оказать давление. Так она сможет немедленно отреагировать в случае нужды. Однако простолюдин Сузуки Сатору с трудом подавлял желание взмолиться о пощаде.

Никто не будет чувствовать себя комфортно находясь под столь пристальным взглядом, да ещё и лица противоположного пола. Пусть даже ничего и не происходило, он чувствовал себя так, словно допустил какую-то оплошность.

Самым тяжёлым было то, как она, сохраняя абсолютное молчание, реагировала на любое движение Айнза.

Проще говоря — мучительным.

Разумеется, Айнз — её повелитель, его слова непререкаемы. Если он прикажет ей перестать, она перестанет. Однако, при мысли о том, с каким выражением лица примет она этот приказ, уже готовые вырваться слова застывали во рту.

По прибытии в этот мир, Айнз почти сразу начал действовать под личиной Момона. Однако, его не впервые окружали прислуживающие ему горничные. Всё это время они служили с вызывающей восхищение преданностью, и верно выполняли свои обязанности. Именно поэтому Айнз не мог заставить себя отдать перечёркивающий их искреннее желание услужить приказ.

Кроме того, рано или поздно они устанут.

Он питал эту надежду уже в течении месяца.

Мысль о том, что такое положение дел может длиться вечно, вселяла в Айнза некоторое беспокойство. Потребуется 41 день, чтобы завершился один цикл смен горничных, так что он решил отложить вопрос на будущее, но думать так — значит просто плыть по течению.

"Так вот, значит, что такое тяготы власти… Управлять Назариком, планировать будущие действия, и постоянно стараться не уронить себя в глазах подданных… Люди, руководящие корпорациями, и правда поразительны, неудивительно, что у них такие высокие оклады…"

Теперь, понимая, через что проходят руководители, Айнз мог лишь посмеяться над глупостью своих прежних мыслей о том, что начальники почти ничего не делают и слишком много получают. Он медленно сел на кровати.

Горничная тут же тихо поднялась со стула. Как будто их с Айнзом соединяла невидимая струна.

Как она может двигаться столь грациозно после того, как бодрствовала всю ночь?

— Я встаю.

— Поняла. Итак, если вы позволите, я удаляюсь. Вскоре моё место займёт сегодняшняя горничная.

Айнз не сказал ничего вроде "да, пожалуйста", лишь буркнул и помахал рукой, показывая ей, что она свободна.

Может, я слишком высокомерен, подумал Айнз.

И всё же, может, это и к лучшему.

Он поручал Хамскэ порасспрашивать, и горничные отвечали что-то вроде: "Он словно доминирует над нами, господин Айнз лучше всех" или что-то подобное. Словно они все мазохистки, и хотя поначалу Айнза это беспокоило, он, поразмыслив спокойно, пришёл к выводу, что правитель должен вести себя соответствующе. Это именно то, чего и ждут подданные.

Взять, например, корпорацию. Босс должен выглядеть и вести себя как босс.

Если рассматривать с этой стороны, то Айнз, определённо, поступил так, как и должен поступать Король-Заклинатель. Собственно, когда он подглядывал за правителем Империи, Зиркнифом Рун Фэродом Эль Никсом, тот вёл себя практически так же.

И всё же, простой служащий Сузуки Сатору чувствовал себя неуютно, не произнося слова благодарности.

— …Тебе стоит пойти как следует отдохнуть.

— Ах!…Позвольте выразить мою глубочайшую признательность за вашу сердечную доброту, владыка Айнз.

Горничная, произнося слова благодарности, низко поклонилась.

— Однако, благодаря этому предмету, которым вы столь щедро наделили меня, ваша слуга может находиться при вас, не зная отдыха, владыка Айнз.

Нет, я не о том, мысленно пробормотал Айнз.

Само собой, надев Кольцо Подкрепления Сил, можно без проблем обходиться без сна. И всё же, всю ночь сидеть на стуле и смотреть на Айнза наверняка было мучительно. Его, конечно, очень радовала самоотверженность горничной, но совершенно незачем заходить так далеко.

"Им стоило хотя бы отменить ночное дежурство… ту часть, когда они смотрят на меня спящего, верно?"

Разумеется, для горничных совершенно естественно служить господину преданно, телом и душой.

Айнз не помнил, от какой именно из горничных слышал это, но сами слова ему запомнились.

"Преданно служить господину, значит. Что бы вы сказали, если бы я захотел жить вместе с вами как равный?"

В отличие от первых дней в этом мире, теперь Айнз мог с уверенностью сказать, что все его подчинённые верны ему. Пока Айнз следит за собой и не делает ничего такого, что может разочаровать их, они ни за что не предадут — не считая внешнего воздействия. Раз так, может, ему стоит изменить свои с ними отношения, и поставить себя наравне с НИПами Назарика. Может, настанет момент, когда такой вариант окажется возможен.

Если такое и правда произойдёт, Айнз освободится от обязанностей правителя, от необходимости сутками напролёт напрягать мозговые клетки. А кроме того…

"…всё будет как тогда, точно. Как в те славные деньки. Интересно, удастся ли мне снова вернуться к той жизни."

Каждый раз, беседуя с НИПами, он представлял себе образы своих старых друзей над ними. Именно поэтому Айнз хотел бы относиться к ним не как господин к слугам, а так, как в прошлом…

…Нет, подумал Айнз, мысленно тряхнув головой.

Хоть он и не знает, какие его действия могут вызвать разочарование подданных, такая резкая перемена никак не может быть мудрым решением. А ещё, зная как они ценят их отношения повелителя и его слуг, Айнз, как повелитель, обязан продолжать играть свою роль. И в то же время, как последний из оставшихся здесь, он должен делать всё, что в его силах, ради НИПов — его детей.

Горничная попрощалась с Айнзом, и вышла из комнаты.

Айнз тут же принялся действовать. Первым делом он заменил книгу под подушкой на другую. Та книга, что он положил взамен, обладала очень запутанным названием — просто пролистав пару страниц любой передумал бы её читать. После чего, он спрятал ту книгу, что читал ночью, в своё персональное карманное измерение — в свой инвентарь.

Украсть книгу оттуда будет не так-то просто. Айнз облегчённо вздохнул.

Это тоже его обязанность как повелителя.

Он, разумеется, предпочёл бы не читать всю ночь эти напрягающие мозги книги. Если возможно, он предпочёл бы какую-нибудь развлекательную литературу. Однако, Айнз запятнает своё достоинство правителя, если его заметят за чтением таких книг. Так что он вынужден был прибегать к столь утомительным предосторожностям.

Кстати, он уже учёл тот факт, что горничные переместят книгу под подушкой в другое место.

Закончив всё, что мог, с кроватью, Айнз отбросил шёлковый балдахин и поднялся. В этот момент раздался стук в дверь. Спустя несколько мгновений дверь открылась и горничная, назначенная прислуживать ему сегодня, вошла внутрь.

Видя, что Айнз встал с кровати, она улыбнулась и подошла к нему.

— Доброе утро, Пятая.

Ослепительно блестящая улыбка озарила лицо горничной.

— Доброе утро, владыка Айнз! Сегодня я буду в вашем распоряжении!

Обладай Пятая хвостом, она, вероятно, виляла бы им изо всех сил. Айнз внезапно вспомнил, как некогда виляла хвостом Пестония.

Пятая носила ту же униформу, что и предыдущая горничная, Четвёртая. В отличие от боевых горничных, рядовые горничные одевались одинаково. Однако, выглядели все по-разному — вероятно, из-за того что одинаковые костюмы надевали разные женщины.

Айнзу вспомнились слова, которые один из его прежних товарищей повторял с упорством, заслуживающим лучшего применения: "Простая одежда горничной — эта хорошо, но униформа с аксессуарами — лучше всего". И он, как правило, продолжал: "Иными словами, униформа горничной — лучшая, неважно, какая именно. Это величайшее изобретение человечества. Виват, униформы горничных~"

Айнз не знал, что означает это "виват", наверное, какое-то одобрительное восклицание. А может, это слово изобрёл его друг самостоятельно. Это была ещё одна утерянная им крупица воспоминаний о старых товарищах.

Он горько улыбнулся — хотя выражение его лица, разумеется, не изменилось — и молча посмотрел на горничную.

— В-владыка Айнз, ч-чем могу служить?

Пятая, покраснев, крепко вцепились в передник. Айнз осознал свою неосторожность.

— Прости. Похоже, я… да, думаю, можно сказать я несколько засмотрелся на тебя.

— !..

— Что ж, идём.

— Э? А, да. Поняла!

Горничная, похоже, на секунду застыла, но всё же смогла выдать энергичный ответ и последовала за Айнзом.

Айнз миновал несколько комнат. Обстановка, разумеется, не могла соперничать с девятым этажом Великой Гробницы. Так что когда Айнз решил поселиться здесь, возражениям Стражей не было конца.

Во-первых. Этому месту недостаёт великолепия, подобающего резиденции Высшего Существа.

Во-вторых. Оно недостаточно защищено от возможного нападения или проникновения шпионов.

В-третьих. В-четвёртых. В-пятых…

Однако, Айнз протолкался через все эти преграды, и избрал эти покои своим жилищем.

Такова обязанность Короля — в конце концов, Зиркниф тоже жил в Имперском Дворце, расположенном в столице Империи. По крайней мере, он хотел, чтобы так считали остальные. Фактически, для Айнза, нет, для Сузуки Сатору, это место было достаточно роскошным. Его квартира в прежнем мире не шла ни в какое сравнение с этими покоями. Кроме того, комната на девятом этаже Великой Гробницы всегда казалась ему слишком нереальной, слишком большой.

Во времена игры его это не беспокоило. Однако, сейчас он и в самом деле там жил, и чётко осознавал, что в этих стенах ему не место. Всё, чего желал Айнз, так это забиться в угол.

Айнз, а вслед за ним — Пятая и спрыгнувшие с потолка Кинжалопауки прошествовали в гардеробную.

Несколько рядовых горничных уже ждали его. Они дружно поклонились, Пятая быстро заняла своё место среди них.

— Что желаете надеть сегодня, владыка Айнз? — голос Пятой лучился энтузиазмом.

"…О, у неё словно бы сияют глаза… Точнее, у всех, кто помогал мне одеваться в глазах такой же блеск. Я слышал, девушкам нравятся наряды… вот, значит, как это выражается? Или им просто нравится сам процесс — наряжаться, подбирать аксессуары?"

На него давило непрестанное ощущение усталости, но Айнз не мог позволить себе выказать слабость. Вместо этого, он утвердительно хмыкнул — что, как он полагал, прозвучало весьма солидно, ведь он так усердно практиковался.

Честно говоря, Айнзу было вовсе незачем переодеваться.

Его магическая мантия не измялась бы, даже если б он всю ночь ворочался в кровати. Его тело не выделяет никаких отходов. На одежду могла бы опуститься пыль, но её достаточно просто стряхнуть. Кроме того, везде, где мог пройти Айнз, уже поработали горничные, оттерев комнаты до блеска. Он также не нуждается в еде и напитках, так что запачкать одежду таким образом тоже не может.

А значит, можно без проблем носить один и тот же костюм.

Однако, его подданные ни за что не допустили бы такого. Впрочем, иначе и быть не может; он повредит своему образу великого властителя, если будет постоянно носить одну и ту же одежду.

Однако, Айнз не был уверен в своей способности правильно подобрать костюм.

Будь это подготовкой снаряжения к битве, он не сомневался, что сможет учесть способности и навыки противника, спланировать свои действия и подобрать оптимальный набор предметов. Однако…

Ну, до определённых пределов опыт Сузуки Сатору позволял ему определить, подойдёт ли такой вот галстук к этому вот костюму. Однако, сказать, подходит ли эта пурпурная роба с серебряной вышивкой к серебряному ожерелью с бриллиантом он не мог. А ещё нужно было выбирать одежду, подходящею его нынешнему телу скелета.

Если он наденет не сочетающиеся предметы одежды, люди могут засомневаться в чувстве стиля своего повелителя. Это будет равнозначно предательству своих верных подданных. А значит, Айнз должен вложить всего себя даже в подбор костюма.

И здесь его подстерегала фатальная проблема.

Если Айнз наденет что-либо неподобающее, посмеет ли кто-либо из подданных указать на это? Это как если с головы управляющего большой корпорацией вдруг соскользнёт парик — никто не решится ему об этом сказать. Раз так, ему остаётся лишь одно.

— Я доверяю выбор тебе, Пятая. Подбери мне подходящее одеяние.

— Поняла! Предоставьте всё мне, владыка Айнз! Я приложу все возможные усилия!

Незачем реагировать так бурно — ну, хоть Айнз и подумал так, но, как и прежде, ничего не сказал.

— Вот! Думаю, красный вам очень к лицу, владыка Айнз! Так что, я полагаю, основным цветом вашего облачения должен быть красный. Что скажете?

— …Я же сказал, что доверяю тебе. Решение за тобой, можешь не уточнять у меня.

— Да! Поняла!

Если не уверен в себе, то нужно всего лишь поручить дело кому-то ещё — вот так, как он позволил горничной подобрать наряд.

Айнза, впрочем, несколько обеспокоил её выбор. Мантия почти ослепляюще-яркого красного цвета, украшенная множеством драгоценных камней, словно пуговицами. Он ещё смирился бы, если бы камни были одного цвета, но они сияли всеми цветами радуги. Кроме того, мантию обрамляли странные символы, вышитые золотом.

"…Это действительно подходящая одежда? Можно ли вообще назвать это одеждой в нормальном смысле слова?"

Он чувствовал себя как ходячая реклама, подсвеченная неоновыми огнями. Сам он ни за что не выбрал бы такую одежду. Айнз даже задумался, откуда у него вообще эта мантия. Он не помнил, чтобы кто-либо из согильдийцев дарил её ему, так что единственное оставшееся объяснение — он сам где-то получил этот предмет одежды.

"(Или это был выигрыш? Может, я выиграл это в лотерее или на каком-нибудь мероприятии?.. Ну, что поделать"

Даже если он и вспомнит, алая мантия никуда не денется.

Он, разумеется, может просто отказаться, но тогда получится, что он обманул Пятую, сказав "доверяю выбор тебе". Более того, может, это лишь Айнз находит такую одежду смущающей, а всем остальным она вполне по вкусу. Точнее, так оно, наверное, и есть.

Ну и говоря совсем откровенно, если кто-либо попробует его критиковать, он сможет просто заявить, что костюм подобрала Пятая, и вина лежит на ней.

"Я и правда ужасный начальник"

Айнз понимал, что это не то, чем стоило бы гордиться, и стыдился таких мыслей.

Перекладывать вину на подчинённых — это позор для начальника — для их владыки. Айнз прекрасно понимал это, но всё же нуждался в некоторой защите.

Он должен защитить себя, пожертвовав подданными. Этого не избежать.

— Прости меня.

— А, простите меня, пожалуйста!

— Всё хорошо… Я просто говорил сам с собой. Не обращай внимания. Кстати…

Айнз, тщательно подбирая слова, задал вопрос.

— Я хочу спросить кое-что; как ты думаешь, эта мантия не слишком цветастая для меня?

— Ну конечно же нет! Вы ведь красите собой любое одеяние, владыка Айнз! Впрочем, я считаю, что чёрный как основа и тёмно-коричневый как вторичный цвет тоже смотрелись бы отлично, но в этих цветах другие ваши добродетели окажутся не видны, владыка Айнз! Всё это лишь затем, чтобы запечатлеть ваш великолепный облик в глазах любого, кто…

Айнз оборвал неудержимый поток её слов.

— … Всё в порядке. Раз она подходит, то всё в порядке. Итак, не поможешь ли мне одеться?

— Поняла!

Пятая и остальные горничные принялись за работу.

Айнз остался стоять, а горничные бесшумно сняли с него одежду. То, что его переодевают женщины, пусть даже его тело и являлось не более чем скелетом, переполняло его жгучим стыдом.

Но, разумеется, для владыки это совершенно естественно.

Айнз оставался неподвжным, позволяя горничным делать их работу, и молча смотрел на себя в зеркало.

Вскоре зеркало отразило облачённого в красную мантию Айнза. Как и следовало ожидать, выглядел он цветасто. До безвкусия цветасто.

"…Нет. У людей этого мира довольно странное чувство прекрасного. Насколько я знаю… такая одежда может оказаться вполне подходящей для правителя"

Он вспомнил, как все реагировали на Хамскэ, и это приглушило его беспокойство.

— Итак, идём.

Продолжая размышлять о наряде, он пошёл прочь в компании Пятой. Более всего Айнз сожалел, что не может позволить себе издать утомлённый вздох.

***

Одетый в развевающуюся пёструю робу Айнз приближался к своему кабинету. Когда он подошёл к двери, Пятая молниеносно рванулась вперёд и почтительно открыла дверь перед ним.

Иногда ему хотелось сказать — это ведь просто дверь, я и сам могу открыть. Однако, видя лица горничных, на которых так и читалось: "Ого, гляньте на меня, я работаю!", Айнз мог лишь принимать их действия как разновидность автоматической двери.

Айнз вошёл в комнату, Пятая и Кинжалопауки последовали за ним.

В центре комнаты стоял стол наподобие того, что стял в личных покоях Айнза, излучающий атмосферу величия.

Его привезли сюда из Назарика, вместе с кроватью. На дальней стене комнаты висел флаг — флаг Айнз Оул Гоун и Колдовского Королевства.

Айнз прошёл через комнату и подошёл к балкону.

На балконе стояла небольшая стеклянная коробка — террариум. Внутри, казалось, были лишь растения. Айнз сунул в коробку костлявый палец и перевернул лист. Под листом пряталось от света существо.

Его яркое тело было покрыто липкими, всё еще скользкими выделениями, а передняя часть напоминала пару человеческих губ.

Аинз внимательно осмотрел жука-губы.

— Хороший цвет. У тебя, похоже, всё прекрасно.

Он вспомнил, что ему некогда рассказали — что цвет очень важен. Также он вспомнил, как перед ним поместили несколько жуко-губ, и объяснили, как отличить самого бойкого по цвету. И, разумеется, этот жук сейчас выглядит гораздо жизнерадостнее всех тех.

Аинз взял свежий капустный лист с тарелки поблизости.

— Ну, Нюрунюру-кун. Пришло время позавтракать ~

Он поднёс лист к жуку, тот с утробным звуком вцепился в него. Айнз разжал пальцы, и жук-губы с аппетитом поглотил лист большими кусками.

Аинз принес еще два листа, губной жук с готовностью пожрал и их.

Энтома рассказывала, что перекармливать существо не стоит, так что он решил остановиться на этом.

Аинз осторожно вернул накормленого и счастливого жука-губы к его затененному дому в стеклянном ящике — к его любимому месту.

— Поначалу он казался несколько отвратительным, но подержав его своим питомцем, начинаешь видеть в нём прелесть.

Айнз не обращался ни к кому конкретно; просто говорил сам с собой. С довольной улыбкой на лице он закрыл коробку. Ящик был не слишком прочен, и жук-губы мог бы сбежать, если б захотел. Но Айнз использовал коробку как доказательство своей способности как следует заботиться об её обитателе. И всё же, оставалось фактом, что жук является просто порождённым в обмен на золото НИПом-наёмником, и по-прежнему может решить сбежать.

Айнз аккуратно вытер руку тканью и, завершив все утренние дела, уселся в кресло. Он откинулся на спинку стула, глубоко погрузившись в мягкую обивку.

"…Ах, работа. Нет никаких официальных рабочих часов, но в это время я всё равно падаю духом. Видимо, от старых привычек не так-то просто избавиться".

На столе не было и пылинки, не говоря уже о каких-либо документах.

Стол совершенно отличался от рабочего стола Сузуки Сатору.

Всё благодаря тому, что ему не приходится трудиться днями напролёт. Дело Айнза — принимать крупные решения, а не волноваться из-за деталей. После того, как он обозначит направление действий, за дело примутся подчинённые.

"…И всё же, именно поэтому мне так тяжело. Я впервые осознаю, что сложность работы определяется тем, насколько ответственные нужно принимать решения. Это выматывает не столько физически, сколько психологически… И, разумеется, очень тревожит. А, уже пора?"

Смотреть на часы не было необходимости.

В этот самый момент со стороны двери раздался стук. Пятая — стоявшая в ожидании у двери — убедилась в личности пришедшего.

— Владыка Айнз, Старшие Личи и Альбедо-сама.

В голосе Пятой звучало почтение, ведь этих Старших Личей Айнз создал собственноручно.

— Хорошо. Впусти их.

Пятая отошла от двери, пропуская прибывших. Альбедо вошла в комнату, вслед за ней — шестеро Старших Личей.

— Доброе утро, владыка Айнз.

Старшие Личи последовали примеру Альбедо и низко склонили головы.

— Да. Доброе утро, Альбедо. Сегодня, как я вижу, отличная погода.

— Вы совершенно правы. Мне сообщали, что сегодня будет солнечно — разумеется, если вы, безраздельный повелитель этого мира, пожелаете, мы сможем создать любую погоду, какую вам будет угодно. Что прикажете, владыка Айнз?

Погода была использована как посторонняя тема для того, чтобы завязать беседу, но он не ожидал подобного предложения.

— Нет необходимости. Я не имею ничего против любой погоды. Солнечные дни хороши, раскаты грома в дождливый день восхищают, а медленное падение снежинок завораживает. Следует видеть красоту в естественных переменах погоды.

Айнзу нравился местный переменчивый климат. В этом незагрязнённом мире он понял, что согласен со словами своего друга, Блу Планет: "Дождь изначально был благословением природы"

Лучше позволить природным явлениям протекать естественным путём.

— Да, я поняла вас… Разумеется, я предчувствовала, что вы не пожелаете изменять погоду, но должна была спросить, чтобы убедиться, владыка Айнз. Как и стоило ожидать, вы не из тех властителей, кто стал бы не задумываясь приказывать нам исполнить ваши капризы.

— …Вот как? Не уверен…

Айнз задумался, но не смог придумать ничего, чего бы особо желал. Тогда, когда он ещё был Сузуки Сатору, все его желания ограничивались ИГГДРАСИЛем. После того, как он переселился в тело скелета, всё стало только хуже. Может, это просто побочный эффект нахождения в теле нежити, но высоки шансы, что он навечно останется в таком состоянии. Если говорить о желаниях, то его желание — коллекционировать редкие предметы. А ещё…

Айнз печально улыбнулся, и слегка покачал головой

— Нет, ты, наверное, права. Однако, это лишь потому, что я ничего по-настоящему не хочу. Если у меня возникнут какие-либо желания, я, разумеется, отдам вам соответствующий приказ.

— Когда придёт это время, я надеюсь, что вы позволите мне, как Смотрителю Стражей, подобрать тех, кто сможет исполнить ваше желание, — ответила Альбедо, кланяясь. Когда она подняла голову, её лицо словно бы немного порозовело, — Однако, сегодня ваш наряд поистине великолепен. Он необычайно сияет. Нет, он сияет так ярко лишь потому, что его надели вы, владыка Айнз.

Альбедо продолжала осыпать его комплиментами.

Вероятно, тем сиянием, про которое она говорила, одеяние обязано драгоценным камням, заменяющим пуговицы, так как череп Айнза не отражает света. Айнз кивнул своим мыслям.

— Вот как, благодарю, Альбедо.

— Вы невероятно добры. Я просто указала на очевидное. Владыка Айнз, вы поистине…

Айнз поднял руку, прерывая возбуждённую речь Альбедо. Его посетило предчувствие, что на эту тему она может рассуждать очень долго.

— Давай пока оставим это. Итак, что за документы ты принесла мне сегодня, Альбедо?

— Слушаюсь.

Альбедо мило надула щёки, а Старшие Личи, повинуясь её команде, принялись складывать на стол бумаги.

Кипа папок, нагромождавшихся одна на другую, быстро приобрела солидные размеры. Сами по себе документы были легкими, в отличие от содержащейся в них информации. Как на его прежней работе он нуждался в сведениях из самых разных источников, так и тут, похоже, всё это было приготовлениями к разрешению сложной задачи.

Он был мысленно готов к этому. Айнз всё утро настраивался и укреплял решимость.

Сузуки Сатору был простым служащим, и никогда не имел отношения к управлению корпорацией. Если бы его спросили, может ли такой человек править страной, Айнз с уверенностью ответил бы "нет". Даже управляющий корпорации, наверное, нашёл бы такую задачу тяжёлой.

То, что Айнз — верховный и абсолютный властитель, лишь ухудшает ситуацию. Даже если он ошибётся в чём-то, подданные будут стараться изо всех сил, чтобы превратить его ошибку в реальность.

Что может быть страшнее? Одно слово Айнза может привести к массовому самоубийству.

Раз так, как же быть?

Ответ очень прост. Поступить точно так же, как и с одеждой — поручить дело тому, кто сможет с ним справиться.

Умение правильно распределить задачи между подчинёнными в соответствии с их способностями — это тоже важное качество хорошего начальника.

Однако, перекладывать всё на других нельзя. Разумеется, он может без проблем поручить всё Альбедо. Однако, он не декорация, а король. А значит, к этому величайшему из званий прилагается также и ответственность, которую он обязан нести.

От некоторых дел нельзя отвязаться, просто заявив "Ничего не знаю"

Так что Айнз принялся внимательно читать документы из выложенных перед ним папок, и ставить на каждую королевскую печать.

Ритмично проштемпелевав несколько бумаг, Айнз сделал паузу, выбрав один документ своей сегодняшней целью. Он открыл папку, изучая её содержимое. И тут…

"…Как я и думал. Ничего не понимаю. Это что-то о ресурсах? Что-то важное? Старшие Личи и правда в этом разбираются?.. Ну, их сделал я… Откуда такой разрыв, интересно… а-а, как же тяжело читать этот юридический слог…"

Он пролистывал папку туда-сюда, снова и снова разбираясь в переплетении перекрёстных ссылок, изучая длинный и запутанный анализ, выводящий в конце концов отрицательное заключение. Далее это заключение использовалось в нескольких доказательствах от противного, что ещё больше запутывало Айнза, не давая понять, о чём всё-таки речь.

— Альбедо.

— Да, владыка Айнз! Что-то не так?

— Нет, я просто подумал кое о чём другом. Как идёт процесс законотворчества?

Новая страна под названием Колдовское Королевство пока что не издала никаких своих законов, продолжая использовать законы Королевства Ре-Эстиз.

— Да. Сейчас это только в планах. Поспешное законотворчество может вылиться в массовые протесты, так что мы решили пока повременить с этим.

Странно было слышать подобные слова от Альбедо, которая никогда не заботилась о людях. Однако, услышав это, Аинз вздохнул с облегчением.

— Я уже обсуждала это с Демиургом… законы Королевства не предоставят достаточно власти абсолютному правителю, такому как вы, владыка Аинз. В настоящее время мы рассматриваем вариант издания первого указа и обеспечение его дальнейшего неукоснительного выполнения с помощью силы.

— Все же я более компетентен в других областях…

Это было ложью. Айнз понимал, что некомпетентен почти ни в чём.

— К сожалению скажу, что я мало что понимаю в законах. Поступайте, как вы считаете правильным. Я доверяю вам.

— Да, я поняла.

Лицо Альбедо наполнилось восторгом. Посмотревшись, Аинз бы увидел, как у неё за спиной затрепетали крылья. Она — и Демиург, по каким то причинам — похоже, считала Аинза гением, всегда опережавшим их на несколько шагов.

Поэтому, признаваясь что он в чём-то не разбирается, Айнз прекрасно понимал ту радость, что они — созданные обладать высоким интеллектом — чувствовали при этом, получив возможность убедиться в собственной полезности.

— Всё же, нет смысла лгать о непонимании закона….

— Нет, это правда. Я довольно мало понимаю в вопросах права.

— Понятно… должно быть, так это видите вы, величайший из владык, не связанный никакими законами. Я понимаю, о чём вы говорите.

Айнз чувствовал, что Альбедо поняла его неправильно, но решил не поправлять её. В конце конов, он совершенно не преставлял, как объяснить ей истинное пложение дел. Вместо этого он просто улыбнулся. Это ощущение было ему лишь смутно знакомо, но, наверное, что-то похожее чувствуют дети, хвастающиеся своими достижениями перед родителями.

— Что-то не так?

Удивлённое выражение лица Альбедо вызвало лишь ещё большее восхищение Айнза. И всё же, невежливо радоваться в одиночестве.

— Прости меня, но когда я увидел… как ты была счастлива, ты так мило выглядела… как бы это сказать… умф… это трудно объяснить.

При этих словах Кинжалопауки на потолке ощутимо напряглись, но остались на местах.

— Уххх. Как стыдно.

Альбедо прикрыла щёки руками. Видя её румянец, Айнз осознал, что, вероятно, заставил её застесняться своими словами, и, легко кашлянув, решил вернуться к документам.

Похоже, НИПов смущает, когда он видит в них детей своих прежних товарищей.

Ему было стыдно за собственное поведение, но всё же он наконец поставил печать на последний документ. Одно из дел сделано.

Он передал папки Альбедо, прикрывающей рот и что-то бормочущей. Та раздала их Старшим Личам.

— Итак, начнём. Вот предложения, которые мы рассмотрим сегодня.

Айнз открыл шкаф и извлёк пачку бумаг. То были предложения и мнения по поводу развития Колдовского Королевства, собранные с каждого обитателя Назарика.

Айнз читал их, записывал суть предолжений, после чего каждое утро зачитывал их Альбедо.

— Вам совершенно необязательно тратить ваше драгоценное время на ничтожную задачу по переписыванию всего этого, владыка Айнз.

— Нет, там ведь могут оказаться предолжения, адресованные лично мне. Кроме того, я не нуждаюсь во сне. Просто бездельничать было бы глупо.

Это тоже было ложью. Точнее, он и правда остался бы без дела. Но это время можно было бы потратить читая, принимая ванну, практикуяся в актёрских навыках или в тренировочном сражении. И всё же Айнзу было необходимо переписывать бумаги собственноручно, так как он подкладывал свои собственные идеи к прочим.

Айнзу приходилось так поступать, потому что предложения, высказанные им лично, подчиненные взялись бы исполнять, не возражая, даже будь они неправильны. Что могло привести к трагичным последствиям.

Поэтому он предоставлял свои предолжения анонимно, рассчитывая что Альбедо, как независимая третья сторона, будет судить их лишь по содержанию. Кроме того, скрывая личности авторов предложений, Айнз также не подвергнет сомнению свои собственные способности.

Он принялся вслух зачитывать первое предложение.

— Хмм… "Я полагаю, нам понадобятся детские учебные заведения, где мы сможем выделять и взращивать талантливых личностей. Это может послужить на пользу Назарика. Даже если нас постигнет неудача, мы всё равно сможем использовать полученный опыт в собственных целях, что также пойдёт на пользу в деле укрепления Назарика". Что-то в этом роде.

Айнз посмотрел на Альбедо, стоящую глядя прямо перед собой.

— Выгоды изложены чётко и ясно, это прекрасный пример предложения. Отчётливо видно, что автор очень аккуратен. Нам стоит распространить это предложение как образец для остальных.

ив с похвалами, Айнз вернул себе строгое выражение — хотя, разумеется, его лицо не изменилось.

— Кстати, как ты думаешь, кто автор?

— Могу предположить, что Юри Альфа.

Мгновенный ответ. Айнз тоже так считал.

— Согласен. Это, должно быть, предложение Юри. Итак, Альбедо, что ты думаешь?

— Это очень глупо. Свиньи должны жить и умирать как свиньи, отдав все что них есть своим хозяевам. Им нет нужды жить по другому. Та как нет смысла сообщать им о положении дел, и позволять выбирать.

— Ну, это довольно жестокая точка зрения, но я до некоторой степени согласен. Им нужно лишь самое минимальное образование, чтобы служить винтиками в государственной машине. Именно так люди должны жить, стареть и умирать. Распространяя технологии мы лишь поставим себя под угрозу… хм?

— Владыка Аинз, вы в порядке?

— Эти слова и мысли звучат знакомо. Кто-то уже говорил такое кому-то, но кто? Нарберал и… а-а, Люпус Регина. Когда она спрашивала меня про целебные зелья… Ну, думаю ты уже и так это знаешь, Альбедо. А, я просто говорил сам с собой, не обращай внимания.

— Нет, я думаю, что должна лучше познать глубину ваших мыслей, владыка Айнз. Пожалуйста, поделитесь ими со мной.

— Вот как… Ну, хотя это и несколько смутит меня, но я не хочу быть единственным раскрывшим свои мысли. Если тебе не понравится что-то из того, что я скажу, не стесняйся мне об этом сообщить.

Нет ничего хуже чем изображать всезнание перед тем, кто очень хорошо разбирается в вопросе. Опасаясь выставить себя идиотом, Айнз решил всё же поделиться своим мнением.

Знания, образование и информация — основное оружие как человечества, так и нечеловеческих существ этого мира. Чем образованнее нация, тем она могущественнее — но с другой стороны, тем больше недовольства возникает у людей из-за социальной несправедливости.

Таким образом, правитель должен решать, наделять ли своих подданных оружием под названием знания, так как это оружие однажды может оказаться направленным против него самого.

Во время игры в ИГГДРАСИЛь Айнз понял важность обладания информацией. Именно поэтому он перевёз семью алхимиков, Барелов, в уединённую деревню Карн, чтобы именно там они разрабатывали свои зелья. Таким образом он сможет монополизировать плоды их исследований, и не позволит никому другому учиться у них.

С точки зрения Айнза, подданные должны оставаться подданными, живя и умирая в невежестве. Однако, для увеличения мощи государства необходимо разрабатывать новые технологии. Вопрос в том, против кого в конце концов окажется направлено знание.

— Если вкратце, мы должны ограничить распространение информации только среди тех, кто абсолютно лоялен Великой Подземной Гробнице Назарик. Простолюдинам же мы будем передавать лишь устаревшие знания, не несущие для нас угрозы. Плод с Древа Познания полезен лишь тогда, когда им обладаем только мы.

Айнз украдкой взглянул на Альбедо, желая убедиться что та не выказывает признаков сомнения или недоверия.

— И тут мы подходим к сути. Альбедо, несмотря на вышесказанное, я полагаю что должен принять это предложение.

Глаза Альбедо на мгновение расширились.

— Могу я спросить, что привело вас к такому заключению?

— Сентиментальность. Но ещё, я полагаю, что в предолжении Юри есть смысл.

— И всё же, я боюсь что в нём слишком много недостатков… или вы хотите скажать, что желаете проверить его где-нибудь на окраинах? Там гораздо проще перекрыть возможные пути утечки информации, и организовать обучение посредством промывки мозгов.

— Мы не будем так поступать. Хотя это, может быть, до некоторой степени противоречит предложению Юри, мы откроем приют в этом городе.

Живя здесь под личиной Момона, Айнз узнал о содержащихся храмами приютах. Ему тут же пришла в голову идея о создании приюта от имени Айнз Оул Гоуна.

— Как бы то ни было, мы должны быть готовы к тому, что знания Назарика проникнут в окружающий мир. Но не будет ничего плохого, если мы создадим обычный приют и будем предоставлять знания лишь тем, кто к нам близок. Если кто-нибудь из учеников обнаружит особые таланты, можно будет рассмотреть вопрос о том, как с ними поступить.

— …Понимаю. Полагаю, организовать это будет несложно.

— Также я предлагаю использовать вдов в качестве сотрудниц приюта.

— Женщин, чьи мужья погибли на том поле боя, где вы продемонстрировали крупицу вашей необоримой силы. Это послужит своего рода финансовой помощью оставшимся без кормильца женщинам. И, разумеется, лишь улучшит мнение народа о вас… Вы как всегда мудры, владыка Айнз.

— Хм, если мы начнём действовать лишь после того, как жалобы вдов услышит Момон, улучшится лишь его репутация, но не моя. Значит, нам стоит действовать немедленно, пока никто не обратился к нему за помощью. Чтобы достичь этого… Я приказываю освободить Нигредо и Пестонию из заточения.

Айнз почувствовал слабый блеск в глазах Альбедо.

— Простите мою прямоту… но если вы даруете прощение тем, кого признали виновными в неповиновении вашим приказам, то я боюсь, что это может вызвать беспокойство в Назарике.

— Разве мы не держали их в заточении в наказание за это?

— Это слишком мягкое наказание. Ваша воля непререкаема для нас, владыка Айнз. Неповиновение вашим приказам — непростительно. Ваша верная слуга полагает, что они должны быть обезглавлены в назидание остальным.

— Всего лишь из-за…

Айнз хотел сказать, что провинность слишком незначительна, но слова Альбедо были вызваны её почтением перед ним — одним из Высших Существ. Он может больно ранить её, если попытается отрицать.

И всё же, именно поэтому он должен простить тех двоих. Их личности — творение друзей Айнза. А значит, действия Пестонии и Нигредо вызываны почтением к намерениям его друзей.

Айнз понимал, что может просто приказать, и Альбедо без возражений подчинится. Однако, это крайняя мера. Для начала, он решил попытаться переубедить её.

— …Разумеется, если бы лишняя информация проникла во внешний мир, возникли бы неприятности. Любой смог бы, сложив два и два, понять, что за инцидентом в столице Королевства стоял Назарик. Поэтому нужно было убить даже детей.

Однако, те двое пытались защитить лишь тех детей, кто ничего не помнил о случившемся, а значит, тех, в чьей смерти не было нужды. Можно даже сказать, что они безупречно исполнили мои приказы.

— Они просто-напросто искажали факты ради собственной выгоды. Их деяния непростительны.

— Альбедо…

Он понимал чувства Альбедо, как лидера Стражей. Вот поэтому он хотел придумать как переубедить её.

Аинз улыбнулся; взволнованная, горькая улыбка. Конечно же, выражение его лица, оставалось неизменным.

— Владыка Аниз, вы так хитро на меня смотрите… — пробормотала Альбедо, слегка порозовев. Аинз похлопал себя по лицу, словно проверяя.

— Ах, действительно?

— Мм, это…

Тяжело вздохнув Альбедо, опустила голову. — Ух-ха — раздался глубокий вдох, затем выдох..

Она вновь подняла голову, придя в себя.

— Если таково ваше желание. Нет ничего важнее ваших желаний, владыка Аинз. Они всё для меня. Я буду рада получить ваши распоряжения.

— Я не желаю, что бы ты служила мне, руководствуясь лишь чувствами. Я желаю, что бы ты подчинялась мне, потому что понимаешь меня.

— Это не вызовет трудностей. Скорее всего, никто в Назарике не будет против освобождения тех двух, кроме же меня.

— Что ж… хорошо. Итак, управление приютом будет поручено им.

— Я поняла. Я передам им ваши указания.

— Я оставляю это на тебя. В таком случае… следующее предложение.

Айнз забормотал себе под нос. Следующее предложение внёс он сам.

— …Кхм. Ну, что ж это не очень хорошая идея… эх, ничего не поделаешь.

Аинз глянул на Альбедо и продолжил говорить.

— "Давайте введём форму для спортивных занятий (спортивную одежду) ради укрепления единства Назарика". Что ты об этом думаешь?

Как только он закончил говорить, Альбедо гневно нахмурила брови.

— …Эта идея придаёт новый, ещё более низкий смысл слову "вульгарно". Чья она, вообще?

Аинз предпринял огромное усилие, чтобы подавить первоначальный импульс сказать "мне очень жаль" и вместо этого постарался выглядеть обеспокоенным.

— Ну, это… я не совсем уверен. Я избавился от исходного листа.

— Я представить себе не могу, что кто-то посмел обременить вас подобным. Как можно тратить ваше драгоценное время на такое совершенно идиотское предложение, владыка Аинз? Давайте немедленно начнем расследование, чтобы найти автора и определить ему соответствующее наказание.

— …Нет! В этом нет необходимости! Послушай, Альбедо! Ты не должна этим заниматься, ни в коем случае!

В душе его поглотила оторопь, но Аинз смог заставить себя заговорить.

— Я обещал всем и каждому в Назарике, что меня интересуют абсолютно все мнения и точки зрения, и что авторы предложений ни в коем случае не подвергнутся преследованиям за них. Отыскав и наказав автора, ты сделаешь меня лжецом. А значит, все мои будущие обещания также будут ложью.

Кроме того, напуганным трудно высказывать свое мнение… поэтому, я надеюсь, что покинув эту комнату ты забудешь о данном предложении.

— Да, я повинуюсь. Будет так, как вы и сказали, владыка Аинз.

— Хорошо, хорошо. Так и сделай.

Айнз был глубоко благодарен за то, что его тело не может потеть. Если бы это было не так, пол, вероятно, уже бы намок. Тем не менее, несмотря на чудное состояние своего тела и ума, слово "вульгарный" глубоко застряло в его сердце, оставив рану, которая не заживёт в течение длительного времени.

— …. Владыка Аинз, у меня есть пожелание. В будущем, позвольте мне выбирать предложения. Чтобы подобные смехотворные идеи более не беспокоили вас.

— Гх… Нет, не утруждайся этим. Кроме того, если ты представишь только одобренные тобой предложения, мне останется лишь утвердить или отклонить их. Потеряется весь смысл наших с тобой встреч.

— Ах, да, вы совершенно правы, владыка Айнз. Мы с вами должны работать над этим в тесном взаимодействии.

Крылья Альбедо встрепенулись, Кинжалопауки снова напряглись.

— Все, все в порядке. Раз ты поняла, давай перейдем к следующему предложению, Альбедо.

Лично он не считал, что то предложение неосуществимо. Но настроение в комнате не позволяло ему снова поднять этот вопрос, и он не мог набраться смелости начать разговор на похожую тему.

— Так, следующее…

Как только Айнз собрался продолжить чтение, раздался стук в дверь.

Оба обернулись к Пятой. Легко поклонившись, та отправилась встретить посетителей.

Из-за двери доносился жизнерадостный детский голос, ему вторил другой, едва слышимый, словно говоривший совершенно не обладал уверенностью в себе.

(…Они, кажется, впервые приходят сюда в такое время, да? Что-то случилось? Раз так, хорошо, что и Альбедо тоже здесь.)

Айнз уже знал, кто пришёл, так что мог бы тут же приказать впустить их. Однако, Пятая похоже была очень рада выполнять свои обязанности, а распорядившись впускать гостей до того, как она объявит их имена, Айнз прервёт её.

Действуя через её голову, он может лишить Пятую мотивации. Руководитель должен учитывать и такие вещи тоже.

"Наверное, Зиркниф тоже так делает. В конце концов, он ведь многое поручает своим горничным" — подумал Айнз, комментируя поступки объекта своего пристального изучения, того, кого он выбрал своим образцом правителя.

"Надо нам с ним как-нибудь поболтать о тяготах управления"

— Владыка Айнз, пришли Аура-сама и Мар-сама.

Теперь, после того как Пятая объявила о пришедших, Айнз сообщил ей, что посетители могут войти.

Дверь открылась, и вошла пара миниатюрных тёмных эльфов. Оба сияли улыбками, а значит, маловероятно что возникли какие-либо проблемы. Айнз почувствовал облегчение.

— Доброе утро! Владыка Айнз!

— Э, эм… Д-доброе утро, владыка Айнз.

— О, доброго вам утра. Ничто не радует меня так, как возможность видеть вас столь бодрыми и полными сил.

Эльфы поздоровались и с Альбедо. Аура обошла вокруг стола, встав рядом с Айнзом.

Подойдя вплотную, она подняла обе руки с оттопыренными в победном жесте пальцами.

— Хм…

Аура ничего не сказала озадаченному Айнзу, просто показала V обеими руками.

Глядя на него сияющими, полными предвкушения глазами, она начала переминаться с ноги на ногу.

Поняв, чего она хочет, Айнз отодвинул кресло назад, взял Ауру за подмышки, и поднял.

— Чт, что вы делаете, владыка Айнз…

Не обращая внимания на поражённый вскрик Альбедо, Айнз повернул Ауру спиной к себе и усадил на правую бедренную кость.

Его кости, в отличие от нормальных бёдер, жёсткие, так что Айзу пришлось усадить её боком к себе, чтобы Ауре было удобно.

— Эхехе~

Аура издала немного застенчивый, но совершенно счастливый смех, и Айнз ответил улыбкой. Далее, он повернулся и поманил нерешительно стоящего в отдалении Мара.

Когда тот подошёл, Айнз поднял и его тоже, усадив на левое бедро.

— А, ну, в-владыка Айнз, а, а как насчёт меня?

Пока Айнз размышлял, не приказать ли принести для близнецов какие-нибудь подушки, раздался возбуждённый вопрос Альбедо. Но он не решился бы сажать взрослую женщину себе на колени.

— Нет, это… я не могу.

— Но, но, эти двое…

— …Альбедо, они просто дети. Ты ведь взрослая, разве нет?

На секунду, ему показалось что они видел что-то за спиной Альбедо — вспышка света, материальное отражение поразившего её удара. Айнзу было немного жаль ей отказывать, но приличия есть приличия. Если бы он и её усадил к себе на колени, это было бы сексуальным домогательством.

— Итак, вы двое. Что случилось?

Крепость в Великом Лесу Тоб — ложный Назарик, или склад ресурсов — была достроена.

Дальнейшим заданием Ауры было укрепление и маскировка крепости.

Изначально предполагалось, что в случае нападения врагов они отступят к этой крепости, не позволяя врагу узнать местонахождение настоящего Назарика, но теперь Зиркнифу известно расположение Великой Гробницы.

Так что крепость решили использовать просто как укрытие и хранилище ресурсов.

Мару же было поручено выкопать подземную гробницу на окраине Э-Рантэла.

Прямо сейчас в ней не было потребности, просто имелась свободная рабочая сила.

Людям-рабочим пришлось бы платить, но каменные големы и нежить не требуют жалованья, а значит, их можно задействовать без проблем. Кроме того, грубые работы можно выполнять просто заклинаниями Мара.

Что до других Стражей, то Шалти было поручено охранять Назарик и управлять [Вратами] на случай, если понадобится телепортация. Коцит отвечал за деревню людоящеров и озеро, возле которого она находится. Демиург же отбыл с заданием в Святое Королевство.

Иными словами, все находящиеся в Э-Рантэле стражи собрались сейчас в этой комнате.

Раз у всех есть свои задачи, то что же эти двое тут делают?

Аура бодро ответила на вопрос Аинза:

— Мы пришли чтобы повидать вас, владыка Аинз!

Айнз улыбнулся её невинной непосредственности.

— Понятно. Я тоже очень рад вас видеть.

Аинз погладил Ауру по голове. Та в ответ потерлась о руку Аинза, словно игривый щеночек.

— Это, ну… Владыка Аинз, ч-что вы делаете? Я надеюсь, мы не слишком беспокоим вас….

— Ах..

— Конечно же нет, Мар. Как может встреча с вами побеспокоить меня? — мягко ответил Аинз.

Затем он повернулся к Альбедо.

— Извини, Альбедо. Я отвлекся, давай рассмотрим следующее предложение, как мы и собирались. Ах, да, то же самое я чувствую и к тебе.

— Д-да — сказала Альбедо, покраснев как яблоко; она, немного надувшись, попыталась придать лицу серьёзный вид.

— Владыка Аинз!

Что? Подумал Аинз, и тут широко раскрыл глаза.

— Агуу!

Аинз подумал, что ослышался. Что она сказала?

Словно давая понять, что Айнз всё расслышал правильно, Альбедо ещё раз сказала "Агуу", очень застенчивым голосом.

"….Она, вероятно, пытается вести себя как ребенок. Нет-нет-нет, было бы страшнее, попытайся она вести себя как-то иначе. Но зачем она это делает? Cказывается усталость от больших объёмов работы? Ах! Может быть это связано с Нигредо. Ведь еще стоит вопрос об освобождении её из заключения."

Айнз, несмотря на свою природу нежити, пребывал в совершенном замешательстве. Тем временем Мар беспокойно заёрзал.

— Эм, я, я посидел достаточно, так что я должен пустить Альбедо-сама…

Эти слова были словно откровение.

"Я сказал, что Ауре с Маром можно сесть, потому что они дети, но ей, раз она взрослая, нельзя. Вот почему она стала притворятся ребенком?"

"Все-таки, почему ребенок? И кроме того, позволить Альбедо тоже сесть мне на бедро…"

Тем не менее, она пошла на такие смущающие действия ради этого. Я не могу закрыть глаза на её усилия, и как Высшее Существо, и как мужчина. Кроме того, Альбедо тоже одна из детей, такая же как Аура и Мар. Я должен быть честен с ней.

— Прости меня, Мар — сказал Аинз. Всё же решившись, он ссадил Мара с бедра и жестом подозвал Альбедо.

— Иди сюда, Альбедо.

— Да!

Застенчивость Альбедо исчезла, как туман в лучах восходящего солнца, и сменилась выражением, напоминающим вид щенка, предвкушающего прогулку. Альбедо придвинулась к Аинзу.

Она тоже сделала V образные знаки.

Сидя Айнз вряд ли сможет поднять Альбедо за подмышки.

— …Э, прости. Не могла бы ты просто сесть?

— Конечно! Понятно!

Альбедо, заняла место Мара на левом бедре Айнза, кокетливо усевшись.

Сначала Аинз почувствовал её мягкость. В отличие от детей, это была мягкость зрелого тела. Затем её тепло начало вливаться в его тело, вызывая лёгкое чувство вожделения.

"Тем не менее, она очень мягкая!"

Она воин 100 уровня, он понятия не имел, куда делись её мышцы. Кто-нибудь менее учтивый мог бы даже сравнить её с моллюском.

— Уфуфуфуфу…..

Он услышал нежный смех Альбедо

От аромата, источаемого длинными волосами Альбедо, у Аинза зачесался нос.

— Ммм?

В этот момент, что то вспыхнуло в несуществующем мозге Аинза.

"Этот запах мне знаком, где я чувствовал его раньше? Одежда Альбедо? Нет, ее духи?"

Аинз был уверен, что однажды уже встречал запах, который сейчас исходил от Альбедо, однако он не и не мог вспомнить ни где, ни при каких обстоятельствах впервые его почувствовал.

— Ммм…. Альбедо, ты используешь какие-нибудь духи?

— Да, я пользуюсь духами. Вам не нравится?

— Нет, конечно же нет, пахнет довольно приятно.

Альбедо повернула голову к Айнзу. Его немного испугал вид ее широко открытых глаз.

— В самом деле, владыка Айнз!?! Если Вы желаете, может быть насладитесь этим ароматом подольше? Хоть целый час, хоть даже целый день!!

— Нет-нет-нет, к тому же, часа будет чересчур….

Всё же, хоть Айнз и сказал такое, того факта что он заинтересован это не меняло. Кроме того, принюхавшись получше, он, возможно, сможет вспомнить какие-нибудь подробности об этом запахе.

— Тогда, я могу повдыхать твой аромат немного подольше?

Аинз придвинул свой череп ближе и вдохнул аромат Альбедо. Теперь он смог почувствовать её запах ещё более отчетливо. Ему был знаком этот аромат, но Аинз не мог вспомнить, где встречал его. Пытаясь разгадать эту загадку, он услышал холодный голос.

— … Владыка Аинз.

Аинз не сразу понял, что голос принадлежит Ауре. Он нервно повернул голову, чтобы посмотреть на неё и увидел, что Аура сидит надувшись.

— Вы похожи на извращенца.

— Ах, прости….

И верно…

Айнз мысленно отругал себя, делать такое в присутствии детей. Это может оказать на них плохое влияние. Ему вспомнился голос одной из его прежних товарищей, когда она отчитывала своего младшего брата.

— Ч-что ж, Альбедо, Аура, пожалуйста встаньте. Ах, Альбедо, продолжим обсуждение того вопроса.

Однако никто не сдвинулся с места.

Обе продолжили сидеть. Каждая ждала, что другая встанет первой.

— Эххх….

Аинз взял Ауру и поставил ее рядом с собой. Со стороны Альбедо раздался тихий смешок.

— …. Аура и села первой. Альбедо, тебе тоже нужно встать с меня.

— Но, но… Аура сидела целых 3 минуты и 41 секунду. А я просидела всего 57 секунд. Хотя это может прозвучать глупо, я считаю, что мне должно быть позволено посидеть еще в течении трех минут.

— Но ты ведь провела больше времени с владыкой Аинзом?

— Ничего не поделаешь, это часть работы.

— А-а-ах, так ты здесь из-за работы — а знаешь, я ведь добиралась сюда издалека специально, только чтобы увидеть владыку Аинза.

— Аа!….

Альбедо сместилась на бедре Аинза так, чтобы смотреть Ауре в глаза.

"Я могу понять, почему Альбедо хотела сесть на моё бедро, но зачем это Ауре? Она ведь не влюблена в меня, в отличие от Альбедо"

Для начала, он не сделал ничего, чтобы заставить её полюбить его. Чувство, под названием любовь, должно быть тайной для Ауры. А затем….. Аинз наконец нашел ответ.

— А, понятно. Это детское собственничество.

А ещё ей, вероятно, недостаёт отцовской любви. Аура с Маром созданы детьми, и они всё ещё в том возрасте, когда о них должны заботиться родители. Возможно, они бессознательно пытаются заполнить эту пустоту Айнзом.

Однако, сам Сузуки Сатору рос без отца, и не знал, что такое отцовская любовь, так что чувствовал, что, вероятно, несколько опоздал с этим. Была бы где-нибудь страна Тёмных Эльфов, он бы обдумал вариант отправить Ауру с Маром туда, чтобы они завели себе друзей.

"Интересно, найдутся ли в библиотеке книги по сексуальному образованию для детей?"

Пока они были просто наборами данных, это не представляло проблемы. Однако, Айнз уже некоторое время обдумывал вопрос их воспитания, и заметил, что Ауре с Маром по-прежнему недостаёт кое-чего для здорового психологического роста.

"Как я и думал, им действительно нужны друзья их расы! Это должно быть моим приоритетом. Раз так…"

— Аура. Я хочу кое о чём спросить; что стало с теми тремя эльфийками, которых я поручил тебе и Мару?

— Вы про тех эльфов, что посмели вторгнуться в Назарик, и которых вы, владыка Айнз, милосердно простили?

Айнз кивнул.

Разобравшись с рабочими, он передал эльфиек-рабынь на попечение Ауры и Мара. Как правило, тем, кто пришёл в Назарик без приглашения, не позволялось уйти живыми. Однако, эти трое, по всей видимости, явились не по своей воле, и не собирались грабить сокровища Великой Гробницы. Раз так, вполне допустимо проявить к ним немного милосердия.

Кроме того, они, как Лесные Эльфы, могут оказать положительный эффект на развитие Ауры и Мара.

— А. Мы пока что поселили их на нашем Этаже.

— Чем они занимаются?

— Как бы это сказать… Им нечего делать, но они пытаются заботиться о нас. То, как они постоянно трутся вокруг нас, несколько раздражает.

— Д-да, точно. Н-ну, например, нашу одежду и всё такое. Я м-могу одеться и сам, но они постоянно приходят помочь мне…

— Просто держи себя построже. Они продолжают пытаться, потому что ты не можешь им как следует отказать. Ко мне ведь они не лезут, разве нет?

"Понятно, значит те эльфы хотят что-то делать. Совсем как горничные, что прислуживают мне. Я понимаю твои страдания, Мар. И всё же, это значит, что трое помилованных мной не полностью бесполезны. Интересно, можно ли поручить бывшим секс-рабыням сексуальное образование? Хм…"

— Ну, мы всё-таки спасли им жизни. Не убивайте их, даже если они вас сильно разозлят. Если станут совсем надоедать, скажите мне и я переведу их куда-нибудь ещё.

— Поняла! Я сообщу вам, если что.

Айнз глянул на поникшего Мара, и пробормотал "Да что с ним" себе под нос. После чего несколько холодновато посмотрел на Альбедо.

— Альбедо, тебе пора вставать. Прошло уже больше трёх минут.

Альбедо на мгновение приняла разочарованный вид, но всё же послушно и без возражений поднялась с бедра Айнза.

— Кстати, а над чем вы с Альбедо работаете, владыка Айнз?

— М-м? А-а. Я собираю предложения ото всех в Назарике, о том, как сделать эту страну лучше. О, точно. И вы двое тоже. Если у вас есть хорошие идеи, говорите. Я рассмотрю любое предложение.

Аура засияла.

— Вот как, владыка Айнз! Тогда у меня есть отличная мысль!

— Хохо… И о чём же она, Аура? Ну же, расскажи.

— Да! Я думаю, что все мальчики должны одеваться как девочки, а девочки — как мальчики!

"…Букубуку Чагама!…"

Айнз мысленнно прокричал имя одной из своих прошлых друзей.

На секунду ему даже привиделся образ Розового Слайма, произносящего "Прасти~и!" невероятно милым голосом, совершенно противоречащим её внешнему виду.

— Вот как. Это идея Букубуку Чагамы-сама. Это, разумеется, прекрасное предложение. Более того, здесь, в этой стране, любое решение Высших Существ, разумеется, является верным.

Верным? Хотел было издевательски спросить Айнз, но сдержался.

Как бы то ни было, нельзя позволить такому произойти. Однако, есть проблема.

Эльфы-близнецы одеты так потому, что такими их создала Букубуку Чагама. Если Айнз отвергнет идею Ауры, то ему придётся представить чёткое объяснение причин своего отказа.

Но ничего подходящего не приходило ему в голову.

— Владыка Айнз. Не начать ли нам немедленное осуществление плана Ауры?

Почему она так быстро согласилась?!

Время на исходе.

Приняв это предложение, он объявит на весь мир, что в Колдовском Королевстве поддерживается и одобряется трансвестизм. Это неприемлемо. Такое, наверное, заинтересовало бы лишь Букубуку Чагаму. Нет, у Айнза появилось предчувствие, что будь она тоже в этом мире, то ни за что не захотела бы создавать такую страну.

"Если бы мы могли превидеть, что НИПы обретут собственные личности, многие захотели бы повидаться с ними, но нашлось бы много и таких, кто всеми силами избегал бы встречи. Букубуку Чагама, наверное, оказалась бы во второй категории. А Ямаико и Анкоро Мочимочи, наверное, в первой. Почему, интересно, они такие разные, несмотря на то что все девушки…"

Вспоминая о своих прежних товарищах, Айнз медленно поднялся и посмотрел в окно. Разумеется, никакого особого значения его действия не несли. Он просто пытался выиграть немного времени. Примерно определившись с тем, что скажет, Айнз обернулся к тройке Стражей.

— Я ни в коем случае не могу этого допустить.

— Почему, почему же?

(Ну конечно же им надо узнать, да?.. И ведь даже закон о том, что холостяки обязаны носить маску на Рождество и то был бы лучше этого…)

Айнз вздохнул. Разумеется, этим он тоже не пытался что-то сказать. Просто выигрывал время.

— Тому есть много сложных причин, Альбедо. Ты хочешь, чтобы я подробно объяснил каждую?

— Д-да. П-пожалуйста, если вы не против.

Айнз обращался к Альбедо, но вместо неё ему ответил Мар. Он ведь обычно такой скромный мальчик, почему именно сейчас он решил поозорничать, печально подумал Айнз. Альбедо бы наверняка ответила "В этом нет необходимости. Позвольте мне растолковать вам всё вместо владыки Айнза". Но теперь Айнзу придётся объяснять самому.

— …Вот как. Что ж, я просвещу вас. Но вот вопрос, с чего бы мне начать, чтобы вам было понятнее?..

Многозначительно кивнув, Айнз подпёр подбородок рукой. Разумеется, этим он тоже пытался выиграть время. Айнз отчаянно пытался что-то придумать, ему начало уже казаться, что его мозг сейчас покроется потом, и тут на него снизошло озарение.

— Во-первых, ну конечно же, да. Вы двое, наверное, считаете, что раз одеты таким образом, то и вся страна должна одеваться так же, верно? Вы, наверное, считаете, что именно таковы были намерения Букубуку Чагамы-сан. Однако, в этом вы ошиблись…Да, вы двое — особенные.

— Мы особенные?!

— Ну конечно. Вы очень дороги Букубуку Чагаме-сан. Именно поэтому вам было дозволено так одеваться… И что же, вы намерены позволить этому знаку благорасположения стать всеобщим достоянием, раздать его совершенно незнакомым вам людям?

— Да как мы можем?!

Этот громкий возглас возражения вырвался, как ни удивительно, у Мара.

— Ни за что! Я никому, кроме сестрицы, не позволю носить знак расположения Букубуку Чагамы-сама!

— Да, верно. Ты совершенно прав. Тебе понятно, Аура?

— Да! Как же я была глупа, что не подумала о чувствах Букубуку Чагамы-сама!

— Кроме того…

Аура с Маром уже приняли его аргумент. Можно было бы уже осторожно сменить тему. Однако, Айнза беспокоило ещё кое-что.

Он пробормотал что-то насчёт наличия других причин, и глянул на Альбедо.

Она, учитывая её экстраординарный интеллект, наверняка уже нашла множество причин. Не покажется ли ей странным, если Айнз закончит на этом? Он чувствовал тревогу.

Когда их глаза встретились, Альбедо улыбнулась, и слегка изогнула шею.

Не понимая, что это означает, Айнз отвёл взгляд. Ему на глаза внезапно попался стоящий перед ним Старший Лич. Айнз равнодушно мазнул взглядом по бумагам, которые тот держал.

— А-а-а. Так вы тоже подумали об этом, владыка Айнз. Ну да, вы ведь изучали эти документы тщательнее прочих. Наверное, им можно обо всём рассказать, верно?

Айнз вновь повернулся ко внезапно заговорившей Альбедо.

— Отлично. Ты тоже поняла, Альбедо.

— Да, поняла. Я как раз гадала, собираетесь ли вы упомянуть об этом, владыка Айнз. Полагаю, вы размышляли, стоит или нет объяснять этим двоим, я права?

— Я знал, что ты прекрасно меня понимаешь, Альбедо. Тебе известны мои мысли так хорошо, что мне даже не нужно их высказывать.

— Вы очень добры…

Альбедо с улыбкой поклонилась. Аура же раздражённо надулась.

— И всё же, не могу поверить, что я не подумала о намерениях Букубуку Чагамы-сама, а ведь это первое, что должно было придти мне в голову. Как и ожидалось от вас, наш творец, наш Повелитель. Мне никогда не сравниться с вашими мудрыми умозаключениями, учитывающими бесчисленные точки зрения.

— Нет, не говори так, Альбедо. Я уверен, однажды ты продемонстрируешь таланты, превосходящие мои собственные.

Честно говоря, она уже далеко его превзошла. Айнз почувствовал стыд при этой мысли, но Альбедо просто кивнула с лицом, полным решимости.

— Да! Обязательно!

— Так каковы же другие причины?

— Ну же, Аура. Альбедо, объясни им. Постарайся сформулировать всё просто, так, чтобы поняли даже дети. Да, объяснение должно быть легкодоступным.

Произнеся это, Айнз замолчал и снова посмотрел в окно. Однако, сам он весь обратился в слух, не желая пропустить ни слова из объяснений Альбедо.

— Непременно. На самом деле, я и сама собиралась затронуть эту тему с владыкой Айнзом, но потом возникла небольшая проблема.

— Э-э-э? Кто-то создаёт тебе проблемы? Может, нам пойти и уничтожить его?

— Нет, всё не так. По правде говря, мы обнаружили, что запаса наших ресурсов может оказаться недостаточно на будущее. Так что если бы мы приказали всем поменять одежду, то пришлось бы пойти на неприятные меры, вроде приказать людям обмениваться своей старой одеждой и всякое в таком роде.

Э, правда? Разумеется, Айнз не мог такое сказать. Ему оставалось лишь отчаянно пытаться вспомнить содержание той папки, что он только что просматривал.

Да, там говорилось что-то о ресурсах, но объёмы казались вполне достаточными. Однако, раз Альбедо так говорит, то так оно и есть.

(Иными словами, ситуация довольно неприятная, да? И всё же, разве мы не можем просто купить ещё у Королевства или Империи? Этот город ведь достаточно богат, верно?)

Альбедо тут же ответила на разумные сомнения Айнза:

— В этом городе отличные склады, и раньше здесь шла бойкая торговля. Однако, с тех пор как городом перешёл под власть владыки Айнза, торговцы из соседних стран здесь редкость. Так что теперь наши ресурсы постепенно тают.

— Если нам чего-то не достаёт, давайте просто отберём у кого-нибудь. Как насчёт Империи или Королевства?

— Сестрица, мы, нам нельзя. В, владыка Айнз ведь запрещал нападать на три соседние страны, верно?

Точно. Он ещё не решил, как поступит в будущем, но сейчас, пока не получил полный контроль над городом, временно наложил запрет на применение силы. Разумеется, если другие страны атакуют первыми, это будет совсем другое дело.

— Раз так, что же делать?

— Э, ну, нам незачем беспокоиться. В-владыка Айнз ведь со всем разберётся.

Ты собрался свалить всё на меня? Айнз хотел было опровергнуть слова Мара, но сдержался. После того, как Аура ответила "О, понятно!", он уже не мог решиться предать ту веру в него, что питают эти двое.

Одако Айнз, бывший рядовой служащий, никак не смог бы произвести подходящие экономические преобразования. Так что он решил разыграть один из двух своих козырей.

Айнз медленно повернулся, и уверенно сказал:

— Альбедо. Ты уже занимаешься этим, не так ли?

Иными словами, он переложит проблему на другого, того, кто сможет с ней справиться — на Альбедо, вот и всё.

— Да. Семена, что засеивал Демиург, уже скоро должны дать урожай.

— Именно так. Вам двоим незачем беспокоиться.

Их сияющие глаза, полные восхищения и уважения, заставили Айнза почувствовать укол вины. И в то же время, в его сердце поселился страх увидеть в этих глазах разочарование, если они поймут, что все его слова были притворством.

(И всё же, ай да Демиург. Не знаю, что он там за семена сеял, но он молодец)

Айнз хотел спросить про урожай, но не мог.

Потому что Айнз Оал Гоун должен быть всезнающим светилом.

(Я знаю, что мне стоило бы изучить экономику, но все те сложные книги я могу лишь пролистывать по диагонали… например, ту книжку про кейнсианскую экономику могли бы написать и попроще. А может, я просто слишком стар, чтобы научиться чему-то новому?)

Айнз отлично разбирался в игровой механике ИГГДРАСИЛя. И это не пустая похвальба; он выучил свыше семисот заклятий, и прекрасно помнил детальное описание каждого, достижение, поражавшее всех его друзей. Даже те заклинания, что он не мог применять, всё равно могли стать его оружием, так как он в точности знал, на что способны его враги. Поэтому он и запомнил всё это. В плане знаний о магии он с лёгкостью мог считаться одним из пяти лучших в гильдии.

Но, несмотря на всё это, образования ему недоставало.

(Э? Не может ли быть такого, что я не могу запомнить ничего нового потому, что у меня нет мозга?)

Айнз знал, что с момента прибытия в новый мир выучил много нового, так что беспокоиться не о чем. Однако он всё же вздрогнул от мысли от этой ужасающей возможности.

— Далее, у меня есть вопрос, который требует одобрения владыки Айнза…

— Что? Ты сказала "одобрения"?

Айнз не считал, что какое-либо предложение Альбедо нуждается в его одобрении. Она ведь умная девочка, и, разумеется, способна принять решения, гораздо лучшие чем его собственные. Однако, с другой стороны, организация должна функционировать как положено. Ответственность за действия подчинённых должны нести руководители. А значит, они должны утверждать эти действия.

— Кто-то должен нанести визит в столицу Королевства и расшевелить всех этих людей. Вы не против, если ваша слуга отправится туда?

— Что?!

Для Айнза это было полной неожиданностью, и он воскликнул громче, чем обычно.

Его очень беспокоило, что он останется без Альбедо в отсутствии Демиурга. Кроме того, он не может как подобает управлять городом.

Сверх прочего, он был шокирован прежде всего потому, что Альбедо впервые высказала такую просьбу.

— … Если я пошлю тебя… Я буду весьма обеспокоен…

— О, — Альбедо в восторге улыбнулась — Все будет хорошо, владыка Айнз. Я немедленно решу все вопросы и вернусь к вам.

— Вот как… Ну, если ненадолго, то я не против. Кому мы поручим управление Назариком и этим городом?

Аура и Мар выглядели весьма удивлёнными, так что очевидно не им. И не мне, надеюсь, подумал Айнз.

— Я планирую доверить это Актеру Пандоры.

Аура с Маром сказали что-то вроде "Если ему, то мы не против".

— …Ему, говоришь.

— Он выдающаяся личность, ваше собственное творение, владыка Айнз. Как говорится, сын своего отца… о, простите меня. Мы всего лишь творения, и не смеем даже и думать о том, чтобы зваться детьми Высших Существ. Прошу, простите мою грубость.

Внезапное извинение Альбедо очень изумило Айнза… даже светящиеся красные огни в его глазах на мгновение померкли

— Незачем извиняться. Он, да, моё дитя… прости. Я не питаю нелюбви к нему, но, хм. Глупое дитя… нет, он ведь не виноват… Ну, как бы это сказать. Он как ребёнок. М-да.

Все затихли. Айнз понимал, что разговор заглохнет, если оставить всё как есть, так что набрался решимости и спросил:

— Если мы поручим управлять Актёру Пандоры, то что насчёт Момона, которого он изображает? Мне взять на себя это?

— Нет, как можем мы допустить, чтобы вы занимались таким, владыка Айнз? Я планировала сделать так, чтобы Момон получил разведывательное задание где-нибудь за границей.

Мм, Айнз кивнул. Хотя он и думал о том, чтобы расслабиться, принимая обличье Момона, нынешняя ситуация сильно отличается от той, когда он играл роль приключенца.

Возникнет множество проблем, дел, которые нужно будет выполнить с особой осторожностью. А раз так, лучшим выбором будет отправить Момона на разведывательное задание.

— А, н-насчёт этого… Если М-Момон-сама уедет, не забеспокоятся ли горожане?

— Проблем возникнуть не должно. Тот единственный ход владыки Айнза имел впечатляющие последствия. Наши действия не унижали людей — хотя, конечно, вряд ли у кого-то были такие намерения — и благодаря этому Момон теперь пользуется большим доверием народа. Раз так, ему нужно лишь сообщить перед отъездом местным лидерам, что они должны повиноваться нам, и всё будет в порядке. И всё же, подумать только, они и понятия не имеют, что являются всего лишь марионетками, плящущими по указке владыки Айнза… как я и ожидала, лишь он способен был предвидеть такой поворот событий сразу после того, как мы оказались в этом мире, и произвести необходимые приготовления.

— Мм… это странно, как они доверяют Момону-сама а не владыке Айнзу.

— Точно. И всё же, для нас очень важно править этим городом мирно. Понадобится лишь постепенно отодвинуть Момона в сторону, и внушить верность владыке Айнзу. Это может занять несколько лет, но тут уж ничего не поделаешь.

— Отлично. Итак, Альбедо, поручишь всё Актёру Пандоры. После того, как приготовишься и сдашь ему дела, отправляйся и пожни урожай. Тебе потребуется что-нибудь ещё?

— Слушаюсь. Я планирую провести некоторые переговоры с людьми. Не уделите ли вы немного вашего драгоценного времени на обсуждение планов со мной?

— Хорошо, обсудим это позже.

В конце концов, ему нужно будет всего лишь одобрить проект, предложенный Альбедо.

— Кроме того, хотя мне стыдно просить вас, я буду рада, если вы дадите мне несколько нарядов. Я подумала, что там мне нужно будет менять одежду.

— Вот как. Тогда я дам тебе несколько комплектов одежды из своей коллекции. Зайдёшь ко мне потом. Кстати, о Демиурге — нет, нет необходимости. Всё в порядке. Итак, продолжим… хм, раз уж вы двое пришли сюда, я хотел бы выслушать и вас тоже.

Завершив дела, трое Стражей вместе со Старшими Личами покинули комнату, и Айнз с Пятой остались одни. Не считая, разумеется, Кинжалопауков на потолке.

Честно говоря, на этом сегодняшняя работа Айнза закончена. Остаток дня в его полном распоряжении. Хотя и оставались вопросы, которые лучше бы решить поскорее, но закончив он станет совершенно свободен. Пока Айнз размышлял, чем бы занять время, его посетила внезапная мысль. Он встал на ноги.

— Далее я повидаю Актёра Пандоры.

Озвучив своё намерение, Айнз зашагал вперёд. Пятая молча последовала за ним. И, разумеется, Кинжалопауки тоже.

Выйдя на улицу, он обнаружил что погода всё ещё довольно прохладная, как и положено по сезону. В дуновениях ветра чувствовался мороз, но Айнз обладал иммунитетом к холоду. Глянув на Пятую и убедившись, что погода ей не вредит, он продолжил идти.

Этот квартал состоял из трёх типов построек — резиденция самого Айнза, правительственные здания, а также гостевые дома. Актёр Падоры — то есть, Момон, — проживал в одном из них.

Айнз, как правило, призывал к себе Момона, как и подобает правителю, но сейчас решил поступить иначе.

— Хм? В чём дело? — пробормотал Айнз, подходя к гостевому дому. Он вопросительно посмотрел в сторону примыкающих к нему конюшен. Слово "конюшни" предполагало, что там содержатся лошади, но в данный момент там жила лишь Хамскэ. Точнее, таково должно быть положение дел.

Несколько смущённый, Айнз подошёл ближе и услышал тихий посвистывающий храп. Сон — привилегия живых существ, так что Хамскэ, должно быть, внутри.

Солнце уже довольно высоко, но Хамскэ до сих пор спит.

Она может видеть в темноте, подобно кошке, но если верить её словам, Хамскэ не является ни дневным, ни ночным существом. Она ест до отвала, а потом спит, пока не проголодается снова — таков её образ жизни.

Первой же мыслью Айнза, когда он узнал об этом, было "И каким образом это сочетается с титулом Мудрого Короля Леса?". Он чувствовал себя дураком, ожидая от неё поведения, подобающего разумному существу.

— Хамскэ не замечает нас, хотя мы подобрались так близко. Она теряет свои животные инстинкты? Эх… до чего же она опустилась. Хотя нет, может, ей просто пришлось работать всю прошлую ночь.

— Это не так. Хамскэ-сама весь вчерашний день тоже находилась здесь.

— …Понятно.

Несмотря на жестокие слова Пятой, Айнз всё равно хотел поговорить с Хамскэ, но не мог придумать, что сказать.

"Ну, она ведь просто питомец. Мне не стоило ожидать от неё чего-то особенного. Неважно, как низко она позволяет себе пасть… и всё же, я тут занят с самыми разными проблемами, а эта обжора бездельничает. Как же бесит… впрочем, я понимаю, что просто вымещаю на ней своё раздражение"

Айнз заглянул в стойло, и увидел беззаботно развалившегося гигантского хомяка. Ей не хватало лишь гигантского пузыря из носа, чтобы выглядеть как образцовое изображение сони.

Однакое, за исключением развалившейся в казалось бы невозможной для хомяка позе Хамскэ, кое-что ещё привлекло внимание Айнза.

То был Рыцарь Смерти с обёрнутым вокруг талии хвостом Хамскэ. Должно быть, эта нежить и привлекла внимание Айнза.

Он — созданный им самим прислужник, а значит, их соединяет связь, позволяющая чувствовать примерное местонахождение. Однако, в данный момент в Э-Рантэле столько созданной Айнзом нежити, что эти ощущения несколько разладились.

По правде говоря, Айнз всегда находил сложным с точностью определять местонахождение созданной им нежити. И всё же, насколько он помнил, никакая нежить не была назначена в конюшни, потому и удивился, ощутив тут её присутствие.

— Хамскэ, проснись.

— М-м-м-м, да…

Моргнув глазами точно так же, как сделал бы на её месте просыпающийся человек, она повернула голову, и увидела Айнза.

— О-о-о-о! Этот неизвестный посетитель, оказывается, вы, милорд!

— Неважно, кто я. Ты ведь должна звать меня владыка Айнз, верно? Ты ведь скакун Момона, а не мой.

— Ну конечно, милорд!

— Вот как… Ну, раз ты понимаешь…

Впрочем, реакция Хамскэ заставила Айнза задуматься, а действительно ли ей понятно?

Вдобавок, магические звери не обладают особой сопротивляемостью к контролю над разумом. Айнз снабдил Хамскэ предметом, защищающим от воздействия на разум, но всё же беспокоился, что кто-то может попытаться воздействовать на неё каким-нибудь немагическим способом.

— Ну, до сих пор ты не совершала ошибок, так что я доверюсь тебе. А теперь, к главному вопросу. Что это за Рыцарь Смерти?

— О-о-о! Это друг, который тренируется с вашей подданной, милорд!

Тут Айнз вспомнил.

Во время тренировок Хамскэ он проводил эксперимент по обучению боевым навыкам. Иными словами, использовал этого Рыцаря Смерти, желая проверить, будет ли тот получать новые уровни как воин.

Айнз снабдил Рыцаря предметами, увеличивающими набираемый опыт и ослабляющими самого Рыцаря, но эксперимент закончился ничем. Айнз ожидал этого, так что не был разочарован. Хамскэ, однако, почему-то привязалась к Рыцарю, так что в конце концов Айнз забрал артефакты обратно и оставил Рыцаря с ней.

"Так это тот самый… Кстати, похоже, шипы на его броне несколько притупились… Но ведь я отдавал его не как дакимакуру, я надеялся, что он станет воином, или, может, получит новые способности… Ну, неважно. У нас и так полно Рыцарей Смерти. Одним больше, одним меньше"

На самом деле, Рыцарей Смерти было даже больше чем нужно, настолько больше, что Айнз больше не делал их при ежедневном создании новой нежити.

— Вот как. Понятно. И всё же, как бы то ни было, ты же была диким магическим зверем. То, что ты позволяешь кому-то подобраться так близко незамеченным, неправильно. Мы же не Аура, верно? Почему ты так беззаботна?

Хамскэ, похоже, приуныла, её усы поникли.

— Ваша слуга приносит свои искренние извинения. В лесу никто не мог сравниться с её силой. Ей никогда не приходилось быть настороже, никто и никогда не смел атаковать её даже во сне.

— Но ведь у тебя было… детство… или что-то вроде, верно? Но для начала, в лесу ведь были ещё Гигант Востока и Змей Запада?

— Кто? Эти господа… Востока? Запада? О ком вы говорите, милорд?

Над головой Айнза возник знак вопроса.

— …Эти существа претендовали на лес, как и ты.

— Хохо~ Кто бы мог подумать, в лесу жили и такие создания! Вы как всегда великолепны, милорд! От вашего взора ничему не укрыться. Ваша слуга мало что знала о землях, лежащих за пределами её территории.

— И ты… ты называешья себя Мудрым Королём Леса, и при всём при этом…

— Прозвище этому Королю дал некий человек-воин, нарушивший её территорию. Кстати говоря, она пощадила этого воина, и лишь его, так как имя ей очень понравилось. Ах, навевает воспоминания~

Айнз почувствовал, что он, наконец, решил загадку.

Тот воин, вероятно, весьма преувеличил, когда рассказывал о Хамскэ. Наверное, он пытался таким образом оправдать то, что выжил один, в то время как все его товарищи погибли.

Это не слишком сложно понять. В конце концов, из всех людей, которых знал Айнз, возможно, лишь Клементина и Газеф одолели бы Хамскэ.

Айнз вдруг вспомнил Газефа.

— Оо? Что-то случилось, милорд?

— Нет… ничего. Просто… Да… просто тебе совсем не идёт прозвание Мудрый Король Леса, ты просто Лесной Хомяк.

— Хомяк, да?.. И правда, вы и раньше рассказывали об этих существах, милорд! Так ваша слуга и вправду хомяк?

— Именно. Ты Гигантский Хомяк

— Оооо! Так на самом деле она — Гигантский Хомяк! Тогда, вы знаете, где найти других представителей вида вашей слуги, милорд?

— Вот этого, я не знаю.

После этого отрывистого ответа Хамскэ снова впала в уныние. Не слишком ли я суров? Подумал Айнз и решил успокоить ее:

— Я гарантировал всем, кто служит Назарику, что они будут вознаграждены соответствующим образом за их службу. До тех пор, пока ты продолжаешь работать на Назарик, я обязательно когда-нибудь найду тебе товарищей твоего вида.

— О-о-о-о!.

Усы Хамскэ дернулись, встопорщившись.

— Ваша слуга и так уже верна Милорду, но с сегодняшнего дня будет служить Милорду еще вернее!

— Хорошо, хорошо. Итак, Хамскэ, Момон — нет, Актер Пандоры в гостевом доме?

— Двойник Милорда? Насчёт этого ваша слуга не слишком уверена. В конце концов, он часто ездит на пассажирских и грузовых каретах, которые люди этого города подготавливают для него, и не всегда берёт её с собой.

— Ах, я, кажется, вспоминаю, что он использует такой транспорт, чтобы обмениваться информацией.

Куку, Айнз злорадно хихикнул.

Все происходило как он и планировал. Под видом обмена информацией, они говорили Момону то, что хотели бы сохранить в тайне от Айнза, или, возможно, планировали заговор, чтобы вбить клин между Момоном и Айнзом. Тем не менее, правда заключалась в том, что их собственные мысли исподволь искажались Актером Пандоры.

Айнз надёжный король, милостивое создание, он заботится о людях, и так далее.

— Понимаю. Тем не менее… Ты, кажется, уже в состоянии надевать доспехи. Если ты не против, почему бы не облачиться в них и начать тренировку?

Прототип брони уже должен быть завершен.

— Ваша слуга понимает, Милорд! Только она хотела бы ещё увидеть Людоящеров-доно, если это возможно.

— Очень хорошо. Я исполню твое желание. Я потом поговорю с Коцитом и попрошу его отправить кого- нибудь сюда.

— Ваша слуга будет вечно вам благодарна, милорд. Идёмте же, Рыцарь Смерти-доно! Потрудимся вместе как следует!

Айнз не обратил никакого внимания на горячую дружбу между зверем и трупом, и двинулся дальше.

Позади Айнза раздался голос, который сказал что-то вроде "Ах, ну как же это надоело!", но вряд ли это сказал Рыцарь Смерти. Хотя Айнз смутно интересовался тем что Хамскэ имела ввиду, он вскоре выбросил это из головы.

"Кстати говоря, некоторое время назад, я думаю, что я дал Хамскэ… такое чувство, что я что-то забыл. Ну да ладно, раз я не могу вспомнить, то это не так уж важно, наверное."

Голову Аинза заполоняли мысли, которые он не мог четко сформулировать. Он чувствовал себя так, как будто хочет чихнуть, но не может. Аинз подошел к двери гостевого дома, но стучаться не стал. Следовавшая за ним Пятая торопливо выбежала вперёд.

— Открой.

— Да, владыка Аинз.

Пятая с очень серьёзным видом распахнула дверь. Но уголки её рта казались немного расслабленными. Видимо, она чувствовала удовлетворение от того, что таким образом может помочь Аинзу.

"Кажется, решение наблюдать за Зиркнифом, было верным. Я действительно стал настоящим правителем. Конечно не совсем правильно, так относится к нему, но я продолжу изучать его. В конце концов, этим он поможет мне стать настоящим королем."

Аинз, не поблагодарив Пятую, посмотрел в дверной проём.

— Кинжалопауки.

— Да! Приказывайте!

Следовавшие за Айнзом кинжалопауки быстро выстроились в шеренгу

— Вперёд.

— Слушаемся!

Их челюсти открылись и закрылись, ответ выстроившихся кинжалопауков прозвучал необычно решительно, после чего они вошли в здание. В этом гостевом доме должен находиться лишь Актер Пандоры. Иногда Нарберал бывает здесь, но чаще она находится в Великой Гробнице Назарик, выполняя поручения Аинза

Он мог бы назначить сюда одну из обычных горничных, но это может вызвать проблемы, так как человек, пришедший в гости к Момону, может подумать, что за ним ведется наблюдение. Так что от этого пришлось воздержаться. Тем не менее, раз Актер Пандоры остался здесь один, то существует вероятность того, что в здание могут проникнуть люди, взявшие под контроль Шалти. Таким образом, Аинзу лучше предпринять некоторые предосторожности.

"…Однако, кому-то придётся проникнуть сюда, сквозь весь город и всю стражу. Ну, лишь дураки пренебрегают осторожностью…Ммм… И всё же, сколько мне тут ждать? Может, лучше войти? Здравый смысл говорит, что я должен ждать здесь, пока Кинжалопауки не вернутся с докладом. Однако, разве королю подобает топтаться у входа?"

Поколебавшись немного, Аинз подумал, ладно, пустяки, и вошел в гостевой дом.

Он шагал величественной походкой, которую тренировал множество раз, той, которую считал наиболее подходящей правителю.

Однако не успел он сделать и пары десятков шагов, как один из Кинжалопауков вернулся и преклонил перед ним колени.

— Владыка Аинз, мы вызвали господина Актера Пандоры. Он скоро предстанет перед вами.

— Хорошо. Тогда я буду ждать в гостиной.

Аинз уже бывал здесь и знал где что находится. После того, как Пятая открыла ему дверь, Аинз без колебаний пошел к креслу хозяина.

Такое поведение разительно противоречило правилам поведения простого служащего и казалось ему неправильным. Тем не менее, это было легкой задачей для Аинза, который потратил много времени, тренируясь быть правителем.

Вскоре от двери раздался стук. Аинз кивнул Пятой.

Получив разрешение, Пятая открыла дверь и Актер Пандоры вошел в комнату. Он не использовал магию, чтобы выглядеть как Момон, и был в своей обычной военной форме.

— О, Всевышний, мой создатель владыка Аинз…

— Не нужно приветствовать меня. Садись.

— Есть!

Щелкнув каблуками, он промаршировал.

Он двигался чёткими и отточенными движениями, словно солдат, но Айнз находил такое поведение совершенно излишним. Самым лучшим словом, описывающим происходящее, было бы "переигрывание".

Актёр Пандоры, приблизившись, сел рядом с Айнзом.

"Обычно ведь садятся напротив друг друга?"

Вокруг каждого должно сохраняться личное пространство, но Айнзу оставалось лишь беспомощно наблюдать, как Актёр Пандоры безжалостным блицкригом нарушает его.

"…Ну, я думаю, все в порядке. И всё-таки он очень близко…"

Аинз внимательно осмотрел усевшегося Актер Пандоры. Он больше не испытывал того шока, который впервые пережил в Сокровищнице. Возможно, прошедшее временя и несколько встреч с ним для отдания распоряжений притупили производимое впечатление.

— Не будет ли мне дозволено поинтере…

— Нет, всё в порядке, не беспокойся. Ладно, мне нужно кое-что спросить. Во-первых, я хочу узнать как дела у Момона. Я знаю, что ты докладываешь Альбедо….. ну, появились ли какие нибудь проблемы?

— Насколько я в силах судить, ничего необы…

— Вот как. Хорошо. Что ж, я хочу узнать у тебя, как у Актера Пандоры — есть ли какие-нибудь проблемы?

Настроение в помещении переменилось.

— По правде говоря, владыка Аинз!

Аинз откинулся так, как будто на него давило огромное чувство присутствия Актера Пандоры.

— Я, я очень сильно страдал!

"Это ещё кто здесь страдает?!"

Однако, Актер Пандоры продолжал говорить, на оставляя Айнзу шанса вставить возражение.

— Всё это время, мне не представилось ни шанса осязать мощь магических предметов. Я не мог подержать различные магические предметы, созданные Высшими Существами. Сортировка кристаллов данных тоже застопорилась. Пожалуйста, владыка Аинз, во что бы то ни стало! Умоляю вас, дозвольте мне побыть с ними хоть немного!

— ….Я, разве таким я тебя создал?

— В том не может быть и крупицы сомнения! Именно вы одарили меня огнём этой страсти, Момонга-сама!

— …Ахххххх.

Айнз отчаянно пытался вспомнить, каким же он создал Актёра Пандоры. Вроде бы он и правда прописал ему предысторию, согласно которой тот обожает иметь дело с магическими предметами и всякое такое. Изначально он поступил так затем, чтобы Актёр смотрелся естественно, одиноко обитая в Сокровищнице — само собой, работа в окружении любимых вещей это предел мечтаний любого. Так что, видимо, источник проблем и правда в сделанных Айнзом настройках. Однако, похоже, простая привязанность к магическим предметам переросла в фетиш.

— Разве я не позволил тебе ежедневно посещать Назарик?

Половина нежити Назарика была создана Аинзом, другая половина Актером Пандоры. Но, разумеется, нежить созданная Актёром в какой-то степени слабее той, которую создал сам Аинз. Но она была на приемлемом уровне и для этой цели на пятом этаже было достаточно трупов.

На самом деле их было так много, что даже вдвоём они не могли использовать их все.

— Однако, я не получал разрешения вернуться в Сокровищницу!

Что же он чувствует, раз это заставило его опустить свой спектакль?

— Я понял. Тогда я сообщу Шалти, чтобы она дала тебе кольцо. Кроме того, я разрешаю тебе работать с вооружением и экипировкой моих товарищей. Не повреди её.

— Так точн —

— Прекрати. Разговаривай нормально. Разве я не говорил это тебе раньше, Актер Пандоры?

— Да!

— Отношения между нами, это отношения созданного и создателя. Дело в том, что я очень доволен тем, как ты упорно трудишься, чтобы показать мне, каким ты был создан. Но иногда, я задаюсь вопросом — не должен ли сын стараться превзойти отца?

— Оххххх. владыка Аинз. Я и думать не смел, что вы относитесь ко мне как к своему сыну!

— Да, да. Ты, э, мой сын, или что-то в этом роде. Так что, э, как бы это сказать, видимо, в этом всё и дело. С этих пор, не нужно при мне говорить по-немецки, салютовать и вести себя наигранно. Я сотворил тебя, и хотел бы видеть те качества, что не были вложены мной, как знак твоего взросления.

Аинз обернулся на звук всхлипывания и увидел Пятую, промокающую уголки глаз платком.

Что?

Не слишком ли она расчувствовалась?

Пока Айнз пребывал в замешательстве, Актёр Пандоры поклонился.

— Я понял — Отец!

— …Ох.

— Я обязательно оправдаю ваши надежды, Отец!

Все не так. Он принял это слишком просто. Это невозможно, но головная боль донимала Аинза.

— Актёр Пандоры. Ты никому не должен рассказывать о том, что здесь произошло. Ты понял? Если остальные узнают, что я выделяю тебя, то могут возникнуть трения. А ещё — нет, именно из-за этого я намерен относиться к тебе строже чем к остальным. Если мне придётся выбирать, кому помочь — тебе или кому-то из Стражей — то я брошу именно тебя.

— Ну конечно же! Прошу вас, жертвуйте мной как считаете нужным!

Глядя, как Актёр Падоры выпячивает грудь, Айнз ощутил укол вины.

— Я сожалею. И… Пятая, не говори никому о том, что произошло здесь.

Аинз кивнул в ответ на подтверждающий поклон Пятой.

— Ладно, мне нужно продолжить дела.

— О, кстати об этом, не могли бы вы подождать немного? Поскольку мы редко встречаемся, у меня есть вопрос к вам, Отец. Могу я узнать, как вы собираетесь править этим Колдовским Королевством?

— Что?

— У многих людей имеются сомнения насчёт пути, который вы избрали для этой страны, Отец. Например, если вы намерены проводить политику экспансии, они боятся, что будут отправлены на поле боя, и так далее.

Аинз застыл на месте.

Что он должен делать, как Аинз Оул Гоун?

Начнем с того, что Аинз был обычным человеком, но он поставил перед собой практически недостижимую цель, завоевание мира. Аинз перестал думать об этом. Он чувствовал, что лучше бы передать это дело кому-нибудь поумнее, таким как Альбедо или Демиург.

Тем не менее, вопрос, о том как он будет управлять страной, был вопросом, от которого он не может уклониться.

— Чт… Что-то не так, Отец?

— …Я хотел бы дать тебе знать, но я все еще обрисовываю это в голове. Мне нужно обсудить эти вопросы с другими Стражами Назарика, затем я сообщу тебе.

— Да!

Аинз молча поднялся.

— На этом всё, Актер Пандоры.

Выслушав слова прощания Актёра Пандоры Аинз покинул комнату.

Прежде чем выйти наружу, он послал [Сообщение] Шалти, передавая ей просьбу Актера Пандоры. Потому что если он отложит это на потом, то может и забыть.

Подойдя к выходу, Айнз обогнал Пятую и открыл дверь сам.

Затем он посмотрел на небо.

Ни облачка, чистая голубизна докуда хватает взгляда.

— Я полечу. — коротко сказал Аинз. Хотя за его спиной началась паника, Аинз решил не обращать на это внимания.

Аинз воспарил в небо, с помощью заклинания [Полёт], а затем приземлился на крышу гостевого дома.

Поскольку Э-Рентал был окружен тремя рядами стен, то половину поля зрения они закрывали собою.

— Отсюда не видно, хм? Похоже придется немного прогуляться.

Ему лучше думается, прогуливаясь по улицам. Находясь здесь, он не в состоянии думать.

Именно в этот момент кинжалопауки взобрались по стене и предстали перед Аинзом.

— Владык Аинз, пожалуйста подождите! Уходить в одиночку слишком опасно!

Он не стал отшучиваться от слов кинжалопауков.

Стоять посреди широкой открытой площади, которую хорошо видно со всех сторон, это всё равно что просить, чтобы тебя подстрелили.

— Это правда. Я был бы хорошей мишенью, если бы моим противником был Пэроронтино.

Лучник Пэроронтино — который был лучше всех в гильдии Аинз Оул Гоун специализирован в дальнем бою — вероятно, мог бы очень сильно навредить Аинзу. Он вполне мог атаковать даже с дистанции свыше двух километров. Его любимая тактика, спрятаться и атаковать противника снайперскими выстрелами — хотя он и стреляет из лука. Тем не менее, даже если его противником был бы Пероронтино, Аинз не позволил бы забавляться с собой и так уж просто убить.

Аинз не сомневался, что в силах воспользоваться различными способами защиты, бегства или контратаки. Он, обладающий огромным опытом сражений против других игроков, совсем не беспомощен. Однако он должен опасаться методов атаки этого мира, кинжалопауки правы.

Аинз не может пока умереть. По крайней мере пока не проведёт эксперимент с воскрешением игроков, он должен предполагать, что жизнь у него только одна и приготовить для себя живой щит.

Самым лучшим и безопасным кандидатом на эту роль является Альбедо, чьи защитные навыки являются лучшими среди всех стражей. Однако придётся назначить кого-нибудь, чтобы защитить и её, так что потребуется крупное развертывание сил. Но единственное, ради чего он пошёл бы на такое, это попытка выманить врагов, спровоцировать их на атаку.

Если это так, то лучшим вариантом станут одноразовые и высокоуровневые подчиненные, но…

"У меня нет монстров высокого уровня. Даже если я захочу призвать наёмников, много денег ушло на призыв подчиненных для Альбедо, и я не могу позволить себе по первому капризу призывать монстров"

Он решил показать всем свою щедрость и сейчас слегка сожалел об этом. Оставалось лишь утешать себя тем, что он должен поддерживать имидж босса.

"Так, стоп, нужно рассуждать логически, шаг за шагом."

Аинз стал обдумывать различные варианты.

Монстры наемники. На них нет денег, это отпадает.

Навык [Нежить Лейтенант]. Он требует XP, поэтому отпадает.

Призвать существо посохом Айнз Оал Гоун. Ему придётся носить с собой Реликвию Гильдии. Отпадает.

Навык, [Поднятие Нежити]. Максимальный уровень создаваемых им существ — 70, таким он не доверяет даже охрану Стражей.

"Нет, тут у меня найдётся козырь"

Он может провести тёмный ритуал, усилив свой навык поднятия нежити.

Айнз способен создавать высокоуровневую нежить четыре раза в день. Однако возможно, сократив количество применений навыка до двух раз, поднимать нежить, уровень которой близок к 90.

Айнз почесал подбородок, размышляя, какую нежить создать. Нежить класса Вор, Вечную Смерть, или ориентированную на разведку, Око…

Да, конечно, Вечная Смерть — замечательная и полезная нежить, но у неё есть пассивный навык, [Аура Смерти и Разложения], и этот навык всегда активирован. Этот мощный навык объединяет в себе эффекты аналогичных навыков Айнза — [Аура Отчаяния V (мгновенная смерть)] и [Аура Отчаяния I (страх)], и может убивать врагов на месте или же ослаблять их. В частности, ослабление параметров не является атакой на разум, а значит, действует даже на тех, кто обладает иммунитетом к таким атакам. Защититься от этой ауры очень непросто.

Так что в ситуации, когда этот навык может воздействовать на дружественных существ, всё вокруг очень быстро погрузится в боль и страдания. Разумеется, Айнз может просто приказать не использовать этот навык, но всё же приводить в город подобную нежить — это совершенное безумие.

Он перебрал в уме ещё нескольких жутких монстров, но отверг каждого.

"…Как бы это сказать… Они все очень полезны, но выглядят уродливо"

Ни одно из этих существ не подходит на роль стража, приличествующего королю, желающему пройтись по улицам.

Ломая голову над проблемой, Айнз заметил внизу Пятую, отчаянно пытающуюся взобраться по стене.

Он незамедлительно спрыгнул вниз, применив в падении [Полёт] чтобы замедлить спуск, и ловко приземлился.

Пятая — покрасневшая и цепляющаяся за оконную раму — торопливо заняла своё место за спиной Айнза.

— Пятая.

— Да!

— Далее я пройдусь по городу.

— Поняла. Я немедленно подготовлю карету!

— Нет, не нужно. Я намерен осмотреть город. Я правлю этими улицами, поэтому планирую передвигаться пешим шагом.

— Э-э?! Но вы же запачкаете ваши драгоценые ноги! Пожалуйста, прикажите нам вычистить улицы! И мы должны приготовить вам свиту!

Лишь некоторые дороги в Э-Рантале были вымощены камнем, остальные же после дождя превратились в заполненые грязью колеи.

— Не стоит. Ранее, я уже жил в этом городе.

Впрочем, сняв комнату в гостинице, он тогда сразу же вернулся в Назарик, создавать нежить.

— Кроме того, я намерен создать себе спутников магией призыва, так что вызывать кого-то из Назарика незачем.

— …Как пожелает Высшее Существо.

"И всё же, вопрос кого призвать остаётся открытым. Если я призову демонов или нежить, это может вызвать недобрые слухи и пересуды. Так что нужно призвать каких-нибудь приятных глазу существ, чтобы поднять мнение обо мне. Что же выбрать…"

Размышляя таким образом, Айнз наконец нашёл ответ.

— Я призову ангелов. Идём.

— Да.

Хотя Айнз и обладает предельно отрицательной кармой, но призвать ангелов — существ положительной кармы — он может без проблем. Существовали классы, неспособные призывать существ, чья карма слишком сильно отличается от кармы призывателя, но Айнз к ним не принадлежит.

Зато монстры, призванные представителями тех классов, становятся тем сильнее, чем ближе их карма к карме призывателя.

В ИГГДРАСИЛе любой недостаток идёт бок о бок с равнозначным преимуществом.

Айнз направился во двор.

Как и ожидалось от этого места, используемого для содержания и выгула лошадей, тренировки гончих и других подобных нужд, внутренний двор представлял из себя широкое пространство подстриженной травы.

— Итак, приступим. Это займёт некоторое время, так что пока поговори со мной.

— К-кто, я?

— Разумеется. Иными словам, я хочу знать все о 9-ом этаже гробницы Назарика — Точно. Расскажи мне о своей работе. Есть что-нибудь насчет комнат, в которых вы убираете?

Не дожидаясь ответа Пятой, Айнз, сменив несколько предметов своей экипировки, приступил к активации заклятья.

Это было сверхуровневое заклинание [Пантеон], похожее на заклинание десятого уровня [Небесное Воинство] и сверхуровневое заклинание [Нибелунг I], и диаметрально противоположное сверхуровневому заклинанию [Пандемониум].

Ожидая, пока заклинание произведёт свой эффект, Айнз слушал рассказ Пятой. Если бы возникла необходимость действовать быстро, он мог бы ускорить процесс, применив покупной премет, но сейчас это было бы бессмысленным расточительством.

"Беседовать с горничными не так уж плохо" — подумал Айнз.

Кроме того, он впервые услышал, что горничным запрещено входить в комнату Альбедо.

— Понятно. Это была интересная беседа. Мне только сейчас пришло это в голову, вернись в мою комнату и принеси Нюрунюру-куна. Без него будет проблематично.

— Поняла!

Оставшийся во дворе Айнз проводил взглядом помчавшуюся прочь горничную, её униформа развевалась на бегу.

Ожидая, он вспомнил слова Пятой.

Судя по всему, Альбедо сказала горничным, что намерена использовать уборку в качестве тренировки перед будущим замужеством, так что будет прибираться в своей комнате сама и не желает, чтобы кто-либо входил.

Айнз беспокойно вздохнул.

— Альбедо, не то чтобы я не понимал твои чувства, но ты же постоянно очень занята, так что уборку лучше бы оставить горничным. В целом я тебе не ровня, но в каком-то смысле всё же умею править получше тебя.

Вскоре Пятая вернулась, тяжело дыша и протягивая Нюрунюру-куна. Аинз улыбнулся, довольный своими командными навыками.

— Спасибо.

Коротко поблагодарив Пятую, Аинз взял жуко-губы. И приложил их к своему костлявому горлу.

— О, э-э, кхм.

По какой-то причине голос Аинза изменился. Конечно, это была особая способность этого существа, но как оно работает он не понимал. Аинз мог только применять его.

Аинз отодвинул свои сомнения в сторону и активировал сверхуровневую магию. Вокруг него появились столпы света, из которых вышли шесть ангелов.

Эти ангелы обладали головами львов и четырьмя крыльями — одна пара крыльев распахнута, другая сложена вдоль тела. Каждый из них носил сияющие доспехи, щит с изображениями глаз в одной руке и огненное копье в другой.

Эти ангелы были приблизительно восьмидесятого уровня, Херувимы Хранители Врат.

Айнз слабо разбирался в мифологии, и не знал, почему эти ангелы зовутся хранителями врат, но их сила как игровых монстров была ему известна.

Херувимы Хранители Врат были довольно неплохими танками, а их способности в обнаружении делали их также хорошими караульными.

— Защищайте меня. Не убивайте моих врагов, лишь обезвреживайте, причиняя как можно меньше ущерба, насколько это возможно.

— Повинуемся, о призыватель.

Этот приказ был отдан не из-за сострадания. Хотя Аинз не колебался, убивая врагов, он должен был учитывать возможность чьих-нибудь интриг. Кроме того, нужно позволить именно Момону заниматься казнями, потому он и дал инструкции брать противников живыми.

— Итак, идём.

Как только ангелы приняли защитное построение вокруг Айнза, он зашагал вперёд.

Заклинание призыва, в том числе и сверхуровневая магия, развеется через некоторое время. А значит, нельзя тратить время попусту.

— Ангелы, Пятая пойдёт с нами. Защищайте её, как защищали бы меня.

— Повинуемся, о призыватель.

— В-владыка Айнз, но ведь такая как я не идёт ни в какое сравнение с вами, Высшим Существом!

— …Пятая. Может ты и горничная, но всё же ты творение одного из моих друзей. Поэтому ты очень ценна для меня. Хорошо это запомни и не заставляй меня повторять. Потом пойдешь и передашь мои слова остальным горничным.

— Спасибо, спасибо вам большое!

Разумеется, кинжалопаукам он ничего подобного не говорил, так как те были призваны за счет золота ИГГДРАСИЛЯ. Аинз ощутил бы определенную жалость, если ими пришлось бы пожертвовать, но ничего сверх этого.

— Идёмте.

В сопровождении шести ангелов, Пятой и нескольких кинжалопауков — остальные остались как часовые — Аинз направился к воротам.

Там маячил силуэт Повелителя Могил, который командовал более чем двумя десятками Рыцарей Смерти.

Он был одет в некогда великолепную, а сейчас висящую лохмотьями фиолетовую мантию, и носил необычайно ярко сияющую корону. Это была нежить Назарика 70-го уровня.

Этот командир может своими навыками усиливать любого Рыцаря Смерти, которого контролирует, но сейчас его навык бесполезен, так как подчиненные ему Рыцари Смерти находятся под контролем Аинза. Тем не менее, Аинз назначил его на этот пост, зная о его выдающихся командирских качествах.

— Я выйду пройтись, сообщишь об этом Альбедо.

Пройдя мимо кланяющегося Поветеля могил, Айнз вышел в город.

У него не было чёткой цели.

Он хотел не столько пройтись, сколько найти ответ на вопрос Актёра Пандоры. Но если его будут беспокоить со всех сторон, он ни за что не сможет поразмыслить как следует.

Аинз зашагал вдоль улицы, обдумывая, какое будущее должно ждать Колдовское Королевство Аинз Оул Гоуна под его руководством.

Айнз в сопровождении свиты шагал по главной улице.

Никто не рискнул бы сказать, что на улицах кипит жизнь. Разница между нынешним положением дел и воспоминаниями Айнза о том, как он шагал по этой же самой улице в образе Момона, была очевидна. Выражения лиц прохожих были мрачны, и они, казалось, старались шагать быстрее.

Рыцари Смерти, напротив, вышагивали по улицам гордо. Они, вероятно, несли патрульную службу вместо обычной городской стражи. Аинз дал им лишь простые приказы: арестовывать любого, совершающего насилие, и защищать любого, просящего о помощи.

Аинз направил свой пристальный взгляд к городской стене.

Часть массово создаваемых Рыцарей Смерти была назначена на стены. Другие наблюдали за городскими воротами или патрулировали. Однако самый причудливый способ их использования заключался в том, что их послали основовать деревни с жителями районов трущоб.

В трущобах, как правило, оседали вторые или третьи сыновья крестьян из окрестных деревень, те, кто не наследовал семейную ферму. Они приходили в город, мечтая о лучшей жизни, но в результате могли влачить лишь жалкое существование среди осколков своих разбитых надежд. Айнз же, обещая им собственный надел земли, отправлял их работать.

Этих людей посылали заново заселить деревни, разрушенные в результате действий Слэйновской Теократии. Поселения вымерли из-за внешнего нападения, так что нужно лишь разобрать завалы, найти новых жителей, и деревни сами собой возродятся.

Поскольку они подверглись нападению в прошлом, Аинз разрешил Рыцарям Смерти и Пожирателям Душ идти с ними в качестве охранников, и также приказал нежити помогать крестьянам возделывать поля.

Предоставленные монстры ни особо владеют мастерством работы на полях. Однако они намного превосходят обычных людей в плане чистой физической силы. По существу они предсталяют из себя мощное сельскохозяйственным оборудование, не требующее топлива и способное функционировать круглые сутки. Они идеальны для задач освоения местности и тяжелого труда, и, несомненно, с их помощью предстоящий урожай будет обилен.

Цель Аинза состояла в том, чтобы в течении года восстановить деревни до состяния базовой самостоятельности. И чтобы уже на следующий год деревни начали собирать стабильный урожай.

Однако, всё это делалось лишь ради того, чтобы забрать урожай в качестве налога и обратить его в золото ИГГДРАСИЛя посредством Обменной Коробки. Альбедо и Демиург отнеслись к идее с восторгом, так что она, должно быть, вполне осуществима.

Айнз предоставил крестьянам нежить, чтобы избежать впустую потраченных лет на развитие дикой местности.

И в то же время, так как нежить он давал в аренду, то сможет взимать за неё дополнительную плату помимо оговорённых налогов. Необходимости в этом нет, но Айнзу пришла в голову идея, что в будущем можно будет зарабатывать, сдавая разнообразную нежить в аренду.

Основой плана было то, что многие обитатели трущоб — и их семьи — покинут город, но одно это не могло вызвать нынешнее запустение.

Вероятно, дело в Айнзе. Завидев его, пешеходы, вытаращив глаза, пускались прочь или обходили его стороной.

Он словно шёл по заброшенной пустоши.

Однако, внушать страх не так уж и плохо. Было бы хуже, если бы его презирали.

"И всё же, подумать только, мой город — такое безжизненное место…"

Его не заботит, что станет с остальным миром, если с Великой Подземной Гробницей Назарик будет всё в порядке, и НИПы будут счастливы. Однако, что подумали бы его прошлые товарищи, окажись они здесь?

Стали бы они подобны Айнзу, личность которого изменилась в соответствии с его игровым персонажем-нежитью, и превратились бы в тех монстров, которыми были в ИГГДРАСИЛе? Они тоже воспринимали бы людей как не более чем корм? Или они всё же сохранили бы свои эмоции из прошлых, человеческих жизней?

"Чем же всё-таки я хочу сделать эту страну…"

Как и сказал Актёр Пандоры, Айнзу нужно решить, какую цель избрать и как править городом.

Например, возделывать пшеницу и другие злаки, а потом превращать их в золото посредством Обменной Коробки. Полученные монеты пустить на укрепление мощи Великой Гробницы. Такая страна будет существовать лишь ради производства денег.

Или, например, разводить людей как скот, размножать и забивать их, создав страну, производящую XP, хранящиеся в Жадности и Щедрости.

Или же можно передать все производственные задачи и работу нежити, создав страну, где живым вообще не нужно работать.

Или, например —

Страна всеобщей любви, или страна вопиющей несправедливости, какой он должен сделать страну, носящую имя его гильдии?

Это решение он не может переложить на подчинённых. Это его долг, его ответственность как правителя Назарика и Колдовского Королевства Айнз Оал Гоуна.

-..Пятая, что ты думаешь об этом городе? Об этой стране?

— Мои самые глубокие извинения. Могу ли я осведомиться, как Вы хотели бы, чтобы я ответила?

Он был слишком абстрактен. Аинз решил спросить снова:

— Ты чувствуешь, что это — страна, где ты сможешь жить счастливо? Скажи мне всю правду, ничего не скрывая.

— Да. Я очень счастлива в этой стране потому, что Вы правите здесь, Владыка Аинз.

Айнз поднял взгляд к небу и вздохнул. Ну, ждать от НИПа чего-то другого не стоило.

— Вот только…

— О, в чем дело? Расскажи мне все, что у тебя на уме.

— Поняла. Почему, несмотря на ваше присутствие, владыка Айнз, никто не выходит воздать почести повелителю этой страны и восхититься вашим великим обликом? И то, как они все прячутся в зданиях и тайком следят за вами… Отвратительно!

Пятая фыркнула. Действительно, много людей следили за Аинзом и его окружением, скрываясь в магазинах вдоль дорог. На самом деле, у некоторых при виде ангелов начинали трястись колени.

— Пятая, ты думаешь, что люди — ничтожные существа?

— Да. Вы совершенно правы. Они не были созданы Высшими Существами, и поэтому они — жалкие формы жизни.

Эти взгляды разделяет больше половины обитателей Назарика. Даже горничные первого уровня не исключение.

— Пятая. Вы все, как я и говорил, очень ценны для меня.

— Спасибо вам большое!

— Однако я должен выказать некоторую меру милосердия людям, которыми управляю. В конце концов, они — подданные Короля-Заклинателя.

— Все как вы сказали.

— Тогда, почему бы не превратить это место в утопию? Замечательный, сказочный мир, столь же сладкий как впитывающийся мед. Мир, где они будут хотеть чтобы ими управляли вечно.

— Я думаю это превосходный план.

— Так как я намереваюсь завоевать мир, моими подданными будут не только люди. Все расы мира должны преклонится передо мной.

— Естественно.

Проект Утопия.

Этот план в данный момент осуществляется на Шестом Этаже Назарика, он был разработан с намерением продемонстрировать любым игрокам, с которыми пришлось бы встретиться, что Назарик — добрая гильдия, радушно принимающая представителей любых рас.

Аинз думал, что использовать это место для эксперимента походит на хорошую идею.

— Я скажу миру: лишь подданным Короля-Заклинателя гарантировано вечное процветание.

— Нет никаких сомнений, что это правда.

Если он сможет осуществить это, то, найдя своих прежних друзей — прежних согильдийцев — сможет с гордостью продемонстрировать им этот город.

Похоже, что страна, которую хочет создать Айнз — это страна, где под его владычеством будут в гармонии уживаться друг с другом представители самых разных рас.

Он возьмёт за образец гильдию Айнз Оал Гоун из Великой Подземной Гробницы Назарик, и воспроизведёт этот образ по всему миру.

Пока его друзья, возможно, скрываются где-то в дальних закоулках этого мира, он преобразит его так, что представители любых гетероморфных рас смогут жить в нём спокойно и счастливо.

Свет в глазах Аинза разгорелся ярче.

Колдовское Королевство Айнз Оал Гоуна должно стать страной, где мирно сосуществуют все расы мира. Никакое другое государство не сможет осуществить эту мечту.

Даже если основатель страны — гений, нет никакой гарантии, что его дети вырастут столь же одаренными. И поколение после этого, его внуки и его правнуки после них — нет никакой гарантии, что и они будут талантливы. Если второе поколение властителей окажется некомпетентно, то третье поколение будет свергнуто. Аинз слышал эту историю довольно часто.

Однако если у власти окажется нестареющий, неумирающий гений, то такого не произойдёт. Диктатура группы бессмертных гениев — это, должно быть, идеальная форма правления.

С такими подданными, как Демиург и Альбедо — нет, именно благодаря им — Колдовское Королевство сможет стать вечным раем. Нечто похожее однажды сказал Ульберт — величайшая форма власти это диктатура, правящая железной рукой.

Айнз продолжал размышлять.

Стражи под предводительством Демиурга и Альбедо продвигают свою цель — захват мира. Айнз не мог запретить им это. В конце концов, таким образом он сможет распространить имя своей гильдии, так, что оно достигнет ушей его прежних товарищей.

Однако, не лучше ли достичь цели иным путём, нежели захвата силой? Обеспечить Колдовскому Королевству славу сладкой утопии, и большинство добровольно склонит колени и примет его власть.

Кнут и пряник.

Там, где Демиург с Альбедо будут кнутами, Айнз станет пряником.

"Какая хорошая идея…"

Аинз решил.

Владыка Айнз не такой, как остальные НИПы Назарика, способные внушать жителям внешнего мира лишь отвращение. Лишь он, с его остатками человечности, способен осуществить это мирное завоевание. Он покорит всех своим ошеломляющим очарованием.

Тогда, что он должен предпринять, чтобы исполнить этот план?

Айнз зашагал вновь, отчаянно размышляя над этой темой.

Ему понадобятся методы, отличающиеся от образа действий Демиурга и Альбедо — методы, не полагающиеся на применение силы.

Он не может вообразить себя правящим страной. Так что Айнз вообразит себя служащим небольшой компании.

Очень маленькой компании, занимающей всего один этаж здания, и единственным сотрудником этой компании будет сам Айнз.

А продуктом, производимым этой компанией, будет "Выдающимся Образом Управляемое Колдовское Королевство". Затем он займётся рекламой этого продукта.

Для начала, рассмотреть потенциальный рынок. Только посредством рынка можно доставить продукт тем, кто в нём нуждается. Однако, потенциальным потребителям он почти неизвестен. Почему же? Ответ прост — ему недостаёт популярности.

Но эту проблему не решить, перемещаясь от города к городу и выкрикивая рекламные слоганы у ворот. Это будет пустой тратой времени. Айнз — единственный сотрудник, так что нужно придумать другой способ.

В этом мире нет ничего вроде средств массовой информации. Торговцы и представители других профессий, конечно, обладают собственными разведывательными сетями, но вряд ли можно считать надёжной полученную таким образом популярность.

Тем временем, сам того не заметив, Айнз подошёл ко входу в Гильдию Искателей Приключений.

Он очень часто бывал здесь в образе Момона, и, вероятно, это вошло в привычку. Не симптом ли это одержимости своей работой?

Аинз горько улыбнулся и открыл дверь.

В поле его зрения попала стойка. За ней сидела администратор гильдии. По левую руку от неё находились большие двустворчатые двери, а справа стояла доска объявлений, на которой были размещены написанные на пергаменте запросы. При этом приключенцы, которым полагалось бы толпиться перед ней — отсутствовали.

Гильдия была пуста. Это не шло ни в какое сравнение с теми временами, когда Айнз бывал здесь в облике Момона.

Аинз проигнорировал администратора, смотрящую на него выпученными глазами, и подошел к доске объявлений.

Он до сих пор не выучил языка, но запомнил несколько простых фраз, и в том числе мог прочесть год и месяц.

На первый взгдял там были только старые запросы месячной давности. Другими словами, они были не так и важны.

— … Администратор. Сейчас, похоже, стало гораздо меньше заданий. Никто не подавал новых запросов?

— Хиии … да, да, так и есть. Это — все, что мы имеем, Ваше Величество.

То есть, запросов стало меньше, и вследствии того стало меньше приключенцев.

Причиной этого был сам Аинз использовал свои собственные вооруженные силы — Рыцарей Смерти — для патрулирования улиц и поддержания правопорядка в Колдовском Королевстве. В конце концов это заставило людей бежать от страха перед этими монстрами.

Видимо, если нежить и дальше будет патрулировать окрестности, приключенцев и вовсе не останется.

Чтобы профессия приключенца не отмерла окончательно, понадобится подготовить для них новые задания — но в этом нет никакой нужды.

Везде, где могут понадобиться приключенцы, Рыцари Смерти справятся гораздо лучше — хотя у них, может, и возникнут трудности с некоторыми задачами, такими, например, как сбор трав. Но в этом случае, нужно лишь сдать Рыцарей Смерти в аренду травникам в качестве телохранителей

Аинз все еще не мог придумать, как использовать приключенцев. Э-Рантэл, c его упавшими доходами, не может позволить себе их услуги.

Кроме того, их вряд ли можно назвать незаменимыми.

С такими мыслями, Аинз повернулся к выходу.

Что за банальная работа…

Он вспомнил, как вместе с Нарберал впервые посетил эту Гильдию.

Он думал, что авантюристы буду похожи на то, что он видел в ИГГРАСИЛе, — отважные люди, кочующие по всему миру и исследующие неизведанное.

Если они просто наемники, охотящихся на монстров, то, как только потребность в них иссякнет, они лишатся работы. То же и во всем мире. Подумать только, образ авантюристов ИГГРАСИЛя в конечном счете оказался не более чем мечтой… мечтой? Исследовать неизвестное и путешествовать по миру? Может быть…

Айнза озарило вдохновение.

Если он превратит искателей приключений из охотников на монстров в исследователей неизведанного как в ИГГДРАСИЛе, это значит, что они понесут имя Колдовского Королевства за собой в новые земли.

Аинз хочет прославиться не только среди людей, но и других рас. Средь людей он может легко обрести известность посредством своих торговых связей. Однако этого недостаточно, а значит, приключенцы — идеальный выбор.

— Хмм… — Аинз кивнул.

Администратор посмотрела на него озадаченным взглядом, но он не обратил на неё никакого внимания. Или скорее, отвлёкшись на неё, он рисковал упустить эту редкую вспышку вдохновения.

Айнз решил обдумать пришедший ему в голову план, рассуждая с точки зрения управляющего небольшой компанией.

Однако, число авантюристов в Колдовском Королевстве постепенно уменьшается. Если так будет продолжаться, ситуация ухудшится. Скоро их вовсе не останется. Что же я могу сделать, что бы исправить ситуацию?

Достаточно просто увеличить их число. Все, что он для этого должен сделать, это просто изменить текущие положение дел — другими словами, Колдовское Королевство должно платить за устранение монстров. Однако это шло вразрез с целью Айнза, то есть использовать приключенцев для исследования неизвестного. Конечно же, он мог просто разместить запрос на работу по разнесению положительных слухов о себе, но у Аинза не было денег на это.

Сокровищница Великой Подземной Гробницы Назарик буквально ломится от золота, но эти деньги не принадлежат лично Айнзу. Остальные НИПы наверняка единодушно согласятся, что все богатства Назарика принадлежат ему, но сам Айнз не желал тратить эти средства на собственные нужды.

Пока Аинз пребывал в глубоких размышлениях, от входа донёсся звук открывшихся дверей.

Обернувшись, он увидел авантюристов… с которыми, казалось, уже некогда встречался… те застыли в дверях, наблюдая за ним.

Хм? Имя того парня…. посмотрим…. Йокмок? Нет, не то, но близко.

Казалось, воспоминание плавает где-то на поверхности, но ухватить его никак не удавалось. Айнз принялся изо всех сил ворошить память.

— Мокнак…?!

Едва нашарив ответ, он, не задумываясь, выпалил его. Услышав своё имя, авантюрист застыл.

Черт!

Айнз слишком поздно понял, что натворил. Он почувствовал на себе взгляд администратора гильдии.

Новый правитель Э-Рантела, Король-Заклинатель Аинз Оул Гоун, никак не может знать о простом авантюристе мифрилового ранга. А если он знает этого человека, то что же это может означать? — в голове Аинза закружились вопросы, но прежде чем он нашёл ответ, Мокнак заговорил:

— Скорее всего, вы слышали его от Момона-доно? Моё имя…

— Хм, да. Так и есть.

Аинз решил поймать этот пас. На лице мужчины отразилась пара резко противоположных эмоций, надежды и страха.

Оправившись от предыдущего смятения, Аинз начал более глубокий анализ ситуации.

Он помнил, что этот человек — предводитель команды приключенцев мифрилового ранга, "Радуги". Впервые они встречались во время инцидента с вампиром. Впоследствии они несколько раз беседовали, но в последнее время не виделись, и Айнз совсем забыл про него.

Он, как и большинство прочих солдат и приключенцев, похоже, видит в Момоне великого героя. Интересно, что он думает по поводу того, что Момон стал подручным Короля-Заклинателя?

Почему Момон рассказал о нём Королю-Заклинателю? Его имя проскочило за досужей беседой? Или же Момон подставил его? Вероятно, в голове Мокнака сейчас бешено вьются сомнения и подозрения.

Аинз начал искать способ превратить эту оплошность в возможность.

— Когда я спросил его о здешних способных авантюристах, он рассказал мне о Мокнаке, лидере 'Радуги'.

Мокнак, изначально склонивший голову, резко поднял её.

— Это! Это правда?

— Ты сомневаешься в моих словах?

— Нет! Конечно нет…

Ведя деловые переговоры, следует для начала похвалить своего оппонента. Мало кому окажется не по душе лесть. Расположив же к себе собеседника, можно говорить и о делах. Это базовый навык и величайший секрет торговых агентов.

Сейчас, встряхнув противную сторону и полностью захватив инициативу, Айнз, не теряя времени, задал следующий вопрос.

— Ответь, почему ты в Э-Рантэле?

Раз он хочет побольше разузнать о приключенцах, то самый быстрый способ — спросить самого приключенца.

Вопрос Айнза, похоже, сбил Мокнака с толку, но вскоре тот нашёл в себе достаточно сил для ответа.

— Из-за нежити, Ваше Величество. Поблизости расположены Равнины Каз, выполнение заданий по убийству тамошних монстров позволяет получать стабильный доход.

Айнз не совсем понимал, что происходит, но казалось, что Мокнак, пусть и обильно потеющий, в то же время бунтарски улыбался, а его лицо словно говорило "Вот, я сказал ему".

Айнз планировал в ближайшем будущем присоединить Равнины Каз к своим владениям. В частности его очень интересовали слухи о призрачном корабле, летающем над равнинами.

— Вот как.

— Э?

— Хмм?

— Ээ, ну…

Что за надоедливый человек. Айнз подавил желание вздохнуть и резко спросил:

— Это всё?

— …Нет. До того, как Момон-доно явился сюда, мы были единственными авантюристами мифрилого ранга в старшем поколении, это помогало нам легче получить высокооплачиваемую работу.

Так значит, всё же из-за денег. Возможно, всё-таки лучше направить часть средств на восполнение рядов приключенцев.

— Так же, это мой родной город, я многих тут знаю. И еще, здесь много магических предметов разных сортов.

— Ого, ты сказал магические предметы?

— Да. В конце концов, магические предметы некогда спасли мне жизнь, так что я хотел бы обосноваться там, где их много.

В ИГДРАССИЛе бывали похожие случаи, когда один магический предмет предотвращал гибель целой команды. Тем не менее, на рынках Имперской Столицы Айнз видел много людей, похожих на авантюристов. Иначе говоря, если бы он смог организовать торговлю магическими предметами, затмевающую рынки Империи, то ему удалось бы перетянуть всех авантюристов себе.

Вероятно, удастся добиться отличных результатов, создавая магические предметы с помощью подходящих кристаллов данных и выставляя их на торги. Однако, это истощит ресурсы Назарика, и нет гарантии, что однажды такие предметы не послужат созданию технологий, угрожающих превосходству Колдовского Королевства.

Все же будет хорошо, если я использую их как приманку, верно? Нет, я предпочел бы не использовать ресурсы гробницы Назарика, по мере возможности. Тогда, что насчет предметов используемых магическими технологиями этого мира? Таким образом, мы могли бы передать их в другие страны, не вызывая каких-либо проблем… ах, звучит довольно трудно, я пока что оставлю это идею.

— Э-э…

Встревоженный голос Мокнака вернул Аинза из глубокого размышления.

— Ваше Величество, могу я узнать, почему вы задаете эти вопросы? Если вы позволите мне говорить откровенно…

Скрипнул зубами Мокнак и продолжил измученным голосом.

— В сравнении с нежитью, подчинённой Вашему Величеству, мы не более чем пыль. С такой мощной нежитью, защищающей территорию вокруг этого города, Колдовскому Королевству нет особой нужды в существовании авантюристов.

Что он должен сейчас сказать? Какие слова использовать, чтобы убедить их остаться в этой стране…. администратора, сотрудников Гильдии, которые собрались вокруг них и наблюдают, — как произвести на них хорошее впечатление?

Или же, он мог бы заткнуть его сказав "Нет необходимости объяснять тебе это." Возможно, так безопаснее. Но тем самым он лишь упрочит подозрения Мокнака. Должен быть лучший…

Нет, я должен верить в себя. Я — человек, который преодолел много опасностей в прошлом. Я должен быть в состоянии придумать, как миновать и эту трудность!

Айнз величественно выпрямился.

— Похоже, ты и сам всё прекрасно понимаешь. Так почему же ты до сих пор здесь, в этом городе? Потому что родился здесь? Или у тебя тут девушка?

Ответ на эти вопросы определит, в каком направлении Король-Заклинатель поведёт разговор.

— Прежде чем отвечать тебе, я желаю, чтобы сначала ты ответил на мой вопрос. Почему ты все ещё находишься в этом городе?

— Это, это потому что …

— запинаясь, ответил Мокнак. Затем, немного замявшись, продолжил:

— Это из-за Момона-доно. Момон-доно остался в этом городе, чтобы стать нашим щитом. Раз так, как могу я, уроженец этого города, совершить нечто столь позорное как побег?

В этот момент Аинз улыбнулся.

Да, конечно, изображая Момона он смог немного узнать этого человека. И всё же он не ожидал, что тот так легко откроет своё сердце.

— Вот как. Тогда, я отвечу на твой вопрос.

Аинз сделал паузу на некоторое время, а затем объявил строгим голосом:

— Это из-за Момона. Так как все вы можете однажды стать такими же как Момон, я хочу знать, чего хотят авантюристы, и что они ищут.

Глаза Мокнака расширились. Можно было услышать звуки глотков сотрудников гильдии стоящих неподалеку.

— Момон силен, но что еще более важно, у него благородный дух.

Он немного смущался, расхваливая самого себя, но ведь персонаж Момона был спланирован именно таким, так что ничего другого не оставалось

— И тогда, я увидел нечто похожее на сияние Момона среди вас, авантюристы.

Окупаются ли его актерские тренировки, подумал Aинз, произнося эти слова. Казалось что удар молнии вспыхнул позади Мокнака и остальных.

— Но, но Момон-доно — высшее существо, только избранным дано стать такими. Мы не сможем даже дотянутся до его -

— То есть ты хочешь сказать, что Момон не замечает собственного величия, верно?

— Что! Н-неужели Момон-доно сказал тоже самое?!

— Не напрямую.

Сам Айнз вовсе не находил это смешным, но постарался показать, что ему весело. Он изобразил величественную улыбку — результат многих часов тренировок — и продемонстрировал присутствующим.

— Даже если вы сами не в состоянии этого добиться, что насчет ваших детей? Ваших внуков? Ты говоришь, что никто не может достичь уровня Момона? Я бессмертное существо и правитель Колдовского Королевства. Вполне естественно, что я хочу предпринять некоторые меры, к тому, чтобы воспитать в следующем Момоне верность ко мне. Это значит, что я, как правитель, полагаю существование авантюристов в Колдовском Королевстве необходимым. Ну, у меня есть на вас и ещё один план, но я ещё не продумал его до конца, так что на данный момент ограничусь таким ответом.

Всё вокруг него застыло

Хм? Не работает? Но разве этот человек не ревностный поклонник Момона?

В тот момент, когда Аинз уже начал беспокоиться, Мокнак поклонился ему

— Ваше Величество, я благодарен за эту встречу с Вами, и за возможность узнать Ваши намерения.

Мокнак поднял лицо, на нем не было ни следа прежних неловкости, страха, и сомнений. Напротив, его лицо сияло весёлой, беззаботной улыбкой.

— … Насколько же Вы удивительны. Только подумать, Вы обладаете таким невероятным обаянием, превосходящим даже Ваше собственное великое волшебство.

— Я также рад столкнуться с такими превосходными авантюристами. Однажды, я хотел бы взять вас под своё крыло.

Лицо Мокнака расслабилось, теперь он выглядел немного счастливее.

— И все же, Ваше Величество. Гильдия Искателей Приключений не вмешивается в государственные дела. Это касается и про меня. Вы действительно сможете сделать нас своими подчинёнными?

— Разумеется. Я пришёл именно по этой причине. Конечно, это всего лишь набросок моих намерений, ещё не принявший окончательную форму… Администратор, сообщите главе гильдии, что Король-Заклинатель желает поговорить с ним.

— Д-да!

Администратор — всё это время затаив дыхание слушавшая их разговор — торопливо выбежала из зала.

— Итак, Ваше Величество, позвольте распрощаться.

Уходя, они держали себя совсем не так, как в начале. Мокнак, отдав полный уважения поклон, развернулся и вышел из здания.

Так… что делать дальше.

Основной идеей незавершённого плана Айнза было использовать приключенцев для восхваления Колдовского Королевства. Для осуществления этого плана нужно предварительно решить три главные задачи:

Первое — расширение Гильдии Искателей Приключений. Нет смысла в существовании организации из всего лишь десятка сотрудников.

Второе — их обучение. Слабые далеко не уйдут, а значит, рассказы о райской жизни в Колдовском Королевстве будут распространяться слишком медленно, и не принесут особых плодов.

Третье — сделать так, чтобы они сами, искренне желали помогать. Он, конечно, может просто задействовать влияние Момона, но если Айнзак по собственной воле захочет служить ему, то это может сильно облегчить дела в будущем.

Нужно найти решение этих трёх проблем до переговоров с Айнзаком. И всё же… как же трудно вести переговоры практически ничего не зная. А… у меня от всего этого живот болит.

Айнзу оставалось лишь молиться, что Гильдмастер отсутствует. Но, к сожалению, вернувшаяся администратор незамедлительно обратилась к нему: "Сюда, пожалуйста"

Айнз поднял глаза к потолку, и последовал за ней.

В облике Момона он много раз проходил по этому коридору, ведущему к кабинету Гильдмастера… Но сейчас его провели мимо, к соседней комнате. Она использовалась для приёма гостей.

Ему навстречу вышел крепко сложенный человек — Глава Гильдии Платон Айнзак.

Они с Момоном хорошо знакомы — Айнзак даже как-то раз водил его в заведения для взрослых. Однако в качестве Короля-Заклинателя Айнз Оал Гоуна он видит его впервые, а значит, должен быть очень осторожен в словах и поступках.

— О-о, Ваше Величество, Король Заклинатель. Ничто не может осчастливить вашего верного подданого больше, чем возможность принять Вас в моей скромной обители. Пожалуйста, проходите, хоть здесь немного не прибрано, прошу Вас, располагайтесь.

Айнз сел на предложенное Айнзаком место.

Пятая стояла позади Аинза, также его сопровождали трое ангелов. Остальные остались в коридоре, ожидая распоряжений.

— Полагаю, это я должен был нанести вам визит, и глубоко благодарен, что вы проделали такой путь, чтобы встретиться со мной.

Aйнзак преклонил колена и низко склонил голову.

Айнз горько улыбнулся, видя притворство Айнзака.

Он ведёт себя совсем на так, как во время бесед с Момоном. Его доброжелательный голос полон уважения, но это лишь маска. Аинз не мог не улыбнуться, видя такой профессионализм. Но, разумеется, его череп не способен выражать эмоции.

В комнате была ещё одна дверь, помимо той, через которую вошли Айнз со свитой. Он перевёл взгляд на неё.

Дверь вела в кабинет Главы Гильдии. Скорее всего, если бы он был сейчас Момоном, то их разговор проходил бы там. Тот факт, что Глава Гильдии принимает его здесь, заставил Айнза осознать дистанцию между ними.

— Что-то случилось, Ваше Величество?

Айнзак приподнял голову, чтобы взглянуть на Аинза, котороый как будто проигнорировал его вопрос, глядя на дверь ведущую в кабинет. Аинз не смог не усмехнуться над собственной глупостью.

Лицо Айнзака застыло. Возможно, он подумал, что смеются над ним…

Аинз устыдился собственной грубости, но Король Заклинатель не может извиняться. Вместо этого он решил продолжить беседу, в попытке замять оплошность.

И всё же, как ему вести себя с Гильдмастером?

Аинз все еще пытался определить, как должен держать себя настоящий правитель, и не обладал никакими знаниями по этому вопросу. У него было лишь смутное чувство, что "вот так будет правильно". Он решил попробовать положиться на него.

— Полагаю, вам уже об этом известно, Айнзак, но у меня есть к вам предложение.

— …Прошу прощения, ваше величество, но я не уверен, что понимаю о чем вы говорите. Не могли бы вы объяснить с начала?

По прошлым встречам с Айнзаком, Айнз знал что тот весьма способный и хитрый человек. Вероятно, Айнзак уже составил четкое представление о ситуации. Наверное, именно поэтому он так спокойно отреагировал на ангелов.

В таком случае, нет смысла ходить вокруг да около. Айнз решил сказать напрямую.

— Я намерен взять Гильдию Искателей Приключений под свое крыло.

— …Вот как. Что ж, полагаю, никто не станет возражать.

— О, а я думал что Гильдия Искателей Приключений придерживается нейтралитета. Вы действительно согласны с этим?

— Все как вы пожелаете, Ваше Величество. Это нация живет законами, которые вы установили. Если вы желаете, чтобы Гильдия Искателей Приключений подчинялась вам, никто не станет вам противиться.

Айнз снова фыркнул. Его реакция, казалось, заставила Айнзака вскинуться. По выражению глаз собседника Айнз почувствовал, что раскусил Гильдмастера.

— В самом деле, все идет так как я желаю. Но вы действительно намерены действовать по моим указаниям? Или же вы собираетесь распустить всех приключенцев, отправить их в Империю или в Королевство, и оставить мне от гильдии одно название?

Айнзак пристально посмотрел на Айнза, и после поник, словно говоря "Ну вот и всё".

— Как и следовало ожидать от Вашего Величества. Вы не только способны управлять этим городом, но и читать мои самые сокровенные желания… Скажите честно, вы прочли мои мысли с помощью магии?

— Нет, никакой магии. Просто опыт.

— То есть, вам достаточно вашего огромного жизненного опыта? Ну и ну. Вы поистине страшный повелитель. Итак, как вы теперь намерены поступить со мной?

— Никак.

— …Можно не благодарить, верно?

— Мне не нужна ваша благодарность. Намного больше я нуждаюсь в вашем мнении. Я слышал, что авантюристы существуют для того, что бы защищать народ. Следовательно, они не хотят вмешиваться в войны, и поддерживают нейтралитет в отношении всех стран, верно?

— Именно так, ваше Величество. Честно говоря, когда Ваше Величество объявил этот город своим, у нас не было никакого желания оказывать сопротивление.

— И всё же человек по имени Момон пошел против меня?

Айнзак огорчённо крякнул. Ну, нет смысла усложнять себе жизнь. Аинз продолжил говорить, кроме того, нужно подстраховать Момона.

— А, я не намерен углубляться в этот вопрос. В конце концов, мы с ним теперь в каком-то смысле сотрудничаем. Да, можно сказать, наше сотрудничество — одна из причин, по которой мне удаётся править этим городом мирно.

Казалось, Аинзак был готов возразить, но Аинз проигнорировал это и продолжил говорить.

Он подошёл к сути дела.

Он должен переманить Айнзака на свою сторону и заставить его захотеть помочь Колдовскому Королевству по доброй воле

Айнз припомнил разнообразные жалобы, полученные им в роли Момона.

— … Услышав ваши слова, у меня появился вопрос. Вы так уверено произнесли, что искатели приключений существуют, чтобы защищать народ. Вот только, кого вы подразумеваете под "народом"?

— Могу я узнать, что вы имеете ввиду?

Аинзак выглядел озадаченным.

— Другими словами, охватывает ли понятие «народ» всех гуманоидов, или же только людей? Подпадают ли под определение «народ» эльфы, полуэльфы и другие виды, живущие в гармонии с людьми?

— Да, и они, разумется, тоже.

— Раз так, я озадачен. Насколько мне известно, в Империи эльфы живут на положении рабов, не так ли? В таком случае, можно ли утверждать, что они находятся под защитой? Они же не нарушали законов Империи, верно?

Айнзак опустил голову. После чего снова взглянул Айнзу в лицо.

— …Но я руковожу лишь Гильдией Искателей Приключений Королевства, так что мне неоткуда знать, что на этот счёт думают в Имперской Гильдии.

— Что, собрались увильнуть от ответа?

Айнзак широко раскрыл глаза, в них явственно полыхнул гнев.

— Вы насмехаетесь надо мной, Ваше Величество?…

— Насмехаюсь? Разве это не правда? Спрошу ещё раз. Вы пытаетесь увильнуть от ответа, спрятавшись за расплывчатыми словами?

Aйнзак опустил глаза.

— …Все так, как вы говорите.

— Вы утверждаете, что защищаете эльфов и полуэльфов, но на самом деле ничего для них не делаете. Почему?

Айнзак попытался объясниться, отталкиваясь от позиции, что ему неясны намерения Гильдии Искателей Приключений в Империи.

— Мы, пусть и являясь Гильдией Искателей Приключений, не можем полностью избежать государственного влияния. Хоть мы и с гордостью заявляем, что стоим выше местных правил, но всё же стараемся соблюдать законы. Мы вооруженная организация. Станет опасно, если такие силы как наши, обратят оружие против народа. Я полагаю, что Глава Гильдии в Империи думает точно также.

— К этому я и веду. Раз вы обязаны соблюдать законы страны, то не должно быть никаких проблем войти в состав этой же страны. Так почему же вам это не нравится?

— И Империя и Королевство давно зарятся на нашу силу. Ведь лишь искатели приключений вроде нас могут бороться с могучими монстрами. Поэтому до сих пор никто не выдвигал нам непомерных требований. Одако в отношении Вашего Величества мы не можем быть уверены. Если мы подчинимся Вам, есть шанс, что наша сила может быть направлена против народа.

— Итак, вы сопротивляетесь полному подчинению стране, потому, что боитесь оказаться использованы против обычных людей, я прав?

— Совершенно верно, Ваше Величество. Мы не хотим подавлять бунты или участвовать в войнах. Это сделает нас соучастниками многих убийств.

Аинз не удержался от улыбки. Ведь все это он уже знал. Но, конечно, произносить это вслух не стоит.

— Присядьте. Я намерен поделится с вами своими планами на будущее.

Аинзу пришлось повторить своё приглашение, прежде чем Айнзак, наконец, подчинился из страха перед ним. Аинз начал свои объяснения.

— Я рассматриваю возможность использования искателей приключений на более значимых работах. Я хочу, чтобы искатели приключений исследовали неизвестное и весь окружающий нас мир.

Аинз чувствовал, что впервые Aинзак смотрит прямо на него.

— Например, есть участок дикой местности на юге между Теократией и Святым Королевством. Но знаете ли Вы подробные данные ландшафта и какие разновидности монстров живут там?

— Нет, потому, что там много поселений полулюдей. Гильдия Авантюристов Королевства посылала людей в тот регион, но ни один не возвратился в целости. Поэтому, мы почти ничего незнаем об этом.

— Или, например, на юго-западе находится горный хребет, служащий естественным барьером между нами и Теократией. Вы что-нибудь знаете о том районе?

— Нет, мы не имеем никакой точной информации об этом регионе

— Разве вы не стыдитесь этого невежества? Нет, возможно с точки зрения авантюриста это неизбежно. В конце концов, вы — организация, которая защищает людей, таким образом, нет никакой потребности знать о местах, которые не населяют люди. Но ведь есть шанс, что там произрастают лекарственные травы, способные спасти многие жизни.

От этой провокации губы Аинзака превратились в тонкую линию

— Приняв Гильдию Авантюриста под свою опеку, я планирую заполнить все белые пятна на карте.

— … Не будет ли лучше доверить эту задачу кому-нибудь из окружения Вашего Величества?

— Не глупите. Я слышал, что вы раньше были искателем приключений, Аинзак, так что позвольте мне спросить вас снова: Когда вы думаете о слове 'искатель приключений', взвешиваете его в уме, кажется ли вам, что эти люди существуют лишь затем, чтобы бороться с монстрами? До того, как я узнал приключенцев поближе, я верил, что это люди, познающие неизведанное.

Аинзак прикусил губу, так сильно, что казалось, вот-вот пойдет кровь.

— …Мы должны защищать людей.

— Здесь в этом нет нужды. В Колдовском королевстве я буду защищать людей как их правитель. Учитывая резкое падение числа запросов, вы должны быть в состоянии понять, что я в силах это сделать, не так ли?

Айнзак ответил утвердительно, страдальческим голосом, больше всего напоминающим стон.

— Тогда, что вы сделаете затем? Вы переедете в Королевство или Империю, чтобы защищать людей та? Это звучит так, как сделал бы наемный специалист по охоте на монстров.

Тут Аинз сделал паузу. Следующий шаг должен быть убедительным. Он должен приложить всю силу своего ума к тому, что скажет дальше.

— Ранее вы сказали, что лучше доверить это моим подчинённым. С определенной точки зрения, это хорошее решение. Действительно, мои подчиненные преуспевают в убийстве врагов. Однако, многие из них вызывают серьезные сомнения в том, что смогут построить хорошие взаимоотношения с существами, которых встретят в этом неизведанном мире. Это позор для меня. Поэтому я хочу использовать искателей приключений.

Реакция притихшего Айнзака его интересовала, но Айнз ещё не закончил.

— Ну, поскольку это очень опасная работа, то я, разумеется, окажу приключенцам полную поддержку. И для этого мне необходимо взять Гильдию Искателей Приключений под своё начало, разве нет?

— …Вам достаточно просто нанять нас.

— Понятно. Значит, вы уверены в своих силах. Что ж, мне по душе ваша храбрость.

— О ч-чём вы, Ваше Величество?

— Открывать новые земли — значит подвергаться постоянному риску недружественных контактов с иными народами. Вы не думаете, что в таком случае Колдовское Королевство просто отречётся от вас? Кроме того, в случае возникновения подобных проблем Гильдии Искателей Приключений придётся разрешать их в одиночку, не так ли? Раз вы настаиваете на своей независимости, то этого и следует ожидать, верно? В таком случае, наш с вами контракт ни к чему не обяжет Колдовское Королевство.

Айнзак хранил молчание.

— Вот что значит действовать независимо, не подчиняясь государственной власти, не так ли? И если проблема вырастет до международного уровня, вам придётся иметь с ней дело в одиночку… я неправ?

— Конечно же вы правы, Ваше Величество, — Айнзак глубоко кивнул, показывая, что понял, — Каждое ваше слово истинно.

— Именно. Но в таком случае, ценные приключенцы, — профессионалы, обладающие особыми навыками, — быстро иссякнут. Людям нужно долгое время, чтобы вырасти и обучиться, так что гибель талантливой личности — огромная потеря. Именно поэтому я желаю получить в свое распоряжение контингент приключенцев. Они получат мою полную поддержку, а в обмен на это займутся выполнением моих приказов.

— Это поистине привлекательное предложение… Однако, есть один момент, который я хотел бы прояснить. После того, как мы откроем новые земли, значит ли это, что мы станем войском вторжения Колдовского Королевства?

— Это непростой вопрос. Я не могу полностью исключить такую возможность. В конце концов, если нам откроется, что в новых землях живут враги, планирующие вторжение, то весьма разумным будет использовать эту информацию, захватить инициативу и нанести упреждающий удар. Подобными врагами могут оказаться, например, огры или орки, обитающие в диких пустошах. Или, например, может потребоваться начать вторжение, чтобы продемонстрировать им разницу между их силой и нашей. Если вы обнаружите по соседству с собой злобного монстра, точащего когти, не захотите ли вы нанести удар первым?

— Я понимаю, всё именно так, как вы говорите. Но…

— …Хм.

— Что-то не так, Ваше Величество?

— Ничего, простите, что перебил вас. Что вы хотели сказать?

— …Я понял. Однако, меня беспокоит вопрос, правомерно ли применять силу к мирным расам.

— Какие именно расы вы имеете в виду? Эльфов?

— Ну, например.

— …Детали относительно этого вопроса относятся к государственной политике, а значит, секретны. Я не могу обсуждать их открыто. Если вторжение и покорение окажется выгодно Колдовскому Королевству, то мы, возможно, пойдём на это. Если невыгодно — нет. Это довольно обычное дело для остальных стран, разве нет? Однако, если говорить о таком простом деле как вторжение, я могу открыто заявить, что имею в своём распоряжении достаточную военную мощь. Я не ожидаю, что приключенцы будут собирать сведения о других странах или разведывать путь для моих армий. Как я и сказал, я хочу лишь, чтобы вы исследовали неизвестное. Даю вам слово.

Однако, Айнз тут же спросил Айнзака:

— Тем не менее, похоже, вы по-разному относитесь к расам, в зависимости от того, насколько те привлекательны. Почему вы не сказали ничего насчёт "правомерно ли применять силу к мирным расам" в отношении орков или огров?

— Но, но ведь это полулюди!..

— Ха-ха-ха-ха. Ясно, ясно. Вот, значит, как вы думаете. Я понял, понял. Ну, так каков ваш ответ?

Айнзак, похоже, собрался что-то сказать, но тут же потряс головой. Вероятно, он передумал.

— Должен ли я ответить немедленно, Ваше Величество?

— Разумеется, я предпочёл бы получить ответ сейчас. Однако, это весьма немаловажный вопрос, и вам стоит подготовиться и обсудить его с другими. Само собой, вам понадобится время. И всё же, Айнзак, я хотел бы знать что думаете лично вы.

Айнз наклонился вперёд, глядя Айнзаку прямо в глаза.

— Я очень зол. Но ещё более я опечален тем, что вы — всего лишь истребители монстров. Как смеют люди вроде вас звать себя приключенцами? Что вы думаете, Айнзак? Согласны ли вы пойти на настоящие приключения под моим владычеством? Я надеюсь, что каждый из вас…

Айнз на мгновение замолк. И продолжил, вложив силу в голос и взгляд.

— … Что каждый из вас сможет стать "Искателем Приключений".

Напряженность заполнила комнату. Как будто наблюдая за противником, сражённым последним, убийственным ударом, Аинз задержал дыхание — хотя он не мог дышать — и ждал ответа Аинзака.

— Я считаю, что это очень привлекательное предложение.

Огни в пустых глазницах Аинза потускнели. Похоже, Айнзак нашёл некую причину отказаться.

— Поэтому, я намерен спросить остальных, согласны ли они принять ваше предложение. Действительно, если вы намерены использовать искателей приключений таким образом, то это словно наша воплощённая мечта. Мы, полагаю, могли бы смириться с тем, что для этого нужно подчиниться Колдовскому Королевству. Если вы позволите мне высказаться не как Гильдмастеру, а как бывшему искателю приключений… я буду рад помочь.

"Э-э, то есть, сработало?"

— Вот как…

Айнз откинулся на спинку дивана

Радость из-за успеха речи переполняла его. Похожие чувства он испытывал, когда едва заключив сделку и распрощавшись с клиентом, торопился в ближайшее кафе, чтобы позвонить в свою фирму, и радостно выкрикнуть в трубку "Я сделал это!".

Он не ожидал, что опыт приключенца пригодится и тут. Но нет, именно благодаря этому опыту Аинз смог придумать такое предложение.

И лишь теперь Айнз подумал о ещё одной важной вещи, которую нужно прояснить прямо сейчас. Это касается будущего того Колдовского Королевства, какое он себе представляет.

— Ах, да. Ещё одно.

Аинз поднял костлявый палец.

— Говоря, что ваш долг — защищать народ, вы определили его как все человекоподобные расы. А значит, цель приключенцев — защищать всех, кто подпадает под это определение.

— Да. Вы правы, Ваше Величество.

— И после этого, когда зашёл разговор о вторжении, вы указали, что все будет в порядке, если враги — полулюди. Всё верно?

Айнзак кивнул, его выражение говорило, "и что?".

— Колдовское Королевство будет принимать все расы как своих подданных. То есть не только человекоподобных, но и полулюдей и гетероморфов. Поэтому, если философия авантюристов в том, чтобы защищать народ, то вы должны также защищать полулюдей и гетеромофов.

Айнзак широко раскрыл глаза.

— Что вы сказали?!

— …Что-то не так? Я не понимаю, почему вы так взволнованы. В моей стране нет разницы между людьми, полулюдьми и гетероморфами. Если они признают меня своим королем, все они мои подданные.

— Это, это смехотворно. Это невозможно, Ваше Величество!

— Неужели? Я слышал о стране на севере Королевства под названием Республика. Разве не сосуществует там множество разных рас?

— Конечно, я слышал о такой стране… нет! Неужели вы намерены заставить нас сосуществовать с теми расами, которые видят в людях не более чем еду?

— Я понимаю, вы правы. Колдовское Королевство не позволит, чтобы подданные поедали друг друга. Я установлю закон, который будет запрещать это. Но этот закон не будет распространяться на подданных других государств. В конце концов, я не из тех кто стал бы диктовать моим подданным, что им есть… хотя нет, видеть, как представителей своей расы забивают и съедают, должно быть, не слишком приятно…

По словам Люпус Регины, жители деревни Карне жили мирно и дружно с ограми и гоблинами. А значит, нет поводов сомневаться, что не удастся осуществить то же самое в городе. Однако огромное население усложняет дело.

— Что…что именно вы собираетесь… намерены сделать?

— Вы поистине задаёте много странных вопросов. Почему бы вам лучше не задаться вопросом, что мешает вам всем, живым существам, мирно и дружно жить вместе? Мне, как нежити, сложно это понять. Для меня нет разницы между людьми и гоблинами. Все расы будут равны под моим правлением. И я буду вашим абсолютным правителем.

Айнзак тяжело задышал, но постепенно успокоился.

— То есть, вы возьмете гоблинов под свое правление? Сделаете их такими же полноправными поддаными?

— Вы что, не слушали меня? Я сказал что они будут моими подданными так же, будь то огры или орки.

— Простите, простите меня. Я слышал, но полагал, что вы намерены их поработить.

— Поистине ответ представителя расы, держащей в рабстве эльфов. Позвольте мне повторить — все мои подданные будут равны.

Видя, как у Айнзака перехватило дыхание, Айнз задумался, правильно ли тот понял его намерения.

Ударившись в крайность, слова Айнза можно понять так, что каждый подданный Колдовского Королевства — раб Айнза и жителей Назарика. Разумеется, он не хотел этого сказать. Совершенно незачем говорить такое. Лучше если у Айнзака не возникнет подобного впечатления.

— Под моим покровительством есть много гоблинов. Часть из них через пару дней посетит Э-Рантэл. Попробуйте пообщаться с ними. Предвзятое мнение, которое вы имеете о гоблинах, будет, конечно, разрушено. Между прочим, людоящеры почти не едят мясо, их основная пища — рыба. Дриады и энты любят чистую воду и свет, а нападают они на людей лишь при самообороне.

— Вы уже подчинили себе столько вассалов?

— Разумеется. Уже довольно много полулюдей и гетероморфов перешли под мою руку. О, кажется, мы отклонились от темы. Итак, Айнзак, я полагаю, лично вы одобряете мой план сделать эту Гильдию Искателей Приключений частью Колдовского Королевства?

— …Если Ваше Величество верно своему слову.

— А вы недоверчивый человек, а? Я не лгу. Искатели приключений должны стремиться исследовать неизведанное.

По возможности, он надеялся собрать команду из разных рас.

— Итак, я оставляю на вас задачу передать суть нашего разговора остальным приключенцам. Если кто-то из них не согласен становиться государственным служащим, он будет волен покинуть Гильдию.

— Вы действительно не против?

— Принудительное сотрудничество не будет эффективным. Однако можно предположить, что большие изменения структуры организации и внезапных отклонений от существующей практики вызовут много проблем. Поэтому, статус-кво будет в некоторой степени сохранён. Самым очевидным изменением станет учреждение иследовательского офиса для гильдии и гильдмастера.

Осталась наиболее важная часть: стимулы, которые привлекли бы больше авантюристов к Гильдии Авантюристов Колдовского Королевства.

— Поддержка, предоставляемая Колдовским Королевством, в первую очередь будет включать в себя создание тренировочного центра. Будет ужасной утратой, прокладывая путь в дальние земли, быть убитым неизвестными монстрами. Таким образом, более практичной моделью обучения, вместо существующей, будет настоящий бой против монстров. Учитывая, что авантюристы должны привыкнуть к бою в команде, хорошей идеей было бы построить для них лабиринт

Что же до монстров, то их роль будет играть автоматически создающаяся нежить Назарика.

— Я думаю, что это очень хорошая идея. Но это, несомненно, весьма затратное предприятие.

Так как штат будет составлен из нежити, которая не нуждается в жалованье, затраты не будут слишком высоки. Однако совершенно незачем выбалтывать всё разом. Любезности должны играть на репутацию.

— Разумеется, это потребует значительных первоначальных инвестиций. Тем не менее, это находится в допустимых пределах необходимых расходов. В конце концов, авантюристы являются ценным человеческим ресурсом для Колдовского Королевства.

— Я глубоко признателен, Ваше Величество.

— Оставьте эти церемонии. Итак, что насчет этого? Как вы думаете, такой проект сможет привлечь авантюристов?

— Действительно, лабиринт будет весьма привлекательным для авантюристов низкого уровня… но что если они решат перейти в Королевские или Имерские гильдии после обучения?

— Конечно, это будет запрещено. Это государственный орган: злоупотребление им приравнивается к измене.

— Понятно… Похоже, мне нужно будет поаккуратнее объяснить этот момент.

— Далее, как мы привлечём авантюристов высокого ранга?

— Разве вознаграждение не будет лучшим выбором?

— Ну, одними мечтами сыт не будешь.

— Вы правы. Кроме того, без хорошего оружия, доспехов и других магических предметов будет невозможно одолеть сильных монстров. Эти предметы, как правило, стоят очень дорого.

— …Хм. Это так.

Массовое производство могло бы снизить цены. Тем не менее, сильные авантюристы очень редки. Поэтому их снаряжение было сделано на заказ, что, естественно, подняло его стоимость. Кроме того, людей, способных изготовить такие предметы, очень мало, что лишь больше взвинчивает цену. Понадобится найти способ справиться с вытекающими из этого проблемами.

— Кроме того, я хочу, чтобы как можно больше искателей приключений из Империи и Королевства, узнали об этом месте. У вас есть какие-нибудь предложения?

— Гильдия Авантюристов, которую Ваше Величество намеревается создать, является невообразимо привлекательной, по сравнению с Гильдиями Авантюристов Королевства и Империи. Как только новости распространятся, Гильдии различных стран могут попытаться предпринять некоторые действия, чтобы удержать своих авантюристов. В конце концов, каждая страна считает авантюристов своими козырными картами, и вид того, как эти авантюристы отбывают в чужую страну, никого не обрадует.

— Точно, вы правы. Как вы думаете, что явилось бы хорошим решением этой проблемы?.

— Мне трудно ответить прямо сейчас. Могу я просить немного времени?

— Полагаю, вы правы. Я тоже должен обдумать дальнейшие действия…

Дело в том, что Аинз не может принимать такие решения самостоятельно. Он должен успокоиться, хорошо все обдумать, и обсудить это ещё кое с кем.

Аинз встал.

— Ну, по… — Айнз оборвал готовые было вырваться слова. Королю не подобает так говорить, — Ну, на этом пока всё. До встречи.

Айнзак поспешно поднялся на ноги и поклонился.

— Понял, Ваше Величество.

Айнз, не оглядываясь, вышел в открытую Пятой дверь.

Ему хотелось перевести дух, но он все еще находился в гильдии. Поэтому делать это прямо сейчас было бы преждевременно.

Айнз в сопровождении херувимов покинул здание Гильдии Искателей Приключений. И лишь отойдя подальше, позволил себе спокойно вздохнуть.

"Ахххх~ Как же я устал…"

Айнз Оал Гоун никак не мог позволить себе выказать усталость, но Сузуки Сатору уже почти рыдал, умоляя об отдыхе для своего перегревшегося мозга

"Нужно немного отдохнуть, прежде чем разговаривать с Альбедо о поглощении Гильдии Искателей Приключений. Потребуется подобрать убедительные доводы… Столько всего надо сделать…"

Айнз шагал молча. Он не пользовался магией телепортации, отчаянно надеясь, что по дороге домой его осенит хорошая идея.

Дверь в соседнюю комнату — кабинет Айнзака — открылась, и вошёл новый гость.

Этот невероятно худой человек — худой до такой степени, что его можно было бы назвать анорексичным — являлся старым другом Айнзака, главой Гильдии Магов Э-Рантэла, Тео Рейкширом.

— Платон, ну я и перетрусил. Никак не ожидал, что Король-Заклинатель явится прямо посреди нашего разговора. Он что-нибудь заметил?

— Не уверен.

Этим утром Айнзак с Рейкширом, как обычно, встретились чтобы обменяться сведениями.

С тех самых пор, как город подпал под владычество Короля-Заклинателя, они встречались исключительно по утрам. Причиной была их вера в то, что большинство неживых не любят солнце. Впрочем, видя патрулирующую улицы армию мёртвых, они понимали, что это не более чем самоуспокоение.

Они встречались исключительно ради обмена новостями, не строя никаких планов действий Гильдии Искателей Приключений и Гильдии Магов. Впрочем, с тех пор как было основано Колдовское Королевство, все кто мог бежали в Империю или Ре-Эстиз. Гильдия Магов уже вывезла из города все свои магические предметы, большинство её членов разъехались. Иными словами, Гильдия Магов фактически самораспустилась.

Однако, у них всё равно оставались темы для обсуждения и анализа.

Хотя приключенцы и мало скованы границами стран, смогут ли они по-прежнему осуществлять свою деятельность в Колдовском Королевстве? Намерено ли Колдовское Королевство устраивать охоту на беженцев? А если те смогут благополучно пересечь границу, потребует ли оно, чтобы другие государства вернули беженцев обратно? Что насчёт заклинателей?

Как им вести себя, не принося в жертву Момона, ставшего теперь местным жителем? И как вообще Гильдия Искателей Приключений должна относиться к Момону?

Духовенство хранило молчание, чувствуя, что и Король-Заклинатель не обращает на них внимания. Однако, будет ли так продолжаться и дальше? Возглавят ли они сопротивление против него?

Каждый из этих вопросов представлял из себя непростую проблему, над которой оба ломали головы без особого результата. Однако, могут возникнуть проблемы, если они оставят всё как есть и будут безучастно наблюдать. В особенности это касалось духовенства.

Примет ли оно своего смертного врага, заклинателя-нежить, в качестве короля? Пока что духовенство хранит молчание, но это в свою очередь лишь больше пугает народ.

Кроме того, есть ещё и религиозные организации соседних стран. Если дела примут дурной оборот, они могут независимо объявить крестовый поход, используя верующих внутри Колдовского Королевства как пятую колонну. Возможность подобного развития событий игнорировать не стоило.

С ними не было никого, представляющего духовенство, так как их отношение к происходящему было неясным. Пригласить кого-нибудь из них было бы просто, но обоим не хотелось быть втянутыми во что-либо нежелательное.

Впрочем, ни Айнзак, ни Рейкшир не верили, что духовенство сможет одолеть Короля-Заклинателя. Их больше пугала резня, которая обязательно воспоследует, если жрецы попытаются поднять бунт. Ещё больше ужасала вероятность того, что осуществить её Момону, Мечу Короля-Заклинателя. Кроме того, как они смогут успокоить население после того, как случится нечто столь кошмарное?

Когда от всего этого хаоса разнообразных проблем у обоих уже начали болеть головы, прибыл Король-Заклинатель.

— Его Величество, кажется, ощутил здесь твое присутствие.

Вернейшим доказательством был тот смешок, что издал Король-Заклинатель, глядя на дверь в кабинет.

— В худшем случае, он мог узнать всё, о чём мы говорили.

— Что? То есть…

— Именно. Он хотел, чтобы и ты услышал наш разговор.

Комнаты были устроены так, что всё, сказанное в гостевой комнате, можно было услышать в кабинете. Находившийся там Рейкшир наверняка всё слышал.

— Ты не думаешь, что он ошибся?

— Нет, это невозможно. Он не мог не почувствовать здесь кого-то. Впрочем, Его Величество, возможно, решил что это кто-то из жрецов.

В тот момент он был не потрясен, а сбит с толку внезапностью ситуации. Сейчас, вновь обдумывая произошедшее, он чувствовал раскаяние. Как же он хотел расхохотаться над собой, оттеснившим в сторону собственного друга.

Он должен был позвать Рейкшира, чтобы втроём они смогли поговорить с глазу на глаз

Разумеется, Король-Чародей раскрыл не все свои карты. Однако он, с подобающим правителю великодушием, посвятил в свои замыслы его, простого человека. А что же сделал Айнзак?

Видя что Аинзак нахмурил брови, Рейшир пронизывающе спросил:

— Ну, и как ты намерен поступить? Впрочем, я уже знаю. В конце концов, раньше ты называл его Королём-Заклинателем, а теперь уважительно величаешь "Его Величество".

— Ты не боишься, что кто-то может подслушивать наш разговор?

— Ты не думаешь, что я именно поэтому говорю это тебе сейчас?

— Могло случиться так, что я был подчинен магией?

— Я не исключаю эту возможность, но думаю что это не так. Магия подчинения действует лишь временно, и даже если бы Король-Заклинатель хотел, то, вероятно, не было проблем использовать её.

— С другой стороны это могло быть возможным для Его Величества.

— Да ладно, перестань. У нас большие проблемы, если это так. Это ведь магия уровня от восьмого и выше, магия богов.

Оба ненадолго рассмеялись, а затем Аинзак вернул серьезное выражение лица.

— Я полагаю, что помощь Его Величеству в этом вопросе — хорошая идея”.

— Даже если это делает всех вас сообщниками вторжений в другие страны?

— … Разве не естественно для сильных стран подчинять себе слабые?

— Таким образом, ты знаешь, что это приведет к трагедии и, всё же принял решение поддержать его?

— Совсем не обязательно что всё будет развиваться именно таким образом. В конце концов, с тех пор, как Его Величество взял под свой контроль эту страну, кому-то из нас стало хуже?

Рейкшир замолчал.

Как это и ни удивительно, в этой стране никто не мог бы сказать, что они сейчас в худшем положении, чем были раньше

— Но ведь некоторые приключенцы лишились работы?

— Ну, ты прав, но это несколько… ну же, хватит.

— Действительно. Я сказал не подумав. И всё же, раз тебе представилась такая редкая возможность, почему ты не спросил Короля-Заклинателя о духовенстве?

— Перестань. А если бы какие-нибудь мои слова навели Его Величество на мысль о том, что жрецы ему мешают? Если бы он решил уничтожить их из-за меня? Как бы я дальше жил, зная, что стал причиной стольких смертей?

— Думаешь, Король-Заклинатель способен так поступить?

— Нет. Я бы сказал наоборот, на самом деле. Его Величество очень — порой до ужасного — рационален. Настолько, что я не удивлюсь, если его неживое лицо окажется сотканным из магии. Да — у меня даже возникло чувство, будто я говорю с Момоном-доно.

— Ну, это немного неуважительно к Момону-доно.

Айнзак слегка улыбнулся, видя недовольное лицо своего старого друга.

— Ты прав. Непочтительно сравнивать героя человечества с нежитью — Королем-Заклинателем. Однако, учти, что они оба существа сверхчеловеческой мощи, что и делает их похожими. Если бы я описывал их… да, я чувствую нечто таинственное окружающее их, нечто, что только такие исключительные сущности могут излучать.

— Да. С такой точки зрения, в твоих словах есть смысл.

В головах обоих всплыл образ великого героя.

Затем, после этой краткой паузы, Айнзак взглянул прямо на Рейкшира.

— Рейкшир. Если ты не желаешь помогать Его Величеству, могу я попросить тебя об одолжении никогда больше не приходить сюда?

Вряд ли нужно озвучивать причину этой просьбы. В конце концов, кабинет Айнзака вполне может быть использован как хранилище сведений, относящихся к государственному управлению Колдовского Королевства. Разумеется, посторонним никак нельзя позволить свободно посещать подобное место.

Вдобавок, слова Короля-Заклинателя — столь запавшие в сердце Айнзака — также предназначались его старому другу.

Король-Заклинатель развернул перед ним новый образ искателей приключений, сияющий и славный. В прошлом уже бывали приключенцы, пытавшиеся исследовать неизведанные земли. Однако в большинстве они погибали вдали от дома, или ломались под бременем реальности. Лишь горстке людей по силам такая задача. Но сейчас им предлагает свою полную поддержку Король-Заклинатель — чародей неодолимой силы. Это открывает перед приключенцами как никогда широкие возможности.

Возможность стать настоящими искателями приключений.

После краткой паузы, Рейкшир наконец заговорил.

— Вот что я скажу, Айнзак. Тебе ведь известно, что городская Гильдия Магов фактически распущена?

— Ах-х, так и есть.

— Тогда, пожалуйста, позволь мне, на правах бывшего товарища, помочь тебе всем чем я смогу. Почему бы и нам не отправиться на поиски не изведанного, когда всё закончится?

— Ха-ха, — Айнзак ухмыльнулся. — Подумай о нашем возрасте. Хуху… мы правда собираемся это сделать?”

— Почему бы и нет? Впрочем, тебе придётся уговорить Его Величество не устанавливать возрастные ограничения для участия в Гильдии Искателей Приключений.

Воздух в комнате затрясся от их весёлого хохота.

Глава 2: Королевство Рэ-Естиз

Магический предмет в его кармане завибрировал, и Клайм вынул его.

Это были карманные часы, достаточно большие, чтобы поместиться в ладони, с тремя стрелками — часовой, минутной, и секундной — следующими по кольцу из двенадцати чисел.

Хотя существовали большие механические часы, все карманные часы в пределах Королевства были магическими предметами. Они широко использовались в повседневной жизни, и были, для магических предметов, сравнительно дёшевы. Впрочем, простолюдины всё равно не могли позволить себе такое.

Те часы, что носил Клайм, не принадлежали ему — он их одолжил. Они отличались от обычных тем, что обладали особой способностью — Магией Двенадцати. Раз в день, в заданное время, часы активировали эту способность.

Однако для того, чтобы воспользоваться магией часов, их нужно носить с собой как минимум сутки, так что Клайму, только что получившему их, эта способность пока не могла помочь.

— Хм? Уже пора? Как летит время… — произнесла девушка, казалось бы, грезившая наяву глядя в синее небо. Разумеется, её слова были адресованы Клайму.

— Похоже на то, — ответил Клайм девушке — Тине, одной из команды адамантовых приключенцев "Синяя Роза".

— Хм, трудно сказать, сколько прошло времени, когда отлыниваешь от работы.

Это было сильное заявление.

Для начала, Тина не отлынивала. Она охраняла дверь в здание, перед которым стоял Клайм. И, несмотря на свои слова насчёт "уже пора", "как летит время", на самом деле она наверняка обладает весьма точными внутренними часами.

Среди искателей приключений встречаются люди с очень острым чувством восприятия времени. В частности, этой способности обучаются многие люди воровской профессии. Для них это особено важно, поскольку во время операций им зачастую приходится скрытно передвигаться отдельно от своих товарищей.

— Хм? Ты что-то сказал?

— Нет, тебе показалось.

— Вот как, — отозвалась Тина, и снова уставилась в небо.

Она намеренно скрывает что-то. Тем не менее, кому-то вроде Клайма не подобает допытываться, почему она лжёт.

Для начала, нанять Тину и остальных им было не по карману; просто так совпало, что они действовали в том же районе. В конце концов, та особа ни за что не позволила бы себе задеть их чувства.

— Тогда я пойду и доложу Принцессе.

— Увидимся ~

Клайм повернулся к зданию, которое защищал все это время.

Он много раз видел его строящимся, но впервые — готовым. Он почувствовал, как на сердце стало теплее от вида величественного строения — и понимания, что внутри находится его госпожа.

Клайм распахнул массивные двери, и его нос защекотал специфический запах свежеобработанной древесины.

Он продолжил идти, и, пройдя через коридор, открыл дверь в одну из дальних комнат.

В этой комнате находилась его госпожа

Принцесса ослепительной красоты, Реннер.

Вокруг нее было несколько детей.

То, как она нежно улыбалась шаловливым детям, её поза, с которой она слушала их слова, создавали образ, который любой назвал бы образом святой.

Взирая на эту сцену, словно сошедшую с иконы, Клайм лишился слов.

Он боялся нарушить представшее ему святое видение. То же было верно и для стоящих у окна женщин, опасавшихся даже шевельнуться.

Тем не менее, кое-кто в комнате не разделял их чувств.

— Эй, сопляк пришёл. Пора.

В ответ на раздавшийся из-под маски холодный голос, Реннер подняла голову, и посмотрела прямо на Клайма.

Тот увидел своё отражение в глубине её сапфировых глаз.

— …Мои глубочайшие извинения, Реннер-сама. Нам пора вернуться во дворец.

— Правда… Что ж, как бы мне не хотелось остаться, придётся идти.

В хоре раздавшихся детских голосов слышались грусть и неохота. Несомненно, принцесса полностью покорила их сердца.

В ответ на возгласы детей другие женщины торопливо засуетились. Они успокаивающе похлопывали их, и оттягивали в сторону тех, кто не торопился отходить от Реннер.

— Ребята, мне ведь можно придти поиграть ещё раз?

Дети ответили дружным возгласом согласия.

— Тогда, в следующий раз будем готовить…Клайм, пойдём. И вы тоже, Эвилай-сан.

— Ху-у. Ну, я ведь тоже твой телохранитель, пусть ты этого и не признаёшь… впрочем, нас же не наняли, просто так вышло что мы путешествуем вместе. Не волнуйся, я иду следом.

Они вышли наружу, и тут же рядом с ними остановилась запряжённая лошадьми карета.

Тина молча вошла в карету. Хотя и могло показаться, что она поступает невоспитанно, но на самом деле Тина убеждалась, что внутри безопасно. Вскоре Реннер, Клайм и наконец Эвилай тоже поднялись в карету, и они пустились в путь.

Трясясь в карете, Эвилай не удержалась от замечания:

— …А ты действительно нечто, построить такой приют.

— Нечто?

— Да. Многие так говорят. Где ты вообще ухитрилась добыть деньги чтобы отгрохать такое?

Реннер подпёрла рукой подбородок и слегка наклонила голову.

— Разве это так уж сложно? Мой любезный брат был очень рад помочь. А ещё, именно из-за того, что мир таков какой он есть, мы должны как следует заботиться о детях, не правда ли?

Эвилай едва заметно подняла подбородок, словно позволяя принцессе продолжать.

— Как все мы знаем, правитель Колдовского Королевства причинил множество смертей. И в результате, полагаю, появилось множество детей, лишившихся своих родителей. Для того, чтобы позаботиться о них, и был создан этот приют. Кроме того, лишившимся своих мужей женщинам ведь тоже нужна работа, верно?

— Король-Заклинатель, ха… Ну, об этом мы поговорим позже. Но разве этим деньгам нельзя было найти лучшее применение? Гибель слабых — это же совершенно в порядке вещей, разве нет?

— Это не так.

Реннер ответила кратко и твёрдо. Её голос вдруг зазвучал титанической силой.

— Долг сильного — защищать слабых. А ещё…

Клайм внезапно ощутил на себе взгляд Реннер.

"Возможно…"

Перед мысленным взором Клайма возникло его собственное детство.

Возможно, принцесса построила приют потому, что вспомнила его самого в то время. В каком-то смысле она пыталась предотвратить появление таких же детей как Клайм.

Волна горячего воздуха вспыхнула в его груди.

Разумеется, он не мог убедиться в истинных намерениях принцессы. И всё же Клайм не сомневался, что прав.

— Ну, я и сама считаю похожим образом, просто не хотела навязывать своё мнение. И всё же, разве обязательно было строить такой большой?

— Да. В конце концов, мы приняли решение, что в будущем возьмем многих детей, в том числе из тех регионов, которыми непосредственно управляет Корона. Имея это в виду, даже сооружение такого размера можно назвать маленьким. Дети — наше сокровище, и мы должны заботиться о них, чтобы удостовериться, что они не встанут на неправильный путь.

— Хм-м. Госпожа принцесса, на ваших плечах умная голова.

— Что ты хочешь сказать, Тина?

— Я о том, каким образом дети, оставшиеся без родителей, будут пытаться выжить, Эвилай.

— То есть… понятно… нельзя тратить драгоценные рабочие руки чтобы восполнить поредевшие войска. А значит, нужен какой-то другой способ поддержания общественного порядка… Вот оно что.

— "Любой с виду ведёт добрую и праведную жизнь, но изнутри его переполняют соблазны. Каждый может, дав слабину, поддаться им, совершить преступление и ступить на тропу зла. Мелкие проступки будут, подобно снежному кому, перерастать в крупные злодеяния. Поэтому, хотя предотвратить появление этих незримых слабин очень трудно, нужно стараться уменьшать шансы их возникновения".

— Хм."…Быть человеком не значит быть сильным", да?

— О, Эвилай, и ты его цитируешь… Замечательно, уж не любовь ли это?

— … Да мне раза три пришлось выслушивать от него всё это!

Эвилай с Тиной явно говорили о чём-то, понятом лишь им одним, но начало разговора было достаточно простым и понятным даже Клайму.

Сироты зачастую становятся преступниками, чтобы выжить. Если это случится, то даже ослабленные ''Восемь пальцев'' быстро восполнят свои силы, что пошатнёт установившийся порядок в столице королевства.

Проще говоря, его возлюбленная госпожа основала приют как контрмеру на будущее.

Однако — Реннер поинтересовалась у Эвилай:

— Что это значит?

— Эй… Ты не слишком серьёзно воспринимаешь? Мы, может, просто дурачимся?

— М-м. На мой взгляд вы вполе серьёзны.

— Тебе у нас конечно виднее. Ну да, полагаю, я несколько поддалась восхищению.

— Что ж, похоже, я сильно упала в ваших глазах… но это правда Я думаю о множестве вещей, вы знаете? Прямо сейчас приюты дают этим детям определенную степень образования, и как только мы начнём отбирать самых талантливых среди них, другие дворяне, конечно, последуют нашему примеру. Из-за этого нам нужно определенное количество детей … Хотя это и не то, чем стоило бы гордиться.

— Нет, я могу понять сбор беспризорников по этой причине, и это тоже замечательно. Если будут результаты, то это достойно похвалы. Подозрительность людей неудивительна, если вы делаете что-то, не ожидая ничего взамен.

— Из-за слишком многих беспокойств, Сердце Эвилай стало чёрствым.

— Ой, да ты такая же, как я, не так ли?

— Определенно нет. Я вполне чиста. Запятнаны здесь только вы.

Из-под маски раздалось презрительное фырканье.

— Верно, верно. Толчком к созданию приюта была идея господина Брэйна.

— Брэйн Унглас, значит. А что с ним, почему он сегодня не с вами?

— Брэйн-сан занят. У него поручение в Столице.

— Хо-о! Разве может быть что-то важнее, чем защита Принцессы?

— Да. Что-то вроде последней просьбы покойного Воина-капитана. К слову, о Воине-капитане… что же, спасибо вам за помощь.

Тина прикрыла веки, будто желая скрыть свои переживания.

— Ну, я весьма зла из-за того, что прекрасное лицо нашей чертовки-лидера пострадало.

— Я очень сожалею за тот случай. Пожалуйста, позвольте мне принести извинения от имени отца.

— Я знаю, вы уже просили извинений у босса, поэтому и я прощаю вас.

— Благодарю вас.

— …Порой, мне кажется, что слова умерших более действенны, чем живых.

Эвилай на мгновение скользнула взглядом из экипажа, словно погрузившись в мысли.

Но лишь на мгновение.

— Кстати, чем занят Брэйн Унглас?

— Воин-капитан сказал Брэйну, что надеется на него — что тот займет место следующего Воина-Капитана, но Брэйн чувствует, что не годится для этой задачи. Так что собирается найти кого-нибудь подходящего стать следующим Воином-капитаном, и затем тренировать его.

— Так он ищет кого-то не из дворянской семьи… Понимаю — все же и Газеф, и Брэйн простолюдины. Поэтому и размышляют схожим образом. И его советом было…

— … Да. Построить приют. В следующий раз, я намерена посетить приют вместе с Брэйн-саном. Возможно, среди воспитанников найдутся талантливые дети.

— Ну, я не настолько восприимчива, — сказала Тина. — А ты, Эвилай?

— Невозможно с первого взгляда понять, обладает ли кто-то магическими способностями. Нужны долгие тренировки, прежде чем станет более-менее понятно, есть ли у человека предрасположенность, и то лишь к обычной магии. Если кто-то из этих сопляков обладает талантами в спиритуализме или способен стать жрецом, я не смогу это определить.

Реннер издала звук “Хм-м-м-м ~” обеспокоенным тоном, и затем улыбка зацвела на ее лице.

— Ну, я думаю, что мы должны пригласить в приют людей из всех слоев общества и позволить им искать талантливых детей.

Реннер смотрела на них двоих, по-видимому, пытаясь передать что-то своим пристальным взглядом. В некоторой степени, это было более убедительно, чем конкретные слова.

— Это довольно наивно. Но если бы это был тот парень, Ах-

— Мне очень жаль, Эвилай, если бы это были слова нашего дьявольского лидера.

- Да. Однако, я не соглашусь так легко, даже если это будет со слов того коллеги, нет? В конце концов, нам нужно определенное количество финансов для этого — так как мы были наняты, нам будет нужен минимальный платеж. Кроме того, если мы ничего не соберем, то это также будет плохо для других. С другой стороны это нарушит правила авантюристов. Кроме того, за само обучение потребуется отдельная плата.

— Ну, я действительно соглашаюсь со всем, что вы сказали, но я очень сожалею. Правда в том, у меня нет на это денег …

Реннер склонила голову в унынии, после сказанного.

Третья принцесса не могла возвысится среди остальных престолонаследников, и никто не имел каких-либо ожиданий от Реннер, помимо ее способности к образованию связи с королевской семьей через брак. Из-за этого она не имела поддержки кого-либо из дворян, и таким образом испытывала недостаток в собственных деньгах, чтобы иметь возможность тратить их, как она бы того пожелала. Конечно, это не доставляло особых неприятностей для Реннер, которая вела простой образ жизни. Однако не было ни малейшего шанса, что Первый или Второй наследник были бы в состоянии стерпеть такого рода вещи.

И именно поэтому Клайм живо ощущал её чувства, вложеные в ту броню, что сейчас носил.

— А я слыхала, все принцессы носят красивые платья, и живут в роскоши…

— Как бы прискорбно это не звучало, реальность совсем не так радужна. Впрочем, разумеется, бывают и такие принцессы.

При виде затеплившегося в глазах Реннер восторга Клайм ощутил, как в груди поднимается какое-то неописуемое чувство.

Как бы он хотел подарить такую жизнь ей, одновременно и прекраснейшей, и благороднейшей душе в мире.

С другой же стороны, всем, что у него было, он обязан ей. Он находится сейчас здесь лишь потому, что она спасла его. Реннер вдруг повернулась, её сияющие глаза встретились с глазами сидящего рядом Клайма.

— Думаешь о чем-то, Клайм?

— Ах, нет, ничего, Реннер-сама.

— Вот как? Ну, если тебе придёт в голову какая-то мысль, то говори, не стесняйся. Мы ведь все должны помогать друг другу в нынешние тяжёлые времена.

— А, да! Спасибо большое!

— Эй. Простите что мешаю вам ворковать, но я серьёзно против того, чтобы учить кого-то даром. Плевать что она говорит, я всё равно требую подобающей оплаты.

— Я постараюсь не разочаровать вас.

Реннер поклонилась.

— Хм-м-м~ но вы ведь хотите узнать, есть ли у кого-то из них талант или нет, верно, Ваше Высочество? Я бы могла просто пронаблюдать, как они движутся, но что насчёт тебя, Эвилай?

— …М-м. Ха-а. Ну, скажу прямо. Нельзя определить глубину способностей человека, просто заставив его сделать несколько упражнений. Способность к магии это скорее нечто внутреннее, чем внешнее. Кроме того, я может и кажусь гением по части магии, но это не так. Со способностями того Имперского заклинателя мне не сравниться.

"Таким образом, определяя — таланты…"

— Талант… — Реннер вздохнула, — Насколько всё было бы легче, будь мы способны распознавать таланты в детях. Вдобавок это помогло бы смягчить упрямство дворян в отношении простолюдинов.

— Ну, как насчёт создать систему всеобщего распознавания талантов детей? Существуют заклятья третьего уровня, способные определить, обладает или нет человек врождённым талантом. Впрочем, чтобы открыть полную картину, понадобятся заклятья посложнее… ну, как бы то ни было, это просто досужая мысль.

— Правда? Неужели правда можно определить врождённый талант?

— Ну, не знаю с чего у тебя вдруг так загорелись глаза, но не жди многого. Я слыхала, что у спиритуалистов есть заклятье третьего уровня, способное показать заклинателю, обладает ли стоящий перед ним человек талантом. Ну, даже если это и правда, сложности на этом лишь начнутся. Нужно будет придумать, как развить этот талант. И никто не застрахован от того, что в результате талант не окажется какой-нибудь бессмысленной способностью.

— Вот как…

Свет в глазах Реннер потускнел.

— А я думала, лучше будет позволить им попробовать понемножку всего. Ну там, стоять под водопадом, или вдыхать какой-нибудь не слишком опасный усыпляющий газ, чтобы впасть в транс. Говорят, так можно вдруг осознать свой талант, или что-то типа того.

— Да ладно? Правда, что ли?

— О, Эвилай-сан, а у вас есть врождённый талант?

До сих пор разговорчивая Эвилай вдруг замолчала. Словно затронутая тема была ей неприятна.

Однако, его госпожа была достаточно наивна, чтобы продолжать расспросы.

— Не могли бы вы рассказать мне, что это за талант?

Нельзя даже было сказать, что она не осознаёт бесцеремонности своих манер, просто принцесса всегда вела себя так. Можно сказать, она не умеет следить за разговором, или что имеет привычку нечаянно задавать вопросы, которые обычно стараются не поднимать.

Она поступала так вовсе не из-за пренебрежения собеседниками; виной тому её происхождение из королевской семьи.

— Да что ты так прицепилась, а?

— Среди моих знакомых не так-то много людей с врождёнными талантами, так что я хотела бы знать, какой способностью обладаете вы, Эвилай-сан.

— Вот как. Ну, раз уж на то пошло, можно и рассказать.

Эвилай наклонилась вперёд, и Реннер — явственно демонстрируя предвкушение — последовала её примеру.

Врождённый талант иногда может оказаться решающим козырем, в особенности для приключенца. Клайм сомневался, что Реннер станет разбалтывать такой секрет, но всё же полагал, что подобную информацию не стоит так просто разглашать.

— Но я бы не хотела, чтобы это услышал кто-то ещё, так что не придвинешь-ка ухо поближе?

— Пожалуйста.

Реннер придвинулась к Эвилай ещё ближе.

И тогда…

— КАК БУДТО Я БУДУ РАЗБАЛТЫВАТЬ ВСЕМ В ОКРУГЕ ТАКИЕ ВАЖНЫЕ ВЕЩИ КАК ЭТА!

Её разозлённый голос разнёсся по всему экипажу.

Тина, казалось, предвидев это, прикрыла уши заранее.

— Как же так! В ушах звенит!

Реннер бросилась в объятия к Клайму. Раздался приглушённый звон доспехов.

Она отпрянула от него, с глазами, полными слёз.

Клайм мгновенно отбросил возникшие у него мысли: о её красоте, как приятно от неё пахло, и множество других, глупых вещей возникших в его сознании. Любые фантазии такого рода воспрещались.

— Эвилай-сама, я понимаю, что вы чувствуйте, но я прошу у вас прощения…

— … Ха? Сопляк, она стала такой, потому что ты её балуешь, нет?

— Н-нет, всё не так, ничего подобного, я, я вовсе не балую Её Высочество…

Даже если он хотел её избаловать, он не нашёл бы способа как это сделать

— Да, я считаю, что Клайм может, должен баловать меня ещё больше. Я согласна с тем, о чём вы сказали, Эвилай-сан.

— Нет, нет, это не так, Принцесса-сама. Мне кажется это не правильно….

— Ну конечно же правильно! Если ты будешь меня баловать, мне будет легче сносить такие вот упрёки. Ты должен меня баловать побольше. Для начала, мы могли бы дремать вместе, совсем как в детстве, помнишь? Ну же, Эвилай-сан, прошу, продолжайте!

— Угх, забыли. Ну что я за дура… Ладно, как бы то ни было, дитя, я не намерена рассказывать всем подряд о своём таланте. Понятно?

— Это действительно настолько опасно?

— Ах, да. Это мой туз в рукаве. Если я им воспользуюсь… да, это будет как если бы меч нашей предводительницы вышел из-под контроля. Он сможет одним взмахом уничтожить целый город.

В словах Эвилай, сказавшей это ощущалось ужасное давление.

Однако, с груди Клайма раздалось удивлёное "Да?". Он хотел было взглянуть вниз, но понял, что если сделает это, то никак не сможет отвлечься от того факта, что Реннер так близко к нему. Это просто невозможно.

Он поразмыслил, не отпихнуть ли её в сторону, но приняв во внимание лёгкое и хрупкое тело принцессы, понял, что боится не рассчитать силу.

В то время пока сердце Клайма колотилось, разговор продолжался без него.

— Тот меч Лакюс?

— Ах, по её словам, если он сойдет с ума, это приведет к серьёзным последствиям. Город, нет, нация будет полностью уничтожена. Она говорила, что использует часть своей силы, чтобы подавить его…

— Так вот оно что… А я и не знала…

Клайм ещё не рассказывал своей госпоже о демоническом мече.

— Лучше особо не забивать себе голову. Она не говорила вам двоим, потому что не хотела, чтобы вы волновались. Буду очень признательна, если и дальше будете делать вид что ничего не знаете.

— …Ясно. Я поняла. Так и сделаю.

— Кстати говоря, что случилось с Айндрой-сама? Я давно её не видел.

— Хм? А, никто не говорил, да? Ты не говорила ему, Твоё Высочество?

— …Забыла. Похоже, она тренируется вместе с Гагаран-сан и Тией-сан.

Эвилай приняла эстафету от Реннер и продолжила.

— Они обе погибли во время сражения с Ялдабаофом, Лордом Демоном, который напал на Королевство. Конечно, они были возрождены после этого, но это израсходовало огромное количество их жизненных сил. Таким образом они должны подвергнуть себя опасности, шагая на краю жизни и смерти, для того, чтобы восстановить свою былую силу”.

— По правде говоря, мне жаль, что я не пошла с ними.

— Однако, если бы это произошло, то ты начала бы полагаться на них где-то в своем сердце. Лучший путь к силе это путь сквозь небольшое количество мелких сражений.

— Я не уверена в этом.

— Умф, это действительно походит, на эффективный способ "левел апа"(повышения уровня)… Ну, если Вы не полагаетесь на этот метод, вы даже не будете в состоянии тянуть время, когда тот тип атакует столицу королевства снова.

— Тянуть время? Ахх — время для того человека, что вы порекомендовали, Эвилай?

— Конечно! До тех пор, как господин-герой сможет прибыть!

Настроение Эвилай внезапно изменилось.

Можно было ясно ощущать ее страсть и волнение сквозь маску, что была на ней.

— Это Момон-са…сама, верно?

— Верно! Великий герой, Момон-сама! Могущественнейший воин который был когда-либо, тот кто размахивает своими двойными двуручными мечами, словно они были чуть больше чем прутья! Тут нет сомнений в том, что он самый сильный боец на земле! Даже если Ялдабаоф прибудет снова, до тех пор пока Момон-сама неподалеку, он несомненно сразит его! Хоть и было досадно, что ему удалось сбежать в прошлый раз. Тем не менее, такой великий человек должно быть уже придумал контрмеру к текущему моменту против демона вроде него!”

Ошеломленный пылкой речью, все что Клаим мог сейчас сделать, это слабо ответить, — Ах, да.

— Но действительно ли этот человек придет? Разве он не прислуживает Королю-Заклинателю?

Выражение Тины свидетельствовало о том, что она была полностью истощена, когда она высказалась перед Эвилай, чьи кулаки были сжаты.

— Aх-х ~ Момон-сама! Дерьмо, тот проклятый Король Заклинатель! Только подумать он фактически взял под свой контроль того великого человека! Даже если Небеса позволят это, я не стану! Если бы только я могла победить его и освободить Момон-саму! Что же, спрашивается, он думал, так или иначе? Возможно, я должна пойти в Э-Рантел и спросить Момон-саму о его мыслях, как насчет этого?

— … Это должно подождать, до тех пор пока эти двое не восстановятся.

— Я просто задержусь там на некоторое время, и как только ознакомлюсь с местностью, я смогу просто телепортировать назад. Плюс, если я использую [Полет] и буду путешествовать одна, это не займет много времени!

— Эвилай, ты действительно меняешься, как только дело доходит до Момона…, разве наш дьявольский лидер не сказала, что ты не можешь делать подобные вещи?

— Ну же, помоги мне сохранить тайну!

— Ну, я ведь такаа-ая болтушка, выложу всё, не успею и опомниться.

— Ой, судя по твоему образованию, это невозможно, ведь так?

— Увы, сейчас я Тина из "Синей Розы", также известная как 'Не Могу Сохранить Секрет, Чтобы Спасти Свою Жизнь'.

Именно тогда глаза Тины приобрели серьёзный блеск.

— …Хм, это хороший шанс. Я кстати давно хотела спросить у тебя, Эвилай — сможешь ли ты убить Короля Заклинателя?

Эвилай застыла. Ее возбуждение иссякло в одно мгновение. Представив на мгновение, как подле неё возникает самый высокоуровневый заклинатель среди всех авантюристов.

— Если все эти слухи были правдой, тогда он обладал большей силой, чем какой-либо другой маг-заклинатель. Я провела некоторые исследования после инцидента на Равнине Каз и задействовала все свои связи- я даже связалась с той бабушкой- и в конце концов проанализировала информацию, что я заполучила. Однако это настолько невероятно, что уже даже не до смеха. Это было абсурдно до такой степени, что я серьезно заподозрила, сопляка в том, что он был очарован некой иллюзией.

— Это была точно не иллюзия. И там было так много мёртвых…

Лицо Реннер исказилось в муках.

как вариант

— Из 260000 человек, принимавших участие в этой войне, 180 000 погибли. Я также слышала, что есть выжившие, которые не смогут продолжать нормальную жизнь из-за нанесённых психологических травм. Отцы многих сирот потеряли там свои жизни.

— Ну, после рассказа этого сопляка, стало ясно как они смогли найти там свой конец. Если за ними гналась такая прорва монстров…

— …Да. Это был ад. К счастью, со мной были Брейн-сан… и воин-капитан, лишь благодаря этим двум сильными мужчинам, я сохранил рассудок. Тем не менее, я иногда ловлю себя на желании оглянуться через плечо. Должно быть обычным крестьянам ещё тяжелее, сойти с ума в их ситуации неудивительно.

— Ты действительно должен поблагодарить свою удачу за это.

Клайм мог только кивнуть в ответ.

— Теперь Тина. Честно признаюсь, — я не смогу победить Короля Заклинателя.

Этот ответ был ожидаемым.

— Как я и думала…

— Это так. Возможно я могу найти способ борьбы с этими монстрами. Конечно, это будет сложно подтвердить, не присутствуя там. Тем не менее, Король Заклинатель может контролировать и призвать такое количество тварей. Он действительно чудовище, которое не должно существовать в этом мире. Его можно назвать обладателем силы богов.

— Возможно они были вызваны с помощью артефакта, а не силой Короля Заклинателя?

— Возможность существует, но если это и так, то опасность никуда не исчезает. Тем не менее, мы не можем проверить.

— Если бы только он вступил в конфликт с Ялдабаофом.

— Это исход, которого мы все желаем. Тогда лучшим развитием событий будет, если Момон-сама сразится с Королем Заклинателем.

— Если выбирать между Момоном-сама и Королём Заклинателем, кто сильнее?

Вопрос задал Клайм, который считал Короля Заклинателя, вызвавшего этих ужасающих монстров, сильнейшим. Но его потряс задумчивый ответ Эвилай.

— Я не уверена. Лично я считаю, что Момон-сама — укротивший Ялдабаофа — сильнее. Но Король Заклинатель также обладает огромной мощью. Обе стороны настолько нас превосходят, что я не могу предвидеть исход.

— Всё таки, иметь кого-то вроде него под знаменем Короля Заклинателя — самый наихудший сценарий. Никто не осмелится бросить ему вызов.

— Воистину так.

Единственный человек, бывший на равных условиях с Королём Заклинателем, стал его вассалом. Это было действительно тревожное развитие событий. Любой, кто объявит войну Королю Заклинателю, на деле объявит её двум Королям Заклинателям.

Постепенно настроение в экипаже становилось более мрачным. Раздался стук в дощечку, отделявшую места пассажиров от места кучера, и она была отодвинута.

— Мы вскоре прибудем к Королевскому дворцу.

Услышав слова кучера, Реннер медленно поднялась на ноги и прикрыла глаза вместе с двумя авантюристками, сидевшими напротив неё.

— Сегодня вы мне во многом помогли. Когда Лакюс вернётся, я хотела бы отблагодарить её как подобает. А пока, не найдётся ли у вас времени отобедать со мной?

***

Получив отчет о прибытии младшей сестры, Второй Принц — Занак Варлеон Игана Райль Вайсельф — покинул свои покои, чтобы поприветствовать её дома.

Судьба его старшего брата, Барбро Андреана Иельд Райль Вайсельфа, до сих пор оставалась неизвестной. Учитывая, сколько времени прошло, маловероятно что он выжил. Следовательно, Занак фактически наследник престола. А значит, ему совершенно не подобает вот так выходить навстречу младшей сестре. Пусть они и близкие родственники, но его положение явственно выше.

И всё же, несмотря на это, он решил встретить её, так как хотел срочно обсудить с ней одно предложение. Занак, может, и не был так уж рад обращаться к Реннер, но, лишившись ближайшего советника, не мог довериться кому-то ещё.

Вскоре его младшая сестра предстала перед ним.

Клайм — облачённый в свои сверкающие белые доспехи — стоял рядом. Куда бы ни направлялась Реннер, Клайм сопровождал её. Таким образом в его присутствии не было ничего необычного.

Клайм — беспризорный ребёнок, что был подобран Реннер на улицах города.

Раньше у Занака была навязчивая идея, что она спасла его из-за сиюминутного каприза. Однако, узнав о странностях характера своей сестры и её непревзойдённом интеллекте, он пришёл к мысли, что в её действиях могла быть причина.

И вскоре, после того, как на Столицу напал Ялдабаоф, а Король-Заклинатель устроил ту великую резню, Занак начал постепенно постигать смысл за ее действиями.

В Столице найдётся не так-то много воинов, превосходящих Клайма. Даже среди отряда отборных воинов Газефа можно было бы пересчитать по пальцам одной руки тех, кто сильнее него.

А ещё, есть тот человек по имени Брэйн Унглаус, что сошёлся с Клаймом, а также её близкая подруга Лакюс, являющаяся лидером "Синей Розы", команды авантюристов адамантового уровня. Вне всяких сомнений, что — его младшая сестра в данный момент обладает сильнейшей военной мощью в Королевской столице.

…Не планирует ли она вооружённый переворот?

Занак прав, что держится настороже.

Даже если Реннер и не из тех, кто может с лёгкостью пойти на подобное, всё равно лучше предпринять предосторожности. Так что Занак начал тайно наводить контакты с орихалковыми и мифриловыми приключенцами.

Занак молча послал слова благодарности своему старшему брату.

Такую свободу действий в нынешней ситуации он получил именно благодаря тому, что старший брат пропал без вести и тем самым посадил Занака на трон. Ещё одной причиной было то, что доходы брата теперь доставались ему.

Впрочем, тот факт, что тело его брата, — наследного Принца Барбро, до сих пор не было обнаружено, вселяло крупицу беспокойства в сердце Занака. Будет весьма проблематично, если тот окажется, в плену у Короля-Заклинателя или, будучи спрятавшись в какой-нибудь деревушке, залечивал свои раны.

— В самом деле… Он что собирается доставлять мне неприятности вплоть до самого конца? — Пробормотал Занак, достаточно тихо, чтобы члены его свиты не могли расслышать.

Нужно стараться избегать конфликтов с дворянами, пока он не упрочит своё положение.

Пока что поддержка от фракции Занака не была достаточно надежной.

Маркиз Рэйвен — заключивший союз с Занаком с целью обновления Королевства — бросил его и удалился в свои владения. Ну, это можно понять, учитывая какие потери понесли его люди, но в то же время, было впечатление, что возвращаться тот более не намерен.

Отчасти, должно быть, причина крылась в гибели его отряда, — отставных орихалковых авантюристах, и его личного стратега, бывшего крестьянина, собственным умом пробившего себе дорогу вверх по социальной лестнице, которого Рэйвен очень хвалил и называл своим сокровищем.

Занак ощутил лёгкое покалывание в животе. Облегчит ли разговор с сестрой его тревоги?

В течении нескольких последних недель его мучила некая проблема.

А именно — должен ли он предложить подать Королю Заклинателю? Если бы он поступил так, то должен ли он отправить её в честь празднования основания его государства? Или он должен сделать это по другой причине?

Судя по текущей ситуации, не посылать подарок будет правильным выбором. Почему кто-либо должен слать дары тому, кто забрал его собственные земли и основал свою страну на ней? Окружающие государства, конечно, приняли бы это как знак вассальной страны. Однако было крайне важно остаться в лучших отношениях с Магическим Королевством.

Хоть военная сила Магического Королевства оставалась неизвестной, факт того, что Король Заклинатель мог разрушить целую страну(нацию) в одиночку, был общепризнанной истиной.

Несмотря ни на что, он должен был предотвратить падение взора этого человека на Королевство еще хоть раз.

Из-за этого он должен был послать дар. Занак чувствовал, что это не поможет, даже если бы другие страны предположили, что это был знак верности вассала феодалу. Неважно как, — он должен был выиграть как можно больше времени.

Однако дворяне никогда не примут этого. Это было больной стороной этого вопроса.

Сила Короля Волшебника была широко известна. Однако они возможно не приняли бы васального отношения от будущего правителя Королевства (Занака), даже перед лицом такой силы.

Дворяне понесли огромные потери, поэтому они искали козлов отпущения, на которых можно было сорвать чувство собственного разочарования.

Из-за потери своего доверенного лица Газефа Строноффа, нынешний король, Рэнпосса III, был преодолен горем и отчаянием, и впал в состояние крайнего психического расстройства. В какой-то степени, вид короля в этом плачевном состоянии, должен был унять гнев дворян, но их ненависть в отношении сломленного короля — и, возможно, даже целой королевской семьи — не могла исчезнуть так легко.

(Если бы тот человек был неподалеку то он, вероятно, был бы в состоянии придумать что-то хорошее.)

Если это возможно, ему бы хотелось, придти к этому выводу самому. Однако время поджимало, и ему уже вскоре понадобился бы план действий.

Занак стоял на месте, громко топая своими ботинками.

Реннер отреагировала на звук и повернулась, чтобы посмотреть на него. Затем она изменила свое направление и устремилась прямо к Занаку. Таким образом, гордость Занака, как вышестоящего лица, оставалась незадетой.

Вскоре, его младшая сестра стояла перед ним, но Занак не заговорил первым. Такой случай как этот был очень деликатным. Он должен был дать понять большему количеству людей, кто именно был здесь хозяином положения.

— Я вернулась, брат мой.

— С возвращением, сестра моя.

В ответ на почтительное приветствие Реннер, Занак ответил с тем же великодушием. Он видел краем глаза, что Клаим поприветствовал его, но не было никакой необходимости отвечать на приветствие простого солдата.

— Давайте прогуляемся вместе.

— С удовольствием, брат мой.

Занак и Реннер отправились вместе, плечом к плечу. Он поднял подбородок, указав, что его свита должна придерживаться дистанции. Если бы он осмотрелся, то увидел бы, что Реннер жестикулирует Клаиму, что тому было дозволено держаться еще поодаль, чем прежде.

— Кстати говоря, брат мой, вы кажетесь весьма измотанным. Что произошло?

Реннер улыбнулась, как только задала свой встревоженный вопрос.

— Могло случиться так, что Колдовское Королевство отправило посланника?

Занак мог отчетливо слышать биение своего сердца. Он был слишком сосредоточен на том, какое действие предпринять со своей стороны, и полностью упустил тот факт, что они сами могли попытаться установить контакт с ним.

Другими словами, Реннер полагала, что для второй стороны пришло время начинать действовать.

Занак мысленно принял это к сведению и покачал головой.

— Это не так.

— То есть, вы проделали весь этот путь, чтобы увидеть меня по какой-то другой причине?

— Эх. Я обдумывал проблему подати.

— Я думаю, что, как только их эмиссар прибудет, для вас было бы лучше предложить вдвое больше, чем, то количество, что вы в сейчас задумали, дорогой брат. Половина этого — будет в знак благодарности за весь тот путь что вы проделали, в то время как другая половина, — я надеюсь, что это не нужно уточнять?

Занак ничего не сказал, но решил запомнить предложение Реннер.

Действительно, это было очень хорошим ходом.

Конечно, ни один из дворян не возразил бы против представления подарка гостю, который приехал в их дом, даже если бы были скрытые мотивы для того, чтобы поступить так.

Факт, того что Реннер немедленно решила проблему, которая беспокоила его в течение долгого времени еще раз породил страх в сердце Занака. Кроме того, пока Реннер обладала такими влиятельными подчиненными, даже её убийство может стать проблемой. В таком случае его единственный выбор заключался в том, чтобы подлизываться к ней.

“…Когда я стану Королем, я дам вам землю на границе. Вы переедете туда”.

“Я понимаю. Я буду подчиняться любому вашему приказу, мой дорогой брат."

— После того, как я отошлю вас, я не буду снова вызывать вас в столицу королевства. Я не хотел бы ограничивать вашу свободу, но я выберу место, которое гарантировано не будет приносить особых трудностей. Вы должны провести остальную часть жизни там.

— Ясно. Моя глубочайшая благодарность.

По всей вероятности, Реннер уже поняла то, к чему он стремился, но он должен был фактически озвучить это, чтобы позволить ей понять доброту, которую он к ней проявил.

“Вы можете взять любое количество сирот в качестве ваших детей. В этом отношении вы можете поступать как захотите”.

— Большое спасибо, старший брат.

Факт, того что она ответила без промедления, был доказательствами, того что Реннер уже знала то, что Занак собирался сказать.

Занак не мог понять, почему Реннер влюбилась в Клаима обычного простолюдина. Его внешность очень проста, и он не был особенно привлекательным. Он не был достойной парой для его младшей сестры вообще.

"Ах-х, задумываясь об этом, — я слышал о ее фетише тогда."

Когда он восстановил в своей памяти те позорные воспоминания о его сестре, Занаку стало жаль Клаима.

— Тогда, я с нетерпением жду того дня когда вы станете королем, брат мой. После вашей коронации, я буду счастлива если вы будете думать обо мне время от времени, поскольку я живу на ферме.

— Oх-х, непременно, моя дорогая сестра. Однако будет лучше, если бы я мог навещать вас, чтобы поговорить время от времени — м-м?

Занак перевел взгляд на солдата, который подбегал к ним трусцой.

Этот человек был одним из выживших членов отряда Газефа.

Он боролся, чтобы защитить Короля на том поле битвы. Теперь, когда Воин-капитан ушел, у него было хорошее положение и доверие Короля. Волей случая, два подчиненных Реннер наслаждались таким же доверием.

Мысленный образ иссохшего тела его отца предстал перед его глазами.

— Мой Принц, Его Величество желает вас видеть.

После этих слов, он повернулся чтобы посмотреть на Реннер.

— Он также желает видеть и вас, моя Принцесса.

— Что случилось?

— Нам стало известно что Король Заклинатель выслал к нам группу дипломатов, для переговоров.

Занак перевел взгляд на Реннер, но все еще отвечал этому человеку.

— Я понял. Скажите ему что мы скоро прибудем. Сестра моя, я отправлюсь первым. Пожалуйста поторопись когда закончишь приготовления к отправке.

— Я поняла, мой дорогой брат.

Учитывая, что она была в приюте до недавнего времени, одежда Реннер была незамысловата и обветрена

Появившись так перед дворянами, она будет только смущать себя.

С этими словами с суровым выражением на его лице, Занак зашагал прочь.

"Хммм. Дела обстоят так, как есть, кажется то предложение больше не оспоришь.

Ах, в конце концов, уже слишком поздно."

Было подсчитано, что путешествие делегации послов Колдовского Королевства из Э-Рантела в столицу Королевства Ре-Эстиз займет приблизительно около недели.

И вот наступил седьмой день. Если все будет в соответствии с планом, послы прибудут в столицу уже сегодня.

Занак, облаченный в непривычные доспехи, стоял в одной линии со своими рыцарями у ворот Королевской Столицы. Фасад тех ворот был обращен в сторону Э-Рантела.

Стоявшая последние дни облачная погода прояснилась, будто это все было шуткой, и небо во всю несло картину весны.

Однако, все видели на расстоянии густой облачный покров. Казалось, голубое небо ограничивалось пространством непосредственно над столицей Королевства.

Такой пейзаж был весьма аномален. На самом деле, даже столичный королевский метеоролог, хватаясь за голову, восклицал: "Это невозможно!".

Он работал в Королевском дворце уже долгое время, и мог предсказать погоду следующего дня с точностью более чем девяносто процентов. Таким образом, когда он заявил, что это невозможно, он предполагал, что это голубое небо было чем угодно, только не настоящим.

Занак глубоко вздохнул под своим шлемом.

Он никогда не слышал от своих учителей о магии, контролирующей погоду. Однако этот Король-Заклинатель вполне вероятно способен использовать такую магию с презрительной легкостью.

Люди Занака были не только бездарны в области магии, но у них также не было каких-либо знаний о других необычных явлениях.

Все это вызывало головную боль. А точнее, все это было потому, что он слишком уповал на маркиза Рейвена.

Он собрал знания от своих приключенцев, объединил их, и назвал Тигриным Свитком. Он содержал информацию о различных видах и формах магических предметов, разновидности и силу некоторых монстров, разные заклинания и тому подобное.

До сих пор он свободно делился свитком со своим союзником — Занаком. Однако, поскольку Рейвен уже не прибывал в королевской столице, Тигриный свиток, разумеется, испарился вместе с ним.

Он пытался разыскать дворян, которые получили знания у авантюристов, коих имел Рейвен, но, к сожалению, не нашлось ни одного. Это было не из-за того, что эти дворяне были глупы, но потому, что они жили в абсолютно разных мирах, относительно тех авантюристов. В то время как некоторые дворяне действительно нанимали авантюристов, это было нужно всего лишь, для того, чтобы воспользоваться их силами. Дворяне не интересовались миром искателей приключений или новостями, которые они получали..

Дворяне всегда были такими на протяжении двухсот лет истории Королевства. С этой точки зрения, Рейвен был весьма особенным дворянином.

Наверное, трудно найти искателей приключений в отставке, особенно тех, у кого мифриловый ранг и выше.

Он слышал, что авантюристы ненавидели такие проблемные вещи как политика. Действительно однажды войдя в мир политики, любой утратит свою свободу. Захотели ли бы авантюристы, работать на него после ухода в отставку?

При мысли об этом Занак упал духом.

— Мой Принц!

Окрик рыцаря, стоящего рядом с ним, привел Занака обратно в чувства. Он глянул в конец улицы — и сразу же приметил его.

Кажется он уже начинал видеть вдали посланников Королевства Короля-Заклинателя.

Они заблаговременно приложили все необходимые усилия, чтобы перекрыть на сегодня движение, вниз по той улице. В результате чего, никто не будет выскакивать из дверей позади них. Городские ворота были также заперты только на сегодняшний день.

— Хорошо, давайте пробежимся по этому снова. Мы должны рассматривать их как иностранных сановников. Попытка чего-либо по отношению к послам Магического Королевства является тяжким преступлением. Оно карается мгновенной смертью.

— Есть!

Ответ ряда рыцарей был довольно мощным, и мечи на их поясах издали чистый, твердый и единый звук.

— Отлично! Проявите предельное уважение, и впечатлите их славой Королевства!

— Есть!

Группа оставалась абсолютно неподвижной до тех пор, пока не прибыли послы.

Вскоре, авангард послов присоединился к ним.

Это был бронированный черный рыцарь, восседающий на единороге с багряными глазами. Его тело было смолянисто чёрным, а голова щеголяла парой рогов, можно было предположить, что наездник вовсе не человек. Он источал ауру смертельной угрозы, лучась словно солнце, а его полные латы пульсировали, будто живые.

Занак чувствовал, как боевой конь под ним дрожит в страхе.

Рыцарь сжал свою когтистую латную рукавицу и ударил себя в грудь.

— Мои извинения! Мы делегация Колдовского Королевства Айнза Оал Гоуна.

Можно было сравнить этот голос с музыкой, выжатой из гниющих инструментов. Только услышав, это заставило волосы на затылках у слушателей встать дыбом. Занак собрал всю свою отвагу, чтобы изгнать этот страх, и затем заговорил.

— Я Второй Принц Королевства Ре-Эстиз, Занак Валреон Игана Раил Вайсельф! По приказу Его Величества, я сопровожу вашу компанию в Королевский Дворец. Прошу, следуйте за нами!

— Признателен. Тогда мы воспользуемся вашим руководством. "Этот" — просит прощения, "Этот" не носит фамилии, прошу позволить "Этому" представить себя названием своего вида. "Этот" зовется себя, — Всадником Смерти!

Занак слегка выпучил глаза, когда тот представился названием своего вида, но он немедленно ответил, чтобы эта заминка не оскорбила его.

— Тогда, могу я обращаться к вам, как к господину Всаднику?

— Для меня это будет честью.

— Понятно. Тогда могу ли я поприветствовать лидера посланников? Как Второй принц, я также ответственен за действия нашего лидера представляющего Королевство. Если возможно, я хотел бы объяснить обстоятельства вашему лидеру.

— Принято. Этот передаст ваше сообщение нашему господину.

— Примите мою наиглубочайшую благодарность.

После этого, эскорт отступил, чтобы доставить свой отчет.

Несмотря на то, как весь процесс временами звучал довольно забавно, в итоге он должен быть готов столкнуться с Колдовским Королевством. Это государство, способное на контроль нежити и манипулирование монстрами, поэтому, предполагая очевидное, было ясно, что обычные способы ведения дел здесь неприменимы.

Он чувствовал себя глупо, даже ожидая, что лидер посланников, будет хоть отчасти обладать человеческим обликом.

— А теперь, все стиснули свои зубы. Мы не можем допустить ничего, что могло бы оскорбить их.

— Сэр.

Услышав ответ рыцарей, Занак надул своё пузо..

По пути сюда посланники прошли через несколько городов, таким образом Занак узнал о составе их группы.

Там было пять экипажей.

Каждый из них был запряжен конно-образным монстром излучающим зловещую ауру. Затем появились монстры, которым было поручена безопасность периметра и многочисленные Всадники Смерти. Были также и другие монстры наряду с ними.

Занаку были неизвестны имена тех монстров или насколько опасны они были. Однако, знал он их или нет, его обязанности остались неизменными. Так как они были посланниками, посланными Королем Заклинателем, о не мог допускать возможности проявления неуважения к ним.

Всадник Смерти — возможно тот же что был до этого — приближался к нему со стороны посланников.

" Простите за ожидание. Наш великий лидер — правая рука Короля Заклинателя Аинз Оал Гоуна, госпожа Альбедо, согласилась встретиться с вами достопочтенный Занак, пожалуйста, следуйте за мной."

Занак подал сигнал рыцарям удерживать их позиции а сам повел свою лошадь рядом с Всадником Смерти

По правде, это было довольно ужасающе.

В конце концов, Занак продвигался через монстров которых никогда раньше не видел.

Несмотря на это, у него все еще была своя гордость как у члена Королевской семьи. Занак скоро станет Королем, и так как он должен будет обязательно встретиться с эмиссарами Короля Заклинателя, он не мог опозорится. Вместо этого он должен был продемонстрировать свои способности и показать что в королевстве Ри-Эстиз есть талантливые люди.

Лошадь Занака бросало в холодный пот при приближении к экипажу. Занак спешился перед экипажем.

— Значит это лидер со стороны посланников Адьбедо-сама.

Какой вид монстра собирается показаться перед ним? Занак приказал себе не изменять выражение своего лица.

Дверь медленно открылась и неспешно появилась человеческая фигура.

То что он увидел — было прекрасно.

Нет, Занак не мог придумать слов, которые могли бы лучше описать ее. Единственное, что пришло на ум было "неописуемая красота мирового масштаба".

Возможно никто в этом мире не мог сравнится с той внешностью, что была у Реннер. Занак верил в это, до этого момента, но потом он осознал, что ошибся. Если красота Реннер была ослепительная, то у Альбедо она была чарующе темная.

Альбедо ступила на подножку кареты. Слабый отзвук от ее высоких каблуков встрепенул Занака, заставив его вернуться к реальности..

Занак немедленно преклонил колени перед нею и опустил свою голову.

Можно подумать, что это унизительно для Принца из королевской семьи, стоять на коленях перед кем либо, даже если тот и был посланцем из другой нации. Однако учитывая разницу в силе между Королевством и Колдовским Королевством, это был бы правильный ход действий. Ведь сейчас Королевству нужна не слава, а конкретная польза.

— Пожалуйста поднимите голову.

Тихий, прекрасный голос проговорил над его головой.

— Сию минуту.

Когда он поднял глаза, лицо девицы все еще улыбалось, она ласково взглянула на него.

Это было обычным отношением превосходящего человека — нет, она вообще человек?

Занак обвел её взглядом, чтобы дать оценку. Во-первых, были ли крылья на ее талии магическими, или какими либо другими? Точно так же как и рожки, вьющиеся по обе стороны из ее головы.

Это было действие магического предмета или она действительно была гетероморфным существом, никто из них не казался особенно странным учитывая то что они прибыли из Колдовского Королевства.

— Я — посланник от Колдовского Королевства Аинза Оал Гоуна, — Альбедо. Хотя это всего лишь в течение нескольких дней, мы будем полагаться на вас. Встаньте, Принц-доно. Вы не сможете продолжать говорить, стоя на коленях.

— Примете мою глубочайшую благодарность.

Занак выпрямился, и тут проблема явилась сама по себе.

Казалось он узнал из разговора, что ее имя было Альбедо, было ли это в действительности верно?

В Королевстве — и в Империи — у простого человека было два имени, дворяне имели три имени, у титулованных людей было четыре имени. У королевской семьи было четыре имени — плюс их титулы в общей сложности пять имен.

Вот почему Зиркнифа Рун Фарод Эль-Никса дразнили из-за его четырех имен, якобы оно не было действительно королевским. Однако имя как Альбедо походило на псевдоним или прозвище. Было непростительной ошибкой, обратиться к члену дворянства с таким прозвищем.

Хоть он может быть и напрасно беспокоился, он не мог быть уверен, что такая ситуации не произойдет.

Причина, почему он сказал это потому, что много дворян погибли в предыдущем сражении. Погибшими были не только главы семей, но даже первенцы — наследники некоторых семей. В настоящее время много благородных семей были во главе с “Запасными”, вторыми или третьими сыновьями.

Запчасти, есть запчасти. Никто не ожидал многого от этих дворян. Мало того, что они испытывали недостаток в квалификации, но они им также не хватало знаний. Попросту говоря, им не хватало надлежащего воспитания.

При нормальных условиях они должны быть воспитаны должным образом более старшими в их фракциях, но предшествующая война стала причиной отсутствия людских ресурсов для такого дела. В результате, много неумелых людей оказались в первых рядах. И эти неумелые люди собрались вместе, чтобы создать неумелую фракцию.

В настоящее время класс дворянства Королевства резко упал благодаря этим людям. В этот решающий момент могли ли они встретить такую женщину, как Альбедо, обладающей подобающим этикетом?

— Простите мою грубость, но как я должен обращаться к вам, Альбедо-сама?

Это был немного неуважительный вопрос

Обычно, он должен был спросить. “Какой вы имеете титул среди знати, Альбедо-сама, или возможно каково ваше положение в Колдовском Королевстве?”

Проблема была в том что она могла ответить, “Вы даже не знаете ранги дворян вашей соседней страны?”

Однако, это было ошибкой Колдовского Королевства.

Ведь никакой информации о Колдовском Королевстве не текло из их границ. Хоть они и объявили о своей независимости несколько месяцев назад, они, в основном, ограничили себя внутренними делами. Это был первый раз, когда они участвовали в дипломатических отношениях по своему согласию.

Все, что Занак знал об Альбедо — она является главной в делегации, а также правой рукой Короля-Заклинателя.

"Империя, вероятно, знала… но они не сказали нам ничего… Что же, любой, попросивший использовать на нас то заклинание такого вида, должен ненавидеть нас до костей."

Как будто почувствовав его беспокойство, Альбедо произнесла:

— Хотя, может это не подходит к контексту, я была назначена старшей, командующей Стражами Этажей и Стражами Областей в Колдовском Королевстве Айнза Оал Гоуна.

— О, понятно.

Он сказал это, но не имел никакого понятия, что значит "старшая". Вдобавок, он был полностью не сведущ касательно" Этажей", упомянутых ею.

Альбедо продолжила говорить, видимо, заметив его скрытое замешательство.

— Именно. Я — заместитель владыки Айнза… то есть, нет, Короля-Заклинателя. Моя должность — Смотритель Стражей. Может, это лучше подойдёт?

Ооо, вот оно что!

"«владыки Айнза», похоже, что они достаточно близки, чтобы обращаться к нему подобным образом. Получается что, она — маркиза, нет, возможно, герцогиня? Я должен поделится этой информацией с другими. Но тем не менее, Страж … Смотритель?"

— Что ж, Альбедо-сама, позвольте сопроводить вашу светлость в Королевский Дворец. Там для вас подготовлены покои, которые вы, надеюсь, найдёте удовлетворительными. Мой отец — Король Ранпосса III — по причине своих преклонных лет не смог встретить вас у врат лично, и поэтому отправил меня. Молю вас не считать это оскорблением.

“Все в порядке.”

Ее улыбка не изменилась.

Обычно она должна была благодарить Принца. Впрочем, он мог ясно понять, кто же был лидером партии из-за ее отношения

На спине у Занака выступил холодный пот. Потому что он понял, что выстроить с ними хорошие отношения будет очень сложно.

— … Кроме того, мы обычно звонили бы в колокола на праздновании, но неудачное недоразумение между нашими странами привело к трагедии, поэтому, пожалуйста, простите нам за то, что не сделали так. Кроме того, обычные люди еще не знают о вашем прибытии, поэтому, пожалуйста, примите это во внимание.

“Конечно, это не проблема.”

Он понятия не имел, что люди будут делать если узнают что эмиссар Короля Заклинателя прибыл чтобы говорить с ними. Таким образом ответ Альбедо стал большим облегчением.

(Лучше думать, что я задолжал ей?)

Он совершенно не боялся, что послов атакует разъярённая толпа. Эти Всадники Смерти — да, каждый из присутствующих наверняка очень силён, даже по меркам Колдовского Королевства. Он ничуть не удивился бы, узнав, что каждый из них равен Газефу Строноффу.

“Тогда, могу ли я задать несколько вопросов?”

— Конечно! Я отвечу на ваши вопросы ели это будет в моих силах.

— Хорошо, тогда не могли бы вы рассказать мне о плане визита после того, как мы дойдём до Королевского Дворца.

— Да! Во-первых, сегодня вечером будет намеченный ужин со мной и остальной частью Королевской семьи. Завтра мы посетим театр, чтобы посмотреть на танцы, и проведем званый обед к вечеру, куда будут приглашены все дворяне Королевства. На следующий день гвоздем программы будет Дворцовый оркестр — после которого мы начнем дипломатические переговоры.

— Вот как…. далее, я полагаю, не возникнет никаких проблем, если мы пожелаем прогуляться по столице?

— Конечно. Мы выберем исключительных рыцарей, для вашей охраны.

Хоть эти слова и были для их защиты, они также подразумевали наблюдение, и даже сдерживание их, если возникнет необходимость.

“Могу ли я узнать, какие места вас интересуют?”

Они должны полностью перекрыть площадь в этот день, чтобы сделать невозможным для простолюдинов проход рядом с этим местом.

“Нет… нет мест, что особо меня интересуют. Так как я не знаю, какие места мне стоит посетить в столице, не могли бы вы отправить меня на экскурсию?”

“Понял. Я выполню вашу просьбу”.

Альбедо улыбнулась и кивнула

В течение прошлого месяца или около того, Филип чувствовал, что был одним из самых везучих мужчин Королевства.

Он был, возможно, самым удачливым человеком, если говорил бы так о себе. Однако, скромность тоже была достоинством. Кроме того, могли бы быть другие дворяне, более удачливые, чем он, таким образом, будет лучше не говорить в абсолютных понятиях.

(Дворяне — ха.)

Филипп натянул улыбку, пока поправлял свою одежду

Это был только вторый раз, когда он участвовал в столь благородном вечере как этот. Однако, возможно он должен сказать, что ожидания от этого праздничного ужина, организованного королевской семьей — откровенный упадок, в сравнении с тем что он посетил ранее.

Парадная одежда других гостей казалась намного более дорогостоящей, чем на предыдущей вечеринке. Сколько же денег она стоила? Филип поглядел на свою собственную одежду и начал чувствовать себя немного расстроенным.

Как он и думал, у дворян высшего сословия была действительно потрясающая одежда.

Дворянки в их маскарадных костюмах, у всех были улыбки на лицах, но те улыбки дразнили его с его простым одеянием? Филип не мог так не думать, даже без любого основания для этого. Когда он озирался, он вообразил всех окружающих дворян, смеющихся над ним.

(Это — все, из-за отсутствия денег.)

Если бы его поместье было более богато, он был бы в состоянии носить лучшую одежду. Однако поместье Филипа никогда не было настолько процветающим. Даже его теперешняя одежда была торопливо перешита из торжественной одежды его старшего брата. В результате он все еще чувствовали себя немного скутым вокруг плеч.

(Ну, денег не хватает из за того, что предыдущие владельцы были бесполезны. Так что, как только земли перейдут ко мне, я сделаю владения богаче)

Филипп был третьим сыном в семье.

Так же, как среди простолюдинов, в благородной семье не были особо рады третьему сыну. Не важно насколько богата была семья, многократное разделение имущества, в конце концов ухудшит её благосостояние. Поэтому, все наследство переходило к старшему сыну. В этом отношении семьи дворян следовали тому же принципу, что и простолюдины.

Возможно, более обеспеченная семья могла оказать финансовую поддержку третьему сыну. Возможно, они могли воспользоваться своими связями с другими дворянами, чтобы лучше устроить его. Однако, это не имело никакого отношения к семье Филиппа.

Как только старший сын достиг совершеннолетия — в других словах, когда шанс его смерти от болезни стал минимален — третий сын, Филипп, стал ненужен своей семье.

Ему дадут немного денег а затем выгонят из родительского дома? Или возможно отправят жить с бедной семьей и работать как обычный крестьянин. В обоих вариантах его ждала трагическая судьба. Однако, все развернулось совсем по другому. Вместо этого, он впервые вышел в свет на роскошном светском балу.

Вот почему Филипп чувствовал себя удачливым.

Первой удачей было то, что его старший брат, второй сын в семье, умер от болезни ещё не достигнув совершеннолетия.

Так как старший брат — первый сын в семье — к тому времени уже был мужчиной, больше не было необходимости во втором сыне. К тому же, их феодал не был богат и они могли использовать только травы, взамен священников, для его лечения. В итоге, его состояние начало ухудшаться, и в конце концов он скончался.

С этого момента, Филипп был повышен до позиции запасного. Его ценность возросла — от крестьянина до дворецкого.

Подобные случаи не были редкостью.

Однако, то, что позволило, Филиппу попасть в верхние слои было результатом его второй крупицы удачи.

Через несколько лет, после достижения совершеннолетия настало время для старшего брата Филиппа принять руководство родовым имением. Затем разразилась та война с Империей. Если бы она была такой же, как и в прошлые годы, то должна была закончиться после нескольких стычек. Таким образом, это был безопасный способ получить боевые заслуги и предмет гордости для семьи, отправившей мужчин на битву.

Однако, его старший брат не вернулся.

Он был поглощен магией Короля Заклинателя и погиб вместе с двадцатью крестьянами, отправившимися с ним.

Филипп не мог забыть момент радости, когда он услышал эту новость. Это была радость, которую он взращивал в себе с момента становления запасным сыном.

Его тело не было найдено, как и комплект лат, доставшихся от предков. Но это не было такой уж проблемой. Как только семейные владения станут богаче, Филипп сможет позволить себе латы получше. Важнее было то, что титул наследника перестал быть недостижимым и практически стал его.

Время для этого было идеальным.

Если бы его брат скончался после того, как унаследовал семейные владения, Филиппу пришлось бы ждать пока его племянник достигнет совершеннолетия. Однако, так как его брат умер до того, как получил наследство, главенство Филиппа стало решенным вопросом.

Все выглядело так, как будто Король Заклинатель специально устроил все как можно лучше для Филиппа.

Поэтому, Филипп даже чувствовал некий намек на доброжелательность к Королю Заклинателю, которого он раньше не встречал. Если бы он только мог передать свою благодарность непосредственно его эмиссару

Вдобавок-

(Все верно. Я схвачу удачу за хвост. Как можно упустить такой шанс прямо у себя из под носа?)

Сердце Филиппа вспыхнуло, как костер.

Глядя на то, что делали его старший брат и отец все это время, он думал о них как об идиотах. Почему вы не сделаете это? Разве это не принесет больше выгоды? Конечно, в лицо он им этого никогда не говорил.

Только из за того, что ни одна из полученных выгод не попадет к нему, ровно как признание и уважение. Поэтому, долгое время Филипп раздумывал над идеями о том, как лучше управлять своими владениями и хранил их в своем сердце.

"Я покажу окрестным лордам, что достоин этого титула. Я докажу отцу, как глупо было выбирать старшенького. Продать тем торговцам недоброкачественную пшеницу и овощи… — нет, как бы поступить? А моя замечательная идея привлечёт слишком много внимания? Если другие украдут её? И всё же, без торговли не будет и денег. Нужно найти надёжных торговцев, умеющих держать язык за зубами — то есть, не таких как тот"

При мысли о том торговце лицо Филипа исказилось.

Неприятные воспоминания об этом человеке омрачили восторг от возможности находиться в столь роскошной зале.

"Как он посмел столь презрительно отнестись ко мне! Пока что мне придётся это стерпеть, но тут, в Столице, я найду торговца получше, и вышибу этого прочь! Я уже обзавёлся собственными связями!"

Филип провёл в Столице всего несколько недель, но уже наладил кое-какие нелегальные контакты. Гордость прогнала прочь дурные мысли.

"Я как всегда сработал как надо, и всё уже на мази. Мои владения будут процветать, и я разбогатею. Те идиоты, что презирали меня, увидят, кто тут идиот на самом деле."

Пока Филип грезил о восхитительном будущем, по зале разнёсся мужской голос.

— Дамы и господа! Представляю вам посланника Колдовского Королевства! Альбедо-сама!

Музыканты игравшего в зале оркестра тут же опустили свои инструменты, атмосфера праздника исчезла без следа.

Судя по суматохе, церемонимейстер только что объявил о прибытии звезды сегодняшнего вечера, гостя королевской семьи.

— Альбедо-сама — правая рука Его Величества Короля-Заклинателя, владыки Колдовского Королевства, и занимает пост Смотрителя Стражей, равный рангу премьер-министра. Сегодня вечером Альбедо-сама почтит нас своим присутствием.

"Ха, в одиночку?" — произнёс тихий женский голос. "Тихо, ты" — резко одёрнул её стоящий рядом шикарно разодетый дворянин. Филипа слегка удивила эта сценка.

"Что такого в том, чтобы придти в одиночку. Но вот чтобы премьер-министра отправили послом! Неужели Колдовское Королевство так высоко ценит свои отношения с Королевством Ре-Эстиз?"

Гадая, что за человек окажется послом Колдовского Королевства, Филип уставился на двери, к которым подошёл церемонимейстер.

— Итак, поприветствуем главу посольства, Альбедо-сама!

Главные двери открылись, и залу накрыла тишина.

За дверьми стояла богиня. Её идеальные черты лица затмевали любую крестьянку, любую шлюху из борделей Королевства, любую из женщин, что Филип встречал в своей жизни. Разумеется, Принцесса, которую он видел назадолго до этого, была красива, но он отдал бы своё предпочтение новоприбывшей.

Её одеяние также было прекрасно. Платье цвета платины, с узорами, вышитыми золотой нитью. Нижнюю половину тела прикрывало что-то, напоминающее пару крыльев с чёрными перьями. Она словно сияла, отражая свет магических светильников на потолке.

Филип покосился на недавно шептавшую женщину. Она стояла, словно вросшая в землю, с тупым выражением лица.

"Ну-ка ну-ка, что же это. Разве такое выражение лица должно быть у спутницы какого-нибудь высокородного дворянина? Ты же словно крестьянка у дороги"

Восторг, который у него вызвала победа Колдовского Королевства — к которому он относился весьма благосклонно — заставил его сердце чуть ли не петь от восхищения.

— Мы рады приветствовать вас, Альбедо-доно.

Ранпосса III поднялся, приветствуя её.

— Ваше Величество, я благодарна вам за этот прием.

Альбедо стояла к Филипу в профиль, но даже так, увидев её ласковую улыбку, он отчётливо понял одно.

"Она неописуемо прекрасна…"

— Надеюсь, вы простите, если я сяду — груз лет давит на меня. Итак, знать Королевства! Прибыла наша главная гостья. Прошу, наслаждайтесь вечером. И вы, Альбедо-доно, пожалуйста, развлекайтесь.

— Благодарю, Ваше Величество.

Альбедо сладко улыбнулось королю.

Он украдкой взглянул на ту ранее наблюдаемую дворянку, и увидел её бормотание чего-то вроде "она не преклонила голову". Филипп оставил без внимания эту глупую женщину с ее глупыми словами и вместо этого продолжил услаждать свой взор той красотой мирового класса.

Он ярко представил себе картину разговора Альбедо с принцессой Реннер.

"Если бы только я мог сделать эту женщину своей…"

Он понимал, что это может быть очень трудной задачей. Но раз подумав об этом, дело уже не выглядело полностью невозможным.

"Однажды мои владения станут богаче, другие дворяне начнут представлять мне своих дочерей. Чем состоятельнее стану, тем лучше будут девочки. Даже принцесса, даже эта посланница не остаются вне досягаемости"

Филипп почувствовал прилив тепла в его нижней части тела.

"Ну, у крупных дворян обычно есть любовница, или три… лучшим положением будет, если я смогу наслаждаться этими двумя красотками одновременно"

Филипп смотрел назад и вперед на Реннер и Альбедо.

Он поспешно схватил неподалеку напиток, прежде чем его фантазии вышли из под контроля. Было бы нехорошо, стань он твердым здесь. Ощущение прохладного напитка, скользящего по горлу, помогло ему восстановить спокойствие.

"Кстати об этом, как они сделали лед? Магией ли…"

Единственными людьми в имениях Филиппа, способными использовать магию, были священники. Наряду с помощью в лечении болезней они требуют денег за это. И за создание льда они запросили бы соответствующую плату.

"Как только земли станут моими, я обяжу их подлечивать меня бесплатно. Простолюдины требуют денег со своего господина, что за глупости!"

Филипп сделал мысленную заметку в его будущих отношениях со священниками.

Он предвкушал начало работы над своим имением, когда вернется. Филип представил, как все его блестящие идеи претворяются в дело, освещая его жизнь сиянием золота.

"Что?"

Когда он снова посмотрел на Альбедо, он увидел ее стоящую в полном одиночестве.

Там присутствовало множество дворян, но никто не знал, как к ней подойти.

"Колдовское Королевство, ха… Что же станет с Королевством после этого?"

Филипа не особенно волновало, что произошло в Королевстве, но было бы мучительно, если бы это повлияло на его имущество.

В таком случае…

Филип содрогнулся от мысли, что у него только что возникла.

"Эй, эй, даже не думай о такой опасной вещи. Это всего лишь… ну, это точно не плохой шаг, верно? Как бы это сказать… Не могу поверить, что я думаю о такой идеи, как эта…"

Он смотрел со стороны на одинокое выражение Альбедо.

"Третьим быть бесполезно. И нет смысла быть вторым. Самое важное — быть первым"

Посланник Колдовского королевства выглядела изгоем, потому что никто с ней не разговаривал. Филипп читал, как леди могут быть ранимы в таких ситуациях.

"Сделай это. Ты должен сделать ставку, чтобы получить выигрыш. Настал шанс возвыситься, потому что все изменилось. Я удачливый человек, значит я должен хорошо использовать свою удачу."

Семья Филиппа всегда была связана фракцией, но они обычно оставались в хвосте. Было достаточно много выгоды от продолжения сотрудничества с фракцией.

Но затем он вспомнил некоторые слова, услышанные на днях. Одна очень худая любовница произнесла: " Почему бы тебе не создать свою фракцию?"

Решившись, Филипп опрокинул бокал вина, что держал все это время.

Оно было не такое водянистое, какое он пил дома. Было чувство, что его горло и желудок горели. Будто движимый той жарой, растущей из желудка, Филипп вышел вперед.

“Альбедо-сама, Вы не против?”

В ответ на его голос, Альбедо повернула свою улыбку к нему.

Он покраснел, но не только из-за вина.

— О, как у вас дела?

На мгновение она сдвинула брови, погружаясь в мысли. Филипп сразу понял, чего она искала.

— Я Филип.

“Да? Ах, господин Филипп, — нет, Филипп-сама. Это большая честь встретиться с вами”.

— Это для меня удовольствие, госпожа Альбедо. Ничто не приносит мне большего наслаждения, чем знакомство с вами.

Филипп горячо ощущал, как воздух вокруг него изменился.

Быстрый взгляд в сторону показал, что у дворян высшего ранга было выражение шока на их лица.

Его распирало от восторга при виде того, как каждый из гостей на приёме, созванном Королевской Семьёй, смотрит на него.

"Я, я, я сейчас в центре всеобщего внимания!"

Подумать только, он — в прошлом не имевший возможности даже есть горячую пищу — сейчас объект внимания людей, стоящих у вершины власти Королевства. При этой мысли Филипом завладело неожиданное возбуждение.

"Верно! Я Филип! Смотрите на меня! Смотрите на будущую центральную фигуру Королевства!"

Филип напряг мозги, и сделал самую крупную в своей жизни ставку.

А именно — пригласил Альбедо на бал парой дней позже.

***

— Идиот!

Этот выкрик охладил возбуждение Филипа. И в то же время, разжёг огонь в его сердце. Этот огонь, казалось, грозил пожрать всё то топливо, что Филип запасал на протяжении жизни.

Он презрительно посмотрел на седовласого мужчину перед собой.

— Я не за этим посылал тебя туда! Имбецил!

Филип вздохнул, пока его отец спрашивал об обеде при Королевском Дворе.

— Для начала, нас ни за что не пригласили бы на званый обед при дворе просто так! Я сделал всё что смог, задействовал все связи, чтобы ты получил это приглашение, шанс выразить твою признательность Графу и прочим дворянам, и познакомился с ними!

На званом обеде Королевской Семьи собираются люди из обеих фракций. Так что вряд ли при этом всплывёт тот факт, что наследник семейства сменился. А значит, никто не обратит на это особого внимания, и Филипа с готовностью примут. Таким образом, дворяне молчаливо признают его, и в будущем им будет не так-то просто возражать, когда он вступит в права наследника.

Иначе говоря, отец Филипа совершенно не верит в его способности. Он считает, что если Филип попытается представиться другим дворянам обычным порядком, то обязательно что-нибудь напортит.

Осознав это, Филип, с трудом подавив раздражение, изобразил улыбку.

— Нет, нет, отец. Не злитесь так. Я делал это ради нашей семьи…

— …Что значит, ради семьи? Твой поступок совершенно немыслим!

Что значит, немыслим, процедил Филип про себя. Раз все остальные перепугались и не решились сделать первый шаг, то почему бы не захватить инициативу?

Он что, должен был изображать скромность перед всеми теми бесполезными трусами, и всю оставшуюся жизнь торчать в своём ничтожном поместье?

— Отец! Подумайте хоть чуть-чуть! Пусть дорога из Колдовского Королевства в Ре-Эстиз длинна, но посреди её лежат наши владения! Если Колдовское Королевство нападёт, мы наверняка будем втянуты в конфликт! А раз так, не лучше ли наладить добрые отношения с Колдовским Королевством?

— Ты, ты идиот!

Лицо его отца раскраснелось пуще прежнего.

— Эти ублюдки из Колдовского Королевства убили твоего брата! А ты собрался снюхаться с ними! Ты что, не понимаешь, что это предательство нашего Королевства?!

И что, подумал Филип.

Колдовское Королевство ведь сильнее, так что почему бы и не предать Ре-Эстиз? Нужно всего лишь принести вассальную клятву Колдовскому Королевству. Что такого, что слабый тянется к тому кто сильнее? Кто посмеет упрекнуть его в этом?

— О чём ты только думал?!

У Филипа просто опускались руки при виде глупости отца.

Необходимость объяснять самоочевидные вещи казалась ему признаком непроходимой тупости. И всё же, это надо сказать.

— Всё просто, отец. Всё ради мо…

Он проглотил слово "моего", едва оно пришло ему в голову. Рано или поздно всё так и будет, но не сейчас.

— …Нашего поместья. Ради защиты наших крестьян. Колдовское Королевство невероятно сильно. Гораздо сильнее Ре-Эстиза. А раз так, они вполне могут напасть. Нам стоит предусмотреть выход из этого положения.

— Тьфу! Что значит, выход из положения? Ты вообще понимаешь, что подумают наши соседи, когда узнают, что ты натворил?!

— Они не смогут напасть на нас, не теперь.

Та битва унесла много жизней во владениях Филипа. Но это было верно и для соседних поместий. А значит, никто из окрестных дворян не сможет собрать достаточно сил, чтобы атаковать поместье Филипа.

— Ты учёл остальное?

— А? — отозвался Филип. Он понятия не имел, к чему клонит отец.

— Вот почему я всё время тебе повторяю — ты мыслишь слишком узко. Ты действуешь так, словно твои мечты уже стали реальностью. Это…

— …Думаю, вам стоит остановиться на этом, — вмешался человек, всё это время стоявший позади отца.

Этот человек — дворецкий, прислуживавший отцу сколько Филип себя помнил. Дворецкий ему не нравился, особенно то, что он никогда не выказывал своих чувств. Он был одним их тех людей, которых Филип намеревался прогнать прочь, вступив в права наследника.

Услышав слова дворецкого, отец Филипа постарался успокоить дыхание. Багрянец отхлынул с его щёк, оставив после себя бледное, анемичное лицо.

— …Хааа. Ха. Филип. У меня к тебе вопрос. Ты не боишься сделаться врагом всех окрестных феодалов?

— Их нечего бояться, разве нет?

Его отец разочарованно поник. Филип почувствовал укол беспокойства и раздражения.

Он пропустил что-то? Но ему всё никак не приходило в голову, что же именно.

— Много молодых людей сложили свои головы на Равнинах Каз. И в ближайшие несколько лет это приведёт к множеству самых разных проблем. А значит, все окрестные дворяне должны действовать в тесном взаимодействии. То имение выращивает пищу, в этом шьют одежду. Ни одно поместье не сможет само обеспечить собственные потребности, и не имеет достаточных средств для этого. Но кто в таких обстоятельствах станет помогать роду, активно добивающемуся расположения Колдовского Королевства?

Спину Филиппа покрыл холодный пот. Отец прав.

— Ты ведь тоже это знаешь, верно? В нашем наделе не производится ничего такого, чего нет у других — мы не продаём никакой уникальной продукции. А значит, остальные дворяне без проблем смогут изолировать нас.

Филип принялся размышлять. У него есть голова на плечах. Он сможет отмести любой из глупых вопросов отца.

— Именно поэтому, отец, мы и должны положиться на Колдовское Королевство.

Отец знаком велел ему продолжать.

— Наладив контакты с Колдовским Королевством, мы просто предоставим им наше снабжение.

— …Тогда, позволь у тебя кое-что спросить. Будь ты кем-нибудь из Колдовского Королевства — нет, предположим, ты король некой страны, и одна из деревень враждебной тебе страны просит у тебя пищу, ты бы помог им?

— Конечно. Я бы наверняка так и сделал.

— Почему?

— Разве это не очевидно? Поступая таким образом, я покажу всем, что я милосердный правитель.

— … Ещё причины?

— …Никаких.

У его отца отвисла челюсть. Он, должно быть, впечатлён. И всё же, это довольно странная реакция. В конце концов, Король-Заклинатель наверняка хочет выглядеть добрым правителем, особенно учитывая, что его Королевство основано в Э-Рантэле и окружающей город местности. Он наверняка захочет обзавестись некоторыми связями, чтобы успокоить народ.

— Вот как… Вот, значит, о чём ты думал. Ну, я бы тоже отправил им помощь, чтобы создать повод к вторжению в ту страну. Впоследствии я бы объявил войну тому королевству, под предлогом защиты той деревни, которую оно угнетает.

— Невозможно. Это лишь фантазии. Более того, такой предлог не сработает.

— Теперь да, и почему вы думаете, что это невозможно?

— Давай вернёмся назад. И предположим, что это правда, как ты и сказал, отец. Разве это не ещё один повод для укрепления связей с Колдовским Королевством?

— Ты…

Его отец потерял дар речи.

— Разве, у тебя, как у королевского дворянина, нет чувства гордости?

— Конечно, есть. Всё же, лучше лишится всего, чем умереть самому, разве нет?

— Этот повелитель демонов, убивший твоего брата, и бесчисленное множество людей Королевства, разве нет? И с этим человеком. ты предлагаешь сотрудничать?

— Это была война, отец. Погибли они от меча или магии, уже не имеет никакого значения.

— … Почему ты так доверяешь королю Колдовского Королевства?

Это не было доверие, хотя присутствовала некая доброжелательность. Что более важно, все они были лишь пешками для Филиппа, игра, в которой он искал для себя выгоду.

'' Пешка! Верно! Даже Король Чародей Колдовского Королевства, который наводит ужас на людей Королевства, является лишь пешкой в моих руках!''

Филиппа переполняло волнение, поскольку он представлял как ведёт…. масштабные игры… словно на шахматной доске.

(Конечно это естественно, что отец будет волноваться. Однако если я могу уверить его что он ошибается, это всего лишь будет означать что я действую в его интересах …, Хотя, было бы лучше обсудить вопрос с Альбедо-сама в следующий раз, когда мы снова встретимся.)

— Я устал от этого …, Вы благодарили господина графа за званый ужин? Я спрашиваю о том, признал ли он Вас как нового главу семьи”.

Это было единственное, что Филипп не смог принять.

Пускай он был главой фракции, почему же перед ним нужно склонять голову, ведь он не более чем, всего лишь дилетант.

Решать, кто унаследует семейные владения — прерогатива главы семейства. Графа это не касаается. Ну, если бы он поддержал Филиппа при жизни его старшего брата, когда Филипп ещё был третьим сыном, и выдвинул его на позицию наследника, Филипп, может, и был бы ему благодарен. Но тот ничего подобного не сделал. Филипп добился своего нынешнего положения исключительно благодаря собственной удаче.

Другими словами, не было причин склоняться и ползать перед ним.

Поэтому, Филип не предстал перед графом с преклоненной головой и выражением благодарности. Однако, если бы он рассказал, об этом его отец, вероятно, разволновался бы снова. Это было ложью ради здоровья его отца.

"Несомненно."

— О я вижу. Это хорошо. С тех пор как ты сделал это, появился выход из этой ситуации.

Когда придет время все что нужно будет сделать это попросить помощи у графа.

Как только Филип почувствовал облегчение, снова вмешался дворецкий.

— Есть одна проблема. Вопрос, который Филип-сама упомянул вначале, еще не был решен. Филип-сама сказал, что пригласил эмиссара Колдовского Королевства на бал, организованный его семьей …, Что же нам предпринять?

“Это верно, Филипп! О чем ты думал? В нашей семье нету места для проведения бала!”

Все землевладельцы имели поместья в Королевской Столице.

Там были маленькие особняки неподалеку для визитов в Столицу.

Конечно, они были не столь крошечные как дома простолюдинов. Ими пользовались несколько раз в году, но они были знаком могущества дворянина. Хотя они должны были быть достаточно большими чтобы разместить все богатства лорда, привезенные с собой. Однако по своему интерьеру они не подходили для проведения балов.

Все еще, это была проблема с которой нужно было смириться.

— Все в порядке. Это правда что наше не имение может принять такое событие, но я уже осмелился арендовать другое место.

— О-о, может ли это быть поместье Графа.

Филип кивнул головой увидев слабое выражение радости на лице его отца.

— Нет это место принадлежит человеку которого я знаю в Королевской Столице. Тамошняя хозяйка сказала что сможет предоставить его мне. Дело в том что я разговаривал с ней как раз перед моим возвращением и она уверила меня что оно будет уже приготовлено.

— И сколько же мы должны заплатить за это?

Филип вздохнул с облегчением на вопрос дворецкого.

Ха, это было первым что он спросил.

— Это бесплатно.

— Бесплатно, говорите вы?… Возможно ли это?

— Да

Филип вспомнил слова хозяйки — Я возлагаю большие надежды на ваше будущее, поэтому я хочу инвестировать вас. Однако, я надеюсь, что вы вернете мне мою доброту в будущем.

— Я не верю, что такая удача свалилось на вас с неба… может вас обманули?

Филип разгневался, но он знал, что его отец доверяет дворецкому безоговорочно, так что он не мог прямо сейчас упрекнуть его.

— Я в долгу и я пообещал вернуть этот долг в будущем, так что все в порядке.

— …. О месте позаботились, а что насчет приглашений? Не попросить ли помощи Графа?

О чем он говорит, подумал Филипп. Это мероприятие осуществляется семьей, чтобы поднять свою репутацию. Почему, после всей, тяжелой работы и подготовки, он должен передать самые выгодные действия другим?

"Так вот как работает рабский менталитет. Как грустно… я не хочу закончить как он."

— Все будет хорошо. Я попросил хозяйку, ту, которая дала мне место для проведения, о помощи мне с подготовительными работами. Конечно, я буду составлять список гостей.

— …Тем не менее, было бы довольно грубо, не дать Графу подобрать гостей. Еще не поздно, попросить помощи у графа. Кроме того, вы знаете, какие семьи пригласить, чтобы не вызвать обиду?

— На этот раз, я намерен пригласить особых гостей. Хозяйка уже дала мне их имена.

— Вы…..

Сомнения появились в глазах отца.

— …… Тобой манипулировала хозяйка?

— Отец! Как ты можешь так говорить? Я придумал и сделал это! Правда, мне пришлось попросить о некоторой помощи, чтобы сделать это. Но хозяйка решила, что мой план имеет свои достоинства, когда она услышала — , что мой план может удастся, и она чувствовала, что я могу заплатить соответствующую цену! О чем ты думал все это время? При нормальных обстоятельствах, вы должны оказать мне, свою полную поддержку в качестве следующего главы семьи!

Многое было правдой. Хозяйка сказала — я с удовольствием вам помогу, если вы позволите нескольким дворянам, близких мне, принять участие в этом бале. — Это произошло потому, что это было выгодно им обоим, и то что он пошел к ней за помощью. Им наверняка не манипулируют.

Она полностью отличается от того, кто контролирует его отца, который украл все завоеванное, и оставил его ни с чем.

Филипп хотел сказать, ты единственный, кем управляют,

— …. Простите меня. Но вы можете мне сказать имя той хозяйки?

Филипп подавил свой гнев. Ведь он разговаривал с человеком, который еще не потерял свою сущность раба. Он должен открыть свое сердце и принять все это спокойно.

— Ее имя Хильма Цигнеус. Вы слышали это имя раньше?

“Нет, я никогда не слышала о ней раньше. Как насчет вас?”

Дворецкий покачал головой. Филипп был горд, что ему удалось познакомится с кем-то, кого даже его отец, который давно погрузился в благородное общество, не знал.

— Я узнаю мнение хозяйки, по поводу графа. Могут возникнуть проблемы, если мы не примем помощь хозяйки и попросим графа помочь вместо неё… Что-нибудь еще, отец?

Его измученный отец. ничего не ответил.

Хотя он все еще был немного недоволен, Филипп начал проводить свой план в действие. Следующим шагом будет отправка приглашения послу Колдовского Королевства, Мисс Альбедо, а затем нужно будет подумать о том, как укрепить там свои позиции.

Грандиозный зал заполнил взор Филиппа, его легко можно было сравнить с банкетным залом в Королевском дворце — нет, этот был даже лучше.

Он не мог отогнать мысли о том, как бы похвастаться перед остальными. Разумеется, все приготовления к его балу были произведены Хильмой. Однако, она предварительно спросила у него: "Должна ли я организовать обычный бал, или несравненное представление? Последнее потребует более крупной ответной услуги", и Филипп не колеблясь выбрал второе.

Иными словами, бал организован на средства, которые Филипп оплатил своим обязательством — а значит, благодаря его собственным усилиям. И собравшиеся здесь дворяне обязаны этим ему.

Идеально. Однако, именно поэтому одна маленькая деталь весьма огорчала Филиппа.

Он решал, кому отправлять приглашения — хотя ему и пришлось положиться на чужой опыт, но окончательное решение было за Филиппом, — и на приглашениях стояла печать его семейства. Более того, все присутствующие собрались здесь, чтобы встретить посланца Колдовского Королевства. А пригласил её именно Филипп.

То есть, он и организатор, и тот, благодаря которому и происходит это событие, так что именно он должен принимать похвалы и благодарственные поклоны. Все должны благодарить Филиппа за приглашение на столь важное событие. И восхвалять его храбрость, за то что он решился заговорить с посланницей Колдовского Королевства, к которой никто не осмеливался подойти.

А что же происходит вместо этого?

Первым делом все новоприбывшие подходят к Хильме. И лишь потом приветствуют его. Кроме того, они делают это неохотно, лишь после того, как Хильма упоминает имя Филиппа. А как бы они поступили, не заговори она о нём?

Он в долгу перед Хильмой, а значит, должен терпеть тот факт, что она затмевает его. Однако поведение дворян его раздражало. Основы основ дворянского этикета диктуют, что первым делом они должны приветствовать Филиппа.

"Вот почему они все — просто куча отбросов. Пф, похоже, соглашаться с Хильмой всё же не стоило"

Присутствующих дворян он приглашал, полагаясь на советы Хильмы.

Все дворяне, собранные здесь, стали во главу семей благодаря войне с Колдовским королевством, некоторые вскоре должны были занять высокопоставленные места. Другими словами, были в том же положении, что и сам Филип.

Причина, по которой он принял предложение Хильмы, заключалась в том, что немногие согласились бы с его размышлениями. Если бы не произошла смена лидера семьи, то вероятно все они считали бы Колдовское королевство угрозой.

Однако…

(Здесь собрались сплошь некомпетентные люди?)

Он окинул взглядом новоприбывших, а затем подошёл к Хильме.

Что за неразбериха, думал Филип.

"Эти глупцы, зацикленные на своих родословных, и вправду настоящие кретины. Вот почему они не в силах даже понять, кого нужно приветствовать в первую очередь" Точнее можно сказать, что у них не было никакой другой причины для этого."

— (Нет, но, разве это не хорошая идея? Они не будут в состоянии взять лидерство, потому что они — идиоты, правильно? Если бы здесь был дворянин с лучшим умом, чем мой, то я не был бы в состоянии принять управление над новой фракцией, которую я нашел, и к сожалению, моя семья также не настолько влиятельна.)

Это возможно шанс для него. Так как это было их ошибкой, он заключил, что они задолжали ему за то, что не заговорили с ним с самого сначала, и тогда он востребует с них в будущем.

Пока он неторопливо составлял планы, перед ним предстала Хильма.

Она была женщиной, больше походившей на мешок с костями.

Её болезненная худоба выглядела так, как будто она страдала от тяжелой болезни. Вероятно, она была бы куда красивее, если б на её костях было хоть чуть мяса, но это все дела былые.

— Филипп-сама, похоже, все приглашенные гости прибыли.

— Вот как?

Другими словами, все они видели в Филиппе лишь второго номера. Он пытался обуздать свое чувство неполноценности, но Хильма, похоже, видела его насквозь.

Она хихикнула

— Вы выглядите раздосадованым

— Нет, конечно нет.

Филип улыбнулся. Он был дворянином — он мог вести дела с такими интригами.

— Нет причин для лжи. Я поддерживаю вас потому что мне это выгодно, Филип-сама. Между нами не должно быть секретов.

Её слова звучали с оттенком лести.

Именно так.

Сердце Филипа вздрогнуло.

Это было правильное отношение которое должен был иметь обычный человек.

Он наконец переживал ситуацию, которую он ждал с нетерпением, и несчастье в его сердце исчезло как будто все это было ложью.

— Что то случилось, Филип-сама?

— Нет… давайте подумаем об этом, я не расстроен, но мне неудобно.

— Что вас беспокоит? Чего-то не достает? Если так, могу ли я приготовить это, прежде чем прибудут господа эмиссары?

— Не совсем так, — сказал Филипп покашливая — Я просто не ожидал, что люди здесь будут такими… обычными. Даже если я и собрал всех вместе в фракцию, я сомневаюсь, сможем ли мы соперничать с другими фракциями. Вот что меня донимает.

— Понятно, вот оно как.

Хильма улыбнулась.

Она была слишком худой, чтобы родить вожделение. Но при этом, ее обаяние было таким, что заставило его сглотнуть.

— Тогда, разве они не в такой ситуации, что им нужно ваше аккуратное руководство, Филипп-сама? Я хочу обратить внимание на ваши владения — те простолюдины весьма образованы?

— Нет

— Именно поэтому им нужен мудрый лидер, разве нет?

— Да, и в самом деле это так.

— Если это — Вы, Филип-сама, я уверена, что Вы сможете управлять этой фракцией хорошо. Я также обеспечу столько поддержки, сколько смогу предоставить.

— Поэтому вы то и настаиваете, это только для того, чтобы что-то получить, я прав?

— Конечно. Я помогаю тебе, потому что уверена, что я буду в выигрыше от этого.

Хильма рассмеялась.

Гнев в сердце Филиппа полностью исчез.

Все что сказала Хильма было правильным.

Филипп поблагодарил удачу за то, что встретил такую женщину, как Хильма.

Она имела широкие связи, много богатства, и доступ к очень многим вещам, которых Филипп не мог получить в Королевской столице. Ее объяснение того, почему она, хотела работать с ним были вполне разумны. Кроме того, условия погашения его долга перед ней были также очень просты, поэтому он чувствовал себя комфортно, хоть она и использовала его.

— Если ты поможешь мне, я сделаю тебя богатейшей из женщин.

Глаза Хильмы немного расширились, и затем она счастливо улыбнулась.

— Ну, это было бы восхитительно. Я была бы рада носить ожерелья с большими камнями, как у дворянок. Тогда, пожалуйста, поработаем вместе, господин Филип.

— Ах, предоставь все мне… тогда, можно я задам еще один вопрос, мой уважаемый коллега?

— Да, конечно.

— ….Могу я узнать, почему вы настолько худы? У вас проблемы со здоровьем?

Будет хлопотно, если она больше не сможет поддерживать его. Если даже священники не могут ее исцелить, то ему придется найти кого-то вместо нее, или позволяют ей порекомендовать преемника.

— Ох, это не проблема, не стоит об этом волноваться.

— Я слышал, что некоторые наследницы используют диеты для похудения, в этом причина?

Хильма улыбнулась. Это был первый раз, когда Филип увидел улыбку, которая выражало такое беспокойство без слов.

— Это не так. Дело в том, я больше не могу есть твердую пищу, поэтому я могу употреблять только напитки, и я не могу много есть… да. Пожалуйста, не волнуйтесь. У меня есть кому использовать целительную магию, если это примет скверный оборот.

Ее настроение нормализовалось, как будто ничего и не случилось.

— Я точно не умру пока не пожму плоды нашего сотрудничества, господин Филип.

— Ох, это действительно хорошая новость, однако, почему же вы не можете есть твердую пищу?

Это было просто пустое заявление, но оно имело поразительный эффект. Было такое чувство, будто улыбка слетела с лица Хильмы.

Изменение было сильнее чем прежде и из-за этого Филипп забеспокоился.

— Чт. что-то случилось?

— Ах, ах, прошу прощения. Я просто кое-что вспомнила.

Сказав это, Хильма прикрыла рот ладонью. Она выглядела очень бледной.

— Ох, примите мои извинения, за то, что заставил Вас вспомнить что-то неприятное.

Через что надо пройти чтобы перестать есть твердую пищу? Сейчас она наслаждалась обширными связями и достаточным богатством чтобы жить в роскоши, но видимо, было время, когда она не могла должным образом питаться. Он хотел узнать больше, но чувствовал что это была плохая идея.

— Филипп-сама, полагаю, пришло время позвать эмиссара. Я считаю, если бы вы были её эскортом, окружающие смотрели бы на вас по другому. Это докажет что вы организатор получше, чем слова — это бы показало, кто здесь самый влиятельный.

— Ох! Вы правы как никогда!

Из-за того, что на приёме Королевской Семьи она появилась в одиночестве, Филипп считал это нормой. Выходит, что нет. Он устыдился своего невежества, и изобразил, будто забыл, но только что вспомнил

— Определенно, все будут удивлены. Все те, кто не подошел поговорить с Вами, наверняка будут чувствовать себя неловко, Филипп-сама.

Садистское ликование пробудилось в сердце Филиппа. Некоторые из присутствующих дворян были выше по статусу и обладали большими владениями, чем он. С какими же выражениями лиц они будут говорить с ним — тем, кто раньше считался бременем для своей семьи.

— Точно, нельзя заставлять ее ждать. Я пойду.

— Тогда один из моих людей проводит вас.

Вместе с одним из слуг Хилмы, Филип отправился к комнате посланника Колдовского Королевства, Альбедо.

Он постучал в дверь, а затем открыл ее.

За дверью, он увидел женщину, чья красота не знала себе равных.

Она была одета в черное как смоль платье, хоть и не в то платье, что было на ней в их предыдущую встречу в Королевском дворце. Ее обнаженные плечи блистали, как алебастр, в то время как ожерелье состояло из большущих драгоценных камней, сцепленные вместе, они не казались аляпистыми, а наоборот выгодно подчеркивали ее красоту.

(Какая красота…)

Неожиданно для самого себя Филипп покраснел.

— Ну-с, должны ли мы?

— Да. Пожалуйста, позвольте мне быть вашим Эскортом.

Филип взял руку, которая была одета в черную кружевную перчатку, и помог Альбедо подняться.

Он почувствовал исходящий от неё аромат. Что это за духи, мое сердце чувствует себя настолько окрыленным. Хотя он подсознательно хотел понюхать её, это было бы ужасно невежливо.

В то время как они шли по одну сторону друг от друга в направлении зала, продолжительное молчание нагнетало атмосферу между ними. Филип изо всех сил старался придумать тему для разговора, но когда он было уже созрел о чем поговорить, они практически прибыли к месту назначения.

— В бальном зале находиться много дворян. Все они собрались, чтобы увидеть вас, госпожа Альбедо.

Кажется, он немного погорячился, но тем не менее он получил немедленный ответ.

— Правда? Спасибо за помощь, господин Филип.

Альбедо нежно улыбнулась, и сердце Филипа забилось еще сильнее.

Хотя это наверное не так, но возможно, он начинает ей нравиться?

Он был человеком, который скоро будет стоять на вершине Великой фракции. В отличие от этого, Колдовское Королевство обладает подавляющей военной мощью, но в данный момент оно было немного больше, чем город-государство.

Подумав об этом, он сам подловил себя.

Не говоря уже, что он тоже не был женат.

— К слову, вы уже вступили в брак, госпожа Альбедо?

Альбедо застыла. Он уже видел несколько раз ее вежливую улыбку, но это впервые, когда он заметил такое выражение на ней.

Филипп почувствовал стыд, поняв, что задал неуместный вопрос.

— Что за странные вещи вы спрашиваете, Филипп-сама. К сожалению, у меня еще нет партнера в этом вопросе, и я печально одинока.

— Вот как? Учитывая вашу красоту, я ожидал бы, что толпа почитателей быстро найдется, Альбедо-сама.

— Хмм, в самом деле удивительно, что ко мне не приходят такие поклонники. Но, подобные предложения могли быть довольно хлопотны для меня, так что, я думаю, едва ли такое положение плохое.

— Вот оно что…

Прежде чем они достигли двери, Филипп положил свою руку на ароматное плечо Альбедо и медленно потянул ее к себе.

Раздался странный звук скрежета. Филипп взглянул направо, чтобы посмотреть источник.

— Что-то случилось?

Его маленькое недоверие испарилось, стоило Альбедо задать вопрос с улыбкой на лице.

— Нет, ничего. Прошу, позвольте мне.

***

Что же узрели их глаза?

Как восприняли подобное зрелище эти вычурно одетые дворяне?

Хильму занимали эти вопросы.

Первоклассные блюда и обслуга, первоклассные сервировка и музыка, а посреди всего этого — третьесортные дворянчики

Собранные здесь люди — никуда не нужный мусор, третьи сыновья, запасные среди запасных. Вынужденные склонять голову перед всем миром и полные обиды.

Выражения на их лицах говорят за себя.

У одних виднелась беззаботная радость от долгожданной свободы. Других же поглотило пламя желаний. Это место позволяло в полной мере покормить свое тчеславие подобным людям.

Опять же, здесь всегда проводились гулянья.

Благородное общество в Королевстве теперь было в хаосе.

Прошло несколько месяцев после войны с Колдовским Королевством, но те шрамы, которые она оставила были большими и не могли полностью исцелиться. Несколько фракций было распущено, на их месте появились новые В благородные дома высшего класса пробились те семьи, которые раньше были более низкого ранга.

Нынешний хаос в Королевстве был невероятно хорошим шансом для всех тех, кто не принадлежал ни к одной из фракций. Нет, это возможно их последний шанс. Если фракции укрепятся, они могут снова оказаться у обочины.

Поэтому это встреча, была хорошим шансом для них разгуляться.

Это было место, где голодные рыбы заманивали мальков себе на съедение.

Но замечают ли мальки, что их съедят. Или же они всё поймут и попрячутся. Или может, среди этих жадных дворян найдутся те, кто сможет перевенуть ситуацию и из жертв стать хищниками

Изучая, около часа, присутствующих здесь, Хильма пришла к выводу, что здесь нет дворян, которых можно посчитать первоклассными, таких, на которых она могла бы бросить все свои силы.

Даже так, она не была разочарована таким результатом. Действительно, она бы взволновалась, если бы какие-нибудь аристократы высшего уровня показались бы, в таком опасном месте, как это.

Она была очень осторожной, посылая им приглашения, но Хильма не думала, что все прошло идеально. Несомненно, здесь есть кто-то от какой нибудь фракции.

Однако, так даже интереснее, подумала она.

Чем больше она укажет в своем докладе, тем больше значимости она приобретет. Это будет не плохо для нее.

"Уже пора, не так ли?"

Прошло полтора часа как бал начался, так что настало время.

Реальная работы Хильмы только началась.

— Это пугало.

Ее прежняя заносчивость исчезла, как будто это было не более чем ложь.

Возможно, нежный термин, “пугающий” не сможет передать всего ужаса, который напомнил ей её желудок. Она думала бежать, изо всех сил, представив себе ад, который будет её ждать, если ею не будут довольны.

Конечно, если она действительно сделает это, то та ужасная судьба которую она пережила покажется ей блаженным раем.

Как член Восьми Пальцев, она отдала много заказов убийства своим подчиненным. Она также приказывала, чтобы люди были замучены, прежде чем они были убиты. Но по сравнению с тем, что те монстры сделали, ее приказы были переполненные молоком человеческой доброты.

— …Хильма.

Голос за её спиной заставил её плечи содрогнуться.

Когда Хильма обернулась, она увидела самого глупого человека во всем зале.

— Хм? Что то случилось?

— Нет, Филлип-сама, все в порядке.

Хильма скрыла ее истинные эмоции за улыбкой. Среди тех эмоций был гнев за то, что она была удивлена таким мусором как он.

— Альбедо-сама хотела передохнуть около десяти минут, поэтому я пришел к вам.

— Это довольно разумно, учитывая, что она говорила со всеми этими гостями. Я понимаю; тогда, я сопровожу Альбедо-саму в комнату отдыха.

— Действительно? Тогда, я отправлюсь вместе с вами.

О чем, черт возьми, он говорит? Это было ответом, который Хильма хотела ему выдать. Нет, могло бы случиться так, что он что-то заподозрит.

С нелегкиким сердцем, Хильма продолжила её представление:

— Мне кажется, было бы лучше не делать этого.

— Почему? Я был вместе c Альбедо-сама до этого момента. Это не покажеться странным если мы пойдем вместе, верно?

Теперь, Хильма была уверена, что этот человек ничего не подозревал.

Другими словами, он был идиотом среди идиотов, бездельником без знаний или этикета присущих дворянам.

— Я боюсь, что, если леди будет сопровождена в комнату отдыха джентльменом, который не является ее мужем, это могло бы привести к распространению … неправдивых слухов с обеих сторон.

— Ах-х. Однако, мой план заключаеться в том чтобы сопроводить её а затем тот час же вернуться обратно.

— Даже так, это не совсем приемлимо. Я понимаю Ваше беспокойство о ней как хозяин этого события. Однако я — предостовляю место проведения, поэтому, пожалуйста, позвольте мне принять эту ответственность и сопроводить Альбедо-сама в комнату отдыха в целосности.

— Ахх…

Казалось он собирался сказать что-то еще, поэтому Хильма молчаливо ждала, пока он закончит.

На самом деле ей хотелось закончить все как можно раньше, но, к сожалению, этот полудурок также был организатором встречи. А из-за этого она не могла проявлятьк нему излишнюю грубость.

— Как вы думаете, что мне нужно сделать, чтобы она вышла за меня?

— Хаааа?!

От этих слов Хильма ненароком выпала из своего образа.

— Э? Чего?

— Как я уже говорил, способ пожениться с Альбедо-сама

Серьезно?!

Хильма отчаянно подавляло желание выкрикнуть это. Ей с трудом верилось, что человек вообще способен быть настолько тупым. По её сведениям, объектом его ухаживаний была правая рука Короля-заклинателя, другими словами человек, сопоставимый с премьер-министром. Для низкородного дворянина из соседней страны немыслимо даже думать о подобных ей…

Спроси он, как жениться на принцессе Реннер, может Хильма была бы в меньшем шоке.

— Ахх, я ведь еще руководил сбором стольких дворян. Я не считаю, что положение у меня сильно ниже, а как думаете вы?

Хильма крепко сдавила горло даже не осознавая этого.

Даже осознавая, что те штуки уже не поползут по её горлу, беспокойство и страх от пережитой травмы действуют вместо нее.

Нет, подобное нельзя описать лишь словом "травма"

Что если та персона услышит эти слова, ни во что не ставящие женщину? Что произойдет? Хорошо если последствия этого лягут лишь на плечи Филиппа. Но черный ад будет ждать её, если накажут и её.

— В, в любом случае, это довольно сложно. Я слышала, что её должность сопоставима с премьер-министром в Колдовском Королевстве. То есть в нашем королевстве она могла бы быть герцогиней.

— Но разве Колдовское Королевство не крошечный городок-государство?

— Нет, нет, вы не можете говорить подобное.

Эти слова, от которых веяло насмешкой над Колдовским Королевством, отозвались мурашками по коже Хильмы.

Это верно, что с точки зрения территорий, Колдовское королевство не было большим, даже с включенными равнинами Каз. Тем не менее, разве их военная мощь не всецело превосходящая? Независимо от того, сколько усилий вложить в торговлю, дипломатию и другие области, взаимоотношения между странами все еще определяются их сравнительной военной силой. И не важно как велика территория страны, однажды проиграв, все это будет отнято.

Если он даже не понимает этого факта, каким способом она может все это объяснить, чтобы он понял упрёк?

Хильма усиленно размышляла, но не могла найти ответ. Все же мудрость и глупость две стороны одной монеты.

В конце концов, были причины отговорить его.

— Этого нельзя делать. Нет никаких шансов, чтобы эта женщина стала вашей супругой, господин Филипп.

— … Но я думал, что настроение сейчас весьма подходящее. Разве мы оба не выглядели хорошо, когда появились вместе?

Вот о чем он мыслит — в удивлении подумала Хильма.

"Возможно ли, что он пытается заманить людей на свою сторону, действуя, будто у него есть поддержка Колдовского Королевства? Этот парень конченый идиот… серьезно, пощадите меня. Ну прошу вас. Пожалуйста, не сердите ее."

Хильма почувствовала что-то кислое, поднимавшееся из ее живота.

И в то же время она пожелала, чтобы этот парень ощутил на себе, каково это чувствовать что-то извивающееся в своем животе.

— …Наверное, я сказала лишнее. Пожалуйста, разрешите мне сопровождать госпожу Альбедо. Вы должны остаться здесь и наслаждаться, как хозяин этого дома, Филипп-сама.

— …Ну, раз уж так обстоят дела, тут ничем не помочь. Тогда оставляю госпожу Альбедо на вас.

Я бы сделала это и без тебя. Хильма склонила голову, оставив эти слова при себе. И чтобы больше не слышать бредни этого идиота, поспешила к Альбедо.

Альбедо вела разговор с дворянином. При других обстоятельствах, Хильма бы выждала момента, чтобы подойти, однако, разговоры с этим слизняком полностью её истощили. Поэтому она сразу же обратилась к Альбедо:

— Прошу прощения, Альбедо-сама, вероятно, вам пора сделать перерыв.

— Действительно… приношу извинения, позвольте мне сделать небольшой перерыв.

Ведя за собой Альбедо, они покинули бальный зал.

— Фу~…Ахх, какая гадость.

Хильма услышала голос позади неё. Если все настолько плохо, то что же ей предпринять?

Когда она повернулась, то увидела Альбедо, вытирающей свое плечо платком.

Глаза Альбедо и Хильмы встретились.

— Этот омерзительный человек прикоснулся ко мне. Только одному существу в этом мире позволено касаться моего тела… дерьмо. Этот кусок безмозглого дерьма…

Её слова сопровождались скрежетом зубов. Кто бы мог подумать, что её лицо, всегда украшенное мягкой улыбкой, могло настолько открыто отражать такое отвращение. Это явно показывало насколько она была вне себя.

Хильма колебалась. Следует ли заговорить с ней? Или это было прелюдией к наказанию?

— …Что мне делать? Скажи мне.

— Ах, д-да — Ответила, охваченная ужасом Хильма. — Могу представить, каково вам, Альбедо-сама"

— Что ж, раз так… быть может ты избавишься от этой твари и заменишь его другим человеком?

— Если таково ваше желание, я немедленно приготовлю другую марионетку, Альбедо-сама"

Альбедо несколько раз открывала рот, словно силилась что-то сказать.

Предложение было слишком заманчивым — над ним бы любой задумался.

Тем не менее, чтобы она не выбрала, Филиппа не ждет ничего кроме ада. И все же, что бы ни случилось с этим придурком, очевидно, что он сам на это напросился.

— Ху… Не важно. Он — просто мелкое недоразумение. Глупость этого человека произвела сильное впечатление на дворян во врем королевского приема, так что выводить его из игры сейчас, все же, будет потерей… Хм, возможно, будет интересно понаблюдать за ним. Но, нет, вероятно нет.

Хильма вспомнила недавнюю беседу, дикие фантазии и бред полного безумца, пожелавшего жениться на Альбедо.

Чтобы поменялось, если бы она рассказала ей это.

Нет это было слишком страшно. Она возможно не могла заставить себя сказать Альбедо. В конце концов она также могла быть втянутой в это.

Он ничего не сделал, но верил, что он особенный.

Он и в самом деле достиг последней стадии некомпетентности.

— В самом деле. Вскоре я смогу размазать его по земле. Он должен быть наказан за злодеяние — прикасаться к моему телу, что принадлежит Айнзу-сама, своими похотливыми ручонками.

Они не разговаривали после этого, также как и не встречали кого-либо еще. Хильма привела Альбедо в определенную комнату.

Когда она достигла комнаты, ноги Хильмы подкосились, в результате чего она чуть не упала от охватившего ее чувства облегчения.

Необходимость в одиночку иметь дело с этой женщиной — доверенным лицом демонического короля, способного подчинить себе даже того Ялдабаофа — вытянула большую часть её сил. Однако, нужно во что бы то ни стало сохранить способность стоять на ногах.

Хильма собрала все силы воедино. В сердцах, она решила спать целый день, после того, как все это закончится.

— Сюда, пожалуйста.

После открытия двери Хильмой, мужчины как один присели на те стулья, что были с розами. Каждый из них был таким же худощавым как и Хильма. Они были коллегами Хильмы. Пять лидеров филиала(отдела) Восьми пальцев и их председатель, в общей сложности это был состав из шести человек.

Они также были самыми доверенными людьми в этом мире. В прошлом, они враждовали касательно прибыли, но теперь они больше так не думали. Узнав о связи между Ялдабаофом и Магическим Королевством их судьбы были переплетены. У них не было выбора кроме как работать как рабы, до тех пор пока страна не будет поглощена и они не будут освобождены от оков своих знаний.

Её близкие друзья повесили головы так сильно, как если бы они созерцали само воплощение ужаса. Страх, который они не могли скрыть, проявился в дрожи их плеч.

Хильма закрыла дверь в комнату, и Альбедо заняла самое высокое место в комнате. Мужчины и Хильма не садились, но оставались стоять, так как они ожидали распоряжений(приказов).

— Чтож, вот вам приказ. Начните поставки ресурсов в Колдовское Королевство.

— Понял, я готов служить.

Глава отдела по контрабанде не мешкал со своим ответом. А как иначе? Раз их вызвали сюда, то единсттвенным возможным ответом было "понял". И другого выбора у них нет.

Глава отдела по контрабанде лишился большей части своего влияния на гильдию торговцев во время демонической смуты Ялдабаофа, когда большая часть его товаров была украдена. И всё же в его положении были преимущества. Дело в том, что ведя дела с дворянами, участвовавшими в войне против Колдовского Королевства, он принимал исключительно наличные. Или, вернее, точнее будет сказать, что теперь, когда торговцы, предоставлявшие дворянам кредиты, пытались добиться их оплаты, его влияние постепенно восстанавливалось.

— Речь не о контрабанде или воровстве. Вам нужно лишь торговать как положено. После чего вы используете заработанные деньги чтобы импортировать еду, готовясь к предстоящему голоду на землях Королевства. Скупайте пищу, которую Королевская Армия не успела вовремя перевезти — нет, начните с торговли фьючерсами на пшеницу. В конце концов, владыка Айнз уже начал широкомасштабное производство пищи.

Будущее, о котором она говорит, непременно наступит, учитывая что Королевство совсем недавно испытало огромную потерю в рабочей силе.

— Понял. Я немедленно начну торговлю.

— А вот это особенно важно. Удостоверьтесь, что они придут с первой погрузкой.

Человек осторожно, любезно принял кусок бумаги, который она подкинула.

— Да!

— Тогда, какие есть новости о волшебных предметах?

Еще один человек, кажется, прыгнул в воздух.

— Мои глубочайшие извинения!

Он согнулся пополам и прижал голову к столу с удивительной силой.

— Мои подчиненные в данный момент прочесывают Гильдию Магов, проводя доскональное расследование. Если вы дадите мне немного времени — нет, если вы готовы принять текущий отчет, я могу все предоставить прямо сейчас!

— Ладно, не важно. Просто ускорьте свои дела. Кстати… да. Вы уже выбрали себе новых коллег? Если да, нужно привезти их на посвящение.

Рассматриваемые коллеги предназначены, чтобы заполнить пустые кресла в Восьми Пальцах, как новые главы подразделений.

Стоило Хильме вспомнить какое именно посвящение то было, ей пришлось сдерживать рвотные порывы. Схожие выражения лиц появились и у ее друзей, которые отчаянно пытались держать нервы под контролем.

То было демоническое посвящение, ломающее желания и стирающее всякие подозрения на сопротивление у подопечных. Если любой из присутствующих услышал бы, что ему предстоит вновь пережить это, несомненно, они расплакались бы как дети.

“Я очень сожалею, но мы еще не решили”, заявил председатель.

Это была правда, и в тоже время это была ложь.

Он сказал так потому, что в существовании тех отделов, места глав которых должны занять новоприбывшие, больше не было смысла. Свободные места принадлежали главам отделов охраны и работорговли. У последнего практически не осталось поля для деятельности, так что совершенно незачем назначать кого-то на эту должность. Что же до первого, то сама необходимость восстанавливать его вызывала сомнения. Кроме того…

— Те господа, которых нам было дозволено позаимствовать, справились прекрасно. Полагаю, вполне допустимо им самим занять места глав отделов.

Вышеуказанные господа представляли из себя одолженную им нежить невероятной силы.

Когда стало известно о гибели Шести Рук, подчинённая им группа — лидеры которой некогда были рабочими — начала планировать переворот. В конце концов, против них было послан один из представителей этой нежити. Существо уничтожило почти сорок человек, не позволив никому спастись.

Была и другая причина, по которой они медлили, честно говоря, довольно смехотворная. И заключалась она в том, что главы отделов не желали, чтобы кто-то ещё прошёл через то же самое, что и они. Эти бессердечные повелители преступного мира, способные не моргнув глазом приказать убить человека, не желали чтобы кто-то ещё испытал такое же отчаяние, что и они сами. Таким образом они защищали своих подчинённых.

— Понятно. Если организация сможет функционировать как положено, то я не возражаю. Далее, есть ли у вас какие-либо просьбы ко мне?

— Если мне будет позволено попросить, мы обнаружили что скелеты показали выдающиеся результаты в недавно полученных мной шахтах. Если возможно, мы хотели бы придержать их у себя ещё на некоторое время.

— Хмм, ну конечно. Если вы готовы оплатить аренду, то всё в порядке.

— Моя самая глубокая благодарность.

Лоб говорившего покрылся обильным потом. Платок, которым он вытер лицо, потемнел от впитавшейся влаги.

В Колдовском Королевстве пугал не столько кнут, которым оно орудовало, как пряник, который оно предлагало.

Они не отбирали все, на правах сильнейшего, а вели дела по всем правилам, как опытные торговцы. Пока 8 пальцев не показывали признаков предательства они могли чувствовать себя вполне спокойно, находясь под защитой могущественных существ. Но конечно, если б им представился шанс, они бы сбежали без оглядки.

— Итак, мне осталось сказать вам немногое. Полагаю, я уже упоминала об этом, но трудитесь как следует, чтобы помочь Колдовскому Королевству поглотить Ре-Эстиз. В подготовке к этому дню вам лучше бы начать готовиться стать законопослушными дельцами.

— Понял!

Все они нервно поклонились ей.

Никто из них не будет возражать, если Колдовское Королевство поглотит Ре-Эстиз. С тех пор, как эти монстры заявили о себе, все это лишь вопрос времени.

По началу, они рассматривали возможность обратиться за помощью к Синей розе, Красной капле и Темным. Однако, после того как они узнали о невероятной силе Короля Заклинателя, для которого Ялдабаоф был всего лишь одним из слуг, стало ясно, что все тщетно. Единственное, что они могли сделать — это склонить головы и ждать конца.

— Ах да, точно.

Хильма и все другие участники дрожали.

— И еще кое что. Используйте свои связи и найдите мне кое-какой магический предмет. Регулярно отправляйте письменные отчеты с результатами на имя Альбедо в Колдовское Королевство. Однако ситуация такова, что я не знаю как он выглядит.

— … Что же это за магический предмет такой?

— Магический предмет, который может контролировать разум цели.

— Контроль разума… что то типа палочки очарования?

— Нет, оно должно быть могущественней. Мне нужен не такой распространенный предмет, а предмет легендарного уровня, или, по крайней мере, слухи о нем. Вы должны опеващать меня обо всем что найдете, несмотря на значимость. Вы меня поняли?

У этого контроля разума, о котором она говорила, был ужасающий эффект.

Было очевидно почему она опасалась такого предмета, таким образом они сразу же поклонились.

***

— В-в-ваше Высочество!

В комнату, распахнув дверь, ворвалась паникующая горничная.

Она не постучалась, перед тем как войти, что никак нельзя было назвать похвальным поведением, но это означало, что произошло нечто, взбудоражившее её настолько, что та забыла про манеры.

Реннер сразу поняла, что происходит. Однако перед горничными она должна изображать невинную принцессу. Так что она придала своему лицу подходящее непонимающее выражение и спросила соответственно рассеянным тоном:

— Что случилось?

У горничной дёрнулся глаз.

Вероятно, этот тик означал сдерживаемый гнев. Почему эта принцесса так беззаботна, в то время как я столь встревожена?

Рённер лениво поставила чашку на блюдце.

Звон фарфора, похоже, вернул горничную к действительности, и она начала торопливо отвечать

— Д-д-дело в т-том…

— Всё хорошо, всё в порядке. Ну же, успокойтесь, сделайте глубокий вдох.

Горничная подчинилась, несколько раз глубоко вдохнув и выдохнув. Видя, что та несколько пришла в себя, Реннер спросила вновь:

— Что случилось? Снова демоны?

— Н-нет, нет. Посланник Колдовского Королевства выразила желание встретиться с вами, Реннер-сама!

— Это девушка?

— Да, очень красивая девушка!

Вопрос Реннер мог бы показаться странным, ведь в состав делегации Колдовского Королевства входит лишь одна женщина. Если бы горничная задумалась, то вопрос бы её наверняка смутил. Но та была в таком замешательстве, что просто старательно ответила.

Ну, да ладно, подумала Реннер. Все глупости, что я совершаю, работают на мою репутацию, которую можно впоследствии использовать. Ну, это в любом случае лишь подготовка.

Клайм стоял рядом с ней. Его доспехи звякнули в ответ.

Он, должно быть, не понял что происходит.

Он так мило ведёт себя, словно невинный щенок. Сердце Реннер наполнилось материнской любовью.

Он, вероятно, не в силах понять, почему посланница хочет встретиться с Реннер. Он уже видел, как они обменивались приветствиями на приёме. А раз так, переговоры с Третьей Принцессой — находящейся на положении простого украшения — не принесёт никакой пользы Колдовскому Королевству. Во всяком случае, так, наверное, считает Клайм.

Реннер мысленно тепло улыбнулась.

Пословица о том, что дети тем милее, чем они глупее, несомненно, верна. Или, наверное, стоит лучше сказать, что они милы невзирая на их недостатки. Ну, вероятно, так оно и есть, с какой стороны не взгляни.

Но будь на месте Клайма кто-то другой, она испытала бы совсем иные эмоции.

Хотя она и ощущала порыв навсегда утонуть в его сияющих глазах, пока что нужно потерпеть. По крайней мере, пока она может посмаковать эту сладкую конфетку.

— Зачем именно Альбедо-сама желает встретиться со мной?

Очень важно, задавая вопрос, наклонить свою изящную головку набок. Если собеседник чем-то обеспокоен, то такой жест вызовет у него раздражение. Реннер убедилась в этом после серии экспериментов.

В результате, в зрачках горничной полыхнул слабый огонь.

То был огонёк гнева. Тут же раздалось тихое звяканье доспехов Клайма.

Он, должно быть, почуял эмоции горинчной, и подумал о чём-то. Но вскоре звон затих, и Клайм снова принял свою обычную стойку.

Как мило.

Он словно щеночек, не знающий, выскочить ли вперёд чтобы защитить хозяйку.

Дело в том, что лучше не заступаться если Реннер ничего не заметила. Горничная происходит из знатной семьи, и неважно, что ей скажет Клайм — одно слово её родителей, и у Реннер возникнут проблемы. Клайм, наверное, подумал об этом.

Он сейчас, наверное, мысленно рыдает, ведь он так верит в Реннер. Если бы только он был хорошего происхождения, ничего подобного бы не произошло.

Реннер подавила желание обернуться и посмотреть на стоящего позади Клайма. Потому что совершенно невовремя встрявшая горничная открыла рот чтобы ответить:

— Мне неизвестно, зачем, только лишь то, что она хочет встретиться с вами.

— Вот как… Альбедо-сама ведь тоже женщина, так что, наверное, просто поболтать на женские темы… о макияже, например?

— задала Реннер невинный — или, может, скорее безмозглый вопрос.

— Это мне также неизвестно. Итак, мне можно впустить её?

— Ну конечно да!

После этого полного напускного восторга ответа, Реннер повернулась к Клайму.

— Хммм~ Клайм, прости, но это женская беседа, не мог бы ты пока выйти из комнаты?

— Понял.

Жаль, конечно, но ничего не поделать. Клайму не нужно быть в курсе сложных дел. От него требуется лишь смотреть на неё этими его щенячьими глазами.

Когда в комнату вошла Альбедо, там остался лишь один человек.

У визита Альбедо в столицу было четыре причины.

Первая — поставки ресурсов. Вторая — создание повода к войне. Третья — подготовка к достижению её личных целей. И четвёртая — сделка с хозяйкой этой комнаты.

Нет, назвать это сделкой будет не совсем верно. Скорее, вознаграждение.

Альбедо прошла по комнате и уселась, не дожидаясь разрешения хозяйки.

После чего посмотрела на девушку, преклонившую перед ней колени и склонившую голову, и произнесла:

— Можешь поднять голову.

— Да.

Девушка по имени Реннер подняла лицо.

— Ты отлично потрудилась.

— Благодарю вас, Альбедо-сама.

— О~

Альбедо ощутила вспышку любопытства. Реннер вела себя совсем не так, как все остальные встречавшиеся ей люди.

Это о Реннер рассказывал ей Демиург.

Она предала свою семью, свой род и свой народ, но на её лице не читалось ни капли раскаяния. Она человек, и в то же время — нет. Возможно, она гетероморф душой. Её разум осознаёт что есть добро и что есть зло, но не более. Она из тех, кто не связан пустяками вроде моральных принципов, но тихо и незаметно продвигает собственные интересы.

— …В качестве награды за твои труды, я привезла тебе дар от владыки Айнза.

Альбедо протянула руку и достала из воздуха предмет, доверенный ей её господином.

То была шкатулка с несколькими слоями печатей. Их невозможно снять, не выполнив определённые условия.

— Это…

Альбедо холодными глазами смотрела, как девушка принимает дар, словно видя перед собой лабораторную крысу.

Впрочем, она и была ею. Но происходящее служило общим интересам обеих.

— Примите мою глубочайшую признательность. Пожалуйста, передайте мою благодарность Его Величеству, господину Айнз Оал Гоуну.

— Это я могу пообещать. Полагаю, незачем тратить слова насчёт той второй вещи, что ты хочешь?

— Конечно. Я получу эту милость, когда предоставлю соответствующую компенсацию. Это несказанно меня радует.

Девушка улыбнулась.

То была прекраснейшая из улыбок.

Именно поэтому Альбедо спросила:

— …Хотя, открыв шкатулку, ты и исполнишь своё желание, но сможешь ли ты и вправду открыть её?

Что подумали бы остальные жители Назарика, увидев, что Альбедо беспокоится о человеке? Впрочем, если желание Реннер и вправду будет исполнено, то происходящее можно назвать подготовительной работой к её возвышению до статуса, эквивалентого Стражу Области. А значит, нет ничего удивительного, что Альбедо проявляет внимание к кандидатке в свои подчинённые.

— Да, Альбедо-сама. Приготовления уже начаты.

— Вот как. Что ж, позаботься, чтобы они были закончены к моменту вторжения.

— Поняла, о возвышенная госпожа.

Когда девушка снова опустила голову, в её тени появилась пара глаз.

Теневой Демон, прятавшийся там, скользнул вперёд и тоже преклонил голову.

Альбедо поразмыслила, нужно ли предоставить дополнительную охрану, но решила не упоминать это.

Если девушка выдаст себя до того, как Колдовское Королевство вторгнется в Ре-Эстиз, это будет означать, что нет никакой пользы в том, чтобы принимать её в Назарик.

Иначе говоря, это проверка.

— Итак, давай на этом покончим с формальностями.

Тон Альбедо изменился, на лице Реннер отразилось удивление.

— Не стоит торопиться и заканчивать нашу встречу на этом. Может… да, давай поболтаем. Садись. Расскажешь мне про своего щеночка?

Ответом на слова Альбедо была широкая улыбка.

— С удовольствием, Альбедо-сама. Если возможно, не могли бы и вы так же рассказать мне про Его Величество?

Интерлюдия

Самое сердце Слэйновской Теократии.

Лишь очень немногим позволялось ступить в эту святая святых.

Во-первых, обладателю высочайшего ранга в Теократии — Великому Понтифику.

Во-вторых, Кардиналам — тем, кто занимал высочайшие посты в сектах, посвящённых каждому из Шести Богов. Каждый из них, кстати — за исключением того, кто принадлежал к той же секте что и нынешний Великий Понтифик — являлся потенциальным кандидатом на должность следующего Великого Понтифика.

Кардинал Огня — Беренайс Нагуа Сэндени.

Она единственная женщина среди верховного духовенства Теократии. Ей уже за пятьдесят, она, возможно из-за возраста, несколько полновата. Упитанное лицо сияет умиротворяющей материнской улыбкой.

Кардинал Воды — Гинедайн Дилэн Гверф.

Дряхлый старик. Настолько древний, что никто уже не помнит его точный возраст, его кожа — пыльно-коричневого цвета. Слабый здоровьем, но обладатель непревзойдённого интеллекта.

Кардинал Ветра — Доминик Айр Партоуч.

Он выглядит как добродушный дедушка, но некогда был членом Писания Солнечного Света, и в течении своей карьеры святого воина уничтожил множество существ гетероморфных рас. Его гнев подобен лесному пожару, его ненависть — леденящему холоду.

Кардинал Земли — Рэймонд Заг Лаурансан.

Мужчина с добрыми глазами, самый молодой из присутствующих. Тем не менее, ему уже перевалило за сорок — впрочем, энергичен он не по годам. Ранее, в течении пятнадцати лет он был членом Чёрного Писания — герой и защитник государства.

Кардинал Света — Ивон Джасна Дракрова.

Его узкие глаза и худая фигура придавали ему злодейский вид. Но все собравшиеся знали, что это не так. Он — заклинатель божественной магии, сильнейший или один из сильнейших среди присутствующих.

Кардинал Тьмы — Максимилиан Орейо Лагьер.

Его со всех сторон окружают книги, поддерживаемые усовершенствованным заклятьем [Парящая Доска]. Он носит круглые очки, и некогда служил жрецом-юристом. Поэтому многие из левитирующих вокруг него книг имеют отношение к юриспруденции.

Кроме них, тут также присутствовали главы законодательной, судебной и исполнительной ветвей власти правительства Теократии. Также — глава исследовательских организаций, изучающих магию. И ещё — Грандмаршал, главнокомандующий армией.

Эти 12 человек держали в своих руках верховную власть в Слэйновской Теократии.

Войдя в комнату, они взяли чистящие принадлежности и начали уборку. Одни смахивали пыль перьевыми щётками, другие — сухой тканью, третьи протирали мокрыми тряпками. Кто-то собирал пыль магическим пылесосом.

Они убирали комнату привычными, умелыми движениями.

Ни один их этих людей — правящей верхушки Слэйновской Теократии — не отлынивал. С их лбов лил пот, прекрасные чистые мантии пятнала пыль, но никто не прекращал работы, пока в комнате не осталось ни крупицы пыли.

Комната не была особо грязной до того, как они начали уборку. Теперь же она словно сияла.

Никто даже не подумал утереть пот. Вместо этого они выстроились перед шестью статуями, словно бы охранявшими комнату, и склонили головы.

— Сегодня, мы благодарим богов, за то что такие люди как мы до сих пор живы.

Все повторили эти слова вслед за Великим Понтификом.

— За это мы благодарим их.

Все подняли низко склонённые головы и сложили тряпки со щётками в углу комнаты. После чего, наложили очищающие заклятья на свою одежду и инструменты, и утёрли пот влажными полотенцами.

Первоуровневое заклятье очистки без проблем очищает грязь и пыль. Этим заклятием можно было бы с лёгкостью убраться в комнате. Однако, никто среди них не посмел бы совершить такое кощунство в этом священном месте.

Очистившись, они заняли свои места за круглым столом.

В том числе и Великий Понтифик Слэйновской Теократии.

За этим столом все равны. Здесь нет начальников и подчинённых. Все они товарищи и компаньоны. Именно, все они действуют ради вящей славы человечества.

— Итак, начнём собрание.

Председательствовал Кардинал Земли, Рэймонд Заг Лаурансан.

— Наш главный вопрос — оккупация полмесяца назад города-крепости Королевства, Э-Рантэла, и окружающих земель Колдовским Королевством Айнз Оал Гоуна.

Ничто не может быть важнее чем внезапное появление этого загадочного государства.

Однако, детали знало слишком мало людей. Большая часть информации представляла из себя лишь слухи.

Для начала, они знали, что Король-Заклинатель — нежить, что он невероятно могущественный маг, уничтоживший армию Королевства, что под его началом целая армия мертвецов, что среди них есть Рыцарь Смерти, и так далее.

Рэймонд, командующий Шестью Писанями, исполняя свои обязанности председателя, детально изложил эти детали собравшимся.

Тут кто-то заговорил:

— Я так и знал, нельзя было молчаливо признавать случившееся, мы должны были вмешаться в эту войну!

— …О чём вы говорите? Открытое сражение против заклинателя, способного управлять Рыцарем Смерти, очень опасно. Разве не все мы согласились с этим в прошлый раз? Вы могли бы возразить тогда, но не пытайтесь отрицать уже принятое решение… Впрочем, я не думал, что он и в самом деле создаст государство…

Все присутствующие закивали.

— Что планирует Империя? Они союзники Колдовского Королевства, и признали его как государство, значит, они официально коллаборационисты? Или же их контролируют магически?

— Сомневаюсь. У них есть Парадайн.

— Значит, полагаю, было ошибкой полагаться на этого Императора.

— …Ну, более серьёзная проблема в том, что он — одна из немногих выдающихся личностей, кого мы до сих пор не смогли должным образом задействовать. Не пора ли пустить в ход план по перетягиванию его на нашу сторону?

— Думаю…

Резкий хлопок в ладоши успокоил собравшуюся было разгореться дискуссию.

— …Астролог Тысячи Миль наблюдала за битвой между Империей и Королевством. Однако, возникла некоторая проблема, и отчёт был задержан. Прошу вашего прощения.

Под проблемой, вероятно, имелось в виду то, что она заперлась в своей комнате и довольно долго не выходила наружу. По крайней мере, так все подумали.

— Итак, я раздам записи того, что она видела. Это не подтверждено больше никем; здесь лишь результаты её собственных наблюдений за армией Короля-Заклинателя на поле боя.

Как ненадёжно, подумали все, но никто ничего не сказал. Они взяли бумаги начали их изучать.

Они остановились на последнем листе. Каждый раз за разом перечитывал один и тот же абзац. Лица всех застыли и побледнели.

Рэймонд улыбнулся, глядя на изменившихся в лице товарищей. Он и сам прошёл через то же самое, и сейчас радовался — страдать приятнее в компании.

Наконец, словно озвучивая мысли всех остальных, Максимилиан завопил. Он раскрыл рот так широко, что очки свалились с его носа, но он, похоже, этого даже не заметил.

— Невозможно! Как такое вообще может быть?!

— Я ведь говорил вам, разве нет? Это просто описание того, что она, по её словам, видела.

Холодный ответ Рэймонда заставил Максимилиана захлопнуть рот.

Он потел так, словно только что пробежал солидную дистанцию. Пока Максимилиан пытался отдышаться, Беренайс решила задать другой вопрос, желая узнать, разделяет ли кто-нибудь её мнение.

— Вы не могли бы повторить? Это и в самом деле правда?

— Если все присутствующие по-прежнему верят словам Астролога Тысячи Миль, то да.

С болезненными выражениями лиц все снова опустили глаза к бумагам.

Каждый смотрел на одну и ту же строку — состав армии Короля-Заклинателя.

— Сотни Рыцарей Смерти (минимум 200), сотни Пожирателей Душ (минимум 300)… так? Если они сорвутся с цепи, неважно — Королевство, Империя, Альянс Городов-Государств или Святое Королевство — все эти страны падут!

— …Как и мы. Если эти твари накинутся на нас, нам придётся сотни лет оправляться от ущерба.

Рыцари Смерти. Сложность оценивается как 100 или выше. Они способны создавать Зомби-Оруженосцев, а те, в свою очередь, сами могут поднимать обычных зомби. Сами по себе зомби не так опасны, но большое их количество может создать условия для появления более сильной нежити.

Пожиратели Душ. Сложность оценивается от 100 до 150. Нежить, способная атаковать бьющими по площади навыками. Могут пожирать души погибших, становясь тем сильнее, чем больше душ проглотят. Источают ауру страха. Необходим заклинатель минимум третьего уровня, чтобы хотя бы попытаться им противостоять.

Любое из этих неживых существ способно в одиночку разрушить город или небольшое государство.

— Она не могла ошибиться? Может, Король-Заклинатель заметил, что за ним наблюдают, и применил иллюзии, чтобы сбить нас с толку.

— высказал предположение Ивон, протягивая вперёд иссохшие, тонкие словно ветви руки.

— О-о… — пронеслось по собравшимся, но Рэймонд разбил их надежды.

— Чёрному Писанию известно множество монстров. Да, она могла не увидеть всей картины, но всё же Астролог Тысячи Миль отвечала за разведку в своей команде. Она никак не могла ошибиться. Кроме того, у нас есть подтверждённая информация о присутствии Рыцарей Смерти и Пожирателей Душ в столице Колдовского Королевства — бывшем городе Э-Рантэле.

Ответом ему было несколько разочарованных вздохов.

Признав утомлёнными голосами правоту Рэймонда, собравшиеся продолжили обсуждение.

— Что нам делать? Как должны поступить мы, защитники человечества? Что вообще можем мы сделать против пятисот монстров, каждый из которых способен разрушить страну в одиночку?

— Значит, их силы равны армиям пятисот небольших государств… но это же безумие, верно? Насколько же такая мощь нарушит баланс сил?

— Вопрос в том, как Король-Заклинатель намерен применить эту армию? Если он хочет просто использовать её для защиты границ, то в краткосрочной перспективе она не представляет проблемы.

— Как такое возможно? Этого слишком много для простой обороны. Кроме того, разве Король-Заклинатель не нежить, ненавидящая живых? Я уверен, он собирается обрушить свою армию на соседние страны.

— Не имеет значения, как именно Король-Заклинатель намерен использовать свои войска. Важно то, что мы можем с этим сделать.

Это было справедливое замечание, и направление беседы начало меняться.

— Раз так… Сможет ли Чёрное Писание справиться с ними? Вот в чём вопрос.

Чёрное Писание представляло из себя последний козырь Слэйновской Теократии, особый отряд героев. Можно было бы назвать их приключенцами адамантового класса, но с одним существенным отличием.

Боги оставили в этом мире божественное снаряжение, но приключенцы были вынуждены совершать невероятные подвиги, из тех, что потом рассказывают в сказках, ради того, чтобы получить лишь один предмет из божественного арсенала.

Члены же Чёрного Писания обладали множеством подобных предметов.

Даже если сами они не справятся с такой угрозой, они всё же могут провести великий ритуал и призвать ангела высочайшего ранга, способного разрешить проблему.

Разумеется, величайшие из ангелов способны справиться с Рыцарями Смерти и Пожирателями Душ. Однако, численность врагов вызывала беспокойство.

Все посмотрели на Рэймонда.

Тот хихикнул. Некоторые улыбнулись в ответ, но улыбки застыли едва он начал отвечать.

— Невозможно. Я говорю это как тот, кто некогда занимал Третье Кресло в Чёрном Писании; любой, кто ожидает, что мы совладаем с пятью сотнями таких врагов — безумец. Даже будь их столько же, сколько и нас, бой всё равно оказался бы тяжёлым. Нет, если б мы могли справиться, зачем бы Астрологу Тысячи Миль впадать в такое отчаяние и запираться в комнате? Однако…

Его улыбка изменилась.

— Полубоги — другое дело.

— О-о, — раздались возгласы облегчения.

— Вдвоём они наверняка справятся с армией Рыцарей Смерти и Пожирателей Душ. Разумеется, мы, на всякий случай, должны будем оказать поддержку.

— Значит, эти двое разберутся.

— Какое облегчение.

Среди всеобщего ликования раздалось хмыканье Гинедайна. Чувствуя окружающую его тяжёлую ауру, остальные затихли.

— …Вы ведь рассказали нам не всё, не так ли?

— Что вы хотите сказать, Гинедайн?

— Закон не запрещает нам лжесвидетельствовать или искажать правду в этом месте, но мы ведь все товарищи, служим одному делу и над всеми нами нависла величайшая угроза. Если вы согласны этим, то я спрошу вновь: Что вы скрываете?

— Гинедайн. Да что с вами? Что вы такое говорите?

— У меня вопрос, Доминик. Почему Астролог Тысячи Миль заперлась в своей комнате?

Зная, что никто не сможет ответить, Гинедайн продолжал.

— Она сделала это из отчаяния. Или, возможно, её поразил некий шок. Да, конечно, армия нежити пугает. Однако, она — член Чёрного Писания. Вы правда думаете, что она стала бы прятаться от такого?…Нет, она увидела что-то, с чем не справятся даже Полубоги. Отчёт ведь неполон, не так ли?

Все смотрели на Рэймонда и Гинедайна.

— …Чего вы пытаетесь добиться, скрывая это? Я доверяю вам. Я знаю, что вы не из тех, кто стал бы использовать Писания ради собственной выгоды. Но почему вы скрываете от нас информацию?

— Отлично. Вы, как всегда, правы, Гинедайн. Я лишь хотел изучить возможности… ладно, я расскажу. Мучаясь над этой проблемой в одиночку я лишь наживу себе язву, так что буду рад разделить её с присутствующими.

Рэймонд обвёл глазами слушателей.

— Как много вам известно о битве между Королевством и Империей — нет, о битве между Королевством и Колдовским Королевством?

За всех ответил Великий Понтифик.

— Я слышал, что Король-Заклинатель применил мощное заклятье. В результате, армия Королевства была обращена в бегство и потерпела поражение. Так что Королевство подчинилось выдвинутым перед битвой требованиям, и сдало Э-Рантэл Колдовскому Королевству. Это всё.

— А потери Королевства?

Великий Понтифик покачал головй.

— Не знаю. Новости ещё не дошли до меня. До вас всех тоже, не так ли?

— Да. После того, как Э-Рантэл стал собственностью Короля-Заклинателя, неживого владыки, торговцы и жрецы перестали посещать город. Так что всё, что мы знаем — это слухи неизвестной достоверности.

— Значит, нам нужны Писания — такие задачи лучше поручать Писанию Чистых Вод или Писанию Розы Ветров, верно?

— Да, так что лишь командующему Писаний — а именно, вам, — известна истина. Мы знаем лишь то немногое, что просочилось.

— …Понятно. Что ж, покажите нам полный отчёт Астролога Тысячи Миль о той битве.

После того, как собравшиеся прочитали остаток доклада, в комнате воцарилась полная отчаяния тишина.

Чувствуя необходимость нарушить её, Ивон задал вопрос:

— Ясно, ясно… Вы боялись, что наши сердца остановятся, если сразу обрушить на нас такое, да?

— Не совсем. Ваши сердца так сильны, что на них могли бы расти волосы. Я просто боялся, что если начну с такого, вы бы просто не поверили.

Ивон кивнул, неспособный возразить.

— И правда, мы усомнились бы в таких новостях, если бы увидели их неподготовленными. Мы не поверили бы вам. Но теперь, поняв и приняв истину о армии Короля-Заклинателя, нам остаётся лишь поверить.

— И всё же… Я не хочу в это верить. Одним заклятьем он уничтожил половину армии Королевства. На ту битву они выставили 260 тысяч человек. Половина — это 130 тысяч, верно? Я слышал, что армия Королевства была разгромлена, но такое…

— Лишь она видела это, да? Преувеличение потерь обычное дело…

— И всё же, согласно описанию целое крыло армии Королевства было сметено, что значит мгновенную гибель восьмидесяти тысяч человек. И те чудовищные монстры, вызванные таким жертвоприношением…

— Я больше не могу отрицать виденного ею. Это магия богов. Магия 11 уровня, полагаю? Должно быть, это она.

— Прибытие богов.

— Записанное здесь похоже на описание того бога… неужели Он вновь снизошёл с небес?

— Невозможно. В устных преданиях говорится, что Бог Смерти, Суршана-сама, был убит Восемью Королями Алчности. Здесь, должно быть, что-то ещё. И если бы Суршана-сама и вправду вновь снизошёл на землю, та особа непременно оповестила бы нас. Он ведь первый из его последователей.

— Значит, время наконец пришло?

— Вероятно, да. 200 лет спустя.

— Это соответствует устным преданиям. Должно быть, так и есть. Оно должно появиться где-то в пределах континента.

— Но мощь их государства росла так медленно, из-за того что те кучи дерьма так изгадили план.

— Эти идиоты из Королевства…

При этих словах в глазах каждого блеснула ненависть.

Географическое положение Королевства было наиболее благоприятным из всех остальных стран. Именно поэтому Слэйновская Теократия оказывала ему поддержку, надеясь, что Королевство станет тем государством, что спасёт человечество. Просторные и плодородные земли прокормят множество людей, среди этого множества возникнут талантливые личности, из которых можно будет взрастить героев, способных сдержать вторжения нечеловеческих рас. Однако, мир и процветание привели к падению, и Королевство сгнило изнутри.

Ещё большую проблему представляло то, что Королевство производило наркотики, и поставляло их в другую перспективную страну — в Империю.

Так что Теократия изменила свои планы.

Их новый план заключался в том, чтобы позволить Империи поглотить Королевство, и начать взращивать талантливых личностей получившегося государства.

Сама Теократия не пыталась покорить Королевство, так как в этом случае у неё появилась бы общая граница с Республикой, что могло бы вызвать народные волнения и требования уничтожить страну нелюдей.

Основной догмат Теократии заключался в том, что человечество — избранная богами раса, а все прочие должны быть истреблены.

Таким образом, верхушка Теократии внушала населению, что их страна окружена врагами, и единственный выбор — сплотиться и оказать совместный отпор. Это позволило консолидировать нацию и создать сильную страну. Однако, если Теократия станет соседом Республики, эта идеология может привести к опасным последствиям.

Каждый здесь понимал, что строить будущее Слэйновской Теократии можно только зная силу своей страны, способности других стран, и какие вопросы ставить на первое место. Тем не менее, простой народ призывал бы к войне с Республикой и уничтожению врагов человечества.

Это имело бы катастрофические последствия.

Республика очень сильна.

Точнее, опасен один из членов совета Республики, Платиновый Лорд Дракон, дитя Императора Драконов. Выступив против него, сильнейшего из Повелителей Драконов, Теократия рискует превратиться в выжженную пустыню. Но что до народа, ничего не знающего об этом? Что подумают простые люди? Они будут видеть перед собой смертельных врагов, но им придётся просто грызть ногти и выжидать.

Само собой, каждый из присутствующих спокойно может подавить такое негодование силой, но это породит обратную реакцию масс, что ослабит государственную мощь. Вдобавок, нельзя отрицать вспышки войны в будущем.

Получается, Теократия не может ни делить границу с Республикой, ни напрямую контролировать Королевство. Даже пожелай они управлять ими из тени, Королевство слишком велико.

— Давайте пока сконцентрируемся на Короле-Заклинателе. Для начала, это должно быть именно он уничтожил Писание Солнечного Света некоторе время назад.

Воздух, казалось, застыл.

— Заклинатель с таким именем появлялся в соседней деревне почти в тоже самое время. Я не думаю, что мы ошибаемся, не так ли?

— Что о вампире, встретившимся с Черным писанием? Подручная Короля-Заклинателя?

— Возможно, но я полагаю, что она, скорее всего, существо одного порядка с Королём-Заклинателем, совсем как те люди. Иначе её мощь никак не объяснить.

— Именно, кстати, раз уж мы говорим о множественном явлении, Ялдабаоф тоже должен быть таким существом, верно? Это объясняет ту силу, что он продемонстрировал в Королевстве, и то, что подобный монстр вдруг появился из ниоткуда.

— Тогда что насчет Момона? Он, кажется, преследовал того вампира, но если предсказание верно, он должен иметь схожую c Королём-Заклинателем сущность. Это может объяснить его сравнимую с Ялдабаофом силу. Вопрос в том, является ли тот союзником Короля-Заклинателя…

— Момон убил вампира и выстоял против Ялдабаофа. Учитывая это, они могут быть созданиями одного сорта, и всё же противостоящими друг другу, тогда, возможно, они и сейчас остаются врагами? В конце концов, он договорился о перемирии с Королем-Заклинателем и стал его союзником.

— Тогда остается вопрос, почему он убил Вампира и противостоял Королю-Заклинателю. Она была под контролем Верховного Сокровища, может быть, поэтому он ее и убил. И все же, почему бы ему препятствовать Ялдабаофу?…Если Момон был товарищем Королю-Заклинателю, какой тип сценария предусматривает вражду с Ялдабаофом?

— …Наверно, Вампир и Ялдабаоф работали вместе, в то время как Король-Заклинатель и Момон были союзниками. Или другой вариант, где Вампир, Ялдабаоф, Король-Заклинатель и Момон враги. Есть и другие вероятности. Но у нас очень мало информации, чтобы судить.

— Наихудший сценарий, если все четверо на одной стороне, но вероятность этого очень низкая. Момон весьма скромен. Обычно, кто-нибудь с такой силой засветился бы повсюду гораздо сильнее. Да, точно также, как Восемь Королей Алчности. Или, возможно, как наши Боги.

— Ясно. Значит, он старался не выделяться, потому что искал остальных. Или же он опасается тех, кто одной силы с ним.

— Значит, раз Король-Заклинатель начал действовать в открытую и создал своё государство, то может появиться кто-то ещё, сравнимый по силе. Если верить словам Момона, у Хонёпеньёко есть партнёр. Нужно быть наготове на случай её появления, как и с Ялдабаофом.

— Все это на данный момент лишь предположения. Нам просто нужно подумать о налаживании связи с Королем-Заклинателем или Момоном.

— Это слишком рискованно. Даже больше, чем слишком рискованно. Вместо этого нам стоит отправиться в Империю и добыть информацию там, после чего вступить в контакт с Императором.

— Звучит неплохо, если, конечно, Император ещё не переметнулся на сторону Короля-Заклинателя.

— Это рискованное предприятие, но здесь ничем не помочь. Если ничего не делать, съежившись в углу, в конце концов останется только игра в догонялки с другими.

— Все же, когда вы называете это рискованным предприятием… насколько рискованным? Если мы провалимся, появится повод к войне, чтобы напасть на нас, нет? Нам стоит понять позицию Императора по этому делу, прежде чем связываться с ним.

Поскольку все согласились по этому предложению, кое-кто задал справедливый вопрос.

— …Однако, неужели жители Э-Рантэла не пытались протестовать против захватившей город нежити? Их всех перебили? Или запугали и держат в абсолютном подчинении?

Услышав этот вопрос, вряд ли кто мог поверить ответу Рэймонда.

— По нашим сведениям, городом управляют мирно.

Ха?! Этот звук вовсе не соответствовал тем людям, но они не могли его сдержать.

— Хмхм. В моём возрасте я, бывает, слышу того чего нет, но сейчас мой слух, кажется, стал ещё капризнее. Рэймонд, что ты там говорил насчёт мира?

— Я не удивлюсь, если завтра солнце взойдёт на севере.

— …Ну все, достаточно шуток. Если Рэймонд говорит правду, то это поистине невообразимо. Наш информатор сошёл с ума или решил пошутить?

— В докладе сказано, что Рыцари Смерти используются как городские стражники, Старшие Личи как государственные служащие, а Пожиратели Душ задействованы в перевозке груженных повозок.

Все, кроме Рэймонда, раскрыли рты.

— Нет, нет, нет, минутку. Что? Повторите пожалуйста?

Рэймонд не изменил слов и повторил сказанное в лицо Максимиллина с его упавшими очками.

Хааа?! Еще раз вырвался тот же несвойственный им звук.

Каждое из этих существ — нежить, существо поразительной мощности. И теперь рыцарь преисподней поддерживает общественный порядок, будто примерный маленький солдат, повелитель лабиринтов сидит за столом, управляя движениями товаров, а монстр, способный уничтожить целый город, делает работу лошади с кучером.

И такая страна возникла прямо возле их границ.

— Что за черт. Из какой ямы ада это взялось?

Нежить бродит по улицам и управляет городом. Всё, что они могли себе представить — это то, что все жители мертвы.

— Нет. Бывшие жители Э-Рантела… нынешние граждане магического Королевства, живут своей обычной жизнью. По началу были волнения, но сейчас всё успокоилось.

— …Похоже, мы недооценивали Королевство все это время.

— Да уж… На сколько же силён их дух?

Все присутствующие вздрогнули от страха при одной мысли о том, чтобы оказаться рядом с нежитью, ненавидящей всё живое.

Это как жить рядом с ужасно голодным монстром. Для обычного человека нормальным было бы бояться.

— Они, наверно, мирятся с этим, потому что доверяют тому великому воину, героическому приключенцу Момону Черному.

Рэймонд огласил отчет о произошедшем в первый день правления Короля-Заклинателя в городе Э-Рантел.

Все сосредоточенно внимали.

— Как я и думал, невозможно, чтобы Момон был компаньоном Короля-Заклинателя.

— О, но разве это не дополнительное доказательство сговора Момона и Короля-Заклинателя? Они появились практически одновременно, так ведь?

Хмм… Каждый пребывал в размышлениях.

Все чувствовали, что этим вариантом не стоит пренебрегать, но сказать с уверенностью тут ничего было нельзя.

— Есть ли способ восстановить Момона против Короля-Заклинателя? Возможно, если бы мы использовали людей Э-Рантела, мы смогл…

— Это опасно, очень опасно. Неудача сделает нашими врагами и Момона, и Короля-Заклинателя в одно время.

— Вы правы. Мы уже понесли значительные потери. Хотя погибших и воскресили, Чёрное Писание всё равно не восстановит свою полную боеспособность, а Писание Солнечного Света фактически распущено. Корона украдена, Принцесса-Мико и Кайр мертвы. Потребуется ещё минимум десять лет, чтобы оправиться от потерь. В нашем нынешнем состоянии не стоит дразнить спящего Дракона.

— Да. Ни в коем случае нельзя сражаться на два фронта.

В этот момент враждебность в комнате, казалось, увеличилась.

— Эти грязные предатели.

— Эти ублюдочные эльфы.

В настоящий момент Теократия находилась в состоянии войны с Эльфами Великого Южного Леса. Изначально Теократия и эльфы имели дружественные отношения. Но эти отношения были сломаны, и теперь Теократия в одиночку борется с Эльфами.

Они построили передовое укрепление у Озера Полумесяца, где расположена столица эльфов. По первоначальному плану, через несколько лет столица должна быть взята, но план этот постепенно рушился.

— Как насчёт заключить перемирие с ними?

— Глупости. Как много крови, по-вашему, уже было пролито? Для начала, разве мы не должны отомстить за неё?

— То дитя…

Сказав это, старик горько улыбнулся.

Он назвал ее ребенком из-за ее внешнего вида, но на самом деле она старше всех в этой комнате.

— …Как она?

— В той же комнате неподалёку, как и всегда.

— Да. Нужно дать ей шанс отомстить за мать.

— Именно, иначе её горю не будет конца. Отомстив она, наверное, обретёт покой.

На лицах присутствующих появилось болезненное выражение.

— …Говоря прямо, я недоволен тогдашними жрецами. Они воспитали в бедняжке такой характер.

— Ну, с тем же успехом можно обвинять этих лесных варваров. Кардиналы не собирались разлучать её с матерью.

— …Что за тяжёлая тема.

— И всё же, если мы используем её, Повелитель Драконов может начать действовать.

— Мощь богов, Падение Страны и Замка, скорее всего не сработает на нём, способном, в отличие от Повелителя Драконов Катастрофы, применять дикую магию. Может, используем это против Короля-Заклинателя?

В комнате воцарилась тишина. Каждый обдумывал этот вариант, но сказать ничего не мог.

— …Это неплохая идея, но мы не знаем, насколько сильны подчинённые Короля-Заклинателя, и меня это тревожит.

— …Если бы только оно могло контролировать сразу многих, как всё было бы проще.

— Как вы смеете! Это наследие, оставленное нам богами, ради защиты человечества! И вы недовольны этим великим даром? Что за дерзость!

Получив упрёк, старик низко поклонился.

— Я оговорился.

— Следите за языком!

— Итак, вернёмся к теме разговора. Мы все против применения Падения Страны и Замка против Короля-Заклинателя?

— Это слишком опасно.

— Если появится Повелитель Драконов Катастрофы, мы могли бы взять его под контроль и использовать в бою…

Нет смысла надеяться на это.

— Что поделать. Может, отправить посольство, поговорить с Повелителем Драконов насчёт эльфов?

— Но что он может потребовать взамен?

— Просто согласимся, если это будет не слишком невыносимо. В конце концов, всё это ради того, чтобы принести покой душе той девочки.

Возражений не было. Все погрузились в размышления.

— Хехе…

Раздался тихий смешок, и все повернулись к тому, кто издал его.

— Хехе. Сейчас, когда все, знавшие о случившемся, уже мертвы… Ну, в сопереживании вам всем не откажешь.

Слова могли бы прозвучать оскорбительно, но тон указывал на иное.

— …Наша цель — защита человечества от других рас, и та девочка — тоже часть человечества. Думаю, нам простительно некоторое злоупотребление властью ради спасения товарища.

— …Я не возражаю, если это не повлечёт за собой жертв.

Грандмаршал, услышав это, горько улыбнулся.

— Не лучше ли было бы широко распространить это знание, а не передавать из уст в уста? Если бы мы противостояли чему-то выделяющемуся, одно дело, но ведь противник может залечь на дно. Если это будет известно всем, нам проще будет собирать информацию.

Это предложение высказывалось регулярно на протяжении нескольких веков. И, разумеется, каждый раз отклонялось.

— Наш мир — лишь хрупкая шлюпка в бурном океане. Чем меньше тех, кто знает об этом, тем лучше. В конце концов, примерно каждую сотню лет на нас обрушивается тайфун. Думаете, люди смогут спать спокойно, зная это? Истина такова, что обладающий силой не может долго прятаться в тенях. Он очень быстро выдаст себя, даже попытавшись жить обычной жизнью.

— Раз так, как поступит бывший жрец-доно, как вы думаете?

Лицо каждого приняло озадаченное выражение.

— Я не уверен, но скорее всего он предпримет что-нибудь… Вероятно, у него есть какой-нибудь скрытый козырь.

— А может, бывшее Девятое Кресло, Идущая По Ветру, что-то знает…

— Как неуютно. Она где-то неподалёку? Что может быть неприятнее…

Раздалось несколько вздохов.

— Как насчёт попросить о помощи вышедших в отставку членов Чёрного Писания? Таким образом мы сможем восстановить нашу боеспособность, нет, поддержать бдительность. Мы сможем послать их в качестве подкреплений Драконьему Королевству. Маловероятно, что кто-то из них погибнет.

Чёрному Писанию поручались самые опасные задачи, и потери среди них всегда были высоки. Однако, если удавалось спасти тело, то мёртвого можно было вернуть к жизни. Проблема заключалась в том, что воскрешение вытягивало жизненную силу человека, и ему приходилось долго тренироваться, восстанавливая форму, которой он обладал до смерти. Так что некоторые предпочитали уходить со службы.

Также были и те, кто уходил в отставку из-за возраста, но какова бы не была причина, отставники обладали приоритетом при устройстве на любую гражданскую работу. Некоторые предпочитали жить низкой жизнью безработного, но таких было очень мало. Большинство, будучи не в силах смотреть в глаза своим жёнам и слышать вопросы детей вроде "Паааап, почему ты до сих пор безрабтный?.." рано или поздно устраивалось на работу.

Потребуется время, чтобы эти люди заново освоились с профессией воинов, и самые старые не смогут действовать так же, как в расцвете своих лет. И всё же, они гораздо надёжнее большинства остальных.

— Просто объясни им ситуацию и обратись с нашей просьбой. Не жди, что все возьмутся за оружие, все же.

— Конечно. Потребуется настоящий ублюдок, чтобы оказать давление на людей, выполнявших задания, в самых опасных местах, затем вышедших в отставку.

— Да. Просто спроси их. Но если кто-то согласится, заплати им больше, чем они ждут

— Если бы ещё нам платили хоть сколько-нибудь.

Самоуничижительное хихиканье пронеслось эхом по комнате.

Жалоба на отсутствие заработной платы, являлась для них частой шуткой.

В Теократии, начиная с определённого ранга и выше, человек зарабатывал всё меньше и меньше. Это было способом самоочищения власти, придуманным для того, чтобы людей не гнала вверх по служебной лестнице жадность. Таким образом, большинство тех, кто занимал высокие посты, делали это лишь из желания служить государству.

Когда смешки утихли, Великий Понтифик снова заговорил:

— Итак, перейдём к следующей теме. Рэймонд, прошу вас.

Глава 3: Империя Багарут

Ясным солнечным днем во внутреннем дворе своей резиденции Айнз провожал Альбедо, отправляющуюся в Ре-Эстиз.

Неподалеку стояли пять роскошных экипажей, в одном из них ехала Альбедо, другой был отведен под её багаж. В ещё одном находились дары для Короля, которые должны были ещё раз показать могущество Колдовского Королевства. Экипажи сопровождали двадцать Рыцарей Смерти, созданных лично Аинзом.

Конечно, намного проще телепортироваться в столицу Королевства, но было решено отказаться от этой идеи.

Альбедо, и вся делегация, должны были продемонстрировать силу Колдовского Королевства. Поэтому, кареты были запряжены не лошадьми, а монстрами; так сказать, завуалированная угроза.

— Пожалуйста, берегите себя, Владыка Айнз.

— Хорошо, буть осторожна. Мы все ещё не нашли людей, которые взяли под контроль Шалтир. Поэтому не стоит забывать, что они могут попытаться подчинить тебя и использовать для того, чтобы нанести вред Назарику.

— Конечно. Я буду осторожна и не позволю этой вещи покинуть меня.

Альбедо прижимала к груди предмет Мирового Класса.

— Я полагаю, присутствие этой вещи устраняет риск попасть под эффект другого предмета Мирового Класса. Однако, наши противники также могут обладать и другими предметами. К тому же, в то время как это сильнейший предмет Мирового Класса против физических объектов, не забывай, что он мало эффективен против отдельных целей.

— Вот как? Мое основное оружие — измененная версия этого…

— Он слабее, чем специализированное оружие Божественного класса, но все же имеет преимущество в том, что не может быть уничтожен или поврежден. Я хочу сказать, что ты не должна становиться беспечной только из за того, что сильна. Хотя, я не думаю, что ты допустишь подобную ошибку.

К слову, ведь Альбедо, до сих пор, не была снаружи.

Он назначил её управлять Назариком и держал в резерве. Из-за этого, Айнз волновался, как будто впервые отправлял ребенка выполнить поручение самостоятельно.

— Всегда будь на стороже и не расслабляйся. Если почувствуешь опасность, отступай немедленно. У тебя есть предметы для телепортации? У некоторых из них есть задержка перед переносом, твои срабатывают сразу? Некоторые враги могут препятствовать телепортации, ты знаешь как этому противодействовать? Так же, противник может отвлечь тебя приманкой, чтобы заманить в ловушку. Не давай силе противника себя обмануть, хорошо? И хотя я слышал, что ты прошла через боевую подготовку для улучшения гибкости, тебе все ещё есть чему учиться. К тому же —

Обдумывая тактики, которые он применял для ПК (убийств игроков), он подумал — было бы лучше, если бы я дал такое же напутствие Шалтир. В то же время осыпая Альбедо потоком слов.

Как много времени он потратил на продумывание всех видов атак? Айнз вернулся в нормальное состояние только после того, как он понял, что Альбедо смотрела на него с восторженным выражением на лице.

Это было ужасно неловко.

Айнз закашлялся.

"Ну, что-то типа того. Я считаю, что из всех людей, Альбедо, тебе не стоит докучать по поводу подготовки и контрмер. Я прошу прощения за то, что задержал тебя. Будь осторожна, во время путешествия".

"Поняла Вас, господин Айнз".

"Несмотря на то, что не может быть уместно спрашивать прямо перед твоим отъездом, про Демиурга — …нет, не имеет значения."

— С ним всё будет в порядке, я думаю?

Если бы он получил способ связи с Демиургом, у него была бы огромное количество вопросов для обсуждения с ним. Например, Альбедо не возражает против формирования Гильдии авантюристов, но об этом может быть лучше спросить его лично, когда он вернётся. Альбедо, казалось, удивилась, но после того, как она поняла, что Айнз не собирался отвечать, она вернула свое обычное мягкое выражение лица.

— Тогда, Аинз-сама. Я добьюсь результатов, не опозорящих должность Cмотрителя Cтражей.

— Ты никогда меня не подводила

Конечно, он сразу вспомнил, как Альбедо оседлала его в позе наездницы, но это не тот тип вещей, что стоит обсуждать в подобной ситуации

— Есть ещё кое-что о чём я хотел бы сказать. В то время как ты невосприимчива к болезням, в этом мире могут существовать болезни, которые могут обойти даже твой иммунитет, так что будь осторожна. Я слышал, что очень легко заболеть в межсезонье.

Граница между временами года была не очень ясна в мире Сузуки Сатору.

Мысль озарила его — что бы Блу Плэнет сделал, если бы был здесь? У него, вероятно, было бы такое же выражение лица, с сверкающими глазами, как и у Альбедо… Несмотря на то, сможет ли он сделать это выражение лица было совсем другим делом.

Затем, Альбедо вызвалась с предложением, с таким выражением на лице, будто напоминая только что расцветший цветок:

— Аинз-сама! Я, я знаю о профилактической медицине, которая хорошо действует против болезней!

— Хм-м…?

Это было поразительно. Он даже не мог предположить, что она была осведомлена о лекарствах, уникальных для этого мира.

Энфри, травник, вряд ли хоть как то пересекался с Альбедо. Это могли быть знания из ИГГДРАСИЛЯ, или же то, что Табула Смарагдина вложил в неё. Аинз преисполненный любопытства, с нетерпением ждал, что же вымолвит Альбедо.

— Поцелуй!

— … Поцелуй?

— Да, поцелуи снимают напряжение, и активизируют парасимпатическую нервную систему. И как только увеличивается эффективность парасимпатической системы, активируется иммунная. Проще говоря, если вас поцелуют, болезни обойдут вас стороной.

— То что ты рассказала, звучит довольно знакомо…

Он вспомнил, что кто-то упоминал о парасимпатической системе, в то время, когда он играл в ИГГДРАСИЛЬ. Так и есть. Всё же он считал, что в этом мире, это вряд ли сработает.

— Поэтому мне хочется поцелуя.

Альбедо закрыла глаза и сжала губы.

Все что он увидел, было больше похоже на присоску осьминога.

Если это описать, то может показаться будто рассказ противоречит красоте Альбедо. Но в конце концов, красивая женщина оставалась красивой, не зависимо от выражения на ее лице.

Эта довольно неожиданная мысль промелькнула в голове Айнза.

Айнз подумывал о побеге из этой ситуации.

Конечно он хотел отказаться, но было очевидно что она надеялась на поцелуй. Кроме того, это было пожелание от того кто так же трудился не покладая рук, так он хотел помочь ей, в определенной степени, надеясь что это улучшит ситуацию. Так же, он не хотел обижать Альбедо, причиняя еще больше боли ее сердцу, он не хотел отказывать "дочке" Табулы Смарагдина.

Аинз коснулся рукой подбородка Альбедо, и поцеловал ее в щеку. У Аинза не было кожи, и, следовательно, не было губ, поэтому поцелуй Айнза был не более чем прижатие его передних зубов. Кроме того, так как у него не было слюны, все, что она могла чувствовать, это как что-то сухое и твердое ткнулось в неё.

Хоть ему было ужасно неудобно, он должен был это сделать.

(Я рад, что почистил зубы, даже если я ничего и не ел.)

Когда он отпустил ее подбородок, он увидел широко раскрытые глаза Альбедо.

— Что, что то не так? Было бы слишком, поцеловать тебя в губы, поэтому я поцеловал тебя в щеку. Я не должен был этого делать?!

— … Я не ожидала, что вы это сделаете.

Прежде чем Аинз смог спросить ее о том, что же она тогда имела в виду, слезы навернулись в уголках глаз Альбедо.

— Уууааааааа……….

То не были крокодильи слезы. Она по-настоящему плакала.

После долго ожидаемого шока её эмоциональная блокада пала и эмоции выплеснулись на него, Аинз поспешно ринулся к ней чтобы что-то предпринять. Тем не менее, он и понятия не имел, как ему действовать.

В прошлом, когда он увидел плачущую Альбедо в сокровищнице, он придумал утешительные слова для нее. Однако сейчас ничего не приходило в голову, Аинз случайно заставил ее плакать. Как бы поступил красавец императора (Зиркниф) в такой ситуации? Хотя он и думал об этом, казалось, что ни одно из увиденных им действий, которые Аинз видел, не были похожи на данный момент.

— Альбедо, пожалуйста, не плачь.

Он отчаянно хотел вызвать дежурную горничную для помощи, но был уже порядком смущен. Он не мог осрамить себя еще больше.

— Альбедо, не плачь.

Аинз нежно заключил Альбедо в свои объятья и нежно погладил по спине.

Они немного постояли, а затем Альбедо всхлипнула. Казалось бы, ее слезы прекратились.

Аинз выпустил из своих объятий Альбедо и почувствовал, что ему полегчало.

— Ты в порядке, Альбедо?

Да, Айнз-сама. Мне очень стыдно, что я позволила вам увидеть себя с такой стороны.

Даже не смотря на следы от слез, её улыбка оставалась прекрасной.

Существовала лишь одна причина по которой она могла плакать.

Поняв, как был жесток, он почувствовал боль в несуществующем желудке. "Все равно игра скоро завершится…" — если бы он так не думал, ей не пришлось бы плакать

— Это так…. Что же, тебе стоит отправляться, если ты в порядке.

— Поняла! Момонга-сама!

***

Шторки в отъезжающей карете были распахнуты и он увидел как Альбедо махала ему рукой. Аинз помахал в ответ.

Это напоминало сцену прощания у поезда, которую можно было увидеть на телевидении.

Карета медленно уезжала и её караул тоже начал движение.

Аинз смотрел, пока карета Альбедо не скрылась из виду, и смотря вдаль, он серьезным голосом, мрачно произнес команду.

— Забудь всё, что здесь произошло.

— Поняла.

Аинз прошел мимо горничной, чья голова была опущена. Он не смог разглядеть, выражение её лица.

Кровавый Император, Зиркниф Рун Фэрод Эль-Никс вцепился в волосы.

Это не было секундным порывом. Это движение уже успело войти в привычку.

В прошлом, ему довелось уничтожить множество дворянских родов, узнавать новости о предательствах, способных пошатнуть Империю, и узнавать об ухудшении отношений с соседними странами. Но ничто из перечисленного не вселяло в него панику или замешательство. Однако пред лицом этой неразрешимой проблемы императору оставалось лишь с горечью хвататься за голову.

— Проклятье! Сукин ты сын! Сдохни! Чтоб ты сдох и сгнил!

Посредством магии можно наложить смертное проклятье, но Зиркниф не обладал такими способностями. Так что он просто выкрикивал оскорбления. Если бы ему было под силу и в самом деле убить того, кто на прошедшие несколько месяцев поверг его разум в такой беспорядок и одарил болями в желудке, то он бы с радостью обучился таким заклинаниям.

— Нет, стоп. Лучше, наверное, пожелать ему "жить", да? Или, может, "разрушиться"? Я слышал, некоторые жрецы способны разрушать нежить своей святой силой.

Он даже думал о столь бесполезных вещах.

Каждое утро живот Зиркнифа ныл, а подушку усыпали пряди вырванных волос. И виной всему этому был Король-Заклинатель, Айнз Оал Гоун.

У проблем, созданных Колдовским Королевством, не существовало удовлетворительного решения.

Первая проблема касалась потерь Имперских Рыцарей в битве на Равнинах Каз.

Погибло всего 143 человека; пустяковое количество, если бы речь шла о стычке с врагом. Однако, эти потери имперская армия нанесла себе сама.

Вдобавок, ещё 3 788 человек выразили желание уйти из Корпуса Рыцарей по возвращению в Имперскую Столицу. Иначе говоря, 6 % из 60 000 Имперских Рыцарей струсили.

Кроме того, тысячи солдат жаловались на нервное расстройство и ночные кошмары. Доклады также упоминали как минимум 200 помешавшихся.

Рыцари — профессиональные воины, и подготовка каждого требует существенных затрат.

И дело даже не в деньгах. Время на обучение тоже важно. Нельзя просто взять человека с улицы и объявить "С сегодняшнего дня ты будешь рыцарем".

Лишь с большим трудом Империя сможет восполнить потери. Но где взять средства на это?

В эти тяжёлые времена рискованно проводить репрессии среди знати, чтобы получить необходимые средства путём конфискации их имущества.

И причиной тому вторая проблема — а именно, прошение, поданное Зиркнифу самими Имперскими Рыцарями.

Корпусу Рыцарей разрешалось высказывать предложения Императору Зиркнифу… Такая привилегия была введена потому, что некоторые вещи могут понять лишь ветераны битв, а также затем, чтобы снизить конфликты между военачальниками и бюрократами. И при этом, создать впечатление того, что Зиркниф — имеющий военный опыт — особо ценит Корпус Рыцарей.

Разумеется, не стоит ожидать, что подобные петиции неизменно будут положительны, но недавние были особо резкими.

Эти петиции, поданные высшим командованием Корпуса Рыцарей, выражали их желание избегать каких бы то ни было столкновений с Колдовским Королевством.

Зиркниф прекрасно понимал это и сам.

Любой, кто решится сойтись в открытом бою с Колдовским Королевством, должен быть не просто глупцом — он должен быть совершеннейшим безумцем. Это государство, способное одним заклятьем растоптать двухсоттысячную армию. Зиркниф ни за что не стал бы идти на конфликт с таким врагом.

Однако, тот факт что Корпус Рыцарей всё же отправил подобную петицию, означал, что они утратили веру в Зиркнифа.

Перед битвой на Равнинах Каз Зиркниф сказал Королю-Заклинателю: "Надеюсь, вы примените сильнейшее своё заклинание". Командование Корпуса Рыцарей знало об этом, и винило именно Зиркнифа за то адское разрушение, которому стало свидетелями.

Иными словами, его назначили козлом отпущения.

Зиркниф, осознав это, был до невозможности взбешён и встревожен.

Если бы он подозревал о существовании подобной магии, то ни за что не сказал бы таких слов.

Кроме того, Зиркниф попросил этого проклятого Короля-Заклинателя использовать сильнейшее заклятье потому, что хотел оценить его силу как мага.

По идее, всё должно было быть иначе. "Благодарим вас за то, что выявили часть мощи Короля-Заклинателя. Теперь мы прекрасно понимаем, что лучше не идти против него", должны были бы сказать Рыцари, выражая свою признательность. В конце концов, если бы всё повернулось к худшему, подобная магия могла бы быть высвобождена посреди города.

Однако, Корпус Рыцарей видел ситуацию иначе. Они полагали, что Зиркниф, в которого они верили как в прекрасного императора, попросил применить заклинание, прекрасно зная, каков будет результат. И теперь Зиркниф стал объектом подозрений.

Впервые в жизни Зиркниф был недоволен своей репутацией.

Однако, плач и жалобы делу не помогут. Если бы кто-то другой мог решить его проблемы, Зиркниф бы с радостью рыдал и кричал, по крайней мере, до тех пор, пока не улягутся боли в животе. Разумеется, никто не выполнит его работу за него, так что Зиркнифу приходилось справляться самому.

— Будь он проклят, этот Король-Заклинатель! Это всё его вина!

Он прижал руки к вспыхнувшему новой болью животу, нет… Зиркниф задумался.

Это не "вина Короля-Заклинателя". "Интрига Короля-Заклинателя".

Вполне возможно, что нынешнее состояние Империи подстроил он. Успокоившись и поразмыслив, Зиркниф пришёл к выводу, что вероятность этого очень велика.

Он взял ключ, открыл ящик стола, и вынул оттуда бутыль.

После чего прижал к ней серебряное кольцо, которое носил на левой руке.

Кольцо Единорога — предмет, способный обнаруживать яды, усиливающий сопротивление к ядам и болезням, и способный также раз в день исцелять раны. Убедившись в отсутствии реакции, Зиркниф осушил бутыль.

Он поставил пустую бутыль на стол и нахмурился.

Зиркниф отхлебнул воды из стоявшей на столе бутылки, прополоскав рот, избавляясь от непривычного вяжущего послевкусия. После чего снова надавил на живот.

Это самоубеждение, или же рана действительно исцелилась? Наверняка он не знал, но по крайней мере боль в животе временно успокоилась.

— Хааа….

Издав невероятно тяжёлый вздох, словно мысленно готовясь к невероятно тяжёлой работе, Зиркниф принялся за дело. Для начала, нужно разобраться с кипой скопившихся документов.

Раздался тихий стук в дверь, словно кто-то ждал, пока Император потянет руку.

В комнату вошёл секретарь. Каждый из секретарей Зиркнифа был отличным работником, подобранным им лично. Однако, этот человек легко составил бы конкуренцию самому императору.

Само собой, среди секретарей были лишь мужчины. Зиркниф полагал, что из всех женщин с подобной работой могла бы справиться лишь одна из его наложниц.

— Ваше Величество…

Зиркниф махнул рукой, зная, что приветсвие может затянуться надолго.

— … Не надо церемоний. Не трать времени, переходи к делу.

— Да, Ваше Величество. Те торговцы из того государства наконец ответили нам. Похоже, у них весьма солидные запасы, и скоро они прибудут в Имперскую Столицу.

— Неужели!

Зиркниф улыбнулся. Лучшая новость за последние несколько недель.

Государством, про которое шла речь, была Слейновская Теократия. Что же до торговцев то под этими словами, разумеется, имелся в виду их посланник.

Эта комната была защищена от всех видов слежки, но оказавшись свидетелем мощи Короля-Заклинателя, он пришёл к выводу, что все эти контрмеры не более чем сценический наряд. Фактически, в последнее время он постоянно чувствовал, что за ним следят.

Впрочем, сколько бы людей он не отправлял на розыски, шпионов найти не удавалось. Единственный вывод, к которому можно был придти, что всё это параноидальные иллюзии Зиркнифа. В последнее время его нервы и вправду подверглись серьёзной нагрузке, так что это вполне могло быть и правдой. Однако отделаться от ощущения чужого взгляда никак не удавалось.

В прошлом он мог бы поручить Флюдеру наложить защитное заклятье, но не сейчас. Насколько он знал, Флюдер мог уже предать его. А раз так, Зиркниф должен действовать, предполагая, что шпионы уже проникли в Столицу.

Поэтому, всей политике относительно важных вопросов были нужны их собственные кодовые слова. Конечно, было несколько небольших проблем, которые неожиданно возникли в результате, но это было лучше, чем позволить сформировать союз против Аинз Оал Гоун открыто.

— Итак, когда именно?

— Полагаю, они рассчитывают прибыть через несколько дней.

Проще говоря, он бы открыто пригласил их в Имперскую Столицу, но это будет слишком очевидно

"Лучше обставить всё так, словно наша встреча — совершенная случайность. Однако, какое место не вызовет подозрений?"

Вариантов не было, но всё же он не имел права просто сдаться, как в обычной игре. Тем невероятно жестоким заклинанием Король-Заклинатель фактически сказал Зиркнифу следующее: "Я нежить, и убивать живых для меня естественно". Нельзя игнорировать подобное существо.

Это его долг как Императора Империи Багарут — пусть и ненамного, но повысить шансы на победу.

И чтобы достичь этого, он заключил секретный союз со Слейновской Теократией. Теократия старше Империи, и одним из столпов этого государства является божественная магия. Несомненно, в вопросах сражений с нежитью им нет равных.

Однако это было бы очень плохо, если Колдовское Королевство узнает об этой договоренности с Теократией.

Империя сейчас союзник Колдовского Королевства и тем, кто помог гарантировать его суверенитет. Причина, почему Империя сделала это, состояла в том, чтобы понять силу и структуру Колдовского Королевства, а также все остальное в его пределах. Если бы они обнаружили, что работали против Колдовского Королевства, то первой мишенью Короля Заклинателя, несомненно станет Империя.

— Разрешите говорить, Ваше Величество.

Зиркниф поднял свой подбородок, указав, что человек может продолжить.

— Разве открытые военные действия против Колдовского Королевства — не самый глупый план действий?

Зиркниф впивался взглядом в писца. И ты тоже, хах. Он бросил стопку свитков в специальное мусорное ведро, как только подумал об этом.

(Не разбивай мое ослабленное сердце, пожалуйста …, Однако…)

— Тогда, как по твоему мы должны поступить?

— Ну, об этом …

Зиркниф улыбнулся, поскольку он четко увидел большой глоток писца.

— Расслабьтесь. Я не буду порицать вас ни за что, что вы скажите. Нуже, скажите что у вас на уме.

— Да, тогда, я приношу извинения заранее за любое оскорбление, которое я бы мог причинить.

С кашлем, секретарь начал делиться своими мыслями:

— Полагаю, мы должны укреплять наш с ними союз, и если Колдовское Королевство выскажет какие-нибудь пожелания… мы должны будем дать им то, что они захотят.

Несмотря на данную Зиркнифом гарантию, секретарь побледнел.

Его снедал ужас лишиться жизни за подобное предательское заявление.

Зиркниф вновь горько улыбнулся.

— Ты прав.

— …Ха?

Зрелище того, как столь способный человек удивлённо разевает рот, было весьма комичным. Зиркниф снова улыбнулся, уже веселее, и продолжил:

— Полагаю, ты прав. На твоём месте я предложил бы то же самое. Нет, было бы странно если бы любой из тех, кого я выбрал своими секретарями, не предложил такого.

Проще говоря, Колдовское Королевство слишком сильно.

Пусть они и могут оценить лишь военную мощь, очевидно, что можно даже не надеяться справиться с Колдовским Королевством.

Даже мощь одного Короля-Заклинателя Айнз Оал Гоуна столь велика, что идти против него слишком рискованно. Но есть ведь ещё и та армия нежити, которую он вывел на поле боя, каждый воин в которой, по слухам, способен в одиночку выйти против армии целой страны.

Разница в силе неизмерима. Это даже не смешно.

— Но хотя я и считаю, что это лучший выбор, разве это означает что мы не должны готовиться к иным действиям? Например, если Король-Заклинатель намерен уничтожить Империю, неужели ты думаешь, что он пощадит нас если мы просто преклоним колени?

До него ещё не доходили известия о какой бы то ни было резне в Э-Рантэле.

Может, там нет нежити? Попытавшись собрать информацию, Зиркниф узнал, что нежить открыто оккупировала город, превратив Э-Рантэл в демонический город.

Возможно, Король-Заклинатель намерен управлять местным населением, не уничтожая его, но это поспешный вывод. В конце концов, были новости насчёт того, как тот подчинил приключенца адамантового ранга, так что что исходя из одного этого факта слишком опасно надеяться, что милосердие Короля-Заклинателя распространяется и на Империю.

— Вы совершенно правы. Похоже, пред лицом подавляющей мощи Короля-Заклинателя я лишился способности трезво мыслить. Мои глубочайшие извинения.

— Незачем извиняться. В конце концов, мне тоже приходила в голову эта мысль… ладно, вернёмся к разговору. Где те торговцы намерены остановиться?

— Вероятно, в крупнейшем второго четвёрых.

Второй четверых означал храм Бога Огня. Слово "крупнейшем" было не кодовым, а значит, имеется в виду просто крупнейший храм Империи — Центральный Храм.

С этого момента Зиркниф повёл разговор на совершенно случайные темы, временами вплетая крупицу лжи.

Временами он небрежно заговаривал о выдуманных вещах. Даже если кто-то и подслушивает, ему будет непросто вычленить правду. Пока что ему придётся продолжать эту напрягающую мозги работу. Подумав об этом, Зиркниф осознал, что говорит уже несколько минут.

Он решил перейти к главному вопросу.

— Как твоя семья? У них по-прежнему всё хорошо?

— А? А, да. Всё отлично.

— Вот как? Замечательно. Здоровье важнее всего, в конце концов. Не буду лгать; в последнее время мне нездоровится. Лекарства лишь ненадолго сдерживают болезнь. Как думаешь, может, позвать жреца?

— Похоже, духовенство не особо поддерживает последние действия Вашего Величества. Если окажем на них давление, это может вызвать неприятную отдачу. Почему бы вам лично не нанести им визит, Ваше Величество?

— Какая превосходная идея.

Духовенство является противником нежити — и для жрецов, основание по соседству с Империей управляемого могущественной нежитью королевства было весьма тревожащей новостью. Так что они отправляли Зиркнифу множество просьб о встрече.

Однако Зиркниф отклонял каждую.

В его положении он принял бы любую помощь, какую возможно, но у него были причины отказываться. Одна из них — Зиркниф не знал, насколько хорошо духовенство способно защититься от шпионов. Другая — он опасался, что если расскажет им всё что знает, жрецы могут совершить нечто непредсказуемое.

В случае, если обе стороны достигнут соглашения, а потом жрецы объявят войну могущественному Королю-Заклинателю "потому что он нежить", последствия будут очевидны. В результате Империя окажется вовлечена в эти самоубийственные действия.

Вкратце, Зиркниф боялся, что едва он вступит в контакт с духовенством, Король-Заклинатель придёт к выводу, что Империя враждебна к нему.

Зиркниф тяжело вздохнул.

Хотя он надеялся, что жрецы подождут более удобного момента, похоже, те не поняли его намерений. Однако, вскоре в Имперскую Столицу тайно прибудет посольство Теократии. Возможно, если Зиркниф подождёт, пока те встретятся с духовенством, то ему удастся обратить ситуацию себе на пользу.

— Итак, я постараюсь в ближайшие несколько дней выбрать время и посетить храм, чтобы они осмотрели меня.

— Полагаю, это мудрое решение. Раз так, я займусь организацией.

— Благодарю. Далее, что насчёт Колизея? Насколько я помню, вскоре будут показательные соревнования; не стоит ли позволить им пройти, как и запланированно? Тебе не остановить меня словами "вы сказали что собираетесь на осмотр, так что не можете присутствовать там", знаешь ли. Если кто-то из вас захочет наблюдать за схваткой вместе со мной, сможете сделать это из моей персональной ложи.

Глаза секретаря расширились, зрачки блеснули, когда тот попытался понять истинный смысл сказанного.

(Да, верно. Ты прав, что подозреваешь. Ну же, пойми что я имею в виду)

Зиркниф не хотел встречаться с послами Теократии в храмах.

В храмах хранятся знания о медицине и многие другие полезные сведения. Если они окажутся целью превентивного удара, слишком многое будет потеряно, и как раз тогда, когда все эти знания будут нужнее всего.

— Понял. Тогда, позвольте мне заняться ареной. Полагаю, в тот день в ваш распорядок входит также визит в госпиталь для пострадавших на войне?

Зиркнифу об этом не было известно, так что это, наверное, блеф.

Другими словами, он предложил Зиркнифу больницу, думая, что это лучшее место, чем Арена.

Зиркниф выбрал арену, потому что он слышал, что для нее часто нанимают священников, чтобы исцелять раненых. Зная это, он хотел бы, чтобы посланники от Слейновской Теократии замаскировались под священников.

— Отложи визит. Будем следовать ранее согласованному расписанию.

С этим любые упоминания о торговцах исчезли на половине беседы. Если кто-то и подслушивает, что они подумают о сказанном? Что они поймут из фразы "второй четвёртого"?

Даже если Король-Заклинатель дьявольски умён, он ничего не поймёт, не обладая необходимой информацией. Кроме того, не все его подданные могут быть также умны как и он. Кроме того, чем больше здесь шпионов, тем больше шанс, что кто-то из них будет раскрыт. Раз до сих пор никаких шпионов не обнаружили, значит, их вряд ли здесь много. По крайней мере, Зиркниф на это надеялся.

Его разум угнетал размах несомненной и подавляющей мощи Короля-Заклинателя. Временами он думал, "раз они подданные Короля-Заклинателя, то также должны быть выдающимися". И правда, у его трона он видел множество невероятно могущественных существ, так что предположил, что и шпионы могут быть того же уровня.

Если причина действительно в этом, то у нас нет и малейшего шанса…Если клятва о вассалитете разрешит ситуацию, тогда не будет ли это лучшим развитием событий?

И хотя он только что выпил зелье исцеления, боль снова пронзила живот Зиркнифа.

***

Две недели спустя, экипаж императора Зирнкифа направлялся в Колизей.

Внешне могло показаться, что император отправился посмотреть бои на арене, но на самом деле, целью поездки было вступить в переговоры с посланниками Теократии Слейна и высокопоставленными представителями церкви Империи.

Чтобы не выделяться, он не стал брать с собой гвардейцев, однако двое из четырех сильнейших рыцарей Империи — Базивуд и Нимбл сопровождали его в этой поездке.

Если бы была возможность, для большей безопасности, он взял бы с собой всех этих выдающихся войнов. Однако, Мощный Взрыв, Лейнас, уже потеряла его доверие, поэтому он не взял её под предлогом зашиты столицы. То что Зиркниф ей не доверял — не совсем точно. Правильнее будет сказать, судя по её действиям, она уже хотела переметнуться на сторону Колдовского Королевства. Поэтому, чтобы не позволить ей узнать какую-либо ценную информацию, которую она сможет преподнести Королю Заклинателю как дар, Зиркниф дистанцировался от неё.

Однажды она сказала, "- Я сделаю все что угодно, чтобы снять проклятье, даже подниму меч против Вашего Высочества". Зиркниф это понимал и все же решил использовать её и дальше. Поэтому он не мог осуждать её, если она решит предать Империю. Тем не менее, он не мог позволить ей уйти вместе с опасной для Империи информацией.

Но в том случае, если Лейнас удастся узнать какую-либо государственную тайну, её придется взять под стражу. Однако, она — одна из сильнейших людей в Империи и Зиркнифу, для того чтобы устранить её, нужно будет послать людей, равных ей по силе. С точки зрения искусства владения мечом, только Базивуд и Нимбл могли справиться с этой задачей. Посылать кого-то другого — значит просто отправить людей на смерть. К тому же, попытка задавить числом приведет к тому, что будут ослаблена защита Имперской столицы и лично самого Императора.

Из-за этого, ему, возможно, придется обратиться к ученикам Флюдера, Рабочим или убийцам Изании, ко вссем и каждому кто обладает не только навыками ближнего боя. Но вне зависимости от того, какой вариант он выберет — ему придется за платить за это высокую цену.

Ученикам платили на ежегодной основе — хотя, после предательства Флюдера, его земли были конфискованы и розданы дворянам — так что не должно быть слишком много дополнительных расходов. Однако, привлечение учеников оторвет их от работы, что повлечет потери, не видимые невооруженным взглядом. В придачу, если их действительно убьют, то урон будет куда больше, чем при потере двух последних.

Исходя из этого, лучшим выходом станет не дать "Мощному взрыву" заполучить ценную информацию и дать ей сбежать в Колдовское Королевство с пустыми руками. Это, вариант, вероятно, удовлетворяет интересы всех заинтересованных сторон.

Зиркниф дал ей это понять.

Однако, Лейнас по прежнему находилась в Имперской столице. Её ответом было: "- Я останусь, пока не отплачу за ту доброту, которую Ваше Величество проявило ко мне".

Ему хотелось принять этот ответ за чистую монету и поверить ей, но это было невозможно.

"Мощный Взрыв" может и состоит в Четверке рыцарей Империи, но для Колдовского Королевства её сила была незначительна и ничего не решала. Каждый из воинов нежити, лояльный Королю Заклинателю был гораздо сильнее неё. Поэтому, она искала возможность поднять свою значимость в глазах Колдовского Королевства.

Пока Зиркниф думал о безнадежной действительности, в которой Король Заклинатель командовал армией нежити, каждый солдат которой был индивидуально сильнее Лейнас, самого могучего война Империи, и это не считая самого Короля Заклинателя, у него снова разболелся желудок.

(Что мне со всем этим делать?)

Принято считать, что один, пусть даже очень сильный воин не может изменить исхода битвы. Что ж, реальность говорит об обратном.

Газеф Стронофф был как раз тем, кто мог это сделать. Это в ещё большей степени относится к верховному заклинателю Империи — Флюдеру Парадину, существование которого заставляло дрожать целые страны.

Каждый из них по мощи превосходил армию или даже целую страну.

Другими словами, даже не учитывая вселяющую ужас силу самого Короля Заклинателя, Колдовское Королевство уже обладало силой тысяч армий.

(Тут ведь уже ничего не сделаешь? А что если…Ну, я же не могу остановить его даже мощью тысяч армий, верно?…Как я и думал, лучше просто сдаться…)

Конечно, он не мог сказать подобного в присутствии подданых, но эта идея уже в который раз не дает ему покоя. На самом деле, это была его первая мысль, после того как пришли новости о битве на Равнинах Каз

— Ваше Величество, если вы не против, мы отправимся после того как встретимся с Серебряной Канарейкой.

Зиркниф перевел взгляд на сидевшего напротив него человека.

Перед ним был один из Четверки Рыцарей, "Молния" Базивуд Пешмел.

Зиркниф молча кивнул

Команда Адамантовых приключенцев была привлечена для охраны. В то время как они притворялись, что заняты обеспечением безопасности, на деле же — выискивали возможных шпионов Колдовского Королевства. Как альтернатива, рассматривалась Изания, но, к сожалению, Зиркниф не мог с ней встретиться. Это помогло ему осознать, что сделать их официальными агентами Империи будет не так то просто.

— Ваше Величество, хотя авантюристы адамантового ранга и сильнейшие из людей, они все же ограничены возможностями человека. Пожалуйста, не снижайте бдительности.

Зиркнифу было больно осознавать суть слов, произнесенных "Диким Гейлом" Нимбл Арк Дейл Аноком. В действительности, увидев сомкнутые ряды монстров в том тронном зале, он, возможно, осознавал это гораздо лучше, чем Нимбл, собственными глазами видевший бойню на равнинах Каз.

— Конечно. Однако, возможно они смогут выстоять, учитывая опыт Момона — адамантового приключенца Королевства. Он смог поднять меч против Короля Заклинателя и защитить людей собственными силами. Раз уж Серебряная Канарейка тоже обладает адамантовым рангом, будет весьма неприятно, если они не смогут сделать то же самое.

Сказав это, Зиркниф печально улыбнулся.

— Но даже если они… если они не смогут сделать это, что с того?

Его вопрос у обоих рыцарей вызвал болезненное выражение на лице. Оно было лучше любого ответа, который они могли бы дать. Неосознанно, у Зиркнифа появилось такое же выражение.

— Ваше Величество, пожалуйста, не делайте такое лицо. Может мы не сильны, но положив свои сердца и души выполним нашу задачу.

— Верно, Ваше Величество. Пожалуйста, будьте уверенней, держитесь как раньше. Это болезненное состояние вам не к лицу.

Их нежные слова запали ему в сердце и он не мог заставить себя сказать "разве это и к вам не относится?". Так что решил принять их без жалоб. Эти слова обладали эффектом сродни горсти воды в пустыне, и это правда, их впитало в себя пустыня его сердца.

— … Простите меня. Благодарю за искренность. Чтож… раз здесь лишь вы двое, не могли бы вы послушать мои бредни какое-то время?

Два рыцаря молчаливо кивнули.

— Что, как вы думаете, я должен сделать? Почему подобный монстр появился рядом с Империей? Почему? Какой же смертный грех я совершил, что заслужил такое? Что мне сделать, чтобы победить этого монстра — или если не получится, запечатать? Теперь, когда козырная карта Империи украдена врагом, остались ли способы повернуть ситуацию?

Он не собирался рассказывать так много.

Не стой Зиркниф во главе, его люди были бы не способны следовать за ним. Тот, кто поставил себя выше других, должен вести себя подобающе. Это особенно касается Кровавого Императора, почистившего ряды многих дворян.

Император не может проявлять слабость. Этому его научил уважаемый им отец.

И все же, все люди имели свой предел чего они могут принять.

Человеческая сторона Зиркнифа была единственной, которую он может показать разве что любовницам. И сейчас эта его сторона кричала.

— Это правда, я попросил его применить заклинание. Но это не помогло! Мы не можем планировать какие-либо ответные меры, если не имеем понятия ничего о его способностях! Разве я виновен в этом? Должен ли я брать ответственность за все, что идет не так? Кажется все именно так и думают!

Зиркниф закусил губу и схватился за волосы.

По правде, это была еще верхушка айсберга. Предайся Зиркниф полностью своим чувствам в сердце, он бы плакал и кричал, катаясь вокруг по полу. Он всего лишь пытался защитить образ Императора.

К тому же, у него оставалось чувство самосознания о том как он себя ведет.

Это казалось уже вошло в привычку, поэтому Зиркниф привел себя в норму.

— Простите меня. Кажется, я немного перевозбужден. Последнее время я нахожусь под большим стрессом.

Он глянул вниз и увидел пряди волос в своих пальцах.

Судя по портретам, никто из его предков не имел редеющих волос. Зиркниф тут ничем не мог помочь, лишь размышляя, что он может стать первым лысым императором в истории Империи.

Он тряхнул рукой, чтобы его подчиненные ничего не заметили. Иногда жалость ранит сильнее, чем упреки, то же касается и потери волос.

Тем не менее, это может быть не очень убедительно после того, как вы увидели ту мою сторону. Впрочем, вам двоим не о чем беспокоиться. Я позабочусь об этом, как-нибудь. Я не позволю ему делать что захочется ради Империи.

Его уверенная улыбка, кажется, смягчила лица подчиненных.

Однако, в действительности никто из них не чувствовал облегчения.

Они также поняли, что эти слова Зиркнифа — лишь утешение.

Как бы они не старались, — придумать способ справиться с этим монстром им было не по силам.

По правде, Зинкниф чувствовал, что это невозможно, если у них нет оружия, способного сразить нежить, или если не найдется иной могущественный человек.

"Вот почему нам нужно положиться на Слейновскую Теократию. Их история длиннее нашей, так что возможно они способны найти оружие, способное победить нежить одним ударом. Нет, даже обмен информацией с ними позволит нам сражаться!"

Ему оставалось лишь молиться, что все было так.

Экипаж продолжал свое движение, вместе с последними надеждами Зиркнифа.

***

Колизей по форме напоминал круг. Карета прибыла к большому входу у одной из его сторон. Этот вход вел к комнатам VIP, и таким образом, немного людей пользовались этим входом. Другие проходы использовались для входа и выхода обычных посетителей или для транспортировки грузов. Это были три главных входа в Колизей.

Первыми кто вышел, естественно, были двое рыцарей охранников. После того как они убедились в безопасности местности, Зиркниф вышел из кареты.

Пятеро мужчин ждали их там.

Одежда в которую они были одеты выглядела совершенно неуместной для VIP входа.

Зиркниф мог оценить ценность любого конкретного произведения искусства лиш взглядом, но он не мог получить такую информацию об их снаряжении и экипировке. Потому что то, что они носили, было и произведением искусства и военным снаряжением. Это не было снаряжение охранников дворянских домов, но оснащение закаленных в боях ветеранов.

По правилам этикета сторона стоящая внизу должна была представиться первой. Однако некоторые авантюристы не заботились о статусе или классе, и они были именно такими авантюристами.

Однако, он был правителем Империи. Было ли действительно уместно приклонять его голову перед авантюристами?

В этой неловкой атмосфере человек, стоящий в центре группы из пяти человек, заговорил:

— Ваше Величество, император Зиркниф Рун Фарлорд Эль-Никс. Я полагаю, что это — первый раз, когда мы встретились, и это — честь. Мы — команда адамантового ранга Серебряная Канарейка, которая приняла запрос по обеспечению безопасности. Я — руководитель группы, Фрейвартц. Рад знакомству.

Его горделивый голос отдаваться эхом по окрестностям.

У него была лютня за спиной и рапира на талии. Он носил кольчугу, которая окутывала его тело в причудливые огни.

Все его снаряжение не только отражало свет, но испускало волшебное сияние. Каждая часть его экипировки выглядела, как будто это был первоклассный волшебный предмет, особенно та лютня, которая была также известна как Звездная Симфония.

Поскольку он увидел этого человека наполненного уверенностью, Зиркниф вспомнил себя несколько месяцев назад и не мог не чувствовать некоторую зависть.

— … Так как вы команда приключенцев высшего ранга в моей стране, я слышал о Ваших делах господа. Та героическая сага о том, как Вы убили Сияющего Подлеца действительно, заставила мою кровь вскипеть. Поэтому, я знаю обо всех Вас в некоторой степени. Однако, так как это — редкая возможность, могу ли я попросить Вас лично представить мне героев моей страны?

— Тогда, позвольте мне, как барду…

— Нуже начальник, подвинешься немного, а? Неохота говорить об этом, но когда я услышал что ты будешь говорить, меня припадок схватил. Сияющий короткиймеч или что-то там еще … в любом случае, мы можем просто пропустить эту часть? Эй, Ваша Величественность. Ты прости меня за мой говор, такой уж уродился. Без обид, да?

Человек около Фрейвартцa вышел вперед и учтиво приклонил голову.

Он был коренастым и низким человеком. Хотя у него была улыбка на лице, в его непропорционально маленьких глазах не было радости.

Это был Кейра но Садештейн, "Зачинщик" воровской профессии.

О Зачинщике было мало информации, поэтому многое о нем оставалось неизвестным. Он возможно был куда ближе к преступному миру, засадам и убийствам, нежели остальные воры.

Зиркниф указал, что тому не о чем беспокоиться, после чего Базивуд немного посмеялся.

— Хаха, все хорошо. Его Величество должно быть привык к этому.

— Ох, а это возможно… ты должно быть "Удар Молнии" из Четверки Имперских Рыцарей. Может ли быть такое, что ты родился там же, приятель?

— Мм? А-а, не, скорее в другом месте. Я выполз из маленькой грязной аллеи. Вы же скорее вышли из более темного и далекого места, нежели я.

— Походу все так. Воздух вокруг тебя другой… звиняй за это. Кажись, поторопился чутка.

— Все в порядке,"Темное Облако".

— Я никогда не звал себя "Темным Облаком"… В натуре, это ты виноват, начальник.

Уголки рта Фрейвартца изогнулись, как Кейра посмотрел на него.

— Лучше давайте познакомимся, а не будем представляться странными прозвищами. Мои извинения, Ваше Величество. Первый это Седе, наши глаза и уши. Следующий наш воин. Вы можете быть немного удивлены как увидите его, но я гарантирую его силу.

— Нет, естественно Его Величество не сомневается в нем. В конце концов я чувствую, что он может быть сильнее меня.

— Отлично, я рад слышать это от сильного человека. Это Фэн Лонг.

Он похож на стоящую красно-шерстную обезьяну ростом около 170 см. Он был одет в доспехи, похоже сделанные из белой шерсти, а также он носил 2 боевых топора на талии.

Он принадлежал к расе Горилл-Зверолюдей, и мог направлять мощь духа обезьян с помощью способности своего класса, Вожак Стаи. Зиркниф читал отчёты о нём, но при личной встрече испытал немалый шок.

В действительности он выглядел даже сильнее Базивуда, самого могущественного подчиненного Зиркнифа.

Фан Ронг поднял свою правую руку и помохал Зиркнифу и остальным.

— Тогда следующий это тот кто лечит наши раны.

Фрэйвартц поспешил представить следующего. Все от того что он волновался что Зиркниф будет недоволен.

На этот раз человек слева от Фрэйвартц шагнул вперед.

— Простите меня

Сказал он и странный жезл который он держал звякнул. Это оружие носило название "Шакуджо".

— Этого монаха зовут Ункей и он последователь Будды. Рад встречи с Вами.

Хотя одет он был странно, но сейчас выглядел более воспитанно чем Вожак Стаи.

Когда он снял свою причудливую, большую шляпу — называющуюся фукаамигаса — то открылось, что он совершенно лыс. Не знай Зиркниф, что этот человек на самом деле просто бреет голову, то даже пожалел бы его — в конце концов, он ещё весьма юн.

Одет он был в странную боевую мантию под названием каса. Ункей принадлежал к классу сорьо, заклинателей божественной магии, несколько уступающих прочим в плане исцеления ран, но зато превосходных борцов с нежитью.

Будда, которому он поклонялся, являлся малоизвестным божеством с далёкого юга. Некоторые считали этого бога одним из учеников Четырёх Богов. Его учение не было особо широко распространено, и возводить в Имперской Столице храм для такого бога не было смысла. Однако, Зиркниф знал, что этот его последователь представлял из себя некоторого рода проблему.

В основном, храмы устанавливали цену за использование лечебной магии. Но когда появляется независимый пользователь лечебной магии, как они могут сотрудничать с ним? И что они могут поделать, если этот человек окажется искателем приключений высочайшего адамантового ранга?

Не было никакой особой связи между правительством империи и ее религией. И этот факт отсутствия связи Зиркниф считал хорошей удачей.

Он не хотел в будущем быть втянутым в эти проблемные вопросы.

Со всем тем, проверяя отчет об этом человеке, он обнаружил особую производительность против нежити, что немедленно привлекло внимание Зиркнифа. Если потребуется, он может применить необходимое давление на храмы. Конечно, в случае реальной эффективности его способностей.

— Понятно, Значит последний, должно быть, Повапон.

— Как вы скажете, Ваше Величество.

Оставленный напоследок человек Фрэйвартца был страннее остальных перед ним. Он был, возможно, наиболее причудливо одетым среди пятерых, и он склонил голову перед Зиркнифом.

Его обнаженный торс загорел до черна и повсюду был исписан странными белыми узорами. Вероятно, это потому что он был членом странного класса под названием Шаманы Тотема.

— …Вам разве не холодно?

— У меня есть магический предмет, защищающий от изменений температуры, все в порядке.

Зиркниф не мог не чувствовать себя удивленным ответу куда более нормальному, чем он ожидал. Ему уже докладывали о заурядной личности, скрытой под чудаковатой внешностью шамана, но слишком яркий диссонанс наполнил его удивлением. При ближайшем рассмотрении он казался довольно молодым и красивым.

Почему он выбрал этот класс? Часть его хотела бы знать, и в то же время нет.

Зиркниф оглядел Серебрянную Канарейку, выстроившуюся перед ним.

Странная команда из причудливых людей. Единственная общая черта у всех их — перо серебряной канарейки, которую их команда носит на голове. (В случае шамана оно находится на поясе)

Перья переливались серебром, как будто только что были сброшены.

— Хорошо, господа. В таком случае, сегодня я рассчитываю на вас.

Предоставьте это нам, Ваше Величество. Думайте об этом как о прогулке на большом судне.

Зиркниф криво усмехнулся и уже собирался уходить, когда -

— Погоди, Ваше Величество, — Своим глухим голосом его окликнул Седе

— Раз уж нанял нас защищать тебя, то не отходи далеко, ты же не против?

— Не важно, за я или против этого. Ваша задача — охранять меня и я сделаю все, что вы посчитаете необходимым. К тому же, если вы решите, что вам нужна помощь этих рыцарей, то можете ими свободно распоряжаться. Однако, я бы хотел, чтобы они оставались как можно ближе ко мне.

— Вы только посмотрите! Мы можем распоряжаться Четвёркой Рыцарей, походу мы теперь большие шишки. Но будет лучше, если вы вдвоем останетесь с Его Величеством. Если что-то произойдет, убегайте как только мы дадим вам команду. Вы обязаны это сделать. Ну что, сыграй нам что-нибудь, Шеф.

— Понял, Приношу свои извинения за тон Седе, Ваше Величество. Сколько бы раз я ему не говорил, он все равно продолжает так себя вести…

— Не беспокойся, но было бы проблематично, поступи он так на людях.

Видимо Фрейварц понял, что Зиркниф имел в виду и слегка кивнул. Это показывало, что он знал правильное место и время для подобного рода вещей.

А затем он запел. Точнее это было что-то среднее между песней и набором странных звуков. Такое впечатление складывалось из-за некоторых частей, которые можно было услышать, но не понять. И хотя через несколько секунд он остановился, эта странная музыка запала им в сердца. После чего Седе начал двигаться.

Если бы кто-то попытался описать его движения, больше всего подошло "неспешные" и "скользящие". В любом случае, Зирниф не смог бы такого повторить.

— Держитесь в десяти метрах позади и следуйте за мной.

Как и сказал Седе, они последовали за ним, когда он отдалился на необходимое расстояние. Зиркниф использовал эту возможность, чтобы распросить Фрейварца о той песне.

— Что это было?

— Ваше Величество не знает? Это был навык барда, магическая мелодия. Он различается от человека к человеку и может быть исполнен на разных музыкальных инструментах, но я применяю его через пение.

— Ммм, вот оно что.

Фрейварц не мог не улыбнуться, видя бормочущего себе под нос Императора. Как раз в этот момент Зиркниф вспомнил о чем уже давно хотел узнать, но не представлялось возможности. Он решил использовать сложившуюся ситуацию и спросил:

— …Скажи, можно ли, с помощью магической мелодии, контролировать людей?

— В принципе, это возможно. Она, как и заклинание, может нести в себе эффект внушения, и, к тому же, в некоторой степени, способна очаровывать людей.

Зиркниф посмотрел на Фрейварца.

— Ясно….вот оно что…

— Да, должно быть так и есть.

Так значит у того монстра есть способности барда, если только —

— В таком случае, что ты знаешь о монстрах, похожих на лягушек?

— Если только это не была его врожденная способность. Эту возможность не стоит сбрасывать со счетов. Крайне важно убедиться в этом.

— Лягушек? Вы имеете в виду Гигантских Жаб?

— Нет, не в этом смысле. Я имею в виду кого-то разумного, монстра, который ходит на двух ногах и может мгновенно использовать навык, похожий на магическую мелодию.

— … Возможно это Жабочеловек? Жабочеловек — бард вполне подходит под ваше описание. Но, если я все правильно помню, они ни чем не выделяются среди полулюдей. Вот если бы это был старый Жабочеловек Вождь… я слышал, что они способны своими способностями вводить врага в замешательство.

То что тогда произошло, совсем не было похоже на замешательство.

Зиркниф читал о полулюдях, известных как Жабочеловек, но их внешность сильно отличалась от монстра с именем Демиург. Мог ли он быть мутантом или неизвестным подвидом? Или возможно Королевским Жабочеловеком? Не стоит отбрасывать эти возможности, хотя скорее всего, на деле все окажется не так.

— Видимо нет. Мои глубочайшие извинения, Ваше Величество. Может быть, если вы расскажите об интересующем вас монстре больше, я смогу помочь вам решить эту загадку.

Для него эти слова были как спасательный круг для утопающего.

— В таком случае, я должен рассказать тебе о внешности монстра и, если возможно, используй свой опыт чтобы помочь мне. К тому же, не мог бы ты подробнее рассказать мне о магических мелодиях?

Во всей Империи, вероятно, не найдется никого, кто знал бы о монстрах больше, чем приключенцы адамантового ранга.

— Ваше величество, это слишком навязчивый вопрос. Ведь речь о секретах их профессии

Фрейварц усмехнулся этим словам.

— Что ж, мы действительно не сильно распространяемся о своих секретах, но ответить на Ваш вопрос я смогу. Но… разве не будет лучше спросить господина Великого Заклинателя? Я уверен, он знает гораздо больше нашего….

Зирклиф стремился не обнародовать какую-либо информацию, когда вопросы затрагивали Флюдера.

Он уже издал указ о нераспространении сведений, касающихся предательства Флюдера, так что утечек информации быть не должно. И хотя старик все ещё занимал пост Верховного Мага, его власть и полномочия медленно, так чтобы он не мог заметить, отбирались. В то же время Зиркниф искал способ заполнить брешь, которую оставит уход Флюдера.

От осознания размеров этой бреши, становилось ясно насколько важен он был для Империи. Однако, уже было слишком поздно

— Мы не можем продолжать полагаться на старика. Это как домашняя работа. Если ученик постоянно ждет готовых ответов только потому что у него добрый учитель, то в итоге его отругают.

Слова Зиркнифа были встречены с небольшим смехом.

— Верно, Ваше Величество дело говорит. Я понял. Что ж, награда за такой запрос была весьма выше среднего, учитывая для выполнения какой задачи мы были наняты. Я подведу итог затрат на магическую мелодию для вас позже.

— Хорошо, тогда оставляю это на вас.

В Колизее было несколько VIP помещений. Одно было отведено инвесторам Колизея, другое высшей знати, и последнее полагалось императору — итого три помещения. Сейчас они направлялись в комнату, поколениями занимаемую императорами. Возможно, Седе разведал маршрут заранее, но он не спрашивал дорогу, хотя и шёл впереди всех.

Наконец они пришли, но не доходя до поворота, за которым показалась бы дверь в ложу, Седе протянул руку к Зиркнифу, призывая остановиться.

— Никого не улавливаю там, но позвольте мне пойти первым. Ребята, можете подождать здесь за углом немного?

Он не дождался ответа на свой шёпот, а просто повернул за угол, будто прогуливается. Зиркниф, задетый любопытством и с соответствующим выражением лица, пытался все высмотреть из своей позиции.

Седе беззвучно достиг цели и что-то там сделав, медленно открыл дверь. Хотя он лишь немного её приоткрыл, этого оказалось достаточно, чтобы тело исчезло в комнате.

Немного погодя, открылась дверь и показалось лицо Седе

— Все нормально. Комната безопасна.

Группа вошла в комнату, которая была проверена и безопасна.

Зиркниф осмотрелся.

Там была немного маленькая, но изящно сделанная первоклассная мебель. Комната была безукоризненно убрана для Императора, который едва её посещал.

Большое открытое окно выходило внутрь Колизея и открывало панорамный вид на сцену внизу. Взглянув наискосок, можно было увидеть ряды зрителей, полностью заполненные места крайне взбудораженной и ликующей аудиторией.

Причиной такого скопления зрителей было внезапное появление в расписании чемпиона арены.

Король Колизея — Чемпион Арены — был всецело могучим. Не было здесь никого, с кем ему пришлось бы драться всерьёз. По этой причине прошло много времени с тех пор, как Чемпион Арены с кем-нибудь состязался.

Из-за такого долгого ожидания боя с чемпионом и собралась толпа в предвкушении героической фигуры, способной биться с ним.

Как и ожидалось, главной причиной этому — восхищение силой. Конечно, Иперия имела своих профессиональных воинов — рыцарей — но поле битвы было другим миром для обычных жителей имперского города. Вот почему они с нетерпением ждали этого зрелища битвы жизни и смерти.

Нет, он также слышал, что сюда с той же целью пришли и рыцари,

Другими словами, они с нетерпением ждали жестоких выступлений и зрелищ.

Пока Зиркниф витал в размышлениях об этом, Серебряная Канарейка закончила осматривать комнату.

— Были ли какие-либо признаки магии слежения, использовавшейся здесь?

— Мы не обнаружили подобных следов, Ваше Величество. Все в порядке?

— Да. Ну, увидеть, было ли произнесено заклинание довольно трудно для меня, таким образом, я бегло взглянул вокруг, проверяя наличие любых магических предметов, но ничто не обнаружил. Однако, надеюсь вы не забыли, что у меня нет восприятия вора. Пожалуйста, не думайте, что тут — абсолютно безопасно … что ж, наш руководитель повысил нашу способность к обнаружению своей магией поддержки, таким образом все должно быть в порядке.

— Относительно магии, этот скромный монах использовал свои навыки, чтобы изучить окружающее пространство, но не нашел признаков применения заклятий. В любом случае, я создал магический барьер, который должен препятствовать магии слежения, поэтому, думаю, все будет в порядке.

Ункей ударил своим шакуджо о землю и четкий звон, пронесся через комнату.

— Тогда, могу ли я сделать еще один запрос? Есть ли волшебство, которое обнаруживает присутствие людей поблизости? Было бы лучше, если бы это было заклинание, которое способно обнаружить даже невидимого человека.

— К сожалению этот скромный монах не может использовать подобное заклинание. Однако я полагаю, что у нашего лидера есть такой навык.

Ферейвартц, имя которого было упомянуто, показал что он понял и покинул комнату.

— Что теперь? Какие меры Вы примете, если противник будет намереваться подслушать нас?

Зиркниф старался придумать, что он мог противопоставить Аинз Оул Гоуну… Однако невозможно представить то, что превосходит воображение. Дело в том, что он, казался настолько массивным, что он ничего не мог придумать, чувствуя себя ничтожным по сравнению с ним.

— …Откровенно говоря, я думаю, что все будет в порядке, после всех принятых мер. По крайней мере, я так думаю. Не смотрите на меня так, мы ведь уже укрепили себя несколькими заклинаниями, верно?

— Да это так, Ваше Величество. Этот смиренный монах уже активировал магию направленную против слежения и настроил её так, что если кто-нибудь попытается с помощью магии шпионить за нами, то она пошлет мне сигнал тревоги. Пожалуйста, будьте спокойны.

Сейд и Ункей говорили друг за другом.

Неужели они подумали, что у него появилась мания преследования? Или они думают, что он уже немного, сошел c ума, опасаясь нападения на себя?

Все же, что бы они подумали, если бы он сказал, что они сейчас действуют опасаясь, Короля-Заклинателя? Вот что действительно интересно Зиркнифу. Они бы сказали — Наших усилий не достаточно против него? Или они сказали бы — Если бы мы знали, это, мы бы не взялись за такое задание, за такое ничтожное вознаграждение?

Естественно, лучшим вариантом было ничего им не говорить о Короле Заклинателе и позволить подготовиться против всех возможных угроз как можно лучше.

Все же, как бы он ни пытался скрыть информацию о Короле-Заклинателе, он не мог заткнуть 60,000 ртов.

Информация, скорее всего уже распространилась. В подобных ситуациях, искатели приключения с высоким рейтингом, как правило, тратят много времени на сбор информации, из-за этого высока вероятность, что они уже знают на что способен Король-Заклинатель.

"Для них ведь будет не трудно выяснить, почему я действительно захотел их присутствия здесь?"

После обдумывая разных вариантов, Зиркниф решил блефовать перед ними с теплой улыбкой.

Эти двое поняли, что Зиркниф не может согласиться с тем, что они говорили. И им было нечего больше сказать.

По Колизею разнеслись одобрительные возгласы.

Судя по тому, что они видели со своих мест, в одном из гладиаторских боев определился победитель.

В прошлом, побежденные были обречены на смерть, но не сейчас. Конечно еще были случаи со смертельным исходом, но уже не было убийства если, победитель был определен.

Гладиатора щадили, наверно, потому что его неоднократные поражения были забавны. Это позволило бы ему пробудить свою истинную силу, и стать чемпионом, в следствие чего это добивание павшего попало под запрет. Это решение было принято, чтобы оставить возможность проявления подобного человека в будущем.

"Каким Чемпионом Арены он был? Хотя он не мог сравниться с нынешним Чемпионом Арены, но он, определенно, был весьма силен. Эти люди не лояльны ни одной стране, так что мне нужно подумать о том, как переманить их на свою сторону…"

— В любом случае, мы закончили здесь, Ваше Величество.

Зиркниф обернулся, услышав слова Фрейвартца.

— Спасибо

Ему, вероятно, следовало быть более искренним в своих благодарностях по отношению к этим приключенцам адамантиевого ранга. Вместо этого он наспех поблагодарил их привычной фразой.

Всегда пожалуйста. Тем не менее, мы были наняты для защиты, так что должны ли мы ожидать в этой комнате?

Они были наняты в качестве телохранителей. Имея это в виду, это было разумное предложение.

Тем не менее, было ли нормально проводить секретные переговоры в одной комнате с ними?

Однозначно, что существует много достоинств в вовлечении их в это. Однако, как только они поймут то, что он планировал, он рискует нажить ненужных врагов.

(И все же они ничто в сравнении с этим… о чем я думаю? Каждое испытание, что я перенес, я сопоставляю с этим монстром, это ли не что иное, как доказательство того, что я начинаю сходить с ума. К тому же, было бы глупо продолжать делать врагов.)

Зиркниф покачал головой.

— Я сожалею, но после здесь должны состоятся важные разговоры. Было бы весьма неприятно, если бы вы оставались ждать здесь.

— Однако. Таким образом будет очень тяжело защитить вас, Ваше Высочество.

— В этой комнате есть два человека, которым я полностью доверяю. Они способны выиграть достаточно времени до вашего подхода.

— Что ж., это верно — внезапно сказал доселе молчаливый Фан Ронг.

— Однако, если противник ассасин на уровне Седе, если дела пойдут плохо, они могут в конечном итоге создать беспорядок.

— Когда вы говорите об убийце моего уровня, вы, вероятно, имеете в виду ту девушку из Изании. Она из тех, кто может использовать ниндзюцу, чтобы внезапно атаковать из теней.

— Ну, с этими двумя воинами рядом, враг, орудующий мечом не должен представлять каких-либо трудностей. Однако что насчёт магии? Это именно то, что с трудом поддаётся скромному монаху. Кроме того, я чувствую, что мы будем больше заинтересованы в матче, чем в каких-либо переговорах Вашего Величества, не так ли?

Все они в конечном итоге они пытаются убедить его позволить им остаться, но Зиркниф был твердо намерен не дать произойти утечке информации и он не может принять их предложения.

— Ваши слова не без основательны, господа. Однако, я не могу пойти на компромисс по этому вопросу, ни как мужчина ни как Император.

Члены Серебряной Канарейки посмотрели на своего лидера, который вздохнул.

— Тогда это не обсуждается. Я уверен, что у Вашего Величество есть свои причины, которые Вы не можете нам раскрыть. Значит, мы покараулим снаружи. Однако, вы можете сказать нам точно, кого вы ждете?

— Разумный вопрос. Тем не менее, вам придется притвориться, что вы ничего не видели. Сможете?

— Конечно. Мы ничего не расскажем, кто бы ни пришел. Если вы хотите, мы с удовольствием понесем ответственность за возможные последствия.

— Я доверяю тебе. Во-первых, прибудет верховные жрецы Бога огня и Бога ветра. Также с ними будет четыре священника

— Понятно. Тогда, мы будем замечать и задерживать всех, кроме них.

— Ах, пожалуйста, сделайте так. VIP комната, во время строительства, была спроектирована так, что она отделена от других VIP-залов. Я сомневаюсь, что кто-нибудь заблудится и случайно забредет сюда.

— Понятно… Ваше Величество, вы не против если мы сломаем замки на дверях?

— Можете, если считаете это необходимым.

Фан шагнул вперед. Раздался жилистый, шаркающий звук от его рук, которые вцепились в рукояти его топоров с такой силой, с которой ни один человек не смог бы сравниться. Для него казалось, слишком просто выбить дверь, но Зиркниф не был воином и он ничего не сказал.

Однако, удивленные взгляды двух из Четырех Рыцарей, на их лицах и тихий разговор друг с другом, привлек внимание Зиркнифа.

Фан медленно поднял свои боевые топоры.

— Ах, ты не должен сломать дверь.

Услышав что сказал Фрейвартц, Фан остановился на полпути. Брови Зиркнифа наморщились.

— Почему нет? Разве вы не планировали "Ох, мы собирались сломать замок, но и дверь разнесли, какой позор, раз так, может мы останемся внутри?" или я не прав?

— В этот раз не делай этого. Я не хочу влезать во всю эту политическую ерунду.

— Действительно. Этот скромный монах не хочет быть еще более ненавистным храмами.

— Хорошо. Тогда этого должно быть достаточно.

Фан мягко размахнулся своим боевым топором, и аккуратно сломал замок.

Он должен был быть безмолвным. Или возможно он должен был быть недоволен. Возможно, он должен был почувствовать много всего, но все, что Зиркниф испытывал это, впечатление. Зиркниф подумал: "как и ожидалось от приключенца адамантового ранга"

Он был впечатлен не тем, как тот легко сломал замок боевым топором, но явной дерзостью открыто говорить такие вещи перед высшей властью в этой стране. К тому же, своей заносчивостью они заявляли, что были готовы игнорировать пожелания клиента — который, между прочим, самый могущественный человек в стране — с целью сделать работу так хорошо, как они могут.

Это было то, чего Зиркнифу сейчас не хватало.

"Я мог бы также перетащить их всех в грязь бюрократии, тогда они не смогут уйти".

Как только Зиркниф пробормотал это, члены Серебряной Канарейки ушли, словно обратившиеся в бегство трусливые кролики, как если бы они организовали это с самого начала.

Единственные кто остался с Зиркнифом из людей были два рыцаря, которые переглянулись.

— Это впечатляет. Они работали так слаженно друг с другом, не говоря ни слова между собой. Возможно это было в порядке вещей? Они адамантового ранга, поэтому они способны на это.

— Ну… Я не знаю что сказать. Хотя это может быть не совсем правильно — восхищаться ими…

Ваше Величество, должны ли мы приготовить напитки?

— Да пожалуй. Простите. Могли бы вы помочь с подготовкой?

— Понял. Тогда, иди тоже помоги, Базивуд-доно.

Базивуд-доно насупился от такого предложения.

— А, Я тоже? Ваше Величество нам следовало привезти служанку, не так ли?

Наши гости вероятно найдут напитки более вкусными, если девушка будет их подавать. Я имею ввиду, — я знаю что так и будет.

— Да, да. Достаточно жалоб Базивуд-доно, пожалуйста будьте особо осторожны.

— Пожалуйста Базивуд-доно. Нет смысла желать того, что мы не можем получить. Мы должны работать с тем что у нас есть. Прямо как Империя.

— Не самая удачная аналогия, Ваше Величество, — произнёс Базивуд, приступив к приготовлениям.

Крики поощрения раздавались ниже из Колизея, и эти завывания лишь немногим отличались от диких животных.

Следующий поединок уже начался.

Зиркниф порылся в воспоминаниях.

Перед Чемпионом Арены, очевидно, было сражение между искателями приключений и монстрами. Битвы с искателями приключений популярны у публики, потому что с высокой вероятностью это будет яркое событие с примесью магических взрывов и тому подобному.

Зиркниф чувствовал сильное волнение когда смотрел на бушующую активность внизу, и он сказал:

— Какой мирный вид.

— Серьезно, Ваше Величество?

Задаваясь вопросом, почему кто-то отвечает на его бормотание с самим собой, Зиркниф повернулся и увидел Базивуда перед ним. Нимбл выглядел раздраженно, раз ему пришлось взять на себя часть работы Базивуда.

— Мне совсем не кажется мирным. Просто взгляните.

Один из искателей приключений был глубоко ранен жестоким монстром, и кровь пролетела через воздух. Зрители выли и кричали в ободрении.

— Я не имел ввиду бой, я говорил о людях.

Зиркниф посмотрел на кричащую толпу.

— Разве это не мирный вид, по сравнению с ситуацией, в которой оказалась Империя? Если бы люди знали такой вид монстров, скрытых под этим тонким, хрупким слоем кожи, вы думаете они бы наслаждались как сейчас?

— Разве такое мирное состояние не хорошо? Нет смысла заставлять людей ходить повсюду с больными животами, разве нет?

Базивуд прав.

Зиркниф глубоко раскаивался за произнесенные бессмысленные слова.

— Ты прав, Базивуд. Тогда, почти самое время. Что насчет приготовлений?

— Да, Ваше Величество. Я беспокоился, что мы можем не успеть вовремя, потому что кое-кто не помогал, но напитки и бумага разложены. Как и чернила.

Внушительные запасы чернил и бумаги были приготовлены для того, чтобы защититься от возможного подслушивания. Хотя Зиркниф и полагал, что зрители создают достаточно громкий шум, а ложа расположена достаточно далеко от остальных чтобы кто-то мог подслушать, да и подслушивая много не узнаешь, но лучше быть наготове.

Он понимал, что это очень неудобно. Он делал то же самое в Имперской Столице, и это было крайне утомительно.

Но ему приходилось идти на столь запутанные ухищрения, потому что он ничего не знал о могуществе Колдовского Королевства.

Знай он, на что они способны, а на что нет, то, может, действовал бы по-другому.

Он собирался воспользоваться войной, чтобы разузнать побольше, но всё закончилось совершенно жутким образом, кошмарной трагедией. И всё же, нельзя полностью бросать попытки что-то выяснить. Он подумал о других возможных методах, но они если они окажутся не надёжнее прежнего, то ему остаётся лишь трепетать перед тенью своего врага. Но даже если он и добьётся каких-то результатов, если обнаружит хоть какие-то выполнимые способы, всё равно та же самая тень может парализовать его, лишив всякой воли к сопротивлению.

Нет, он никак не может забыть то жжение в собственном горле.

— Аинз Оал Гоун. если бы я знал пределы возможностей Короля-Заклинателя, возможно, мне не пришлось бы заходить далеко.

Тогда Зиркниф попросил у него помощи, как партнёр, но сейчас, когда он король и ровня ему, просить его помощи практически невозможно. Нет, если Король-Заклинатель может и согласится, но у Зиркнифа начинала болеть голова при одной мысле о цене, которую тот может назначить.

— Это не только Король-Заклинатель, Ваше Величество. Очень плохо, что мы до сих пор не знаем, на что способны его вассалы, верно?

— Это точно.

— … Что делать, если эти подчиненные сильнее Короля-Заклинателя?"

— Нет не может быть? Это не возможно, верно?

Отвечая на вопрос, Зиркнифа прошиб холодной пот.

В качестве примера, Четыре Рыцаря были сильнее него и при этом они были его подчиненными, из-за этого он не мог заставить себя сказать, что подобное было бы невозможно. Тому, кто стоит выше других, не нужна чистая физическая сила, у него есть другие качества.

Что делать, если с Аинз Оал Гоуном все обстоит точно также.

— Нет, этого не может быть. Слушай, Нимбл. Ты не верно мыслишь. Понял?

— Да! Простите, Ваше Величество.

Если бы это было действительно так, то с ними было покончено. Он надеялся, что в крайнем случае, эти подчиненные были бы равны Королю Заклинателю — но Зиркниф отчаянно молился богам, что бы они были слабее него.

Так или иначе, им мало что известно.

"Думаю, нужно продолжить план, добычи информации от Темной эльфийки, хоть это и может быть опасно. Конечно, мы не можем купить много рабов у Теократии, но возможно, этот метод сможет… или, возможно, попытаться добыть информации через мальчика будет лучше? Нет, он слишком молодо выглядит, поэтому использовать женщин на нем, скорее всего не сработает. Кроме того, он выглядит очень энергичным."

Как только Зиркниф предался размышлениям, от двери раздался стук.

Трое мужчин переглянулись, а затем Нимбл пошел открывать дверь.

Как и ожидалось, там был Фрейвартц.

— Ваше Величество, гости прибыли. Их шесть человек и я встречал первосвященников раньше, поэтому я считаю, что это они.

— Тогда, прошу входите-

Седе встрял в разговор

— Эй, минуточку, вы, ребята позади. Цифры сходятся, но что-то здесь не так. Вы двое, которые сзади, прямо как я. Вы из карательного отряда церкви — те, кто избавляется от священников-отступников? Разве вы не должны быть просто страшилкой?

— Этот скромный монах, очень сильно удивлен.

— Эти люди с вами?

— Какая неприятность, как неосмотрительно. Было бы хорошо, если бы вы дали нам пройти без всяких происшествий… во-первых, вы ошибаетесь. Я….. нет, у нас есть веская причина, чтобы здесь находиться. А именно, приглашение вашего Императора. Знаете, он будет недоволен, если вы проявите враждебность к нам.

— Хм. Итак, не могли бы вы подождать немного? Пока я удостоверюсь, что вы говорите правду.

Он дал Зиркнифу рассмотреть их лица. Среди гостей были верховный жрец Бога огня, верховный жрец Бога ветра, а также четверо других, кого он раньше не встречал. Они носили темные капюшоны, которые мешали разглядеть их лица, и это было очень подозрительно.

Поскольку это был первый раз, когда они встретились, не было никакой гарантии, что на самом деле именно они посланники Теократии. Но поскольку первосвященники были тут, они не смогут двигаться дальше, если он не будет им доверять. Король-Заклинатель был бы единственным, кто выиграл бы от любых их возможных внутренних споров.

— Это гости, которых я ожидаю. Простите, но не могли бы вы пропустить их?

На лицах членов Серебяной Канарейки отразилось удивление, но они всё же пропустили прибывших.

Даже когда двери закрылись, они не опустили капюшонов.

Зиркниф никак не прокомментировал эту грубость. Они, вероятно, опасаются не меньше него самого, и объект их общих опасений — Король-Заклинатель.

— Похоже моя стража была неуважительна к вам. Прошу прощения.

— Прошу, в этом нет нужды. В действительности, те адамантовые приключенцы были правы насчет тех двух людей сзади.

Двое посланников Теократии сели, двое других встали наготове за их спинами.

Зиркнив написал на листе бумаги слово "Писание". Ответом была лёгкая улыбка, но это сказало ему больше, чем любые слова. Войска специального назначения Теократии назывались Писаниями, так что они, вероятно, принадлежат к одному из Шести Писаний.

— Итак, почему бы нам для начала не насладиться схваткой? Сейчас ведь начнётся главный бой, верно?

Зирниф кивнул в ответ.

Лучшим моментом был тот, когда волнение толпы достигло своего пика, и, благодаря поднявшемуся шуму, они могли не бояться быть услышанными. Именно поэтому он выбрал это место и это время.

Один из послов Теократии извлек документ и передал его Зиркнифу.

Зиркниф аккуратно раскрыл документ, чтобы сидевшие позади и побокам от него не могли заглянуть в него и увидел в нем несколько вопросов.

Говоря проще, они спрашивали по какой причине он попросил Короля Заклинателя использовать это заклинание.

Затем они интересовались позицией Императора относительно случившегося.

О том, что он знал о Колдовском Королевстве.

Вопросы были выдержаны в наиболее дипломатичной манере, но все равно это был опрос.

Из-за опасений, что документы могут попасть в руки Колдовского Королевства, им пришлось проделать весь путь сюда лично, а не просто отправить их. Или просто потому что Теократия не доверяла Империи.

Зиркниф был возмущен, но, учитывая сговор Империи с Колдовским Королевством, вполне естественно, что ему не станут доверять вообще.

Он как раз обдумывал ответы на вопросы, как поднялись аплодисменты. Похоже, матч вот-вот начнется.

"До этого грандиозного боя, позвольте мне обратить ваше внимание на Императора Эль-Никс, который пришел в качестве зрителя! Дамы и господа, пожалуйста, посмотрите в VIP-лолжу над вами! "

Это был голос диктора, усиленный магическим предметом.

— Прошу прощения.

Зиркниф встал так, чтобы зрители снизу могли видеть его лицо.

Люди, как едино целое, приветствовали Зиркнифа. Он повернул свое красиво лицо к людям и тихонько улыбнулся. От женщин поднялся пронзительный визг и Зиркниф почувствовал удовлетворение, что его популярность еще не упала.

— Большое спасибо! А теперь, дамы и господа, долгожданный бой Чемпиона Арены! Подготовка займет некоторое время, поэтому прошу вас соблюдать терпение.

— Чемпион Арены, ха, пробормотал Зиркниф.

Зиркниф однажды спросил Базивуда что было бы, если Четыре рыцаря сразились с Чемпионом арены. Он засмеялся и сказал, что у них не было и шанса на победу. Ответ взволновал Зиркнифа, и тот попросил Флюдера собрать информацию о Чемпионе арены. Результат показал, что это существо настолько мощное, что это было нечестно

— Ваше Величество, с кем, по вашему, будет сражаться Чемпион арены?

Вопрос эмиссара был очевидным. Но Зиркниф не мог на него ответить

— Я сам не совсем уверен. Этот бой с чемпионом арены был поспешно добавлен и до этого в программе не указывался, ради секретности.

— Понятно, — ответил эмиссар.

— Ну, любой способный выйти один на один с Чемпионом Арены должен быть адамантовым искателем приключений. Однако, Серебряная Канарейка здесь, значит это кто-то из Восьми Рябей. Честно, в действительности я не могу одобрять такие представления с шансом убийства одного из редких адамантовых искателей приключений.

— Не могу полностью опровергнуть это, факт в том, что сила привлекает. Это место, скорее всего, лучше всего подходит для наблюдения примеров подавляющей мощи и рождения мечты достигнуть того же.

Человеком, прервавшим императора, был преосвященным Бога Огня — другими словами, членом высшего ранга веры Бога Огня.

— Короче говоря, после рассмотрения текущего состояния Империи, возможно, что все это закончится понижением вашей военной мощи. Чемпион Арены сильнейшее существо в Империи. Почему бы не привлечь его в ваши военные силы?

— Кто бы мог подумать, что такой как вы в самом деле скажет, подобное.

Теократия Слейн были страной, ставящей человека на первое место. Нет, правильнее сказать — они смотрели свысока на страны с другими расами.

Это государство ухитрилось выжить в мире, полном самыми разными расами, несмотря на то, что открыто объявляло о своих убеждениях. За это им стоит отдать должное. Или, точнее, можно сказать что именно идея об объединении человечества как вида и помогла им создать сильное государство.

— Это просто мое личное мнение. Просто размышляю о своей стране. Ну, хватит сейчас болтовни, Ваше Величество. Могу я узнать ваш ответ?

— Действительно. Тогда-

— …И-и-и вот он, дамы и господа! Приветствуем нашего претендента!

Зиркниф, уже собравшийся было записать ответ на первый вопрос, задержал руку. Он заинтересовался, кто оказался достаточно храбр, чтобы бросить вызов Чемпиону Арены. Раз его признали претендентом, значит, от него ждут хорошей схватки. Неужели в Империи нашёлся кто-то настолько сильный?

Если он проявит себя достаточно хорошо, и захочет служить Империи, то Зиркниф наймёт его даже в случае поражения. В зависимости от того, как всё пойдёт, он может даже отдаст ему вакантное место среди Четырёх Рыцарей, пустующее после гибели "Несокрушимого".

— …Имя претендента наверняка отлично знакомо почтенной публике! Великая особа почтила нас своим присутствием! Позвольте представить, Король-Заклинатель Колдовского Королевства, Его Величество! Айнз! Оал! Гоун!

— …Ха-а-а-а-а-а-а?

Зиркниф испустил возглас крайнего изумления.

Непонятные слова конферансье въедались в его мозг.

Колизей заполнило замешательство, но в VIP-комнате воцарилась мёртвая тишина.

Зиркниф огляделся, и понял что остальные слышали то же самое.

— Аинз Оал Гоун?

"…Невозможно"

Ну конечно же это невозможно. Глава страны не никак не может участвовать в гладиаторском поединке на арене другой страны. Это очевиднейший здравый смысл. Он же не какой-нибудь варвар.

Тем более что за перемещениями Короля-Заклинателя наблюдают. Если бы он приехал в Империю, то эта новость тут же бы достигла ушей Зиркнифа. Это вопрос наивысшей важности. Новость доставили бы ему куда угодно, в его гарем или в любое другое место.

Если же, несмотря на все приготовления, он не получил новостей, то это значит…

"Он приехал в страну тайно? Но зачем? И явился в Колизей? О чём он только думал… что? Неужели? Вот, значит, как? Тогда… как это возможно?"

Зиркниф непроизвольно задрожал.

Он покосился на посланников Слэйновской Теократии.

Их острые взгляды из-под капюшонов говорили лишь об одном. Нет, на их месте Зиркниф наверняка тоже пришёл бы к такому выводу.

Они думают, что это Зиркниф приласил сюда Короля-Заклинателя.

— Прошу, подождите. Это ловушка!

Именно.

Всё это подстроено Айнз Оал Гоуном. Если они не поймут это — нет, если откажутся это принять, то ситуация станет отчаянной.

— Ловушка Колдовского Королевства? Или чья-то ещё? Это ведь вы выбрали место для встречи, Ваше Величество, мы лишь несколько часов назад узнали о нём.

Это верно. Он держал всё в секрете до последнего момента, чтобы избежать утечки информации.

Зиркниф отчаянно попытался вспомнить, кто имел доступ к этим сведениями. Совсем немногие, и все — заслуживающие доверия люди. Или же нет?

Нет…

— …Есть вероятность, что информацию выведали магически. Я определённо не замышлял этого. И вот вам доказательства. Если всё подстроил я, то почему же так паникую?

— И вы ожидаете, что мы вам поверим? Что вы задумали? Впутать нас во что-то? Или подставить?!

Они совершенно не верят Зиркнифу.

Нет, этого и стоит ожидать. Зиркниф на их месте тоже подозревал бы.

"И всё же, где была утечка? Нет, была ли она вообще? Может, я с самого начала плясал под его дудку? Он подготовил наживку, и ждал, пока я клюну…"

Внезапно он ощутил озноб.

Сколькие из его поступков предвидел Айнз Оал Гоун?

Возможно, всё происходившее до сих пор было частью его плана.

Блестящий ум Зиркнифа пришёл к неутешительному заключению — Король-Заклинатель является противником именно такого сорта.

"Но насколько же тщательно он продумал свой план? Нет, сейчас не время дрожать перед его коварством! Если я сейчас промедлю!.."

— К сожалению, нам пора распрощаться…

Но уже поздно.

Голос незваного гостя прозвучал словно голос охотника, увидевшего, что в умело расставленную ловушку наконец попалась добыча.

— Уважаемый Зиркниф Рун Фэрод Эль-Никс. Рад встрече.

Пытаясь успокоить дыхание, он увидел фигуру Короля-Заклинателя, взмывшую с арены до одного уровня с ложей императора.

Король-Заклинатель беззастенчиво демонстрировал свой жуткий облик. Вероятно, чтобы показать всем, что это он, собственной персоной.

— Ка, ка, ка… Хаа. Как и я, уважаемый Гоун. Не ожидал вас тут увидеть.

Он понятия не имел, что сказать. Практически любые слова Зиркнифа могут быть направлены против него. Он сжал губы, словно их склеило намертво.

— Взаимно. Вот так совпадение!

— Хехе, — злобно хихикнул Король-Заклинатель. Очевидно, он совершенно не считает это совпадением.

Это совершенно очевидно никакое не совпадение.

Зиркниф не сомневался — всё произошедшее подстроено Айнз Оал Гоуном.

Вмешавшись в секретные переговоры с Теократией, он сможет надавить и на Зиркнифа, и на Теократию, и воспрепятствовать их попытке заключить союз.

Он настоящий злой гений.

Зиркниф вытер вспотевшие ладони об одежду.

Должно быть, где-то произошла огромная утечка информации. Вопрос лишь в том, сколько именно известно Королю-Заклинателю?

Едва Зиркниф попытался обдумать этот вопрос, как злобные огни в глазницах Короля-Заклинателя уставились на послов Теократии.

— Вы с друзьями, Ваше Величество?

Зиркниф понятия не имел, что ответить.

Это не просто вопрос.

Это проверка его намерений.

Солжет ли он, попытавшись защитить людей из Теократии, или же сдаст их как союзник Колдовского Королевства?

Осознав всё коварство замысла, Зиркниф почувствовал рвотный позыв.

Бесстрастный череп словно искажён злобой. Он, должно быть, издевается надо мной, подумал онемевший Зиркниф.

— Что случилось? Эль-Никс… нет, уважаемый Зиркниф. Вы побледнели. Вам нехорошо?

Искреннее беспокойство, прозвучавшее в этих словах, вселило в него сначала отвращение, потом ужас. Он словно маленький зверёк, извивающийся в любящей ладони. Для человека в такой ситуации естественно ощущать ужас сквозь радость.

— В-всё в порядке, всё хорошо. Похоже, у меня закружилась голова от того, что я резко встал.

— Вот как. Что ж, говорят, что тело — это главное богатство, постарайтесь беречь здоровье.

Объяснение Зиркнифа звучало крайне неестественно, но, во всяком случае, оно сошло ему с рук. Ждёт ли Король-Заклинатель подходящего шанса прикончить жертву, или же просто садистски забавляется с ним? А может…

— Итак, господа, не изволите ли представиться? Я Король-Заклинатель, Айнз Оал Гоун.

…Возможно, вот его истинная цель.

Раз он, глава страны, назвал своё имя, собеседники не могут уйти не сказав ни слова. Как Король-Заклинатель отреагирует, если они произнесут фальшивые имена? Что он сделает, узнав кто эти люди такие на самом деле?

"Хватит играть с нами!!!"

Выражение лица Айнз Оал Гоуна не изменилось, точнее, у него вообще нет лица, только лишённый плоти и кожи череп. У него нет глаз, лишь пляшушие алые огоньки в пустых глазницах. И всё же Зиркниф ощущал, как тот расплывается в злобной усмешке.

— Благодарим вас, и в других обстоятельствах мы бы также обязательно представились. Однако, нас ждёт весьма срочное дело, и мы должны немедленно покинуть вас. Вскоре мы сообщим Вашему Величеству о себе.

Посланники Теократии встали со своих мест.

— Вот как? Очень жаль. Надеюсь, мы встретимся снова. Берегите себя. Что ж, я ещё должен участвовать в этом матче, так что прошу меня извинить.

Распрощавшись этими издевательскими (возможно) словами, Король Заклинатель полетел вниз.

Проводив глазами его удаляющуюся фигуру, посланники Теократии уставились на Зиркнифа.

— Вы подставили нас.

— Нет!

— Нет? Как ни посмотри, он знал об этом месте. Каждое его слово было насмешкой над кучкой дураков, пляшущих под его дудку… Как много вы рассказали ему? Сколько ещё человек вы готовы предать ради спасения вашей страны? Вы ведь намеренно попросили его применить то невообразимо разрушительное заклятье, так?

Зиркниф отчаянно посмотрел на жрецов в поисках помощи.

Однако, он увидел не подозрение и сомнения, но враждебность и разочарование.

Король-Заклинатель нанёс идеально вывереный удар. Одним ударом он парализовал Империю. Он ясно дал понять, что у Империи нет другого выхода, кроме как предать человечество…

— Прошу, поверьте, я вовсе не передавал ему сведений…

— …Даже если мы вам и поверим, вы не можете отрицать того факта, что весь ваш план оказался раскрыт. Ваше Величество, к моему сожалению должен сообщить вам, что больше мы не встретимся.

Произнеся это, посланцы Теократии пошли к выходу в сопровождении жрецов.

— Прошу, подождите! Я запрещаю вам уходить, пока не выслушаю ваше мнение!

Нимбл и Базивуд, выхватив оружие, приготовились действовать.

Пытаясь вновь вселить жизнь в своё разбитое сердце, Зиркниф уставился на жрецов. Послы Теократии даже не обернулись, уходя.

— Вы, скажите мне, что считает духовенство. Что вы думаете о Короле-Заклинателе!

— …Король-Заклинатель — проклятая богами нежить, и мы не позволим ему называть себя королём.

Прежде чем Зиркниф смог ответить, Высший Жрец Бога Огня продолжил:

— Однако, одолеть его в бою мы не можем, так что должны будем найти какой-то способ уничтожить его.

— Предайте нас, если посмеете, о Император, совращённый мощью зла.

Заявление Высшего Жреца Бога Ветра явно демонстрировало его враждебность к Зиркнифу.

Дело очень плохо.

Духовенство не обладает влиянием на правительство. Однако, они вполне могут отлучить Императора как сообщника богопротивной нежити.

И он даже не сможет подчинить духовенство силой, ведь жрецы ведают вопросами исцеления тел и спасения душ.

Если он так сделает, Империя будет растерзана изнутри.

Этот единственный ход Айнз Оал Гоуна казался Зиркнифу взмахом косы Смерти. Даже если он ничего не сделает, Империя рухнет. После чего Колдовское Королевство наверняка найдёт повод для вторжения.

Сам Зиркниф наверняка придумал бы чего-нибудь вроде "Мы отправляем войска с целью поддержания мира, так как соседняя страна погрузилась в хаос".

Судя по прошлой реакции Слэйновской Теократии, она не осудит такие действия Колдовского Королевства. Ре-Эстиз будет попросту бессилен помешать, а Союз Городов-Государств вряд ли успеет отреагировать.

Чем он может завлечь их, чем развеять их подозрения? Точнее, как заставить их оставаться верными ему несмотря на подозрения?

Зиркниф всегда в первую очередь думал об этом, разговаривая с другими в качестве Императора. Проще всего заставить людей что-то сделать — это воззвать к их желаниям. Зиркниф вырос зная, что это правильная точка зрения. Это и неудивительно, учитывая, сколькими людьми управляет тяга к привлекательному внешнему виду.

Однако на данный момент Зиркниф не видел выхода.

Теперь, когда остальные полагали, что он предал человечество, объединившись с нежитью, ему нечего было предложить другой стороне.

Всё, что он мог сделать, лишь искренне и убедительно рассказать свою точку зрения.

— Позвольте мне добавить лишь одно. Хитроумие Короля-Заклинателя превосходит моё. Всё случившееся, должно быть, подстроено им…Я понимаю, что и сам бы на вашем месте не поверил бы так просто… Но я действительно не предавал вас. И хотя вы можете не верить и этому, я, как человек, хочу сказать вам одно. Правление Короля-Заклинателя весьма милосердно. Люди Э-Рантэла до сих пор живут мирной жизнью.

— Но мы ведь никак не можем быть уверены, что такое положение дел будет сохраняться и дальше, так ведь?

— Возможно. Но пока что они в безопасности. Если же мы вступим в эту заведомо проигрышную войну, то наша страна незамедлительно встанет на путь, ведущий к полному разрушению. Так что я надеюсь, что вы обдумаете всё как следует и не совершите поспешных поступков.

Верховные Жрецы переглянулись.

После чего их прежняя враждебность к Зиркнифу, похоже, слегка смягчилась.

— …Похоже, мы излишне поддались эмоциям. Если эта нежить и правда такова, как говорят слухи, то нельзя отрицать то, что всё это может быть частью его плана. Итак, надеюсь, нам будет суждено встретиться вновь.

— Благодарю вас. И прежде чем вы уйдёте, прошу вас. Во что бы то ни стало, пронаблюдайте за его сражением в Колизее. Если обнаружите какой-либо способ убить его, пожалуйста, скажите мне.

Зиркниф опустил голову.

Ему никак не одолеть Айнза в битве умов, включая и попытки интриг и заговоров. Так что единственной картой, которую он может разыграть, остаётся человеческое сердце.

Снизу раздались овации, и Зиркниф обернулся посмотреть.

— …Удачи, Чемпион арены. О, боги!

Зиркниф искренне взмолился о победе Чемпиона.

Долгожданная Имперская Столица.

Вглядываясь в небольшую щелочку, которую он приоткрыл в окне салона экипажа, Айнз чувствовал гадкое чувство поражения.

Жизнь и энергия словно кипели.

Лица людей сияли. Его глазам предстал оживлённый город, совершенно непохожий на мрачное Колдовское Королевство.

Впрочем, чувство поражения скоро отступило. В конце концов, Э-Рантэл недавно подвергся аннексии. Когда город переходит к новому правителю, ход жизни неизбежно нарушается. Разумеется, люди ощущают беспокойство, что ведёт к временному спаду активности.

Пунитто Моэ однажды рассказывал Айнзу про стратегические игры. Когда игрок покоряет вражескую территорию, счастье населения временно падает. А ещё…

"Что он там говорил про протазаны? Как это? С чего бы вдруг откуда ни возьмись появиться горам оружия?"

Первое и второе явно не связано друг с другом. Айнз полагал, что что-то не так расслышал.

Так как та игра не имела никакого отношения к ИГГДРАСИЛю, он заскучал на середине рассказа. Однако какая-то, пусть и незначительная связь наверняка была.

"Он, наверное, говорил о чём-то вроде предательства. А может, какой-то сленг игроков, хм… Протазаны… это, вроде, что-то вроде алебарды. То есть, говоря о появлении оружия, он имел в виду волю к сражению? Гражданские призывники, может? Хм? Может, они сражаются против нового владыки, но это же бунт, разве нет? Тогда бы он сразу назвал это восстанием. Почему протазаны? Ну, это не так уж и важно…"

Благодаря тому, что улицы Э-Рантэла патрулировали Рыцари Смерти, никто не пытался поднять восстание. Или это благодаря успокаивающему воздействию Момона? Нет, наверное, дело в его милостивой социальной политике.

…Нет ничего лучше мирного правления. Глупо убивать курицу, несущую золотые яйца. Может, стоит временами вводить какие-нибудь поблажки, вроде возвращения побеждённому в "ПK" врагу его предметов"

Вспоминая содержание "ПK для чайников", Айнз осознал, что отвлёкся, и торопливо вернул мысли в прежнее русло.

"Стоп, я размышлял об оживлённости. Ну, как бы то ни было, я правлю лишь одним городом, а здесь — столица Империи, состоящей из множества городов, разумеется тут люди ведут себя гораздо активнее. Да и населения здесь гораздо больше… Что ж, полагаю, по мере того как население будет расти, Колдовское Королевство тоже сделается оживлённее… Думаю, надо будет ввести законы, поощряющие повышение рождаемости. Альбедо наверняка что-нибудь придумает".

Айнз, найдя цель для себя как для правителя, успокоился.

— Э, а, Ваше Величество…

Человек, тоже смотревший в окно, обратился к нему, прерывая размышления Айнза.

— Е-если можно поинтересоваться, Ваше Величество, это случайно не Эрвинтер, Имперская Столица?

Сказал человек дрожащим голосом, которого практически привезли силой.

— Да, это так. Как и ожидалось от Главы Гильдии искателей приключений, вы признали это место с первого взгляда.

— Спасибо, спасибо… нет, погодите! Я не помню, чтобы мы проезжали через контрольно-пропускные пункты! Разве это не незаконная иммиграция?

На самом деле, так все и было. Поскольку они использовали [Врата], заклинание, которое позволило напрямую переместится к имперской столице, они не проходили через контрольно-пропускные пункты.

— Это мелочь, мелочь.

— Это не просто мелочь. Король незаконно пересек границу другого государства, это вызовет международный скандал!

Зиркниф сделал то же самое, когда он приезжал в Назарик. Аинз, конечно, не стал упоминать тот случай. Здравый смысл подсказывал, что Глава Гильдии прав, а Аинз ошибается.

Пораскинув мозгами настолько сильно, на сколько он мог, он все еще не смог придумать объяснение, с которым бы Айнзак согласился. Вместо этого, он решил перестать огорчаться, что люди бывают настолько упрямы. Он подумал, что станет тем, кто сможет сказать — Ну, нас ведь пока не поймали.

Его мнение о нем немного изменилось.

— ….Глава, у меня хорошие отношения с Эль Никс доно. В прошлом, я даже прислушивался к его просьбам.

Аинз вспомнил, что случилось во время той войны.

— Я думаю, что это вряд ли то же самое, но я уверен, что он бы с радостью одобрил, если бы я просто спросил его. Конечно, я поговорю с ним после того…. но было бы хорошо если бы сам Император одобрил это?

— Если, если вы говорите такое…

— Главное, что ни у Вас, ни у меня нет плохих намерений. Поэтому все будет хорошо.

— Хммм — Айнзак задумался.

Аинз всем сердцем обрадовался, полагая, что сумел убедить постороннего человека.

По правде говоря, было две причины для тайного пересечения границы.

"Если бы Зиркниф узнал об этом, он, вероятно, подготовил бы прием для меня. Он наверно опасается Назарика, но так как я король дружественной страны, ему пришлось бы приветствовать меня у входной двери. Это было бы очень плохо."

Император, несомненно, организовал бы приветственную церемонию для прибывающего короля союзнической страны, которую Аинз, не знакомый с правилами этикета дворянского общества, должен был избегать любой ценой.

Если он станет посмешищем из-за этого он не сможет смотреть Стражам, которые работают не покладая рук ради Колдовского Королевства, в глаза.

Была и ещё одна причина.

"Теперь, я должен придумать как вовлечь во всё это Айнзака. Может, попросить его о помощи, как в тот раз, когда мы говорили в гильдии?"

Другой причиной было желание Айнза втянуть Гильдмастера Анзака в свои планы.

Айнз прибыл сюда с целью завербовать искателей приключений.

Он уже сделал Гильдию Искателей Приключений частью государственных структур. Однако, пусть форма и готова, потребуется долгое время чтобы её заполнить. Особенно — Колдовскому Королевству, контролирующему лишь один город, и способное привлечь лишь горстку приключенцев. Использование гетероморфов — людоящеров, например — это проблема будущего. Пока что нужно увеличить численность приключенцев-людей.

Именно поэтому Айнз явился сюда в поисках талантов. Если этого окажется недостаточно, он сможет отправиться и в соседние страны.

Однако, такого рода вербовка — занятие непростое, особенно учитывая то, что Айнз по сути дела займётся торговлей вразнос — одна из тяжелейших работ в сфере торговли.

По словам Айнзака, искатели приключений должны бы быть свободными наёмниками, но фактически являлись чем-то вроде государственной обороны против монстров. Попытка агрессивно сманить их к себе может повлечь за собой неприятные последствия.

Разумеется, Айнз был уверен что не проиграет, даже если каждая Гильдия Искателей Приключений каждой страны организует полномасштабные действия против него. Однако, это может оказать негативное воздействие на мораль тех приключенцев, которых он привлечёт на свою сторону. Очень легко представить себе, как те теряют мотивацию при виде того, как их новый сюзерен сражается против их родины.

Вот для этого и нужен Айнзак — понимающий намерения и идеи Айнза. Всё наверняка пройдёт гладко, если у него будет посредник. Предполагая, что в Э-Рантэле Гильдмастер может наотрез отказаться, Айнз притащил его в Империю таким вот образом.

Кроме того, он также принимал во внимания тот факт, что Айнзак имел бы кое-что общего с другой стороной.

Это профессиональная тайна торговцев. Люди, как правило, тянутся к тем, кто похож на них.

Айнз — нет, Сузуки Сатору — не раз видел, как его коллеги, продвигая сделку, используют тот факт, что они с клиентом земляки, или что болели за одну и ту же команду.

Будучи Момоном, Айнз, в некоторой степени понял, каково это — быть приключенцем. Однако, он поднялся в рангах настолько быстро, что вряд ли в полной мере осознавал тяготы их жизни. Поэтому, ему нужно было дать Айнзаку, ветерану среди искателей приключений и гильдмастеру, говорить вместо него, чтобы улучшить о себе мнение.

Иными словами, успех этого их небольшого путешествия в Империю зависит от действий Айнзака.

"И всё же, как мне убедить его помочь?"

Если все дело в деньгах, то он с легкостью мог заплатить. Однако, он слабо представлял, как это могло бы заставить Айнзака выкладываться на полную.

— Трогай.

После того, как он отдал команду кучеру, экипаж не спеша начал движение. Каретой управлял монстр восьмидесятого уровня, Ханзо, созданный Аинзом на последние остатки золота.

Ханзо был монстром типа гуманоидного-ниндзя. И был опытен в области противодействия

невидимости. Были и другие примерно того же уровня как и Кашин Коджи, который был умелым в иллюзиях. Фуума, который был квалифицированным в рукопашных боевых и специальных методах, Тоби Като, который был искусен с оружием, и так далее.

Интерьер экипажа дребезжал от стука колес, по мере его путешествия вперед.

Айнз полагал, что использование тяжело-зачарованного экипажа будет очень подозрительно. Таким образом, он выбрал регулярный дилижанс вместо этого.

— … Тогда Ваше Величество. Так как мы уже прибыли в Имперскую Столицу, Вы можете сказать мне, что мы будем здесь делать?

Аинзак наморщил брови.

— Мы будем вербовать авантюристов для нашей страны.

Горькое выражение появилось на лице Аинзака. Было ясно, что он испытывал затруднения при принятии этого.

— … Возможно ли то что Вы намереваетесь убедить авантюристов Империи присоединиться к Вам?

— Действительно. Мы будем искать настоящих профессионалов в этой стране.

То что он сделал во время войны с Королевством, а именно тот факт что он убил множество их солдат, сильно затрудняло привлечение авантюристов на его сторону. Кроме того, Альбедо посещала Королевство, поэтому, он не мог усложнять ей задачу. При этом их союзническая страна, Империя, была идеальным выбором.

Союз Городов-Государств был недалеко от сюда, согласно данным Флюдера о странах. Однако после консультаций Демиурга и Альбедо, он решил, что соваться туда не лучшее решение.

— Каким образом вы поступите? Я…

Аинзак сделал глубокий вдох.

— … Ваше Величество, я выгравировал Ваше представление об авантюристах глубоко в моем сердце. Поэтому я хочу помочь Вашему Величеству изо всех сил. Однако все еще человек системы, по большей мере. Я чувствую, авантюристам будет не легко оставить все, что они знали, до настоящего времени. Это практически касается и авантюристов Империи.

Ощущение новой, освещающей радости наполнила грудь Аинза.

Айнз и в самом деле желал услышать такие вот мнения, как это.

Не было такого что бы Стражи ошибались, но они принимали его слова за святое писание и мчались, чтобы исполнить его. Поэтому, Айнз часто беспокоился, действительно ли он дал правильные приказы. Из-за этого, он стремился услышать, тех кто — то выступит против одного из его утверждений. Таким образом, он узнает, где допустил ошибку.

Мнение Айнза об Айнзаке поднялось на ступеньку выше.

Тем не менее, он не мог полностью принять его взгляды.

Только небеса знали, почему, но все его подчиненные, казалось, думали, что Король Заклинатель — Аинз Ооал Гоун был гением. Таким образом, Айнз не мог сказать или сделать что-нибудь, чтобы предать ту веру. Он не мог разочаровать их.

… Как накладно. Преимущества должны перевешивать недостатки. Я не понимаю. Кажется, что я не знаю достаточно об авантюристах

Его лицо, которое не было способно выражать эмоций, очень сильно помогало ему, потому, так как никто не мог определить по нему, когда он лжет. Это был идеальный покер фейс.

В этот момент, Айнзак посмотрел Аинзу прямо в глаза. Он не мог предположить, какого ответа он ждет.

— Что вы сделаете, в таком случае? Например, появилось предложение, которое достаточно привлекательно, чтобы искатели приключений, которые уже присоединились к нашей базе, вдруг передумали?

-..Ваше Величество, нам начать охоту за головами, прямо сейчас?

— Что?

— Мы собираемся начать заманивать искателей приключений Имперской Столицы прямо сейчас?

Аинз, думая, обхватил свой подбородок рукой.

Если возможно, он хотел бы сделать это как можно быстрее. Однако, если он не может, он не против и подождать. Ведь главная цель пропеть дифирамбы, Колдовскому Королевству.

Гетероморфам, не ведомо понятие — продолжительность жизни. В этом смысле, у них более чем достаточно времени

— На самом деле, это не срочно.

— Тогда мы должны начать закладывать прочный фундамент? Нам нужно создать различные организации в Колдовском Королевстве, а затем подготовить различные средства, которые нам могут пригодятся. После того, как оболочка будет подготовлена, мы сможем заполнить её не торопясь, что-то не так?

— Это отличная идея, которую я уже обдумывал. Однако, это создаст другую проблему. Если мы не оценим содержимое, прежде чем начнем строить, размер готового судна может получится слишком большим или слишком маленьким… хотите попробовать?

— На самом деле, такая задача не по мне. Ведь я по-прежнему уверен в том, что Ваше Величество желает улучшать искателей приключений, но я не понимаю всей глубины ваших планов на Колдовское Королевство.

— В самом деле. Откровенно говоря, я все еще обдумываю свои планы. В частности — я знаю, что вы заинтересованы в моих словах, но я не знаю, сколько сердец они смогут двигать. Для того, чтобы понять их реакцию, я пришел в Империю, чтобы произвести контрольный тест, и увидеть результат.

— Понятно…, как и ожидалось, от Вашего Величества, вы спланировали все настолько далеко вперед. Мне стыдно за мое поверхностное мышление.

— Конечно нет. Мы с вами разные существа. Потому, я могу ошибаться, когда речь заходит о реакции людей. Я уверен, что могу сказать нечто, способное их огорчить. Сообщите мне, пожалуйста, если такая ситуация возникнет. В этой связи, мне может понадобится помощник… Айнзак.

— Да!

— В таком случае, я буду полагаться на вас.

Айнзак на секунду задумался и затем глубоко склонил голову.

Выглядело в точности, как делают Стражи Назарика.

Аинз любезно кивнул, размышляя над сказанным им ранее.

(В любом случае, действительно ли я могу оставлять задачу, об обращении к авантюристам Империи, одному Айнзаку?)

Это было крайне важно.

Он мог презентовать себя, по необходимости, но это не потому, что ему по душе. Если же кто то лучше справлялся с такой задачей, то следовало поручить это ему. Всё же…

"Я не могу оставить все на него. Если возникнет проблема, вина падет на меня как на начальника."

Он не хотел показать себя плохим боссом. Аинз цеплялся за это определение. Именно тогда он понял, что Аинзак, похоже, впал в смятение.

— Что то не так?

— …Ваше Величество, возможно ли, что вы не собираетесь ограничивать себя только нынешними приключенцами, но собираетесь включить в состав организации и тех, кто только собирается ими стать, чтобы использовать всех их для исследования неизведанного?

— Это и был мой план.

— Учитывая это, я думаю, будет трудно убедить текущее поколение искателей приключений. Однако, вполне возможно, мы сможем заполучить для Колдовского Королевства тех, кто хочет стать приключенцем. Так сказать, соберем птенцов и взрастим их.

И хотя для искателей приключений не существовало границ, те, кто становятся ими, принадлежат своей стране. Аинз учитывал это, но раз этот человек — более знакомый с этим миром, чем Аинз — разделял его точку зрения, то все должно быть в порядке.

— Понятно, тогда что мы будем делать?

— Люди всегда восхищаются сильным. Таким образом, могу ли я спросить, что Ваше Величество думает, о демонстрации своей силы в качестве рекламы?

И чего мы этим добьемся? Аинз задумался.

Что сказать, известность очень важна. В конце концов, причина, по которой он был основателем своей Гильдии искателей приключений, была в распространении известности Колдовского Королевства Аинз Оал Гоун.

— ….Так что, я должен продемонстрировать свою мощь, также как это делают искатели приключений?

Аинз думал, что ему нужно сделать Момона символом Империи. Однако Айнзак покачал головой.

— Говоря об этом, Ваше Величество. Это же Имперская Столица. Как вы отнесетесь к показу своей силы на Арене?

— Ооо….? Звучит интересно. Давайте подумаем.

***

Карета остановилась на просторном дворе.

Момону и Набе уже доводилось прогуливаться по Имперской Столице, но даже тогда Аинз не видел настолько огромного особняка. Даже в Э-Рантеле не было дома более впечатляющего, чем этот.

— Этот дом принадлежит хозяину Арены? Это довольно впечатляющее место.

Айнзак ответил что-то в том смысле, что это не совсем так.

— Сама по себе арена — собственность государства. Люди арендуют её, чтобы устроить бои, так что их, наверное, правильнее называть импресарио. Здесь живёт самый влиятельный из них.

— Понимаю… Ваш друг?

Хорошо бы, если так. Но Айнзак, к сожалению, покачал головой.

— На арене проводятся самые разнообразные схватки, и иногда — бои приключенцев против монстров. Я лишь несколько раз встречался с этим человеком, доставляя ему пойманных монстров.

— Вот как. И всё же, это может оказаться полезным, так что благодарю тебя за этот контакт. Кстати, каких именно монстров вы ловили в окрестностях Э-Рантэла?

Судя по выражение лица Айнзака, вопрос вызвал в нём дискомфорт.

— Мы ловили нежить на равнинах Каз. Нежити не нужна пища, так что затраты на её содержание минимальны.

— О-о. Неплохо. Вы, я вижу, знаете своё дело.

— Вот как? Я не произвожу на себя впечатления особо знающего человека… и всё же, Ваше Величество. Боюсь оскорбить вас, но вас действительно не злит разговор о поимке ваших сородичей?

Айнз уставился на Айнзака.

О чём он вообще говорит?

— Потому что они нежить…

— А-а, понятно… Ну, есть много разных видов нежити. Я не считаю их всех своими сородичами.

— Простите моё неуважение… Тогда, нельзя ли поинтересоваться, к какому виду нежити относится Ваше Величество? Если вас не оскорбляет этот вопрос, разумеется.

— Я Повелитель. Вам доводилось раньше слышать о таких?

— Мои глубочайшие извинения, но нет. Я учился не слишком прилежно, так что впервые слышу.

Ну, этого и стоило ожидать, подумал Айнз.

В ИГГДРАСИЛе существовало несколько разновидностей монстров-Повелитепей: Повелитель Мудрец — искусный маг, Повелитель Хрономастер, обладающий навыками управления временем, Повелитель Генерал, способный контролировать армии нежити, и прочие. Даже слабейший из них был как минимум 80 уровня.

Айнз примерно представлял порядок сил существ в этом мире, и насколько сильным надо быть, чтобы здесь тебя сочли могущественным. Раз так, появление существа наподобие Повелителя вызвало бы огромную смуту, в особенности потому, что нежить не стареет, и может править своими землями целую вечность, пока не будет побеждена.

Иными словами, то, что ничего подобного не происходило, доказывает, что в этом мире нет других Повелителей.

— Вот как. Ну, я намерен отправить приключенцев в самые отдалённые уголки этого мира, чтобы собирать информацию такого рода. Если где-нибудь обнаружатся подобные мне существа, питающие ненависть ко всему живому, дела могут принять скверный оборот. Вы понимаете?

Глаза Айнзака расширились, он кивнул.

— Вы правы. Теперь я прекрасно понимаю истинное призвание искателей приключений.

— Именно. Меня, наверное, можно счесть нетипичной нежитью. Я понимаю ценность человечества, и не намерен заниматься бессмысленной резнёй. Однако, прочие Повелители могут не разделять моих убеждений.

— Это действительно так?

— Нам лишь предстоит узнать. Я не знаю, являюсь ли исключением сам, или весь мой вид — исключение. Однако, не лучше ли предполагать худшее и соответствующим образом подготовиться?

— …Ваше Величество совершенно правы. Я сохраню ваши слова в своём сердце.

Айнзак кивнул.

Если бы были следы того, что подобное существо появлялось и было уничтожено, то они могли вести к тем, кто взял под контроль Шалтир. Нет, никто не может управлять Повелителем так, как в случае с ней.

— Тогда, я отправлюсь назначить встречу.

— Благодарю.

Аинзак вышел из экипажа. После того, как Аинз пронаблюдал его уход, он достал свою маску и надел ее. Он мог безнаказанно ходить без маски Э-Рантеле, но это была Имперская Столица — и он пересек границы незаконно, чтобы попасть сюда — так по крайней мере было проще скрыть его истинное лицо. Его роба также была менее броской.

Хотя это означало, что его личное снаряжение понизится на один клас, с этим ничего не поделаешь. В конце концов, у Аинза был только один набор одежды божественного класса. Однако у него все еще были вещи которые оставили его друзья, напоследок, броня, его друзей была более разнообразной, чем их оружие. Он мог использовать их но они улучшали параметры которые ему небыли особо полезны. Дело в том что Аинзу лучше использовать предметы предназначенные именно для него, даже если они были слабее.

После смены его снаряжения, прозвучал стук о дверь кареты, сопровождавшийся голосом Аинзака.

Казалось прошло меньше пяти минут.

— Мои глубочайшие извинения, Ваше Величество.

— Что-то случилось?

— К сожалению, сегодня, похоже, не подходящий день. Импресарио надеется, что мы зайдем завтра. Но, я уверен, мы можем силой донести до него Вашу волю. Как поступим?

— В этом нет необходимости.

Навязывая нежеланную встречу, он вряд ли кого-то к себе расположит. Но, если посмотреть на это с деловой точки зрения, сам факт того, что их не толь не прогнали, но ещё и выделили время для встречи, хотя они и были незваными гостями, уже можно считать большим достижением.

— Тогда мы придем завтра. К счастью в последнее время он не был особо занят- Что-то не так?

— спросил Айнз, осознав, что Айнзак уставился на него.

— Нет, ничего. Я лишь подумал, что вы поистине великодушны, Ваше Величество… в конце концов, многие дворяне смотрят на торговцев свысока…

— И ты решил, что я настою на встрече?

Молчание Айнзака лучше любых слов сказало, что так оно и было.

Может, для правителя такой поступок в порядке вещей, задумался Айнз. Пожалуй, задаваться этим вопросом уже несколько поздно, но ведь Айнз Оал Гоун — король. Если королю подобает так поступать, то он и должен делать это, каким бы чуждым Сузуки Сатору не казался этот поступок.

— Я впервые правлю людьми. Может, раз это норма в человеческом обществе, мне тоже стоит так поступать?

На лице Айнзака снова отразилось замешательство.

— Я не уверен, Ваше Величество. Я никогда не встречался с королями, так что не могу сказать с уверенностью, так ли это на самом деле. Впрочем, лично мне больше импонирует точка зрения Вашего Величества. Но для высшей знати, возможно, применение силы в порядке вещей.

— Человеческое общество такое сложное.

Айнзак отчего-то тепло улыбнулся в ответ на бормотание Айнза.

— Полагаю, вы совершенно правы, Ваше Величество. Оно поистине полно сложностей.

Их хихиканье заполнило экипаж.

Айнз незаметно ото всех сжал правый кулак. Похоже, настороженность Айнзака уменьшилась. Айнз не сомневался в этом.

— Так ты передал ему, что я посещу их завтра?

— Нет, сперва я хотел узнать, что Вы думаете по этому поводу, Ваше Величество. Или же мне дозволено использовать Ваше имя?

— …Да, вполне, поскольку они не те, кто станет поднимать шум. И раз они твои друзья, в отношении их, можешь действовать по своему усмотрению.

— Понял, в таком случае, я пока не буду раскрывать его.

После обсуждения деталей, включая время, Айнзак вновь покинул экипаж.

Аинз почувствовал укол вины, за то что использовал его как посредника. И хотя он знал, что в этом мире разница в возрасте мало значила, Сузуки Сатору, как простому служащему, причиняло беспокойство командование тем, кто старше его по возрасту.

" Теперь я понимаю, почему многие не любят иметь дело с подчиненными, старше их самих. "

У него бы не возникло проблем с отдачей приказов кому-либо из совершенно другой компании. К примеру, будь Айнзак подданным Империи, он мог без каких либо проблем руководить и приказывать ему. Но, в данном случае, он не мог этого, потому что пришел к Аинзаку как к одному из своих подчиненных.

" Нужно должным образом его наградить. В Назарике никому не нужно вознаграждение, но они — исключение. Если я забуду это, обо мне будут думать как об ужасном правителе. Я ни в коем случае не должен стать боссом злобной компании. "

Аинз пообещал это голосу Херохеро в его голове.

" В любом случае, возвращаясь к вознаграждению Айнзака…. сколько я должен ему платить, как король? Так же, как и приключенцам мифрилового ранга? Нет, ещё должна быть надбавка за сверхурочные… так что нужно прибавить ещё пять процентов? Есть ли кто-нибудь, у кого я могу спросить какая сумма будет уместна? "

Он мог бы обсудить это с Демиургом или Альбедо, но не было до конца ясно, имеют ли они понятие о том, какой вид вознаграждения будет подходящим. Почему то у него было чувство, что они ответят что то в духе: — Он должен быть рад самому служению Вам, Владыка Аинз.

" Как и ожидалось… мне нужно найти умного человека. Флюдер говорил, что он уверен в своих знаниях магии, но он абсолютно не сведущ в остальных вопросах. "

Назарик, возможно и был непобедим, но он чувствовал беспокойство из-за нехватки знаний о людском обществе.

— …Тогда получается этой само награды достаточно? Думаю, согласиться со словами Демиурга будет более правильно. Или скорее у меня нет намерений отказываться от его предложения…

И, когда Аинз в очередной раз погрузился в размышления, в дверь постучали.

— Простите за задержку, Ваше Величество.

Не то чтобы я тебя ждал. Но Аинз решил в великодушной манере, достойной правителя, позволить ему продолжать.

— Как вы пожелали, Ваше Величество, встреча назначена на завтра, в десять утра.

— Хм, значит, осталось дождаться завтра… в таком случае, я использую магию телепортации и отправлю тебя в Э-Рантел. Расслабься и прими заклинание. [Великая Телепортация].

Мгновение спустя тело Аинзака исчезло.

[Великая Телепортация] безопасно доставит его к дальним из трех врат Э-Рантела. Даже если там кто-то окажется, заклинание перенесет его в ближайшее безопасное место, так что нет смысла использовать магию чтобы проверять пункт назначения.

— Что ж, пора связаться с тем парнем через [Сообщение].

Это было неприятной задачей, поэтому Аинз пробормотал это себе под нос, чтобы собраться c силами.

Он отправлял сообщение Флюдеру, который пообещал ему все, что имел. Причина, по которой Аинз не спешил давать ему то, чего он так жаждал была проста. Он вовсе не был уверен что может дать старику то, чего он хочет.

Флюдер хотел, чтобы Аинз научил его всему, что знал о магии.

Но сила Аинза исходила не из изучения магии.

Возможно, будь они в ИГГДРАСИЛе, он мог бы с уверенностью говорить о магии. К сожалению, магическая система этого мира, работала иначе, чем в ИГГДРАСИЛе.

Как так вышло, что они изучили одни и те же заклинания разными способами? Он задавал себе этот вопрос множество раз, но так и не нашел ответа. К тому же, скопилась целая гора таких, оставшихся без ответов, вопросов. В худшем случае, нужно учитывать вероятность того, что он не сможет использовать свои способности из ИГГДРАСИЛя.

Возможно, он бы нашел ответ использовав расходующее опыт сверхуровневое заклинание [Желание под Звездой]. В этом мире, оно могло изменить саму действительность, и истощая множество уровней, могло исполнить большое желание.

Однако, это слишком рискованная авантюра.

Было неизвестно, найдет ли он ответ даже использовав заклинание. Более вероятно, это будет простой тратой усилий. Что важнее — он боялся использовать заклинание, классифицируемое как козырная карта. Конечно, совсем другое дело, найди он способ добыть большое число опыта, но к сожалению, такой способ до сих пор не открыт.

Хоть у него и не было легких, будто вздохнув, Аинз произнес "Хааа…". Он чувствовал себя наподобие продавца, готового извиниться за неудачу в отправке заказанных товаров клиенту, начиная заклинание [Сообщение].

— Флюдер Парадин. Это я Аинз Оал Гоун.

Как только достиг его, он продолжил говорить заранее подготовленные слова.

— Ты родился в деревне Белмос. Впервые узнал о магии там же, от заклинателя.

"Ооо! Это вы, Учитель! Я долго этого ждал!"

Он мог чувствовать благодарность, исходящую от Флюдера.

Эти заготовленные слова были своего рода кодом, потому что Флюдер указал на отсутсвие способа определить, был ли человек с другой стороны [Сообщения] другом или незнакомцем. Таким образом, они условились подтверждать свою личность упоминая (не настоящие) названия деревни и воспоминания.

Но у Флюдера все еще оставались сомнения насчет этого заклинания, даже после всего произнесенного.

Он находит это весьма нехорошим. Короче говоря, Аинзу тут ничего не поделать.

Он медленно ответил, чувствуя небольшую опасливость перед горящим энтузиазмом Флюдера.

— Прости за небольшую задержку. Я полагаю, настало время учить тебя магии, как мы договаривались. Ты сейчас свободен?

"Конечно же! Я уделю столько времени, сколько для вас потребуется, Учитель!"

Аинзу хотелось сказать: "Ты не должен так усердствовать", но энтузиазм Флюдера в магии был самым настоящим отражением его характера. Перед лицом этого помешанного на магии Аинз немного терял дар речи, как обычный человек,

Из-за того, что он рассматривая эту великую задачу, как удовлетворение требований проблемного клиента, у него разболелся живот.

"…Мой желудок, должно быть, болит хуже чем у любого в имперской столице."

Тем не менее, он не мог больше этого откладывать.

Перед перемещением в комнату Флюдера, Аинз решил проверить место назначение заклинанием разведки.

— Хорошо. Я воспользуюсь [Великой Телепортацией] чтобы прибыть в твой кабинет.

"Оох! Не [Телепортация], но [Великая Телепортация]! Осмелюсь спросить какому уровню магии оно принадлежит?"

— …Давай оставим это на потом. [Сообщение] не будет длиться вечно. Никаких уровней классов командующего типа я не имею… Далее, сначала я хотел бы кое о чем тебя спросить. Какие контрмеры против разведки ты предпринял? Какие заклинания ты использовал? Как ты их использовал? Ты делал что-нибудь для защиты от телепортации?

"Ничего, ничего из этого, я не принял никаких подобных мер."

От ответа Флюдера несуществующие брови Аинза дернулись.

— Разве это не выглядит несколько беспечно..?

Другими словами, все произнесенное в кабинете Флюдера вполне может утечь третьим лицам.

"Мои самые искренние извинения. Но я не сведущ в этой области магии."

— В таком случае, взамен для этого ты используешь магические предметы, правильно? Я видел много магических предметов в столице Империи, все якобы сделаны тобой.

Аинз вспомнил то, что он увидел, когда он впервые приехал в Имперскую Столицу. Он был поражен фактом того, что у них в продаже были вещи похожие на холодильники.

"Вы говорите верно, но как Вы должны, конечно, знать, нужно знать похожее заклинание, чтобы сделать волшебный предмет. Например, нужно знать заклинание [Огненный шар], чтобы сделать огненное оружие. Однако немногие готовы изучать заклинания противостоящие магии слежения…"

— Понятно — Аинз пробормотал.

В ИГГДРАСИЛЕ можно было обычно изучать только три заклинания за уровень. Персонаж 20 уровня мог изучить максимум 60 заклинаний. Было бы довольно трудно включить волшебство предотвращающее слежку в такой ограниченный выбор заклинаний.

Возможно, те, кто не был в курсе, могли бы думать что 60, это значительная сумма, но если бы Аинз был ограничен 60-тью заклинаниями 3-го ранга волшебства, то он вероятно, потратил бы весь день волнуясь по поводу своего выбора.

Это было так, потому что он должен был рассмотреть их использование в будущем, изменит ли он свой класс и так далее. Было множество спланированных и ожидаемых вещей.

С этой точки зрения его упрек Флюдера был мелким и печальным.

— Действительно, я оговорился. Все так как ты сказал. Волшебство слежения имеет более низкий приоритет, перед изучением наступательных и защитных заклинаний.

В игре он мог сказать, “я изучу это, поэтому, это изучишь ты” и легко все улаживал. Однако выбор заклинаний, судьбоносное решение для людей этого мира. Нужно быть очень храбрым человеком, чтобы изучить непопулярное заклинание.

В дополнение, в школе слежения было довольно много заклинаний. Некто должен был предвидеть когда враг станет использовать магию слежения.

Проще говоря, что бы стать специалистом в магии слежения, нужно было положить на это всю свою жизнь.

— Хорошо. Тогда я дам тебе один из моих предметов который препятствует магии слежения. Используй его чтобы защитить себя в будущем.

"Да!"

Даже не видя этого, он мог сказать, что голова Флюдера была низко опущена. Из того что он знал, он возможно мог бы даже преклонить колени.

"Я определенно понял ваши любящие слова, Учитель!"

Аинз первоначально планировал дать ему достойный предмет, но мысль об этом причинила боль его сердцу.

— Ах, ха … Тогда я сейчас проверю твою комнату.

Аинз использовал свое заклинание в палатах Флюдера.

Он смотрел вниз на преклоняющего колена Флюдера.

Затем он решил проверить волшебные ауры, и, как ожидалось от Флюдера, в его комнате было много различных цветов. Однако ни один из них не был похож на опасный цвет, который будет препятствовать телепортации. После подтверждения этого, он использовал [Великую Телепортацию].

Его поле зрения изменилось, видимо он успешно телепортировался в комнату Флюдера. Хотя и не было никаких задержек, он не ощущал никого шпионящего за ним, и был совершенно уверен что не впрыгнул прямо в логово к врагу, он все еще осматривался вокруг себя.

По правде говоря, не было никаких причин для волнений. Однако, краткий период уязвимости после телепортации был, в этот момент легче всего подвергнуться нападению. Эти защитные действия предназначались для того чтобы не быть заПКашеным(убитым другим игроком) — были давно всверлены в тело Сузуки Сатору.

— Приветствую вас, о Учитель.

— …Подними голову, — скомандовал Айнз Флюдеру. Честно говоря, он не понимал зачем заходить так далеко.

Подобная преданность — точнее, его жажда знаний, влекущая за собой фанатичную покорность — ненормальна.

Он ведёт себя во много похоже на НИПов Назарика. Айнз в последнее время и начал привыкать к такому их поведению окружающих, но зрелище того, как перед ним пресмыкается едва знакомый человек, вызывало желание отшатнуться.

— Да!

— Разговаривать стоя неудобно. Я сяду.

— Да! Всё что у меня есть — ваше, Учитель. Прошу, садитесь куда вам угодно!

Айнз, испытывая сложные чувства по отношению к происходящему, уселся на диван. Флюдер, однако не сел на против, оставшись как был — припав к полу, подняв голову.

— Можешь сесть.

— П-правда можно? Для меня сесть в вашем присутствии, Учитель?

— …У тебя ведь тоже есть ученики, разве нет? Ты заставляешь их поступать так же?

— встревоженно спросил Айнз. Флюдер потряс головой.

— Ничего подобного, но разница между мной и вами, Учитель, подобна расстоянию между небом и землёй. Я боюсь даже упоминать себя в одном предложении с вами…

— …Ничего страшного. Я дозволяю тебе сесть. Ну же. Садись.

— Да!

Флюдер наконец уселся. Мой живот разнылся не на шутку из-за разговоров с ним, подумал Айнз.

— Для начала, что с той про…

Айнз, проговорив наполовину слово "просьба", одумался.

— …с тем приказом, что я тебе отдал? О том, чтобы ты записал всё, что Империи известно об остальных странах?

— Да! Большая часть информации о соседних странах уже собрана. Однако…

— Что случилось? Какие-то проблемы?

— Да! Ну, или точнее, стоило бы сказать, как и ожидалось от Императора.

На лице Флюдера промелькнуло выражение гордости. Словно учитель гордится талантливым учеником.

— Он, похоже, заметил моё предательство.

Брать с сотрудников подписку о неразглашении на случай смены работы — совершенно естественное правило. А значит, Айнз поступает как злодей, заставляя Флюдера передавать ему важные сведения.

Однако, Айнз прекрасно понимал, что управляет не корпорацией, а страной. Ради процветания своей страны — людей, принадлежащих Великой Подземной Гробнице Назарик — он пойдёт на всё.

Айнз не испытывал неприязни к Зиркнифу. Однако, это ничего не значит по сравнению с благополучием его собственной страны. Если потери Империи приведут к процветанию Колдовского Королевства, что ж, Империи придётся потерпеть.

Впрочем, Айнз всё же предпочёл бы конфликту мирное сосуществование и всеобщее процветание.

Пунито Моэ как то раз говорил о мистере Нэше и содержании заключенных или о чем-то в этом духе, но смысл был в том, что при неограниченных возможностях, кооперация позволит добиться лучшего для всех результата.

Аинз знал, что международные отношения зависели от того как одна сторона, использует другую, но он хотел поддерживать хорошие отношения с Зиркнифом.

" В обмен на присвоение себе Флюдера я свел к минимуму потери Империи, так что, полагаю, мы в расчете. Видимо из-за того, что я за ним постоянно наблюдал, у меня такое чувство что мы сблизились."

— …Что-то случилось, Учитель?

— Эм, ничего. Просто я думал о некоторых вопросах.

— Действительно? Мои глубочайшие извинения, что я помешал вам, Учитель!

— Не стоит извиняться. Я сегодня здесь из-за тебя.

— Оххх! Спасибо вам, Учитель!

Почему он благодарит меня так сильно? Хотя Айнз был озадачен этим, он в конечном счете сумел вернуть тему в нужное русло.

— Ах — да, факт, того, что вы были обращены. Ну, это в порядке вещей для вас — быть выставленным, но есть проблема. То есть ваша безопасность.

— Ооох! Только подумать, что Вы, Учитель, будете беспокоиться о безопасности кого-то вроде меня!

Почему этот старик так бурно на всё реагирует? Основная задача босса — следить, чтобы у тех, кого он не собирался отказываться с самого начала, все было в порядке. Или же в Империи действуют по другому?

" Было бы довольно страшно, если верно последнее… Что ж, я могу убить тех кто встал на моем пути, но убивать своих подчиненных как-то…."

— Флюдер, действительно, не становись слишком взволнованным. Будет странно если кто-нибудь поблизости заметит меня.

— Это не проблема. Этот этаж исключительно для моего личного пользования. Здесь нет никого поблизости.

Он приходил сюда прежде. Тем не менее, эта башня была весьма большой, так что было не удивительно, что величайшему магическому заклинателю Империи, был предоставлен целый этаж башни под личное пользование.

— Вернемся к вопросу о твоей личной безопасности. Кто-нибудь пытался убить тебя после того как о предательстве узнали?

— Ничего подобного. Тем не менее, мои обязанности неуклонно снижаются, и в то время как в прошлом император часто приезжал, чтобы посоветоваться со мной, он не вызывал меня с тех пор как вернулся из славной области, которой вы правите. Учитель.

— Я вижу … Тогда, Флюдер. Хочеш ли ты перейти на мою сторону.

— Ооооо! С удовольствием!

(Он тут же ответил…)

— Тогда, учитывая ваш род занятий — нет, для начала есть нечто, что я должен сделать. Это касается вашей награды.

Сказав это, Аинз вздохнул и полез в карманное измерение. Он неоднократно репетировал этот разговор, каждый раз веселясь, когда заменял слова.

И хотя Аинз не мог быть уверен в том, как именно отреагирует Флюдер, он достаточно долго практиковался в нем.

— Как и было оговорено, я передам тебе часть своих знаний. Прими и изучи эту книгу.

Аинз передал ему том под названием "Книга Мертвых"

Это была довольно древняя книга, источавшая затхлый запах. Удивительно, но она была довольно крепкой и не была изъедена червями.

Дрожащими руками Флюдер принял книгу. В этот момент Аинз был рад тому, что он нежить. Будь он человеком, книга наверняка бы дрожала — настолько он нервничал.

Флюдер хотел познать Бездну Магии, но Аинз понятия не имел что это такое. Он мог обучить его многому из ИГГДРАСИЛя, но точно не этой бездне или что он там имел в виду.

Тем не менее, не дать ему этого — означает предать его доверие. На добро следует отвечать добром и к тому же, вознаграждать за верную службу. Поэтому, Аинз дал ему ту книгу из своей коллекции, которая вероятнее всего содержала секреты магического знания. Главы, которые он пролистал, по видимому, содержали что то, касающееся магии, чего он не смог понять.

— Тогда, прошу меня простить.

Флюдер углубился в книгу и, пролистав пару страниц, выражение восхищения на его лице сменилось отчаянием.

— …В чем дело? Разве не этого вы искали?

Аинз подавил беспокойство, задав этот вопрос. Все в порядке, даже если это не то, чего тот ожидал. Он уже натренирован для такого случая.

— Нет, ничего подобного. Я просто не могу понять это.

— А, ясно.

Аинз взял книгу у Флюдера, немного пролистал и остановился на одной странице.

— Эта глава затрагивает превращение мертвецов в духов, конкретно этот раздел о разделении.

Все было написано на японском, очевидно — Флюдер не мог этого понять. Однако…

"Это походит больше на книгу описывающею фэнтези-мир, чем фэнтези роман. Тарабарщина про разделение. Потом описание духа как бесформенного облака и прочее. Выглядит действительно сложно, и я тоже не могу вникнуть в суть, разве что поверхностно… Неужели я не могу понять что написано в этой книге, даже если могу ее прочесть?"

Похоже, книги были связаны с оккультизмом, вернее, конкретно эта книга точно была трудом по оккультизму. Для Сузуки Сатору, не имеющего знаний в этой области, увиденное было собранием небрежных набросков. Тем не менее, все это выглядело взятым из какой-то мифологии. Если бы Табула Смарагдина была рядом, вероятно, он был бы способен все это объяснить.

— Охх!!

Чувство вины росло в сердце Айнза, когда он видел как Флюдер смотрел на него с глазами полными радости.

— На самом деле… Ну, я не могу отдать тебе их на совсем, поскольку у меня всего одна пара, но пока можешь пользоваться.

Айнз положил очки на книгу и протянул ему. Флюдер надел их и поспешно пролистал страницы.

— Это…Это ОНО! Здесь сказано, что души это субстанция подобная пене, оставленной волнами этого мира, и поэтому неважно малы они или велики, по сути являются одним и тем же. Это значиииииитт!!

"Абсолютный безумец"

Даже Айнз был поражён настолько, что чуть не отшатнулся.

Глаза Флюдера были широко раскрытыми и покрасневшими, и дышал он как дикий зверь. Создавалось ощущение будто он собирался наброситься на кого-то.

— Н-Ну как?

Трепещущие глаза Флюдера ожили и уставились на Айнза.

— Это…Это невероятно, Мастер! Это знания, что я искал? Ххххьяяя!

Чувство тревоги из-за мании старика превысили заданный порог, и Айнз снова быстро успокоился.

— Так и есть. Теперь, верни мне очки.

— Вуаа! Но, это…

— Рассматривай перевод этой книги как тренировку. Как только ты сможешь понять и переварить её, ты перейдёшь на следующую ступень. Для тебя было бы бессмысленно использовать эти очки.

— Как такое может быть…Тогда может позволите мне сперва просмотреть эту книгу?

— Одной страницы будет достаточно. Однаго если вы продолжите после этого, это негативно повлияет на рост.

Флудер захлопнул книгу, а затем закрыл глаза.

Через несколько секунд он открыл глаза и заговорил. Его голос вернулся в нормальное состояние.

— Понял. Я буду придерживаться ваших учений, Мастер. Могу ли я обратиться к Вам за помощью, если появятся вопросы, на которые я не найду ответа?

— Хмм… До тех пор пока я в состоянии ответить на твои вопросы.

"Да"

Флюдер снял очки и вернул их Аинзу.

(Отлично! Я не буду слышать что-либо от Флюдера, некоторое время. Ах, мне нужно инструктировать его об этом в первую очередь. Это… как бы это сказать…)

Аинз изо всех сил напряг свою память. Затем, тяжелым, торжественным голосом, который не назвать иначе, как голосом лидера, заговорил:

— Флюдер

— Да!!!

— Я дал тебе эту тайную книгу, потому что я доверяю тебе. Ты не должен передавать её посторонним людям. То же относится и к любым записям, которые ты сделаешь, при её изучении. Ничего из этой книги не должно быть опубликовано.

— Да!!!

Едва ли необходимо объяснять тебе причину этого, но это знание, превосходит то, что люди могут постигнуть. Будет очень хлопотно, если другие придут изучить его… Хотя за кого-то, обладающим таким талантом как у тебя можно не опасаться. Я очень не хочу потом десять лет прибираться за тобой.

— Естественно. Я не допущу утечки любых знаний которые получил от вас. Клянусь вам.

"— Я доверяю вам, Флюдер. Не разочаровывайте меня".

"Да!!!!"

Флюдер поднялся со своего стула и приклонился до самого пола.

Он хотел сказать, что в этом не было никакой необходимости, но это также было доказательством того, насколько сильна была аура величия, окружавшая его. Аинз не мог не чувствовать гордость, ведь часы, проведенные за оттачиванием актерских навыков и применения голоса прошли не зря.

— Достаточно. Так как ты понимаешь, я не скажу больше. Вернись на свое место. Однако, для тебя будет очень трудно расшифровать неизвестный язык без чьей либо помощи. У тебя есть некий способ справиться с этим?

— Да! Я могу использовать заклинания перевода, оно действительно очень эффективно. Я полагаю что, с его помощью, я смогу медленно расшифровывать текст.

— Действительно. Действительно! Восхитительно.

Этот ответ был тем что Аинз хотел услышать. Медленно давая ему соответствующую практику, он был бы в состоянии выиграть себя время. Кроме того, проблемы как эта не было достаточно, чтобы заставить Флюдера сдаться.

— Тогда я вручу это тебе … нет, именно. Я предоставлю тебе эту коробку что бы ты мог хранить ее в ней. Я не думаю, что ты расстанешься с ней так просто, но кто-то может захотеть украсть ее у тебя.

Аинз вытащил коробку из его волшебного кармана. Это был такой же предмет, в котором он хранил свой личный блокнот.

— Если ты будешь хранить книгу здесь, даже если эта коробка будет украдена, то потребуется некоторое время, чтобы открыть ее. Конечно, это все не будет напрасно, если кто-то подслушает команду, для открытия коробки … поэтому будь осторожен.

— Разумеется, Учитель! Я никогда бы не сделал ничего подобного!

— Хорошо.

Аинз переместил свой взгляд от Флюдера — который ласкал книгу в восхищении — к потолку. Теперь, о чем он будет говорить теперь?

— Ах, это правильно. Вопрос вашего предательства выходит в свет, и таким образом вы переедите ко мне. Когда вы сможете уехать?

— Если Учитель хочет, я могу уйти в любой момент. У меня нет привязанности к этой стране.

Айнз мысленно нахмурил брови

Он понятия не имел, о чем говорить с человеком который так запросто отказывается от своей позиции доверия. Он мог так же поступить с Айнзом в будущем.

Айнз отметил Флюдера вниз на несколько пунктов красной ручкой в рейтинге его доверия.

— …Тогда, Флюдер я желаю, чтобы ты принял участие в магическом исследовании Колдовского Королевства. Однако твои заклинания не будут распространятся. Они будут даны только мне и тем кому я доверяю. Ты можешь смирится с этим? Ты можешь отказаться от вожделения славы?

— Не будет никаких проблем. Единственная вещь, которую я желаю, это увидеть мельком тайны магии. Я не желаю ничего иного.

Айнз изучил Флюдера всерьез это был человек, который мог сделать такое утверждение.

Аинз не имел возможности оценить характер человека. Как человеческое существо, было очевидно, что Флюдер превосходящий его гениальный мудрец, живший далеко за пределами сроков обычного человека, вовлеченный в деятельность огромной страны под названием Империя. Не было никакого способа увидеть какую-либо попытку Флюдера предать его.

Однако, быть неспособным видеть сквозь такие вещи и не пытаться видеть сквозь такие вещи были двумя разными вопросами. С этой позицией в голове Аинз уставился на Флюдера и в конце просто сказал" "Хорошо".

— Я доверю тебе всем полномочия и привилегии, соответствующие твоим обязанностям, по прибытии в Колдовское королевство. Я также намереваюсь поддержать тебя с исследованием магии на столько, на сколько это возможно. Тогда…

Теперь ещё один человек, помимо Барелов помогает Назарику. Если он сможет привлечь женщину, рекомендованную Демиургом и Альбедо, Назарик усилится ещё больше.

Он должен увеличивать свою мощь на сколько это возможно, до тех пор, пока не увидит настоящее лицо своего врага.

Враг обладал предметом мирового класса, значит ему нужно достичь иных сил как можно скорее. Ему нужно принимать во внимание, что все на что он способен, может делать и враг.

Но, была ещё одна проблема.

И заключалась она в том, как именно он должен защитить Империю.

Демиург предчувствовал, что Империя могла стать потенциальным врагом, но Айнз так не считал.

Хотя будущее всё ещё оставалось неясным, использование одной лишь силы для захвата мира не было мудрым решением. Если Колдовское Королевство покажет себя, как нация, аннигилирующая всех, кто был против неё, тогда страны, с которыми раньше были хорошие отношения, возможно, в конце концов, станут врагами.

Именно в этом и было дело, почему бы не создать крепкую дружбу с его приятелем, диктатором Зиркнифом, и послать подобное сообщение его подчинённым?

"Возможно так я смогу уменьшить силу, необходимую Демиургу и другим для захвата мира. Какой идеальный план. Больше, чем альянс наций или альянс гильдий…дружба?"

Образы его гетероморфных друзей всплыли в голове Айнза.

"И всё же, как мне подружиться с ним? Давать людям что-то, чтобы стать друзьями, это ведь не правильно…Таким образом, защитив ценнейшую для Зиркнифа вещь, Империю, должно быть наилучшим способом. Вполне вероятно, что мои враги нацелятся на них."

Он представил себя на месте людей, что подчинили Шалтир. Если они использовали те же методы, что и Айнз, тогда-

(В худшем случае они могли использовать [Йа Шаб-Ниггурат] в Имперской Столице. Все подумают, что это сделал он не зависимо от того, кто будет виноват… Затем они распространят эту новость по всему миру. Это значительно уменьшит власть Колдовского Королевства.)

Айнз вспомнил о днях, проведённых в ИГГДРАСИЛе.

Было глупо в лоб атаковать могущественные гильдии, так что довольно часто игроки просто провоцировали войну с другими гильдиями, чтобы ослабить влияние первых. Эти методы, вероятно, применимы и в этом случае. Айнз возможно поступил бы именно так, если бы оказался в такой ситуации, и таким образом весьма вероятно, что его противник поступит именно так.

Для того, чтобы предотвратить подобного рода вещи, Айнз подумывал позволить Флюдеру распространять слухи о том, что он больше не может использовать это заклинание вновь (естественно, это ложь). Однако, Флюдера больше нельзя использовать, поэтому ему необходимо придумать другой метод.

(Это близко к запрещению переноса опасных объектов размером с ладонь … Как ожидалось, я должен буду обсудить этот вопрос с Демиургом, возможно приказать, чтобы он подумал о способе как с этим справиться. Однако разве он не посчитает это странным? Ах, как неприятно, я не могу справиться с этим.)

Если бы он только мог оставить всё это на тех двоих. Однако, если бы он сделал это, то разрушил свой образ абсолютного правителя. Он должен был придумать способ, который решит его проблемы и сохранит при этом его высокое положение.

— Учитель, что-то не так?

— …Флюдер, я намерен защищать Империю некоторое время. Есть какие-нибудь идеи?”

— …Могу ли я узнать, почему вы спрашиваете?

— Завоевание было бы слишком простым, но я не имею никакого интереса стоять на вершине груды камней. Я желаю сохранить Империю нетронутой, и поэтому я хотел бы, предотвратить потерю боевой мощи, что и произойдет, когда они тебя потеряют.

Морщины Флюдера еще больше углубились.

— Трудно ответить на этот вопрос сразу. Я полагаю, что не будет никаких проблем на некоторое время, даже если меня не будет поблизости. Тем не менее, также верно, что никто не сможет заполнить пустоту, что я оставлю …, Если все хорошо, то я останусь на некоторое время.

— Ты действительно хочешь этого? Тогда, я свяжусь с тобой завтра снова, после того, как дискуссии будут завершены.

— Да!

— Да, есть еще две вещи, которые я хочу спросить у вас. Во первых я хотел бы знать детали о Чемпионе Арены. Второй вопрос касается Рыцарей Смерти…

***

С приближением назначенного времени, Айнз использовал заклинание обнаружения. Обычно он наложил бы на себя различные защитные заклинания, но использовать множество ценных свитков было бы слишком расточительно. В отличии от того раза на кладбище, когда он был полностью уверен в наличии врага, Айнз просто использовал заклинание.

Это говорило о том, что он не хотел, чтобы контратака случайно задела кого-нибудь.

Перед его взором предстала совершенно другая сцена. Это был интерьер кареты. Айнз изменил плавающую точку зрения и начал наблюдать за тем, что было снаружи экипажа.

Затем Айнз использовал [Великую Телепортацию].

Айнз телепортировался без эксцессов и открыл дверь кареты. Айнзак, что сидел внутри, был сильно шокирован. Тем не менее, Айнз невозмутимо сел, закрыл дверь и развеял заклинание невидимости, которое наложил на себя.

— Как я и думал, это были вы, Ваше Величество. Хотя я осознаю необходимость скрытности, но не могли бы вы в следующий раз не использовать заклинание невидимости?

— Если я не буду использовать невидимость, то буду обнаружен, разве нет?

— Если я не ошибаюсь, то всё должно быть в порядке, так как на вас маска, Ваше Величество?

— Может быть и так, но я воспользовался магией телепортации. Поэтому хотел бы избежать втягивания в различные неприятные ситуации.

— В самом деле…

— Ну, раз уж ты всё понял, должны ли мы выдвигаться?

— Хорошо. Пойдёмте.

Экипаж проехал через открытые врата и достиг места, указанного привратником. Это было место стоянки, где могли расположиться сразу несколько карет.

— Тогда, идём.

Айнз сошёл с кареты в след за Айнзаком.

Их встречал старик, в одежде дворецкого, в сопровождении горничной.

Пусть он и выглядел как обычный старик-дворецкий, но вряд ли был так же силен, как Себас, хотя стоит отдать должное его манерам. Дворецкий был человеком, чего нельзя было сказать о горничной.

Пара звериных ушей украшала её голову. Было трудно сказать есть ли у неё человеческие уши или нет из-за того, что они были скрыты волосами, но по крайней мере там ничего не торчало. Ей вполне подходило бы определение "милая", но не человеческой красотой, а прелестью домашнего питомца.

— Добро пожаловать, Аинзак-сама и, как я понимаю, Ваше Величество Король Заклинатель. Господин ожидает вас. Позвольте проводить вас, следуйте за нами.

— Ч-Чт!?

Аинзак вскрикнул от удивления, услышав слова дворецкого.

Во время вчерашнего разговора Аинзак упомянул, что не станет раскрывать личность Аинза, так что он, должно быть, сильно удивлен тем, что они смогли догадаться о том, кем он на самом деле был. Для Аинза же, в свою очередь, это не было поводом для беспокойства. Пусть маска и скрывает лицо, но свою одежду он не менял. Любой с достаточно хорошей сетью информаторов слышал о нем. В такой ситуации будет грубо промолчать.

— Благодарю. Что ж, ведите нас.

— Да

Дворецкий склонил голову. Следом за ним и горничная.

После того как они начали движение, Аинзак прошептал Аинзу:

— Примного благодарю, Ваше Величество.

Он благодарил за то, что Аинз ответил дворецкому.

Аинз хотел было сказать, что в этом нет нужды, но в итоге молча принял благодарность.

Для Сузуки Сатору важнейшим долгом было помочь своим подчиненным, если они совершили ошибку. Признательность Аинзака была естественной. Для него это был неизбежный шаг на пути становления подчиненным Аинза.

В очередной раз Аинз остро осознал как не просто быть боссом.

Вдруг, Айнз понял, что он никогда не говорил “Спасибо”, когда играл роль правителя.

" Нужно выделить время чтобы поблагодарить Стражей и всех НИПов. Я должен выразить признательность за их тяжелый труд "

Целью Аинза было управлять Великой гробницей Назарик как доброй компанией. Обдумывая этот вопрос он не переставал двигаться в направлении, котором его вели.

— Ваше Величество, все же довольно странно встретить здесь Зайцечеловека.

Не лучше ли обсуждать человека после того, как он уйдет? Подумал было Аинз, но его это заинтересовало, так что он решил продолжить разговор.

— Разве это не Кроложенщина?

— Ну….нет…..название их вида — Зайцечеловек.

— Аинзак, это была шутка. Не нужно все так серьезно воспринимать.

— …Интересно, может быть она пришла из дальних восточных земель, что простираются за Альянсом Городов-государств. Как необычно.

— Хм…

Аинз не имел понятия насколько далеко это было. У него, пока ещё, не было информации о столь отдаленных регионах.

Он не встречал никого подобного в Королевстве и она была единственным Зайцечеловеком, которого он видел в Имперской Столице. Должно быть тяжело жить в месте, где нет других представителей твоего вида, это даже не учитывая дискриминацию со стороны других рас.

Аинзу было крайне любопытно и он хотел о многом её спросить, но не мог этого сделать, потому что было бы хлопотно наступить на мину во время их диалога.

Вскоре они достигли дома.

— Хозяин ожидает вас внутри. Прошу.

Интерьер дома украшало большое количество оружия и доспехов, ухоженных и бережно смазанных. Они были яркими, чистыми от пыли и развешены аккуратными рядами.

При близком осмотре на многих лезвиях виднелись потертости и зазубрины. Очевидно, что предметы коллекции использовались в реальных сражениях.

В отличие от выставки на витринах магазинов, все это выглядело как личная галерея орудий с их славным прошлым.

Скорый осмотр вокруг обратил взгляд Аинза на меч, увиденный первым.

Он был самый красивый из всех клинков в комнате.

Никаких признаков повреждения на мече. Владелец коллекции, должно быть, очень любит его, судя по его размещению — обращает на себя внимание у каждого вошедшего в первую очередь.

— Вам это нравится?

— Ах, действительно отличная коллекция.

Ответил Аинз сидящему на диване владельцу комнаты — то есть, владельцу этой галереи. Тот человек был крепко сложён. Его волосы были подстрижены так коротко, что можно было видеть кожу.

Они не затруднили себя приветствиями, просто продолжили говорить об оружии.

— Так, и какой из них вас больше заинтересовал — а, этот. Каждый гость этой комнаты говорит то же самое.

Айнз вошел в комнату и встал перед мечом.

— Могу я взять его?

— Конечно, конечно.

Аинз поблагодарил его и взял меч. Конечно, он бы выпал их его рук, попытайся Аинз воспользоваться им по назначению, но просто держать в руках меч он мог.

Он вглядывался в меч и затем заметил знаки, вырезанные на лезвии. Эти причудливые знаки смутно знакомы Аинзу. Порывшись в памяти, он наконец нашел ответ.

— Руны?

— Оо! Как и ожидалось от Вашего Величества. Вы знаете эти символы!

(Что? Серьезно?…Руны часто используются в этом мире?)

Рунами назывался набор букв, который в древности использовали в мире Сузуки Сатору. Тот факт, что они существовали и в этом мире говорил о том, что, возможно, кто то из его мира распространил их здесь. Поэтому Аинз осторожно ответил:

— …Возможно, полагаю. Я только знаю о их существовании и не могу создавать гравированные рунами предметы. Могу я узнать, какой кузнец сковал этот меч?

— Ооо, хороший вопрос. Этот меч был выкован рунным кузнецом из Королевства Дварфов, среди Азерлисских Гор. Ему порядка ста пятидесяти лет. Клинок зачарован силой молний и на нем так же есть клеймо кузнеца. Видите?

Владелец галереи стоял рядом с Айнзом

Ошеломляющий запах одеколона атаковал его нос.

— Это творение Стонел, известной мастерской.

" Мастерская Дварфов?…Похоже, надо будет больше разузнать об этом "

— Хох. Действительно, звучит как известная мастерская. Если ли здесь другие их работы?

Аинз осмотрелся и человек от души рассмеялся.

— Ха-ха-ха-ха. Нет, не здесь. Я храню их в другом месте. Однако, это единственный меч со столь мощным зачарованием.

— Хех

Аинз скрыл свое разочарование за показными эмоциями.

Тем не мене, он все же узнал что-то о мастерской Стонел. Он должен проверить, был ли здесь игрок.

— Я слышал, что оружие, выкованное рунными кузнецами редко встретишь на рынке. А у вас их, как не посмотри, немало.

Аинз, сам задавшийся этим вопросом, мысленно показал Аинзаку большой палец.

— На самом деле я достигаю этого, Айнзак, — человек улыбнулся.

— Я похищаю их всякий раз, когда они появляются на аукционе. В последнее время находился очень упорный авантюрист пытающийся перехватить их у меня. В конечном итоге пришлось платить три раза больше, чем я изначально планировал".

Айнзак с недоверием покачал головой (как бы), в то время как Аинз кивнул в знак одобрения. Вот как дела обстояли для коллекционера. Посторонний никогда не смог бы понять. Временами, даже Аинз не понимал действия своего прошлого я.

Аинз хотел продолжить расспрашивать, но в конце концов он решил вернуть меч на прежнее место.

— Кажется, я был очарован вашей чудесной коллекцией, что даже не поприветствовал вас. Прошу простить отсутствие уважения.

Мужчина улыбнулся.

— Ваше Величество проделал этот путь, для разговора. Позвольте мне вновь представиться. Я Оск, незначительный торговец.

— Вы наверняка разозлите других торговцев Империи, если продолжите называть себя незначительным. Я Король-Заклинатель, Аинз Оул Гоун.

— Не проходит и дня, чтобы я не услышал вашего могучего имени. Пожалуйста, присаживайтесь. Мои слуги приготовят напитки.

— …Несмотря на редкую возможность… нет необходимости что-нибудь мне приносить.

Глаза Оска не казались пропорциональными для его головы. Он изучал Аинза такими глазами.

“Ваше Величество, я слышал слухи… но могли бы вы снять маску?”

— …Раз уж это просьба хозяина комнаты, я должен ее выполнить.

Айнз снял маску, обнажив свое лицо.

На лице Оска не появилось никакого удивления. Его глаза были очень маленькими, так что сузив глаза для улыбки, не осталось и шанса посмотреть в них глубже.

— Оооо…Я понимаю, понимаю…

Оск несколько раз кивнул, прежде чем заговорить вновь.

— Честно говоря, я опасался, что мне окажется не под силу подобрать чай, способный удовлетворить вкусам знаменитого Короля-Заклинателя, но, похоже, в моих усилиях не было нужды.

Живот Оска затрясся от хохота.

— Скажите, Оск. Откуда вы знали, что со мной придёт Его Величество?

— А-а-а, но ведь это просто, разве нет? Э-Рантэл сейчас под властью его Величества. Когда мне сообщили, что Гильдмастер Гильдии Искателей Приключений Э-Рантэла хочет нанести мне визит в компании кого-то ещё более значительного, я мог подумать лишь об одной персоне. Да, конечно, это мог быть кто-то из доверенных лиц Короля-Заклинателя, но мои инстинкты говорили иначе.

— Что ж, теперь моя очередь спрашивать? Вам некогда доводилось использовать представленное здесь оружие?

Оск хихикнул вопросу Айнза.

— Как такое возможно? Ваше Величество, посмотрите на меня! Я могу держать счёты, но мне в жизни не приходилось махать мечом. Это просто моё хобби… С самого детства я восхищался силой, в частности — мечами и прочими видами оружия.

— Вот оно что…

— Похоже, вы понимаете. Что ж, у меня тоже есть вопрос. Мне доводилось слышать о необоримом могуществе Вашего Величества — причиной тому ваша долгая жизнь — полагаю, это можно назвать жизнью?

— Верно, по сравнению с продолжительностью вашей, человеческой жизни.

Произнеся это, Айнз задумался. Что за существом должен быть Король-Заклинатель Айнз Оал Гоун?

Само собой, он не мог сказать "Разумеется нет, вы двое старше меня". Да и они всё равно не поверили бы. Так что он должен говорить оставаясь в роли Короля-Заклинателя. Однако если он, рассказывая детали о себе, допустит где-то нестыковку, дело может кончиться плохо.

"Как бы то ни было, есть подтверждённый факт того, что нежить живёт долго. Если кто-то спросит почему я, несмотря на свою долгую жизнь, не знаю о каких-либо событиях прошлого, я смогу ответить что просто концентрировался на изучении магии. Буду основывать биографию Короля-Заклинателя на этом"

— Раз так, не обладаете ли вы каким-нибудь древним оружием?

Судя по этому вопросу, Оск не намерен скрывать своего любопытства.

— Конечно. Однако, вы ведь не рассчитываете, что я просто так отдам вам его, не так ли?

— За подходящую цену… Нет, я заплачу вам втрое против рыночной цены.

Айнз не мог отказаться сходу, вспомнив плачевное состояние собственных финансов. Однако, правителю не подобает просто взять и сказать "Конечно, покупайте"

— … Деньги меня не интересуют.

— Мои глубочайшие извинения. Было грубо с моей стороны предлагать такое Вашему Величеству, стоящему во главе государства… В таком случае, что я могу вам предложить, чтобы вы согласились обменять их?

"Он хочет сказать, что предлагает нечто наподобие своих услуг моей стране в обмен на них? Хм? Ну, в таком случае…"

Аинз достал короткий меч. Он был окутан туманом. А полупрозрачный синий клинок скован из сине-кристаллического металла, и содержал в себе немного маны. При этом его способность возвышает его до высокоуровневого предмета, и конечно он мощнее, нежели средний магический предмет этого мира.

— Это, Это!

Два голоса одновременно воскликнули.

Взглянув на меч, глаза Айнзака расширились. "Умм", промычал Аинз, перед тем как протянуть её Айнзаку.

— Возьми его.

— Хаа?!

И снова возглас прозвучал двумя голосами

— Айнзак, это подарок за ваш усердный труд. Но это не награда, и не знак вашего положения, я даю это вам, полагая, что таким образом хочу награждать подданных своего идеального королевства. Если вы предпочитаете наличные, то можете продать меч.

Меч не содержал достаточного количества кристаллов данных, чтобы представлять из себя угрозу для Айнза. Также это оружие не было создано кем-то из его прошлых товарищей, и с ним не было связано никаких воспоминаний.

— Я, как я смею принять такое…

Айнзак затрясся.

— Это самый обычный предмет. Ну, если вы не хотите, я могу позже поменять его на что-то другое. Может, зелье исцеления подойдёт. Что скажете?

Айнзак некоторое время поколебался, но всё же решил оставить меч себе.

— Я приму его. Выражаю вам свою искреннюю благодарность, Ваше Величество! Я продолжу служить вам всеми силами, чтобы мои старания не затмило сияние этого меча!

— Поздравляю, Айнзак. Если тебе вдруг понадобятся деньги, не забывай обо мне, друг мой.

— произнёс Оск, пожирая меч глазами. Выражение лица Айнзака напоминало собаку, защищающую своих щенков.

— Этого не произойдет. Никогда.

Айнз решил сменить тон.

— Итак. Перейдём к делу.

Оск неохотно отвёл глаза от Айнзака, обернувшего лезвие меча в носовой платок, и ответил:

— …Давайте. Позвольте полюбопытствовать, чему я обязан приятностию вашего визита?

— Хм… Витиеватые фразы не совсем мой конёк. Позвольте сразу перейти к делу… Я хотел бы, чтобы вы организовали схватку с участием Чемпиона Арены.

Глаза Оска расширились, но вскоре вновь вернулись к прежнему размеру.

— Я слышал, что Чемпион Арены не является служащим Колизея, он гладиатор, которому вы покровительствуете. От Айнзака я узнал, что вам достаточно захотеть организовать бой с его участием, и от желающих показать себя на разогреве в столь масштабном событии не будет отбоя, потому и решил обратиться к вам.

— Фухахахаха. Вы серьёзно, Ваше Величество? Вам известно, что Чемпион Арены — сильнейший из гладиаторов, с телом чудовища и выдающимися боевыми навыками? Он, возможно, сильнейший в истории. Возможно, среди последователей Вашего Величества и найдутся сильные воины, но сразить его…

Оск с гордостью покрутил головой.

— …Он сильнее Флюдера?

— Нет, я говорю с точки зрения воинской силы. Заклинателей нельзя мерять той же меркой. Им достаточно просто взлететь в небо, кидать с высоты свои заклятья, и дело с концом.

Тихое брюзжание Оска несколько обеспокоило Айнза, и тут вмешался Айнзак.

— Однажды одна команда приключенцев победила его, взлетев в воздух и забросав с расстояния стрелами и заклинаниями. Это была весьма разочаровывающая схватка. С тех пор на арене запрещено использовать магию полёта и телепортации.

Оск, видимо, придя в себя, посмотрел на Айнза.

— Кхм. Ну, простите мою грубость, Ваше Величество. Мной завладели кое-какие горькие воспоминания… Итак, вернёмся к теме. Могу я поинтересоваться, кого вы намерены выставить против Чемпиона Арены? Ваш боец — человек?

Айнз с Айнзаком переглянулись, и Айнз ответил:

— Его соперником буду я.

— Э?!

— Я, Айнз Оал Гоун, буду ему соперником.

После небольшого молчания, Оск спросил в панике:

— Н-но, но, но ведь вы правитель страны, Ваше Величество.

— Верно. Что-то не так?

— А? Нет, это правильно, но… это…

— Аааа, я понимаю, что вас тревожит. Вы беспокоитесь о том, что будет, если меня поранят?

"Было бы здорово, если бы дело могло ограничиться только травмами", — пробормотал себе под нос Оск. Аинз притворился, что не заметил.

— Не волнуйся. Тебе ничего не будет, если со мной что-то случится. Я оставлю тебе письменное подтверждение.

— Но если случится что-то такое, моему бизнесу придет конец. Я слышал, что Империя в союзных отношениях с Колдовским Королевством. И если я позволю королю союзной страны серьезно пострадать, на меня может ополчиться правительство.

— Я вам обещаю-вы не будете испытывать неудобства из-за этого.

— Даже если вы так говорите…, - Оск немного подумал, после чего спросил вновь.

— Это, возможно, неприятно слышать, но можете ли вы предложить что-нибудь в качестве гарантии?

— Гарантии? Например что?

— … Пожалуйста, дайте мне что-нибудь вроде того, что вы прежде дали Айнзаку. Что бы не случилось все будет в порядке, пока у меня будет этот предмет.

— Если подобное обезопасит вас, я могу пообещать это. Однако не могу дать такой предмет прямо сейчас. Но обещаю, что вы получите его завтра.

— Большое спасибо, Ваше Величество…Есть еще кое-что, что я бы хотел спросить, но боюсь это будет неуместно.

Аинз рукой подал знак, позволяя Оску продолжить.

— Как импресарио, я собираю разную информацию. Значительная часть этой информации о могущественных существах, которые могут появиться на арене, или о монстрах. К тому же ходят слухи о Вашем Величестве — позвольте спросить, правда ли то, что Ваше Величество убили десятки тысяч людей Королевства единственным заклинанием?

— А-кхм!

Айнзак театрально кашлянул. Он вперился укоризненным взглядом в Оска, но в сказанном не было ничего, что следовало скрыть или чего стыдиться.

— На самом деле, это правда. Я убил их с помощью своей магии. Вы упрекаете меня за это?

— Нет, я спросил об этом чтобы понять уровень силы Вашего Величества. Ведь, если Вы используете это заклинание из слухов, это будет… очень плохо. Ведь это на Арена в столице Империи.

— Нет, нет, я не буду использовать подобную магию.

Даже у Аинза не было намерения использовать такое заклинание в сердце союзной страны. Какой террорист решился бы на это?

— Конечно, я тоже так думаю. В отличии от образа обычной нежити, Ваше Величество благородный и рассудительный человек. Я не верю что вы устроите массовую резню, потому что ненавидите живых. Тем не менее, делать предположение и пренебрегать их проверкой может привести к провалу.

Аинз был согласен с подобной позицией. Это одна из опасностей, поджидающих новичка. По правде говоря, Сузуки Сатору уже оплошал подобным образом в прошлом.

— Ваши опасения справедливы. Позвольте мне повторить — я не буду использовать это заклинание.

— Почему? Это как-то связано с положением звезд?

— Это никак не связано с эт-

Аинзу пришла в голову гениальная идея.

— Ну, то было одно из моих сильнейших козырей. Раз меня попросил уважаемый Эль-Никс, я пошел ему навстречу и наколдовал это великое заклинание, которое можно использовать лишь раз в десять лет. Потому, следующее десятилетие мне необходимо беречь силы.

— Оооо — глаза Оска, загорелись странным блеском.

— А разве нормально, говорить мне такое? Ведь это можно посчитаться слабостью Вашего Величества…

— Всё хорошо. Возможно, я, не могу использовать настолько разрушительное заклинание, но уничтожать дураков, которые восстанут против меня, по-прежнему легко. Ведь это не значит, что я не могу использовать другие заклинания.

— Как и ожидалось, от Вашего Величества. Другими словами, Чемпион Арены будет для вас легким соперником, вы на это намекаете?

Аинз с убежденностью кивнул, и лицо Оска осветила улыбка. Однако, изучив ее, Аинз не мог быть уверен в ее искренности.

— И наконец, позвольте задать еще один вопрос. Почему вы хотите драться с Чемпионом Арены, Ваше Величество?

— Потому что я слышал, что он могучий противник… Я желаю знать, кто сильнее — он или Газеф Строноф. В Королевстве Ре-Эстиз был Газеф, так что, наверно большая причина — я хочу знать, кто его эквивалент в Империи.

Естественно, Аинз не поэтому бьется. Но это та причина, которую согласовали он и Айнзак после обсуждения этого вопроса.

Было бы неплохо изложить настоящую причину, но Оск не заслуживающий доверия человек. В действительности, он выглядел ставящим на первое место свои собственные выгоды. Аинз чувствовал, что быть честным с ним может хорошо не окончиться.

— Я понимаю. Большое вам спасибо… Тогда я назначу бой с Чемпионом Арены. Однако…

Оск поднял руку, чтобы прервать благодарности Аинза.

— Я надеюсь, вы будете соблюдать правила арены. Вдобавок, в то время, как Ваше Величество способны всерьёз состязаться с Чемпионом Арены — это остается для нас представлением. Следовательно, слишком односторонняя борьба будет невероятно скучной. Имея это в виду, я хотел бы попросить Ваше Величество не использовать магию, а драться мечом — оружием — на битве с Чемпионом Арены. Я утверждаю, что эти условия необходимы для хорошей борьбы.

— Что ты сказал?!

Айнзак вскочил со своего места. Его лицо было красным от гнева.

— Как такое вообще возможно?! Его Величество заклинатель! Как же вы предполагаете ему победить?!

— Хохо. И правда. Его Величество Король-Заклинатель не сможет победить без своей магии. Ох, подумать только, я посмел поднять столь деликатную тему. И всё же, я не ожидал услышать подобное от тебя. Я думал, ты не прочь увидеть поражение Его Величества. Похоже, моё мнение о тебе изменилось.

— Т-Ты-!

— Айнзак, не надо так горячиться. Все в порядке.

— …Ваше, Величество, что вы сказали?

Айнз усмехнулся, видя с каким изумлением уставились на него Оск и Айнзак. Однако, он не хотел, чтобы это приняли за насмешку, так что попытался сделать вид, что сморкается.

Однако, это было невозможно для кого-то, кто имел лишь отверстие для носа.

Айнз решил не тратить энергию и попытаться со словами блефа проложить себе путь.

— Вы кажется, меня не расслышали. Я сказал, что я согласен.

Выражение лица Оска не изменилось, но его ум сейчас очень быстро все обдумывал. Это было очевидно.

— …. Тогда, поклянетесь ли вы именем Короля-Заклинателя, Ваше Величество?

— Поклясться своим именем?…Понятно. Я,Аинз Оал Гоун, клянусь своим именем, что я не использую какой-либо вид магии во время боя с Чемпионом Арены.

— Подождите! Ваше Величество! Как можно давать подобную клятву, даже не узнав насколько силен Чемпион Арены?

В слова Айнзака был здравый смысл. Однако, если его информация о Чемпионе Арены была верна, то никаких проблем возникнуть не должно.

— Ну, думаю, как-нибудь справлюсь.

— Неужели вы думаете, что всё будет в порядке?!

Айнза даже несколько растрогало возражение Айнзака. С тех самых пор, как он стал правителем Назарика, никто не смел высказывать ему своё мнение. Такое случалось временами, когда он играл роль Момона, но даже это угасло после того, как он быстро поднялся в ранге.

— Вы тоже! Если король другой страны умрёт на арене Империи, здесь начнётся ад!

Конечно, подумал Айнз и встретился с взглядом Оска.

— Ну, этого и стоит ожидать. Как вы поступите, Ваше Величество? Ещё не поздно принять совет вашего верного подданного и отказаться от этой затеи.

Айнз пожал плечами. Он понимал беспокойство Айнзака. Ведь это он предложил такой план. Разумеется, он предлагал это, предполагая, что Айнз будет пользоваться магией. Однако, он что, действительно думает, что без магии Айнз настолько слаб?

— Всё будет в порядке. Что важнее, Айнзак, так повышать тон неприлично. Далее, Оск. Мне не совсем понятно, в чём ваша выгода от моей смерти?

Глаза Оска в удивлении расширились. Эта реакция в его исполнении совсем не выглядела милой.

— Похоже, Ваше Величество допускает ошибку. Я ничего с этого не получу. Как и сказал Гильдмастер, для меня это будет скорее обузой.

Похоже, предлагая Айнзу столь невыгодные условия, он не имеет каких-то недобрых мотивов. Скорее всего, дело в его профессионально чутье импресарио.

— …Вот как. Что. ж, будем действовать как и запланировали.

— …Ваше Величество, вы знаете какой-то способ одолеть Чемпиона Арены — превосходящего силой даже Газефа Строноффа — не используя магию?

-..Строноффа, ха. Поистине человек потрясающей силы.

Айнз заметил вспышку удивления на лице Айнака, но не сказал ни слова, вспоминая о погибшем Воине-Капитане.

— Если Чемпион Арены сильнее него, то я, очевидно, должен быть настороже. Однако, под силой Воина-Капитана я имел в виду силу духа, а не мышц. Что же до боевых навыков, то Чемпион Арены, несомненно, сразил бы Строноффа за считанные секунды.

— Понятно. Кстати говоря, я должен дополнить свой ответ на ваш вопрос, Ваше Величество.

Оск поднял обе руки. Обе бугрились мускулами, на них не было ни капли жира.

— Я люблю звон меча о меч и удары кулаков о кулаки. К сожалению, сам я не обладаю талантами бойца, и никакие мои усилия не сделают меня чемпионом. Вот почему я решил создать воина, способного заменить меня, и помочь ему вместо меня одерживать победы.

Оск хихикнул. Сейчас он демонстрировал свою человеческую сторону, а не маску дельца.

Айнзу впервые довелось встретить столь странного человека, хотя он и знал, что фетиши могут разниться от человека к человеку. Иначе говоря, Оск обладает особенно ненормальным фетишем. Айнз создал в своем разуме раздел "Извращенцы" и записал Оска туда.

— Так что я буду очень рад, если натренированный мной Чемпион Арены одолеет вас, Ваше Величество.

— Вот оно что.

Оск и Айнзак удивлённо уставились на Айнза.

Ну что с вами вдруг, спрашивайте если что неясно.

— Что вы так огорошенно смотрите на меня? Если хотите что-то сказать, говорите.

— Нет, нет, мне нечего добавить.

— Не понимаю, какой реакции вы ждали от меня, Оск… Люди поистине загадочные существа. Ну? Если это всё, то вы и правда верите, что я смогу справиться?.. Хм, кстати. Вас действительно так уж обрадует победа надо мной если я не буду использовать магию?

Оск почему-то замешкался с ответом.

— Э, а, ну… Я не очень-то люблю магию…

— Ясно. Тогда давайте пока что оставим этот вопрос.

Оск и Айнзак уставились друг на друга. Ну же, выкладывай, подумал Айнз. Именно так устроен мир бизнеса. Если кто-то, не хотел говорить от чистого сердца, то мог попасть в затруднительное положение.

— Что же, мы раскрыли друг другу свои истинные намерения, поэтому давайте не будем тратить время время на уловки и поговорим о деле. Как вы составите график для сражения с Чемпионом Арены? Если возможно, я бы хотел сделать из этого грандиозное событие.

— Тогда я официально объявлю о поединке с Чемпионом Арены после сегодняшних выступлений. Лучше поступить так. Однако я бы хотел сохранить факт того, что Ваше Величество будет претендентом в секрете вплоть до начала матча.

— Я не вижу причин для этого. Разве это не будет потерей с точки зрения импресарио?

— Логика подсказывает, что король союзной страны, появившийся на арене, это… оя? Если подумать, то я не слышал о приветственной церемонии. Она планируется позже?

Айнз не мог ничего поделать, кроме как отвернуться.

Это плохо.

Айнз был благодарен, что не имел сердца, и затем насильно потряс своим пустым, неживым черепом. А после беспомощно пожал плечами.

— Я прибыл в Империю своими силами. Уважаемый Эль-Никс не знает, что я здесь.

Выражение Оска исчезло. Он должно быть почувствовал что-то неладное. Будучи торговцем, он определённо очень чувствителен к потенциальной прибыли. Другими словами, если бы он с этого ничего не получил, то и не было бы смысла принимать участия.

— Понимаю.

(Ээ?)

— Публичное объявление о поединке Вашего Величества, несомненно, вызовет толки ото всюду. Разумеется личность претендента должна быть засекречена. Тогда, могу ли я предположить, что вы сами разберетесь со всеми последующими проблемами, Ваше Величество?

— Кончено. Предоставьте это мне.

— Я понял. Тогда могу ли я занять ещё немного вашего времени? Я бы хотел завершить подготовку расписания дня матча.

— Он ушёл?

— Да, Господин.

— ответил дворецкий, вернувшийся после того, как вышел проводить Короля-Заклинателя.

— Вот как, — отозвался Оск, и повернулся к горничной, стоящей за спиной дворецкого.

— …Кролик-Головорез.

Мужчина перед ним вопросительно наклонил свою изящную голову.

Да, мужчина. Зайцечеловек был мужчиной, одетым в униформу горничной.

Если верить его объяснениям, он одевался женщиной потому что в таком наряде его недооценивают и не считают угрозой, а также потому, что враги не будут пытаться нанести удар в пах.

Так что, видимо, дело в этих рациональных причинах, а не в личных предпочтениях. Однако, судя по тому, как он делал изящные жесты вроде недавнего даже в обыденной жизни, ему до некоторых пределов нравился этот маскарад.

То, что мысли Оска забрели так далеко, вероятно, означает что он слишком много об этом задумывается.

Его это никаким образом не обременяет, так что нужно просто не обращать внимания.

Далее, что касается его прозвища — "Кролик-Головорез".

Мило выглядящему мужчине оно не шло, но тем не менее он был наёмником, родом из далёкой страны к востоку от Альянса Городов-Государств, знаменитой своими воинскими кланами ассасинов.

Оск заключил с ним контракт и нанял его за умопомрачительную сумму денег. Также ему служили телохранителями команды рабочих и гладиаторов, но никто не получал столько, сколько этот Зайцечеловек.

Его сила соответствовала его жалованью — как минимум, сильнее приключенца орихалкового ранга. С тех самых пор, как Оск нанял его, ему не разу не приходилось сталкиваться с какими-либо проблемами.

— Скажи мне, каково твоё впечатление о Его Величестве Короле-Заклинателе.

У него был и другой талант, помимо первоклассного ассасина.

И этим талантом была способность изучать противника. Опыт долгой жизни в смертельно опасной профессии воина и убийцы позволил ему получить способность оценивать силу соперников.

— Дело очень плохо.

До сих пор он говорил такое лишь об одной персоне — о самом Чемпионе Арены. Иными словами, это вторая личность, которую он не сможет победить.

Между тем, на один ранг ниже была оценка "Дело плохо", которую он дал Четверым Рыцарям Империи.

— Его Величество также и могучий воин?

— Я не уверен. Судя по его походке, он не так уж и силён. Это не движения кого-то, прошедшего обучение воина или убийцы. Скорее, тот его спутник больше похож на воина. И всё же — очень плохо. Просто стоя рядом с ним я с трудом подавлял желание спасаться бегством.

Произнеся это, он развёл руками.

Оска завораживали его кулаки.

Они были круглыми.

Нанеся десятки, а возможно, сотни тысяч ударов по разнообразным твёрдым предметам, он придал своим кулакам эту круглую, шарообразную форму.

Эти руки были вылеплены для битвы.

Оска пробрала дрожь, он ощутил неконтролируемое возбуждение.

— …Куда вы смотрите, извращенец.

— Просто думаю, что у тебя хорошие руки.

Да, Оску очень нравятся его руки, но к сожалению сам Кролик-Головорез его не интересует.

Пол Оска не очень волновал. Однако, своим идеалом он считал воина из Синих Роз Королевства — Гагаран. Разумеется, Королик-Головорез тоже неплох, но он по сравнению с ней чересчур худ. Что же до Чемпиона Арены, то он, наоборот, слишком толст.

— …Так вы не желаете продлевать наш с вами контракт на следующий год?

— Это было бы не слишком приятно! Мало кто может сравниться с тобой… Ну, не считая наследницы Иджании. Упс, мы кажется отвлеклись о темы. Итак…

Оск отвёл глаза от восхитительных кулаков, и поднял взгляд. Кожа Кролика-Головореза покрылась пупырышками.

— Я до сих пор не могу успокоиться. У меня от него невероятно плохое ощущение.

— Так значит, он не особо умелый воин, но крайне опасный противник…

— Он словно ещё один Чемпион Арены.

Оск понимал, что имеет в виду Королик-Головорез. Он говорит про нынешнего Чемпиона Арены.

В этом мире были сильные и слабые расы.

Люди относились к слабым расам, будучи чем-то большим чем мешки с кровью без ночного зрения, без твердых щитков, чтобы защищать их тела или другие особые способности.

Также, были могущественные расы, как Драконы, например. Они были защищены твердой чешуей, изящны и могущественны, с когтями и зубами, которые могли легко разорвать сталь, они обладали пламенным или ледяным дыханием, с крыльями что бы парить в небесах и другими специальными способностями.

Они являються расой, которая была сильна, даже без воинских тренировок.

Кролик Головорез пытался сказать, что Король-Заклинатель принадлежит к такой расе.

У нежити были низкие физические показатели. Это было тем, что Оск знал наверняка. Все же это, казалось, не относиться к Королю-Заклинателю.

— Оск-сама, почему Вы согласились на этот матч? Его Величество знает о Чемпионе Арены, но мы не знаем о его способностях. Я чувствую, что это будет очень неблагоприятный матч.

— …Что? Тебе все еще не понятно?

Кролик Головорез ответил усталым голосом, “Я не думаю об этих бессмысленных вещах — ”

Дворецкий бросил удивленный взгляд на Оска. На это, Оск ответил:

— Разве чемпион бежит от претендентов?

— И это все?

— Это — все. Однако, именно по этому это так важно. Они ведь не пытаются просто поубивать друг друга. Если это — официальный бой, вместе с письменным запросом на матч, этого нельзя избежать. Чемпион Арены будет думать таким же образом.

— Что за идиот-

— Возможно. Однако, это — человек на вас. Однако я чувствую, что Его Величество скорее тот, кто показывает свою истинную силу в сражении, а не во время соревновательного матча. Теперь, подумай о оговоренном поединке и поединке без огранечений насмерть. При таких обстоятельствах, ты бы захотел встретиться с Королем Заклинателем?

— Ни в коем случае. Я бы поджал хвост и сбежал.

Оск смеялся, потому что это был лучший выбор.

— Тогда, следующее. Что ты думаешь о Короле-Заклинателе?

Эта фраза была обращена не к его господину, а к дворецкому, ожидавшему сзади с непроинцаемым лицом.

В прошлом он, возможно, выразил бы свое недовольство тихо, чтобы указать, что это не было надлежащим отношением, которое нанятый человек должен иметь к своему владельцу. Однако, то недовольство исчезло где-то по пути. Возможно, это было потому что Кролик Головорез убивал потенциальных убийц.

— У него очень обаятельная личность.

— Ох-н — Кролик Головорез подумал что это странный ход мыслей.

По всей видимости Айнзака никто не принуждает. Иными словами, Король-Заклинатель, что-то сделал, что позволило ему заручиться поддержкой жителей города, за те несколько месяцев правления городом.

— Вы обратили внимание на то, как царственно он себя держит? И в том, что его сопровождал один лишь Айнзак, и в том, что он согласился не пользоваться магией в бою, всё это излучает гордость сильного. А ещё, он очень умён. В подобных переговорах он словно бы как рыба в воде.

Даже он чувствовал, что это было удивительно.

Оск был торговцем, а Король-Заклинатель относился к нему как к равному. При схожих обстоятельствах, некоторые дворяне хотели бы показать, кто из них выше статусом, не говоря уже о короле.

И это поставило его в тупик.

Если бы он был торговцем в прошлом, это бы все объяснило, но это невозможно. Иными словами, он просто очень искусен в переговорах.

— Если рассматривать его способности, его можно сравнить с нашим Императором.

Конечно, он не изучал его досконально. Просто Король-Заклинатель очень сильно его напугал.

— Нет, я хотел сказать, что он, по крайне мере эквивалентен Кровавому Императору.

Выходит, что как минимум, он равен Величайшему Императору в истории. Какой кошмар.

Оск покачал головой. Он будет парализован размышлениями, если продолжит Конечно, он не хотел смотреть в бездну, под именем Король-Заклинатель. Однако была одна вещь, которую он должен был сейчас сделать.

— ….Я должен проинформировать Чемпиона Арены и с этого момента поддерживать его в отличном состоянии.

— Согласится ли он?

— Он воин. Он не сбежит от схватки.

— Хо~х. Хорошо, Было бы здорово, если он выграет~

В день состязания с Королем-Заклинателем Оск задавал обычные вопросы.

— Как дела?

— Нет проблем. Я в отличной форме.

Ответил ему гигантский монстр.

Это было создание, известное как Тролль, но одно существенное отличие отделяло его от остальных.

Это была аура воина, что окружала его — мантия, которой никто, кроме выживших в бесчисленных напряженных боях, не мог себя укутать.

Что ни говори, этого следовало ожидать. Ведь он был троллем специализирующимся и приспособленным к бою. Он был незаурядной личностью даже среди различных видов троллей, и был известен как Боевой Тролль.

Он был Чемпионом Арены, сильнейшим гладиатором в Колизее.

Оск тепло посмотрел на его тело.

Это правда, что существовало много людей, превосходящих Чемпиона по параметрам чисто боевых уровней (силе). Например, большинство серебряных участников команд искателей приключений. Тем не менее, причина легкой победы Чемпиона над такими людьми очень проста.

Тела Боевых Троллей превосходили человеческие по таким параметрам, как сила, выносливость, или большой радиус атаки, благодаря массивным формам.

Вдобавок, обладаемые расовые способности, которых нет у людей.

Первая — это его кожа. Надетых доспехов поверх его толстой шкуры достаточно, чтобы отразить большинство атак и свести их на нет. Конечно, можно было нацелиться на мягкие подвижные суставы, но его регенерация препятствует любому желающему вывести его из строя таким способом.

Атаки, несомненно смертельные для человека, тролля не убьют. Их поразительная регенеративная способность закрывает раны и это можно побороть только кислотой или огнем.

С этой безмерной биологической силой на его стороне нынешний Чемпион Арены действительно сильнейший в истории Колизея.

Воин, названный сильнейшим, перед глазами человека надевал броню.

Оск нанял адамантовых искателей приключений для сбора компонентов этой брони, и затем, улучшив магией, получил шедевр. Он потратил двадцать процентов своих средств в этот особенный проект. Палица, вылитая из магического сплава, также была сделана схожим методом.

Чемпион Арены надел на себя магические кольца, амулеты, и прочие детали своего облачения.

— Я готов.

Эти слова звучали более грамотно, чем то как он говорил в прошлом.

Каждый раз, наблюдая этот величественный образ, грудь Оска полнилась теплом — это он поднял чемпиона до такого положения.

— Ну тогда, Чемпион Арены, пошли.

Они вместе шли к входу на арену. Это был ритуал, который они всегда выполняли.

Чемпион Арены, молча покинул комнату.

Его молчание объяснялось тем, что он был взволнован и готовился к бою с противником. Обычно где-то посередине схватки, он разочаровывался в способностях своих оппонентов. Как все пройдет на этот раз?

Вдруг, Чемпион Арены остановился как вкопанный.

Оск не припоминал, чтобы такое происходило раньше.

Он начал паниковать из-за этой беспрецедентной ситуации, и поднял глаза, чтобы спросить, что произошло. Чемпион Арены медленно поднял забрало своего шлема, открывая лицо.

— Спасибо тебе…

Звучало, будто он выжимал из себя этот голос.

Оск моргнул.

Это был всего четвёртый раз, как он слышал от Чемпиона слова благодарности. Предыдущие три раза были тогда, когда он передавал Чемпиону его оружие, его доспехи, и когда вывел его на бой против сильнейшего из противников, предыдущего Чемпиона Арены, "Гниющего Волка" Крелво Палантинена.

— Что… что не так, Чемпион?

Его глаза уставились на коридор перед ним.

— Ху, Ху.

Тело Чемпиона Арены вздрогнуло от смеха.

Это было волнение воина.

Именно то во что Оск хотел верить, но похоже дело было не в этом.

— Что он… Что он за соперник? Нет, может, это я — соперник?

— Чт… что?

— Ху, ху… как страшно. Оск, я дрожу от страха.

Oск не мог не засомневаться в своем слухе.

— Это, это должно быть то, что живые существа называют инстинктом. Мои ноги не двигаются… как будто они говорят мне, что если я пойду, то я умру, фу, фу.

Это был не смех. Он просто пытался успокоить дыхание.

— Я слышал, что моим противником будет Король-Заклинатель, и задумался, что это будет за враг… Похоже, сегодня я сполна заплачу за своё высокомерие.

— О чём ты, Чемпион Арены? Какое высокомерие?

— Я силен.

Оск хотел ответить, что Чемпион Арены совершенно прав, но тот продолжил говорить, не дав вставить слово.

— Нет, моя сила — ложь. Она происходит от моих расовых способностей, это не настоящая моя сила. И всё же, очень мало кто может соперничать со мной. В особенности после того, как я выучил воинские навыки, я никогда не пытался оценивать способности и снаряжение врагов, чтобы создать себе преимущество. Я лишь тренировался. Но наконец я встречаю этого врага, и все мои инстинкты кричат бежать прочь. Спасибо тебе. Ты полностью выполнил тот наш договор, который мы заключили при встрече.

— Чемпион… Го Гин.

Он встретил Чемпиона Арены около десяти лет назад.

Тогда появился слух о монстре на окраинах Империи. Этот монстр действовал очень рационально, не убивая тех, кто бросал оружие. Оск заинтересовался, и торопливо отправился на поиски. До его ушей дошли вести, что величайшая сила в Империи, Флюдер Парадайн, отправился уничтожить монстра, и он не хотел опоздать.

Поначалу он испугался. Это естественно. В конце концов, встречавшиеся с монстром люди выживали лишь по воле случая.

Однако, этот тролль, только взглянув на Оска, безразлично фыркнул и развернулся чтобы уйти.

Так что он, забыв страх, спросил:

— Зачем ты делаешь всё это?

Ответ, который он тогда получил, был не настолько внятен, как сейчас, но смысл был примерно таков: "Я тренируюсь, чтобы стать сильнее"

Оск почувствовал, как с его глаз спала пелена.

У Оска была мечта. Мечта взрастить сильного бойца. Непобедимого воина на замену самому себе, лишенному каких-либо бойцовских талантов. Однако, к тому моменту он уже понял, что не обязан ограничивать себя одними лишь людьми. Нет, раз представители иных раз изначально сильнее, то разве не стоит искать сильного — сильнейшего — воина среди них?

Тогда Оск не собирался брать монстра с собой. Он просто искал кого-нибудь, способного стать сильнейшим воином, повелителем арены, Чемпионом.

С той судьбоносной встречи прошло почти десять лет. И теперь он впервые видел, как Чемпион Арены дрожит от страха.

— Чемпион Арены…

В мозгу Оска промелькнуло несколько мыслей. Первая — "Хочешь отказаться от боя?". В подобных схватках всегда присутствует риск гибели, а Оск не может позволить себе потерять его, взращённого им Чемпиона Арены.

Однако, он не мог позволить себе произнести эти слова.

Для сильного чужая забота — всё равно что оскорбление. Насколько Оск знал, такое предолжение может разрушить их дружбу.

Он мог сказать лишь одно.

— Не проиграй, Чемпион.

— Хмф. О чём ты? Я не намерен проигрывать. Все мои соперники чувствовали то же самое. Все выходили на бой против меня, надеясь на победу. Сейчас просто мой черёд.

— Вот, другое дело!

Оск хлопнул Чемпиона Арены по спине.

— Король-Заклинатель — маг, но это было бы слишком скучным боем. Так что я устроил всё так, что никто из вас не сможет пользоваться магией. Такому врагу ты не проиграешь.

— …Магию? Король-Заклинатель согласился на бой даже при таких условиях?

— Именно, и вёл себя так, словно даже не рассматривал вариант своего поражения.

— Хоо…

Чемпион Арены сжал свой напоминающий гигантский молот кулак.

— Сильные часто горды. Мне стоит показать ему глупость подобного отношения.

— Вот это боевой дух! Однако, не теряй бдительности. Король-Заклинатель способен из простого каприза раздавать в дар поразительное оружие. Скорее всего, у него есть магические предметы непредставимой силы.

Запретив использование магических предметов, он скорее всего смог бы ещё больше увеличить шансы Чемпиона Арены. Но это будет слишком большой форой.

— Всё в порядке. Сейчас я мыслю как претендент, вышедший сразиться с чемпионом. Я не буду самоуверен. Я не проиграю из-за того, что буду сражаться не в полную силу.

Чемпион Арены шагнул своей мускулистой ногой, и Оск пустился вслед.

— Скажи, ты обдумал наш прошлый разговор?

Чемпион Арены внезапно остаовился, его лицо исказило отвращение.

— Прошлый… то об этом?

— Да, насчёт твоей жены.

— Ну почему сейчас… Хахаха.

Чемпион Арены рассмеялся, и Оск смущённо нахмурился. Если ты понял, не веди себя так!

— Ну правда, ты что, не мог подбодрить меня как-то иначе? Сколько раз я должен повторять… Если мне понадобится жена, я вернусь в свою деревню. Ты ведь хочешь, чтобы моей партнёршей была человеческая женщина, да? Спасибо, но я воздержусь. Все эти извращения не по мне, точнее, любая людская женщина, что захочет переспать со мной, наверняка будет до невозможности безобразной. Что это за больной фетиш? Кроме того, тебе ведь нужен мой ребёнок, да? У меня не может быть ребёнка от человека.

Человекоподобные расы способны скрещиваться между собой, но дети от брака между человеком и получеловеком бывают лишь в сказках.

— Ну, это так… Тогда, почему бы тебе не привезти свою жену сюда? Если тебе нужно что-то для триумфального возвращения, просто скажи, и я приготовлю это для тебя.

— …Позволь сначала объяснить вот что. Мы, тролли, считаем людей пищей. Моя жена, насколько я знаю, может приняться совершенно спокойно поедать людей.

Оск был бы не против, если она ограничится бесполезными людьми. Однако, он не сказал этого.

— Вот как. Тогда, привези с собой своего ребёнка прежде чем он познает вкус человечины. Если мы будем интенсивно тренировать его, он навернека превзойдёт тебя.

Лицо Чемпиона Арены сморщилось в улыбке.

— Ну, было бы интересно. Хорошо, я обдумаю это как следует.

***

— Ваше Величество, вы действительно можете его победить?

Айнз ответил на вопрос Айнзака всё теми же словами, что и множество раз до того:

— Все будет хорошо.

Тот, кто выходит на заведомо проигрышный бой, либо истинный храбрец, либо безнадёжый глупец. Это не случайная встреча; исход схватки решён ещё на стадии планирования.

Аинз прокрутил все чему научился в своей голове.

Если уровень Чемпиона Арены не превышает уровень Гиганта Востока, то Айнз наверняка победит. Впрочем, если он на том же уровне что Газеф, то с учётом расовых и классовых уровней Чемпион Арены представляет из себя весьма непростого противника.

Однако…

"Ну, для начала, то был весьма подлый ход. Я даже попросил помощи Флюдера после этого"

Айнз был совершенно неуязвим перед слабыми атаками. Он сомневался, что Чемпиону Арены будет под силу пробить такую защиту. Так что Айнз отключил эту свою способность.

Его победа теперь не гарантирована.

На том поле боя магия Айнза уничтожила свыше ста тысяч человек. В ИГГДРАСИЛе количество очков опыта уменьшалось в зависимости от разницы в уровнях противников, до минимума в одно очко. Иными словами, он должен был получить 100 000 очков опыта. Вместе с тем опытом, что он набрал с момента переноса в новый мир, этого должно было хватить на поднятие уровня. Однако, Айнз не чувствовал, что получил новый уровень, и не наблюдал ничего, что говорило бы об этом.

А значит, Айнз, как и ожидалось, не может стать сильнее.

И всё же — нельзя успокаиваться на этом.

Если уровень 100 — это предел, то ничего не поделаешь. Однако, он должен в полную силу использовать свои сто уровней, и отточить свои навыки. Если Айнз поверит, что сильнее всех и будет почивать на лаврах, однажды может появиться кто-то, кто превзойдёт его.

Айнз знал, что будучи магом обладает некоторой силой. Навыки и способности, известные ему с ИГГДРАСИЛя, здесь также работали. Однако, в ИГГДРАСИЛе он никогда не действовал в роли бойца ближнего боя.

"Из схватки с той женщиной я вынес многое"

Он не чувствовал к ней ничего, кроме признательности за то что она показала как слаб он был в ближнем бое.

Тот бой зажег в Аинзе желание улучшить его навыки владения холодным оружием. И сейчас он был уверен, что в статах, навыках и тактике вполне соответствует воину 33 уровня.

Аинз с нетерпением жаждал битвы с Чемпионом Арены, которая станет тому доказательством.

Аинз посмотрел на свою шею.

Он больше не может позволить себе носить это. В бою против рабочих он не почувствовал, что заработал особо много опыта или выучил какие-нибудь приёмы. Честно говоря, это казалось просто тратой сил.

Задумавшись об этом, Айнз вспомнил о более насущной проблеме.

"А-а… Зиркниф тоже будет смотреть на схватку, да? Почему он здесь? Я только что проверял, и его не было. Похоже, моё нелегальное пересечение границы будет раскрыто… Ну, думаю, можно будет просто извиниться. Если он решит раздуть скандал, я просто спрошу его, получал ли он разрешение Королевства когда приезжал в Назарик, и дело с концом… Наверное, надо будет пойти поздороваться. Иначе есть риск уронить себя в его глазах"

— Ваше, Ваше Величество, пора выходить, — в комнату, чтобы оповестить Айнза, вошёл служащий арены.

Они встречались уже несколько раз, но этот человек замирал каждый раз при виде истинного облика Айза.

Может, мне сражаться в маске? — задумался Айнз, но ему дали разрешение произнести речь после победы над Чемпионом Арены. Насколько он знал, среди зрителей могут найтись те, кто захотел бы стать приключенцами в Колдовском Королевстве. А раз так, лучше действовать открыто и без обмана.

Все, что он мог сделать, это доверять своему выбору.

Аинз медленно шагнул вперед.

Обычно, более сильный противник должен выйти позже. Тем не мнение Аинз был претендентом на этой арене и по этому бы ниже по рангу. Таким образом он был обязан войти первым. Конечно, Аинз считал это естественным и не поставил этого под вопрос.

Аинз улыбнулся очень взволнованному на вид Аинзаку.

Казалось странным то, что он был более взволнован, чем тот, кто собирался сражаться сам.

— Не заставляй меня повторять, Айнзак. Я не проиграю.

Поприветствовав Зиркнифа, Аинз вернулся на арену.

Он обещал не использовать магию во время боя, но схватка еще не началась. Конечно, его противник не обидится за что-то подобное.

"Он не казался слишком зол, несмотря на то, что я пересек границу незаконно.

Желает ли он впоследствии пожаловаться. Или же он думал, что я прибыл подобающим образом? Если бы это было так, они могли бы в конечном счете подготовить какой-то прием для меня, или, может быть, я слишком зациклился…Будет ли он рассержен, потому что я сразу обратился к нему, как к Зиркнифу?"

Аинза терзали его мысли, потому он отвел глаза в сторону входа, который теперь был перед ним.

Чемпион Арены ещё не появился.

(Затем…)

Аинз оглядел зрителей на арене

Мертвая тишина правила сценой. Даже малейшее движение было отчетливо слышно.

(Возможно тут следует пояснить… Люди, это не маска,)

Айнз ощущал своё гладкое и блестящее лицо. Любой, кто осмеливался смотреть на это лицо невозмутимо — должен быть достаточно храбрым..

(Из-за этого, моя популярность будет расти и я получу заинтересованную аудиторию.)

В то время как его целью не был рост популярности, всё же было лучше, чтобы она росла. Плюс ко всему, если он в конечном итоге станет причиной повышения всеобщего мнения о нежити, была вероятность того, что возможно улучшится и мнение о Колдовском Королевстве, которому подконтрольно множество нежити.

Аинз взял посох в руку.

Как заклинатель, Аинз был очень ограничен в выборе оружия, в основном это посох и кинжалы. И на этот раз он выбрал своим оружием посох для физических атак. Это было оружие, которое он создал как прототип в игре Игдрасиль, но всё закончилось тем, что он так его и не использовал. Так как это оружие было создано давным-давно, то оно не было очень мощным. Теперешний Аинз, вероятно мог создать оружие намного лучше.

Однако, Аинз решил поменять свой выбор.

После изучения разницы в силе между собой и Чемпионом Арены, Аинз решил бороться с ним его настоящим оружием, чтобы увидеть, эту разницу.

Это была глупая и непростительная небрежная ошибка Сузуки Сатору как игрока Игдрасиля. Если бы его друзья видели, как он облажался, то они наверняка осудили бы его, сказав что-то вроде “Не надо так~”

Тем не менее, он уже узнал все волшебные предметы Чемпиона Арены благодаря Флюдеру. Таким образом, он использовал эту неблагоприятную ситуацию в качестве тренировки.

Он не хотел показывать игру в одни ворота. Аинз желал достойного поединка.

— Дамы и господа! У северного входа! Чемпион! Арены!

В отличие от того, как они поприветсвовали его, по всей арене раздались аплодисменты. Аинз услышал голос Зиркнифа из VIP-комнаты, где он показался ранее. Человек кричал, как будто хотел надорвать голос.

"…Похоже, он очень взволнован. Неужели Зиркниф такой сильный фанат Чемпиона Арены? Король арены, возможно, идол своего вида, наверно это нормальная реакция? Так же было в ИГГДРАСИЛЕ, — сильные бойцы в ПВП матчах были очень популярны."

Вспоминая свои дни в ИГГДРАСИЛЕ, Аинз даже немного посочувствовал Зиркнифу.

"Он будет в шоке, когда я выиграю. будучи фанатом команды, которая проиграла…"

Это отяготило его сердце, но он не мог сдать этот поединок.

С противоположного входа появилась массивная тень.

Он думал, что аплодисменты уже не могут звучать еще громче, но сейчас они звучали как будто взорвавшись.

Честно говоря, он хотел, чтобы часть аплодисментов была адресована и ему, но он просто должен победить своими собственными силами.

В ИГГДРАСИЛЕ, поддержка зрителей медленно перейдет к претенденту, если он хорошо выступит. Другими словами, если Аинз хорошо покажет себя против Чемпиона Арены, все больше и больше людей начнут поддерживать Аинза.

Так что, похоже, в таких условия, когда нет какой-либо поддержки от зрителей, довольно тяжело рекламировать себя?

Он не спеша рассматривал Чемпиона Арены.

Он был одет в полный латный доспех и нес гигантскую палицу.

Смотря на гигантскую крепость перед ним, глаза Аинза, мерцающие красным огнем в пустых глазницах черепа — уменьшились до размера точек.

"Хм… он выглядит так же, как и в описании. В таком случае… нет, это было бы безрассудно. Я должен быть осторожен."

По информации предоставленной Флюдером, у него нет никакой особо смертоносной экипировки.

Однако, в ИГГДРАСИЛЕ, некоторые игроки подготавливали набор внешне одинаковой экипировки, которая была оборудована совершенно разными кристаллами данных. В пвп боях, маленькие хитрости, повышали шансы на победу. Хотя запасная экипировка была обычно слабее, основной, но была способна удивить противника, эффектами, которых противник мог от неё не ожидать.

Он не мог гарантировать, что Чемпион Арены не поступил также.

Приняв это во внимание, Аинз продолжил изучать Чемпиона Арены.

Он слышал о нем раньше, но смотря на него, он подумал — Неудивительно.

Вероятно, вот, что имелось ввиду под высказыванием "Лучше один раз увидеть". Со слов Флюдера, существо под доспехами очень похоже на Боевого Тролля (Гиганта Востока), которого он превратил в зомби, но вокруг Чемпиона Арены была совершенно другая атмосфера.

Кто-то мог сказать что это было похоже на различие между одомашненной свиньей и кабаном.

— Это…интересно…Интересно?

Аинз наморщил свои брови в его собственном волнении. Он чувствовал то же самое, что и тогда; это будет хороший бой. Возможно, он становился помешался на сражениях, учитывая то что он наслаждался боем.

Это не было хорошим знаком.

Расстояние между ними сужалось. Его противник заговорил первым.

— Я — Боевой Тролль, Го Гин, известный как Чемпион Арены.

— Я — Аинз выставил грудь. — Король-Заклинатель, Аинз Оал Гоун, нежить высшего ранга, Повелитель.

— Понятно. Тогда давайте выложимся на полную вовремя нашей битвы.

— О-ва?

Аинз был немного удивлен.

Было две вещи, в которых он сомневался, и он решил начать с той которая волновала его больше.

— Разве ты не собираешься высмеивать мое имя?

— Зачем?

— Почему ты спрашиваешь …?

Аинз наклонил свою голову голову задавая ответный вопрос. Так будто возвращал его.

— Я, кажется, припоминаю, — длинные имена что-то значат для тебя?

— Ясно. Кажется вы действительно хорошо понимаете мой вид, Ваше Величество. Действительно, мой вид полагает, что те кто носят короткие имена сильны. Однако я много лет жил в этой стране. В течение того времени я узнал, что люди берут длинные имена. Поэтому я не высмею такие вещи. Кроме того, я ощущаю, что вы сильно гордитесь этим именем, Ваше Величество. Оскорбление имен сильного позор для воина.

— Действительно …, видимо, теперь я должен пересмотреть свое мнение о Боевых Тролях.

— Фу-ха-ха-ха. В этом нет нужды. Я скорее исключение. Кроме того, у различных видов есть особи с различными мнениями. Вот и все.

— … Ха-ха-ха-ха! Действительно. Ты мне нравишься, Чемпион Арены …, Если я выиграю, то как насчет того что бы я забрал тебя?

Аинз вытянул свою правую руку.

Хотя он отклонял подобные предложения, существующие обстоятельства отличались. Чемпион Арены обдумал этот вопрос и ответил:

— … Хорошо. Если я проиграю, то я стану вашим подчиненным. Но если выиграю я?

— Ну, это — занимательный вопрос. Чего ты хочешь? Назовите свое желание.

— Тогда я получу вас, Ваше Величество.

— …Ха?

— До этого момента я не сталкивался ни с кем, кого стоит убить ради еды. Но если я могу съесть вас, того кто более силен, чем я, то получу вашу силу, Ваше Величество.

Аинз успокоился немного. Он слышал лекцию от гильдмастера о культуре каннибалов. Хотя они поедали людей, их цель совпадала с целью Чемпиона Арены, получить силу души врага. Были также другие причины для этого, например сексуальные фетиши и так далее.

(По крайней мере, это не сексуальное влечение. Я не проиграл бы от этого, но чувствовал бы себя действительно униженным, если бы кто-то смотрел на меня так во время схватки.)

— Хорошо. В конце концов, право решать умрет опонент или нет принадлежит победителю. Поэтому, даже если я убью тебя, ты не должен противиться воскрешению.

Аинз вышел вперед. Чемпион Арены немедленно стал в стойку, но он тут же расслабился.

Аинз подошёл с вытянутой правой рукой. Чемпион Арены возвратил жест, вытянув его собственную крупную правую руку.

Это было не было похоже на рукопожатие, Чемпион Арены, будто хотел забрать себе его руку. Одобрительные возгласы доносились из аудитории.

— Теперь у меня есть еще один вопрос. Почему ты уважительно обращаешся ко мне?

Поведение Чемпиона Арены не походило на действия текущего чемпиона приветствующего претендента.

— Это правильно, обращаться к сильному с уважением.

— Понимаю … Хорошо, я уяснил. Это — все что я хотел спросить. Давай начнем. Как далеко друг от друга мы должны быть? Расстояние как сейчас — приблизительно десять метров? Я буду стараться соблюдать правила этой арены.

— Нет никаких правил о расстоянии, но это не имеет значения. Вы скоро будете на расстоянии удара.

— Это называется гандикап, гандикап.

Чемпион Арены ничего не сказал, но кивнул, чтобы показать, что он понял.

Его лица не было видно, но дыхание и действия выглядели очень спокойными.

Он разгадал эту попытку провокации, или этого недостаточно, чтобы вывести его из себя?

Айнз мысленно цокнул языком.

Что за проблемный соперник. Если бы он поддавался эмоциям, это можно было бы использовать, но смотреть свысока на бдительного врага, пусть он и ниже уровнем, не стоит.

Чемпион Арены отвернулся от Айнза и пошёл прочь.

Отойдя примерно на десять метров, он повернулся снова.

— Итак, начнём с ударом колокола, Ваше Величество.

— Верно… Скажи, Чемпион Арены, мне раньше приходилось сражаться с троллями, а приходилось ли тебе биться с кем-то вроде меня?

— С Повелителями? Нет, не приходилось. Я никогда даже не слышал о подобной разновидности нежити.

— Вот как… Ну, всё в порядке. Ты бы не стоял тут, встретив кого-то подобного мне. Владыки — высшие из нежити… Да, а приходилось ли тебе сражаться против нежити?

— Нет, никогда. Вся та нежить, что мне приводили, не имела и шанса против меня.

— Ну вот… Тогда мне нет смысла говорить "Я не такой как вся та нежить, что ты побеждал. Я в десятки раз сильнее любого Старшего Лича"… Какая жалость.

Чемпион Арены хмыкнул.

Айнз пожал плечами, и поднял свой посох, держа его словно двуручный меч. Айнзак наверняка смотрит, но он никогда не видел Момона в бою, так что проблем быть не должно.

Чемпион Арены тоже поднял свою гигантскую палицу.

Раздался удар колокола.

Айнза тут же накрыла гигантская тень.

"Чёрт, какой быстрый!"

То была тень опускающейся дубины.

Заблокировать удар посохом… — Айнз собирался так сделать, но тут же отбросил эту мысль. Пока он недостаточно хорошо знает противника, так что лучше постараться избежать такого, явно невероятно мощного удара.

Не заботясь о риске потерять равновесие Айнз бросился в сторону.

Он на волосок избежал удара. Палица с громоподобным, отдавшимся по арене эхом ударом врезалась в землю. Поднялась пыль, словно дым после взрыва.

Опасаясь дальнейших ударов Айнз отступил ещё на несколько шагов.

По мере того, как пыль опускалась, в облаке начала проявляться тень Чемпиона Арены с палицей в руке.

Зрители разразились оглушительными воплями.

"Это был боевой навык? И всё же… впечатляюще"

Он отчётливо слышал, как среди душераздирающих воплей раздаются крики Зиркнифа "Давай! Бей его! Он же прямо перед тобой!" и прочие ребяческие выкрики.

Айнз не удержался от смешка, слыша эти совершенно несвойственные Зиркнифу возгласы. Подглядывая за ним в Имперской Столице он и представить не мог, что Зиркниф может так себя вести.

"…Он неожиданно занимательный парень…"

Зиркниф быстро вырос в глазах Айнза. Поначалу, Айнз считал его идеальным Императором, воплощением величия. Однако, видя как тот страстно поддерживает бойцов, он чувствовал, что сможет с ним прекрасно подружиться. Айнз ощутил в Императоре родственную душу.

Он снова посмотрел на Чемпиона Арены.

Тот стоял, указывая на Айнза своей гигантской палицей, словно показывая, что перехватит любые атаки, и пустится в погоню, если Айнз отступит. Стойка словно приковывала врага к земле.

Эта оборонительная стойка позволяла полностью использовать длину оружия, практически превращая его в щит.

Честно говоря, Айнз понятия не имел как пробиться сквозь такую оборону.

"Это… может быть непросто. Похоже, невозможность использовать магию против равного противника сильно осложняет дело. Ну, я ведь заклинатель, в конце концов…"

Раз так, остаётся лишь одно.

— Ну? Ты будешь нападать? Или собрался прятаться как черепаха?

— Ваше Величество, я не намерен поступать неосмотрительно. Пусть правила и запрещают вам пользоваться магией, но сам факт того, что вам удалось увернуться от моего удара, заставляет относиться к вам с опаской.

— То есть, ты предлагаешь мне нападать? Тогда, может чуть отодвинешь в сторону эту свою палицу? Она несколько мешает нанести удар.

Чемпион Арены не ответил. Он не отрываясь следил за Айнзом сквозь прорезь забрала.

— Что ж… Раз так, позволь-ка.

Айнз с силой опустил посох на конец палицы. Чемпион Арены, крякнув, не удержал оружие, и палица ударилась о землю.

Отдача должна была передаться в руки Чемпиона Арены, и вызвать онемение. Айнз же был не подвержен подобным биологическим эффектам.

Он моментально сблизился с противником.

Айнз послал мысленную команду своему посоху, и тот вспыхнул огнём. Точнее, посох просто окружил слой пламени. Само по себе это пламя не обладало атакующей способностью. Однако, Айнз почувствовал, что Чемпион Арены переключил внимание на посох.

"Верно. Вы, тролли, умеете регенерировать. А значит, для вас совершенное естественно первым делом обращать внимание на оружие, способное нейтрализовать эту способность — оружие, наносящее огненный или кислотный урон. Однако, это роковая ошибка"

Айнз коснулся доспехов Чемпиона Арены пустой левой рукой. Тот тут же дёрнулся, словно от удара молнии, и не думая взмахнул палицей.

— Кх!..

Айнз не сумел увернуться. Палица с треском врезалась в него, и отбросила далеко в сторону. Он отключил свой Высший Физический Иммунитет, и обладал уязвимостью к дробящим атакам, так что удар нанёс много урона. Тело Айнза отлетело на несколько, нет, более чем на 10 метров, словно мяч по которому попали битой.

Он ударился оземь и покатился кубарем.

Зрители разразились громоподобными криками восторга.

Айнз, катясь по земле, услышал радостные вопли Зиркнифа, и его тёплые чувства к Императору стремительно угасли.

"Проклятье, но мы же союзники, разве нет? Разве не стоит проявить хоть каплю сострадания, когда король союзной страны распростёрт на земле, а?"

Айнз, хотя и получив урон, не чувствовал боли. Лёжа на земле, он посмотрел на Чемпиона Арены.

Тот не пытался развить своё преимущество.

Крики восторга постепенно стихли, сменившись смутным гулом беспокойства. Почему Чемпион Арены не продолжает атаку? Нет, почему он согнулся? Что сдерживает его движения?

Айнз ловко вскочил на ноги и отряхнулся. Его, похоже, совсем не волновало, что он только что был отправлен в полёт.

Чемпион Арены же, наоборот, двигался крайне медленно.

Айнз хихикнул.

Всё прошло наилучшим образом.

Под шум трибун Айнз вернулся на прежнюю позицию. Чемпион Арены спросил с сомнением в голосе:

— Ч-что это? Яд… нет, что это?

— Я не нарушал правила. Правила состязания не нарушены. Тем не менее, это далеко за пределами слова «яд». Мое прикосновение может влить негативную энергию в тело противника. Однако регенерация тролля должна излечить это.

Аинз сделал тот же жест, который он использовал коснувшись Чемпиона Арены, зажал и разжал кулак.

— Однако у меня есть и другая способность. Я могу нанести урон способностям противника, просто коснувшись его. Таким образом, ваша сила и ловкость понизились. Я не думаю, что ты можешь восстановить их с помощью исцеления?

Из того, что знал Аинз, о регенерации Троллей, они могут залечить только физические повреждения, но не ослабление организма.

— Другими словами, Чемпион Арены, чем больше я касаюсь тебя, тем сильнее твои статы падают, пока не закончатся, и ты станешь похож на гусеницу, которая не может двигаться.

Естественно, это была ложь.

Он мог наложить штрафы на врага, что было правдой, но у этого был предел. Он не мог свести статистику к нулю. Конечно, его противник не мог об этом знать.

Впрочем, были и другие виды нежити с подобными способностями, так что он не может точно знать, что его оппоненту на самом деле известно. Он может блефовать, говоря, что он не сражался с подобной нежитью, и он может что-нибудь о них знать.

Поэтому Аинз открыто заявил, название своего вида.

Владыки — очень мощный вид нежити, о котором ты ничего не знаешь. После того, как он оставил такое впечатление в сознании Чемпиона Арены, он будет чувствовать, что сила Аинза загадочна и непостижима. Аинз упомянул, что он самого высокого ранга и еще много чего, чтобы еще больше усилить его тревогу.

Самое главное то, что он дал Чемпиону Арены необоснованное пояснение. Это должно было еще сильнее запутать его.

"Вообще говоря, все войны основаны на обмане."

Аинз спокойно изучали Чемпиона Арены, который, кажется, не оправился от его способности.

Это было нужно, чтобы понять, блефует ли Чемпион Арены, своими движениями.

Он может еще раз наложить на него штраф, но Аинз решил не делать этого, чтобы не совершить роковую ошибку. Чемпион Арены может иметь талант, или какие-нибудь другие скрытые способности, о которых Аинзу ничего не известно.

В открытом бою, одного противника, можно просто затоптать, если существует огромная разница в силе.

— ….Знаешь, нанесенные тебе штрафы не исчезнут со временем. Я буду уменьшать твою стату по крупице, пока не нанесу добивающий удар этим посохом, понятно? Ну если, да, то продолжимю

Аинз шагнул вперед, и Чемпион Арены медленно встал в стойкую

Он не мог видеть лица Чемпиона Арены из-за его шлема. Он посмеивается или беспокоится?

"Второе, надеюсь…"

Айнз пошевелил свободной левой рукой. Чемпион Арены в ответ дёрнулся. Он, должно быть, очень опасается её.

Он наверняка думает, что опасаться стоит лишь левой ладони Айнза.

Попался. Во время своих экспериментов Айнз обнаружил, что может производить атаки касанием любой частью тела. Даже боднув головой, если ему будет угодно.

Айнз наступал, Чемпион Арены попятился.

Айнз холодно рассмеялся.

По их движениям зрители наверняка видят, у кого преимущество.

"Ты знаешь, какова разница между нами, Чемпион Арены? Конечно, ты, может, лучший воин чем я. Но есть кое-какое решающее отличие"

Главным отличием между Айнзом и Чемпионом Арены является количество очков здоровья.

Айнз обладает здоровьем персонажа сотого уровня. Даже если они оба, забыв о защите, примутся обмениваться ударами, Айнз выйдет победителем.

Однако, боевые навыки, атаки, о которых Айнз ничего не знает, могут явиться проблемой.

— Я наложил на себя ещё одно ограничение, помимо использования магии. Оно касается магических предметов. Я не буду использовать их в бою с тобой — иными словами, ограничение на снаряжение. И всё же, все шансы по-прежнему на моей стороне.

Аинз обладал многочисленными магическими предметы из своего времени в Иггдрасиль. Каждый из них был несравненным сокровищем в этом мире. Таким образом, если бы Аинз их использовал, он мог бы легко выиграть свою битву с Чемпионом Арены. Однако Аинз не чувствовал, что такой способ правильный.

Поэтому Аинз использовал предметы низкого уровня.

— Я ограничил себя оружием, которое кто-то вашего уровня может иметь. С другой стороны, я считаю, что это отличная возможность опробовать новое приобретение.

Аинз вонзил посох в землю и снял два из четырех стилета крепившихся на его талии. Плотно сжал их.

— Давайте проверим это оружие, позаимствованное мной у Момона.

Чемпион Арены, вероятно, не понимал болтовню Аинза. Впрочем Аинз не имел ни малейшего намерения просвещать его. Он просто разговаривал сам с собой.

— Тогда — вот я иду.

Аинз не мог имитировать эту странную позицию — начинающуюся с приседания. Тем не менее, на практике, он научился работать аналогичным образом. Он, двинулся подобно стреле, на ослабленного Чемпиона Арены.

Расстояние было совсем небольшим. Тем не менее, даже в кратком открытии перед атакой своего противника, палица Чемпиона Арены пронеслась на него. Удар был замедлен, потому что его силу подрывали штрафы, но это был удар, который должен был достигнуть цели.

Аинз не мог уклоняться так же великолепно, как та женщина. Тем не менее, Ему было под силу то, что она не могла.

Он использовал способность, и движения Чемпиона Арены задержались на мгновение.

Аинз сократил разрыв между ними и нанес удар стилетом, целясь в плечо. Этот удар, нанесенный в полную силу, помноженный на скорость бега, был похож на выстрел из лука.

Когда она ударила его тогда, ей удалось повредить магически созданную броню Аинза, которая превосходила по прочности адамант. Этот удар был на том же уровне, стилет пронзил броню и скрылся, проникая тело Чемпиона Арены.

Тем не менее, в тот момент

"Усиленное сопротивление", "Великое усилненное сопротивление"!

Чемпион Арены активировал боевые навыки.

Словно что-то внутри тела оттолкнуло конец стилета.

(Прим. Переводчика Прапор определённо)

Удивительным был факт, что удар Аинза в полную силу нанес лишь небольшой вред — царапину… С регенерацией троллей, такого рода повреждения заживают в течение нескольких секунд.

Чемпион Арены должен был на этом успокоиться. Палица двигалась в сторону Аинза все еще очень быстро, и он только получил царапину от полноценной атаки Аинза. Можно сказать, что победа была в руках Чемпиона Арены.

Однако, сказать это было бы очень глупым делом.

— Активация.

— Гох! Гоу Aaaaaaaaх!!!

Он выпустил заклинание, высвобождая "Огненный шар" которые добавил в оружие Флюдер, в месте удара Чемпион Арены ощутил свое тело горящим изнутри. Аинз решил вонзить другой стилет в противоположное плечо, но удар не был достаточно силен, и броня отклонила его.

Когда Аинз собрался прицелиться в щель в его броне, Аинз почувствовал движение от Чемпиона Арены и бросился в сторону, не глядя.

Штормовой ветер подул из-за него. Должно быть давление ветра из этой палицы.

Отбежав приблизительно на 10 метров, Аинз повернул обратно.

Чемпион Арены схватился за плечо рукой, держащей палицу. Его другая рука болталась под ним, вероятно, неподвижна. Заклинание Флюдера было слишком сильным. Возможно, он должен был попросить более слабого мага усилить его с помощью магии.

После осознания отчаянного положения Чемпиона Арены, толпа заголосила в симпатии.

Аинз осмотрел арену.

Независимо от того, куда он смотрел, он не мог увидеть, тех, кто болел за него.

(Как странно… В Иггдрасиль, это не было бы необычно для кого-то, начать болеть за меня сейчас… Я предполагаю, что на выездных матчах с этим трудно.)

Ничего не поделаешь. Я думаю, мне придется отказаться от плана покорения сердец зрителей. И так… пришло время умереть, Чемпион Арены.

Аинз спрятал стилет, чей заряд был израсходован и достал еще один. Этом стилет был усилен заклинанием кислотной атаки 3-го уровня. Он подготовил это в случае если у Чемпиона Арены окажется иммунитет к повреждениям огнём.

Конечно, Чемпион Арены казалось, пострадал от этого огненного заклинания, но это могло быть сознательным действием. Восстанавливающие монстры не могли полностью противостоять атакам, которые отключают их регенерацию, но так было только в Иггдрасиле.

Он знал, что это может быть возможно в этом мире.

Если бы это было так, его планом было убить его, активизируя свое умение, когда зрители — когда всякий — мог увидеть, что победа была предрешена.

— Если ты признаешь свое поражение… я пощажу тебя.

— Нет… Ваше Величество. Нет… пока нет. Пока я Чемпион Арены. Я все еще король этой арены. Я буду сопротивляться, пока не умру.

— Тогда, сними шлем и позвольте мне увидеть твое лицо.

Это было удивительное требование, но Чемпион Арены согласился, и показал свое лицо.

Пот катился по его лбу, и его лицо было искажено, наверно от сильной боли. Тем не менее, в его глазах отражалась великая сила.

— Эти добрые глаза. Они напоминают мне о Газефе Стронофе.

— Спасибо. Похвала от такого могучего существа как вы, заставляет меня радоваться.

— …Скажи мне. Есть ли у тебя методы, которые помогут победить меня? Есть ли у тебя какие-нибудь идеи, которые позволят переломить ситуацию?

— Нет, нету. Но даже так, я все еще хочу драться.

Это были очень честные слова.

Аинз устыдился своих хитростей, которые он применил во время боя. Но эти методы, позволили ему закончить этот матч.

Так как его соперник дрался всерьез, Аинз обязан был бороться всеми разрешенными ему методами.

Чемпион Арены, шёл прямо на Аинза, казалось, его глаза сияли.

— Чтобы Стражи подумали о свете в этих глазах….

Однако он знал, что они считали достойным лишь презрения любое существо, которое было не из Назарика. Если бы это было так — тревога и одиночество заполнили Аинза.

Аинз отверг эти эмоции, и медленно поднимал свои стилеты.

Чемпион Арены вытер пот предплечьем и обратно надел шлем.

— Нападай, Чемпион Арены.

— Гоооххххххх!

С ревом его огромное тело начало движение в сторону Аинза

Он был быстрее, чем раньше. Возможно, он активировал боевой навык.

Эта невероятная скорость и это огромное тело. Оба фактора объединились, чтобы произвести непреодолимое чувство давления, которое заставило застыть любого противника на месте. Нет, это относилось бы к нормальным людям, но нежить была неуязвима для таких ментальных эффектов.

Аинз со спокойным видом изучал Чемпиона Арены.

Он был быстр — но это было все.

Он терял баланс, вероятно потому что плечо, которое поразил стилет, было неспособно двигаться.

"Хуже, чем в тот раз."

Что более важно -

"Ты знаешь правду, как я замедлил тебя? Если ты не знаешь, это будет концом для тебя, разве нет?"

Айнз активировал ту же способность, что до этого.

[Аура отчаяния I (Страх)]

Эта способность имела пять эффектов.

Первый был — Страх.

Второй — Паника.

Третий — Смятение.

Четвертый — Безумие.

И Пятый — Мгновенная Смерть.

Страх — отсылка к ненормальному состоянию — быть напуганным, которое накладывает штраф на все действия.

Паника была более серьезной версией страха, обусловленная наложением дополнительных эффектов страха друг на друга. Любой попавший в это состояние хотел бы сбежать от пользователя данной способности, во что бы то ни стало — другими словами, они не смогут принимать какие-либо боевые действия, против этой личности.

Замешательство являлось тем, что подразумевалось из самого названия.

Без каких-либо мер по восстановлению, цель будет находиться в состоянии растерянности.

Безумие, — было чрезвычайно сильным раздражающим состоянием. Такое положение являлось постоянной версией Замешательства. Оно не могло быть удалено без магии третьих лиц.

И само собой разумеется, что Мгновенная Смерть, — вызывает смерть.

Эффекты менялись как только оный уровень возрастал.

Айнз первым использовал эффект страха, и затем чуть позже отменил его в тот же миг. Поступая таким образом, был бы момент, когда одни действия — воображаемые, не совпадали с другими — реальными принятыми действиями, и таким образом, тело будет чувствовать себя, как если бы оно было парализовано.

Однако, Чемпион Арены, должно быть, предвидел это, и попытался атаковать в лоб. Даже когда тело перестало слушаться разума, он всё же взмахнул палицей.

Учитывая соединённые пенальти от прикосновения Айнза и ауры Страха, увернуться от удара должно было быть легче лёгкого. Однако…

- [Мощный Удар], [Божественный Навык Единичная Вспышка]!

Айнзу показалось, что он увидел вспышку света.

Он тут же почувствовал боль — тут же подавленнуя до терпимого уровня — и ощущение полёта.

- [Ускорение Потока]!

Сверху пришёл тупой удар, вслед за ним, тут же — взрыв боли.

Пусть и на мгновение дезориентированный, Айнз быстро пришёл в себя.

Вероятно, это была комбинация из двух ударов. Первый подбросил Айнза в воздух, второй вбил в землю.

Сузуки Сатору, вероятно, не смог бы понять, что произошло, и впал бы в замешательство. Однако, Айнз Оал Гоун обладал иммунитетом к подобным негативным эффектам.

Айнз знал, что распростёрт на земле, и что на него опускается палица.

— Кхе!

Он скользнул в сторону за мгновение до удара. Возоможно, это был эффект боевого навыка, но удар через землю отдался в теле Айнза.

Однако, никакого дополнительного урона это не нанесло.

Когда Айнз отпрыгнул, зарывшаяся в землю палица взлетела вверх. Это взрывшее землю движение словно говорило: "Вот тебе и конец"

Айнз в оставшуюся долю секунды принял решение блокировать стилетом, и удар снова отправил его в полёт. Со стороны трибун раздались крики восторга, но Чемпион Арены лишь горько чертыхнулся. Он надеялся, что эта серия атак прикончит Айнза.

Пролетев несколько метров и несколько раз перекувырнувшись, Айнз быстро встал на ноги и пробормотал под нос:

— Нет идей чтобы переломить ситуацию? Он обманул меня. Пунитто Моэ наверняка отругал бы меня за такое.

Как и Айнз, Чемпион Арены берёг свою козырную карту — свои боевые навыки — до последнего. Это доказывало, что он первоклассный воин.

Айнз вложил один из стилетов в ножны, освобождая руку.

Его высокомерие и поспешность в желании одержать победу стоили ему тяжелого удара, нет даже двух. Пришло время отказаться от наивного мышления. Он снизит статы противника и предрешит исход схватки до её окончания.

" Как шумно… "

Выкрики с трибун слишком раздражали. Только что они причитали, теперь же — радуются. Особенно-

" — Ты! Зиркниф! Что ещё значит "-Прикончи его"!? Ах, ну в самом деле…"

Аинз начал аккуратно двигаться. Он не был серьезно ранен, но поплатился болью за свою беспечность и теперь не допустит подобной ошибки.

" И все же, я не понимаю эти боевые навыки. Они не существовали в ИГГДРАСИЛе… кто-то разработал их чтобы противостоять игрокам? Или я просто выдумываю? Подождите ка, этот навык вроде как должен увеличивать скорость атаки. Он, скорее всего, использует его снова, так что лучше приготовиться страдать, да?

Аинз вошел в предел досягаемости оружия Чемпиона Арены и тот замахнулся для удара. Однако, Аинз не стал уклоняться.

Он продвигался, принимая на себя все атаки Чемпиона.

Боль захлестнула его и все же он мог продолжать из за огромной разницы в их HP. Все было в порядке. К тому же, боль подавлялась благодаря его телу нежити, поэтому он мог терпеть агонию, которую ни одно живое создание не сможет перенести.

Таким образом, Аинз дотронулся до тела Чемпиона Арены. Завершая свою атаку — и находясь в страхе, под воздействием ауры Аинза, — было крайне сложно этого избежать.

После чего, не отрывая руки от тела Чемпиона Арены, он зашёл ему за спину. Разумеется, непрерывно вливая сквозь доспехи в его тело понижающую характеристики негативную энергию.

— Уооооооооох!

На этот раз Чемпион Арены отшатнулся от Айнза, шаркая по земле.

Айнз задумался, преследовать или нет, но решил остаться на месте, опасаясь какой-нибудь хитрости.

Чемпион Арены с усилием поднял оружие. Он тяжело дышал, величественная осанка пропала без следа.

Айнз крепко сжал рукоять стилета.

Подготовка окончена. Этот удар будет последним.

Возможно, он и почувствовал перемену в его настроении, но Чемпион Арены снял шлем и отбросил его.

Пока Айнз изумлялся, Чемпион Арены сбросил и остальную броню. Хотя он и был ослаблен, но всё же не настолько, чтобы вес доспехов мешал ему двигаться.

Однако, видя решимость на лице Чемпиона Арены, Айнз понял его замысел.

"Понятно. Доспехи защитили бы от стилетов, но не от вытягивающей характеристики атаки. Он, должно быть, весьма напуган ею, поэтому поставил на то, что у меня осталось мало здоровья, и сбросил груз доспехов чтобы продолжать атаковать"

Это его последняя — а также весьма невыгодная ставка.

— Скажите мне… Я слаб?

— Что?

— Ваше Величество до сих пор не продемонстрировали и толики своей настоящей силы. Даже отсутствие могучих крыльев вашей магии не поставило вас в затруднительное положение. Неужели… неужели я так слаб?

Аинз закрыл глаза, собираясь с мыслями, и снова открыл их.

— Да, ты слаб.

— … Вот, значит, как.

Арена погрузилась в тишину.

Голос Аинза не достиг зрителей. Но победитель в их глазах уже был определен.

— На время этой битвы я ограничил себя в использовании множества магических предметов и всех видов умений.

— А иначе вы бы закончили его в одно мгновение?

Аинз кивнул.

— Это так. Однако, я знаю, что ты…, - Аинз покачал головой. Это не утешение его.

— Ну, тебе просто попался неудачный противник. Если ты сильнейший человек Империи… Я возможно сильнейший в мире.

— Ясно… и все же… я рад. Осознание, что есть кто-то сильнее меня — вот моя причина двигаться дальше.

— Я понимаю это, в какой-то степени.

Некоторых из своих друзей — например Тач Ми — он никогда не побеждал в PvP. Но даже так, он с любовью вспоминал, как искал способы обыграть того, его тактики и снаряжение.

Аинз улыбнулся чемпиону, а чемпион улыбнулся Аинзу.

— … Чтож, твой черед.

— Ваше Величество, король-заклинатель Аинз Оал Гоун. Напоследок, пожалуйста, покажите мне хотя бы крупицу вашей настоящей силы. Позвольте мне испытать пик могущества!

Чемпион Арены сильно замахнулся свои оружием.

— Вот как… хорошо. Я покажу тебе вершину возможной мощи.

Аинз активировал свое умение и шагнул вперед.

Он вошел в зону атаки Чемпиона Арены. Тот, в свою очередь, опустил свой удар.

Это абсолютно отличалось от скорости, на которой он поднял его. Он, возможно, использовал боевые навыки, чтобы ускориться. Однако, это было ничто по сравнению со скоростью, прежде чем ему ослабили его умения. Это было слишком медленно.

Палица попала по телу Аинза, но тот не обратил на нее внимания.

Теперь атаки не могут навредить его телу.

Аинз прошел мимо нее, словно атака была сродни теплому бризу.

Чемпион наносил удар за ударом, но Аинз продолжал продвигаться вперед, глядя прямо ему в глаза.

Чемпион улыбнулся, словно признавая свое поражение. Но при этом не сделал и шагу назад. Аинз вонзил свой стилет в грудь смирившегося Чемпиона Арены и высвободил запечатанное в том заклинание.

***

Аинз взглянул на тело поверженного Чемпиона Арены.

А затем активировал позаимствованный магический предмет — простейший громкоговоритель.

— Услышьте меня, люди Империи! Я — Король Заклинатель Аинз Оал Гоун!

Его возвышенный голос эхом раскатывался в тишине. Поэтому Аинз решил закончить все побыстрее.

— Поскольку, для моей страны выгодно взращивать и защищать искателей приключений, чтобы отправлять их в путешествия в неизведанные уголки мира, в своем королевстве я буду обучать и тренировать их. Многие авантюристы выживают как могут, собственными силами, но скольким из них уже никогда не увидеть момента своей славы?

Аинз вспомнил одну команду приключенцев и их недолгое совместное путешествие.

— …Поэтому, я намерен включить Гильдию Искателей Приключений в состав своего государства. Многие боятся потерять свою свободу после того, как Гильдия станет частью Королевства. Я не могу полностью этого исключить. Но, как я только что показал, моей силы более чем достаточно и я не собираюсь использовать вас в качестве инструментов войны. Колдовское Королевство нуждается в людях, которые действительно ищут приключений! Все те из вас, кто желает познать мир, исследовать неизведанное и поэтому мечтает стать искателем приключений — присоединяйтесь ко мне. Я помогу вам стать тем, о чем вы мечтали с помощью сил, о которых вы и вообразить не могли. А сейчас, станьте свидетелями крупицы этой силы!

Аинз подошел к телу Чемпиона Арены.

— Чемпион Арены мертв! Кто подтвердит его смерть?

Никто не ответил.

— Смерть есть конец всего. Но, как некоторые из присутствующих знают, смерть можно побороть.

Аинз достал волшебную палочку и указал ею на грудь Чемпиона Арены.

Будет ужасно неловко если Чемпион не вернется к жизни. Его несуществующее сердце просто выскакивало из груди.

— Узрите же!

Палочка активировалась, Чемпион Арены громко втянул в себя воздух и начал дышать.

— Магия воскрешения — вотчина высокопоставленных жрецов. Но, для меня это не проблема. Тем не менее, соответствующую плату золотом никто не отменял. Я, победивший смерть, верну вас к жизни! Присоединяйтесь к моему Королевству, жаждущие стать истинными искателями приключений!

В нарастающем шуме Аинз применил заклинание [полет].

Его целью была ложа Императора Зиркнифа.

Оглядываясь вокруг, он заметил, что остались только Зиркниф с двумя телохранителями. Остальные, по видимому уже ушли. Аинз был рад тому, что стало меньше причин для беспокойства, но ничего не сказал.

— Прости, за небольшое представление, уважаемый Зиркниф. Ооо, сейчас твое лицо выглядит гораздо лучше, какое облегчение.

Видимо тогда у него действительно закружилась голова от резкого движения. Но, судя по тому, как бойко он его приветствовал, продлилось это не долго.

— Простите, что заставил вас беспокоиться, уважаемый Гоун.

— Ах, не бери в голову. Любой бы беспокоился, увидя своего знакомого в плохом состоянии.

— Благодарю за вашу заботу. И все же, это был захватывающий бой. Как и ожидалось от Вас, Гоун-доно. Кто бы мог подумать, что вы одержите победу над сильнейшим воином Империи с такой легкостью. Это не описать иначе, как "восхитительно".

— Определенно нет. Это был хороший бой и победитель не был очевиден. Видимо удача была на моей стороне.

Учитывая как Зиркниф подбадривал Чемпиона Арены, видимо он его большой поклонник, поэтому не будет ошибкой похвалить Чемпиона.

Или точнее-

" Чтоб тебя, ты совсем за меня не болел! Я все слышал!"

Конечно, он не мог произнести этого. Если спокойно об этом подумать, в бою между воином из твоей страны и чужой, вполне естественно поддерживать своего соотечественника.

Ну, если б он действительно поддержал Аинза, то показания его симпатиметра — одна из любимых фраз Перроронтино — наверняка бы взлетели до небес.

— Стороннему наблюдателю не понять, но я точно знаю, что Вы не ошиблись. Эм, простите, что же я такое говорю?

— В самом деле, — согласился Аинз. Попав в неловкую ситуацию, он не хотел затягивать беседу с Зиркнифом в подобном месте.

Аинз не хотел показаться в его глазах простым смертным.

И хотя он думал, что его наверняка отругают за рекламу Колдовского Королевства на арене и за нелегальное пересечение границы, Зиркниф, видимо, не собирался этого делать. Поэтому лучше всего по быстрее от сюда убраться.

— Ну, что ж-- Аинз проглотил слова, которые уже собирался сказать. Это как самому себе копать могилу.

— Закончим сегодня на этом, я посещу Вас в другой раз, Зиркниф-доно

На самом деле, Аинз хотел сбежать с помощью магии телепортации, но ему нужно было сперва забрать Аинзака. Так что ему надо было вернулся на землю, а затем телепортироваться — и в момент, когда он обдумывал этот вопрос, Аинз осознал, что Зиркниф уставился на него с очень серьезным лицом.

Сейчас он наверняка скажет что то странное.

Ситуация была знакома любому продавцу. Аинз повернулся и посмотрел на Зиркнифа.

— Ваше Величество, у меня есть предложение, не соизволите ли его выслушать?

НЕТ. Как все было бы прекрасно, позволь он себе сказать это?

Аинз решил не сбегать от действительности. Он улбынулся — хотя его лицо не изменилось — и ответил: — Продолжай.

— В таком случае, я надеюсь — нет, Империя Багарут желает стать вассалом Колдовского Королевства Аинз Оал Гоуна.

— ….Хааа?

Аинз не мог не восклинуть, услышав такое неожиданное предложение.

Его мозг ещё не успел осмыслить то, что он сейчас услышал.

— Вас-вассалом?

Его телохранители — которых Аинз уже встречал прежде — тоже шокировано глядели на него.

По какой-то причине, ему захотелось постучать Зиркнифу по лбу.

Почему он так внезапно решил стать вассалом? Если подумать над этим, то в каких отношениях находятся вассалы? Он помнил слово, но что именно оно значило? Что то связанное с само-управлением и прочим.

Аинз не мог решить нечто столь важное самолично. Ему нужно было обсудить это с Демиургом и Альбедо, прежде чем принять решение.

— …Уважаемый Зиркниф, сделать ваше государство васслалом…

(Так значит план о дружбе между королями…ха?)

Что ему следовало сказать в ответ на это предложение? — Я не рассматривал такой возможности. — подойдет?

Однако, Демиург и остальные, скорее всего, намеревались сделать Империю вассалом. Он не хотел совать свою голову в петлю, потому что будет весьма хлопотно оставлять этот вопрос как камень преткновения.

Похоже, лучшим выходом будет попытаться выкрутиться.

Решив, как продолжать разговор, Аинз ответил:

— Это слишком опасно для того, чтобы устно договариваться по таким вопросам. Я не могу немедленно ответить, но я полагаю, что такие вопросы должны быть изложены в письменной форме.

— Тогда, это значит, что как только я передам этот документ вам, вы утвердите его?

Э? Он и правда собирается отправить документ? — хотел было спросить Айнз, но сумел проглотить эти слова. Вероятно, потому что ему удалось несколько успокоиться. По правде говоря, он уже не был так взволнован как секундой раньше. Он чувствовал бесконечную благодарность своему телу нежити.

И всё же, проблему нужно решать.

Я не это имел в виду, просто пытался выиграть время. Это тоже говорить нельзя, нужно сказать что-то, что Зиркниф сможет принять. Другого выхода нет.

— …Разумеется. Итак, уважаемый Зиркниф, направьте экземпляр прошения о вассалитете, а также проект будущего статуса и положения Империи в мою резиденцию в Колдовском Королевстве. После чего мы рассмотрим план в подробностях.

— Я так и поступлю. Я постараюсь как можно быстрее закончить бумаги и доставить их в руки Вашего Величества… А пока что, прошу, позвольте мне говорить с вами как королю — как равному. Вверяю себя вашим заботам.

Айнз, хотя и успокоился, по-прежнему не понимал, что происходит и почему всё так закончилось. Он просто кивнул в ответ.

После чего, стараясь не производить впечтления панического бегства, опустился на Арену с помощью заклинания [Полёт]

— Как всё дошло до такого? Точнее, что скажут Демиург и Альбедо?..

Айнз поник, словно ребёнок, уверенный, что вернувшись домой получит нагоняй от родителей.

***

После отбытия Короля-Заклинателя в императорской ложе воцарилась тишина. Словно пытаясь разбить её, Нимбл завопил:

— Ваше Величество!

Зиркниф, преувеличенно нахмурив брови, посмотрел на него.

— Слишком громко. Я же рядом.

— П-простите. Но, но, могу я спросить, что это было только что?

— Ты хочешь знать, почему я принял такое решение?

Нимбл кивнул. Зиркниф покосился на Базивуда, тоже поражённо смотревшего на него.

— Ясно… и что же, по твоему, я должен был сделать?

Зиркниф рассмеялся над собой.

— С самого его появления здесь, всё шло по его… а! Переговоры с Теократией провалились. Духовенство считает меня предателем. Сколько усилий и времени потребуется, чтобы вновь организовать переговоры? И можно ли вообще решить эту проблему хоть за какое-либо время?

Зиркниф подумал, что бы он сам сделал на месте кого-нибудь из высшего руководства Теократии. Если другая страна выдаст смехотворное оправдание вроде "Мы ничего не замышляли, просто Айнз Оал Гоун разгадал наш план", он бы наверняка решил, что заключать союз с такой страной нет никакого смысла, и бросил бы её на произвол судьбы. Нет, скорее, он бы воспользовался этой страной как жертвой в каких-нибудь будущих интригах.

Похоже, на альянс со Слэйновской Теократией можно больше не надеяться.

— То есть, он фактически сказал "прошу, боритесь как можете сами по себе, без помощи Теократии", а? О, ай да Его Величество Король-Заклинатель Айнз Оал Гоун. Снимаю перед ним шляпу. Его руки и вправду длиннее чем я в силах себе вообразить. Сначала он позволяет своим врагам возгордиться, а потом, стоит им расслабиться, уничтожает одним ударом.

Пусть он и враг, Зиркниф не мог не восхититься его замыслом.

Всё было рассчитано столь идеально, что ему остаётся лишь признать поражение. Империи никто не поможет, в то время как у Айнза есть веское доказательство попыток заключить альянс против него. Иначе говоря, Айнз был ножом, а Зиркниф — рыбой, которую этот нож выпотрошил.

Базивуд потряс головой. Похоже, они поняли, в какой ситуации оказалась Империя.

— А-а, это и вправду… Как бы это назвать. Он и вправду играет грязно. Бьёт в самое слабое место. Что-то в этом роде.

— Именно. Я не вижу способа справиться с ним. Полагаю, я сломлен, и телом и разумом. Мне словно уже всё равно.

— Ваше Величество… — тихо произнёс Нимбл, глядя на Зиркнифа.

— Он не столько нежить, сколько дьявол. Словно он прекрасно знает, как сломить волю человека.

— И всё же, даже при этом, стать его вассалами…

Зиркниф мягко посмотрел на Нимбла, похоже, неспособного принять это.

Он понимал его чувства.

Однако, он предпочёл бы тщательно взвешенное решение проблемы, а не это по-детски капризное выражение чувств. И всё же, раз даже Зиркниф не знает решения, насколько же бессилен Нимбл?

— …Я скажу прямо. Нам его не победить. Единственный наш шанс — перетянуть на свою сторону его подчинённых. Я не вижу, как ещё можно противостоять ему. Как вы видели в той войне, он совершенно точно сильнейший из заклинателей.

Оба рыцаря согласно кивнули.

— Ну а каков из него воин? Вы смогли бы сразить его мечом?

Зиркниф пожал плечами.

— Вы ведь видели, да? Даже сражаясь как воин он одолел Чемпиона Арены. И что это было? Атака Чемпиона Арены даже не навредила ему? Он использовал магию?

— Я не уверен, возможно.

— Вот-вот. Иначе говоря, он может нейтрализовать любую атаку магией, так что ли? Значит, и убить его внезапным ударом тоже не получится. Может, он бессмертный?

— Ну, у него есть физическое тело, так что я сомневаюсь, что он бессмертен.

— Тогда почему он не был ранен?

Нимбл, не зная что ответить, повернулся к Базивуду за поддержкой. Однако тот не раскрыл рта.

— …Так что, пока поступим так. Соберите всё информацию, что сможете, об оружии Чемпиона Арены, после чего соберём всех заклинателей и приключенцев, кого только сможем, и спросим их, почему оно не причинило вреда. К счастью, то его заявление наверняка настроило Гильдию Искателей Приключений против него, думаю, они с радостью нам помогут.

— Тогда, разве не могли мы предложить ему наш вассалитет после всего этого? Он, к счастью, отказал.

Зиркниф почувствовал раздражение, но скрыл свои эмоции, ничем не выдав отвращения. Вместо этого он беспокойно посмотрел на Нимбла.

— К счастью? Ты правда так думаешь? А я так не считаю. Наоборот, не лучше ли постараться как можно быстрее стать его вассалами? — спросил он озадаченного Нимбла.

— Почему ты думаешь, что он откажет в нашей просьбе?

— Это, ну… ваш слуга не уверен…

— Возможно, будь он неумехой, не знающим, как поступить при такой перемене — да, может, он так бы и поступил. Однако, мы ведь говорим именно о нём, помните? Судя по его интеллекту, он наверняка уже спланировал всё на тот короткий период после нашей просьбы о вассалитете. Если он всё же откажет в просьбе, это будет означать, что это противоречит его целям.

— И что это могут быть за цели?

Зиркниф горько улыбнулся в ответ на вопрос Базивуда.

— Я не знаю. Но, наверное, ничего хорошего для нас. Иначе предложение вассалитета не слишком бы ему помешало. Насколько я знаю, его цели это то, что он не может реализовать внутри собственной страны. А значит…

Зиркниф спустил с привязи свой перетруженный и уже готовый задымиться мозг.

Его соперник — Айнз Оал Гоун. Он наверняка что-то задумал.

Чего может желать он, как Король-Заклинатель? Что он может ненавидеть?

От умственных усилий на лбу Зиркнифа выступил пот.

— …Гильдия Искателей Приключений? Может, он хочет сделать что-то с Гильдией Искателей Приключений, вот почему он против вассалитета?

— Что насчёт его заявления?…Правильно ли позволять это, Ваше Величество? В течении нескольких лет нашу страну могут покинуть многие из лучших и сильнейших.

— …Я тебя не понимаю. Как ты пришёл к этой мысли?

— Пусть свободы людей и несколько ущемлены, но иметь поддержку невероятно могущественного Короля-Заклинателя — весьма привлекательно. В профессии искателя приключений большинство погибает, не успев чего-либо добиться. Однако, с поддержкой кого-то настолько могучего… ну, по крайней мере так подумают люди не обладающие уверенностью в себе. Кроме того, у нас ведь есть рыцари, так что для низкоуровневых приключенцев у нас в любом случае мало работы.

— Отток талантов… То, что у них нет веры в себя, не значит что они полностью бесполезны.

Есть очень талантливые люди, но при этом совершенно не уверенные в себе. И всё же, для исследования нового нужен очень уверенный в себе человек.

— Раз так, не повод ли это противиться вассализации? И всё же… не будет ли нам удобнее стать его вассалами? Тогда он сможет напрямую поглотить Гильдию… А! Айнз Оал Гоун! Ну почему твой интеллект настолько превосходит мой?! Я не в силах даже ухватить твои дьявольские замыслы!

— Может, он вообще ничего не замышляет?

Зиркниф с ненавистью глянул на отпустившего этот шутливый комментарий Базивуда.

— Что за ерунду ты несёшь? Он до такой степени предвидел все наши действия… нет, это немыслимо. Нужно также учесть, как на него воздействует скрытая ненависть ко всему живому…

Возможно, считать, что он мыслит как нежить будет ошибкой.

Может быть, Айнз уже предположил, что Зиркниф будет размышлять об этом, и учёл это в своём плане. Возможно, он уже ждёт с распростёртыми объятиями чтобы Зиркниф поторопил процесс вассализации.

— Что нам делать теперь? — спросил Нимбл. Он имел в виду будущие действия Империи.

— …Я намерен распространить новости среди окрестных стран. Для начала, я соберу писцов и в общем изложу им, что Империя решила подчиниться и стать вассалом Колдовского Королевства, не имея выбора. Мы как можно скорее сообщим об этом странам-соседям, и позволим новостям распространиться, так что Колдовскому Королевству останется лишь признать это.

— Ваше Величество…

Оба рыцаря склонили головы. Факт того, что даже у Базивуда было такое выражение на лице, заставило Зиркнифа усомниться, не было ли это шуткой.

Он убрал горькую улыбку с лица и заговорил вдружественным тоном.

— Почему такие мрачные? Есть множество видов государств вассалов. Если нам дадут широкую автономию, то мы сможем продолжать жить, как прежде. Нет — если Колдовское-Королевство будет защищать нас с их невероятной силой, то разве мы не будем в еще большей безопасности, чем раньше?

Как только они услышали о чуть более светлом будущем (вероятно), немного цвета вернулось к их лицам.

— Поэтому мы должны разобраться с любыми внутренними недовольствами. Если Колдоское-Королевство не предоставит нам самоуправление, Империя может разделиться. Могут появиться фракции, которые будут недовольны васалитетом, они сделают свой ход.

Зиркниф начал думать о позициях фракций в Империи.

Самым важным был Корпус Рыцарей. Как бы то нибыло, они перейдут на сторону фракции поддерживающей независимость. Даже если бы они выступили против него, то только на словах. Они непридпримут никаких действих.

Затем были дворяне. Их действия были непредсказуемы. Было немного людей, которые станут жаловаться на решение Зиркнифа, и те немногие могли ждать шанса свергнуть Кровавого Императора. Они были людьми, которые готовы пойти на все, чтобы стать новыми правителями вассализированой Империи.

Простых людей можно было легко обмануть. Для них, пока жизнь идет своим чередом, они могут даже не успеть заметить как уже станут государством вассалом.

— …Священники будут проблемой.

Храмы никогда не признавали бы этого. То что могло сделать все куда хуже, если бы храмы не только выступили против него, но и остановили бы всю свою деятельность. Он должен бы был неоднократно говорить с ними и заставить их принять его взгляды.

— … Вы будете в порядке, Ваше Величество?

— Кто знает? Пока я неподалеку, у нас есть все шансы стать васалом, и я планирую показать результаты моих действий… но возможно не стоит так говорить.

Почему я, подумал он.

Он унаследовал эту задачу от своего отца, и Империя становилась все сильней. Он не должен был допустить ни единой оплошности во время этого процесса

Но когда появился этот монстр, все пошло под откос.

Не было никакой ошибки в том, как он провел переговоры с этим монстром. Дело в том, что Аинз Оал Гоун существо, чей интеллект превосходит человеческий.

Все изменилось за какой-то месяц.

Зиркниф тяжело вздохнул.

— Должно быть я самый невезучий в мире человек…

Может, это просто досужие сплетни, но вскоре деморализованного Зиркнифа настигли слухи о том, что Серебряная Канарейка перебралась из Империи в Альянс Городов-Государств. В последующие дни император приобрёл привычку жаловаться "пришла беда, открывай ворота".

Эпилог

Демиург радостно шагал по Девятому Этажу Великой Подземной Гробницы Назарик.

Радость возвращения после долгого отсутствия была, вероятно, чем-то вроде иллюзии. В конце концов, время от времени он возвращался сюда, никогда не отсутствуя больше чем на полмесяца. А значит, это лишь обман его чувств — простая радость от возможности находиться в этом месте.

По мере приближения к цели он приходил во всё более и более приподнятое расположение духа.

Не обращая внимания на стражей, размещённых Коцитом по обе стороны двери, Демиург поправил галстук и оценивающе окинул взглядом костюм. Разумеется, он всегда тщательно следил за состоянием одежды, он желал появиться перед господином в совершенно безупречном виде.

Проведя тщательнейшую инспекцию костюма, Демиург постучал в дверь.

Одна из горничных открыла дверь и высунула голову чтобы посмотреть, кто пришёл.

Демиургу хотелось заглянуть в щель и хоть краем глаза увидеть господина, но он не мог позволить себе совершить нечто столь неподобающее.

— Могу я узнать, здесь ли владыка Айнз?

— Мои искренние извинения, Демиург-сама. Владыка Айнз сейчас отсутствует.

Его радость тут же рухнула, но он не подал виду.

— Вот как. Тогда, где сейчас владыка Айнз?

— Мои искренние извинения, я не знаю… Однако, Альбедо-сама, возможно, сможет вам помочь.

Горничная права.

— И действительно. Где я могу найти Альбедо?

— Она здесь, в этой комнате.

Демиург знал, что Альбедо пользуется комнатой господина как собственным кабинетом. Тебе ведь отдали в распоряжение свою комнату, почему нельзя пользоваться ей, часто думал он, но держал эти мысли при себе. Самое главное — то, что господин не против. А раз так, от Демиурга не требуется никаких комментариев.

— Она работает?.. Не могла бы ты спросить, может ли она принять меня?

— Поняла.

Дверь закрылась. Секунду спустя открылась снова.

— Прошу, Демиург-сама.

Поблагодарив горничную, Демиург вошёл. Он увидел Смотрителя Стражей, сидящую на стуле перед столом господина.

Она подняла взгляд на Демиурга.

— Давно не виделись, Альбедо.

— А, Демиург. Ты хорошо поработал за границей. Что у тебя сегодня?

— Один вопрос касательно Святого Королевства. Я хотел получить разрешение на финальный этап плана. Мне понадобится доппельгангер… где владыка Айнз?

— Он кое-где очень далеко. Вряд ли он скоро вернётся…

Иначе говоря, он не в Э-Рантэле, подумал Демиург. Иначе она не выразилась бы так странно.

— Это несколько прискорбно. Что ж, я займусь приготовлениями на Седьмом Этаже, пока владыка Айнз не вернётся.

— Если это срочно, не лучше ли связаться посредством [Сообщения]?

Демиург, видя выражение лица Альбедо, нахмурился.

Она улыбалась, как обычно, но наблюдательный Демиург видел, что за улыбкой стоит какая-то другая эмоция.

Если она просто забавляется с ним, то ничего.

Демиург попытался наскоро изучить Альбедо, но не смог разгадать её мыслей.

Он находил это мучительным но, всё же, это ведь не состязание.

Среди всех обитателей Назарика лишь двоих он не мог читать как открытую книгу — господина и Альбедо. Ради собственного спокойствия он считал их редким исключением.

Демиург пожал плечами.

— Это не так уж срочно. Если владыка Айнз вернётся послезавтра, я сообщу ему лично.

— Владыка Айнз не упоминал, как надолго намерен отлучиться. Возможно, он будет отсутствовать очень долго.

— Тогда, Альбедо, я сам отправлюсь к нему. Это не тот вопрос, который можно обсуждать посредством [Сообщения]

— О, почему же? Если это так важно, то разве верный слуга не постарался бы сообщить как можно скорее?

Улыбка Альбедо преобразилась. Ранее то была обычная её улыбка напускного дружелюбия, но сейчас она издевательски, злодейски усмехалась. Должно быть, она задумала что-то недоброе.

Вероятно, она во что бы то ни стало хочеть что-то сказать.

Как же утомительно, подумал Демиург и объяснил свои намерения.

— Я хочу продемонстрировать владыке Айнзу мои успехи, и поэтому не желаю связываться с ним опосредованно. Конечно, он может похвалить меня и в [Сообщении], но я всё же предпочёл бы услышать его голос лично. Вот и всё… разве не такова мечта каждого в Назарике?

— О, ну конечно, Демиург. Ты совершенно прав. Все так считают.

— Так куда же отправился владыка Айнз?

— Он отбыл в Королевство Дварфов, о котором мало что известно, и с которым до сих пор отсутствовал дипломатический контакт. Так что мы не знаем, как много времени займёт его визит.

— Кто сопровождает его?

— Шалти и Аура.

С точки зрения боевой мощи этого должно быть достаточно. Однако с остальных точек зрения тут есть о чём побеспокоиться.

С Аурой никаких проблем. Ей нужно лишь постараться не создавать неудобств владыке Айнзу. Однако перед мысленным взором Демиурга возникло лицо второй спутницы.

— Почему он взял с собой Шалти? Владыка Айнз намерен разрушить Королевство Дфарфов?

Для переговоров гораздо лучше подошёл бы Мар. А значит, Шалти выбрали с какой-то другой целью.

— …Чем заняты остальные Стражи?

— Коцит управляет озером. Мар строит подземелье в окрестностях Э-Рантэла. Себас занят своими обязанностями в Э-Рантэле. Мне неизвестны намерения владыки Айнза, но раз он не взял с собой армию, то, наверное, планирует мирный визит, не так ли?

— …У нас недостаточно информации, чтобы судить об этом. Для чего владыка Айнз пожелал посетить Королевство Дварфов?

— Демиург. Пути владыки Айнза неисповедимы.

Альбедо совершенно права.

За каждым ходом его господина, Айнз Оал Гоуна, безраздельного повелителя Назарика, таились бесчисленные замыслы. Демиург — созданный как обладатель выдающегося интеллекта — не мог надеяться дотянуться даже до подошвы его ботинок. Будет ошибкой пытаться понять мотивы владыки.

Однако, предчувствовать намерения господина и готовиться их исполнить — знак истинной верности.

Если я не будут трудиться как подобает…

Демиург вновь восстановил свою решимость. Альбедо тем временем подняла со стола лист пергамента.

— Это вчера прислали из Империи. Я открыла письмо, получив на то разрешение владыки Айнза посредством [Сообщения]. Империя просит о вассалитете. Детали будут уточнены позже.

Демиург почувствовал шок. Это случилось гораздо раньше, чем он предполагал.

— Как же так? Я рассчитывал, что Империя захочет подчиниться лишь после уничтожения Королевства…

— Владыка Айнз нанёс визит в Империю, и вот результат.

— Это… Как и стоило ожидать от владыки Айнза…

— Скажи, Демиург. Ты правда считал, что Империя захочет стать нашим вассалом лишь после победы над Королевством?

— Конечно. Таковы были мои планы.

— Вне зависимости от методов, которые ты бы применил?

— …Что ты пытаешься сказать?

— Владыка Айнз часто упоминал твоё имя. В контексте "Ты получала весточку от Демиурга? Ну и хорошо". Иными словами, что-то в тебе — в твоём плане — его не устраивало.

— О чём ты… Альбедо, почему ты не сказала мне раньше? Я бы…

— Ты бы что?

Демиург не смог ответить.

— …Позволь я спрошу вновь. Был ли способ сделать вассалом Назарика сначала Империю, и лишь потом Королевство?

— …Был. Однако, это потребовало бы личного вмешательства владыки Айнза. Я, как подчинённый, не посмел бы предложить такое. Кроме того, я полагаю, потребовалось бы произвести некоторые приготовления — длительностью минимум в месяц — чтобы создать яростную смуту в каком-нибудь большом городе. Поэтому я и полагал, что лучше будет для начала подчинить Королевство, после чего надавить на другие страны… сколько времени потребовалось владыке Айнзу?

— Я была в Королевстве, так что не знаю наверняка, но полагаю что около трёх дней, максимум.

Демиург вытаращил глаза.

Слишком быстро.

Как его господин продемонстрировал свою сокрушительную мощь? Как ему удалось сломить волю Императора, намеревавшегося заключить союз с другими странами?

Демиург разработал идеальный план, лишающий Императора способности действовать, но его господин, похоже, создал намного более изощрённый план.

— Три дня? Как ему это удалось?

— Кстати, жертв практически не было.

У Демиурга отвалилась челюсть. Он чувствовал лишь непреодолимое восхищение и уважение. Владыка, словно сама Смерть, тихо встал за спиной Императора и сокрушил его сердце.

Дрожь, что он ощутил, началась с головы и окутала всё его тело. Дикий восторг, восхищение, страх и уважение смешались в единый коктейль эмоций. Демиург трясся, неспособный остановиться.

— К, как и стоило ожидать от владыки Айнза. Такой как я не может даже и надеяться приблизиться к нему. Он поистине несравненный, идеальный господин. Никто другой не мог вести за собой Высших Существ. Я ничего не могу с собой поделать, и пусть и чуть-чуть, но завидую Актёру Пандоры.

Альбедо издала полный превосходства смешок.

Это, должно быть, превосходство женщины, осознающей величие своего возлюбленного.

— Кроме того, владыка Айнз приказал нам самим решить, как поступить с предложением вассалитета Империи.

— Приказал нам? Почему?

— Разве не очевидно? Очень многое было сделано по твоему плану, Демиург. И всё же, владыка Айнз, ничего тебе не говоря, подчинил Империю действуя по собственному плану. И это удручило его.

Демиург не понимал. Возможно, он понял бы, если бы господин разочаровался в его способностях. Но не это.

— …Почему? Я не понимаю.

Альбедо устало вздохнула.

— Потому что он доверяет тебе. Иначе говоря… как бы сказать. Ты, при твоём уме, должен был бы понять, но, видимо, нет. Не следовать твоему плану значит усомниться в твоих способностях. Владыка Айнз ждал, пока ты свяжешься с ним, не желая так поступать. Однако, он почувствовал, что ты слишком о нём беспокоишься. А значит, я уверена, своим поступком он хотел сказать — "Не волнуйся обо мне".

Этот ответ Демиург мог принять. Нет, лучше сказать, что другого ответа и быть не могло.

— Это, поистине…

Демиург пристыженно опустил голову. И в то же время его охватил восторг от осознания, насколько господин заботится о нём.

— Демиург. Мы должны постараться отплатить доброту владыки Айнза.

— Ну конечно, Альбедо.

Демиург чувствовал возбуждение.

— Чтобы оправдать ожидания владыки Айнза, мы закончим план подчинения Королевства до того, как он вернётся!

— Именно. Владыка Айнз отправился лично, а значит, питает множество замыслов. Он наверняка будет очень занят после того, как вернётся из Королевства Дварфов.

Демиург ухмыльнулся.

— Так и есть, Альбедо. Так и есть.

Послесловие

“Мужчина не должен оправдываться”. Однажды, я услышал эти слова от кого-то, поэтому я не буду. И всё-таки, позвольте мне сказать пару слов, если моя память не подводит меня, то текущая дата 17-й месяц 2015 года, верно?

А также, я, помню, слышал от кого-то "Предварительные договоренности не окончательны, значит они не гарантируют конечный результат". Какая очаровательная фраза! Как полна она романтики!

…Мне очень жаль.

Том 11 не будет походить на это. Не было никакого намерения заставлять вас ждать, таким образом, я надеюсь, что все смогут найти в себе кое-что чтобы простить меня. Кроме того, следующий том… хорошо, любому, кто уже прочитал все полностью до конца, это ему уже не поможет даже если он еще пишется… Кроме того, том 11 покажет очень ожидаемый специальный выпуск. Любой, кто видел аниме, поймет. Это — новый 30-минутный эпизод Чисто Чисто Плеяды, разве это не удивительно?

Затем, что вы чувствуете прочитав полностью 10й Том?

Чем отличающийся управление страной от управления организацией?

Аинз начал с поисков личной выгоды, но вы все поступили бы так на его месте? Мураяму очень интересует ответ. Если бы это был я, то я сделал бы это. Если бы это был я, то я сделал бы то. Я был бы очень рад услышать ваше мнения о этом вопросе

И если так окажется, что кто-то создаст другую работу на основе этого, или даже другую оригинальную новеллу, я буду еще более рад. Поскольку, по правде говоря, это все для вас.

И затем, вы уже знаете об общественном опросе в конце книги. Пожалуйста, назовите мне персонажей, которых вы любите больше всего. В отличие от обычных опросов общественного мнения, факт, того что первое место уже определено, является чем-то, чего никогда не было прежде.

Я не сделаю дополнительных появлений неожиданно популярных персонажей. Это просто чтобы увидеть, каких персонажей все любят больше всего.

Далее, я хочу отблагодарить следующий людей:

So-bin-сама, прошу прощения за то, что разрушил ваш график. Я очень вам признателен.

Моя искренняя благодарность Охаку-сама корректору, дизайнерам из Chord Design Studios-сама и редактору F-da-сама. И также привет моему другу из студенческой жизни, как всегда, спасибо тебе.

И самое главное, спасибо тебе дорогой читатель. История теперь полностью отличается от ВН(Веб Новеллы), поэтому буду рад, если вам она понравилась.

2015/17

Маруяма Куганэ

Реквизиты переводчиков

cotranslate.net по состоянию на 26.12.2016

Переводчики:

Pukinator, vshekn, melborn, Papacha, sergey, Quaint, dotka971, white-grifon, Zippelnum, earnol, Primera, keta548, Centurion_s, Brox, FugTheBug, Zauza25, marcos, winswap, Kastern, Gen_G., БАЛАБИН, KamiKami_YKT, Naronei, Seeman, yzhas2014, Арм, LEXIS20, Qrz, basic, tjiwi, Milky Cow VAC, Zoicik, 404, Goldanmani, yogurt615, Pumpkin, 6OTAH, Kurolens, nyanmaru, kazbek_guru, Котопанда, KinG, lsabakal, Тулмарин, real1st, My Rаzor

Иллюстрации

Том 11: Мастера дварфов

Пролог

Гондо Огнебород облачился в свою рабочую одежду.

Одежда представляла из себя грубый комбинезон из плотной ткани, плохо гнущейся и непригодной для повседневной одежды. Но в суровых условиях шахты комбинезон приходился как нельзя кстати. Может показаться, что это пустяк, но по сравнению с древними дварфами, работавшими в шахтах практически голыми, изобретение комбинезона можно смело назвать революционным.

После он надел металлический шлем, наподобие тех, что носит лёгкая пехота. В шахте очень влажно, и прилегающий непосредственно к коже головы шлем создавал бы неудобства из-за жары и пота. Так что все шахтёры делали себе подшлемники из толстых полотенец.

И наконец, он надел на шею набор жетонов. На одной из металлических пластин была выбита цифра 5. Это означало, что он заступил на последний день своего цикла из пяти рабочих дней и пяти выходных.

Иными словами, с завтрашнего дня Гондо некоторое время будет свободен.

Закончив с приготовлениями, Гондо покинул раздевалку и как обычно направился к комнате ожидания.

Протиснувшись между несколькими дварфами, Гондо сразу же приметил своё имя на доске объявлений. На одной строке с ним было начертано ещё четыре имени — его товарищи по смене на сегодня.

В этой набитой битком комнате найти своих товарищей, тех, с кем разделишь тяготы предстоящего труда, проще простого. И, похоже, Гондо прибыл последним, так как его спутники уже заметили его до того, как он успел подойти.

— О-о! Гондо! Давно не виделись!

— Хо! Гагайз! Ты мой бригадир нынче, повезло! Рад поработать с тобой. И с вами тоже, парни!

— Хо, Гондо! Потрудимся на славу!

— Ага, ага. Сегодня пятый день! Последний день. Я выложусь на полную!

— Ха~ А мне напрягаться неохота~

Болтая, они покинули комнату ожидания, выписали свои кирки, лопаты, и прочие шахтёрские инструменты. А также рационы и питьё — коробки с обедом и по два литра воды, хранящихся в магическом предмете, обеспечивающем постоянную температуру.

Однако, нигде не было ни следа любимого питья дварфов — пива. Его и не могло здесь быть. Да, конечно, дварфы хорошо переносят алкоголь, и напоить их не так-то просто, но ни один владелец шахты не допустит, чтобы его рабочие даже прикасались к дьявольскому напитку во время работы в опасных туннелях.

Впрочем…

Один из дварфов приложился к снятой с пояса фляге — фляга не входила в выданное ему снаряжение.

— Фухаа~

Он выдохнул, распространяя вокруг себя разящий запах алкоголя.

Он был не одинок. У Гондо тоже имелось несколько фляг вроде этой.

Разумеется, выпивки он с собой не взял. Но нёс при себе фляги с водой, супом, пять карамельных палочек и дварфийский хлеб в дополнение к выданным рационам.

В туннелях жарко и влажно, так что нужны как дополнительные калории, так и дополнительная питьевая вода. По правде говоря, выданные рационы представляют из себя лишь необходимый минимум пропитания. Начальство предпочитало экономить на чём только можно.

Закончив с приготовлениями, они подошли к дварфу, заведовавшему работами в этой шахте.

Он восседал за стойкой, зловещий, угрожающего вида дварф в очках. Дварф поднял бровь и оглядел Гондо и его спутников.

Когда его изучающий взгляд прошёлся по напевающему дварфу, от которого разило алкоголем, он что-то тихо пробурчал, но вслух не сказал ничего. В конце концов, смотритель тоже дварф, и понимает такие вещи. А может, дело в том что Гагайз, перехватив инициативу, начал разговор первым.

— Я Гагайз. Где мы будем рыть сегодня?

Смотритель фыркнул и переключил внимание со стоящей перед ним компании на карту, которую держал в руках. Из-за стойки было не видно что это, но, очевидно — расписание назначений на каждый из забоев.

— Вам назначен сектор 8821.

— 8821… жар-руда, значит?

Жар-руда имеет огромное значение для дварфов.

Дварфы — раса земли. Большую часть своей жизни они проводят под землёй. Чтобы согревать помещения, готовить пищу и ковать нужно тепло, но если получать его путём сжигания древесины или угля, воздух загрязнится дымом, и это создаст излишние трудности.

Да, конечно, существуют магические предметы, с помощью которых можно очистить воздух. Однако, такие предметы умеют создавать лишь друиды, а среди дварфов их крайне мало, так что массовое производство этих предметов невозможно.

Так что в качестве замены они использовали металл под названием жар-руда.

Жар-руда — очень особый металл. Если ударить её чем-нибудь очень твёрдым — мифрилом, как минимум — она нагреется до очень высокой температуры. Дварфы используют этот загадочный металл вместо угля, их плавильни и кузни потребляют его в огромных количествах. Можно сказать, вся цивилизация дварфов зависит от жар-руды.

Что до древесины и прочего, то всё это большая редкость в Королевстве Дварфов.

О стойку со звоном ударилось несколько металлических пластин; пропуски в туннели. Гагайз повесил их на своё ожерелье с неожиданной для его грубых пальцев ловкостью.

После чего изучил переданный ему лист бумаги. Проверив текст, он отдал его остальным, чтобы те прочли тоже.

Вскоре бумага достигла рук Гондо. Как обычно, в ней содержался маршрут к их сегодняшнему забою. Гондо запечатлел в памяти несколько важных развилок. В случае какой-либо непредвиденной ситуации это может оказаться полезным. В конце концов, иногда монстры появляются даже в шахтах дварфов, так что некоторая предусмотрительность может оказаться полезной.

— На третьей развилке возьмёте вагонетку.

— Понял. Ну, идём!

Смазав вагонетку на третьей развилке, они принялись толкать вперёд, следуя указаниям Гагайза. Тунннели освещались развешенными по стенам лампами с маслом. Однако, лампы висели очень редко, так что иногда им встречались участки, полностью погружённые в темноту. Впрочем, все дварфы прекрасно видят в темноте. Радиус их ночного зрения, разумеется, ограничен, но вполне достаточен чтобы преодолевать неосвещённые места.

Представителям живущих на поверхности рас, возможно, окажется трудно вынести давящую атмосферу туннелей. Однако, на рождавшихся и живших под землёй дварфов это не производило никакого впечатления. Кому-то другому туннели могли бы показаться узкими, но для дварфов, чей средний рост — около 130 сантиметров, проход шириной в метр восемьдесят вполне широк.

Вскоре они расслышали впереди звук шагов.

Если это такие же шахтёры, как они сами, то звук шагов сопровождал бы скрип колёс вагонетки. Однако, ничего такого они не слышали. Так кто же это? При быстром перестуке босых ног они бы тут же бросили всё и опрометью кинулись обратно. Однако, это не так; судя по звукам, шагает кто-то обутый в ботинки.

Но кто мог бы создавать эти звуки — неизвестно.

Вскоре они завидели отряд дварфов.

Гондо и остальные вжались в стены, чтобы пропустить их. Ну, впрочем, вагонетка всё равно занимала большую часть прохода, так что их попытка освободить путь была скорее жестом вежливости.

— …Вы в забой? Там сейчас всё в порядке, но всё равно, будьте осторожны.

— А, спасибо за беспокойство. Благодарю за помощь.

Обменявшись короткими репликами, дварфы разминулись с группой Гондо.

Возглавлял их Хранитель Туннелей, заклинатель альтернативной магии.

Его работа — накладывать заклятья, укрепляющие потолок, предотвращать обвалы, беречь шахтёров от ранений заострёнными краями добываемого камня, и всё в таком роде.

Постоянно грозящие обвалиться туннели необходимо укреплять подпорками, но дерево — наиболее распространённый материал для подпорок — в Королевстве Дварфов в большом дефиците. Так что приходилось полагаться на магию Хранителей Туннелей.

Кроме того, они могли определить, когда выработка ведётся слишком близко к водоносному слою или скоплению газа. Когда забой проверяет Хранитель Туннелей, дварфы могут работать спокойно, не опасаясь обвалов и прочих опасностей.

Следом за Хранителем Туннелей, которого ждало множество других дел, шагали легковооружённые воины-дварфы.

Профессия Хранителя Туннелей важна, а самих их мало, так что каждому полагается эскорт из четверых воинов.

Шаги отряда затихли вдали.

Как и большинство прочих городов дварфов, Фео Джюра расположен в центре нескольких рудных жил, в которых велась добыча. Туннели не простирались лишь в западном направлении — город располагался в рукотворных пещерах, выдолбленных в крутом склоне горы.

Дварфы выглядят простоватыми и беззаботными, но они также и превосходные математики. Туннели, во множестве расходящиеся от их городов, подобно кровеносным сосудам из сердца, представляют из себя плод сложнейших вычислений, а когда добыча руды заканчивается, образуют настоящие произведения геометрического искусства. В главных туннелях прокладывают рельсы для вагонеток, шахты для вертикальной добычи обслуживаются лифтами на ручной тяге. Кроме того, от основных проходов ответвляется бесчисленное множество туннелей поменьше. Их суммарная протяжённость с лёгкостью превысит несколько сотен километров.

Сеть туннелей такого размера попросту невозможно охранять как следует. Дварфы не в силах даже приставить охрану к каждой шахтёрской смене. Так что если вдруг в туннелях появится монстр, шахтёрам останется лишь бежать, бросив всё, к ближайшему перекрёстку главных путей, где размещается стража.

К сожалению, как хорошо известно народам поверхности, у всех дварфов короткие ноги. Спастись бегством и выжить в таких случаях им удаётся лишь чудом.

Гондо и его спутники остановились посреди прохода и зажгли магические фонари. После чего проследовали в боковой туннель с инструментами в руках. Их цель ждала их в конце туннеля — место сегодняшней работы.

Гагайз отдал приказы, и шахтёры, не споря, разошлись по местам. Один будет копать киркой, второй — разрубать породу клиньями, третий — грузить лопатой камни и землю в корзины, четвёртый — таскать корзины к вагонетке, пятый — толкать вагонетку к отвалу…

— Хорошо, давайте начинать.

И так, начался рабочий день.

* * *

Несмотря на развитые мышцы, бесчисленное механическое повторение одних и тех же действий означало, что стоило работе прекратиться, как их тела начали умолять об отдыхе.

Дварфы сбросили рабочую одежду и отправились в предназначенные для шахтёров бани.

Эта баня потребляла огромное количество тепла, испускаемого гигантскими тигелями литейных цехов. Хотя вода была не очень горячей, температура прекрасно подходила, чтобы растворить усталость, накопленную их телами.

Гондо набрал ковш горячей, коричневатой воды из бассейна, а затем решительно опрокинул его на себя.

Похоже, вода содержала некоторое количество железа, и, действительно, при полоскании рта чувствовался металлический привкус.

Горячая вода окатила тело Гондо, смывая прочь въевшуюся грязь.

Он с силой принялся скрести бороду и волосы. Дварф, не заботящийся о чистоте собственной бороды, не считался достойным членом общества.

— Эй, Гондо! Как насчёт выпить потом! — заорал Гагайз, сидя напротив и орудуя полотенцем.

Гондо вылил ещё один ушат горячей воды на голову и, погрузившись в ванну, прокричал в ответ:

— Боюсь что нет! Потом меня ждёт срочная работа! В другой раз!

— А, ну что такое! Жаль! Если передумаешь, заходи в Павильон Белого Пива, пропустим кружку-другую!

— Ага! Замётано!

Гагайз отошёл перекинуться словами с остальными. Прежде чем его пригласил кто-нибудь ещё, Гондо встал из ванны и, распрощавшись, покинул баню.

Вытерев себя насухо полотенцем и надев чистую повседневную одежду, Гондо подошёл к стойке зловещего смотрителя. Он снял своё ожерелье и передал ему.

Смотритель оглядел ожерелье и положил на стойку мешочек.

Его заработок за пять дней. Смертность в шахтах довольно высока, так что заработок выдавался еженедельно. Говорили, что раньше плату выдавали ежедневно, но в результате получалось так, что рабочим не хватало на выпивку в тавернах. Можно сказать, что нынешняя система предназначалась для устранения этого печального недостатка. Мешочек перед Гондо содержал внушительную сумму, но Гагайз и остальные, вероятно, потратят на пиво половину своего жалованья.

— …Гондо, считая сегодняшний день прошёл уже месяц. Дай-ка взглянуть на твоё лицо.

— Всё в порядке. У меня нет проблем с дыханием.

— Это мне судить, а не тебе.

Смотритель взял фонарь и осветил Гондо.

Тот продолжал смотреть прямо вперёд, хотя яркий свет и был ему неприятен.

Если долгое время вдыхать частицы пыли, лёгкие засоряются и работают хуже. В результате кожа постепенно бледнеет. Это состояние называется "алебастровая болезнь", и осмотр предназначался для обнаружения её признаков.

— …Хмф, выглядишь и правда нормально.

— Болезнь вызывает странные звуки при дыхании. Если нет звуков, то всё хорошо, верно ведь?

— …Да. На самом деле, я, как правило, определяю симптомы именно по звуку дыхания. Но визуальный осмотр надёжнее. Или ты сомневаешься в моём опыте?

— Ничего подобного. Опыт важнее всего.

— Тогда заканчивай со своими жалкими метаниями. От них никакого толку. И да, Гондо. Ты не думал занять тут постоянный пост? Смог бы стать начальником смены. В конце концов, опыта в этом тебе не занимать.

— Позволь мне отказаться… я не могу. Вскоре я отбываю, я уже накопил средств на путешествия.

Гондо копил и собирал деньги в таких количествах, что его начинали считать богачом, но на самом деле он делал это чтобы купить всё необходимое для путешествия.

— …И куда ты направишься теперь?

— Я собираюсь отправиться на юг, в покинутый город Фео Райзо, и заняться там добычей.

Глаза дварфа-смотрителя расширились.

— Что!… Полагаю, ты и так знаешь, но ведь там очень опасно, разве нет? С кем ты намерен путешествовать?

— Первое — да, конечно я знаю. Второе — ни с кем.

Чем больше отряд, тем выше шанс что их обнаружат. А если их обнаружат, кто-нибудь — или все — может погибнуть. Лучше не рисковать, и пойти одному, полагаясь на скрытность.

— …У тебя там что-то осталось?

— Нет. Я же сказал, разве нет? Я намерен добывать руду.

— Но мне непонятно, зачем. Разве здесь тебе мало работы?

— Хмф! Здесь не имеет значения, как усердно я работаю… Ну, есть надбавка за объём, но это просто фиксированная сумма. Попросту говоря, здесь слишком мало платят.

— Здесь платят больше, чем на других работах.

Смотритель прав. Гондо выбрал эту работу потому, что желал заработать как можно больше и побыстрее.

— Недостаточно много для меня. Вот почему я намерен заняться добычей в покинутом городе. Никто не наложит руку на мою добычу, неважно, какой металл я добуду.

Смотритель насупил брови.

Гондо, возможно, сильно перегнул палку, но он, тем не менее, прав.

— Значит, ты ищешь белое железо?

— Да, точно. Ведь никто не станет спорить со мной, если я добуду его там.

Суть в том, что все шахты — собственность государства. А значит, желающий добыть белое железо должен заплатить подобающую — подобающе высокую — пошлину. Но если шахта покинута, то всё добытое там принадлежит добытчику. Однако, государство ничем не станет помогать в случае, если с таким шахтёром что-то случится.

— …Продашь его мне? Я хорошо заплачу, разумеется.

Окрестные залежи белого железа ещё не истощены. Но как только месторождение истощится, цены взлетят до небес.

Однако, Гондо знал, что смотритель не руководствуется соображениями собственной выгоды. Он предлагает исключительно по доброте душевной.

Вероятно, смотритель предложит Гондо гораздо лучшую цену, чем любой посредник. Но Гондо собирался добыть металл не на продажу — то есть, не ради прибылей.

— Как бы это сказать… Я уже решил, как намерен его применить. Всю добытую руду я использую для своих исследований.

По лицу смотрителя пробежала тень.

— Ты по-прежнему о своём… Ну, я могу понять твои чувства, но почему бы тебе не посмотреть в лицо действительности, осесть здесь, стать начальником смены? Что подумал бы твой отец?

В сердце Гондо полыхнул гнев. Однако он опустил голову, пряча искажённое яростью лицо. В конце концов, стоящий перед ним дварф много раз помогал отцу Гондо. Вот почему его так заботит, что сын полностью погружён в исследования, которым ни за что не суждено принести плоды.

Но, даже и понимая что слова смотрителя вызваны заботой, Гондо не мог заставить себя принять их.

— Я каждый день смотрю в лицо действительности. Путь моего отца не был ложным. Я восстановлю утерянное искусство!

Ему всё же не удалось полностью сдержать гнев. Выплеснув остатки злобы в этих словах, Гондо развернулся и, не оглядываясь, пошёл прочь широкими шагами.

Он ощущал вину за то, что заставляет других беспокоиться о себе, но страсть сделать то, что он должен сделать, должен сделать любой ценой, перевешивала.

Да.

Вот ради чего он живёт, тот, кто не может и надеяться сравниться со своим выдающимся отцом.

Гондо прикусил губу и посмотрел вперёд.

Глава 1: Подготовка к путешествию в неизведанные земли

Вернувшись из Империи, Айнз уселся за свой стол в Э-Рантэле и устало откинулся на спинку кресла.

Хотя он уже начал набор для вновь созданной Гильдии Искателей Приключений, но пройдет немалый срок, прежде чем появятся какие-либо результаты. Тем временем нужно как следует подготовиться.

Главным приоритетом является школа для обучения искателей приключений, но учитывая текущие обстоятельства, вероятно, на первое время можно обойтись самой Гильдией. Подготовить общежития для добровольцев, приехавших издалека на его зов, будет, наверное, проявлением подобающего гостеприимства. Их наставниками будут те искатели приключений, которые решили остаться в Колдовском Королевстве.

"Мне наверно, следует попросить Альбедо принять на себя часть обязанностей……….но для начала……… почему вообще он попросил вассалитета…………это ведь создаст проблемы для Альбедо и Демиурга, да? Это ведь нехорошо, да?"

Айнз понятия не имел, почему Зиркниф поступил так. И также не знал, как объясить случившееся своим проницательным подчинённым. Что заставило Зиркнифа выступить с таким предложением? Вполне может оказаться так, что виной тому какие-то махинации Демиурга и его подручных.

" Я должен был заранее всё обсудить с Демиургом. Эх, он отправился в такую даль и теперь всё, что я могу сделать, это подумать о том как мы вдвоем позаботимся обо всем…. как я и думал, это невозможно, хах…"

Аинз вздохнул про себя. Из-за беспокойства и замешательства, у него появилась фантомная боль в животе. А затем, когда он думал о том, что случится, когда они вернутся, боль усилилась.

Айнз тряхнул головой и, пытаясь отвлечься от насущных проблем, принялся размышлять над полученной в Империи информацией.

— … Руны, хм.

Повсюду в этом загадочном новом мире он встречал осколки и обрывки знаний из ИГГДРАСИЛя, словно мерцающие звёзды во мраке ночи. Следы других игроков, существование предметов мирового класса.

К этому теперь добавилось существование рун, символов из мира Сузуки Сатору.

Люди из Теократии способны призывать ангелов — мифических существ из известных Сузуки Сатору религий — вероятно, благодаря знаниям из ИГГДРАСИЛя.

Раз так, что насчёт рун? Почему они существуют здесь? Здешние руны — те же, что и в том мире, откуда он родом? Или это просто магические письмена, похожие на руны, и всему виной автоматический перевод?

"Королевство Дварфов расположено в Азерлисских Горах, это совсем рядом. Нужно как следует всё изучить. Возможно… Стоит отправиться самому, хм?"

Разумеется, перед тем как вернуться в Э-Рантэл, Айнз задал Флюдеру вопрос про руны.

Однако, он узнал лишь то, что король дварфов, некогда посещавший Империю, был кузнецом рун, и что Империя закупала у Королевства Дварфов оружие и доспехи. Однако следы покрытых рунами магических предметов теряются около сотни лет назад.

Хотя эта информация и представляла серьёзную ценность, но это было не совсем то, что интересовало Айнза.

"В ИГГДРАСИЛе отсутствовал класс "кузнец рун". Если эта профессия появилась лишь здесь, в новом мире, то есть шанс, что я имею дело со случаем слияния технологий двух миров. А значит, нужно действовать очень внимательно и осторожно. Однако, кого же отправить?"

Всё, чего хотел Айнз — отправиться в Королевство Дварфов и разузнать про руны и всё с ними связанное. Что до профессии кузнеца рун — ну, это может быть секретной технологией, но даже если дварфы отнесутся к вопросу недовольно, возможно, удастся уговорить их, рассказав о своём интересе к этой области магии.

Если для разрешения вопроса достаточно применить магию очарования или контроля, или же похитить кого-нибудь посредством телепортации, то с задачей справится почти кто угодно. Но что, если за технологией рун стоит игрок? Насколько мог знать Айнз, где-то по-прежнему прячется тот, кто взял под контроль Шалти.

"Я хотел бы узнать побольше прежде чем продолжать исследования, но выведать что-то, о чём не знает даже Флюдер, будет непросто"

Айнз медленно поднялся.

Женщина рядом с ним тут же вскочила. Энергичное выражение лица и короткая стрижка делали её похожей на мальчика. Её звали Декремент, сегодняшняя личная прислуга Айнза.

Айнз протянул руку, останавливая горничную, и начал медленными шагами кружить по кабинету.

Айнз принялся высчитывать в уме риски и выгоды, задействуя логику с арифметикой, и в щели между цифрами начали просачиваться старые воспоминания, более не сдерживаемые разумом. Он вспоминал опасности, с которыми приходилось встречаться в неисследованных регионах, восторг от обнаружения чего-то нового, горечь провала задания, а также слова и эмоции товарищей, с которыми разделял всё это. Не более чем воспоминания, но даже память о гибели всей их команды лучилась ярким светом в пустом черепе Айнза.

Он медленно задвинул обратно в глубины сознания эти болезненные отголоски прошлого, и мысли Айнза наконец начали обретать форму.

"…Не рискнёшь, не приобретёшь, полагаю…"

В конце концов, гильдия под названием Айнз Оал Гоун действовала именно по такому принципу.

Да, конечно, идея сравнивать игру — не представляющую никакой угрозы для игроков — с реальностью может показаться кому-то глупой. И всё же, промедление может стоит шанса приобрести новые знания, и это достаточная мотивация чтобы приложить все усилия. Можно сказать, что это одинаково верно и в играх, и в реальности.

Приняв решение исследовать руны Королевства Дварфов, Айнз задался вопросом.

И вопрос этот — выбор персонала.

Кто лучший кандидат на это задание?

"Может, стоит посоветоваться с Демиургом? Нет, в таком случае я не смогу отправить самого боеспособного из всех".

Под этим, разумеется, Айнз имел в виду себя самого.

Айнз, без ложной скромности, был твёрдо уверен в своей способности приспособиться к неожиданностям и монстрам, неизвестным в Великой Подземной Гробнице Назарик. Попросту говоря, разумнее всего будет отправиться Айнзу лично. Однако, если там и правда прячется враждебный игрок, это может оказаться также и самым глупым из возможных решений.

"…Обладая численным превосходством, я хотя бы смогу попытаться сбежать. А значит, нужно выбрать телохранителей, способных выиграть время для моего побега".

Первым делом он подумал о Стражах Этажей.

НИПы сотого уровня, они смогут задержать даже других игроков. Но сможет ли он использовать НИПов, возлюбленных детей его бывших товарищей, таким образом?

"Что, если я использую призванных монстров высокого уровня под управлением нежити-командира? Нет, они не смогут приспосабливаться к различным ситуациям так же эффективно как собранные с нуля НИПы"

Призванных монстров гораздо легче использовать как расходный материал. Но с другой стороны, их способности слишком узки, и неспособность адаптироваться является их серьёзной слабостью.

С точки зрения чистой логики, НИПы — идеальный выбор. Айнз — игрок, он ещё не проводил экспериментов и не знает, сможет ли быть воскрешён сам. Однако НИПы, несомненно, могут быть воскрешены — так же, как и Шалти в тот раз.

Айнз снова уселся в кресло.

— Хмм…

Айнз сплёл пальцы перед лицом, и глубоко задумался.

Но так и не смог достичь решения.

"Может, идиотам никогда не найти ответ, неважно, как упорно они размышляют?"

Самоуничижительно улыбнувшись, Айнз повернулся к Декремент.

— Сможешь ли ты умереть за меня?

— Конечно, владыка Айнз. Лишь отдайте приказ, и я пожертвую жизнью ради вас, — без колебаний ответила Декремент.

— Остальные разделяют твою готовность? Сочтут ли они меня жестоким владыкой?

— Я уверена, что кто угодно, без раздумий примет смерть за вас. Никто даже не подумает отказаться. Мы созданы Высшими Существами, и существуем лишь ради Высших Существ. Для нас нет наслаждения превыше исполнения любых команд, отданных нам нашими творцами.

— Вот как… Я спрашивал лишь из любопытства. Не ищи глубокий смысл в моём вопросе. Забудь об этом.

Декремент кивнула, и Айнз решился.

…Он использует НИПов.

Айнз достал карту близлежащих земель.

Карта была составлена основываясь на собранных Аурой сведениях. В частности, что касается Великого Леса Тоб, Айнз не сомневался, что более точных карт не существует. К сожалению, в соответствии масштаба он не был так уверен, так что не мог заключить, что карта идеальна. Однако, эта карта сильно уменьшит риск заблудиться.

Айнз поместил палец на Э-Рантэл, и медленно провёл им на север, через Великий Лес. До сих пор всё просто. Большая часть леса сейчас под контролем Назарика. Уничтожив полуразумных монстров и зверей, они привели к покорности несколько поселений полулюдей и гетероморфов, и на этом всё. Под землёй обнаружилась большая пещера, но пока что Айнз не намеревался заниматься ею. Разумеется, он всегда может овладеть пещерой если в этом обнаружится какая-либо выгода.

Палец достиг озера в форме тыквы на северной границе леса.

Дальше к северу расположены Азерлисские Горы. Не нанесённая на карты территория.

— Неизведанные земли, значит…

Хм,Аинз улыбнулся.

Совсем недавно он впечатлял искателей приключений важностью изучения неизведанного. Личный пример должен хорошо сыграть на укрепление этой идеи.

— Откройте для себя Королевство Дварфов в Азерлисских Горах.

Звучит как слоган из телевизинного шоу.

Он отогнал непроизвольную улыбку и принялся усиленно размышлять.

Айнз размышлял о преимуществах личного присутствия там, где могут оказаться другие игроки.

Очевидно, личное присутствие Короля-Заклинателя послужит явственным знаком искренности намерений.

Это всё равно что босс корпорации лично прибудет в другую фирму на переговоры. По опыту Сузуки Сатору это оказывает немедленный эффект.

Кроме того, его точка зрения отличается от точки зрения подданных, склонных рассматривать всех вне Назарика как низшие формы жизни. Среди обитателей Назарика Айнза можно счесть наиболее умеренным. А значит, он может оказаться неплохим выбором на роль посла в Королевство Дварфов — или, во всяком случае, наиболее безопасным выбором, если быть честным.

Вдобавок к самому Айнзу всегда можно отправить Актёра Пандоры.

Он идеальный выбор, будь то в плане интеллекта, способности приспосабливаться, или чего угодно ещё.

Однако-

"Кто тем временем будет править страной?"

Незачем даже спрашивать.

Разумеется, Айнз Оал Гоун.

Нет, ни за что.

Айнз мысленно закричал, снова и снова.

Уж лучше отправиться в Королевство Дварфов. С этой задачей он хотя бы может надеяться справиться.

Более того, ему нужно побывать там лишь однажды, а потом он всегда сможет телепортироваться туда. Если возникнут какие-то проблемы, он сможет просто разыграть свою козырную карту "Я хочу всё как следует обдумать в своей резиденции". Если его собеседники попытаются возразить просьбой решить всё на месте, он сможет просто изобрести какой-нибудь другой предлог на ходу.

У Айнза есть множество вариантов выкрутиться из такой ситуации.

"В прошлый раз меня сопровождал Айнзак, но теперь я сам буду играть роль коммивояжера собственных товаров. Не то чтобы мне так уж необходимо вернуться с прибылью, так что всё будет просто"

Айнз улыбнулся, изображая выражение лица Сузуки Сатору, специалиста по продажам. После чего выражение его улыбки изменилось.

"А ещё… пока время идёт, мне, возможно, удастся переложить вопрос вассализации Империи на Демиурга и Альбедо, и оставить всё планирование на них. Да! Ну, что поделать. Не то чтобы я хотел увильнуть от работы, ничего подобного!"

Лихорадочно придумывая оправдания своему поведению, Айнз принялся обдумывать следующий вопрос.

Кого взять с собой?

Айнз озадаченно скрестил руки.

Конечно, лучше всего было бы взять с собой Альбедо или Демиурга, но у них есть более важные дела, а кроме того, каждый из них также руководит своим участком работы. Если взять с собой кого-нибудь из них, то тем самым он создаст новые проблемы в их зонах ответственности.

Аура и Мар — неплохой варирант, особенно учитывая что они принадлежат к человекоподобной расе, как и дварфы. А значит, те отнесутся к эльфам без особой тревоги.

С Коцитом сложнее. Да, конечно, он — хороший выбор для посещения холодной горной местности, но сейчас он отвечает за Великий Лес Тоб, что тоже делает его в некотором смысле руководителем. Айнз надеялся, что Коцит сможет сконцентрироваться на этой задаче. Кроме того, его необычная внешность — в сочетании с внешностью самого Айнза — вероятно, вселит в дварфов ненужное беспокойство.

Себас тоже был отличным выбором.

В данный момент он вместе с Цуарениньей выполняет управленческую работу в Э-Рантэле. Если Актёр Пандоры останется, то Себаса можно без особых проблем взять с собой, но Айнза несколько беспокоил вопрос его боевых возможностей.

Гаргантюа и Виктим, разумеется, отпадают сразу. Образы некоторых других НИПов пронеслись в голове Айнза, но большинство из них не годятся на роль телохранителей.

"Раз так, остаются лишь двое — Аура и Шалти"

Ауру — и подчинённых ей монстров — можно назвать идеальным выбором. В худшем случае он сможет пожертвовать её зверями и спастись вместе с Аурой. Что же до Шалти, то она сильнейшая в бою один-на-один. Она может послужить козырной картой в схватке с сильным врагом. Кроме того, Айнз хотел взять с собой Шалти ещё и по персональной причине.

Он мог бы взять с собой Мара, учитывая, что им, возможно, придётся сражаться против целой армии. Однако при встрече с игроком приоритетом будет отступление, а не уничтожение врага. А значит, в этот раз Мару придётся остаться.

— Раз так…

Едва Айнз собрался подняться, как в его голове раздался звук [Сообщения].

『Владыка Айнз』

— О, это ты, Энтома.

"Да. В настоящий момент я нахожусь при Шалти-сама в деревне людоящеров. Коцит-сама хочет отправить людоящеров с отчётом о положении в деревне, и испрашивает разрешения на открытие [Врат]. Что прикажете, владыка Айнз?"

Коцит время от времени отправлял отчёты о состоянии дел в порученной его управлению деревне.

Айнз на самом-то деле слабо разбирался в том, насколько хорошо у Коцита получается, так что он, как правило, просто просматривал доклады по диагонали, комментируя "Хорошая работа". Временами ему хотелось приказать "Больше не нужно", но правило хорошего тона для подчинённого — отчитываться перед руководителем, а Айнз в свою очередь, как руководитель Коцита, обязан исполнять долг начальника.

— Тогда открой [Врата] в обычное место… Нет, постой, защитное заклинание по-прежнему активировано. Выжди час, пока…

Айнз посмотрел в своё расписание и сверил время.

— Активируйте заклятье в 13:46. В это время я отключу защиту на две минуты.

Это здание — не Назарик, но и оно окружено магическими полями, блокирующими в том числе и телепортацию, и подпитываемыми маной высокоуровневых НИПов. Эти поля, достаточно сильные чтобы блокировать даже высокоуровневую магию, истощали НИПов с такой скоростью, что менять тех приходилось несколько раз в день. Дружественная телепортация также блокировалась.

Виной тому отсутствие действовавшей в ИГГДРАСИЛе системы распознавания свой-чужой.

Таким образом, временами появлялась необходимость на короткое время отключить защиту чтобы разрешить прямую телепортацию. Разумеется, это означало что в это время враги тоже смогут телепортироваться внутрь. Чтобы защититься от "бомбардировки" — так они называли это в ИГГДРАСИЛе — Айнз решил ограничить эти короткие окна заранее оговорённым временным периодом.

『Поняла. Я передам Шалти-сама ваше распоряжение』

Айнз, отозвавшись "Хорошо", разорвал [Сообщение] и встал на ноги.

— …Оставляю выбор одежды на тебя. Прибудут людоящеры, посланцы от Коцита. Подбери что-нибудь подобающее.

— Слушаюсь!

В глазах Декремент полыхнул огонь.

И она туда же? — подумал Айнз, но промолчал. Мужчине, не уверенному в собственном чувстве стиля, стоит в таких случаях держать язык за зубами.

Айнз вместе с Декремент вышел из комнаты, отдав на ходу приказ тут же призванной нежити. Он поручил существу сообщить охранявшим парадный зал поместья стражам-нежити о скором прибытии людоящеров через [Врата].

Наблюдая за удаляющимся посланцем, Айнз задумался о том, как эффективнее использовать созданную им нежить.

Раз все созданные Айнзом неживые слуги соединены с ним телепатической связью, он может разместить их по всему миру и создать разведывательную сеть нежити. К сожалению, достичь этого будет непросто. Даже повинуясь приказу Айнза нежить способна давать лишь нечёткие ответы. Кроме того, Айнзу и без того очень сложно управлять множеством созданной нежити. Всегда есть риск, что он ошибётся и случайно отдаст команду не тому созданию.

В будущем, возможно, удастся создать какую-нибудь систему чтобы устранить эти проблемы, но в данный момент это невозможно.

"Возможно, стоит поручить это Актёру Пандоры. Но тогда придётся как-то решить проблему того, что вся созданная им нежить замирает когда он не копирует меня"

Нужно будет как следует рассмотреть все варианты, предварительно обсудив вопрос с Альбедо и Демиургом. Размышляя таким образом, Айнз подошёл к гардеробной.

Как обычно, его приветствовали две шеренги горничных с сияющими глазами. В частности, глаза Декремент — сегодняшней личной горничной Айнза — практически полыхали красным.

Айнз позволил им переодевать его, осведомившись о местонахождении Ауры.

Сегодня он наденет что-то белоснежное.

Для Айнза, привыкшего носить тёмные одеяния, такой наряд казался чересчур броским.

Сверх того, горничные украсили его гигантским ожерельем из золота и других драгоценных металлов. Айнз даже забеспокоился, что сороки могут попытаться украсть его, привлечённые блеском.

Но самой странной частью одеяния оказались торчащие из-за спины перья.

Я что, павлин какой-то? — хотел было сказать Айнз, но оглядевшись, увидел что лица горничных светятся гордостью и удовлетворением. Ни одна не выказывала беспокойства, выражения их лиц не давали ни намёка на то, что что-либо пошло не так. Все они смотрели на него с лихорадочно-восхищённым видом, их щёки порозовели.

Словно группа фанаток перед возлюбленным кумиром.

"Неужели всё в порядке? Такие наряды и правда так нравятся девушкам?.. Похоже, у меня и впрямь совершенно отсутствует вкус в одежде"

Пока Айнз предавался меланхолии, горничные закончили одевать его.

Глянув в зеркало, он заметил что из-под рук тоже торчат перья, что напомнило Айнзу одного из монстров ИГГДРАСИЛя.

"Как он там назывался, Археоптерикс?.. Кажется, это был ручной динозавр друидов"

Перья встопорщились и смялись, как только Айнз скрестил руки на груди, что было довольно неудобно.

Но что будет, если Айнз скажет "этот наряд не подходит"? Они наверняка ответят что-нибудь вроде: "Чем плох этот наряд? Пожалуйста, скажите, какие одежды мы должны подбирать впредь".

— Отлично!

В конце концов, Айнз решил отбросить в сторону эти проблемы.

— Идём!

* * *

Когда пришло назначенное время, Айнз ощутил, как в парадном зале открывается магический портал — [Врата].

Он уже развеял магическое поле, окутывавшее здание, но благодаря наложенному Айнзом заклятью [Задержка Телепортации] тот, кто пользовался порталом, появился не сразу. Эффект был тот же самый, что и во время схватки с Шалти.

[Задержка Телепортации] на короткое время замедляет телепортацию, если место назначения расположено вблизи от заклинателя, что даст тому несколько секунд, которые, как правило, использовались чтобы сбежать или приготовиться к атаке. Кроме того, посредством заклятья маг может узнать, сколько существ пытается телепортироваться к нему.

Таким образом, Айнз знал что сейчас гость всего один.

Энтома, видимо, решила пока не возвращаться вместе с Шалти, но вскоре, наверное, тоже прибудет.

[Задержка Телепортации] лишь замедляет телепортацию, а не блокирует её полностью. Так что через некоторое время в зоне действия заклятья появилась чёрная полусфера.

Вскоре из неё боязливо выглянул людоящер.

Он — это ведь "он", верно? — принялся осматриваться, и встретился взглядом с сидящим посреди парадного зала на простом троне Айнзом.

— Ваше, Ваше Величество, милорд Айнз Оал Гоун. Простите грубость вашего слуги.

Айнз не смог полностью подавить изумление, услышав изящное произношение людоящера. Зарюс и его друзья были исключением из общего правила, но речь этого людоящера также звучала естественно и чисто.

Сказывается тренировка Коцита?

В голову проник вопрос, но сначала нужно сделать кое-что ещё.

Благодаря заклинанию Задержка Телепортации Айнз уже знал, что других посетителей не будет, и приказал стоявшему наготове Рыцарь Смерти реактивировать магический предмет. Тот кивнул, приняв распоряжение, и пошёл прочь, а Айнз перевёл взгляд на преклонившего колени людоящера.

Декремент — стоявшая подле Айнза — тут же вмешалась, идеально угадав момент.

— Людоящер, тебе дарована аудиенция.

Её тон полностью отличался от того, как она говорила подбирая одежду для Айнза.

Она источала холодное презрение.

В нормальных обстоятельствах большинство оскорбилось бы, если бы горничная во дворце (или в похожей обстановке) заговорила с ними таким тоном. Посетитель мог бы даже усмехнуться, заметив, что дозволяющего такое поведение правителя сопровождает лишь горничная. Или же проявить соболезнование тому факту, что в Колдовском Королевстве до такой степени не хватает рабочих рук, что подобные обязанности сваливаются на горничную.

Однако, этот людоящер прошёл обучение у Коцита, и хорошо понимал, что любой из НИПов намного превосходит его самого. Так что он не поставил под сомнение право Декремент на подобное отношение.

"А, как же надоело. Ну почему нельзя отставить все эти глупости и разговаривать нормально? Ну, впрочем, это лишь моё мнение, с волками жить, по-волчьи выть, как говорится".

Остатки привычек простого служащего Сузуки Сатору ненадолго ввели Айнз Оал Гоуна в замешательство, но с этим приходится мириться.

Людоящер поднялся, не замечая внутренних терзаний Айнза. Честно говоря, Айнз не умел отличать одного людоящера от другого. Если цвет их чешуй отличался, или были какие-либо бросающиеся в глаза черты — отметины или необычно крупная рука, например — ему удавалось определять, кто перед ним, но чем стоявший сейчас перед ним людоящер отличается от прочих, Айнз не смог бы сказать.

Раз так, Айнз поручил Декремент приказать людоящеру представиться.

— Владыка Айнз милостиво дозволяет тебе назваться.

— Слушаюсь! Благодарю за великодушие! Ваш слуга — Чуку Зузу, бывший вождь племени Бритвенных Хвостов!

Айнз никогда не слышал это имя раньше.

Стоит ли прямо показать собственное невежество, или сделать вид, что знал? Айнз выбрал третий вариант — кивнул, позволяя разговору течь своим чередом. В конце концов, Коцит, наверное, упоминал об этом в одном из прошлых докладов.

Далее Айнз приказал Декремент узнать у Людоящера причины его прибытия сюда.

"До чего ж сложно!"

В общем-то, так всё проходило каждый раз когда он давал аудиенцию вассалу — прислужнику.

"Если бы я не боялся уронить престиж Колдовского Королевства, то давно предложил бы отменить все эти надоедливые формальности…"

Пока Айнз мысленно вздыхал, Декремент передала людоящеру его приказ.

— Владыка Айнз соизволяет разрешить тебе назвать причину, по которой ты просил его аудиенции.

— Слушаюсь! Коцит-сама, правитель наших деревень, владетель озера, желает сделать подарок Его Величеству Королю-Заклинателю Айнз Оал Гоуну, Величайшему Повелителю и правителю Великой Подземной Гробницы Назарик, а также господину Коцита-сама.

Айнз удивился, как много титулов ухитрился нагромоздить людоящер, но виду не подал. Вместо этого он наклонил голову в сторону Декремент. Та шагнула вперёд и приняла у людоящера свиток. Далее Айнзу пришлось дождаться, пока Декремент вернётся и отдаст свиток ему, прежде чем наконец получить возможность прочесть послание.

Свиток испещряли записи Коцита. Текст ломился от чисел, понадобится куча времени и усилий, чтобы разобраться во всём.

Так что Айнз скатал свиток обратно и передал его стоящему рядом Рыцарю Смерти. И наконец обратился к людоящеру напрямую.

— Хорошая работа.

— Ваше величество так добры!

Хотя это всё, что мог сказать Айнз, заканчивать на этом разговор он не собирался.

Айнз встал с трона и заговорил с людоящером.

— Теперь я задам тебе вопросы, не как Король-Заклинатель, но как господин Коцита. В конце концов, говорят, непосредственное общение с подданными углубляет взаимопонимание.

Слова Айнза, похоже, несколько ввели людоящера в замешательство. Он, видимо, не знал как себя вести при непосредственном разговоре. Во всяком случае, так понял Айнз, несмотря на сложность угадать что-либо по выражению лица людоящера.

— Расслабься. Это не формальное дознание. Когда ты покинешь это место, произошедшее здесь не задержится ни в чьих мыслях или воспоминаниях. Также я не буду судить тебя за какое бы то ни было неуважительное поведение.

Эти слова были адресованы Декремент и стоящим вокруг Рыцарям Смерти в той же мере, в какой и людоящеру.

— Итак, как дела у Зарюса? Насколько мне известно, он до недавнего времени оставался в Великой Гробнице Назарик?

— Совершенно верно! Милостью Вашего Величества, с ним всё прекрасно. Он счастливый отец, и они с женой в прекрасных отношениях.

— О, вот как! Я разрешил ему вернуться домой, зная, что его жена вот-вот родит, и вот значит как. Ясно, ясно. Что ж, я рад что они с женой счастливы вместе.

В гильдии Айнз Оал Гоун состояло несколько женатых игроков. Айнз не мог не вспомнить их. "Моя жена несколько ворчлива" стало чем-то вроде ругательства, которым они выражали своё недовольство, которое не могли продемонстрировать вне игры.

Улыбнувшись воспоминаниям — хотя выражение его лица и не изменилось — Айнз продолжил задавать вопросы.

— Его потомство тоже белого цвета?

Жена Зарюса — людоящер с белой чешуёй. Такой цвет очень редок среди этой расы, что глубоко впечатлило Айнза и пробудило в нём дух коллекционера.

— Да, Ваше Величество. Всё как вы и предположили. Хотя дитя несомненно вырастет выдающимся людоящером, в кого бы из родителей оно не уродилось, но, похоже, ребёнок склоняется на материнскую сторону, раз его чешуи чисто-белого цвета.

— О, так был всего один…

Айнз закрыл рот, обрывая себя посреди фразы "всего один малёк". Наверное, мудрее будет использовать слова, подходящие для разумных существ. Вряд ли кто-нибудь выразит недовольство, но это не значит что Айнз может совершать такие глупые ошибки. Если неуклюжий подбор слов создаст проблемы для Коцита, Айнзу будет некуда девать себя от стыда.

— …Всего один ребёнок?

— Да, Ваше Величество. Только один.

— О… Понятно. Один ребёнок, значит.

Похоже, людоящеры отличаются от обычных рептилий, откладывающих много яиц. Впрочем, раз пара в хороших отношениях, в будущем у них вполне могут родиться ещё дети.

Айнз чувствовал, как его кровь коллекционера бурлит. Ему хотелось бы знать, не удастся ли заполучить себе одного из детей для забавы, но силой разлучать детей и родителей — плохой поступок.

Однако, он слышал о традиции Людоящеров метить себя перед тем, как отправиться в путешествие. Если ребёнок Зарюса решит избрать этот путь, возможно, удастся обучить его как искателя приключений.

Гильдия Искателей Приключений, которую желает построить Айнз — это организация, принимающая в свои ряды представителей разных рас. Если удастся завлечь туда редкого представителя расы людоящеров, это может стать хорошей рекламой, словно записавшийся в школу поп-кумир.

— Как мать и дитя? Они хорошо питаются?

— Да, Ваше Величество. Премного благодарен за ваше любезное беспокойство. Мать и дитя хорошо себя чувствуют и похоже что ребенок вырастет исключительно здоровым.

— На самом деле, вот как. Это безусловно стоит отпраздновать. Раз так, позвольте мне преподнести подарок, чтобы отметить рождение ребенка с таким славным будущим. Однако я не совсем знаком тонкостями дарения подарков новорожденным в культуре людоящеров. Поделись своим мнением, что было бы хорошим подарком?

Это было бы ужасно скучно дарить рыбу или что-то подобное, вместо торта на день рождения. Он бы скорее дал бы что-нибудь ощутимое и долговечное.

— Повинуюсь. В то время как моя деревня не имеет обычая дарить подарки в честь рождения… Я полагаю, что Зарюус был бы рад получить оружие и доспехи.

— Снаряжение, значит… ясно.

Если возможно он бы хотел подарить что нибудь также и жене, но так как броня и оружие защищают жизнь ее мужа, можно сказать что таким образом он косвенно порадует и её.

Чуку вдруг боязливо заговорил.

— Может Ваш слуга осмелиться задать вопрос, Ваше величество?

— Что такое?

— Почему вы так высоко цените Зарюса?

На самом деле у Аинза не было намерения как-либо восхвалять Зарюса. Он просто думал о нем, как о муже редкого белого Людоящера. Но сказать такое он не мог, и принялся ломать голову над предлогом.

— …Он выдающаяся личность. По правде говоря, я слышал что его тренировки в Назарике продемонстрировали результаты, достойные восхищения. А я намерен вознаграждать верность и исключительность соответствующей щедростью.

— Я бесконечно признателен за ваши добрые слова, Ваше Величество. Мы будем стремиться проявлять большую верность и рвение в будущем.

— Мм. Сохрани этот настрой.

Кивнув в преувеличенной манере, Аинз подумал было ли ещё что-то, что он хотел спросить. Действительно выдающийся правитель захотел бы узнать о состоянии деревень Людоящеров и сравнить ответ с докладами Коцита, таким образом у него бы сразу же появился ряд более глубоких вопросов. Но, Аинз этого сделать не мог

Как раз когда Аинз собирался освободить Людоящера, кое что пришло ему на ум.

— Это, вероятно, не касается вашей деревни, но что ты знаешь о дварфах Азерлисских гор?

Поселение Людоящеров располагалось как раз у подножия этой горной гряды.

— Ваше Величество, у меня есть некоторые знания о них.

Аинз не ожидал услышать ответ на свой вскользь заданный вопрос и, обрадовавшись, приказал Людоящеру рассказать ему о Дварфах.

— С великим уважением, Ваш слуга признает, что всего лишь услышал это от друга. Дварфы — это вид, который строит города в богатых копях и использует руды для производства всевозможного снаряжения. Среди которого есть броня и оружие, исполненные из крайне редких металлов.

— Говоришь, редкие металлы?

На мгновение Аинзу показалось, что он сглотнул от удивления.

Крайне соблазнительные слова для игрока, увлеченного коллекционированием редких предметов.

— Знаешь ли ты названия этих металлов?

— К сожалению, Вашему слуге это неизвестно этого, Ваше Величество. Мои знания не столь глубоки.

Разочарование охватило Аинза, он упрекнул себя за глупые ожидания.

Во время своих путешествий в качестве Момона он узнавал о металлах, но не слышал ни слова о чем-то прочнее, чем адамант. В этом мире даже орихалк и адамант расцениваются как чрезвычайно редкие металлы. Было трудно себе представить, что экзотические металлы, упомянутые людоящером, могут оказаться чем-то большим.

И всё же Айнз не мог подавить нарастающее предвкушение.

Раз дварфы — раса подземных жителей, то не значит ли это, что они могут что-то знать о металлах, ценных даже по меркам Айнза?

"Если… да, если. Что, если в этом мире существует призматическая руда ИГГДРАСИЛя, и дварфы добывают её? Да, конечно, всё опирается на это шаткое предположение, но если это так, то, возможно, удастся с их помощью произвести Камень Калорик — один из скрытых предметов ИГГДРАСИЛя?"

Камень — Калорик был предметом Мирового класса. Он мог быть получен только путем сбора огромного количества призматических руд, которые в свою очередь расходовались на него.

Как правило, это повлекло бы за собой чрезвычайно сложный процесс, но Айнз Оул Гоун уже делал это однажды.

Они нашли, до сих пор никем необнаруженную шахту для добычи Поднебесного Урана, который является одним из семи призматических руд, а также важнейшим элементом для камня "Калорик".

При нормальных обстоятельствах, гильдия, которая нашла новую шахту — будет полностью осваивать ее, прежде чем продавать готовый продукт на рынке. Это было так, потому что полностью опустошенные шахты в Игдрасиле будут медленно восстанавливаться и вскоре будут готовы к дальнейшей уборке. Айнз Оул Гоун намеревался сделать как раз именно это.

Тем не менее, причина, по которой они смогли достигнуть этого предмета Мирового Класса, была чрезвычайная удача.

По началу они должны были позволить

призматической руде просачиваться на рынок, надеясь управлять её растущей ценой из за ее редкости. Но затем огромные запасы призматической руды в Великом Склепе Назарика неожиданно подверглись непроизвольной реакции.

Айнз все еще помнил необычное напряжение в воздухе, когда они поняли, что вся призматическая руда исчезла, а на ее месте оказался покатившийся по земле предмет. Они с пустыми выражениями лиц смотрели друг на друга, задаваясь вопросом, должны ли мы радоваться этому?

Потом, узнав что Камень Калорик можно будет добыть тем же способом что и раньше, они истратили его. И попытались создать снова, но, к сожалению, шахту Поднебесного Урана у них отобрали, и мечта развеялась словно дым.

Когда Айнз и остальные увидели, что Поднебесный Уран продаётся за огромную цену, они были одновременно счастливы и возмущены. При таком обращении враги никогда не смогут создать предмет мирового класса.

Лицо Айнза, погрузившегося в насмешливые воспоминания о тогдашних противниках, искривилось в злой ухмылке.

"Идиоты. Вам нужно было монополизировать руду и накопить необходимое количество. Но если продавать её, этого ни за что не достичь. Если только…"

Айнз вспомнил слова Пунитто Моэ.

— Должен быть источник Поднебесного Урана помимо того, что обнаружили мы, Айнз Оал Гоун. Насколько нам известно, существуют и другие шахты для его добычи, и они отобрали нашу чтобы сохранить секрет, — говорил он.

Однако, он быстро отверг собственный вывод. Пунитто Моэ выяснил, что враждебная гильдия изгнала Айнз Оал Гоун из тех шахт с помощью предмета мирового класса, Уробороса.

— Даже если они хотели получить способ непрерывного производства Камня Калорик, стоило ли это траты одного из двадцати сильнейших мировых предметов? — задавался он вопросом.

Айнз потряс головой, изгоняя из разума воспоминания. Впрочем, он не смог полностью отвергнуть пришедшую на ум идею.

"…Даже если там нет призматической руды, дварфы могут что-то знать о других металлах. Что, если они владеют знаниями, неизвестными во внешнем мире? Если я применю заклинание очарования или… — нет, я слишком спешу. Нужно держать воображение в узде. И всё же, это тоже касается рун. Как я и думал, вопрос дварфов обладает наивысшим приоритетом, и с ним нужно разобраться как можно скорее".

И только сейчас Аинз заметил Людоящера, украдкой посматривающего на него. По-видимому он ненадолго потерялся в своем собственном мире.

— …Похоже, я ненадолго задумался. Скажи мне, кто рассказал тебе о Дварфах?

— Ваше Величество, это был Зенбер? Бывший вождь племени как и я.

— Хо! Тот Зенбер, значит?.. Хм. Говоришь, Морозная Боль — тоже творение дварфов? Это Зенбер подарил её Зарюсу в знак дружбы?

От Зарюса Айнз знал о происхождении Морозной Боли. Однако, мудро будет использовать и другой источник информации.

— Это наследие древних времён, её добыл не Зенбер.

— Вот как…

Всё как он и слышал. Однако, тут может быть что-то, о чём людоящеры не знают.

"Многое оружие этого мира нельзя воспроизвести с помощью технологий ИГГДРАСИЛя. Например, оружие с пассивной способностью пробивать защиту…"

Магическое оружие этого мира создаётся заклинателями, зачаровывающими созданное кузнецами оружие. Иначе говоря, в деле создания мощного магического оружия умелый заклинатель гораздо ценнее умелого кузнеца.

Однако, у этого правила есть исключения. Знаний Флюдера хватило бы, чтобы воспроизвести стилеты Клементины, но не меч Газефа.

— Возможно, — начал тогда Флюдер, — Меч Газефа был создан случайно, в каком-то природном феномене впитывания маны, или, может быть, с помощью магии драконов.

"И всё же, я не могу быть полностью уверен в его правоте. Есть многое, что и сам Флюдер не понимает. Могли ли дварфы создать такое оружие? Впрочем, я знаю что слишком предвкушаю возможность узнать ответ…"

Оружие в ИГГДРАСИЛе — за исключением некоторого Оружия Гильдий — обладало параметром вместимости данных, который определялся качеством материала, использованного для его изготовления, и навыком создателя. Этой вместимостью данных ограничивалось количество кристаллов данных, которые можно было встроить в оружие. Таким образом, чем ценнее металл, тем более мощное оружие можно из него изготовить.

Кузнец — также важная часть уравнения. Как и в этом мире, в ИГГДРАСИЛе представители расы дварфов гораздо быстрее получали уровни в ремесленных профессиях. Поэтому среди тех, кто хотел играть оружейником или бронником, дварфы были очень популярным выбором.

Раз так, могут ли они обладать знаниями об изготовлении оружия, неизвестными Флюдеру?

"Значит ли это, что руны — часть этих знаний? Хм. Взять под контроль дварфов… Неплохо. Главный Библиотекарь и Демиург экспериментируют со свитками. Энфри работает над зельями. Флюдер занят магическими предметами. А дварфам можно будет поручить изготовление оружия"

Все виды экспериментов для усиления Назарика происходили одновременно. Аинз удовлетворенно улыбался, когда думал о них. И тогда он понял, что если шесть великих богов действительно были игроками, то Аинз вполне вероятно появился здесь на 600 лет позже.

(Возможно, нам придется провести ближайшие несколько лет, нет, ближайшие несколько десятилетий занимаясь технологическим развитием. Мы не можем быть небрежным здесь.)

Насколько Айнз знал, другие тоже могут заметить то, что заметил он. Его долг предводителя — отбросить ни на чём не основанную уверенность в собственной уникальности.

"Если кто-то думал о том же, о чём и я, то шансы найти в Королевстве Дварфов что-либо полезное весьма велики. Другие игроки могли поручать дварфам разработать технологии или изготавливать оружие, а в процессе узнать об их способе применения рун… Возможно, стоит посоветоваться с Альбедо и Демиургом, после чего приготовить наши силы для полномасштабной операции?"

Ещё час назад он планировал посетить Королевство Дварфов в компании одной лишь Ауры. Однако, учитывая возросшую важность дварфов, планы нужно пересмотреть.

Он должен узнать всё о дварфах и убедиться, что его шпиону удастся получить сведения незаметно. И в то же время, очень важно избегать магических средств слежения.

Проблема в том, сколько времени это займёт.

Если взявший под контроль Шалти игрок прячется где-то там, то предоставлять противнику время очень опасно. Пассивное наблюдение даст врагу шанс улучить удачный момент и напасть. Чтобы избежать этого, нужно захватить инициативу и действовать на опережение.

"…Значит, всё-таки придётся рискнуть. Раз так, отправим посольство. Мы установим дипломатические отношения с Королевством Дварфов. Если какой-либо игрок нападёт на нас, это послужит поводом к войне, и мы начнём вторжение. А нужные сведения можно будет потом раскопать среди того, что останется"

Айнз расставил приоритеты вопросов, которые нужно решить при встрече с дварфами.

Первое: убедиться в присутствии или отсутствии игроков.

Второе: исследовать руны и их проиcхождение.

Третье: получить сведения и образцы металлургии дварфов и добываемой ими руды.

Что-то в этом роде.

Однако, вряд ли они сразу согласятся рассказать всё Айнзу. Разумеется, желание скрыть технологические секреты совершенно естественно. Информация тем ценнее, чем тщательнее она скрывается.

Если бы нашёлся игрок ИГГДРАСИЛя, готовый свободно распространять добытые им знания, Пунитто Моэ наверняка нашёл бы много ядовитых и издевательских слов в его адрес.

"…А ещё, что если удастся заключить с ними сделку на поставку оружия в Колдовское Королевство по сниженным ценам? Привлекательно, а? Но для начала нужно добиться дружественных отношений с дварфами. Конечно, я всегда могу сделать их рабами Назарика, но это крайняя мера. Хотелось бы на деле подтвердить ту мою речь перед Айнзаком"

Однако, всё это пока что лишь домыслы.

— …Людоящер. Зенбер знает о городе Дварфов?

— Да. Он рассказывал, что некоторое время жил среди них.

— Вот как. Думаешь Зенбер сможет отвести меня туда?

Людоящер задумался, после чего покачал головой.

— Мои глубочайшие извинения, но ваш слуга не знает ответа. Разумеется, я уверен, что стоит Вашему Величеству приказать, и Зенбер приложит все усилия чтобы исполнить повеление. Однако, прошло уже несколько зим с тех пор, как он вернулся из города дварфов, так что я не уверен, насколько хорошо он помнит путь…

— Вот оно что… Ну, эту проблему я могу решить с помощью магии. Всё будет в порядке.

"Контроль Амнезии" наверняка сможет помочь.

Взмолившись, чтобы Айнзак или Флюдер знали что-нибудь об этом, Айнз дозволил Людоящеру удалиться.

После разговора с людоящером минуло два часа. Айнз тихо вздохнул в своём кабинете.

Он только что закончил общаться с Флюдером и Айнзаком посредством "Сообщения".

"Почему я должен телепортироваться лично чтобы доказать, что я это я? Особенно Флюдеру. Я думал, он уже привык. Ну, видимо, ошибся"

Каждый раз при использовании "Сообщения" ни тот ни другой не верил, что говорит с Айнзом, так что тому оставалось лишь телепортироваться к ним и разговаривать непосредственно.

Каждый раз у него возникало впечатление, что те спланировали всё заранее, учитывая то, как оба в одинаковых выражениях извинялись за доставленное неудобство и просили Айнза в случае необходимости ограничиваться лишь "Сообщением".

"Ладно Айнзак, но Флюдер мог бы и не тратить время зря, учитывая ту книгу, что я ему дал".

Разумеется, Айнзу хватало ума держать язык за зубами.

Кстати говоря, хотя он и был в курсе трагедий, случавшихся в прошлом из-за использования "Сообщения", но не понимал, почему Флюдер с Айнзаком до сих пор не доверяют этому заклинанию. Видимо, им не так-то просто принять мысль о его надёжности. Кроме того, было бы весьма неприятно если они, его осведомители, будут обмануты подобным образом. Так что ему оставалось лишь проглотить своё недовольство и считать трату маны на телепортацию необходимым расходом.

Кроме того, его усталость была вызвана результатами разговоров. Телепортацию удалось бы оправдать если бы удалось узнать что-то важное. К сожалению, не удалось.

Айнзак знал, что в Азерлисских Горах расположено Королевство Дварфов, но не был уверен, где именно. Королевство также никогда не пыталось установить с дварфами контакт на государственном уровне. А если и пыталось, то это, скорее всего, ограничивалось небольшими сделками в шахтёрском городе Ре-Брумлашул. Подобные связи как правило относятся лишь к торговым делам, и что-нибудь отследить посредством их будет сложно.

То же самое и с Флюдером.

Он слышал о культуре дварфов и их государственной структуре, но фактически не знал про них почти ничего. Что-то про некий город дварфов разорённый могучим драконом, но ни названия города, ни имени и способностей дракона поведать он не мог.

Похоже, Флюдер не углублялся в этот вопрос, так как тема была ему неинтересна. Однако, можно было бы начать изучение по каналам Империи. Во всяком случае, Флюдер предложил именно это, но Айнз отказался. Потребуется слишком много времени, и поручать сбор информации раскрытому предателю значит напрашиваться на неприятности.

В конце концов, рассчитывать остаётся лишь на людоящера, Зенбера.

"Пора отправить тем двоим "Сообщение" и рассказать про дварфов"

— Сначала свяжусь с Шалти. Хм… Работа в самый раз для неё?

Слова несли в себе одновременно высокую похвалу и жесточайшую критику.

Айнз закрыл глаза — хотя у него и не было век — и размышлял ещё около минуты. После чего открыл их и активировал "Сообщение".

— …Шалти Бладфолен.

『Э-это вы, владыка Айнз? Куда мне открыть "Врата" на этот раз?』

Шалти — сильнейшая из Стражей Этажей, и единственная, отвечающая за несколько. То, что первым делом она спросила, куда открыть "Врата", было невыразимо печально. Айнз ощутил легкий укол вины за то, что назначил ей такую задачу.

"Нет. В этот раз, я хочу доверить тебе ответственное задание."

"О-ответственное задание?"

— Да. Сопровождай меня, и обеспечивай мою безопасность.

На несколько секунд повисла тишина.

"Только не говорите, что она не расслышала. Что происходит?"

Едва Айнз начал задаваться вопросом, не пошло ли что-нибудь не так, раздался голос Шалти — нескладный, вероятно из-за перевозбуждения.

『Ваша верная слуга исполнит свой долг, даже если ей придётся стереть себя в пыль ради этого!』

— Х-хорошо. Итак, я объясню детали. Приходи в мои покои в Э-Рантэле.

Если бы он не уточнил, то она вполне могла бы телепортироваться в покои Айнза в Назарике. Однако, такое случилось лишь однажды. Он отправил "Сообщение" Нарберал, приказывая ей явиться в его комнату, но прождал целую вечность, а та так и не появилась. Лишь после ещё одного "Сообщения" к ней он понял, что Нарберал всё это время ждала в его комнате в Назарике.

Айнз осознал свою ошибку, понимая что всему виной его неверный приказ. И поклялся, что никогда больше не повторит её.

『Поняла! Ваша слуга прибудет незамедлительно!!!』

— Также перепоручи Мару твою задачу охраны Великой Подземной Гробницы Назарик. Сообщи ему всё, что ему потребуется знать, когда будешь передавать дела. Учитывая, что на это потребуется время… Приходи, когда всё уладишь. У меня нет никаких дел вне моих покоев, так что я подожду тебя здесь.

『Да!! Шалти Бладфолен исполнит вашу волю преданно и немедленно!!』

— Очень важно передать дела как подобает. Не торопись и не напутай ничего лишь из-за того, что я жду, поняла? Я прикажу Мару явиться в твою комнату, Чертог Адипоцира.

『Поняла!! Я перечислю его новые обязанности на бумаге!』

— Также, хотя, полагаю, мне нет необходимости упоминать это, но тебе придётся отдать твоё кольцо Мару.

『Конечно!! Я понимаю, что он лишь возьмёт его на временное хранение!!』

Выносить это кольцо из Назарика слишком опасно. Иными словами, пока оно и Посох Айнз Оал Гоун не попали в руки врагов, Стражи всегда успеют собраться для отражения опасности. Так что кольца хранились среди гор золота в Сокровищнице, за исключением тех, что носили Айнз и некоторые избранные обитатели Назарика.

Причина, по которой Аинз носил кольцо, зная об опасности, потому что стало бы невозможно войти в Назарик, если ни у кого не будет кольца, а противник заблокирует вход в него.

— Очень хорошо. Тогда начни приготовления.

『Да!! Что я должна принести в ваши покои Владыка Аинз?』

— Резонный вопрос, но ничего с собой приносить не нужно. Я расскажу тебе о своих планах, когда ты прибудешь, затем я дам тебе время на подготовку.

『Поняла!!』

Страстный ответ Шалтир исчез, вместе с закончившим свое действие заклинанием.

Затем, он связался с Маре с помощью [сообщения]. Была небольшая разница в содержании их разговора, кроме того, он сказал ему, чтобы он занялся защитой Великой Гробницы Назарика вместо Шалтир.

Выслушав спокойный голос Маре, Аинз развеял действие [Сообщения].

И в конце Аинз связался с Аурой с помощью [Сообщения].

— Аура, это я.

『Да, Владыка Аинз! Вам что-то нужно от меня?』

— Хм. Я хотел бы, что бы ты сопровождала меня в пути к Королевству Дварфов.

『Поняла!』

— Во первых, я надеюсь, что ты встретишься со мной в моем кабинете в Э-Рентале. Вместе дождемся прибытия Шалтир.

『Шалтир?!』

Последующий вопль неверия заставил Айнза сказать спасибо, что он мог слышать без барабанных перепонок.

— Аура, потише.

『Мне, мне очень жаль Владыка Аинз!』

Я ведь сказал, потише… Подумал Айнз, но не произнес это вслух.

"Эм, так мы собираемся уничтожить Королевство Дворфов?"

— Нет. Как ты смогла так опасно не понять меня. Я просто хочу провести дружеские переговоры.

— Ах, понятно. Значит, вы предполагаете, что переговоры провалятся?

— Аура, ты…

— Владыка Аинз, я здесь!

— Что? Хочешь сказать, что уже прибыла в мою комнату?

"Да, конечно!"

Одновременно с этими словами послышался стук со стороны двери.

Айнз горько улыбнулся, пока он смотрел как Декремент идёт, чтобы ответить на него.

— Владыка Аинз, госпожа Аура просит разрешения войти.

Айнз утвердительно кивнул, и Декремент отступила от двери.

— Извините за беспокойство, Владыка Аинз!

Приветствие девочки-эльфа, раздавшееся со стороны двери, наложился её же голос из незавершенного заклинания "Сообщение".

"Отлично. Присаживайся, я хотел бы кое-что тебе рассказать."

Айнз указал на пару кресел, стоявших напротив друг друга, а затем повернулся к Декремент.

"Приготовьте напитки для Ауры."

"Конечно, господин Айнз. У нас сейчас в наличии яблочный сок, апельсиновый сок, газированный лимонад, чай и кофе."

Декремент поставила яблочный сок, который попросила Аура, на маленький столик между креслами. Когда Аура пригубила напиток, Айнз приступил к объяснению.

"Сперва позволь пояснить мое мнение касательно уничтожения Королевства Дварфов. Конечно взяв с собой Шалти даст нам достаточно боевой мощи для этого. Но все же есть другая причина."

“Э?!”

Глаза Ауры расширились. Учитывая ее отношение, стало ясно, что она считает возможности Шалти крайне ограниченными. Тем не менее Аинзу трудно было сдержать тепло, бушующее в его груди.

Это напомнило ему о отношение Букубукучагамы с Перорончино.

Время от времени, Букубукучагама спрашивала, "Мой глупый маленький братик доставил вам какие-либо неприятности?"

Когда люди отвечали "Э-э, нет не думаю?", она бы немедленно среагировала, как Аура это обычно делает, "Серьезно?!"

Как только Аинз осознал, что Ауру и Шалти связывают такие же взаимоотнашения, он с трудом сдерживал свои чувства

Воспоминания, подобно рыхлому снегу, падали наполняя сердце блаженством. Радость захлестывала его, и только смех был готов вырваться наружу — чувство подавил пассивный навык.

— …Черт.

Аинз тихо выругался, момент радости был прерван его подавлением эмоций. Это помогало ему много раз в прошлом, но он находил это утомительным, когда доходило до такого. Аинз знал, что он был эгоистом и лицемером, но он до сих пор ему было трудно принять прерывание воспоминаний о своих прежних друзьях.

— Ах, э-э… Владыка Аинз? Что-то не так?

Тем не менее, его негодование исчезло, как дым на ветру, когда он услышал трепетный голос девушки. Он не мог позволить себе выразить эти негативные эмоции, которые даже ребенок мог заметить. Аинз сделал глубокий вдох, и улыбнулся Ауре.

— Нет, мои извинения. Ничего. Как я уже говорил ранее, я беру Шалтир на этот раз, чтобы исследовать ее гибкость. Она была создана, чтобы быть сильнейшим Хранителем. В этот раз, если она будет сражаться должным образом, даже я бы не смог одолеть ее.

— Ну, если для чего-то вроде этого-

— Нет, это не так. Если бы я был Шалтир, я бы немедленно вызвал Эйнхерию а пока она отвлекает врага — готовым к бою атаковал магией в силу своей маны и навыков. Потом активировал бы Жажду Крови и вступил в ближний бой с Шприцевым Копьём, пока сила моей атаки увеличена.

Аинз поневоле улыбнулся.

— Если бы это случилось, я бы сбежал без раздумий.

Отбрасывая навыки игрока в сторону, персонажа Аинза можно было бы рассматривать только в верхней части среднего уровня списка всех игроков. Характер сборки и снаряжения Шалтир помещает ее в нижнюю часть верхнего яруса. Если бы она была полностью снаряжена — элементами божественного класса — будет находиться в средней части верхнего яруса. А в случае если она сможет подстраивать свою экипировку под конкретного противника, она сможет достигнуть даже высших эшелонов верхнего яруса.

— Тем не менее, ее репутация как сильнейшего Хранителя вместо этого препятствует росту Шалтир.

— Эх?

— Наиболее эффективно использовать для Шалтир значительного снижения боевой мощи противника, поэтому она должна быть использована, как стрела. После того, как она вступает в бой, она должна быть оставлена буйствовать во вражеских рядах. Тем не менее — действительно ли, стоит так поступать? Это может быть лучший способ в полной мере использовать силу Шалтир, но можем ли мы действительно сказать, что это наиболее подходящий метод?

— Я не совсем понимаю… но если вы считаете, что это правильно, то это должно быть правильным, Владыка Аинз.

Такого рода ответ усложняет поддержание разговора. То что Аинз действительно хотел услышать прямо сейчас был отрицательный ответ, который был то, что собственно взрослый сказал бы. Тем не менее, дети должны быть откровенным, в конце концов.

— Действительно. Тем не менее, я не думаю, что дело в этом. Когда я сказал, что это лучший способ, это было только с точки зрения полного использования ее силы. Тем не менее, это может быть не единственный путь ведь Шалтир начинает накапливать опыт.

Айнз развивался как воин. Нет, точнее, он учился лучше использовать собственные способности. Его тело больше не сможет стать сильнее, но остальное продолжает расти.

В игре НИПы были просто наборами данных, но теперь они обладают разумом и свободой воли. То же верно и в отношении Шалти. Завтрашняя Шалти будет отличаться от Шалти сегодняшней.

— Если вместо одного и того же задания она получит новое дело, это сможет помочь ей вырасти… Разумеется, её может постигнуть неудача, хотя я и не хотел бы этого. И всё же, даже если она допустит ошибку, нужно лишь чтобы кто-нибудь рядом поддержал её. Именно поэтому я и позвал тебя, Аура.

Аура ладит с Шалти лучше, чем Мар. Айнз выбрал старшую сестру, потому что она сможет держать Шалти в узде.

Внимательно слушавшая Аура напряжённо кивнула.

— …И всё же, хотя я и собираюсь дать ей шанс получить новый опыт, это может стать нарушением социального контракта, и создать проблемы для компании… корпорации.

— Э? Что это значит?

— …Подумай вот о чём. Это может быть не слишком-то хорошо, заставлять Шалти делать то, что она не хочет делать.

— Служить вам наш долг, владыка Айнз!

— …А ты не думаешь, что будет неправильным заставлять её делать что-нибудь, идущее против желаний Пэроронтино? Если бы мои приказы вступили в противоречия с желаниями Букубуку Чагамы, что бы ты чувствовала, исполняя их, Аура?

— Нг! Ну, я, э, я бы…

Аура нервно поникла, и пробормотала что-то вроде "Трудно сказать".

— Всё в порядке, не беспокойся об этом. Это был просто пример. В этот раз я выбираю Шалти чтобы дать ей возможность попробовать себя в других делах и посмотреть, сможет ли она вырасти.

— Понятно! Как и всегда, владыка Айнз, вы так глубоко всё обдумываете!

Чтобы подчинённые могли развиваться, начальник обязан ставить их перед трудностями.

Такой совет он почерпнул в одной из книг, прочитанных вскоре по прибытию в этот мир.

До сих пор он не давал Шалти такого шанса, потому что ситуация была слишком опасной, да на это не было и времени. Сейчас, однако… Нет, лучшего шанса не представится.

— Я сообщу тебе остальное когда прибудет Шалти, чтобы не повторять дважды.

Едва Айнз произнёс это, как от двери раздался стук, и Декремент отправилась встретить посетителя.

— Это Шалти-сама.

Та, кого он ждал, прибыла. Айнз жестом приказал Декремент впустить её.

Дверь открылась, и в проёме показалась фигура.

— Шалти Бладфолен готова выступать!!

Айнз — приготовившийся поблагодарить её за прибытие — на мгновение замер, ему потребовалось время чтобы придти в себя и заговорить.

— Почему… Почему ты в полном боевом снаряжении?

Она не только надела свой латный доспех, но также приготовила Шприцевое Копьё.

— Да!!! Я во всеоружии и готова защищать вас, владыка Айнз!!! Я уничтожу любого, кто рискнёт угрожать вам, владыка Айнз!!!!!

Айнз вытаращился на тяжело дышащую Шалти. После чего переглянулся с Аурой, словно спрашивая, что делать? Он не смог бы даже сказать, что Шалти всё неправильно поняла.

— Хаа… Ты слишком торопишься. Как насчёт выслушать владыку Айнза, и только потом действовать?

Шалти, получив словесную оплеуху от Ауры, насупилась. Решив не дожидаться, пока они начнут переругиваться, Айнз поднял руку, требуя внимания.

— Шалти. В целом ты поняла всё правильно, но несколько перепутала время. Прости, что не объяснил всё как следует.

Айнз торопливо изложил Шалти цели операции — и свои планы создать дружественные отношения с Королевством Дварфов.

На лице Шалти отразилось замешательство.

— Если, если вы хотите этого, то стоит ли мне сопровождать вас?

— …У меня есть много причин брать тебя с собой. Одна из них — поручить тебе мою защиту. Но важнее всего то, что так ты сможешь набраться опыта. Насколько я могу судить, ты считаешь себя плохим кандидатом на эту роль из-за Жажды Крови. Но если попробуешь, возможно, окажется что ты на удивление хорошо подходишь.

Глаза Шалти расширились.

— Поняла, владыка Айнз! Я сделаю всё, чтобы вам не пришлось сожалеть о вашем выборе!

— …Хорошо. Итак, Шалти, на время путешествия я отдаю тебя в подчинение Ауры. Поскольку Аура за главную, надеюсь, ты будешь её слушаться.

— Повинуюсь!!

Шалти поклонилась.

Её ответ показался Айнзу слишком напряжённым, но лучше уж так, чем безвольный отклик. И всё же, будет неприятно если все усилия окажутся впустую.

— Мне приятно твоё усердие, Шалти, но сейчас успокойся… Итак, давайте обсудим вопрос сопровождения. Не будет ли лучше взять с собой ещё кого-нибудь?

— Владыка Айнз… Не дозволите ли мне высказаться?

Айнза несколько озадачил пришедший с неожиданного направления вопрос, но он, ничем это не выказывая, спокойно повернулся к Декремент.

— Что такое? В чём дело?

— А, я подумала, как вы смотрите на то, чтобы взять с собой некоторых из нас, горничных, чтобы прислуживать вам. Согласно традиции, облечённые властью лица всегда берут с собой прислугу для мелких поручений. Я думаю, что в Королевстве Дварфов могут недооценить вас, владыка Айнз, если вы не возьмёте с собой служанок.

— Понятно… Да, в твоих словах есть смысл.

Подсматривая за Зиркнифом он замечел, что тот всегда, выезжая куда-либо, брал с собой эскорт из нескольких повозок, и в некоторых из этих повозок ехали красиво одетые девушки. Должно быть, то были его служанки. Если бы император в тот раз остался переночевать в Назарике, можно было бы пронаблюдать за ним более плотно, но, к сожалению, он отказался.

Нет, фактически, Зиркниф проделал такой путь, чтобы увидеться с Айнзом, а Айнз был крайне груб с ним, не настояв на том, чтобы тот переночевал. Да, конечно, он наотрез отказался от всех предложений ночлега, но, возможно, стоило постараться переубедить его. Возможно, если бы они с самого начала установили дружественные отношения, вопрос вассалитета не был бы поднят после событий на арене.

"Так, я отвлекаюсь… Декремент права, но…"

Айнз обдумал её параметры. Рядовые горничные выглядят по-разному, но их снаряжение и характеристики идентичны.

Гетероморфная раса Гомункулов ничем особенным не выделяется, и на первом уровне они очень слабы. Хотя они и превосходят по характеристикам людей первого уровня, но шанс гомункула одолеть человека в бою — всего лишь 60 %.

Их униформы горничных давали им некоторую защиту, но лишь благодаря своему высокому качеству. Для обитателей этого мира эта одежда может показаться невероятно прочной, но против игрока ИГГДРАСИЛя станет защитой не лучше, чем лист бумаги.

Попросту говоря, он никак не может взять их с собой в Королевство Дварфов, про которое совсем ничего не знает. Возможно, там его уже поджидает игрок, развернувший свои силы и готовый к бою.

— И всё же… К сожалению, я не могу этого сделать. Если мне понадобятся служанки… Шалти, могу я взять нескольких из твоих Вампирских Невест?

— Вам незачем просить. Все в Назарике служат вам. Вам достаточно лишь приказать.

— Вот как…Декремент, твоё предложение весьма полезно. Однако, проблема в том, что я беспокоюсь о вашей безопасности и не могу взять с собой в неизведанные земли.

— Мы все готовы встретиться с любыми опасностями!

Айнз поднял руку, успокаивая Декремент.

— Мне приятна та самоотверженная верность, которую ты — вы все — проявляете. Так что как только я уверюсь, что в Королевстве Дварфов безопасно, то тут же пошлю за вами с помощью телепортации. А до тех пор, ты согласишься передать роль моей прислуги Вампирским Невестам?

Декремент несколько раз открыла и закрыла рот, но сказать ничего не смогла. Наконец она молча поклонилась. Айнз надеялся, что она соглашается не потому, что он так приказал, но понимал, что вряд ли убедил её.

Но у него больше нет аргументов, и что бы она не сказала, он не собирается передумывать, так что Айнз отвернулся от Декремент.

Воскресить НИПа первого уровня очень дёшево, но проблема не в этом.

Никто не возьмёт с собой в опасное путешествие ребёнка своих друзей.

Итак, Шалти, возьми с собой — посмотрим — шестерых Вампирских Невест. И добавим ещё 30 НИПов сверх того. Пятеро из них будут недавно призванными Ханзо.

Число 30 ничего особенного не означало. Просто он чувствовал, что этого будет достаточно. Возможно, потому что таково было максимальное количество игроков в рейде?

— Пока все собираются, я свяжусь с Коцитом. Да, я, скорее всего, закончу первым. Когда все соберутся, вы двое отправитесь в поселение Людоящеров через [Врата] Шалти. После чего мы направимся на север на поиски королевства Дварфов. Что думаете?

— Поняла!

— Да, давайте сделаем так.

Два стража ответили утвердительно. Вопреки надеждам Айнза у них не нашлось идей получше. Эти двое являли собой девушек весьма упертых и факт того, что они согласились с его предложением вселял в Аинза чувство неловкости. Все потому что у него самого большой уверенности в своей идее не было.

— Так, у вас есть мысли о том, кем должны быть остальные последователи?

— Мои магические звери…

— Моя нежить…

Обе сказали одновременно, а затем посмотрели друг на друга. Как только он подумал, что они начнут спорить, Шалтир отвела взгляд первой.

— После тебя.

— …Что? Ты что-то не то съела?

— Это только потому, что мне было приказано подчиняться тебе.

— Прозвучало довольно мерзко…

У Шалтир дернулась бровь, но она ничего не сказала.

— В таком случаем, может быть 25 из твоей нежити оседлают моих зверей?

— Я не против… — Шалтир посмотрела на Айнза-..Но что, если их будет больше, чем вы сказали, владыка Айнз. Будет ли это приемлемо?

— Все в порядке.

— В таком случае, сделаем это.

Они, кажется, наконец достигли общего мнения, и Айнз продолжил говорить.

— Итак, займёмся каждый своей частью. Я даю вам два часа на выбор спутников. Имейте в виду, что некоторое время после отбытия мы не сможем вернуться, и не рассчитывайте, что всегда удастся телепортироваться обратно в Назарик. Ты, Аура, как живое существо, должна обратить на это особое внимание. Если это всё, то принимайтесь за дело. Мне ещё нужно многое обсудить с Актёром Пандоры.

В это же время, он сделал мысленную заметку связаться с Альбедо насчёт этого с помощью "Сообщения".

* * *

— Наконец! Этот момент настал!

После того как она удалилась от комнаты Высшего Существа достаточно, чтобы её не было слышно, Шалтир сжала кулаки и закричала от удовольствия.

— Как же долго я ждала этого… но теперь, я смогу смыть позор своей прошлой неудачи и пусть все знают, что Шалтир Бладфоллен может быть полезна всем.

Шалти устремила вдаль свой взор.

Аура в полной мере понимала чувства, таящиеся в голосе Шалтир, что было для той крайне необычно. Не смотря на то, что Шалтир уже была наказана за свою ошибку и Владыка Аинз лично говорил ей, что это не её ошибка, она все ещё хотела смыть с себя позор за эту неудачу. Как её товарищ, Страж Этажа, Аура понимала эти чувства как никто другой. И все же, она немного беспокоилась.

— Прошло не мало времени… Все задания, порученные мне до сегодняшнего дня были просты настолько, что с ними справился бы любой. Но… Но…

— Аахх~ Я думаю, что поручения, которые давал тебе Владыка Аинз, были крайне важны, Шалтир.

— Ну, возможно так и есть. Но было ли это действительно важно?

— Защищать Назарик — довольно важно, разве нет? В конце концов, быть первой линией защиты от вторжения — задание, которое поручают надежным Стражам, верно?

— Нгхх!

С этим Шалтир поспорить не могла.

Она нервно сжала и разжала кулаки.

— Владыка Аинз действительно так думает?

— Ммм~ возможно. Владыка Аинз сказал, что ты была очень сильна, Шалтир.

Лицо Шалтир растянулось в улыбке. При виде этой реакции Аура вздохнула с облегчением. Сложись все иначе и Шалтир наверняка бы попала в массу неприятностей из за пустяков и доставила бы хлопот Владыке Аинзу. Случись это, она представить не может как ей придется извиняться перед Владыкой Аинзом за это. К тому же ей было жаль Шалтир, терзавшуюся беспокойством.

— Но когда я была в городе людей, Демиург не доверил мне ничего существенного. Должно быть он считал меня бесполезной. Если так обо мне думает Демиург, величайший ум Назарика, тогда и остальные, особенно Владыка Аинз, чья мудрость превосходит способности Демиурга, будут считать так же?

— Хм. Ты не можешь быть в этом уверена. Может быть потому что Владыка Аинз мыслит шире, чем Демиург, он думает о тебе иначе.

В этот момент Шалтир влажно простонала " — Хо~.."

— Как и ожидалось от Владыки Аинза…

— …Хаах~

Аура начинала чувствовать себя немного уставшей. Однако, у неё было чувство, что говорить прямо с Шалти не сработает, возможно метод намёков будет эффективным.

— Тем не менее, это означает, что остальные думают так же, как Демиург.

— … Я не могу отрицать этого.

Или, точнее, так оно и есть на самом деле. Аура заговорила, не давая Шалти времени продолжить.

— Владыка Айнз хочет проверить твои способности к адаптации, подвергая тебя разнообразным испытаниям, так что то, что тебе тяжело, наверное, неплохо. Если ты попробуешь вести записи и учиться у окружающих, то сможешь произвести впечатление как на владыку Айнза, так и на остальных.

— То есть, сначала мне нужно поучиться?

— Верно. Только подумай, ты будешь путешествовать с величайшей личностью в Назарике, верно? Разве это не значит, что ты сможешь чему-то научиться у владыки Айнза?

— Поняла!….Но, что я должна делать?

— Это и есть твой первый урок, Шалти.

— В-верно!

Не зная что сказать, Аура просто отфутболила вопрос обратно Шалти.

Ведь всё в порядке……..да?

Проблеск неловкости прошёл сквозь сердце Ауры. Тем не менее, мяч был у Шалтир в настоящее время, и не было ничего другого что она могла бы сделать.

"Сделает ли она что-нибудь достойное…."

Аура, вознесла молитву Букубукучагаме, Высшему Существу, которая являлась для неё Богом:

(Госпожа Букубукучагама, пожалуйста присмотрите за Шалти, которая была сотворена вашим младшим братиком господином Пэреронтино!)

Аинз отправился в деревню Людоящеров через [Врата].

Для полной безопасности его сопровождали пять Ханзо, у одного из них на правой руке была красная повязка. Она не была ни коем образом зачарованна, а просто отмечала лидера группы.

По началу он думал, что это поможет проще управляться с ними, но назначенный им лидер был просто вне себя от радости будучи избранным и Аинз чувствовал что тот светится от счастья за своей маской.

Откровенно говоря, Аинз чувствовал себя немного виноватым. В конце концов, он всего лишь дал ему кусок ткани.

Находясь под защитой своих вассалов, Аинз уже мог видеть статую самого себя.

Так как это был обговоренный пункт для телепортации, Аинз уже несколько раз бывал тут. И все же увиденное его сильно смутило.

В мире Сузуки Сатору конечно были исторические статуи и разные памятники, но определенно, любому стало бы стыдно при виде прижизненного монумента в его честь.

Однако сильнее всего его беспокоило, то, что лицевые кости слегка отличались от его — возникало чувство, будто они пытались приукрасить его.

Разве скулы такой формы смотрятся более привлекательно? Совсем не понимаю. Насколько странными вкусами обладал творец этого?

Созерцая причину своих размышлений, Аинз обернулся и заметил преклонившихся перед ним Коцита и Людоящеров.

Теперь, когда он набрался опыта, играя роль Высшего Существа, ему стали привычны подобные коленопреклонные сцены. Но это по прежнему не нравилось офисному служащему Сузуки Сатору. Тем не менее, он понимал, что все это было выражением их лояльности и он не просил их прекратить.

— Поднимите ваши головы.

Только после разрешения, при смешанных чувствах, людоящеры позволили себе поднять взгляд, словно выйдя из оцепенения.

— Спасибо. Что. Проделали. Такой. Путь. Аинз-сама.

Аинз подал знак все еще коленопреклоненному Коциту, разрешая ему подняться

— Угу. Спасибо за твой тяжелый труд. Я получил твой отчет о деревне. Несмотря на то, что я не углублялся в детали, я не увидел никаких проблем и это хорошо. Твои достижения достойны похвалы.

— Огромное. Спасибо! Все. Это. Было. Сделано. Во. Славу. Аинза-сама.

Не за что, хотел было сказать Айнз. Но вместо этого в величественном молчании принял преданную благодарность Коцита. Ведь скажи он что-либо ещё, и разговор выродится в бесконечный цикл "Нет, нет", "Нет-нет-нет", "Нет-нет-нет-нет" и так далее. Наверняка.

— Тем не менее, превосходные результаты, которых ты достиг, заслуживают награды.

Поразмыслив, он вспомнил, что Альбедо и Маре получили кольца Аинз Оул Гоун, Аура получила часы с записанным голосом Букубукучагамы, Шалтир был дан бестиарий Перорончино и Демиург — он дал Демиургу статуэтку сделанную Ульбертом.

Его даром Коциту являлось жизни этих человеко-ящеров, хотя сейчас настало время для другой награды.

— Возможно, ты скажешь, что награда не нужна, но вполне естественно, если награды и наказания будут розданы, когда они необходимы. Скажи, Коцит, чего ты хочешь?

— Нет. Владыка. Аинз. Нет. Лучшей. Награды. Чем. Преданное. Служение. Вам.

Просьба Солюшн о "чистых людях" была довольно пугающей, но просьбу Коцита еще сложней представить.

Один из членов гильдии жаловался на женщин, которые говорят “где угодно”, на вопрос “где бы ты хотела пообедать”, а потом говорят “мы должны были пойти в итальянский ресторан”. Аинз чувствовал то же самое. В сто раз легче ужиться с тем, кто ясно говорит, чего он хочет.

— Коцит. Отсутствие желания вызывает у меня больше беспокойства, чем жадность. Я приказываю тебе — скажешь мне, чего бы ты хотел, в течение недели, ограничься материальными объектами. Ты понял?

Взглядом Коцита погрустнел. Аинз не стал обращать на это внимания.

— Ты понял? — повторил он.

— Если. Такова. Ваша. Воля. Владыка. Аинз.

— Хм. Такова моя воля. Коцит, я хочу перейти к причине моего приходу в это поселение. Я хочу поговорить с Зенберу.

— Понятно! Я. Уже. Привел. Его. Пожалуйста. В. Эту. Сторону. Владыка. Аинз.

Коцит встал позади и немного в стороне от Аинза, а затем обратился к людоящерам.

— Зенберу. У. Владыки. Аинза. Есть. Вопросы. К. Тебе. И. Тебе. Позволено, Обращаться. К. Владыке. Напрямую.

Зенберу поднял голову, сказав "Да", но в его голосе слышалась растерянность.

— Итак, сразу к делу. Мне нужно посетить Королевство Дварфов. Так что я желаю нанять тебя проводником. Ты сможешь указать дорогу туда?

Людоящер взглянул, прищурив глаза.

Аинз не понимал выражения людоящеров, и он не мог сказать, что значит это выражение лица, но оно не казалось хорошим.

— Мои глубочайшие извинения, Ваше Величество, но могу ли я узнать цель вашего посещения Королевства Дварфов.

Когда он закончил говорить, из-за Аинза раздалось щелканье жвал.

— Зенберу. Стремление. Понять. Смысл. Решений. Владыки. Аинза. Является. Наглостью. Высшего. Порядка. Тебе. Нужно. Только. Говорить. Правду. На. Впоросы.

Коцит говорил своим обычным тоном, но в его словах проявлялось неудовольствие.

Аинз хотел уклониться от явно несчастливого голоса, доносящегося позади него.

Тем не менее, в то же время Аинзу нравилось то, что не он был объектом агрессии Коцита, Зенберу молчал. Он наблюдал за реакцией Аинза, его взгляд непоколебим.

Напряженность наполняла воздух среди грозной тишины, которая была нарушена только угрожающими звуками Коцита. Не так много времени прошло, подумал Аинз, когда он вдруг понял, что Коцит собирался сделать шаг и сдвинулся чтобы заблокировать его. Не делать это было бы опасно.

— Все в порядке, Коцит. Зенберу не проявил ко мне никакого неуважения.

— Но. Владыка Аинз-

— Все хорошо. Тогда, я проявлю немного жалости к тебе, Зенберу. Что породило твое ошибочное мнение?

Реакция Зенберу была естественна, учитывая что он сделал с этой деревней. Однако, Аинз не дал этим мыслям отразится на его лице. Если Аинз захочет, то и невиновный может быть отдан слугам Назарика, за свои поступки. Действуя иначе, на глазах у подчинённых, он может заставить их засомневаться, что может повлиять на будущее

— Зенберу. Я не имею никакого намерения вредить дварфам. Я пришел лично, потому что я хочу, сформировать дружественные отношения с дварфами.

— Это действительно так?

— Ты-

Аинз повернулся к Коциту.

— Коцит. Твоя преданность мне нравится. Но я уже сказал что все в порядке. Не забивай голову тем, что здесь говорит Зенберу и забудь это.

— Понял!

Было ли это то, что они имели в виду под "выскажи свое мнение откровенно"? Если босс просит вас "выражать свое мнение откровенно", это явно ловушка.

Аинз повернулся обратно к Зенберу.

— Это действительно так, Зенберу. Я поклянусь своим именем, если это будет необходимо. Я хотел бы наладить дружественные отношения с дварфами. Тем не менее, также возможно, что мне придётся применить силу в зависимости от их ответа. Понимаешь ли ты, что такое развитие событий может быть неизбежным?

— Естественно. Это имеет смысл. В этом мире, прав сильнейший. Даже в этом случае, как мне лучше сказать… Я не хочу, отвечать злом на добро.

Зенберу сделал паузу, чтобы успокоить дыхание. Аинз вспомнил о том, как дышат воины перед началом атаки.

— Кроме того, я молюсь, что вы простите меня, за то что я направлю оружие против вас если вы начнете тотальную зачистку, после того, как я приведу вас туда.

Раздался тихий треск из-за спины Аинза и он сказал "Всё в порядке" для Коцита.

Даже не проверяя, он знал, что этот звук Коцит издает, когда покрепче сжимает своё оружие.

Что же мне делать с тобой, думал Аинз, надменно смотря на Зенберу. Кажется, его многочисленный тренировки окупились сполна, потому что Зенберу замер ужасе.

— Ну, если что-то подобное произойдет, мне просто нужно будет уничтожить тебя. Но я не против… это довольно смело. Ты думал о том, что твоё предательство может, в конечном итоге, уничтожить всех людоящеров в поселении?

— Я надеюсь, что вы не сделаете это, Ваше Величество?

Пока Зенберу пристально смотрел на Аинза, он обхватил свой подбородок большим и указательным пальцами. Затем Аинз объявил:

— Кажется, ты ошибаешься. Я рассматриваю всё с точки зрения выгоды и обязательств. Вероятно, я не стану уничтожать всю группу из-за предательства одного индивида, но если выяснится, что подобное предательство может произойти в будущем и если недостатки перевесят преимущества, оставив их в живых, ты не подумал, что я уничтожу всех без промедления. Или ты думаешь, что я безмозглое всё любящее существо?

Выражение Зенберу изменилось.

Вот только Аинз не мог понять на какое.

Было странным, говорить такое являясь нежитью, но чувствовал, что людоящеры очень хитры.

Нет никакой необходимости понимать выражения других рас. В конце концов, он был лишь нежитью с воспоминаниями и переживаниями человеческого существа по имени Судзуки Сатору.

Было не похоже, что Зенберу хочет сказать что-то еще, поэтому Аинз продолжил:

— Ах, не волнуйся, я не планирую разрушать деревню, даже если вы меня предадите. В конце концов, это не организованное восстание, а твоя реакция вполне понятна, учитывая ваш характер и историю. Эти благодетели ваши друзья? Я понимаю почему вы защищаете их. Тем не менее, позволь мне повторить: я не буду разрушать Королевство Дварфов без причины.

Были там игроки или нет, но Аинз не хотел бы развязывать войну без переговоров.

В конце концов, подобное не очень хорошо влияет на отношения с соседними странами.

Теперь, когда Колдовское Королевство получило прошение вассалитета от другой страны, с которой были добрососедские отношения, имя его будет опозорено, если в итоге начать войну с гномами.

Одним словом, договор о дружбе с дварфами должен быть подписан любой ценой. Таким образом, Колдовское Королевство могло бы показать другим странам, что заслуживает доверия и может выполнять подписанные пакты и договоры. Это позволило бы также получить превосходство морального права и ограничило бы возможные враждебные действия игроков, которые могли там скрываться.

Чтобы сделали другие игроки, если бы они опасались Колдовского Королевства?

Скорее всего, они бы посчитали Колдовское Королевство Империей Зла, и использовали бы данную информацию для объявления Крестового Похода на него.

С другой стороны, что они станут делать, если узнают, что Колдовское Королевство подписало с Королевством Дварфов договор о дружбе, как свойственно порядочному государству?

Некоторые могли бы подумать, что договор был подписан под давлением или, что дипломатия была навязана принудительно. Тем не менее с виду это был бы справедливый и нормальный договор.

Гипотетически, если какой либо игрок решится вести войну с Колдовским Королевством, то он безусловно попробует набрать равных по силе союзников, скорее всего других игроков, в свой Крестовый Поход. Но не склонные к войне люди, могли бы привести договор дварфов в качестве причины, чтобы остаться вне конфликта.

Конечно думать так довольно самонадеянно, но тогда он был бы в состоянии атаковать пока противник в разладе и победить его, после чего громогласно объявить "Вот почему я не хотел сражаться" и разорвать этим врага на части.

Именно по этой причине, он хотел поставить себя на высокий моральный уровень.

В конце концов, единственное чего Айнз боялся была группа игроков, а не один или два других игрока.

Это правда, что игроки с предметами Мирового класса были грозными противниками, а еще были игроки с очень мощными классами, как Мировой Чемпион. Тем не менее, если они были одни, то они не в состоянии победить Назарик без использования одного из Двадцати Мировых Предметов..

— Таким образом, ты можешь быть в спокоен.

— Теперь я это понимаю.

— Ухм. Так-то лучше. Тогда могу ли я доверить эту задачу тебе, Зенберу?

— Я понимаю, Ваше Величество. Я отведу вас к тому пещерному городу дворфов, где я когда-то короткое время проживал.

Аинз удовлетворенно кивнул, а затем развернулся к Зарюсу.

— Хорошо, теперь я обращаюсь к Зарюссу. Пожалуйста, прими мои поздравления с пополнением в семье. Хорошо ли себя чувствуют мать и ребенок?

Зарюсу, волнуясь, ответил:

"Да, Ваше Величество. Они поживают хорошо. Кажется, мой ребенок почти готов начать ходить."

"Так быстро!"

Тем не менее, его исследования показали, что человеческие дети в этом мире развиваются быстрее во всех аспектах, чем в мире Сузуки Сатору, будь то с точки зрения прорезывания зубов, речи или умения ходить. Конечно, это было лишь то, что он осмыслил после того, как сравнил свои наблюдения с воспоминаниями о том, что говорил Тач Ми в прошлом.

"Это так? Я полагаю, что это вполне нормально… "

"Ах, действительно. Я, кажется, считал это с человеческой точки зрения. Дети… хм. В настоящее время я нахожусь в процессе построения нации, состоящей из существ различных видов, работающих вместе. Если бы я попросил вас жить в стране людей под моим правлением с целью продвижения этой точки зрения, Вы согласились бы? "

"Я не посмею нарушить приказ Вашего Величества."

— А, не увиливай.

Может, Зарюс имел в виду не это, но его слова звучали как издевательство.

Совсем как Айнзак тогда, подумал Айнз и продолжил:

— Я желаю выслушать твоё мнение. Оставив своих сородичей людоящеров и став Путешественником, ты ведь испытал это на себе, верно? Иначе говоря, ты должен быть способен мыслить иначе нежели обычные людоящеры. Вот почему я хочу узнать, что ты думаешь и какие чувства у тебя вызывает ждущий вас мир, полный непрерывных перемен.

— Я стал Путешественником, так как счёл что всё не может продолжаться так, как есть. Меня вынудили к тому обстоятельства.

— И всё же, твои взгляды наверняка стали шире после того, как ты повидал мир. Можешь ли ты представить на своём месте обычного людоящера и от его лица оценить перспективы переезда в человеческое государство?

— Да…

Немного поразмыслив, Зарюс заговорил снова.

— Лично я не хотел бы переезжать в город людей. Мне было бы очень тревожно вынуждать к такому свою жену и ребёнка. Даже если речь о стране, управляемой Вашим Величеством… Это было бы очень сложно.

Сняться с насиженного места и оказаться в совершенно незнакомой среде — это, конечно, большой стресс. Разумеется, любой захочет остаться в том месте, к которому он привык. Особенно Зарюс, мужчина, обязанный заботится о своей семье.

Возможно, нашлись бы те, кому неприятно всю жизнь находиться под чьей-либо защитой. Но Айнз считал тех, кто неспособен в случае опасности принять помощь и защиту, слабыми — будь они охотниками на игроков, или охотниками на охотников на игроков.

— Понятно. Раз так… Возможно, дети смогут приспособиться лучше?

— Значит ли это, что вы намерены брать лишь детей, Ваше Величество?

Айнзу послышался в этих словах едва заметный упрёк.

Зарюс, видимо, решил что Айнз намерен силой отбирать детей у родителей.

— Не вообрази себе лишнего. Я намерен создать страну, где в мире и гармонии сосуществуют представители всех рас. Первым шагом к этому будет создание такого места, куда смогут придти и весело играть друг с другом дети людоящеров, людей, гоблинов, и прочих существ. Вот и всё… К тому же, я полагаю что вы не намерены все провести всю свою жизнь в вашем крошечном мирке у озера, и планируете однажды выйти в большой мир?

Лица людоящеров напряглись.

— Вы хотите сказать… Вы желаете, чтобы многие из нас стали Путешественниками?

— Полагаю, путь Путешественника не пользуется большим почётом среди людоящеров, я прав? Я просто советую вам мыслить масштабнее… Я не уверен, но неужели вы с женой не хотели бы, чтобы ваш ребёнок видел мир шире?

На лице Зарюса промелькнуло странное выражение.

— Это… сложно сказать. Я хотел бы, чтобы наши дети жили в безопасной деревне, мирной и сытной жизнью, но сейчас настали другие времена.

Должно быть, он говорит с точки зрения своей позиции отца. Это мало отличалось от того, как сам Айнз желал счастливой жизни для НИПов. Осознав это, Айнз ощутил некоторую близость с Зарюсом.

— Я понимаю твои чувства. Нельзя ожидать перемен от того, кто свыкся со своим образом жизни. Чем сильнее перемены, тем яростнее старшее поколение будет противиться им и жаловаться на наступившие времена.

Айнз пожал плечами, Зарюс и Зенбер улыбнулись.

— Ваше Величество совершенно правы, — отозвался Зарюс, — Старейшины до сих пор жалуются время от времени.

— Не значит ли это, что ты и сам теперь стал одним из этих стариков, а, Зарюс?

Зарюсь озадаченно уставился на Зенбера, но даже Айнз понял, что тот имел в виду.

— Отцы и дети, значит?…Да. Именно.

Айнз любяще посмотрел на стоящего рядом Коцита.

— Похоже, мне придётся прояснить этот момент. Коцит, я собираюсь отдать тебе приказ.

— Слушаюсь!

— Даже если Зенбер решит выступить против меня, я запрещаю тебе причинять вред его друзьям в этой деревне.

— Слушаю. И. Повинуюсь. О. Повелитель!

Айнз удовлетворённо кивнул низко поклонившемуся Коциту, и повернулся обратно к Зенберу.

— Итак, Зенбер. Я желаю знать всё, что знаешь ты. Расскажи мне, где ты встретил дварфов, о своей жизни среди них, какие среди них приняты подарки, и так далее. Расскажи мне всё.

— Без проблем, Ваше Величество.

— Подобная. Фамильярность…

— Всё в порядке, Коцит. В официальной обстановке он лишился бы за это головы…

Айнз огляделся.

— Однако, это сложно назвать официальной аудиенцией. Я позволю его словам остаться безнаказанными. Полагаю, хотя бы на это я способен.

Айнз хихикнул, и Коцит в замешательстве заговорил снова.

— В-владыка. Айнз…

Айнз протянул руку, обрывая его, и холодно посмотрел на Зенбера. После чего произвёл тщательно отрепетированный перед зеркалом жест.

— Однако, Зенбер, запомни вот что — запомни и никогда не забывай. Из-за твоего тона Коцит теперь сочтёт виноватым себя.

Зенбер содрогнулся, возможно, в страхе.

Или это предбоевая лихорадка?

— …Мои глубочайшие извинения, Ваше Величество. Ваш слуга позволил себе лишнего.

— …Всё хорошо. Благодари Коцита, вашего управляющего. Ради него я не причиню вам непосредственного вреда… хм, похоже я перегибаю палку. Итак, начнём разговор про Королевство Дварфов?

— Не. Желаете. Ли. Сначала. Присесть. Владыка. Айнз?

Предложение Коцита несколько смутило Айнза.

Он не чувствует усталости, так что ему незачем садиться. Однако, просто проигнорировать заботу тоже нельзя.

— Верно. Так и сделаю. Коцит, подбери что-нибудь попроще. Подойдёт любое сиденье.

— Понял. Тогда. Прошу. Извинить.

Коцит встал на четвереньки, и распростёрся на земле.

В памяти Айнза образ Коцита наложился на образ Шалти.

— …Кажется, я понимаю что происходит, но на всякий случай спрошу. Что ты делаешь?

— Я. Слышал. Шалти. Однажды. Совершала. Подобное. И. Решил. Подражать. Ей.

— То было её наказанием. Тебе незачем поступать так же.

— Но. Подчинённые. Мне. Людоящеры. Проявили. Неуважение. К. Вам. Владыка. Айнз…

— Не нужно снова поднимать эту тему. Я ведь уже сказал, что не придаю этому значения. Ты не слышал меня?

— Это. Так. Но…

Хаа…

Айнз пытался отговорить его, но Коцит проявляет необычайное упорство. Нежить не может устать, но в душе Айнз чувствовал себя вымотанным. Не желая больше иметь дело с трудностями, Айнз решил прекратить сопротивление, и заявил:

— …А, достаточно. Итак, Коцит, я присяду.

— Понял!

Ответ прозвучал с некоторой натугой.

Сидеть таким образом при всех было очень — ну, до некоторой степени неловко.

Однако, окружающие сочли бы его колебания странными. Нужно напустить на себя вид безраздельного владыки и как ни в чём не бывало усесться на своего подданного.

Айнз согнулся в талии. Честно говоря, сидеть было неудобно. Поверхность неровная. И, само собой, очень холодная.

Сверх этого, Коцит, похоже, в возбуждении пыхтел и сопел, испуская всё более плотный белый туман, словно бы кто-то брызнул воду на сухой лёд, и теперь между ног Айнза поднимались белые клубы. Это выглядело словно какой-то второсортный спецэффект для придания ему более величественного вида, так что Айнз сидел словно на иголках.

— Вам. Приятно. Владыка. Айнз?

Проклятье. Нельзя отвечать честно.

Отчасти Айнза снедало любопытство, что будет если он ответит правдиво, но мысль о реакции Коцита пугала.

— М-м, неплохо…

Не прозвучит ли это как слова какого-то извращенца, отчаянно подумал Айнз. Однако, ничего лучше в голову не пришло.

— Тогда. Могу. Ли. Я. Спросить. Кого. Вы. Предпочитаете. Шалти. Или. Меня?

-,,

Айнз опешил. Как ответить?

— Э… Зачем, почему ты спрашиваешь?

— Я. Считаю. Что. Должен. Практиковаться. Для. Того. Дня. Когда. Потребуется. Носить. На. Себе. Хозяина.

— …Э?!

Что он такое несёт?

Коцит принадлежит к тем биологическим видам, у которых самки осёдлывают самцов во время спаривания? Или он просто мазохист?

Такемиказучи-сан!

Нет, невозможно. Такемиказучи достойный человек. Да, может, он и любил сражаться, но всегда был добр и не создавал другим проблем.

Но почему Коцит получился таким? Айнз был потрясён до глубины души, словно бы ему открылся чей-то тайный фетиш.

— В-вот как. Хорошо.

Впрочем, Айнз был не уверен, есть ли в этом хоть что-то хорошее.

— Да!. Итак. Удостоите. Ли. Вы. Меня. Ответом. Владыка. Айнз?

— Немного неровно, но не настолько, чтобы было неудобно. В этом смысле Шалти чуть лучше.

— Вот. Как…

— Нет! Нет, я хочу сказать, у тебя тоже есть свои преимущества. А, как бы это сказать, холод… Да, эта прохлада в жаркий летний день будет в самый раз.

Айнз не мог не задаться вопросом, почему он так отчаянно желает утешить Коцита.

— Понятно! Однако… М-м.

Тихо радуясь, что Коцит погрузился в размышления, Айнз обратился к людоящерам.

— И-итак! Не обращайте внимания на происходящее. Ну же, Зенбер, рассказывай.

— А, да.

Как рассказал Зенбер, он взбирался на склоны и пики, разыскивая дварфов, и провёл в бесплодных поисках месяц. И когда уже собрался было сдаться, встретил дварфа, вышедшего осмотреть поверхность. Много всякого произошло потом, и наконец он заслужил доверие дварфа, и тот взял его с собой, в свой город.

Поначалу внешность не играла на руку Зенберу, но открыв дварфу своё сердце он, похоже, сумел завоевать его дружбу.

После этого он изучал боевые искусства в городе Дварфов. Он ушел, как только он обрел достаточную уверенность в себе и вернулся в деревню Людоящеров.

Самое важное среди всего этого, сможет ли или нет Зенберу вести Аинза и его группу к Дварфийскому городу.

Зенберу выглядел немного неловко, но в конце концов он ответил, что, вероятно, сможет сделать это.

Дварфийский город находился под землей, в глубине пещеры, так что он должен быть в состоянии вести его там до тех пор, пока горная местность не смениться. Когда он услышал об этом, Аинз вспомнил о подземных городах в ИГГДРАСИЛЕ, и он не мог не волноваться.

Последнее о чем он спросил просил было расстояние до Дварфийского города.

Зенберу ответил, что путешествие назад от Королевства Дварфов заняло около недели по горным тропам. Это привело его к северной окраине озера.

Учитывая что Людоящеры не привыкли ходить по земле, недельное путешествие пешком примерно переводится примерно в 100 километров.

К сожалению, они должны были полагаться на воспоминания Зенберу, так что они не могли построить кротчайший путь на карте.

Я должен быть готов к неоднократному отклонению от курса.

Это заставило его подумать о своих приключениях в ИГГДРАСИЛЕ, и Аинз вовсю улыбался.

— … Была ли эта информация полезной для вас, Ваше Величество?

— Конечно. Я приветствую экспедиции в темноте с одним лишь слабым фонарем, освещающим путь. Это то, что они называют азартом, нет?

Возможно, они думали, что Аинз было пошутил, но тихий смех вышел из рядов Ящеров.

Айнз не собирался поправлять их. Те, кто не играл в ИГГДРАСИЛь, вряд ли поймут.

— Тогда, я назначу Зенберу в качестве моего проводника, и мы будем приготавливаться к тому что он мне рассказал. Аура и Шалтир скоро прибудут со своими подчиненными в качестве поддержки, так что ты тоже должен подготовиться.

— Слушаю и повинуюсь, Ваше Величество.

Айнз величественно кивнул и поднялся с Коцита.

Он услышал донёсшийся снизу тихий, скорбный звук, но не подал виду.

Глава 2: Поиски Королевства Дварфов

Шалти и Аура в сопровождении своих избранных подчинённых собрались у берега озера возле деревни людоящеров.

Шалти привела с собой 25 монстров-нежить, каждый в районе восьмидесятого уровня. Аура подобрала 30 магических зверей. Присутствовали шесть Вампирских Невест, чьими обязанностями будет прислуживать Шалти, Ауре и Айнзу, и пятеро Ханзо, которых взял с собой Айнз. И наконец — пять мамонтоподобных магических вьючных зверей, призванных за внутриигровые деньги. Эти звери, с привязями для груза, свисающими по бокам у каждого, широко применялись в ИГГДРАСИЛе.

Их можно было считать слабейшими в отряде, учитывая что уровень вьючных зверей не превосходит 40. Однако они обладали впечатляющей грузоподъёмностью, а их высокая сопротивляемость холоду и огню означала, что звери смогут с одинаковой лёгкостью путешествовать как по морозной тундре, так и возле истекающего лавой вулканического кратера. И что важнее всего, неуклюжие и неповоротливые с виду, они при этом обладали невероятной мобильностью, выносливостью и неприхотливостью.

Айнз приказал Коциту ожидать позади, и подозвал к себе Зенбера.

— Чем могу служить, Ваше Величество?

Зенберу отделился от Зарюса и Круш — Айнз запомнил их имена — и встал перед ним. Айнз, не удержавшись, поглядел на маленького белого людоящера в руках Круш.

Она, возможно почувствовав во взгляде Айнза жажду коллекционера, инстинктивно крепче сжала ребёнка в объятиях.

"Да не собираюсь я его отбирать…"

Несколько угнетённый, Айнз передал Зенберу три предмета.

— Возьми это. Это кольцо избавляет от потребности спать, есть или пить. Это — дарует устойчивость к холоду. А это ожерелье позволяет использовать [Полёт], позже я покажу как с ним обращаться. Оно на случай, если сорвёшься в пропасть.

— Премного благодарен, Ваше Величество!

Таков был основной альпинистский набор, который Айнз использовал во времена ИГГДРАСИЛя. Он подобрал набор снаряжения под каждый уникальный эффект местности, с которым они могут столкнуться в Азерлисских Горах.

— Прости что прервал твои приготовления. Я сделал всё что хотел. Можешь вернуться.

Зенбер кивнул и молча отошёл.

— Коцит. Похоже, детям весьма любопытно.

Дети не убегали, но держались поодаль, во все глаза таращась на Айнза и его спутников.

"Хм. Если я заберу этих детей, смогут ли они приспособиться к жизни среди людей? Нет, а что если я поступлю наоборот, и привезу сюда человеческих детей? Может, построить поблизости поселение и привести детей людоящеров туда"

Айнз представил себе играющих детей — людоящеров, гоблинов и людей. Потом мысленно присоединил к ним Ауру и Мара, маленьких тёмных эльфов. И под конец решил добавить к ним Шалти.

Он видел её, готовящейся к походу бок о бок с Аурой, потому и вообразил играющей вместе с детьми. Ничего больше.

"Мне нравится эта мысль. Может, стоит предложить её Альбедо и Демиурга"

— Если. Они. Неприятны. Вам. Должен. Ли. Я. Приказать. Им. Удалиться?

— Я не это имел в виду… Ты не думаешь, что дети, возможно, смогут сдружиться невзирая на расовые отличия? Может, дети людей смогут жить рука об руку с детьми людоящеров?

— Я. Не. Уверен. Но. Если. Такова. Ваша. Воля. То. Они. Наверняка. Возьмутся. За. Руки. Владыка. Айнз.

"…Это не имеет ничего общего с моими приказами, вопрос в том, смогут они сосуществовать или нет. Что ж, полагаю, с позиции Короля я не могу высказать такое предположение…"

Идеи Айнза будут поняты как непреложный приказ. Это, до некоторой степени, сильно пугало.

— …Вот как. Ну, нам пора выступать…Аура, Шалти! Вы готовы?

Обе ответили почти сразу.

— Да! Всё готово!

— Аналогично. Мы готовы отбыть по первому приказу, владыка Айнз.

— Зенбер!

— Готов!

— Отлично, тогда отправляемся!

— Владыка. Айнз. Будьте. Осторожны! В. Случае. Чего. Я. Всегда. Готов. Мобилизовать. Мои. Силы.

Коцит прав. Если там прячутся враждебные игроки, всё может быстро перерасти в полномасштабное сражение, и потребуется задействовать военную силу. Однако…

— …В этом может возникнуть потребность. Однако, наши действия это, скорее, разведка боем. Встретив сильного врага, мы соберём информацию и отступим. Рассчитываю на твою доблесть в таком случае.

— Понял!

* * *

Их план заключался в том, чтобы отправиться на север и, следуя воспоминаниям Зенбера, подняться в горы.

В авангарде их отряда оседлавшие зверей Ауры монстры-нежить гордо несли флаг Колдовского Королевства.

Все существа, населяющие земли возле озера, подчиняются Коциту. Так что, подняв флаг, можно гарантировать себе защиту. Впрочем, это касается лишь разумных существ — способных осознать концепцию подчинения. Для неразумных зверей, например, флаг не значит ничего. Он, скорее, наоборот повышает шансы подвергнуться их нападению. Впрочем, в этом лесу не нашлось бы такого монстра, с которым не справились бы Айнз и его отряд.

Шалти, похоже, занималась тем что высматривала подобных глупых тварей, но ей не удавалось найти ни одну. Наконец, отряд достиг северной оконечности озера.

Проследив глазами вдоль небольшой речушки, впадавшей в озеро, они увидели над собой зазубренные пики Азерлисских Гор. При виде величественных горных вершин на фоне чисто-голубого неба сердце Айнза чуть дрогнуло.

Зенбер приблизился к Айнзу, и высказал предложение.

— Не будет ли мне дозволено следовать впереди вас? Возможно, я смогу что-то вспомнить, глядя на пейзаж.

Разумеется, возражений не было.

— Хорошо. Возглавь колонну. Возьми с собой одного из моих телохранителей. Если что-либо нападёт на нас, предоставь сражаться ему, а сам отступи. Ты очень важный член нашей экспедиции.

— Примите мою глубочайшую благодарность.

Зенбер отдал приказ — а точнее, обратился с просьбой к своему магическому скакуну, и существо, подчинившись, двинулось вперёд. Людоящер не умел ездить верхом, так что Айнз назначил его всадником одного из тех питомцев Ауры, которым можно было управлять речью.

Скорость их перемещения в горах разительно отличалась от той скорости, с которой они путешествовали вдоль озера.

Иными словами, отряд тащился крайне медленно.

Поначалу они просто следовали на север вдоль речки, но сделав петлю чтобы объехать водопад, замедлились.

Зенбер как мог старался вспомнить путь, которым путешествовал в прошлый раз, но повторить тот же маршрут, которым он прошёл один раз, несколько лет назад и в обратном направлении оказалось не так-то просто. Кроме того, даже верхом они обладали не таким уж и большим полем зрения, так как обзор загораживали большие деревья.

Рельеф местности может и остался прежним, но за прошедшее с тех пор время деревья успели подрасти.

Зенбер, изо всех сил роясь в памяти, продолжал двигаться вперёд.

Большая часть группы не нуждалась в отдыхе, но Зенбер — важнейший член отряда — представлял из себя одно из немногих исключений. Так что им пришлось несколько раз останавливаться, прежде чем вновь молчаливо продолжить путь.

В отдалении несколько раз показывались намёки на присутствие каких-то монстров, но те не спешили приближаться. Возможно, дело в размере отряда Айнза, а может, монстры были не голодны. Айнз подумал, что было бы весело изловить какое-нибудь неизвестное существо забавы ради, но решил пока отказаться от этой идеи.

Их текущей целью было достигнуть Королевства Дварфов.

Айнз прекрасно понимал, что охотник, погнавшийся за двумя зайцами, ни одного не поймает.

Со слабым укором сожаления, Анз решил ускориться.

По мере того как группа приближалась к краю леса, деревья постепенно уменьшались в размерах, и Солнце начало заходить за гору.

Голубое небо было окрашено в красный цвет марены, а затем наступила ночь. Силуэт гор, на фоне бесконечного моря звезд, можно было описать только как величественный. Осознание того, что этот великолепный вид был всего лишь частью этого мира, заставило его почувствовать, как сама природа надвигается прямо на него.

Его ноздри дрогнули, и он вдохнул свежий, душистый воздух.

Почему он смог это сделать — или скорее, если он смог сделать это, то почему он не мог почувствовать запаха еды? Айнз выбросил эти мысли из головы, и вместо этого решил наслаждаться воздухом, которого нельзя было найти ни в Назарике, ни на окраинах Э-Рантела.

В ИГГДАРСИЛЕ он не смог бы ощутить величественность природы таким способом.

Было чувство, что он получил ещё одну страницу опыта, пока путешествовал как Момон, и на сердце Айнза нахлынуло удовлетворение. Если быть честным, то они могли бы вернуться назад, не находя Королевства Дварфов и он бы не возражал.

(Не-не это ли пейзаж, который должны лицезреть путешественники?)

Аинз усмехнулся, а затем обратился к спутникам за своей спиной.

— Итак, на сегодня остановимся здесь.

Раздался хор утвердительных ответов, после чего Шалти спросила:

— Значит, возвращаемся в Великую Подземную Гробницу Назарик?

На самом деле, самым мудрым решением было бы отметить это место, а затем телепортировать их всех в безопасное место, где можно переночевать. Однако по какой-то причине он не хотел так делать. Причина была не в достоинствах или недостатках ситуации, а скорее в чисто эмоциональном вопросе.

"В этом нет нужды. Мы разобьём лагерь здесь."

"Но, если вы решите обустроиться здесь, Владыка Айнз…"

Вокруг, куда не глянь, лишь голый камень. Задували пронизывающие горные ветра — разумеется, не оказывающие никакого влияния на иммунного к холоду Айнза. Но кто-либо другой, не обладающий сопротивляемостью к холоду или толстой шерстяной одеждой, чувствовал бы себя так, словно его непрерывно прознают ледяные иглы. Вероятно, дело в том что ветер приносил вниз по склону холодный воздух с заснеженных горных вершин.

Айнз улыбнулся, чувствуя всё большее уважение к великолепию природы.

В ИГГДРАСИЛе были гильдии, занимавшиеся исследованиями игрового мира, превращением неизведанного в изведанное. Ведомые этим желанием, они пускались в бесконечные странствия.

По сравнению с другими гильдиями они были очень слабы, но одержимо бросались путешествовать в неизведанные края. В те времена Айнз не понимал их. Однако теперь, повидав этот великолепный новый мир, начал осознавать их мотивацию.

В то время, когда он был Момоном, его так же посещала мысль, бросить все и отправиться исследовать мир.

- Владыка Аинз?

Мысль, начавшая формироваться в его голове, внезапно прервалась.

— Что такое, Шалтир?

— П-простите меня за то что прерываю ваши размышлениям, Владыка Аинз.

— О, нет, все хорошо. Я не думал ни о чем важном.

— В самом деле? Ладно, тогда…

— Тогда в чем дело? Ах, ты говоришь о остановке здесь, не так ли?

— Да. Прошу примите мои искренние извинения за то что не подготовила удобную палатку, несмотря на то что я знала что вы можете пожелать остаться здесь, Владыка Аинз. Я хочу взять одну из Назарика. Могу ли я использовать [Врата]?

— Нет никакой необходимости в этом. Я не забыл про палатку, а просто не добавил её в список, потому что в ней нет необходимости. Знаешь ли ты, что Маре может создать укрытие с помощью магии?

Шалтир кивнула.

— Что ж, теперь, ты должна помнить что я могу делать также. Я мог бы использовать магический предмет, как Замаскированное Убежище взамен, однако оно будет слишком тесным учитывая наше количество. Теперь, смотри.

Аинз искал подходящее место. Оно может быть наклонено, но главным условием было то что местность должна быть открытой и свободной от скал.

Он нашел одно почти сразу, а затем Аинз использовал заклинание. Это было заклинание 10-го уровня.

-[Создание Крепости]!

Как только заклинание вступило в силу, могучая крепость появилась там, где раньше не было ничего. Это была башня, более 30 метров в высоту, стояла прямо и гордо, как будто собиралась поглотить звездное небо.

Массивные двойные двери выглядели достаточно прочными, чтобы не бояться таранов. Стены были усеяны многочисленными шипами, чтобы никто не смог забраться по ним. Четыре демонические статуи украшали углы верхушки башни. Они выглядели увесистыми и гнетущими даже на вид.

Эта прочная крепость как оборонительное сооружение была физическим воплощением слова: "возвышающаяся".

— Тогда, идём.

Когда Аинз подошел к двери во главе своей группы, железные двери распахнулись. Он ждал там пока все остальные войдут. В ИГГДРАСИЛЕ, все кто находятся в одной группе могут открыть её касанием. Все остальные должны будут разбить их.

Аинз оставил двух мертвецов снаружи, а затем приказал им открыть дверь после того, как они закроются. Двери оставались закрытыми.

Он подождал немного дольше, но двери не собирались открываться.

— … Возможно, что только я могу открыть эти двери? Аура, идти прикоснись к двери.

Аура, воскликнув "Конечно", прикоснулась к дверям ради эксперимента, но они, казалось, не хотели открываться.

Видимо, только Аинз может открыть эти двери. Он мысленно нахмурил брови. Дружественный огонь, это действительно заноза в заднице… Если другие игроки существовали в этом мире, небольшое изменение, как это может в конечном итоге повлиять на других, а в худшем случае он может в конечном итоге кого-то случайно убить.

"Уже почти год прошёл… И я до сих пор должен применять свою силу с осторожностью. Будет беда, если кто-то попадётся в область действия наших атакующих по площадям заклинаний. Может, стоит предупредить об этом тех, кто достаточно высок в уровне? Особенно Мара… хотя, а что если они уже поняли это сами? Тогда мои слова прозвучат как придирка, и обидят их… Думаю, попробую как-нибудь упомянуть об этом как бы между делом, или придумаю что-нибудь в этом роде…"

Ненавязчиво напомнить о чём-то на деле необычайно трудно. Совсем не то же самое, что просто пойти и отругать. На своём опыте офисного служащего Айнз очень хорошо прочувствовал разницу.

С тяжёлым сердцем Айнз решил прекратить эксперимент, и открыл дверь, впуская внутрь оставшуюся нежить. Убедившись, что все вошли, он зашёл сам.

Позади двойных дверей у входа простирался коридор, упирающийся в ещё одни двойные двери. Пусть освещали магические светильники, так что идти было легко.

Айнзу распахнул внутренние двери, и изнутри засиял ослепительный свет.

Внутри обнаружился круглый зал, с белоснежно-белым полом и высоким потолком. Винтовая лестница в центре помещения вела на второй этаж.

— Итак… мы проведём ночь здесь. Кому нужен отдых, отдохните. Кому нет… ну, стоять здесь тоже не слишком хорошо. Можете занять комнаты.

Айнз указал на десять дверей своей рукой. Между прочим, внутри действовало незримое расширение пространства, поэтому это место было больше внутри, чем снаружи.

— Такие же есть наверху, на втором и третьем этаже, так что располагайтесь. Аура, Шалти и Зенбер, останьтесь. Я хочу обсудить наши дальнейшие действия с учётом того, что мы узнали за сегодня. А, да, давайте займём вон тот диван. Остальные свободны.

— А что насчёт Вампирских Невест, владыка Айнз?

— Хм…

Айнз замешкался с ответом на вопрос Ауры. Он взял Невест с собой просто следуя предложению Декремент, и в общем-то прекрасно обошёлся бы без них. После краткого размышления он наконец ответил:

— Я отдам им приказы позже. Пока пусть ждут в своих комнатах.

От переложил вопрос на будущего себя.

Айнз прошёл к дивану и уселся. Вскоре, после того как трое названных им подошли и тоже сели, он заговорил.

— Итак, для начала отметим наш сегодняшний путь. Аура, прошу.

— Да, владыка Айнз.

Аура распахнула блокнот и начертила карту.

— Не поручусь за мелкие детали, но в целом как-то так.

— Хорошо. Спасибо, Аура.

Карта выглядела несколько грубовато, но расстояния и прочее можно будет уточнить с воздуха.

— Дале, я знаю что ты устал, Зенбер, но я прошу твоего содействия. Тебе это может не понравиться.

— …Что вы имеете в виду, Ваше Величество?

Айнз улыбнулся занервничавшему Зенберу.

— Иначе говоря, я хочу просмотреть твои воспоминания.

— Ч-что это значит?

— …Полагаю, звучит и правда зловеще. С помощью магии я могу контролировать чужие воспоминания, но эта же самая магия позволяет их просматривать. Честно говоря, на это нужно слишком много маны, и я не пошёл бы на такое, если бы видел другой способ, но полагаться лишь на твои зыбкие воспоминания, по-моему, не слишком-то надёжно.

— Я, я надеюсь, не будет никаких побочных эффектов?

— Всё будет хорошо. Благодаря содействию одного клерика я могу сказать, что стал в этом довольно-таки опытен. Если я не сделаю ничего необычного, проблем не возникнет. В общем-то, однажды я уже проводил эту же процедуру над одной из своих горничных, вполне благополучно.

— Вы про Сизу, да?

— Именно, Аура. Впрочем, заклятье не всемогуще. Если подопытный сам уже почти забыл событие, я получу лишь разрозненные детали. Это можно объяснить, например, тем, что мозг не хранит информацию, а получает их из некоего более глубинного источника… — Айнз пожал плечами, понимая что отдалился от темы, — Ну, что-то в этом роде. Как бы то ни было, я хотел бы изучить твою память.

— Я понимаю… Но я хотел бы спросить ещё раз, всё правда будет хорошо?

— Твоё беспокойство понятно. Не бойся, Зенбер. Я не изменю твои воспоминания. Клянусь своим именем.

— Тогда… Что от меня требуется?

— Так. Сядь здесь и расслабься. Больно не будет. Однако, прежде чем применить заклятье, мне нужно кое-что узнать. Например, сколько лет и месяцев прошло с тех пор, как ты получил эти воспоминания, и так далее.

Выслушав объяснения Зенбера, Айнз активировал заклинание.

Он делал это уже много раз, и совершенно не сомневался в своей способности управлять заклинанием, но всё же процесс был крайне труден.

Поскольку изменения в памяти нельзя отменить, любая ошибка может стать непоправимой. Это всё равно что переустанавливать операционную систему компьютера, не сделав резервной копии данных. Так сказать, идеальное заклятье для превращения разумных существ в овощи.

Что важнее, за каждую секунду работы заклятье потребляло очень много маны. Вот почему использовать его было очень тяжело.

Айнз почувствовал, как его мана утекает подобно невероятно быстрому потоку, после краткого отображения воспоминаний Зенбера.

Изначально планом Айнза было найти определённые воспоминания и затем отобразить их намного позже. Однако, он понял, что его мана закончится намного раньше чем он предполагал, минус этого заклинания был в том, что даже если он подождёт день, для того чтобы у него восстановилась мана и использует магию снова, ему придётся начинать с самого начала.

В результате, другие заклинания были более эффективны при сборе информации.

После ворчания в его сердце, он увидел нечто, что походило на гору. Как только он нашёл место, которое искал, у него кончилась мана.

Изучение воспоминаний из прошлого — самое трудное. Намного легче проникать в недавние воспоминания…

Как он и ожидал, воспоминания, которые он нашёл, были размытыми, как будто окутаны туманом. Он видел лица Дварфов, но все они были одинаковыми для него. Он не знал была ли это вина Зенбера, но он не мог сказать противоположного. Все из них носили простые бороды, которые были окрашены в сырых тонах и промыты пивом.

"Плохо. Я экспериментировал над тем клериком, и с Сизу всё прошло хорошо. Но, кажется, до сих пор недостаточно успешно обращаюсь с этим заклятьем… Я не могу позволить себе ошибку, имея дело с такой хрупкой вещью как память. Хорошо бы продолжить эксперименты с клериком, но он больше не в состоянии даже говорить внятно… Ну, переписывание памяти срабатывает неплохо в пределах нескольких последних лет. Возможно, стоит провести эксперимент с полной очисткой чьей-либо памяти…

Например, взять нескольких приговорённых к смерти преступников из тюрем Э-Рантэла…"

С этими мыслями Айнз развеял заклятье.

— Как ты, Зенбер? Что чувствуешь?

— Э? Всё в порядке, но какое-то неуютное ощущение…

Айнз улыбнулся.

— Я всего лишь просмотрел твои воспоминания. Было бы странно, если б ты и в самом деле что-то почувствовал, при том что я ничего не изменил. Вероятно, это что-то вроде эффекта самовнушения; скоро пройдёт.

Зенберу с силой тряхнул головой. Не обращая на него внимания, Айнз задумчиво посмотрел на карту.

Даже просмотрев память Зенбера, он мало что приобрёл.

Никаких выделяющихся ориентиров не было, как определить местонахождение среди однообразных горных пейзажей? Кроме того, самыми яркими были воспоминания Зенбера о том, как он прятался от монстров.

Да, к завтрашнему дню мана восстановится, но факт остаётся фактом — он вряд ли обнаружит информацию, способную оправдать такие затраты магической силы.

— Что ж, остаётся следовать прежнему плану и предоставить Зенберу вести нас к северу. Я всё равно не увидел в его воспоминаниях ничего полезного.

Не то чтобы у него нашлись идеи получше.

Можно разослать дозоры, но это поможет лишь вырезать окрестных монстров.

— Все свободны. Отдыхайте… Ну, впрочем, отдых нужен лишь Зенберу. Что ж, тогда готовьтесь к завтрашнему походу.

* * *

Пока она наблюдала ка ее мастер возвращается в свою комнату, Аура повернулась к Шалтир, которая сидела рядом с ней.

— Есть комнаты слева и справа от комнаты Владыки Аинза. Какую ты хочешь?"

Аура имела магический предмет, который позволял ей обходиться без сна, а Шалтир была нежитью. Строго говоря, ни одна из них не нуждалась в комнате. Тем не менее, было бы грубо не использовать номера, предусмотренные для них, но это плохо скажется на безопасности, если они будут слишком далеко от него.

— Хм-м ~ ну, я думаю, обе стороны неплохи, ты так не думаешь?

— Ну, думаю, что так… Скажи, что ты делаешь?

Аура посмотрела на Шалтир, услышав ее рассеянный ответ. Это было, когда она поняла, что Шалтир что-то записывает в блокнот.

— Так, и потом владыка Айнз сказал… готово. Делаю заметки, разумеется. Чтобы не забыть слова владыки Айнза.

— Хм ~, это довольно трудолюбиво с твоей стороны. Дай взглянуть.

Аура сделала паузу, чтобы подсмотреть, и увидела, что страницы блокнота были покрыты убористым почерком, так, что между буквами почти не оставалось промежутков.

После быстрого просмотра, она обнаружила, что Шалтир по сути записала слова ее господина углубляясь в детали, а также действия, предпринятые им.

Это… как мне лучше сказать? Конечно, имеет смысл сохранить слова Владыки Аинза для потомков, но я сомневаюсь, что Шалтир записывает их для этой цели…

Шалтир должна была записывать основные премудрости своего хозяина, а потом учиться на них. Тем не менее, эта ситуация заставляет ее чувствовать себя неловко.

"Ах, ты знаешь. Я чувствую, что делать заметки хорошая идея, но основной смысл ведь не в этом, не так ли? "

Шалтир смотрела на нее с озадаченным выражением на лице.

— Поняла? Может быть то что ты делаешь заметки заставляет тебя думать, что ты проделала хорошую работу. Но то, что ты должна делать, записывать важные вещи и использовать их, чтобы научить себя, как справляться с подобными ситуациями, не так ли? Это действительно нормально, делать такие заметки как эти? "

— Кажется, все в порядке…

— Ну, этом случае, это то отлично. На всякий случай, ты должна просмотреть их снова, как только ты вернешься в свою комнату. Попытайся подумать о том, что Владыка Аинз имел в виду, а затем представь как бы ты поступила на его месте.

— Ох, в самом деле?

— Да, в самом деле.

Сказав это, Аура вдруг задалась вопросом, почему она говорит такие вещи Шалтир. А потом, по какой-то причине, она почувствовала, что направляя ее таким образом было вполне естественным для нее.

Хааа. По какой-то причине, я почувствовала, что у меня есть бесполезная младшая сестренка… Это может быть немного невежливо, но мне интересно, Госпожа Букубукучагама чувствовала себя также?

* * *

Они готовы были выдвигаться особо великолепным утром. Тем не менее, их приготовления были не более, чем выходом из магически созданной башни и выстраиванием в колонну. Аинз чувствовал, что это было гораздо скучнее, чем подготовка его путешествий в образе Момона.

После этого они продолжили исследовать местность, но их поиски от рассвета до заката не дали результатов.

После того как солнце скрылось за склонами гор, Аинз прищурил глаза.

Они проехали более 100 километров на спинах своих волшебных зверей — другими словами, они превысили расстояние до Города Дварфов, по оценке Аинза. Тем не менее, они ничего не нашли. Другими словами, они должны были бы начать трудоемкую задачу прочесывать местность.

Аинз использовал магию, чтобы создать место для отдыха, как и раньше, а затем, настало время для следующего дня — другими словами, третьего дня.

Внезапно Зенберу воскликнул странным голосом.

— Сюда! Я помню это место!

В том месте месте не было деревьев, только камни. Зенберу прокричал указывая на это место.

— Ваше Величество! Мы должны быть близко!

— Раз так! Теперь, все будьте осторожны!

Выполняя приказ Аинза, группа построилась в хорошо упорядоченную колонну.

— Тогда, оставляю всё на тебя, Зенберу.

— Вы можете положиться на меня!

Группа, возглавляемая Зенберу двинулась.

И наконец они увидели пещеру, которая больше напоминало расщелину

Аинз видел что-то похожее в воспоминаниях Зенберу, но по ощущениям Аинза, она должна была быть больше. Все-таки, скорее всего, это правильное место, раз Зенберу так радуется.

Воспоминания принадлежали Зенберу, для людоящеров они надежнее, отрывочных видений Аинза.

Аинз поправил на себе мантию и махнул Ауре.

Действуя согласно запланированному плану, зверь Ауры подвез её к расщелине.

— Королевство Дварфов! Его Величество Аинз Оул Гоун, Король вновь созданного Колодвского Королевства Аинз Оул Гоун, находящееся южнее, прибыл с визитом. Отправите ли вы кого-нибудь, чтобы принять его?!

Голос Ауры эхом разнесся по расщелине.

Однако, никакой реакции не последовало.

Аура посмотрела на Аинза с выражением: "И что я сейчас должна делать?"

Аинз показал, что она должна еще раз объявить о них.

И Аура, еще раз, прокричала очень громко.

Однако, по прежнему не было никакого ответа. Не было никаких признаков нахождения там кого-либо, даже по прошествии некоторого времени.

Зенберу говорил, что там должны быть охранники, которые наблюдали за этим выходом, для предотвращения вторжений. Если это так, то кто-нибудь, да должен был услышать сообщение Ауры.

Они избегают Темного Эльфа?

Аинз отозвал Ауры, на некоторое время и подозвал Зенберу.

— Теперь твоя очередь. Иди покричи немного, посмотрим, что из этого получиться.

Аинз наложил несколько заклинаний с положительными эффектами, на Зенберу. Хотя они и не гарантировали его безопасности, но значительно снизят опасности для него, уж лучше он столкнется с опасностью имея их, чем без них.

Зенберу подошел к расщелине и крикнул. Никакой реакции не последовало.

— …Ханзо.

— По зову господина.

Из тени Шалти вырвались пятеро нинздя. Предводитель вышел вперёд, остальные выстроились за его спиной.

— Проникните внутрь и осмотритесь. Скрытно.

— Будет исполнено. Не могли бы вы уточнить, как далеко нам проникать? По нашей информации города дварфов представляют из себя запутанную сеть туннелей и шахт. Полный осмотр всех проходов займёт много времени.

— Ограничьтесь поверхностным осмотром. Сконцентрируйтесь на центральном районе и административных зданиях. Туннели осмотрите позже.

— Поняли.

Ханзо сорвались в бег вслед за предводителем. Они двигались оставляя после себя остаточные образы, специфический эффект, характерный для высокоуровневых монстров-ниндзя.

Айнз приказал Зенберу вернуться в центр группы — так, чтобы тот мог ждать в безопасности. Он может оказаться весьма полезен в переговорах с дварфами.

— …Шалти, не ослабляй бдительность.

— Слушаюсь!

Активировав навык, Шалти предстала в полном доспехе и всеоружии. Она внимательно оглядывала окрестности, не упуская не малейшей детали.

Теперь, когда Шалти — сильнейший из Стражей Этажей Назарика — готова к бою, никакой враг, как бы силён он не был, не сможет убить её одной атакой. Впрочем, в бою с игроками очень важен опыт, так что поручать такую задачу не обладающей таковым Шалти было довольно-таки рискованно.

Иначе говоря, Айнзу стоило бы поделиться с ней опытом, продемонстрировав собственные навыки.

Он тоже внимательно осматривался. Вскоре, Ханзо вернулись. Они отсутствовали дольше, чем рассчитывал Айнз — вероятно потому, что им пришлось проделать долгий путь.

Они выстроились перед Айнзом, опустившись на колено. Заговорил, разумеется, предводитель.

— …Владыка Айнз, мы обнаружили то, что может быть поселением дварфов. Мы осмотрели его, но не нашли никого живого.

— …Что произошло?

— Мы не осматривались как следует, но трупов нигде нет, а в домах отсутствует утварь. Также нет следов боя.

— Похоже, дварфы почему-то решили покинуть город.

Айнз покосился на Зенбера, видимо, тоже удивлённого. Он знает его совсем недолго, но успел немного понять характер Зенбера. Непохоже, что тот притворяется.

— …Что ж, хорошо. Проводите нас в поселение.

— Есть!

Айнз последовал за Ханзо. Это незнакомая территория, следует перемещаться осторожно. Шалти, Ауру и Зенбера также сопровождали высокоуровневые слуги-нежить и магические звери.

Снаружи остались лишь низкоуровневые Вампирские Невесты и мамонтоподобные вьючные звери.

То была ловушка. Любые неизвестные существа, увидев в них врагов, наверняка попытаются истощить их силы, атаковав отделившуюся часть отряда, решив что смогут с ней справиться. Кроме того, это основы тактики — атаковать линии снабжения в надежде выяснить что-либо о врагах по добытым из обоза предметам.

Поэтому Айнз оставил Невест и обоз не одних. Поблизости, замаскировавшись, ждал один из Ханзо.

Ему не было приказано придти на помощь, в случае чего.

Наоборот, он должен будет наблюдать за врагами и изучать их бойцов. После чего проследить путь их оступления — если повезёт, до самой базы.

То было ещё одной причиной, по которой за всё время путешествия отряд ни разу не вернулся в Назарик — потенциальные враги не должны знать, что они способны бесконечно получать подкрепления через [Врата]. Пусть думают, что Айнза и его отряд можно взять измором.

"Ну, было бы неплохо если Вампирским Невестам удастся уцелеть при нападении"

Айнз не желал им гибели. Однако, он без малейших угрызений совести был готов пожертвовать автоматически возрождавшимися монстрами в обмен на информацию о противнике.

Может, это немного жестоко, подумал Айнз, входя в пещеру.

Источников света внутри не было, и вскоре их окутала непроглядная тьма. Однако для способного видеть в темноте Айнза это не представляло проблемы. Как и для Шалти, Ауры, нежити и магических зверей. Уровень собравшихся позволял не обращать внимания на такие пустяки.

Что же до Зенбера, то его аккуратно, словно принцессу, нёс один из прислужников Шалти.

Судя по тому, что все сталактиты и сталагмиты были убраны, а пол ровный и удобный для ходьбы, они и в самом деле приближаются к городу Дварфов.

Ханзо вели их вперёд. Они постоянно проходили развилки, каждая из которых, по словам Ханзо, вскоре заканчивалась тупиком. Вероятно, это было сделано чтобы запутать нападающих и выиграть время, а может, чтобы организовать контратаку.

Айнз знал заклинания, способные помочь найти правильный путь, но Ханзо такими способностями не обладали. Учитывая, что им пришлось изучить все возможные пути, их задержка неудивительна.

Едва Айнз подумал это, как один из Ханзо повернулся к нему.

— Владыка Айнз, мы вот-вот достигнем поселения.

— Вот как… Ханзо, я вижу впереди какой-то тусклый свет. Ты же сказал, что здесь нет дварфов?

— Да, их здесь нет. Свет испускают кристаллы какого-то минерала.

Перед ними раскинулось широкое открытое пространство.

Оглядевшись в поисках источника света, Айнз заметил несколько крепких колонн, подпирающих потолок. Из потолка торчали похожие на кристаллы предметы, испускающие тот свет, про который говорили Ханзо.

Иных источников света — по крайней мере, рукотворных — Айнз не видел.

Похоже, в этом месте и правда некогда жили дварфы, как и сказали Ханзо. Место напоминало город, вдаль простирались длинные ряды непримечательных двухэтажных зданий.

Возможно из-за того, что строители не отличались высоким ростом, здания казались на этаж ниже аналогичных человеческих построек. Впрочем, рост Айнза всё равно меньше, и из-за ближайших зданий он не мог оценить размеры города. Впрочем, судя по количеству даже видимых зданий, подсчёт их казался бессмысленной задачей.

— Хмм…

Осматривая город, Айнз ощутил как теплившийся в сердце огонь надежды с шипением гаснет, словно на него вылили ушат холодной воды.

Всё слишком ветхое.

По историям о городах дварфов Айнз ожидал увидеть нечто яркое, затейливое и солидное, но это место обмануло его ожидания. Следов ИГГДРАСИЛя — или присутствия других игроков — тоже не было видно.

Айнз шагнул вперёд, и распахнул дверь, ведущую в одно из зданий.

Как и сказали Ханзо, внутри его ждала лишь пустота.

От входа он не увидел никакой мебели. Остались лишь бывшие частью стен полки, и другие непригодные к перемещению предметы. Пол покрывала белая пыль. Похоже, дом оставлен довольно давно.

— Зенбер! Попробуй позвать, вдруг здесь кто-нибудь есть!

После услышаного приказа Занберу прокричал имя дворфа который помогал ему в прошлом.

Факт того, что не было никакого эхо, показывал на сколько большые размеры имела пещера

Занберу прокричал ещё несколько раз, но как и в предыдущих попытках не было никакого ответа

"Ханзо. Отпраляйтесь в тоннели и попробуйте найти что-нибудь, что объяснило б почему город покинут. Но учитывая то, что мы не знаем размеров всей сети тоннелей, возвращайтесь если зайдете слишком далеко."

"Так точно!"

В то время как было бы намного проще, если каждый начнет самостоятельные поиски, Аинз не был настолько глуп, чтобы разделить группу при таких обстоятельствах, пока он не узнает что происходит. Он приказал всем, собраться и позволил им проводить небольшие поиски самостоятельно, а потом, с ними у себя за спиной, он открывал двери одного зданий одного за другим.

На первый взгляд все они выглядели одинаково.

В некоторых из них была заброшенная мебель, но в большинстве случаев это были книжные полки да столы. Он не нашёл дома с полным набором мебели.

Проверка всех домов как этот займёт довольно много времени.

Аура, у тебя наилучшее восприятие среди нас. Нашла ли ты какие-либо улики?

— Нет. Не ощущаю никого поблизости.

— Раз так… Тогда мы разделим на две команды для дальнейшего поиска. Шалтир, возьми на себя командование нежитью и используй их в качестве наших дозорных. Аура, идти вперед к дому, где Зенберу оставался в последний раз когда он был здесь. Обыщи город и постарайся выяснить причину, почему Дварфы его покинули, но будьте осторожны, не уходи слишком далеко.

Оба стража ответили утвердительно, и он увидел как Занберу поклонился с благодарностью

После великодушного кивка, Аинз использовал [полет]

Он медлено полетел вверх.

Это очень рискованный шаг, если кто-нибудь ожидает в засаде. Но по какой-то причине Айнз чуствовал что здесь никого не было

— Аинз-сама!

Паникуя, Шалтир тоже поднялась в воздух.

— Это опасно! Пожалуйста спускайтесь!

— Если подумать, то ты права. Возможно, я был неосторожен.

Вполне естественно, что Шалтир рассердилась. В конце концов он взлетел, когда любой желающий мог с легкостью открыть по нему огонь, доверившись необоснованному инстинкту.

— Но все-таки, тот факт, что я не был атакован еще раз доказывает, что здесь никого нет. Кроме того, есть шанс, что кто-нибудь заметив меня, захочет подойти сюда, чтобы побольше разузнать, поэтому охрану периметра оставляю на тебя.

— Пожалуйста, не используйте себя, как это делает Маре.

"Пунито был прав, в зависимости от обстоятельств, руководитель может использовать себя в качестве приманки. Все-таки, думаю, для такой как Шалтир, это трудно понять, учитывая, что она не принадлежит к кругу моих старых друзей, являясь моим защитником."

— Прости меня — сказал Аинз, прежде чем взглянул вниз.

Город состоял из множества одинаковых зданий, аккуратно выложенных, словно в игре Го.

— Есть впечатляющего вида здания там и там, и там.

Хотя большинство зданий выглядели так, как будто были отлиты из одной формы, было несколько зданий, которые были больше, чем остальные.

— Должны ли мы пойти и посмотреть?

— … Давайте сначала позовем Ауру обратно. Кажется будет очень хлопотно если там окажется засада.

Все что сказала Шалтир прямо сейчас имело смысл.

— Владыка Аинз!

Именно тогда, снизу раздался голос Ауры. Глядя вниз, он увидел, Ауру и Зенберу машущих Аинзу, и учитывая то, как они делали это, казалось бы, произошло что-то из ряда вон выходящее.

— Видимо они что-то нашли.

— Видимо так.

Они обменялись взглядами, прежде чем приземлиться рядом с Аурой, вскоре идущая за ними нежить поспешила к их положению.

— Взгляните на это, Владыка Аинз!

Аура привела их в один из открытых ею домов.

Аинзу указали место, но он не мог обнаружить каких-либо отличий от других зданий, и он не находил ничего особенного.

— Это дом Дварфов в котором останавливался Зенберу?

— Нет, это не так. На нашем пути к дому дварфа, который заботился о Зенберу, мы обнаружили, что нескольких зданий были открыты. После их проверки, я обнаружила следы на земле, и отпечатки ног которые не могут принадлежать Дварфам. Вот, смотрите. Зенберу, дварфы не ходят босиком, не так ли? "

— А-а-а, конечно же нет. Все они носят обувь, и они не снимают её даже в своих домах. Мне доводилось видеть их крепкие сапоги с металлической подошвой.

— Получается что эти следы явно не принадлежат Дварфам.

— Как много ты можешь узнать по ним?

— Хмм, посмотрим…

Аура склонила голову в размышлениях.

— Они, кажется, были оставлены двуногими существами, и тянущиеся метки между левыми и правыми отпечатками похожи на следы от хвоста.

— Вроде следов Людоящера?

Шалтир повернулась чтобы посмотреть на Зенберу.

— Нет, это не так. Хвост был тонким, не толстый, как у Зенберу. Кроме того, следы припали пылью, так что они были оставлены тут достаточно давно. Тот, кто оставил их не бродил по комнате. Кроме того, он выглядит так будто персона, которая пришла сюда ушла сразу же после того как вошла… Они пришли, потому что они были заинтересованы в Городе Дварфов?

Аура перевела свой взгляд от дома к дороге снаружи.

— И похоже он был не один… их было не меньше 10.

— Как далеко ты сможешь следовать по этому следу? Это наша единственная зацепка, в конце концов, поэтому я бы хотел, следовать по ему как можно больше.

— Поняла. Не могли бы вы тогда следовать за мной?

Нет никаких причин отказываться.

Все проследовали за Аурой, пока Шалтир стояла неподалеку с Аурой чтобы защищать её.

Владелец следов двигался как Аура и предполагала — причина была та же что и у Аинза, он бродил по округе и осматривал Дварфийские здания.

На полпути следования следу, Аура внезапно застопорилась и посмотрела на дорогу впереди. Она смотрела на одно из огромных зданий, которые Аинз заметил с высоты.

— Здесь много схожих следов. Похоже, что их отряд пришел оттуда. Что нам делать? Нам изучить этот отряд?

— Нет, возможно лучше изучить, куда делись владельцы этих следов. Исследуем этот отряд позже.

— Понятно!

Аура снова начала движение. В конце концов, они достигли здания, уоторое сливается со стенами и, казалось, будто оно охватывало весь город.

Оно напоминало бунгало, но было огромным.

— Там ни кого не должно быть, но в целях безопасности, я использую свою магию. Защитные заклинания противника могут активироваться и сосредоточиться на мне, так что каждый должен держать дистанцию от меня.

Использую магию типа предвидения, легко стать мишенью для контратаки. А единственным среди них, кто может погибнуть от одного удара, был Зенберу, но не было никаких причин лишний раз истощать здоровье своих подчиненых.

— Аинз-сама, прошу разрешите мне охранять вас.

— Эх? Тогда я тоже иду.

— Нет, ты должна находиться там, где тебя не заденет и наблюдать за округой.

Получив выговор, Аура умоляюще уставилась на Айнза, но в данном вопросе он разделял точку зрения Шалти.

— Действительно. Твои сенсорные способности, являются лучшими среди нас, Аура. Пока есть возможность засады, ты можешь оказаться первой, кто сможет среагировать на неё.

Услышав, это от её Владыки, Аура было нечего сказать. Ей оставалось лишь неохотно подтвердить приказ.

Аинз создал магический сенсор и направил его к зданию.

Как и ожидалось, не было никаких признаков того, что кто-то скрывается внутри и поэтому он послал сенсор дальше внутрь.

"Для чего же использовалось это здание? Стойка и эти шкафчики? Это похоже на баньку, но нет разделения по полу….. это единственное здание Дварфов?"

Рассмотрев интерьер нескольких комнат, Аинз нашел место, которое было похоже на туннель, через которой он и его сопровождение пришли.

"Может это какой-то блокпост или база? Возможно, это место должно блокировать противника, пришедшего из тоннеля. Это значит, что этот туннель ведет куда-то еще?"

Быстрый просмотр здания не выявил никаких следов противника. Он быстро подвел итоги состояния внутри здания, и тогда пустил Ауру внутрь, чтобы она проверила, уходили ли следы в этот тоннель.

После этого Аинз, Шалтир и Зенберу вошли. Он оставил магических зверей и нежить ждать снаружи здания, на случай если Ханзо вернутся.

Когда они следовали за Аурой, Аинз спросил у Зенберу

— Для чего предназначалось это здание?

— Простите, Ваше Величество, но я многого не знаю. Все что я знаю, это то, что огромное здание, в котором мы обнаружили следы, скорее всего предназначалось для административных задач. А другие большие здания время от времени использовались как дома, или как таверны, кузницы и тому подобное. Даже вожди Дварфов…… нет, их подчиненные…. не жили в больших домах. Мне неизвестна причина этого — сказал Зенберу.

И в этот момент Аура остановилась у входа в тоннель.

— Следы привели нас сюда. Идти дальше?

Её вопрос заставил Аинза задуматься, но он быстро принял решение.

— Нет, не будем этого делать. Еще многое нужно изучить в городе. Пока оставим это. Было бы лучше, чтобы с нами были Ханзо.

Можно смело утверждать, что туннели были очень обширны, раз Ханзо до сих пор не вернулись.

Как только они вышли на улицу, Аинз активировал [Сообщение], чтобы поговорить с лидером Ханзо.

— Как ваши дела, Ханзо? Вы что-нибудь обнаружили?

『Наши глубочайшие извинения, за то, что нас так долго нет. Но, хоть это и заняло у нас так много времени, мы наконец обнаружили следы чьего-то присутствия.』

— Что? Правда? Вы обнаружили причину исчезновения дварфов.

『Это не совсем доказательство, но нам кажется, что из глубины тоннеля доносится какой-то звук.』

— Не естественный звук, я правильно полагаю?

『Конечно! Похоже кто-то копается в рудной жиле. Что нам делать? Может нам как следует всё разузнать?』

— Нет, забудьте об этом. Прежде чем вы что-нибудь предпримете, мы должны объединиться. Мы находимся….

Если подумать, он, наверное, не сможет донести свое послание понятно, используя только речь.

— Вот что, мы будем использовать факел, в качестве сигнала.

— Так точно!

После завершения [Сообщение], Аинз достал факел. Факел имел способность самовоспламеняемости, и Аинз передал его в нежити, стоявшей рядом с ним. Нежить стала махать им из стороны в сторону, сигнализируя Ханзо, об их местоположении, которое Ханзо было неизвестно.

Конечно это был не обычный факел. Он был артефактом, который продавался в магазинах, он наносил в два раза больше урона, по сравнению с обычными факелами, монстрам, типам слизи.

Это было несколько расточительно, но у Аинза не было ни одного обычного факела с собой.

Факел освещал красную повязку в поле зрения Аинза перед тем как Ханзо наконец-то предстал пред ним.

— Простите нашу медлительность, Владыка.

— Отбросить формальности, время деньги. Отведите нас туда немедленно.

— Слушаюсь!

Аинз ехал на магическом звере вслед за бегущими ниндзя.

В конце концов, они прибыли к зданию, напоминающему одно из тех, что они нашли, отправившись по следам. Ханзо остановились, вероятно, это было место назначения.

После спешивания со своего зверя, Аинз выслушал доклад Ханзо о ситуации.

— В этом здании есть скрытый туннель. Неизвестный находится внутри этого туннеля.

— Владыка Аинз, здесь еще один набор следов. Не похоже, что он выходил из туннеля, и они ведут только внутрь. Человек, который их оставил носил сапоги, и с учетом их размера, я бы поставила что он ростом примерно с Шалтир. Кроме того, он только один.

Аинз кивнул Ауре, которая смотрела на землю перед зданием.

— … Давайте попробуем начать дружественный диалог с этим человеком. Даже если он нападет, только защищайте себя. Ни при каких обстоятельствах мы не сделаем первый шаг. Вы понимаете? Для того, чтобы не насторожить другую сторону, Аура попытается поговорить с ним, и тогда-

Аинз коснулся своего лица.

Были ли люди, единственным видом, который остерегался нежить? Или это был неизменный факт в этом мире?

В любом случае, его подчиненные по-прежнему стояли во главе армии нежити. В таком случае, он мог бы произвести лучшее впечатление, показав лицо не скрывая свою личность.

— Отлично Ханзо. Проведите нас туда, где вы услышали этот звук.

Ханзо провели их через здание и прямо в туннель.

Потолок был довольно низким, поэтому он должен был раскопан Дварфами. Все дварфы в ИГГДРАСИЛЕ были коротышками.

Если бы они выкапывали этот туннель, то он возможно был бы приблизительно таким в высоту.

Уши Ауры дернулись, как только они пошли через туннель. Это подтверждало правильность доклада Ханзо.

Аинз напряженно вслушивался, но он не мог уловить звуков которые слышала Аура.

— Это оно?… Насколько мы близко?

— Трудно сказать. Я не могу определить точную о дистанцию из-за эхо.

— Угу. Если он прямой, то магическое зрение сможет помочь выяснить личность находящегося с другой стороны…

Кто-то без острого слуха Ауры- происходящего от расовой или рабочих классов — не смогли бы услышать что-нибудь из-за расстояния между ними. Тем не менее, если они подойдут ближе, то с другой стороны смогут заметить наличие длинной шагающей процессии.

Любой, кто услышит приближение незнакомой группы, первым делом, скорее всего, постарается сбежать. Разумеется, Ауры способна выследить кого угодно, но неизвестные всё равно могут сбежать, если в их распоряжении есть заклятье телепортации или навыки, позволяющие проходить сквозь камень.

Разумнее всего будет послать Ауру и Ханзо, или Айнзу, способному становиться невидимым, отправиться лично.

— Что ж, с этих пор вперёд пойдут лишь те, кто способен маскироваться и перемещаться скрытно. Аура и Ханзо, вы первые. Я пойду следом. Шалти, подожди здесь.

— Если такова ваша воля.

— … Нет, это было бы плохой идеей ждать здесь?

Аинз посмотрел на потолок. Он состоял из крепких коренных пород, но не было таких вещей, как абсолют.

— Да, пожалуй. Вернись к тому зданию и жди нас там…Нет, в таком случае Ханзо тоже… Аура, как думаешь, следы ведут в сторону источника звука?

— Да, они ведут туда. Оставивший их, вероятно, и является источником звука.

— Понятно. Тогда, можешь ли ты провести меня туда?

Аура кивнула.

— Тогда мы идем вперед. Все, кроме Ауры и меня идите к зданию у входа в тоннель. Если что-нибудь случится, например появятся особо сильные существа, вашего уровня, возвращайтесь обратно. В таком случае мы отступим, так что не беспокойтесь. Целью для [Врат], укажем дом Ауры в лесу.

— Поняли! Но вы справитесь вдвоем?

— Я не уверен. Но я буду надеяться, что все обойдется.

Можно вспомнить все ошибки за сегодняшний день и прийти к выводу, что они ничего не добились. Все, что он мог признать, что он подрывал свою безопасность, до некоторой степени, принимая подобные решения. И это было тем, что Аинз осознал только сейчас.

Шалтир не сказала ничего, что могло бы заставить его передумать. Скорее всего, приказы Аинза просто не терпели возражений, так что всё что она могла сделать, это грациозно их выполнить.

Аинз отправился с Аурой. Он не использовал магию, так как они всё еще были на некотором расстоянии от источника шума.

Они шли в тишине, пока Аинз не услышал какой-то звук.

— Похоже, они делают все возможное, чтобы как можно меньше шуметь.

Айнз не имел понятия почему эта идея всплыла, но если Аура упомянула об этом, тогда она скорее всего правильная.

— Значит, мы можем предположить, что другая сторона также в состоянии повышенной готовности?

— Поэтому мы должны их захватить?

— Только если они попытаются сбежать. Ведь если при первой встрече, мы проявим насилие, то в будущем, возможно, будет сложно построить дружеские отношения.

— Я понимаю. Тогда, позвольте мне пройти вперед и нормально с ним поговорить.

— Проходи. Я стану невидимым… нет, ради безопасности, я буду следовать за тобой, невидимым, Аура. Если другая сторона попробует бежать, тогда у нас не будет выбора, кроме как захватить их.

Коротко посовещавшись, Айнз с Аурой, приготовившись, пошли на звуки.

В глубине туннеля обнаружилось некое напоминающее дварфа существо. В непроглядной темноте они видели лишь то, как он усердно рубит стену туннеля своей киркой.

Расстояние до существа было по-прежнему значительным, так что его рост они могли прикинуть лишь приблизительно — около 140 сантиметров. Напоминающее формой пивную бочку тело и не особо длинные ноги. Фактически, попросту короткие.

Существо носило коричневый плащ, лежащие поблизости вещи, должно быть, тоже принадлежат ему. Среди них — незажжённый светильник и фляга.

"Что одинокий шахтёр делает здесь, в необитаемом городе? Странно. Нужно расспросить его и разрешить эту загадку"

Аура тихо прокралась к шахтёру.

Айнз же шагал как ни в чём не бывало.

[Абсолютная Непозаваемость] стирает все следы и звуки заклинателя, заметить его могут лишь высокоуровневые персонажи воровских классов. Даже кому-то вроде Ауры было бы тяжело его обнаружить. Для неё Айнз ощущался как не более чем смутное присутствие поблизости.

Подобравшись к шахтёру достаточно близко, Аура позвала его.

— Эй, привет. Чем занят?

— Хиииеее!!!

Шахтёр взвыл так, словно вот-вот рухнет замертво, и развернулся к ней.

Его лицо утопало в длинной бороде — несомненно, им встретился один из представителей расы дварфов.

Вытаращив глаза, он натянул капюшон своего коричневого плаща на лицо.

Однако, этим всё и ограничилось. Он по-прежнему был здесь. Впрочем, похоже, лишь с точки зрения Айнза.

— Хмф! Невидимость, значит…

Голос Ауры заставил Айнза — способного видеть сквозь невидимость — вглядеться в дварфа пристальнее. Действительно, как и сказала Аура, дварф теперь выглядел несколько более тусклым.

"Этот плащ, должно быть, магический предмет, активирующийся когда натягивают капюшон. Очень похоже на Сизу…"

— Эй, эй, ну что вы, дварф-сан, вы же понимаете что я не обижу вас? Я знаю что вы здесь. Дайте взглянуть на вас.

Прелестный и дружелюбный голос Ауры, должно быть, произвёл на дварфа крайне сильное впечатление.

Он чуть приподнял капюшон, и сквозь щёлку уставился на неё.

— В-Вы, вы тёмный эльф? Что вы тут делаете?

— Хм? Я пришла в город дварфов, обнаружила на его месте пустую скорлупу, и решила узнать, почему никого нет. Поискала, поискала, и вот я здесь.

— П-понятно…

— Пять лет назад дварфы ещё жили здесь. Что произошло? Что-то случилось? И кстати, почему бы вам не дать на себя взглянуть?

Дварф шагнул вправо-влево, но глаза Ауры неотступно следили за ним.

— Ладно. Похоже, вы и так меня видите.

Дварф сбросил капюшон. Видимо, это развеивало заклинание. Для Айнза, всё это время прекрасно видевшего дварфа, его движения казались довольно забавными.

— Итак, начнём сначала. Доброго вам дня, я Аура Белла Фиора, из Колдовского Королевства Айнз Оал Гоуна.

— Колдовского Королевства? Простите моё невежество, это королевство тёмных эльфов? Что-то в этом роде? О, прошу прощения. я Гундо Огнебород, из Королевства Дварфов. Рад знакомству.

Аура протянула руку. Гундо, видимо понявший значение жеста, вытер собственную ладонь перед рукопожатием.

Похоже, дела идут хорошо. Айнз кивнул, следя за происходящим и поддерживая заклятье непознавания.

— Ну, полагаю, формальности ни к чему. Как насчёт говорить запросто?

— О-о! Я тоже хотел предложить. Сам-то ведь я из простонародья. Но вдруг бы ты оказалась какой-то большой шишкой, решил придержать язык за зубами.

Аура, видя улыбку Гондо, ухмыльнулась в ответ.

— Ну, вернёмся к теме. Пять лет назад здесь ещё жили дварфы. Куда они делись?

— М-м, все переехали в другой город три года назад. Что-то не так?

— Ну, да, вроде того. Я пришла сюда с людоящером, он говорит что некоторое время жил здесь. Это от него я узнала про это место.

— Людоящер? Пять лет назад?

Гондо чуть подумал, и стукнул кулаком о ладонь.

— О-о! Я не встречал его лично, но знаю про тот случай. Нас впервые посетил людоящер, так что пересудов было много. Это тот парень с невероятно толстой рукой, верно?

— Да, точно! Это он.

"Понятно, вот оно как" — забормотал Гундо. Судя по выражению глаз, он несколько расслабился.

— Тот, кто помог тому людоящеру, похоже, тоже переехал. Не знаешь, куда?

— Ну, думаю можно сказать… Но я слышал, тёмные эльфы не живут под землёй, верно? Если я укажу тебе путь через туннели, ты сможешь добраться целой и невредимой?

— Ну, думаю справлюсь, но если можно, то хотелось бы узнать и дорогу по поверхности.

Гондо поскрёб бороду.

— О, прошу прощения. Я редко бываю на поверхности, так что не уверен, смогу ли описать дорогу в Фео Джуру — так называется город, в который переехал тот дварф. Могу только указать примерное направление, ну там, столько-то километров к северу, типа того.

— Подойдёт. Вообще-то, я хотела попросить тебя указать путь… Что если я найму тебя? Тебе заплатят…

— Небезынтересное предложение. Однако, ты — нет, ты же упомянула людоящера — вы двое пришли сюда одни? Ты ведь пока даже не взрослая, да? Сколько вас?

— Достаточно. Было бы не очень удобно, если бы мы ввалились все разом, так что я оставила остальных у входа в туннель.

— Входа?..Хм?

Гондо глубоко задумался, словно только что вспомнил о чём-то. Впрочем, лишь на мгновение. Он отставил раздумья и продолжил говорить.

— Ну, вот и славно. Путешествовать по туннелям в одиночестве… не лучшая идея. Ты не подземный житель, и наверное не знаешь, но некоторые монстры могут свободно плавать в земле. Это не то место, где стоит бродить в одиночестве, знаешь ли. Ну, обладая моим магическим снаряжением, ты могла бы как-нибудь справиться…

Его глаза зашарили по Ауре, пытаясь определить, несёт ли она какие-нибудь магические предметы.

— Ну, думаю, мне найдётся что высказать твоим спутникам. Отправить ребёнка в одиночку, какой позор.

Гондо отвернулся от Ауры и запихнул кусок породы в лежащий рядом мешок.

Мешок не увеличился в размерах. Должно быть, тоже магический предмет. Далее дварф поднял светильник и открыл заслонки.

Туннель неожиданно озарился голубым светом — магическим. До этого момента двое беседовали в абсолютной темноте.

— Что ж, идём. Похоже, ты можешь видеть в темноте, но немного света не помешает, так ведь? Ну, это также сильно увеличивает риск быть замеченными монстрами, так что лучше бы воздержаться. Ты сможешь сбежать в случае нападения? Монстров тут редко встретишь, но полностью исключать такую вероятность нельзя.

Айнз кивнул. Дварф не знает, насколько сильна Аура, так что с его стороны очень мило проявлять такую заботу. Впрочем, Айнз полагал что Гундо недостаточно осторожен. Ему стоило бы предусмотреть самые разные варианты, прежде чем давать советы.

— Не волнуйся. Я прекрасно смогу сбежать сама, да я и неодна.

Аура посмотрела в сторону Айнза. Впрочем, она глядела чуть в сторону.

— Хм? Правда? У меня есть плащ-невидимка, так что если что, бросай меня и беги. Но роющие монстры способны обнаруживать свои жертвы, ориентируясь на сотрясение камня, так что перемещайся с осторожностью.

Крякнув, Гондо взвалил мешок на плечо и встал.

— Тогда идем.

Гондо зашагал вперёд. Аура и по-прежнему невидимый Айнз последовали за ним.

— Кстати, ты упомянул что тут небезопасно, но это ведь бывший город дварфов. Что такого опасного случилось, что вам пришлось эвакуироваться?

— Ну, не с этим городом, а с нашей нынешней столицей, Фео Джура. Она к северо-востоку отсюда. Мы заметили поблизости кваготов (роющих зверолюдей). Чтобы наши поселения не пали поодиночке, мы решили временно оставить Фео Лайзо — так называется этот город.

— Кваготы? Что это за существа?

— Хм. Это подземные жители, как и мы… Но неприятные твари. Мы с ними в настолько плохих отношениях, что убиваем друг друга едва завидев.

Гондо, бурча про кваготов, шагал по тунннелю. Вероятно, стараясь тем самым внушить бдительность и Ауре.

На вид кваготы — двуногие гуманоиды, напоминающие кротов. Они примерно 140 сантиметров росто, весят в среднем 70 килограмм, невысокие но мощного телосложения.

Их шкура, как правило, тёмно-коричневая, чёрные или коричневые особи встречаются реже. Яркие цвета, голубой или красный, похоже, обозначают тех, кто обладает некими выдающимися силами.

Они проводят свои жизни в кромешной темноте, но их зрение острее человеческого.

Уровень их технологического развития невелик, сравним или даже хуже чем у людоящеров. Они не создают оружия и доспехов, вероятно потому, что их собственные тела — когти и мех — служат вполне удовлетворительной заменой.

Их шерсть покрывает всё тело и по прочности не уступает доспехам, способная отразить удар металлического оружия. Если особь в юности питается ценными минералами, шерсть вырастает ещё прочнее. По цвету шерсти можно определить, насколько хорошо защищён её обладатель.

В терминах ИГГДРАСИЛя это, наверное, называлось бы расовым навыком сопротивляемости урону — в данном случае, урону от металлического оружия. Вопрос в том, насколько именно велика эта сопротивляемость. Вряд ли имбалансная до степени полного иммунитета, но всё же стоит прояснить этот вопрос.

Затем шли их когти, как у броненосцев и муравьедов, которые могли бы даже проколоть сталь.

"Эти ребята, да… Думаю, что мы нашли их следы в городе только сейчас."

Гондо внезапно остановился и повернулся к Ауре.

"Что ты сказала? Это теперь их гнездо? Оно стало таким же как то место!"

"То место… Ну не похоже, что они поселились здесь. Я думаю они пришли как разведчики. И всё же, если это место было покинуто вами, почему бы его просто не разрушить?"

"Это так, но мы не собираемся оставлять это место навсегда. Однажды когда наши армии будут готовы, мы захватим его снова. Как ты видишь, здесь много руды, как там где я недавно копал."

"Хм…"

Двое из них шли в тишине. Это был часто встречаемый разрыв в разговоре, но если они бы не прервали молчание новой темой, их разговор закончился бы на этом месте. Айнз решил, что они спросили всё, что нужно было знать, поэтому он решил показать своё истинное обличье. Возможно будет лучше показать его до того как он покинет тунель и увидит нежить.

— Тогда, настало время мне представится.

Айнз сказал это, но благодаря [Идеальной Непостежимости] заклинания, которое ещё действовало, его голос не достиг двоих из них.

Чувствуя себя немного смущенным, Айнз развеял магию.

Возможно, Гондо почувствовал присутствие Айнза за Аурой, но он развернулся, и его глаза расширились подобно тарелкам. Выражение его лица прошло через удивительный ряд изменений. Озадаченность, шок, ужас, замешательство, а затем-

— … Гееееее!!

Айнз хотел было спросить, не произвёл ли он какой-нибудь раздражающий звук, но Гондо изо всех сил вцепился в руку Ауры.

— Монс, Монстр! Беги, беги же! Скорее, спасайся!!

Впрочем, Аура, прекрасно зная кто появился, не видела причин убегать.

— Ну же, беги, скорее!!!

Гондо не мог сдвинуться с места, словно прикованный к гигантскому булыжнику.

— К-как тяжело! Что происходит! Что со мной?!

— Не нужно бояться… Гондо

При звуке голоса Айнза искажённое шоком лицо Гондо дёрнулось.

— Откуда, откуда ты знаешь моё имя! Ты разгадал меня!! Или же это магия!!!!

Всё-таки стоило надеть маску, подумал Айнз. Он заговорил, спокойно, чтобы не перепугать Гондо ещё сильнее.

— Успокойся. Я просто подслушал ваш разговор. Я — Король-Заклинатель Айнз Оал Гоун, правитель Колдовского Королевства.

Лицо Гондо подверлось новой серии перемен, на этот раз его взгляд заметался между Аурой и Айнзом.

— К-колдовское Королевство? Это не страна тёмных эльфов?

— Нет. Это государство нескольких рас, признающих меня своим королём.

— Э? Правда?

Глаза Гондо выражали лишь тревогу и подозрение, а в голосе звенел страх.

— Нежить, хм… Это не маска? Э? То есть, король-нежить? Ненавидящий и стремящийся убить всё живое?

— Эй, всё так как сказал владыка Айнз. Он не лжёт тебе. Я тёмный эльф, и рассказ про гостившего тут людоящера — тоже правда. Владыка Айнз был здесь всё время, пока мы с тобой говорили, знаешь ли. Я же сказала, что пришла не одна.

— Э? Я уж думал, что ослышался. Но…

Гондо забубнил что-то под нос и несколько раз глубоко вдохнул. Придав лицу решительное выражение, он задал вопрос:

— Не может ли быть так, что Ваше Величество — можно использовать такое обращение? А, может, Ваше Величество в прошлом были тёмным эльфом?

Неожиданный вопрос. Правильным ответом, наверное, будет то, что он нежить человеческого происхожденяи. Коротко поразмыслив, Айнз решил ответить по-своему:

— Нет, я нежить естественного происхождения… впрочем, не знаю, подходящий ли это термин…Впрочем, бояться незачем. Среди всех рас, будь то люди, дварфы или эльфы, найдутся как хорошие так и плохие представители, так? Точно так же и среди нежити есть как те, кто ненавидит живых, так и те, кто предпочитает находиться с живыми в дружбе. Я, разумеется, отношусь к последним.

— Но, но, дружелюбная нежить, это почти так же немыслимо как сопереживающий демон…

Неплохо сказано, подумал Айнз, пожимая плечами.

— Правда? Я знавал ангела, павшего во тьму, и демона, стремившегося к свету…

Тем демоном был НИП из ИГГДРАСИЛя по имени Мефистофель. Этот персонаж был знаменит своими высказываниями в стиле цундере в адрес добрых существ. Он выглядел жутко, но вёл себя на удивление дружелюбно и рассудительно, и выдавал задания, интересные даже игрокам высоких уровней, так что был почти так же популярен как Тёмная Поросль.

— Неужели такое и правда возможно…

Айнз пожал плечами, видя шок Гондо.

— Мне понятна твоя осторожность. Однако, прошу тебя запомнить одно. Я не намерен причинять тебе вред. Отпусти его, Аура.

— Да, владыка Айнз.

Когда появился Айнз, Гондо схватил Ауру за руку, но по ходу разговора роли поменялись. Цель Ауры, разумеется, была прямо противоположна.

Как только Аура, отпустила его, Гондо отшатнулся, причем довольно далеко, но не убегая.

Очень рациональный шаг, размышлял Аинз. Оплошность могла спровоцировать Гондо на продиктованный эмоциями выбор — бегство. Это закончилось бы для него не хорошо. Тем не менее, Гондо, теперь был квалифицирован как кто-то, кто мог бы быть переговорщиком.

— Тогда мы начнем сначала? Я понимаю вашу осторожность, но у меня — у нас нет никаких намерения вредить тебе. Скорее всего, мы хотели бы с тобой дружить.

Гондо не ответил. Как и следовало ожидать, он все еще поглядывал на Аинза с сомнением написанном на его лице.

— В частности, мой народ хотел бы подписать договор о дружбе с Королевством Дварфов. Таким образом, у нас нет никаких намерения вредить любым жителям Королевства Дварфов.

— А что вы имеете в виду под договором о дружбе?

— …Простите. Разве стоит обсуждать проблемы национального уровня с человеком, который не может представлять нацию, не так ли?

— Мм. Это верно, ах, нет, я имею ввиду, если вы так считаете-

— Не волнуйтесь. Обе формулировки хороши. Иметь дело с кем-то, кто спотыкается в словах утомительно.

Расслабленный ответ Аинза вызвал первую с начала встречи, горькую улыбку на лице Гондо.

— Большое спасибо… Ваше Величество. И если слова этой девушки… Этой молодой леди истинны, я понимаю, что вы пришли в этот город ради этой цели?

— Действительно, это так. Но Гондо, почему бы нам, в первую очередь, не покинуть туннель? Беседа с Ящером, который пришел с нами может быть хорошей идеей. Вы слышали о нем раньше, не так ли? Кроме того, я хотел бы обсудить этот вопрос о Кваготах с вами.

— Хм…

Гондо сузил глаза глядя на Ауру.

Аура улыбнулась, как бы говоря: «Кто, я?"

— Хорошо. Кажется, эта маленькая леди полностью доверяет вам. Это доказывает, что вы не обычная нежить.

Гондо шел перед ними, в то время как Аура и Аинз следовали за ним через туннель.

— Верно, могу я задать тебе вопрос?

— Что такое? — Гондо ответил, повернувшись, чтобы посмотреть на Аинза.

/это зря оторвали от предыдущего обзаца — это про "Gondo replied…"/

— Я хочу узнать больше о рунических знаках и ремеслах, связанных с ними.

Лоб Гондо приподнялся, его брови устремились вверх словно крутые склоны.

— Что вы хотите знать о рунах? Что вы хотите спросить?

Голос Гондо был полон печали.

До недавнего времени Аинз не ощущал такого смущения и страха во время разговора с ним, никакого гнева но не было. Другими словами, злоба Гондо была вызвана этим простым вопросом. Он вспомнил что-то плохое относительно рун, или это какой-то секрет, который не может быть раскрыт не Дварфам?

Аинз колебался. "Должен ли я продолжать спрашивать?"

Гондо был первым Дварфом с которым он столкнулся. Не очень мудро будет расстраивать его. Тем не менее, если бы он мог узнать источник гнева, это может оказаться полезным при проведении переговоров с Королевством Дварфов.

Конечно, предполагалось гнев Гондо в не возник по личным причинам.

Холодно размышляя, не нужно ли будет впоследствии устранить Гондо, Айнз поделился с ним своими знаниями о рунах, большинством из которых был обязан Табуле Смарагдине.

Правда заключалась в том, что он ничего не знал. Он знал, о множестве разных символов и что они были формой письменности, но это было все.

Он едва помнил отдельные значения каждого символа, так что ему пришлось просматривать описание.

В поведении Гондо произошло резкое изменение.

Он остановился как вкопанный, и повернул обратно.

Его лицо было искажено совершенно иной эмоцией. Он был переполнен волнением.

— Ты… кто ты… нет… Король Заклинатель… нестареющая, вечное существующая нежить… потеряные знания…

Он мог слышать как Гондо бормотал. В его словах не было никакого смысла. Казалось, что это бессознательная реакция.

Аинз протянул руку, чтобы остановить Ауру, которая был взволновала и готовилась, делать ход, так как Гондо не сразу ответил. Было бы лучше, сначала позволить ему подумать.

После того, как Гондо пришёл в себя, он пристально изучал Аинза. Его отношение до сих пор говорил о настороженности по отношению к Аинзу, но это казалось, была вытеснена другими эмоциями.

— Я не знаю о рун не более чем этого. Есть 50 меньших рун, 25 средних рун, 10 высоких рун и 5 высших рун, в общей сложности 90. Сказано что, многие из них были потеряны, и лишь немногие из них остались. О эзотерических и божественных рунах упоминается только в легендах.

— На самом деле, тогда… могут быть некоторые отличия, но руны о которых я знаю, похожи. Узнаешь их?

Аинз начертил руну из своей памяти на земле.

— Хо! Это одна из средних рун, Lagu.

(Примечание: это англосаксонская руна означает "озеро".)

Хотя Аинз не знал почему было так много, но был достаточно уверен, что некоторые из них соответствуют тем, которые знал Гондо.

— Понимаю. Тогда, прошу расскажи мне еще о рунах.

Что Аинз действительно хотел бы знать, кто передал эти знания и информацию, связанную с другими игроками. Тем не менее, этот вопрос будет лучше всего решать историку. В настоящее время, он будет создавать базу знаний с другой необходимой информацией.

— 100 лет назад, дварфы поставляли рунное магическое оружие в страну людей что на востоке от этих гор — в Империю. Тем не менее, поставка такого оружия прекратилась после этого. В чем причина этого?”

Что Айнз действительно хотел знать, так это — не стоял ли за производством оружия игрок, умерший 100 лет назад, но спрашивая в лоб он рисковал раскрыть себя. Айнз уже некоторое время обдумывал как задать вопрос, и считал что подобрал слова довольно удачно, не рискуя выдать никакой информации о себе.

Гондо помрачнел. Он на мгновение остановился, потом продолжил шагать.

— Это займёт много времени. Я расскажу на ходу.

— Хорошо…

Какое-то время в туннеле раздавались лишь их шаги.

Гондо молчал, вероятно, пытаясь побороть тяжкие думы.

— Для начала, с целью углубления знакомства я назову свою профессию. Я — изобретатель рун.

Он что, сам себя так называет?

Гондо продолжал говорить, не ожидая ответа Айнза.

— Дварфы всегда создавали свои магические предметы с помощью рун. Но 200 лет назад, на нас напали демоны-боги, и последние представители королевской семьи покинули королевство, чтобы присоединиться к развернувшимся против них сражениям. В результате к нам проникли технологии внешнего мира, и руны были сочтены устаревшими.

Гондо извлёк из рюкзака меч и протянул его Айнзу. На клинке был изображён рунический символ.

— Это Куерн, младшая руна, она означает "острота". Если аккуратно нанести её на клинок, получится зачарованный меч. Она увеличивает остроту клинка и повышает шанс нанести врагу тяжёлую рану.

— Это ведь самый простой из эффектов магического оружия, так? Чем дольше высекается руна, тем больше урона оружию она добавляет. Впрочем, насколько я знаю, низкокачественное оружие производится довольно быстро, это так?

— Именно поэтому искусство создания рун считается отсталым. На создание предметов с помощью рун при прочих равных требуется в три раза больше времени по сравнению с другими способами. Если смотреть с точки зрения массового производства, рунное оружие и близко не стоит с зачарованным оружием людей.

Гондо глубоко вздохнул.

— Благодаря более совершенной завезённой технологии, количество кузнецов рун начало стремительно сокращаться. Все считали что лучше выучиться на заклинателя, способного зачаровывать оружие.

Видимо, вот почему торговля рунным оружием с Империей прервалась. Это Айнз понял. Иначе говоря, древние традиции дварфского ремесла вымерли.

Гондо сузил глаза.

— И всё же, бросать наши, дварфские технологии было непростительной глупостью! Что более важно, у рунного ремесла есть свои преимущества! Например, оно не требует затрат!

Возглас Гондо гулко разнесся по туннелю. Осознав насколько опрометчиво и опасно это было, он глубоко вздохнул. Это помогло ему расслабиться и продолжить разговор более спокойным тоном.

— Вы ведь знаете, да? Как правило, для зачарования нужно множество реагентов и материалов.

Это так. Айнз слышал однажды, что половину рыночной цены магических предметов составляет стоимость ингредиентов.

В то время как затраты на производство магических предметов были аномально высокой, при расчете их цены можно было игнорировать наценки от поставщиков и розничных торговцев. Это было из-за того что Гильдия магов не проводили административные сборы — вероятно, потому, что они понимали, что они были включены в их ежегодные взносы — и таким образом магические заклинатели могли продавать их без дополнительных затрат или же могли говорить напрямую со своими клиентами.

Поэтому, когда продажа идёт через торговца магическими предметами, цена будет расти.

"Однако, предметы гравированные рунами почти не требуют материальных затрат."

— Потрясающе!

Вдруг Аинз наклонился вперед.

Он обдумывал это много раз и как искатель приключений Момон и как правитель Назарика. Идея типа "почти бесплатно" очень сильно тронуло Аинза за сердце.

Вот почему он не мог понять его. По правде говоря, Аинз никогда бы не позволил такой технологии умереть.

— А есть какие-нибудь недостатки?

— Ах, они действительно существуют. В основном их сложно создавать. На создание одной, уходит очень много времени, а также тех кто может стать кузнецом рун очень мало. По словам людей из Империи, их еще меньше, по сравнению с теми, кто может стать магами.

— Хм. У меня возник вопрос. Ты сказал, что руны вышли из моды 200 лет назад, тогда почему же еще сохранились названия рун. Разве прошло не слишком много времени с того момента. Или для жизни дварфов это нормально?

Гондо не реагировал, и Аинз задал другой вопрос.

— Какой тип рун, сейчас, наиболее развит?

Аинз сделал несколько шагов, чтобы подойти к Гондо.

Гондо смотрел перед собой, но на его лице не было больше страсти. Он ответил на вопрос Аинзом вопросом.

— Почему вы так хотите понять процесс изготовления рун?

Отвечая вопросом на вопрос, он давал понять, что не хочет отвечать на поставленный вопрос. Если бы он дал ответ, который искал Гондо, он бы раскрыл то, что старается скрыть. В конец концов, он перестал обращаться к нему "Ваше Величество" и перешел на просто "вы". Значит, очень важный вопрос.

Однако, они не были настолько близки, чтобы раскрыть сердца друг другу. И что более важно -

"Почему он пытается соблазнить меня этими знаниями? Это ловушка? Или он не знает насколько ценна информация, которая ему известна? Если это действительно секрет искусства, он должен понимать, что это значит, верно?"

Это несколько сбивает с толку, но сейчас он даст ему объяснение своих мотивов, которые он заранее подготовил.

— Потому, что эти руны несколько отличаются от тех, которые известны мне. Ты ведь понимаешь, как кому то может быть интересно историческое происхождение и распространенность искусства создания рун, нет? Если так, я надеюсь, ты сможешь ответить на мой вопрос.

Гондо отвернулся и впал в раздумье. Они некоторое время шли в тишине.

Когда Аинз уже начал беспокоиться, Гондо, наконец, ответил.

— Я сейчас экспериментирую с уменьшением времени, необходимого для рунической магии, а также ищу способ массового производства. Однако, это только средства для достижения цели. Моя конечная цель, заключается в создании методов, благодаря которым руны снова станут нужны. Другими словами, я хочу, чтобы искусство создания рун стало уникальным и смогло пройти испытание временем.

Другими словами, он хотел повысить значимость рун. Руководитель любой организации, должен понимать, что такое мотивация. При разработке продукта, было распространено явление, когда неоднократное подчеркивание, в конечном итоге вызывало отвращение.

— Хо-хо. Это довольно удивительные научные исследования, не так ли? Как ваши успехи?

Он не думал, что он получит ответ, на свой вопрос но Аинз все равно его задал, потому что он немного растерялся. Потому, что, те кто разрабатывает новые технологии, как эти, должно быть VIP-персоны в Королевстве Дварфов.

"Я понятия не имею, почему он здесь один, собирает образцы, в таком опасном месте. Ведь его должны хорошо охранять?"

Он сразу ответил на вопрос Аинза.

— Вообще нет. Нет никакого прогресса — Гондо пробормотал расстроенным голосом.

— Люди, которые используют искусство создания рун, создавая магические предметы называются кузнецы рун, но я не настолько хорош, чтобы носить этот титул. Я даже не могу делать то, на что должен быть способен ученик.

Да? Рот Аинза открылся от удивления. Разве это не означает, что кто-то, кто не может даже правильно использовать руны пытается развить искусство создания рун? Это была совершенно нелепая ситуация.

Мог ли он сделать какие-то прорывы, как эти, или это вполне нормально для них?

Нет, это точно не норма. Если бы это было нормально, Гондо не был бы настолько подавлен. Другими словами, он чувствовал что он просто мешается.

По правде говоря, Айнз находился в довольно таки затруднительном положении. Он не имел ни малейшего представления о том, как использовать Гондо.

— Я не талантлив. Я могу вырезать руны, но это занимает слишком много времени для меня, чтобы закончить… хотя, они говорят, что все кузнецы рун должны пройти через этот этап, прежде чем они смогут развиваться. Но другие кузнецы рун уже давно развиваются вместо того, чтобы застрять на этом уровне, как я.

Гондо безвольно опустил голову.

— Я не очень хорош как кузнец рун. Я просто бесполезный потомок, которого мой великий отец оставил после себя.

Понятно, Айнз задумался размышляя. Так значит вся его проблема состоит в том что у него нет таланта.

После учитывания знаний из этого мира и Иггдрасиля, он был совершенно уверен, что дело обстояло именно так.

Некоторым профессиям требуется достижение десяти уровней в других профессиональных классах, прежде чем он сможет поднять уровни в классе кузнец рун. Однако, если его общий максимальный уровень составляет 11, то он не сможет получить дополнительные уровни как кузнец рун. И если у него был только один уровень кузнеца рун, он может изучить лишь базовые навыки.

Там не было ничего с чем Айнз мог помочь Гондо, поэтому он промолчал.

Были времена, когда жалея кого то можно было помочь им таким образом, и также порой, это могло только все ухудшить.

Если бы Айнз оказался в положении Гондо, он не хотел бы чтобы кто то кого он встретил в первый раз, утешал бы его.

— …В таком случае. Говоря об этом, неужели все Дварфы ставят себе цель стать кузнецом рун и разработать новые техники в этом?

— Нет, я единственный, кто делает это, Гондо ответил, с ужасно одиноким смехом. — Все кузнецы рун отказались от своего дела. Нет никого, кто хочет развиваться в создании рун и разрабатывать новые технологии. Они все считают, что это хорошо, чтобы отказаться от этого.

— Понятно…Тогда, я хочу кое-что узнать. Что ты будешь сделать когда разработаешь новую технологию нанесение рун.

— Что я буду делать? Я хочу использовать искусство создания рун для зачарования и увеличить число кузнецов рун. Это замечательная технология и ее исчезновение, было бы большой потерей.

— Кто-нибудь тебе помогает?

— Нет. Как я уже говорил, почти все кузнецы рун отказались от своего ремесла и проводят свои дни выпивая и проклиная горько о том, как это все собирается умереть с их поколением. Я пытался уговорить их в прошлом, но все они отказались.

— …Хм. Ну, слабый погибает. Это естественно для бесполезных технологий, иcчезать.

Гондо бросил свирепый взгляд на Айнза, но хватило его лишь на мгновение.

Взгляд гнома поник и он двинулся дальше. Айнз же пытался прикинуть, насколько ценными могут оказаться руны.

Откровенно говоря, у него не было никакого интереса к ним за пределами их исторической причастности к игрокам.

Тем не менее, забытые знания можно было бы легко восстановить, и малые инвестиции не могут быть плохой идеей. Концепция где не придется тратить деньги тоже очень привлекательна. Кроме того, он хотел коллекционировать редкие технологии.

Кроме того, если появятся другие игроки, то можно использовать их интерес к рунам как отличную приманку.

— … У меня есть вопрос или два. Какие основания у вас есть, что такие методы, как те, что вы уже упоминали ранее можно развивать дальше? То, что я услышал только что, звучит как пустые фантазии, сделанные кем-то, кто ничего не знает о ремесле.

— Это не правда! Что ж, это правда, что у меня нет таланта, чтобы быть правильным кузнецом рун. Но мой отец, и отец моего отца — мой дед — оба были лучшими кузнецами рун этой страны, и они служили последнему Королю — Королю Кузнецу Рун — как его правая и левая рука. Я видел это своими собственными глазами. Я читал литературу и тезисы моего отца и деда, которые они оставили. Я уверен, что это возможно! Мой отец подтвердил мои теории на его предсмертном одре. Он сказал мне, что это очень трудно, но не невозможно!

Гондо выглядел так, словно собирался кашлять кровью со своими словами, когда слезы навернулись на краях его глаз.

Чувства и мысли которые он так долго хранил внутри себя наконец-то вырвались.

Несмотря на тот поток эмоций, мишенью для которого он стал, Айнз оставался невозмутим. Хотя слова Гондо и подарили надежду на то, что исследования дварфа могут принести плоды, факт оставался фактом — Айнза интересует лишь доступ к редкой технологии, которой угрожает исчезновение. Если Гондо окажется неспособен предоставить результаты, Айнз бросит его.

— Да, это так, я бесполезный сын! Но я не хочу, чтобы искусство моих предков вымерло! Я не позволю великому имени моего отца исчезнуть из истории, чего бы мне это не стоило!

И тут его слова затронули струну в сердце Айнза.

Айнз тоже хочет сохранить наследие своих товарищей по Айнз Оал Гоун. Сохранить навечно.

В этот момент Айнз до мозга костей проникся чувствами Гондо.

Он внезапно ощутил резкий прилив привязанности к нему.

И в то же время, Айнз понял почему тот, не скрываясь, рассказывает ему о рунах.

Для него ремесло рун мертво, или, возможно, стоит на грани смерти. А значит, нет смысла его скрывать. Может, он даже хочет чтобы оно распространилось так широко, как только возможно, чтобы где-нибудь да нашёлся какой-то способ его сохранить. Но, впрочем, были ли планы Гондо и в самом деле так глубоки, Айнз не знал.

— …Простите меня. Мои слова могут оскорбить вас, но я надеюсь, вы дозволите мне сказать это. Насколько я вижу, вы это вы, а не ваш отец или дед. Я ошибаюсь?

На лице Гондо отразилось неописуемое смешение чувств. Сложно было сказать, зол он, уязвлён или тронут. Но, чем бы это не являлось, оно быстро угасло, сменившись унынием.

— …Благодарю вас, Ваше Величество. Но мой жизненный путь уже определён.

— Тогда, позвольте мне — нет, Колдовскому Королевству предоставить финансовую помощь в ваших изысканиях. Позвольте мне стать вашим инвестором и помочь в исследовании ремесла рун.

Гондо вытаращил глаза и изумлённо воскликнул:

— Вы, вы серьезно? Эт-это просто невероятная удача… это невообразимо!

В таком невероятно привлекательном предложении просто обязана крыться какая-то ловушка. Любой бы так подумал. Айнз понимал, что, должно быть, чувствует Гондо.

— Ну, всё что я могу сказать — так это выразить надежду, что вы мне поверите. Впрочем, вы, не являясь кузнецом рун, скорее всего не сможете усовершенствовать эти технологии, так?

Гондо поджал губы и промолчал.

— Так что я хочу нанять всех кузнецов рун в Королевстве Дварфов, чтобы они поселились в моей стране и под вашим руководством занялись разработкой технологий рун.

— Что, что это значит?

— Это значит именно то, что я сказал. Я соберу всех кузнецов рун, соединю их знания и направлю на создание новых технологий. И для этого… Я надеюсь, что вы поможете мне заложить основание для этой работы. Это невозможно?

Гондо поразмыслил, и ответил.

— Нет, это наверняка возможно. Почти все кузнецы рун разочаровались в своём искусстве, но среди них наверняка найдутся много тех, кто мечтает возродить его сияние.

— И тогда вы подарите им эту надежду… Ну так, что скажете, Гондо? Вы поможете мне? Вы вверите мне свою душу? Как далеко готовы вы зайти ради меня?

— Что?

— Будет очень сложно воскресить почти умершее искусство, если не направить на эту единственную цель всех оставшихся кузнецов рун. Вот почему мы не сможем позволить себе проявить недостаток рвения в поиске талантов. Я желаю собрать всех кузнецов рун в своей стране. А значит, вполне возможно что мне придётся прибегнуть к несколько… бестактным методам убеждения. А это, в свою очередь, может привести к тому что моим помощникам придётся пойти на действия, которые в этой стране сочтут предательством.

— А, вот вы про что? Ну, ответ прост. Если желаете мою душу, она вся ваша. Это пустяк в обмен на возрождение и сохранение в веках рунного ремесла.

Гондо протянул руку.

Айнз взял её.

— Я нежить. Вы готовы смириться с этим?

Гондо рассмеялся.

— Покуда вы можете воплотить мою мечту в реальность, мне плевать, нежить Ваше Величество, или ужасный Король Ледяных Драконов.

— Что ж, сможете ли вы для начала проводить нас в Королевство Дварфов? Я планирую заключить договор о дружбе с Королём Дварфов, чтобы начать нанимать кузнецов рун. Будет непросто осуществить это, не установив дипломатические отношения между нашими странами. Кроме того, полагаю, Королевство Дварфов строго следит за утечкой технологий, так?

— С этим все нормально. Они особо не нуждаются в создании рун. Ах, кстати, в Королевстве Дварфов больше нет Короля. Страной управляет регент Совета, возглавляемый несколькими руководителями.

— Вот как. Интересно. Мы можем обсудить это на ходу? Я хотел бы услышать всё хотя бы в общих чертах.

Пока Гондо излагал, впереди наконец показался выход из туннеля.

Трое вышли наружу, где их, среди прочих, поприветствовала Шалти. Зенбер, разумеется, тоже был там.

Гондо был готов увидеть отряд нежити, но увидев ещё и магических зверей, непроизвольно попятился. Ушей Айнза достиг его поражённый шёпот "ни одного тёмного эльфа".

Шалти тихо вышла вперёд и поклонилась.

— Владыка Айнз. Простите что беспокою вас сразу по возвращении, но есть небольшая проблема.

— …Где остальные Ханзо? Что-то случилось?

— Да! Кто-то ещё вошёл в эту пещеру через тот туннель, в который провела вас Аура. Мои глубочайшие извинения, что сообщаю лишь сейчас, но я отправила часть Ханзо на разведку.

— Незачем извиняться, Шалти. Ты решила мудро. Мы подождём возвращения Ханзо, выслушаем их отчёт, и тогда решим что делать. Далее…

Айнз, сделав паузу, покосился туда где только что стоял Гондо. Тот, не обращая внимания на происходящее вокруг, что-то оживлённо обсуждал с Зенбером. Прислушавшись, Айнз заключил что разговор, скорее всего, относится к тому дварфу, что спас Зенбера.

— …Гондо. Прости что прерываю, но, похоже, кто-то проник в город. Есть вероятность того, что нам придётся применить силу. В таком случае, я надеюсь, что ты послужишь свидетелем перед твоей страной, и подтвердишь что мы действовали, не имея другого выхода.

— Разумеется. Положитесь на меня. Впрочем, надеюсь, вы сведёте разрушения к минимально необходимому уровню.

Айнз кивнул. Лучше избежать возможных помех на предстоящих переговорах.

— Шалти, что с нашей охраной?

— Я уже распределила вокруг зверей Ауры… Что скажешь, Аура?

— Пойдёт. Даже если враг использует невидимость, мои звери его учуют.

— Понятно. Тогда подождём возвращения Ханзо.

И через некоторое время те вернулись.

Судя по их словам, неизвестные — кваготы. Их около сотни. Слушавший со стороны Гондо, похоже, был поражён. Это далеко не обычный отряд разведчиков; скорее, военный отряд, или мигрирующее племя.

Айнзу остаётся лишь одно.

— …Шалти. Захватить всех. Справишься?

— Если таков Ваш приказ.

— Тогда, я приказываю тебе сделать это. Ты понимаешь, почему я хочу, что бы ты пленила их?

— Допросить их и устранить опасность утечки сведений о нас.

Айнз величественно кивнул.

— Верно. Если поймаем лишь одного, то и допросить сможем лишь одного. Это увеличивает шанс быть обманутыми и узнать ложные сведения. Кроме того, нужно рассмотреть вариант того, что нам потребуется показать им пример.

Было и ещё одно обстоятельство, которое Айнз не хотел упоминать при Гондо — не стоит слепо верить сведениям одной из сторон конфликта. Как знать, может, лучше будет заключить сделку с кваготами, а не с дварфами.

— Итак, ступай, Шалти. Ожидаю хороших новостей от тебя.

Шалти и её подчиненные ускорили темп, направляясь к месту нахождения Кваготов. Они перепрыгивали с крыши на крышу на головокружительной скорости. Так как она уже была облачена в броню, ей можно было не беспокоится о нескольких слоях подкладок в её бюстгальтере.

Она взглянула на Ауру, следовавшую позади.

Факт того, что её сопровождал Страж, который должен был оставаться с её господином, был доказательством его недоверия.

Это было естественно.

Хотя она не помнила своей неудачи, но слышала подробности от остальных.

И хотя её милосердный господин сказал ей " — Шалти, ты не сделала ничего плохого", это не могло быть правдой. Поэтому, она ждала возможности смыть себя позор за этот провал, но, к сожалению, этот шанс пока не представился.

Хотя Аура пыталась её утешить, Шалтир не нуждалась в подобном отношении.

Шалти посмотрела вперед, полным силы взглядом. Она не позволит себе совершить ошибку во время этого похода.

Вскоре они достигли здания недалеко от их цели. Шалтри взглянула на Кваготов с крыши на которой находилась.

Внизу виднелось множество силуэтов, подходящих под описание Ханзо.

— Так, и что мне теперь делать…

Подумала Шалти.

Аура должно быть слышала, то что она сказала, но лишь скрестила руки, всем своим видом показывая, что будет хранить молчание. Это тоже было предсказуемо. Прежде чем Аура последовала за ней, её господин дал ей приказ:

— Следи за действиями Шалтир. Если она решит начать резню, останови её любым способом, даже если придется вступить с ней в бой. До тех пор не вмешивайся в её планы.

Также, Шалти было сказано, что Аура будет лишь наблюдать сзади, и она не будет использована в каких-либо боевых действиях. Другими словами, за всю операцию, от планирования до исполнения, была ответственена Шалти.

Сначала, ей надо было идеально и элегантно выполнить приказы Владыки.

Её кулаки разжались.

— Ханзо.

— Да!

Одетые в маскировочные костюмы прислужники, собрались около неe.

— Я желаю быть уверена, что никто не сбежит. Вы сможете проверить, что в туннеле больше никого нет?

— Несомненно. Ждём вашей команды.

Как и ожидалось от слуг Владыки. Их противник не имел бы никаких средств отступления в данный момент. Следующее, о чём она должна была побеспокоиться только о том, что противник мог быть рассеян по всему городу. Конечно, может потребоваться некоторое время, чтобы выследить их всех, но она хотела использовать как можно меньше времени. Хотя Владыка не дал ей ограничения по времени, его бездумная трата была доказательством некомпетентности.

— Хорошо. Я сделаю это.

Шалтир сообщила детали плана, который она обдумывала по пути сюда.

Она окружит врага, а затем нейтрализует всех внутри периметра.

Другими словами, она использует Ханзо чтобы лишить их пути к отступлению, затем соберет их в одну группу чтобы одним ударом покончить со всеми разом.

Разумеется, план был своего рода авантюрой, учитывая что ей не были известны способности противника. Однако, если бы враг обладал силой, достаточной чтобы справиться с Шалти и Ханзо, Королевство Дварфов не продержалось бы так долго.

Ну, при условии что дварф Гондо не был самым слабым из них.

После того как Ханзо отправились исполнять приказ, Шалти засекла три минуты. Ей пришлось это сделать, так как у неё не было средств связи с ними.

К счастью, Кваготы вместе с телегой двигались вокруг здания, не имея намерений разделяться.

— Пора. Начинайте, как было приказано; не дайте им сбежать.

Отдав приказы сопровождавшей её нежити, Шалтир побежала по крышам и, спрыгнув, оказалась перед Кваготами. В тот же момент её нежить, приземлившись с крыш, окружила их.

Они взяли под свой контроль все основные пути и проезды вокруг здания. Пути отступления для Кваготов были почти полностью отрезаны.

Шалтир чувствовала их замешательство и произнесла заклинание до того, как они могли опомниться.

- [Массовое Удержание]

Как она и ожидала, её противники были невысокого уровня. Большинство Кваготов перестали двигаться, застыв на месте.

Те Кваготы, что не вошли в зону действия заклинания, смогли оправиться от замешательства, но никто из них не попытался атаковать Шалти. Она появилась из ниоткуда и использовала заклинание, которое они никогда не видели, чтобы справиться с их товарищами. Даже выбор между тем, чтобы сражаться или отступать, был очень сложным для них.

Шалти тонко улыбнулась.

Похоже решение, которое она приняла, наблюдая за ними — сделать центром заклятия странно выглядящего Квагота, по всей видимости командира, — было верным.

- [Массовое удержание]

Она ещё раз использовала то же заклинание и теперь под его действие попали даже убегающие Кваготы.

— Замкнуть окружение!

В ответ на приказ Шалтир, окружающая нежить сжала кольцо окружения.

Кваготы внутри здания слышали громкие команды Шалтир и видели странное поведение своих товарищей, но для них уже было слишком поздно.

Когда у неё на лице начала появляться садистская ухмылка, Шалтир хлопнула себя по щекам. Она не может быть беспечной. Из-за этого она и провалилась в прошлый раз.

Вернув самообладание, Шалти ворвалась в здание. Хотя попытка прорваться через окно могла дать ей элемент неожиданности, но принимая во внимание усилия необходимые для этого, она вместо этого решила войти прямо через дверь, используя себя как приманку.

Ждавшие её Кваготы обнажили свои когти.

Трое прямо передо мной, ещё четверо дальше, однако никто из них не похож на командира. Я должна принять их атаки на себя, дабы определить их силы.

Шалти не пыталась избежать их атак, напротив она приняла на себя всю мощь натиска Кваготов.

Как и ожидалось, она осталась невредима.

Шалти могла получить урон только от зачарованного серебряного оружия. Некоторые высокоуровневые монстры могли наносить атаки, которые воспринимались как магические, в то время как другие имели атаки которые считались серебряными, но такие способности редко встречались у низкоуровневых монстров.

Несмотря на то, что она, возможно, ожидала этого, Кваготы опешили. Как будто не в силах поверить в то, что они видят, окружающие Кваготы вцепился в нее клыками, но безрезультатно.

— Хорошо, эксперимент завершен. Закончим на этом?

[Массовое Удержание]

Как только заклинание было произнесено, все присутствующие Кваготы замерли на месте.

— Итак, следующий.

Шалти огляделась вокруг и заметила Кваготов в соседней комнате сквозь пролом в двери. Их глаза были широко открыты и наполнены той эмоцией, что она любила больше всего — страхом.

Когда Шалти шагнула вперед, Кваготы стали лезть друг на друга в попытке сбежать от неё.

Тем не менее, они были слишком медленными. Для Шалти они были не быстрее слизней. Она заглушила желание рассмеяться, и вместо этого произнесла заклинание.

Нет никакого выхода.

Шалти не допустит побега.

Когда все Кваготы в здании были схвачены, она вошла в тоннель и увидела ещё шесть у ног Ханзо. Учитывая слабые движения от их тел, казалось что они были еще живы. Шалти спросила Ханзо:

— Итак, это те Кваготы, что пытались удрать?

— Да. Больше никому не удалось сбежать.

Так как Шалти никого не упустила, можно сказать, что миссия была выполнена безупречно.

— На всякий случай, вернитесь в здание и убедитесь, что никто не лежит в засаде. После этого приведите нежить, что унесет этих Кваготов отсюда. Вы можете сказать нежити связать их, не так ли? Я подожду здесь пока вы осматриваете здание и буду следить не попытается ли кто-нибудь бежать.

После того как Шалти отдала приказы, Ханзо подняли Кваготов на земле и вернулись в здание. Они пришли к Шалти только спустя две минуты.

Отлично выполнив свое задание Шалти вышла из здания. Она увидела множество связанных Кваготов и фигуры Айнза, Ауры, Ханзо, Дварфа и Зенберу.

— Молодец, Шалти. Похоже ты никому не позволила улизнуть и безукоризненно выполнила поставленную задачу.

— Да! Большое спасибо, господин Аинз!

— Далее, Шалти, следующий приказ. Допроси их, но постарайся не причинять им вреда.

— Поняла.

Первым делом она приказала нежити подтащить к себе одного из кваготов, пойманных с помощью магии — то есть, одного из пойманных первыми.

— Хиииии! Помогите!!

— Хехе, ну, если будешь честно отвечать, я не убью тебя. Если ответишь честно. Ну, для начала, кто ваш предводитель?

— Он, тот, с голубыми прядями в шерсти.

— Сукин сын! Ты продал меня!

В шерсти того, что заорал в ответ, виднелись голубые вкрапления.

— Ладно, ладно, не ссорьтесь. Так, можете подтащить того сюда? Этого уберите обратно.

Предводителя кваготов подтащили к ней.

— Хмф! Ты наверняка заодно с дварфами! Я не скажу ни слова! Тому порукой честь моей расы!

— Ну надо же. Ладно, как хочешь. [Очарование] Ну, будешь отвечать?

— О, конечно! Что вас интересует?

Кваготы в отдалении издали непроизвольные возгласы при виде его энтузиазма.

Очарование заставляет того, на кого наложено это заклятье, видеть в заклинателе близкого друга или соратника. Впрочем, друзья не приказывают друзьям убить себя или причинить себе вред, так что цель не подчинится таким приказам. Кроме того, термин "друг" в некотором роде ограничивает эффективность заклятья: бывают секреты, которыми не делятся даже с друзьями, так что это заклинание не позволит их выведать. На такой случай нужны более мощные заклинания управления разумом. Но на этот раз они вряд ли понадобятся. Шалти оставалось лишь благодарить удачу за это.

— Первое: ты и правда предводитель?

— А, я назначен лидером этой группы. Эй, заткнитесь там, она друг, ей можно всё рассказать. А, ты ведь никому не скажешь?

— Ну конечно. Мы же друзья, так?

— А, да, конечно, я доверяю тебе. И всё же, эти парни… особенно тот, он что, нежить?

Квагот уставился на великого господина Шалти. Она ощутила раздражение, но ради добычи информации была вынуждена стерпеть.

— Всё в порядке. Мы же друзья, ты ведь веришь мне, да?

— Он твой прислужник?

Да я убью тебя нахрен, чуть не выпалила Шалти. Но проглотила эти слова. Господин опередил её.

— Верно. Она моя госпожа.

— Хо, ай да подруга, крута.

— С-спасибо.

Шалти охватили сложные, невыразимые словами чувства. Ей хотелось рухнуть на пол и приняться кататься туда-сюда, но она не могла допустить, чтобы любящая поддержка господина была потрачена впустую.

Предводитель кваготов погрузился в раздумья, и остальные принялись расспрашивать его. "Что случилось?" "Что происходит?" "Это что, лишь мы не знаем что она друг?" и так далее. Однако предводитель игнорировал их, его лицо исказила кривая гримаса, вероятно, улыбка.

— Понял. Раз ты так говоришь, я тебе верю. Мы ведь товарищи и близкие друзья, да?

Шалтир неразборчиво буркнула.

— Тогда, не мог бы ты говорить громко, чтобы мои спутники тоже слышали. Кто вы? Что вы делаете в этом городе?

В обычных обстоятельствах они заподозрили бы что что-то не так, если бы друг вдруг не знал этого. Однако благодаря заклятью ей не нужно было пускаться в объяснения. Предводитель кваготов ответил, ничуть не сомневаясь в её словах.

— Мы разведчики армии вторжения. Мы пришли убить дварфов, которые могли бы сбежать сюда.

— Что?! — в шоке воскликнул Гондо, — Что, что это значит?

— Заткнись и не вякай, недоносок. Вас, грязных ублюдков, нужно перебить до последнего.

— Ладно, ладно, хватит. Что ты там говорил про армию вторжения?

— А, прости, несколько перевозбудился. Тут к северу город дварфов. Была собрана армия вторжения для уничтожения этого города. Проблема в том, что подвесной мост через широкую расщелину защищает крепость, и наши приступы всегда отбивали. Однако мы нашли путь через расщелину мимо крепости, так что планируем прихлопнуть их всех одним хорошим ударом.

Шалти покосилась на дварфа. Тот, казалось, побелел. Похоже, он услышал крайне плохие новости.

— Когда начнется атака?

— Мы независимый отряд, действуем отдельно от остальных сил, так что точного времени я не знаю. Но, должно быть, сегодня или завтра.

До ушей Шалти донесся разговор между её господином и дварфом.

— Город и правда падёт если будет захвачен подвесной мост?

— Не уверен, но слышал, что так как враги не могли миновать мост, им приходилось концентрировать атаки на крепости. И мы могли с помощью магических предметов в крепости каждый раз отбрасывать их. Но если крепость падёт, врагам откроется прямой путь к городу, и остановить атаку крупных сил будет тяжело. В таком случае нам, возможно, придётся покинуть и тот город, но тогда хватит ещё одной атаки для уничтожения всей расы дварфов.

Предводитель кваготов, слыша разговор, злобно хихикнул.

— Так вы единственный независимый отряд?

— Сюда больше никого не посылали. Мы не знаем, как хорошо защищён город дварфов и сколько воинов нам понадобится, так что большая часть осталась с основными силами.

— Вла… — э, а, ну, в общем, ты хочешь что-нибудь спросить?

Нельзя говорить "владыка Айнз", лихорадочно подумала Шалти, пытаясь собраться с мыслями.

— …На этом почти всё. Строго говоря, осталось лишь выяснить, как связаться с их основными силами или что-то в этом роде.

После того, как Шалти повторила слова Айнза, очарованный предводитель издал журчание.

— Нет, наше задание не особо важно. Мы просто должны уничтожить всех, кто попытается сбежать.

Шалти обернулась к господину, и тот кивнул ей.

— Как нам поступить с ними?

— …Гондо, прости, но не мог бы ты приготовиться к путешествию?

Людоящер и дварф, поняв намёк, повернулись и молча ушли. Проводив их глазами, Айнз отдал Шалти следующий приказ.

— …Итак, отправляемся. Шалти, отправь их всех в Назарик. Помести под наблюдение. Убить их или пощадить мы решим в зависимости от того, каковы будут наши отношения с кваготами. До тех пор, пока мы не окажемся в состоянии вражды, не убивать. Однако, пусть их подвергнут лёгким экспериментам. Твёрдость их когтей, физическая и магическая сопротивляемость, всякое такое. Впрочем, некоторые могут погибнуть в процессе… Прикажи, чтобы постарались обойтись минимальными жертвами.

— Поняла

Шалти немедленно активировала [Врата] к поверхности возле Назарика.

— Ну, вы все, отправляйтесь.

Остальные кваготы гуськом проследовали через портал вслед за предводителем. Некоторые в страхе замерли, но Шалти просто хватала их и пропихивала через [Врата] силой.

Отправив всех, Шалти тоже ненадолго переместилась в Назарик. Она повторила приказы господина стоявшей на страже Старой Гвардии, и вернулась через по-прежнему открытый портал.

На другой стороне стоял господин Шалти, скрестив руки и, похоже, ожидая её.

— Ты собирала сведения очень тщательно, Шалти.

Первыми же словами он хвалит её! В плоской груди Шалти полыхнул жар.

— Да!

Шалти инстинктивно рухнула на колени. Это единственно приемлемая поза, в которой можно принимать похвалу господина.

— …Мм, да. Рассчитываю на столь же преданное служение в будущем.

— Есть, господин Аинз!!

— Ну же, вставай. Нужно обсудить всё с Гондо…Есть шанс оказать дварфам крупную услугу.

— Как повезло. Вам, похоже, всюду сопутствует удача, владыка Айнз.

Их взгляды встретились и они улыбнулись.

Хотя лицо её Господина не изменилось, Шалти была абсолютно уверена, что он улыбался.

— Тогда, вперед.

— Да!

Ммммм~ Великолепно! Только мы вдвоем, идем рука об руку… Хааа~ я так счастлива.

Шалтир покинула здание, смакуя вкус счастья.

— Гондо, прости за задержку. Что ты предлагаешь делать теперь?

— Что бы мы не сделали, это уже не имеет никакого смысла… Чтобы добраться до города по подземным путям уходит примерно шесть дней. Это слишком далеко для нас чтобы доставить информацию в город вовремя.

Лицо Шалтир напряглось и она обменялась взглядами с Аурой, её Господин начал обсуждать их план вместе с Дварфом. Она старалась запомнить каждое слово, чтобы потом записать в свой блокнот.

Так как это был её великолепный Господин, он вероятно раздавит волю Дварфа и добьется его абсолютной покорности. Или же закует его в тяжелые кандалы и убедится что тот его никогда не предаст. Что то в этом духе.

— Вот как? Что же, раз ты не сможешь добраться туда вовремя, то что поделать? Раз так, то почему бы тебе не отправиться с нами в мое королевство? Ведь сам ты не справишься, верно?

— Ммм… хмм.

— Хотя я хочу спасти кузнецов рун… но даже если мы поспешим на помощь, будет ли нам от этого какая то выгода во время переговоров? Расса Дварфов ценит доброту проявленную им?

— Хмм, я надеюсь вы верите мне. Если вы спасете Дварфов от угрозы Кваготов, я уверен, переговоры пройдут успешно.

— Если все так, как ты говоришь, то нам нужно подгадать нужный момент чтобы вмешаться.

После того как её Господин сделал предварительное заключение, Дварф пожал плечами, как бы говоря что примет любой расклад.

"Я уже принял Ваши… условия Вашего Величества."

Шалти понятия не имела, что значат эти слова, но по какой-то причине, она знала что Дварф предпочёл её Господина своей расе.

Шалти благоговела и в то же время боялась того факта, что её Господину удалось полностью подчинить душу этого Дварфа за столь короткий период, как он вошёл в тоннель.

Должно быть это та харизма, которая позволяла ему возглавлять и координировать Высших Существ.

"…Нет, полагаю мы должны поспешить. В конце концов, мы хотим избежать смертей рунных кузнецов, и нельзя сказать что может случиться если мы пойдём под землёй, так что мы должны проследовать наружу. Могу я доверить тебе вести нас?"

"Я не слишком уверен в себе, но сделаю всё что смогу."

— Хорошо, тогда приготовитесь уходить!.

Интерлюдия

Он вышел на балкон, держа в руке бокал жидкости янтарного цвета.

Здание, которому принадлежит балкон — высочайшее в округе. Отсюда виден весь подвластный ему город.

За каждым из мириадов огоньков внизу кроются жизни его подданных.

Он ухмыльнулся, окинув взглядом пейзаж, и поднёс бокал к губам.

Из желудка по всему телу растеклось тепло. Дул приятный ветерок. Теперь, придя в доброе расоположение духа, он обратился к преклонившему колени в его комнате слабаку с вопросом:

— …И что?

Слабак резко втянул воздух, но его это не интересовало. Он почувствовал лишь раздражение, не получив незамедлительный ответ. Однако, пока что он не настолько зол, чтобы убивать кого-то, так что не стал применять свою силу.

Он ведь милосердный король.

Кроме того, останется запах крови. Даже если приказать кому-то всё убрать, некоторое время миазмы будут раздражать его.

Так что опрятнее всего будет сбросить слабака вниз. Что важнее, урожающая жизни ситуация — падение с большой высоты — может пробудить дремлющую в слабаке мощь.

Он собрался озвучить эту замечательную идею, но, к сожалению, слабак опередил его, раскрыв наконец рот.

— Теократия возводит поблизости полевое укрепление. Если позволить им это, в будущем они смогут напасть на нашу Королевскую Столицу.

— И что?

— …Если это будет продолжаться, нам всем конец. Прошу, Ваше Величество, умоляю вас, используйте вашу силу…

— Скукота.

Он — Король — ответил насмешкой.

— С чего бы мне помогать вам, слабаки?

Обернувшись и взглянув через плечо, он бы увидел свою подданную — эльфийку.

До чего глупое существо.

Так слаба, никаких особых способностей, ни капли пользы.

Из-за этого ей не под силу осознать всю прелесть вторжения Теократии.

— …Каких слов ты от меня ждёшь? Вам всем что, не хочется собраться с силами и самим встать на защиту собственной страны? Или вы рассчитываете, что я всегда буду спасать вас, при любой угрозе?

— Но, но, Теократия так могущественна, и одних наших сил…

Теократия заметно превосходит его собственную страну в боевой мощи.

Будь то в количестве магических предметов, в выучке войск, в доступных ресурсах, в тактике — во всём.

До сих пор эльфам удавалось сдерживать превосходящие войска Теократии лишь благодаря партизанской тактике и тому обстоятельству, что Теократия не желала терять людей в схватках с монстрами Великого Леса Эваша. Таким образом, продвижение армии врага замедлилось.

Однако, недавно Теократия бросила в бой Писание Карающего Пламени, ранее занимавшееся исключительно обороной государства. Они — эксперты в тайных убийствах, партизанской войне и контр-терроризме, так что наступление тут же ускорилось.

— …Подумать только. И теперь вы, кучка слабаков, не знаете как быть и что делать? Я окружён идиотами. Сколько бы детей я не зачинал, все они выходят бесполезными отбросами.

Те, кто рождён в военное время, получаются сильнее чем рождённые в мире. А значит, война — возможность пробудить дремлющую во всех живых существах силу. Однако, пока что он не получал известий ни о чём подобном.

Впрочем, не стоит винить лишь народ. Его собственные дети тоже получались неудачными. Ему нет дела то того, сколько их, так что он и не считал; к чему пересчитывать куски мусора? Наверное, дело в том что они все уродились в своих матерей. Никто из его потомства не унаследовал и сотой доли его мощи.

— Убирайся. Ты омерзительна моему взору. Лучше займись тренировкой тех детей, что понесла от меня.

Женщина низко поклонилась и вышла.

Он осушил бокал одним глотком.

Дети, зачатые со слабаками, будут слабы. Значит, нужны сильные матери.

Вот почему во время вторжения Теократии он отправлял на передовую женщин. Война — шанс для слабаков стать сильнее.

— Какое разочарование.

Однако, никто не стал так же силён как он. Во всяком случае, потребуется время чтобы они родились.

— …Может, переключиться на людей? Я ведь могу спариваться и с ними.

Люди и полулюди не могут давать потомство, но у представителей двух разных гуманоидных рас могут рождаться дети.

Внезапно его взгляд устремился куда-то вдаль, он погрузился в воспоминания.

— С той беременностью пришлось потрудиться.

В прошлом он обманул женщину, считавшуюся козырной картой Теократии, и захватил её. Он держал её в заточении, насиловал, и наконец она забеременела. Однако, Чёрное Писание украло её до того, как она родила дитя.

Он щёлкнул языком.

Ребёнок принадлежит ему. Когда дитя родилось, они должны были вернуть его.

— …Когда эта страна падёт, может, я отправлюсь в Теократию лично и заберу дитя.

Это, разумеется, никакое не милосердие.

В конце концов, ребёнок — плод от него и той сильной женщины, так что он обладает потенциалом стать ещё сильнее.

— …Жду с нетерпением.

Однажды он встанет во главе армии своих могучих детей, и поведёт её на завоевание мира.

Он вышел из комнаты, воображая то славное будущее, что так скоро настанет. Ростовое зеркало перед ним отразило его облик.

Облик эльфа с разноцветными глазами.

Глава 3: Надвигающийся кризис

Великий Разлом.

Так называлась гигантская пропасть, пролегавшая вдоль западной границы столицы дварфов Фео Джира.

Она представляла из себя огромную расселину, более шестидесяти километров в длину, ширина которой в самом узком месте достигала ста двадцати метров. Глубина её была неизвестна. Никто не знал что могло поджидать там внизу и никто не смог вернуться живым из двух экспедиций, отправленных на её исследование.

На протяжении долгого времени, эта естественная преграда защищала Фео Джира от всех атак монстров и чудовищ. Дварфы могли давать отпор монстрам с запада, пытавшимся вторгнуться в столицу, до тех пор пока они удерживали подвесной мост, пересекавший Великий Разлом.

Но сегодня, Гарнизон Фео Джира — военной базы, находившейся между Великим Разломом и Столицей — погрузился в водоворот криков и замешательства.

— Что происходит? Кто-нибудь скажите мне наконец что происходит!

Этот крик принадлежал командующему Армией Дварфов, ветерану, вот уже 10 лет занимавшему этот пост.

Поступающая информация была спутанной и противоречивой, и никто не имел понятия что происходит на самом деле. Единственное, в чем он был уверен — что-то произошло в форте, защищавшем Великий Разлом.

— Последние полученные сведения говорят о том, что кваготы атакуют!

Сообщил один из командиров взвода, повторяя доклад полученный из форта

Подобного рода новость нельзя назвать редкой. Кваготы и Дварфы были смертельными врагами и те часто атаковали целыми сотнями. За десять лет службы в качестве командира армии, подобных атак было больше, чем он мог запомнить, но до сегодняшнего дня, все они были отбиты фортом. Никто из них не смог достичь гарнизона, не то что самой Фео Джира.

Так было потому что кваготы — раса с сильным сопротивлением к урону оружием, но очень слабая к атакам электричеством. Зная это, они снабдили форт магическими предметами, производившими эффект [Молнии] и ему подобные.

[Молния] — заклинание, поражающие врагов по прямой линии, и по этому крайне эффективное против противника, атакующего по узкому мосту. Оно могло уничтожить целую волну нападающих кваготов одни ударом, кроме того, дварфы, охраняющие форт, были вооружены арбалетами, зачарованными способностью наносить дополнительный урон молнией.

В отличие от них, дварфы в гарнизоне были хуже вооружены и их было гораздо меньше. Однако это было не из за того, что они хотели сосредоточить военную мощь на важной базе, а потому что Армия Дварфов всегда испытывала недостаток бойцов.

Несмотря на всю эту специализацию против атак кваготов, форт был теперь в состоянии, когда они не имели возможности позвать людей на помощь.

— Только не говорите мне, что они не смогли отбиться потому что были атакованы превосходящим числом! Есть какие-нибудь сообщения от защитников форта?

"До сих пор ничего."

Холодный пот лился по спине командира.

Слова «большое вторжение» предстали перед его глазами. Там были слухи о подобном событии, несколько лет назад, но несмотря на это, он старается изо всех сил обмануть себя, говоря, что не было такого понятия. Тем не менее, оно разворачивалось перед его глазами.

Командир взял себя в руки. Сейчас не время, чтобы размышлять о таких ужасных вещах.

Какое решение будет верным сейчас?

Мягко наклоненных тоннель в виде спирали вел из этого гарнизона крепости, и перед ними был столицей Фео Джира. Пещера, где находился гарнизон была их последней линией обороны, она заканчивалась воротами из мифрила, сплавленного с орихалком. Они могли выдержать атаки противника из туннеля, если были закрыты ворота.

Должны ли они закрыть ворота?

Если они так сделают, то не смогут выслать отсюда подкрепление. Другими словами они откажутся от своих товарищей, которые могут бороться за свою жизнь в форте.

Все же его колебание было недолгим.

В форте было менее 20 человек. А в городе Фео Джиа проживало более 100 000 дварфов. Здесь могло быть только одно решение при мысли какая сторона более важна. (имеет больший приоритет)

— Закрыть ворота!

— Передай приказ! Закрыть ворота!

Прежде чем эхо растворилось в воздухе, из под земли послышался звук барабанов. Медленно ворота закрыли вход. Эти ворота, которые никогда не использовались за исключением учений, были наконец использованы по прямому назначению.

— Командир! Это Кваготы!

— Что?!

Услышав крик солдата, охранявшего вход в тоннель, командир повернулся чтобы посмотреть. Он увидел облик отвратительного получеловека, с пеной изо рта и налитыми кровью глазами.

Без зачарованного молнией оружия, даже один из них был грозным противником. И сейчас их полчища, столько что не хватит пальцев на обоих руках, чтобы сосчитать, кинулись на них

Как это возможно? Форт действительно пал? Сколько человек кваготы взяли с собой? Как мы сможем выстоять против них если ворота проломят?

Командир имел эти и много других вопросов у себя в голове, но в конце концов он потряс головой.

— Не дайте им войти! Копьеносцы, вперед!

С громким криком солдаты выстроились в линию.

Даже это зрелище не замедлило их наступления. Это было потому что они верили в свой мех, спрятавшись в него чтобы защититься от металла.

Командир щелкнул языком. Кваготы сделали мудрый выбор. Их кожа была такой, что стрела выпущенная из арбалета могла просто отскочить в сторону. Все что могли сделать копьеносцы, так это никого не пускать. Однако дварфы находящиеся здесь предвидели, что кваготы могут предпринять подобное и они естественно приняли меры против этого.

— Маги! Громовая атака!

Заклинание третьего уровня, с уроном по области [Громовой шар] и заклинание второго уровня [Громовое копье] прилетело с балкона, игнорируя копейщиков, под углом который не ставит их под удар.

Дварфы прочитавшие эти заклинания были три самых сильных мага в армии.

Группа бегущая во главе полчища была мгновенно убита заклинанием [Грозовым шар], как и следовало ожидать от кваготов. Те кто был позади остановилсь, чтобы их не задело.

Это было только в течение короткого времени, но это дало им передышку.

Ворота закрылись с громким лязгом. Звуки стуков и треска доносились с другой стороны крепких дверей.

Напряженная атмосфера в воздухе стала немного лечге. Однако командир, люди вокруг него, все знали что это еще не конец.

Ворота были очень крепкие. Зубы и когти обычных кваготов не смогут повредить их. В то время как некоторые из кваготов имеют зубы, которые могут соперничать по твердости с мифрилом. Хотя такие существа уровня лидеров, не было ничего необычного в том что они участвуют в таком нападении как это. Нельзя было исключать любую возможность.

— Проклятье! Если бы только ворота были под напряжением.

Это был вывод который командир сделал, когда он впервые занял свою позицию. В конце концов, ворота сами по себе не являются достаточно надежными в качестве конечной линии обороны. Конечно, тoму были различнык причины, почему они не могли зачаровать ворота, такие как недостаток мощи государства, но по большей части, потому что крепости всегда удавалось остановливать вражеские вторжения. Таким образом, верхи считали "до тех пор, пока держится форт, все будет хорошо".

Осмотревшись, он увидел угрюмые и мрачные выражения на лицах каждого.

Это было плохо. Если они потеряли всякую надежду, то как только схватка станет отчаянной, они проиграют.

Командир решил переломить ситуацию, и закричал.

— Отлично сработано! Мы обеспечили безопасность города! Но это ничем не гарантировано! Начинайте строить баррикады в случае вражеского прорыва через ворота! Поторопитесь!

Новая решимость заполнила лица дварфийских солдат. Знание того, что они могли еще что-то сделать возродило их мотивацию. Даже хрупкая надежда была лучше, чем вообще ничего.

Глава офицерского состава стоял рядом с ним и прошептал ему на ухо.

— Командир, должны ли мы засыпать ворота песком и грязью?

Командир подумал о словах начальника штаба.

Если они запечатают его полностью, то многие дварфы выразили бы свое недовольство.

— Многие не имеют понятия о происходящем.

Командующий заметил выражения его начальника штаба. Он, вероятно, посчитал что это заявление командующего было ответом на его вопрос.

— Прости, я не имел в виду тебя. Я имел в виду многих — из регентского совета.

— Вы являетесь одним из них, не так ли, командир? Так что это их реакция на полную строгую изоляцию? Лично я не думаю, что герметизации достаточно. Мы должны отказаться от Фео Джира.

Командир сузил глаза и потащил начальника штаба рукой к месту, где некто не мог их услышать.

Он не хотел, чтобы их разговор мог услышать любой желающий.

— Ты тоже так думаешь?

Они не имели ни малейшего представления о том, сколько каготов было с другой стороны этих ворот.

Атака противника была слишком быстрой, и они были вынуждены отступить. Таким образом, они потеряли множество шансов, чтобы узнать о противнике. То, что они делали было блокировкой себя и закрыванием на это глаза.

Большая часть данных, которую они получили говорила о том, что противник имел достаточную боевую мощь, чтобы захватить доселе неприступную крепость, и они должны были придумать способ, чтобы справиться с этим.

В этих условиях было бы крайне трудно для дварфов, открыть ворота и отбиться от нападения противника, взяв их боевую мощь во внимание. Лучшим решением вполне может оказаться отказ от своей столицы.

— Тогда сколько времени мы выиграем если похороним их под землей?

— Если мы обвалим пещеру, мы получим много времени, но если мы используем только песок и грязь, мы получим только несколько дней, не больше.

— Какую опасность представляет обвал пещеры?

— Как вы знаете, мы находимся не далеко от Фео Джира. Несмотря на то, что я не могу быть уверен, не имея возможности проверки Хранителями Туннелей, есть шанс, что это может повлиять на город. В худшем случае, кваготы из-за ворот смогут прорваться через расщелины за воротами в Фео Джира

— Другими словами, мы должны выяснить это прямо сейчас. Тогда следующий вопрос. Как ты думаешь, форт пал под их числом? Почему служащие форта не сообщили нам раньше?

— Я думал о нескольких возможностях. Лично, наиболее вероятным является вариант того, что кваготы завербовали себе в помощь другие виды.

— Могут-ли это быть Ледяные Драконы?

Кваготы завоевал бывшую дварфийскую столицу Фео Берканан, и поселились там. Тем не менее, Королевский дворец в центре города был под контролем Ледяного Дракона.

Обе стороны не были в хороших отношениях, но так как они жили вместе, они могли бы помочь друг другу.

Лицо командира стало мертвенно-бледным. Морозные Драконы становились настоящими стихийными бедствиями, как только достигали определенного возраста.

Изначально было четыре города Дварфов.

Фео Берканан, который был заброшен 200 лет назад, из-за нападения демонов-богов.

Фео Джира, на востоке, который был текущей столицей.

Фео Ланса на юге, который был заброшен несколько лет назад.

И наконец, Фео Тайваз на западе.

Этот западный город был разрушен во время битвы между двумя Ледяными Драконами — Оласирд'арк=Хайлильял и Мунвинья=Илислим, и больше напоминал руины.

— Мне кажется, вероятность этого весьма высока. Хотя я не знаю, что они могли сделать, чтобы призвать такого высокомерного себе на помощь, в качестве других вариантов, они полагаются только на себя или нашли маршрут, который обошел Великий Разлом.

— Даже мы, дварфы, не нашли способа обойти Великий Разлом.

— Все же, сколько лет назад это было? Возможно, этот туннель вырыли кваготы, другие монстры или они просто воспользовались естественно образовавшимся проходом. Если подумать об этом, скорее всего они тоже двигаются по поверхности.

— Кваготы на поверхности?

— Там могут быть те кто обладает этой способностью.

Находясь на солнце кваготы абсолютно слепы. Они неспособны двигаться на поверхности без чьей либо помощи.

Он просто выдавал желаемое за действительное.

Было слишком поздно сожалеть об этом. Он должен принять это во внимание при планировании будущем.

— Начальник штаба, нам необходимо учитывать то что они могут передвигаться по поверхности и усилить нашу оборону там. Также отправить несколько солдат не ослабляя защиту здесь. Нам также необходимо проинформировать совет и эвакуировать их на юг.

Помимо этого гарнизона, крепости перед Великим Разломом и здания совета, тут также располагалась военная база в Фео Джире, городе дварфов.

Эти оборонительные сооружения возведены для тех кто был выше чем гномы — людей, например, проходы ведущие на поверхность. Командир отдал приказ усилить оборону и быть готовым к атаке со стороны поверхности.

— Понял

— Также, пусть люди приготовятся завалить дверь. Если нам понадобится разрешение Совета, я найду способ убедить их.

— Что если Совет возьмёт время на размышления?

— Сделай всё, что в твоих силах. Я тоже сделаю всё возможное.

Это всё что он мог сказать. Разумеется, его план заключался в том чтоб надавить как можно сильнее, с его позиции, как одного из членов совета, но если остальные отстранили его, тогда всё что он может это изо всех постараться самому.

— Донесение! Донесение! У меня донесение! Где командующий?

Глядя в сторону источника голоса, командующий увидел Дварфа-солдата верхом на Ездовом Ящере.

Ездовые Ящеры были разновидностью Гигантских Ящеров. Это были большие рептилии размером в три метра от головы до хвоста. Они небыли многочисленны, поэтому Дварфы растили их как питомцев и использовали как вьючных животных в ежедневной работе.

Однако, большинство гонцов не использовали их для доставления сообщений. Они применялись лишь в чрезвычайных обстоятельствах — когда нужно оповестить гарнизон об обстановке на линии фронта.

Тяжёлое предчувствие проглотило сердце командующего.

— Откуда этот парень?

— Он должен был находиться в форте у выхода на поверхность на этой неделе.

Это подтверждало опасения в сердце командующего. Нет, учитывая вид парня и его почти сумасшедший тон, это было совершенно очевидно. Он спросил об этом лишь потому, что не хотел признавать реальность перед его глазами.

— Я здесь! Что стряслось?

Посланник мчался в направлении командующего на всей скорости. Это то, что должно быть передано незамедлительно, поэтому причина этих действий могла быть быстро определена.

Гонец свалился со спины Ящера и крикнул отчаянно пытаясь привести себя в порядок.

— Командир! Чрезвычайная ситуация! Мон-монстры! Там монстры!

Он подумал что речь идёт о Кваготах, но быстро откинул эту версию. Дварф не будет использовать эти слова чтобы описать Кваготов.

— Успокойся! Мы не можем разобрать что ты говоришь! Что произошло? Остальные в порядке?

— Д-да! Страшные монстры у входа! Они сказали что хотят говорить об армии Кваготов направляющейся сюда!

— Чтооооо?!

Время было слишком удачным. Он не мог бы и представить что эти события не связаны. Может ли быть что это главари Кваготов, или те, кто помог им пересечь Великий Разлом?

— Кто, кто они такие? Как они выглядят! Начальник Штаба! Собери всех кто может выдвигаться прямо сейчас!

— Понял!

У командующего даже не было времени взглянуть как уходит его встревоженный подчинённый.

— Сколько там этих монстров? Каковы ваши потери?!

— Д-да! Их около тридцати. Но не похоже что они хотят сражаться! Они даже сказали, что хотят заключить с нами сделку, но они выглядят очень зловеще, поэтому я не думаю что это их истинные намерения. Это должно быть какая-то уловка!

С чего именно они расценены как зло? Что более важно, он до сих пор не описал их внешность. После повторного вопроса, солдат сглотнул и объяснил,

— Это ужасающе выглядящая нежить, окружённая подозрительной аурой!

— Что?! Нежить?!

Создания, что ненавидят жизнь, те, за кем смерть следует по пятам, враги всего что живёт.

Несколько образов возникло у командующего в голове когда он услышал слово "нежить". К примеру, Ледяные Зомби, Морозные Кости, и подобные. Однако, никто из этой нежити не был могущественным противником. Этот солдат должен знать об этом. В таком случае, почему он был так напуган?

К тому же почему нежить явилась сюда? Неужели чтоб насладиться зрелищем резни дварфов и кваготов, потому как они оба живые существа?

— Начальник Штаба, ты ещё не готов? Выступай едва закончишь! Мы не знаем что это за нежить, но нельзя вести себя легкомысленно! Не позволяйте им недооценить нас! Может, они и ведут себя дружелюбно, но если выкажем слабину, быть беде!

Группа продвигалась, ведомая Гондо.

Так как Гондо почти всегда передвигался под землей, он был не особо знаком с поверхностью. Поэтому, ему пришлось довериться своему чувству направления, когда они начали путешествие. Сперва Аинз волновался по этому поводу, но видя как Гондо без тени сомнений выбирает направление, он начал ему доверять. И теперь он полностью доверил эту задачу ему.

Дело в том, что теперь, когда кваготы атакуют столицу дварфов, у Гондо нет причин целенаправленно уводить Аинза в другом направлении. А раз так, то не должно быть проблем в том, чтобы он вел группу.

Под предводительством Гондо, магические звери Ауры двигались сквозь снега как будто это была цветущая равнина.

Как и ожидалось от высокоуровневых магических зверей, они обладали огромной ловкостью и выносливостью. Даже в разреженном высокогорном воздухе, неся на себе Аинза и остальных, их скорость ни сколько не снизилась. Они направлялись на север со скоростью более ста километров в час.

Они заметили несколько летающих монстров по пути, но угрожающий рык магических зверей быстро спугнул их. Благодаря этому, время, затраченное на путешествие было сведено к минимуму.

Менее чем за день они достигли единственного оставшегося города дварфов — Фео Джира.

Аинз подвел своего магического зверя к Гондо и задал ему вопрос.

— … Ну тогда, Гондо. В южный город Фео Ланса можно было проникнуть через трещины в пещере. В Фео Джире можно сделать так же?

Если бы это было так, то они не смогли бы найти путь без него. Гондо — который первоначально был напуган его магическими зверями, но теперь используя его для верховой езды — ответил:

— Угу. В большинстве городов, где живут дфарфы, это так. Тем не менее, Фео Джира была разработана с учетом на крупномасштабную торговлю с людьми, так что это немного отличается от Фео Ланса. Во-первых, так людям проще его найти, и свести к минимуму дискомфорт для посетителей, они построили огромный форт на внешней стороне. Вы явно узнаете его когда заметите.

Аинз оглянулся вокруг, услышав это, но он до сих пор не мог найти никаких следов здания.

— Вы не увидите его, пока не продвинетесь дальше на северо-восток.

Слова Гондо были полны уверенности в себе. Казалось бы, он был совершенно уверен, о том, где находиться их место назначения. Так как он был единственным, кто мог вести их, не было ничего что Аинз может сделать, если он окажется не прав, так что все, что он мог сделать, это доверится ему.

— Вок как — сказал Аинз и использовал заклинание [Сообщение].

Схваченные кваготы были перенесёны в Назарик. Там они были допрошены, и их знания используются в качестве дополнения к информации полученной от Гондо.

Кваготы считались сильной расой. Кваготы Азелинских гор были разделены на 8 кланов, которые управлялись Лордом Кланов. Их общая численность достигала 80 тысяч.

После анализа этой информации Айнз сделал вывод, что они не представляют для него интереса.

Если ему придется выбирать кому оказать помощь: дварфам или кваготам, Айнз бы выбрал первых не раздумывая.

Тем не менее, он узнал, что металлы которые кваготы употребляют в пищу определяют в последствие их силу. Если он позволит им питаться металлами из Назарика, то это приведёт к появлению могущественного квагота.

Затем. он подумал о призматической руде в Королевстве Дварфов.

Если Лорд Кланов не питался призматической рудой, то должно быть он достиг своего текущего состояние путем поглощения одного из редких металлов ИГГДРАСИЛЯ.

Если он достаточно силён, то его следует разыскать.

Мне стоит рассмотреть вопрос о принятии кваготов в наши ряды, если они смогут поклясться в верности Колдовскому Королевству. Xотя я и не знаю, что делать с восемьюдесятью тысячами. Ведь, в конце концов, именно такую страну я и хочу создать.

// п.п. имеется в виду страна для всех рас без исключений

Страна, которую желает создать Аинз.

Это была страна, где множество рас живут в мире и гармонии друг с другом под его правлением. Страна, которая воспроизводит образ гильдии Аинз Оал Гоун.

Страна, где его друзья, смогут жить счастливо и ни в чем не нуждаться.

Что, ж, ради этой цели он должен показать кваготам немного милосердия.

В конце концов, если они присягнут мне в верности, куда же их поселить? Эта скала немного разрежена, но что насчет горы на юге Э-Рантела? Но возможно, там тоже есть есть жители…Эх, сплошная головная боль. Технологии людоящеров не сильно разнятся с местными, и возможно, мой опыт в управлении людоящерами тоже можно будет использовать. Скорее всего, лучшим выходом будет отдать кваготов на попечительство Коциту.

Хорошо обдумав этот вариант событий, Аинз задумался о другом возможном варианте.

А что если они не преклонят предо мной колени? Буду ли я заставлять их силой? Буду ли я их уничтожать? Или, может быть я вырежу всю взрослую особь, и заберу детей для экспериментов? Собрать их в один клан, и управлять ими, хороша ли эта идея?

Он рассматривал различные варианты, пока крик Гондо не прервал его размышлений.

— Это там!

Аинз взглянул на место, куда показывал Гондо и убедился, что там было что-то похожее на форт, построенный вдоль скалы.

Группа отправилась прямо к нему. Не смотря на то, что они могли с легкостью могли добраться туда незамеченными, в этом не было нужды. Даже напротив — они демонстративно шли прямо и открыто.

Когда они подошли достаточно близко, защитники форта, завидев их, начали приходить в движение.

Прежде, чем предпринимать какие-либо действия, Аинз проверил свои одеяния. Естественно, магичиская одежда не могла скомкаться или порваться. однако Сатору Сузуки в нем говорил, что он должен сделать это.

Как только они приблизились к крепости, дварфы уже приготовили свои арбалеты для стрельбы, и прицеливались из окон

Единственными, кого могло ранить арбалетным болтом, были Гондо и Зенбер.

Что бы доказать свои не враждебные намерения, Аинз думал отправить отправить их в перед, однако отказался от этой затеи, ведь если, что-то пошло бы не так, их могли подстрелить. В конце концов, Аинз решил, что пойдет первым, а Гондо и Зенбер покажутся позже.

Он остановил ездовое животное на месте, где арбалетные болты не могли эффективно поражать цели и спешился. Но так как он по прежнему находился в зоне поражения арбалетов, он приказал Шалти и Ауре стоять и охранять Гондо и Зенбера.

После этого, ему оставалось всего лишь применить стратегю, которую использовали против игроков.

Если в крепости есть игроки, они должны занять оборонительные позиции и отступать. Из разговора с Гондо, Аинз никак не мог быть уверен в том, что игроков в форте не было, но скорее всего их все же нет. Однако, он должен соблюдать осторожность, так как не хотел вновь пережить чувство потери своих "детей".

У всех дварфов, наблюдавших за ним, на лице было одно и то же застывшее выражение. Из за их пышных бород он не мог отличить одного дварфа от другого, но, как бы это сказать — они выглядели смешно.

Подавив желание рассмеяться, Аинз шагнул вперед, источая ауру спокойствия.

Его руки были подняты в верх, показывая отсутствие враждебных намерений.

Когда он подошел ближе к укреплениям —

— Стой где стоишь!

— Раздался предупреждающий окрик. Он звучал так, словно издавший его был в припадке. Разумеется, он ведь нежить, и все же Аинз вздохнул про себя, размышляя что это довольно скверный прием по отношению к тому, кто не проявляет враждебности.

— Зачем ты пришел сюда, нежить?

Аинз погладил свои блестящие скулы.

— Я Король-Заклинатель Аинз Оал Гоун из Колдовского Королевства и я пришел сюда чтобы связать узами дружбы свое королевство и нацию Дварфов. Мы не станем атаковать вас, если вы не сделаете этого первыми, поэтому, пожалуйста, опустите оружие.

На лицах Дварфов, следивших за ним, появилось растерянное выражение. Аинз использовал этот шанс и продолжил говорить:

— Захватив кваготов, вторгшихся в Фео Ланса, я узнал об их планах атаковать этот город. Если у вас нет веры в силу своего оружия, то я — мое Королевство — с радостью предложит свою помощь. Помощь. Да, верно — это будет хорошей демонстрацией нашей дружбы.

Он улыбнулся, но из-за отсутствия кожи, дружелюбная улыбка Аинза так и не достигла его собеседников.

— Что за Дварф позади тебя? Он заложник?

Похоже, дварфы все ещё относятся к нему с настороженностью.

— Как грубо. Я Король, вы в курсе? Разве так разговаривают с королями?

Дварфы переглянулись, и один из них ответил.

— Не, нет… погоди, докажи нам что ты на самом деле король!

— Понимаю. Что ж, это имеет смысл.

Согласился Аинз.

— Тогда, позвольте мне представить его. Он один из вас, кузнец Гоно, встреченный мною в Фео Ланса.

Аинз красовался движениями, полными королевского величия, большими усилиями доставшиеся ему после долгих часов практики.

Окутанный в ауру прирожденного лидера, он подал знак своим подчиненным выйти вперед.

Глубокое чувство удовлетворения заполнило Аинза, когда он услышал сдавленные возгласы благоговения, исходящие от Дварфов. Похоже, его тренировки не прошли зря.

Теперь, когда Гондо был здесь, Аинз — будучи в хорошем расположении духа — изобразив ещё одно движение милостивого короля, передал ему слово.

— Прости, но не мог бы ты войти в крепость и подробно объяснить им всю ситуацию.

— Да, положитесь на меня.

Гондо направился к вратам крепости и запросил разрешения на вход, но врата не открылись.

— …В чем дело?

— Не знаю. Может быть что то случилось?

— …Это и вправду он? Это правда Чудак Гондо? Может кто то использовал магию чтобы принять его вид!

Аинз нахмурился, заслышав разговор дварфов. Быть на стороже — очень важно, даже Аинз одобрял их действия. Но все же, они ничего не добьются, если им не начнут доверять.

Однако он слышал кое что о возможности встретить здесь знакомого. В таком случае, им очень повезет.

— Скажите, Гондо, вы можете как-то доказать им, что вы это вы, продемонстрировав знание города? Ну, например, что-нибудь, известное лишь тем кто там живёт?

— О, хм, пожалуй… Сейчас я скажу им кое-что, что заденет их за живое. Ну, в общем, у нас там есть таверна! Павильон Железнобородов, та, где хозяйка — бабка с рожей как наковальня! Жратва там на вкус всё равно что дерьмо, разве что варёные блюда ещё туда-сюда!

Дварфы онемели. Айнз, несколько огорошенный, покосился на Гондо, но реакция последовала поистине бурная.

— Идиот! Это место не для еды, а для питья! Их Стаут лучший!

(Стаут (англ. stout) — тёмный элевый сорт пива, приготовленный с использованием жжёного солода, получаемого путём прожарки ячменного зерна, с добавлением карамельного солода. Первоначально варился в Ирландии как разновидность портера. Очень популярен в Великобритании и Ирландии.)

— Лжец! Красное грибное пиво, лучше всего на вкус!

— Что вы говорите, их газированное вино является лучшим! Только представьте себе, что пенящийся аромат!

— Никто из вас не знает, что такое на вкус настоящее пиво! "Бородатая Леди" лучшее!

Айнз сделал мысленную заметку, что Дварфы очень любят пиво, а затем ответил им

— Как насчет этого? Можете ли вы принять, что это реальный Гондо? Кстати говоря, все, что мы хотели сделать, это сообщить вам, что кваготы пытаются обойти Великий Разлом и напасть на этот город. Вам нужно лишь передать наше предупреждение вашему начальству. Таким образом, наша страна выполнит свой долг, даже если кваготы пойдут в ожесточенную атаку. Было бы весьма прискорбно, если вы плохо относились к нам после этого.

Несколько дварфов спрятались обратно.

Прошло некоторое время. Казалось бы, достаточное чтобы успеть обсудить ситуацию.

— Ждите там! Я пошлю отчет нашему главнокомандующему!

По словам Гондо, этот дварф занимает наивысший военный пост в стране.

Казалось бы, они поняли, что эта информация должна пойти в их высшие органы власти.

— Хухуху

Аинз, не сдерживаясь, усмехнулся.

Раздался гремящий звук и когда Аинз посмотрел в сторону его источника, то увидел Дварфов, снова нацеливших свои арбалеты на него. Судя по их неровному дыханию, они были охвачены сильными эмоциями.

"Проклятье. Мой смех рассердил их?"

— Простите меня. В любом случае, вы не против, если только Гондо войдет? Он доказал свое происхождение, не так ли?

— Нет, он не может, нет, это не разрешено, остаться там! Жди там!

Он смеялся не над ними, но, похоже, всё равно рассердил их.

Сильные эмоции Аинза подавлялись, однако слабые, рябью доходили до него.

Как бы отреагировала компания, если бы служащий, которого они раньше никогда не видели, ухмылялся глядя на них так, будто он что то скрывает? Аинз был зол на себя за то, что не подумал и теперь это вылилось в ошибку.

Я должен быть осторожнее, думал Аинз, отвернувшись от Гондо.

Они стояли там в течение некоторого времени.

"Когда Зиркниф прибыл с визитом, я предоставил прохладительные напитки, мебель и произвёл разнообразные приготовления, чтобы приветствовать их. У дварфов что, гостеприимство не в обычае?… Нет, нынешние обстоятельства отличаются от тех."

Визит Зиркнифа был обговорён заранее, а Айнз сейчас всё равно что явившийся без приглашения коммивояжер. Ему стоит радоваться, что его не прогнали прочь сразу.

Кроме того, он не сможет пить какие-либо напитки из-за особенностей своего тела.

"Тем не менее, мы сообщили дварфам очень ценную информацию. Я надеялся на соответствующий ответ. Ну, я могу использовать это в качестве аргумента во время дипломатических переговоров. Пока придётся потерпеть"

Впрочем, лучше чуть изменить внешний вид на менее угрожающий.

Во-первых, он достал фальшивый посох Аинз Оал Гоун. Это была идеальная косметическая копия, вплоть до металла, используемого в создании. Тем не менее, это все; он не обладал даже и десятой частью мощи оригинала, и инкрустирован был драгоценными камнями, которые имели один и тот же цвет, что и у оригинала.

Ainz пропитал посох красным светом, который быстро потемнел. Теперь для чего предназначалось эта корректировка? Одержимость его прошлых компаньонов наполняла его раздражением.

Казалось бы, это не было предназначено для использования в сочетании с его собственной аурой.

Аинз был окутан черным сиянием, но, как и следовало ожидать, аура посоха не изменилась.

"Это просто визуальный эффект?"

Прозвучал внезапный грохот, который отвлек Аинза от его мыслей. Когда он повернулся, чтобы посмотреть на источник звука, он увидел трех дварфов, сидящих на земле.

Они выглядели как дварфы защищающие крепость, но в то же время они казались более впечатляющими. По правде говоря, двое из них были лучше одеты, чем другой. Возможно это был солдат этой крепости, а двое других, вероятно, его начальство.

(… Почему эти трое уселись там? Садится для разговора надлежащее проявление этикета среди дварфов?… Они смотрят на меня с широко открытыми глазами. Было бы досадно, если это только дварфийское выражение.)

Их рты были скрыты за их бородами, так что было трудно разглядеть выражения на их лицах.

Сбитый с толку, Аинз все же протянул руку к сидевшим дварфам.

Кто-то мог бы понять это движение как намерение помочь им подняться, или желание пожать руки. Но на самом деле он пытался дать им понять, что предпочёл бы разговаривать стоя.

Приспособиться к чужим обычаям тяжело. Допустив оплошность, Айнз может обозлить дварфов.

Если они упрекнут его, заявив "Вам стоило бы познакомиться с нашими обычаями, раз уж вы собрались наладить отношения с нами", ему будет нечего на это ответить.

Чувствуя себя не в своей тарелке, Айнз, мысленно вознося благодарность своему лицу-черепу за неспособность выражать эмоции, продолжал протягивать руку.

Дварфы тревожно переводили взгляд с лица Айнза на его руку и обратно.

"Хм? Может быть, они боятся меня?!… Ну, учитывая, мой внешний вид… это естественно, правда? Реакции, подобные этой, ожидаемы в человекоподобных обществах…"

Несмотря на то, что его боялись в Э-Рантеле, никто не реагировал таким образом. Поэтому, возможно, что рукопожатие высокопоставленных людей проявление невежливости в их обществе.

В конце концов, обеспокоенный Аинз решил поднять их за руки.

(Так как у них есть время, чтобы тратить его на эти бессмысленные дела, это должно означать, что кваготы еще не напали. Если бы они атакуют, они нам будут сильно обязаны, только предупреждая их об этом мы оказываем им небольшую услуге, так что я должен что-то из этого получить. Ах-х, какой позор. Тем не менее, кто из них является лидером?)

— Ну что-ж, я Король Заклинатель Аинз Оал Гоун. Вы господа которые должны поприветствовать меня?

Он не знал, кто из начальства был более высокого ранга, поэтому обратился в пространство между ними. Затем один из гномов решительно кивнул, как будто он пытался что-то стряхнуть с лица.

— Гм! Я, Я отвечающий за военные силы-

— Военные силы… Понятно.

Так что это был главнокомандующий. Аинз был удивлен. Он не ожидал, что кто-то из верхушки спуститься лично.

(Может быть, потому что эта страна слышала о Колдовском Королевстве раньше? Или скорее… это потому, что я принес им новости в очень подходящее время?)

— …Есть ли какие-либо проблемы с кваготами? Я прошу прощения за то что вам пришлось спуститься лично в столь напряженное время, главнокомандующий.

Глаза главнокомандующего расширились.

— Понятно… значит вы уже знаете почему я пришел, верно?

Что, черт возьми, он говорит, подумал Аинз. Естественно, он этого не сказал.

— Разумеется. Это верно.

Он великодушно кивнул, в королевской манере, которую он долго практиковал раннее.

— Понимаю… Хорошо, как вы знаете, мы кое-как остановили наступление Кваготов на данный момент — нет, мы пытаемся удержать их.

— Хо. Хохо… И?

Айнз хотел расспросить Дварфа что он думает ему известно, но поскольку Айнз уже притворился что хорошо осведомлён, этот ряд вопросов пришлось отбросить.

Но не просочилось ли что-нибудь обо мне?

Всё что он мог, это уцепиться за эту мысль, пока он с нетерпением ждал их ответа.

— Перед этим, я узнал от моего солдата, что вы получили эту информацию после допроса над несколькими Кваготами, захваченными в Фео Ланса. У вас есть какие-нибудь доказательства чтобы подтвердить это?

— Здесь есть Гондо, житель этой страны-

— Вещественные доказательства.

— Хм, значит, вы хотите видеть пленных Кваготов? Я могу привести некоторых из них и вы сможете расспросить их сами.

— Незамедлительный ответ… Похоже тогда мне придётся быть с вами откровенным… В этом случае, эвакуация Фео Ланса будет сложной.

— Командующий…!

Судя по укоризненному тону дварфа рядом с главнокомандующим, Айнз предположил что он возмущён тем фактом, что командир говорил о военной тайне при Айнзе. Тем не менее главнокомандующий спокойно продолжил:

— Его величество уже обо всём знает. Всё как он сказал — сам факт того, что тот кто должен командовать на передовой находится здесь, верный признак безвыходного положения. Поскольку он уже знает об этом, не трудно представить что наши войска — кто не может надеяться на какое-либо подкрепление — намерены делать.

"Нет, я просто просил быть вежливыми." Однако, Айнз не мог сказать правду, вместо этого он кивнул, в подготовленной манере истинного правителя.

Главнокомандующий описал ужасное положение в котором они оказались.

Форт защищавший Великий Разлом пал, и они были отброшены к их последней линии обороны. Только одни врата стоят между ними и врагом, и если они падут, неприятель хлынет в город и многие Дварфы погибнут. Изначально они планировали выиграть немного времени чтобы горожане покинули Фео Ланса, было ясно что выживание всей нации будет под вопросом если план кардинально не изменится.

После того как Айнз узнал об ужасном положении Дварфов, в своём сердце он улыбнулся. Всё развивалось в благоприятным для него направлении.

— Как насчёт этого? Пока что я одолжу вам свои отряды чтобы отразить Кваготов. Что вы думаете?

Командующий прищурил глаза, видимо пытаясь скрыть эмоцию внутри них.

— Вы можете это сделать? Но…

Попросту говоря, сперва необходимо письменно оговорить условия сделки, прежде чем контракт может быть подписан. В решении вопросов таким способом было много преимуществ. И всё же, если он безвозмездно одолжит им силу, он получит благодарность всех присутствующих. Сделав одолжение можно получить выгоды, которые не получишь через письменное соглашение, и Айнз рассчитывал на это.

Между точным и бесформенным, бесформенное было куда проблематичнее. Это как расплачиваться за еду в ресторане в зависимости от настроения. Был шанс что такой окажется перегруженным в сравнении с платой фиксированной цены.

"Щедрость зачастую похожа на жадность, хм? Не говорил ли этого Пунитто-Моэ — сан?"

— Проделав весь этот путь и приложив множество усилий чтоб разыскать вас, мне было бы очень неприятно если страна, с которой я хотел подружиться, будет разрушена. Вы примете мою помощь?

— Но если у нас нет одобрения Совета…

— Ну, до тех пор пока времени достаточно, всё должно быть в порядке. Это просто предложение помощи от меня. Окончательное решение за вами. Разумеется, Совет должен выносить важные вещи на обсуждение… но вы должны знать, чем это обычно заканчивается. Встречи продолжаются от рассвета до заката и никто не может прийти к заключению. Хотя досадно что моё путешествие до сего момента окажется напрасным, ничего не поделаешь.

— …Ваше Величество, вы уверены в своей способности отразить Кваготов?

— Если они того же пошива как те, которых мы видели в Фео Ланса, это будет детской игрой.

Мм, Гондо кивнул со стороны.

— Конечно, это до того момента, как Кваготы ворвутся в город. Очень сложно уничтожить врага во время беспорядочной рукопашной схватки. Я надеюсь, вы не хотите просто стоять и позволить битве перетечь в город Дварфов, я прав? Так что, я думаю, что ваш последний шанс- это ваша маленькая дверка, не так ли?

На лице командующего появилось горькое выражение.

— Сколько времени вы сможете выиграть? Сколько дней смогут продержаться ворота?

Под неотступным напором Айнза командующий, похоже, принял решение.

— …Я понимаю. Ваше Величество, я молю вас одолжить нам силу вашей страны.

— Командующий!

Другой солдат запаниковал, и главнокомандующий резко посмотрел на него.

Затем, главнокомандующий быстро извинился перед Айнзом, перед тем как отвести солдата туда, где никто не мог его слышать.

Затем, они поговорили.

Он мог слышать отрывки фраз, такие как "это плохо", "э-э…", "Кваготы", "мы всё ещё", "перед лицом опасности", "в любом случае" и тому подобное.

Общим выводом было то, что им было бы трудно справиться с Кваготами самостоятельно, поэтому они должны воспользоваться этой возможностью и смириться с этим.

Похоже пришло время для последнего толчка.

Вкладывая силу в свой голос, Айнз сказал:

— Не думаете ли, что пришло время огласить ваши будущие планы?

Азерлисские горы населяет восемь кланов кваготов.

Пу Римидор, Пу Рандэл, Пу Срикс, По Рам, По Шюнем, По Гузуа, Зу Айген и Зу Рюшюк.

Потомки Пу — героя древности — образовали три клана, названных в его честь, и враждовали с кланами называвшимися По и Зу. Между кланами существуют мелкие отличия, но все вместе они, каждый насчитывающий 10 000 кваготов, составляют восьмидесятитысячную их популяцию, распределённую по Азерлисским горам.

Если кто-то пожелает знать, силён ли народ кваготов — ответом будет "нет". Не силён.

Пусть каждый клан и насчитывает десять тысяч членов, у кваготов почти нет технологии, они практически дикари, и считаются одной из низших рас, населяющих горы. Они лишь добыча для сильных.

Если же кто-то пожелает узнать, кто злейший враг квагота, ответ будет — такие же кваготы другого клана. Нет, иногда даже собственные соплеменники могут стать врагами. Остальные монстры видят в кваготах лишь пищу. Они не питают к ним ненависти, не борются с ними. Однако для других кваготов это не так.

Виной всему то, как растут кваготы.

То, какими они вырастут, определяется тем, какие камни или какую руду они едят в юности. Иначе говоря, кваготы вынуждены соперничать с собственными сородичами за редкие руды и металлы, позволяющие усилить род. Таким образом, их врагами делались представители других кланов, но это совершенно естественно — близкий враг гораздо опаснее далёкого.

Точно так же и дварфы, соперничающие с ними за минералы, являлись врагами кваготов, но дварфы, скорее, просто отгоняли их от месторождений с помощью своего зачарованного молниями оружия.

Однако, пришёл день, когда родился легендарный герой, тот, что превзошёл даже Пу, героя древности.

Повелитель Кланов, Пе Рьюро.

Его мощь превосходила даже Голубых и Красных кваготов. Его необоримая сила позволила ему объединить кланы.

На этом революция Рьюро не остановилась.

Обнаружив покинутый город дварфов, он собрал кланы там, создал отряды охотников на монстров, и с помощью пленных дварфов начал внедрять сельское хозяйство и животноводство.

Но и это ещё не всё. Обычно новый вождь клана уничтожал род предыдущего вождя. Это было общепринятым способом передачи власти в обществе кваготов. Однако Рьюро не сделал этого. Напротив, он позволил вождям кланов продолжать править, но приказал, чтобы вся добытая руда доставлялась ему. Те, кто повиновался Рьюро и отличался на службе, получали в дар редкие металлы, невзирая на статус.

Например, кланы, отражавшие набеги монстров, получали славу, а кланы, добывшие больше золота и драгоценных камней — благосклонность и больше членов. Рьюро награждал их за труды подходящей рудой.

Таким образом, борьба за место Повелителя превратилась в борьбу кланов между собой, а власть Повелителя Кланов — укреплёна.

Он сделал всё это, то, о чём до него не мечтал ни один квагот, с целью распространить своё влияние и привести в действие некий план.

И план этот — напасть на город дварфов.

Подчиняясь призыву Повелителя, кланы отправили лучших воинов. Две тысячи от каждого клана, шестнадцатитысячное войско.

Впервые в истории они собрали такую армию. Однако даже с такими силами они понесут ужасные потери в лобовой атаке на подвесной мост. Такая атака не только лишает смысла сбор таких сил, но подвергает кваготов риску потерпеть поражение и не взять крепость.

Так что Рьюро приказал найти путь в обход крепости.

Несколько отрядов, отправленных на разведку, не вернулось, но в конце концов им всё же удалось найти путь в обход Великого Разлома. После чего армия разделилась на три группы, каждой из которых была поручена своя задача.

Задача первой — обнаруживать и захватывать тех дварфов, кто попытается сбежать. Для её выполнения кваготы разделились на много мелких отрядов.

Вторая — главные силы. Они покорят и разграбят город дварфов. Если элитный отряд встретит сложности при штурме крепости, главные силы вмешаются и помогут.

И третья, состоящая из элитных кваготов, предназначалась для штурма крепости. Она будет продвигаться в авангарде главных сил, возьмёт крепость приступом, и примет участие в атаке на город.

Авангард вёл квагот по имени Йозу.

Он — великолепный Красный квагот, один из ближайших подручных Рьюро. Обладающий острым умом, превосходный боец, он один из кандидатов на должность вождя своего клана.

Впрочем, даже такому как он было непросто командовать смешанным отрядом авангарда.

Ведь элитные кваготы из разных кланов питают друг к другу глубокую вражду. Однако Йозу сможет даже обратить это на пользу.

Подпитывая пламя соперничества между кланами, он возьмёт крепость дварфов.

Они зашли с фланга, взяли крепость, и теперь победа кваготов гарантирована, но даже сейчас никто не усомнится в его непревзойдённых способностях командира.

По правде говоря, никому среди кваготов не сравниться с ним в талантах полководца.

И теперь, кваготы готовы нанести дварфам окончательное поражение.

* * *

Первыми кваготами, находившимися в авангарде, атакующем крепость, были штурмовые отряды, составленные из лучших среди лучших представителей их вида. Эти кваготы, со всей яростью рвали своими когтями ворота, но не могли пробиться сквозь них.

Ещё один шаг. Вего один шаг и они смогут прорваться через эту преграду и сокрушить их ненавистных врагов, Дварфов. Ещё один шаг и они захватят весь этот город. За их достижение они будут награждены, и получат столько руды, что может закружиться голова.

Однако, шанс этого был отрезан и запечатан от них холодными вратами, стоявшими перед ними.

У кваготов есть поговорка: червь, что скрывается глубже, вырастает больше.

Один из кваготов был настолько зол, будучи так близко и так далеко от заветной цели, что попытался кусать врата. Естественно, он разве что смог оставить на них пару царапин.

Глядя на него, несколько других попытались сделать то же самое.

Однако, обычные кваготы никак не могли навредить воротам. Они могли бы пытаться в течении сотни лет и все равно у них бы ничего не вышло.

Даже когда они решили прорыть проход в скале чтобы обойти врата, они обнаружили, что стены были усиленны решетками из того же метала, из которого сделаны врата.

Обычные кваготы не могли пробиться через эти ворота. Их редкие элиты, Синие или Красные кваготы, были в резерве, как секретное оружие и не входили в состав штурмовых групп. Другими словами, их продвижение было на какое то время, остановлено здесь.

Кто угодно будет растроен, если у него отберут всю славу в самый последний момент. Однако они не тревожились, потому что уже доложили командующему авангарда. Если великий Йозу был здесь, он несомненно придумает то, что они не смогли бы.

И все же, они разделились по кланам для отдыха, поскольку не было известно сколько времени это займет.

Будь они обычными войсками, они бы не находили себе места из за стресса или начали бы драться с другими кланами. Но, все здесь были лучшими из лучших. Они отдыхали когда наступало время отдыха и копили свой гнев и силы для следующей битвы.

А затем, отдохнув какое-то время, кваготы внезапно подняли головы, как если бы они были закреплены на пружинах.

Повсюду доносился низкий басистый скрип, как будто исходящий из под земли. А затем врата начали медленно открываться.

Кваготы переглянулись.

Дварфы закрыли вртата в панике. Зачем же они из снова открывают? Они хотят сдаться? Множество кваготов подумало так и они издевательски посмеивались, обнажив свои клыки.

Как будто они примут капитуляцию.

Их целью было истребить всех Дварфов. И они не дадут им времени сотрясать воздух пустыми словами.

Они ворвутся в открытые ворота и словно лавина не оставят за собой никого, убивая всех дварфов на своем пути. После этого они вырежут весь город и разрушат его, не оставив камня на камне.

Перед кровожадными кваготами медленно раскрывалась брешь. Она все ещё была слишком мала, чтобы пролезть. Один из кваготов просунул руку в промежуток.

Он, рискуя своими когтями, пытался достать дварфов по ту сторону ворот.

И затем —

— Гьяяяяяяяяяяяяя!

Квагот, стремившийся быть первым, закричал и откатился назад. Рука, которую он просунул, исчезла, а на её месте бил фонтан свежей крови.

Такое развитие событий вызвало шок, который стал ведром холодной воды, окатившей их костер жажды крови.

Было легко представить что же произошло.

По всей видимости, кто то отрубил его руку каким-то оружием, но разве такое возможно?

Особой способностью кваготов было высочайшее сопротивление к атакам холодным оружием, которым, в основном, и пользовались дварфы. Во время их внезапной атаки на крепость некоторые были ранены, но никто не убит. Все и должно быть так, пока не применяются атаки электричеством.

Но с другой стороны, почему же рука их товарища была отрублена?

Этому было лишь одно объяснение.

Существование невероятного мечника, который мог с лёгкостью отрубить руку квагота, существа расы, чья кожа и шкура могли отразить все удары.

Другими словами, за медленно открывающейся дверью был невообразимо сильный воин.

Кваготы сделали шаг назад, охватываемые эмоцией, которую они ещё не чувствовали в этой битве, — страх.

— Почему вы отходите? — прогремел мощный голос с задней стороны команды наступления.

— В Клане Пу Римидор нет трусов!

— Дааааааа!

Этот крик согласия должно быть раздался со стороны членов Клана Пу Римидор, которые были выбраны, как наступающая команда. Паникуя, те кто были из других кланов прокричали то же самое, доказывая их силу.

— Клан По Гузуа не знает страха!

— Никто из Клана Зу Айген не проиграет каким-то Пу или По! Как мы можем позволить нашим предкам из Земли Изобилия смеяться над нами?!

Те Кваготы, которые доблестно погибли, могли смотреть как их дети процветают из Земли Изобилия. Было сказано, что предки будут издеваться над теми, кто опозорился.

Эти слова были импульсом, который разжог боевой дух Кваготов.

Они оттащили лишившегося руки Квагота в сторону, к стене. Штурмовые команды держали дистанцию и приняли близкое формирование, готовые зарезать этого могучего воина.

— В атаку! Не важно на сколько он силён, у него всего лишь один мечь! Мы атакуем его большим числом, чем он может победить, — сказал кто-то.

— Нет, нам лишь нужно пройти прорваться прямо вперёд, как только дверь откроется. Когда мы собьём его с ног, мы растопчем его. А потом мы разграбим город.

— Тогда я пойду первым!

Был минерал, который назывался Нуран, его раздавливали в порошок и смешивали с краской. Мужественные брали эту краску и рисовали две линии по меху, как доказательство их храбрости.

Кваготы собрались позади такого храбреца. Если его сразит этот меч, они все равно смогут протолкнуть его вперед.

Брешь в двери была теперь достаточно широкой для того, чтобы один Квагот смог пройти. Однако она была слишком узкой, чтобы прорваться, они будут лишь терять воинов, если по входу ударят магией молнии сейчас, а затем снова закроют двери.

— В атаку!

С доблестным криком, более 10 кваготов начали двигаться.

Смелый квагот, бежавший во главе обмяк. Толкавшие его вперед, почувствовали, что он был убит мечником. Но они не могли остановиться. Если они сейчас остановятся, то оскорбят его храбрость.

Из-за этого, двигавшиеся позади кваготы целеустремленно толкали вперед, намереваясь по инерции влететь в город дварфов, чтобы грабить и разорять.

— А затем они остановились.

Не важно как сильно они пытались толкать и двигаться вперед, они не могли продолжать. Словно массивная толстая стена преградила им путь.

Один из кваготов поднял голову и посмотрел вперед.

Было естественно предположить, что дварфы соорудили стену.

Потому что там на самом деле была черная как смоль стена.

Стена была единственным, что они могли видеть. А затем она начала двигаться.

— ООООХХХХХХХХХХ

Это был громкий крик, который заставил воздух содрогнуться.

То, что должно было быть стеной, на самом деле оказалось гигантским щитом.

Кваготы никогда не использовали оружия и броню. Конечно, они знали, как дварфы использовали их ранее, но они никогда не видели нечто настолько большое. Разумеется, они себе даже представить не могли, что это может быть не стена, а щит

Пока кваготы стояли в оцепенении от происходящего, отвратительное создание за щитом начало показываться.

Это было существо, облаченное в черные латные доспехи. Его красные глаза пылали ненавистью.

Даже самы глупый кваог понимал — пред ними предстало само зло и насилие воплоти. Они видели перед собою саму смерть.

— Хрясь- внезапный звук прервал тишину.

В ту же секунду головы трех кваготов были снесены.

— УАААААААААААААААААГГГГХХХ!!!

Невнятный рев раздался над телами кваготов.

Вся эта картина, навела на кваготов невообразимый ужас, от которого им хотелось бежать что есть мочи.

Кваготы считали себя храбрыми воинами, которые не бояться смерти. Однако такое, они не могли вообразить даже в самых страшных кошмарах. Чудовище перед ними, казалось, полностью лишило их храбрости.

Но почему же они не бегут?

Все потому, что у них не было смелости убежать. Их инстинкты говорили, что они умрут в тот же момент, как повернуться к монстру спиной. Однако, глаза этого чудовища напомнили кваготам, что они на самом деле хотят жить.

— УООООАААГГГХХ!!

Рёв раздавался словно из глубин земли. Кваготы заскулили и попятились.

А затем, будто выжидая момента, появился второй, точно такой же монстр.

— ААААААААААААААА!

Один из кваготов вскрикнул.

Проследив взгляд кричавшего, остальные посмотрели на одного из обезглавленных кваготов.

Его смерть ни у кого не вызывала сомнений, но руки павшего дергались, будто пытаясь ухватиться за что-то. Это не было похоже на судороги или что-нибудь вроде того.

Единственный вариант, который пришел им в голову — труп ожил.

Думая, что попали в ночной кошмар, кваготы были скованы страхом.

С громким лязгом доспехов две огромные фигуры шагнули вперёд, занося мечи.

* * *

— Значит, согласно отчету штурмовой команды, они ещё не нашли способ пробить врата, я прав?"

— Да!

Квагот чья шкура имела прожилки красного цвета нахмурился, услышав доклад своего подчинённого.

Это был Йозу, командир авангарда кваготов. Обладая шкурой, которая по прочности не уступала орихалку, и устойчивостью к атакам металлическим оружием куда большей, чем у обычных кваготов, он принадлежал к одному из сильнейших подвидов, он был красным кваготом.

Йозу отвел глаза от своего подчиненного, преклонившего колено, и посмотрел на крепость на другой стороне подвесного моста. За крепостью находился туннель, а за ним был город дварфов.

Завоевав его, они получат отличное место для базы и их споры из-за руды закончатся в тот же миг.

Комбинация жизненного пространства и беспрецедентной добычей руд и минералов вновь сделали бы кваготов великой расой.

Как только это свершится, кваготы, несомненно, станут бы править всей горной грядой.

— Если бы мы только могли одолеть драконов…

Йозу озабоченно огляделся после того, как случайно озвучил свои истинные мысли.

Если кто-то и заметил, то никак это не выдал.

Это несколько успокоило Йозу.

Кваготы сделали бывшую столицу дварфов своей основной базой.

Королевский дворец все еще величественно стоял в пределах города, но был уже владением Ледяных драконов, одних из белых драконов, что извергают морозное дыхание.

Кваготы заключили союз Ледяными драконами. Тем не менее, любой кто хоть что-то знал об истинной природе союза понимал, что это отнюдь не отношение между равными. Повелитель кланов пытался приукрасить правду говоря, что всё ради общего блага, но даже он сам в это не верил.

Правда заключалась в том, что драконы были сильны, и их слуги, кваготы были слабыми.

Для драконов, кваготы были не более чем неприкосновенным запасом или же удобными пешками.

Йозу однажды встречал Драконов в присутствии Повелителя Кланов, и это было впечатление, которое он получил после того, как услышал могучий голос, который исходил из массивной челюсти. Он также был шокирован видом кланяющего перед Драконами Повелителя.

Он не хотел, чтобы великий герой так себя вел, но Йозу не был глуп. Он очень хорошо понимал разницу в силе между драконами и кваготами.

Но даже так, он не мог позволить драконам, относиться к ним как к идиотам.

"Пока мы ничего не можем поделать. Если мы выступим против Дракона Лорда, то раса кваготов (мы) очень сильно пострадает, даже если мы и победим. Но… когда-нибудь…"

Он не был единственным, кто хранил это желание в своем сердце. Все кваготы, которые встречались с драконами — другими словами, весь высший состав кваготов, пылал таким же желанием.

Начнем с того, что им нужно было найти способ, чтобы стать невосприимчивым к замораживающему дыхание. Если кваготы, не предпримут каких-нибудь мер, они понесут ужасные потери.

Поиск этого пути, потребует много времени.

Йозу смёл мрачные эмоции. Прямо сейчас, он должен был уничтожить дварфов. И это еще не было сделано. Было бы глупо, позволить беспокойству о будущем, повлиять на его возможные действия в настоящем.

Йозу вызвал своих подчиненных.

— Эй, разрушьте крепость, а затем посмотрите, сможем ли мы расширить тоннель, чтобы в него поместилось побольше воинов. Нам нужно подготовить как можно больше воинов, прежде чем основные силы….

Неожиданно, уши Йозу приподнялись. Ему показалось, что услышал откуда-то крик.

Нет, это был не крик. Это был шум, в котором чувствовалась угроза, от какого то монстра. Проблема подземелий, заключалась в том, что было трудно определить откуда доносится шум.

Но в этот раз, он понял это мгновенно.

Это потому что он увидел кваготов из штурмовой группы, которые бежали от крепости, вопя от ужаса.

Кваготы, находившиеся рядом с Йозу, начали шумно переговариваться.

Учитывая состояние кваготов, которые вернулись, было совершенно ясно, что они были напуганы и растеряны. Настолько, что даже пихали своих приятелей в спины, и последний сорвался в Великий Разлом.

— Что случилось? Есть что-нибудь срочное?

Один из подчиненных Йозу ответил:

— Мы не уверены. Может дварфы контратаковали?

Это невозможно. Контрудар дварфов был вполне ожидаем. Это не заставило бы штурмовые отряды бежать.

Возможно, это какая-то особая атака. Когда-то Йозу слышал, что кипящее масло вызывает невыносимую боль

— Собери бойцов и выясни что происходит. Если это контратака Дварфов, продолжайте наступление. Мы не должны позволить им отбить форт назад.

Подчиненные Йозу сформировали группу по его указаниям, после чего стали переходить мост.

В то же время крики продолжались, и штурмовой отряд продолжал бегство.

От чего они убегают? Было ли это результатом мистической силы, называемой магией?

Пока Йозу размышлял над причиной, несколько силуэтов возникли у двери форта.

Это были большие, тёмные… нечто.

— Что, что они такое? Гигантские Дварфы? Дварфы Повелители?

Йозу никогда раньше не видел таких созданий. Хоть он и знал, что Дварфы используют броню как часть своего снаряжения, и это броня закрывающая всё тело, но то что он увидел сейчас совершенно отличается от того что он видел прежде.

В своей правой руке они несли внушительные мечи с волнистым лезвием, в то же время в левой были массивные щиты.

Учитывая что Повелитель Кланов внешне немного отличался от обычных Кваготов, Повелители Дварфов вероятно выглядят иначе чем обычные Дварфы.

Йозу не знал настоящей природы созданий, которые стояли у входа в форт как статуи Нио. Тем не менее, его звериные инстинкты говорили ему что они были опасными сущностями.

// Статуи Нио = статуи-защитники храма, созданные по образу Светлых Королей Буддизма

Он также понял почему штурмовой отряд со всех ног бежал от этих монстров.

Его подчинённые застыли вокруг него в шоке, равно как и он. Единственными кто двигался были Кваготы, бегущие из форта. Они не оглядывались; все их силы были направлены на пересечение подвесного моста.

Чёрные доспехи взревели.

Даже на таком расстоянии, их рёв прорвался сквозь воздух и заставил его шерсть встать дыбом. Внутренности Йозу сжались и похолодели. Чувство было такое, будто рёв Дракона прошёл сквозь всё его тело.

Словно по команде, он увидел Кваготов, медленно появляющихся позади чёрных доспехов.

"Им удалось уйти? Или они предали нас? Нет, это не-"

Глаза Йозу расширились.

Один из Кваготов которых он видел был без головы.

Он прищурился, и увидел что некоторые Кваготы волокли за собой свои внутренности, в то время как другие тащились в бесконтрольной манере, левая и правая половины их тел двигались ни в попад, как если бы они были разрублены пополам.

Существа, которые двигались даже тогда, когда они не были живы являлись….

"Магия! Магия, которая контролирует мертвых!"

— Это секретное оружие дварфов?

Ойзу согласился, со сказанным его подчиненным.

У них оказался еще один туз в рукаве, кроме оружия, зачарованного молнией?

— Это големы?

Поговаривали, что, когда Дракон захватил Королевский дворец, он дрался с монстрами, которых так называли. Но, они были похожи на бронированные статуи.

— Дварфы вызвали големов?

Йозу покачал головой, на вопрос своего подчиненного.

— Нет, големы монстры. Вероятно дварфы их призвали.

\\\ не уверен в этой строчке.

— Как Нукс, которого мы приручили, тогда?

Нуксом назывались магические звери.

Их самцы составляли в длину 3,5 метра и весили 1200 кг. Они были лохматые четвероногие травоядные, которые могли бы выжить питаясь всего лишь небольшим количеством водорослей. Они были достаточно крепкими, чтобы выжить в сильных снегопадах и многие монстры в Азерлисских Горах ими питались.

В любом случае, неизвестно, насколько хорошо эти черные големы, могут сражаться, но учитывая бегущих кваготов и поредевшие штурмовые группы… нет, холодный пот и мурашки по коже, уже достаточно говорили Йозу.

Убить их будет не просто, но, к счастью, они только наблюдали за ними издалека и не пытались пересечь мост.

— Они, кажется они хотят отбить крепость.

— Д-да, так и есть. Снова в атаку, пока они остановились. В это время мы приготовимся и…. они начали двигаться!

Черные доспехи начали бежать, двигаясь к подвесному мосту.

— Кто это был! Кто сказал, что они хотят вернуть только крепость?!

— Командир! Сейчас не время для этого! Что нам делать!?

Квагот Йозу обнажил свои когти и приготовился к бою.

Существа в черных доспехах подняли свои щиты и расшвыривая кваготов проходили сквозь их строй.

Посланные вперед с подавляющей силой множество кваготов упали с моста. Напор существ в темных доспехах не прекращался. Хотя их движения замедлились, они продолжали свое движение вперед с поднятыми щитами, подобно непреодолимой стене.

Если так продолжится, то скоро они пересекут мост и доберутся до этого места.

А после, когда это произойдет… что случиться? Понимая смертельную опасность Йозу закричал.

— Режьте, режьте мост!

Если они разрушат мост, то главные силы будут иметь возможность зайти с флангов, но при этом они затратят больше времени. А гномы за это время усилят свои оборонительные позиции. Таким образом, попытка захватить крепость с первого раза может считаться проваленной.

После потери войск и ресурсов затраченных на эту операцию (этот штурм), за эту неудачу простым выговором он не отделается. Тем не менее все меркнет по сравнению с опасностью, если эти существа в черных доспехах переберутся через мост.

Если они достигнут этого места, то все здесь погибнут. Существа в черной броне были именно такими существами.

— Разве я не говорил вам перерезать мост?!

Кваготам ничего не оставалось как наблюдать за тем, как чёрные доспехи крушат их войска своей невообразимой мощью. Со вторым криком, им наконец удалось начать двигаться. Однако, уже практически все Кваготы присланные из тыла, были сброшены в пропасть, и лишь несколько Кваготов оставалось на мосту, перед чёрными доспехами.

Все эти Кваготы отчаянно грызли и царапали стальные тросы подвесного моста.

— Прикажите одному из штурмовых отрядов сорвать их наступление!

Услышать приказ остановить Големов сразу после приказа разрушить мост ни чем не отличалось от самоубийственной миссии. Но даже так, отряд самоубийц сразу собрался и храбро двинулся вперёд.

Как и ожидалось, отряд самоубийц отлетел от щитов, но некоторым из них удалось проскочить и наброситься на чёрные доспехи. Тем не менее, чёрные доспехи не обратили на них никакого внимания. Похоже, то что их покусали, не причиняло им вреда и они продолжили своё наступление.

Мост ещё не обрушен.

Если это продолжится, чёрные доспехи пройдут весь путь.

Когда Йозу осознал это, его тело начало двигаться самостоятельно. Он спрыгнул с высоты своего командирского поста и использовал энергию своего приземления и остроту своих когтей, чтобы нанести удар по стальным тросам моста.

Громко просвистело в воздухе.

Подвесной мост взвивался и опадал как гигантская волна и треснул.

Йозу не мог выстоять на трясущемся мосту и был подброшен в воздух. Тем не менее, ему удалось схватиться за извивающийся канат прежде, чем его поглотила тьма провала под ним. Так как Йозу не мог контролировать свое падение для него это было настоящим везением. Он карабкался по канату пока не добрался до края обрыва.

Тем не менее у него не было времени чтоб перевести дыхание. Страшный холод заполнил его тело. Он прислушался к своим инстинктам и упал ничком.

В то же мгновение, кричащее тело, пролетая мимо, задело мех на спине Йозу. Хоть в это было сложно поверить, но это тело принадлежало Кваготу. При этих тёмных обстоятельствах, чёрный комплект доспехов смог, используя невероятную силу, отбросить одного из членов отряда назад в Йозу.

Брошенный Квагот врезался в одного из людей Йозу, который всё ещё находился в состоянии шока. Двое из них превратились в куски окроваленного мяса, с кратким мучительным криком "Ааааа!".

Однако, всё закончилось, потому что отряд самоубийц и чёрные доспехи исчезли в Великом Разломе.

Воздух наполнился тишиной.

Йозу медленно вглядывался в темноту Великого Разлома. Не только он делал это; все выжившие смотрели в темноту, которая поглощала всё. Каждый из них знал, что падение пережить невозможно; даже так, они не могли оставить страх, что чёрные доспехи в любой момент могут восстать из бездны.

После того, как показалось прошла вечность, Йозу с облегчением вздохнул.

"Не похоже, что они вернутся."

Осмотревшись, он понял, что лишь несколько людей выжили.

Даже так, тот факт, что они выстояли против этих черных доспехов был достоин похвалы.

— Мы отступаем!

Если бы они не сообщили о этих големах, тем кто находится наверху, то для них всё было бы очень плохо.

Если их начнут массово производить, то кваготов ожидает полное истребление. Йозу не мог поверить что их всего лишь двое.

— …Насколько ужасающи эти гномы.

Йозу глубоко сожалел, что недооценил дфарфов. Подумать только, они знают как создавать таких монстров.

— В любом случае, мы должны предупредить основные силы. Посыльный!

Кваготы, что пришли на зов Йозу были Кваготы Спринтеры, они намного превосходили среднего квагота в мобильности. Они обладали особой способностью, которая давала и иммунитет к усталости, вызванной длительным бегом на большую дистанцию.

Причина почему он позвал их в таком большом количестве заключалась в том, что передвижение в малых группах увеличивает риск гибели всей группы при столкновении с монстром. Это, конечно, не значит, что движение в больших группах гарантирует безопасность, но такая стратегия дает возможность протянуть достаточно долго для того, чтобы доставить сообщение в пункт назначения.

— Отлично! Поехали! Не забывайте, что ваша миссия очень важна!

Йозу выкрикнул очередной приказ, наблюдая как они удаляются.

Разумеется, он должен был отступить и немедленно встретиться с Повелителем Кланов.

Глава 4: Переговоры

Два призванных Рыцаря Смерти скрылись за воротами. Оба взвыли, предвкушая резню, им вторили предсмертные вопли кваготов. Створки врат медленно сошлись, звуки бойни, проникавшие сквозь них, стали едва слышны.

— На время этого должно хватить.

Рыцари Смерти, не созданные из трупов, исчезнут через некоторое время. Впрочем, если Айнз верно оценил силу кваготов по захваченному в плен отряду, Рыцари наверняка смогут уничтожить значительную часть нападавших, неважно, сколько их там. Если враги хоть что-то смыслят в тактике, то наверняка отступят и перегруппируются, понеся тяжёлые потери.

"Надеюсь, этого не хватит чтобы совсем прогнать их. Если они решат укрепиться в лагере, то угроза вторжения по-прежнему будет явственно нависать над городом. Тогда дварфы наверняка согласятся сотрудничать с нами. Стоит пока приказать Рыцарям Смерти сдержаться… до чего же сложно, нельзя одержать слишком явную победу"

Айнз, молча размышляя об этих деталях, поглядывал на командующего дварфов, уставившегося на него с дёргающейся улыбкой на лице. Айнз не понимал, чем вызвана эта гримаса ужаса — и тут его словно озарило.

"Он наверняка уже свыкся с моим внешним видом, так что это, наверное, из-за воплей кваготов снаружи. Ну, да, пожалуй, крики умирающих несколько сбивают с мыслей."

Впрочем, Айнз не считал нужным обращать особое внимание на крики врагов. Однако, на месте человека — или, например, дварфа, — он вряд ли думал бы так же.

Но как этот нервный дварф может быть предводителем воинов? Это несколько беспокоит.

Айнз знал, что слишком глубоко задумывается над несущественным вопросом, но продолжал рассматривать командующего. И тут к нему подошёл Гондо.

— Итак, Ваше Величество. Я ненадолго зайду домой, если можно.

— А, да. Поможете мне всё устроить, со своей стороны?

— Конечно. Я всё подготовлю и вышлю вам. Можно в любое время, так? Я могу рассчитывать на ваши заклятья если что случится, верно?

Айнз протянул кулак и ударил его о кулак Гондо. В пути они о многом успели поговорить, и, похоже, это оказало эффект.

"Гондо теперь просто не заткнуть…"

У него была привычка говорить, не давая собеседнику вставить и слово, так, что его речь казалась нескончаемой. Должно быть, это результат его одержимости почти забытым ремеслом рун, никем не разделяемой и не понятой. Так что встретив заинтересовавшегося темой Айнза, он теперь изливал слова подобно неостановимому водопаду.

Айнз, и сам любивший поговорить с разделявшими его интересы людьми, понимал чувства Гондо. Впрочем, он не перебивал его длинный монолог вовсе не по доброте душевной.

Гондо легко встряхнул свой магический рюкзак и пошёл прочь.

Казалось, что главнокомандующий, хотел что-то сказать Гондо, но он так и не окликнул его.

— Тогда, что нам делать? Может немного подождем и откроем ворота, чтобы увидеть результат боя?

Главнокомандующий явно предвидел вопрос Аинза. Он ответил мгновенно, как будто он уже заранее подготовил ответ.

— Будет сильным неуважением, представителя суверенного государства, заставить ожидать здесь. Мне кажется, мы должны пройти в Зал Совета и сообщить о вашем предложении.

— Почему бы не взглянуть на результаты боя?

— Я думаю, что сообщить о вашем предложении, Ваше Величество более важно. Я отправил сообщение в Совет, когда кваготы нас атаковали. Они, наверное, всё-еще ищут какой-нибудь способ, чтобы справиться с ситуацией. Мне кажется, что мы должны сообщить им новую информацию, прежде чем они паникуя, отдадут неправильные приказы.

— Понятно. В этом случае у меня нет возражений. Пожалуйста, ведите.

— Хорошо. Тем не менее, магические звери Вашего Величества, несомненно, ужасают простой народ. Нам стыдно просить, но не могли бы вы оставить их здесь? Мы позаботиться о них в меру наших возможностей, если вы сообщите нам о некоторых ключевых моментах по их уходу…

Аинз посмотрел на Ауру и она кивнула в ответ.

— Понятно. Тогда они подождут здесь.

Аинз указал на угол в гарнизоне, костлявым пальцем, и командир кивнул в знак согласия.

— Кроме того, о них не нужно заботиться. Мы позаботимся об этом. Меня будут сопровождать трое.

Аинз выбрал Шалтир, Ауру и Зенберу. Остальным велел остаться и ждать.

У командующего, как будто гора упала с плеч. Видимо он очень сильно не хотел, чтобы нежить прогуливалась по улицам города.

— Тогда, пойдем?

— А, да, прошу.

Аинз и компания гордо шли через город Дварфов, возглавлял их главнокомандующий. Почти все болезненно-любопытные взгляды были направлены на Аинза, в то время как матери дварфов, увидавшие его, загоняли детей домой, пряча их. Это немного разочаровывало Аинза.

Конечно, он мог бы быть менее заметным, если бы пожелал этого.

Если бы он надел маску, гораздо меньше жителей бы смотрела на него. Тем не менее, была причина, из-за которой он не стал скрывать свое лицо.

Он это сделал, чтобы объявить о своем прибытии в город дварфов. была низкая вероятность, что среди народа дварфов есть игрок, если им пришлось обратиться за внешней помощью, чтобы справиться с таким уровнем вторжения. Тем не менее, была небольшая вероятность того, что у игроков находившихся здесь, низкий уровень, или предметы, здесь есть предметы, которые они оставили.

"Что-нибудь на подобие запечатывающего кристалла."

Для того, чтобы избежать нападения с помощью такого предмета, он должен провести официальный визит. Таким образом, он не может все тайно уладить.

К тому же, Аинз размышлял, какую же группу послать на переговоры. Было бы неплохо отправить нежить, ведь он хотел, что бы дварфы привыкли к ним.

— Что же, не смотря на огромное вторжение кваготов, они не выглядят особо обеспокоенными.

Аинз задал этот вопрос верховному главнокомандующему, после того как увидел двух пьяных дворфов, которые обнявшись за плечи, выходили из таверны.

Стойкий запах алкоголя окружал их.

— Это потому, что жители города не знают о атаке кваготов.

— И…почему же?

Дворфы совсем не ощущали опасности, которая была совсем рядом. Иx чувство самосохранения оказалось слишком дефектным.

Главнокомандующий видимо прочёл мысли Айнза и ответил:

— Кваготы наступали слишком быстро, поэтому информация не распространилась. В зависимости от решения Совета, она должна была начать распространяться в течение часа.

— Хм. Ну, я приказал своим слугам отбить мост, так что после того как они сделают это, город окажется в безопасности на какое-то время, нет? Это будет важным фактором, когда мы начнём торговлю с этой страной.

— Трудно сказать. Учитывая размер вражеской армии, мы не можем быть уверены, когда прибудет их подкрепление и они начнут наступление всерьез. После возвращения моста, мы должны укрепить нашу оборону и изучить обходной путь кваготов, составить план стратегии против них.

Айнз злобно улыбнулся в своём сердце.

Похоже будет много возможностей продавать одолжения этой стране в будущем. В таком случае, будет лучше всего не менять приказа его Рыцарям Смерти отбить мост.

— Что?!

Голос Айнза заставил плечи главнокомандующего задрожать.

" Ииии! Что, что такое, Ваше Величество?!

— Нет, ничего. Кое-что пришло на ум. Нет необходимости беспокоиться. Не нужно расспрашивать более, — Айнз произнёс эти слова железным тоном чтобы остановить вопросы остальных.

Эта реакция — которая была крайне не свойственна Айнзу — была такой потому что он потерял самообладание.

Не было ответа от двоих Рыцарей Смерти что он создал, которые должны были расположиться вблизи Фео Джира.

Был лишь один вывод, который он мог сделать из этого внезапного заключения.

— Рыцари Смерти были побеждены.

"Хох!"

Рыцари Смерти были страшно слабы для Айнза. Тем не менее, они были внушительными противниками даже для самых могучих представителей наций. Кто-то кто смог так одолеть двоих ужасающих рыцарей должен быть очень силён.

В добавок, их отклик исчез практически одновременно.

Было ли их одновременное уничтожение частью тщательно продуманного плана?

Кто-то прикончил их используя заклинание по площади?

Кто-то могущественный просто уничтожил их с одного раза?

Вне зависимости от ответа, здесь определённо присутствовало другое могущественное существо, помимо того причудливого заклинателя в маске, с которым он столкнулся в Королевской Столице.

Кто-то кто смог самостоятельно победить заточенных на защиту Рыцарей Смерти, скорее всего будет выше 45-го уровня.

— Значит ли это что я раскрыт?

Главнокомандующий посмотрел на Айнза в ответ на его бормотания, но у Айнза не было времени беспокоиться о нём.

Не известное, могущественное создание вероятнее всего окажется игроком. Если враг уровня Айнза попал в этот мир, два жалких Рыцаря Смерти были бы для него детской забавой.

"Если здесь есть организация имеющая отношение к игрокам, которая не связана с Дварфами, значит ли это, что они на стороне Кваготов? Тогда, может они связаны с людьми, промывшими мозги Шалти?"

Жгучий огонь вспыхнул у него в груди.

Доныне тлеющие угольки вспыхнули в бушующее пекло, как будто кто-то вылил на них бензин. Тем не менее, они были быстро подавлены.

— Нет, это не возможно. Если бы они были связаны, город Дварфов пал бы давным давно. Больше похоже что это могущественный индивид из этого мира. Однако, я не могу утверждать что здесь нет связи. В таком случае, я должен буду пересмотреть свои планы.

Айнз изначально надеялся что война между Кваготами и Дварфами будет продолжаться.

С открытыми врагами в лице Кваготов перед ними, Дварфы вероятнее всего выберут встать под знамёна Айнза. И всё же, оставлять Кваготов одних — предоставляя им много времени — было очень опасно.

Если они являются расой, спокойно производящей могущественных индивидов, тогда хоть пока что они способны одолеть лишь Рыцарей Смерти, кто знает что ещё они смогут уничтожать в будущем? Прямо сейчас — пока он ещё способен совладать с ними — лучшим решением будет поработить их или полностью истребить.

Позднее может возникнуть лучший план действий.

"В идеале, я мог бы подчинить Кваготов и тайно заставить их угрожать Дварфам, но… Один не верный шаг приведёт к полнейшему провалу. Будет безопаснее не делать этого."

— Ваше Величество, Палата Совета находится в поле зрения.

Когда он повернулся, чтобы посмотреть в сторону, куда указывал главнокомандующий, то увидел большое здание — безусловно, большое для Дварфа, но значительное даже по меркам Аинза, открывающиеся его взору.

Командир кратко пошоворил с охранниками у двери, и они пропустили Аинза и других без осмотра.

Причина, по которой они отказались от досмотра для Аинза и его сопровождающих, даже несмотря на то, что пока все еще смотрели беззастенчиво на Аинза, как на нежить, несомненно, в том, что командир применил свою власть.

— Тогда, Ваше Величество, я должен сделать полный доклад Совету. Могу ли я попросить вас подождать здесь некоторое время?

Не было никаких оснований возражать. Если говорить более конкретно, возражения могли бы привести к дополнительным трудностям, если бы он, не успел объяснить вклад Аинза для этой нации.

— Где мы будем ожидать?

Главнокомандующий посмотрел на одного из солдат Дварфов и тот шагнул вперёд.

— З-зал ожидания в той стороне. Позвольте мне проводить вас к нему.

— Вот как. Что ж, вверяю себя вам.

Дварф — дрожащий и телом и голосом — проводил их в несколько тесную комнату. По правде говоря она не была тесна для дварфа. Нормальные габариты для Ауры и Шалти. Однако помимо них в группе был и крупного телосложения Зенберу. И у него ожидание в комнате вызывало симптомы клаустрофобии.

Учитывая, что солдат прежде, чем привести его сюда, взглянул на Зенберу это должно было быть самым большим и самым роскошным VIP номером в здании. Конечно же, украшения вокруг них все изысканно проработаны и выглядели, как будто на самом деле могли двигаться.

Однажды Аинз сделал аватары его прошлых товарищей, и он высоко оценил сложность изготовления таких завораживающих статуэток. Было возможно что-то, чтобы выглядит красиво в профиль, но некрасиво, если посмотреть в лоб.

Аинз взял статуэтку — Дварфа верхом на спине ящерицы.

Очевидно, гномы обладают выдающимся мастерствов. Мм, я хотел бы иметь такие навыки… Интересно, если я мог бы переделать аватары? Если бы я мог, я бы смог сделать что-то лучше после практики? — на порядок.

Аинз решил обратиться к Зенберу, который, казалось, явно здесь неуместен.

— Зенбер, сопроводишь нас ещё немного.

— Ах, Ваше Величество, я хотел бы остаться здесь, если вам угодно. Откровенно говоря, сама мысль о разговоре со столь великими людьми вызывает головную боль.

Странный поворот фразы. Он отличался от того, что было во время поездки. Возможно, он изменился так, как он и говорил, потому что он пришел к Королевству Дварфов.

— … Вы надсмотрщик племени, я прав?

— Шалти-сама, можно быть хорошим или плохим в различных аспектах. Кроме того, я буду чувствовать себя плохо, если я буду отягощать Его Величество.

Аинз понял то, что Зенберу имел ввиду, тем не менее покачал головой.

— Нет, я возьму тебя с собой. Если что-то случится, я не смогу защитить вас, если вы слишком далеко. Не думаю, что там на самом деле будет какая-либо опасность, но беспечность удел глупцов. Все, в чем можно быть уверенными, так это в том, что мы вполне можем оказаться прямо на ладони противника. Помните это всегда.

— Да! Я выжгла это в своём сердце!

Даже если Аинз не чувствовал, что гномы могли нанести вред кому-то, кто спас их страну, он помнил это повторяя из соображений безопасности.

"Что это? Шалти сегодня так чётко отвечает. Что-то случилось?"

— Ах, ваше Величество… Что я должен делать?

— Хм? Ну, честно говоря, от тебя требуется лишь слушать, Зенбер. Что бы не случилось, не вступай в сражение.

Айнз кивнул в ответ на утвердительный жест Зенбера.

— Отлично. Итак — Аура, Шалти, не могли бы вы осмотреть мою одежду и убедиться, что всё в порядке?

Посланный проводить их дварф-солдат явился как раз тогда, когда они закончили осматривать облачение Айнза и своё собственное.

* * *

Айнза проводили в комнату, где ждали несколько дварфов.

Айнз вышагивал выпятив грудь, в своём блистающем облачении. Он держал спину прямой как шомпол, высоко поднял голову и нёс себя как настоящий король. Сзади его озаряло мягкое сияние ауры мрака, заменяющее одеколон. Наверняка никто не сочтёт его облик неподобающим после стольких приготовлений.

У талии он держал магический посох как заменитель скипетра. Посох был заряжен заклятьем первого уровня, но так как использовать его Айнз не намеревался, проблем быть не должно.

Осматривая себя, Айнз нашёл свой облик несколько неподходящим для дружественных переговоров, но и Аура и Шалти дружно хвалили его одеяние.

Проблема в том, что они обе, вероятно, слишком высокого мнения о Айнзе, так что он не испытывал особой уверенности, опираясь на их мнение.

Так что Айнз поинтересовался мнением Зенбера.

Немного помявшись — вероятно, услышав вопрос на тему, в которой ничего не смыслил — Зенбер ответил что-то в роде "Ваше одеяние, несомненно, поразит любого, кто удостоится чести лицезреть его". И Айнз, положившись на этот отзыв, пришёл сюда.

Впрочем, встречавшие его дварфы бледнели, в их позах сквозила тревога. Это, разумеется, тоже подобающая реакция при виде короля.

— Объявляю о прибытии Его Величества, Короля Заклинателя!

Он мог слышать дварфа диктора с другой стороны двери.

Когда дверь открылась, Аинз вошел в палату.

Она выглядела как конференц-зал, в ней находилось восемь дварфов.

Впрочем, он узнал их имена, должности, внешний вид и особенности от главнокомандующего.

Был Первосвященник Земли, который управлял всем что относилось к магии, будь то божественные заклинатели или даже заклинатели тайной магии.

Был Кузнечный мастер, который контролировал всю продукцию, получаемую из кузниц.

Был Главнокомандующий, который привел их сюда. Он был ответственен за все вопросы связанные с военными действиями и безопасностью. Однажды он командовал многими дварфийскими солдатами, но тот факт, что он сейчас имеет в распоряжении менее ста человек делал из его титула шутку.

Был Управляющий пищевой промышленостью, занимающийся производством продуктов питания и других отраслей промышленности, которые не касаются кузниц.

Был генеральный секретарь, который отвечал за все, что не подпадает под юрисдикцию других лидеров.

Был мастер пивовар, который был в этом Совете, потому что должна быть позиция руководства по любимому занятию дварфийского народа алкоголя.

Был мастер пещер и шахт, у которого было много власти в этом городе из-за его влияния в сфере строительства шахт и добыче природных ресурсов.

Еще, там была организация под названием Гильдия торговцев, но из-за отсутствия купцов и торговли в целом, на Гильдмастера Торговой гильдии теперь пала ответственность за иностранные дела.

Это были все восемь из них.

Айнз медленно окинул всех взглядом. Семеро из них смотрели на него. Последний из них — главнокомандующий — вместо этого, имел усталый вид лица, его глаза встретились с глазами Аинза.

Аинз притворялся совершенно спокойным, но его сердце было в состоянии хаоса.

"Эй! Я даже не могу отличить одного от другого! У кого-то, может, бороды чуть покороче других, но по большому счёту одинаковые! Он обманул меня? Нет, наверное, так ему показалось. Что же делать?"

В памяти Зенбера все дварфы были на одно лицо, и поначалу Айнз решил, что людоящер просто не научился их различать. Он даже подумал тогда, что Зенберу стоит поработать над способностью узнавать лица. Однако, дело было не в этом.

"Прости, что сомневался в тебе, Зенбер. Ты с самого начала говорил правду"

В этом мире, к давнему сожалению Айнза, нет обычая при знакомстве обмениваться визитными карточками. Ощутив это же сожаление и сейчас, он собрался с духом.

Сейчас ему предстоит уже повторявшееся несколько раз до этого представление. В присутствии двух Стражей и подчинённого его подчинённого. Нельзя ударить в грязь лицом перед ними.

"…Если бы я только не взял их с собой…"

Ну, впрочем, поздно сожалеть. Карты розданы.

И всё же… пока он настраивал себя, дварфы не пытались в свою очередь начать диалог. Уже прошла минута с тех пор, как он прибыл, но никто не произнёс ни слова.

" Что происходит? Деловой этикет в таких случаях требовал бы, чтобы сотрудники компании представились гостю, верно? Может, попросить главнокомандующего представить меня?…Или начать разговор самому? Я не слишком-то разбираюсь в дипломатическом этикете, не хочу показаться неотёсанным"

Согласно дипломатическому этикету, нижестоящие не должны напрямую обращаться к королю. Для этого нужно какое-либо разрешение. Иначе говоря, король неприкосновенен. Если Айнз заговорит первым, не будет ли это проявлением слабости?

Он всмотрелся в дварфов. Да или нет?

"Впрочем, вряд ли кто-то отнесётся ко мне пренебрежительно, учитывая положение их страны и совершённые мной действия. А если попробуют, я могу просто сказать что не желаю вести переговоры с этой кучкой фигляров"

Решившись, Айнз решил сделать первый ход.

— Я — правитель Колдовского Королевства, Король Заклинатель Айнз Оал Гоун.

Дварфы резко пришли в движение, словно кто-то нажал выключатель.

— М-мы несказанно рады приветствовать вас, о владыка Колдовского Королевства, Ваше Величество Айнз Оал Гоун. Не желаете ли сесть? А вон там может разместиться ваша достопочтенная свита.

Айнз кивнул, и позволил проводить себя к тому, что мысленно назвал местом именинника. Он величественно уселся, многократно отрепетированными движениями. Шалти, Аура и Зенбер сели сзади.

— Тогда, нам следует представиться. Первым делом, в моей стране я —

И так, Дварфы назвали свои имена.

Открытие кажется прошло без заминок, но Айнз не мог сдержать беспокойства.

Просто держать в уме восемь их имён уже само по себе сложно. А суметь ассоциировать имя и титул с лицом каждого из них было целым испытанием.

Запомнить имена было довольно просто, но добавление титулов к ним было для него не легко. Мысли вроде "это Хозяин Пещер и Шахт или Хозяин Шахт и Пещер" делали всё только хуже.

Тем не менее, Айнз сумел запомнить их. Он не смог бы этого сделать если бы не расспросил о них главнокомандующего.

— Пожалуйста позвольте нам поблагодарить Вас от имени этого государства. Без Вашего Величества, страна была бы уничтожена.

Эти слова были сказаны Хозяином Пещер и Шахт. Все присутствующие Дварфы кивнули в ответ.

Члены Совета вероятно возглавляют его по очереди, и в этот раз лидер должно быть Хозяин Пещер и Шахт.

— Не обращайте внимания. Спасать кого-то в беде это просто здравый смысл.

— Ваше Величество поистине великодушны. Мы несомненно окажем Вам всю помощь, на какую способны, если у Вас возникнут какие-либо неприятности. Тем не менее, я боюсь мы мало чем можем помочь великому правителю, кто руководит войсками спасшими всю нашу нацию от исчезновения с помощью лишь двоих из них.

— Это совершенно не так. Моя страна безусловно могущественна в плане военной мощи. Однако, в ней много несоответствий в других сферах. Я буду очень признателен если вы сможете обеспечить мне поддержку в этих аспектах.

— Вот как. Мы будем рады быть полезными Вашему Величеству — Колдовскому Королевству. Тем не менее, перед этим, мы надеемся Ваше Величество назовёт нам причину Вашего визита в нашу страну, если будет угодно. Главнокомандующий уже известил нас, но мы хотели бы услышать это из Ваших уст.

Хозяин Пещер и Шахт слегка прищурил свои глаза.

Мы увидим сквозь любую ложь. Его непоколебимая решительность была очевидна.

"Я не могу ждать что они все будут доброжелательны по отношению ко мне… ну, учитывая разницу в силе наших наций любой был бы осмотрителен."

Это относится и к Айнзу. Если бы топовая гильдия ИГДРАСИЛЯ — Серафим — предложила бы предмет Мирового-Класса и попросила вести переговоры, Айнз также заподозрил бы в этом какую-то ловушку.

Поэтому, он не был недоволен реакцией Дварфов.

— В первую очередь, я хотел начать дружеские отношения между нашими странами. И тогда, я хотел бы заниматься торговлей.

— Вот как.

— Я слышал от одного из ваших граждан, что ваши основные продукты питания составляют грибы и мясо, я не ошибаюсь? Я кое-что припоминаю о фермах у подножия горы, где вы выращиваете овощи, но очевидно количество и разнообразие весьма малы. Моя страна может поставлять свежие овощи и — а алкогольные спиртные напитки людских королевств и Колдовского Королевства вас не заинтересуют?

Упоминание алкоголя заставило глаза Дварфов засветиться. Это была очень искренняя реакция.

— Я также слышал что эта страна ведёт торговлю с людьми на востоке, но не в какой-либо значительной степени.

— Именно. В настоящее время торговлей занимается от силы два десятка дварфов. Так что мы сейчас разрабатываем магический мешок, в который можно поместить неограниченное количество товаров.

Этот ответ дал Глава (гильдмастер) Торговой Гильдии.

— Понятно. Насколько я знаю, караванов очень мало из-за опасностей путешествия через горы?

— Так и есть.

, - ответил другой дварф.

— Мы не можем перевозить много грузов по труднопроходимым и опасным горным тропам. Кроме того, чем больше группа, тем больше риск быть замеченными. Есть много монстров, нападающих невзирая на количество жертв. В частности, очень трудно отбить нападения с воздуха.

И правда, для обычной торговли здесь требуются невероятные усилия. Империя сводила торговые контакты с дварфами к минимуму именно из-за сложности получения хоть какой-нибудь прибыли. Однако, именно поэтому Колдовское Королевство и является столь привлекательным торговым партнёром.

К сожалению, единственным заметным экспортным товаром, которым может похвастаться Колдовское Королевство, является нежить. Впрочем, в Королевстве Дварфов отличным спросом будет пользоваться даже самая обычная еда.

"Какой замечательный торговый партнёр"

Айнз, хищно усмехнувшись в глубине души, задал вопрос.

— В таком случае, я ещё более рекомендую вступить в дипломатические отношения со мной — с Колдовским Королевством, и импортировать наши пищевые продукты.

— …Мы ещё не поинтересовались точным расположением Колдовского Королевства. Сможем ли мы сами перевозить к вам наши товары?

— Для ваших торговцев это будет довольно-таки опасным предприятием. Я считаю, что моя страна должна первой обеспечить подобающий торговый путь, чтобы ваши люди могли безопасно доставлять товар. Когда это произойдёт, телеги и повозки смогут свободно перемещаться с грузом. Разумеется, запряжены они будут не какими-то хрупкими животными вроде лошадей, но иными вьючными зверьми.

— Неужели… нежитью?

— с искажённым отвращением лицом спросил один из дварфов.

Насколько помнил Айнз, он представился Кузничным мастером.

— Совершенно верно. Я предлагаю использовать повозки, движимые нежитью, способной защитить себя и никогда не устающей. Это станет прекрасным средством передвижения. Честно говоря, в моей стране уже используются такие, и жители очень довольны. Кроме того, в использовании нежити есть и другие преимущества…

Кузничный мастер оборвал пустившегося в оживлённые разъяснения Айнза:

— …Но разве нежить не враждебна всему живому?

Айнз мысленно надулся, но ответил твёрдо и уверенно:

— Да, многие подумают такое о обычной нежити. И, честно говоря, будут правы. Нежить ненавидит всех живых и нападает на них при первом же случае. Однако!

Айнз произнёс это слово с особым напором.

— Под моей неперекаемой властью нежить Колдовского Королевства не доставит никаких проблем. Вы можете быть совершенно спокойны на этот счёт.

Кузничный мастер поджал губы. Похоже, он ни на грош не верит Айнзу.

У него, наверное, какая-то травма из прошлого, может, его семью убила нежить, или что-то в этом роде. Раздумывая об этой возможности, Айнз разыграл один из своих козырей.

— Кроме того, моё государство может поставить рабочую силу.

— Рабочую силу?

— Во время моего путешествия я поговорил с одним из ваших граждан, которого спас от кваготов…

Айнз сделал это ненамеренно, но и не по чистой случайности, так что решил представить всё так, словно оказывал дварфам услугу.

— …И услышал от него о работе на ваших шахтах. Хотя этим и заняты дварфы-шахтёры, нежить вполне может справиться с такой задачей.

— Что? Неужели им такое под силу?

Мастер Пещер и Шахт вытаращил глаза, заглотив наживку.

— Разумеется. Я уже проводил такой эксперимент в человеческих государствах, и весьма успешно. Фактически, хозяева той шахты даже захотели арендовать дополнительную нежить.

Он слышал это от Альбедо, когда, беспокоясь, решил поговорить с ней через [Сообщение], так что его слова не были ложью.

— Так вы делали такое в государствах людей…

Пробормотал Мастер Пещер и Шахт, словно поражённый.

— Полагаю, вашей стране известны некоторые особенности нежити…

— М-м, ну, в общих чертах…

Айнз, обращаясь к Первосвященнику Земли, повысил голос.

— Значит, надеюсь, мне нет нужды распространяться о причинах, по которым из нежити получаются прекрасные работники?

Дварфы переглянулись и заговорили по очереди.

— Мы понимаем, куда вы клоните, Ваше Величество. Если бы мы могли быть уверены в своей способности контролировать нежить…

— Возможность высвободить рабочую силу, задействованную в шахтах, несомненно, весьма привлекательна…

— Однако…

Это "однако", вероятно, предваряет их сомнения в том, можно ли и в самом деле доверять нежити. Разумеется, им неуютно при мысли менять тот образ действий, которому они следовали до сих пор.

По большому счёту, Айнз лишь рекламирует товар своей фирмы, не пытаясь по-настоящему протолкнуть сделку. Но, разумеется, если дварфы согласятся приобрести труд нежити, он будет очень рад.

— Что ж, я всего лишь хотел сказать что могу предоставить таких рабочих. Я понимаю ваше недоверие к нежити…

— …Ваше Величество, сначала я хотел бы задать вопрос касательно нежити. Сможем ли мы приобрести их в качестве оборонительных сил?

При вопросе главнокомандующего остальные дварфы зашумели.

— Главнокомандующий, полагаться на вооруженные силы другой страны для защиты собственной слишком рискованно!

— Я знаю. Однако, нежить Колдовского Королевства необычайно сильна. В её присутствии нам не страшна никакая атака кваготов. Они могут быть очень полезны в качестве последней линии обороны. Самый важный вопрос, который должен занимать нас — это вопрос безопасности нашей страны. Теперь, лишившись крепости, мы первым делом нуждаемся в силе.

— И всё же, разве вы не считаете, что позволять другой стране взять нас за горло — ещё опаснее?!

— Я же говорю вам, сейчас не время спорить об этом!

Кузничный мастер и Главнокомандующий уставились друг на друга.

— …Хватит пока об этом. Обсудим этот вопрос в нашем кругу. Это не то, что мы можем обсуждать в присутствии Его Величества, проделавшего такой долгий путь к нам. Простите нам эту бестактность, Ваше Величество. Наш спор вызван привлекательностью вашего предложения, и мы будем очень благодарны, если вы милостиво извините нас…Итак, если вы позволите узнать, что Ваше Величество желает получить от нашей страны? Боюсь, нам практически нечего предложить вам.

— Ну конечно же есть. Первым делом я желаю получить руду. Запасы моей страны ограничены.

— …Понятно, — улыбнулся Главный Торговей, — Так вот почему вы предложили использовать как шахтёров нежить. Так мы сможем добывать руду в больших количествах, и образуется огромный её избыток. Иначе говоря, вы хотите снизить цену руды. Это так?

Айнз вовсе не планировал так далеко, но всё же кивнул, словно так всё и было.

— Совершенно верно. Вы разгадали мои намерения.

Дварфы понимающе забормотали.

— Также я желаю получить оружие и доспехи, выкованные в кузнях вашей страны. Я слышал, что дварфы создают оружие высочайшего качества.

Все, кого спрашивал Айнз, сходились на этом как на непреложном факте.

Тем не менее, плавленое оружие и доспехи стоили дороже. Если они начнут покупать оружие у дварфов то количество оружейников в Колдовском Королевстве уменшиться. Если существует четкая технологическая разница между этими двумя странами, было бы лучше, улучшать технологию собственной нации, а не предпринимать глупое действие покупки большого количества превосходящего оружия и доспехов.

Тем не менее, если не будет никакой конкуренции, кузнецы в пределах Колдовского Королевства не станут оттачивать свои навыки. Оружие и доспехи, приобретенные у дварфов могут послужить положительным стимулом к этому.

Конечно, было много способов справиться с этим, например, путем сбора пошлин и тому подобного. Надо было удостовериться, чтобы гномы могут зарабатывать деньги, а не только постоянно импортировать свои товары, что являлось еще одной головной болью.

Простейшим решением будет переложить все эти вопросы на Альбедо и Демиурга. Тем не менее, у Аинза были свои соображения на этот счет.

Его план состоял в том, чтобы поставки ограничивались только недавно основанной Гильдией Искателей приключений, или брать их в аренду для приключенцев.

Низкие цены будут очень привлекательными для искателей приключений, помогая тем самым оставаться в живых что также приносит пользу Колдовскому Королевству. Если они смогут продать старые товар по низкой цене, в то же время, они смогут увеличить показатели выживаемости приключенцев.

— Пока мы не можем поблагодарить Ваше Величество за то что поделились этим с нами, это вопросы, на которые нельзя ответить немедленно, в частности, вопрос о военном снаряжении. Не могли бы вы дать нам некоторое время, чтобы обсудить это?

— Конечно. Обсуждайте, пока вы не прийдете к единому мнению. Я не буду расстраиваться, даже если мы не сможем начать торговлю немедленно. Мои собственные подчиненные уже оснащены высококлассной экипировкой. Я просто хочу, приобрести оружие и броню для моего народа.

Хорошо, подумал Аинз.

Это был решающий момент. Пришло время для завершения цели своей прибытия в этот город.

— Должны ли мы обсудить вопрос о кваготах?

Напряженность немедленно повисла в воздухе.

— Реакция на вторжение кваготов была просто личным решением. Верно, главнокомандующий?

— Верно.

— Однако, что бы случилось, если бы я не был неподалеку?

— Если бы Вашего Величества не было рядом, мы должны были бы полагаться на одни ворота, чтобы блокировать продвижение противника. После падения ворот, нам бы пришлось мобилизовать граждан для участия в решающем сражении в пределах города, чтобы выиграть время для побега детей. Я полагаю, вот что было бы в этом случае.

У всех дварфов были горькие выражения на лицах.

Возможно, это было связано с докладом главнокомандующего, но полное отсутствие возражений и контраргументов говорил о превосходстве над всеми здесь.

Здесь не было никого, кого бы вел идеализм, эмоции или личная выгода. Если бы здесь был кто-нибудь из таких, особенно, если он обладал властью или влиянием, он бы бесцельно тратил время, прежде чем даже основы были завершены, болтал, пока встреча не будет закончена. Тот факт, что тут не было никого подобно, уже был достоин похвалы.

— Тогда, пожалуйста, объясните мне более подробно. Что бы это решающее сражение повлекло за собой?

— Трудно ответить, потому что мы не знаем о военных силах противника. Тем не менее — если предположить, что там около 1'000 кваготов — мы были бы в отчаянном положении. Отбиваться от них было бы очень трудно, и все чего бы мы достигли ослабление нашей страны из-за потери ресурсов и рабочей силы.

Как всё дошло до такого, пробурчал главнокомандующий.

Возможно, дело в том что крепость у Великого Разлома была слишком сильна. Дварфы уверились, что крепость неприступна, и стали беспечны.

Айнз тоже так считал.

Ему уже довелось отведать горький плод беспечности — то, что случилось с Шалти.

— У нас в рукаве был лишь один туз, так что когда его побили, мы встали на грань гибели. А значит, нужна ещё одна козырная карта — мощь Вашего Величества.

Айнз поднял руку, обрывая собравшихся заговорить дварфов. Главнокомандующий, возможно, и сумел захватить инициативу, но Айнз ещё не закончил.

— На время кваготы отброшены, но Фео Джира ещё не в безопасности. Вот моё мнение.

На лицах дварфов застыло кислое выражение.

Убедившись, что всем понятна его мысль, Айнз решил воспользоваться моментом.

— Без меня вам будет очень трудно отбить следующее нападение кваготов. Даже для меня будет не слишком-то приятно, если страна, с которой я собираюсь начать торговлю, будет уничтожена. Так что вы скажете? Вы согласны использовать мою силу? Учитывая мощь моей страны, я смогу гарантировать вашему Королевству безопасность… Да. Например, я мог бы помочь вам вернуть гнездо кваготов — бывшую столицу дварфов.

Воздух, казалось, дрогнул.

Необычная реакция.

Мастер Шахт и Пещер облизнул губы.

— Ваше Величество, вы хотите сказать, что это возможно?

— Если я как следует подготовлюсь, то да, конечно.

Кузничный мастер скрестил руки на груди и уставился на Айнза.

— …Это звучит слишком привлекательно. С чего бы вам так помогать нам? Чего вы от нас хотите?

— Эй, что ты себе позволяешь!

Кузничный мастер лишь фыркнул в ответ на упрёк одного из своих коллег.

— Это как размахивать бутылкой вина перед носом незнакомца. Вы что, правда думаете, что тут нет никаких скрытых мотивов?

— Нгг!

— Ваше беспокойство понятно. Позвольте мне ответить прямо. Одна из причин — я считаю, что выгоднее будет установить дипломатические отношения с вашей страной, а не с кваготами. Полагаю, вам, любезным правителям этой доброй страны, известны концепции здравого смысла и долга, и вы понимаете, что находитесь в долгу у меня. Далее — рассмотрим конфликт, одна сторона которого вот-вот победит, а другая — вот-вот проиграет. Которая будет более благодарна мне за помощь?

— М-м. Вот оно что.

— Кроме того, я предпочёл бы чтобы благодарность выражалась не в словах, а вещественным образом. И это подводит нас ко второй причине.

— Понятно, значит, дело в оплате. Вы хотите золота, или драгоценные металлы, или редкие минералы? Или вам также нужны права на добычу?

Разумеется, хотел было сказать Айнз, но сумел сдержаться.

— Нет, мне нужно нечто другое. Я хочу нанять кузнецов рун для работы в моей стране.

Дварфы синхронно моргнули.

— Что? Я сказал что-то непонятное?

Кузничный мастер нахмурился сильнее остальных.

— …Дело в том, что рунное оружие и рунные доспехи очень редки в соседних с Колдовским Королевством государствах. Я же нахожу их очень ценным приобретением. Иначе говоря, они крайне ценны. Так что я решил нанять кузнецов рун и поручить им производство рунного снаряжения для моей страны.

— Вы возьмёте их в качестве рабов?

В ответ на вопрос Кузничного мастера Айнз преувеличенно громко вздохнул.

— Я не сделаю ничего подобного. Вы что, не слушали меня? Я сказал, что хочу установить дипломатические отношения и вести торговлю, разве нет? Вы и правда думаете, что я стал бы порабощать граждан дружественного государства?…Честно говоря, я несколько разочарован. Я всего лишь хотел нанять кузнецов рун и предоставить им работу в моей стране.

— Раз так, может, вас удовлетворит наивысший приоритет при поставках рунного снаряжения?

— …Нет. Этого недостаточно. Если вам нужна моя военная помощь, то вы должны позволить кузнецам рун работать в Колдовском Королевстве, и согласиться с нашей монополией на продажу их продукции. Вот какой платы желает моя страна в обмен на возвращение вашей бывшей столицы. Когда вы дадите мне ответ?

Дварфы переглянулись.

— Ясно. Возможно, завтра…

— Это может вызвать определённые неудобства, — вмешался главнокомандующий, — Давайте не будем забывать, что над нашим городом по-прежнему нависает угроза вторжения кваготов. Даже если Его Величество согласится выступить против них, ему может потребоваться время, чтобы собрать силы. Учитывая это, мы не можем позволить себе тянуть до завтра. Нужно дать ответ незамедлительно.

Айнз обвёл взглядом дварфов.

— Решать вам. Однако, если ситуация поистине так тяжела, как описывает главнокомандующий, то я также могу столкнуться с определёнными трудностями при выполнении того, что предлагал ранее. Если положение ухудшится, то мне придётся добавить дополнительные условия. В конце концов, за срочную работу и плата выше.

— М-м. Главнокомандующий прав, и слова Вашего Величества весьма разумны. Итак, Ваше Величество, простите за неудобство, но не могли бы вы снова подождать в том помещении, где были недавно? Мы хотели бы как можно скорее придти к соглашению.

— У меня нет возражений. Я подожду там.

С этими словами Айнз встал, и вышел в сопровождении своих подданных.

* * *

После отбытия Короля-Заклинателя в комнате повисло молчание. Наконец, кто-то выдохнул, развеивая висящее в воздухе напряжение.

— Что, что, будь я проклят, это было?!

— Невообразимый монстр! Главнокомандующий, у меня от него волосы дыбом. Это поистине владыка страха.

— Я чуть штаны не обмочил!

Все дварфы завопили разом. Они выплёскивали всё то, что так долго сдерживали их напряжённые нервы.

— Что нам делать? Он само зло во плоти. Если хоть слово из того, что он сказал, правда, я крышей двинусь со страху.

— Как кто-то, излучающий такую злобу, может быть настроен доброжелательно? Только взгляните на него, сколько душ он загубил на своём веку?

— М-м-м. Должно быть, он убил стольких, что и сам не сможет вспомнить. И подумать только, такое нагоняющее жуть лицо может произносить настолько логичные вещи.

— Он наверняка собирает снаряжение для какого-то вторжения. Для своего войска тьмы!

— А ещё я не могу вынести то, как легко понять его слова и согласиться с ними. Он словно дьявол, способный уговорить нас продать свои души логичными доводами.

Все были единодушны в желании отвергнуть предложение Короля-Заклинателя. Большинство их сошлось на том, что словам нежити нельзя доверять.

— Однако, предложение Его Величества очень привлекательно. Для начала, наша страна погибнет если мы не сделаем что-либо с угрозой кваготов. А спасти нас может лишь Король-Заклинатель.

Лишь главнокомандующий высказал противоположное мнение.

При его словах остальные дварфы сморщились, словно откусили от горького червя.

— Позвольте мне удостовериться вновь. У нас совсем нет возможностей справиться с Кваготами только своими силами?

— Таких возможностей нет. С помощью Короля Заклинателя у нас будет возможность вернуть форт, но в целом нам предстоит сделать гораздо больше. Прямо сейчас, всё на что мы можем надеяться — это возвращение форта. Не прибудь сюда Его Величество, Кваготы могли бы уже заполонить город к этому моменту.

— Если Король Заклинатель сказал правду, тогда Кваготы обнаружились ещё и в Фео Ланса.

Дварфы схватились за головы.

— … Что если мы позаимствуем силу Короля Заклинателя, а затем притворимся что ничего не знаем об этом?

— Это лишь разгневает этого монстра. Даже я был бы не рад на его месте. В конце концов, мы окажемся теми кому есть дело лишь до одолжения военной силы для их собственной выгоды и всё в таком духе.

— И всё же, время для всего этого было слишком удачным для совпадения. Может быть Король Заклинатель тянет за ниточки за сценой?

— Очень похоже на то, но у нас нет доказательств. Всё что мы можем лишь догадываться.

— Здесь важно то, что Король Заклинатель выбрал нас, а не Кваготов. Если мы рассердим его, мы затянем петлю на своих шеях. Пытаться наводить о нём справки тоже будет слишком опасно.

— … А Король Заклинатель выпивает?

— Ты думаешь что он может?… Полагаю нельзя доверять тому кто не пьёт, в конечном итоге.

— Тем не менее…

В воцарившейся тишине Глава Торговцев заговорил.

— Я верю что мы можем принять всё что говорит Король Заклинатель. Это всё совершенно логично. Я бы на его месте сделал то же самое, выбирая Дварфов а не Кваготов.

Если он возглавляет армию, которая с лёгкостью может истребить Кваготов, то помощь Кваготам перебить Дварфов не принесёт ему много пользы.

— Он сказал что хочет одолжить нам работников-нежить. Разве не было бы более выгодно забрать шахты себе?

— Ну, не было бы смысла брать нас в качестве рабов… Разве что, мы ведь знаем горы, так?

— Вот оно что. Похоже так и есть. Он полагает что исследовать шахты самостоятельно будет очень проблематично, поэтому он позволит нам добывать руду. Тогда он даст нам хорошенькое ожерелье чтобы угодить нам, так?

— … Тем не менее, после разговора с Королём Заклинателем, у меня возникло чувство что всё будет в порядке до тех пор, пока мы будем торговать с ним. Другими словами, он не намерен эксплуатировать нас иначе как для торговых сделок?

— В таком случае, я могу понять почему он предложил такой щедрый гонорар. И всё же, не будет ли правильно согласиться с его предложением?

— Почему ты это спрашиваешь?

— Потому что мы можем помочь друг другу. До тех пор пока Король Заклинатель хочет получать руду, он будет защищать нас. В этом смысле, мы можем думать о Короле Заклинателе, как о торговце с огромным аппетитом до пива.

Основное мнение сместилось со "с ним опасно иметь дело" к "мы будем в безопасности до тех пор пока имеем значение". Однако, по ходу этой перемены, один Дварф холодно сказал.

— … Вы действительно намерены быть миньонами этой нежити?

Все взгляды обратились на того, кто был решительно против с самого начала — Мастер Кузни.

— Это не вопрос добра и зла. Прямо сейчас, наша страна перед вопросом выживания. Если мы что-нибудь не сделаем с Кваготами, мы будем уничтожены в этом никаких сомнений.

— … И в одиночку наши силы не могут одолеть Кваготов.

— Тогда, как насчёт того чтобы обратиться за помощью к Империи? Мы заключали с ними сделки долгие годы. Разве это не будет безопаснее? Вы в курсе, что мы ничего не знаем о Короле Заклинателе.

— Даже если мы попросим Империю о помощи, у них нет и шанса против Кваготов. Они очень сильные соперники для любого кто использует оружие. Наиболее важно здесь то, что люди не могут видеть в темноте и не приспособлены к подземным сражениям. У них (людей) была бы возможность если бы мы выманили их (кваготов) на поверхность, но мы не в состоянии этого сделать.

— Тогда похоже заключить сделку с Королём Заклинателем наш единственный выбор. В любом случае, мы начнём с просьбы о помощи, и отложим торговые дела до того как увидим Колдовское Королевство. Что вы думаете?

— Возможно это безопаснейший способ осуществить это. Всё же, мы ведём с ними дела чтобы победить Кваготов, верно? Тогда, если мы не заключим с ними сделку, мы должны будем заплатить за оказанные услуги, так?… Я даже думать не хочу что за цена может быть названа за спасение страны.

Лица Дварфов были угрюмы.

— Полагаю что единственный способ спасти страну это принять его предложение. Это означает что нам придётся полагаться на силу Короля Заклинателя в течение следующих нескольких десятилетий.

Посреди ропота соглашения, Мастер Пещер и Шахт пробормотал что-то в духе, "Использование рабочей нежити означает что они смогут пройти через все эти десятилетия", но никто не обращал на него много внимания. Это было потому что ещё одно провозглашение достигло их ушей.

— Вы похоже забыли кое-что важное. Я против этого. Я никогда не позволю нашему народу пойти и стать его рабами!

— Рабами?

— Кузнецы рун!

— Король Заклинатель ведь уже сказал что они не будут рабами, разве нет?

— Правда?! Ты правда веришь тому что он говорит?!

С этим выговором, Дварф который спрашивал об этом опустил голову.

— Ои, верно. Мы не можем этого исключать.

Даже если все сказанное Королем Заклинателем было фактом, любой знающий "ненавидящую все живое нежить" не смог бы поверить ему.

— Значит, заложники?

— Нет. У него нет причин использовать кузнецов рун для этого. Вместо этого он мог бы просто потребовать членов нашей семьи.

— Тогда можем ли мы отказатьв предоставлении кузнецов рун, но вместо них предложить другую награду?

— … Если ли сокровища, способные изменить его мнение?

— Нет. Хотя, если вернуть столицу и её сокровищницу, мы возможно будем в состоянии заплатить ему её содержимым.

— Нет, он не согласится. Нам ведь нужна его сила, чтобы вернуть столицу, верно? Если мы дадим за это её же сокровища, что же ответить, когда он спросит: "А не вытащили вы это из города, что я вернул вам?" Неужели бы вы на его месте подумали, что это хорошая сделка?

— … Говоря откровенно, по мне было бы неплохо просто согласиться со всеми его предложениями.

Мастер-Кузнец вперился взглядом в Главу Торговой Гильдии.

— Рабы!!

— Это только ваше мнение! Король Заклинатель уже сказал, что не будет держать их рабами! Все, что нам нужно сделать, это отправить людей убедиться в этом, верно? И самое главное… Хотя это может показаться несколько грубо… искусство создания рун уже устаревшая технология. Учитывая, что оно может исчезнуть в любой момент, я не считаю серьезной потерей его передачу. Довольно низкая цена за то, что мы получаем в замен, не так ли? "

— Но мы же потеряем эту ветвь нашего производства, не думаете?

— Пусть даже и так, сейчас лучшее время продать его, верно?

— Я против этого!!

С пеной у рта прокричал Мастер-Кузнец.

— Это ли вывод логики без эмоций? Не надо так на меня смотреть.

— Я без понятия, откуда у вас столько доверия к Королю Заклинателю!!

В этот самый момент суровым тоном заговорил Главнокомандующий. Столкнувшись с кваготами в бою он понимал ситуацию этого города лучше кого бы то ни было. Поэтому ему не хотелось впустую тратить слова на бесполезные обсуждения и по той же причине он оставался в стороне, но конец пришел и его терпению.

— Оставим в стороне тему доверия, этот город непременно уничтожат, если мы не одолжим силу Короля Заклинателя. То что вы тут вытворяете — это отбрасываете наш единственный спасательный круг.

— Что ты там вякнул, молокосос!?

— Я отвечаю за обороноспособность города. И я говорю, что единственный способ как мы сможем защитить город, только силой Его Величества! Вы хотите уничтожения этого города? В противном случае покажите мне иной способ уничтожения кваготов, без использования его силы! Вы пережитки прошлого!

— Ты! Ты только что назвал этого монстра Его Величеством! Ты предал свою страну!?

Мастер-Кузнец схватил Главнокомандующего за грудки.

— Что за дермо ты сейчас несешь, ты старый дурак? Вы хотите бороться (сражаться)? Это нормально, обратиться к кому-то обладающего такой великой силой с позиции уважения! Вы знаете, он мог с легкостью уничтожить эту страну! Если вы говорите, что я предал эту страну (этот народ), то вы ставите под угрозу сохранность (безопасность) наших людей!

Глава собрания схватил за воротники и стукнул лбом главу кузнецов.

— Эй, одно дело быть не согласным, но не драться!

Остальные дварфы поспешно вскочили что бы растащить драчунов.

Тем не менее двое из них смотрели друг на друга так, будто бы готовились ко второму раунду.

— В любом случае давайте голосовать. Если кто-то не согласен, то (обсудим это) продолжим дискуссию позже. Это будет более конструктивным чем драка.

— Какие вопросы ставим на голосование?

— Во-первых позволим ли мы кузнецам рун отправиться в Колдовское Королевство, что-бы использовать силу Короля Заклинателя. Все кто за, поднимите руки.

Все кроме главы кузнецов подняли руки.

— Мм. Затем, должны ли мы наладить отношения (заключить союзный договор) с Колдовским Королевством и начать торговлю, те кто за поднимите руки.

Результат был такой же как и прежде.

— Понятно. Итак, голосование относительно предложений Короля-Заклинателя… Его Величества окончено. Извините, главнокомандующий, но не могли бы вы позвать Его Величество обратно?

Аинза и компанию вновь пригласили в зал Совета. Войдя, они увидели одного недовольного дварфа, пока остальные были преисполнены позитивом. Главнокомандующий видимо тоже был в своей тарелке.

Другими словами, всё сложилось так, как он и хотел. Айнз внутри улыбнулся.

— Пожалуйста, примите наши искренние извинения за то, что Вам приходиться постоянно ходить "туда-сюда". После обсуждений мы решили действовать так, как Ваше Величество и предлагает. Начнем с того, что мы вверяем Вашему Величеству все вопросы в отношении дислокации сил. После этого, мы будем развивать дипломатические отношения и начнём торговлю с народом Вашего Величества. Тем не менее, характер товарообмена и методы транспортировки потребуют дальнейших переговоров.

— Конечно. В любом случае, я должен незамедлительно предоставить вам военные силы необходимые для возврата крепости и препятствованию дальнейшему вторжению кваготов. Я направлю своего представителя чтобы уладить тонкости в международных отношениях в течение нескольких дней, после чего вы можете обсудить этот вопрос подробней.

Айнз вздохнул с облегчением.

Ему приходилось передавать задачи подобные этой (требующие определённые знания) Альбедо. К счастью, они не не настаивали о незамедлительном решении.

— Тогда, есть вопрос для Вашего Величества о плате за возвращение нашей столицы, речь, конечно, идёт о кузнецах рун, и их отправке в Волшебное Королевство. Тем не менее, мы хотели бы направить группу инспекторов в Колдовское Королевство, чтобы увидеть, в каких условиях будут работать наши коллеги, а также для обеспечения их благосостояния. Мы просим Вашего разрешения сделать это? "

— Конечно. Колдовское Королевство примет этих инспекторов.

Дварфы начали выглядеть гораздо бодрее.

Возможно, они намерены проводить инспекции на рабочих местах? Скорее всего, казалось, что они хотят видеть, придерживается ли Колдовской Королевство условиям трудового договора между двумя странами со своей стороны.

Как правило, трудовые договоры никогда не выполнялись. Тем не менее, я клянусь, что я не позволю никому в конечном итоге закончить как Хирохиро. Мне нужно составить договор с условиями, на которых дварфов будут уважать, пусть кузнецы рун сосредоточиться на развитии и тому подобном.

Аинз кивнул дварфам и их заботе о своих коллегах.

Нет, все это благодаря кваготам. Такая ситуация возникла только потому, что они захватили крепость. Если бы они не выбрали этот момент, чтобы атаковать нация Дварфов, события не развернулись бы так гладко. Вербовка кузнецов рун продвигалась бы дольше и более затратно. Мне уже почти жаль кваготов…

Долг платежом красен, в конце концов.

— Тогда, когда же Ваше Величество намерено начать перезахват Королевства Дварфов?

— Кхм… Как можно скорее.

Хотя это было маловероятно, что квагот который победил Рыцарей Смерти был игроком, он не может полностью исключать это не связано. Он должен был проверить это как можно скорее.

— Тогда, мы вверяем себя в ваши способные руки. Для нас дварфов, иметь возможность вернуть Фео Берканан, подобно исполнению мечты. Я уверен, что люди будут радоваться несравненной мощи Вашего Величества. Это может показаться наигранными, но эти слава идут прямо из сердца.

Другими словами, если я не верну им столицу, наши отношения сильно усложнятся. Не то что бы они пытались мне что-то навязывать, но звучит это очень эгоистично.

— Я понимаю. Тогда, я потороплюсь с подготовкой, — кивнул Аинз. Затем, ему на ум пришла одна мысль.

— И да, у меня есть одна просьба. Не знаю, затруднит ли это вас.

— И что это за просьба, Ваше Величество?

Нервно спросили Дварфы. Аинза смутило их запуганное отношение. Он не сказал ничего страшного для них. До сих пор волнуясь, сделал ли он чего-нибудь не того, он спросил:

— Я намереваюсь преподнести подарок некому Ящеру и я хочу обратиться к исключительному мастерству Дварфов для создания подходящего для него комплекта брони.

Позади него раздался резкий вдох.

— Все верно, Зенберу, — Аинз обернулся чтобы посмотреть на Ящера, у которого перехватило дыхание.

— Комплект предназначается Зарюсу. Можно сказать, это подарок по поводу рождения его ребенка.

Аинз заговорил об этом, потому что он намеревался сохранить Зарюсу жизнь. Он несомненно станет отцом многим необычным Ящерам в будущем. В этом случае дарить ему настолько хорошую броню было самым логичным.

Внимание Дварфов переключилось на Мастера Кузнеца.

Он сложил руки перед собой, все еще хмурясь на Аинза. Казалось будто он совсем этого не одобрял.

— Как насчет этого? Вы способны выполнить это?

После прямого вопроса и подталкиваний со стороны Дварфов, Мастер Кузнец наконец-то кивнул, но лицо просто светилось от нежелания.

— Какие требования будут к комплекту? Мы сделаем его на наши средства.

— Магическая броня, способная подгонять себя под своего носителя. Вы можете осуществить подобное зачарование здесь?

— Я не уверен в наших магических возможностях. По этому вопросу лучше обращайтесь к Высшему Жрецу.

— Самого обычного зачарования должно хватить. Вы ведь не против, Ваше Величество? Мне кажется, что в вашей стране зачарователи на голову выше, чем у нас…

На самом деле, у Магического Королевства опытных зачарователей было совсем немного. Зачарователи — это узкоспециализированные маги, и изначально они были связаны с гильдией магов. Однако гильдия магов Магического Королевства была расформирована.

В дополнение к этому, в Назарике использовался другой способ зачарования предметов, использующий кристаллы данных. Он хотел тратить их как можно меньше, учитывая что получать новые в этом мире было невозможно. Естественно, что никто в Назарике не умел зачаровывать предметы способами этого мира.

Другими словами, у Колдовского Королевства не было возможности зачаровывать магические предметы. Это говорило о том, что им было необязательно это знать.

— Если это будет нужно, я самостоятельно усилю уже наложенное зачарование. В любом случае, мне бы хотелось получить комплект брони из этого города. Он так же послужит отличным отображением навыков Дварфов для остальных.

— Хо, — глаза Мастера Кузнеца сузились: — Он будет готов меньше, чем за неделю.

— Впечатляюще. Это будет замечательно. До сего события я буду занят возвращением столицы. Если битва закончится до завершения комплекта, может даже оказаться, что мне придется ждать этого где-то в городе.

— Хммм. Тогда мне лучше начать прямо сейчас, нет?

Было ясно, что он имел ввиду не "Будет стыдно заставлять вас ждать." Это больше походило на "Я закончу работу настолько быстро, что у вас не останется времени блуждать по городу."

Почему он так меня ненавидит? Я же должен быть героем для этой страны, разве нет? Или же освободителем, вернувшим их столицу, так ведь? Я же ничего не сделал, чтобы заслужить такую ненависть… ведь правда? Может он просто старый упертый дурак?

— По поводу цены…

— Я ведь сказал, что мы сделаем этот комплект на свои средства.

— Это устанавливает цену в одной взятой сделке. Говоря о цене, я имею ввиду тот факт, что это законченный продукт и пример товара. Я хочу знать, сколько стоит такая броня чтобы я мог оценить, насколько затратно её производить.

— …Я не выставляю цены нашим товарам. Эй, Мастер Торговой Гильдии, это твоя обязанность.

— …Во-первых, нам нужно решить из какого материала будут доспехи. Это определённо повлияет на стоимость…

— Ах, что ж, это так, — ответил Айнз, пытаясь не показывать свое отношение, — …Тогда скажите мне, какой металл в этом городе самый дорогой?

Если всплывет название какой-либо призматической руды, Айнз может отказаться от нынешних намерений и подчинить Дварфов силой.

Однако, его тревога была напрасной.

Металл, о котором они заговорили был адамантит.

— Адамантит, да? Здесь нет ничего прочнее его? Нет даже более мягкий металл подойдет, если он довольно редок в этих горах.

Они не смогли ответить на этот вопрос.

Была вероятность, что информация была засекречена и они не могли открыто рассказать её Айнзу. Однако, спрашивать напрямую никак его не продвинет. Использование магии, чтобы заставить их говорить, оставит воспоминания об этом, так то если после этого их не удастся устранить, этот вариант не подходил ему. К сожалению, у него не было другого способа, кроме как спросить об этом в будущем.

Так как Гундо не мог дать ответа тоже, он мог лишь положиться на старших кузнецов рун.

Когда Айнз скрыл своё разочарование, он вынул из-под робы слиток.

— Тогда, мы предоставим металл. Просто скажите мне, сколько будет стоить изготовка.

Этот металл был уровня 45. Он был не слишком крепок, но гораздо прочнее адамантита.

Защитные способности Зарюсу невероятно бы увеличились, если бы он носил броню из этого металла. Их было бы достаточно, чтобы защитить его от большинства врагов этого мира.

— И это…

Судя по выражению лица Кузнечного Мастера, пока он осматривал слиток, Айнз был уверен, что он никогда не встречал такой руды.

— Бес…

Айнз прервал его перед тем, как он успел сказать "бесполезный". После всего, это было лишь сырьё для комплекта брони, котопый он поставлял Зарюсу. Он не мог сказать это, перед бронником, который принял бы заказ.

— Это хороший металл. У меня есть оружие из этого же материала. Один момент, пожалуйста.

Айнз поднялся и покинул комнату, перед тем как посмотреть в свой инвентарь.

После поисков, он вытянул нечто странное — один из видов оружия ИГГДРАСИЛя, который был разработан для появления в большом количестве — короткий меч. Затем он вернулся в комнату. Испуганные тем, что Айнз держал меч, Дварфы беспокойно заёрзали в креслах. Айнз положил меч на стол и подвинул его.

К счастью, он остановился прямо перед Кузнечным Мастером.

Он не стал сразу же брать короткий меч руками, но начал тщательно разглядывать его с испуганным видом. Кажется, меч показался ему подозрительным в чем-то.

— Как например этот. Это меч и я не знаю, сможете ли вы использовать его как пример для изготовления брони… Ну так что? Вы справитесь?

По какой-то причине, эти слова вызвали румянец на лице Мастера Кузнеца.

— Я-уж точно справлюсь, вот увидите!

Чувствуя сильную решимость в голосе Мастера Кузнец, Аинз кивнул.

— Тогда позаботься об этом. Мне хотелось бы увидеть кольчужный доспех, если это возможно. Я также одолжу вам эти короткие мечи; если у вас есть какие-то дополнительные запросы — не стесняйтесь называть их. Зенберу, ты должно быть более знаком с Зарюсу. Расспроси его о размере его тела и формах и обо всем подобном.

— Я понял, Ваше Высочество.

— Тогда это все, касательно моей просьбы. Если вас все устраивает, я отбуду.

— Ваше Высочество, могу я поинтересоваться, куда вы собираетесь идти?

— О-у, главнокомандующий. Здесь же живет Дварф из южного города, которого я спас, разве нет? Я был приглашен в его дом и я буду его гостем сегодня…Приветственную церемонию проведем позже, когда обстановка станет полегче.

Аинз просто не хотел смущать себя, а потому хотел избежать подобной церемонии. Конечно, вслух он этого не сказал.

Главнокомандующий выглядел слегка обеспокоенным.

— Я понимаю желания Вашего Высочества. Однако будет очень неловко, если спасителю нашей нации пришлось бы самостоятельно подбирать себе жилье. Мы уже подготовили высококлассную комнату для вас может, вы предпочтете отдохнуть в ней?

Аинз задумался над этим предложением. Слова главнокомандующего были понятны и логичны, не было ни одной причины отказать.

— Тогда так и сделаем. Я посещу Гондо — Дварфа, что привел меня сюда, и извинюсь перед ним за ожидание.

Аинз надеялся, что больше его не будут задерживать. Кажется, у главнокомандующего и других Дварфов не было возражений.

Вошёл ещё один дварф. Ещё один кузнец рун. В этом городе осталось немного тех, кто ещё называет себя так, и этот — один из них.

Король-Заклинатель снабдил Гондо кое-чем, а Гондо, в свою очередь, раздал это знакомым кузнецам рун. Результат превзошёл все ожидания. Ещё не подошло назначенное время, а девять десятых кузнецов уже собралось в его мастерской, совмещённой с исследовательской лабораторией. Не приходилось сомневаться, что оставшиеся также вскоре подойдут.

— Сюда!

— О! Гондо! Я пришёл!

Лицо подошедшего дварфа пылало предвкушением.

— Ну, давай, давай сюда, что обещал!

Который за сегодня раз он уже слышит эти слова? Гондо, хотя и находя их раздражающими, успокаивал себя мыслью о том, что это тоже разновидность работы, и ответил дварфу то же что и остальным до него:

— Король-Заклинатель хочет кое-что сказать вам всем. Потом получите обещанное.

— Что?

— Я же говорил, разве нет? До того, как дал тебе ту маленькую бутылочку. Его Величество скажет речь, и после того как он закончит, ты получишь большую бутыль.

— Хм, ну, да, что-то такое припоминаю…

— Отлично, если понял, садись вон там.

— Ага… А ещё, эм, Гондо. Ещё одно, пожалуйста…

Гондо уже не нужно было дослушивать вопрос, чтобы знать о чём он. Каждый из кузнецов спрашивал об одном и том же.

— Такое вино есть лишь у Его Величества. Понятно? Ты понимаешь, что такое вино можно раздобыть лишь в его стране?

— М-м, мхм. Да. Этот вкус, словно радость растекается по рту… Скользит по горлу махом, и чуть ли не выжигает желудок…

— Мхм. Так, если понял, просто садись вон там.

Гондо подтолкнул погрузившегося в грёзы наяву кузнеца в нужном направлении.

— Да ладно тебе, оставь. Ты же пробовал, так ведь? Ты же понимаешь, что я чувствую, разве нет?

— Даже не прикасался. Я не любитель выпивать.

— Да ты просто зря проживаешь свою жизнь! Четыре пятых её проходит мимо тебя!

— Да, да, да, а теперь садись уже. Видишь, они все пробовали это вино, можешь поделиться впечатлениями с ними.

— О-о-о! Правда?!

Кузнец возбуждённо сорвался в бег, и вдруг остановился. И обернулся на Гондо. Большинство делало и это тоже.

— Слушай, Гондо.

— Всё хорошо. Не беспокойся обо мне.

— Правда? Но…

— Всё хорошо. Так что…

— …Понимаю. Но просто запомни вот что. Если понадобится помощь, ты всегда можешь на меня положиться.

Произнеся это, кузнец сел с остальными, включившись в их оживлённое обсуждение радостей алкоголя.

Гондо вздохнул, его сердце чуть заныло.

Король-Заклинатель Айнз Оал Гоун снабдил Гондо неким предметом, призванным помочь собрать кузнецов рун.

И этим предметом было вино.

Гондо не пьёт, но никакой дварф не устоит перед вкусом прекрасного вина. Так что раздразнив их аппетит небольшой порцией и пообещав большую бутыль впоследствии, они наверняка смогут собрать примерно половину кузнецов. Вот что сказал Король-Заклинатель. Однако…

Похоже, свободных мест не осталось.

Гондо вздохнул. Ему было не по нутру прибегать к таким низким трюкам. Сам он предпочёл бы, чтобы кузнецы собрались, ведомые своей гордостью ремесленников.

Точнее — таково было эгоистичное желание Гондо.

Король-Заклинатель применил самый быстрый и эффективный метод. Пытаясь пробудить в кузнецах гордость, они потратили бы слишком много ценного времени.

Кузнецы рун сейчас в жалком состоянии. Они утратили почву под ногами, мастерство их предков забыто, и впереди ждёт лишь тьма забвения. Неудивительно, что столь многие из них поставили на себе крест, сломавшись под грузом невзгод. Очень немногие до сих пор называют себя кузнецами рун и продолжают практиковать своё ремесло. Большинство же сорвали таблички со своих мастерских, и просто влачат день за днём безнадёжное, беспросветное существование.

Сможет ли он вновь зажечь пламя в их сердцах?

Гондо с нетерпением ждал прибытия Айнза и того, что последует далее.

В назначенное время Гондо пересчитал пришедших дварфов. Явились все до единого.

— Ну? Владыка Айнз желает знать, может ли он начинать.

— спросила подбежавшая к Гондо девочка. Аура, одна из приближённых Короля-Заклинателя.

— О, не могла бы ты передать Его Величеству, что все собрались?

— Ясно~

Девочка унеслась прочь. Глядя в её удаляющуюся спину, Гондо недоумевающе склонил голову.

Он плохо понимал, кто она такая. Почему этот почти всемогущий повелитель нежити так ей доверяет? Она — доказательство его дружбы с тёмными эльфами?

Пока Гондо размышлял об этом, на приготовленную сцену выступил Айнз Оал Гоун. Возле него встала вторая сопровождающая его девочка.

— Оооо!

— Нежить!

— Враг?!

Дварфы запаниковали. Этого и следовало ожидать. Нежить — враги всего живого.

— Это…

— …Тишина.

Девочка — Шалти Бладфолен — подняла руку с бутылью.

Глаза всех собравшихся остановились на янтарном сиянии содержимого. Все они были крайне практичными созданиями, так что их внимание переключилось с черепа Айнза на содержимое бутыли, и дварфы замолчали.

— Владыка Айнз, что прикажете?

— Нет, ничего. Спасибо за усердие, Шалти…Итак, благодарю вас всех, что согласились собраться здесь сегодня. Вина хватит на всех, так что перед уходом просто возьмите по бутылке. До тех пор, я надеюсь, вы, сохраняя тишину, выслушаете меня. Разумеется, те из вас, кто считает слова нежити не заслуживающими внимания, вольны уйти прямо сейчас. Но, конечно же, вина в таком случае вам не достанется.

Король-Заклинатель обвёл глазами дварфов.

Всё его существо — от манеры держать себя до того, как он выговаривал слова и многого прочего — дышало необоримой силой. Собравшиеся, казалось, инстинктивно съёжились перед его горделивой, царственной фигурой. Словно бы всё его тело, каждый сустав костяных пальцев излучает мощь.

— Итак… Полагаю, возражений нет, и я могу начинать?

Дварфы молча кивнули.

— Для начала, я представлюсь. Я — Король-Заклинатель Айнз Оал Гоун. Территории к югу от этой горной гряды, за Великим Лесом Тоб, принадлежат мне. Меня до глубины души радует встреча с вами, почтенные кузнецы рун. Итак: мои слова — очень простое предложение и просьба. Приходите в мою страну. Я желаю с помощью вашего искусства произвести революцию в создании зачарованных магических предметов.

Услышав слова Короля-Заклинателя Гондо ощутил, как сердце пронзает шип боли — боли разочарования и отчаяния.

Он потряс головой.

Отбросив воспоминания об отце и деде, он, стоя сбоку, уставился на лица собравшихся кузнецов. Каждый выглядел угрюмо. Непохоже, что они намерены ответить согласием.

— Прошу прощения, но я хочу спросить.

Поднявший руку дварф коротко глянул на Гондо.

— Зачем вам наше ремесло? Буду с вами откровенен — оно фактически забыто даже среди нас.

Говоривший был одним из старейших присутствующих кузнецов рун.

— …Ответ прост. Я хочу, чтобы вы восстановили утраченные секреты вашего искусства.

— Утраченные?

Под взглядами кузнецов Король-Заклинатель извлёк из карманного измерения меч.

Дварфы дружно воскликнули.

То был шок при виде того, как меч возникает из пустоты. И также ужас при виде облачённого в нечистый свет короля-скелета с обнажённым клинком в руке.

Но Гондо воскликнул, не в силах сдержаться, потому что ощутил то же восхищение, что и остальные.

Они увидели чёрный меч невероятной работы. Идеальное лезвие словно бы излучало магическое сияние.

— Какой… Поразительный меч…

— Невероятно… Никогда в жизни не видел ничего подобного..

— Это клинок из легенд?

— О-о-о! Что, что за непередаваемое зрелище…

Король-Заклинатель поднял меч, словно демонстрируя его дварфам. Глаза Гондо инстинктивно проследили движение.

— Итак, господа, прошу вас обратить внимание на клинок.

Проследив взглядом, куда указывает Король-Заклинатель, Гондо вскрикнул. Как и остальные кузнецы.

На лезвии было вырезано 20 багряных рун.

Но один лишь Гондо заметил, что одна из рун на мече выглядит в точности как та, что Король-Заклинатель начертил при их первой встрече в туннеле.

"Понятно. Так вот почему он знает о рунах столь много"

Должно быть, он получил эти знания после тщательного изучения меча.

— Итак, я хочу задать вам вопрос. На этом клинке 20 рун; кто-либо из вас сможет повторить это?

Ответ очевиден — это невозможно. Никто не сможет сделать такое, сколько не пытайся. И всё же, вот он, этот меч, словно воплощённое издевательство над их бессилием.

Кузнецы вскочили с мест, в глазах каждого бушевало яростное пламя. Пламя страсти, отсутствовавшей во время их беседы о выпивке. Толпа рванулась вперёд, словно орда зомби, набрасывающихся на живое существо, к ногам Короля-Заклинателя.

— Дайте мне посмотреть!

— Прошу вас! Дозвольте прикоснуться!

— Может, я смогу что-нибудь выяснить! Умоляю!

— Какая дерзость!

Серебряноволосая девочка уставилась на окруживших Короля-Заклинателя кузнецов с пугающим выражением в глазах. Дварфы тут же застыли, словно поражённые ужасом, что разит сильнее меча. И тогда…

— …Слишком шумно. Умолкните.

Они, несомненно, находятся в присутствии истинного владыки.

Он излучает абсолютную уверенность в себе, аура великого лидера. Возможно, дело в том, что он — непревзойдённый повелитель смерти.

Гондо знал это с момента их первой встречи с в том туннеле, но тогда Айнз не открывался ему с этой стороны. Должно быть, он сдерживался, чтобы Гондо мог говорить спокойно, не съёживаясь вcё время от страха. А сейчас, должно быть, Король-Заклинатель позволил им увидеть своё подлинное обличье.

"Я не в силах прочесть выражение его лица, но он, похоже, доволен. Наверное, потому что все действуют как он и планировал"

— Ещё мгновение, уважаемые кузнецы. Пожалуйста, выслушайте меня до конца. После я позволю вам прикоснуться к мечу. Пока вы не сядете, я не продолжу, и не позволю никому получить этот меч.

Подавленные — и устрашённые его властительной харизмой — кузнецы расселись по местам.

— Благодарю вас. Итак, я продолжу с того, на чём остановился. Мой вопрос остаётся в силе — может ли кто-либо из вас создать меч с двадцатью рунами на клинке?

Все обернулись к старейшему и самому опытному из кузнецов. Тот бессильно покачал головой и ответил:

— Нет. За всю свою жизнь я слышал максимум о шести…

Последовал вихрь вопросов.

— Что? Шесть? Я слышал лишь о пяти!

— …Вот как. Похоже, немногим это известно, но на королевском молоте 200 лет назад было вырезано шесть рун. То было тайное сокровище искусства рун.

Гондо вспомнил своего деда.

Он вспомнил лицо кузнеца рун, жившего 200 лет назад, ветерана-оружейника.

— О-о-о-о! Эт тот самый молот, способный сотрясять землю? Кажется, я слышал о нем когда-то в песне…

— Верно. Даже кузнецы рун того времени, превозносимые как гении и чудотворцы, не могли создать оружие с 20 рунами…

— Понятно. Значит этот меч создали с помощью потерянных техник.

— Хм? Вы тоже не знаете, Ваше Высочество?

— Я не уверен, как именно был создан этот меч. Честно говоря, я его лишь получил. И… его создателей уже нет в этом мире.

— Вы имеете ввиду… Более ценные техники были потеряны?

Боль заполнила лица кузнецов. Гондо чувствовал себя аналогично им.

— И из-за этого…

Все посмотрели на вновь заговорившего Короля Заклинателя.

— И из-за этого я хочу возродить эти техники. А потому, мне нужна ваша помощь. Я хочу, чтобы вы создали предмет, подобный этому мечу, не взирая на затраты.

Тишина заполонила зал.

Без объяснений понятно, что причиной этого было осознание кузнецов невозможности своей задачи.

Даже самые умелые из присутствующих здесь могли на пределе своих умений высечь четыре руны на один предмет. Король Заклинатель же просил от них в пять раз больше. Все же, никто из них не стал утверждать о невозможности этого. У них была гордость ремесленников, и после созерцания шедевра другого ремесленника, они не могли заставить себя стерпеть азарт.

Этот меч был словно вызовом ремесленников прошлого ремесленникам настоящего, подумал Гондо.

— Я хочу сделать такой же.

Кто-то прошептал эти слова

Скоро, ему уже начали вторить другие голоса:

— Я тоже.

— Я хочу хотя бы попробовать.

— Гм, я хочу показать миру как выглядит по-настоящему легендарные творения.

— Нет, только мои творения будут превозносить как легендарные.

— Что это за чепуха. Лишь я достоин нести такое бремя.

В воздухе раздались аплодисменты. Их источником был Король Заклинатель, стоящий на сцене. Хотя они не знали, как он делал это своими костлявыми руками, ходили слухи, что магам все подвластно.

— Чудесно. Однако, справитесь ли вы сами? Можете ли вы смело заявить в полный голос свои претензии на статус легендарных творцов? Это может быть вполне возможным. Или же невозможным. Таким образом, я надеюсь, что вы придете в мою страну и посвятите свои жизни созданию новых техник.

Тишина еще раз заполнила зал.

Гондо был очень знаком с этим чувством.

Король Заклинатель предлагал этим людям, которые четко осознавали угасание их искусства, блестящую возможность возродить смысл их жизней.

Но стоит ли ради этой возможности ставить свои жизни на кон?

— Хорошо, тогда я доверяю тебе этот меч.

Король Заклинатель сошел со сцены, протягивая рукоять меча одному из старых кузнецов. Может, так совпало, а может он знал это заранее, но Дварф, которому он дарил сей меч уступал в своей гениальности лишь отцу Гондо и его голос имел большой вес среди кузнецов рун.

Он даже не попытался взять его.

Нет ничего удивительного в том, что он замешкался, принимая такой могучий подарок

— А это, это нормально? Нормально отдавать настолько сильное оружие, подобных которому я не видел никогда в жизни, кому-то вроде меня?

— Теперь вы не просто Дварфы, привлеченные выпивкой, но кузнецы рун, желающие принять вызов. Я могу поверить в подобных людей. К тому же, я покину город на какое-то время. Таким образом, я просто одалживаю тебе его.

Дварф выпрямился.

— Я понимаю. Тогда, позвольте мне одолжить его, Ваше Высочество.

Он низко поклонился и принял меч с благоговейным уважением.

— Все же, я должен сказать, что не совсем понимаю техники искусства создания рун. Возможно ли нанести руны на оружие а затем усилить его магией?

— Так оно не работает, Ваше Высочество. Руны это символы, усиленные маной. Таким образом, вырезанные руны и зачарования конфликтуют друг с другом. Если сильный маг попытается зачаровать оружие, руны исказятся.

— Вот как…

— Кстати, вы упомянули что покидаете Фео Джюра, куда вы направитесь?

— А, в вашу бывшую столицу.

Дварфы забормотали все разом.

Гондо слышал что-то вроде "Та разрушенная…" "В столь опасное место" "Где до сих пор правят кваготы"

Всё это Гондо знал, но не мог не зацепиться за один момент.

— Говорят, тех, кто желает добраться туда из этого города, ждут три испытания. Вы справитесь?

— Три угрозы, считающихся непреодолимыми. Даже если вы и сумеете превозмочь первую… Лабиринт Смерти нельзя пройти.

Все говорившие были старейшими из присутствующих. Как и следовало ожидать от умудрённых летами старцев, похоже, они знают такое, что неизвестно даже Гондо. Может, лучше расспросить их об этом и сообщить всё Королю-Заклинателю.

Один из кузнецов рун поднялся, и обратился к Королю-Заклинателю.

— Ваше Величество, то место — логово гигантского дракона. Там, скорее всего, обитает повелитель Ледяных Драконов, Лорд Белый Дракон. Это он разрушил Фео Тайваз. Мне известна великая мощь Вашего Величества, но по моему скромному мнению Лорд Драконов столь же силён. Я молю вас, будьте осторожны.

— …Дракон, значит. Что ж, он будет очень интересным противником. Я буду действовать крайне осмотрительно и аккуратно.

Последовало ещё несколько простых вопросов, и на этом собрание закончилось. Все осознали, что чем быстрее они закончат, тем больше времени у Короля-Заклинателя останется на отвоевание столицы. Они не могут позволить себе мешать ему, подумал Гондо.

Или, возможно, хотят поскорее осмотреть полученный меч.

Гондо не знал, какое из предположений верно, но, судя по пылающим глазам кузнецов, скорее второе.

* * *

Айнза переполняло желание издать вопль радости.

Он чувствовал это с того самого момента, как закончил свою презентацию. Совсем как в прошлой жизни, когда его звали Сузуки Сатору. Сопутствовала ли ему удача или постигал ли провал, каждый раз ему хотелось кричать от облегчения и освобождения.

— Вы были великолепны, владыка Айнз! Вы просто завели их всех!

— Поистине невероятно. Во всём Назарике такое под силу лишь вам, владыка Айнз!

Айнз подавил желание начать смущённо отнекиваться, выслушивая похвалы Ауры и Шалти. Возможно, будь на их месте Демиург или Альбедо, он разглядывал бы их, гадая, не кроется ли за их похвалами утончённое издевательство. Но слова Ауры и Шалти можно принимать за чистую монету. Будь он Сузуки Сатору, то, возможно, даже спросил бы "А, я вымотался, вам взять попить?" и направился бы к торговому автомату, но правитель Назарика и Колдовского Королевства не может вести себя так.

— …Хм, ну, это пустяки. Уверен, у Демиурга или Альбедо получилось бы лучше.

— Конечно же нет!

— Ага, ага! Даже те двое не смогли бы так здорово обдурить этих дварфов!

Айнз так не считал, но он не ожидал, что всё пройдёт настолько хорошо. И тут его начало грызть ползучее чувство стыда, беспокойства, так ли уж хорошо он поступил, добившись успеха.

Тот меч, что он показал дварфам, разумеется, представляет из себя предмет из ИГГДРАСИЛя.

В ИГГДРАСИЛе не было системы рун. Точнее, она, может, и была заложена в игру, но до самого закрытия серверов никому не удалось её обнаружить. Таким образом, руны были вырезаны на клинке лишь для виду — простая декорация.

Изначально он рассчитывал, что сможет заинтересовать дварфов, продемонстрировав этот меч. Но их бурная реакция застала его врасплох. Айнз даже в некотором роде пожалел о том, что поручил кузнецам создать такой же меч.

Однако он подавил это чувство.

Он должен усилить Великую Подземную Гробницу Назарик. В будущем может появиться враг, вооружённый предметом мирового класса, и где-то, возможно, прячутся враждебные игроки. Нужно использовать всё возможное, чтобы укрепить свои силы.

Айнз посмотрел на Шалти.

Девочка-вампир, похоже, смущённо краснеющая — что, если подумать, довольно-таки поразительно. Она — наследие Пэроронтино. А также — первый НИП, которого Айнз оказался вынужден убить собственными руками.

Последовавшая вспышка ненависти была подавлена его эмоциональным барьером, но он всё же не мог забыть этого. Он не мог забыть тень владельца предмета мирового класса, вынудившего его пойти на такое.

Пусть его ложь принизила дварфов. Это не идёт ни в какое сравнение с целью Айнза. В этом мире нет ничего важнее Назарика и его обитателей. Жизни всех остальных второ- или даже третьестепенны.

Равные права на жизнь — не более чем бред сумасшедшего.

Если все жизни равноценны, то он хотел бы поместить того, кто пытает людей до смерти, в одну газовую камеру, а приверженца этого равенства — в другую, и поручить последнему решить, кто должен умереть. Любой, готовый доверить свою жизнь броску монеты, и будет подлинно верующим.

Однако Айнз без колебаний убил бы первого. Потому что понимает — жизни не равноценны. Нельзя сравнивать жизни НИПов Назарика с жизнями обитателей внешнего мира.

— Ай да владыка Айнз!

— Так и есть!

Прежде чем он успел додумать свою мысль, восторги Ауры и Шалти пронизили его сердце. Как бы то ни было…

— Не говорите, что я "обдурил их".Я просто сказал им правду.

Он сказал это, что бы подбодрить Гондо, который стоял позади него.

Не услышав никакого ответа, несколько озадаченный Аинз обернулся.

Гондо подошел ближе к Аинзу, готовясь прощаться.

— Гондо, что случилось?

После того, как его окликнули, Гондо поднял голову.

— Ваше Величество. Судя по тому, что Вы только что сказали, должен ли я считать, что Совет одобрил депортацию кузнецов рун?

— Да, с небольшими оговорками. Они так же добавили, что будут присылать инспекционную комиссию в будущем, дабы удостовериться, что мы не используем дварфов в качестве рабов

— Что же это значит….Неужели они действительно считают, что искусство создания рун больше не нужно?

Слезы покатились по щекам Гондо.

Аинз был шокирован. Взрослые мужчины редко рыдают.

Он плакал, потому что искусство, которым он так восхищался и гордился признали бесполезным и отбросили в его родной стране.

Но было ли это на самом деле так, подумал Аинз. Ведь в их положении, было бы очень трудно отказаться от предложения страны, которая обязалась дать им подкрепление.

Пожертвовать меньшинством, ради блага большинства. Это была неоспоримая истина, которую принимали все, не смотря на рассу.

Даже Аинз мог убить сотни миллионов людей ради Назарика.

Но Гондо не нужно было это объяснять.

— Соглашусь, Гондо. Эта страна не считает кузнецов рун особо полезными. Они отдали их мне почти без какого-либо сопротивления.

Гондо, как и остальные кузницы рун, были вынуждены покинуть страну. Это было очень тяжело, навсегда покинуть свою Родину, но это необходимый шаг, что бы доказать свою верность Колдовскому Королевству.

Аинз дружественно похлопал Гондо по плечу.

— Но, моя точка зрения иная. Я вижу потенциал в кузнецах рун.

Даже если мечты Гондо не могли воплотиться явью, то, что все эти умелые кузнецы были собраны воедино, давало ему возможность к исследованию и изобретению контрмер, против врагов с руническим оружием.

Знания — это сила.

— Даже если ты, оказываешься отвергнутым в одной стране, это только до того момента, когда другая страна будет нуждаться в тебе, ты так не считаешь?

Аинз несколько раз похлопал Гондо по плечу. Последний неуклюже вытер слезы.

— Спасибо огромное, Ваше Величество. Я непременно оправдаю все Ваши ожидания!

— Хорошо. Я с нетерпением буду ждать этого.

Аинз улыбнулся, хотя его лицо не могло изобразить улыбку, как бы говоря: " я верю тебе"

После чего, Аинз снова погрузился в раздумья.

Было бы хорошо изучить Столицу Дварфов. Он хотел поручить Гондо собрать информацию, а затем Аинз хотел поговорить с главнокомандующим.

Драконы в ИГГДРАСИЛе были бессмертными и могли жить вечно. Не удивительно, что некоторые из них были невообразимо сильны. Скорее всего Ледяной Дракон уже ждет меня…

Внезапно, в его памяти всплыло лицо юноши — нет, лицо девушки.

— Если подумать, она говорила что хочет помочь мне узнать больше о них…Какая жалость.

Глава 5: Повелитель Ледяных Драконов

На следующее утро, Аинз сразу решил захватить бывшую столицу дварфов, Фео Бреканан, но когда он уже хотел уходить, из-за двери показалось знакомое лицо.

Это был Гондо.

Аинз наклонил голову. Он понятия не имел, что Гондо здесь делает.

— Ты пришел попрощаться со мной?

— Нет, я пришел что бы указыть Вам дорогу.

Аинз моргнул. Он конечно упоминал, что ему будет нужен дварф, который укажет дорогу до бывшей столицы. Судя по тому, как быстро они выполнили его просьбу, главной его задачей было следить за Аинзом. Однако он думал, что Совет пришлет кого-то, не связанного с ним.

— После того как вчера мы разошлись, я узнал много от других кузнецов рун. Теперь, я чувствую, что знаю дорогу до Королевской Столицы, лучше любого другого дварфа в городе.

— Ты сможешь найти другую дорогу, если туннель, который ведет в Королевскую Столицу обвалился. Ты должен адаптироваться к ситуациям сразу же. Справишься?

— Я узнал столько, сколько знают и другие. Пожалуйста, позвольте мне быть Вашим проводником.

— Хмм

Аинз погрузился в раздумья.

По правде говоря, использование Гондо имеет больше плюсов, чем минусов. Тем не менее, раз Совет одобрил его кандидатуру, а Аинз начнет возражать и просить изменить кандидата, шансы на то что ему дадут кого-то еще будут очень низкими.

— Ты воин, или хотя бы принимал участия в какого либо рода сражениях?

— Нет. Я полный профан в сражениях. Однако, я готов встретиться лицом к лицу с любой опасностью которая ждет нас на пути, и к тому же никто не будет Вас винить, если я вдруг погибну. В добавок ко всему, у меня есть плащ-невидимка моего отца. Это тоже было одна из причин, по которой они выбрали меня в качестве Вашего проводника.

Плащ-невидимка добавлял вес его аргументам.

Так как основной целью было защитить своих компаньонов, он чувствовал обеспокоенность о жизни дварфа без боевых способностей. Если он погибнет, Аинз мог бы воскресить его магией(при условии что тот имел пару уровней), но если Гондо погибнет, он скорее всего будет иметь статус "все кончено".

— Тебе поручено проверить, полностью ли я очищу столицу от кваготов? Если ты погибнешь, то доставишь мне множество проблем… Не говоря уже о кузнецах рун. Я предпочёл бы, чтобы ты остался здесь.

Гондо медленно подошел к Аинзу и тихо сказал:

— У Королевской Столицы очень большая сокровищница. Если она до сих пор не разграблена, там должно быть много дварфийских сокровищ. Там могут быть так же оружие моего отца и письмена, которые остались от королевской семьи. Кто знает, может быть там даже есть руководства, оставленные кузнецами рун из прошлого.

— Вот как…

Этим ответом Аинз велел Гондо продолжать.

— Я хотел бы получить их, так, что бы остальные не узнали… Могу ли, я просить у Вашего Величества, закрыть на это глаза?

— Перед этим, ты знаешь способ открыть сокровищницу?

— Нет, однако…Я верю, что Ваше Величество может это сделать, верно?

Неужели он думает, что я могу все что угодно?

— То есть, ты хочешь сделать из меня, соучастником маленького воришки?

— Я думаю, что Ваше Величество захочет удостовериться в сохранности Сокровищницы, и откроет ее, что бы проверить. Затем Вы на секунду отвлечетесь, и я сделаю все что нужно. Я буду тем мелким воришкой, к которому Ваше Величество не имеет никакого отношения.

— Род королевской семьи прерван, так ведь? Есть ли какие нибудь записи о сокровищах, которые должны находиться внутри сейфов?

— Увы, боюсь их тут нет.

— Очень важно узнать это. Будет очень опасно, если здесь сохранился список, понимаешь? Я не могу согласиться на это….На более важно другое- это же сокровища твоей страны. Разве хищение сокровищницы, не будет позором?

Гондо пренебрежительно захохотал.

— Эта страна наплевала на кузнецов рун и наше искусство, так что эти руководства нечего дня нее не значат. А Вы так не считаете?

"Это измена верно?" Эта мысль промелькнула в голове Аинза, однако правда заключалась в том что это не принесет им никакого вреда. Кроме того, дать пылиться этим книгам в Королевстве Дварфов, было бы пустой тратой.

Что ещё важнее, воровство Гондо полностью разорвёт его связи с Королевством Дварфов. Королевство не потерпит у себя преступника, обворовавшего сокровищницу. Этот вопрос можно будет использовать в качестве шантажа, и таким образом полностью привязать Гондо к Колдовскому Королевству, лишив его возможности предать Айнза.

Однако, это точно так же может быть направлено и против самого Айнза.

— …Разумеется. Нет смысла оставлять их тем, кому они не нужны. Да, может случится так, что глаза и правда подведут меня. И тем не менее, как я уже сказал, ты должен будешь найти любые записи относительно сокровища. Я предпочёл бы избежать будущих тяжб.

— Понял. Я исполню всё, как Ваше Величество желает.

— Тогда хватит об этом.

Хотя они и отошли на приличное расстояние, чтобы обсудить это, кто-либо с острым слухом вполне может подслушать разговор.

— Итак, сменим тему. Расскажи о препятствиях, ждущих на пути к столице дварфов. Можно в общих чертах.

— Хороший вопрос. Любой, желающий достичь столицы дварфов, должен пройти три испытания.

— Испытания? Интересно. Перечисли их.

— М-м, первое испытание — Великий Разлом. От врат ведёт спуск, ведущий к крепости. Позади крепости находится Великий Разлом, рассекающий землю. Теперь через него переброшен подвесной мост, так что это вряд ли можно назвать испытанием. Однако, переходя его стоит быть готовым к вражеской стрельбе.

— У кваготов есть оружие дальнего боя?

— Ну, я никогда ни о чём таком не слышал. Но рассчитывать на то, что у них его нет, слишком опасно, не так ли?

В этом есть смысл. Может, они даже способны использовать захваченное в крепости дварфов магическое оружие.

— Далее, следующее испытание — это местность с раскалённой лавой. Даже воздух там так горяч, что может быть смертелен. То место нужно пересекать по узкой тропинке, вырезанной в скале. Также там время от времени замечали гигантского монстра.

— Монстр, значит?

На ум тут же пришёл Гурен, Страж Области на Седьмом Этаже.

Если тот монстр похож на него, то, определённо, справиться с ним будет непросто.

"…Кстати, если подумать, слаймы довольно тесно связаны с обществами людей. Относится ли это и к стране дварфов? Если здесь есть редкие слаймы, я хотел бы забрать с собой несколько"

Пока Айнз размышлял про слаймов, обитающих в очистных сооружениях канализаций, Гондо начал рассказывать о последнем испытании.

— Последнее испытание — Лабиринт Смерти. Это пещера с бесчисленным количеством ответвлений, заполненных ядовитыми парами. Один вдох парализует конечности, а сердце перестаёт биться.

Гондо посмотрел на Ауру и Шалти.

Похоже, он пытался тем самым сказать, что Айнзу, может, ничего и не грозит, но те двое — другое дело.

"С ними всё будет в порядке… Ну, полагаю, можно будет сказать ему когда доберёмся до этого места"

— И каков правильный путь через пещеры?

— К сожалению, мне это неизвестно. Я задействовал все свои связи, но даже старейшины не знают. Как и члены Совета. Возможно, где-то в архивах и остались записи…

— Но вам не удалось их найти, так? Что ж, вряд ли настолько важные документы, относящиеся к безопасности государства, будут лежать на виду. Мы соберём информацию по ходу дела и разберёмся со всем на месте.

Уяснив себе информацию об испытаниях, Айнз поманил остальных.

— Что ж, пойдёмте.

Айнз, Шалти и Аура стоялии впереди. Гондо и примерно десяток солдат с командиром, посланные занять крепость, выстроились сзади. Из проёма между медленно открывающихся врат потянуло смертью, так что они более менее знали что ожидать, но тут кошмарное зрелище явило себя всем присутствующим.

Полого спускающийся вниз туннель был широк и отшлифован для удобства прохода. Однако, стены и пол теперь покрывала кровь, куски мяса и внутренностей. Землю усеивали трупы кваготов.

— Угх!

Для Гондо, не обладающего опытом воина, вид этого залитого кровью и пропахшего смертью помещения оказался чрезмерен. Его начало рвать. Дварфы-солдаты явственно побледнели.

Тело Айнза неспособно ощутить тошноту в принципе, так что он не ощутил особых неудобств. Впрочем, вонь была ему неприятна.

Под ногой что-то хлюпнуло. Видимо, внутренности, вывалившиеся из выпотрошенного квагота.

Аинз вздохнул и использовал заклинание [Массовый Полёт], чтобы все могли взлететь.

Рыцари Смерти, видимо, устроили здесь бойню. Любого кто поскользнется и упадет в этот туннель из крови, оставят силы, в этой грязи и смраде. Что наиболее важно, любой, кто увидит, кого рядом с собой в крови, верояно, начнет молить о пощаде, вот почему он сделал это.

Группа спустилась по наклоненному проходу, не испачкавшись, благодаря заклинанию полёта.

Благодаря тускло светящимся камням встречающимся по пути, был хоть какой-то свет, чтобы видеть. Однако пространство между каменями, было, как будто, во власти тьмы. Конечно, Аинзу обладавшему ночным зрением, тьма не представляло никаких проблем.

Спустившись вниз по склону, в 100 метрах от себя, они увидели вход в крепость. Нет, если сказать точнее, это были тыльный вход в крепость.

Пройдя через открывшиеся двери крепости, они смогут выйти за пределы крепости и пересечь подвесной мост впереди. После путешествия на запад, в течение нескольких дней, они должны увидеть бывшую Столицу Дварфов.

Вход в крепость был усеян трупами кваготов. Некоторые выглядели так, как будто Рыцари Смерти их не просто убили, а терзали. Эти, наверно, жертвы Рыцарей Смерти, которые стали зомби.

Аинз не чувствовал никакой связи с обнаруженной нежитью. Вероятно, потому что, зомби стали обычными трупами, после уничтожения Рыцарей Смерти.

Аинз посмотрел вокруг. Нежить никак не реагировала, но оставлять её так опасно, из-за параметров этого мира.

— Принято считать, что оставленные неупокоенные тела солдат, могут привести к появлению нежити. Что вы планируете делать? — спросил Аинз воинов, рядом с ним.

0_о — _-

— Да, Ваше Величество. Мы уберем их. — сказал команидир.

— Хотя мы и говорим, что уберем их, это сводится только к тому, что мы сбросим их в Великий Разлом, в котором, уже не будут иметь никакого значения, монстры, которые могут появиться.

— И после этого вам потребуется восстановить крепость, а затем выяснить, как кваготы сумели напасть на вас? Вам предстоит еще много чего сделать.

Они расстанутся здесь. Теми, кто примет участие в очистке Столицы Дварфов являются Аинз, Аура, Шалтир и Гондо. Ну, про Ханзо, которые находятся вокруг них, они не должны знать.

Дварфы горько улыбнулись. Несмотря на то, что расследование будет рискованным, так как они могут столкнуться кваготами, в конце концов, это ничто по сравнению с задачей Аинза, напасть на главный лагерь кваготов. Об этом вероятно, подумали дварфы.

— Тогда мы войдем в крепость. Мы пойдем первыми, чтобы убедиться, что там безопасно, а вы пока, ждите снаружи. Находясь в безопасности, вы не могли бы позаботиться о Гондо.

Выслушав ответ капитана, Аинз вошел в открытую дверь.

Стоя посреди побоища, Аинз, спросил у Ауры, находящейся у него за спиной.

— Аура, ты ощущаешь кого-нибудь, кто может прятаться здесь, с помощью навыка скрытности?

— Нет. Нет ничего живого, в этой крепости.

Аура приложила руку к своему длинному уху и показала, что слушает, когда ответила на вопрос. Если рейнджер Аура так сказала, то в этой крепости нет ничего живого.

Тем не менее, они не могли ослаблять бдительность.

Тот кто победил Рыцарей Смерти был здесь. Если он имеет множество навыков скрытности, они могут обмануть способности восприятия Ауры.

Но всё же, такие, как правило, слабы в нападении и они легко с ними справятся, даже если попадут в засаду.

Трупов в крепости было много, но в отличие от наклонного туннеля, тут были тела только дварфов

Аинз прошел через крепость до противоположных врат. Открыв их, он увидел перед собой Великий Разлом и даже с помощью своего зрения, Аинз не смог увидеть его дно.

Поскольку не было видно ни каких кваготов, кажется, они отступили не организованно.

— Это должно быть Великий Разлом.

Аинз повернулся, чтобы посмотреть слева направо.

— Но здесь, кажется, нет ничего, похожего на подвесной мост… нет, может этот пень, все что осталось от моста? Если все так и есть, то это значит…

— Видимо, враг при отступлении разрушил мост- сказала Шалтир.

0_0 — _-

— Хм…

Если их противник — могущественное существо, способное с лёгкостью одолеть Рыцаря Смерти, то зачем было нужно разрушать мост? Если затем, чтобы остановить их атаку, то это значит, что враг не был уверен в своих силах… Нет.

Айнз трянул головой.

Рыцари Смерти редки в этом мире. Враг, должно быть, сделал вывод, что кто-то могущественный контролирует тех двух Рыцарей Смерти. А значит, уничтожение моста не выглядит такой уж большой потерей.

— Неплохо… сообщи дварфам, что здесь безопасно.

— Слушаюсь!

Проводив глазами направившуюся к дварфам Шалти, Айнз заметил присевшую на корточки Ауру. Он хотел спросить, что она делает, но видя сосредоточенное выражение её лица, решил не отвлекать.

Айнз повернулся к Великому Разлому, поднял камень и бросил вниз. В его действиях не было особого смысла; он сделал это, повинуясь простому капризу. Однако, звука удара о дно не расслышал.

— Глубина разлома неизвестна нам, Ваше Величество, — произнёс предводитель дварфов, которого привела с собой Шалти. Он, должно быть, увидел что делает Айнз, — Мы посылали вниз две экспедиции, но ни одна не вернулась.

— Понятно. Там, внизу, должно быть водятся какие-то монстры…Они когда-либо выбирались наружу?

— До сих пор ничего такого не происходило, Ваше Величество. Так что мы решили больше не посылать исследователей. Пытаться во что бы то ни стало докопаться до истины может быть неразуно.

— Ну, пожалуй.

Айнз мог бы создать нематериальную нежить — призраков, например — и, используя магию разделения чувств с ними, организовать полноценную разведку. Однако, сейчас не время для этого.

Учитывая нынешние обстоятельства, исследование Великого Разлома обладает низким приоритетом. Однако, это нужно будет сделать. В ИГГДРАСИЛе подобные места зачастую таили ценные предметы или подземелья.

"Если бы тут потрудились чёртовы разрабы, то на дне Великого Разлома обнаружился бы туннель к месторождению ценной руды. Да, наверняка так бы всё и было. В общем-то, они однажды так и сделали"

— …Итак, мы переберёмся на противоположную сторону, отправимся в погоню за отступившими кваготами, и по пятам за ними доберёмся до столицы.

Заклятье полёта до сих пор действовало, так что само по себе это не представляло проблемы. Однако, Айнза беспокоило, не выползет ли что-либо из темноты.

Это случилось в ИГГДРАСИЛе, но Айнз не мог не вспомнить тот случай, когда он пересекал озеро и заметил под водой гигантского змееподобного монстра. Неприятное воспоминание, но он пустил его в ход при создании Пятого Этажа…

Распрощавшись с командиром дварфов, они вчетвером отправились в полёт. Аура и Шалти следили за разломом. Беспокойства Айнза оказались безосновательны, и вскоре они достигли противоположного края, так и не увидев ничего внизу.

Впрочем, Айнз выдохнул с облегчением, когда его ноги снова коснулись твёрдой земли. Разумеется, он постарался скрыть это от своих спутников.

Айнз осмотрелся.

На этой стороне обнаружилось лишь четыре вражеских трупа. Значит, Рыцарей Смерти сразили здесь.

— Шалти, на пару слов.

Подозвав к себе Шалти, Айнз глянул на Ауру, занятую осмотром земли.

Возможно, стоит подозвать и её тоже. Айнз обдумал это, но затем решил, что на этот раз стоит поручить руководство Шалти. Впоследствии можно будет вкратце пересказать всё Ауре.

— Подождите немного, владыка Айнз!

Шалти выхватила блокнот и распахнула его.

— Прошу, продолжайте.

— О. Да. Блокнот, хм… Очень предусмотрительно. Кхм! Э… вскоре мы вступим на опасную территорию. Опасно там потому, что где-то впереди нас ждёт тот, кто сумел одолеть двух моих Рыцарей Смерти. Хотя само сравнение с Рыцарями Смерти может показаться тебе оскорблением…

— …Вовсе нет, владыка Айнз. Я изо всех своих сил атакую любое существо, способное одолеть созданных вами Рыцарей Смерти.

— Нет, ты не должна атаковать в полную силу.

— Почему, почему же? Если враг силён, то не лучше ли атаковать изо всех сил — простите за мой вопрос, владыка Айнз!

— Нет, всё в порядке. Это очень хороший вопрос.

Айнз заложил руки за спину и принялся объяснять, как нужно разбираться с неизвестным врагом.

— Таким образом, ты должна понимать, каких поступков ждёт от нас противник. Для врага важнее всего информация — иначе говоря, он хочет знать, насколько мы сильны. Они могут попытаться применить расходные войска, организовать засаду с целью измерить нашу боеспособность. Другими словами, они измерят наши способности, и когда будут уверены, что смогут победить, атакуют нас таким образом, что гарантируют себе победу и лишат нас возможности отступить.

— Подумать только, что кто-то на самом деле может устроить такое…

— Разумеется, мы не знаем, пойдёт ли враг на такое…

— А… Владыка Айнз…

Аура позвала его в немного нервном тоне, что было очень необычно для неё. В обычных обстоятельствах, он бы остановил объяснения для Шалти и начал слушать Ауру.

Однако, он был в очень хорошем настроении, так как у него была возможность подробно поговорить об одной из своих специализаций.

Поэтому, Айнз повернулся к Ауре и приложил укзательный палец к губам.

— Да, конечно!

На Ауру снизошло понимание. Айнз даёт важные инструкции, и желает тишины. Ей понятно, что он пытается сказать.

— Именно так, Шалти. Сражаясь с сильным врагом я поступил бы точно так же. Нет, мои друзья тоже прибегли бы к подобной уловке.

— Высшие Существа тоже поступили бы так? Но, сравнивать этого врага с Высшими Существами, это несколько…

— Разве? Ты должна всегда предполагать, что враг способен на то же, на что и я. Лишь глупцы считают себя особенными и преисполняются самоуверенности. Всегда будь начеку. И как бы то ни было, я не желаю демонстрировать врагам всё, на что мы способны.

То, что Ханзо оставались в скрытности, также должно было послужить цели нарушения планов врага.

— Далее, Шалти, я накладываю на тебя несколько ограничений на время нашего путешествия к столице дварфов — пока не достигнем вражеского логова.

— Да! Каковы эти ограничения?

— Хм. Что касается магии… я разрешаю использовать магии до 10-го уровня включительно, но не используй слишком много заклятий. Ограничься одним, максимум двумя.

— …Понимаю, мы обманем врагов, убедим их в превосходстве, а потом уничтожим контратакой. Но в таком случае… Почему бы не ограничить себя магией пятого уровня или ниже?

— Нет, так мы не внушим врагу ложную уверенность. Если противник сочтёт, что выяснил нашу подлинную силу и начнёт решающую атаку, у нас будет шанс нанести смертельный удар. Но что до меня, если я увижу как враг атакует несколькими тщательно подобранными заклятьями, но ни одно из них не превышает пятый уровень, то тут же заключу, что враг пытается скрыть свою истинные способности.

— Как вы поступите в такой ситуации, столкнувшись с подобным противником?

— Задумаюсь, как узнать о нём побольше. Например, быстро отступлю, оставив в его руках малозначимое укрепление. И примусь постепенно собирать сведения. Захватив мою территорию, враг постарается удержать её. Это ограничит его в действиях, и рано или поздно ему придётся раскрыть свои способности.

— Действительно ли необходимо действовать столь осторожно?

В игре от поражения всегда можно оправиться. Однако, в этом мире есть шанс, что поражение может оказаться необратимо. Особенно для Айнза, ещё не проводившего эксперименты относительно воскрешения игроков.

— Всё это нужно применять в зависимости от ситуации. Тебе тоже будет полезно подумать, Шалти, не так ли?

Как бы то ни было, на этом стоит пока остановиться. Айнз повернулся к Ауре.

— Итак, Аура, в чём дело?

— Нет, совсем ни в чём!

Глаза Ауры сияли.

Айнз понятия не имел, чем это вызвано, но, возможно, её впечатлило то, как он объяснял Шалти тактику.

"Хм… Может, стоит немного научить и Ауру, пусть и самым основам основ? Например, дать им почитать ту книгу о тактике сражений с игроками? Но это то единственное, в чём я обладаю преимуществом перед НИПами… Как же быть. Кроме того, как кто-то сказал мне однажды, не стоит позволять информации растекаться слишком широко…"

Айнз погрузился в раздумья, и тут к нему обратился Гондо.

— А, простите что прерываю вас, пока вы обсуждаете стратегию, но не пора ли нам выступать? Если случится обвал, придётся искать другой путь.

— Верно… Поедем верхом, на магических зверях?

— Лучше этого не делать. Нам могут встретиться узкие проходы, в таком случае зверей придётся бросить.

Айнз планировал воспользоваться какой-нибудь годящейся для езды верхом нежитью, например, Пожирателем Душ. Если возникнут какие-либо проблемы, их можно будет просто создать заново. Однако, лучше послушаться проводника.

— Понятно. Что ж, идёмте.

* * *

Его Величество отбыл!

Когда они услышали это, шестеро Дварфов Советников — Первосвященник Земли, Управляющий пищевой промышленностью, Генеральный Секретарь, Мастер пивовар, Мастер пещер и шахт, а также Гильдмастер Торговой гильдии — задрожали от восторга.

Это правда, что Король-Заклинатель не сделал ничего предосудительного до сих пор. Тем не менее, они не могли почувствовать себя в своей тарелке, когда нежить была… тот, кто ненавидел жизнь, и имел подобное могущество ходил по улицам.

Люди здесь собрались для того, чтобы обеспечить безопасность города и его жителей. Таким образом, они должны были рассмотреть наихудший из возможных сценариев, прежде чем совершать действия. Например, Король-Заклинатель может вдруг начать беспорядки и убивать детей. Эти заботы мешали им весь день, и они рассмотрели различные контрмеры и полезные предложения.

Наконец-то проблема, которую они до хрипа обсуждали последние несколько часов, исчезла, и они смогли расслабиться.

— Принеси вина! Принеси вина!

Подобно как пересохшая земля жаждала дождя, алкоголь был необходим для исцеления измученных сердец.

Никто не мог возразить.

— Все же, он вернется, не так ли? "

Воздух внезапно стал тяжелым, и мрак поселился в каждом из них.

Поднятый кулак безвольно опустился вниз.

— Должны ли мы бежать?

— Куда мы можем пойти? Если мы сбежим, после подписания договора с ним… кроме того, мы попросили его вернуть Королевскую Столицу нам? Если бы мы были на его месте, разумно сердиться на это?

— Ну, я могу быть зол… но я не уверен, что занял бы жесткую позицию в отношении того, кто так поступит.

— Ах. Да, я понимаю, что ты чувствуешь.

— …Это действительно так? Что случилось с твоей гордостью, Глава Торговли?

— О… Хм… Как бы сказать… Это не то, что мы могли бы назвать честной сделкой в подобной ситуации, не так ли? В целом, сделки могут осуществляться только между двумя равными партнерами в равных условиях, верно? Таким образом, де-факто невозможно совершить равноправную сделку с кем-то, кто гораздо могущественнее тебя.

Дварфы вздохнули разом.

Никто из них даже не предполагал варианта, что Король-Чародей не сможет вернуть королевскую столицу. Их уверенность стала бы понятна любому, кто взглянул на магических зверей, оставленных им так просто. Ведь это означало, что он мог позволить себе оставить таких могущественных монстров, прекрасно зная, что выступает против Дракона.

— Тогда давайте сменим тему. Может кто-нибудь определить, когда он вернется?

— Откуда нам знать? Разве что спросить об этом у него самого. Правда, если бы он вдруг появился тут и с усмешкой ответил "Прямо сейчас", я бы наверное обмочился.

Это были постыдные слова, но никто из гномов не смеялся над ними.

— …Ничего не поделаешь. Если он сделал это в отношении меня, я бы тоже обоссался.

— Тоже самое. Я мог бы даже обделаться.

Они смотрели друг на друга, произнеся эти грубости.

— Мы узнали что-то новое? Мы знаем что-нибудь об этом Гондо?

— Ничего, только то, что он собрал Кузнецов Рун.

Кузнецов Рун? Шла ли речь о поездке в Колдовское Королевство?

— Кто знает? Почему бы нам позвать одного из них, и не спросить, что он об этом думает?

— Это хорошая идея, но разве это не ослабит доверия к Его Величеству? В данной ситуации слишком опасно действовать необдуманно. Только идиот будет рисковать, после того как мы проделали такую работу.

— Если ты так считаешь, значит мы должны сказать кузнецам рун, что мы хотим отправить, в Колдовское Королевство. Тогда мы должны просто осторожно спросить их, как думаешь?

— Я не уверен, что смогу.

Другие дварфы разделили его неуверенность в своих силах.

— Хорошо, тогда забудьте об этом. Было бы глупо копать себе ямы и потом падать в них до самой смерти.

Каждый из присутствующих согласился. Если они разозлят Аинза слишком сильно, многие могут умереть.

— Тогда сообщите наше решение тем двоим, которые не пришли, на счет нашего завтрашнего плана, и не вмешивайте кузнецов. Я слышал. что главнокомандующий заглянет сюда, но что насчет Мастера Кузнеца?

— Я схожу к нему, — произнес Генеральный Секретарь, — Мне любопытно, что за шедевр он делает. Кроме того, я хотел бы посмотреть, что за металл дал ему Король Заклинатель.

— Он только сказал, что это редкий металл, но самый редкий из добываемых металлов это адамантит, верно?

— Значит это золото или орихалк?

Дварфы — подземная раса. Даже если металлургия не не имела ничего общего с обязанностями, им было очень интересно узнать о металле, который они раньше никогда не видели.

— Если бы могли только схватить его и заставить показать это. Он ведь был очень занят и наверняка устал, верно?

После получения сырья от Короля Заклинателя, Мастер Кузнец незамедлительно отправился в свою мастерскую. Все понимали причину его торопливости, и не стали его задерживать.

— Ну, зная его, работа уже идет полным ходом. При создании кольчуги остаются пару лишних петель, так что мы могли бы взять парочку.

После того как хор одобрительных голосов стих, заседание Совета объявили закрытым.

После этого, их тела стонали от усталости, но дварфы — раса которая устраивала попойки даже во время перерыва.

— Вино пьется лучше всего на рабочем месте, — сказали они после того как осушили бокал крепкого дварфийского алкогольного напитка. В это время, Генеральный Секретарь подумав о чем то, выскользнул из зала собраний, в котором они сейчас сделали небольшую пивнушку.

Однако, сейчас он собирался встретиться с Мастером Кузнецом.

Его мастерская была огромна, как и подобает человеку, ответственному за кузнечное дело всего дварфийского народа. Скорее всего, это было самое огромное здание во всей Фео Джюре. В нем было множество ремесленников, жар(который мог плавить даже адамантит) и незатихающие звуки молотов, что бились о наковальни.

Однако тишина, которая там царила сегодня, заставила волосы Генерального Секретаря стать дыбом.

Он был уверен, что тигели работали.

Ведь по мере его приближения, жар увеличивался.

Но почему, тогда, нету привычного шума?

Генеральный секретарь, почувствовав беспокойство, ускорил шаг.

Он бывал здесь ранее, поэтому он начал уверенно приближаться к тигелю, где кузнецы должны были работать.

Он увидел кузнецов, которых знал лично.

Успокоив себя, он вздохнул с облегчением. Однако он заметил обеспокоенные лица кузнецов и увидел, куда они смотрят, тревога вновь вернулась в сердце Генерального Секретаря.

— Что происходит?

Когда он крикнул, кузнецы будто воспряли духом.

— Он заперся в той комнате и отказывается выходить.

Помимо своих гигантских тиглей, эта литейная также содержала мастерскую для личных нужд Мастера Кузнеца, хотя она больше была похожа на миниатюрную литейную для личного использования. Мастер Кузнец был усердным работником, а также при работе над важными проектами, он часто запирался изнутри и не появлялся в течение нескольких дней.

Это было довольно частым явлением. Ученики Мастера Кузнеца и другие кузнецы не имели обеспокоенных выражений на лицах.

— … Это не так уж и странно, не так ли?

— Это правда, что он запирается довольно часто… но нет звуков удара молота. И это длиться уже полдня — нет, почти целый день.

— … Возможно, он просто разрабатывает дизайн?

— Такого никогда не случалось раньше.

Генеральный секретарь гладил свою бороду.

Он не чувствовал, произошло что-то необычное. Тем не менее, если все кузнецы чувствовали неладное, то случай должен быть экстренным.

— Тогда почему бы вам не открыть дверь? Она заблокирована?

— Нет, она не заблокирована. Тем не менее, всякий раз, когда Мастер Кузнец удаляется в эту комнату, он просто ненавидит, когда кто либо открывает эту дверь.

— Понятно… Поэтому вы хотите, чтобы я, открыл её, верно?

Было бы проблематично для учеников Мастера Кузнеца. Но кто-то эквивалентный ему по рангу имеет больше шансов не навлечь на себя его гнев.

Похоже, что я вытащил короткую соломинку. Ну, этого уже не исправить.

— Я понимаю. Тогда, позвольте мне сделать это. Я определенно должен пойти первым. Будем считать, что я лично настаивал на этом, и вы не вовлечены.

После того, как кузнецы поблагодарили его, Генеральный Секретарь подошел и постучал в дверь.

Но, никакого ответа не было, независимо от того, сколько раз он стучал.

Опасаясь худшего, он бросился за дверь что есть мочи.

Это была все та же знакомая комната. Удивительно, но не было никакого жара, несмотря на то, что дверь была недалеко от огромного тигля. Это было связано с тем что воздух в комнате охлаждался магически. Когда он перевел взгляд, он увидел малиновое пламя пылающий в глубине тигля.

И потом, он увидел кого-то смотрящего на огонь.

Что, он там, не так ли? Подобно тому, как секретарь кабинета министров собирался вздохнуть с облегчением, он в очередной раз затаил дыхание.

Он почувствовал что-то странное, необъяснимое. Почему Мастер Кузнец молчит? Согласно кузнецам снаружи, он должен был сразу же отреагировать на вторжение.

— Эй.

Он едва слышно выдохнул это слово, но Мастер Кузнец не мог не услышать. Однако, ответа не было.

— Эй!

Генеральный Секретарь, занервничав, выкрикнул, но, как и ожидалось, Мастер Кузнец не пошевелился.

Тяжело дыша, Секретарь зашёл сбоку.

— …Эй!

— Что?

Ответ, наконец-то. Генеральный Секретарь едва устоял на ногах, его ноги ослабли от облегчения.

— Что? Что? Не заставляй меня…

Генеральный Секретарь осёкся.

Почему Мастер Кузнец не оборачивается?

Волнуясь за своего друга, Секретарь обошёл вокруг, заглядывая ему в лицо.

Тот был не похож на себя — словно загнанный зверь. Более того, его лицо жутко исказилось, словно он едва сдерживается, чтобы не сорваться и не устроить резню в собственной кузнице.

— …Что случилось?

Лицо Мастера Кузнеца наконец двинулось в ответ на почти непроизвольно заданный вопрос. Нет, двинулись лишь глаза, уставившиеся в лицо Генерального Секретаря.

— Что случалось? Что… случилось? Хмф!

Мастер Кузнец протянул руку. Он взял клещи, вытащил из пышущего пламенем тигля слиток, и бросил его в Генерального Секретаря.

— Увааа!

Секретарь отчаянно рванулся прочь, и слиток с громким стуком упал на пол.

— Ты что, с ума сошёл? Убить меня собрался?!

Он не намеревался терпеть такое, даже от друга.

Однако, Мастер Кузнец лишь холодно улыбнулся.

— Убить тебя? Ну да, так могло показаться.

Он протянул руку и взял слиток. Кузнецы обычно носят перчатки для защиты от жара, но Мастер Кузнец, к шоку Секретаря, этого не сделал. Также при нём не было никаких магических предметов, создающих аналогичный эффект.

Он взялся за раскалённый металлический слиток голой рукой.

Поступок настолько беспечный и смехотворный, что Секретарю показалось, будто он уже чувствует запах обожжённой плоти Мастера Кузнеца.

— Он не нагревается! — практически выплюнул Мастер Кузнец в лицо вытаращившего глаза Секретаря.

— Что, что ты сказал?

— Эта проклятая штука не нагревается! Совсем!

Он бросил слиток в Секретаря, и тот не успев осознать что делает, поймал его. На мгновение ему показалось, что металл испускает обжигающий жар, но на самом деле слиток вовсе не был горячим. По правде говоря, он на удивление прохладный.

— Что, что это?

Глупый вопрос. Генеральному Секретарю известна лишь одна вещь, к которой подходит описание металла, не раскаляющегося невзирая на нагрев. Так что вопрос был пустой формальностью.

Разумеется, слова Мастера Кузнеца подтвердили его подозрения.

— Это тот слиток, что дал мне этот проклятый скелет! Я нагревал его весь день, но он не нагрелся! Я бил его молотом, но он не меняет форму! Я даже поцарапать его не в силах! Как, ад меня побери, должен я делать из этого доспехи?!

— А-а может, что он дал нам металл, который и сам не в силах обработать?

— Хотел бы я так думать. Но ведь он дал нам меч из того же металла! Я могу поцарапать слиток этим мечом! Какой я, земля меня поглоти, Мастер Кузнец! Я не более чем идиот, способный бессильно пялиться на кусок незнакомого мне металла!

Секретарь попробовал придумать, как подбодрить Мастера Кузнеца.

— Ну, ну тогда, может, стоит спросить Короля-Заклинателя как обрабатывать это…

— Мудрее ли те кто не знают и спрашивают чем те кто не знают и не спрашивают? Что-то вроде этого, да? Это так. Дварфы прошлых дней действительно имели такую точку зрения. Но что значит количество моего опыта?. Посмотрите на эти руки.

Он решительно показал их. Это была пара рук ремесленника; толстые, тяжёлые и со шрамами от старых ожогов. Любой мастер мог гордиться этими руками.

— Я не выпускал из своих рук металл со времен бытия глупым подмастерьем. До этого момента я занимался этим дольше, чем кто-либо другой. Поэтому нет ничего удивительного в том, что я был признан лучшим ремесленником среди прочих. И причиной этого было то, что я приложил усилий больше, чем кто-либо другой!

Лицо Мастера Кузнеца было в напряжении.

— Я отдал свою жизнь кузнечному делу. Я думал, что невозможных задач не существует и любому металлу может быть придана желаемая форма. Ну и посмешище же я! Хаха! Зачем я обманывал себя? Я не лучше лягушки, сидящей в колодце! И подумать, я смел называть себя гением. Каким же дураком я был.

— Нет же, тебе лишь надо лишь чуть подучиться, ведь так?

— Это правда. Да, ты прав. Хотя мне и больно говорить это…

Мастер Кузнец крепко сжал слиток в своей руке.

Генеральный Секретарь был обеспокоен ничего не выражающим лицом Мастера Кузнеца.

— Все в порядке. Ты прав. Все, что мне стоит сделать — лучше обучиться кузнечному делу. Тогда что ты тут до сих пор делаешь?

— Что я де… ты… Ай, забудь. Нежить-король покинул город. Мы соберем Совет завтра и я пришел удостовериться, что ты на нем будешь. И еще, не трогай кузнецов рун.

— Если это так… Я понимаю. Тогда, увидимся завтра.

Генеральному Секретарю стало не по себе, но он сумел не выдать этого.

Усталость тела передается усталости духа. Мастер Кузнец скорее всего восстановится после хорошего отдыха в кровати. Заставив себя принять подобное объяснение, Генеральный Секретарь вернулся домой.

Однако на следующий день, он обнаружил, что Мастер Кузнец пропал вместе со слитком.

Как говорили, на пути к бывшей столице дварфов путника ждут три испытания.

Первое — Великий Разлом.

Само собой, пешком перейти его невозможно. Да, конечно, можно найти обход, но тем самым рискуя встретить опасных монстров. Прячущиеся, пождидая свою жертву монстры тех мест представляли для дварфов смертельную угрозу.

Очень сложно избежать засад существ, способных чувствовать шаги своих жертв и атакующих из-под земли. Одно неверное движение, и путника сожрут заживо. Помимо этих монстров бывают и такие, что воздействуют на разум жертвы, и наносят смертельный удар, пока она не пришла в себя.

В таких местах представители человекоподобных рас — люди, дварфы и эльфы — не более чем дичь.

Безопаснее всего будет обойти Разлом по поверхности, через горный перевал, но и этот путь опасен даже для наземных жителей. Необходимо быть готовым отражать атаки Перитонов, Гарпий, Ицумадов, Гигантских Орлов и прочих летающих и нелетающих крупных монстров. Поле зрения человека сильно ограничено сверху и снизу, так что одного мгновения беспечности может хватить, чтобы проглядеть атаку сверху и быть убитым одним ударом.

-

Так что простой переход через Великий Разлом представлял из себя настоящее испытание.

Вот почему дварфы построили подле него город и перебросили через Разлом подвесной мост. Стоит разрушить мост, и никто не сможет пересечь Разлом, превратив его в непреодолимый барьер на пути к столице.

Теперь, когда мост уничтожен кваготами, Великий Разлом снова превратился в препятствие.

Однако…

Для Айнза и его спутников оно не представило проблем. Использовав заклятье [Полёт], они с лёгкостью пересекли Разлом.

Далее, второе испытание — пылающая лава.

Это море палящего жара сияло ослепительным светом. Один вдох невероятно перегретого воздуха этого места мог сжечь лёгкие в груди.

Вероятно, лава могла течь бесчисленные километры под землёй потому, что этот мир — мир магии. Естественные порталы, сопоставимые по мощи с [Вратами], соединяли потоки магмы этого места с какой-то далёкой областью.

Среди этого пылающего океана таилась причина того, почему это место считалось испытанием.

Монстр, лениво плавающий в огненном море.

Гигантское существо, длиной свыше 50 метров, внешне напоминающее рыбу. Точнее говоря, очень похожее на рыбу-удильщика. Но вместо приманки на его голове растёт щупальце, заменяющее чудовищу руку. Этим щупальцем оно способно на большом расстоянии схватить врага и отправить его в гигантскую пасть.

Шкура монстра — толстая и прочная, её, как и шкуру обычных рыб, покрывают чешуи, но прочностью эти чешуи превосходят даже орихалк.

Многие существа, прожившие долгую жизнь, становятся очень сильны. Такие особи становятся знамениты как выдающиеся представители своих видов, а во многих случаях даже считаются иным видом, отличным от своей родной расы. Этот монстр прошёл через особый эволюционный процесс, и превратился в уникальное существо, единственное в своём роде.

Прошедших через подобный процесс существ, так называемых повелителей горы Раппаслеа, было трое.

Лорд-Феникс, правитель неба.

Древний Огненный Дракон, владыка земли.

И Повелитель Лавы Раангра.

Если использовать оценку сложности, принятую в Гильдии Искателей Приключений, то Повелитель Лавы получит ранг примерно в районе 140. Никому не выжить в схватке с ним один на один.

К счастью, у него плохая атака по наземным целям. Никто не будет атакован, если он будет один в магме. Тем не менее, дорога к Столице Дварфов, пролегала по узкому, шаткому пути, который был не намного выше расплавленной горной породы.

Во время вторжения, достаточно большое количество кваготов упало в магму. Если они выдерживали раскаленного воздуха, поднимающего вверх, то малейшее неверное движение, отправляло их в раскаленную горную породу.

Однако.

Переход не представлял ни какой угрозы для путешественников, обладающих иммунитетом к огню и владеющим магией полета. Они пролетели, гораздо выше досягаемости Повелителя Лавы Раангра и ни одна из сторон не почувствовала присутствия друг друга.

Так Аинз и его группа пересекла море магмы.

До сих пор испытания были легко преодолены с помощью магии полёта, поэтому трудно было рассматривать как испытания. Однако, последнее испытание было проблемой в прямом смысле этого слова, будучи длинной, извилистой и ветвящейся серией пещер.

Это испытание, конечно же носило название "Лабиринт".

Тем не менее, для одного, это было слишком легким испытанием. Там не было никаких монстров и кто-нибудь потратив время на составление карты, может преодолеть его. И если это все трудности, то считать его испытанием можно было лишь для тех, кому не хватает воды и еды, то есть для тех, кто ограничен во времени.

Да… была еще одна причина, почему это место считалось испытанием.

В этой местности были отверстия, которые изрыгают струи вулканических газов через определенные промежутки времени, и были места, где эти газы скапливаются. Другими словами, это была адская зона, с невидимым, смертельным ядом, который распространялся сильным ветром.

Есть несколько маршрутов, которые введут к выходу, но был только один, который позволяет избежать газа. Но даже по этому маршруту можно надышаться газа, если не пройти по нему достаточно быстро.

Если использовать заклинание [Полет], которое позволяло пройти остальные испытания, то оно позволит лишь процарапать потолок. Газ заполняет воздух и под потолком пещеры, так что заклятье полёта поможет лишь избежать тех мест, где газ застоялся и собрался у пола

Однако.

Аинз и Стражи имели адекватные контрмеры против газовых атак, так что это не создавало для них никаких проблем. Вернее, единственный, на кого могли повлиять атаки газом был Гондо. Нежить имела иммунитет, и газы, которые не наносят кислотного или огненного урона не причинит им вреда. У Ауры был магический предмет, который создавал вокруг неё пузырь со свежим воздухом, так что газ не мог ей навредить.

Другими словами, пока Гондо защищен магией, он может спокойно пройти через вздымающиеся пары смерти.

И так, три испытания — опасные места, которые считались непроходимыми, для не подготовленных или не обладающих определенными знаниями — были легко завоеваны Аинзом и его сопровождающими.

Заклинание Аинза [Благославление Титании], которое указывало наикратчайший путь своему пользователю через подземелье, медленно угасало. Это был знак, что срок его действия подходил к концу, или то, что оно выполнило свое предназначение.

— Хм. Похоже, в этой пещере, находиться свежий труп квагота. Но мы все еще их не догнали. Видимо, за день, они сумели очень далеко уйти.

— Мы значительно сократили разрыв между нами. Мы почти догнали их, — сказала Аура, осмотрев следы на земле.

О_О — _-

— …Вот как. Итак, обсудим наши дальнейшие действия. Гондо, мы скоро прибудем к столице, так?

— Да. Я слышал об этом лишь в легендах, но если те пещеры и есть знаменитый Лабиринт Смерти, то мы вскоре должны достичь цели.

Гондо горько усмехнулся.

— Но действительно ли это был Лабиринт Смерти… В легендах сказано, что тех, кто не знает путь, в конце пути ждёт лишь смерть…

Айнз не мог ему ответить. В конце концов, испытание оказалось слишком простым. Возможно, это всего лишь хитрость, уловка, призванная внушить врагам уверенность что они миновали препятствие и заманить их в настоящую ловушку. Этого, конечно, нельзя полностью исключать.

— …Но если всё так и есть, мы просто вырвемся из ловушки силой. Впрочем, попадаться в явную ловушку — верх глупости. Давайте продвигаться вперёд не торопясь, будьте начеку.

Они спешили, стараясь нагнать врагов. Но не настигли их даже добравшись сюда. Стоит заново переосмыслить планы с учётом того, что враги уже вернулись в свой лагерь.

— Итак, обдумаем наши действия по прибытии в логово противника.

Убедившись, что все согласно кивнули, Айнз повернулся к Гондо.

— Первым делом мы с Гондо отправимся к Королевскому Дворцу. Я разберусь с засевшим там драконом.

Ни Стражи, ни Гондо не возражали.

Высокоуровневые драконы были сильнейшими из противников в ИГГДРАСИЛе. Не зная силы врага, очень опасно атаковать его без Стражей. Однако, в распоряжении Айнза есть предмет мирового класса. Он обладает многими качествами, и одно из них делает его очень эффективным против драконов. Так что даже в худшем случае Айнз сумеет отступить.

Но если он возьмёт с собой Стражей, а противник окажется более могуч, чем он ожидает, то спастись всем вместе будет очень тяжело.

Если с ним будет Гондо, то в самом худшем случае Айнзу придётся всего лишь бросить его. Но бросить детей своих друзей он не сможет. А значит, лучше просто не брать их с собой.

"Драконы, значит… Жду с нетерпением"

Драконы ИГГДРАСИЛя были могучими противниками, а также — ходячим кладезем добычи.

В награду за победу над драконом можно было получить хорошие кристаллы данных, и шансы добыть с них артефактный предмет были выше, чем с нормальных монстров. Шкура, мясо, кровь, клыки, когти, глаза, чешуи и другие части тел драконов также находили своё применение.

Можно сказать, это очень вкусные враги.

Мысль о том, что вскоре он встретит своего первого в этом мире дракона, переполняла душу Айнза сложной смесью беспокойства, предвкушения и вожделения. Он был так рад, что едва сдерживался.

Если верить дварфам, там обитает могучий Ледяной Дракон, разрушивший их город на западе. Если дело повернётся плохо, то Айнза ждёт ещё одно сражение с неясным итогом, подобное его схватке с Шалти.

"Может, Рыцарей Смерти уничтожил этот дракон? Если это тот же самый, то я должен справиться, но если их больше одного, будет непросто. Может, остаться в засаде и отправить всех кроме Ханзо… — нет, лучше поступить вот как"

— …Владыка Айнз?

— Хм? А, Шалти. Прости, я задумался. Итак, сейчас я отдам приказы вам двоим. Аура и Шалти, вы явитесь кваготам и потребуете от них подчинения мне. Если они посмеют отказаться, продемонстрируете им мощь Назарика!

Обе отозвались решительным тоном.

Айнз посмотрел на Гондо. Тому, похоже, нечего добавить. Видимо, таким образом он выказывает свою готовность подчиниться любому решению Айнза.

Хотя Айнз и согласился очистить столицу от кваготов, но уничтожать их полностью он не собирался. Геноцид целой расы, не существовавшей в ИГГДРАСИЛе, казался ему некоторым расточительством. Именно, убив их всех он рискует полностью уничтожить эту расу. И даже если это и не так, в будущем они могут послужить Назарику.

Да, конечно, они могут оказаться также и вредны. Но искоренять их, не убедившись в этом, несколько неразумно.

"Уничтожить просто, а воскресить сложно. Поэтому значит, остаётся лишь одно. Кроме того…"

— Если они выкажут себя глупцами и откажутся принести клятву верности, оставьте в живых около десяти тысяч. Постарайтесь, чтобы выжили те что посильнее. Однако, чтобы избежать проблем в будущем, выбирайте руководствуясь не только силой. Позаботьтесь, чтобы примерно половина выживших оказалась самками. Кроме того, не позволяйте никому из них сбежать, вам ясно? В особенности тому, кто занимает среди них пост аналогичный королевскому.

— Но… Владыка Айнз…

Айнз жестом призвал Ауру — казавшуюся расстроенной — продолжать.

— Мы не знаем, насколько велика столица дварфов, но, похоже, она довольно обширна. Нам двоим будет трудно уследить за такой большой площадью и не дать сбежать никому из кваготов. Что нам делать?

— Хм. Разумный вопрос. Раз так — Аура, настал твой звёздный час. Используй тот предмет мирового класса, что я дал тебе.

— Можно, правда можно?

— Да. Пора пустить его в дело.

— Я, я поняла!

Лица Шалти и Ауры напряглись.

— Хотя этот предмет мирового класса можно использовать неограниченное число раз, если враг выполнит определённые условия и сбежит, право владения предметом автоматически перейдёт ему. Этого ни в коем случае нельзя допускать.

Айнз вспомнил тот случай, после которого гильдия Айнз Оал Гоун получила во владение этот предмет.

Сколько писем посылали им враги, умоляя вернуть его?

Айнз фыркнул.

Разумеется, ответом было — "не нужно было его использовать, если так боялись потерять". Нет ничего глупее, чем гильдия, неспособная на столь очевидные рассуждения. Если они не хотели, чтобы предмет отобрали, то нужно было запереть его в сокровищнице и никогда не вынимать. Айнз так и поступал, хотя и полагал что никакого риска нет.

— Кроме того, вы должны быть начеку с теми, кого не засосёт внутрь — если вам встретятся такие враги, то они — тоже обладатели предметов мирового класса.

— Значит, вы тоже не сможете войти, владыка Айнз?

— Когда он откроется — нет. Однако, при желании можно найти путь внутрь. Нужно очень внимательно следить за той мимолётной паузой… Ну, идёмте.

Группа выступила вперёд с Аурой во главе.

Возможно, причиной тому близость к столице дварфов, но даже в естественных пещерах было легко передвигаться. Все сталактиты и сталагмиты были убраны, видимо, для удобства прохода. Какое-то время они шагали, окружённые плодами труда дварфов.

Аура — шедшая впереди — внезапно остановилась. Она приложила ладонь к длинному уху, и вслушалась.

Айнз и остальные молчали, ожидая её слов.

— Владыка Айнз, я слышу впереди множество живых существ, сотни. Точно измерить расстояние не могу, но полагаю, через несколько минут мы встретим их…

— Хо… Мы их настигли?

— Нет, звука движения я не слышу. Они словно чего-то ждут…

— Понятно. Они почуяли погоню? Это засада?

Раз так, то они, наверное, использовали какую-то магию провидения, чтобы шпионить за Айнзом и его спутниками.

Айнз тонко улыбнулся.

До сих пор он не демонстрировал врагу свою силу. И поэтому противник решил бросить на Айнза отряд и оценить его возможности.

Из готовности врага пожертвовать жизнями ради информации Айнз заключил, что тот в беспокойстве. Это придало ему чувство, что он побеждает своего врага в битве умов.

— Владыка Айнз, нам захватить их?

— Хм, если подумать, пока что мы почти не показывали противнику, на что способны. Так что давайте соберём кое-какие сведения, прежде чем прихлопнуть разом их логово.

— Поняли!

Кроме того, даже если враг и сможет что-то узнать, разработать контрмеры на лету будет не так-то просто.

Игроков ИГГДРАСИЛя можно поделить на две группы.

Первая — те, кто специализируется в чём-то, вторая — те, чьи способности равномерно распределены.

Если игрок первой группы и узнает что-то про врага, от информации будет мало пользы, если сведения окажутся не под стать специализации. Игрок второй группы всегда сможет что-либо придумать, но со своими равномерно распределёнными способностями окажется не в состоянии организовать неотразимую атаку.

Да, конечно, врагом может быть кто-то кроме Айнза, знающий много заклятий, обладающий множеством могущественных предметов, доставшимся в наследство от прошлых товарищей, и способный приспособиться к широкому спектру обстоятельств. Или кто-то вроде Тач Ми, обладающий очень высокими параметрами, но это — исключение из правила. А значит, беспокоиться нужно лишь об одном.

… Число могущественных существ. Тот факт, что эти цифры неизвестны немного пугает меня. Учитывая, что я не могу полностью подтвердить это вероятно, следует обдумать возможность отступления — гм. Ну, во всяком случае, мы не можем обойтись без удара по ним, чтобы увидеть, что у противника их рукаве. — Oх-х, Дух Ямайко-сан, овладел мной…

— Шалти. В этот раз не впадай в боевое безумие, ладно?

— Конечно!

Шалти извлекла Шприцевое Копьё.

— Отлично. Обычно нам стоило бы скрыть от врага факт обладания предметами божественного класса. Однако, понадобятся очень высокие навыки обнаружения, чтобы разгадать что это. Ну, вперёд.

— Поняла!

* * *

В Фео Берканане, в статной и великолепной бывшей Королевской столицы Дварфов, построенной на расцвете их цивилизации, самым большим строением после Королевского Дворца была Торговая Гильдия, потому что в ней было много комнат для проведения встреч и хранилищ для временного хранения товаров.

Это здания использовали множество Дварфов, и оно превосходило по размерам другие здания города. Однако же, теперь оно являлось резиденцией повелителя Квагонских кланов, Пе Рьюро.

К моменту возвращения Йозу Рьюро сидел, а точнее, практически утопал в большой и мягкой подушке. Даже зная о провале Йозу, он вёл себя как обычно, ничем не выказывая злобы или беспокойства.

Йозу поклонился и описал случившееся.

Пусть важные детали уже и были посланы с гонцом, он прибыл, чтобы лично доложить все. В частности, он должен был тщательно доложить о козыре Королевства Дварфов, черных латах, которые он сам видел своими собственными глазами.

Рьюро слушал в тишине, а затем медленно повел рукой, протягивая её к клетке позади него. Он вытащил пищащую ящерицу. Жирную, округлую и сочную ящерицу, достойную стать перекусом для короля.

Рьюро протянул руку с ящерицей Йозу.

— …Перекусишь?

— Нет, нет благодарю вас.

— В самом деле, тогда — пробормотал Рьюро. Затем он откусил голову ящерицы своими челюстями, и Йозу почувствовал слабый запах крови и внутренностей.

Вся 20-ти сантиметровая ящерица исчезли во рту Рьюро за три укуса.

Рьюро вытер окровавленные руки и рот близлежащим чистой полотенцем.

— …И так вы отступили. А что с преследователями?

— Мы неуверенны. Однако…

Так как подвесной мост упал, он не думал, что противник будет продолжать преследование. И откровенно говоря, они должны были взять дварфов за горло. Все что дварфы могли сделать, это укрепить свою оборону, найти и перекрыть фланговые маршрут, а затем, возможно, они могли бы приготовиться контратаке на этом месте.

Причина, почему они только два набора этой черной брони, было либо глупостью с их стороны, когда они разделили свои силы, или потому, что это была вся их военная мощь.

Это мнение Йозу, которым он поделился с Рьюро.

— Не будет удивительно если у них окажется еще один или даже два таких же.

Рьюро, казалось, почувствовал бессознательное выражение удивления Йозу. Он неоднократно толкал ящериц в клетке пока лениво объяснял что имел ввиду.

Дварфы были уверены в неприступности их крепости. Если он падет, они почувствуют, что шансы того что город будет повержен очень высоки. Таким образом, будет ошибкой не предположить, что черные доспехи которые они выслали были значительной частью от их общего количества.

Однако, так как они не знали, как именно крепость была захвачена, собирать все свои силы на передовой будет опасной авантюрой. Если бы было несколько путей для уничтожения, то они все могли бы быть потеряны.

Хотя это не было ситуацией когда они могли разделять свои силы по кусочкам, у них не было достаточной информации, чтобы собирать все свои силы для контратаки.

Поэтому, даже если у них есть еще, то только один или возможно два. Это было то, чему он пришел.

Йозу чувствовали, что все было именно так, как сказал его Господин, и он был в восторге от проницательности своего Господина.

— Тогда, как ты думаешь, кто сможет победить этих големов?

— Я уверен, что вы сможете победить их, мой Лорд!

Рьюро был сильнейшим бойцом среди всех восьми кланов кваготов. В самом деле, его боевые навыки были образцовыми.

Он мог бы даже бороться со всей рассой кваготов в одиночку и победить. За всю истории кваготов не было никого столь же сильно как он.

Йозу вспомнил о Рьюро побеждающего монстра в прошлом. Он был абсолютно уверен в том, что Рьюро была сильнее тех големов.

— Оставь любезностями. Ты действительно так думаешь?"

— Да! Я так думаю!

Рьюро горько усмехнулся, но Йозу отвечал искренне. У него не было другого ответа, кроме этого.

— … В каком клане ты родился?

Неожиданный вопрос. После того, как Йозу назвал свой родной клан, Рьюро задумался еще раз.

— Понимаю… В таком случае, ты действительно должен думать, что я смогу выиграть, верно?

— Что, что это значит?

— Я просто подозревал, что ты можешь рассматривать это как шанс устранить меня. Это правда, что я сильнее, чем кто-либо другой у целых видов. Из-за этого, ты можете подбить меня на сражение с големами после того, как недооценю их силу. Затем големы убили бы меня. Ну, если вы так поступите, то никто не сможет победить големов… но он будет поврежден во время боя со мной, а затем вы можете решить, что сможете подавить его числом.

Хотя Лорд которому он присягнул в своей верности бросил на него свои подозрения, сердце Йозу не было наполнено ничем, кроме уважения.

Сам он на месте Рьюро ни за что не сумел бы проанализировать всё так тщательно.

Йозу твёрдо верил, что Рьюро — истинный Повелитель Кваготов, и его преданность лишь укрепилась.

Рьюро спросил, превратно истолковав молчание:

— …Почему ты не торопишься ответить, что не питаешь таких намерений?

— Да! М-мои глубочайшие извинения! Я просто был очарован глубиной вашей мысли, о Повелитель! Как вы и сказали, я не планировал ничего подобного!

Рьюро громко рассмеялся.

— А ты интересный парень!…Мои подданные, которых я вверил тебе, погибли впустую, так что за это тебя ждёт наказание. Но я не причиню тебе ран, чтобы не повредить твоему дальнейшему развитию. По правде говоря, ты узнал про Големов и вернулся, поняв важность этой информации. Кроме того, ты предвидел возможность преследования и отправил часть армии занять оборону возле города, что показывает остроту твоих мыслей.

— Большое спасибо!

Йозу низко поклонился.

— Итак, вопрос к такому замечательному полководцу как ты. Как нам разузнать больше об этих Големах?

— Атаковать недомерков.

— Это один из способов. Таким образом мы узнаем, остались ли у них ещё Големы в запасе.

— Да! И если нет, то нужно как можно скорее захватить их город, невзирая на потери.

— Верно, — кивнул Рьюро.

Если речь идёт о живых, то нужно время чтобы родились и выросли новые воины. Но Големов нужно лишь построить. Время не на стороне кваготов.

— Какие ещё есть способы?

— Простите, но пока я ничего не могу придумать.

Рьюро засунул руку в клетку с ящерицами и вытащил ещё одну.

— …Будешь?

У меня что, такой голодный вид?

Да, Йозу бежал обратно со всей возможной скоростью, он даже не отдохнул как следует. Но всё же он не настолько голоден, чтобы выпрашивать еду Повелителя.

— Нет, спасибо.

— Ну как хочешь, — отозвался Рьюро. И откусил ящерице голову, так же как и предыдущей. Когда он точно так же пожрал вторую ящерицу, Йозу задал вопрос.

— Так что скажете, Повелитель. Вы придумали другой способ?

— А, да. Спросить у него. Он гораздо мудрее меня… Впрочем, проблема в том что и платы он потребует соответствующей.

— Под платой вы имеете в виду… Неужели!

Йозу тут же понял, о ком речь.

— Именно. Нужно отдать драконам…

Рьюро не успел договорить. Снаружи послышалась возня, и двери с грохотом распахнулись.

— Повелитель Кланов!

Вбежал один из стражей.

— Похоже что-то срочное. Что-то случилось?

— Да! Похоже, кто-то движется к городу!

— Откуда?

По словам стража, чужаки приближаются с того фланга, где Йозу разместил свои войска. Иначе говоря — со стороны города дварфов.

— Так значит, они отправили погоню… Я недооценил недомерков.

С этими словами Рьюро поднялся.

Глаза Йозу словно бы безмолвно вопрошали, куда он. Рьюро, почувствовав это, ответил:

— Похоже, нас избавили от необходимости принимать решение. Я прямо сейчас отправлюсь поговорить с драконами.

— Вы хотите узнать про Големов?

— Нет. Я намерен убедить их разобраться с приближающимися недомерками. Вместе с недомерками наверняка их Големы. Мы стравим их с драконами, и обе стороны ослабнут… Хмф. Пусть отрабатывают своё жилище.

Повлеителя Кланов до глубины души злило, что лучшее место в городе — Королевский Дворец — драконы забрали себе. Об этом знали лишь немногие доверенные лица, как и о том, что Повелитель Кланов искусно прячет эти чувства и кланяется драконам.

Драконы намного превосходят кваготов.

Так что они вынуждены изображать покорность, пока не найдут способ сравняться с ними в силе. Однако, во всей горной гряде очень немногие существа способны на равных выступить против драконов. За одним исключением, лишь Ледяные Гиганты способны на это.

А сейчас, как сказал Рьюро, у кваготов появился шанс.

— Йозу, это маловероятно, но на всякий случай отправляйся в разрушенный район. Не хочу, чтобы ты оказался втянут в битву драконов.

Один из районов Королевской Столицы Дварфов был полностью разрушен до того как Кваготы взяли его. Кваготы не отстраивали эту зону, с тем чтобы использовать её как плацдарм для собрания огромной армии. Похоже что она наконец-таки пригодилась.

— Понял.

— Тогда… можешь помочь мне с приготовлениями подношений для встречи Драконов? Они любят украшения, так что приготовь некоторые. Я доверяю тебе хотя знаю что они слишком алчны и не тотчас согласятся с изначальной платой. Они точно поднимут цену. Держи это в голове, и приготовь также несколько низкосортных вещиц.

Подтверждающе кивнув Рьюро, Йозу тут же принялся за приготовления.

* * *

Сильнейшими созданиями в этом мире были драконы. Были расы, которые смогли адаптироваться к суровым землям, где люди не могли выжить. Азерлисские Горы не были исключением, и здесь правили драконы.

Этими драконами были Ледяные Драконы.

Обычно драконы имели стройные тела. Они напоминали не столько ящериц, сколько кошек. Ледяные драконы же были еще стройнее, подобно змеям.

Их чешуя была бледно-белой, но по мере их старения, она становилась белой как снег. Они приспособились к окружающей среде благодаря иммунитету к холоду, однако они были уязвимы к огню.

К тому же у Драконьей расы была их козырная карта. Они обладали грозной силой дыхания ледяного дракона.

Свернувшись кольцом вокруг трона, Повелитель Ледяных Драконов, Оласирд'арк=Хайлильял, смотрел вниз на кваготов, просящих аудиенции с ним.

— Значит, вы пришли. В чем дело?

— Да, для меня большая честь получить аудиенцию у могущественного Белого Лорда Дракона, Оласирд'арк=Хайлильяла…

— … Обойдись без формальностей. Ближе к делу.

Говоря это, Оласирд'арк немного сузил глаза.

Титул Повелителя Драконов имел особую важность среди драконов. Среди драконов этот титул дается только самым старым (древним) драконам, или драконам с особой силой, или же драконам, умеющим использовать экзотическую магию. Этим выдающимся драконам присуждался титул Повелителя.

Слушать, как другие обращаются к тебе используя этот титул, было довольно приятно

— Да! Сперва, я бы хотел выразить благодарность за предоставление аудиенции.

Кваготы ожидающие позади Лорда Кваготов достали старый потрепанный мешок.

Они открыли его, и ожидаемый блеск золота выплеснулся наружу.

Этого было недостаточно, чтобы удовлетворить его, но это было все, что кваготы могли собрать, поэтому он должен был смириться с этим.

— Хорошо, чего вы хотите?

— Да! Откровенно говоря, какие-то незваные гости намерены изгнать нас из наших жилищ, и я подумал, не сможем ли мы воззвать к вашей непревзойдённой мощи, о великий Белый Лорд Дракон…

— Хм….

Для Оласирд'арка, Кваготы были неполноценными. Они были созданиями, которые должны почитать могучих Драконов, и были сравнимы с их собственностью. Было своего рода досадно позволить им быть убитыми. Однако, его также разъяряло что приходиться действовать от имени этих низших форм жизни.

Взгляд Оласирд'арка упал на его сверкающий трон — небольшую гору золота и драгоценных камней.

Одной их привычек, присущих всем Драконам, была любовь к дорогим металлам, украшениям, магическим предметам и всему такому. Оласирд'арк не был исключением в этом отношении.

Тем не менее, хоть он и мог рыть туннели и добывать драгоценные металлы или редкие кристаллы, он не мог их обрабатывать. По идее, могучие не должны заниматься такими вещами. Для этого и нужны рабы.

Таким образом, не важно что он побудил себя к действиям от имени его рабов. Его сердце прониклось великодушием.

— И кто эти люди?

— Мы не уверены. Мы ещё не установили их истинной природы. Тем не менее, это должно быть Дварфы.

— Дварфы… Угу.

Оласирд'арк глянул на внушительную дверь позади него.

За этой дверью располагалась бывшая сокровищница Города Дварфов.

Не важно сколько бы раз Оласирд'арк атаковал её, она не открылась и не разрушилась. Защитная магия установленная на неё кузнецами рун защищала их сокровища от всех атак которые он предпринимал.

Его одержимость содержимым свода давно угасла, и эта дверь стала не более чем царапалкой для его когтей. И всё же, когда он услышал о Дварфах, тлеющие угли в его сердце вспыхнули вновь.

Если эти Дварфы установили её сюда, возможно они знают способ открыть этот свод.

Пришло время бросить Кваготов? Дварфы куда полезнее, во многих отношениях.

Пока Оласирд'арк рассматривал эти варианты, он холодно глядел на Кваготов под ним, и просьба Лорда Кваготов наконец подошла к концу.

— Я уверен что вы сможете победить Дварфов или кого бы то ни было с пренебрежительной лёгкостью, господин Белый Дракон Лорд. Пожалуйста, одолжите нам вашу силу! Излишне говорить, когда они падут мы предложим удвоить сумму с этого момента, не более того!

Его жадность была затронута последней фразой, лицо Оласирд'арка дёрнулось.

— … Ясно. Я обдумаю это.

— Это не может ждать! Господин Белый Дракон Лорд, враги близко! И Дварфы намереваются отбить город!

Оласирд'арк обратил свой проницательный взор на Кваготов.

— Что ты под этим подразумеваешь? Ты намекаешь, что эти ничтожные гномы смогут согнать меня с моего гнезда?

— Я не говорил этого! Но, нельзя сказать что эти Дварфы намереваются сделать! Всё что мы знаем, у них должно быть есть способ разрушить этот город!

— Ты не думаешь что раз так, то они бы уже сделали это?

— Очень похоже что они намереваются разрушить город изнутри!

— Хм, — Оласирд'арк задумался. Похоже это немного преувеличенно, но нельзя полностью исключать этого.

Это место было определённо необходимо для создания Драконьей Империи.

После захвата Королевского Дворца Дварфов, он приказал своим жёнам откладывать здесь свои яйца, и воспитывать его детей пока они растут.

В прошлом, они случайным образом находили места для откладывания яиц и бросали их там, или выгоняли их из гнезда через год или два после рождения. Это не будет способствовать усилению Драконьей расы.

Я должен увеличить количество своих отпрысков, и затем покорить Морозных Гигантов. Тогда я буду полностью доминировать в этой горной гряде, подумал Оласирд'арк.

В этой горной гряде, Морозные Гиганты и Ледяные Драконы были вершиной хищников. Поэтому они долгое время соперничали, чтобы определить кто главный.

Морозные Гиганты были невосприимчивы к холоду, что означает козырная карта Ледяных Драконов — ледяное дыхание, не могла навредить им. Мощь массивного оружия, которым орудовали Морозные Гиганты, нельзя было упускать из виду, даже Драконам. Если бы они брали числом, Драконы уже вполне могли быть побеждены. Кроме того, были Ледяные Драконы, которые уже проиграли Морозным Гигантам, и использовались ими в качестве гончих.

Естественно, Ледяные Драконы тоже это знали. Если бы Оласирд'арк. был одним их них, он не упустил бы шанса уничтожить могущественного врага прежде чем их число могло возрасти. Если он оставит эти территории, тогда племена Морозных Гигантов несомненно объединятся чтобы атаковать их прежде чем он сможет захватить новое место силы.

Оласирд'арк посмотрел на его наложниц, лениво развалившихся по комнате.

Это были три самки Драконов.

Среди них была самая молодая, с одним белёсым рогом, Мианаталон=Фавнесс.

Та, что множество раз сражалась с Оласирд'арком за территорию — Мунуиня=Лизлим.

И ещё единственный Дракон в этом здании, способный использовать священную магию (хотя только 1-го уровня) Килистран=Деншушуа.

— Что вы думаете?

— … Почему бы не помочь им? В конце концов, ничтожные маленькие Дварфы не тянут на пугающих врагов.

— Я тоже согласна. Честно говоря, мне плевать что они говорят. Но если Дварфы нападают, зная что мы здесь, это равноценно взгляду на нас свысока. Мы должны вселить ужас в сердца этих трусливых мелких созданий.

Он перевёл взгляд с Мунини — которая царапала пол острым когтем — на Килистран.

— А что скажешь ты?

После того как к ней обратились, Килистран склонила голову.

— Я против и за. Я против, потому что мы не можем быть уверенны что нападающие действительно Дварфы. В добавок, если они нападают зная о нашем присутствии, они должно быть приняли нашу силу во внимание. Хоть сама мысль о разрушении города и абсурдна, механизм осуществления подобного не не досягаем для технологий Дварфов. Будет глупо не отреагировать на это.

Оласирд'арк горько улыбнулся. У неё столь противоречивый характер. Вот за что она ему нравится.

— Что ж, члены парламента высказались. — В таком случае. Я приму твою просьбу, жалкий Квагот.

— Да! Примите нашу глубочайшую признательность!

Когда Оласирд'арк холодно глянул на Кваготов, пресмыкающихся перед ним, он провозгласил.

— Однако, вы должны предложить дань, в десять раз больше предыдущей.

— Десять! Десять раз?!

Оласирд'арк фыркнул на Квагота Лорда, поднявшего голову.

— Вы даже не знаете кто атакует. Этого следовало ожидать… Тогда, что вы будете делать? Если вы не в состоянии обеспечить необходимую сумму, тогда можете разбираться с этим сами.

— Пожалуйста, пожалуйста подождите! Мы предложим дань! Пожалуйста позвольте нам предложить дань!

Вдруг, Оласирд'арк подумал о кое-чём.

Смогут ли Кваготы на самом деле заплатить столько золота? Или это потому что Дварфы были невообразимо могущественными противниками, из-за которых они так стараются уговорить его не заботясь о том сколько им придётся заплатить?

Нуу, это не важно. Если они не смогут заплатить, тогда как и сказала Муниня, я вырежу неотвратимый ужас на сердцах этих слабаков (Кваготов).

— Тогда, ступай.

— Да! Но… когда нам ожидать Вашего прибытия?

— Скоро. А до того, ждите.

— Да!

Пока Оласирд'арк смотрел как уходили кваготы Мианаталон спросила.

— Ты отправишься лично?

0_о

— Если бы. Конечно нет.

Оласирд'арк был самым могущественным драконом здесь. В таком случае, будет глупостью с его стороны в самом деле бороться от имени своих рабов, даже если ему уже заплатили. Следовательно-

— Кого мне следует отправить… Какой ребенок больше подойдет?

Все здесь были его детьми. Каждый дракон здесь, за исключением его наложниц был связан с Оласирд'арком кровью.

— В таком случае, отправь моего ребенка

— Твоего? Кого?

Клистрана имеет четверых детей рождённых от Оласирд'арка, и каждый из них был драконом возрастом более ста лет. Они были гораздо сильней, кваготов.

— Естественно старшего.

— Значит Хежимнала?

Оласир`дарк нахмурился.

— Этот парнишка может выглядеть как угодно, но у него есть голова на плечах, и он рассматривает ситуацию с правильной точки зрения. Если они отвернуться от дварфов, не думаешь ли ты, что самым правильным будет позвать их на переговоры? Ты, стало быть начал уставать от рабов-кваготов, разве нет?

— А он сможет заняться этим? Можно ли не прибегать к помощи других детей?

Оласирд'арк согласился с Мунуиньей.

— По крайне мере он справиться лучше, чем Транжелайт.

— Килистран. Самое главное для драконов — это их физические характеристики. Никто не побеждает сильного и быстрого, одной остротой своего ума. Оласирд'арк побеждает меня, потому что его тело сильнее моего. Заруби себе это на носу. Транжелайт в этом плане подходит гораздо больше, чем Хежинмал.

Транжелайт был одним из детей Оласирд'арк и Мунуиньи. Он был сильнейшим, среди их потомков.

— Но все обернется провалом, если ты не можешь холодно мыслить. Если послать ребенка, который может убить квагота, без какой-либо причины, кто знает чем все закончиться?

— Это так, но…

Оласирд'арк остановил Мунуиню, которая хотела сказать, и взглянул в лицо Мианаталоне. Она, похоже, находила весь этот спор ужасно скучным.

— Давайте примем предложение Килистраны и пошлем Хежинмала.

— Это не поможет. Он не хочет этим заниматься.

Оласирд'арк почувствовал, что все пошло не по плану с самого начала.

Мунуиня усмехнулась, издав тонкий, безрадостный звук. Было бы хуже, если бы она опять начала спорить, и Оласирд'арк начал повышать на нее голос.

— Давайте просто выломаем дверь или еще чего, и вытащим его наружу.

— Хех, я не трогал твою крепость, только потому, что ты не просила меня об этом. Значат ли твои слова то, что ты даешь мне одобрение?

Если да, то не могу обещать, что все ограничиться только дверью.

На самом деле, он кое-что вспомнил, произнося эти слова. Несмотря на то что драконы были умелы, они не могли перестраивать то, что однажды было разрушено и не знали магии, которая может. А это означает, что если они разрушали что-то, значит оставляли все как есть.

Для Повелителя Белых Драконов было бы позором, жить в замке, полном дыр и пробоин. Поэтому он приказал своим потомкам и женам придерживаться этого правила.

Хотя наверное, его жены подчиняться, если он прикажет.

— С этим ничего не поделаешь. Ну, я пошел.

— Прошу.

— Оласирд'арк посмотрел на Килистрану с ошарашенным выражением лица.

Ему было не по нутру, что он, повелитель, вынужден идти лично. К тому же, он будет должен позволить нескольким кваготам жить в его крепости и работать на него?

Как обычно, он пролистал и отбросил множество возможных вариантов у себя в голове.

Его тошнило от одной только мысли. что низшие формы жизни будут, вроде кваготов, будут бегать по его крепости. Ведь когда нибудь, когда он одержит победу над гигантами, он хотел бы заставить их стать рабами и работать на него.

А пока придётся потерпеть.

* * *

Если при взгляде на Королевский Дворец вспомнить о росте дварфов, то становится понятно, насколько поразительна эта постройка. Ведь даже такое огромное существо, как дракон, могло спокойно поселиться там, и даже для дракона потребовалось бы немало времени, чтобы пересечь его из одного конца в другой.

Оласирд`арк поднимался и поднимался, пока он не достиг двери на высшем уровне.

Затем он крикнул.

— Это я, открывай.

Он подождал некоторое время, но не было никаких признаков движения с другой стороны двери.

Он не мог не находиться в этой комнате. Сын, который жил в этой комнате был затворником. Он не мог вспомнить чтобы он вообще покидал эту комнату. Даже пищу ему приносили его братья и сестры.

То, что обитатель комнаты смел притворяться что его нет внутри, пытаясь обмануть собственного отца, Повелителя Драконов, невероятно злило.

— Я повторяю снова. Это я. Открывай.

У драконов были очень острые чувства. Учитывая, как громко он кричал, любой внутри услышал бы его, даже если бы в этот момент спал.

Тем не менее — дверь не открывалась.

Вспыхнувшая злость тут же воплотилось в стремительном движении.

Он ударил дверь своим хвостом.

Дверь пораженная хвостом, который был размером с бревно и покрытый чешуей прочнее стали, дверь скрипнула и дернулась. Дварфы которые построили эту дверь, вероятно, не ожидали, что она выдержит удар хвостом дракона.

Показались признаки движения внутри, но это не было достаточно, чтобы подавить гнев Оласирд`арка.

Он ударил дверь снова, разбив её нижнюю часть. Сломанные и раскрошенные камни полетели внутрь, словно картечь.

— Хииии — неприятный тон послышался изнутри.

— Выходи оттуда, сейчас же!

В ответ на сердитый окрик, дракон выглянул, будто был заряжен в пружину.

У Ледяных Драконов были стройные тела, но не у этого. Проще говоря, этот выглядело словно жирная свинья.

Была пара крошечных очков на его носу, которые рассматривали Оласирд`арка с головы до пят с нервным взглядом в глазах.

Это был его сын, но этот позорный вид заставил Оласирд`арка вздохнуть.

Ну, учитывая, что он стоял перед таким правителем как он, низкопоклонства и подергивания, как эти были неизбежны. Тем не менее, он надеялся увидеть некоторую силу в глазах своего собственного сына.

А тут еще и его позорное тело. Он больше походил на свинью со шкурой дракона, чем на самого дракона.

По правде говоря, отправлять такого ребенка драться от его имени будет невероятным позором.

Пока Оласирд`арка осматривал своего сына — который, кажется, боится, так как его отец смотрел прямо на него — решился на вопрос.

— О-отец, ч-что, что ты хотел от меня?

Тем не менее, хоть он и не походил дракона, но все ещё был драконом. Драконы становились все более могущественными с возрастом. Имея это в виду, может быть, даже его отвратительное ожиревшее тело все еще сможет сражаться.

— У меня есть работа для тебя, Хежинмал.

— Р-работа?

Ах-х. Дварфы, кажется, напали на кваготов или что-то в этом духе. Отбей их атаку.

— Хи-и-и.

— Хи-и-и?

— Н-ничего. Ничего, отец. П-просто, я, я, э-э, как же лучше выразиться, я не очень уверен в своих силах…

— Тогда в чем же ты уверен? Ты думаешь что сможешь победить противника магией?

Драконы медленно получали возможность использовать тайную магию по мере их созревания, но это были не больше, чем врожденные способности. Они не могли сравниться с заклинателями. Тем не менее, были некоторые драконы, которые научились использовать настоящую магию.

Например, одина из наложниц Оласирд`арка, Килистран=Деншушуа. Также однин из Советников республики, "Синий Небесный Лорд Дракон" Суверия=Миронсилк, который имел полномочия друида и мог использовать божественную магию. Было также известно, что на дальнем востоке, были драконы, которые достигли класса Паладина и могли использовать магию разного происхождения.

— … Ну, это одно. Я должен был учиться самостоятельно, потому что у меня не было наставника, который бы учил меня…

— Тогда, что черт возьми ты делал там все это время?

Сильный блеск появился в глазах Хежинмала.

— Учился. И накапливал знания.

— …Что? Знания? Разве ты не учился использовать тайную магию?

— Нет, это не так, отец. Знания, которые я искал не о использовании магии, целью моего изучения, было узнать, как был построен этот город, какие расы живут в этом мире и так далее. Я узнавал о такого рода вещах.

— Сын, я разочарован. Разве обучение этим вещам сделает тебя сильнее? Ничто из этого не будет полезно, если ты не станешь сильнее.

В этом мире не было ничего важнее в, чем получение силы. Так как это был мир, где выживал сильнейший, нужно становиться сильнее, чтобы выжить. То есть говоря что он не хочешь стать сильнее, означает то что он не хочет жить.

Только тогда он заметил это. Хежинмал попытался скрыть это, но он увидел, что его сын сделал что-то, похожее бессловесный жест.

— Что это? Выкладывай.

Его сын молчал. Это пренебрежительное отношение заставило Оласирд'арка вновь вспыхнуть от гнева.

Как только он собрался начать орать на него, он вспомнил о том, почему он пришел сюда.

Его не заботило что случиться с кваготами, долги должны быть оплачены.

— В этом нет смысла, если ты запрёшься в своей комнате то потеряешь свою ловкость, нет никакого смысла терять себя в книгах. Если ты желаешь получить знания, покинуть это место и путешествуй по миру.

Оласирд'арк уже начал терять интерес к Хежинмалу. Он отказался от своего тела в обмен на что-то совершенно бесполезное. Не было ничего, что он мог бы сказать по этому поводу, он потерял всякое подобие заботы о своем собственном сыне.

— Я, я готовился к этому. Если я не узнаю, о такие людях живущих в этом мире, то могу умереть, прежде чем я успел увидеть его.

— Тогда почему бы тебе не умереть? — Ты слишком глуп. Почему не искал силы с самого начала? Раз ты силен, то тебя будут бояться когда ты покинеш это место, разве нет? Как меня.

— Но, отец. Знать о могущественных существах этого мира, очень важно. То же касается и вас, не так ли, отец? Разве Ледяные Гиганты не являються грозными противниками? Если вы пойдете против них ничего не зная…

— Я не боюсь этих Ледяных Гигантов.

— П-простите меня, отец.

Когда он посмотрел на Хежинмала, приклонившего свою голову к земле, Оласирд'арк безвольно пожал плечами.

— Достаточно. Ты исполнишь отданный тебе приказ. Затем я вышвырну тебя отсюда через месяц. После этого ты будешь жить как тебе заблагорассудиться.

— Ха-а ~

Хежинмал в настоящее время находился в туннеле, который вел в Королевскую Столицу. Он вздохнул, подобно его отцу.

— Я не очень хорош в бою…

" Не очень хорош" не подходило для описать его силу. Честно говоря, он был настолько слаб, что если бы он пошел против одного из своих младших братьев, он в конечном итоге мог проиграть им. Это было, для него непростой задачей, поэтому он бормотал себе под нос.

— Враг… надеюсь, они попросту испугаются меня и убегут.

Хежинмал силой втянул свое выпирающее брюхо. Затем он выпустил когти и открыл пасть. Так он больше походил на подобающего дракона.

— Ох, я почти забыл.

Хежинмал осторожно снял с носа очки. Они были не были магическим предметом, на случай их порчи, у него нет для них замены. Поэтому, он должен был относиться к ним бережно.

— Хааа… Из драконьей чешуи можно сделать хорошую броню… но все, что я могу с этим поделать, это молиться что дварфы не дикари…

Но что если это так?

Нет, почти наверняка так и окажется. Это потому, что дварфийские библиотеки были источником большого объема информации о драконьйих материалах.

Хежинмал силой подавил дрожь в своем теле.

Он знал, что все кваготы в Королевской Столице будут наблюдали за ним. Если возможно, он бы предпочел, драться в глубоком туннеле, где за ним никто не будет наблюдать. Однако, если бы это было так, то кваготы не смогут увидеть его бой, так что его отец запретили это.

Отец сказал ему, изучать противников по мере возможности, и принимать их в качестве слуг, если это возможно. Но это не было знаком дружбы. Это было для того чтобы показать свою силу и доминировать над слабыми, как один из сильнейших.

Таким образом, поражение равняется смерти. Он мог умереть в бою если его победят. Даже если он выживет, то кваготы потеряют свое уважение к его Отцу, который разочаровавшись в Хежинмале убьет его так или иначе.

Тогда, как насчет бегства в самом начале? В конце концов, он будет выслан в течение месяца ни смотря ни на что.

Это была хорошая идея, но ему нужен был месяц, чтобы подготовиться к этому.

Хежинмал извергал свое дыхание.

Замораживающее дыхание создало цельную белоснежную ледяную стену.

— Отлично! Я могу плавно извергать его, и его мощь соответствует моему возрасту.

Это был одной из козырных карт драконов — Дыхание Дракона. Ледяные Драконы обладали замораживающим дыханием, и его сила росла с возрастом. Дыхание Хежинмала было довольно хорошо развито, он мог полагаться на него больше, чем на его собственную физическую силу.

— …Однако.

Дракон дыхание было страшной вещью. Даже тот кто знал о драконах совсем немного было известно об этом. В конце концов, это была базовая способность всех драконов.

На самом деле, в дварфийской библиотеке говорилось только об этом. Поэтому множно было с уверенностью сказать что приближающиеся дварфы были готовы к этому.

Хежинмал погрузился в отчаяние.

Так как его отец уже говорил, если бы он действительно мог использовать магию или что-нибудь подобное, то, несомненно, дело приняло другой оборот…

— Меня бросили.

Его братья верно служили его отцу, это точно описывало картину драконьей семьи. Тот факт, что он не доверил эту задачу не одному из них, а Хежинмалу было знаком, того что его не заботило, если затворник из его семьи погибнет.

Он не отказывался от своей судьбы.

Если бы он не столкнулся с книгами, если бы он не познал удовлетворение от поиска знаний, он не оказался бы в подобной ситуации сегодня. Не было никакого смысла сожалеть об этом сейчас.

Внезапно, Хежинмал что-то услышал.

Он повернул ухо и вслушался, он услышал несколько приближающихся шагов из тоннеля.

Это не было похоже на звуки шагов кваготов, так как они не носили обуви.

Это дварфы?! Там только несколько из них, а это значит… Видимо они очень уверены в своей победе? Или это только отряд разведчиков? Так что, если я разобью их не будет никаких проблем, если я вернусь?

Строго говоря, он бы выполнит свою задачу, даже если он победит только разведывательный отряд. Вопрос теперь в том, будет ли принято подобное оправдание.

Освещенные светящимися камнями, четыре силуэта — хотя он не мог быть уверен, так как они были еще далеко — появлялись из пещеры.

Трое маленьких это дварфы? Тогда кто же тот, что высокий? Даже подвиды дварфов не должно быть такимы большими. Тогда, дварфы попросили о помощи кого-то более могущественного, так же, как кваготы попросили отца?

Так или иначе дварфы попросили его о помощи, он должен был опасаться фигуры побольше.

Тем не менее, так как это был большой силуэт, он все еще был намного меньше, дракона.

Может, сразу атаковать дыханием? Хежинмал тут же отказался от этой идеи.

"Нет. Лучше спросить их зачем они пришли, и постараться решить всё переговорами"

Обычные драконы тут же бросились бы в атаку. Однако, Хежинмал вовсе не был уверен в себе, и не хотел, чтобы всё закончилось трагически. Так что он решил найти мирный выход из ситуации.

Наконец, его острое зрение дракона — хотя Хежинмал и несколько уступал в этом своим сородичам — позволило ему различить идущего впереди группы. Это не дварф.

"Я же вроде читал в книгах про таких существ? Это разве не один из тёмных эльфов, живущих глубоко в лесных чащах?"

Откуда здесь взяться тёмному эльфу?

Но этот очень низкоросл, по сравнению с теми эльфами из книг. Может, это ребёнок от брака между эльфом и дварфом? Или просто эльф-ребёнок?

Размышляя об этом и многом другом, Хежинмал перевёл взгляд на гигантскую фигуру, шагающую за тёмным эльфом. Его глаза вытаращились.

"Хаа?! Это что, Старший Лич?! Что он тут делает? Плохо. Они иммунны к морозному дыханию, и могут атаковать [Огненными Шарами]"

Слабость Ледяных Драконов — огонь. Иначе говоря, его сильнейшее оружие не навредит Старшему Личу, а противник в состоянии нанести ему тяжёлую рану.

"И… Что это? На вид весьма ценная мантия…"

У драконов острый нюх на сокровища. Они могут приблизительно определить ценность любого предмета. И сейчас нос Хежинмала сообщал ему, что Старший Лич перед ним носит одежды заклинателя невероятной ценности.

"…Нет, если присмотреться, то точно так же ценны одежды шагающего впереди тёмного эльфа. Никогда в жизни не видел ничего подобного…"

Будучи затворником, Хежинмал мог оценивать лишь книги дварфов. Так что его нюх на сокровища мог потерять чувствительность. Пусть это и врождённая способность, но со временем она может атрофироваться, если её не использовать. И всё же, Хежинмал сомневался, что дело в этом.

"Далее, следующий похож на женщину… Это тоже дварф? Не эльф, и не Старший Лич. Тогда… эльф? Или человек? Не понимаю. Однако она, похоже, тоже носит очень дорогое одеяние…Хм, мой нос потерял чувствительность? Но если нет…"

Наконец, увидев замыкающего группу дварфа, Хежинмал почувствовал облегчение.

Самый обычный дварф, его снаряжение не представляет никакой ценности.

Но Хежинмал потряс головой.

"Я слишком наивен. Эти трое, что идут впереди, какие угодно но не обычные. Может, этот дварф тоже какой-то особенный. Беспечность опасна"

Тут тёмный эльф указал на Хежинмала, словно бы сообщая остальным о его присутствии.

Он ждал, что чужаки могут тут же атаковать его — например, [Огненным шаром] — но те лишь остановились, и вскоре, посовещавшись, снова зашагали к Хежинмалу.

"…Стоит приготовиться к худшему?"

Если бы они атаковали с ходу, он бы атаковал, защищая себя. Но этого не произошло. Что же делать?

"Нгг… у меня живот ноет. Надеюсь, это добросердечная нежить, и он пришёл для переговоров!"

Его могут убить. Ждать, пока группа приблизится было непереносимым мучением для прожившего всю жизнь в безопасности Хежинмала.

Наконец, они подошли к нему.

Хежинмал глубоко вдохнул и заговорил, стараясь чтобы слова не звучали угрожающе.

Эти существа без малейших колебаний подошли к дракону Хежинмалу. Так что его посетило чувство, что пытаться угрожать им может быть очень опасно.

— Земли, в которые вы направляетесь, принадлежать кваготам и драконам. Что — кхм — не могли бы вы, любезные господа, назвать причину своего визита к нам?

Шедший впереди тёмный эльф поменялся местами со Старшим Личом. Тут Хежинмал понял, кто настоящий предводитель группы.

— Хм? Мы собираемся напасть, а здесь всего один дракон? Известные мне драконы с возрастом становятся сильнее — иначе говоря, их тела становятся более крупными и могучими. Судя по твоим размерам, ты не выглядишь особо сильным… Как это понимать?

Что лич имеет в виду, спрашивая "как это понимать"? Хежинмал не знал. Однако, похоже, лич ничуть не опасается его — дракона.

"А, это… это очень плохо. Неописуемо плохо"

— Как бы то ни было, вряд ли они послали бы на разведку всего одного дракона… Это какая-то вражеская уловка? Или я предаюсь паранойе? Учитывая полученные от кваготов сведения, скорее последнее.

Хенжимал не понял ни слова из речи Старшего Лича. Впрочем, непохоже что тот пытается что-то объяснить Хенжималу. Иначе говоря, просто говорит сам с собой. Но почему же тогда Хенжималу так страшно?

— …Мне надоело думать об этом. Посмотрим, что ты за дракон.

По телу Хенжимала пробежала дрожь ужаса.

Лич слишком беззаботен. Он говорит так, словно собирается поднять камень с земли. Это тон, демонстрирующий его полную уверенность в своих силах сделать сказанное.

Так что едва Хежинмал увидел, что Старший Лич поднимает руку…

- [Хватка…

— ПОДОЖДИТЕ!!

Издав громогласный рёв, Хежинмал прижал голову к земле.

Это величайший жест уважения, который способен продемонстрировать дракон — поза подчинения.

— …Сердца], стоп, что?

Рука Старшего Лича застыла. Хежинмал отчаянно взмолился:

— Прошу вас, подождите! Меня зовут Хежинмал! Могу я узнать ваше великое имя?

Он увидел, что у стоящего сзади дварфа отвалилась челюсть. Однако, тёмный эльф и эльфоподобное существо не выказали удивления. Значит, они не видят в происходящем ничего особенного.

Хежинмал был уверен, что его оценка верна.

— …Моё имя Айнз Оал Гоун… Что значит эта твоя поза?

— Да!! Я ведь правильно использую обращение к тому, чьё имя мне известно, Гоун-сама? Эта поза — величайший знак уважения, на который способны мы, драконы!

— Э… Почему ты так поступил?

— Разумеется потому, что я сразу же узнал в вас выдающуюся личность, Гоун-сама. Разве могу я обращаться к столь великому существу в какой-либо иной позе? Конечно же нет!

Это рискованный ход. Хежинмал поставил на него всё.

Дварфы, описывая жгучее чувство азарта, использовали термин "раскалённая сталь", но Хежинмал почувствовал лишь холод, грозящий проморозить его насквозь.

На несколько секунд время, казалось, застыло, но наконец Старший Лич произнёс:

— Хм… Итак, ты желаешь подчиниться мне?

— Да! Если вы позволите, Гоун-сама!

Он снова бросил взгляд по сторонам и, как и ожидалось, тёмный эльф с эльф отнеслись к его словам совершенно равнодушно.

— …Плоть, шкура, зубы, чешуи и прочие части тел драконов годны на многое. Хм? Ты… Подними голову.

Судя по тому, как держит себя Старший Лич, он привык повелевать, и не видит ничего необычного в том, что даже такой как Хежинмал с готовностью подчиняется ему. Лич явно не считает Хежинмала заслуживающим внимания.

Драконы — сильнейшая из рас, но они вовсе не неуязвимы. Многие существа способны убивать драконов. Например, Ледяные Гиганты.

Однако, если сравнивать эти две расы, то драконы, пожалуй, всё же сильнее.

Причина — их способность расти. Чем больше проходит времени, тем крупнее вырастают драконы, и со временем превращаются в сильнейших существ из всех. Они живут очень долго, и то, что на протяжении всей жизни растут, само по себе является их сильной стороной.

С этой точки зрения нежить может быть даже сильнее драконов. Высокоуровневая нежить не растёт в физическом плане, но способна накапливать знания и опыт.

Кроме того, их своих книг Хежинмал знал о легендарной нежити.

Пожиратели Душ, поглощающие души живых. Ползучие Поветрия, распространяющие эпидемии. Возглавляемые Старшими Личами кабалы магов-умертвий. Гуфандреа=Аргорос, дракон-нежить, устроивший логово в горе трупов и использующий магию воздействия на разум. Астральные Потрошители, сгустки темноты бродящие по Долине Теней, и так далее.

Этот Старший Лич наверняка тоже относится к легендарной нежити, чьё имя записано в летописях. Однако историки дварфов, похоже, ничего о нём не знали.

Хежинмал медленно поднялся.

Он чувствовал на себе оценивающий взгляд Старшего Лича. Хежинмал устыдился своего явно недраконьего тела.

— Понятно. Значит, живущие в местном холодном климате драконы запасают подкожный жир. Впрочем, я слышал что Ледяные Драконы невосприимчивы к холоду… Может, ты запас питательные вещества на тот случай, что не сможешь добыть пропитание?

— Нет, вовсе нет. Я единственный такой…

— Хоо… То есть, ты редкий представитель своего вида? Ты это хочешь сказать?

Хежинмал не был уверен, придаёт ли ему хоть какую-то ценность то, что он редкий, но никто из его семейства и правда непохож на него. А значит, лич прав.

— Полагаю, это так, Гоун-сама.

— Вот как, — произнёс Старший Лич. И продолжил вполголоса:

— Значит, убивать тебя будет расточительством.

Острый драконий слух Хежинмала позволил ему чётко различить каждое слово.

Он отчаянно попытался успокоить дыхание. Похоже, ему удалось сделать ещё один правильный выбор между жизнью и смертью.

— Есть здесь ещё драконы?

— Да, есть. Четверо старше меня, шестеро примерно моего возраста, и девять драконов моложе.

— Хо!

Похоже, Старший Лич очень обрадовался, но Хежинмал чувствовал твёрдую уверенность, что тот лелеет в уме какой-то зловещий план.

— Сколькие из них превосходят тебя в силе?

— Четверо старших гораздо сильнее меня. Шестеро моих ровесников тоже сильнее.

Я, возможно, проиграю даже младшим. Хежинмал не смог заставить себя сказать это. Вдруг Старший Лич убьёт его, если сочтёт совсем бесполезным?

— Понятно. Далее, магию какого уровня могут использовать старшие драконы? Они способны лишь на обычную магию?

— Сильнейший знает заклинания до третьего уровня включительно. Как вы и предположили, божественная а альтернативная магия им недоступна.

С возрастом драконы естественным путём обретают способность использовать магию, им даже не надо утруждаться её изучением. Но им доступно очень немного заклинаний. Даже отец Хежинмала способен использовать всего три заклятья третьего уровня.

— Что? Всего лишь третий уровень?

Похоже, услышанное разочаровало Старшего Лича, но он тут же вскинулся, словно заметив что-то.

— Нет, пожалуй стоит спросить. Это не может быть уловкой? Ведь есть же пословица — "могучий орёл прячет когти". Есть ли шанс, что сильнейший из здешних драконов способен на магию восьмого уровня?

— Нет, это невозможно. Точнее…

Точнее, магия восьмого уровня просто не может существовать. Может, сказать ему?

Нет, лучше не надо. Иногда правда ранит больнее лжи. Вовсе незачем злить этого лича.

— …Нет. Он никак не может знать магию такого высокого уровня. Я лишь слышал, что он выучил третьеуровневое заклятье сопротивления огню.

Наверное, нужно было это сказать, да? Отец не тот враг, которого стоит недооценивать.

— Ясно…Понимаю. Ну, желание компенсировать собственные слабости естественно.

От равнодушного тона лича Хежинмалу стало не по себе.

— Аура.

— Да, владыка Айнз.

Похоже, тёмного эльфа зовут Аура. И судя по запаху, это скорее всего женщина.

Другая, похожая на эльфа, не пахнет женщиной. Точнее, от неё вообще не пахнет, как и от Старшего Лича.

— Я отдаю его тебе. Ты ведь упоминала, что хочешь дракона?

— Большое спасибо. Но умеет ли этот малыш летать?

Две пары глаз уставились на Хежинмала, одна полная сомнений, другая словно бы говоря "Хороший вопрос"

— Я, я н-наверное умею.

Пусть он и затворник, но должен быть способен к полёту. Для драконов это то же самое, что и ходьба. Он никак не мог забыть, как это делается. Хежинмал почувствовал сожаление, что не может продемонстрировать это прямо здесь.

— Ну тогда я беру его, владыка Айнз. Хм, думаю, надо показать ему кто тут главный, чтобы он повиновался мне беспрекословно.

Хежинмал успел задаться вопросом, что именно она намерена сделать, но тут его тело пронзили тысячи ледяных игл.

Он погиб. Наверняка погиб. Ужас, сообщивший его инстинктам этот непреложный факт, стал невидимыми клинками, пронзившими его насквозь.

На какое-то мгновение его разум отключился. И в этом состоянии расплывающегося сознания он явственно почувствовал, как сердце перестало биться.

— Уааааааа!..

Вопль освободил его от чёрной дрожи, урожающей сокрушить тело Хежинмала.

Сердце медленно забилось вновь. Его конечности тряслись, лёгкие отчаянно пытались вдохнуть воздух.

Он вспомнил, что читал в одной из книг о подобном. Это называлось "убийственное намерение". Иначе говоря, эта тёмная эльфийка, его будущая госпожа, способна излучать убийственное намерение такой силы, что одного лишь этого достаточно чтобы повергнуть Ледяного Дракона в состояние почти смертельного шока.

Раз так, что за существом является Старший Лич, которого она называет "владыка"?

Сомнений быть не может. Он существо, неизмеримо превосходящее всё, что способен вообразить себе Хежинмал.

Существо несравнимой мощи. Повелитель.

Он сделал правильный выбор.

Придя в себя, Хежинмал обнаружил что его новые хозяева отшатнулись, и на их лицах написано удивление.

Он попытался понять, что происходит, но тут почувствовал что-то неприятное под талией. Опустив взгляд себе под ноги, Хежинмал был шокирован.

Похоже, его мочевой пузырь расслабился, и он обмочился. Лужица под ним становилась всё шире, превращаясь в небольшое озеро.

— Ууу…

Что сказать? Возможно, его сочтут отвратительным и убьют.

— Я, я был так рад что обмочился от счастья!

Хежинмал был в отчаянии. Хотя он и боялся, что ему не поверят, но всё же это лучше, чем признаться что обмочился со страха.

— С сегодняшнего дня, ваш слуга будет по всём повиноваться вам, о моя госпожа, Аура-сама, и клянётся ей в своей искренней верности и преданности.

— Фээээ….

Лицо Ауры исказилось в гримасе абсолютного отвращения.

Плохо. Если она сочтёт Хежинмала бесполезным, с ним покончено. Сильные способны на такое. Фактически, отец ведь так и поступил, верно? Однако, помощь пришла с неожиданного направления.

— Понятно… Ну, так бывает, ничего не поделаешь.

— Э? Правда, владыка Айнз?

— М-м. Я как-то раз слышал о чём-то похожем от одной из своих друзей — Анкоро Мочимочи-сан. Она рассказывала, как разозлилась на обмочившегося от радости пса. Похоже, такое случается когда они перевозбуждены.

— Вы про Анкоро Мочимочи-сама? Правда? Так это то же самое, как Фен и другие магические звери метят свою территорию?

— Возможно. Впрочем, я не особо разбираюсь в биологии драконов. Однако, вероятно, это объясняет поведение нашего малыша.

Существо, возможно являющееся эльфом, а возможно и нет, всё это время молчаливо слушало разговор. Но теперь она наклонила голову и спросила Старшего Лича:

— Владыка Айнз, не требуется ли и нам делать так?

— Шалти. Разве прилично говорить такое?

— Точно. Как Аура и сказала, я упал бы в обморок, если бы ты так поступила. Это выглядит мило лишь в исполнении маленьких питомцев…Ну, Анкоро Мочимочи волновалась, потому что её пёс уже был в годах. Она говорила что-то насчёт того, что нужно быть с ним осторожнее, чтобы он не возбуждался так сильно… ах, были времена.

Атмосфера изменилась, превратившись в нечто полярно противоположное сквозившей недавно в воздухе смертельной угрозе.

Как бы то ни было, Хежинмал потёрся о ближайшую стену, чтобы вытереть своё промокшее тело и отскрести пятно.

— Скажите. Как мы поступим дальше?

Дварф — всё это время молча наблюдавший за происходящим — наконец заговорил. Хежинмал чувствовал, что дварф отличается от своих спутников — он вовсе не силён.

Может, дварфы наняли их, а этого дварфа отправили присматривать за ними? Если так, то Хежинмал должен обращаться уважительно и к нему тоже. И всё же, каков его ранг как подчинённого? Какие приказы он будет получать теперь? Разум дракона заполнили эти тревожные вопросы.

— Резонный вопрос. Предоставим кваготов Ауре и Шалти. Я возьму этого дракона с собой и уничтожу всех драконов, кто выступит против меня.

Хежинмал снова содрогнулся.

Слова произнесены таким обыденным тоном. Драконы — существа, к которым можно относиться пренебрежительно. Поведение сильного.

Хежинмал заколебался, не зная как поступить. Возможно, стоит попробовать вымолить пощаду для остальных драконов. Собравшись с духом, он заговорил:

— …Гоун-сама, Аура-сама, не дозволите ли вы вашему слуге заговорить?!

— Хорошо. Дозволяю.

— Слушаюсь! Вашему слуге пришла в голову мысль. Здешним обитателям неизвестно величие Гоуна-сама. Не будет ли вам угодно проявить милосердие к этим глупцам? Иначе говоря, не нужно ли сообщить остальным дракона о величии Гоуна-сама?

— Хм… что скажете вы двое?

— Всё в вашей воле, владыка Айнз.

— Точно. Мы подчинимся любому вашему решению, владыка Айнз.

— Как бы то ни было, нужно лишь изгнать их из Королевского Дворца, верно? Кхм, дракон, можно спросить?

Говорившим был дварф.

Хежинмал глянул на своих повелителей. Честно говоря, он не знал как вести себя с этим дварфом. Впрочем, высокомерие очень опасно. Однако, пресмыкающийся перед кем попало слуга позорит своего господина.

— Прошу.

Помявшись, Хежинмал дал короткий и нейтральный ответ.

— Да… И всё же, я не ожидал что вы подчините себе дракона… Нет, лицезрев вашу мощь, я должен был этого ожидать. Эм, простите. Помимо этого места, есть ли поблизости ещё драконы?

— Скорее всего.

— Скорее всего, значит. Тогда, если они есть, ты смог бы командовать ими?

— Нет. Они принадлежат к другому племени.

— Хм… Тогда для начала нужно выполнить обещание и изгнать драконов из столицы. Потом скажем Совету, что в окрестностях есть другие племена драконов. Тогда им придётся рассчитывать на мощь Вашего Величества для защиты столицы. Разумеется они не захотят снова потерять эти земли, едва вернув их. Не это ли оптимальный план?

Во всём этом прозвучали слова, которые Хежинмал не мог не заметить.

Похоже, этот Старший Лич — некто вроде короля, а его подданные, возможно, дварфы и тёмные эльфы.

— Ты готов обречь собственную расу на роль моей расходной фигуры?

Дварф пожал плечами, словно говоря — о чём вы.

— Ваше Величество избрали меня — нас. Разве не естественно, что я в любом случае встану на вашу сторону?

— Благодарю за соображения, Гондо.

— Прошу, не говорите этого. Это я должен благодарить вас. Та боль, что терзала меня столь долго, была полностью стёрта несколькими днями в присутствии Вашего Величества. Вы поистине мой спаситель.

— Я рад, что нам удалось построить взаимовыгодные отношения.

— Хотя я и не уверен, что смогу быть полезен Вашему Величеству, но приложу все усилия чтобы отплатить вашу доброту ко мне.

Даже Хежинмалу — постороннему — были понятны их взаимоотношения.

Дварф в глубоком долгу перед Старшим Личом. В таком долгу, что готов даже предать собственный народ.

— …Ну что ж, если ты так считаешь, я не против…

Старший Лич пожал плечами и повернулся к Хежинмалу.

— Отлично. Итак, отведи меня к тем драконам, что сильнее тебя. Ах да, где находится сокровищница бывшей столицы дварфов?

Хежинмал знал, где это, и уверенно кивнул.

— Ваш слуга находит ваш вопрос весьма удачным, ибо обе ваших цели находятся в одном месте.

* * *

Неся на спине дварфа и своего господина, Хежинмал направился к логову отца. Может, его тело и не привыкло к такому, но всё же он дракон, и двоих мог нести без проблем.

Слушая на ходу слова господина, он уверился, что знания и опыт этого существа — наиболее ценное сокровища мира.

Прояви он при первой встрече в ним типичное для драконов высокомерие, его убили бы на месте. Нет, если бы он не поторопился громко объявить о своей покорности, если бы не привлёк внимание господина, то погиб бы не успев даже понять, что случилось.

Он был на волосок от смерти.

Хежинмал напряг мочевой пузырь.

Если он снова обмочится, то не просто уронит себя в глазах хозяев, но и попросту выроет собственную могилу.

К счастью, по пути они не встретили других драконов. Таким образом, они проследовали прямо к покоям отца Хежинмала — точнее, к тронному залу и, по совместительству, сокровищнице.

Хежинмал глубоко вдохнул.

— Ваш слуга хочет уведомить Ваше Несравненное Величество, что помимо его отца там присутствует ещё три дракона, его наложницы. Намерены ли вы взять с собой этого дварфа?

Если четыре Ледяных Дракона одновременно атакуют их своим морозным дыханием, то есть риск что дварф погибнет.

— А что?

— Нет, нет, ничего. Если Ваше Величество считает что всё в порядке, то ваш слуга не смеет возражать.

— Я наделил его невосприимчивостью к морозному дыханию, так что всё должно быть в порядке. Но мы подвергнемся мощным множественным атакам другого элемента, могут возникнуть проблемы.

— Ваш слуга полагает, что всё будет в порядке, Ваше Величество. Дыхание — излюбленное оружие драконов, и они, скорее всего, начнут атаку именно с этого. Вряд ли они решат применить магию — она гораздо слабее дыхания.

— Тогда проблем не будет.

— А, Ваше Величество. Могу я задать вопрос? Разумеется, всего лишь четверо драконов вряд ли рискнут пойти против вас. Однако, один из них — мать вашего слуги. Могу я умолять вас пощадить её?

— Хм…

Хежинмал изогнул шею и ждал приговора господина.

Поначалу он не собирался заходить так далеко и просить пощадить мать. Было бы очень хорошо, если ей удастся спастись так же как и ему, но рисковать ради этого жизнью он не собирался. Не то чтобы он ненавидит её, нет, просто семейные узы среди драконов не так уж и сильны.

Покинув гнездо, драконы становятся соперниками даже собственным братьям и сёстрам. Кроме того, для жадных до сокровищ драконов совершенно нормально сражаться за сокровищницы друг друга.

Драконы — особенно покинувшие гнездо — крайне редко живут вместе. Этого никогда не происходит, если не находится невероятно сильный дракон, способный собрать остальных под своей властью.

А поэтому его отец Оласирд'Арк, объединивший всех в одну семью против внешних врагов, мог вполне считаться аномалией. Можно назвать его решение мудрым.

— Ну, что поделать. Попытаюсь дать твоей матери шанс выжить.

— Большое вам спасибо, Ваше Возвышенное Величество.

Слова благодарности тут же слетели с его языка, так как он не хотел разгневать своего повелителя, проявившего такую щедрость. К тому же, если его мать выживет, нагрузка на него может в будущем уменьшиться. С другой же стороны, чем больше драконов, тем больше уменьшается его необычность. Если он не хотел, чтобы они думали, что от его смерти они ничего не потеряют, ему стоило делать все возможное, чтобы удовлетворить их

— Все же, Ваше Возвышенное Величество кажется немного… не тем. С этого момента используй Ваше Величество или Аинз.

Это ловушка или проверка? Без промедления, Хежинмал произнес слова, которые казались ему правильными:

— Понятно, Ваше Величество!

Как мог он обращаться к нему без уважения?

— Хм, идем.

— Понятно!

Он осторожно вздохнул с облегчением.

Это было проверкой. Если бы он не отнесся к нему с должным уважением, его бы соответствующе наказали. И судя по понятому им, его бы сначала убили, а потом бы расчленили на полезные части.

Единственным правилом, которому решил следовать Хежинмал было " Не вести себя невежественно"

Скоро, они добрались до дверей своего места назначения.

Они представляли собой комплект двойных дверей, открыть которые был в силах кто-нибудь, по силе сравнимый с драконом. Судя по всему, дварфы использовали несколько дверей поменьше позади их чтобы входить и выходить. Огромные двери использовались лишь на церемониях и других подобных событиях.

Хежинмал упер свое плечо в дверь и приложил к ним силу, стараясь не сбросить своего хозяина со спины, и открыл двери.

Он увидел своего отца — Оласирд'арка, Свернувшегося на своем Золотом Троне. Его мать Килистран и другие две наложницы — Мунуиня и Мианаталон также были здесь.

Три недоуменных взгляда уперлись в Хежинмала. Еще один был направлен чуть выше — на его наездника. Этот взгляд принадлежал его матери — Килистран.

Не давая никому шанса ничего сказать, Хежинмал выпалил:

"Сидящий на моей спине есть Король Заклинатель Аинз Оал Гоун! Он король, что должен править этой землей и нами, драконами!

Технически, он был слугой Ауры, темного эльфа. Однако, так им было проще это понять, и он сделал подобное заявление только после того, как получил разрешение повелителя на это.

Произнесенные слова утихли и тишина заполонила комнату. Другим драконом потребовалось немного времени чтобы осознать смысл произнесенных Хежинмалом слов.

— Ты с ума сошел, щенок?!

В мгновенье, его отец снова кипел от гнева.

Это было нормальным. Его отец — правитель этих земель… Нет, бывший правитель этих земель. А потому такая реакция была нормальной для него.

Он поднялся и встал в боевую стойку, позволяющую ему без промедления броситься вперед.

Хьяяяя!

На самом деле, было очень страшно.

Сравнивая его и Оласирд'арка, без сомнения отец был сильнее. И это касалось не только мощи и выносливости, и огромной разнице в боевом опыте. В дополнение к этому, тело Оласирд'арка было более обыкновенным и компактным, в сравнении с Хежинмалом.

Сказать, что у Хежинмала нет шансов на победу — ничего не сказать.

Однако, у него не было выбора. Ни один последователь не должен заствалять своего повелителя заявлять свою личность, так было сказано в книга Хежинмала.

В то время он смотрел на отца с выражением "Я тут ни при чём". Но его совершенно проигнорировали. Злобный взгляд предназначался только Хежинмалу. В глазах отца, который верил, что раса драконов это раса господ, кто-то навроде хозяина и дварфов были просто мусором.

— Король драконов. Станешь ли ты служить мне в обмен на свою жизнь?

— Что за бред ты несешь, чертов скелет?

"Да как он может быть обычным скелетом!" — мысленно взвыл Хежинмал.

В тоже время он чувствовал некое негодование от того, что он не заметил богатства одежд его хозяина. Может быть он был так зол, что даже не заметил этого.

"Если бы я его не разозлил, может бы все вышло по-другому?"

Нет, это невозможно. Из его опыта, все было бы только хуже. Пока разум Хежинмала был заполнен предположениями, выражение удивление появилось на лице его отца.

— …Нет, постой. Что за одежды ты носишь?

Вероятно после того, как он успокоился, его драконий нюх на сокровища вмешался в его размышления.

Хежинмалу это показалось плохим знаком и он посмотрел по сторонам, ища помощи. Однако у всех наложницах на лицах застыла эта звериная жажда сокровищ. Лишь его мать пыталась тайком покинуть это место, но помогать сыну она не собиралась. По крайней мере явно.

Я впервые вижу подобное сокровище. Если хочешь, чтобы я простил тебе твою глупость, тогда преподнеси мне свои облачения, скелет.

— Угхм… общение с дураками так утомляет.

Раздался холодный голос.

Почему инстинкты отца как живого существа не предупредили его о том, что его ожидает лишь смерть? Кажется, винить приходиться драконью алчность.

— Идиот! Только что ты отбросил свой единственный шанс выжить! Нет, я убью тебя~

-「Хватка Сердца」.

После этих слов тело отца безвольно упало на пол.

Все взгляды были прикованы к сильнейшему здесь дракону.

Он не двигался, как будто был во сне. Конечно же, это было не так.

Воздух в комнате похолодел и Высшее Существо заговорило:

— Мне не интересны его последние слова. Теперь, Хежинмал, кто из них твоя мать? Я окажу ей милосердие и пощажу её жизнь. Что же для других, что ж, я уверен, что им найдется различное применение.

— Это я!

— Это я!

— Это я!

Одновременно раздались три голоса. Хежинмал едва четвертым не сказал эту фразу.

— Что же это? Не уж то одна мать тебя родила, другая мать тебя воспитала, а третья мать о тебе заботилась?

Хежинмал посмотрел на двух дракониц, не связанных с ним кровью.

Обе были охвачены страхом.

Их глаза были заполнены ужасом. Это было логичным; все-таки, самого сильного дракона в комнате убили в одно мгновенье.

Они не пытались сражаться или улететь. Они схватились за свою единственную предоставившеюся возможность спасти. Как и в его случае, они сделали самый правильный для выживания выбор.

Их заполоненные страхом глаза были обращены на Хежинмала, пытаясь снискать у него спасение. Как бы они отреагировали скажи он "Нет, у меня лишь одна мать"? Его несравнимый хозяин убил бы оставшихся двух без промедления.

В данным момент, право решать жить им или умереть было в руках Хежинмала. Однако это не доставляло ему удовольствия. Все, что он чувствовал — огромное сочувствие к тем, кто оказался в подобной ему ситуации. В тоже время, он давно хотел сделать своих "матерей" своими должниками.

— Так и есть, Ваше Величество. У меня три матери!

— Это так? Какая жалость. Все таки обещание есть обещание. Хорошо, я пощажу их… Получается, остается лишь один труп дракона? Драконы слишком полезны. Одного может не хватить… Какая жалость.

После взглядов по сторонам, все три наложницы согнулись в позе подчинения.

— Покиньте это место и приведите всех драконов сюда. После, сообщите всем им, что они теперь служат мне…Если кто-то откажется это принять, я лично разберусь с ним. Теперь идите.

Наложницы зашевелились и выбежали на максимальной скорости. Подобная скорость вселяет в зевак либо трепет, либо лишает их дара речи.

Хежинмал даже на секунду не задумывался о том, что они попытаются бежать. Столкнувшись с этим могучим заклинателем, их шансы на побег приближались к нулю. Они должны были это сами осознавать. Нет, для Хежинмала было все равно, убегут ли они. Ведь даже если убегут, он точно будет знать, что Король Заклинатель найдет их и расправится с ними.

Тук. Кто-то легонько стукнул Хежимала по голове. Оборачиваясь, он увидел глаза господина, смотрящие на него.

— У меня есть для тебя другая задача. Очень важная задача. Возьми все книги дварфов, что у тебя есть, даже те, что ты не закончил читать, как и те, что не лежат в твоей комнате, и принеси их мне.

— Да, я понял! Я сейчас же это сделаю!

Позволив сидящем у него на спине сойти, Хежимал помчался во весь опор.

****

— Итак, они ушли.

Аинз наблюдал за Хежинмалом, растворяющемся в отдалении. От него он узнал количество драконов, живущих здесь. Даже, если цифры не совпадут, они все равно будут ему полезны.

Труп дракона был всего один. После обдумывания всех способов его применения, ему хотелось больше. Однако убийство новых подданных, не сделавших ничего неправильного ради получения трупов нарушило бы его убеждения честного награждения и наказания.

Аинз хихикнул.

Если они побегут, он найдет и прикончит их, и вернет назад их останки. Задумываясь, как он будет распоряжаться названными останками, Аинз обратил свой взгляд на сверкающую кучу золота, на которой лежал ныне мертвый дракон.

— Какой примерный дракон. Это целая гора сокровищ.

По сравнению с сокровищницами Назарика, эта была не более чем кучкой, но кучи сокровищ больше этой он не видел со времен прихода в этот мир.

Там были и золотые монеты, но их было гораздо меньше чем золотоносных руд и нечто, похожее на самоцветы.

Там была золотая цепь длинной больше 5 метров, шкура какого-то зверя, золотые перчатки, усыпанные украшениями, обычный посох, выглядящий волшебным… Откуда он достал все эти вещи?

Возможно, лишь дракон, совсем недавно ставший трупом, знал ответ.

— Угу, вряд ли где-то здесь есть латунь или позолота. Так все это настоящее золото? Кажется, тут поработал драконий нос.

Гондо пробурчал себе, изучая сверкающие руды. Отличаются ли они от золота, подумал Аинз, и решился тщательно изучить их, как вернется домой.

— Надеюсь, нет никаких возражений по поводу моего владения всем этим по праву победителя предыдущего владельца?

— Все это по праву ваше, разумеется. Попробуем открыть эту штуку, пока никого нету рядом?

— Хах. А ты тот еще злодей.

— Это исключительно ради исследований, разумеется. Тогда, пожалуйста сообщите мне если здесь есть что-то, чего Вы желаете, Ваше Величество. По словам этого Дракона, здесь нет учётной книги сокровищницы или чего-то такого, но будет не очень хорошо забирать сокровища Дварфов слишком открыто.

— Почему бы не сказать что их взял Дракон?

— Если это произойдёт, они могут попросить Ваше Величество вернуть Драконий клад, разве нет? Хотя я не думаю что Совет скажет что-либо Вашему Величеству, но лучше всего не сеять семена будущего конфликта, Вы так не думаете?

— Всё как ты говоришь. Тогда, я открою дверь входа. Будет лучше если как-можно меньше людей будет знать о том что случится.

— Прошу, Ваше Величество!

Айнз и Гондо направились по своим делам.

Первым делом, Айнз использовал [Врата] чтобы привести своих Кинжалопауков.

— У меня есть поручение для вас. Обыщите это место, включая потайные комнаты, и принесите все книги, которые здесь найдёте. Если встретите каких-нибудь Драконов, скажите что вы мои подчинённые. Если вас атакуют, можете убить их. И всё же, избегайте делать первый шаг. Также… пусть я и сомневаюсь что рядом кто-либо есть, здесь могут присутствовать могущественные создания, так что передвигайтесь группами. Если столкнётесь с подобной сущностью, вашим приоритетом будет передать эту информацию мне.

Поскольку книги были написаны на языке Дварфов, только Гондо мог понять их содержимое, так что у Айнза не было выбора кроме как позволить ему читать их.

Смотря, как его поданные расползаются по Королевскому Дворцу, Аинз перекинул труп дракона через врата.

Мм, сперва я соберу все материалы, а затем задействую их. И тогда, если Дракон будет принимать воскрешение, у меня под рукой окажется ещё одна партия. Хотя сомневаюсь что будет так…

Пока Юри Альфа из Плеяд смотрела на него, он приказал ей поместить труп на 5-ом Этаже. Чтобы не дать трупу гнить, он приказал поместить его в лёд.

— Ваше Величество! Здесь нет следов вскрытия. Похоже сокровища всё ещё на месте.

— Действительно. Тогда я открою её.

Он попрощался с Юри, и после того как внушительные двери закрылись, Айнз стоял перед входом в Сокровищницу.

Когда он вспомнил свои дни в ИГРДРАСИЛЬ, восторг поднялся в его груди. Это всегда был захватывающий опыт, натолкнуться на сокровище в виде выпавшего сундука. Даже если внутри был лишь один кристалл данных, никто не знал прежде чем открыть его. Он чувствовал такое же восхищение сейчас.

Тем не менее — оно было тут же подавлено.

Всякий раз когда его положительные эмоции отменялись, это приводило к некоего рода неудовольствию. Но даже так, оно всё ещё приободряло его.

Айнз достал магический предмет который выглядел как доска.

Это был артефакт: Эпигоной.

(TL: Должно быть с греческого)

Это магический предмет, который можно использовать лишь семь раз, но который сопоставим с навыками вскрытия-замков вора 90-го уровня.

Он был очень ценным, и по-возможности не хотелось использовать его, но он не призвал никаких вассалов с высокоуровневыми навыками вскрытия. Кинжалопауки специализировались на невидимой схватке, и имели слабые навыки такого рода.

— Ничего не поделаешь.

Айнз — кто весьма не часто использовал редкие предметы которые раздобыл — решил использовать его после не долгого ворчания. Похоже он с нетерпением ждал чтобы попасть в сокровищницу.

Он дотронулся артефактом до двери Сокровищницы, и активировал его силу.

Пока они поглядывали в щель открывающейся двери, Айнз и Гондо сжали свои кулаки.

Никто из них ничего не сказал, но их впечатление говорило всё.

Сияние золота было не более чем игрой света. Без света, оно не сияет. И всё же, то что они увидели было массивной грудой сокровищ, которые будто сияли изнутри. К сожалению, к ней нельзя было применить слово "аккуратная".

— …Потрясающе.

Так же как и Драконий клад, Дварфийские сокровища не могли соперничать с Назариком, но для Айнза, это всё же была похвальная сумма.

Айнз поднял золотую монету. Раньше он никогда не видел подобных монет, да и не похоже что кусочки золота в наши дни используются в торговле. Однако, не было чувства, что они сделаны Дварфами, просто потому что на их поверхности был выгравирован человеческий профиль.

— Говорят, что в прошлом дворфы торговали с огромной человеческой нацией, управлявшей областью вокруг этой горной цепи. Это, должно быть, портрет правителя этой страны. Мастерство рунных кузнецов процветало тогда, это был их золотой век…

— Угу.

Айнз пульнул монетку своими пальцами, кинув её в кучу сокровищ. Золото ударилось об золото, создавая чёткий, приятный звук.

— Тогда, пожалуйста подождите меня пару мгновений, пока я ищу руководства по техникам и любые предметы, сделанные кузнецами рун и прочие подобные предметы.

— Действуй. Я и сам пока осмотрюсь.

Актер Пандоры скорее всего был бы рад увидеть все это.

Но вспомнив экстравагантное поведение Актёра Айнз представил себя накрепко запирающим дверь в сокровищницу.

Он увидел доспехи и оружие, небрежно валяющееся в горах золотых монет. Но ведь при таком хранении они могут повредиться, разве нет? Неужели дварфам это безразлично?

"Понятно, если бы всё было разложено аккуратно по полочкам, то любой вор смог бы быстро найти нужное ему сокровище. Так что они решили хранить сокровища в беспорядке? Раз так, то, возможно, здесь использован и тот старый трюк…"

— Гондо, хочу у тебя кое-что спросить. Возможно ли, что под всеми этими горами сокровищ спрятан секретный проход?

Гондо с удивлением уставился на Аинза.

— Понял!…Это возможно, но даже если бы она там была, её бы было очень сложно найти. Все-таки пришлось бы убрать все сокровища отсюда.

По самой крайней мере, им пришлось бы убрать все монеты.

— Тогда мы могли бы замерить расстояние от пола этого этажа до потолка того, что ниже, и если оно окажется слишком большим, то мы будем правы, да?

— Мне кажется, что даже если бы здесь хотели создать секретное отделение, то они бы ограничились лишь скользящей дверцей, прячущей лишь пару предметов. Измерять толщину будет тоже непросто. Так как это сокровищница, стены и пол тут и должны быть толще других.

Взгляд Гондо был вопросительным, как бы спрашивая, что они предпримут дальше, но Аинз покачал головой. Говоря откровенно, забирая предметы отсюда, он представлял это как хвалебный подарок. Кажется, он слишком сильно увлекся этим.

Это является нашей причиной приходя сюда, и мы не знаем, существует ли оно. Тратить на это слишком много усилий и времени будет глупо. В любом случае, как дварфы придут забрать город, они послужат свидетелями и мы выкупим эти предметы по достойной цене.

— Я понял. Тогда я пойду и посмотрю, здесь ли наша цель.

Гонда начал поиски заново и Аинз выбрал несколько предметов, выглядящих более магическими, чем другие.

— Хм? А это…?

Среди всех вещей, Аинз нашел меч.

Думаю, что это может быть здесь самым сильным магическим предметом.

— Гм…если судить по уровням, что-то в районе 50-го уровня?

Это был длинный затейливо украшенный меч.

Он не был уверен, был ли он сделан в Игдрассиле. Но если бы это был предмет мирового уровня то его магическая сила была бы слишком незначительна (бедна). Аинз ощущал тепло исходящее от меча. Он был гладкий и очень приятный на ощупь(ровный).

— Какой красивый и изысканный длинный меч. Но на нем нет рун. Как это может быть?

Аинз сжал меч. Мгновенно меч стал вибрировать. И он ощутил как будто его мана течет(льется).

— Это… что-то, что я могу использовать?

Аинз не мог использовать мечи из-за классового ограничения. Однако, этот меч, кажется, был усилен какой-то магией, обходящей эти ограничения.

— Интересно.

После пары взмахов, Аинз без задней мысли тыкнул им себя в руку.

Боли не было. Кажется, иммунитет Аинза к атакам ниже 60 уровня справился с этим. Оно не имело зачарования, подобного зачарованию меча Газефа.

Потеряв часть интереса, Аинз произнес заклинание.

「Великое Магическое Расп~」

— Ваше Величество! Как проходит поиск? Вы нашли что-нибудь интересное?

— Отберите несколько, и я потом решу что взять.

— Вы так поступите? Ну, воля ваша!

Теперь, когда Гондо прервал его заклинание, Аинз бросил меч обратно в кучу.

Даже если меч, который он мог использовать был довольно интересным, учитывая нынешние обстоятельства, он не был ни чем более. Предмет, который Аинз хотел бы отсюда забрать, должен был быть более особым и полезным.

"Какого калибра магические предметы здесь? Какая жалость. Ну, наверное не стоило надеяться найти здесь предмет Мирового класса.

Аинз продолжил искать и один предмет привлек его внимание.

— Гондо, я сделал свой выбор. Я не уверен, национальное ли это сокровище, но мог бы ты подойти и посмотреть?

— Что ж, приступим.

Сказав это Шалти, стоявшей подле неё, Аура развернула свиток — предмет Мирового Класса, который она принесла с собой — и пробудила его мощь.

[Созидание Гор и Рек].

Попросту говоря, этот предмет запирает противника в замкнутом пространстве. Точнее, нарисованный и реальный мир меняются местами, и реальный мир превращается в рисунок.

"Противник" указывается так же, как и в сверхуровневом заклятии "Перемена Небес и Земли" — определённая область. Всё в этой области, неважно одушевлённое или нет, неизбежно подпадает под действие предмета.

В этот раз, она собиралась запереть все, что находиться в этой гигантской пещере в потустороннем измерении, созданном [Созиданием Гор и Рек].

Шалти и Айнз защищены предметами Мирового Класса, поэтому они не будут захвачены в потустороннее измерение, но вместо этого они появятся на пейзаж, который заменит реальность. Тем не менее, Аура автоматически попадёт туда в качестве пользователя предмета Мирового Класса.

Нарисованный мир почти абсолютно идентичен настоящему миру, в нем нет ничего странного или выделяющегося. Тем не менее — это иллюзия. Как только действие заклинания [Созидание Гор и Рек] закончится, все что выйдет за его пределы обернётся в туман. Другими словами, любые сокровища полученные в нарисованном мире тоже обратятся в ничто.

Конечно, двое попадут в эту темницу по своему желанию. Обычно, владельцы предметов Мирового Класса не подвержены эффектам других предметов того же уровня, однако невосприимчивость может быть частично отмена владельцом. Всё благодаря последним патчам.

Можно выбрать одно из ста измерений для наложения на целевую зону реальности.

Например, были лавовые земли, которые наносили ущерб огненными эффектами, зимние ландшафты, которые наносят ледяной урон, громовые равнины, которые сыпали молниями через определенные промежутки времени, муссонные области, где видимость была практически равна нулю, или миры окутанные туманами в качестве основного варианта.

Еще одной особенностью этого предмета была возможность активации в этом измерении боевой области. Через некоторое время после такой активации в ней появляется значительное число мобов и они начинают атаковать противника. Однако призванные таким образом войска будут почти вдвое слабее пленников измерения, поэтому их основное назначение — истощение противника.

Если нужны были поединки один на один, то владелец предмета мог выставлять против врагов равное им количество существ, чья сила равна 80 % силы пользователя. Таким образом, если существо оказывалось способно одолеть соперника, то предмет оказывался весьма полезен.

Самой пугающей особенностью предмета было не то, что он затягивал жертв в параллельный мир, а то, что позволял создавать разнообразные эффекты в области цели. Пользователь также мог использовать эти эффекты избирательно. Иными словами, можно было создать море лавы, но сделать так, что избранные персонажи не получали наносимого им огненного урона.

Но есть у этого предмета и недостаток.

Если использовалось не одно из заранее заданных измерений, то в нём случайным образом генерировался один из 40 путей побега, и если враг находил способ им воспользоваться, то право владения предметом тут же переходило к нему. Разумеется, это было сложно, но сама возможность отобрать предмет, не вступая в прямую схватку с его владельцем, означала что добыть его проще чем большинство других предметов мирового класса.

На этот раз Аура выбрала предустановленный мир, непримечательный регион закрытого пространства.

Враги будут заперты в нём, но никаким угрозам помимо этой не подвергнутся. А ещё, есть лишь один, точно известный способ сбежать оттуда.

— Ханзо, следите за тем, чтобы никто не улизнул. Будет очень неприятно, если кто-нибудь сбежит… Наклонись-ка чуть-чуть.

Ханзо наклонились из своего укрытия в тени, и внимательно слушали объяснение Ауры о возможных путях побега.

Хотя Аура не обнаружила никаких засад поблизости, всё же стоит быть осторожным.

— Итак Аура, сколько ещё людей попало в этот мир?

— Хм? Только двое.

Этот ответ означал, что враг не владеет предметами Мирового Класса. Они вздохнули с облегчением.

Шалти осмотрела резиденцию старой Королевской столицы. Город был большим, но было настолько тихо, что казалось будто все жители сбежали.

Они должны захватить Повелителя Клана, правителя кваготов, и передать ему слова Высшего Существа. Тем не менее, их поле зрения закрывали дома, и они не могли найти место, где он остановился.

— Мы можем сжечь те дома?

— Хм? Нет. Тем не менее, мы могли бы создать опасную среду наносящую урон с течением времени. Например, будь здесь линия бревенчатых домов, мы создали бы область лавы и сожгли бы их дотла.

— Это убьёт их всех, поэтому мы не будем так поступать.

— Да… Тем не менее, мы могли бы активировать его на короткое время и разбираться со всеми, кто выжил… но было бы обидно, если их руда сплавится.

Кваготы кормят своих детей рудой и минералами, значит здесь должно быть большое количество металлов или руд и минералов. Их разрушение было бы пустой тратой, и Шалти согласилась.

— Кроме того, приказ Владыки Айнза был в том, чтобы увидеть захотят ли они встать под наше знамя или нет.

— И если они откажутся, сократить их популяцию до приемлемого количества.

— ….Шалти.

Заметив, что Аура прищурилась, Шалти поняла к чему она клонит.

— Всё будет в порядке! Я не ошибусь в этот раз!

Я точно не ошибусь!

— Если бы только дело было в этом.

— Думаю, я поняла. Мы должны использовать наши головы. Не так ли?

— Мм, пойдем. Я могу оставить уменьшение их числа тебе?

— Я думаю, что больше подхожу для этой задачи чем ты. Согласна?

Сила Ауры была связана с её магическими зверями, поэтому она не подходила для таких вещей.

— Да…Если бы Мар был здесь, он устроил бы землетрясение и уничтожил целую толпу.

— Он сильнейший из всех в Назарике, если речь об атаках по площадям. Я тоже уверена в своих силах, но в этом месте мои способности ограничены.

Кстати говоря, уничтожив кваготов землетрясением они не смогут исполнить приказ господина относительно "выбора сильнейших". Если бы не это ограничение, Шалти могла бы просто призвать своих фамильяров и устроить резню без разбора.

— Значит, ты получила такие же приказы? Все эти задачи предназначены для того, чтобы ты училась, Шалти.

Аура много раз повторяла приказы господина.

— Верно, — ответила Шалти, и решила упомянуть то, что уже некоторое время беспокоило её:

— Судя по силе до встречавшихся нам до сих по врагов, вряд ли кому-то здесь по силам победить Рыцаря Смерти. Может, Рыцари были побеждены случайно? Больше похоже на то, что их уничтожили каким-то магическим предметом, или с помощью призванного существа, впоследствии исчезнувшего… Странно, владыка Айнз так редко ошибается…

Шалти осознала, что Аура вытаращилась на неё. Ей не хотелось спрашивать, почему.

— Что? Я что-то упустила?

— Всё совсем не так… хм… а-а-а. Ну что за дурочка~

Лицо Шалти недовольно дёрнулось.

Если она в чём-то ошиблась, то почему не сказать прямо? Аура выдержала паузу.

— Скажи… Как мог владыка Айнз совершить такую ошибку? — Аура стукнула кулаком о ладонь.

— Есть другая возможность. Может, владыка Айнз намеренно позволил победить Рыцарей Смерти? Может, это часть его плана? Да, ты права, параметры созданных владыкой Айнзом Рыцарей очень высоки. Никто из встреченных нами не смог бы одолеть их…

-

— Вот как? Думаешь, он намеренно позволил врагам уничтожить Рыцарей? Я так далеко не заглядывала. Но я говорила про возможную ошибку в его расчётах. Рыцари Смерти погибли одновременно с тем, как был разрушен мост, так что, полагаю, их уничтожило падение с высоты. Мы видели отпечатки их ног, проходя через крепость, но на другой стороне Разлома следов нет. Иначе говоря, их уничтожили на мосту. А значит, может быть лишь одна причина их гибели.

— Раз так, не значит ли это что владыка Айнз не заметил эту причину?

— Да говорю же тебе, это не так. Если бы владыка Айнз говорил всерьёз, то может ты была бы и права, Шалти.

— Что ты имеешь в виду?

Шалти непонимающе нахмурилась. Аура в бессилии топнула.

— Да как ты не понимаешь? Говорю же тебе, владыка Айнз сразу понял что Рыцари Смерти погибли от падения в Великий Разлом!

— Эээ?!

— Хааа… почему ты не вспомнишь, как всё было тогда? Помнишь, когда владыка Айнз объяснял тебе то да сё, я хотела спросить, не возможно ли такое, что Рыцарей Смерти просто сбросили вниз, но владыка Айнз посмотрел на меня и приказал замолчать. Ты не заметила? Как раз тогда, когда он отдал тебе приказы.

Шалти удивлённо моргнула. Она видела тот жест господина. Тогда она сочла, что он просто хочет попросить Ауру помолчать и не перебивать его. Однако он — Высшее Существо, гениальный стратег, так что скорее всего права именно Аура, а сама Шалти поняла всё не так.

Но в таком случае, зачем он объяснял ей всё это?

— Это что за выражение лица? Подумай чуть-чуть и поймёшь.

От беспечных слов Ауры Шалти показалось, что её сердце съёжилось и упало.

— Неужели… для меня? Это было моё обучение? Ты это хочешь сказать?

— …Ну а как же иначе? Ты тогда предположила, а что если нас поджидает сильный враг, и принялась расспрашивать владыку Айнза. Если бы ты знала, что Рыцари упали в Разлом, то к чему вопросы? А, ты не могла бы не рассказывать об этом владыке Айнзу? Я объясняю тебе лишь потому, что ты усомнилась в нём…

— Ты сказала, что я усомнилась в способностях владыки Айнза? Как такое возможно?

Надеюсь, Аура будет держать язык за зубами и никому не расскажет, как я поставила под сомнение компетентность Высшего Существа — подумала Шалти.

— Ну, просто держи это в тайне. Как владыка Айнз хотел, чтобы я скрыла это от тебя, так и ты держи рот на замке.

— Разумеется.

Если обдумать всё спокойно, то Аура только что совершила смертный грех — проигнорировала приказ Высшего Существа. Однако, она поступила так лишь потому, что ей показалось будто Шалти проявляет неуважение к Высшему Существу…

"Так кто был груб к Высшему Существу, я или Аура? Или никто из нас? Хм…"

У Шалти начала болеть голова, так что она решила перестать мудрить и просто держать всё в тайне.

"…С другой стороны, а не является ли это само по себе знаком неуважения? Хм…"

— Хм… кстати говоря, если они не подчинятся владыке Айнзу, он сказал что-то про то, что нужно уменьшить их количество до 10 000. Он приказал пощадить женщин, но что насчёт детей?

— Планирует ли он оставить некоторое их количество в живых?

— Впрочем, они ведь становятся сильнее, если в детстве едят редкие минералы? А если мы собираемся править ими, то промыть детям мозги гораздо проще, да? Шалти…

Аура кровожадно ухмыльнулась.

— Если владыка Айнз не оставил чётких инструкций, значит… Это проверка, так? Да, мы всегда можем попросить Ханзо отправиться к нему и получить инструкции, но владыка Айнз сказал, что поручает это тебе, так? Значит, я думаю, он хочет видеть как ты поступишь… Сможет ли наш Страж Номер Один справиться с задачей как следует?

Вместо ответа Шалти лишь тонко улыбнулась. Она думала об этом с тех самых пор, как получила приказы.

— 4 000 женщин и 2 000 детей должно хватить.

— Хм? Хм… пожалуй. Ты, похоже, довольно спокойно… хм?

Аура умолкла и поднесла ладонь к уху. Шалти, понимая что та делает, постаралась не издавать лишних звуков. Наконец, Аура, улыбаясь, повернулась к ней.

— А, похоже, большая группа кваготов пришла в движение.

— Они убегают, или готовятся к бою?

— Не могу сказать точно по звуку, но непохоже что убегают. Скорее, разделяются и частью выходят из города.

Здесь, похоже, около 80 000 кваготов. Полулюди — существа, становящиеся с возрастом лишь сильнее. Значит, каждый из них воин. Если они мобилизовали свыше 10 000 но разместили их в городе, то тем самым сразу лишили себя половины численного превосходства.

Да, нападавших всего двое, и их вряд ли можно назвать армией, но в боевой мощи им нет равных. Кваготы уже наверняка в курсе новостей о драконах. А значит, те кто поумнее, должно быть, решили попытаться вывести большинство из города, и построить армию в городе, чтобы заманить врага внутрь и навязать городской бой. Когда горстка врагов войдёт на городские улицы, кваготы окружат город и начнут атаки волнами в надежде измотать противника прежде чем нанести смертельный удар отрядом элитных воинов. Это выглядело как наиболее подходящая стратегия.

Как бы то ни было, для того, чтобы построить армию, нужно широкое открытое место.

Именно на это и рассчитывала Шалти.

— Они там. Итак, начнём переговоры.

— Конечно. Нужно потрудиться, чтобы не заставлять владыку Айнза ждать.

* * *

Свыше 60 000 боеспособных кваготов построились к бою.

Женщины-кваготы, не беременные и не носящие младенцев, так же хороши в бою как и мужчины, что позволило собрать такое количество. И всё же, несмотря на то, что ему удалось собрать невиданную в истории кваготов армию, Повелитель Кланов Пе Рьюро вовсе не чувствовал радости.

Это было слишком странно. Пещера, в которой была расположена Королевская Столица внезапно покрылась туманом.

Что происходит с землей?

Готовые к битве, войска начали выстраиваться по линии фронта. Было бы неплохо, если бы враг испугался численности войск, и отступил. Поэтому, они вязли с собой немного провизии, а свои сокровища оставили позади. Так как их враг был умен, они думали, что стычи не произойдет

Однако чьи то фигуры показалась со стороны Королевской Столицы.

Это были существо в красной броне и темнокожий коротыш, которые не были дварфами,

По словам тех, кто видел встречу вторженцев с Драконом у Королевской Столицы, кроме двоих, кого они видели, было еще двое. Они должно быть планировали разграбить сокровищницу, пока эти двое отвлекают армию.

— В любом случае, это ведь не те големы, верно?

— Так точно. Это не големы.

По словам Йозу, големы были огромными и носили черные латы. Если на ней красная броня, значит это что-то другое. Однако….

Возможно, это просто другая разновидность големов. Лучше всего мыслить в так ключе. Однако, почему они пошли в лобовую против десятитысячной армии? Это потому, что уверены в своей способности убить нас всех?

Нет, такого просто не может быть. Это невозможно.

Рьюро откинул ужасные картины, которые рисовало его воображение.

Он мог предположить, что их оппоненты обладали огромной мощью, учитывая, что они создали это огромное измерение. Сам факт того, что они поставили на колени дракона без драки, говорил что они безусловно, очень сильны.

Но кваготы обладали армией числом более 60 000. Сотне или тысяче человек не выстоять против них, против такой армии у них точно нету шансов.

Но, если он были големами, это все объясняло.

Големы никогда не устанут. они могут сражаться вечно и если им хватит силы сразить Рьюро, значит им по плечу убить всех здесь.

Однако, это всего лишь теория.

Даже если каждый второй нанесет по удачному удару, в течении тысяч таких схваток они смогут вывести врага из строя.

Их сила в их числе. С армией в 60 000, и пока они сражаются на земле, они в состоянии убить даже Владыку Драконов.

— Я пойду поговорить с ними, вы ждите меня. Если меня вдруг убьют….Что же, действуйте по своему усмотрению,

— Это слишком рискованно. — сказал один из советников.

— (-_-)~ ~(-_-)~ ~(-_-)~ ~(-_-)~ ~(-_-)~

— Големы не понимают нашей речи, поэтому я намерен поговорить с тем, кто рядом с ней. Будет плохо не узнать их цели.

По этому, Рьюро собирался начать с ним диалог.

Враг, должно быть, очень силен. Поэтому, он должен попытаться их цели. Если они смогут договориться, то он согласен заплатить разумную цену. Если они собираются свергнуть Владыку Драконов, тогда они присягнут им как новым хозяевам, что тоже неплохо. Если это возможно, он готов заплатить цену больше, чем гномы им предложили, дабы переманить их на свою сторону.

— Всем оставаться на своих местах. Если нас будет много, они могут начать наступление.

С этими словами, Рьюро пошагал вперед.

Когда его войска увидели своего лидера, идущего вперед, они расступились. Похоже, их противник тоже заметил, что кто-то идет. Завидев их, Рьюро остановился, изучая их действия.

— Простите за ожидание,

Рьюро начал разговор первым, и его голос заставил врагов обменяться взглядами.

Он осмотрелся. Эти двое не были похожи ни на драконов, ни на дварфов, ни на скелетообразных существ.

— Мм? А ты кто? — Коротко спросил темнокожий коротыш.

— (-_-)~ ~(-_-)~ ~(-_-)~ ~(-_-)~ ~(-_-)~

Существо в красных доспехах, похоже было големом. Оно казалось бледнее и выше, чем гуманоид рядом с ним. Тем не менее, было тяжело поверить, что оно — искусственно созданое существо. оно выглядело, ну очень реалистично.

— Я Пе Рьюро, Повелитель Кланов Кваготов, который правит этим местом. А вы, кто вы такие?

— Мы находимся под командованием Верховного Владыки, который пришел в эти земли, дабы править вами.

Оно умеет говорить!

Существо в красных доспехах умело говорить. Так как он слышал, что големы не могут разговаривать, значит это определенно не голем.

Пытаясь не показать свою растерянность, Рьюро переспросил:

— Править?

— Верно. Наш Владыка пришел сюда, что бы подчинить вас. Преклонитесь перед ним.

Тогда, как мне поступить? Рьюро начал быстро размышлять.

Он не возражал против идеи, присягнуть на верность новому повелителю. Все что они должны будут сделать, это всего лишь окрепнуть и низвергнуть нового правителя.

Проблема была в том, что они не могли подчиниться врагу, силу которого они не знали. Конечно, они понимали, что враг заставил дракона встать на колени, но это был не Владыка Драконов. Все, что было им известно — что после того как они присягнут в верность своему врагу, они должны будут сражаться с Владыкой Драконов.

— Здесь должно быть еще два ваших человека. Что с ними случилось?

— Тебя это не касается. Ты можешь только ответить, принимаете ли вы наши условия или нет.

Они ничего ему не рассказали. Значит понять, действительно ли они намерены сражаться всерьез, было очень важно.

— Вы сказали, что хотите нашего покорения вам. Но, трудно принять подобное предложение, не зная ваших сил. Вы, понимаете о чем я?

Иными словами он спросил: "Если вы скажете, насколько сильны, я не против присягнуть вам."Однако те двое, обменялись взглядами и пожали плечами.

— Это так. У нас приказ, что если вы не подчинитесь, мы должны будем убивать вас, пока вы все-таки не преклоните колени. После этого, выбрать четыре тысячи женщин, четыре тысячи мужчин и две тысячи детей, остальных убить. Ты должно быть знаешь, кто из них ценнее, я права?

— Это значит, что только 10 000 из вас вернуться в нашу страну, Колдовское Королевство, где вы будете жить и работать.

На мгновенье, страх парализовал Повелителя Кланов.

Не потому, что то, что они сказали было очень жестоим, а потому как они это сказали. Этот холодный тон, голос полностью лишенный высокомерия.

Он чувствовал, что эти двое смогут сделать это.

Вне всяких сомнений.

Эти двое, действительно, смогут уничтожить армию числом в 60 000….

Неужели они настолько самоуверенны? Нет, даже безумны…

Такой неожиданный поворот событий, полностью лишил Рьюро уверенности в том, что же делать делать дальше.

Они не могли принять их безумный приказ, без борьбы.

Возможно, эти двое чувствовали враждебность, которая исходила от него, ведь они смотрели друг на друга и устрашающе улыбались.

Дварфы имели густые бороды и он мог понимать их мимику. У этих двоих волосы были разве что на вершине головы, так что он не мог прочесть их выражения лиц. Это было из за разницы двоих непохожих видов.

— Пп. погодите

Они не дали ему закончить фразу.

— Тогда я начну сокращать ваше количество, до приемлемого уровня. Потому, не отдавайте свою одежду кому либо еще.

По правде говоря, кваготы не носили одежду, ведь они были покрыты мехом с головы до ног.

Король должен показывать свое превосходство, поэтому ему нужно выделяться среди остальных. По этой причине Повелитель Кланов носил одежду и корону, сделанную гномами. В то же время, он мог передать их другому, что бы тот мог быть его двойником.

Неужели они разгадали этот план и попытаются остановить его на полпути?

Пленить вражеского командира для того. что бы посеять панику в рядах его армии — самое очевидное условие победы. Но тогда почему они не делают этого?

Нет, это не то. Тут должна быть другая причина…Возможно. Да, наверное это так. Они не хотят убивать меня, они не хотят меня убить случайно!

Межвидовая пропасть была слишком велика. тем не менее, пока он будет носить эту одежду, его не убьют. Таков был смысл ее слов.

— Что ж, самое время тебе вернуться. Твои подчиненные уже начали беспокоиться. А пока мы будем развлекаться, пожалуйста, выбери тех, кто по твоему мнению должен жить.

— Поспеши и возвращайся обратно.

Они приказали ему возвращаться. А значит вести переговоры больше не имело смысла.

Эта война слишком отличалась от той, которую он себе представлял.

Я сказал им, что готов сдаться и подчиниться, так почему же они не хотят пойти даже на небольшие уступки? Если они не готовы даже на такое, то неужели они действительно и в грош не ставят наши жизни?

Перед лицом такого высокомерия, Повелитель Кланов изо всех сил боролся с ужасом в своем сердце.

Но…Они же не могут и в правду вырезать 60 000 человек, оставив в живых только 10 000…. Да, они должно быть сошли с ума, увидев наши силы!

В любой такой ситуации это было бы логично. Даже драконы не могут сократить их число настолько…

В этот момент, Повелителю Кланов пришла мысль.

Может быть, они собираются атаковать с воздуха, по принципу бей и беги?

Если бы они сражалась как драконы, это было бы проблематично.

Сражаться на открытой местности в такой ситуации было бы очень неудобно.

Значит, он должен переместить свои силы обратно, в жилые сектора?

Но это было очень опасно. Если противник будет уничтожать здания, это нанесет огромный урон по их домам. Однако альтернатив не было.

После возвращения своих войск, Повелитель Кланов приказал собрать всех своих адъютантов.

— Что это был за голем?…Как все прошло? Ты выглядишь очень обеспокоенным.

Его беспокойство напугало тех двоих. Повелитель Кланов закрыл лицо руками, и отдал свой приказ.

— Эхх… В любом случае, нужно собрать синих и красных кваготов.

— Они будут вашей охраной?

— Не только. Соберите всех особенных членов каждого клана вместе.

* * *

Рьюго издал сильный боевой клич. Этот крик появился вместе с особой силой, которую он получил когда возсел на пост Повелителя Кланов. Когда он увидел, как его 10 000 армия рванула в атаку на противника, он ощутил немного удовлетворения. Но результаты этой атаки были просто ужасны. Как вода бьется о камень, так и солдаты врежались в невидимый барьер и были отброшены в воздух.

То, что разлеталось во все стороны, было не брызгами воды, а кваготами — или тем, что некогда было ими. Возможно, драконы или гиганты смогли бы устроить такое, но сейчас их враги — существа даже меньше их самих.

— Они летят…. — Один из адъютантов тихо пробормотал себе под нос.

— (-_-)~ ~(-_-)~ ~(-_-)~ ~(-_-)~ ~(-_-)~

И это была не фигура речи. Атакующие кваготы, буквально, летели один за другим. За раз улетело пару десятков.

Их измельченные тела становились дождем из мяса и крови, который лил на их товарищей. Воины, все в засохшей крови, продолжали наступление, и сами становились кровавым ливнем, который все больше заливал их товарищей. Это был настоящий ад.

По какой то причине, факт того, что они не видели льющуюся кровь, делал картину еще более ужасной.

— Что, что черт побери тут вообще происходит.

У Рьюро не было сил, что бы ответить на жалобный крик его адъютанта. Он тихо озвучил, то о чем думал.

— Насчет этого…

— Владыка Кланов! Что это?! Это не похоже на големов, которых мы видели прежде.

Они крошили каждого атакующего квагота, одним ударом. Это больше не была битва. Это даже бойней нельзя было назвать. Это был просто геноцид. От товарищей, которых он годами собирал под свои знамена, дабы увеличить их влияние, сейчас, подобно мусору, избавляются.

— Нам надо бежать!

— Куда ты собираешься бежать?!

Крикнул он своим паникующим адъютантам.

— Куда вы хотите сбежать в этом непонятном измерении?! Эти существа сказали, что собираются убивать нас, пока не останется меньше 10 000!

Они не могли ничего ответить.

После увиденной подавляющей силы, они поняли, что слова тех двоих не были плодом безумия. В это было трудно поверить но они поняли — это правда. Только 10 000 из 80 000 смогут выжить.

Несмотря на то, что он хотел просить пощады уже сейчас, он понимал, что эти двое не проявят сострадания. Даже глаза Повелителя Драконов выражали больше милосердия.

Они не имеют никакого желания изменить своих намерений.

— Это невозможно! Повелитель Кланов! Кто они. черт возьми, такие? Кого дварфы притащили сюда?!

— Почему такие маленькие существа, такие сильные…

Когда он услышал крики своих адъютантов, у Рьюро открылось второе дыхание.

— Может быть этот создание в красной броне тоже оружие дварфов? И они послали что-то посильнее, чем големы которые были уничтожены?

— Значит, если мы победим их, они пришлют что- то, еще сильнее чем это?

Крики отчаяния его людей звучали повсюду. Только окружение Рьюро безмолвно стояло.

— Отступаем.

— Стоп! Продолжить сражение! Для у нас нет пути к отступлению! Какими бы сильными они небыли, рано или поздно они устанут! Мы будем ждать пока они утомятся махать своим оружием, и будем требовать уступок!

— Я,я понимаю…Но…Могут ли они и вправду устать?

Он упомянул то, о чем Рьюро старался не думать.

— В любом случае, пока оно живое, оно будет уставать. Оно имеет больше выносливости, чем мы, но оно определенно устанет. А до этого, мы должны сражаться до последней капли крови!…А даже если оно не утомиться, рано или поздно ему надоест убивать нас, и мы сможем попробовать обсудить это.

Повелитель Кланов сказал то чего он не хотел говорить, но он должен был сказать.

— К тому же, мы не сможем победить даже если начнем бороться! Не против такого монстра.

Его армия не запаникует и не побежит. Клич Рьюро, которым он скомандовал атаку, превратил его подданных в бесстрашных воинов. Он ввёл их в состояние, аналогичное боевому трансу берсерков, увеличивающее силу ударов за счёт ослабления защиты. Что важнее, теперь воины иммунны к любым эффектам страха. Однако, то, что они подчинятся любым приказам Повелителя Кланов, какими бы опасными они не оказались, является палкой о двух концах.

Большая масса солдат продолжала наступление, даже не оглядываясь назад, их число сократилось до половины их предыдущего числа за такой короткий промежуток времени, что вряд ли кто поверит.

К этому моменту ни у кого уже не было силы что-либо говорить.

Тот факт, что трагедия разворачиваемая перед ними, было делом рук всего одного человека травмировало их сердца.

Все кроме одного человека.

Этот человек — Рьюро — собравший остатки своего мужества.

— Вы избранные герои!

Он не мог поднять свой голос.

Рьюро увидел красных и синих кваготов перед ним, а также других кваготов с особыми способностями, все из них были сформированы в самую сильную боевую единицу все кланов.

Причина, почему никто из них не отвечал на крик Рьюро, была в том что они все смотрели на комплект красной брони с отчаянием в глазах.

Должно быть они тоже чувствовали, что у них не было никакой надежды на победу. Когда они впервые были собраны, их глаза светились, но теперь этот свет угас, как если бы они были мертвы.

Он решил не вводить их в состояние берсеркеров чтобы сохранить свои оборонительные силы, но это было неправильное решение.

Повелитель Кланов поднял свой голос, чтобы попытаться вернуть их самообладание.

— Вы наш туз в рукаве! Враг убил многих наших товарищей, поэтому он должен был вымотаться! Вы сможете заставить его страдать!

Он наверняка вымотался — сказал Рьюро, но ничто в поведении врага не намекало на это. Красный латный доспех безостановочно разрубал каждого подбегающего к нему квагота на куски, взмахивая и делая выпады странным копьеподобным оружием.

— Все верно! Неважно кто он, но он живой, а потому он устает! Вы сможете это сделать! Вперед! В атаку, наши герои!

Молясь всем сердцем, Рьюро отправил героев в бой.

Он отдал своим воинам приказ очистить путь к существу в красных доспехах. Сейчас, вот-вот герои обрушат свою атаку на эти красные доспехи —

— Рьюро закрыл глаза.

— М-мой Повелитель… Наш Могучий Повелитель Кланов……

Услышав дрожащий голос своего помощника, он медленно открыл глаза.

— Что? Нет. Вам ничего не нужно говорить. Я знаю. Я тоже видел…

Ничего не изменилось… Все верно… Не было никакой разницы…

Как и обычные солдаты, избранные герои были разорваны на куски и части их тел раскидало по округе.

— Так… Так…

Райро не мог больше ничего сказать. Несмотря на то что он не знал, кто был в этой красной броне (доспехе), несомненно он был сильнее дракона

Райро больше ничего не чувствовал. Если он спокойно подождет пока пройдет время, исход будет тот же, как и пожелал противник.

— … сказали что хотят забрать 2000 детей. Выбери из общего количества.

— Мой господин…

— …Сейчас мы бессильны что-то изменить. Но даже если выживет всего десять тысяч, когда-нибудь… когда-нибудь у нас появится шанс возродиться…

Никто ничего не сказал после слов Риура. Все потому, что они ясно понимали это в своих сердцах.

Они понимали, что ничего не могут сделать.

Голова Рьюро бессильно поникла. Ощущение было, как-будто на него внезапно набросился монстр там, где он всегда чувствовал себя в безопасности.

— Говоря об этом, что представляет собой Колдовское Королевство? Что-либо связывает их с Дварфами? Кто-нибудь пожалуйста скажите мне…

В сердцах пробормотал он.

Однако, как бы он не пытался это отрицать, в скором времени случиться великая трагедия.

Внезапно он увидел своих слуг кваготов, держащих клетки, которые использовались для содержания ящериц употребляемых в пищу. Риуро знал что для этого не подходящее время, но напряжение заставило его подойти к клетке. Он схватил живую ящерицу, но как только он собирался откусить ей голову, он почувствовал в животе невыносимую боль, от чего его тело скрючилось.

Не было никакого способа (возможности) победить абсолютного владыку, который вскоре поработит его расу. Идея о процветании в будущем была настолько нелепа, что у него не было никаких слов чтобы сказать их в свое оправдание. Не зависимо от того сколько поколений сменится, они никогда не будут в состоянии поднять восстание. Кваготы Азелисского хрепта будут вечными рабами и будут прислужить своим грозным хозяевам.

Дико извивающаяся ящерица выскользнула из рук Риуры и проскользнула между его ногами. Риура охнул, но это больше было похоже на стон, чем на крик, а потом рухнул с беззвучными рыданиями рухнул на пол.

— Раз вы настолько сильны, то почему не сказали сразу! Почему, ну почему вы не сказали мне!

Рыдания величайшего в истории кваготов правителя затерялись среди криков детей, убиваемых солдатами по его приказу…

Аинз и Гондо покинули сокровищницу. Драконья стая склонилась перед ним. Всего драконов было 19, включая Хежинмала.

Другими словами, все драконы упомянутые Хежинмалом находились здесь. Теперь не было бы никакой необходимости охотиться за ними.

— … Это хорошо, что все они послушны, но это и плохо, ведь я не получу больше драконьих трупов… Должен ли я найти какой-нибудь предлог, чтобы убить еще нескольких? Нет, это будет злодейством. Тогда почему бы не позволить им размножаться, а затем собрать урожай позже… хм? Разве это не то же самое?

— Ваше Высочайшее Величество Король Заклинатель. Ваши верные слуги собрались перед вами.

Говорил Хежинмал, как Аинз и предполагал. Оставляя в стороне свои текущие мысли, Аинз ответил:

— Встать.

Кланяющиеся драконы подняли свои головы словно один.

Из-за массивного размера их тела, они были гораздо выше чем Аинз когда они встали, им не было никакого смысла смотреть на него сверху в низ.

Тем не менее, среди них проскакивало несколько удивленных взглядов.

Они слышали об этом, но до сих пор им было трудно поверить, что Аинз убил Лорда Дракона, их отца. Вернее, даже Аинз думал бы то же самое, будь он на их месте. Было множество вещей, которые нужно увидеть, чтобы поверить.

Как только Аинз подумал об этом, один из драконов заревел!

— Я не приму этого! Только подумать тот, кто убил отца на самом деле… что?

Аинз встал прямо перед ревущим драконом. Потом он улыбнулся и поманил его рукой, как бы говоря "Ну нападай, братишка."

Дракон замахнулся своими когтями на Аинза.

Он был быстр, но не настолько быстр как тролль с которым он дрался в прошлый раз.

Аинз не пытался уклонытся. Он принял на себя атаку дракона. Дракон, который думал, что Аинз не успеет уклонится широко улыбнулся, но когда он понял, что Аинзу не было необходимости уклоняться, ухмылка застыла на его лице. Убедившись, что Дракон узнал об этом, Аинз использовал заклинание.

- [Хватка Сердца]

Аинза перевёл свой взор с дракона что пал также как и его отец, и повернулся к остальным.

— Все усвоили урок?

После этого тихого вопроса, Драконы склонились даже ниже, чем раньше, как если бы они пытались лечь на землю. Никто больше не сомневался во власти Аинза.

Аинз открыл [Врата] и перебросил через них тело. Затем он взял Гондо и оседлал Хежинмала.

Спина его матери была длиннее, так что правителю пошло бы больше передвигаться на ней.

Однако Аинз уже проехал на Хежинмале весь путь сюда, так что он может также легко ездить на нем остаток пути.

— Покинуть город. Мои подчиненные уже должны ждать там.

Вовремя полета драконы махали крыльями в унисон, Ханзо привели их к месту, где множество кваготов приклоняли колени.

Видеть бесчисленных кваготов находящихся в бесшумной прострации было довольно странно, как только Гондо увидел это он безшумно хрипнул.

Ainz собирался сделать так же, но не мог так поступить перед его Стражами, чьи яркие улыбающиеся лица, казалось, говорил: "Мы хорошо поработали!"

— Владыка Аинз! Как вы и приказывали, мы закончили отбор кваготов. Тут 4,000 мужчин, 4,000 женщин и 2,000 детей. Все остальные мертвы. Кроме того, мы разрешили им восстановить неповрежденные тела и поместить их в другом месте.

— Понятно. Значит, они отвергли мое милосердие, но теперь отчаянно цепляются за их последний шанс на выживание. Какая кучка дураков.

Одетый квагот стоявший на коленях перед всеми остальными заметно вздрогнул.

— Тогда, где их король?

— Вот он — указала Шалтир.

Как и следовало ожидать, это был дрожащий квагот. Перед тем как Аинз подозвал его, он активировал совою ауру обсидианового цвета. Согласно его исследованиям, этот эффект лучше всего подходит повелителю.

Пока он слушал бормотание и шепот о полете на драконе, он позвал Лорда Квагота.

— Король кваготов, подними свою голову.

— Да!

Тело Квагота Лорда заметно дрожало, когда он поднял голову. Затем его глаза расширились, он шел ровно, как будто был заморожен.

Аинз мог четко слышать исходящее от него "Хи-и-и-и…"

— … Я широко известен как милостивый король. Грех твоего не немедленного решения был смыт кровью твоего клана. Тем не менее, если ты предложишь мне ваши жизни и верность мне, я смогу гарантировать ваше процветание.

— Понял!! Ваши слуги и все наши дети и дети наших детей будут стирать себя в пыль ради служения Вашему Величеству!!!

— Хороший ответ. Он мне нравится.

— Да!!!! Спасибо вам большое!!!!!

Что бы окончить разговор, Аинз дал знак рукой, как бы показывая, что Лорд Квагот может вернуться в свою покорную позу.

Великолепно! Видимо мои тренировки окупились.

Бесчисленное повторение фраз и поз перед зеркалом наконец-то принесло свои плоды. Мысленно приняв победную позу, Аинз развернулся к своим Стражам, которые безукоризненно выполнили свою работу.

— Вы очень хорошо постарались. Я очень горжусь вами обоими.

— Большое спасибо!

— Ваши слова очистил мое сердце от позора моей предыдущей ошибки, эта благодарность исходит из глубин моего сердца.

— Хм, хм…

Увидев восторг Шалти, Аинз был уверен, что использовал правильные слова.

— Тогда, это количество подходит? Если этого слишком много, ты можем провести выбраковку снова, пока их количество угодит вам, Владыка Аинз.

— Нет, в этом нет никакой необходимости…это должно быть хорошим количеством. Если задуматься, мог ли любой из них стать могущественной сущностью? Не по нашим меркам, конечно, а по меркам людей этого мира.

— Мои глубочайшие извинения. Такой народ, как…

— Нет, это не так. Повелитель Кланов, о котором ты говорила, считался довольно сильным, хотя мы никогда не видели его силу.

— Неужели…

Хотя он не был уверен как были повержены Рыцари Смерти, это, скорее всего, совпадение. Всё, что он знал-

Они, возможно, упали в Великий Разлом…

Как только он подумал об этом, Аинз почувствовал глубокий стыд. Понимая, что он ошибался после того, как прочел лекции Шалти так страстно, его лицо как будто бы вспыхнуло пламенем…а потом стыд исчез. На его месте была тлеющая депрессия. А потом, когда он подумал, как Шалти делала записи, оно усилилось…и затем вернулось в норму.

Должен ли он попытаться выкрутиться из этого?

Однако, если бы он всё перепутал, они могли бы сказать другим "Владыка Аинз сказал это, но на самом деле~" и так далее.

Это плохо! Это очень плохо! Я не должен был увлекаться своей радостью и читать им лекции так! Мне кажется, что я сейчас заплачу.

Аинз глубоко вздохнул.

Ну, если подумать об этом, не хороший ли это шанс сказать Стражам, что я тоже могу всё испортить? После этого, я могу перейти от позиции невероятно мудрого правителя к обычному правителю, и это могло бы освободить меня от моего эмоционального мучения. И если я сделаю это, Стражи могли бы замечать мои ошибки и предупреждать меня о них.

Он приказал Драконам уйти, потому что он знал, что они имели очень острые чувства. Тогда, Кваготы также переместились на некоторое расстояние от них. Гондо выглядел очень одиноким совершенно один, но это было его бременем.

Как только трое из них остались одни, Аинз сглотнул.

То, что он будет делать дальше вполне может отправить весь его тяжелый труд коту под хвост. Аинз почувствовал беспокойство о том, как ситуация изменится, и что может произойти в будущем. Его тело — что не чувствовало страха — начало бояться. Несмотря на это, он собрал все свое мужество, чтобы заговорить.

— Ах, вы двое, слушайте… Вы помните, что я говорил относительно возможности существа, который может легко победить Рыцарей Смерти в этом месте?

Двое посмотрели друг на друга, и их лица предпологали, что они что-то поняли.

Да, это. Кажется, я ошибся. Может быть, Дракон, которого я убил мог иуничтожить Рыцарей Смерти, но непохоже на то, что кто-то другой мог

— Я понимаю, Ainz сама. Ваши слова были предназначены, чтобы заставить меня учиться. Подумать только, что вы должны были опозорить себя вследствие моей неопытности… Я, Шалти Бладфолен, предлагаю мою величайшую благодарность вашей величайшей личности за ваши милосердные соображения!

…Э?

К большому удивлению Аинза, они смотрели на него с уважением в их глазах. В частности, лицо Шалти было покрасневшим, ее глаза были влажными, в её рот дрожал, как будто она была на грани слез, и она была явно тронута.

Какая часть заслуживает уважения? Это сбило с толку Аинза. Он каким-то образом достучался до из сердец?

К тому же я должен отрицать то, что сказала Шалти, верно? Нет, Шалти была обучена в этом путешествии. Тогда, я возгалаю свою веру в тебя, Шалти!

— Кажется ты осознаешь это, Шалти.

— Да!!

Их глаза, казалось, засветились еще ярче.

Чего-чего? Аинз подумал так, но всё ещё должен был прояснить свою позицию.

— Тем не менее, даже я могу потерпеть неудачу, и я могу ошибаться. Я надеюсь, что вы будете держать этот факт в ваших сердцах

— Да! Хотя я не думаю, что для нашего великого правителя возможно когда-либо совершить ошибку, я понимаю, Владыка Аинз!

Шалтир, видимо, достигла предела своей выносливости. Она опустилась на колени, как будто кланяясь и зарыдала. Она стиснула зубы, и горько плакала, Аура положила руку на плечи Шалтир, ее собственные глаза наполнились слезами. Это была трогательная сцена, которая показывала степень их дружбы, Аинз понятия не имел, что происходит, и все, о чем он мог думать, что Шалтир — нежить, у которой может выделяться слезы, слюны и другие биологических жидкостей. Таким образом, он укрылся от реальности в биологии.

Аинз не имел никакого понятия, по поводу происходящего и как все так получилось, он решил оставить все как есть. Было слишком много вещей в этом мире, не поддающихся его пониманию, вернее, были вещи, в которых ему приходилось делать вид, что он все понимает. Давно, его начальник отдела говорил что-то подобное, при объяснении какого-то важного дела.

Аинз, чувствовал, что проще всего закрыть на это глаза, но в тоже время понимал, что столкнувшись с подобной проблемой в будущем, нужно будет найти более лучшее решение. Таим образом, Аинз сделал единственное, что он мог в такой ситуации.

Он вытер слезы коленопреклоненной Шалтир, как отец вытирающий слезы своей дочери.

И тогда, еще больше слез потекло по её щекам.

— Влатика Аинщ…

\\\ это не опечатка, она плачет и коверкает слова:)

— Всё хорошо, хорошо. Не плачь, Шалтир. Я же сказал тоже самое и тогда, так ведь? Не омрачай свое прекрасное лицо слезами.

— Я мокку пыть полессна для васс?

\\\ это не опечатка, она плачет и коверкает слова:)

— Аахх, ты сделала всё хорошо. Я не ожидал меньшего от Стража.

— Влатика Аинщ…

\\\ это не опечатка, она плачет и коверкает слова:)

Шалтир вцепилась в одежду Аинза.

— Ээ, эээ. Всё хорошо, самое время прекратить.

— Хо-хорошо…

Шалтир посмотрела на Аинза, вдохнула через нос и попыталась вытереть слезы.

— Огромное спасибо за всю доброту, которую вы проявили ко мне!

— Мм, хм. Ладно, тогда нам нужно двигаться дальше. Еще многое предстоит сделать, разве не так?

* * *

В Зале Совета с утра было шумно, но получив последние изветия, настала тишина.

Если они не обхватывали свои голову, то они царапали их. Ни один дварф не мог оставаться спокойным.

И тогда, кто-то сказал.

— Он вернулся.

— Это… случилось очень быстро. Он на самом деле… на самом деле отвоевал Королевскую Столицу?

— Ты что, намекаешь, что он нас обманывает?

— Каким же смельчаком надо быть, чтобы высказываться против этого монстра… нет, могучего существа, вернувшегося после захвата Королевского Дворца, ставшего Драконьим Гнездом. Я бы сказал, что твою смелость можно сравнить с героем-королем из легенд…Кстати, не забудьте ему сказать, что мы все с самого начала верили в него.

По словам гонца, вернулся он верхом на драконе.

Драконы очень сильны, но также и очень горды. Им было очень интересно, как он подчинил себе такое существо

Самым очевидным выводом было использование магии для подчинения. Но все же, беря в расчет несравненную силу Короля Заклинателя, также был возможен и вариант, при котором он вынудил дракона к подчинению одной лишь грубой силой.

Скорее, такой вариант был более возможен, чем предыдущий. Не было похоже, что Королю Заклинателю нужна была какая-либо магия, чтобы повелевать драконами. Абсурдная картина драконов, кланяющихся перед ним в подчинении возникла в его голове на мгновение.

Управляющий пищевой промышленностью глубоко вздохнул и обернул свой жесткий, суровый взгляд на остальных.

— Тогда что нам делать? У нас не осталось времени, не так ли? Его Величество вернулся. Если мы сразу его не встретим, быть беде. Тогда нам надо решать, что делать с Мастером Кузнецом, и решать быстро!

Мастер Кузнец бежал из страны с металлическим слитком, доверенным ему Королем Заклинателем.

Не стоит и говорить, что подобный поступок был непростителен для их страны.

Это оставит огромное пятно на их репутации, что аукнется во время торговли с другими народами.

Это смертельный удар для страны, торгующей своим кузнечным ремеслом.

Кто пойдет на риск сделки со страной с такой плохой репутацией? Хуже того, сбежал не просто какой-то кузнец, а один из лидеров, возглавляющих страну. Это может быть интерпретировано, как злобный замысел самого государства.

Представляя последствия этого, они начали искать решение, попутно обсуждая, что им делать, не найди они его.

Несмотря на это, они так и не смогли найти ответ, при котором Король Заклинатель дарует им свою милость.

-..До сих пор не верится, что он убежал с этим слитком…

Генеральный Секретарь пробурчал это, но подобные слова уже не вызвали ни у кого никаких чувств.

Главнокомандующий холодно посмотрел на Генерального Секретаря.

— Тогда что нам делать? Нет сомнений, что он не вернется обратно. Мы получили показания свидетелей его побега.

— …Может Король Заклинатель контролировал его своей магией?

Все присутствующие мгновенно затихли.

Никто не выражал своего согласия со сказанными словами, но несмотря на это, лицо Главнокомандующего становилось все более раздражённым.

— Даже если вам не хочется признать преступником одного из нас, дварфов, любой из нас, что скажет подобное о том, кто отбил нашу столицу тогда, когда этого сделать не могли мы… проще говоря, он будет первой сволочью среди всех Дварфов.

— Не говори так, Главнокомандующий. Ты-то уж должен знать, он старался найти ответ упорнее всех и устал он тоже больше остальных.

— Я не думаю, что мы решим проблему, просто ссылаясь на усталость…

— Давай оставим эти пустые разговоры на потом, Главнокомандующий. Сейчас нам надо решить гораздо более важные вопросы. Стоит ли сказать Его Высочеству правду сразу же? Или же отложить объяснения, растянув время для поисков? Ваши мысли?

Лидер торговой гильдии покачал головой.

— Это плохая идея. Она свяжет нас с пропавшим предметом. Мы можем все рассказать и попросить прощения. Кроме того, мы до сих пор его не нашли. Все мы знаем, что он может быть, в чреве волшебного зверя. Если бы мы могли восстановить слиток…… этот идиот.

Это то, что они не должны говорить о другом, но никто не будет выступать против людей, упрекающих Мастера Кузнецу за причинение таких больших проблем. Наоборот, Главнокомандующий даже кивнул в знак одобрения.

— К счастью, он не забрал клинок. Но, ах, ну, а если мы принесем свои извинения… будем ли мы прощены?…Ну, нам больше ничего не остается, кроме как извиниться.

— Важно извиниться, но еще важнее. говорить только правду. И после этого, нам придется принять все условия, которые он продиктует.

Все с этим согласились.

— Тогда, что же он потребует от нас?

Дварфы не знали, из какого металла был сделан слиток, который они приняли и из-за этого не могли оценить его. Поэтому они не могли предположить его стоимость в денежном выражении. Если они недооценят его, то могут разозлить Короля Заклинателя всякая надежда на их отношения никогда не появится.

Поэтому им нужно, чтобы Король Заклинатель, сам указал свою цену. В самом ли деле, он попросит денег? Они пытались вообразить, что он может попросить, но не могли себе этого представить.

— Я не могу думать ни о чем. Давайте поставим вопрос по другому, мы можем согласиться? Нет… на какие запросы мы должны отказывать ему?

— Мы сможем сделать это? Это будет сложно, ведь так? Этот город может иметь историческую ценность, но у нас нет никаких национальных сокровищ физической или магической природы.

Когда Демоно-Боги бесчинствовали в Королевской Столице, уцелел только один член королевской семьи. Он был последним королем дварфов, известным как "Король Кузнец", а после того, как мощные магические предметы сгинули вместе с ним, не осталось ничего, что можно считать национальным достоянием.

— О! Я вспомнил! А что насчет сокровищницы в Королевской Столице?

— Мы говорили об этом, не так ли? Предложить её тому, кто вернул нам Королевскую Столицу…..это слишком… тем не менее, верно и то, что у нас нет ничего, кроме неё.

Оглянувшись, каждый кивнул в знак согласия.

— Будем надеяться, что драконов не уничтожили её.

— Не скажу, что…. Может попросим Короля-Заклинателя, в этот раз войти самому.

****

"Хм. Одного не хватает. Что то случилось?"

Когда Аинз вошел, у них было странное выражение лица.

Один из них заговорил… ну, они все выглядели одинаково для Аинза, поэтому он понятия не имел, кто это был. Всё, что он знал, что был, не Главнокомандующий. Он начал говорить с

— Спасибо за возвращение Королевской Столицы -

и пустился в длинные строки благодарности, от которых Аинз почувствовать себя уставшим. Потом, когда он уже забыл, о чем они начали говорить, настроение Главнокомандующего изменилось.

— Есть еще один вопрос, за который мы должны принести извинения, Ваше Величество. Слиток, который вы доверили нам был украден Мастер-Кузнецом, который сбежал из страны. В настоящее время мы ищем его, но нам не удается пока найти его. Ваше Величество доверилось нам и даровало нам этот слиток, но такой инцидент, произошел с нашей стороны. Мы не знаем, с чего начать извиняться.

Дварфы одновременно поклонились.

Честно говоря, Аинз понятия не имел, что происходит. Поэтому он спросил.

— Зачем он это сделал?

Убежать со слитком средней категории, чтобы продать его кому-то? Из — за жадности, советник нации дварфов, отказался от своего поста?

На мгновение, Аинзу показалось, что был вовлечен игрок, перемещавший своих скрытых пешек в нации дварфов. Однако, игроку не нужен подобный слиток. Он не был достаточно ценным, чтобы заставить кого-то покинуть свой пост, даже не значительного подчиненного, игроку в такой ситуации, выгоднее держать в подчинении и власти.

— Мы пока не знаем. Мы, честно, не знаю. Никто из нас не имеет ни малейшего понятия, почему он совершил такой необдуманный поступок.

— Тогда мой следующий вопрос, что насчет брони, которую я просил?

Дварфы переглянулись.

— Мы не можем извиниться за это. Он оставил клинок, он взял слиток, и мы не можем вернуть его вам. Мы уже направили поисковые группы и они вернутся, когда отыщут его. Тогда, если вы позволите, пожалуйста, позвольте нам заменить броню. Хотя это бледнеет по сравнению со слитком, который вы доверили нам, это всё на что мы способны.

— Мы планируем подготовить три комплекта адамантитовой кольчуги и зачаровать их так хорошо, насколько это позволяют наши возможности.

— Если вы желаете щит, мы может создать вам его из орихалка.

— Угу.

Будь бы он злым покупателем, подающим жалобу, сейчас был бы лучший момент, чтобы устроить сцену. Но все же, Аинз не хотел быть подобным покупателем.

И все таки, он потерял слиток.

"Плохо ли это? Он не редкий, у меня таких уйма.

… Из того, что я понял, такой металл здесь не встречается, но это не значит, что его нет в других регионах. В таком случае, лучше будет получить больше комплектов брони, так? Они еще и собираются зачаровать их… И даже если они найдут слиток, они же не потребуют назад эти предметы, да? Сделка получится довольно выгодной.

— …Если у вас его нет, ничего не поделаешь. Тогда, на этом и остановимся. Позже обсудите это с Зенберу и подготовьте то, что он хочет.

Дварфы вздохнули с облегчением.

Стоило ли припугнуть их? Нет, было бы плохо, если они засомневаются в его величии из-за его мелочности. В таком случае, наверное, принятие их предложение выставляло его как щедрое существо.

Все же, он еще мог выпросить у них пару услуг.

— …Тогда, может быть, я могу добавить к этой еще одну просьбу?

— Какую же, Ваше Высочество?

Его огрубевший голос выдавал их напряженность.

— Не стоит нервничать. Мне просто нужна ваша помощь в найме кузнецов рун.

— Что, что это значит?

— Можете ли вы провести здесь церемонию и сказать им, что отныне они будут работать на мою страну? Это наверняка осчастливит их.

Дварфы переглянулись и сразу же кивнули.

— Правда? Тогда пусть мои люди займутся едой и напитками. Их приготовление займет какое-то время, так что я надеюсь, что вы не против, если я останусь здесь на какое-то время.

Дварфы не возражали.

Аинз мысленно улыбнулся. Теперь ему не придется возвращаться в Е-Рантел.

Сначала он думал, что ему придется потратить больше времени на все это, но в конце концов он вернул Королевскую Столицу в мгновение ока. Это было плохо.

Изначальной причиной было то, что он хотел проинформировать Альбедо на счет прошения Империи о вассалитете через 『Сообщение』. Все было бы очень плохо, если бы он присутствовал. Поэтому Аинз нужна была причина, чтобы не возврашаться.

Кроме того, он хотел улучшить его дружеские отношения с дварфами, что также было очень понятной причиной.

В дворфийском городе Аинз хотел разузнать от трех вещах:

1: Наличие или отсутствие игроков. Если в настоящее время не было ни одного, то все ещё могли быть некоторые когда-то в прошлом.

2: Дальнейшее изучение рун и связанной с ними информации. Он не знал достаточно об этой теме. Он уже узнал довольно много от кузнецов рун; Руны существовали течение долгого времени, но было неясно, когда именно они появились и кто их привнес. Одной из причин был хаос во время нападения Демонов-Богов, но книги Хежинмала не содержат никакой информации по этому вопросу, также, как и Сокровищница.

3: Знания о кузнечного ремесла и рудах. Теперь, когда он привлек кузнецов рун на свою сторону, все, что он должен был сделать — медленно выведывать эту информацию из них. Тем не менее, похоже, здесь не было никакой из призматических руд, как и следовало ожидать.

Что касается второго пункта, Аинз намеревался, чтобы Дварфыв будущем узнали больше, когда они вернулться в Королевскую Столицу, и именно поэтому ему нужна была прочная дружба с ними.

* * *

Длинные линии из столов были установлены со множеством тарелок, каждая из которых была загруженной роскошным разнообразием блюд.

Поток горячей пищи источает чарующий аромат, которую отнесло к Аинзу.

Айнз, будучи нежитью, не испытывает потребности в пище, но то, что осталось в нём от Сузуки Сатору — другое дело. Его снедало желание попробовать кушанья, и любопытство относительно их вкуса.

Это тело имеет свои хорошие и плохие стороны…

Он мог обуздать голод, но не любопытство. В конце концов, любопытство — часть его характера, то, что не зависит от неживого тела.

Если бы кушанья были приготовлены поварами Назарика или Э-Рантэла, он не чувствовал бы такого любопытства, но эту пищу приготовили дварфы.

Рунные кузнецы хотели переехать в Колдовское Королевства со своими семьями, так что их жёны, матери, дочери и другие родственники женского пола приготовили пищу для праздника. Разумеется, большую часть из двух тысяч порций обеспечил Айнз — то есть, Назарик.

Разумеется, Айнз не стал бы расточительно использовать магические предметы ради пира, так что в основном это продукты из Э-Рантэла. Мясо добыли драконы, охотясь в горах, а вина из Королевства и Империи поставили немногие оставшиеся в Э-Рантэле торговцы.

Столы ломились от еды, но женщины-дварфы продолжали подносить и подносить приготовленные ими блюда.

Мужчины и женщины дварфов мало отличаются друг от друга. Наиболее заметная черта — бороды. Бороды мужчин очень длинные, и обычно заплетены в три косы, а бороды женщин сравнительно редкие. Впрочем, их бороды всё равно напоминают бороды человеческих мужчин. Однако у женщин, похоже, есть обычай выбривать усы под носом.

"Не понимаю, в чём смысл этого обычая… Ну, видимо, культурная особенность. В Колдовском Королевстве принимают любых представителей человекоподобных рас. Если слишком докапываться до истоков обычая, то можно нажить проблемы в будущем"

Аинз отвел взгляд от девушек, которые все еще ели. Его взгляд прошелся по бесчисленным головам дварфов перед ним и остановился на сцене рядом с ним.

Некоторые из кузнецов, направляющихся в Колдовское Королевство стояли на ней вместе с членами Совета.

И тогда Совет начал говорить, об их миграции в Колдовское Королевство.

— Началось.

— Так оно и есть.

Ответил Гондо, стоящий рядом с Аинзом.

— Ты их представитель. Ничего, если ты не стоишь рядом с ними?

— Дайте мне перерыв, Ваше Величество. Я был практически бесполезным в качестве кузнеца рун. Было бы позором, позволить кому-то, как мне их представлять…Не хотели бы вы изменить свой выбор, Ваше Величество?

Аинз и Гондо закрыли на мгновенье глаза и рассмеялись.

Естественно, Аинз просто не хотел стоять на сцене, чтобы встречать и приветствовать людей. Его предыдущие слова были для того, чтобы уйти.

— Еще… — лицо Гондо стало серьезным.

— Я не могу вас никак отблагодарить, Ваше Величество.

— Почему?

— Это прощальная вечеринка. Пожалуйста, посмотрите на тех, кто на сцене.

Аинз еще раз взглянул на сцену. Там еще не закончили говорить, и это было всё, что пришло ему на ум. Однако, было бы немного нетактично сказать, что он не заметил, после того как Гондо указал ему.

— Хмм…. понятно…

В конце концов, он использовал подходящий ответ, в качестве дымовой завесы.

— Как и догадалось, Ваше Величество. Их взгляд изменился.

— И в правду — Аинз ответил не задумываясь, хотя по-прежнему не понимал что происходит.

— Но все-таки, почему?

Гондо хмыкнул, найдя это забавным.

— Это радость, чувствовать их восхищенные взгляды. Сегодняшняя церемония — с блюдами, приготовленными из продуктов, которые они никогда не видели, а также здесь все виды алкоголя — и кузнецы рун понимают, что они не продают себя, будучи нанятыми Колдовским Королевством.

— Я ожидаю от них многого, ты ведь понимаешь?

— Хм. Я помню, как я однажды сказал, что всё верну Вашему Величеству. Другие относятся к этому также. Большое спасибо. Упс, похоже, пришло время, Ваше Величество.

Взяв большую кружку пива Гондо, бухнул её по столу, как делают другие. Затем Аинз поднял крошечный стаканчик ликера, чтобы произнести тост, а затем отдал его Гондо, потому что он не мог пить.

Дварфы, которые до этого сдерживали себя, стали вести себя очень активно. Многие дварфы потянулись к еде, безостановочно пожирая блюда с тарелок.

— Что это? Это удивительно! Это ваша жена приготовила?

— Хм. Его Величество предоставил ингредиенты. У нас было много неудач при попытке приготовить это.

— Хм. Это вкусно и это факт. Но такому старикашке вроде меня, могли подать не такое острое.

— Ты можешь запить это вином.

— Что? Дай попробую… ого! Невероятно! Вкус просто потрясающий!

— Очень хорошее вино. Интересно, а моя жена сможет также приготовить?

— Похоже, что Колдовское Королевство, в течение некоторого времени, будет посылать нам пищу. Похоже, что мы будем хорошо есть.

— Я бы предпочел алкоголь. Это из Колдовского Королевства, верно? Я даже готов платить за это!

Они очень громко говорили, пока ели. И затем-

— Я завидую тем кузнецам рун. Они смогут есть такие вещи, когда захотят?

— Нет, это наверно очень дорого, да?

— Не похоже, что это так. Посмотрите, в человеческих странах, овощи дешево стоят. Вроде бы в Колдовском Королевстве также.

— Хм, им действительно очень повезло. Хоть его и было немного, но мне кажется, что вино из Колдовского Королевства высший класс?

— Угу. Я только глоточек сделал. Ааааахх, это было очень вкусно. Все-таки, виноградное вино — очень хорошо, хотя, возможно, ему не достает крепости.

— А у нас есть какая-нибудь причина, для посещения Колдовского Королевства?

— Я слышал, что они планируют разрешить гражданам обеих стран, свободно передвигаться между ними.

— Эй, эй, все здесь довольно высокопоставленны, но не должны ли вы быть более внимательны к такого рода информации?

— Нет, кажется, они собираются сделать публичное заявление. В будущем эта страна будет активна во многих местах… и хотя это только слух, они говорят, что мы вернули назад Королевскую столицу.

— … Ходят слухи, что Королевский дворец было гнездом драконов. Колдовское Королевство действительно поражает.

Естественно Аинз также был в выигрыше от этих слов.

Вместо того, чтобы хвалить непосредственно Аинза, их мнение о Колдовском Королевстве устремилось вверх. Это, вероятно, означало, что они в скором будущем смогут стать друзьями.

Аинз удовлетворенно улыбнулся, и снова обратился к Гондо.

— Сходи поговорить с ними, Гондо. Я отлучусь на некоторое время.

— Вот как… Тогда я пойду поговорить с теми шахтерами.

Гондо смотрел на дварфа у которого было злое выражение в глазах.

— А что вы будете делать, Ваше Величество?

— …Посланник моей страны прибыл. Мне нужно встретиться с ним. Тогда, до встречи.

Айнз поднял руку в прощальном жесте и ушел.

Его место было в углу зала. Айнз открыл дверь и направился в гостевую комнату, служившую также комнатой отдыха и кабинетом.

Комната была обставлена очень роскошно, заполнена столами, креслами и шкафами. Внутри его ждал Демиург.

— Прости, что заставил явиться в такую даль.

— Что вы, это мой долг — стремиться туда, где находитесь вы, владыка Айнз.

Айнз пересёк комнату и уселся в кресло. Он подал Демиургу знак, что тот тоже может сесть.

— …Я читал отчёты. Здесь я был занят, так что прошу прощения за то, что вынудил тебя писать их, а не передавать на словах.

Отчёты Демиурга касались его действий и приготовлений в Святом Королевстве. Разумеется, если бы Айнз выслушивал их напрямую от Демиурга, то это могло бы нарушить маскировку Айнза. Он принял это во внимание.

— …Впрочем, ты сработал так хорошо, как я и ожидал от тебя, Демиург. Твои свершения можно назвать не иначе как выдающимися.

— Большое спасибо, владыка Айнз.

Демиург поклонился.

— И всё же, я не могу и надеяться сравниться с вами, владыка Айнз… Вы надёжно завладели сердцами этих дварфов.

Айнз задумался, о чём речь — о том, как он вернул столицу, или о том, как нанял кузнецов рун. Впрочем, действительно ли Демиург имел в виду это?

— …Хм, похоже, ты уже всё понял, Демиург. Думаешь, дварфы осознали это?

— Думаю, они не столько осознали, сколько у них нет другого выбора.

Почему здесь больше никого нет? Если бы тут был кто-то ещё, Айнз мог бы использовать свой обычный приём. Рассматривая Демиурга, он заметил что тот улыбается.

"…Что смешного?!"

Айнз чувствовал, как от улыбки Демиурга болит его несуществующий живот. Точно так же его пугала и улыбка Альбедо. От мысли, что они могли разгадать его уловки, отсутствующее сердце заколотилось чаще.

— Если… если дварфы осознают, то что, по-твоему, стоит предпринять?

— Я сомневаюсь, что это будет большой проблемой. После того как ты подготовишь наборы питания для набора кузнецов рун. С этим, ты сможешь отмахнуться от любых слов Дварфов.

"…О чём он вообще говорит?"

— Тогда я надеюсь, что это неважно.

Теперь когда его попытки напрвать Демиурга провалились, Айнз решил оставить всё как есть. Спрашивать слишком много о такой умной персоне как он, может быть опасно.

— Тогда, как проходит вассализация Империи?

— Да. Альбедо и я обсудили этот вопрос и мы подготовили план. Сейчас, мы надеемся, что вы с ним ознакомитесь и поделитесь с нами своим мнением.

"Если Демиург и Альбедо подготовили го вместе, то мне не нужно вмешиваться", — подумал Айнз, но не сказал вслух.

— … Дали ли вы Империи достаточно преимуществ? Достаточно для того, чтобы соседние страны смотрели на Империю и думали "жизнь станет лучше для нас, если мы станем вассалами Колдовского Королевства", или что-либо из этой категории?

— С этим не будет проблем.

Айнз пробормотал "Да" в своем сердце. В таком случае, он может дать согласие, даже не смотря на план.

— Даже так, ваши достижения в Королевстве Дварфов и Империи действительно захватывающими. Я полагаю, что термин "бездонная мудрость" существует, чтобы описать вас, Владыка Айнз.

— Это точно не так. Я уверен, что ты бы справился не хуже, Демиург.

Демиург проявил редкое выражение на лице — горькую улыбку. Затем он кивнул головой.

— В самом деле, если бы это было все. Тем не менее, как далеко вы предвидели судьбу Колдовского Королевства?

Не пытался, даже до завтрашнего дня. Но конечно, он не мог сказть этого.

Айнз задумался какой ответ будет в стиле правителя. И тогда, он вспомнил название гильдии из ИГГДРАСИЛя.

Она называлась Тысячелетнее Царство.

Если бы только Колдовское Королевство могло просуществовать тысячу лет. Возможно из-за этой мысли, некоторые воспоминания всплыли в голове.

Он понятия не имел, почему эмблемой гильдии был журавль, и однажды Айнз спросил об этом Ямаико. После этого она сказала ему, что это потому, что в мифологии журавли живут тысячи лет. Точно так же, черепахи будут жить-

— Десять тысяч лет.

Айнз нахмурился, когда слова сорвались с губ. Он случайно завысил масштаб. Когда Айнз повернулся к Демиургу, чтобы поправить самого себя, он понял, что было уже слишком поздно.

— По-подумать только, что у ваших планов такой большой масштаб…

Глаза демиурга распахнулись, и стали сиять будто драгоценные камни.

Ах, это плохо.

— Я просто…

— В таком случае, подумайте о возможности использовать ваши отряды нежить в вооруженных силах других государств. В таком случае, это приведет к тому, что мир будет полагаться на вас, Аинз-сама. Этот ответ будет правильным для тех, кто широко смотрит на мир. По тому… на сколько грозным вы можете быть…

Аинз не знал что сказать, но он знал что нужно сделать в данный момент. — Хорошая работа, Демиург, ты полностью предвидел мои планы, как я и думал. Однако, он не мог постоянно использовать эту тактику и по этому сказал:

— Кукуку, я не планировал настолько далеко, Демиург. (у меня не было столь отдаленных планов)

— Вот как. Понятно. Я сохраню эти слова в своем сердце.

Когда он увидел легкую улыбку Демиурга, сердце Аинза облилось холодным потом.

либо (по спине Аинза пробежал холодок)

Ех? Что произошло? Я не уверен, но не значит ли это, что сейчас я нахожусь в еще более сложном(рискованном) положении?

Впрочем Аинз не упоминал о каком-либо решении. Тогда ему придется иметь дело с ним, натянув фальшивую улыбку.

— Кукуку… я оставляю это на тебя, Демиург.

— Кукуку…Понятно, Аинз-сама.

Напротив, Демиург лучился улыбкой как никогда прежде.

Айнзу хотелось заплакать, но он взял себя в руки и дрожащим голосом произнес.

— Тогда, Демиург. Что насчет (Касательно) посланного тобой доклада… когда по твоему мнению это произойдет?

— Начнется осенью, но зимой я вынужден буду побеспокоить вас Аинз-сама. В начале все будет идти хорошо, но потом оппозиция начнет движение (будет предпринимать меры), у властей могут возникнуть разногласия, даже если мы будем ими манипулировать.

— Хорошо, в конце концов ты все спланировал, Демиург. Я могу оставить тебе эти мирные переговоры.

— Большое вам спасибо Аинз-сама. Касаемо вопроса о вассалитете Империи…

— Я хочу услышать детали по возвращении. Сначала (в первую очередь) можешь мне дать (предоставить) копию плана.

— Понял.

— Тогда, я жду с нетерпением как этот ваш проект будет разворачиваться (покажет себя) в будущем, Демиург.

Эпилог

Энри проснулась утром. Она тихо встала с кровати, стараясь не разбудить спящего мужа. От холода ей захотелось снова нырнуть под одеяло, в согретую теплом двух тел постель.

Когда она встала, кровать скрипнула, но её уже полгода как муж слишком устал, чтобы отреагировать. Он спал как убитый.

Теперь, когда его режимом дня управляет Энри, он живёт более упорядоченной жизнью. Так что его глубокий сон — просто присущая ему черта, а не результат недосыпания.

"…Впрочем, поначалу это было не так…"

Когда они только поженились, он не спал так беззаботно.

"Может, он просто нервничал… Но теперь он привык, и всё хорошо"

Энри зевнула и потянулась.

Её обнажённые груди колыхнулись.

Покраснев, она потянулась за разбросанной одеждой.

Да, конечно, здесь живут лишь Энри и её муж, но ходить в таком виде — неприлично.

Будь здесь её младшая сестра, Нему, Энри ни за что бы не вела себя так. Однако, сейчас она не в доме Эммотов, а в доме Барелов.

Разве можно тревожить молодожёнов? Энри послушалась свою свекровь, Лиззи Барел, и приняла решение не перестраивать дома Эммотов и Барелов. И вот что вышло.

С того кошмарного дня, когда они лишились обоих родителей, прошло уже два года. Но Нему до сих пор напугана случившимся, и боится спать без своей старшей сестры. За то, что она согласилась принять новое положение дел, оставалось благодарить лишь какой-то неведомый инстинкт.

Она — жительница деревни, и часто видела, как животные предаются подобным занятиям. Также она могла слышать про то, чем занимаются молодые парочки, когда летним вечером в день праздника урожая убегают в лес после танцев у костра. Может, она даже уже в курсе, чем занимаются по ночам супружеские пары.

Однако, до сих пор никто не объяснял ей этого в деталях. Энри и Нему были не в том возрасте, чтобы слушать такие рассказы. Так что кто-то должен научить её что делать, и это знание представляет из себя одновременно и лекарство, и яд.

"Люпус Регина-сан говорит такие странные вещи…"

Все жители деревни относились к помощнице их правителя с любовью и почтением. И Энри тоже. Однако, некоторые черты её характера она принять не могла. Она уже какое-то время знает Люпус Регину, и кое-что поняла: та — злодей, с восторгом наблюдающий за чужой реакцией на свои злодеяния, и вполне способна с улыбкой наблюдать, как кто-то падает в яму или попадает в капкан.

Энри чувствовала, что если не скажет прямо "Пожалуйста, научите меня", то не услышит от Люпус Регины ничего конкретного.

С другой стороны, Энри опасалась, что если не углядеть за Нему, и позволить ей поговорить с Люпус Региной, то та расскажет девочке всё и обо всём, со смаком и во всех подробностях.

Могу научить тебя всем взрослым вещам, только попроси. Энри не забыла этих слов Люпус Регины.

Твёрдо решившись переговорить с Люпус Региной, Энри собрала разбросанную по полу одежду.

После чего направилась на кухню, и повернула кран.

Она набрала воду в небольшую ёмкость, и повернула кран в обратном направлении, остановив поток воды.

В прошлом ей после пробуждения приходилось доставать воду из колодца. Теперь, она может получать чистую воду с помощью этого магического предмета. Температура воды остаётся неизменной, неважно зимой или летом.

Этот магический предмет, [Вентиль Ключевой Воды], может создавать примерно 200 литров в сутки. Похоже, его создал мудрец какой-то далёкой страны.

Этот предмет — редкость, даже в крупных городах. Она слышала, что в некоторых местах гигантские копии этого предмета используются как источник воды для целых городов.

Энри вытерлась мокрым полотенцем.

— Ууу, холодно.

Хотя сама вода и не холодная, но мокрая кожа на холоде быстро замерзает. Однако Энри, стиснув зубы, терпела, и вытерлась с ног до головы. Она делала это перед сном, но теперь повторила процесс снова.

Пока Энри помнит тот случай, когда Люпус Регина окликнула её, игриво и многозначительно ухмыляясь, она ни за что не утратит бдительность.

И всё же, магия и правда поразительна.

Энри уже потеряла счёт, сколько раз ей в голову приходила эта мысль.

В деревне Карн теперь гораздо больше жителей.

90 % населения — гоблины Энри, но деревня не могла вместить их всех.

Первой проблемой были жилища.

Гоблины решили её, нарубив в Великом Лесу Тоб деревья и построив простые дома. Но с проблемой воды и пропитания разобраться было куда сложнее.

Поначалу они попытались охотиться в лесу, но добычи не хватало на всех. Пришлось обратиться за помощью к Люпус Регине, и деревня получила помощь продовольствием. Разумеется, пища была просто взята в долг, и однажды за неё нужно будет расплатиться, но, к счастью, точный срок определён не был.

Следующая проблема — вода. В прошлом деревенского колодца вполне хватало для горстки крестьян. Но сейчас население возросло настолько резко, что пришлось установить расписание пользования колодцем в течении всех суток.

Впрочем, даже тогда воды оказалось слишком мало, и пришлось выкопать дополнительные колодцы вдали от деревни. Если выкопать их поблизости, то вода будет поступать из одного и того же источника, и есть риск, что все колодцы пересохнут.

К счастью, поселившиеся в деревне дварфы решили эту проблему.

"Они всё ещё изготавливают магические предметы?"

До последнего времени — около двух месяцев назад — взрывы и вспышки были обычным делом, но сейчас всё успокоилось. Дварфы, самое большее, иногда бродили по улицам пьяными и встревали в драки, но этим всё и ограничивалось.

Дварфы стали неотъемлемой частью деревенской жизни.

Раньше в деревне Энри не было кузнецов. Так что ей приходилось покупать инструменты в городе, или упрашивать редких путешествующих кузнецов сделать их для неё.

В рядах призванной ею армии гоблинов был кузнец, но он не мог в одиночку справляться с ремонтом деревенской утвари. Но потом появились дварфы, и взялись за эту работу.

Но главным было то, что их верность Королю-Заклинателю могла бы посоперничать с верностью людей деревни Карн. Заклинатель Айнз Оал Гоун, ставший Королём-Заклинателем, много раз спасал деревню. Злословить в его адрес в присутствии жителей деревни — верный способ получить хорошую взбучку.

Дварфы, похоже, считали так же. Часто, выпивая, они повторяли "Тот праздник снова вселил в меня гордость!", "Видали, как они скрипели зубами от зависти?", "Ну, выпьем!" и так далее. Энри слабо понимала, о чём именно речь, но жители деревни чувствовали, что дварфы признательны Королю-Заклинателю, и приняли их с распростёртыми объятиями.

Закончив, Энри оделась.

Её муж, похоже, ещё не проснулся, так что она решила сначала разобраться с домашними делами.

В настоящее время её муж оставил задачу разработки новых зелий, которой до недавнего времени занимался вместе с её свекровью. Вместо этого он теперь отвечает за сбор и хранение лекарственных трав — жизненно важный вопрос, учитывая, как разрослась деревня. Кроме того, он помогет Энри исполнять обязанности старосты. Он усердно трудится на благо деревни, так что и она должна потрудиться для своего мужа.

Она вышла из дома, и перед ней раскинулся знакомый пейзаж непрерывно растущей деревни Карн. Благодаря жилищам гоблинов Энри Карн теперь стала гораздо больше обычной деревни.

— Так.

Энри сжала кулак.

Чтобы приготовить завтрак, нужно достать продукты из кладовой.

— Доброе утро, ваше превосходительство Генерал.

Из теней показался гоблин в чёрном.

Это случалось каждое утро, так что Энри, не удивившись, ответила:

— Доброе утро. Хорошая погода, не так ли?

— Вы совершенно правы, ваше превосходительство Генерал. Гоблин Синоптик утверждает, что солнечная погода ждёт нас в течении всего дня.

— Правда?

Энри давно перестала сопротивляться титулу Генерала.

Она много раз пыталась объяснить им, что не является генералом. Но гоблины упрямо отказывались это принять. К настоящему времени пост старосты деревни Карн фактически совпадает с рангом генерала, так что Энри смирилась.

Между прочим, в армии гоблинов оказалось подразделение, называемое Гоблинская Служба Тыла. В него входили гоблины с редкими специализациями. Помимо Гоблина Синоптика, к отряду относился также Гоблин Стратег, Гоблин Кузнец, и прочие — всего 12 должностей.

— О, ваше превосходительство Генерал, похоже, прибыли ваши телохранители. Ваш подчинённый удаляется, если позволите.

Гоблин-ниндзя растворился в тенях, и подле Энри заняли своё место знакомые фигуры Красношапов.

Честно говоря, сама Энри недолюбливала Красношапов. С их лиц не сходило злобное выражение; попросту говоря, они её очень пугали.

Раньше её всегда сопровождал Джугем, но теперь он, как бывший предводитель отряда, был одним из многих командующих невероятно возросшими войсками гоблинов.

Роль её эскорта должна была достаться гоблинам в серебряных доспехах, но по многим причинам теперь её сопровождали Красношапы.

"Честно говоря, я не вижу особой нужды в телохранителях"

Энри сомневалась, что кому-то под силу проскользнуть мимо гоблинов и проникнуть сюда, в самый центр деревни, но полностью игнорировать их опасения тоже не могла.

В сопровождении Красношапов она проследовала к кладовой по соседству с домом.

За дверью открылось тесное пространство, уставленное бочками и множеством полок, тесно заполненных бутылками. В глубине виднелась небольшая гора пшеницы, а со стропил свисали гроздья вяленого мяса.

У них так много еды благодаря гоблинам, приложивших много усилий к расширению пахотных земель.

В настоящее время вокруг деревни широко раскинулись новые поля. Расплатиться за одолженную еду будет трудно, но по крайней мере этот год они смогут пережить своими силами. Кроме того, они поймали похожих на куриц монстров и пытаются разводить их. Если всё пройдёт хорошо, скоро им удастся полностью отдать долг.

Выбрав ингредиенты для сегодняшнего завтрака, Энри вышла из кладовой.

Краем глаза она видела огромную стену.

Эта стена, хоть и находилась внутри деревни, не была выстроена из дерева. Она защищала мастерские дварфов, и её сторожил Рыцарь Смерти, такой же как и тот, что перебил напавших на деревню Карн рыцарей.

Окружающую мастерские дварфов стену возвёл лично правитель этой страны и спаситель деревни, Король-Заклинатель Айнз Оал Гоун. "Это для того, чтобы минимизировать риск разрушений в том случае, если эксперименты дварфов провалятся", сказал он тогда.

Энри задумалась, не проще ли было бы построить мастерские вне деревни, но, разумеется, не посмела сказать это Его Величеству, осыпавшему их такой заботой.

— Интересно, над чем сейчас работают дварфы?

— Нам разузнать?

— Я же говорила, нельзя.

Никто не говорил ей, над чем именно работают дварфы, но она была уверена, что это не несёт угрозы для деревни. Так что Энри просто принимала всё как есть.

Может, стоит попробовать и тайно разузнать, что там проиходит? Гоблины несколько высказывали такое предложение, но Энри всегда наотрез отвергала эту идею.

Спаситель деревни Карн Айнз Оал Гоун пожелал, чтобы деревня приняла этих дварфов. И поведал, что их работа секретна.

Может он и нежить, ненавидящая всё живое, но он также и заклинатель, много раз спасавший деревню, и крестьяне доверяли ему превыше кого угодно другого.

И тут Красношапы скользнули вперёд, перед Энри. Они делали это во вполне определённых обстоятельствах.

Энри подняла взгляд и увидела знакомую красавицу, окружённую четырьмя Красношапами.

— Приветик, Эн-тян. Как делишки?

— А, доброе утро, Люпус Регина-сан.

Всё было так всегда, когда Люпус Регина встречалась с гоблинами. Красношапов немного, но каждый раз, когда та приходила, они появлялись во множестве. Кроме того, Красношапы держали наготове оружие, хотя обычно ходили без него.

Энри говорили, что вокруг неё помимо Красношапов в таких случаях присутствуют и другие гоблины, но она никогда их раньше не замечала.

Даже Энри понимала, почему Красношапы — нет, все гоблины — так ведут себя при Люпус Регине. Они чувствуют, что она опасна. Да, Люпус Регина — загадочная личность, но Энри сомневалась, что та станет причинять какой-либо вред деревне, в которой возвышается бронзовая статуя её господина. А ещё в прошлом ей довелось спасти жизнь Энри с Энфри.

Энри, скорее, постоянно беспокоилась, не разозлит ли Люпус Регину такое поведение гоблинов.

Она обсуждала это с Гоблином Стратегом, и тот обещал что обсудит этот вопрос с остальными, но, похоже, эти обсуждения пока не возымели эффекта.

Единственным, что успокаивало Энри было то, что сама Люпус Регина сказала ей не беспокоиться о поведении гоблинов.

— Едва пришла, и уже проходу не дают. Как тяжко жить~

— Вы же знаете, что мы никак не можем вести себя иначе, когда вы появляетесь так внезапно.

Ответ дал один из Красношапов, окружающих Люпус Регину.

Он говорил спокойным тоном, но в словах сквозило напряжение.

— А, э! — воскликнула Энри, сочтя что разговор продвигается в опасном направлении, — Как вы сюда попали, кстати?

— Хм? А, Авиалиниями Плоскогрудого Вампира, рейс ледрака 05 из Назарика в Карн~

— Э? Плоскогрудого Вампира?

— Ага. Так зовут ту, что заведует всеми способами передвижения снаружи~

— Плоскогрудый Вампир-Авиатор-сан, значит?

— Ага. Типа того. О, если встретишь её лично, просто скажи что это я так её назвала. Точнее, надеюсь, ты не забудешь назвать ей моё имя. А то кто знает, что может с тобой статься~

Глядя на озадаченное лицо Энри, Люпус Регина расплылась в ухмылке.

— Эн-тян, ты такая забавная. Правда, такая интересная… — глаза Люпус Регины вдруг прищурились, — Правда~

Её красный язык выскользнул из приоткрытого рта и облизнул губы.

В этом не было ничего соблазнительного. Но Энри показалось, что что-то словно ползёт вверх по ногам.

Сопровождавшие её Красношапы тут же рванулись вперёд.

Они дёрнули Энри назад, и встали между ней и Люпус Региной.

В воздухе повисло напряжение. Люпус Регина пожала плечами, её лицо приняло такое редкое серьёзное выражение.

— …Да ничего я ей не сделаю~ Расслабьтесь… Впрочем, если хотите драки, то может нападёте все разом? Чтобы я могла не сдерживаться.

Красношапы поклонились и отступили.

— …Ну вот и славно. Кстати, рейс ледрака — это Ледяной Дракон.

— Ледяной… Дракон?! Настоящий дракон из легенд, правда? Невероятно! Драконы тоже служат Гоуну-сама?

— Ага. В Колдовском Королевстве очень развиты воздушные грузоперевозки~

— Здорово!

Глаза Энри сияли.

Драконы — невероятно могучие монстры, чья сила воспета в легендах. Обычный заклинатель не смог бы подчинить их себе.

— Гоун-сама просто поразителен!

— …Ну, это так….

По лицу Люпус Регины пробежала тень беспокойства.

— И ради такого, дракон… хм… и кто-то вроде меня… Ну, ладно~

Энри хотелось спросить в чём дело, но если Люпус Регина считает что всё хорошо, то так оно и есть. Наверное.

— Итак, что привело вас к нам сегодня?

— А, да, да. Хм… Я, наверное, некоторое время не смогу придти. Надеюсь, ты сможешь позаботиться о себе. Вот что я пришла сказать.

Они уже больше года знакомы, но Энри впервые слышит от неё такое.

— Что случилось?

— Хм… Ну, думаю, тебе можно сказать, Эн-тян. Честно говоря, похоже, владыка Айнз потерпел поражение и погиб.

Энри потребовалось некоторое время, чтобы осознать сказанное.

Её реакция была совершенно естественна.

— Э-э-э-э!!!

Послесловие

Послесловие

Это одиннадцатый том, самый длинный из всех. Вам понравилось? Слишком толстые книги тяжёлые, и их трудно носить, так что я хотел бы избежать этого. Но почему же том вышел таким длинным… Но если урезать, то за счёт чего? Том, кстати, и так уже сильно урезан редактором. Кажется, как минимум на шесть страниц… Хм. Ну, думаю, это не такое уж крупное изменение.

Ну, считайте это чем-то вроде сбережений. Думаю, в следующих томах будет не больше 300 страниц. И тогда вы подумаете не "Ого, какой тонкий!", но сочтёте это использованием накопленных сбережений. Ну и, в конце концов, 300 страниц это всё равно довольно много.

Далее, давайте обсудим другое — я пишу это жарким летним днём. Кондиционер работает в полную силу, спасая Маруяму от палящей адской жары.

Ненавижу лето. Приходя в офис, я терпеть не могу прикасаться к другим своими потными руками. "Я не трону тебя, а ты не трогай меня" — кричу я мысленно. Единственный плюс — летом нет занятий, так что поезда метро не забиты студентами. Кстати, зима это здорово! Хочется лежать под одеялом весь день!..Ну, люди с Хоккайдо или Тохоку могут не согласиться, но Маруяма всё равно хочет заявить: Зима Лучшее Время Года!

Похоже, фильм-рекап Повелителя выйдет в Лучшее Время Года. Почему-то, кажется, Маруяму ждёт много работы… Я буду усердно трудиться. И на этом пока всё. В будущем я смогу сообщить больше, и я надеюсь, вы будете ждать новостей.

В этот раз я тоже задал работы многим людям. So-bin-сама, вам пришлось несколько раз рисовать заново иллюстрации, большое вам спасибо. Мой редактор, Охаку-сама, я обещаю что в следующий раз страниц будет меньше! И спасибо Chord Design Studio-сама за дизайн обложки специального выпуска.

Далее, Ашина-сан и её команда; на них всегда можно положиться. Все шутки — её заслуга.

(Пожалуйста, посмотрите OVA если купили специальный выпуск)

Ф-та-сама, давайте назначим встречу, и обсудим как сделать следующий том тоньше.

И спасибо всем моим читателям, закончившим эту (очень толстую) лайтновеллу!

2016 год, сентябрь.

Маруяма Куганэ.

Иллюстрации

Том 12: Паладин Святого Королевства. Часть 1

Иллюстрации

Глава 1. Архидемон Ялдабаоф

Часть 1.

Святое Королевство Робл это страна, территория которой раскинулась на полуострове к юго-западу от Королевства Ре-Эстиз.

Её правительница – Святая Королева, владеющая божественной магией и тесно связанная с церковью.

Хоть эта страна и была очень религиозной, но далеко не так сильно, как Теократия Слэйн.

Помимо этого, у Святого Королевства есть ещё и две географические особенности.

Во-первых, земли полуострова разделены морем на северную и южную половины. Однако, половины не совсем изолированы друг от друга: их разделяет гигантский залив, длиной в сорок километров и шириной в двести, из-за которого полуостров напоминает повёрнутую набок подкову. Иногда части полуострова называют Северным и Южным Святым Королевством.

И вторая особенность. На перешейке полуострова возвышалась Великая Стена, длиной более ста километров. Эту стену возвели для защиты от набегов племён полулюдей. Подобные племена во множестве населяли холмы, лежащие к востоку от Святого Королевства, между ним и Теократией Слэйн. Эта грандиозная стена, на постройку которой ушло огромное количество времени и ресурсов, одним своим видом демонстрировала, насколько неприятными соседями были эти полулюди.

Если судить по силе, то разница между расами полулюдей и людьми просто огромна.

Конечно, некоторые полулюди, например, гоблины, слабее людей. Это факт.

Они уступают людям во всём, будь то: рост, физическая сила, знания или способности к магии.

Тем не менее, даже у гоблинов есть преимущества: они обладают способностью видеть в темноте, а их низкий рост помогает им в скрытности, поэтому если они устроят ночную засаду в лесу, то всё равно станут людям грозным противником.

Не говоря уж о том, что у большинства полулюдей тело в разы сильнее человеческого, а также многие из рас от природы наделены магическими способностями. Если полулюди смогут беспрепятственно вторгаться, когда только пожелают, то каждый раз, чтобы отбиться, людям придётся платить большой кровью.

Именно поэтому Святое Королевство решило укрепить оборону.

Они решили, что не позволят нелюдям ступить на их землю.

Они решили, что мир должен знать: здесь не место полулюдям.

Они решили, что полулюди должны осознать: любая попытка вторжения встретит неистовое возмездие.

* * *

Тем не менее, у стены, построенной для этой цели, было несколько существенных недостатков.

Для поддержания её защитных функций необходимо постоянно прикладывать огромное количество рабочей силы. Однажды правительство Святого Королевства подсчитало, сколько военных сил потребуется, чтобы предотвратить вторжение полулюдей. Ответ состоял в том, что страна скорее уж загнётся от нехватки ресурсов, чем полулюди вообще на них нападут.

Они не могли позволить себе роскошь нанять лишние войска, которые большую часть времени прозябали бы на стене, поэтому нужно было разместить разумное количество военных сил.

В период истории Священного Королевства после строительства стены самое крупномасштабное вторжение в их земли произошло во времена Затяжного Дождя.

В тот раз их атаковали ночью. Это было дело рук расы, известной под названием «Шруш». Они обладали руками-присосками, их липкие языки были пропитаны паралитическим ядом и могли значительно растягиваться в длину, а особо развитые особи обладали способностью изменять цвет своей кожи, подобно действию заклинания [Камуфляж].

Шруш взобрались на стену и направились на запад. Многие деревни были уничтожены, а масштабы развернувшейся трагедии были таковы, что по сей день ходят слухи о том, что Шруш всё ещё обитают в пределах Священного Королевства.

Королевство хотело укрепить стену и наполнить её солдатами, чтобы не позволить такому случиться снова. Однако разместить солдат по всей длине стены было невозможно, это могло сильно истощить страну. Решением стал компромисс, заключавшийся в том, чтобы возвести вдоль стены форпосты, которые будут находится на равных интервалах. А эти опорные пункты должны быть под постоянным надзором нескольких огромных крепостей. На каждом форпосте разместили небольшое число войск, задачей которых было тянуть бой и сражаться до последней капли крови. В случае обнаружения противника, они должны запустить сигнальные ракеты, чтобы запросить подкрепление из крепости. Кроме того, существовали отряды солдат, которые должны обслуживать и патрулировать крепости, а в случае чрезвычайной ситуации выступить в качестве резервных войск и направиться в нужную точку в зависимости от ситуации. Как только эти меры были претворены в жизнь, полулюдям больше не удавалось снова проникнуть за стену.

Несмотря на всё это, озабоченность лидеров Священного Королевства превратилась в настоящую одержимость. Даже такая тщательно спланированная оборонительная линия крепостей не могла их успокоить. Действительно, это была невероятно массивная стена - для людей. Тем не менее, она не казалась серьёзным препятствием для представителей других рас, которые были в несколько раз выше людей или были способны летать. Именно поэтому даже такие прочные укрепления не гарантировали полной безопасности в случае, если речь заходила о многочисленных особых способностях полулюдей.

В те времена Святым Королём был рассудительный человек, и он даже разработал план действий на случай разрушения стены. Его план состоял в том, чтобы мобилизовать всю нацию. По этой причине граждан Святого Королевства призывали на так называемую «всенародную службу». Все взрослые жители, и мужчины, и женщины, должны были провести некоторое время на военной подготовке, после чего их могли назначить на стену для прохождения караульной службы. Смысл сего был в том, чтобы они могли стать существенной военной силой для защиты своей земли, если вдруг полулюди пересекут стену.

Все более-менее крупные населенные пункты также были укреплены. Это дало местным жителям достаточно боевой мощи, чтобы продержаться до прибытия регулярной армии, и позволило этим деревням служить военными аванпостами. В конце концов, деревни Святого Королевства были защищены куда лучше, чем деревни других стран, и могли выполнять функции военных баз.

* * *

Оборонительный рубеж Святого Королевства состоял из трёх крепостей, соединённых стеной. Каждая из крепостей защищала одни укрепленные ворота, которых тоже было только трое на все сто с лишним километров стены. Кроме того, они использовались как гарнизоны для отправки военных в ближайшие опорные пункты. В случае нападение полулюдей и приказе на всеобщую мобилизацию, эти места станут площадками для сбора войск и дальнейшей атаки на врага.

Дело было на одной из крепостей, а именно на центральной. Солнце медленно скатывалось за горизонт, и окрашенная в красное земля медленно впитывала цвета ночи.

Внушительного вида мужчина, упираясь одной ногой в зубец на стене, смотрел в даль западных предгорий. Затем он опустил ногу. У него была толстая шея, а грудные мышцы выпирали настолько, что их можно было почувствовать даже через толстую броню. Из закатанных рукавов были видны могучие руки. Куда ни глянь, нельзя описать его лучше, чем «чертовски крепкий мужик». Его суровое лицо напоминало камень, прошедший через суровые испытания, а его толстые брови и неопрятные усы говорили о грубом, диком характере. Его могучее тело и грозный вид вполне стоили друг друга, но его глаза разрушали все впечатление. Они были маленькими и круглыми, похожими на бусинки, как у мелких животных, и смотрелись до смешного неуместно. Именно такой человек сейчас вглядывался в небо.

Ветер с невероятной скоростью нёс тонкие облака, и пусть временами сквозь небесную завесу и проглядывали звезды, их тусклый свет едва ли достигал земли. Ноздри мужчины расширились, впуская глубокий вдох, впитывая запах дыхания ночи и ранней осени, с малой толикой зимнего мороза. Пурпурное ночное небо жадно впитывало слабый свет заката над горизонтом, да так быстро, что видно было и невооруженным взглядом. Мужчина отвернулся к холмам спиной и посмотрел на окружавших его людей. Они все были свирепыми воинами, которые ему доверяли и были готовы идти за ним. Ту мимолетную слабость он мог позволить себе как раз потому, что был окружен такими воинами. В конце концов, рабочий день был закончен, и никто не мог порицать его за это.

— Эй, кто-нибудь узнавал у предсказателя погоду на вечер?

Вопрос был задан могучим голосом, подобающим сильному телу. Солдаты переглянулись, и один из них заговорил от имени группы:

— Мои глубочайшие извинения! Капрал Кампарно, сэр, к сожалению, нам нечего вам ответить.

Этот человек - Олранд Кампарно - имел довольно низкое звание в рамках военной иерархии Святого королевства.

От низшего к высшему военные звания звучат так: рекрут, рядовой, рядовой первого класса, капрал, сержант, старший сержант и так далее. Конечно, в разных подразделениях использовались и другие ранги, эти же были для регулярной пехоты. Проще говоря, к простому капралу вовсе не обязательно обращаться как «сэр».

Как бы там ни было, тот человек обращался к Олранду «сэр» без какой-либо насмешки. В его голосе и тоне чувствовалось неприкрытое уважение. И не только у него, каждый из присутствующих солдат, представлявших собой опытных ветеранов многих сражений, обращались к Олранду подобным образом.

— В самом деле?

Олранд медленно поглаживал небритые щёки.

— Сэр, если время позволяет, разрешите немедленно сходить и спросить?

— Что? А, да не стоит. Мы свою работу закончили. Что будет дальше, уже не наша забота.

* * *

Олранд Кампарно.

Он был таким человеком, который только за одни свои боевые навыки уже заслужил чести быть названным одним из Девяти Цветов Святого Королевства. Таковым назвал его предыдущий Святой Король. Причина, почему такой человек прозябал на этом неприметном посту заключалась в двух проблемах, преследовавших Олранда. Во-первых, он был крайне свободолюбив: он ненавидел, когда ему приказывали. Во-вторых, он был помешан на боевых навыках. Когда две эти черты пересекались, они непременно приводили к такому жизненному принципу, как "для начала выбей из меня всё дерьмо, раз уж хочешь что-то приказать мне". Если он встречал достойного противника, он говорил: "Ты выглядишь довольно сильным. Как насчёт сразиться?" – и после этого они дрались бы, пока один не упадёт без сознания. Такая особенность его характера стала причиной многих жестоких инцидентов, затрагивающих дворян и его начальство, за что его и понизили уже с десяток раз.

В армии никому не нужны люди, неспособные выполнять приказы, таких вообще нигде недолюбливали. В обычной ситуации никто бы не удивился, если бы его посадили в тюрьму или полностью разжаловали. Тем не менее, он не встретил такую судьбу просто-напросто из-за своей силы. К тому же находились и такие люди, которые восхищались такими персонажами, как он. В армии хватало таких, кто считал силу важнее положения в обществе, и подчиняться ничего из себя не представляющим дворянам им было поперёк глотки. Таким образом, стиль жизни Олранда был воплощением их мечты.

Его подразделение было отрядом сплошь из таких же дебоширов - нет, скорее даже бандой. Их было довольно много, поэтому неуместно было бы назвать их просто компанией. К тому же, хоть они и не могли сравнятся по силе с Олрандом, но все были умелыми бойцами, что и привело его к должности командира, пусть и неофициально. Это не нравилось его начальству, однако же оно все равно ничего не могло с этим поделать.

* * *

Олранд оглянулся. Всмотревшись, он узнал приближающегося к нему человека, и его лицо растянулось в улыбке, будто плотоядное животное, готовое прыгнуть на свою добычу. По сравнению с мощной фигурой Олранда мужчина казался тощим. Впрочем, то была не худоба хрупкой ветки, скорее уж он напоминал тонкий стальной трос. Если бы кто-то задался целью перековать человека, попутно избавившись от всего лишнего, то результат получился бы схожий.

Взгляд его узких глаз был таким острым, словно он был готов напасть в любую секунду. Крошечные зрачки явно не принадлежали тому, кто занимался честными делами. Выражаясь деликатно, этот взгляд можно было бы назвать взглядом профессионального убийцы. Чуть менее деликатно – взглядом серийного убийцы.

— Лёгок на помине. Я удивлён встретить вас здесь, господин Ночной Стражник. Рад тебя видеть.

Человек, которому были адресованы эти слова, молча приближался бесшумными шагами. Его экипировка разительно отличалась от Олранда. Олранд и его люди носили тяжёлые кожаные доспехи, изготовленные из шкур магических зверей, называющихся Скот Ланса. Их вооружение представляло стандартную экипировку тяжёлой пехоты Святого Королевства и состояло из небольших круглых щитов и мечей с односторонним лезвием. Следует отметить, что Олранд был единственным человеком, кто носил на поясе восемь таких мечей. Новоприбывший же был одет в комплект зачарованных лёгких доспехов из кожи. Справа на груди была изображена сова, а слева эмблема Святого Королевства.

— ...Олранд, не слышу отчёта по смене. И что это за обращение к старшему по званию? Сколько можно напоминать тебе о субординации?

— Простите-простите, господин старший сержант.

Олранд небрежно отсалютовал. Его подчинённые тоже отдали часть, их приветствие было чётким, таким, которого никогда бы не удостоился дворянин или простой офицер. В их движениях чувствовалось неподдельное уважение.

Человек тяжело вздохнул. Вздохнуть так мог только человек, знавший, что такое поведение абсолютно неприемлемо, но также понимающего всю бессмысленность выговоров и замечаний.

— Простите, босс. Привычка есть привычка, вы же понимаете.

Причина, по которой Олранд отдал честь, пусть и неохотно, было в том, что однажды этот человек одержал над ним верх.

— Я хотел хотя бы победить вас разок, перед тем как уйду отсюда. На ваших условиях. Что вы на это скажете, а, старший сержант Павел Бараха?

Этот человек – Павел Бараха – носил прозвище «Ночной Страж». Он тоже один из Девяти цветов, как и Олранд. Массивный изящный лук на его спине лучился тусклым магическим светом, как и колчан на поясе. Он, как явно демонстрировало снаряжение, был лучником, известный своей безупречной меткостью.

— Я часто об этом задумывался, но ведь до чего тяжело работать по ночам. Полулюди прекрасно видят в темноте, а мы даже следов их не можем найти, что уж говорить про драку с ними.

— Для этого мы и здесь. Только тренировками можно обрести магические способности и таланты, сравнимые со способностями полулюдей – не говоря о зрении, впрочем. И мы проходим через такие тренировки.

— Да, да. Как и ваша дочь, которой вы так гордитесь, верно?

Лицо Павла дёрнулось, и Олранд тут же пожалел о своих словах. Выражение лица этого человека оставалось бесстрастным даже во время грандиозных попоек. Лишь упоминание его жены и дочери могло вызывать в нём эмоции. И здесь таилась смертельная западня.

— О да. Она чудесная девочка.

— О нет. Начинается…

Павел продолжал говорить, не обращая внимания на уколки Олранда.

— Кстати говоря, ума не приложу, почему она хочет стать паладином? Она такая нежная, хрупкая девочка, совсем не из тех, кто считает, что грубая сила важнее всего. В детстве она даже гусениц боялась до слёз – и хотя я и часто говорю, что сила важнее всего, моя жена с этим не согласна... Хотя на самом деле это и к моей жене в какой-то степени относится. А моя доченька такая милая, вся в меня, нет, то есть, очень жаль, что она пошла в меня, а не в мою жену, но что по-настоящему жаль, так это, что она совершенно не наделена талантом к бою на мечах. Но при этом она мастерски стреляет из лука. Если бы только она развивала этот свой талант, но вот втемяшилось же ей стать паладином и точка...

Слова влетали Олранду в одно ухо и вылетали из другого, а он просто вставлял в нужные места утвердительные звуки, но, кажется, его всё-таки раскусили.

— Эй, ты вообще слушаешь?

Ожидаемый вопрос.

"Нет, не слушаю. Я перестал слушать после третьего, кажется, раза."

Кому угодно другому Олранд, прослушав один и тот же монолог уже раз пять или шесть, ответил бы: "Нет, нахрен.". Но отвечать так Павлу было бы ужасной ошибкой. Потому что Олранд знал, каков будет ответ: "Тогда я повторю ещё раз."

Тут возможен лишь один верный ответ.

— Ну конечно. Она просто чудо!

Лицо Павла резко переменилось. Это неприятная, дьявольская гримаса заставила Олранда напрячься, но он понимал: Павел просто смущён. Если не воспользоваться моментом, пока Павел купается в радости от того, что его дочь похвалили, тем единственным моментом, пока желание дальше хвастаться дочерью немного ослабло, этот ад продолжится.

— А ещё...

Лишь одно может отвлечь Павла от разговоров о дочери. Разговоры о работе.

— Ночные смены не нарушают тебе ритм жизни? Хорошо себя чувствуешь?

Взгляд кровожадного маньяка сменился обычным для Павла взглядом убийцы.

— ...Который уже раз ты об этом спрашиваешь? Ответ всё тот же, можешь не беспокоиться. Но почему ты так этим интересуешься? Что ты задумал?

Олранд знал причину, но всё же резкая перемена в тоне поразила его. "Куда делся тот ты, что только что болтал о дочери", — хотел он сказать, но промолчал, не желая снова подвергаться этому испытанию.

— ...Хах. В смысле, что я на самом деле хочу сказать? Ну, неожиданный вопрос.... Я просто думал, что будет очень жаль, если вдруг тот, кто одолел меня, испортит своё здоровье и будет вынужден уйти в отставку из-за такого пустяка. Но, конечно, после того, как я одолею вас, такие пустяки перестанут иметь значение.

В прошлом, когда Олранда только назначили в эту крепость, он был самоуверен до крайности. Теперь он вспоминал те дни со стыдом. Тогда восхищенные ветераны собирались вокруг него и возносили его самомнение на всё новые и новые высоты, пока наконец он не вызвал Павла на тренировочный поединок. Олранд предпочитал сражаться на мечах, то есть в ближнем бою. Напротив, у Павла излюбленным оружием был лук, иначе говоря, он был хорош в дальнем бою. Таким образом, важным для поединка вопросом было: на какой же дистанции им сражаться? Но Павел заявил, что ничуть не против начать с ближнего боя. А потом Олранд проиграл. И поэтому он уважал Павла. В то же время, мечтал победить его в следующий схватке. Кроме того, он хотел одолеть Павла на его собственном поле, в дальнем бою.

— Вот оно что. Хочешь сразиться со мной, значит? Пока я на пике формы, без поддавков и по-честному?

Слова Павла, произнесённые с бесовской ухмылкой, несказанно обрадовали Олранда.

"Ну конечно. Разве не очевидно? Я хочу сразиться с вами. Я хочу рискнуть жизнью ради этой победы. Но это ведь невозможно, правда? А я хотел бы сразиться в настоящей схватке, с риском для жизни нас обоих. Вот как я хочу сразиться с вами."

Но он промолчал. Инстинкты подсказывали ему, что от этого чудовища перед ним можно ожидать чего угодно. И следующие слова Павла подтвердили эти опасения.

— И всё же, я должен извиниться. Ты тоже должен понимать, почему. Тех, кто способен одолеть тебя в рукопашной, можно пересчитать по пальцам одной руки. И я не один из них.

"Тогда давайте решим дело перестрелкой" – хотел сказать Олранд, но сдержался. Он понимал, что это предложение лишь оскорбит достойного соперника.

Он вспомнил навыки Павла. И он не был уверен, что сможет, уклоняясь от его атак, сблизится с ним.

— Пожалуй, не сегодня.

— Ну, если на этом всё, перейдем к твоему докладу.

— Не спеши, босс. Еще не настало время смены караулы, верно? Прислушайся, звонка еще не было.

Действительно, колокол, сигнализировавший о начале следующей смены, еще не прозвучал.

— Ты еще должен подготовиться к передаче смены, не так ли? Перед тем, как раздастся звон, нужно еще кое-что сделать. Всё должно быть готово, чтобы мы могли сменится, к моменту, когда прозвучит колокол.

— Время еще не пришло, верно, босс? Поговорим немного.

— Тогда, можно я доложу старшему сержанту взвода?

Человек, сказавший это, был одним из его людей.

— О, это отличная идея. Великолепно. Как насчет этого, босс?

— Хм... Ты сегодня очень собранный. Тебе, видимо, есть что сообщить, да? Если так, если есть что рассказать, давай, вперёд.

Как будто он может об этом рассказать. И хотя он уважал собеседника достаточно, чтобы поделиться с ним, Олранд не был тем, с кем можно заговорить лишь потому, что уважаешь его. Он хотел, чтобы в нем видели, человека, который и сам что-то может.

— Ну, поэтому ты и босс. Ты ведь понимаешь?

— Тааак. И о чем это ты? Тебе не отделаться легко, если это какая-то банальная глупость.

— Ну, насчет этого, - Олранд снял шлем и почесал голову. Он почувствовал приятную прохладу воздуха на запотевшей коже головы.

— По правде говоря, я хотел бы отправиться в странствие воина. Могу я покинуть это место?

Он услышал, как люди вокруг удивились. Однако выражение лица у стройного человека перед ним осталось равнодушным.

— Зачем ты говоришь это мне?

— Потому, что ты человек, которому я доверяю больше всех, в этой стране, босс. Если даже ты не станешь останавливать меня, тогда у меня больше не будет сомнений.

— ... Разве ты не штатский? Если ты прошел военную подготовку, я не могу задерживать тебя.

В Святом Королевство практиковали военный призыв. Иногда тех, кто выбрал карьеру солдата, называют штатскими, дабы отличать их от призванных солдат. Павел и его люди были штатскими, в то время как у Олранда в подчинении было несколько штатских и призывников.

— В таком случае, вы не возражаете, если я уйду?

Это был первый случай, когда Павел изменился в лице, не считая того случая, когда разговор зашел о его жене и дочери. Лишь отточенная за годы военной службы наблюдательность позволила Олранду заметить перемену в выражении лица собеседника. Больше этого не заметил никто.

Он был тем, кого Олранд считал человеком из стали, но он был действительно обеспокоен вопросом ухода. В его сердце смешались радость и печаль.

— ...Ну, строго говоря, я должен признать, что не могу остановить тебя... Тем не менее, нам будет не хватать такого человека, как ты. Тебе стоило бы уйти в своё путешествие раньше, разве нет? Почему именно сейчас? Это потому, что полулюди перестали нападать?

Примерно полгода назад полулюди прекратили набеги на крепость. Раньше они нападали несколькими дюжинами раз или два в месяц. Хотя их численность не превышала несколько десятков, они оставались полулюдьми, физические способности которых превосходили человеческие, кроме того, многие из них обладали особыми способностями. Этого количества вполне хватило бы, чтобы полностью вырезать всю заставу. Олранд и Павел оба сталкивались с ситуациями, где они должны были отправить своих лучших солдат на подкрепление.

— Ты ведь знаешь, что мне не нравится убивать полулюдей? Мне нравится сражаться с сильными и самому становиться сильнее.

— Тогда как насчет Великого Короля?

— Аааа, этот парень...

— К тому же, есть еще Коготь Дьявола, Царь Зверей, Пепельный Король, Горящая ледяная молния и Циклонное Копье.

Павел упомянул имена еще нескольких известных полулюдей, но лишь первый упомянутый смог произвести эффект на Олранда. Великий Король Баззаа. Он был королем некоего племени полулюдей, и был известен как Лорд Разрушения. Свое прозвище он получил за навыки в боевых искусствах, способность в буквальном смысле разрушать оружие противника, и за боевой стиль, сосредоточенный на разрывающих техниках. Он был смертельным врагом Святого Королевства, победившим многих славных воинов, а однажды сражался и с Олрандом. В том бою он сломал двуручный меч Олранда, его запасной меч и топор, и даже садовый нож, которым тот обычно срезал ветки для костра. Хотя ему удалось сломать все оружие Олранда, Великий Король отступил, увидев вышедшие из крепости подкрепления. В каком-то смысле, то, что Олранд продержался до прибытия помощи, за что многие его восхваляли, можно было считать победой. Для него же это означало, что Великий Король не видел в нем достойного противника, поэтому все, что он чувствовал, так это пустоту от поражения.

— Я хочу вновь сразится с ним, но… не думаю, что сейчас я смогу его победить. Для этого, пожалуй, понадобится один из тех, кого люди зовут героем, иначе придется очень нелегко. Поэтому... ах да, ты же тоже слышал об этом, босс? О том, что Газеф Стронофф пал в битве?

— Да, слышал. В конце концов, верхушки постоянно обсуждают, как это повлияет на соседние страны.

Смерть Газефа Строноффа, известного как сильнейшего война Королевства Ре-Эстиз, вызвала большой интерес у солдат Священного Королевства, особенно у самых опытных.

— А знаешь какие-нибудь подробности?

— Немного. По-видимому, он вызвал на дуэль заклинателя, известного как Король-Заклинатель, и был побежден. Честно говоря, сложно поверить, что он действительно бросил вызов заклинателю.

Олранд кивнул в знак согласия. Тем не менее, термин «заклинатель» весьма обширен. Божественный заклинатель мог при помощи заклинаний, усиливающих физические возможности, стать сильнее, чем посредственный воин. К тому же, паладины, гордость этой нации, тоже могут использовать магию, так что в каком-то смысле их можно назвать заклинателями. В этом случае, он мог понять причины, стоявшие за поединком.

— .... К тому же, некоторые говорят, что Король-Заклинатель уничтожил целую армию. Кажется, он призвал гигантских коз или, скорее, овец.

— Ну, это что-то новое. Все же, гигантские козы? Странный заклинатель.

Упоминание о козах вызвало у Олранда не лучшие воспоминания о поражении. И пусть по слухам он и призвал коз, они явно были чем угодно, но не обычными козами.

— Что ж, и это тоже из-за того странного заклинателя. Вот почему я должен уйти.

— Вот почему? Я не могу уловить связи.

— Ничего не изменилось с тех пор, как я проиграл тебе, но я всегда был тем, кто недолюбливал предметы, которые даруют полет, заклинания и тому подобное. Я всегда считал, что все, что тебе нужно для победы – это твой меч. Но всё же, после того как Воина-капитан Королевства, а он явно сильнее меня, одолели с их помощью, я начинаю задумываться, что может не стоит ими так пренебрегать.

— Что означает?

— Что означает - я должен отправиться в паломничество война.

— .... Ты же не хочешь сказать, что собираешься бросить вызов тем, кого ты не в силах победить?

— Я не стану.

Олранда был не в состоянии одолеть некоторых из Девяти Цветов.

Вице-капитан морпехов, Энрике Беллсе, «Голубой».

Лидер ордена паладинов, Ремедиос Кастодио, известная как «Белая».

Павел Бараха, известный как «Черный».

Ран Цзи Ан Рин, один из русалов, живущих в море, известный как «Зеленый».

И затем, помимо Девяти Цветов, самый могущественный священник в нации, Келарт Кастодио.

Другими словами, они были одними из самых высокопоставленных людей в стране, и попытка бросить им вызов, несомненно, грозила бы серьёзными последствиями. Если тренировочный бой еще можно было стерпеть и спустить на тормозах, то в случае боя на смерть с другим членом Девяти Цветов, подобный поединок никогда не получил бы одобрения.

Настоящее столкновение клинков разительно отличалось от имитации сражения. Иногда победитель и проигравший могут поменяться местами. Многие люди становятся намного сильнее (или слабее) при переходе от тренировки на настоящее поле боя. Естественно, сильные были признаны таковыми, потому что они проявили свою силу в реальном бою. Поэтому нельзя было сравнивать странствие воина с настоящей битвой.

— Хорошо ... и где ты планируешь тренироваться?

— Я всерьёз задумывался о посещении Колдовского Королевства, о котором вы говорили ранее. Кажется, там можно встретить сильную нежить.

Колдовское Королевство Айнза Оал Гоуна.

Мало кто был настолько переполнен самомнением, чтобы назвать страну в честь себя самого, но всё же находились и такие. Куда важнее то, что конкретно у этой личности были на то все основания.

— В самом деле, я слышал об этом от торговцев, которые путешествуют между Королевством и Святым Королевством.

Учения церквей глубоко укоренились в их сердцах, поэтому людей Святого Королевства объединяет ненависть и отвращение к нежити. Даже Павел не стал исключением. "Нет", - подумал Олранд. Павел ненавидел их не потому, что они были врагами Святого Королевства, а потому, что они были врагами его жены. Как бы там ни было, он не мог такого допустить. Даже если не о жене или своей дочери, он все равно болтал слишком много.

— Позиция Святого Королевства заключается в том, чтобы молчаливо признать существование Колдовского Королевства, так ведь? Говорят, что люди из Святого Королевства могут беспрепятственно попасть туда ... верно?

Не существовало способа скрыть факт, что Колдовское Королевство со своими легионами нежити было непримиримым противником для Святого Королевства. Многие люди призывали послать войска, когда размышляли о том, как, должно быть, страдают люди в Э-Рантеле, столице Колдовского Королевства. Но в текущий момент Святое Королевство было занято своими проблемами, а именно угрозой со стороны полулюдей, и не могло позволить себе проводить военные операции в других странах, предварительно не разобравшись с проблемой умиротворения в районе холмов. Несмотря на чувства подданных, руководство страны могло только выразить свое глубокое неодобрение Колдовскому Королевству.

— Колдовское Королевство, значит... Думаю, если попросишь у начальства, то наверняка сможешь отправиться туда в составе армии. Колдовское Королевство рассчитывается как угроза, идущая следом за полулюдьми. Похоже на то, что грядёт союз с Теократией против него.

— Вот как? Кажется, при таком раскладе будет много проблем из-за религиозных различий.

— Это уж точно. Что ж, если твоя преданность останется непоколебимой, ты сможешь получить необходимую поддержку от государства и пропустить эти утомительные иммиграционные проверки... Мне так кажется. Если перетерпишь всё это, станешь настоящей находкой для людей, которые хотят побольше узнать о Колдовском Королевстве.

— Что ж, это было бы неплохо. Тем не менее, даже если всё получится, я не смогу просто ходить и вызывать каждого встречного на дуэль.

— Ты... аж плохо становится от твоих формулировок.

— Полагаю, тебе пришлось бы не сладко, если бы я вдруг раздул международный скандал, хах.

Между говорящими пробежал холодок. Павел на мгновение замолчал, выражение его лица не изменилось. Но вскоре он опять начал недовольно ворчать (как обычно).

— Буду скучать по твоей уродливой роже.

Олранд злобно улыбнулся. Это была дикая, звериная ухмылка, но вёл он себя необычно робко. Павел не сказал ему "не ходи", но в то же время он и не сказал "иди". Он решил, что стоит удостоверится, что ему будет куда возвращаться.

— Уж прости, что так внезапно. Но я вернусь, как стану сильнее. Хочешь, после этого потренирую и тебя?

— Забавные вещи говоришь.

Вместе с Олрандом улыбнулся и Павел. Их гримасы были настолько дикими, что напоминали зверей, скалящихся друг на друга. И в этот момент прозвучал колокол. Видимо, настало время для ночной смены караула. Их разговор продлился довольно долго, но стоило обсудить ещё один вопрос, прежде чем закончить. И едва Олранд подумал об этом, как его мысли унесло колокольным звоном, который не намерен был прекращаться. Павел, примеру которого последовал и Олранд, обратил внимание на холмы. Такой звон означал: "Замечены полулюди."

Их было видно за четыреста метров, и ничего не заграждало поле зрение. Хоть раньше здесь и были леса, во времена строительства стены их все массово вырубили. Сейчас же на самых границах широких равнин, где начинались холмы и другие преграды, в темноте они увидели искры и движения среди густых теней.

— Босс...

На таком расстоянии Олранд не мог различить, какие полулюди прятались в тенях. И потому он обратился к человеку с острейшим зрением.

— Да, это полулюди... змеелюди, - ответ Павла последовал незамедлительно.

У змеелюдей были схожие с коброй головы, хвосты и гуманоидные тела, покрытые чешуей. Их рассматривали, как близких родственников ящеролюдей. У них были ядовитые железы, а их копья покрыты мощными токсинами. Любым путём следовало избегать ближнего боя с ними. Тем не менее, Олранд и его подчиненные были опытными бойцами и обладали очень высоким сопротивлением к ядам. Может чешуя и защищала их от ударов, но она не была достаточно прочной, чтобы отразить оружие из металла. Пусть они и умело обращались со своими хвостами, но их хвосты были же их видом оружия. В темное время суток они обладали преимуществом за счёт их змеиных органов чувств, но это вовсе не критично.

"Нам придется возглавить атаку? Вряд ли, пока они доберутся сюда, отряд босса уже перестреляет их всех."

Змеелюди терпеть не могли холодные предметы, поэтому не носили металлическую броню и тому подобное. Как результат, нашпиговать их стрелами было простой задачей для первоклассных лучников, таких как Павел и его люди.

— Так столько их там, Босс?

Обычно их было меньше двадцати.

— Босс..?

Олранд кратковременно озадачило отсутствие ответа. Он посмотрел на Павла, и увидел досадную гримасу на обычно невозмутимом лице.

— Что не так, Босс?

— Их больше? Неужели...дела плохи! Я заметил и другие расы! Ящерки, Огры и, это что, Мурлоки?

— Что ты сказал?

В холмах было полно разных полулюдей, но они ужасно ладили друг с другом, скорее наоборот, они часто сражались за территорию, и, не считая случаев, когда огры подчиняли гоблинов и использовали их как рабов, эти расы крайне редко сотрудничали. Случалось, даже так, что кого-то из них полностью выгоняли с обжитых территорий и они были вынуждены атаковать Святое Королевство.

В таком случае, здесь должна была быть схожая ситуация. Но раз всё выглядело совсем не так...

— Вторжение?

Он не понял, кто это сказал. Может, этот кто-то просто разговаривал сам с собой, но прозвучало достаточно четко.

— Олранд, я хочу кое о чём тебя спросить.

В голосе Павла чувствовалась напряжённость. Хотя, она была вполне уместной.

Расовая принадлежность, культура и религия. Создать сплочённую нацию из множества народностей даже из представителей одного вида уже весьма тяжелая задача. Ситуация обстоит еще сложнее, если собрать представителей разных рас. И поэтому объединение воедино племён полулюдей в горах практически непосильная задача. Если это случилось, значит настала пора битвы Святого Королевства за выживание.

Олранда бросило в дрожь, он не мог себя контролировать.

Чтобы объединенить все эти расы, нужная настоящая власть. По меркам людей проявлением власти может быть мудрость и богатство, но полулюди признают только силу. Другими словами, ...

"Значит, здесь может оказаться устращающе сильный враг, верно?"

— Что говорит твой воинский инстинкт? Как думаешь, почему они решили показаться здесь, у такого укрепленного места? Или они играют роль приманки, чтобы растянуть наши силы и ослабить нашу защиту. Или ...

— Они уверены, что прорвутся в лобовой атаке. Здесь сосредоточена пятая часть всей боевой мощи Святого Королевства, а они собираются растоптать нас, будто тараканов.

Не смотря на острый пристальный взгляд Павла, Олранд не прекращал говорить.

— После этого они собираются использовать эту крепость как плацдарм. Так они пошатнут моральный дух Святого Королевства, подняв при этом свой. Так ведь?

— Они могли бы отдать приказ на массовую мобилизацию.

— Ха-ха! Однажды Святое Королевство уже пережило похожую войну, а теперь при нас начинается еще одна! И что мы на это ответим!?

— Я должен доложить высшему командованию. Вы - за мной.

— Понял, босс! Эй, вы все! Эта вечеринка будет реально сумасшедшей! Держите запасное оружие наготове!

Если враг собирает армию, им потребуется время для формирования войск. Тем более, имея в своих рядах так много рас. С другой стороны, это же относится и к защитникам. Они тоже представляют собой армию, поэтому и им необходимо время на подготовку. Обычное дело для линии фронта. Поразительно много дел, которые надо выполнить. И нет времени на безделье.

Олранд побежал вслед за Павлом.

Часть 2.

Наблюдая, как вражеские силы медленно выстраиваются в ряды, Павел почувствовал острую боль в горле.

Чем больше враг медлит с атакой, тем больше сил они смогут собрать в крепости и тем больше времени у них будет для отдачи приказа о мобилизации. Для их командиров это был наилучший сценарий, но Павел не разделял их мнение.

Существовали полулюди, чей интеллект превосходил человеческий. Командир такой большой армией уж точно не был дураком. В таком случае он знал бы, что, дав противнику время для подготовки, он лишит себя преимущества. Вдобавок, была уже глубокая ночь, и в грядущем бою у полулюдей было бы преимущество. Даже зажжённые костры ничего бы не изменили.

Павел посмотрел на вражеский строй в четырёхстах метрах впереди. Несмотря на то, что они были собраны по видам, они, казалось, вовсе не учитывали такие вещи, как используемое оружие, подходящие тактики и различия в их расовых особенностях. По всей вероятности, полулюди выступили не под одним флагом. В противном случае они бы выстроили более плотную боевую линию. Или же это коалиция, союз полулюдей, возглавляемый советом равных?

— Не могу понять, Босс. Вы видите командира противника?

— Нет, я еще не обнаружил их лидера.

Его люди до сих пор не сообщили ни о чём подобном. Однако, там должен быть командующий. Иначе даже расстановка подразделений было бы весьма трудной задачей.

— Он не может прятаться вечно. Он обязательно появится на поле боя.

Могущественные лидеры полулюдей обычно появляются, бравируя своей силой. Это будет лучшим моментом, чтобы Павел смог действовать.

Павел схватил свой лук. Это был волшебный композитный длинный лук, зачарованный специально для того, чтобы использовать его против полулюдей. Кроме того, у него также была Мантия Тени, позволяющая смешиваться с тенями и устраивать засады, Сапоги Безмолвия, которые заглушали звуки его шагов, Жилет Сопротивления, чтобы улучшить его защиту от различных атак, Кольцо Уклонения, для защиты от оружия дальнего боя, а также множество подобных личных вещей. Всё это указывало на то, как сильно стран ценит Павла.

— Внимание всем. Будьте готовы стрелять в любой момент, - приказал он своим подчинённым, которые скрывались позади него, будто растворённые в ночи.

Люди послали бы эмиссара, чтобы зачитать заявления и требования, так ведутся войны среди благородных. Однако никто из Святого Королевства, по крайней мере из тех, кто находился в этой крепости, включая военачальников, не хотел вести переговоры с полулюдьми с холмов. В большинстве случаев диалог шел в рамках какого-либо плана или чтобы обмануть их, и, как только они замечали вражеского командира, они расстреливали его на месте.

— Вам тоже следует вернуться к своему отряду.

— Так и поступлю. Будьте осторожны, Босс.

— Эх, ты тоже.

Тревога кольнула сердце Павла, когда он наблюдал, как Олранд уходит.

Некоторые полулюди обладают особыми летальными атаками. Например, Мистические Глаза Биклопов Гигантов.

У этих полулюдей была пара непропорционально массивных глаз. Один из этих Мистических Глаз имел способность [Очаровывать] своих врагов. Его жертвы бессознательно приближались к противнику. Действительно, даже защитники на стенах должны были бы пройти как можно более коротким путем к использовавшему чары получеловеку. Обычно стражи были оснащены магическими предметами, чтобы противостоять таким способностям, но у Олранда таких не было. Если ему не повезет, то его может смести одним ударом.

Он закрыл глаза, чтобы убрать свое беспокойство, и в голове Павла появилась фигура женщины. Она была одной из Девяти Цветов, женщина, известная как Белая.

"Она тоже меня беспокоит, но совсем по другому поводу. Она невежественная и часто доставляет проблемы окружающим её людям. Поэтому Розовому так тяжело приходится... И почему моя дочь хочет к ней присоединиться? Разве мало ей будет просто встретить хорошего мужчину, влюбиться и выйти за него замуж— нет?"

Он отбросил прочь тревогу за свою дочь, появившуюся в его сердце. В это же мгновение он посмотрел на строй полулюдей, чтобы настроиться на другую волну. Он не знал, сколько полулюдей стояли у подножия, но там развевалось много флагов. Эти флаги не были предназначены для отвода глаз. Единственный маг-заклинатель третьего уровня в этой крепости уже проверил это с неба. Другими словами, там действительно собралось столько много боевых групп, что это не могло закончится простой игрой в гляделки.

У Павла был свой особый ритуал. Он достал из нагрудного кармана резную деревянную куклу и поцеловал ее. Фигурку сделала его дочь, когда ей было шесть лет. Эта причудливая кукла представляла собой шар, с выходящими из него четырьмя палочками, и должна была напоминать её отца. Он все еще отчетливо помнил тот день, когда он похвалил её, сказав: "Это действительно крутой монстр", как она расплакалась и как его жена дала ему сильную пощёчину. Кукла была потрепанной, потому что он касался её бесчисленное число раз, а резные глаза и рот было уже не разглядеть. С тех пор она стала намного старше, поэтому он хотел, чтобы она сделала другую фигурку, которая бы больше походила на него. Но, быть может, она не знала, что он чувствует в сердце, потому что она не подавала и виду, что желает переделать её.

Скорее всего, это из-за его длительных поездок на службу, ему редко выпадал шанс увидеть свою жену и дочь. Он чувствовал, что с каждым днём отдалялся от неё все дальше и дальше. Раньше она обняла бы его не раздумывая, но в какой-то момент она перестала обнимать его при встрече, когда он возвращался домой.

"Она больше не зависит от отца", - его жена улыбалась, говоря это, но для Павла это было очень важно. "Если бы только я мог взять отпуск на пару месяцев и сходить в поход всей семьей, как раньше."

Каждый раз, когда он обучал её навыкам рейнджера, дочь слушала очень увлеченно. Это было то, чего он хотел. Хотя он и подозревал, что ни к чему это не приведет.

Он положил куклу обратно в карман.

Его дочь редко бывала дома, всё из-за её желания стать паладином. Даже когда Павел возвращался домой после длительного отсутствия, она почти не бывала дома.

"Было бы замечательно, если бы она вышла замуж за того, кто живёт по соседству... нет, это было бы слишком хорошо. Хотя бы в нашем районе."

Образ жизни паладина был наименее подходящим для его дочери. Он все время наблюдал за ней, поэтому был в этом уверен. Его дочь выбрала этот путь, потому что восхищалась внешним видом матери, бывшей паладином. Однако одного желания здесь недостаточно. Только рыцарь, который силой может отстаивать справедливость, в которую он верит, может называть себя паладином.

Поэтому, хотя он не говорил это при жене - в основном потому, что знал, насколько она страшна в гневе - он считал паладинов фанатиками.

"Интересно, знает ли моя девочка об этом? Хотя, лучше бы и не знала ..."

— Да их просто не счесть.

Бормотание затаившего дыхание адъютанта заставили Павла опомниться.

— Что ж, ты прав. Тем не менее, не стоит бояться. Всё, что вам нужно делать, это слушать меня.

Кроме его адъютанта, немного расслабились и люди вокруг.

"Правильно, вот так. Напряжение - это заклятый враг стрелка."

В тот самый момент, как ничего не выражающее выражение лица Павла украсила лёгкая улыбка, хотя сам он этого и не заметил, в рядах врага началось движение.

Один получеловек не спеша вышел вперед.

Несмотря на бесчисленное количество полулюдей поблизости, он был без сопровождения. Разве он не нуждался в охране, или его переполняла гордыня и самоуверенность, или же он и вовсе был посланником, смерть которого ничего не изменит?

— Может, пристрелим его?

— Не сейчас. Но смените позицию так, чтобы вам было легче стрелять, а затем ждите моей команды.

Вскоре после того, как он раздал приказы, его люди разошлись, будто вытянутые тени.

Был ли он вражеским генералом или же просто обычным посланником? Павел внимательно рассматривал его, чтобы понять.

"Этот получеловек... к какому виду он принадлежит? Кажется, я не видел таких раньше. И что с его одеждой? Это традиционная одежда из его племени? И что у него за маска?"

Он определенно не был человеком, это было ясно по его хвосту, выглядывающему из-за пояса.

Сложность заключалась в одежде этого получеловека. Можно было подумать, что это обычный костюм для его племени, и действительно, она было похожа на нечто подобное. Однако, даже на таком расстоянии можно было разглядеть, что его одежда была превосходной, даже по меркам людей.

"От высокоразвитых полулюдей неприятностей еще больше..."

Не только Павел, но и все солдаты, ожидающие на стенах, сглотнули, наблюдая за каждым движением этого получеловека. В такой напряженной атмосфере получеловек приблизился на расстояние пятидесяти метров от Павла.

— Вы слишком близко к границе! Еще шаг - и это будет считаться вторжением на территорию Святого Королевства! Здесь не место полулюдям! Разворачивайтесь и уходите!

Голос был достаточно громким, так что даже Павел, находившийся на приличном расстоянии, всё слышал громок и отчетливо. Слова доносились от командира крепости, одного из пяти генералов в Святом Королевстве. Казалось, он всем нутром прочувствовал голос человека в потрепанной, неполированной броне.

Причина, по которой при нем находился только один штатный офицер, был скорее всего в том, что он не собирался рисковать другими, если противник всё же атакует. Значительное число войск находилось под защитой башни. Они были готовы немедленно выступить, если что-нибудь случится.

Напротив, голос получеловека был мягким и приятным для ушей. Он будто вкрадывался в душу, чтобы поселиться в сердце каждого человека. Даже на таком расстоянии он все еще доходил до ушей Павла.

— Знаю. А теперь могу я узнать, кто со мной говорит?

— Я ... я генерал-командующий этой крепости! А кто ты!?

"Не стоило говорить это противнику", - нахмурился Павел, но уже осознал, что генерал не был проницательным человеком. Поэтому все, что было в его силах, это думать об этом как о неизбежном.

— Ясно, ясно. Поскольку вы назвали мне свое имя, боюсь показаться грубым, если не отвечу тем же. Приветствую вас, дамы и господа Святого Королевства. Меня зовут Ялдабаоф.

— Быть не может!

Прокричавшим это человеком был штатный офицер, стоящий за генералом.

— Архидемон Ялдабаоф! Тот самый, который возглавил армию демонов и устроил хаос в Королевской столице!

— Ого! Для меня большая честь, что вы знаете мое имя. В самом деле, я был творцом этого великолепного праздника в Королевстве Ре-Эстиз. Однако ... титул Архидемон меня удручает... Да, не могли бы вы лучше обращаться ко мне Император демонов Ялдабаоф?

Павел проговорил эту фразу: "Император демонов Ялдабаоф".

Это был поистине надменный титул, но учитывая, что он возглавляет орды полулюдей, и если вспомнить о том, что он устроил в королевской столице, этот титул мог быть вполне оправдан.

— Будь ты проклят! После Королевства ты решил нацелиться и на нас!?

— Это не совсем верно. Я здесь потому, что в Королевстве я встретил устрашающего воина...

Ялдабаоф насмешливо пожал плечами. В этом движении было неописуемое чувство стиля, и Павел на мгновение подумал, что общается с дворянином.

— Что ж, приму это к сведению.

— Тогда что вам здесь нужно? Почему вы привели сюда этих полулюдей?

— Я пришел сюда, чтобы превратить эту страну в живое воплощение ада. Я хочу погрузить эту страну в вечный плач, мучения и крики страданий. Однако развлекаться лично с каждым из миллиона людей физически невозможно, и поэтому я привел их. Они заменят меня и по горло погрузят вас, жалких людишек, в болото отчаяния, заставят всех вас издавать крики скорби и биться в агонии.

Говоря это, Ялдабаоф светился от счастья.

Услышав это, Павел впервые осознал значение слова "зло". То, что святоши с пеной изо рта рассказывали о "злых полулюдях" было ничем иным, как простой пропагандой с целью поднять боевой дух. Сейчас это казалось просто бессмысленным бормотанием. Говоря приближенно, вторжения полулюдей были для них способом существования и попыткой заполучить необходимые ресурсы, дабы прокормить себя.

Тело Павла с одной стороны переполнял ужас, с другой стороны он почувствовал сильную решимость. Он не допустит, чтобы нога этого демона ступила на землю Святого Королевства, где в мире жили его жена и дочь. Он покрепче сжал лук в руке. Если речи Ялдабаофа были направлены на то, чтобы запугать их, он полностью провалился. Люди не были трусливыми и слабыми существами. Они дадут ему такой жаркий бой, что он должен прочувствовать, каким же глупцом он был, если посмел недооценивать человеческую расу. Люди, стоящие на этой стене, обладали железной волей и решимостью защищать Святое Королевство, и, хотя в последние несколько лет оно немного и прогнило изнутри, они все еще были отчаянно преданы своей нации.

— Ты думаешь, мы позволим тебе совершить нечто подобное!? Слушай внимательно, глупец Ялдабаоф!

Генерал прорычал. Это был настоящий дикий рёв.

— Это первая линия защиты Святого Королевства! Для тебя она станет и последней! За нашими плечами стоит мирная жизнь обитателей Святого Королевства! Ты и вправду думаешь, что мы позволим тебе попирать его, как тебе заблагорассудиться?!

Солдаты поддержали вопль генерала дружными криками. В этот момент их боевой дух взлетел до небес. Павел и сам закричал бы, если бы его роль не требовала оставаться незамеченным. Его подчинённые, судя по всему, разделяли эти чувства. Его мысли заглушили совершенно неожиданные аплодисменты. Как только рукоплескание стихло, демон вновь заговорил.

— Стража, которая охраняет колыбель мира, хм? Не могу сказать, что не одобряю вашу роль. Очень важно защищать то, во что веришь. — Да, мне это даже нравится. В таком случае я обязан оказать людям, которых я захвачу, самый лучший прием.

Сказав это, он рассмеялся. Звучало это так, будто он наслаждался собой. Ялдабаоф не повышал голос. По идее, его голос вообще не должен был доноситься до места, где стоял Павел. Несмотря на это, слова долетали до него с таинственной ясностью, как будто он слышал их изнутри.

"Не время беспокоиться об этом, это может быть магия."

Существовали различные заклинания и магические предметы, способные усилить звук, вполне вероятно, что Ялдабаоф использовал одно из них. Тем не менее, он не мог избавиться от неприятного чувства, которое, казалось, прилипло к его спине.

— У вас нет права сдаться, я просто не приму такое поведение. Поэтому сделайте все возможное, чтобы развлечь меня. А теперь - начнем.

Павел отдал приказ стрелять.

Не нужно было ждать команд генерала. Им была дана определенная степень свободы, потому что возможность застрелить командира противника выпадает довольно редко. Ожидание разрешения со стороны их начальника может привести к тому, что они просто упустят её.

Павел поднялся. Люди вокруг него последовали за ним. Потребовался лишь миг, чтобы поймать цель. Для Павла расстояние в пятьдесят метров было, по сути, всё равно, что стрелять в упор. Он натянул тетиву лука, намереваясь убить, и почувствовал, как встретился взглядом с Ялдабаофом сквозь его маску.

"Мы не дадим тебе время, чтобы сбежать или защититься. И если ты будешь винить кого-то, то вини себя и своё собственное высокомерие за то, что вышел на передовую в одиночку!"

—Огонь!

Пятьдесят одна стрела вылетела одновременно с голосом Павла.

Это были магические стрелы, выпущенные из зачарованных луков. Пылающие стрелы оставляли красные линии, висящие в воздухе, синие следы оставались за ледяными стрелами, путь электрических стрел был отмечен желтым, зеленые полосы следовали за кислотными стрелами, а собственная святая стрела Павла рисовала белую траекторию, помечая свой путь по открытому пространству. Стрелы, выпущенные из полностью натянутых луков, летели по ровным дорожкам, когда проносились по воздуху. Каждая из них вцепилась в тело Ялдабаофа, нисколько не отклоняясь от траектории.

Особенно впечатляющими были выстрелы Павла, усиления боевыми навыками и умениями, каждая из них обладала силой, сравнимой с мощным нисходящим ударом крупного топора. Если цель была поражена, то даже человека в полной броне отбросило бы назад. Однако даже попадание пятидесяти одной стрелы не сдвинуло Ялдабаофа с места. И затем случилось нечто, что заставило его усомниться в своём зрении. Стрелы, которые должны были пробить его тело, упали на землю.

"Что?! У него есть защита от снарядов?!"

Павел быстро натянул другую стрелу, думая о том, как Ялдабаоф сумел защититься от выстрелов. Некоторые монстры могли аннулировать урон благодаря своим особенностям. Например, оборотни и им подобные были неуязвимы, если против них не использовалось серебряное оружие. Поэтому он почувствовал, что у Ялдабаофа могут быть подобные способности. В таком случае, какая же атака сможет пробить его защиту?

Сейчас он использовал стрелу, сделанную из стали и зачарованную святой силой, что было особенно эффективно против злых форм. Считалось, что демоны не могут противостоять такому, но нельзя отрицать доказанную невосприимчивость Ялдабаофа. В этом случае лучше использовать другие стрелы, чтобы побольше разузнать о враге, опустить завесу этой тайны и взять курс на победу.

Тогда Павел подготовил серебряную стрелу. Она тоже была пропитана священной силой.

— А теперь, позвольте и мне сделать шаг. Это невесть какой подарок, но я буду доволен, если вы его примите. Это заклинание десятого уровня [Удар метеорита].

Павел почуял над собой что-то неминуемо приближающее. Посмотрел наверх и увидел громаду света. Это была горящая скала - нет, что-то намного большее. Свет заполонил весь его взор, и на мгновение перед ним появился образ жены и дочери среди этого сияния. Он знал, что это иллюзия. Его дочь уже достаточно взрослая, чтобы выбирать как ей жить, но перед его глазами она все ещё была маленькой, а его жена с ребенком на руках выглядела совсем молодой.

"Нет, если я не скажу, что она всё ещё молода, она точно меня прибьет..."

* * *

Падающий метеорит, разрывая воздух, ударил в стену и вспыхнул пламенем взрыва. Громовой рев эхом отозвался вокруг. Ударная волна расплющила всё, до чего дотянулась, и стёрла стену в пыль. Поднятые ударной волной в воздух песок и грязь осыпались на землю, а пыль медленно начала оседать. Пред взором открылась сцена взорванной вдребезги стены и клубней дрейфующего дыма. Глядя на разрушенные укрепления, не было сомнений в том, что случилось с находившимися там солдатами. Люди попросту не могли выжить в таких условиях.

Конечно, могли найтись те, кто способен пережить подобное, и Демиург прекрасно знал об этом. Вспомнить даже тех глупцов, решивших ступить на священную землю Великой Гробницы Назарик, созданную Высшими Существами. Однако, он провел тщательное исследование и был уверен наверняка, что здесь подобных людей не было.

— Что ж, с подготовкой покончено.

Демиург сбил руками пыль со своего костюма. Его не затронуло дождем из грязи и песка, но до него дошла пыль, поднятая взрывом, поэтому на нём остался легкий земляной след. Нет - он бы всё равно почистил костюм, даже не будь у него на то особой причины. В конце концов, это был ценный дар от его создателя, Высшего Существа. Конечно, у Демиурга было и много других комплектов одежды, но это вовсе не означало, что можно небрежно к ним относиться. Когда он подумал о своем могущественном создателе, он улыбнулся за маской, а затем посмотрел на несчастных людей. Если бы он атаковал снова, замешательство противника усилилось бы многократно, и тогда полулюди разгромили бы их в мгновение ока. Однако в этот раз он не стал использовать заклинание по другой причине. У Демиурга в запасе было не так много заклинаний, и только одно доступное ему заклинание десятого уровня. Его истинная сила заключалась в специальных навыках, и хотя сейчас он использовал только одно это заклинание, сберегая силы, сцена перед его глазами была достаточно трагичной.

Не было никаких признаков контрнаступления. Казалось, они отчаянно пытались собрать информацию и перегруппироваться.

"Похоже, их командир не умер. И в замешательстве они не потому, что о чем-то подозревают... неужели они и правда оправились?"

Демиург повернулся спиной к людям, возвращаясь к строю его рабов. Он даже не боялся возможности оказаться подвергнутым атаке в спину. Он даже мог позволить себе расслабиться, и всё благодаря той информации, которой он владел.

Демиург был очень силен. Действительно, может среди Стражей Этажей он и не был в числе лучших, но он был уверен в победе на этом поле боя. Потому что он знал: сражения начинаются только тогда, когда одна из сторон уверена в своей победе. Это означает, что одна из сторон не должна вступать в битву, если не уверена в своей победе, или пока её не вынудит противник.

Существовал лишь один индивидуум, которого Демиург не мог победить. Если точнее, был только один противник, к которому Демиург не мог подготовиться достаточно хорошо, чтобы быть уверенным в своей победе. Этот индивид обладал превосходящим его интеллектом, а его планы выступали далеко за грань воображения Демиурга, и казалось, что весь этот бесконечный мир, и даже его вершина, были для него как на ладони.

Он - верховный правитель Великой Подземной Гробницы Назарик - Айнз Оал Гоун.

Это Высшее Существо было тем, кому Демиург был безразмерно верен.

"Создать несметное число нежити — это лишь часть его плана. И как только это случится, уже никто не сможет помешать господину Айнзу. Настолько он грозен. Похоже, остальные ещё не осознают счастья от того, что ими правит такое Высшее Существо."

Раздался удар. В первый раз произошло что-то, чего не ожидал Демиург. Он развернулся, чтобы своими глазами посмотреть на источник звука. Похоже, кто-то спрыгнул со стены. Человек, на которого он смотрел, медленно поднялся на ноги.

— Б-Босс мертв. Он… Он был человеком, которого я хотел победить!

Говоря это, он достал по мечу в обе руки.

Демиург оценил человека, исходя из его внешности. И немедленно получил ответы на свои вопросы.

Уровень угрозы – 0 (жалкий червь).

Шанс ошибки – 0 (невозможна).

Важность – 0 (грязная свинья).

Проще говоря, он был никчемным мусором. И всё же, он был одним из Девяти Цветов. Хотя не все из них были выдающимися личностями, Демиург решил, что будет неплохо захватить его с собой для разных экспериментов.

— Уооооооооох! – это человек с криком побежал на него.

"Медленно. Слишком медленно. Если это предел его скорости, ему следовало бы почаще думать головой. К примеру, использовать [Тишину], чтобы бесшумно приблизиться и сократить разрыв между нами." Подобное расстояние его товарищи преодолели бы за мгновение. А этот человек -- медленно -- бежал в его сторону.

По той информации, которую собрал Демиург, способности этого человека были довольно посредственные, но также фактом было то, что он мог использовать специальную атаку, в несколько раз сильнее обычной, ценой разрушения собственного оружия. Поэтому у него было по мечу в каждой руке и ещё несколько запасных на поясе.

"Как бы мне его убить? Если я прикончу его аккуратно, тогда я смогу вернуть его и… ах, наконец-то он добрался."

Убедившись, что его не испачкает разлетевшаяся кровь, Демиург отдал команду: [Пронзи мечами свою шею.]

Раздалось хриплое бульканье. На лице человека, только что перерезавшего себе шею собственными мечами, отчетливо было видно недоумение. За то время, пока он падал на землю, его глаза успели затуманиться и остекленеть.

Со стены были слышны полные боли крики.

Демиург развернулся, подошел к упавшему человеку и, прежде чем вернуться к своим отрядам, поднял его за воротник согнутым указательным пальцем. Когда он подошел, представители разных племен - не все из которых обладали властью - собрались перед ним.

С точки зрения Демиурга, полулюдей можно было разделить на две группы.

Первые жаждали свежей крови и рассматривали людей как пищу. Такие привыкли повиноваться сильному и с радостью исполняли приказы Демиурга. Вторых же поставил на колени ужас, и они повиновались исключительно из-за страха перед ним.

Демиург выбрал группу из последних.

— Вы не торопились собираться.

Произнеся это, он схватил плечо случайного выбранного из группы получеловека, Голубого Слизня, и сорвал кожу с его плеча. Хотя Демиург был одним из слабейших Стражей Этажей, на такое он был способен. Получеловек, чья кожа - и немного плоти - были сорваны, рухнул на землю в сильной агонии, безмолвно визжа.

— Пора начинать, атакуйте. Постарайтесь не нести большие потери. Главные события еще впереди, уже после того, как мы попадем за эту стену. - Произнес Демиург вежливым тоном.

Его доброта была искренней, когда она была направлена на его товарищей из Назарика. Он был очень мягким, когда дело касалось его друзей. Однако для всех остальных его доброта была похожа на заботу о своих инструментах.

Получив приказы, полулюди разбежались к своим племенам. Упавший навзничь не стал исключением. Посыл, который они донесли, гласил, что тех, кто исполнит приказы Демиурга и добьется высоких результатов, ждет счастливая судьба. Естественно, они так же несли весть о том, что противоположный результат не принесет ничего хорошего.

Демиург мягко улыбнулся, глядя в спины удаляющимся зверолюдям.

— Теперь пора начинать следующий этап нашего плана. Демоны.

Демиург активировал один из своих навыков и призвал орду демонов, которых он собирался использовать как жертвенных пешек. Хотя эти демоны были крайне слабыми в сравнении с ним, при попытке призвать сильных их число было бы значительно меньше. Важной деталью данной операции было распространить новость о том, что армия Священного Королевства была атакована демонами, а значит их количество, в данном случае, было приоритетом.

— Слушайте внимательно. Поддерживайте полулюдей во время атаки. Кроме того, постарайтесь сдержаться и не сглупите, обязательно позвольте нескольким сбежать из крепости.

Низкоуровневые демоны кивнули и взмыли в небо все как один. Хотя призванные монстры в некоторой степени обладали знаниями своего призывателя, эта информация была очень расплывчатой и обрывчатой. Её скорее можно было характеризовать как способность различать друзей и врагов. Поэтому было очень важно отдать устную команду призванным существам.

"Итак...будет неплохо, если мяч попадет в корзину."

Проницательный ум Демиурга продумывал все возможные ситуации. Обдумав десятки вариантов исхода, он внёс поправки, необходимые для достижения его цели. В своих прогнозах он учитывал возможные небольшие отклонения. Однако, могло случиться и так, что из-за полных идиотов ситуация вышла бы за пределы его прогнозов.

"Несомненно, такой интеллект, каким обладает господин Айнз, смог бы предсказать даже действия идиотов... но мне ещё до него далеко. Кстати говоря, было бы хорошо поделиться этим с господином Айнзом."

От одной такой мысли у Демиурга непроизвольно забилось сердце. Он провел много времени на подготовку этой стадии, и если он не может даже поделиться об этом со своим хозяином, что же ему делать?

"Дамы и господа Святого Королевства, у меня есть искреннее желание. Пожалуйста, позвольте владыке Айнзу насладиться вашими страданиями. ...Хотя, как владыка Айнз скорректирует мои планы для достижения лучшего результата?"

Демиург улыбнулся, его сердце наполнилось предвкушением и волнением, он был будто ученик, который ждёт, пока уважаемый им учитель всё ему объяснит.

"Ох, учиться на делах владыки Айнза, развивая себя к лучшему и становясь еще более преданным. Как же это здорово!"

Для Демиурга, рожденного в услужение Высшим Созданиям, нет ничего более сладостного, чем преданность своему хозяину.

"Ах, как же это чудесно!"

Часть 3.

Вести о коалиции полулюдей и её обширной армии, сокрушившей центральную крепость с огромным числом солдат и далее прошедшей через врата, начали распространяться по Святому Королевству. Лидером коалиции полулюдей называли Архидемона Ялдабаофа. Тот же демон, который посеял хаос в Королевстве и, если верить слухам, использовал мощную магию, способную сложить огромную стену как листок бумаги.

Альянс полулюдей состоял из восемнадцати видов, его численность перевалила за сотню тысяч. Вся эта армия сейчас была сосредоточена на разрушении стен и укреплений, на этом их продвижение пока остановилось. Узнав об этом, лидер Священного Королевства - Святая Королева - издала приказ всей нации о всеобщей мобилизации. Так как земли Священного Королевства протягивались вокруг северного и южного края центрального залива, было понятно, что мобилизованные силы сформируют две армии: Северную и Южную Армии Священного Королевства. Обе армии двигались к собственным точкам сбора: город Калинша на севере и Дебонеи на юге. Оттуда они несколько дней наблюдали за продвижением противника.

Доклады, полученные от войск, наблюдавших за стеной, сделали ситуацию ещё более напряженной.

"Альянс полулюдей всеми своими силами двигался на запад."

"Они достигнут северного города-крепости Калинша через несколько дней."

— В самом деле? В конце концов это место станет полем битвы...

Эти слова произнесла первая дочь Святого Короля, Калка Бессарез.

Из-за её низкого положения в очередности наследования - до сих пор только мужчины могли унаследовать Священное Королевство - она никогда не должна была занять пост Святой Королевы. Но всё же у неё было два немаловажных качества, благодаря которым сейчас над её бровями сверкала корона.

Во-первых, её красота. Её лик был прекрасен как свежераспустившийся бутон, миловидный и полный достоинства, восхваляемый как «Сокровище Робла», в то же время её сияющие, яркие длинные волосы были похожи на нити плетеного золота. Она как никто другой была похожа на ангела, и многие, видевшие её мягкую улыбку, описывали её как святую.

Другим её отличительным качеством было превосходное владение божественной магией. Она была гением, и была способна использовать заклинания четвертого уровня ещё в пятнадцать лет. Кроме того, она взошла на престол с полной поддержкой прежнего Святого Короля и церкви.

В последовавшее за этим десятилетие, хотя и слышались голоса, недовольные её чрезмерной добротой, она правила, не допуская серьезных ошибок вплоть до сего дня. Однако, её правление нельзя было назвать непреложным. Скорее, вдали от взгляда тлели угли.

— Я понимаю Вашу печаль, госпожа Калка, но люди выбрали жизнь в Калинше именно потому, что были готовы к подобному дню. В прошлом тоже была, кхм… произошла битва, в которой этот город стал эпицентром сражения. Поэтому его стены тверже и выше, чем где бы то ни было.

У женщины, попытавшейся её утешить, были волосы цвета каштана. Хотя она была так же прекрасна, как и Святая Королева, на её лице выражался холодный, острый как бритва взгляд. Она была облачена в серебряный латный доспех и сюрко, традиционное одеяние Великого Мастера паладинов, свидетельство древнего магического мастерства. Но куда более важен был меч на её бедре, имя которого знало все Королевство. Он был известен как один из четырех Священных Мечей, святой меч Сафарлисия.

По легенде один из Тринадцати Героев, известный как Черный Рыцарь, владел четырьмя мечами. Среди них были: злой клинок Хумилис, демонический клинок Килинейрам, клинок разложения Крокдабал и смертельный клинок Сфеиз. Это был один из четырех мечей – их противоположностей. Остальные три были названы клинком порядка, клинком праведности и клинком жизни.

Иногда тот, кто владеет сильным мечем, упивался его силой и пренебрегал основами фехтования. Поэтому сам факт того, что сейчас она держала меч при себе, хотя обычно не носила его с собой, был явным признаком уверенности в скорой битве и твердом желании одержать в ней победу.

Её звали Ремедиос Кастодио. Она была близким другом Калки и была сильнейшим капитаном ордена паладинов в истории, это звание она получила за своё боевое мастерство. Она была «Белой» из Девяти Цветов.

— Да, да. Мы также отправили всех гражданских в укрытия, чтобы избежать потерь среди них. Кстати говоря, не думаете, что после войны нам еще долго придется разбираться с проблемой затраченных на неё расходов?

Ответом ему стало довольно грубое хихиканье стоящей вблизи женщины, похожее на "эхехехех". Хотя черты её лица слегка отличались от Ремедиос, она все равно сильно на неё походила. Однако этих небольших отличий хватало, чтобы о ней сложилось в корне другое впечатление. Она выглядела так, будто что-то задумала, или, говоря не так вежливо, словно замышляла какие-то темные делишки. Это была младшая на два года сестра Ремедиос, Келарт Кастодио. Она была Верховной жрицей церквей и лидером духовенства. Каждый знал, что она была способна на божественную магию вплоть до четвертого уровня. Однако, это была лишь часть правды, приближенные к ней знали, что она могла использовать заклинания и пятого уровня. Несмотря на это, она не была одной из Девяти Цветов. И хотя церкви находились под руководством Святой Королевы, государственная политика ограничивала присвоение титула Цвета их представителю во избежание проблем с балансом сил.

Вместе сестры были известны как гениальные Кастодио, крылья Святой Королевы. До сих пор многие дворяне неодобрительно относились к тому что Калка, женщина, заняла престол королевства. Ходили слухи, что она вступила в сговор с сёстрами или чем-то им угрожает. Поэтому за спинами всех троих часто шептались и пускали слухи. И хотя многие из них были развеяны, одна молва продолжала ходить. Все три не были замужем - у них даже не было мужчины любовника - поэтому поговаривали о их нетрадиционных отношениях. Как бы Калка не пыталась это опровергнуть, у неё ничего не получалось, и это было её главным источником разочарования.

— Одно только упоминание об этом вызывает у меня головную боль. Ещё хуже то, что даже если мы одержим победу, мы ничего от этого не выиграем.

— И все же говорят, что в этот раз полулюди гораздо лучше вооружены, почему бы не продать их снаряжение?

— Так-то оно так. Но ты же знаешь, я не могу одобрить такое, сестра. Предположим, что мы захотим продать их броню – ну и кому мы её продадим? Об этом ты не подумала, верно? Продать её мы можем только в другие страны, да и то по срезанным ценам. Кроме того, нам не стоит своими же руками помогать усилению других стран, пополняя их арсеналы, пока разрушенная стена не будет восстановлена. В первую очередь оно не должно попасть в руки Колдовского Королевства.

— Чего? Тебе не нравится Колдовское Королевство? Не припомню, чтобы слышала от тебя такое при дворе.

— Ты не найдешь ни одного священника, которому оно будет по нраву. Ты ведь и сама так считаешь, не так ли, Калка?

Калка задумалась. Конечно, как одной из духовенства и как Святой Королеве оно ей определенно не нравилось. Однако, как главе государства…

— Долг короля - любить свой народ, любить своих людей и обеспечивать им покой и процветание. Пока он следует этим правилам, всё ведь идёт в порядке вещей?

Сёстры взглянули друг на друга перед Калкой.

— Любовь? Такого не может быть. Как нежить может понимать такие чувства?

— Я согласна с сестрой. Нежить... Не думаю, что они могут любить так, как вы, Калка.

— Вы обе судите строго. Тем не менее, вы же не говорите гадости за спинами людей, которых даже не видели, верно?

На их лицах появились схожие озадаченные взгляды. Калка про себя усмехнулась, что они всё-таки близкие родственники, подавила напрашивающуюся улыбку, и её голос стал серьезным.

— Что сказали ваши адъютанты? Келарт, расскажи мне наш план относительно Ялдабаофа.

Святая Королева не принимала участия в собраниях стратегов. Вместо этого она появлялась рядом с солдатами для того, чтобы повысить их боевой дух. Хотя войска Священного Королевства и были обучены лучше, чем войска других наций, в конечном счете их большая часть была призывниками. И очень важно было их мотивировать.

— Так точно. Сейчас мы решаем, как действовать в ситуациях, если полулюди возьмут город в кольцо, или обойдут его, или продвинутся на юг, или разделяются, преследуя сразу несколько целей, и другие варианты.

В такие моменты она убеждалась, что сестры были похожи, но не одинаковы. Если бы она задала этот же вопрос старшей сестре, скорее всего полученный ответ заставил бы её схватиться за голову, дабы сдержать разочарование.

— Понимаю...тогда, какая возможность по-вашему наиболее вероятна?

— Учитывая прошлый опыт и отмеченные пути вторжения полулюдей, скорее всего они предпочтут окружить этот город. Однако, с этим есть проблема.

— Хмм, действительно.

— Что вы имеете в виду?

Ремедиос тоже не была на совете, поскольку она являлась телохранителем Калки. Однако она не сразу осознала смысл этого ответа, в отличие от Святой Королевы, совсем по другой причине.

— Сестра… Я говорю о демоне, который устроил хаос в соседнем королевстве Ре-Эстиз, Ялдабаоф. Хоть мы и не знаем, насколько он умен, обычно демоны хороши в различных уловках и обмане. Он мог разработать план, который мы вообще не предвидим.

— Вот оно что… Адъютанты, которые отвечают за стратегию и планирование, убеждены, что это дело не из лёгких.

Несмотря на то, что она очень хотела сказать руководителю ордена паладинов, Калка погасила желание сделать это.

— Какая досада. Тогда, что будет, если полулюди всё-таки окружат вышеупомянутый город? Хотя там и значительные запасы продовольствия, борьба в обороне сильно выматывает и непременно приводит к ужасному падению морального духа. Вы это учли?

— Естественно. Обычно план состоит в том, что нужно просто продержаться и дождаться подкреплений с юга, но на этот раз у нас есть сведения, якобы Ялдабаоф использовал таинственную силу, чтобы разрушить стену одним ударом. Если у него есть козырь в рукаве...

Все трое нахмурились. Любой был бы не в восторге от мысли о том, что случилось со стеной, но Калка знала, что происходит. Ремедиос просто делала вид, что расстроена как остальные. Ремедиос не любила впадать в размышления и была очень упрямым человеком. Это был её недостаток, но с другой стороны, по этой же причине она была воплощением абсолютной справедливости.

Характер правосудия таков, что его трудно обозначить однозначно. Например, представьте себе двух детей: один человек, а другой получеловек. Оба они чисты и невинны, и вот они стали друзьями. Если бы получеловеческое дитя обнаружили взрослые, его бы заперли, а человеческий ребенок умолял бы о его помиловании. С другой стороны, если позволить ему уйти, он может вырасти и стать угрозой для людей. Так что, правильно ли будет убить получеловеческого ребёнка? Этот вопрос не из тех, на который можно ответить легко и однозначно.

Калка бы пощадила его без колебаний. А Ремедиос напротив, без сомнений бы убила его. И была бы твёрдо уверена в своей правоте, не чувствуя ни капли вины. Любой поступок, направленный на защиту своей страны и народа она от всего сердца считала правильным.

Когда она взошла на престол как Святая Королева, Калка объявила двум лучшим друзьям: "Я дарую слабым счастье и сделаю страну такой, что ни одна душа в ней не заплачет". И каждый из них ответил: "Я помогу тебе в этом и поддержу праведное дело." Она была более откровенной, чем кто-либо, её сердце было наполнено решимостью, а глаза сверкали как у настоящего фанатика. Кто-то вроде нее явно был опасен, но Калка не стала отдаляться от подруги. Праведные побуждения любить других, сохранять мир, ненавидеть зло и желание помогать слабым – всё это она должна приветствовать. И именно из-за своей прямолинейной натуры она делала то, что думала. Потому что она не задумывалась о словах, они все исходили из её сердца.

Любые организации - особенно те, что существовали уже долгие годы – начинают гнить изнутри из-за лишних забот и волнений о репутации. К тому же их помыслы со временем становятся нечисты. Поскольку власть лежала в руках одного человека, было вполне естественно, что за власть будет вестись борьба. И даже если победитель уже определен, борьба против подозрений, ревности и страха будет продолжаться, пока одна из сторон в конце концов не погибнет.

Калка же была на полпути к свободе от этого проклятия. Это потому, что она достигла магической силы, которую оценивали высоко даже по сравнению с прошлыми поколениями Святых Королей. Из-за этого люди возносили её, а она могла дышать свободно. Тем самым Калка могла избавиться от ментального давления, чтобы взойти на трон в качестве Святой Королевы, но ее братья так не считали. Она могла доверять только одному из них: старшему брату Каспонду. Ей приходилась жить так всё это время, и Ремедиос была как оазис для души Калки.

— Хм. Такая невероятная сила заставляет меня задуматься о могуществе Демонов Богов из легенд.

— Сестра, даже Демоны Боги не были настолько могущественными. Ялдабаоф может быть существом, превосходящим самих Демонов Богов.

— Какой кошмар. Тогда как же мы победим его?

— Почему вы так беспокоитесь, госпожа Калка! Говорят, он был побежден авантюристами адамантового ранга Королевства Ре-Эстиз. Разве вы не думаете, что мы тоже сможем одолеть его?

— И то верно. Если авантюристы, сопоставимые с нами, на это способны... Но сейчас вопрос заключается в том, может ли Ялдабаоф многократно использовать силу, разрушившую стену.

— Учитывая, что он нанесен только один такой удар по стене, вероятно у него должны быть ограничения по использованию способности несколько раз к ряду.

— Логично. Если бы он мог применять эту способность бесконечно, то наверняка бы так и поступил. Но он не стал, потому что мог ударить лишь раз.

Калка согласилась с мнением Ремедиос. Если бы у него была возможность, не было бы причин не использовать её снова. Калка считала так же. Она лёгким движением руки прикоснулась к своей короне. Этот магический предмет служил обязательной составляющей для особого ритуального заклинания, передававшегося по наследству в королевской семье Королевства Робл, [Последняя Священная Война].

— Что ж, если нам удастся призвать авантюристов высокого рангов, тех, для кого обычное дело - сражаться с такими монстрами… Если соберем все наши силы, Ялдабаоф вряд ли окажется непобедимым противником. Однажды он уже был побежден, и это факт.

Гильдия авантюристов решительно протестовала против призыва авантюристов в армию, но Калка не освободила их от службы. Вполне ожидаемо - это вопрос национальной важности, и отказаться от их сил было бы, по крайней мере, глупо. Кроме того, Гильдия авантюристов едва ли обладала таким же влиянием, как само Святое Королевство, поэтому заставить их повиноваться было простой задачей.

— Так и есть. Хотя я считаю, это наш общий провал, что мы не разузнали все детали о действиях Ялдабаофа в Королевстве.

— Приношу свои извинения.

— Я не это имела в виду, Келарт. Это не твоя вина. Вина лежит на мне, так как я не обращала внимания на новости о других странах.

— Вовсе не так, госпожа Калка. Это, несомненно, вина Келарт.

— Сестра...

"По крайней мере этоне моя вина. Я выполнила свою работу, защищая госпожу Калку и зачищая монстров! В своём деле я не облажалась. Это и называется надлежащим использованием таланта!"

Ремедиос выпятила свою грудь с торжественным "хмпф!". Она имела на это полное право. И всё же, кое-что её беспокоило.

— Может ли быть так, что именно Ялдабаоф стоял за пропажей людей из нескольких деревень?

— Вполне вероятно...

Некоторое время назад были случаи, когда люди из нескольких деревень полностью исчезали. Им так и не удалось собрать достаточно информации, чтобы установить виновника, но вполне возможно, что ниточками дергал Ялдабаоф.

— В таком случае нам нужно разобраться с этим, прежде чем выступать против Ялдабаофа. К слову о нём, если бы Королевство довело дело до конца и прикончило его, мы бы сейчас не столкнулись с такими неприятностями... С ним сражался Газеф Стронофф?

Келарт озадаченно посмотрела на Калку. В её глазах застыл вопрос: "Ты разве не рассказывала сестре об этом?!" Калка ответила ей так, что все сомнения развеялись, а затем устало улыбнулась. В переводе на слова это означало: "Конечно, я рассказала. Я рассказала ей о том, как Ялдабаоф напал на королевскую столицу, как авантюристы победили Ялдабаофа, о появлении других демонов, как и то, что Воин-капитан победил их всех. Я рассказала ей всё... Так что тут дело в том, что ей в одно ухо влетело, из другого вылетело".

— Мне действительно жаль его заместителей.

— Хм? Почему ты внезапно о них заговорила?

Келарт не ответила на вопрос, вместо этого намотала прядь волос вокруг пальца. Поскольку Ремедиос не думала, что здесь найдётся тот, кто прикроет ей задницу. Таких, как они. Она могла понять те страдания, которые они пережили. Однако наивность Ремедиос – или глупость, если говорить прямо – для её души имела и целебный эффект, поэтому положительные и отрицательные стороны уравнивали друг друга.

— Хах. Я не знаю всех деталей, но похоже он сражался с еще одним важным демоном.

— Действительно? Ну, если бы он победил Ялдабаофа, мы бы сейчас не оказались в таком положении. Или... вы же не хотите сказать, что те авантюристы адамантового ранга сильнее его?

— Я в этом не уверена, но думаю, что это вполне может оказаться правдой.

Ремедиос нахмурилась. Вероятно, она была расстроена из-за того, что тот, чью силу она признала, был раздавлен кем-то ещё.

— Ну, он хорош только в том, как махать мечом. Если бы он владел такими же атаками против демонов, какими владеем мы, все могло сложиться иначе.

По боевой силе паладины были не так хороши, как воины. Однако, когда дело доходило до борьбы с представителями злых рас, они значительно их превосходили. Ремедиос была права, но Келарт все равно тихо вздохнула.

Вдруг Калке показалось, что она слышит звук колоколов. Ремедиос в мгновение ока приготовилась действовать. В такие моменты она реагировала первой. Она бросилась к окнам и открыла их. Ранний осенний воздух залетел внутрь, и воздух, согретый их телами, вылетел наружу. Крепкий, прохладный воздух приносил с собой звон колоколов. Это было доказательством того, что то, что она слышала раньше, не было призрачным звуком, вызванным звоном в её ушах. Конечно, было бы намного лучше, если бы ей просто послышалось. В то же время раздался звук нескольких шагов в коридоре.

— Госпожа Калка, пожалуйста, держитесь за мной.

Ремедиос быстро освободила свой святой клинок Сафарлисия из ножен и встала между Королевой и дверью. Дверь резко распахнулась.

— Ваше Святейшество!

Она узнала первого человека, вошедшего в комнату по крику на пределе голоса. Это был начальник штаба.

— Что случилось? К чему такая спешка?

В голосе Ремедиос был слышен намек на упрек, и начальник штаба ответил явно смущенным тоном.

— Не время медлить! Ваше Святейшество! Это Ялдабаоф! Ялдабаоф появился в городе! Он и его бесы начали крушить город! Кроме того, полулюди тоже зашевелились! Похоже, они двигаются в нашем направлении!

— Что ты сказал?!

— Мы обнаружили армию полулюдей в окрестностях. Мы не знаем, как они обвели наших часовых, но нас кормили ложной информацией! Бой может начаться в любую секунду!

Хотя такая внезапная информации смутила ее, заминка продолжалась всего секунду. Калка немедленно вернулась к подобающему королеве поведению и раздала приказы.

— Это очень сильно отличается от наших планов, мы немедленно вступим в бой с Ялдабаофом. Пока мы его сдерживаем, подготовьтесь отражать нападение армии полулюдей. И доставьте моё распоряжение авантюристам!

Когда она услышала слова подчиненного, сердце Калки снова заполнилось сомнениями. Неужели она настолько недооценила Ялдабаофа? Конечно, она не собиралась недооценивать демона, который смог с легкостью разрушить стену. Может сама мысль о том, что победа над ним возможна, была ошибкой? Разве не лучше было отступить и узнать своего врага получше? "Нет." Калка отмахнулась от уже было появившейся слабости в её сердце.

Если они не сразятся сейчас, то когда? Пусть и важно узнать врага получше, сейчас это был единственный шанс ударить всеми силами. Кроме того, борьба на истощение лишала бы их ресурсов, тогда стало бы ещё сложнее собрать силу равную той, которой они могут распорядиться сейчас. Вдобавок, им бы пришлось отступать до тех пор, пока они не завершили бы сбор информации, что по сути означало бросить страну на растерзание… Если бы так и произошло, то могло пострадать невообразимое число ее граждан.

— Я сделаю всё, чтоб дать простолюдинам жить в счастье и сделаю эту страну местом, где никто не будет страдать.

— Конечно, госпожа Калка!

Ремедиос улыбалась, наблюдая за бормотаниями Калки себе под нос. Те самые слова, что та произносила в далёком детстве, ещё до того, как познала настоящий мир. Но учитывая нынешнее положение дел, эта цель казалась почти недостижимой.

— Хмф! Он обнаглел, решившись прорваться за стену, подумать только, он даже не привёл с собой армию полулюдей! — Гневно фыркнула Ремедиос. Но так ли обстоят дела? Нет, так и должно быть. И всё же она не могла избавиться от гложущего её сердце отчётливого чувства, что здесь что-то не так.

— Не теряй бдительности, хорошо? Разве так полагается относиться к настолько сильному врагу?

— Конечно, госпожа Калка! Я совсем не собираюсь впадать в беспечность! Клянусь своим святым клинком, я лично снесу голову с плеч этого демона и преподнесу её вам!

"Это плохо. Теперь я не смогу её успокоить"

Такие мысли посетили Калку, но она не беспокоилась о ней. Потому что Ремедиос становилась другим человеком, стоило ей ступить на поле боя.

— Аааах… не стоит зацикливаться на его голове, но твое рвение меня радует. В таком случае, пока мы не решим, как победить Ялдабаофа…, ты сможешь выиграть нам немного времени?

— Разумеется, ваш слуга уже направил авангард для реализации плана.

В этот момент сердце Калки сжалось. Отправить её подчиненных выполнять этот приказ было равносильно тому, что направить их на верную смерть. Солдаты будут сражаться с Ялдабаофом без единого шанса на победу. Одной из обязанностей правителя было жертвовать жизнями немногих во спасение большинства. У неё не было права плакать и причитать. Солдаты собирались жертвовать ради неё жизнями, так что её долгом было убедить их, что они совершают великий подвиг. Она обязана сыграть роль величайшей королевы, Святой Королевы, уважаемой больше всех остальных.

— В таком случае, выдвигаемся!

Звонкий хлопок её рук был сигналом к старту.

Часть 4.

Ремедиос крепко сжала свой святой меч и разрубила демона напополам. Вице-капитан говорил ей название этого существа, но оно вылетело у неё из головы. Благословенный клинок был губителен для порождений зла. Она уничтожала заполонивших город демонов одного за другим. Из ран убитых врагов истекал белый дым, и они один за другим исчезали. Через несколько секунд от демонов не осталось и следа, будто их вовсе никогда не существовало.

Но раны, нанесённые ими городу, остались.

"Как такое возможно?!" — Взревела в ярости Ремедиос, увидев раненого солдата – не одного из бойцов авангарда, а местного патрульного.

Его кожаный доспех был рассечён насквозь чем-то невероятно острым, сжимающие живот руки заливала ярко-красная кровь. Она даже видела розовые внутренности. Лицо лежащего было не просто бледным, а обескровленным. Она почти не разбиралась в медицине, но здесь и ей было очевидно его состояние. Не было времени отправлять солдат в полевой госпиталь. Она должна помочь им здесь и сейчас, исцелять их магией. Эти солдаты ещё живы, но явно не благодаря счастливой случайности и не потому, что они так хороши в сражении. Так чего же пытались добиться этим демоны? Уже только поэтому можно было сказать, что она не имела ни малейшего понятия об их целях.

И всё же, Ремедиос не могла и помыслить о том, чтобы просто бросить солдата умирать. Этот человек избрал путь защитника родины и пожертвовал собой, чтобы выиграть время. Никто и никогда не может отвернуться от этого храбреца. Тем более она, паладин правосудия.

— Исцелите его!

Помимо лучших из лучших паладинов Ремедиос сопровождали и несколько жрецов. Её приказ предназначался им. В ответ вперёд вышел один из её адъютантов и тихо заговорил:

— Не разумнее ли оставить это дело медикам? Если потратить здесь ману наших жрецов, то во время битвы с Ялдабаофом она может иссякнуть, в чём, возможно, и заключается план демона...

— А-а-а, как много лишней болтовни! Это приказ! Исцелить его, чтобы он мог двигаться на своих двоих! А ещё...

Ремедиос покосилась на адъютанта:

— Я не слышу, что ты там бормочешь за забралом! Громче!

— А, нет, я просто...

— Отлично!

Под действием исцеляющих заклинаний раны солдат затягивались на глазах. Но, разумеется, она не могла мгновенно вернуть их в строй. Магия первого уровня не может так просто вылечить человека, только что стоявшего на грани смерти. Впрочем, теперь они могли хотя бы идти на своих ногах, пусть и пошатываясь. А раз им больше не грозит опасность истечь кровью, значит, в дальнейшем исцелении нет нужды. Ремедиос ещё помнила нудные поучения своей сестры насчёт необходимости мудро расходовать ограниченные ресурсы.

— Внимание, храбрецы. Мы оказали вам первую помощь, а теперь отступайте! Пусть медики в тылу осмотрят вас.

Солдатам, вероятно, было больно даже переставлять ноги, но у неё больше не было времени на них. Нужно достичь точки назначения прежде, чем явится Ялдабаоф. Солдаты тоже уловили значение решительного взгляда Ремедиос. Все как один побрели в тыл, не проронив ни слова жалобы.

— Отлично! Да встретимся мы вновь!

Ремедиос сорвалась в бег, её люди следовали за ней. Её доспехи были легче и свободнее чем могло показаться на вид, и, учитывая её физическую силу, она могла достичь цели намного раньше всех остальных. Но её сестра, Калка, и её адъютанты часто просили: "Хватит постоянно вырываться вперёд в одиночку!", так что Ремедиос сдержала порыв бежать во весь дух. Вскоре она достигла нужного места, на краю города. Перед ней расстилались пустые улицы. Всех мирных жителей давно эвакуировали.

— Капитан, если пройти по этой улице, потом повернуть направо и снова направо, то выйдем на площадь где нам нужно ждать Ялдабаофа. Прикажете разведать путь?

— Нет, подождём Калку-сама и мою сестру. И авантюристов. А пока проверьте снаряжение и поднимите флаг!

Подчинённые, повинуясь её приказу, вывесили флаг на отдаленном здании. Это должно было показать другим отрядам, что отряд Ремедиос прибыл на место. В операции принимали участие Калка с её личной охраной, Келарт вместе с отборным отрядом церковных войск, искатели приключений наивысшего ранга и избранные паладины Ремедиос. Четыре отряда разделились и направились туда, где находился Ялдабаоф.

В ордене паладинов состояло примерно четыре сотни воинов, большая часть из них считалась ровней монстрам с уровнем сложности 20, но среди них находились и те, кто мог в бою один на один одолеть монстра уровня 60. Этих лучших среди лучших паладинов насчитывалось двадцать четыре, и они составляли ядро отряда Ремедиос. Остальные три с чем-то сотни паладинов в данный момент стояли наготове, чтобы отразить наступление полулюдей.

Обычно весь орден действовал вместе, как единое целое. Но учитывая мощную атаку Ялдабаофа, способную сокрушить стену и нанести огромный урон по площади, было решено разделиться, чтобы враг не мог уничтожить их всех одним ударом. Флаг был поднят в отдалении тоже из этих соображений. Если даже Ялдабаоф решит атаковать, то место, где он поднят, хотя бы остаток отряда уцелеет.

— Исандро, как думаешь, Ялдабаоф сможет использовать свою атаку, которой разрушил стену, еще раз?

Командовать орденом ей помогали два замкомандующих. Один из них – Густав Монтанис, посредственный мечник, но выдающийся во всём остальном. Сейчас он руководил паладинами, защищающими стены города, поэтому его здесь не было. Второй стоял подле Ремедиос. Также один из Девяти Цветов, Исандро Санчез, «Розовый».

— Если бы он был способен на это, то не понимаю, что мешало ему это сделать. Разумнее предположить, что для этой атаки нужны какие-то условия, или что он сможет повторить её лишь через определённый промежуток времени.

— Звучит правдоподобно. Наверное, мы слишком перестраховались, разделив силы.

— Нет, ничего подобного. Возможно, он лишь бережёт силы, чтобы в нужный момент обрушить на нас всю свою мощь. Мы должны быть осторожны.

— Да, да, я знаю.

Ремедиос оборвала своего подчиненного. Просто размышления и планирование не её стихия, а от политических тем у неё и вовсе болела голова. Её до сих пор сбивало с толку, почему дворяне так неодобрительно относятся к тому, что на трон Святого Королевства села женщина. А ещё им почему-то не нравился титул Калки, женский вариант титула Святой Король. Они протестовали и из-за необходимости подчиняться женщине, и из-за необходимости изобретать для неё новый титул. На этом этапе, было намного проще понять, кто был более сильным или слабым.

— Госпожа Ремедиос, жрецы и авантюристы подняли свои флаги.

— Что насчет госпожи Калки?

— Ещё нет.

— Вот как... хорошо, пора начать накладывать долго действующие оборонительные заклинания. Как только госпожа Калка прибудет, мы выдвинемся прямо на Ялдабаофа и будем выполнять роль приманки, чтобы привлечь его внимание. Укрепите свою волю и остерегайтесь любых специальных атак противника.

— Никакого движения на площади.

Они удостоверились, что передовые силы были уничтожены, а если бы их цель сместилась в другое место, авантюристы, отвечающие за разведку, сказали бы им. Если от них не было никаких известий, это означает, что Ялдабаоф не уходил с той площади, где он появился.

— Не смотри на нас свысока, ты, несчастный мелкий демон. Наверное, он думает, что, если он сможет убить нас всех, он легко захватит страну.

— Нет, Капитан. Похоже на то, что он пытается тянуть время. Если он задержит нас здесь, сражаясь с нами, армия полулюдей получит шанс на победу на других фронтах.

— Понятно. Вполне возможно... Должна признать, этот Ялдабаоф довольно умен.

— Я думаю, что он хорош в интригах, все-таки он демон.

— Хммм. Этот демон много на себя берёт, посмотрим, как он запоёт, когда я изобью его как паршивого пса и заставлю плакать горькими слезами поражения.

Как только Ремедиос начала клясться богам, последний флаг поднялся, как будто он выжидал этого момента.

— Вице-капитан!

— Да, госпожа! Внимание всем, мы выдвигаемся!

— Хорошо! Следуйте за мной!

Ремедиос сорвалась с места, намереваясь воткнуть свой меч в лицо этого демона. Она повернула за угол, снова побежала, затем снова повернула за угол. Итак, она увидела подозрительную личность, стоящую посреди площади, раскрашенной в ярко-красное и усыпанной телами погибших. Из-за пояса этой личности выступал хвост. Его описание было почти идентичным, полученному от сбежавших солдат. У него не было крыльев или закрученных рожек, а единственным признаком того, что он не был человеком, был его хвост. В остальном он был больше похож на мужчину, который носил маску.

Однако—

— Ты Ялдабаоф?

— [Красный c-]… аах!

Ядовитый запах наполнил воздух, как только они вошли на площадь, это были кровь и раздавленные внутренности. Только ступив сюда, она услышала шум раздавливания мяса, но больше её это не беспокоило. Все, что она могла сейчас сделать, это вложить все силы и нанести удар мечом. Её охватил гнев, когда Ялдабаоф уклонился без особых усилий, и она ударила ещё раз. Эта атака тоже не достигла цели.

Ремедиос знала, что сколько бы времени она не уделяла учебе, она никогда не сможет преуспеть в науках. По этой причине она потратила все свое время на совершенствование своих боевых навыков, просто поняв, что она более талантлива в этой области. После этого, она стала величайшим воином этой нации. А сейчас инстинкты паладина Ремедиос Кастодио кричали в ней.

Уклонение Ялдабаофа не было случайностью. Он продолжал показывать тщеславие, потому что его сила позволяла это ему. Лишь немногие люди могли сражаться в предстоящей битве, и ей было необходимо ещё больше укрепить себя при помощи магии. Инстинкты Ремедиос никогда не подводили её в подобных моментах.

— Назад! Всем назад! Нет же, оцепите его! Этот демон очень силён!

Сказав это, она отступила вместе со своими людьми. Её подчиненные отступили дальше, чем она, но Ремедиос не могла отойти так же далеко. В лучшем случае она могла продвинуться на четыре метра назад, на дистанцию, с которой она сможет достать его одним шагом, а затем зарубить его.

Ялдабаоф размял свои плечи.

— Хааа ... эта девчонка как разъяренный бык. Что с тобой? Неужели ты так реагируешь на красный цвет?

Ремедиос проигнорировала насмешку демона, и войска во главе с Келарт и Калкой появились в ее поле зрения. Потрясенные видом Ремедиос, вступившей в сражение с Ялдабаофом, они поспешили. Ялдабаоф повернулся лицом к Калке, демонстрируя свою беззащитную спину Ремедиос. Однако ее инстинкты говорили ей, что Ялдабаоф может просто выжидать, пока она нападет на него сзади, и поэтому она стояла на месте.

— Вы двое! Он очень силён! Если вы не отзовёте своих людей, они умрут понапрасну!

Они сразу ответили на крик Ремедиос и были единственными, кто шагнул вперед. Ремедиос держалась на расстоянии от Ялдабаофа, обходя его, пока не стала напротив их двоих.

— Ремедиос, пожалуйста, не переусердствуй.

— Она права, сестра. Почему бы тебе не атаковать его вместе со всеми одновременно?

Слушая раздававшиеся за спиной их приглушенные голоса, Ремедиос неотрывно следила за Ялдабаофом. Возможно, он планировал использовать свою разрушительную способность. Если бы он сделал подозрительное движение, она бы тут же рванулась к нему, чтобы нанести удар.

Однако, Ялдабаоф не подавал ни намека на действие. Его расслабленный внешний вид раздражал её. "Я должна, я обязана сразить его!"

— Так ты и есть Ялдабаоф?

То, как он пожал плечами в ответ на вопрос Калки, лишь сильнее её разозлило. Каждая деталь в этом демоне всё сильнее выводили её из себя.

— Так и есть. ... Твоя рабыня атаковала меня без единого слова. Представь, что могло произойти, перепутай она меня с кем-то? В любом случае, меня больше заинтересовало то, что в Священном Королевстве есть неспособные к человеческой речи варвары. Ах да, просто чтобы убедиться, могу ли я спросить, не вы ли правящая Святая Королева?

— Так и есть.

— Не стоит говорить ему свое имя, госпожа Калка.

Ремедиос направила острие своего меча на Ялдабаофа.

— Вам нужно знать лишь то, что он - Ялдабаоф, а единственное, что мы должны сделать - убить его и отправить обратно в ад. Разговоры с ним лишь отравляют язык.

— А-ах, Ремедиос. Мы разговаривали...

Ремедиос наклонила набок голову, услышав растерянные слова Калки. Разве она когда-нибудь так говорила? Судя по волне жара и невероятной силы, пробежавшейся по всему её телу, скорее всего Келарт из задних рядов использовала заклинание. Её предыдущая атака не удалась, но сейчас она была уверена, что теперь сможет его достать. В эту секунду Ремедиос подумала: "вот оно", - разговоры всё таки выиграли им время.

— И все же я великодушен, поэтому желаю с вами немного поговорить. У вас есть вопросы?

Ялдабаоф прикоснулся рукой к области возле глаз на своей маске, такое движение Ремедиос часто видела в исполнении Калки, Келарт и её замкомандующего.

— И пожалуйста, подготовьтесь как следует. Ваш вид – и того, как отчаянно вы готовитесь меня одолеть – просто жалок. Вы лишитесь своих жизней силой, которая превосходит всех вас вместе взятых, и это зрелище станет еще большим отчаянием для тех свидетелей, кто увидит всё своими глазами. Какое же замечательное получится представление…

— Я не позволю этому случиться!

— Прости Ремедиос, но не могла бы ты немного помолчать?

В голосе Калки были слышны стальные нотки - и Ремедиос замолкла. Тон изменился едва заметно, но опыт подсказывал ей, что Калка была очень зла.

— Ремедиос, отойди назад.

— Н-но если я отступлю, я не смогу ничего предпринять, если он что-нибудь выкинет.

— Всё в порядке. Я не стану атаковать до тех пор, пока мы не закончим разговор или вы не нападете первыми.

— Как будто мы поверим словам демона!

— Ремедиос!!!

— Поняла.

Ремедиос отошла по команде, и её сестра прошептала ей через забрало шлема: "Госпожа Калка пытается узнать как можно больше о противнике. Не обращай внимания на слова демона что говорит этот демон и потерпи."

Ремедиос недовольно поморщилась. Её противником был демон. В таком случае следовало учитывать, что все его слова могли быть ложью. Если ринуться вперед и немедля его зарубить, можно сэкономить уйму сил и нервных клеток. С другой стороны, препятствовать её госпоже означало предать её доверие. Поэтому ей только и оставалось, что покрепче сжать кулаки и терпеть.

—Итак, Император демонов Ялдабаоф. Я хочу спросить кое-что. Зачем ты здесь? Если ты желаешь разрушить эту страну, почему не выдвинулся вместе с армией полулюдей? Или может быть ты…

— хватит, не надо больше слов. Я уже догадываюсь, к чему ты ведешь, и ты ошибаешься. Я пришел сюда один вовсе не для переговоров.

Приглушенное "ясно" послышалось от Калки, стоявшей за Ремедиос. Прозвучало это откровенно разочарованно.

— Есть две причины, по которым я прибыл сюда один. Во-первых, потому что есть две большие разницы, погибнете ли вы в хаотичной битве против полчищ полулюдей или от моей руки. Во втором случае вы впадёте в ещё больший ужас и поймёте всю безысходность ваших действий. Во-вторых, я здесь для того, чтобы избежать ошибок, совершенных мной в Королевстве. Я не ожидал встретить воина, равного мне по силам. Поэтому я и пришел сюда один: увидеть, найдутся ли здесь равные мне.

— А ведь могут и найтись, знаешь?

— Ха, в этом то я уверен - таких нет. Для этого я и дал вам столько времени. Если бы кто-то такой и существовал, он наверняка был бы в этом городе - бок о бок с самым важным человеком в этой стране. И все же, я никого не нашел. В том числе среди прячущихся здесь трусов.

— Ублюдок! Хочешь сказать, мы слабее чем тот воин?!

Ремедиос не могла сделать вид, что не слышала этих слов, они заставили её забыть о сдержанности и кричать со злостью. Слова Калки и сестры уже давно вылетели у неё из головы, но приказ не нападать едва удерживал её на месте.

— Именно это я и сказал. Или ты ещё и плохо слышишь? Это всё, что вы хотели узнать, Ваше Святейшее Величество?

— Остался последний вопрос… Ангелы, вперед!

Мощный голос Калки заполнил площадь, и ангелы, стоявшие по периметру и прятавшиеся среди священников, расправили крылья и взмыли в воздух. Пять ангелов, призванных заклинаниями третьего уровня - Архангелы Пламени. Ещё двадцать призванных магией второго уровня - Ангельские Стражи. И единственный ангел, призванный Калкой ещё до прибытия на площадь - Княжество Мира. Хотя она не помнила, какими силами обладали все ангелы, она знала, что призванный Калкой Княжество Мира мог использовать низкоуровневые божественные заклинания и способности наподобие [Защиты от зла], [Покарать зло], [Массовая тишина], потому что часто видела его призыв.

Почувствовав вокруг себя жажду убийства, Ремедиос поняла, что можно больше не сдерживаться, и рванулась в атаку. Обычно жрецы поддержали бы её атаку заклинаниями, но в этот раз этого не произошло. Возможно, они экономили ману для призыва ангелов. Ремедиос использовала один из навыков её класса - Убийца Зла. Божественная сила, исходящая из её клинка, усилилась.

В этот момент пятеро авантюристов внезапно появились позади Ялдабаофа. По всей видимости, они использовали магию невидимости, чтобы приблизиться к нему. Правда, она не знала, почему они вдруг стали видимы. Хотя она слышала о заклинании [Невидимость], ей было неведомо, как оно действовало или как оно может быть развеяно.

Ялдабаоф никак не отреагировал на неожиданно появившихся противников. Нет – не было похоже, что он их заметил. В этот момент она задумалась, не ошиблась ли насчет ауры устрашения, исходящей от Ялдабаофа. Или может здесь была всего лишь иллюзия или копия, а настоящего здесь и не было? Нет - она отбросила эту догадку. Такого не может быть. Её инстинкты - её способность чувствовать зло - кричали ей, что Ялдабаоф был здесь, прямо перед ней.

Авантюристы выглядели застигнутыми врасплох и в панике атаковали Ялдабаофа. Когда она уже было подумала, что клинки достигнут его, Ялдабаоф расправил позади себя пару странных крыльев. Ими он пронзил авантюристов, пытавшихся напасть на него сзади. Может, пенистая кровь и хлестала у него изо рта из-за того, что крыло пронзило его грудь и кровь попала в легкие, но в последнее мгновение своей жизни один из авантюристов смог нанести удар по Ялдабаофу. Ялдабаоф просто принял удар, не нанесший ему никакого вреда, и даже не пытался увернуться.

Раз они были здесь, эти авантюристы должны были быть довольно умелыми. Вполне естественно было предположить, что они владели оружием, зачарованным святым элементом во время подготовки к бою. Даже так они не смогли оставить на нем и царапины, чем доказали, что этот демон был весьма высокоранговым существом.

На перемену хода битвы ушло лишь несколько мгновений, и бегущая в атаку Ремедиос с воплем "ГРАААА" нанесла диагональный удар своим святым мечем. Ялдабаоф отскочил на один шаг и тентаклеподобное - нет, похоже это и был тентакль - крыло швырнуло мертвых авантюристов в неё. У Ремедиос не было намерений встречать их в лоб. Отпустив рукоять меча левой рукой, она отбросила их в сторону.

— [Ускорение потока!]

Активировав боевой навык, она сделала шаг вперед и оттолкнулась от земли. Но священный меч, который должке был пронзить горло Ялдабаофа, был заблокирован множеством внезапно выросших когтей. — [Святой удар]!

Она влила святую силу из меча в когти в момент соприкосновения. Эту элементарную технику паладины обычно использовали, когда пронзали вражескую плоть, но это не означало, что её нельзя использовать через прикосновение. Поскольку большая часть божественной силы просто взорвалась бы на поверхности, она бы почти не нанесла урон, но она всё равно использовала её. Она сделала так потому, что её инстинкты паладина - которые её сестра назвала животными - закричали, что она должна продолжать сопротивляться Ялдабаофу и не позволять пасть моральному духу окружающих солдат.

— Вот как...

Ангелы заняли всё пространство между Ремедиос и отступающим Ялдабаофом, а после начали атаку в полёте, примерно на уровне головы.

Ремедиос цокнула языком. Раздавшийся металлический скрежет, когда её священный меч вступил в контакт с когтями Ялдабаофа, бессовестно сообщал о твердости этих когтей. Кроме того, тот факт, что он мог легко избежать усиленного магией удара, пусть и нанесённого неряшливо, свидетельствовал о его физических способностях. Со столь могучим существом могли сразиться лишь немногие. Хотя ангелы, вызванные заклинаниями второго и третьего уровня, обычно были хороши в истреблении чудищ, в этой битве лишь мешались под ногами. В частности, латы ангелов, плавающих взад-вперёд, были бельмом на глазу.

— [Проникающая магия - Святой луч!]

Ее сестра атаковала заклинанием. Однако оно исчезло, едва достигнув лица Ялдабаофа, будто его никогда и не было.

— [Двойная проникающая магия - Святой луч!].

Калка пустила два луча света. Вероятно, она надеялась на лучшее, что хотя бы один из них сможет пронзить магический иммунитет Ялдабаофа, но к сожалению её атака оказалась столь же неэффективной, как заклинание её сестры.

Это означало, что он обладал очень высоким сопротивлением к магии. Другими словами, ...

"Я должна вложить все свои силы!"

Она взревела, чтобы воодушевить себя.

— Придумай что-нибудь, а пока отправь в атаку ангелов! В этих чарах нет смысла!

Дело обстояло так, что, хотя ангелы и имели преимущество в позиции и окружили его со всех сторон, Ялдабаоф оставался спокойным. Но это было закономерно. Даже после того, как он был окружен численно превосходящими силами, ни одна атака так и не сумела навредить Ялдабаофу.

Авантюристы подбежали к своим товарищам, упавшим к ногам Ремедиос. Хотя их неподвижные тела явно были мертвы, в них все еще тлела надежда, что они выживут.

— Как назойливо. Даже если вы не более, чем насекомые, рой таких все равно вызывает раздражение.

Слова Ялдабаофа звучали идеально гармонично.

Действительно, будучи в состоянии свести на нет заклинания, брошенные на него сзади, и идеально уклоняться от физических атак, он превосходил их во всём. Однако...

—По-твоему, нам не доводилось сражаться с такими врагами и раньше?

Как правило, вызванные монстры были слабее призывателя, если только последние не были специалистами. Поэтому были случаи, когда атаки ангелов оказывались бесполезными. Лучший способ использования ангелов против сильного врага…

Летающие ангелы бросились на Ялдабаофа, как единое целое. Они не использовали свои мечи, напротив, они хватали его, словно зажимая в тиски.

...сковать движение противника вышеописанным способом.

Довольно эффективно.

Возможно, напряжение нарастало, но Ялдабаоф перешел в наступление, и одним взмахом когтей заставил нескольких ангелов кануть в небытие. Но ангелы сзади заполнили промежуток, продолжая атаку вместо своих отсутствующих товарищей. Это и было страшно в призванных существах. Поскольку эти существа не умирали, даже когда их уничтожали, их можно было использовать и таким образом. Ангелы стекали, как свирепый водопад, без отдыха и передышек, а плавные контратаки Ялдабаофа заставили Ремедиос уставиться на все это в страхе. Однако…

"Как беспечно с твоей стороны!"

Ремедиос искусно подобралась к бреши в обороне Ялдабаофа, к фатальной ошибке, раскрывшейся в момент защиты от атак ангелов, падающих с воздуха.

— Что?!

— ГРААА!

Она активировала умение, а затем и боевой навык, и, используя свой священный меч, ударила со всей силы.

Она предпочла сберечь величайшую силу своего священного меча, так как её инстинкты твердили ей, что время той мощной способности, которую можно было использовать лишь один раз в день, ещё не настало.

Пораженный самым сильным ударом, не считая этого её козыря, Ялдабаоф взлетел, будто устремлённый за горизонт, и врезался в магазин напротив площади.

Ремедиос посмотрела вниз на свои руки, держащие клинок.

— О, чёрт.

— Сестра! У тебя получилось!

На восклицание младшей сестры пришёл сердитый окрик.

— Это ещё не всё! Как он мог отлететь так далеко?!

— Учитывая твою чудовищную силу, сестра, полагаю он вполне...

— Он полетел туда сам!

В самом деле, мало того, что он не позволил взять себя в кольцо, так она ещё и дала ему скрыться в доме. Тем фактором, благодаря которому они могли сражаться с такими врагами, как Ялдабаоф, была стратегия окружить противника и вынудить его драться с несколькими воинами сразу. Очень опасно позволить ему спрятаться в тесном доме. К тому же, могут смениться действия самого Ялдабаофа. Вероятно, он перестанет ходить вокруг да около.

— Ремедиос! Что нам делать? - прокричала Калка.

Обычно это Ремедиос спрашивает, а Калка отвечает - но сейчас роли поменялись. В бою она может принять более верные решения, чем эти двое.

— Разрушьте дом, не подходя к нему близко!

Услышав это, жрецы стали один за другим бросать заклинания. В мгновение ока они развалили дом. Однако трудно поверить в раздавленного обломками Ялдабаофа. Даже Ремедиос в её зачарованных доспехах легко может пережить такое, если только её на настигнет какая-то фатальная неудача.

Вдобавок...

Ремедиос посмотрела на свой незапятнанный клинок. Мог ли он избежать удара, просто взлетев? Использовал ли он боевой навык [Крепость] или что-то подобное? Или умение, присущее только демонам? "Тут столько разных вариантов, будет очень неприятно если я не смогу увидеть и удостовериться."

От воздействия заклинаний по площади соседние здания стали рушиться, создавая шум. Она всё никак не могла откашляться от поднятой пыли и грязи.

— Скажи, Ремедиос, почему Ялдабаоф ещё не вышел?

— Сестра, он мог уже сбежать с помощью телепортации?

"Этот демон с его самодовольными речами? Не могу представить, что такой сбежит, даже не получив урона..."

— Мы должны использовать огонь. Облейте все маслом и подожгите. Пожалуйста, можешь освятить его, госпожа Калка?

— Сестра, мы будем проводить Ритуал Священного Огня? Провести его, чтобы навредить противнику ... это действительно то, что должен делать паладин?

— Всё в порядке, если Ремедиос считает это лучшим решением, мы всё сделаем. Даже не так, мы просто должны это сделать. Раз он демон, это ему обязательно навредит.

Многие демоны устойчивы к огню, но Священный Огонь имел священный элемент, и сопротивляемость такому снижалась вполовину.

— Ну тогда, госпожа Калка, подготовка к ритуалу...

— У нас нет на это времени. Пожалуйста, проведите упрощенную версию.

Говоря это, Калка уверено смотрела перед собой и краем глаза Ремедиос увидела свою младшую сестру, ожидавшую услышать от неё "но это же…"

Упрощение ритуала Священного Огня сильно изнуряет и напрягает тело использующего. Это не то, что подчинённый Калки должен ей советовать, будучи ответственным за её здоровье. Но ещё хуже будет дать лишнее время Ялдабаофу.

— Если ты считаешь это лучшим выходом, я готова. Однако закончив в одиночку, я буду не в состоянии вас поддерживать. Прошу вас учесть это... Раз так, вы можете зажечь огонь прямо сейчас?

— Так точн...

— Ху-ху-ху. Эй, это довольно раздражает.

Неожиданно, из обломков раздался голос Ялдабаофа.

— Сестра!

— Я знаю!

Ремедиос тут же встала перед Калкой, взяв клинок на изготовку.

Всё-таки Ялдабаофа похоронило под обломками. Поэтому решение использовать Священный огонь было правильным. Они и не ожидали, что он потеряет сознание от возможного шока быть сожжённым под рухнувшим домом.

— Кажется, настало время стать серьёзным.

— Да ну? Тогда нам стоило это сделать ещё раньше. Я подожду, так почему бы тебе не показать свою силу? ...Калка, Келарт, назад.

Ремедиос прошептала им свои приказы. В то же время Ремедиос тоже отступила, позволив обречённым ангелам сформировать стену между ними и Ялдабаофом.

— О да. В таком случае, пожалуйста, отойдите. Будет очень печально, если вы погибнете от ударной волны.

Куча деревянных обломков и кирпичей приподнялась. Когда они опали на землю, что-то массивное поднялось из-под них.

— Ялдабаоф? - Ремедиос не могла, не пробормотать этого. Это было потому, что он выглядел совершенно иначе, чем раньше. Она даже подумала, что Ялдабаоф поменялся местами с другим демоном. Однако было не так много демонов, которые бы так выглядели.

Действительно, это был Ялдабаоф. Это была его истинная форма. Он взмахнул своими огненными крыльями, и кончик его хвоста воспламенился. Его пугающие мускулистые руки тоже были в огне. Его свирепое лицо выражало ярость.

— Жрецы, прикажите ангелам атаковать!

Повинуясь приказу Калки, жрецы приказали своим ангелам броситься в атаку. Ялдабаоф не контратаковал ангелов, когда они замахнулись своим оружием и ударили по нему. Несмотря на то, что он был окружен и его постоянно атаковали, это ничуть ему не вредило. Это выглядело так, будто толпа детей била палками по бронированным доспехам паладина.

— Это моя истинная форма.

Жуткий голос Ялдабаофа, казалось, пробирал до самых костей. Он сделал лишь шаг, и всех противостоящих ему ангелов отбросило назад. Игнорируя все их атаки, демон медленно сжимал огненную сферу руками, пока она не стала похожа на раскаленную вулканическую бомбу.

— Теперь вы, тупые назойливые насекомые, исчезните.

Ангелы, которые были перед Ремедиос, с треском исчезли. Ялдабаоф ударил с необычайной скоростью, и даже усиленная Ремедиос не смогла разглядеть ни одного его движения. Просто этого единственного удара оказалось достаточно, чтобы уничтожить всех ангелов, которые сформировывали стену для неё. Похоже это действительно была истинная форма Ялдабаофа.

Ремедиос сглотнула, увидев, что такая его подавляющая сила может с лёгкостью убить столько ангелов одним ударом, тогда она покрепче сжала священный меч. Пот лился с неё словно дождь, она чувствовала, как будто её кожа изменила цвет под доспехами.

"Смогу… смогу ли я победить? Нет -"

— Граааааа!

Ремедиос прокричала, чтобы прогнать свой страх. Если это необдуманное действие не возымеет эффекта прямо сейчас, то в душе она фактически признает своё поражение. Покрепче сжав свой святой меч, она устремилась вперёд. Она вложила всю мощь своего тела в стремительный нисходящий удар. Ялдабаоф не блокировал и не уклонялся. А потом - меч отскочил со смешной легкостью.

— ...Эм?

Меч, выкованный из мистического металла, что был твёрже адаманта, отскочил от кожи Ялдабаофа. Она подняла глаза и увидела, что Ялдабаоф смотрит на неё. Взгляд был похож на то, как человек безучастно смотрит на червя, извивающегося на земле.

— Сражаться с тобой без оружия это настоящая проблема... да нет же, здесь есть отличное оружие.

Ялдабаоф прошёл вперед, не обращая внимания на Ремедиос. Его массивное тело оттолкнуло ее в сторону.

— Что? Ч-чёрт возьми!

Ремедиос и только что призванные ангелы набросились на спину Ялдабаофа. Однако его металлическая блестящая кожа осталась нетронутой их лезвиями.

Они атаковали его заклинаниями. Однако, все они отскочили.

"Этот ублюдок не останавливается, на что он смотрит..."

Лицо Ремедиос побледнело, когда она посмотрела в сторону, куда направлялся Ялдабаоф. Там стояли Калка и Келарт.

— Эй вы, сделайте что-нибудь! Остановите его! Поторопитесь и остановите его!

Ремедиос прорычала приказы паладинам позади них. Она не могла представить, что они смогут сделать, но и позволить Ялдабаофу добраться до Калки и Келарт тоже не могла.

— Пусть Калка и Келарт отступят! Он идёт за ними!

Паладины и священники сомкнули ряды перед ними, образуя стену. Жалкую и слабую стену.

— Прекрати! Остановись!! СТОЙ!!!

Размахивая своим мечом вновь и вновь, взревела Ремедиос. Однако, ничего из того, что она сделала не смогло пронзить кожу Ялдабаофа. Паладины размахивали своими мечами, жрецы произносили свои заклинания, но даже так они ничуть не могли повлиять на Ялдабаофа. Он ступал небрежно, ни проронив ни слова. Люди, что касались вихрящегося вокруг него пламени, вопили и падали на землю, но Ялдабаоф не выглядел так, словно намеревался напасть.

— Вы двое, бегите! Мы не можем сдержать его!! - Кричала Ремедиос, а мысли её были в полном беспорядке.

Ялдабаоф должен был быть отбит авантюристами Королевства. По силе она была равна авантюристам адамантового ранга, возможно, даже посильнее некоторых. В таком случае, почему же она не может сделать ничего Ялдабаофу?

"Думай! Должно же быть что-то, что я могу сделать! Я должна найти что-то, что сможет навредить ему!"

Должна же быть какая-то причина непобедимости Ялдабаофа. Как, например, у некоторых монстров есть сопротивление ко всем металлам, кроме серебра, так и у него должна же быть своего рода расовая способность защищающая его тело.

"Но что это за способность???!!!!!"

Инстинкты, на которые она всегда могла положиться, сейчас молчали. До этого момента ей всегда могли помочь её вице-капитаны, или Келарт, или приказы Калки. Все что ей нужно было делать - просто выполнять их. Однако сейчас всем троим нечего было сказать. Ремедиос осознавала тщетность попыток, но в одном она была уверена. До тех пор, пока жива хотя бы одна из них, они помешают Ялдабаофу добиться своих целей.

Похоже, те двое тоже это осознали, потому сейчас они развернулись и бежали без оглядки. Это хорошо. На настоящем поле битвы над побегом некогда смеяться, как идиотам. Даже если Ремедиос умрет, то Святая Королева, глава этой страны, выживет, а будет жить она - будет и надежда. И даже в самом худшем сценарии, в котором могла бы умереть королева, пока её сестра жива - есть возможность воскресить тело и вернуть её к жизни.

Несколько жрецов, способных, по-видимому, на магию третьего ранга, выступили телохранителями Калки. Их защита должна была выиграть немного времени для побега.

— Хм... [Великая Телепортация]

Внезапно Ялдабаоф испарился, и меч в её руках рассёк лишь воздух.

— Что!?

Ремедиос запаниковала и оглянулась, а затем жалобный вопль дошел до её ушей. Сердце Ремедиос задрожало. Звук исходил с того направления, куда они убежали. Тем не менее, строй паладинов не позволил ей увидеть, что там происходило. Сила её магических предметов подавляла страх, но тревога не уходила. Если её сестру и их стражу убьют, то одна лишь Калка сможет противостоять Ялдабаофу. Она была жемчужиной Святого Королевства; пади она - и страна падет вместе с ней.

— А ну с дорогиииии! - Кричала Ремедиос, срываясь на бег.

Паладины шустро расступились, образуя проход. Она была слишком далеко от Калки. "Какая же я медленная..." Ремедиос всегда считала силу своих рук и быстроту ног вершиной человеческих возможностей, и она молча гордилась этим. Однако в этот момент она поняла, что всё это не больше, чем тщетное бахвальство.

Все, что ей требовалось - пережить один удар. Насколько бы израненной она не была, там было полно жрецов. Способ был, пока она ещё жива.

Пока Ремедиос бубнила себе это под нос, она увидела, что Ялдабаоф уже заполучил тело Калки. Ей не светила роскошь увидеть, что Келарт в безопасности. Массивная рука Ялдабаофа была сомкнута вокруг ног Калки. Его руки было объяты огнем. Она слышала звук, будто плоть шипела под раскалённой броней, её закрытое шлемом лицо выглядело обезумевшим от боли, а ровные ряды зубов были яростно стиснуты.

"Чертов ублюдок! Он взял заложника!"

Собирался ли Ялдабаоф потребовать что-то в обмен - принимая боевую стойку, Ремедиос не поверила его словам:

— Превосходное оружие.

— Ха?

Ремедиос взглянула на святой меч в своей руке. Он хотел его?

— С самого момента, как я впервые его увидел, я понял, что из него выйдет превосходное оружие.

Он поднял руку, цепляя Калку в поле своего зрения. Ялдабаоф размял руки. Выглядело это так, будто он просто сделал несколько махов на разминке. Раздался треск, и Калка изогнулась в безмолвной агонии. Неспособные выдержать силу Ялдабаофа и вес её собственного тела, суставы колена выгнулись туда, куда им выгибаться не полагается. Лишь теперь Ремедиос поняла намерения Ялдабаофа. Он собирался использовать Святую Королеву, Бессарезу Калку, в качестве оружия.

— Ты, да что ты такое...

Она не могла понять этого. Тем не менее, у неё не было выбора, кроме как принять это как данность.

— Хорошо, теперь мой ход?

Злобная улыбка появилась на этом яростном лице, и Ялдабаоф приблизился к ней.

Что ей делать?

Ремедиос отступила, и ей последовали паладины за её спиной.

"Что, что, чёрт возьми, я вообще могу сделать в такой ситуации? Что я должна сделать?"

Ремедиос оглянулась в поисках помощи и увидела позади Ялдабаофа жрецов, защищавших Калку и Келарт, а теперь распластавшихся по земле.

В то время, как жрецы лежали без движений, её сестра всё ещё слабо двигалась. Возможно, она тайно использовала заклинание.

"Келарт все еще жива! Но кого я должна спасти первым - нужно спросить Исандро."

— Исандро! Что нам делать?!

— Отступайте!

— Поняла! Все, отходим! Отступайте! Отступайте!

— Что? Решили не сражаться? И это после того, как я пошёл на все эти усилия, чтобы заполучить оружие, которым я настроился разбить вас... [Огненный шар].

Ялдабаоф протянул свободную руку и использовал атакующее заклинание третьего уровня. Огненный шар взлетел и разразился, испепеляя паладинов в зоне действия. Будучи защищенными заклинаниями огнестойкости, паладинам едва удалось избежать смертельного ранения. Однако, это спасло их только от смерти. Калка извивалась и боролась, но она не могла освободится от хватки Ялдабаофа.

— Ну что за надоедливая женщина. Сейчас ты - оружие. Веди себя соответственно.

Тело Ялдабаофа слегка согнулось, когда он поднял руку, которым держал Калку.

— ХВАТИТ!

Когда она поняла намерения Ялдабаофа, Ремедиос скорбно закричала. И затем Ялдабаоф откинулся вниз, игнорируя ее крики.

Шлёп.

Калка не могла среагировать вовремя, и ее незащищенное лицо жестоко врезалось в землю. Ялдабаоф снова медленно поднял свою руку, а Калка лишь бессильно с неё свисала, потеряв всякую волю к сопротивлению. У её шлема было открытое лицо. Для того, чтобы повысить мораль отряда своей красотой. Тем не менее, это же самое прекрасное лицо ныне превратилось в месиво свежей крови. Теперь оно было плоским, а переносица прогнулась во внутрь.

— Сукин сын!

— Урод! Остановись!

Один из её людей - паладин - не удержался и, обнажая меч, начал его заряжать. Ей хотелось остановить его, но было слишком поздно. Ялдабаоф отбросил паладина своим "оружием" с невероятной скоростью, казалось, будто в его руках и не было человеческого тела. Двое столкнулись, и паладин отлетел с громовым грохотом крушащегося металла. Его доспехи втянулись, будто от удара гиганта, показывая тем самым всю мощь столкновения с Калкой. Глаза Ремедиос сопровождали тело Калки.

Кожа людей была мягче, чем у других рас, однако сильные люди могли укрепить кожу с помощью Ки или магии, тем самым без проблем выдерживая удар клинка. Действительно, так и было. Если они были в сознании.

Возможно, её шлем сидел на ней не плотно и отлетел во время удара, потому как теперь её волосы ужасно играли на ветру. Ее перекошенное лицо было залито кровью, нос был разбит, а многих передних зубов просто не доставало, её глаза закатились, а из горла доносился едва слышный стон. Её красота, считавшаяся национальным достоянием, бесследно исчезла. Её нынешнее состояние было слишком трагичным для описания.

— Что нам теперь делать, Исандро?! Как нам спасти Калку?!

— Я, я не знаю!

— Нахрена ты тогда вообще нужен?! Не для таких ли моментов существует твой мозг?!

— Я никогда и представить не мог, что подобное вообще может случится! Мы ни на что не способны, кроме как отступить!

— Значит, ты хочешь, чтобы я бросила здесь свою сестру и Калку?

— А что ещё мы можем?!

И Ремедиос не нашлась, чем ответить.

— Боже-боже. Вид людишек, ссорящихся перед своим врагом, страшное зрелище. Ну, пора. Прелюдия закончилась.

— Что?

Ялдабаоф медленно вскинул взгляд в небо.

— Мои войска уже вот-вот подойдут к городу. Мне нужно разгромить ворота и вступить в бурю убоя и резни.

— Т…ты думаешь, что мы позволим тебе сделать это?

— Позволите? Мне не нужно ваше позволение. Всё, что от вас нужно - лишь принять. Назовём это подарок звезды.

Ялдабаоф поднял свободную руку, а дальше, будто бы искал что-то, он указал в небо.

— ОСТАНОВИСЬ!!! - Крикнула Ремедиос, так как не знала, что тот собирается сделать.

Однако, их всех будто приковало к месту, их руки были связаны. Всё потому, что они просто не могли атаковать Ялдабаофа, державшего Святую Королеву. Нет, все были напуганы тем, что если они атакуют его, то их примет на себя тело Калки. Разве могут они допустить, чтобы Калка умерла от их руки?

И совершенно не обращая внимание на застывших в забвении Ремедиос и остальных... упала звезда.

Глава 2. В поисках спасения

Часть 1.

Одинокая девушка шагала по улицам Королевства.

Её лицо сложно было назвать милым и привлекательным. Никому бы и в голову не пришло обернуться ей вслед. И всё же, девушка привлекала внимание, правда, в плохом смысле слова. Взгляд её крошечных чёрных зрачков, казалось, сверлил каждого на кого она смотрела, а тёмные круги под глазами будто бы принадлежали преступнице из тёмных подворотен.

В толпе отталкивающая внешность могла найти применение, но каждый раз на пунктах пропуска у городских ворот или в похожих местах она лишь привлекала к девушке чрезмерно пристальное внимание стражи.

Девушка, Нейа Бараха, подняла взгляд к небу. Небо над ней было затянуто темными тучами, давая ложное ощущение сумерек, хотя был ещё день. Зима перевалила за половину, но до весны ещё далеко.

Нейа устало вздохнула, и, напрягая унаследованное от родителей острое восприятие, зашагала к гостинице, в которой остановилась. Ощущение направленной на неё враждебности, навалившееся с тех самых пор как она вошла в город, заставляло её сохранять бдительность даже здесь. Всё это, разумеется, было лишь игрой её воображения.

В конце концов, она ведь носила плащ с натянутым на голову капюшоном, и никто не смог бы узнать в ней иностранку. Но атмосфера уныния не причудилась ей. Бросая взгляды на прохожих, она видела, что их лица опущены, а шаги тяжелы. Словно каждым из них завладело уныние зимы.

В обычных обстоятельствах она, скорее всего, списала бы это на счёт пасмурной погоды. Но подавленность – или, скорее, безотчётное уныние – которое она ощущала здесь, в столице королевства Ре-Эстиз, по всей видимости было вызвано чем-то другим.

"Быть может, это потому, что их совсем недавно одолели в битве. Тем не менее, по сравнению с людьми из Святого Королевства, они практически прыгают от радости."

Области к югу от залива оставались сравнительно безопасны, но северная часть Святого Королевства превратилась в кромешный ад.

Для освободительной армии, образованной из остатков армии Северного Святого Королевства, и для неё в частности, приехавшей сюда в качестве члена дипломатической миссии, эта новость была малоутешительна.

Чем больше она думала об этом, тем более подавленной она становилась, и Нейа, ищущими спасения руками, потянулась к поясу. Ощущение холода от стали отдалось в её руке. То было доказательством её личности - меч, украшенный гербом ордена Святого Королевства.

Обычно меч паладина должен был быть усилен простыми чарами, но её меч был лишен всякого зачарования. Так было потому, что оружие, которое она держала при себе, предназначались для тренировки солдат.

Лишь после завершения её подготовки и официального назначения паладином её меч проникся бы магией. Это был один из ритуалов, проводимых при становлении паладином. Хотя он, по сути, являлся немногим больше, чем заостренным куском стали, пока она официально не стала паладином, он являлся её личным оружием, сопровождавшим её долгие годы обучения и практики. Нельзя было винить её в том, что она развила привычку ласкать меч каждый раз, когда чувствовала себя неловко.

Ощущение своего любимого клинка успокоило Нейю, и она тихо вздохнула. Затем она раскрыла плащ и ускорила шаг.

Её шаг замедлялся каждый раз, когда она думала о новостях, что ей предстоит сообщить. Однако она не любила это ощущение и старалась двигаться быстрее, чтобы закончить с делами как можно скорее. В противном случае, она бы и дальше держала эти неприятные чувства в своём сердце.

Наконец, гостиница, где проживала их посольская партия оказалась в поле зрения.

Гостиница, которая, как говорят, входит в пятёрку лучших в Королевстве, была ну очень кричащей. И цены, которые они взимали, были такими же высокими, как её рейтинг.

Всякий раз, думая о трагическом состоянии своей родины, Святого Королевства, она не могла не чувствовать вины за то, что она купалась в такой роскоши, пока её соотечественники страдали. Правда заключалась в том, что лидер их дипломатической миссии возражала против пребывания здесь именно из-за упадка страны. Ей казалось, что они должны сократить свои расходы в этом путешествии и использовать оставшиеся деньги на другое, более нужное дело. Однако её мнение было отклонено, благодаря предложению помощника.

— Если мы, как представители Святого Королевства, поселимся в неподходящей нашему статусу гостинице, люди, которые нас видят, могут подумать, что Святому Королевству осталось недолго. Поэтому нам нужно оставаться в превосходной гостинице, чтобы показать, что наша страна по-прежнему могущественна.

Логика помощника была неоспоримой. Никто в группе не смог высказаться против. Однако их лидером руководили эмоции, и она упорно отказывалась принять такой вариант. После долгого тупика ситуация решилась тем, что другие члены делегации нехотя выбрали вариант, предложенный помощником.

Тем не менее, все понимали, что их средства на это путешествие очень ограничены, поэтому они просто не могут позволять себе лишние затраты. Для выполнения задачи в кратчайшие сроки задействовали даже Нейю, оруженосца.

Единственной целью визита их делегации в Ре-Эстиз был поиск помощи для Святого Королевства. Поэтому Нейа и остальные члены миссии проводили день за днём, обходя влиятельных персон в столице и пытаясь договориться о переговорах. Назначить встречу под силу любому, даже оруженосцу. В этом глава посольства права.

Однако, среди них Нейа была единственным оруженосцем. Тогда как все другие были настоящими паладинами. Даже если бы она и назначила встречу, как бы себя почувствовали люди, узнав, что всем остальным послали настоящих паладинов и только ему одному какого-то оруженосца?

Разумеется, ничего хорошего. Это понимала даже Нейа. Она пыталась осторожно возражать, но приказы остались неизменны. Как простому оруженосцу ей оставалось лишь подчиниться. Впрочем, уступила она не поэтому.

Свой личный провал она бы приняла без лишних вопросов, но совсем другое дело, когда твои действия могли привести к тому, что находящееся и так в плачевном состоянии Святое Королевство могло потерять поддержку со стороны Королевства Ре-Эстиз. Нейа просто не могла списать со счетов тот факт, что её ошибка могла повлечь за собой смерть ещё большего количества соотечественников простым "да, я поняла."

Однако тот факт, что простой оруженосец сразу же удрала гулять, не дожидаясь приказа, расстраивало лидера лишь сильнее. Казалось, она думала, что во всём виновата Нейа. К счастью, помощнику удалось все уладить, но у лидера делегации сложилось плохое впечатление о Нейе.

Нейа была выбрана для этой дипломатической миссии исключительно из-за ее обостренных чувств, что обеспечило им безопасность по дороге сюда. Она надеялась, что ожидать от неё содействия в других делах они не станут.

"Но не думаю, что я могу им так высказаться…"

Нейа подняла голову к небу и тяжело вздохнула, проводив взглядом вырвавшийся у неё изо рта и растаявший в воздухе клуб пара. Вспомнив про ожидающий её в гостинице неприятный разговор, она ощутила, как желудок начинает сжиматься.

Дворянин, с которым должна была встретиться Нейа, был мелкой шишкой в Ре-Эстизе, так что её неудача не такая уж и серьёзная, но глава миссии всё равно устроит ей выволочку.

"...Обычно, если хочешь назначить кому-то деловую встречу, другому человеку нужно будет время на изучения собесденика и его прошлого. Поэтому, встречу обычно назначали по меньше мере через неделю."

Что ж, по крайней мере это не звучало так, будто она жаловалось на отказ.

"Согласно инструкциям нашего лидера, через несколько дней мы покинем Королевскую столицу. Наш лидер, о да ..."

Их лидер была капризным человеком. Она не выглядела так, будто была в силах обуздать свои эмоции. Раньше она не была такой. Большего Нейа не знала. Раньше она была беззаботной... или, скорее, просто наивной, разве что не старалась быть учтивой. Однако со времён битвы, в которой они потеряли Святую Королеву, произошел драматичный сдвиг в её личности.

"...Неудовлетворительный результат, ну да..."

Независимо от того, насколько необоснованными были лекции её лидера, будучи оруженосцем, она могла лишь принимать их молча с опущенной головой.

Тем не менее, это ничто по сравнению с тем, как страдали выжившие люди в Святом Королевстве. Всё, что ей нужно было сделать - это опустить голову и переждать шторм. Набравшись решимости – какой бы хрупкой и слабой эта решимость не была – Нейа подошла ко входу в гостиницу. Она глубоко вздохнула, стянув капюшон, и открыла роскошные двери. Как и ожидалось от высококлассной гостиницы, она оказалась не в холле, а в маленькой комнате. Видимо, она предназначалась для того, чтобы гости могли очистить обувь от грязи.

Однако место, которое она посетила, находилось в престижном районе, таком же, как и эта гостиница, и оно тоже было вымощено камнем. Даже дождя не было, поэтому ей нечего было стряхивать.

Тогда Нейа просто открыла дверь, стоящую перед ней. Ее сразу же омыл порыв теплого воздуха. Консьерж находился прямо напротив неё, бар - справа, а лестничная клетка была слева. Рядом стояли диваны, предназначавшиеся для приёма гостей.

Внутри не было печи, однако факт того, что температура разнилась с наружной, указывал на присутствие волшебного предмета. Заклинатели Святого Королевства в основном были жрецами, и даже при том, что они могли создавать волшебные предметы, лишь малая толика из них предназначалось для улучшения качества жизни. В этом отношении Королевство превосходило Святое Королевство. В таком случае, насколько более продвинутой была Империя, о которой однажды упоминал ее отец? Хотя, возможно, ей никогда и не выпадет шанс там побывать, Нейа все еще питала смутное чувство восхищения Империей.

Как правило, деревенская девушка не видела ничего, кроме своей деревни на протяжении всей своей жизни. Бездарный воин, такой как Нейа, может всю свою жизнь служить своей нации и никогда не получить возможность посетить другие страны. С такой точки зрения, шанс поехать за границу можно было считать слабым лучом света в кромешной темноте грозовой тучи. Эти мысли пробежали в голове Нейи, когда она поднималась по лестнице к комнате на втором этаже, где находилась делегация. Люди в гостинице, казалось, вспомнили лицо Нейи, так как никто из них не принял её за постороннюю и не остановил.

Касательно вопроса о расходах: здесь должны были бы остаться лишь лидер со своим помощником, а все остальные переселиться в дешёвые гостиницы. Тем не менее, считая гроши подобным образом, они могли создать впечатление, что у Святого Королевства нет будущего. Все же, помощник выбирал слова крайне мудро и сумел убедить лидера.

Нейа подошла к двери комнаты начальника и постучала в нее, после чего она слегка приоткрылась. Внутри были паладины, размещённые в комнате для обеспечения безопасности. Та, кого они охраняли, является сильнейшим паладином Святого Королевства, а также главой посольства. В этом смысле, они скорее свита, чем охрана. А раз так, не разумнее ли было ей остаться за дверью? Впрочем, Нейа никогда не поднимала этот вопрос, прекрасно понимая, что сделает лишь хуже для себя.

— Нейа Бараха, докладываю.

Как только дверь открылась, она вошла в комнату. Перед ней была большая комната с длинным столом посередине, у которого сидел её капитан. Там же сидели капитан Ремедиос Кастодио и вице-капитан Густав Монтанис. Из семнадцати членов их делегации более половины стояли на страже вдоль стен.

Краем глаза она заметила разбросанные на столе перед ними документы. Большинство из бумаг были перечёркнуты.

— Капитан. Нейа Бараха явилась с отчётом.

Она выпятила грудь, встала смирно и представилась.

— Что они ответили?

— Мои глубочайшие извинения. Они отказались из-за нехватки времени. Сказали, что им нужно, по крайней мере, две недели.

— Тц, - Ремедиос цокнула языком.

У Нейи свело живот. Выражала ли Ремедиос свое недовольство Нейе, или дворянам, которые им отказали? Хотя обе возможности казались вероятными, Нейа не осмеливалась прояснить такой пугающий вопрос.

— Вот уж… Спасибо, что отправилась, несмотря на холод. Возвращайся в свою комнату и отдохни.

— Есть!

После слов Густава Нейа с трудом подавила вздох облегчения. Она хотела сразу же уйти, но оклик Ремедиос остановил её.

— Только хотела бы знать, ты точно дала им понять, что мы хотим начать переговоры как можно скорее?

— Аа? Мм! Да! Я пыталась упросить их, но, к сожалению, они отказали...

— Значит, это случилось не из-за твоего неумения вести переговоры?

— Ах, это, ну...

Она хотела сказать, что это не так, но не осмелилась. Кроме того, она уже знала, что не сможет избежать выговора, независимо от ответа.

— Капитан. Отказались не только те дворяне, к которым обращалась она. Остальные отвергали просьбы о встрече подобным образом. И даже некоторые из тех, кто соглашался на переговоры, давали понять, что не окажут помощи Святому Королевству.

Ремедиос посмотрела на Густава, который хотел было высказаться, чтобы прервать их разговор. Хотя он и промолчал, но напряжение повисло в воздухе.

— Нейа Бараха.

— Да!

Похоже, она не отцепится. Нейа в душе бессильно поникла, но внешне никак это не проявила, лишь смирно ответила. Теперь Густав встал между ними, но Ремедиос, не обращая на него внимания, не сводила взгляда с Нейи.

— Пока мы тут тратим время, полулюди и Ялдабаоф вырезают наш народ. Уже четыре крупных города пали, а вместе с ними бесчисленное число городов поменьше и деревень.

Эти четыре города были соответственно: столицей Хобурнс, где находился Великий Собор, который считался наивысшим храмом веры Святого Королевства; портовый город Римун, расположенный к западу от столицы; город-крепость Калинша, который был ближе всего к стене, и первый подвергся нападению полулюдей; и Поланд, город между Калиншей и Хобурнсом.

Другими словами, большинство крупных городов на севере теперь находились под контролем орд полулюдей Ялдабаофа.

— И захватили много заключенных, которых держат в лагерях, созданные на базе захваченных городов и деревень. Одного упоминания об этом месте достаточно, чтобы кровь застыла в жилах.

— Так точно!

Эти лагеря были окружены стенами, и никто лично не видел того, что происходит внутри, так как никто не смог проникнуть внутрь. Однако по слухам их охраняли полулюди. Те люди, которые подошли максимально близко, насколько это было возможно, говорили, что изнутри слышны стоны и крики агонии. К тому же, этот факт становился еще более убедительным из-за того, что никто и не думал, что Ялдабаоф, будучи демоническим лидером, будет гуманно обращаться с заключенными.

— Итак, зная всё это, ты всё равно вернулась с таким результатом? Ты действительно старалась изо всех сил? Обычно у тебя есть, что показать, если ты приложила к этому достаточно усилий, скажешь нет?

— Да! Мои искренние извинения!

На самом деле, она была права. Ремедиос угадала. Однако, … чувство, которое поселилось в сердце Нейи, не хотело исчезать. "В таком случае, какая польза от капитана паладинов Святого Королевства, если она не сумела спасти тех заключенных?" Она очень сильно хотела это сказать. Но ей, как оруженосцу Святого Королевства, это было непозволительно.

— Поскольку тебе жаль, что ты планируешь делать? Что ты можешь сделать, чтобы добиться конкретных результатов?

Нейа не знала, что сказать. Нейа была обычным гражданином Святого Королевства. У неё не было ни благородного титула, ни власти, ни богатства. Она не была даже паладином, а являлась обычным оруженосцем. Как такая как она, может что-то предложить дворянину Королевства, с которым она разговаривала. В такой ситуации всё, что она могла сказать, это:

— Я буду работать усерднее.

Психология общения. Однако, кажется, такой ответ не устроил Ремедиос.

— Я спрашиваю тебя, каким образом ты намерена работать усерднее. Твои тщетные попытки...-

— Капитан.

Густав перебил Ремедиос, до того, как она успела закончить свою мысль.

— Может, пока отложим? В конце концов, пришло время начать наши приготовления, не так ли? Вскоре приедут уважаемые члены «Синей розы». Если мы слишком задержим их приветствиями, мы их утомим, не так ли?

— И вправду. Оруженосец Бараха, усердно работай и продемонстрируй результат в следующий раз.

— Поняла!

Ремедиос взмахнула рукой. Другими словами, она имела в виду, что очень занята и отпускала её.

— Прошу прощения, капитан Ремедиос!

Нейа, несмотря на усталость, почти дрожала от радости и мысленно издавала крики восторга. Но тут её недавний союзник вдруг превратился в злейшего врага.

— Капитан, можно она будет присутствовать, когда прибудет Синяя Роза?

От слов Густава у Нейи на мгновение потемнело в глазах. Однако это касалось и её, потому что она была оруженосцем. Ремедиос посмотрел на своего адъютанта. Это было совсем не похоже на то, как она смотрела на Нейю. Ее заботливые глаза заставляли подумать, что это смотрит абсолютно другой человек, и от этого она сама чуть не смутилась.

— В самом деле? Ну, если ты так думаешь... но почему?

— Её, оруженосца, включили в состав миссии в первую очередь благодаря выдающимся навыкам восприятия. Возможно, она сможет заметить что-то такое, чего не заметим мы.

Битвы с Ялдабаофом и его войсками унесли жизни многих паладинов и оруженосцев, но выжило тоже немало. И всё же именно Нейю взяли в отряд благодаря её обострённым чувствам.

Хотя паладины были отличными бойцами, в остальном они мало чем отличались от обычного простолюдина. В этой миссии может возникнуть потребность в том, чтобы кто-то прошёл невидимым, обнаружил врага на большом расстоянии, проник в линии обороны и смог выполнять другие сложные задачи, а это требовало наличие спутника, способного к такой разведке.

При нормальных обстоятельствах можно было бы выбрать авантюриста или охотника, но большинство из них уже были мертвы, а остальные бежали на юг или в другие страны. Поэтому, за неимением более квалифицированных кандидатов, была выбрана Нейа.

Пока она была далеко от своего отца, она гордилась тем, что её чувства было намного острее, чем у тренированных паладинов. Она была очень счастлива, что её таланты могли послужить стране, но это чувство неуклонно стиралось. Теперь она начала возмущаться тем фактом, что её выбрали.

— Правда? Ну, если вы так думаете, тогда будь по-вашему. Я разрешаю.

— Спасибо большое, Капитан.

— Оруженосец Бараха. Как мы только что сказали, ты остаёшься в углу комнаты и слушаешь наш разговор. Если что-нибудь случится, сообщи нам. ... Теперь возвращайся в свою комнату и освежись, затем возвращайся.

— Так точно!

Наконец, подумала Нейа, но затем Густав последовал за ней. Выйдя из комнаты, он тихо сказал ей:

— Прошу прощения за капитана.

Нейа остановилась, повернулась, и затем она произнесла те слова, которые она укрывала в своём сердце все это время:

— Я сделала что-то, что расстроило капитана? Я имею в виду, я слышала, что битва за город, полностью изменила её, но что случилось?

— Многие паладины погибли в битве с Ялдабаофом, включая Святую Королеву и сестру капитана.

"Я знаю. Ну и что с того?" Тоже самое произошло и с Нейей. Она лишилась и отца, и матери. Сейчас во всём Святом Королевстве найдётся не так-то много тех, кто не лишился бы кого-нибудь из близких. Но, разумеется, сказать это вслух она не могла.

— Без возможности выплеснуть своё горе и злобу, капитан решила взвалить всё на себя. Я думаю, причина, почему она не вымещала злобу на нас, в том, что мы сражались и страдали вместе с ней.

"Какого черта!", - сердце Нейи содрогнулась, - "то есть, всё из-за того, что я не участвовала в той битве?"

Это просто несправедливо. В том городе присутствовала половина оруженосцев ордена, и многие в итоге погибли. Нейа не оказалась среди них исключительно благодаря удаче, а не по собственному осознанному выбору.

– Позволь мне также добавить вот что: пожалуйста, прояви терпение. Сейчас капитан незаменима для нашей страны.

— Несмотря даже на то, что она вымещает свою злобу на других и доставляет им проблемы?

— Именно.

В направленном на неё взгляде Густава чувствовалась боль.

Гнев пронесся по её телу. Она хотела кричать. Нейа знала, что эта женщина сильна, но все же Нейа тоже выполнила свою часть работы, чтобы они благополучно добрались до Королевства. Заметила дозоры полулюдей и была более осторожна, чем кто-либо другой, когда они разбивали лагерь ночью. Нейа сыграла немаловажную роль в том, чтобы доставить их отряд к месту назначения. Поэтому Нейа не считала себя менее ценной по сравнению с этой женщиной.

Однако Нейа остудила свои закипающие чувства. Ради людей Святого Королевства она должна вытерпеть. Каждая их неудача лишь продлевает страдания народа, противоречить предводителю в такой ситуации – самое глупое, что только можно придумать. Кроме того, она будет освобождена от этой обязанности, как только вернётся в страну. Таким образом, всё, что ей нужно было сделать – подождать ещё немного дольше. Нейа улыбнулась и кивнула:

— Поняла. Ради Святого Королевства я вытерплю всё это с улыбкой на лице.

* * *

Синяя Роза прибыла в гостиницу вскоре после того, как Нейа вернулась в комнату. Нейа ждала рядом с паладинами, неподвижно стаявшими у стен. Вскоре дверь распахнулась, и в комнату вошла группа людей.

Она не была их фанаткой, но репутация этой группы по-прежнему ярко сияла в Святом Королевстве, и это заставило сердце Нейи трепетать. Это были люди такого же, как и она, пола, но они поднялись на высоты, недостижимые для Нейи. Лично ей хотелось бы задать им много разных вопросов. Тем не менее, она не могла этого сделать.

"Они же... одна из трех адамантовых команд авантюристов Королевства. Синяя Роза ... они просто потрясающие ..."

До этого она только слышала их имена и внешнее описание из слухов, это был первый раз, когда она увидела их во плоти. Были довольно большие расхождения между тем, как она их представляла по рассказам и тем, как они выглядели на самом деле.

Во их главе команды была лидер Синей Розы - жрица, нёсшая священный символ Бога Воды, владелица демонического меча Килинейрам - Лакюс Альвейн Дейл Аиндра. Красивые черты очаровывали даже её спутниц, и трудно представить её искателем приключений высшего ранга, которыми обычно являются гении боя. Носи она платья, будет выглядеть принцессой, которых представляют себе простушки, как Нейа. Эта красавица говорила тем мягким голосом, который соответствовал всем фантазиям Нейи о ней:

— Спасибо за ваше приглашение. Мы Синяя Роза.

Вставшая поприветствовать их Ремедиос кивнула, выражая благодарность.

— Я не могу выразить вам всю признательность за принятие нашего приглашения, уважаемые члены Синей Розы.

— Это мы почтены приглашением от паладина с вашими навыками, владелицы святого меча, госпожи Ремедиос Кастодио.

Обмен приветствиями показал разницу между несколько жёсткой манерой речи Ремедиос, в отличие от естественной Лакюс. Казалось, будто та действительно благородных кровей.

— Ах, да это я тут должна быть счастлива встретить хозяина демонического меча. Кхм. Пожалуйста, присаживайтесь. Люди вокруг нас - это паладины Святого Королевства. Было бы лучше, если бы они стали свидетелями нашего разговора. Эмм, и, если после дела у вас будет минутка, я буду очень рада посмотреть на демонический меч.

— С удовольствием, а возможность созерцать ваш священный меч безусловно польстит и мне. Итак, раз хозяин предлагает, давайте все рассаживаться.

Синие Розы непринуждённо расселись, некоторые даже скрестили руки на груди. "Неудивительно, что люди с их навыками и положением не придают особого значения этикету", - подумала Нейа. Интересно, они были такими всегда или это пришло со временем?

— Должны ли мы все представиться?

Вероятно, желая помочь Ремедиос выкрутиться, им ответил вице-капитан:

— Нет, в этом нет необходимости. Новости о ваших похождениях расходятся по всему Святому Королевству. А, немного поздновато, но я - вице-капитан отряда паладинов, Густав Монтанис.

Лакюс вежливо улыбнулась на ответ Густава.

— И то верно. Хорошо, если о нас расходятся добрые вести.

— Ох.

— Да. О вас мы слышали только хорошее. По правде, мне очень трудно скрыть восхищение вашими героическими деяниями.

Кажется, Ремедиос хотела что-то сказать, но Густав перебил её. После этого он улыбнулся Лакюс как ни в чем не бывало.

— Как прелестно. Хоть мне и хотелось бы услышать, что это за слухи, но мы здесь по приглашению. И мы не вправе тратить бесценное время клиента. Итак, давайте обсудим подробности.

— Хмм. Прежде всего, я хотела бы узнать имя той девушки.

Нейа встрепенулась, поняв, что одна из близнецов-воровок указывает на неё. Вторая тоже смотрела с интересом.

Эти двое, должно быть, близнецы воровки, известные как Тиа и Тина. Несмотря на членство в Синей Розе, повсеместно известной даже в Святом Королевстве, о них не было никаких сведений или рассказов о их делах. Та ещё таинственная парочка. И сейчас эти двое указывают на неё. Нейю словно внезапно вытолкнули на сцену со зрительского кресла. Она могла лишь в замешательстве молчать, не понимая, что происходит.

— У этой девушки тело совсем не воина. В отличие от нашей "горы мышц".

— Эй! И как это понимать?!

Это произнесла Гагаран, женщина-воин с телосложением, напоминающим кирпичную стену.

— Да так и понимать... Она не воин, как ни посмотри. Воин это вот.

— Эй, эй, такое телосложение просто приходит с тренировками, знаешь ли.

— Значит, ты хочешь её потренировать, Гагаран?

Лица близнецов ожесточились.

— Я не это имела в виду, мне её жаль.

— Эй! Мне кажется, или ты преисполнилась самомнением, раз тренируешься со мной? А!

— Ничего не изменилось. Просто мне больно, когда ты обнимаешь меня со всей силы, когда я сплю...

— Вы двое, прекратите ... Прошу простить нас за это.

— Пожалуйста, не обращайте на нас внимания. Её зовут Нейа Бараха. У неё обострённое восприятие и она очень сильно помогла нам добраться до этих мест.

— Понятно.

Ответ был плоским и бесчувственным, без тени симпатии.

— Хм. Ну, хотя это наша вина, мы не перешли к главной теме. Если никто не возражает, может уже начнём? Кроме того, давайте не будем разводить беседы, как какие-то капризные дворяне, хорошо? Давайте поговорим начистоту, если вы не против.

— Эвилай, - с укоризной сказала Лакюс.

Это была магическая заклинательница Эвилай. Одетая в маску, она обладала мощнейшими заклинаниями, которые она не демонстрировала ни при каких обстоятельствах. У неё очень худощавое телосложение, и ходили слухи, будто она принадлежит к расе, обладающей маленьким телом.

— Нет, всё в порядке. Я не очень хорошо разбираюсь в сложных взаимоотношениях.

— Капитан…

— Фух. Ну, раз их босс дал своё добро, как поступим мы? Кроме того, как только нам заплатят нужную сумму, они станут нашими клиентами. Давайте не будем беспокоиться о возможности задеть чьи-то чувства, а поговорим о деньгах. Ведь все будет лучше договориться как можно скорее?

Лакюс вздохнула, и Эвилай продолжала, как будто насмехаясь над ними.

— Что ж, раз наш босс тоже согласна, то так и поступим, так что давайте обсудим кое-какие детали, прежде чем говорить о вознаграждении? Полагаю, вы хотите поговорить о демоне, который осквернил вашу страну. Ялдабаофе?

— Вы знали?

— Ой-ой, вы правда считаете, мы не знаем, чем занимаются дворяне? Вы знаете, у Королевства есть торговцы, плавающие морем. Кроме того, представители Гильдии искателей приключений также обмениваются информацией. Как вам такое? Не хотите ли поделиться тем, что вам известно? Честно говоря, нас больше интересует информация, а не деньги.

— Хм ... можно мы отойдем на минутку, чтобы я могла обсудить это с Густавом?

Эвилай отмахнулась, давая понять, что могут делать то, что им надо, тогда Ремедиос и Густав поднялись и перешли в соседнюю комнату - спальню.

— Можем пока взять этот кувшин?

Гагаран указала на кувшин с водой и стаканы вокруг него, обращаясь к Нейе.

"Почему я", - про себя разозлилась Нейа, отвечая вслух: "Пожалуйста". Она хотела похвалить себя за свой прекрасный тон и не дрожащий голос. Пока Гагаран наливала всем воду, Ремедиос и Густав уже вернулись.

— Мы заплатим вам деньгами, так что могли бы вы рассказать, что вам известно?

"Ну вот…", - подумала Нейа. По какой-то причине у неё было ощущение, что Ремедиос, которая жаловалась на расходы на пребывание в гостинице, это не одобрит. Хотя Густав, вероятно, что-то сказал ей, но Нейа и понятия не имела, какие доводы он использовал, чтобы убедить её."

— Так тоже сойдёт, хотя я думаю, что мы смогли лучше помочь вам разобраться со всеми вопросами, если бы вы рассказали нам о текущем состоянии Святого Королевства.

— Позвольте мы заплатим условленную сумму.

Густав быстро положил на стол маленький мешочек.

— Ммм. Ой.

Эвилай кивнула в сторону одной из воров. В ответ та быстро протянула руку и схватила мешочек, слегка подбросив его в руке. Затем она поймала его и кивнула Эвилай. Вероятно, она пыталась определить, достаточно ли в нём денег, просто подбрасывая его.

— Хорошо. Тогда я, Эвилай, выражу общее мнение. Хотя, как я уже говорила, требовать всю инфомацию о Ялдабаофе, который мы владеем, это немного слишком. Давайте начнем с того, что произошло в нашей стране. Но для начала я хочу кое-что подтвердить. Ваш Ялдабаоф выглядит так, верно?

Эвилай взяла со стола перо и лист бумаги и начала рисовать мазками. Тем не менее, картинка, которую она нарисовала, можно было бы принять за детскую мазню. Ремедиос собиралась сказать: "Нет, это не ...", прежде чем одна из близняшек схватила бумагу и разорвала её пополам.

— Что, чёрт возьми, ты творишь!?

Пока Эвилай была в ярости, другая вор-близнец схватила перо и быстро нарисовала новый рисунок, а затем показала Эвилай уже готовый. Заклинательница в маске пробормотала "угу..." недовольным тоном. По правде говоря, он был гораздо более качественным, чем предыдущий. Его вид было очень сложно описать словами. Он был одет как иностранец и носил странную маску. Взглянув на изображение, Ремедиос сердито сжала кулаки и зарычала, как дикий зверь:

— Это этот сукин сын!

Увидев это, близнецы и Эвилай прекратили конфликтовать и повернулись к Ремедиос.

— Так, мы удостоверились, что это тот же самый чело… тот же демон. Если бы подобные ему появлялись один за другим у нас были бы серьёзные проблемы. Как говорят, хвала богам и за такую милость. А теперь, …

И Эвилай поведала о событиях, которые произошли в столице, от услышанного сердце Нейи сжалось... Она знала, что Ялдабаоф силён. Знала она, что и демоническая армия, и этот чешуйчатый демон существуют, поэтому она не была шокирована. Но тот факт, что помимо них было ещё пять демонических горничных, каждая из которых могла справиться с целой группой адамантовых авантюристов, толкнул её в пучину отчаяния.

"Не думаю, что кто-то видел демонов-горничных в Святом Королевстве. Значит, это козырь Ялдабаофа? Подумать только, у него припасено нечто подобное"

— Тогда, как бы вы оценили сложность миссии против Ялдабаофа?

Вопрос Густава заставил членов Синей Розы переглянуться друг с другом, но в конце концов от их лица по-прежнему говорила Эвилай.

— Позвольте сначала пояснить, что эта оценка очень субъективна. Она может отличаться в большую или меньшую сторону, надеюсь, вы это учтёте. Итак, мы примерно оцениваем ранг этого демона в 200 единиц.

— Две сотни...

У Густава перехватило дыхание. У Нейи чуть не перехватило дыхание, но сумела побороть этот импульс. Некоторым паладинам, стоявшим вдоль стен, повезло меньше. Единственным кто сохранял спокойствие была Ремедиос, выражение её лица ничуть не изменилось. Если Нейа правильно помнила, сложность, оцениваемая в сотню, уже являлалсь чем-то недостижимым для человека.

— Насколько точно силен рейтинг в 200?

У Эвилай, видимо, были трудности с ответом на вопрос Ремедиос.

— Хотя кто-то с рангом, оцениваемым в 200 еще не появлялся в человеческом мире... Что ж, взрослые драконы будут в районе ста.

— Взрослый дракон ... я никогда не сражалась с ними раньше, но можно ли он их сопоставить с кем-то столь же сильным, как Хранитель Божества Мирового океана?

Божественным Хранителем Океана называли Морского дракона, обитавшего в море. У него было по две руки и ноги, а также длинный толстый хвост, заменивший атрофированные крылья. Он скорее напоминал морского змея, чем дракона, а его интеллект можно было назвать сравнимым с человеческим, а может и превосходящим его. Довольно доброжелательное существо, которое защитило бы корабли, если бы к нему проявляли должное уважение.

Нейе очень повезло увидеть это однажды, издалека, когда они отправились в Римун в отпуск. Он держал голову высоко над поверхностью моря, а его вид был столь величественен, что в его титуле Божественного Хранителя Моря нельзя было усомниться.

— Капитан Ремедиос, если мы возьмем победу над Божественным Хранителем моря как точку отсчета...хм, будь здесь рыбак, он бы точно на меня косо посмотрел. Но всё равно, это означает, что он вдвое сильнее взрослого Дракона.

— Действительно. Мы определили, что он сильнее легендарных Демонов-Богов, которые были побеждены Тринадцатью Героями. То есть его появление в человеческом мире чревато огромной трагедией, в ходе которой несколько наций будут уничтожены. Вот насколько он силен.

— Подождите, я слышала, что когда Ялдабаоф вероломно напал на Королевство, то его прогнал господин Момон. Не значит ли это, что господин Момон должен быть столь же сильным?

Ремедиос сглотнула, но продолжила:

— Или же...он использовал некий особый предмет и с его помощью одолел Ялдабаофа?

В тот же момент тон Эвилай изменился. Нейа не видела её лица, но у неё было ощущение, будто бы лицо Эвилай покраснело под маской.

— Я не думаю, что он использовал некий предмет. Как бы там ни было, господин Момон великолепно сражался в дуэли с Ялдабаофом. В то же время я сражалась с подчинёнными Ялдабаофа, поэтому я не смогла увидеть весь их бой, но, клянусь вам, это была ужасающая битва. Битва, в которой сражался герой среди героев, чемпион среди чемпионов.

— П.. правда? – едва выдавил из себя Густав, придавленный внезапным энтузиазмом Эвилай.

— Точно! Ах, какая это была потрясная битва. Господин Момон защищал меня, сражаясь с Ялдабаофом, представляете?

— Получается, он сразился с Ялдабаофом, этим монстром, и прогнал его прочь? Неужели?

— Что? Не хочешь ли ты сказать, что мои глаза меня обманули?

Эвилай ответила на вопрос Ремедиос злобно и резко. Густав изо всех сил пытался развеять нарастающее в воздухе напряжение.

— Вовсе нет, Капитан имела в виду, что если Чёрные нашли какую-то слабость Ялдабаофа, то, может быть, и мы могли бы поступить так же. Простите, что выразились недостаточно ясно.

— Нет, это мы должны извиниться за неподобающий тон, которым наша Эвилай использует в общении с клиентом, - ответила Лакюс.

Таким образом, два наиболее активных участника разговора были оттеснены в сторону, а их спутники постарались сгладить произведённое негативное впечатление.

— Мм ... ну если предположить, что у Ялдабаофа действительно есть слабое место, господин Момон, должно быть, одержал победу, ударив именно туда. Однако, трудно представить, что такой демон оставил бы свои слабые места без защиты.

— Действительно. Возможно, он использовал какой-то предмет или подчиненных, чтобы  компенсировать недостатки.

В то время, когда она впервые услышала о демонах-горничных, ей было известно о нескольких могущественных демонах-приспешниках Ялдабаофа. После того, как они допросили полулюдей, они узнали, что их было по крайней мере три.

Был демон, правивший пустыней, где жили полулюди.

Был демон, правивший портовым городом Римун.

И, наконец, покрытый чешуёй демон - командующий армией полулюдей.

— Хорошо, вы можете рассказать нам поподробнее об этом чешуйчатом демоне, которого вы упомянули?

— Точно, какие у него есть способности?

— Хорошо, я с ним уже однажды сражалась, поэтому возьму роль Эвилай и расскажу сама.

Лакюс описала способности демона и ход схватки. Её рассказ окончился на том, что демона сразил Брэйн Унглас – человек, примерно равный Газефу Строноффу.

— Это странно. После падения столицы Святого Королевства Ялдабаоф не показывался, но вместо него армиями полулюдей командует чешуйчатый демон. Разве вы его не уничтожили?

— И то верно..., впрочем, мы лично встречались с этим Брэйном, и вряд ли он лжёт. Это, должно быть, просто рядовой демон высокого уровня.

— Другими словами, Ялдабаоф может призывать таких демонов сколько угодно, при подходящих условиях? Или он просто призывает одного и того же демона снова и снова?

У Нейи не было таланта к магии, но в её обучение входила теория. Призвать несколько существ сразу очень тяжело. Иначе говоря, пока одно заклятье призыва продолжает действовать, новое просто отменит предыдущее. Призванное существо вернётся туда, откуда его призвали, а новое займёт его место. Но те, кто способен использовать заклинания призыва высокого уровня, могут одновременно призвать несколько низших монстров, то есть тех, которые призываются заклинанием меньшего уровня. Например, заклинание четвёртого уровня может призвать нескольких монстров, призываемых заклинанием третьего уровня.

— Этого я не понимаю. Для нас остаётся загадкой, по каким принципам он призывает демонов. Создаётся впечатление, что он призывает их магией, но в то же время не может вызвать сразу много сильных демонов. А если может, то возникает новый вопрос: почему он не поступил так в Ре-Эстизе? Возможно, если бы был заклинателем со специализацией в призыве, он мог бы призвать несколько копий одного и того же существа.

— То есть, даже если мы одолеем всех чешуйчатых демонов, Ялдабаоф просто может призвать их снова?

— Похоже на то. Но только в том случае, если он действительно использует магию. Если это какая-то особая способность или предмет, всё может быть иначе.

— Получается, эта сторона его способностей вам неизвестна.

— Так и есть. Уж простите. Мы очень мало о нём знаем.

В словах Эвилай читалось явное огорчение.

— Эм, вы ведь в курсе, что я не поняла ни слова?

— Я объясню вам это позже, капитан.

— Нет, объясни сейчас. О чём вы сейчас говорили?

"И это наш капитан... Та, что должна вести нас..."

— Кстати, та отвратительная горничная-насекомое, она тоже призвана Ялдабаофом?

— Не знаю. Не хочу и предполагать такой вариант...

Синие Розы пустились в обсуждение между собой.

— Эм, могу я задать вопрос?

После нерешительного вопроса Нейа внезапно стала центром всеобщего внимания, и тут же пожалела об этом. Ей показалось, что взгляды присутствующих были прикованы к ней. Возможно, стоило промолчать, лучше бы кто-то другой задал этот вопрос. Впрочем, сделанного не воротишь. Она собралась с духом и продолжила:

— Это может быть элементарный вопрос, но откуда пришёл этот Ялдабаоф? Сохранились ли какие-либо упоминания о нём с минувших дней?

— Это неизвестно. Мы изучали все виды литературы, но мы не смогли найти это имя ни в одном из них. Мы также пытались найти подсказки, основываясь на его внешности, но всё тщетно, мы не смогли продвинуться ни на шаг.

— Возможно, это псевдоним? Может, в прошлом он бесчинствовал под другим именем?

— Сомневаюсь. Для демонов – это относится и к ангелам - их имена являются очень важной частью самого их естества. Если демон хочет материализоваться, он должен выгравировать своё имя в этом мире. Поэтому они не могут использовать фальшивые имена. Эксперименты показывают, что использование фальшивого имени может даже заставить их исчезнуть на месте.

Нейа почти ничего не знала о демонах и ангелах, но если так говорит маг-заклинатель адамантового ранга, то это должно быть правдой.

— Что касается его происхождения, если он прибыл с другой части континента, то вполне естественно, что у нас может просто не быть о нём никаких сведений... но, если подумать, все предположения кажутся равновероятными, и поэтому никто не знает, с чего начать.

Эвилай пожала плечами.

— Скажи. Что, если у вас неверное описание внешности Ялдабаофа? Ялдабаоф, которого видели вы, был таким же, как Ялдабаоф изображённый на картинке? Что если он изменяет свою внешность?

— Хо, — Эвилай наклонилась над столом в направлении к Ремедиос, — не могли бы вы дать больше подробностей?

— Нам удалось прижать Ялдабаофа в этой форме настолько, что он показал свою истинную форму...

Ремедиос закрыла глаза.

— Это обернулось для нас полным поражением.

— Не могли бы вы раскрыть детали.

— Мы ведь можем сказать им, Густав?

— Да, нет никаких возражений. Если мы сможем узнать больше о его происхождении, то скрывать эту информацию было бы ошибкой.

— Что же, раз мы решили, что полезнее будет раскрыть информацию....

Ремедиос начала бормотать и ворчать, а после рассказала Эвилай о внешности Ялдабаофа. Рассказав половину, Ремедиос скривилась от гнева. Вероятно, она вспомнила битву, о которой никто из присутствующих ничего не знал.

— Хорошо, тогда мы продолжим наши исследования, основываясь на том, что мы только что узнали. Мы проинформируем вас о наших находках, поэтому не могли бы вы сказать нам, вы останетесь в этом городе?

— Мы еще не решили. В любом случае, значит ли это, что вы ничего не знаете об этой форме?

— Лакюс, есть мысли?

Лакюс покачала головой.

— Вот так вот. Мне жаль.

— Я понимаю. Что ж, после того, как мы примем решение, мы немедленно свяжемся с вами.

— Но в этом случае, нам придется рассмотреть наихудший сценарий: возможно, его появление в Королевстве было частью плана и должно было создать ложное впечатление, поэтому он сознательно не показывал свою истинную силу.

— Другими словами, настоящей целью Ялдабаофа была наша страна, а на Королевство у него другие планы?

— Вполне возможно. Если бы Ре-Эстиз было его главной целью, он бы показал свою истинную форму так, как он сделал это в Святом Королевстве, разве нет? Или это из-за того, что он был сражен силой Господина Момона и решил защитить свою истинную личность, прежде чем его план окончательно провалится? Я действительно не хочу думать, что это так.

Слова Эвилай покинули комнату в мрачной тишине, настолько глубокой, что даже незаметные звуки дыхания казались очень громкими. Кто заговорит первым? В этой напряженной атмосфере Лакюс доказала свою храбрость.

— Теперь, позвольте мне снова сказать, что мы все в одной лодке. Мы хотим узнать больше о Ялдабаофе. Честно говоря, всё, что мы узнали, это проанализированная информация после нашей с ним встречи. У нас нет и намёка на цели Ялдабаофа, его истинную личность или способности.

— Может быть, мы могли бы призвать демонов, чтобы узнать о Ялдабаофе... Но это запятнает душу. И даже если мы призовём низших демонов, вполне вероятно, что они ничего не знают о высших демонах. В таком случае, нам нужно связаться с экспертом-призывателем.

— К сожалению, мы не знаем никого, кто был бы хорош в призыве демонов.

Эвилай была первой, кто дополнила слова Лакюс, второй была одна из близнецов.

"Конечно, никто не станет этим заниматься, по крайней мере, не при обычных обстоятельствах", - подумала Нейа.

Эти демонологи, как правило, были злыми сущностями, и, к счастью, очень немногие из них обладали хоть каким-либо значимым могуществом. Это происходило потому, что то, чем они занимались, приводило их к саморазрушению либо смерти от рук карательных отрядов. Конечно, могли существовать некоторые специалисты в этой области, которым удалось избежать проблем, но такие люди обычно скрывались в тени и не имели друзей.

— Ещё больше пугает перспектива просто сидеть и ждать своей смерти. В следующий раз, когда монстр придет в Королевство, я лично хочу заставить его рыдать. Для этого мне нужно знать о нём как можно больше.

— Кроме того, в Королевстве у него не было никаких армий полулюдей. Если он вербует их из-за его прошлой неудачи на нашей земле, тогда нам следует опасаться его ещё больше.

Эти слова произнесла Гагаран, а близняшка всем своим видом показала, что поддерживает её.

— Вот почему вы хотели бы знать всё то, что знаем мы?

Все в Синей Розе кивнули. Лакюс подытожила за всю команду:

— Мы заплатим сумму, эквивалентную ранее оговариваемому вознаграждению.

— Капитан. Могу ли я взять на себя эти переговоры?

Ремедиос незамедлительно дала утвердительный ответ на вопрос Густава.

— Вместо денег мы хотели бы попросить о вознаграждении другого рода.

— Какое именно? Конечно, мы бы хотели угодить вам, но в наших силах далеко не всё... Однако, если вы хотите установить контакт с могущественными дворянами, это мы можем устроить.

— Вот как? Спасибо за предложение. Но мы имели в виду другое: не могли бы вы приехать в нашу страну и сражаться вместе с нами?

Комната вновь погрузилась в тишину. Это длилось несколько секунд - нет, возможно, дольше. Следующим звуком, который они услышали, был скрип стула, на который облокотилась Лакюс.

— Мне очень жаль, но мы не можем предложить в качестве вознаграждения такое.

— В наших правилах сначала собрать всю возможную информацию о предстоящем задании, всё-таки мы не хотим погибнуть при его выполнении. Ваша просьба полностью противоречит нашим правилам.

Эвилай пожала плечами, словно говоря, что ничего не поделаешь.

— Мы не будем просить вас сражаться с Ялдабаофом. Все, что вам нужно будет делать - это быть в тылу и поддерживать нас магией исцеления.

— Хватит, у вас нет никаких гарантий.

Резкий ответ Гагаран лишил их дара речи.

Она была чертовски права. Северная часть Святого Королевства теперь находилась под контролем полулюдей Ялдабаофа, и всё, что они смогли сделать, это организовать относительно слабое сопротивление. Многие люди находились в плену и лагерях, а остатки способных сражаться паладинов прятались в пещерах и выполняли роль стражи.

— Всё не совсем так. В самый последний момент нам таки удалось остановить наступление полулюдей.

Под контролем людей осталась южная часть, где в настоящее время армия людей и силы Ялдабаофа стояли лицом к лицу и наблюдали, так что это можно назвать переломным моментом. Для Нейи, которая знала правду о текущем положении, слова Густава звучали скорее как ложь, чем правда.

— Согласитесь ли вы в таком случае?

— Отказываюсь.

Ремедиос переформулировала своё предложение, но Эвилай категорически отвергла его. Учитывая то, что остальные члены Синей Розы молчали, было очевидно, что она не одинока в своём мнении. Должно быть, все считали так же.

— Честно говоря... хотя мы смогли остановить его в последний момент, но сейчас мы загнаны в угол. Святое Королевство в руинах, но южные войска все еще невредимы. Однако их недостаточно, чтобы самостоятельно победить Ялдабаофа.

Густав налил себе стакан воды, выпил и продолжил.

— Причина, по которой мы еще не были полностью завоеваны, состоит в том, что флот удерживает армию Ялдабаофа на северной береговой линии. Если Ялдабаофу удастся как-нибудь справиться с ним, тогда он немедленно продвинет свои войска на юг и нас сметут в мгновение ока.

Стоит упомянуть, это было мнение человека с севера, который знал силу Ялдабаофа. У людей с юга, вероятно, были на этот счёт совсем другие планы. Например, отгонять Ялдабаофа своими собственными силами. С одной стороны, причина была в том, что они не обменивались информацией, а с другой сказывалась давняя вражда между севером и югом. С самого начала дворяне юга непрестанно протестовали против того факта, что женщина – к тому же, сместившая старшего брата – будет коронована и станет Святой Королевой. Такое было впервые в истории.

Поэтому, дабы избежать противостояния севера и юга, Святая Королева игнорировала даже такие необоснованные обвинения, как "Святая Королева взошла на престол лишь потому, что у неё есть кое-какие связи с храмами, и ей тайно помогла Келарт Кастодио". После этого юг не стал обострять ситуацию и полномасштабного противостояния не произошло, во многом потому, что север и юг обладали примерно равными силами. Теперь, когда север был в руинах, у юга больше не было причин снова сдерживаться. Таким образом, юг начал унижать север.

Даже перед лицом вторжения Ялдабаофа люди по-прежнему устраивали между собой распри. Нейа считала, что это просто смешно. Кроме того, ходили слухи о борьбе за власть, за титул следующего Святого Короля. Всё это только больше расстраивало Нейю, простолюдинку.

— Звучит совсем невесело.

— Так и есть. Военный флот мало что может противопоставить в битве против летающих демонов, и такие стычки наносят ему колоссальный урон. Если так и будет продолжаться, недолго они смогут удерживать армию Ялдабаофа. Нам нужна сила, чтобы справиться с этой ситуацией! Прошу вас, протяните нам руку помощи! Все, что нам нужно, это месяц или два! Мы дадим вам всё, что только пожелаете! Умоляю вас, пожалуйста, спасите Святое Королевство.

Когда Густав поклонился им, Нейа и другие паладины дружно сказали "пожалуйста" и тоже поклонились. В комнате снова ненадолго повисла тишина, а затем Лакюс рассеяла её своим голосом:

— Пожалуйста, поднимите головы. И ... мне очень жаль, но мы не можем пойти в Святое Королевство.

— Почему?!

Нейа резко подняла голову от внезапного крика Ремедиос. Она увидела, что Ремедиос поднялась со своего места и смотрела на Лакюс.

— Нет никаких гарантий, что Ялдабаоф остановится после завоевания Святого Королевства! И когда он соберет там свои силы, он вторгнется в ваше Королевство! Если не побить его сейчас, в будущем он станет еще сильнее!

— Ты права. Вероятность этого очень высока.

— Если вы сами понимаете, почему вы не помогаете нам?! И не только вы, и знать вашей страны! Никто из вас не понимает! Разве сейчас не самое время собраться и сражаться вместе?!

— Причина, по которой дворяне этой страны не могут вам помочь, несколько отличается от нашей. Вы слышали что-нибудь о Колдовском Королевстве?

— Нежить взяла под контроль город Королевства и основала вокруг него страну. Это очень страшное место. Об этом знает каждый гражданин Святого Королевства.

Когда Ремедиос произнесла эти слова, Лакюс с горечью улыбнулась ей:

— Это правда, и во многом вы правы. Но дела обстоят не совсем так... Несмотря на то, что нежить окружает их повсюду, люди там живут безопасной и мирной жизнью.

— ... А? Это в стране, основанной нежитью, которая ненавидит живых?

— Существует много видов нежити, а Король-Заклинатель их правитель. Для него довольно просто держать нежить в узде, не причиняя вреда людям.

Эвилай неодобрительно фыркнула.

— Эвилай ... Хм, в любом случае, нам всем ещё нужно разбираться с Колдовским Королевством, так что им сейчас трудно встать на защиту вашей страны. Кроме того, во время битвы с Колдовским Королевством погибло много людей, что ощутимо аукнется стране в будущем. Дворяне, которые кажутся такими богатыми, вряд ли останутся такими же состоятельными, как вы думаете.

— Несмотря на это, не является ли Ялдабаоф проблемой, о которой следует позаботиться в первую очередь? Дело в том, что бессчётное число людей страдает из-за него. К тому же, как вы сами сказали, Заклинатель кто-то там, ещё никому не навредил?

— ... Борьба на двух фронтах сразу, будучи обессиленными, очень опасна. Надеюсь, мне не нужно это объяснять?

Ремедиос замолчала.

— Кроме того, мы в таком же положении. Двое из нашей команды были убиты в битве с Ялдабаофом. Их только-только воскресили, и они еще не восстановили всю свою силу. Если мы вторгнемся на территорию Ялдабаофа в таком состоянии, то можем погибнуть все.

— Разве Густав не сказал, что вам не придётся сражаться с Ялдабаофом?

— Да чтоб тебя, неужели она действительно в это верит...

— Тиа! Извините. Кхм. Мне очень жаль, но я не думаю, что все получится так, как вы себе представляете. Раз есть риск столкнуться с Ялдабаофом, мы не примем эту работу. Нам нужно набраться сил и хорошенько подготовиться… Пока это всего лишь гипотеза, но мы должны быть во всеоружии, если Ялдабаоф решит снова напасть на Королевство.

Лица членов Синей Розы были безразличны. Казалось, они были непоколебимы. Вскоре Ремедиос удалось выдавить из себя несколько слов:

— Тогда, кто еще может спасти нашу страну…?

Члены Синей Розы переглянулись.

— Есть только один человек, - ответила Эвилай, - вернее, единственный, к которому вы должны были пойти в первую очередь.

— ...Кто же это?

— Господин Момон, конечно. Тёмный мечник, сразивший Ялдабаофа.

— Оооо! Он что?!

— Минутку, капитан Кастодио ... Если я не ошибаюсь, он же...?

— Ты тоже об этом слышала? Да, господин Момон теперь находится в Колдовском Королевстве как один из подданных Короля-Заклинателя. Поэтому вам, скорее всего, придется убедить Короля-Заклинателя помочь вам.

— Гх! - Ремедиос горько закряхтела.

Нейю посетило странное чувство. Необходимость просить о чём-то нежить вызвала бы смешанные чувства у любого жителя Святого Королевства. Учитывая, что даже у неё, оруженосца, появились такие сомнения, насколько же плохо себя чувствовала капитан ордена паладинов, владеющая к тому же святым мечом? Ремедиос пристально смотрела на членов «Синей Розы».

— Если это лучший способ победить Ялдабаофа, мы так и поступим. Нет, это единственное, что сейчас в наших силах. Если получится, все наши надежды лягут на этого Момона...

— Я думаю, правильнее будет "господина Момона", капитан.

— То есть так, да. Не могли бы вы сообщить в письме господину Момону о нашем визите?

Часть 2.

Вскоре после переговоров с Синей Розой дипломатическая делегация Святого Королевства с сопровождавшей их Нейей уехали из столицы. В основном потому, что никто в королевстве не желал их поддерживать, к тому же изучение истинной формы Ялдабаофа могло занять несколько месяцев, а ещё они понимали, что сейчас их единственным шансом на победу над Ялдабаофом был Момон. Кроме того, мысль о страданиях жителей Святого Королевства тревожила их и заставляла действовать немедля.

Времени на отдых тратили ровно столько, чтобы лошади могли продолжать двигаться, даже накладывали на них заклинания. Благодаря этому они путешествовали на восток со скоростью, недоступной обычному путнику. Они проехали последнюю деревню Королевства и теперь находились в пограничной зоне перед Колдовским Королевством.

Аккуратные вздымающиеся холмы закрывали путешественникам обзор местности, и им удалось лишь мельком разглядеть густо проросший первозданный лес. Их не покидало чувство, что в любой момент на них может напасть монстр. Благодаря этому вероятность быть атакованным монстром уменьшалась. Но это не значит, что её вовсе не было. На такой местности зрение и обоняние Нейи обострились до предела, и она заняла место проводника отряда.

"Никаких признаков существ, ждущих в засаде поблизости. Нет и следов больших хищников."

Дорога вела их по голой земле. Но пройдя дальше, они окажутся на бывшей территории Королевства, там начнуться вымощенные дороги. Такие дороги более удобны для путешественников, но для следопыта голая земля в разы лучше.

Нейа взглянула на свои руки. Ей не нравились эти руки. Нет, ей не досаждали руки, огрубевшие от тренировок. Это проявлялось отвращение к себе из-за отсутствия таланта. Она унаследовала обострённые чувства отца, но, к сожалению, ничего не получила от матери.

Мать Нейи в своё время была известным паладином, и мечом она владела просто превосходно. Но у Нейи талант так и не проявился, сколько бы сил она не вкладывала в тренировки. Но стоит упомянуть, что стрелять из лука у неё получалось прекрасно, унаследованная техника владения луком давала о себе знать даже без тренировок.

Конечно, на самом деле ей очень повезло унаследовать хотя бы половину способностей от предков. Но паладины, которыми так восхищалась Нейа, использовали оружие ближнего боя. Для Нейи, жаждущей стать паладином, талант к лукам был пустышкой.

Она сжала поводья ещё сильнее. Она выпрямилась и поправила седло. От стольких дней, проведенных верхом на лошади, всё тело сильно болело.

Она могла бы попросить паладинов использовать низкоуровневое заклинание исцеления, чтобы убрать натёртости. С другой стороны, она всё же была девушкой и немного смущалась просить кого-то из них. К тому же, всё было не настолько плохо, чтобы она не могла держать поводья и ехать дальше, от этого было ещё сложнее решиться попросить о помощи.

"Потом просто полечусь травами, как обычно. За эти хитрости стоит благодарить отца. В прошлом, когда я пожаловалась на больные бедра, он молча уходил за ними с недовольным видом... Я хоть поблагодарила его тогда? ...Блин."

Нейа заставила себя прекратить, прежде чем полились слёзы.

— Ух, Капитан, я вижу мощеные дороги. Мы почти зашли во владения Колдовского Королевства.

Грунтовая дорога на полпути неожиданно превращалась в выложенную камнем. Выглядело это довольно странно.

— Ну что, продолжим путь, пока не приедем? Или всё-таки остановимся на ночёвку?

Нейа посмотрела на небо.

— Я думаю, мы можем успеть до заката, если обойдётся без неожиданностей. Но нас могут принять за налетчиков. Что будем делать?

— Дай нам это обсудить.

Ремедиос потянула за поводья, остановилась и заговорила с Густавом.

"А мы уже зашли на территорию Колдовского Королевства... но где их военные? Ни следа крепостей, в отличие от границы Королевства."

Обычно на границах строят заставы, но их здесь не было. Может потому, что Колдовское Королевство состоит только из одного города, они сосредоточили все силы там?

Нейа окинула каменную дорогу пристальным взглядом. Холмы разделяли пологие склоны, вдали ей удалось разглядеть безжизненный зимний лес. Это напомнило ей, как зимой она ходила в поход вместе с отцом. Этот пейзаж вызывал такие же чувства, как в тот раз, в Святом Королевстве.

"...Жизнь в мире людей полна боли, хах."

Эти слова, которые случайно обронил отец, колючкой засели в сердце.

Отец решил жить в городе только из-за её матери. Если бы не она, он остался бы в небольшой деревушке вблизи леса и жил бы дарами природы. Когда она была ещё ребенком, она считала жизнь на природе невыносимой. Но сейчас, во время этого приключения, она начала понимать смысл тех слов. Это ли не признак зрелости? Сейчас ей было бы, о чем поговорить с родителями.

От этих мыслей её сердце вспыхнуло болью. Но лишь на мгновение. Потому что перед ними, на восток по дороге, виднелось что-то размытое, ползущее с холмов.

"Может ли быть, что там пожар?!"

Нейа прищурилась и внимательно всмотрелась. Это было что-то белое, похожее на дым. Но нет, это было похоже не нам дым, а, скорее, на туман. И...

— Простите, что прерываю! Но впереди какой-то туман!

— И что?

Услышав доклад Нейи, Ремедиос сняла шлем. На её лице выступил озадаченный взгляд.

— Нейа Бараха, тебя что-то в нём тревожит?

— Да! Согласно этой карте, в округе не должно быть никаких озер, но впереди нас огромное густое облако тумана. Я практически уверена, что это сверхъестественное явление.

Плотный молочный туман будто бы разрастался всё шире и шире, и казалось, что он достигнет Нейи и остальных с минуты на минуту.

Её отец рассказывал ей о всевозможных природных явлениях, и, когда она сопоставила действительность со знаниями, полученными от отца, появление этого тумана действительно было довольно странным.

— Оруженосец Бараха, может ли это быть неким погодным феноменом?

Вопрос был адресован ей от Густава, который догадался о происходящем раньше Ремедиос. Под погодными феноменами подразумевались явления, невозможные при обычных условиях. К примеру, некий крупномасштабный ритуал мог пойти не так и отравить местность токсичными газами, или это может быть место, где раз в год в течение недели ни с того ни с сего бушует песчаная буря, а то и вовсе идут разноцветные дожди. Другими словами, он спрашивал, был ли этот туман одним из таких таинственных событий. Однако, Нейа не занималась сбором информации о таких явленияя. Чувства подсказывали ей, что если она так и скажет, то её, скорее всего, отчитают, но иного выбора, кроме как ответить честно, не было.

— Мои глубочайшие извинения, но я не ничего не знаю про появившийся перед нами туман.

— Другими словами, ты собрала недостаточно сведений?

Очередной сложный вопрос. Мог ли вообще кто-то сказать, что у них достаточно информации?

— Капитан Ремедиос. В данный момент намного важнее принять решение.

Их лошади застыли на месте. Туман был таким густым, что лошади отказались идти сквозь него. Полагаясь на то, что они успели узнать, близ Э-Рантеля не должно быть скал, но если они пойдут дальше, они должны быть морально готовы встретится с чем угодно.

Нейа вдохнула туман. От него пахло водяным паром и только. Не было причин беспокоиться. Однако именно это ее и волновало.

— Капитан, а туман не может быть вызван монстром? Мне отец как-то говорил, что у некоторых монстров есть магическая способность создавать туман, и они прячутся в нём, преследуя свою добычу.

– ...Обнажить клинки! Сойти с дороги, немедленно!

Мгновенное решение заставляло восхищаться воинскими навыками Ремедиос. Нейа и паладины отвели лошадей в сторону от дороги, а сами выстроились в круг. К этому времени густой туман выглядел уже так, будто он собирается поглотить весь мир. Он был настолько плотным, что едва можно было разглядеть стоящего рядом, а за чертой метров в пятнадцать видимость и вовсе была нулевой. Чувство беспокойства кипело в её груди, и она воображала себе призраков, плавающих в потоке тумана. Было бы хорошо, если бы она могла определить движущихся к ним существ по звуку, но она была окружена рыцарями в броне, каждое движение которых приводило к скрипу и стуку металла, и это затрудняло восприятие Нейи. В таких условиях почти невозможно было заметить то, что их окружало. Она невольно подумала, что её отец был единственным человеком, который мог бы распознавать объекты даже в таких условиях. Вновь осознав величие своего отца, она уже почти безнадёжно прислушалась.

— Туман действительно странный; даже на море он не бывает таким густым.

— Разве мы не рядом с городом Колдовского Королевства? Монстры разгуливают так близко к городу? Или в Колдовском Королевстве это в порядке вещей?

— Без понятия... Может это именно они использовали какое-то защитное заклинание.

— Давайте не будем о магии, от одних слов о ней у меня болит голова. Если что-нибудь увидите, сообщите предельно коротко и ясно! Если это монстр, то сделаем одолжение Королю-Заклинателю и убьем его, а за услугу попросим отправить Момона. Что скажете?

— И что по-вашему из этого получится? Хотя, говорят, что ответственность за уничтожение монстров в пределах своих границ лежит на самом государстве...

Скорее всего именно потому, что она сосредоточилась на звуках, она смогла четко расслышать диалог между Капитаном и Густавом. Однако, она не была уверена, что продолжит их слышать, если отойдет подальше. Что бы сделал отец?

"Я не могу вечно полагаться на человека, которого даже тут нет! Я должна думать самостоятельно!"

Тем не менее, это факт, что стоя здесь она лишь ограничивает свои способности. Тогда не лучше ли попросить разрешения пойти и самой разобраться в ситуации?

"Лучше не стоит."

Нейа подавила желание высказаться. Даже реши она иначе, Капитан едва ли хорошо к ней относилась. Если бы она пошла и вернулась ни с чем, слов не хватит, чтобы описать последующее за этим наказание. Лучше всего было избегать новых проблем.

"К тому же, если из-за этого Капитан усомнится в моих способностях как проводника, станет ещё хуже."

Нейа изо всех сил пыталась оправдаться перед собой. Однако, если они попадутся в ловушку, Нейю будут терзать мысли, что она могла сделать лучший выбор, и это ещё большим камнем будет висеть у неё на душе. Хотя, часть её сознания и думала о том, что, умерев здесь, они обрекут надежду жителей Святого Королевства на помощь и спасение, но сердце Нейи уже было настолько изранено колкостями Ремедиос, что она потеряла всякую способность на новые переживания.

В тот момент Нейа краем глаза увидела то, что нельзя было проигнорировать. В густом тумане она увидела мрачный контур чего-то огромного, приближающегося со стороны Колдовского Королевства.

— Эй, можете взглянуть туда? - Нейа ткнула одного из конных паладинов рядом с ней.

— Я ничего не вижу. Прости, но туман слишком густой, ничего не разглядеть. Там что-то есть?

Она услышала, как паладин дотянулся до пояса и плавно вытащил меч, а затем крепко схватился за его рукоять.

— Да так, ничего. Мне показалось, что я что-то увидела, но, похоже, ошиблась.

— Правда? Ну, если что-то заметишь, неважно, что, то сразу говори нам.

— Хорошо. Если что, полагаюсь на вас.

Поблагодарив его с серьезным взглядом, Нейа повернулась обратно. Если разделить всех женщин в мире на тех, которым очень шла улыбка, и тех, которым лучше не улыбаться вообще никогда, Нейа попала бы в последнюю категорию. Даже слова благодарности от неё воспринималось лучше с серьезным выражением, чем с улыбкой. Нейа продолжала изучать облако тумана. Возможно, лишь Нейа смогла увидеть фигуру, ибо она была очень далеко, но она была уверена в том, что не ошиблась. Может, благодаря общению с паладином она немного собралась с духом, но Нейа решила сообщить капитану. Оказалось, та всё ещё разговаривала с Густавом.

— И что нам делать дальше?

— Передвигаться в таком тумане крайне опасно. Переждём немного, и если не будет опасности, то спешимся и отдохнем. К слову, если задуматься, не припомнишь никаких морских монстров, нагоняющих туман?

— Конечно, такие есть. Но в окрестностях нет ни морей, ни озер, как и сказала оруженосец Бараха.

— Может ли быть, что она ошиблась или пропустила какую-то информацию мимо себя?

— Она бы так не облажалась. Откровенно говоря, она безопасно вела нас на всём пути до сюда, разве нет? Когда мы выбирались из Святого Королевства, полулюди, патрулировавшие возле разрушенной стены, тоже нас не заметили. Сами бы мы так удачно не прошли, не так ли?

— Мы бы прорвались силой.

Сердце Нейи снова сжалось. Сколько отчаяния она пережила, чтобы довести их досюда? В голове вспыхнули воспоминания о том, как она попросила их остаться позади, и в одиночку в морозный дождь пошла в разведку, как ползала, собирая на себе всю грязь, лишь бы не завести их в ловушку вражеских рейнджеров. Если бы её обнаружили, сама Нейа несомненно погибла бы. И всё равно, Нейа продолжала, готовая к смерти, держась за веру в дело, что делает это ради спасения страдающих соотечественников.

"Вот именно, я так стараюсь не ради похвалы или чего-то такого."

Она пыталась убедить саму себя. Если капитан и не признает её вклад, остальные явно признавали её усилия, даже если не говорили вслух.

"Ждать вознаграждение или похвалу за свои старания — это детский эгоизм. Не думая о себе, защищать людей, стать преградой, сдерживать боль и спасать людей от страданий – вот обязанность паладина. Вот что значит быть щитом человечества. Несомненно, капитан именно такая. Но все же... нельзя говорить о таком потише? Нет, наверное, эти двое думают, что говорят достаточно тихо."

Они все еще разговаривали. По мнению Нейи, им стоило бы лучше следить за окружением вместо болтовни. Особенно Ремедиос, которая, благодаря звериному чутью опасности и боевым способностям, была в состоянии среагировать быстрее, чем кто-либо ещё. Нейа прогнала тоску в сердце и сфокусировалась на тени в тумане. Она больше не хотела их слушать, и ей нужно было снова набраться сил, чтобы к ним обратиться. И вдруг туман буквально разошёлся под струями ветра - и на секунду, лишь на одно мгновение, но Нейа успела заметить призрачную тень штурвала.

"Чего? Невозможно... это что...корабль?"

Несомненно, Нейа смогла увидеть истинную природу этой тени: это был корабль, плывший по туману. Кроме того, это был огромный корабль, сравнимый с галеасом. Это произошло в одно мгновение, и его вновь заволокло густой пеленой, и она уже сама не верила своим глазам. Конечно, если размышлять здраво, такое было невозможно. Хотя ей и самой было это известно, ещё и Густав подтвердил, что в окрестностях нет озёр. Нет, даже если бы были, только безумец спустит на озеро судно размером с галеас. В прибрежной зоне старое судно вполне можно использовать как крепость, или перетащить его на сушу для других целей. Если подумать, было несколько подобных примеров в Святом Королевстве. Однако провернуть такое вдали от моря невозможно.

"Но я же видела именно это, правда?"

Она не могла прогнать эту мысль, и её глаза отказались отворачиваться в другую сторону, поэтому она продолжала всматриваться.

— Так всё-таки ты там что-то видела?

Вопрос рыцаря, к которому она обращалась раньше застал её врасплох, и в ответ она смогла только что-то невнятно промычать.

— Ты глаз не отводишь оттуда, значит ты что-то заметила в том направлении, верно?

— А? Нет, это ...

"Я увидела похожую на корабль тень". Если она скажет такое вслух, они наверняка примут её за сумасшедшую. Раз так, тогда что ей сказать?

— Не имеет значения, показалось тебе или нет, просто скажи, что видела. Это поможет разобраться в происходящем.

И не поспоришь. Она посмотрела из стороны в сторону. Уже все слушали диалог Нейи с паладином, и она была в центре внимания. Обстоятельства сложились так, что она не могла отвертеться, просто сказав: "Ой, да мне просто привиделось."

— Ну, мне показалось, что где-то там была большая чёрная тень.

— Большая тень монстра?

Вопрос был от человека, которого Нейе хотелось слышать меньше всего. "Черт возьми, не спрашивай меня", - подумала она, но, конечно, не могла сказать вслух.

Перед тем, как ответить, она несколько раз глубоко вдохнула.

— Нет, я так не думаю. Мне кажется, я видела здание или что-то подобное.

— Ты в этом уверена?

— Вовсе нет. Может, просто показалось. Скорее всего, я ошиблась.

— Здание? Может ли это быть форт Колдовского Королевства?

— Я не знаю. Но это факт, что не встретили ничего похожего на заставу ни возле дорог, ни около деревень. Хотя ему самое место в приграничной зоне.

Хотя ей казалось, что она видела именно корабль, разумнее было сказать, что она видела здание, по виду напоминающее его.

— Ясно. А что ты думаешь, Густав?

— Я ей верю. И всё же...нет ведь никаких подтверждений тому, что это было здание, так?

— Да, я видела его всего мгновение. Это было нечто иное.

—В любом случае, Капитан Кастодио, я считаю, что переждать в тумане - лучший вариант. Сомневаюсь, что чужеземцам позволят войти в форт Колдовского Королевства.

— Резонно, тогда так и поступим. Все, будьте начеку.

В ответ она услышала хор голосов, среди которых можно было различить и голос Нейи. Всё время, как они стояли и наблюдали, всеобщее внимание было приковано к одному месту. Это из-за того, что каждый хотел удостоверится в том, что видела Нейа. Густой туман всё так же сильно ограничивал обзор, и в тот момент, как всеобщий интерес к зданию начал исчезать, кое-что произошло.

— Что!?

Нейа и стоящий справа от неё рыцарь — оба воскликнули с изумлением. В густом тумане была движущаяся тень.

— Ч-что? Что это было?

Нейа не могла ответь на вопрос паладина. Сказать, что это был корабль - было бы равносильно бреду сумасшедшего.

— Эта тень... движется? Разве это не здание?

Вопрос капитана был вполне резонный. Но поскольку Нейа так и не рассказала ей, что же видела на самом деле, она продолжала говорить об "этом" как о какой-то постройке.

— В прошлый раз я видела то же самое...

— Но оно же сейчас движется, разве нет? К тому же... тень кажется темнеет, неужто оно направляется в нашу сторону?

Несомненно, если бы этот объект действительно являлся кораблем, то он мог двигаться в их направлении. Другими словами, этот корабль мог плавать не только по морю, но и по суше.

"Как это может... немыслимо..."

В конце концов, тень приблизилась достаточно близко, чтобы все остальные, а не только Нейа, смогли хорошо его рассмотреть. Это, бесспорно, был корабль, и он двигался так, будто бы плыл по волнам. Ряды длинных весел выступали с обеих сторон и двигались так, как будто загребали невидимую воду.

— Да вы издеваетесь?

Слова шока сорвались с уст Ремедиос и достигли ушей всех в отряде.

— Корабли Колдовского Королевства ходят по суше? В этой стране есть удивительные игрушки...

"Нет, не может такого быть", — думала Нейа. Вероятно, она была не единственной, кто думал также.

— Корабль, который путешествует сквозь туман ... Кажется, припоминаю, я раньше слышал о чем-то подобном...

— Меньшего от тебя и не ожидалось, Густав! Ну давай, подумай, повспоминай, я уверена, что у тебя получится. Ты меня стольким вещам научил, и сейчас сможешь продолжить традицию. Хочешь, чтобы тебя по головке погладили?

— Пожалуйста, перестань. Я не какой-то мудрец. Просто наш капитан не забивает себе голову ненужными вещами, для этого я ей и нужен: помнить всё подряд вместо неё.

— Потому что раньше я всегда могла обратиться к тебе или Келарт.

— Кажется, мы слишком тебя избаловали. Как только вернем Ялдабаофа в ад, из которого он вылез, надо будет заняться тобой и восполнить все потерянные годы обучения. Хах, зато благодаря этому, я вспомнил. Это Корабль-Призрак. Я услышал истории моряков, они говорили о корабле, который появляется из тумана. Это корабль, который давно должен был утонуть, но всё еще на плаву, а его команда состоит из нежити.

— Точно! Да, я тоже слышала, что появлению Корабля-Призрака предшествует густой туман. ... Всем приготовиться! Если это Корабль-Призрак, мы столкнемся с нежитью! Это противник!

Паладины не могли не подчиниться приказу своего командира.

— Подождите! Пожалуйста, подождите, капитан Кастодио! Колдовским Королевством, куда мы с вами едем, правит нежить, а вдруг это один из кораблей Колдовского Королевства?

— Что!? Он перетащил Корабль-Призрак на сушу и использует его здесь? ...Какого черта?

Было естественно, что Ремедиос была в шоке.

Нежить может контролировать другую нежить. Однако какое существо способно взять под свой контроль на сушу Корабль-Призрак, который, по идее, должен плавать по морю?

Вскоре корабль показался полностью. Название Корабль-Призрак очень точно описывало увиденное. Всё было разбито. В корпусе была огромная дыра, а палубные доски во многих местах были изогнуты вверх. Он был огромен, даже больше флагмана Святого Королевского "Молот Святого Короля". Если бы он не был настолько обветшалым, он бы впечатлял своей грандиозной силой. На последней из трёх мачт развивались треугольные паруса, в то время как на других были обычные квадратные паруса. Тем не менее, все они были разорваны и растерзаны и не выглядели способными выполнить свою обычную функцию.

Аномальный корабль повернулся к ним носом. Он выглядел впечатляюще: светился тусклым мистическим светом и сиял так, будто его только что отполировали. Всё это давало такое чувство, как будто корабль гордился собой. Больше всего их взгляд привлёк флаг, который развевался на вершине грот-мачты. На нём была эмблема Колдовского Королевства. Корабль парил по воздуху, примерно в метре над землей. Вскоре он проплыл мимо группы, которая застыла на месте, ошеломлённая невероятной картиной.

Никто не шевелился, и вскоре затем туман начал редеть. Разве не сам корабль создавал туман, пока плыл? Нет, если бы это было так, то туман был бы очень густым рядом с кораблем, и они не смогли бы разглядеть даже корпус. Вероятно, это был какой-то скрывающий слой, который окутывал область вокруг корабля туманом.

"А может быть, это была ловушка, которая не дала добыче сбежать?" — подумав так, Нейа испугалась. — "Король-Заклинатель ... правитель нежити. Он может оказаться невероятно злым существом."

Когда она услышала, что с помощью магии он вызвал гигантских коз неизвестного происхождения, она думала, что они были как невинные овечки, поэтому Нейа могла недооценивать Короля-Заклинателя. Это не давало ей покоя. Подобно тому, как паладины видели в нежити врагов, нежить тоже может воспринимать паладинов как своих врагов. Если это так, то судьба их группы...

Несмотря на это, у них не было выбора, кроме как просить Короля-Заклинателя о помощи, чтобы встретиться с Момоном, человеком, который когда-то сражался наравне с Ялдабаофом. Нейа вытерла пот ладонью.

— Туман рассеялся. Двигаемся дальше.

Правитель нежити, который правил этими причудливыми существами.

Нейа собрала всю волю в кулак.

"Пускай Король-Заклинатель и нежить, но он не стремится уничтожить всю жизнь в округе... Какой же он на самом деле? Эх, мне, простому оруженосцу, никогда этого не узнать."

Часть 3.

Издалека ей довелось увидеть внешнюю часть Э-Рантела - столицы Колдовского Королевства - три стены и внушительные входные врата. Однако, ничто из этого не привлекало внимание Нейи так же, как две гигантские статуи, существо, принадлежащее к нежити, которое держало посох, похожий на обвивающихся друг вокруг друга змей. Эти статуи, вероятно, были сделаны по образу Короля-Заклинателя, Айнза Оал Гоуна.

Несмотря на то, что они находились на большом расстоянии от неё, Нейа могла разобрать сложную детализацию статуй. По всей вероятности, она была не в состоянии найти изъяны даже в ногах статуй.

Затем она увидела нескольких гуманоидов, работающих возле статуй.

"А? А они... не слишком уж большие? Мне кажется, или они в один рост со стенами? Я, конечно, понимаю, что эти статуи очень большие... Но что за существа там работают?"

Вся группа, казалось, задавалась тем же вопросом, и паладины обсуждали это, пытаясь определить этих человекоподобных существ.

— Это же точно не люди, верно?

— Да. Возможно, это Гиганты? Хотя, они не очень-то и похожи на Гигантов с Холмов…

Нейа, простой оруженосец, никогда раньше не видела вживую Гигантов, но она слышала об этих существах во время уроков по монстрологии.

По своему существу Гиганты были огромными людьми, но в дополнение к сильному телу у них были расовые способности. Благодаря этим способностям они могли пережить такие условия окружающей среды, которые люди едва ли переживут, поэтому они обычно делали свои дома в таких опасных и труднодоступных местах. Они были разновидностью полулюдей и имели мало чего общего с людьми, которые могли жить только на равнинах. Некоторые расы, которые имели больше предрасположенностей к магии, были более продвинутыми, чем человечество.

Расу целиком трудно было определить, как добрую или злую. Одним из тринадцати героев был Гигант. В Священном Королевстве слыхали и о Морских Гигантах, которые иногда появлялись у берегов, чтобы поторговать. В то же время Гиганты были известны как жестокая и опасная раса. Что касается опасных Гигантов в человеческом мире, следует вспомнить о Гигантах с Холмов. К Гигантам также относят троллей и им подобных, менее известных существ.

Учитывая всё вышесказанное, что эти гиганты забыли в городе нежити?

— В прошлом здесь тоже жили Гиганты? Он захватил их?

— Неужели Король-Заклинатель управляет Гигантами? Я прежде никогда не слышал о чем-то подобном.

Такое удивленное восклицание от одного из паладинов было ожидаемо.

Они собрали значительное количество информации перед тем, как отправиться в Колдовское Королевство. Конечно, большая часть информации была ненадёжной, так что нельзя было сказать, что они преуспели в этой задаче, но они занимались сбором с должным усердием. Но корабль-призрак и гиганты оставались под пеленой тайны.

"Может ли Король-Заклинатель быть нежитью-гигантом?" — подумала Нейа. Однако, такая отличительная черта обязана была бы всплыть в отчётах.

Вдруг сзади раздался голос Густава.

— Оруженосец Бараха, перестраиваемся! Переместись в тыл.

— Поняла!

Во время их путешествия Нейа вела отряд, двигаясь первой, но теперь, когда они оказались рядом с городом, Нейа переместилась в тыл. В свою очередь, Ремедиос и Густав станут на место Нейи впереди.

— Капитан Кастодио, нам послать вперёд гонца с предупреждением о нас?

Разумеется, любой бы насторожился при виде закованных в латы воинов, появившихся у города. Поэтому, когда они приближались к городам или деревням Королевства, они обычно отправляли гонца первым, чтобы тот доложил о них, а уже потом группа входила в город, поднимая флаг Святого Королевства. Таков был обычай.

Получив разрешение Ремедиос, они отправили вперед одного из паладинов. Достигнув ворот Колдовского Королевства, он обернулся назад и вернулся.

— Капитан, я уведомил стражников Колдовского Королевства. Они готовы принять и поприветствовать нас.

— Хорошо, поняла. Тогда вперёд! Поднять флаги! Держите грудь высоко! Не позорьте имя паладинов Святого Королевства!

Группа медленно направила своих лошадей в сторону Колдовского Королевства. Наконец, они достигли величественных ворот, а также гигантов, работающих там. Гиганты, кажется, чистили статуи, словно делая и без того красивые статуи еще прекраснее. Они окинули гигантов взглядом: голубовато-белая кожа, белые волосы и такие же белые усы. Казалось, они были одеты в примитивную одежду, сделанных из шкуры какого-то зверя, а также изящно изготовленную кольчугу.

— Что это за гиганты?

Благодаря острому слуху Нейа уловила разговор из первых рядов.

— Это лишь предположение, но я думаю, что это, должно быть, Ледяные гиганты.

— Хм, — призадумалась Ремедиос. — Они сильны? На что они способны?

— Боже, пощади меня... Ледяные гиганты - великаны, живущие в холодном климате, они невосприимчивы к холоду. Напротив, они слабы против огня.

— Понятно. Значит, если бы вдруг нам пришлось с таким сражаться, следовало бы использовать огонь, верно?

— Ну, в основном. Авантюристы Мифрилового ранга должны легко побеждать таких. Однако, они так же, как и мы, могут тренироваться и учиться, и иногда можно встретить гиганта, владеющего боевыми навыками. Поэтому следует быть осторожнее.

Вот такие они, Гиганты.

Благодаря тренировкам можно стать воином, заклинателем или вором. И не только люди способны развивать в себе эти качества. И хотя существа с расовыми преимуществами не особо склонны к тренировкам, некоторые из них прилагали усилия, обретая такие навыки, что делало их очень грозным противником. Отец Нейи неоднократно говорил: "Звери пугают своей внешностью. Но по-настоящему сильный враг страшен не своим видом."

— Хм… Что ж, мне ещё не довелось сражаться с гигантами. А вот с ограми - другое дело.

— Пожалуйста, хватит думать о них как о врагах и ставить в один ряд с ограми в своих рассуждениях. Если бы речь шла о Морских Гигантах, это было бы хотя бы похоже на сравнение обезьяны с человеком. Это не больше чем слухи от бардов, так что неизвестно, насколько они правдивы.

— Хм… Святое Королевство не в силах нанять на службу Морских Гигантов, а Колдовское Королевство может использовать Ледяных Гигантов. Какие из них сильнее?

— Боюсь, у меня нет ответа на ваш вопрос...

Было очевидно, что капитан предпочла бы вариант, что сильнее оказались бы Морские Гиганты, но сейчас куда важнее было определить статус Ледяных Гигантов в Колдовском Королевстве. Они принимались здесь за союзников? Стали порабощенной рабочей силой? Или может разменной монетой для взаимовыгодных отношений? Наблюдая за безмолвной работой гигантов, этого было не узнать.

"Как бы там ни было, ледяные гиганты кажутся прекрасными работниками. В прошлом Святое Королевство сотрудничало с полулюдьми, и если бы они расширили эту сферу, то смогли бы добиться большего. Было очевидно, что сейчас Святое Королевство на такое не пойдёт."

Можно, конечно, вспомнить о других расах, например, о Русалах, которые связаны со Святым Королевством долгой историей взаимного сотрудничества. Однако горести, пережитые на войне с полулюдьми ещё не забыты, поэтому такое на сотрудничество никто не пойдёт.

Колдовское Королевство приняло к себе только гигантов? Или здесь есть и другие необычные расы? Что случится, если она встретит полулюдей, схожих с теми, что атаковали Святое Королевство? Сможет ли она обуздать гнев в своем сердце?

"Нет, если я не смогу себя контролировать..."

К примеру, что случится, встреть она здесь змеечеловека? Это вполне может оказаться змеечеловек, пришедший сюда с территории захваченного Святого Королевства, но живущий в мире с народом этой страны. Вероятно, сейчас сложно заставить их скрывать эмоции и не проявлять враждебность, но в нынешней ситуации именно это они и должны сделать.

Нейа беспокойно смотрела в спину Ремедиос. "Справиться ли она?"

Нейа отбросила эту мысль. Переживать за Ремедиос было бы грубо. Она является лидером дипломатической миссии и работает ради спасения своей страны. Она обязательно справиться. Беспокоиться о ней было равносильно оскорблению.

— Мы можем просто так войти? Может быть, пройдём через другие ворота?

Хоть врата и были открыты, но гиганты всё ещё здесь работали. Она волновалась, не побеспокоят ли их люди, снующиеся под ногами.

— Мы пройдём здесь. Если всем станет известно, что делегаты Святого Королевства пошли искать обходной путь лишь из-за того, что испугались парочки гигантов, мы станем всеобщим посмешищем.

— Понял. Тогда следуем вашим указаниям, Капитан.

Тогда, наконец, группа двинулась к воротам.

К счастью, завидев их, гиганты на время прекратили свою работу, позволяя им пройти без происшествий. Нейа чувствовала, что это было не столько по доброте душевной к людям, сколько из-за чувства таинственности и интереса к посетителям Колдовского Королевства.

Обычно отряды останавливали перед воротами, но благодаря тому, что они послали кого-то предупредить о прибытии, им отворили ворота. Это были обычные люди - стражи, по виду напоминавшие уличный патруль, и группа прошла через ворота под лучами волшебных фонарей. Их освещение заметно отличалось от солнечного, и обученный боевой конь беспокойно фыркал под их сиянием.

— Добро пожаловать в Э-Рантел, - город Колдовского Королевства. Это Ваш первый визит, достопочтенные паладины?

— Ах, да.

— Хорошо. Тогда, прости меня за просьбу, но не могли бы вы спешиться?

"Скорее всего это проверка багажа", — подумала Нейа. Хотя это было недопустимо по отношению к тем людям, кто именовал себя эмиссарами другой страны, но, так или иначе, они были правы. Никто из отряда не сопротивлялся, вся их группа спешилась с лошадей и последовала инструкциям.

— Пожалуйста, следуйте сюда.

Их привели к огромной двери, с другой стороны ворот. Если следовать здравому смыслу, это должна была быть крепостная башня, к которой примыкали солдатские бараки и крепостные укрепления.

— Прошу вас, входите. Этот город отличается от городов Королевства и Империи тем, что здесь несколько другая планировка локаций и зданий, поэтому для гостей, которые прибывают к нам впервые, мы подготовили краткий ознакомительный курс, который ждёт вас в этой комнате.

— Ознакомительный курс?

— Да. Это минимизирует ненужные потрясения. Только люди, которые посетили эту лекцию, могут войти в город. Вы ведь не против?

Они преодолели весь этот путь сюда, так что, очевидно, они не могли отказаться от посещения города. Как и следовало ожидать, ответ Ремедиос был утвердительным.

— В таком случае, могу ли я попросить вас сдать своё оружие на хранение?

Само собой, они не могли отказать, но в то же время можно было заметить, как Ремедиос надула щеки от злости. Меч Ремедиос был божественным сокровищем Святого Королевства. Просто владением им давало ей привилегию не вставать на колени перед Святым Королем. Она не могла сдать такое сокровище даже при встрече с королём другого государства, и, услышав это, солдат кивнул в понимании.

— Вот так? Что ж, ничего не поделать. Тогда вы можете пройти вместе со всеми. Правда в том, что сдача ваших мечей нужна для обеспечения вашей же безопасности. В таком случае, пожалуйста, пообещайте мне, что вы не обнажите своё оружие несмотря ни на что, после того как вы окажетесь внутри. Если вы не можете обещать этого, я советую вам покинуть город.

— Понятно. Мы оправдаем оказанное доверие и разрешение оставить при себе наши мечи, и мы не будем обнажать оружие, находясь в городе.

Сказав это, Ремедиос ударила рукой в грудь, в то место, где находилась эмблема Святого Королевства. Она поклялась своей честью как паладина, а также честью Святого Королевства.

— Я вам доверюсь. А сейчас я попрошу стражу выйти наружу.

В Священном Королевстве это была священная клятва, которая могла бы даже вызвать удивление у тех, кто видел её, но в других странах она воспринималась гораздо спокойнее. Ответив им, охранник постучал в дверь. Дверь медленно открылась, и перед их глазами внезапно появилось...

Нейа протяжно ойкнула голосом, который был больше похож на что-то среднее между удушьем и воплем.

Перед ними медленно показалось существо, которое было чрезмерно большим, как на него не посмотри. Его черный доспех был увит красным узором, напоминающим кровеносные сосуды, к тому же покрыт шипами. С его шлема выступили демонические рожки, а в шлеме с открытым забралом находилось гнилое человеческое лицо. В его пустых глазницах горели точки красного света, наполненные ненавистью и жаждой крови.

Температура в комнате упала, как будто в ней разлился сам мрак.

— Пожалуйста, не вытаскивайте оружие!

Плечи всех присутствующих содрогнулись от крика охранника.

— Ничего не случится, если вы не обнажите свои мечи! Но если вы это сделаете, вас немедленно убьют! После этого вы будете обречены на неизбежные страдания! Пожалуйста, не заставляйте меня снова быть свидетелем чего-то подобного!

Его жалобный крик звучал так, как будто раньше он испытывал нечто подобное. Он лично был свидетелем такого происшествия в прошлом?

Нежить медленно осматривала Нею и других. Было ощущение, что оно только и ждёт, чтобы они достали своё оружие.

— ... И это неживое существо – оно...?

Голос Ремедиос дрогнул, когда она заговорила.

— Они - охранники, которые в больших количествах находятся в этом городе.

— ...Серьёзно?

Тревожный голос Ремедиос был полон удивления, страха и ужаса. Нейа чувствовала себя так же. Они и представить себе не могли, что эта нация обладает таким количеством нежити с такой исключительной силой.

— А-а, прошу прощения. А эта нежить, она ведь находится под контролем Его Величества – Короля-Заклинателя?

Охранник кивнул в ответ на рефлекторный вопрос Нейи.

— Действительно, это так. Кроме того, он управляется более сильной нежитью, чем та, что находится здесь.

— Это не опасно?

Солдат немедленно ответил на вопрос Густава. Он звучал так, будто давно сгорал от желания рассказать ему.

— Да, на сегодня в этом городе не было еще ни одного инцидента, в котором умер бы мирный житель, не создававший никаких провокаций.

Нежить - это существа, которые ненавидят живых. Если он на самом деле смог подчинить их и не позволять навредить живым существам, то Король-Заклинатель должен быть поистине невероятным существом. Нейа была глубоко впечатлена могуществом Короля-Заклинателя.

— Понятно. Что ж. Не могли бы вы провести нас в комнату?

— Пожалуйста следуйте за мной.

Черное неживое существо медленно отошло от двери, и солдат смело прошел мимо него. Напротив, Нейа и другие, казалось, смотрели друг на друга, чтобы увидеть, кто сделает первый шаг. Хотя он сказал, что эта нежить управляется Королем Заклинателем, эта связь не была видна невооруженным глазом. Это заставляло их бояться просто пройти перед ним ещё больше, чем, скажем, перед хищником, который не был привязан, но не нападал, потому что он был сыт. Ремедиос хотела пойти первой, но Густав остановил её. И посмотрел на Нейу.

"Я канарейка, хах."

Если задуматься, чья жизнь была более значима и не должна оборваться, то в этой логике не было ничего плохого. И всё-таки, несмотря на их принцип защищать слабых, их собственный разведчик - другое дело. Нейа приготовилась пойти первой, зажмурилась, а затем зашагала прямо. Сделав несколько шагов вперёд, она медленно открыла глаза. Её не зарубили. Она ускорила шаг и поспешно прошла мимо нежити. После того, как Нейа благополучно прошла, другие паладины последовали за ней. В конце концов, никого не атаковали, и они добрались до места назначения.

Солдат открыл дверь, показывая несколько столов и множество обычных стульев.

— Пожалуйста, подождите немного в этой комнате.

— Конечно. Спасибо что проводили нас сюда.

Ремедиос негромко цокнула, и Густав достал из сумок маленький мешочек и передал его солдату, который привел их сюда. Это были чаевые.

— Пожалуйста, не надо!

Его отказ был настолько свирепым, будто это был крик о помощи. Солдат положил руки себе на голову, совершенно не желая прикасаться к этой сумке. Все были шокированы его реакцией, как и Нейа. Она не могла понять, почему солдат так резко реагирует.

— Наш труд оплачивается Его Величеством, поэтому, пожалуйста, позвольте мне отказаться от вашего проявления внимания.

— Но, но… вы оказали нам услугу... И это не очень большая сумма, разве нет?

— Нет, в этом нет необходимости. Я буду ждать снаружи, пока инструктаж не закончится.

Солдат быстро покинул комнату. Остальные люди смотрели друг на друга, озадаченные резкой реакцией солдата.

— Все действительно в порядке?

— Он сказал "нет", так что мы ничего не можем с этим поделать.

Чаевые были обычным делом. Хотя их отсутствие и не было проблемой, большинство людей, всё же оставляли чаевые. Конечно, некоторые люди сделали бы это для того, чтобы свести к минимуму время, необходимое для проверки багажа, или попросить позаботиться о различных мелких делах, но делегация не делала таких просьб. Честно говоря, они просто делали то, что можно было ожидать от людей в их положении.

Если это было поручение Короля-Заклинателя, то в чём его смысл?

— Нам не сказали где присесть. Значит, мы можем выбрать любое место.

После того, как все сели, как приказал капитан, прошло немного времени, и дверь снова открылась. Нейа повернулась, и глаза ее широко распахнулись. Вошедшее существо не было человеком. Это существо, имело верхнюю часть человека и тело змеи, Нага. У расы Наг было несколько ответвлений: например, Морские Наги, которые иногда появлялись на берегах Священного Королевства, но подвид, к которому принадлежала эта особь, был им неизвестен. Тем не менее, все они были полулюдьми, которые не слишком добро относились к людям, но Нейа не испытывала страха. Все из-за чёрной нежити. Из-за пережитого она могла нормально отреагировать на это.

"Ах, вот для чего это было? Гостей заставляют пережить страх перед той нежитью не просто, чтобы напугать, а подготовить и не шокировать видом полулюдей? Они действительно поработали над тем, чтобы позволить полулюдям сосуществовать с людьми."

Казалось, Король-Заклинатель был кем-то большим, чем просто мощной нежитью.

Нага проскользнул через тихую комнату, не обращая внимания на реакцию группы, после чего слегка поклонился.

— Спасибо за ожидание, уважаемые люди, пожелавшие войти в этот город. Это является официальным приветствием от иммиграционного чиновника Колдовского-Королевства, Рюрариуса Спеньи Ай Индаруна. Ну, вряд ли вам придётся контактировать лично снова, поэтому вы не обязаны запоминать это имя. Тогда, без лишних церемоний, начнём. Он кратко объяснит различия между проживанием в этом городе и соседних городах, а также вещами, о которых следует знать... во-первых, использование оружия в городе строго запрещено.

Это было очень разумное предостережение, и Нейа расслабилась.

— М-м, многие подумали об этом как о обычном напоминании, — Рюрариус указал своим тонким пальцем на своё лицо. — У вас это на лице написано. Тем не менее, я хотел бы, чтобы вы помнили, что представители многих рас ходят по улицам Колдовского Королевства. Вы уже могли заметить, как гордо и важно нежить ходит по улицам. Даже если они, такие опасные существа, встретятся вам, использовать оружие было бы серьезным преступлением, разве не так?

— Минутку, пожалуйста. Это значит, что мы должны сбежать, завидев опасное существо?

— Смысл не в этом. Даже если в городе есть опасные существа, никто из них не причинит вам вреда. Несмотря на это, бывают случаи, когда люди боятся, они чувствуют, что на них могут напасть, и, таким образом, они все равно достают свое оружие. Вот что он имел ввиду.

— Вы уверены, что на нас не нападут?

— О да ... Из многих опасных существ, которых можно встретить, те, кто больше всего беспокоят вас, вероятно, подчинены Его Величеству.

Рюрариус устало улыбнулся.

— Когда вы проведёте тут пару дней, ваше волнение ослабнет, и вы больше не будете обращать на них внимания. Ну а первый день - самая большая проблема. Ах, конечно, использовать оружие для самообороны - абсолютно нормально.

— Понятно. То есть, если это делается в целях самообороны, то никаких проблем?

— Да, верно. Кроме того, при расследовании преступлений используется магия контроля сознания. Пожалуйста, имейте это в виду.

Нейа широко выпучила глаза. И не она одна. Среди паладинов вспыхнуло смятение. Как их представитель, Ремедиос высказала свое мнение.

— Одну секунду. Колдовское Королевство такая грубая страна? Магические средства правда разрешены? И в судах тоже?

Обычно магию контроля разума не используют при допросе людей о преступлениях. Например, используя [Доминацию], можно сделать кого угодно преступником на короткий период времени. Используя же [Очарование], можно найти простофилю для любого преступления. Тот факт, что магия контроля сознания используется для определения преступников, рассматривалась ими как дикий тиранический акт.

— Суды также используют аналогичные средства. О, этот уверен, что Его Величество не заставил бы вас говорить неправду. Об этом вам не нужно беспокоиться.

Как кто-нибудь мог поверить в такое? Использование магии контроля разума означало, что, когда нация решала о том, является ли для них кто-то опасным, они просто могли изобразить его преступником, а затем просто разобраться с ним. Ни один человек не стал бы доверять нежити, никогда не встречав её до этого прежде.

Никто не сказал вслух, но они, вероятно, все чувствовали то же самое.

— Кроме того, я хотел бы узнать... Если вы не войдёте в город сейчас, то будете возвращаться снова?

— Нет, мы не можем так поступать. Пожалуйста, позвольте нам войти.

— О, это самый быстрый ответ, который я только слышал. Торговцы обычно просят немного времени, а затем обсуждают это между собой. Что ж, тогда давайте продолжим.

После этого Рюрариус заговорил на такую тему, как "лошади-нежить, запряженные в кареты и передвигающиеся по дорогам" и о других странных вещах, которые тяжело было переварить в голове. Однако, когда он сказал: "Иногда прямо над вами будут пролетать Драконы, поэтому постарайтесь удержать ваших лошадей в узде", - её лицо резко исказилось.

Здесь драконы, летающие над городом, даже не считались "особым случаем."

Драконы были существами, против которых даже до зубов вооруженные и подготовленные герои могли пасть в бою. Вот почему все воины мечтали убить Дракона. Убийство создания столь невероятной силы считалось невероятной честью, которую могли себе позволить только самые лучшие из воинов. Несомненно, это вызвало бы много волнений, если бы Драконы, проживали бы вместе с людьми.

"Нежить это ещё ладно, потому что мы уже видели их в качестве стражей, но Драконы... нет, может если такой летает над городом как надзиратель, всё должно быть нормально? Кроме того, у них есть много возрастных категорий, а их сила сильно различается в зависимости от их возраста ..."

Даже только вылупившийся дракон, все еще оставался драконом. Однако в данный момент им было бы легче управлять, нежели той же нежитью-стражами.

— Тогда, на этом и закончим. Спасибо, что выслушали. А теперь не могли бы вы проследовать за солдатом, после того, как покинете эту комнату?

— Прошу прощения, но могу я задать вопрос?

Ремедиос подняла руку.

— Хм? И что же это могло бы быть?

— Вы ведь не убьете и не съедите нас, не так ли?

— Возможно, в прошлом я мог бы об этом подумать. Однако, в данный момент это строго запрещено. Кроме того, увидев Его Величество, вы поймете, что ему нет никакого смысла враждовать со столь низшими формами жизни.

— Его Величество действительно настолько могущественен?

Рюрариус устало улыбнулся.

— Он в десять раз могущественнее, чем вы даже сможете себе представить. И даже если не брать в расчет его силу, то его подчиненные тоже необычайно сильны... честно говоря, нет более безопасного города, чем тот, который защищает Его Величество.

Возможно, она задумалась о чем-то своём, во всяком случае Ремедиос замолкла.

— Этот не знает зачем вы прибыли сюда. Однако, позвольте ему дать вам мудрый совет от старого друга, на своей шкуре это пережившего. Показывать Его Величеству вашу враждебность было бы невероятно глупо. Лучше всего будет сразу упасть на колени, молить его о милосердии и позволении служить ему.

Все присутствующие почувствовали реальную силу этих слов. Хотя он сказал, что слышал это от своего старого друга, но это больше походило на то, что Нага которого звали Рюрариус рассказывал об этом из своего личного опыта.

— Спасибо за ваш совет.

Ремедиос стояла и внимательно следила за всеми присутствующими.

Находясь в хвосте группы, Нейа поклонилась Рюрариусу, прежде чем покинуть комнату.

Часть 4.

Они шли по улицам Э-Рантела. Их местом назначения был постоялый двор, о котором охранники ворот говорили, как о заведении высшего класса в городе - Павильон Сияющего Злата.

Нейа рассматривала прохожих на улице. Из-за слов Рюрариуса, у неё создалось впечатление, что эта страна наполнена полулюдьми и нежитью. На деле всё оказалось иначе - большинство пешеходов были людьми.

Единственной нежитью, которую она заметила, оказались группы таких же созданий, как у городских врат, а также нежить, представляющая собой лошадей с телами из костей и светящейся дымки, запряженных в экипажи. Не считая этих, других видов нежити на улицах не было.

Зато хватало здесь огромного разнообразия полулюдей. Группа Гоблинов прошла по улице в непосредственной близости, каждый из них излучал ауру закаленного ветерана. Это мгновенно разрушило то восприятие гоблинов, которые было у Нейи до этого момента. И не только у неё. Со стороны паладинов были слышны вздохи изумления.

Были здесь и полулюди с кроличьими лицами, одетые в форму служащих, а также двуногие, похожие на лягушек полулюди — но таких она видела только по одному разу за всё пребывание в городе.

"Выглядит более обычно, чем я себе представляла... ну, не совсем обычно, но всё же весьма похоже на человеческую нацию. Едва ли можно сказать, что они под каблуком ужасного короля-нежити."

Лица прохожих горожан не выражали никакого страха. Нейа не была уверена, было ли это потому, что они просто смирились с участью, или уже привыкли к такому, или, может, решили, что не стоит волноваться о совместном проживании рядом с нежитью. Также не было никаких признаков хаоса на улицах. Временами на улицах даже слышался детский смех.

"Это намного лучше, если сравнивать с Ялдабаофом, мне кажется."

В этот момент Ремедиос неожиданно остановила лошадь. И раз она шла во главе группы, остальным тоже пришлось последовать ее примеру.

— Господин дварф, прошу прощения. Могу ли я задать вам несколько вопросов?

Ремедиос обратилась к трём дварфам, работающим у обочины. Тут также были три скелета, выполняющих земляные работы под их командованием.

Культурный шок, испытанный ею при входе в город, был настолько большим, что она не задумывалась о присутствующих скелетах. В её сознании был даже намек на облегчение, увидев противников, против которых она может победить.

— Что? Кто вы, ребята? Из какой страны родом?

— Извините, что говорю верхом с лошади. Мы из Святого Королевства, ищем Павильон Сияющего Злата. Можно спросить, как туда пройти?

— Сияющего... Павильон Сияющего Злата? Аа, это - классное место.

Дварфы примерно объяснили им дорогу. Оказалось, путь немного отличался от услышанного от охранника ворот, и было похоже, что их отправили немного не туда. Однако, реальной целью разговора вовсе не было узнать направление к Павильону.

— Поняла. Большое вам спасибо. Густав, вырази им нашу благодарность.

Густав спешился со своей лошади и протянул маленький мешочек с монетами.

— Мы же всего лишь подсказали вам дорогу, вы в курсе?

— Всё в порядке. В конце концов, мы отвлекли вас от работы.

— Разве? Тогда благодарим вас.

Дварфы приняли подарок Густова и улыбнулись.

— Хорошо, тогда за ужином мы поблагодарим за это мужчин и женщин Святого Королевства.

— Нет, в этом нет нужды... кстати говоря, что вы здесь делаете?

— Хм? А вы сами не видите? Мы прокладываем дороги. Сам Его Величество попросил нас. Пока всю главную работу выполняют жители, мы здесь служим техническими инструкторами.

Гха-ха-ха-ха-ха - сердечно смеялись дварфы.

— Понятно. А эта нежить...

— Скелеты, одолженные Его Величеством. Ах, честно, никто не может переплюнуть нежить, когда дело доходит до чисто физического труда. Этот опыт изменил моё мнение о них.

— Управлять нежитью...

— В этом нет ничего удивительного.. Хотя, полагаю, для путешественников сложно такое принять. Но всё же, чего вы еще ожидали от Колдовского Королевства? Я слышал, что нежить видели уже и в деревнях неподалеку. В конце концов, нежити достаточно отдать приказ, и она сделает за вас всю утомительную работу, как, например, посадка урожая и тому подобное. Слушайте, нежить не устает, ей не нужен сон и еда. Вдобавок, они нас понимают и справляются с работой просто фантастически, когда даешь им задачи в пределах их возможностей. В нынешних обстоятельствах, вам больше не придется вкалывать, как собака. Даже наша страна начала использовать нежить.

— Под "нашей страной" вы подразумеваете страну Дварфов, не часть Колдовского Королевства?

— Верно-верно. Оттуда мы и пришли, а сейчас живем в районе полулюдей Колдовского Королевства.

— В районе полулюдей?

— Ага. Там живут все расы полулюдей. Говорят, там раньше был район нищих, но его полностью снесли и перестроили для удобства жизни всевозможных видов и рас. Ну, до завершения еще далеко, но работа над жилищами для рас ниже людей - например, нас, гномов - уже идет полным ходом.

— Мы здесь, чтобы взять на себя ответственность за эту работу!

Коллега дварфа тоже влез в разговор.

— Понятно. Но если район нищих снесли, куда делись его обитатели?

Глаза Ремедиос скользнули по нежити.

— Мы не совсем уверены, но вроде как их отправили в близлежащие деревни или куда-то еще. В окрестностях много заброшенных деревень, и я слышал, что их переселяют туда возрождать деревни и культивировать землю. В этом деле и пригодится командование нежитью. Если не ошибаюсь, началось крупномасштабная реформа в земледелии с использованием нежити, или что-то вроде того. Поэтому и цены на продукты в этой стране довольно низки.

— Не столь важно то, какая она дешевая! Важно то, что она просто восхитительна! А вино! Ох, я разжирел сразу же, как переехал сюда.

— Если я вернусь домой таким же пухлым, жена начнет кричать и требовать свою долю. Мне бы лучше похудеть, прежде чем возвращаться!

— Да-да, нам действительно повезло, что риск оправдался.

Гуахахахаха - снова захохотали гномы.

— Кстати, а вот эта нежить, похожая на лошадей. Не знаете, как их называют?

— Да черт знает. Да и не важно это, верно? Они никого не трогают. Это просто мешки костей, но до чёртиков сильные, что делает их идеальным транспортом, не так ли?

— Да, наверное, вы правы. Ну, всем удачи!

Попрощавшись с дварфами, группа продолжила путь к гостинице.

— Капитан, почему вы спросили о названии этой лошадеподобной нежити?

Нейа была озадачена. Ей показалось, что именно это больше всего не нравилось их капитану.

— Густав, я сделала это потому, что ты очень странно себя ведёшь с того момента, как увидел эту штуку.

— Правда..?

— Скажи, ты сам знаешь название этой нежити?

— Ну... кое-что припоминаю... Но думаю, что могу ошибаться. Нет, я точно ошибся. Я даже вообразить не могу, как такое существо можно контролировать.

— Хм...Ну, раз ты так говоришь, то пускай так и будет.

На этом всё и закончилось.

Вскоре, следуя указаниям дварфов, они прибыли к роскошной гостинице, вероятно, тому самому Павильону Сияющего Золота, который им рекомендовал стражник у ворот. Хотя название и было написано на вывеске, письменность Королевства отличалась от таковой Святого Королевства, так что было их предположением. Королевство и Империя когда-то являлись одной страной и между ними было много общего, но Святое Королевство никогда не было привязано ни к одной из этих стран, поэтому между ними была большая разница.

— Густав, иди закажи нам номера.

— Так точно. Эй, вы двое, за мной!

Густав взял с собой в гостиницу двух паладинов, а спустя несколько минут один из них вышел.

— Капитан, мы забронировали номера. Конюшни расположены за гостиницей, поэтому нам предложили отвести лошадей туда.

— Хорошо, я поняла. Оруженосец Бараха, отведи лошадей в стойла.

— Так точно!

Она привязала лошадей к дереву перед гостиницей и стала уводить по одной в конюшни. Обязанностью оруженосца был уход за скакунами, но в обязанности слуг гостиницы входила и такая помощь. Нейа с радостью приняла их добрую волю и вошла в гостиницу. В воздухе витал приятный аромат, а может ей так показалось из-за контраста чистого воздуха и запаха навоза в конюшне. Был ли это запах какой-то душистой древесины или духов?

Снаружи гостиница выглядела так же, как и гостиницы Святого Королевства, но вид внутреннего убранства ясно показывал, насколько она лучше последней. Ей, немытой после длительного путешествия, даже стало немного неловко находиться здесь. В дороге купанием для них было, по сути, просто ополаскивание водой, коим они просто смывали с себя вонь.

Нейа прошла к комнате, которую ей указала прислуга гостиницы, и постучала в дверь.

— Кто там?

— Оруженосец Нейа Бараха.

Перед дверью стоял паладин в доспехах. Из-за большого расхождения между Э-Рантелом в её воображении и реальности ей казалось, что после увиденного им даже не нужен отдых, что это будет

пустой тратой времени, и хотела перейти к действиям как можно скорее.

— Ты как раз вовремя. Мы уже собираемся начинать встречу.

Хоть её и норовило спросить, правда ли её участие так необходимо, она подумала, что задавать слишком много вопросов было бы неприемлемо. Пока верхушка группы совещается, единственное верное решение – это просто подчиниться приказу.

— В таком случае идём просить аудиенции у Короля-Заклинателя, как и планировали. Густав, рассчитываю на тебя.

— Конечно, капитан. Но что ещё мы можем сделать помимо этого? Изначально мы планировали встретиться с могущественными людьми и просить их помощи...

Поскольку Момон был авантюристом, они изначально планировали отправиться в гильдию авантюристов. Однако, по словам Рюрариуса, гильдия авантюристов теперь была по существу закрыта, и все запросы должны выполнятся через Короля-Заклинателя.

— Давай всё же заглянем в гильдию. Посмотрим, сможем ли мы уговорить способных и известных авантюристов отправиться в Святое Королевство.

— Понятно, тогда...

Густав отдал приказы двум паладинам, и они немедленно приступили к исполнению.

Нейе было очень интересно, что же за поручение достанется ей. Обычно работа оруженосца состояла из полировки доспехов паладинов, их мечей, стирки и прочих мелких задач. Глажка и укладка их мятой одежды тоже были частью этого. Большинство паладинов прошли через такое.

"Конечно, наш невероятно талантливый капитан, ставшая паладином в одно мгновенье, возможно, не столкнулась с этим..."

— Тогда что насчет остальных? Они будут ждать в гостинице?

— Ах, когда я собирал слухи в Королевстве, меня заставили поверить, что это будет мрачный и тёмный город. Тем не менее, это гораздо более обычный город, чем я ожидал... Я надеюсь, если несколько человек пойдут на улицу, никаких проблем не возникнет?

— Сейчас немного трудно предугадать, но я думаю, что с этим не будет никаких проблем.

— Вот как? Тогда отправим несколько человек в храмы, пусть узнают, смогут ли они помочь нам устроить встречу с Момоном.

— Правитель этого города Король-Заклинатель, нежить. Не будет ли слишком устанавливать связь с храмами, нет?

— Тем не менее, мы паладины. Куда нам идти, если не в храмы?

У Густава был взгляд, запутавшегося человека. У Ремедиос был вопрос во взгляде.

— Это... тоже верно.

— И помимо видов, которые Король-Заклинатель позволил нам увидеть, было бы хорошо увидеть и услышать о жизни в городе от местных людей, да?

— Ты хочешь узнать что-то....

Но что им делать, если они увидят то, что они, как паладины, не могут стерпеть? Густав не мог ответить, потому тщательно обдумывал этот вопрос.

Нейа ответила на вопрос по-своему. Паладины должны нести справедливость, поэтому, возможно, будет правильным для паладина порицать Короля-Заклинателя. Однако, если в результате этого Король-Заклинатель не поможет Святому Королевству, то страдающий народ не удастся спасти, в таком случае перетерпеть и молчать будет более правильным решением?

Она вспомнила, что однажды отец сказал, что он не понимает справедливости паладина. Она не очень много думала об этом во время своих тренировок. Но теперь, когда Святое Королевство было в таком состоянии, а она всё чаще задумывалась о таких вещах, её сердце стало более мягким и слабым. Возможно, её сомнения могли бы развеяться, если бы она спросила свою мать, но, к сожалению, её уже не было среди живых. В конце концов, она могла полагаться только на себя, чтобы найти ответ.

Пока Нейа обдумывала это, диалог продолжался. Пара паладинов отправилась в Храмы Четырёх Богов, а две другие группы из двух человек отправились собирать информацию в городе. Ремедиос и другие остались в гостинице, чтобы обдумать все возможные действия и последствия. Как и ожидалось, Нейю назначили полировать их доспехи.

После того, как собрание закончилось, Нейа пошла разбираться со всеми доспехами. Она очистила их от грязи влажной тряпкой. Как и ожидалось от магических доспехов, они были неповрежденными. Если бы были какие-то вмятины, пришлось бы выбивать их изнутри, но, если доверить это неумелому простофиле, может появится неровная и уродливая поверхность. Так как Нейа не была уверена в своих навыках, ей повезло с волшебной броней паладинов. Она была очень счастлива, так как за работой её голова не забивалась дурными мыслями.

Её лоб покрылся потом, а это значило, что Нейа очистила все доспехи.

* * *

Аудиенцию у Короля-Заклинателя им назначили гораздо раньше, чем они ожидали. Нейа не могла не удивиться. Все потому, что она должна была состояться уже на следующий день после поданного Густавом прошения.

Когда паладины Святого Королевства, ведомые Нейей, пришли к резиденции Короля-Заклинателя, она оказалась довольно ветхой и старой. Возможно, она могла бы быть подходящей какому-нибудь управляющему города, но совершенно не подходила для того, кто называл себя королем. Не было ни застывших паладинов с открытыми ртами, ни чувства ауры древней истории, исходящей от этого места, ни духа роскоши, и резиденция не показывала пристрастий того, кто держал власть в своих руках. Казалось, что здание построено исключительно для практических целей. Выглядело слишком жалко по сравнению с королевскими дворцами Королевства или Святого Королевства. И это было жилищем Короля-Заклинателя. Раньше этот город был региональным центром Королевства, и после захвата он, вероятно, решил использовать уже существовавшую небольшую виллу.

Когда паладины сняли шлемы дабы осмотреться, на их лицах читалось слабое презрение, которое заметила только Нейа. Возможно, они сравнивали окружение с королевским дворцом Святого Королевства. За что их тут винить? И затем Нейа увидела Корабль Призрак, с которым они столкнулись раньше. Так же, как и нежить, гуляющую по улицам. Почему король, который властвовал над нежитью такого уровня, решил остаться в таком потрепанном старом дворце?

"У меня такое чувство, что на это должна быть какая-то причина ... если бы он захотел роскошный дворец, всё, что ему пришлось бы сделать, это приказать дварфам направить неутомимую нежить на строительство..."

Проходя через ворота дворца, они увидели стоявшую друг напротив друга два строя нежити, похожих на ту, которую они видели при приходе в город. Но в отличие от нежити, которую они видели у городских ворот, эти были стройнее и держали копья, пересекающиеся высоко в воздухе. С кончиков перекрещенных копий свисали флаги. Справа были знамёна Колдовского Королевства, а слева - Священного Королевства. Под флагами и находился проход, который они преодолели. После этого заиграла музыка. Хотя она ни разу не слышала эту мелодию прежде, она предпочла рассматривать её как часть церемонии. Из глубин разума всплыла мысль, которую Нейа однажды слышала на лекции. "Самое главное при противостоянии заклинаниям – это очистить свой разум." Нет, это не могло быть магической атакой. Если бы это была ловушка, то не было бы причин вывешивать флаги Святого Королевства.

Нейа шла, как ей казалось, с гордой и смелой осанкой, осматриваясь по сторонам. Здесь был и почётный караул, и флаги Святого Королевства. Стало ясно, что Колдовское Королевство относится к делегации как к важным гостям. Другими словами, он признал Нейю и остальных официальными послами в Колдовском Королевстве, это также означало, что они являются лицом Святого Королевства и должны отстаивать его репутацию.

Она была рада этому, но в тоже время её живот крутило от подобного давления и стресса. Она шла под висящими флагами, а в конце этого пути её ждал… Нейа подавила вздох удивления. Красота мирового масштаба.

"Она просто прекрасна...Неописуемо красива…"

Она была элегантна и привлекательна. На её невероятно дорогом белом платье не было ни пылинки, ни пятнышка. Только из-за одной улыбки, её можно было принять за ангела. Однако реальность была иной, о чём говорили два чёрных как смоль крыла виднеющихся за спиной.

— Леди и джентльмены, добро пожаловать в Колдовское Королевство. Позвольте представиться. Я Смотритель Стражей этажей Великой Гробницы Назарик и по совместительству Страж Колдовского Королевства Айнз Оал Гоун. Если говорить более знакомыми вам терминами, я занимаю должность премьер-министра

— Я..., Я благодарна Вам за столь тёплый приём. Я глава дипломатической миссии Святого Королевства Ремедиос Кастодио, и я очень благодарна вам за то, что вы организовали эту встречу.

— Не стоит благодарностей. Его Величество Король-Заклинатель испытывает глубокую обеспокоенность событиями, происходящими в Святом Королевстве, Его Величество сказал, что выделить время для встречи с Вами вполне естественно.

— Мы...Мы очень благодарны Вам за это.

Альбедо по-прежнему улыбалась. Её присутствие сбило Ремедиос с мысли. Её сверхъестественная красота была такова, что даже представители того же пола не могли устоять пред ней. Альбедо окинула своим взором каждого, включая Нейю.

— Что ж, Его Величество ожидает, поэтому я сопровожу вас в тронный зал. Могу я попросить Вас проследовать за мной?

— Да-да, конечно. А что… что насчет наших мечей?

— Ах, да, об этом.

Альбедо усмехнулась.

"Почему она так улыбается?", — подумала Нейа. Нельзя приносить оружие на встречу с королем, поэтому обычно их просили сдавать свое оружие. Это было также проявлением доверия к другой стороне.

— Обычно мы забираем их на хранение, но в этом нет необходимости. Вы можете взять его с собой.

Альбедо сказала то, что Нейа не могла понять. Ремедиос в свою очередь спросила "почему?". Конечно, у кого-то, кто проводил все своё время со Святой Королевой, было еще больше оснований подвергнуть это сомнению.

Столкнувшись с их обоснованными сомнениями, Альбедо снова улыбнулась.

— Естественно, это потому что мы доверяем нашим почетным гостям из Святого Королевства, а также потому что мы, как государство, где живёт много нежити, должно быть кажемся для вас враждебной страной. Поэтому я чувствую, что позволение оставить ваши клинки при себе заставит вас чувствовать себя спокойнее. Конечно, мы не собираемся причинять вам вред. Но если вы хотите оставить их у нас, мы, конечно же, можем удовлетворить вашу просьбу.

— Тогда наша страна любезно примет добрую волю Его Величества. Могу ли я попросить вас взять на хранение все мечи, кроме моего. Прошу прощения, но я ношу национальное достояние своей страны, поэтому, надеюсь, вы понимаете, почему я говорю, что не могу передать его в ваши руки.

— Я понимаю.

Альбедо взглянула в сторону, и появившееся существо-нежить забрало их мечи на хранение. Возможно, нашлись бы паладины, которые были недовольны тем, что передавали свои мечи нежити, но, так как это был приказ их капитана, они не могли отказаться.

Нейа смотрела на Альбедо, когда передавала свое оружие. Неизвестно, какие мысли она скрывала за этой красивой улыбкой. Скорее, можно сказать, что она смотрела на них с чистой доброжелательностью, как будто она излучала искреннюю доброту Нейе и остальным. Однако правильно ли всё понимает Нейа? Например, что, если была более глубокая задумка -

"- Она разрешала вооруженным людям стоять перед ее хозяином. Это было по приказу самого Короля-Заклинателя? Или ... это потому, что она знала, что мы не можем причинить ему вред?"

Несомненно, Король-Заклинатель был невероятно сильным волшебником. Так было ли это решение принято из-за его высокомерия и уверенности в том, что какие-то паладины из Святого Королевства не смогут победить его? "Или он может держать поблизости охраняющую его нежить. Госпожа Альбедо не выглядит так, будто у нее есть боевые способности..." Премьер-министр, чья красота была настолько далека даже от мысли о насилии, насколько это было возможно, нежно улыбнулась.

— Итак, внимание всем. Король-Заклинатель ждет. Пожалуйста пройдите за мной, чтобы встретить его.

* * *

Тронный зал не был так щедро украшен, как она себе представляла. Казалось, что это помещение начали использовать сразу после захвата, не проводя даже реконструкций. Однако сам трон ярко сверкал; можно было бы сказать, что он сиял золотым свечением. Конечно, он не был сделан из чистого золота, он, должно быть, позолочен золотой фольгой. Но даже так было видно, сколько было вложено стараний и трат, учитывая размер трона. Кроме того, за троном висел столь же впечатляющий флаг. Сложно было сказать, что заставляло его развиваться в помещении, а сам он был сделан из какой-то ткани немыслимо глубокого черного цвета. Небольшое изменение угла падения света создавало впечатление, что он был темно-фиолетового цвета.

— Пожалуйста входите, Ваше Величество.

— Всем поклониться, — скомандовала Ремедиос.

"Паладины кланяются нежити"; несмотря на всё удивление Нейи, как Ремедиос смогла принять такое решение, она не стала противиться, опустилась на одно колено и приклонила голову. Она знала все эти придворные церемонии. Тем не менее, её опыт встречи с королями ограничивался случайной встречей во время службы оруженосцем. Она опустила голову, не переставая осматриваться, лихорадочно бросая взгляды на окружающих её паладинов.

"Кажется... Всё идёт хорошо."

Конечно, так могло показаться только при взгляде на спины поклонивщихся впереди паладинов. Возможно, если бы она посмотрела прямо на них, её мнение бы изменилось.

"Все будет хорошо! Меня никто не ругал за манеры даже перед самим Святым Королем. Папа сказал, что я хорошо себя зарекомендовала и даже похвалил меня."

— Его Величество, Айнз Оал Гоун прибыл.

Когда Альбедо закончила говорить, с места, где она стояла - чуть впереди и в стороне от всей группы - Нейа единственная услышала очень слабый звук, после которого последовал звук шагов и тяжёлый звук чего-то, ударяющегося о землю. Вскоре она почувствовала, как кто-то сел на трон.

— Его Величество разрешает Вам поднять свои головы.

В этот момент у неё перехватило дыхание. Поднять голову слишком рано или слишком поздно было бы нарушением этикета. Выждав несколько секунд, она молча подняла голову.

И затем всё внимание Нейей завоевало существо перед ней.

"Он, он и есть Король-Заклинатель, Айнз Оал Гоун…"

Его лицо представляло собой голый череп, а в глазницах светились две красные точки. Вот уж действительно, внешний вид подобающий нежити. Тем не менее, Нейа знала, что он был чем-то бо́льшим.

Первым, что удивило её, стала его одежда. Он был одет богаче, чем многие дворяне, которые присутствовали на приёмах в честь наследования своего титула. Длина его мантии и её подол казались очень удобными, и рукава были на удивление свободными. Одеяние было сшито из безупречно белой ткани и слегка украшено золотым и фиолетовым. Его талия была подвязана поясом, но это вовсе не казалось неуместным. Настолько причудливый, насколько это возможно, он источал экзотический вкус, и "красивый" было единственным верным словом, которым она могла бы описать его.

В дополнение ко всему он носил перчатки такого же цвета, как и его одежда, со вставками из металлических пластин, которые искрились всеми цветами радуги. В одной руке он держал мистический посох, похожий на семь змей, извивающихся вокруг друг друга. Должно быть, это он был источником тяжёлого звука, который она слышала чуть раньше. К тому же он излучал мистическое обсидиановое сияние, и это было поистине удивительно.

" ... Он на самом деле нежить? Не может быть..."

По представлениям Нейи, нежить была представлена такими существами, как: зомби, скелеты, вурдалаки, и другие подобные создания. При всём при этом, в глазах Нейи Король-Заклинатель не подходил под описание нежити. Загадочным образом его скелетное лицо не пугало её. На самом деле, можно было даже сказать, что вокруг него витал дух чистоты и святости.

Он был могущественным существом, ужасающей сущностью, чья сила выходит за границы человеческого разума - другими словами, он был Высшим Существом. Нейа уже забыла про Альбедо, стоявшую рядом с троном, и непрерывно рассматривала Короля-Заклинателя. И лишь слова "хорошо, итак...", произнесенные королем, наконец привели её в чувство.

— Вы проделали долгий путь из Святого Королевства, госпожа Ремедиос, и вы, леди и джентльмены из ордена паладинов.

— Большое спасибо, Ваше Величество.

— Само собой, мы могли организовать для вас приветственный банкет, но, сдаётся мне, никто из вас сейчас не в настроении для этого. Поэтому я выделил время из своего напряженного графика для аудиенции с вами. В таком случае, вместо напрасной траты времени на словесные игры – на хождение вокруг да около и неискреннюю лесть - давайте говорить начистоту. Я надеюсь, нет никаких возражений?

— Совсем нет, Ваше Величество.

— Очень хорошо. Итак, опишите мне текущее состояние Святого Королевства. Разговор без обмана или недомолвок позволит Колдовскому Королевству лучше помочь вам.

Ремедиос, демонстрируя понимание, излила душу о состоянии Святого Королевства. Нейа не понимала причин её поступка. Хотя было похоже, что даже саму Ремедиос это беспокоило. Содержание её рассказа было похожим на то, что Густав поведал Синей Розе, и она закончила на словах о том, что ситуация на фронтах была напряжённой. Вероятно, она не хотела говорить о том, что Святое Королевство было на грани уничтожения, тем более королю нежити.

— Я понимаю. В таком случае, зачем вы прибыли в мою страну?

— Мы хотим обратиться с просьбой к Вашему Величеству. Говорят, что искатель приключений по имени Момон присягнул вам, и если бы мы могли одолжить этого воина, способного сражаться наравне с Ялдабаофом, нам нечего будет бояться. Стало быть, я здесь для того, чтобы попросить вас отправить воина Момона в нашу страну.

Алое свечение в глазах Короля-Заклинателя внезапно исчезло, а мгновение спустя вновь появилось.

— Как я и думал. Я также подготовил ответ на этот случай, который звучит как "нет".

— Позволите спросить о причине вашего решения?

— Что ж, над моей нацией витает что-то вроде чёрной метки, а Момон, пока он находится здесь, является гарантом мира в моей стране. Именно блягодаря тому, что он здесь, люди могут жить спокойно.

— Но разве вы не командуете легионами нежити, Ваше Величество?

В ответ Король-Заклинатель тихо засмеялся.

— Кажется, вы, дамы и господа из Святого Королевства, видели мои войска нежити и считаете их вполне достойными. Тогда не примете ли вы этих солдат вместо Момона? Я полагаю, вы все видели, что всякая нежить под моим командованием весьма эффективна. Они легко справятся с вторжением полулюдей.

У Ремедиос не было слов.

Скорее всего, она представила себя во главе армии нежити, направляющейся в Святое Королевство. Нет, это было немыслимо. Командование нежитью было полной противоположностью самой сути паладина.

На самом деле нежить имела много преимуществ. Они не нуждались в пище, могли поджидать посреди глухого леса, и их можно было назвать идеальной армией. Но мысль о том, чтобы принять в свою армию нежить, которая считается врагом всего живого, пугала больше, чем что-либо ещё. Да даже просто принять войска другой страны в свою армию уже могло быть источником для беспокойства. Решив проблемы Святого Королевства, они сами могут перейти в наступление.

— Эм, в таком случае...

Король-Заклинатель посмеялся над замешательством Ремедиос.

—Вот именно, госпожа Кастодио. В моей стране есть те, кто думает о том же. Использование нежити для сельского хозяйства, обработки полей и обеспечения безопасности - это все помогает принять и понять нежить. Но, к сожалению, те из моих граждан, кто далёк от всего этого, пока ещё не в состоянии с ней смириться. Конечно, сейчас ситуация куда лучше, чем была в начале моего правления, но всему требуется время. Момон может прислушаться к их жалобам и проблемам и помочь решить их многими способами. Если я вышлю его сейчас, никто не может предсказать, как поведут себя недовольные этим жители.

— В таком случае, я уверена, что мы, паладины, можем остаться здесь и закончить работу по созданию доверия в отношении нежити, не так ли? Многие люди считают, что паладины заклятые враги нежити. Так почему бы именно нам не отстаивать и объяснять, что нежить в подчинении Вашего Величества заслуживает доверия?

— Хм... это предложение заслуживает внимания.

После короткого размышления Король-Заклинатель положил свободную руку на лицо.

— Хм... Не думаю, что нанять чужеземцев для этой задачи приемлимо, нет. Можно доверять лишь тому, кто пережил те же проблемы и страдания, что и ты. И конечно, они не смогут довериться незнакомцам, что пришли непонятно откуда и заявляют, что нежитью - это друзья, согласны? Как я и думал, вы не сможете заменить авантюриста адамантового ранга, который уже обладает кредитом доверия в этом городе.

Его логика была безупречной. Поэтому ей нечего было противопоставить его заключению. Это особенно касалось Ремедиос, которая была человеком, чей характер стоял на эмоциях.

Тогда Король-Заклинатель спросил у безмолвной Ремедиос:

— Очень хорошо. Тогда перейдем к следующему вопросу. Я хотел бы узнать у Вас о том, о чем вы не упомянули, госпожа Кастодио. В прошлом Момон поведал мне что под командованием Ялдабаофа служат довольно сильные горничные. Могу я поинтересоваться у вас, леди и джентльмены, встречались ли вам подобные личности в Святом Королевстве?

— Мы не встречали никого похожего. Кроме того, мы лишь недавно узнали о их существовании после беседы с членами Синей Розы.

— Ясно... Это может значить, что горничные являются козырной картой Ялдабаофа, не так ли? Или же это значит, что они заняты делом в другом месте?

— Мы не можем быть уверены.

— Насколько я помню, вы упомянули, что Южное Святое Королевство всё ещё держится. Вы поддерживаете с ними секретную связь?

— В определенной степени, да.

— Так они еще не проникли на юг? Возможно, я переживал излишне. Хмм...

Король-Заклинатель внезапно обратил свой взгляд к потолку.

— Ваше величество, вы считаете, что приспешники Ялдабаофа проникли на юг?

— Я этого не говорил. Но я размышляю, если у него есть такие могущественные пешки, почему он до сих пор не использовал их... и насколько я помню, в начале беседы я попросил о полном доверии, не так ли? Поэтому, позвольте мне прямо сказать: какое вознаграждение может предложить мне Святое Королевство в обмен на помощь, предоставляемую моей страной?

Это был совершенно нормальный вопрос, и его вполне можно было ожидать. Однако ответить на него было очень сложно.

— Мы можем предложить дружбу, доверие и уважение моей страны.

Король-Заклинатель фыркнул на ответ Ремедиос.

Тем не менее, нельзя сделать вывод, что ответ Ремедиос был неправильным. Были времена, когда всё, что требовалось от паладина - это ринуться в битву не за жизнь, а на смерть. И например того, кто защищал бедную деревню, которая не могла позволить себе выплатить должное вознаграждение и бросить вызов получеловеческой орде, принимали за образец паладина.

— Это то, что скорее всего сказал бы паладин. Возможно, один из моих старых друзей вполне мог бы принять решение, основываясь только на этом. Но, к сожалению, такие слова не могут убедить меня. Как я и говорил, не будем прибегать к пустой лести. Можете ли вы предложить мне какие-либо ощутимые выгоды?

"Он, говорит, что многоуважаемый Момон друг Короля-Заклинателя? Он обращается к нему так фамильярно, потому что он не просто его подчиненный?"

Пока Нейа думала об этом, Ремедиос хранила молчание.

Нет. Ей нечего было сказать. Истина заключалась в том, что Ремедиос Кастодио не могла давать какие-либо обещания такого рода.

Что произойдет после того, как они победят Ялдабаофа? Конечно, им нужно будет избрать следующего Святого Короля. Однако вероятность того, что такой человек будет прислушиваться к словам паладина, просто ничтожна. Если король будет избран из южных дворян, которые были настроены к ней недружелюбно, Ремедиос и остальных скорее всего посадят под домашний арест за их провал при защите Святой Королевы.

В этом случае, даже если они заключат пакт с Королем Заклинателем, не было никакой гарантии, что упомянутый пакт действительно будет соблюдён. Нет, прежде всего, под сомнением был вопрос даже о том, что эта группа вообще имеет право представлять свою нацию. В конечном счете, истинная цель этой посланной делегации состояла в том, чтобы вызвать сочувствие среди простолюдинов, которые не понимали ситуацию.

По этой причине они не имели возможности давать какие-либо обещания. Ни один человек не мог представлять всю страну самостоятельно; единственным, кто мог это сделать, был её король.

— Простите меня, Ваше Величество. Я вице-капитан Густав Монтанис, который работает под командованием капитана Кастодио. Позвольте мне говорить от ее имени.

Король-Заклинатель слегка кивнул, показывая, что он может продолжать.

— Примите мою величайшую благодарность. Мы не можем гарантировать, то о чём говорит Ваше Величество. Даже если мы вернём территорию Святого Королевства, восстановление разоренной Ялдабаофом земли займет очень много времени. Я не думаю, что мы можем предоставить вам всё, что мы пообещаем здесь, даже если сильно поспешим. Однако есть кое-что, что я хотел бы сказать Вашему Величество, а именно – опасность Ялдабаофа.

— Хм ... продолжай.

— Да. Разобщённые полулюди, которые едва ли угрожали Королевству в прошлом, теперь, находясь в подчинении Ялдабаоф, стали грозной силой. Если не остановить Ялдабаофа сейчас и позволить ему скрыться, неизвестно, какие ещё подготовительные планы он осуществит и где он снова нанесёт удар.

— Другими словами, вы говорите, что лучше всего убить его сейчас, учитывая, что он показал свое истинное лицо. Поэтому нужно как можно скорее искоренить потенциальную опасность. Это то, что вы имеете в виду?

— Всё так, как Вы сказали. Меньшего от Вашего Величества и не стоило ожидать. Поэтому можем ли мы попросить вас отправить господина Момона на помощь?

— Понимаю. Причина совершенно понятная. Действительно, пришло время, покончить с этим Ялдабаофом.

— В таком случае —

Лицо Густава светилось от счастья, но Король-Заклинатель поднял руку и стукнул посохом, чтобы прервать его.

— В любом случае, вопрос об отправке Момона всё еще очень непростой. Даже если он победит Ялдабаофа, отсутствие Момона приведет к волнениям в нашей политической среде и тревоге людей. И что нам делать в такой ситуации? Если бы у меня было больше времени для стабилизации внутренней политики страны, тогда бы я отправил Момона, с его согласия, конечно же. Учитывая вами сказанное, вы готова задержаться здесь немного дольше, нет?

— Но, действительно... сколько времени это займёт?

— Кхм.. Альбедо, как ты думаешь?

Премьер-министр остававшаяся всё время в стороне, впервые обратилась к господину.

— Если принять во внимание постепенную интеграцию полулюдей в нашу страну, это будет означать некоторую задержку в этом процессе. Это может занять несколько лет. Точно... Если бы у нас было пять лет, это не составит проблем.

— Именно так. Я надеюсь у вас нет вопросов?

Пять лет. Густав нутром прочувствовал эти слова, преждне чем мягко покачать головой.

— Учитывая озвученный период, это может стать проблемой...

— Понятно... В самом деле. Я должен был подумать о ситуации в вашей стране. В конце концов, это просьба дружественной страны.

Король-Заклинатель сделал особый акцент на словах "дружественная страна".

— Наша страна сделает всё возможное, чтобы сократить это время. Альбедо, сколько нам понадобится в лучшем случае?

— В таком случае, как насчёт 3 лет? Но это может привести к беспорядкам в стране.

— Ничего с этим не поделать. В конце концов, мы спасаем дружественную страну. Полагаю, наша сторона может потерять на этом несколько жизней... ну, образно говоря.

Король-Заклинатель, кажется, шутил, но никто не смеялся.

— Хм. Что теперь скажете? Мы сократили ожидание на два года.

Он уже уступил два года, но три - это слишком много. Сколько потерь мы понесём за это время? И тут же возникает вопрос о том, сможет ли Святое Королевство хотя бы выжить как нация - нет, шансов не было. Но если они сейчас выступят и скажут всё это вслух, тогда, скорее всего, даже решение об отправку Момона через три года окажется под вопросом. В любом случае, шанс на спасение Святого Королевства был прямо перед глазами.

Возможно, она пришла сюда ради этого момента. Она должна поставить свою жизнь на кон. Приготовившись к смерти, Нейа глубоко вздохнула и сказала.

— Мои искренние извинения, Ваше Величество Король-Заклинатель.

— А ты...?

— Я Нейа Бараха, оруженосец ордена паладинов Святого Королевства. Я понимаю, что это очень грубо, но, пожалуйста, позвольте мне просить вас о более скорой отправке господина Момона.

Король-Заклинатель пришел в глубокую задумчивость.

— Нейа! Как смеешь ты, будучи оруженосцем, просить об услуге Короля-Заклинателя?!

Пока до неё доносились упрёки Ремедиос, она думала лишь об одном.

"Если собираешься убить своего оруженосца за её неуважительное поведение, пожалуйста, подожди ещё чуть-чуть."

— Ах, да всё в порядке. Так тебя зовут Нейа, верно? В таком случае, насколько раньше ты бы хотела, чтобы я отправил Момона?

— Я чувствую, что его следует отправить как можно быстрее, даже если его прибытие ускориться всего на один день.

— И ты настаиваешь на своей просьбе, хотя знаешь, что отправка Момона повредит Колдовскому Королевству?

— Да!

Нейа склонила голову. Она уже давно приготовилась к тому, что капитана попросят принести её голову, если её слова оскорбят Короля-Заклинателя, чтобы она заплатла за свои грехи жизнью. Она крепко зажмурилась, потому что знала, что её голова могла слететь с плеч в любой момент.

— Ваше Величество! Я искренне извиняюсь за неуважение, проявленное моим оруженосцем! Мы никогда не намеревались наносить вред Колдовскому Королевству.

— Нет, не обращай внимания. Для жителя Святого Королевства естественно хотеть спасти свою родину даже за счет других ... хмм. Альбедо, можем ли мы сократить срок до двух лет?

— Я считаю, что это будет очень сложно.

— Пожалуй, ты права. Но всё равно... сделай это.

Нейа, услышав это, подняла голову, чтобы взглянуть на Короля-Заклинателя.

— Да! Будет сделано, Ваше Величество!

Как только её достиг голос этого могущественного, абсолютного правителя, её плечи сильно задрожали, возможно потому, что ей было очень неспокойно от такого сложного приказа, который теперь ей предстояло выполнить.

— Нейа ... Бараха. Как насчет двух лет? Возможно, ты всё равно сочтёшь это долгим сроком, но вы должны суметь продержаться, пока у вас остаётся южная армия, разве нет?

Конечно, два года это было слишком долго. Однако она больше не могла полагаться на щедрость Короля-Заклинателя.

— Большое вам спасибо, Ваше Величество!

Благодарность в её голосе была настоящей, потому что она чувствовала, что шансы на спасение её страны только что выросли. После этого Ремедиос склонила голову.

— Большое спасибо, Ваше Величество! Мы глубоко признательны вам за то, что вы прислушались к просьбе нашего оруженосца.

— Все в порядке... Капитан Кастодио, под вашим началом служит хорошая девушка. Если бы она не любила свою страну так сильно, как бы простая слуга осмелилась обратиться с такой просьбой к правителю другой страны? Конечно, я её не виню.

— Нет, я уверена, что она должна быть вне себя от радости услышав слова Вашего Величества.

— Хорошо. Тогда на этом все. Это была плодоносная встреча.

— Объявляю об уходе Его Величества, Короля-Заклинателя.

Нейа склонила голову в ответ на слова Альбедо. И снова посох застучал по земле одновременно с его шагами, точно так же, как когда он входил в этот зал. Звуки постепенно отдалялись, и вскоре они услышали звук закрытия двери. Король-Заклинатель, вероятно, покинул комнату.

— Он ушёл.

Когда Нейа подняла свою голову она увидела, что у Альбедо порозовели щеки, она улыбнулась и сказала:

— Тогда, пожалуйста позвольте мне проводить вас к выходу.

* * *

Нейа приготовилась к выговору от Ремедиос, и само собой, она его получила сразу по возвращении в гостиницу.

— Ты! Ты хоть понимаешь, что ты наделала?!

Лицо Ремедиос налилось красным, когда она приблизилась к Нейе. Вице-капитан Густав поспешно протянул руки и встал между Нейей и Капитаном.

— Капитан Кастодио! Подождите немного! Нет никаких сомнений в том, что действия оруженосца Барахи были неподобающими, но в конечном итоге она сэкономила нам год ожидания. Разве это не что-то достойное похвалы?

— Что за чушь ты несёшь?! Из-за нее все могло обернуться в пыль! Кроме того, ты хочешь, чтобы я хвалила её за то, что она действовала без разрешения? Ты шутишь, что ли?!

— Я искренне извиняюсь.

Склонив голову Нейа извинялась от чистого сердца.

— Ты действительно понимаешь, что провинилась? Может быть, тебе повезло на этот раз, но смогла бы ты взять на себя ответственность, если бы все закончилась плохо для нас?

— Я очень сильно виновата...

— Я это уже знаю! Ответь мне! Смогла бы ты встретиться со всеми страдающими людьми в Святом Королевстве и сказать им, что помощь не придёт из-за тебя?!

— Нет, ваша слуга не смогла бы взять на себя такую ответственность.

— В таком случае, почему ты попросту влезла и сделал это? О чем ты думала?!

Нейа подняла голову и посмотрела прямо на капитана.

— В случае необходимости, если бы ситуация вышла из-под контроля, ваша слуга заплатила бы жизнью в качестве извинения перед Королем Заклинателем за проступки вашей слуги.

Глаза Ремедиос широко распахнулись, когда она услышала это. Однако они снова сузились в недовольстве. Вице-капитан Густав кивнул в знак уважения.

— И ты считаешь этого достаточно для извинения? Ты считаешь, что жизни такой как ты, будет достаточно, чтобы просить прощения?

— Не знаю наверняка, но я уверена, вы и остальные сможете что-то придумать, Капитан.

— И что ты будешь делать, если мы ничего не придумаем?

Действительно, всё так, как сказала капитан. Вполне вероятно, что даже казни Нейи недостаточно, чтобы получить прощение Короля-Заклинателя. Однако Нейа сказала то, что должна была, потому что три года - это слишком много.

"Неужели, капитан была готова принять "трехлетний план"? Почему меня ругают те, кто ничего не сделал? Я знаю, что, хотя жизнь людей Святого Королевства и висит на волоске, я не должна действовать самостоятельно, но даже так, хоть кто-то должен был что-то сделать..."

Оправдывала ли цель средства? У неё не было ответа. Тем не менее, для того, кто хоть попытался, было трудно выслушивать лекции от того, кто сидел сложа руки. Конечно, Нейа хорошо себе представляла последствия, если она скажет это в лицо. Поэтому она сохраняла спокойствие и просто опустила голову.

— Капитан, этого должно быть достаточно. Благодаря ей мы сэкономили год. Главное - баланс между вознаграждением и наказанием. Возможно, вам даже стоит похвалить её, капитан.

— Тц.

Капитан выглядела неудовлетворенной, словно не успела высказать всё, что хотела, а потом молча повернулась, и ушла.

Густав вздохнул и повернулся к Нейе.

— Твоя решимость достойна уважения. Может капитан и ведёт себя так, но на самом деле она уважает твой вклад в дело.

Это определенно ложь. Это была ложь, которую невозможно скрыть. Наверное, Густав понял это по её выражению, но он посмотрел ей в глаза, а затем горько улыбнулся.

— В любом случае, я поговорю с капитаном об этом. Однако пока что тебе не стоит попадаться ей на глаза, всё может обернутся немного неприятно… Не отяготит ли тебя небольшая прогулка?

— Я всё понимаю. Спасибо, вице-капитан.

Выйдя из гостиницы, Нейа отправилась бесцельно бродить, прозябая от дыхания зимы.

— Как же хол.... Фууф...

Раз её всё равно отправили гулять, куда в этом городе можно пойти?

Нейа засунула руку в карман и достала небольшой кожаный мешочек. Внутри было немного денег, несколько медных и серебряных монет из Священного Королевства. Даже если они были бы непригодны для использования, у неё ещё была торговая золотая монета. Более чем достаточно, чтобы поесть. Тем не менее, эта золотая монета была последними карманными деньгами из тех, которые ей дали родители. Так на что же потратить этот бесценный кусочек золота?

Нейа взглянула на незнакомый город перед ней.

— Что за мучение... чёрт...

— Выглядишь подавленной.

Нейа вздрогнула от неожиданного голоса.

— Иди по этой дороге, тут слишком людно.

Владелец голоса был не из тех, кого она могла бы забыть так быстро, и Нейа еле сдержалась, чтобы не вскрикнуть. Последовав указанному пути, она услышала движение позади себя. Казалось, что это был не только голос, а кто-то действительно шёл за Нейей, вот только этот человек был невидимым.

На повороте дороге голос снова указал ей: "В переулок слева". Нейа молча подчинилась. В переулке было удивительно безлюдно, совершенно никаких прохожих. Через несколько шагов Нейа повернулась и обратилась к владельцу голоса.

— Ваше Величество, позвольте спросить, почему вы пришли сюда? И неужели я не могу видеть Вас из-за магии?

— Понятно, вот почему ты беспрекословно подчинилась. Значит, ты узнала меня.

Произнеся это, Король-Заклинатель показался. Он был переодет в непритязательную чёрную робу, но даже она блестела, как бархат. Было очевидно, что это очень высококачественный предмет одежды. Нейа немедленно приклонилась перед ним.

— Всё так, как говорит Ваше Величество. Но простите... могу я спросить, где ваши последователи?

— Их тут нет. В конце концов, будь они тут, появилось бы много проблем.

— П-почему?

— Ну, я хочу поговорить с твоим капитаном наедине, так что, пожалуйста, иди и приведи её... Хотя нет, лучше бы сделать это в комнате. Можешь помочь мне и открыть окно в её комнате? Я войду через него.

Это была странная просьба. При других обстоятельствах она бы не открыла окно — вот так просто. Однако она имела дело с королем этой страны, который, к тому же, согласился помочь Святому Королевству. Столкнувшись с просьбой Короля-Заклинателя, Нейа должна была сделать всё, чтобы не разочаровать его.

Слово "убийство" промелькнуло в голове Нейи, но если Король-Заклинатель хотел бы это сделать, то мог покончить с этим ещё на приёме.

Конечно, это может быть кто-то, маскирующийся под Короля-Заклинателя. Однако личность перед ней создавала впечатление величественного правителя, поэтому можно было безошибочно сказать, что он и есть Король-Заклинатель. Каждое его движение было настолько величественным, достойным только того, кто был прирождённым правителем.

Стоит ли ему доверять? Или нет?

Нейа быстро обдумала это и выбрала первый вариант.

— Поняла. Тогда я немедленно пойду и открою его.

— Мм... Я тут подумал, тебя отправили по какому-то заданию? Если это так, я должен буду извиниться перед вашим капитаном.

— Аа?

— "Аа"?

Нейа не могла не посмотреть в глаза Королю-Заклинателю.

— Раз ты не на задании, должно быть, ты проводишь здесь свободное время, так? В этом случае, ведь оно очень ценное - мм, я должен извиниться перед тобой за то, что вынуждаю потратить драгоценное время отдыха на выполнение моей просьбы.

— Нет, нет, ничего такого, в этом нет необходимости... в любом случае, я сейчас же пойду и открою окно в комнату капитана.

Нейа быстро побежала в противоположную от Короля Заклинателя сторону.

Добрые слова, сказанные кем-то другим, подействовали как целебная мазь, тщательно втираемая на ладони, покрытые царапинами и ушибами. Они проникли в сердце Нейи, и это удивило её.

Нейа побежала изо всех сил и немедленно вернулась в гостиницу. Естественно, нельзя было бегать в гостинице высокого класса, но Нейа не могла отступить по этой причине. Всё, что ей оставалось, это двигаться как можно быстрее, не причиная никому неудобств, но несмотря на это, она ловила на себе недовольные взгляды сотрудников. Наконец, она дошла до двери в комнату Капитана.

Нейа немедленно постучала в дверь, а затем обнаружила, что она заперта, когда попробовала взяться за ручку. Холод пронзил сердце Нейи, она почувствовала себя изгоем, но было не время беспокоиться об этом.

— Это оруженосец Нейа Бараха, пожалуйста, откройте.

Дверь щелкнула, и из-за неё показалось лицо паладина.

— Прошу меня простить, — сказала она; теперь не было времени соблюдать каждую деталь этикета. Затем Нейа повернулась к Ремедиос, которая была в комнате, и сказала: — Король-Заклинатель хочет поговорить с вами наедине, Капитан.

Нейа могла почувствовать, что взгляды всех были направлены ей за спину.

— Нет, вы не так поняли. Его там нет.

Сказав это, Нейа подошла к окну и открыла окно. Как и ожидалось от высококлассного заведения, окна открывались без каких-либо скрипов.

— Какого черта?

В глазах непосвященных это был внезапный поступок. Естественно, что паладин закричал на её. Тем более паладин, который раньше отвечал за безопасность Святой Королевы. Однако Нейа проигнорировала его, и высунулась из окна, помахав Королю Заклинателю, который должен был быть снаружи. После этого Нейю затащили обратно за воротник.

— Ты что творишь, оруженосец Бараха? Нельзя открывать окно просто так. Более того, там и духа нет Короля-Заклинателя!

Оглянувшись, она увидела паладина с красным лицом. Его гнев можно было понять. Однако...

— Сейчас появится. Она нарушила ваши правила по моей воле. Если вы хотите кого-то обвинить, тогда вам следует обвинять меня.

По комнате пронёсся спокойный голос. Король-Заклинатель медленно появился стоящим на оконной раме. Нейа увидела, как паладин тянется за длинным мечом на талии и отчаянно попыталась остановить его.

— Хм... Простите, что потревожил вас. Я решил прийти сам, чтобы поговорить с вами наедине. Конечно, с моей стороны было грубо входить через окно, но это было необходимо для сохранения инкогнито. Надесь, вы это понимаете. А также я должен извиниться перед ней.

Спустившись с окна, Король-Заклинатель осмотрел комнату вокруг него.

— Я Король-Заклинатель, Айнз Оал Гоун.

Как только он произнёс имя, Нейа первой упала на одно колено. Через мгновение она услышала, как паладины позади неё одновременно преклонили колено.

— Очень хорошо... Вы можете встать. У нас мало времени, мы можем поговорить с вами, капитан Кастодио?

— Не возражаю, Ваше Величество. Пожалуйста, пройдите сюда.

Когда Нейа поднялась, она выдохнула - как раз вовремя, чтобы встретиться взглядом с обернувшимся Королём-Заклинателем. Конечно, в глазницах Короля-Заклинателя не было глазных яблок, так что она, скорее, воображала, что смотрела ему в глаза.

— Будет ли ваш оруженосец принимать участие?

— Она всего лишь слуга, Ваше Величество!

— Разве она не присутствовала недавно на аудиенции?

Естественный тон Короля-Заклинателя звучал так, как будто он действительно не знал. Однако в его словах ощущался сильный сарказм.

— Оруженосец Бараха, ты идёшь с нами.

— Да!

Хотя Нейа не очень-то и любила участвовать в собраниях, на этот раз она очень хотела узнать, почему Король-Заклинатель почтил их своим присутствием.

Ремедиос и Густав сидели за столом напротив Короля-Заклинателя, а Нейа и остальные стояли у стен. Все было так же, как когда они принимали Синюю Розу.

— Ваше Величество, позвольте спросить вас прямо. Почему вы решили посетить нашу скромную обитель?

Ремедиос кивнула на вопрос Густава.

— Само собой. Как я уже говорил, мне не нравится ходить вокруг да около. В конце концов из-за этого слова могут быть неверно истолкованы или нести двойной смысл.

Слова Короля-Заклинателя вызывали у них чувство личного беспокойства, которое было трудно объяснить.

— Хотя я уже согласился отправить Момона через два года, вы можете принять другое моё предложение. Для моего Колдовского Королевства не является невозможным немедленно отправить кое-кого столько же сильного, как и Момон.

— Такого же, как Момон? — Ремедиос не могла не воскликнуть.

— Могу ли я узнать суть предложения, Ваше Величеств? В зависимости от деталей, я молю вас простить нас, если мы не сможем дать Вашему Величеству незамедлительный ответ.

Король-Заклинатель усмехнулся в ответ на слова Густава, а затем вновь заговорил.

— Разумеется. По моим приблизительным оценкам, ваше нынешнее положение... Что ж, называть вас "сопротивлением" будет немного чересчур, но суть дела такова, что всё, что от вас осталось, это отряды партизан, прячущихся по пещерам, верно?

Все в комнате затаили дыхание. Нейа не стала исключением.

Почему Король-Заклинатель заговорил о подлинном положении дел в Святом Королевстве? Как он сумел так точно всё описать? Особенно впечатляло, что он упомянул пещеры.

Лица капитана и Густава застыли, только их глаза перевели взор на Нейю. Кажется, они считали, что Нейа раскрыла Королю-Заклинателю правду о них. Поэтому Нейа покачала головой, как бы говоря: "Это не я!"

Король проигнорировал шок Нейи и остальных, продолжая говорить.

— Силы юга нетронуты, но вы не пытались сотрудничать с ними и проводить совместные операции. Это потому, что между вами и знатью юга существует раскол. В таком случае, как только вы – не сумевшие защитить Святую Королеву - попадёте под командование нового короля, вероятно, вам стало сложно будет удержаться на прежней должности. Поэтому вы не можете предлагать мне земли, титулы, торговые уступки и другие подобные привилегии. Раз вы не стали распинаться передо мной по этому поводу, значит есть вероятности войны с моим Королевством в зависимости от того, что решит следующий Святой Король.

Король-Заклинатель ясно выделил ключевые аспекты войны с полулюдьми, как и принятые ими решения насчет их будущего.

— И точно так же вы не можете использовать свои национальные сокровища, чтобы торговаться со мной. Как, например, этот святой меч, который вы носите, капитан Ремедиос. Если бы вы действительно попытались обменять их, то в лучшем случае в пропаже сокровищ вы можете обвинить Ялдабаофа, а затем передать их мне. Однако, такая сделка опасна. Стоит только кому-нибудь сообщить Святому Королю, что это богатство было получено из ваших рук, доверие к паладинам пойдёт ко дну как камень. Бесполезно, другими словами. Поэтому, всё, что вы могли сделать, дамы и господа, уже сделали в комнате для аудиенции, сообщив мне о своем бедственном положении. Хмм, я полагаю, что ухватил самую суть, судя по выражениям ваших лиц.

Произнеся эту речь, Король-Заклинатель откинулся на спинку кресла. Комнату заполнила тишина.

Безупречно. Он был слишком хорош.

Нейа почувствовала несравненное уважение к глубокому пониманию Короля-Заклинателя. "Этот король крут", - изумлялась Нейа.

В прошлом Нейа однажды встречала Святую Королеву, но Королева просто поздоровалась с ней, и у Нейи не было шанса узнать лицо истинного монарха. Таким образом, это был первый раз, когда перед ней был абсолютный правитель, обладающим проницательностью и достоинством, превосходящим всех остальных, и кроме этого, с невероятной силой - другими словами, совершенное создание.

Это сильное воздействие оставило неизгладимое впечатление на сердце Нейи.

— В общем-то говоря, кто угодно мог прийти к этому. Я даже немного смущен, что пришел сюда и самоуверенно излил всё это... Надеюсь, вы не считаете, что я говорю об этом, не подумав?

— К-конечно же нет, Ваше Величество! - ответил Густав с натянутой улыбкой.

— Замечательно. Если бы меня принимали за идиота, неспособного столько увидеть, я бы не смог стоять перед своими подчиненными, которые упорно работают ради меня... ну раз так, основываясь на всем этом, давайте я поясню вам своё желание... Горничные. Я хочу горничных.

Все - включая Нейю - могли только ошарашенно смотреть на совершенно нелепые слова, вылетевшие изо рта Короля-Заклинателя.

— ...Ах, мои извинения. Я неясно выразился. Хм, как бы сказать точнее? Во время нашей прошлой встречи всплыла тема могущественных горничных. Я хочу их. Насколько хорошо вы разбираете в магии?

— Совсем никак.

После ответа Ремедиос, Король огляделся вокруг, будто искал чьей-то поддержки.

— Ну, раз так... Что ж, в таком случае мне стоит объяснить, с чего бы мне начать... А, ну, нет, не то... Хм, представьте себе, что существует какой-то механизм, как Ялдабаоф заставил горничных служить ему. Таким образом, мой план состоит в том, чтобы победить Ялдабаофа, заполучить этот секрет и взять горничных под свой контроль. В таком случае моя страна получит сильных пешек.

— Н-но, мы не встречали горничных Ялдабаофа в нашей стране...

Король-Заклинатель засмеялся на ответ Густава.

— Ну же, их точно видели в Ре-Эстиз. Мне трудно представить, что их не было у вас. Или, возможно, они не появятся, пока Ялдабаоф не окажется в отчаянном положении?

— Позвольте мне напомнить... Мы всё ещё не уверены, действительно ли горничные существуют. Если вдруг окажется, что эти горничные не существуют, что вы будете делать, Ваше Величество?

— Будем решать проблемы по мере поступления. В любом случае, я буду требовать от вас предоставить мне что-либо взамен. В худшем случае, спишу всё на потраченное впустую время. Тем не менее, остается вероятность, что они появятся вне образа горничных, так что моя просьба, скорее всего, будет включать и других подчинённых Ялдабаофа. Да, точно. Он может использовать какой-то особый магический предмет для управления ими, так что я намерен добавить условие, что любые магические предметы Ялдабаофа, которые не могут быть признаны собственностью Святого Королевства, будут моими. Может так обернуться, что горничные, разоряющие ваше королевство, станут частью Колдовского Королевства, в связи с этим, я надеюсь, что могу рассчитывать на то, что вы забудете свои обиды с момента, как они попадут под мое управление.

— Вы имеете ввиду, что хотите, чтобы мы простили тех людей, кто, может быть, опустошает нашу страну?

После нерадостного ответа Ремедиос, Король-Заклинатель пожал плечами.

— Это потому, что я больше ничего не могу получить от Святого Королевства. Или хотите сказать, у вас есть что-то, что вы можете предложить мне?

Не в силах ответить, Ремедиос закусила губу.

— Ваше Величество, Капитан хотела сказать, что нам будет очень сложно убедить жертв забыть о своих обидах.

— Тогда вам придётся как следует потрудиться, чтобы убедить их, — холодным голосом сказал Король-Заклинатель. — Нет, тогда просто объясните, что горничные были подавлены магией Короля-Заклинателя и убраны восвояси. Это могло бы остудить их пыл, не так ли?

"Что же они сделают?", - думала Нейа, когда услышала слова Короля-Заклинателя. Если же они откажутся принять условия Короля-Заклинателя после того, как он сделал им так много уступок, то очень вероятно, что всё бы закончилось для них ничем. Было очевидно, что поставленные условия выгодны для Святого Королевства. Если они не воспользуются этой возможностью, то это решение можно назвать лишь словом "глупое".

— Это может быть довольно неприятно. Позволяя тем, кто опустошает...

— Ваше Величество! - прокричал Густав, прерывая Ремедиос. — Пожалуйста, позвольте нам обсудить это! Дайте нам немного времени!

"Вам до сих пор надо время на обсуждения, даже когда он пошёл на такой компромисс?" Даже Нейа понимала, что Король-Заклинатель мог упрекнуть их за такое. Но...

— Что ж, хорошо. Однако я не могу долго ждать, это создаст мне определённые неудобства, и мне не хотелось бы куда-либо отходить. Вы не возражаете, если я подожду вас здесь?

Нейа смогла лишь удивиться щедрости Короля-Заклинателя.

— Искренне благодарю Вас. Тогда мы быстро обсудим дело. Я молю вас подождать, несмотря на столь наглую просьбу.

— Всё в порядке. Вы можете выйти.

Двое из них встали и вышли, а затем удивительно быстро вернулись. Нет, они изначально пришли к общему согласию.

— Просим прощения за задержку, Ваше Величество.

— О нет, вы можете продолжать и обсудить больше, я не возражаю. Ну, тогда каков ваш ответ?

— Да, наш ответ таков, что мы согласны на все озвученные Вами условия, Ваше Величество.

— Я не прошу вас повиноваться мне. Я просто заключаю с вами сделку. Теперь необходимо оформить всё в письменном виде, но сейчас у меня нет необходимого оборудования и штампов. Давайте обсудим это позже... Вы же не против, если я воспользуюсь письменностью Колдовского Королевства?

— Среди нас есть те, кто могут на ней читать, поэтому это не проблема. Тогда Вас не затруднит представить нам человека, кто настолько же силён, как Момон?

— Ах, это. Он стоит прямо перед вами. Другими словами - это я.

Тишина вновь заполнила комнату, Нейа и другие потеряли дар речи и просто пялились в одну точку. Как следует проморгавшись, они вернули себе способность думать и мозг снова заработал.

— Ваше Величество, вы настолько же сильны, как Момон?

Слова Ремедиос заставили Нейю замереть на месте, но был человек, которого они наоборот привели в движение.

— Пожалуйста, подождите секунду, Капитан. Есть кое-что другое, о чём в первую очередь мы должны спросить Его Величество.

Густав повернулся к Королю-Заклинателю.

— Не станет ли это проблемой, если Ваше Величество оставит свою страну и отправится в Святое Королевство? Сложно предсказать, сколько времени вам придётся там пробыть.

— Это вовсе не проблема. В отличие от Момона, я способен использовать магию телепортации. Зная, как найти вашу базу, я могу свободно перемещаться между ней и Колдовским Королевством.

— Но… Но даже так! Чтобы правитель страны лично отправлялся туда, это слишком...!

— Выслушав меня, вы разве сами не подумали о том, что я лично отправлюсь туда? Я же сказал, что намереваюсь победить Ялдабаофа и взять горничных под свой контроль, вы помните? Было бы сложновато делать это всё из Колдовского Королевства. Также, отвечая на вопрос Капитана Кастодио, я сильнее Момона.

— Тогда проблем быть не должно, Густав.

— Конечно с этим будут проблемы! Ваше Величество! Это очень злая шутка по отношению к нам!

Вице-Капитану пришлось набраться храбрости, чтобы прокричать это.

— Это не шутка. Никто кроме меня не сможет победить Ялдабаофа. К тому же я отправлюсь один. Я не буду приводить с собой армию. А благодаря тому, что я буду один, мы сможем лично обсуждать все вопросы.

— Но если Ваше Величество получит неизлечимое рану от Ялдабаофа, то это может привести к напряжённой ситуации между нашими странами!

— Всё так, как говорит Густав. Ваше Высочество, с этим правда не будет проблем?

— Абсолютно.

— Но...

— Густав! Я ещё не закончила. Не перебивай меня! - Ремедиос глубоко поклонилась, После того, как она движением руки остановила Густава, Ремедиос низко поклонилась.

— В таком случае мы переходим под ваше попечение, Ваше Высочество.

* * *

Атмосфера в комнате успокоилась, словно только что прошёл шторм - и действительно, так и было - но от стен отозвался возглас Густава.

— О чем вы думаете!? Нанять короля! Короля страны! Чтобы сразиться с Ялдабаофом и еще всякой всячины!

Нейа была с ним согласна. Может, он и действует вопреки здравому смыслу, но не настолько же. Среди всего этого сумбура Ремедиос говорила предельно спокойно.

— Скажи, не все ли равно, что случится с этой нежитью?

В комнате снова воцарилась тишина.

— ...С одной стороны демон, с другой нежить. Нам всё равно, кто кого убьет, не думаешь?

Глаза Густава расширились от этих слов. Не потому, что он согласился с мнением капитана, а из-за шока от тех слова, что она только что сказала.

— Они оба враги человечества. В таком случае идеальным вариантом будет, если они уничтожат друг друга...хотя мы не будем просто сидеть сложа руки и наживаться на этом. Даже если Король-Заклинатель получит смертельную рану в схватке с Ялдабаофом, мы не будем пользоваться его состоянием. Но на этом все.

Ремедиос повысила голос.

— Капитан, если Король-Заклинатель, что контролирует столько нежити, умрет, то когда вся эта пакость обретет свободу, не обернется ли это всеобщим неописуемым хаосом?

— Когда придет время, Королевство, Империя и Теократия справятся с угрозой. Конечно, мы тоже пошлем помощь, но Святое Королевство слишком сильно разорил Ялдабаоф. Пока наша страна не восстановит свою силу, всё, что мы можем делать - это морально поддерживать их... С этой точки зрения наша страна даже выиграет от столкновения между Ялдабаофом и Королем-Заклинателем...

— Капитан! - лицо Густава застыло. - Какая же это справедливость?

— Настоящая. Это все для спасения нашего народа. Для спасения людей, страдающих больше всего. Не то, чтобы я хотела, чтобы семена страданий проросли в другие государства... Мне тоже хочется верить в победу Короля-Заклинателя, ибо он помогает Святому Королевству.

"Ктоэто?" — невольно подумала Нейа, смотря на говорящую спокойным и ровным тоном Ремедиос. В действительности ли это Капитан паладинов Святого Королевства, Ремедиос Кастодио? Нейа не была полностью уверена. В конце концов, она всегда была от неё далека. Однако, ей почувствовалось, что перед ней стоит совсем другой человек, не тот Капитан, которого она знала.

— Густав, ты ведь не возражаешь? Если ты согласен с этим, то нам стоит подумать над нашим следующим шагом.

— Вы сказали "следующим шагом"?

— Мы должны обдумать то, как именно используем Короля-Заклинателя.

По спине Нейи поползли мурашки.

"Почему именно я слышу такие разговоры?" — подумалось Нейе. Нет, она была не единственной. Оглядываясь вокруг, она увидела паладинов, у которых тот же вопрос был написан на лицах. И Нейа, вероятно, сейчас выглядела также.

— Густав, есть ли какие-нибудь идеи?

— Нет. Вообще нет. Может нам стоит подумать, что делать после того, как вернемся с Королем-Заклинателем?

— Ну, если Король-Заклинатель не только болтать горазд, но и в действительности может сразить Ялдабаофа, как насчет того, чтобы отвоевать столицу? А потом мы могли бы попросить его одолеть Ялдабаофа.

— Это было бы очень нехорошо. Его Высочество сказал, что намерен одолеть Ялдабаофа, подчинить горничных и вернуться назад в свою страну. Поэтому, нам стоит откладывать победу над Ялдабаофом до последнего, чтобы извлечь максимум пользы...Если мы последуем вашему плану, капитан, у нас не останется сил для победы над оставшимися полулюдьми.

— И что ты предлагаешь?

Густав на мгновение задумался, а потом высказал предположение.

— Для начала нам нужно увеличить нашу численность. Другими словами, мы должны спасти товарищей, захваченных в плен.

— Понятно! Великолепная идея! В конце концов, есть важные люди, которых нам нужно спасти.

— Вы имеете в виду членов королевской семьи?

Ремедиос выразила согласие негромким "Угум".

Хотя Святая Королева уже погибла, они не получили известий о том, что вся королевская семья умерла. Если кто-то из них был еще жив, они, возможно, могли бы использовать его в качестве политической фигуры и получить всестороннее содействие южной знати.

— Кроме того, дворяне, которых мы спасем, несомненно отблагодарят своих освободителей.

Большинство дворян не поддержали Святую Королеву, и капитан не помнила, чтобы хоть кто-то из них ей нравился. Однако кто-то из них мог быть в кровном родстве с южной знатью, что послужило бы им на пользу в формальных обращениях.

Ремедиос посмотрела на Нейю.

— Оруженосец Нейа, иди и сопровождай Короля-Заклинателя. Убедись, что склонишь его в нашу сторону.

— Аа? Чегооооо?! Прошу, пожалуйста, подождите! Я не могу служить Королю, будучи оруженосцем!

— Всё, что тебе надо делать, это хорошо постараться, разве нет?

— Это не вопрос, решаемый усердной работой!

Обычно она бы незамедлительно согласилась, но теперь она отчаянно пыталась отказаться. Этого она просто не могла принять. В голове Ремедиос, должно быть, творилось черти что.

— В-верно, Капитан! - вмешался Густав, - если у нас не будет человека с подходящим статусом на роль служанки Его Высочества, это сочтут за оскорбление.

— Как много ещё женщин в освободительной армии?

Те женщины, что не могли сражаться, уже бежали на восток. Однако это не означает, что их вовсе не было. Густав уже собирался назвать их имена, но Капитан отрезала его на полуслове.

— Нам нужна женщина из паладинов. Если бы я отдал приказ женщине из духовенства, как вы думаете, что бы сделали храмы? Помнишь, моей сестры больше нет? Кроме того, человек на эту роль должен выбираться из присутствующих, которые услышали мои мысли. Думаешь, можно довериться кому-то еще?

"И поэтому тебе просто удобнее надавить на меня, ну конечно", — подумала Нейа, но промолчала.

— В таком случае...

Густав посмотрел на капитана.

— Я должна сражаться на передовой, понимаешь? Кроме того, ты хочешь, чтобы я пошла сопровождать Короля-Заклинателя? Или может нам сразу передать ему все полномочия и перейти под командование Короля-Заклинателя?

— Даже если мы хотим использовать его, мы не можем просто так в открытую это делать, верно? Возникнут проблемы с доверием, и, если Король-Заклинатель увидит, что у нас самих нет боевой силы, и он решит захватить Святое Королевство, раз уж находится в нем...

Наблюдая за молчащим Густавом, Нейа поняла, что союзники могут в конечном итоге атаковать их.

— Понимаю. Хотя меня одной может быть недостаточно для выполнения данной задачи, я буду стараться и делать всё возможное.

— Что ж. Тогда повторю уже официально. Твоя задача - сделать Короля-Заклинателя более контролируемым. Льсти ему и поддерживай в хорошем настроении.

Нет, это уже переходит все границы. Это было просто смешно. Она не была уверена, что справится с такой задачей. Но уже совершенно не важно, что она скажет, Ремедиос не передумает. Нейа смиренно опустила голову.

— Хорошо! Я сделаю все возможное для достижения этой цели и надеюсь, что могу рассчитывать на помощь всех вас.

— Хорошо. Если будет что-нибудь, просто спроси меня и Густава.

Даже несмотря на всё отчаяние, наполнившее её сердце, Нейа сама себе удивилась: на самом деле она чувствовала себя немного в приподнятом настроении.

"Его Величество, и я..."

Глава 3. Начало Контратаки

Часть 1.

Карета дрожала.

Этот экипаж был собственностью Короля-Заклинателя и отличался от обычного великолепным и изысканным интерьером, ещё и удобством в довесок. Нейа была особенно благодарна за подушки, благодаря которым, сколько бы она на них не сидела, ничего нигде не болело.

Нейа украдкой смотрела на Короля-Заклинателя, сидевшего напротив неё и выглядывающего наружу. Пускай он и был ужасающим королём мертвых, но сейчас не было ни тени того угнетающего величия, которое он проявил при встрече с ними в зале для аудиенций. Вероятно, это потому, что она провела много времени в разговорах с Королем-Заклинателем за время их поездки. Во время бесед она узнала одну важную деталь о Короле-Заклинателе: он был чрезвычайно великодушным. Следует признать, что Король-Заклинатель вёл себя с достоинством государя, каждое его действие отражало его качества как единоличного правителя.

Однако, пока Нейа просто сидела в карете с ним, большую часть времени он почти ничем не отличался от обычного человека. Кроме того, она стала замечать это за ним всё чаще и чаще. По всей видимости, Король-Заклинатель полагал, что Нейа будет как на иголках рядом с ним, и в порыве великодушия он решил больше походить на простого человека. Причина, по которой это случалось всё чаще, была, разумеется, в том, что его навыки улучшались. А с остальными он не вёл себя так потому, что они продолжали играть роль суровых паладинов.

"Подумать только, что он так относится к гражданам другой страны... Какой милосердный господин..."

На что он смотрел? Он наблюдал за паладинами, едущими рядом? Или за чем-то другим, чего не видела Нейа?

— Хм? У меня что-то столь любопытное на лице?

"Блин!"

— Нет, прошу прощения, Ваше Величество! На вашем лице ничего нет.

Кажется, она слишком пристально смотрела на Короля-Заклинателя. Озадаченный, Король-Заклинатель коснулся своего лица костяными пальцами.

— Полагаю, должно быть довольно неловко сидеть в карете в полной тишине. Да, в таком случае, давай поговорим.

Хотя она немного привыкла к этому, всё равно, разговор с Королем-Заклинателем всегда вызывал у неё боль в животе.

— Мы почти не знакомы друг с другом, и я полагаю, что мы могли бы поговорить о чём-то более личном, ведь мы уже несколько дней едем в одной повозке. Думаю, теперь мы можем немного открыться друг другу. Нейа Бараха, не расскажешь мне о себе?

— О себе?

Даже тема "о себе" казалось ей слишком расплывчатой. Она понятия не имела, что могла такого сказать, чтобы угодить Королю-Заклинателю.

— Именно. Например, почему ты захотела стать оруженосцем? В чём заключается эта работа? Не могла бы ты рассказать об этом?

— Если вам так будет угодно, Ваше Величество.

Поклонившись, Нейа заговорила о том, о чем её попросили, но это была не такая уж и увлекательная тема. Говорить о семье и о работе оруженосца вовсе не интересно.

"Кроме того, мне было велено не рассказывать о положении в стране Королю-Заклинателю, но это, думаю, в пределах допустимого."

К тому же, если бы ей пришлось скрывать даже такие детали, то рассказывать было бы вообще не о чем.

Вскоре её вялый бессвязный рассказ подошёл к концу, и Король-Заклинатель глубоко кивнул.

— Понятно-понятно. Так значит ты лучница, а это редкость среди оруженосцев, госпожа Бараха.

— Мои навыки не так хороши, чтобы гордо называть себя лучником, Ваше Величество. Просто стрельба из лука даётся мне лучше, чем навыки фехтования, и правда в том, что меня нередко ругали за это и говорили больше сосредоточиться на тренировках владения мечом.

Нейа могла назвать настоящим лучником только кого-то великого, как, например, её отец, а сама она была лишь немного более талантлива, чем простолюдины.

— ...Нет, я хочу сказать, что кандидат в паладины со склонностью к оружию дальнего боя - редкое явление. Если бы это касалось меня, я бы посоветовал развивать твои навыки лучника. Пускай фехтованием занимаются те другие, кто больше к этому склонен.

— Большое вам спасибо.

Слова Короля-Заклинателя были искренними, и это заставило Нейю подумать, что он говорит об этом со всей серьёзностью. "Какое странное сочетание; ей стоило бы встать на путь к своему редкому призванию." Однако, она понятия не имела, как ответить на то, что Король-Заклинатель сказал дальше, и его ворчание встревожило Нейю.

— Мне стыдно за то, что на тебя сбросили работу присматривать за мной. Это касается в первую очередь не тебя, а всех остальных паладинов. Гораздо больше пользы со своими нывыками ты бы смогла принести, если бы осталась снаружи.

Его добрые слова заставили Нейю уставиться на него.

Вот почему разговаривать с этим королем было так нелегко для её сердца. Он не просто был главой своей страны, но ещё и личностью невероятной силы. Он не стал говорить с ней свысока, а вместо этого, перед тем, как завести такой разговор, сам спустился до уровня, на котором их глаза могли встретиться.

"Нет! Я не могу позволить Его Величеству так снисходить ко мне! Если я ещё немного не склонюсь..."

Нейа взяла себя в руки.

— Все знают, что меня назначили слугой Вашего Величества, поэтому, пожалуйста, не принимайте это близко к сердцу. Кроме того, нет работы более важной, чем сопровождения Вашего Величества.

— Вот как ты об этом думаешь... И всё же, я хотел бы предложить тебе некую компенсацию.

В прошлом Король-Заклинатель уже поднимал вопрос оплаты, и в тот раз ей кое-как удалось отвертеться. Но похоже, он снова вспомнил об этом. Нейа сразу начала прикидывать, как бы поделикатнее отказаться от этого предложения, но Король-Заклинатель ещё не закончил свою мысль.

— Говорят, что получать подарки от королей других держав не принято. Поэтому, позволь мне выразить мою благодарность хотя бы словами. Я убеждён, что я причинил тебе много неудобств, и надеюсь на дальнейшее плодотворное сотрудничество.

И тогда Король-Заклинатель поклонился ей.

Король действительно кланялся ей, той самой, что была самым обычным оруженосцем.

Считается, что король несёт на своих плечах груз ответственности за свой народ. Неуважение к королю, по сути своей, было оскорблением для всей нации. Жизнь короля - это жизнь страны, и это было всем известно. Другими словами, поклон короля был равноценен поклону всей нации. Конечно, это не было чем-то немыслимым, когда речь заходила о персоне столь же высокого значения.

Но Нейа была лишь чуть большим, чем рядовым жителем другой страны, и, честно говоря, ему не нужно было извиняться перед кем-то вроде неё.

"Я не могу поверить. Король-Заклинатель мудр и проницателен, и, конечно же, он должен знать, что значит поклон. Несмотря на это, он всё же поклонился мне, как обычный человек... Нет. Не обманывайся. Я не могу быть настолько важной. Это просто показывает, насколько великодушен Король-Заклинатель; он с достоинством относится даже к простолюдину. — И всё равно! Он не должен был!"

— Пожалуйста, хватит, Ваше Величество! Пожалуйста, поднимите свою голову!

Да, это было именно то, что она обязана была сказать в первую очередь.

Король-Заклинатель выпрямился, и Нейа тихо выдохнула. Однако, если бы кто-нибудь увидел то, что здесь только что произошло, без сомнения, случилось бы нечто ужасное.

— Ваше Величество...

Нейа преклонила колено на тесном полу экипажа.

— Ваша слуга не благородного происхождения, но я клянусь, что пока миссия Вашего Величества не будет завершена, я буду преданно служить Вам.

Нейа отплатит должным образом королю, который выразил ей своё уважение. Она проигнорировала внутренний голос, который говорил ей, что он не её король, не Святой Король, и поклонилась ему.

— Нет, не стоит. Подними голову... Пожалуйста, не могла бы ты сесть и закончить свою мысль? Мы ведь ещё не прибыли к месту назначения, не так ли?

— Нет, ещё нет.

Она откинулась на подушку и посмотрела на улицу.

— Вчера мы благополучно прошли через руины стены, благодаря потрясающему могуществу Вашего Величества. Мы выбрали маршрут, на котором нас сложнее обнаружить, поэтому может потребоваться чуть больше времени, но я думаю, мы доберемся до нашей базы завтра или послезавтра.

К слову, то, что она назвала базой, было просто пещерой.

— Так скоро? Но несмотря на это, у нас ведь всё ещё есть немного времени, верно? Расскажи мне, о чем бы ты сама хотела поговорить? Также, я хотел бы узнать, почему ты решила стать паладином. Наверняка должен существовать другой путь, который ты могла избрать, с твоим то талантом владения луком. Зачем стремиться стать паладином? Для поддержания справедливости? Или может, это считается невероятной честью у вашей нации?

— Нет... - когда она закрыла глаза, ей в голову пришел ответ, исходивший из своих чувств: - ...Моя мать была паладином.

Она была паладином, который был невероятно искусен в обращении с мечом, совершенно не похожим на Нейю.

— Понятно, так это были её наставления, или ты просто восхищалась ею, хм?

— Ах, нет же. Моя мать часто говорила мне о том, что не стоит преследовать цель стать паладином. И моя мать была полной неумехой, когда дело касалось работы по дому. Конечно, она могла постирать одежду или зашить что-нибудь, но она была совершенной неумехой в плане готовки и в других делах. Она всё делала спустя рукава, а её жаркое всегда было недожаренным, то же касалось и остального. Для неё это было нормой, потому как у них в семье готовил отец. Когда она сама была маленькой, она даже думала, что так происходит во всех семьях.

— Интересно. Так или иначе, она все равно не стала останавливать дочь в стремлении стать паладином, поэтому я всё равно думаю, что она была хорошей матерью.

— Всё было не так. Когда я сказала маме, что хочу стать оруженосцем, она пошла, достала свой меч и сказала: "Я позволю тебе, только если ты сможешь победить меня!" Были и другие подобные выходки. Единственной причиной, по которой мне разрешили пойти в оруженосцы, было то, что мой отец отчаянно выгораживал меня перед ней. Если бы я сражалась с ней в честном бою, я бы никогда её не победила.

Это был первый раз, когда она поняла, что значит испытывать желание кого-то убить.

— Кхммм, аа, нуу, хорошо, как бы так сказать... У вас была прекрасная семья... вот.

— Да. Хотя соседи частенько косо на нас смотрели, я всё равно думаю, что у меня была хорошая семья.

— Действительно, это замечательно... Но тогда почему…, почему же ты решила стать паладином? Ты не думала пойти по пути своего отца, то есть, погоди… Твой отец был домохозяином?

— Нет, мой отец тоже был солдатом, который служил своей стране. Однако я никогда не думала о том, чтобы следовать по стопам отца. А вот почему... Может быть, потому, что от папы я получила эти большие глаза, и поэтому я, вроде как, злилась на него...

Нейа прижала указательные пальцы к уголкам ее глаз и начала тереть их по кругу.

Когда она была маленькой, друзья часто дразнили её: "Ты чего пялишься на меня? Ты чего вечно такая сердитая?" На подобные издёвки она часто жаловалась отцу. А после того, как её мать однажды услышала это, она избила Нейю.

"Эх, а мысли об этом вызывают ностальгию…"

— Но уже после того, как я стала оруженосцем, я стала по-другому на это смотреть. В какой-то момент я даже начала думать, что это подарок от моего отца. Хотя, думаю, я смогла бы обойтись и без свирепого взгляда.

— Как сейчас твои родители?

— Мой отец сражался на стене против армии Ялдабаофа и умер. А с мамой я потеряла контакт, и я не знаю, что с ней случилось, но думаю, что она, должно быть, умерла во время защиты города. В конце концов, они были теми, кто боролся бы до победного конца.

— Кажется, я затронул болезненную тему.

Король-Заклинатель снова поклонился ей. Поскольку это уже был второй раз, это было не так невероятно. Тем не менее, этого было достаточно, чтобы Нейа снова встревожилась.

— Прошу вас, прошу поднимите голову! Как вы можете кланяться кому-то вроде меня?!

— Я бездумно спросил о твоих мертвых родителях. Хоть я и не знал об этом, теперь, когда я знаю, уместно с моей стороны принести извинения...

Король-Заклинатель снова склонил голову.

"Нет, это неправильно, такое должно происходить лишь между равными. Король не может быть равным гражданину другой страны. Более того, это мы просим его помочь нам ..."

— Но, простите... С каждым такое может случиться. Ну, и к тому же, если кто-нибудь увидит, как Ваше Величество кланяется мне, то... ох... вы можете упасть в их глазах, потому как я просто оруженосец, в конце концов.

— Кхм, в этом ты, пожалуй, права. Такой вот удел королей...

"Как же это всё тяжело", — пробормотал Король-Заклинатель.

Наверное, он имел в виду, как же это тяжело сходиться с людьми других наций, даже если он хотел выразить свою искренность.

— Так вот. Хотя нечто подобное и не может считаться за извинение, я одолжу вам это, госпожа Бараха.

Король-Заклинатель ловко опустил руку под свою мантию, достав из-под неё лук.

— Чего...?

Размеры лука явно не позволяли спрятать его под одеждой. Нейа несколько раз моргнула, но реальность перед ней меняться отказалась.

— Это магическое оружие. Используй его для моей защиты.

Некоторые части лука явно состояли из останков животных, но от него не разило кровью; напротив, он наполнял воздух приятной аурой, подобно святой реликвии.

Превосходное мнение сложилось об этом луке с первого взгляда. Вещь перед ней была шедевром, самым настоящим воплощением истинного мастерства.

— Это «Последний Выстрел Звезды», сделанный при помощи древнего искусства создания рун. По разным причинам, я носил его с собой, чтобы позже кое-кому его отдать. Ах, на самом деле здесь должны быть выгравированы руны, но сейчас их сложно разглядеть из-за частичной изношенности и потертостей. Что думаешь?

Нейа собрала всю свою волю в кулак, дабы подавить желание закричать.

Строго говоря, ей полагало отказаться. Очень похоже, что этот предмет является национальным сокровищем Колдовского Королевства. Однако может ли кто-то предложить такое сокровище жителю другой страны?

"Возможно, он лишь только выглядит потрясающе… – да если бы! Это совершенно точно - очень мощное оружие!"

— Так что думаешь? Ты не примешь его? Твоя задача заключается в сопровождении и защите меня, разве нет? В таком случае, полагаю, что оснастить тебя лучшим оружием будет хорошим решением. Или я не прав?

— Ага!

Он был прав.

Нейа почувствовала головокружение.

— Ах, мои извинения. Это связано с чересчур эффектным внешним видом? В таком случае, могу предложить нечто более простое, Специальный Большой Лук, также произведенный при помощи рун.

Сказав это, он вновь опустил руку под свою мантию -

— П-прошу вас, не утруждайтесь! Я вполне довольна этим! Прошу, позвольте мне вежливо отказаться!

Слова Нейи смешались со скорбным криком, когда она остановила Короля-Заклинателя от демострации других оружий. Если бы он достал перед ней еще нечто подобное, Нейа не смогла бы сдержать свои чувства, а приняв лук, провела бы весь оставшийся день, ухаживая за ним.

— Ваше Величество! Я смиренно принимаю этот лук, «Последний Выстрел Звезды», которым вы меня удостоили!

Дрожащими руками она взяла лук.

Учитывая его оформление и украшения, казалось бы, он должен весить много больше обычного лука, однако в руке он чувствовался на удивление лёгким. Как только она коснулась его, она почувствовала, будто её тело стало сильнее, будто сила забурлила у неё в жилах, или же ей так показалось из-за того, что сам лук был удивительно легким?

"Блин, это плохо. Я хотела успокоить себя мыслью, что это простой магический лук, который только выглядит красиво, но по сути является самым обычным. Это... это определённо плохо. Судя по тому, что я знаю... Да он может быть лучше, чем святой меч...чего?! Погодите, погодите минутку... нет, да быть такого не может..."

— Всё-таки принимаешь? Как по мне, этот - сомнительный повод для гордости, знаешь? Если захочешь другой, более хороший лук, пожалуйста, просто дай мне знать.

Это плохо. Если всё так пойдёт и дальше, если она будет слышать подобное, всё станет очень скверно. Она не могла себе представить, что случилось бы, если в конце концов у оруженосца оказалось оружие лучше, чем у сильнейшего паладина Королевства.

— Спасибо Вам большое, Ваше Величество. Я очень благодарна за то, что вы потратили столько времени на кого-то вроде меня.

Нельзя была дать кому-то другому касаться его, поэтому Нейа покрепче схватилась за лук и прижала его к себе.

Она кивнула и улыбнулась Королю-Заклинателю. Хотя улыбка вышла немного натянутой, она сумела скрыть свои мысли.

— Если другие увидят его, скажите им, что это я одолжил его вам.

"А нельзя ли спрятать его ото всех подальше? Если возможно, я бы предпочла обернуть его или спрятать - но я не могу сотворить такое с оружием, которое Его Величество предоставил мне для его защиты... Вот блииин... У меня от этого всего голова раскалывается... Да чтобы такое оружие не было поводом для гордости... Стандарты Его Величества слишком высоки... А если с луком что-то случиться, я должна буду возместить ущерб? Я? Ах, опять живот скрутило...Хотела бы я перестать волноваться об этом луке... Аа!"

Нейа вдруг вспомнила примечательную деталь, которую ещё не упоминала в беседах.

— Ваше Величество! Я видела гигантские и великолепные статуи Вашего Величества в вашей стране!

— Оу.

Он ответил тихим голосом, который сильно отличался от того, который он использовал раньше. Это заставило Нейю подумать о том, что она каким-то образом оскорбила его.

Он назвал страну в свою честь. Поэтому Нейа предположила, что Король-Заклинатель, должно быть, жаждет показать себя, и именно поэтому он воздвиг огромные статуи себя самого, демонстрирующие его могущество окружающим.

"Разве я недостаточно его восхваляла?"

— Эти статуи не только показывают величие Вашего Величества, но ещё и подтверждают вашу силу! У нас нет ничего подобного в Святом Королевстве.

Это определённо была правда. Даже не беря во внимание размер, для постройки подобной статуи технологии строительства были возведены в степень искусства, чтобы произвести настолько правдоподобную копию. На месте, называемом Мысом Маяка, была статуя Морского Дракона аналогичного размера, но она была грубее, и выглядела очень серой после того, как некоторые её элементы были разбиты.

— Мои подчиненные часто так говорят.

"Ахх, да ладно? Он часто слышал такого рода восхваления от своих подчиненных, так что эти слова очень предсказуемы, это он хочет сказать?"

— Мои подчиненные на данный момент планируют воздвигнуть такие же статуи по всей стране.

— Понятно. Действительно, хороший способ провозгласить великолепие Вашего Величества!

Король-Заклинатель посмотрел на Нейю в удивлении.

— Эм, ну... На мой взгляд, мне кажется, что размещение статуй самого себя в своей же стране – это немного... как бы так выразиться? Но всё равно, мои подчиненные построили мои статуи высотой более ста метров в центре города, чтобы показать меня миру... Думаю, что они немного увлеклись с концепцией "больше — лучше".

— Но почему?

Король-Заклинатель кашлянул, прочистив горло, и тогда в сознании Нейи возник вопрос: "Неужели нежити тоже нужно прочищать горло?" Однако, сейчас говорил Король-Заклинатель, и она не смела перебивать его.

— Величие короля нельзя передать в физическом объекте.

— Ахх!

Нейа была шокирована, но этого и следовало ожидать.

Нейа не только забыла о том, что Король-Заклинатель является нежитью, но и прониклась неподдельным глубоким уважением по отношению к нему.

Перед ней был настоящий Король.

Внезапно она краем глаза увидела, что Король-Заклинатель сжал кулак.

— Конечно, провозглашение моего величия миру позволит моим людям жить свободно и в процветании - это совсем другое дело. Но использовать для этого статуи себя... Я желаю быть известным за мирное правление.

— Все так, как вы говорите!

Нейа сглотнула и задала вопрос.

— Будучи одним из нежити, почему Ваше Величество так много думает о людях?

Нейа не думала, что сочувствие Короля-Заклинателя к людям было притворством. Она даже начала сомневаться, был ли он на самом деле нежитью.

— Я не то, чтобы об этом задумывался. Но ведь это должно быть в порядке вещей, не так ли?

Нейа была в шоке.

Все ли короли такие же удивительные? Святая Королева, дворяне, могли ли они править людьми с теми же порывами в сердце? Является ли такой взгляд следствием принадлежности к нежити? Нейа не могла ответить на этот вопрос.

— К тому же, если она действительно будет сто метров в высоту, народ начнет жаловаться на нехватку солнечного света.

Из уст Короля-Заклинателя последовало то, что звучало, как шутка, что лишь ещё раз напомнило о человечности этого монарха в сердце Нейи. Он поистине король среди королей.

* * *

Как уже отметил Король-Заклинатель, базой Освободительной армии Святого Королевства являлась естественная пещера.

В одном углу пещеры был подземный источник, а сама она, хоть и не очень высокая, но была достаточно просторной, чтобы в нее прошли лошади с каретой. В дополнение к этому, повсюду вокруг прорастали испускающие голубовато-белый свет грибы - примерно в половину роста человека - так что они не нуждались в других источниках света.

Причиной того, почему люди знали об этом месте, была миссия, по которой однажды сюда отправили паладинов, чтобы уничтожить монстра, сделавшего эту пещеру своим логовом.

Кроме того, они отстроили изнутри это место после того, как бежали сюда, и теперь в пещерах было несколько секторов, разделенных в соответствии с назначениями. Они даже превратили спальные сектора в некое подобие комнат. Вырубив деревья - высотой более ста метров - из леса, окружающего горы, они даже построили из них простую мебель.

Но в конечном итоге, это была просто пещера.

Здесь было в общей сложности 347 человек: 189 паладинов, 71 священник, в том числе послушники и другой такой персонал, а также 87 простолюдинов, которым больше некуда было идти. Естественно, на личную комнату можно было и не надеяться.

Несмотря на это, они не могли позволить королю чужой страны жить с кем-то другим.

Разумеется, им хотелось свести к минимуму контакты между жителями Святого Королевства и нежитью Королем-Заклинателем, также, как и препятствовать просачиванию секретной информации внутри их базы, а также были и другие меры предосторожности со стороны Святого Королевства. Однако, они не могли озвучить своё пожелание, чтобы он использовал магию телепортации для отдыха в Колдовском Королевстве.

В конце концов, им пришлось принудительно оттеснить чужие вещи и создать личную комнату для покоев Короля-Заклинателя. В обычных обстоятельствах они отправили бы посланников сообщить о прибытии Короля-Заклинателя, а другие приготовились бы к его приему, но Святое Королевство теперь находилось в оккупации у полулюдей. Они не могли посылать паладинов, имеющих плохие навыки в обнаружении врагов в качестве разведки. В дополнение к этому, Нейа сейчас находилась в карете Короля-Заклинателя и ждала снаружи пещеры. Люди в пещере лихорадочно двигали личные вещи, передвигали кровати, шкафы и тому подобное. Кроме того, они уже повесили заимствованный флаг Волшебного королевства.

— ...Хм.

— Что случилось, Ваше Величество?

— ... Я не хочу оскорбить вас, но у меня есть несколько вопросов, и я надеюсь, что вы сможете ответить в меру своих возможностей. Не похоже, что вы скрываете свои следы и тропы; это не проблема? Или кто-то другой позаботится об этом?

Король-Заклинатель произнес свой вопрос ровным - будто бы он что-то читал - тоном голоса, а затем глаза Нейи широко раскрылись.

Он был прав. Они оставляют кучу следов, пока подниимаются на эту необитаемую гору. Если кто-то добавит ко всему этому следы копыт ездовых животных паладинов, всё станет очевидно. В таком случае факт, что они ещё не были обнаружены, это чистая случайность. Или нет?

— В…Ваше Величество, до сегодняшнего дня мы их не скрывали; может быть, они сознательно отпустили нас? ...Но почему?

Голос Нейи дрожал, задавая вопрос Королю-Заклинателю.

За время этого путешествия Нейа осознала, что Король-Заклинатель был чрезвычайно мудрой личностью. Поэтому она подумала, что он может немедленно дать ей ответ, и в своих мыслях она не ошиблась.

— Есть много разных вариантов, но в таких условиях, этот кажется наиболее вероятным...

На мгновение Нейа подумала, что она не должна слушать ответ Короля-Заклинателя в одиночку, а в присутствие капитана, но она не могла контролировать любопытство, зародившееся изнутри.

— Может быть, потому, что они не хотят потерять ваш след, или, точнее, след Освободительной армии?

— Потерять след Освободительной Армии?

— Хм... Хорошо, я прошу прощения за это сравнение, но, скажем, вы нашли гнездо крыс, вызывающих проблемы. Позволять им бегать туда-сюда было бы очень неприятно, не так ли? Лучше всего было бы дождаться, когда все крысы соберутся, а затем уничтожить их всех одним махом.

"Он прав! Всё так, как говорит Его Величество. Мне трудно представить какую-либо другую возможность. Он уже обдумал это всего за несколько минут... Как будто он читает мысли врага, он потрясающий..."

— Ну, пока ситуация остается прежней, беспокоиться не о чем. И я говорю не только о здешней ситуации, но и про изменения на стороне врага, что привело бы к высоким шансам быть атакованными, что доставило бы много неприятностей.

Нейа не чувствовала ничего, кроме уважения к интеллекту Короля-Заклинателя, когда он подчеркивал тонкости их обстоятельств.

— Большое вам спасибо, Ваше Величество! Я немедленно доложу об этом капитану!

— Тогда я иду с тобой.

— А? Но вы, должно быть, устали от долгого путешествия. Мы подготовили для вас комнату, не лучше ли отдохнуть там некоторое время?

— Ты уже забыла? Я ведь нежить, знаешь ли. Я не нуждаюсь в отдыхе.

Он был прав. Нейа полностью забыла об этом.

Нежить - существа, не чувствующие усталости. Её также учили, что пытаться убежать от нежити на сравнимой с ней скорости было очень сложно. Хотя это поддавалось здравому смыслу, но проведя некоторое время рядом с Королем-Заклинателем, её представление о нежити абсолютно поменялось. Время от времени она даже думала, что он всего лишь человек-маг в маске скелета.

— Большое спасибо. Тогда, Вы пойдёте со мной?

— Да, конечно. И нет необходимости благодарить меня. Поскольку мы здесь, чтобы победить Ялдабаофа, мы должны помогать друг другу.

Она понимала, что, говоря "мы" имелось ввиду Святое Королевство и Король-Заклинатель, но также это могло значить Нейа и Король-Заклинатель. Из-за этого Нейа немного разволновалась.

В конце концов, кто-то постучал в дверь кареты снаружи.

— Ваше Величество, мы подготовили для вас комнату.

Нейа открыла дверь.

Когда паладин снаружи, увидел какой лук держала Нейа, его глаза расширилсь от удивления. Это был первый раз, когда она была с луком, который получила от Короля-Заклинателя, вне кареты. Просто потому, что Король-Заклинатель не покидал свой экипаж с тех пор, как он одолжил ей лук. Поэтому никто его и не видел.

"...Ты, наверное, очень удивлён, верно? Ага-ага. Я то понимаю, что ты чувствуешь. Это оружие, не из тех, которые доверяют носить оруженосцу..."

Пока паладин таращился на неё, Нейа повернулась лицом к карете и поклонилась. Хотя она просто смотрела в землю, почувствовав, что Король-Заклинатель ступил на землю, Нейа подняла голову и обратилась к паладину:

— Извините, нам нужно поговорить с капитаном Ремедиос, могли бы вы отвести нас к ней? Его Величество сказал, что он тоже пойдет.

— Ах, д-да. Понял. Тогда, пожалуйста, следуйте за мной.

Паладин – а вслед за ним Король-Заклинатель и Нейа - вошли в пещеру.

Синевато-белое освещение от грибов, которые были в половину роста человека, выглядело очень жутко. В местах, где грибы были особенно плодовитыми, на стенах танцевали чудовищные тени. Кроме того, из-за синевато-белого света грибов она стала похожей на труп, но, почему-то, сейчас её это не беспокоило. Пока они шли через пещеру, время от времени они видели паладинов, а также простолюдинов и священников. О визите Короля им уже рассказали капитан и другие пришедшие раньше, но они все еще не могли оторвать глаз от Короля-Заклинателя.

"Это немного грубо, хотя ..."

От такого Король-Заклинатель ведь не рассердится, верно? Он был очень добрым правителем. Тем не менее, чем более добр человек, тем более страшен он в гневе. Должна ли она сказать им перестать глазеть, чтобы не разозлить его? Тем не менее, она не могла подойти и сказать каждому из них лично, в общем это не та проблема, которая может быть решена одними словами. В конце концов, для граждан Святого Королевства - для всех живых - нежить была, в основном, врагом.

"Я скажу об этом капитану позже ... что ж, хорошо, что они, хотя бы, не достали свое оружие."

Внезапно Нейа почувствовала, что Король-Заклинатель достал лист бумаги и читал что-то с него. Хотя Нейе было интересно, что там написано, она не могла разглядеть букв из-за того, как он его держал.

Наконец, они добрались до комнаты, которая была отделена занавеской; изнутри раздавались звуки шумного обсуждения.

— Капитан Кастодио. Король-Заклинатель и оруженосец Бараха прибыли.

В комнате воцарилось молчание.

Лист бумаги в руке Короля-Заклинателя внезапно исчез.

— Впустите их.

Услышав голос капитана, паладин отдернул занавеску.

У паладинов и священников, вставших, дабы поприветствовать Короля-Заклинателя, который не был частью делегации, были смешанные чувства. Даже Нейа это осозновала. Естественно, Король-Заклинатель, тоже это почувствовал. Однако она не могла понять, как он отреагировал на это, просто глядя ему в спину.

"Невозможно, чтобы Его Величество не ощутил настроение, повисшее в воздухе... возможно, он просто не заботится о мнении таких мелких людишек. Это и значит быть настоящим королём?"

— Все, слушайте. Перед нами стоит Его Величество, Король-Заклинатель Айнз Оал Гоун. Будучи неспособным проигнорировать бедственное положение нашей страны, он специально приехал лично, дабы помочь нам. Относитесь к нему с уважением!

После того, как Ремедиос сказала это, все в комнате поклонились Королю-Заклинателю.

Чуть погодя, когда они подняли головы, Король-Заклинатель заговорил величественным голосом:

— Приветствую. Я Король-Заклинатель Айнз Оал Гоун. Я пришел помочь вам, не от имени своего народа, а от себя лично. Поэтому, хотя для вас это может быть немного неожиданно, поскольку я заметил несколько вещей на моем пути сюда, я хочу узнать ваше мнение по нескольким вопросам. Пожалуйста, позвольте моему помощнику объяснить.

Король-Заклинатель отошел в сторону, позволив Нейе встать перед ним.

— Простите меня. Позвольте мне объяснить, что имеет в виду Его Величество.

Нейа передала вопросы Короля-Заклинателя всем присутствующим. После короткой речи тяжелая тишина вновь заполнила комнату.

— ...Тогда, что предлагает Его Величество?

Ремедиос обратилась к Нейе, стоявшей рядом с ним.

— Нет, сперва я хочу знать, что вы об этом думаете? Я здесь только ради битвы с Ялдабаофом, а не для того, чтобы решать ваши проблемы. Если окажется, что я, в конечном итоге, слишком много участвовал в вашем стратегическом планировании, вы не думаете, что после победы над Ялдабаофом появится много других проблем?

На мгновение, в комнате все разволновались.

— ...Или вы хотите сказать, что вы готовы перейти под моё командование? В этом случае я буду использовать наиболее подходящие средства для спасения этой страны.

"Это, должно быть, лучший способ, верно? Может быть, Его Величество и нежить, но всё, что он говорит, имеет смысл. Он непременно выполнит любые соглашения, под которыми подпишется. Прямо сейчас, если вы хотите спасти страдающих людей, не лучше ли преклонить колени перед королём другой страны, хотя бы на некоторое время?"

— Единственная, кто может стоять над нами, это Её Величество, Святая Королева. К сожалению, мы не можем принимать приказы от короля другой нации.

Таким образом, Ремедиос незамедлительно отклонила предложение.

"..!!!"

"Да разве вы не должны быть готовы сделать что угодно ради спасения людей! Разве не это причина, зачем мы используем короля другой нации, невероятного Короля-Заклинателя!?"

Что бы не показывать тёмные, грязные эмоции, возникающие у неё, Нейа опустила голову.

— Можем ли мы узнать, какой курс действий Ваше Величество предпринял бы в нашей ситуации?

— Если бы я был на вашем месте? Ну, логично было бы для начала перейти в новое укрытие, нет?

— Новое укрытие...

Все в комнате, включая Ремедиос, были в замешательстве. Потому что они не знали другого места, которое могло бы служить подходящим убежищем.

— Судя по вашему ответу, вы, очевидно, не знаете такого. Тогда вам нужно планировать свои будущие операции допуская, что чем быстрее вы будете двигаться, тем скорее армия Ялдабаофа нападёт на вас... Тогда, если это всё, я вернусь в свою комнату.

Нейа собиралась последовать за ним, но Король-Заклинатель протянул руку, останавливая её.

— Прости, но я хотел бы, чтобы ты осталась здесь и выслушала мнение других вместо меня, госпожа Бараха.

— Поняла, Ваше Величество.

Хотя он не вёл себя с ней как со одной из своих приближенных, казалось, что Король-Заклинатель относился к ней, в некоторой мере, как к заместителю. В этом случае, если она не выполнит эту задачу должным образом, он разочаруется. От одной мысли, что Король-Заклинатель будет разочарован, её сердце задрожало.

— Тогда, я могу рассчитывать на тебя? Вы не против, капитан Ремедиос?

— Если Ваше Величество согласно на это, мы не будем возражать.

Услышав ответ, Король-Заклинатель повернулся, чтобы уйти с паладином, назначенным его проводником.

Когда он исчез за углом, священник заговорил.

— Итак, это и есть Король-Заклинатель... Капитан Ремедиос. Всё точно идёт по плану? Надеюсь, мы не заставили тигра преследовать волка. Это стало бы настоящей проблемой.

— В самом деле. Принимать яд, чтобы избежать настоящей агонии... разве это не то, что делают нищие?

— Мы говорили об этом раньше, не так ли? Не заставляй меня повторять. Мы уже приняли яд.

"Уже не "Его Величество". Они не собираются проявлять к нему уважение?"

Нейа была недовольна резкими изменениями в отношении, которые проявились в тот момент, когда Король-Заклинатель ушёл.

Если принять во внимание отношение граждан Священного Королевства к нежити, то их поведение было ожидаемо. Скорее, это неудовлетворенность Нейи ненормальна. Почему она чувствовала себя несчастной?

— Ну, сейчас он всё ещё полезен, тут ничего не поделать..., и мы точно видели, как он может помочь нам... Но, как священникам, нам будет затруднительно нейтрализовать этот яд, не так ли?

"Что вы имеете в виду под "полезен"? Кое-кто принимает это за ошибку, которую мы допустили, и даже предлагает решение, но сейчас они не только ведут себя неблагодарно, а только и делают, что продолжают думать о том, как использовать его. - Ах, вот в чём дело. Вот оно, то, что я почувствовала от Его Величества, то, чего сейчас не хватает в Святом Королевстве... чувство добропорядочности. Вот почему мне стало так неприятно..."

Сколько его милости она получила?

Поездка с ним в одном экипаже предоставила ей возможность осознать тот факт, что, несмотря на то, что он нежить, Король-Заклинатель был правителем, достойным уважения.

Поэтому то, что она чувствовала в отношении этих людей, было на самом деле ничем иным, как жалость.

— К слову об этом, оруженосец Бараха. Что это за лук вы носите?

— Ах, да. Его Величество сказал, что он даёт мне это оружие на время моего сопровождения.

— Могу я взглянуть на него, Бараха? Я хочу проверить, не несёт ли в себе лук какой-то зловещей магии.

Священник протянул ей руку.

В обычной ситуации она должна была отдать его. Однако-

— Пожалуйста, позвольте мне отказаться.

Священник был ошеломлен. По его лицу было ясно видно, что он вовсе не ожидал, что ему откажут.

— Это оружие, я получила лично от Его Величества, чтобы защищать его. Я не позволю ему покинуть мои руки.

Она не позволит кому-то, кто думает лишь о том, как бы использовать союзника, прикоснуться к нему хоть на минуту. Нейа опустила голову, когда ответила, чтобы гнев в её сердце не отразился в её глазах.

— Капитан Кастодио, что всё это значит?

— Ахх, оруженосце Бараха, передай...

— Другими словами, вы не возражаете, если я сообщу об этом Его Величеству?

Атмосфера в комнате застыла.

— Достаточно. Я поняла. Давайте продолжим разговор.

"Хм…так значит они всё-таки понимают, что дела для них пойдут плохо, если Его Величество узнает."

— Но сначала, капитан Кастодио, не лучше ли позволить оруженосцу Бараха вернуться к Королю-Заклинателю?

Нейа заметила, что один из жрецов в это время смотрел на лук.

Нейа поняла смысл, который он пытался передать, но, несмотря на гнев, кипящий в её сердце, она не позволила ему отразиться в её словах или действиях.

— Прошу прощения, но я здесь, чтобы услышать разговор всех присутствующих, по приказу Его Величества. Я была бы очень благодарна, если бы вы позволили мне находиться здесь и остаться простым слушателем.

— Право, хватит уже... Густав. Что думаешь, нам лучше сделать?

— Его Величество сказал нам это лично. Если мы сейчас заставим её уйти, это, вероятно, вызовет ещё больше проблем в будущем.

— Так и есть. Значит, мы позволим ей остаться?

"Разве о таком следует говорить в моём присутствии?" Думая об этом, Нейа молча поклонилась в знак благодарности.

— Теперь о том, что упомянул Король-Заклинатель, какие у нас варианты? Есть ли у кого-нибудь идеи, как покинуть это место и найти другое, безопасное?

Будь здесь кто-то обладающий навыками рейнджера, как у её отца, он бы смог бы найти место для большого количества людей и на длительный срок. Однако никого подобного здесь не было.

— Король-Заклинатель - Его Величество, раньше говорил, что, если мы сами ничего не будем предпренимать, то и Ялдабаоф тоже не сделает шаг. В таком случае, почему бы не найти новое место, прежде чем начать действовать?

Это предложение, сделанное одним из паладинов, встретило рассеянные мнения. Однако Нейа знала, что откладывание вопроса ничего не решит. В конечном итоге, это станет причиной проблем в будущем.

— Проблема не только в поисках нового места, также есть вопрос с провизией. Сейчас зима, и еду легко хранить, но найти достаточно продовольствия, чтобы обеспечить нас на весь сезон непросто. Даже если мы не сотрудничаем с Королевством, не должны ли мы хотя бы закупать у них еду? Разве это не помогло бы?

— К сожалению, цены, выставленные Королевством, непомерно большие. Также, даже если мы действительно сможем купить еду, нам потребуется просто огромная сумма, чтобы прокормить такое количество людей на протяжении нескольких месяцев, к тому же транспортировать её сюда будет очень затруднительно.

— Господин Вице-Капитан, я понимаю, что вы пытаетесь сказать. Однако, здесь нечего обсуждать пока не будет решён вопрос с едой. В конце концов нам нужен какой-то способ получать помощь с юга, так? Или, возможно, передвинуть нашу базу ближе к береговой линии, чтобы иметь возможность получать их по морю из Королевства через морские пути.

— К сожалению, нам недостаёт средств для этого, и мы не получили внятного ответа от торговцев из Королевства. Что касается поставок с юга...

Густав рассмеялся в ответ.

— По всей видимости, они не осознают приближающуюся опасность. Наш флот медленно теряет силы, будто по шагу приближаясь к разделочной доске день за днём.

— Поэтому нам нужно как-то заставить юг хотеть помочь нам, так?

— Теперь ещё и база, и еда – новые проблемы накапливаются одна за одной.

— ... А что касается воскрешения Госпожи Святой Королевы... это возможно? В конце концов, если мы сможем решить этот вопрос, остальное будет уже не так важно.

— К сожалению, согласно тому, что мы узнали от Синей Розы, даже это заклинание пятого уровня вряд ли сработает без тела, или если оно будет сильно повреждено.

— ... Можем ли мы рассчитывать на силу Его Величества?

— Вы предлагаете мне воспользоваться силой нежити?

— Чем бы он не был, что ещё мы можем предпринять? Если Госпожа Святая Королева будет воскрешена, то главной проблемой останется Ялдабаоф.

Глаза всех присутствующих обратились к кислому лицу Ремедиос.

— Давайте отложим это ненадолго. Мы обсуждали это, путешествуя по другим странам, но наша главная цель - напасть на лагеря и освободить людей.

Большинство присутствующих кивнули в знак согласия.

— Понимаю. Все люди Святого Королевства прошли боевую подготовку. В таком случае, даже освобождение одной обычной деревни повысит нашу боевую силу... если, конечно, они захотят помочь. Однако, в таком случае, разве это не ухудшит продовольственную проблему?

— Вот почему я говорю, что мы должны атаковать лагеря. Там должна быть еда.

— Понятно! Это в вашем стиле Капитан Ремедиос.

Ремедиос улыбнулась, услышав это от паладина.

Однако глаза Нейи похолодели, когда она увидела самодовольную Ремедиос. В конце концов, она знала, откуда это решение появилось.

— Кроме того, с поддержкой людей мы продолжим атаковать и освобождать лагеря в разных местах. Таким образом, мы получим шанс найти дворян со связями на юге. Мы соберём войска прежде, чем Ялдабаоф сможет уничтожить нас, и нанесём ему сокрушительный удар. Если будем активно действовать, это не даст им прихлопнуть нас здесь.

— Понятно!

В этот раз послышалось ещё больше одобрительных голосов.

— Так и поступим. Оруженосец Бараха, пойди и передай это Королю Заклинателю...

— Пожалуйста, подождите, Капитан. Мне кажется, что будет лучше, если я скажу ему это лично. Это будет базовое проявление вежливости, оказанное Королю государства при информировании о наших действиях.

Густав был прав, но что-то не сходилось. Нейа не могла уловить, что именно, и не смогла найти причин возразить.

— Очень хорошо. Тогда вперёд. Поручаю это тебе.

— Вас понял!

* * *

— Нейа и Густав вернулись в комнату Короля-Заклинателя. Хотя в качестве двери выступал всего лишь кусок ткани, перед ним стоял паладин. Был ли он там, чтобы следить за людьми, которые могут нанести вред гостю, находящемуся внутри, или для того, чтобы самому наблюдать за самим гостем?

Получив приказ от Густава, паладин ушёл.

Нейа мысленно нахмурилась.

То, что он отослал охранника, определённо означало, что у него было что-то на уме. Трудно, конечно, было представить, что они попытаются убить его. Однако, если это действительно произойдет, тогда ей нужно будет использовать свое оружие, чтобы защитить Короля-Заклинателя.

— Ваше Величество, это Густав Монтанис; Я и оруженосец Нейа Бараха ожидаем вашего позволения войти.

Услышав ответ, Густав сделал шаг в комнату.

Если вспомнить о гостиницах, которые они видели в Ре-Эстиз и Колдовском Королевстве, это место казалось слишком простым. Это место не подходило для отдыха короля. Если с тем, что стены пещеры были из голого камня, нечего нельзя было поделать, но даже мебель была повреждена.

Во время своего обучения в качестве оруженосца всех паладинов обучали шитью. Но этих навыков было недостаточно для того, чтобы сделать годную мебель.

В противоречие всему, кровать, на которой находился Король-Заклинатель, была очень красивой. Она блестела обсидиановым сиянием, как будто она была сделана из оникса. Кроме того, на ней было чисто белое одеяло.

Кто угодно другой замер бы без чувств при виде этого невероятно красивого покрывала, которое было неизвестно где и кем сделано. А вот Нейа уже давно осознала, что такие вопросы были бессмысленны, когда дело касалось Короля-Заклинателя. Кроме того, вполне вероятно, что он просто телепортировался домой и вернулся обратно с кроватью.

Другое дело - Густав, который не знал Короля-Заклинателя так же, как Нейа.

— Ваше… Ваше Величество. Что это?

— А, это?

Король-Заклинатель указал на свою кровать.

— Я сделал её при помощи магии. Что касается одеяла, оно также сделано при помощи магии. Честно говоря, я не догадываюсь о происхождении этой стопроцентной шерсти в покрывале, но на нём очень удобно лежать. Уверяю вас, на нём можно комфортно устроится.

Даже получив ответ, всё, что мог сделать Густав, это глупо повторять "ах" да "ох". Однако Нейа не имела права судить его. В конце концов, она тоже смотрела вперед, думая, что магия действительно способна на всё, что угодно...

— Что ж, я понимаю, почему вернулась Бараха. Но почему вы тоже пришли, господин замкомандующего?

— А, насёт этого! Хотя у меня нет намерений ущемлять полномочия вашего помощника Барахи, я посчитал, что будет более уместно мне, вице-капитану, самому рассказать о наших планах, для этого я здесь.

— Хм, раз вы так считаете, то я, как третье лицо здесь, не стану возражать. Однако, я хотел бы кое-что сказать.

В этот момент малиновые точки света, служащие глазами Короля, будто наполнились каким-то черным веществом.

— Я дал ей такие распоряжения, потому что, по моим соображениям, она способна их выполнить. И вмешательство в это дело, прикрываясь вашим вышестоящим положением, сопоставимо с пренебрежением моим мнением. Я полагаю, вы понимаете, насколько это меня раздражает?

До этого момента, не важно, как он на неё смотрел и как с ней обращался, но Король-Заклинатель никогда не показывал своего недовольства. Это первый раз, когда он злился перед ней, и эта злость родилась из-за доверия к Нейе. Это вызвало поток тепла в её груди. Он был единственным, кто придерживался такого мнения о ней.

— Я искренне извиняюсь!

— Это извинение должно адресоваться ей. Ладно, что ж, не важно. Продолжайте, изложите мне ваш план.

Густав кратко обобщил детали сказанного, но в ответ получил неопределенное "хмм".

— Понятно. Тогда - чего вы ожидаете от меня? Или хотите сказать, что действительно прибыли, только чтобы сообщить мне об этом?

— Конечно, нет. Я хочу спросить, есть ли у Вашего Величества какие-либо возражения насчёт этой операции.

Вот оно как.

Он хотел привлечь к делу интеллект Короля-Заклинателя. Вот почему Нейа тревожилась из-за того, что он настаивал на том, чтобы сопровождать её. По этой же причине он отослал того паладина. Если подумать, услышь он слова Густава, и, если станет известно, что вице-капитан преклонил колени перед королём другой страны, а более того - нежити, всё могло бы плохо кончится.

"Если подумать, какой смысл это скрывать...?"

Было ясно видно, что они беспомощны без могущества Короля-Заклинателя. Это лишь вопрос времени, рано или поздно - но эта весть начнёт распространяться среди людей. Что на самом деле должны сделать люди Святого Королевства, так это нести слова милосердия и сострадания Короля-Заклинателя, и относиться к нему с благодарностью.

"Хотя я понимаю, они опасаются его из-за того, что он нежить, но я думаю, что Король-Заклинатель совсем не такой..."

Хотя, даже если Нейа поделиться со всеми этой мыслью, вполне вероятно, ей никто не поверит. Они даже подумают, что она попала под действие заклинания [Очарование] или другую подобную магию.

"Что я в силах сделать, чтобы все доверяли Королю-Заклинателю? Кажется, нужно сделать нечто, чтобы изменить первое впечатление о нём. Но не могу же сказать что-то типа: "пожалуйста, пусть вас сопровождает больше людей..."

Пока Нейа размышляла над этим вопросом, Король-Заклинатель продолжал разговор с Густавом.

— ...Нет, я уже говорил об этом. Я не буду вмешиваться в ваше стратегическое планирование.

— Я молю вас, дайте нам совет, потому что нам некуда двигаться. Мы хотели бы избежать возможного провала, сколь бы незначительным не был шанс.

— И вот вам ещё причина. Если вы примете во внимание мои предложения, а операция закончится неудачей, что тогда вы будете делать? Я не собираюсь брать на себя эту ответственность.

— Да. Поэтому, я думаю, сказанное здесь должно остаться только со мной, Вашим Величеством, и оруженосцем Барахой.

— И госпожа Бараха? Не лучше ли ей не слышать этого?

— Нет, по разным причинам, будет лучше присутствие третьего участника. Кроме того, с такой как она и её талантами, мы могли бы придумать лучший план.

— ...Хм, тогда мы можем кратко обсудить детали. Госпожа Бараха, я надеюсь, вы согласны с этим?

— Конечно! Да, всё в порядке.

— Ну, раз так... есть несколько моментов в предложенной вами операции, которые меня беспокоят. Первый - вопрос о рационе. Я согласен с тем, что в лагерях могут быть запасы продовольствия, но я чувствую - недостаточно. Если задуматься, вы и правда считаете, что они кормят своих пленников как полагается? Вот именно. Если бы я был на их месте, я бы уменьшил их ежедневное потребление пищи и ослабил настолько, чтобы у них не было шансов на восстание. Кроме того, остаётся вопрос призыва их на службу после спасения. Что насчёт их оружия? Вы перевезли достаточно запасов в эту пещеру?

— Нет, не перевезли. Хотелось бы думать, что мы добудем все в лагерях.

— Таким образов, ваш план полностью полагается на лагеря, а значит, очень рискован. Вы понимаете это, правильно?

— Да. Тем не менее, очень важно спасти страдающих людей из заключения.

— В этом я соглашусь. Чем больше времени пройдет, тем хуже они будут относится к этой стране. Но прежде всего стоило бы решить ситуацию с продовольствием. По правде, я думаю, что искать помощи на юге будет лучшим выбором. Что бы вы могли сделать для более легкого достижения этой цели?

— Королевская семья может помочь. Хотя Её Величество скончалась, я не думаю, что все представители королевских кровей были истреблены. Мы могли бы посодействовать членам королевской семьи, которых поддерживают дворяне на юге, а через них договориться с южанами о сотрудничестве. Поступив так, мы бы также обеспечили себе безопасное убежище... к слову об этом, Ваше Величество. Святая Королева мертва, может, у Вашего Величества есть решение этой проблемы?

— Что именно вы хотите, чтобы я сделал?

— Воскрешение.

— Понятно. Это не является невозможным.

Он сказал это столь непринужденным тоном, что Нейа на миг усомнилась в услышанном. Магия воскрешения могла быть определена как высшая ступень среди секретов тайной магии. Считанные единицы могли ее использовать. А как много людей способно говорить о таком в столь простой манере?

— Естественно, я ожидаю некоторой компенсации за это. Так где тело? Каково его состояние?

— Местоположение тела сейчас неопределенно, как и его статус. Что касается компенсации, мы готовы заплатить столько, сколько пожелает Ваше Величество.

Король-Заклинатель взмахнул рукой перед своим лицом.

— Отсутствие тела всё усложняет. Даже если вы его найдёте, состояние тела могут ещё больше ухудшить ситуацию. Если труп поврежден, есть шанс, что при использовании воскрешения, я превращу тело в нежить.

— Это обернулось бы большой проблемой для нас.

Если Святая Королева станет нежитью, это будет уже не просто проблемой, а вызовет войну во всём Святом Королевстве.

— Нет ли здесь заклинателей магии из Святого Королевства, владеющим магией воскрешения пятого круга?

— Прошу простить, но не слышал о таких.

— Так, значит... а что по поводу уцелевших членов королевской семьи?

— Наиболее вероятно, что они находятся в одном из лагерей. После столь долгого времени, едва ли кто-то из них все ещё прячется в городах.

— Хах, в роли заключенных, выходит? ...А есть ли у вас конкретная информация об их местоположении?

— Совсем нет, - Густав ответил, склонив голову.

Король-Заклинатель посмотрел на потолок.

— Да уж. Так вы на самом деле действуете по ситуации и на ходу, не так ли?

— Это действительно так. В ордене паладинов нет никого, кто был бы достаточно хорош в разведке...

— Если так, то… - Король-Заклинатель забормотал что-то сам себе.

— Как я и думал, важна прочная организация, позволяющая каждому подчиненному справляться с любой ситуацией. Кроме того, нужно несколько команд для сбора разведывательных данных.

— Ну, вот… поэтому мы рассчитывали на мощь Вашего Величества. Могу я узнать, сможете ли вы помочь нам посредством вашей магии?

— Что ж, магия не такая всемогущая ... для начала нам нужна подробная информация о лагерях заключенных. Надеюсь, у вас есть подробная карта для меня?

— Мои глубочайшие извинения...

— Не думаю, что здесь есть такая карта. Мне раздобыть её? - Нейа перебила его на середине фразы.

Карты являлись сокровищем для страны. Чем более подробными они были, тем более полезны при битве. Позволять возможному врагу нации получить такое большое количество информации о географическом положении объектов в стране принесло бы больше вреда, чем пользы. Кажется, поэтому Густав планировал отказать ему.

Всё равно.

Нейа не могла уступить в этом вопросе. Она не могла им позволить так односторонне пользоваться добротой Короля-Заклинателя. Если они хотели использовать его мудрость, им стоило заплатить соответствующую цену. Хотя Густав смотрел на неё со злобой, Нейа притворилась, что она этого не заметила.

— А, в таком случае дашь мне взглянуть на неё чуть позже. Также, прошу меня простить, но расскажите мне всё, что вы знаете об этой местности, госпожа Бараха.

— Так точно!

После того, как они поговорили, Густав отодвинул занавес и ушел. Как только звуки его шагов стихли, Король-Заклинатель обратился к Нейе:

— Тебе не нужно так беспокоиться об этом. Я приехал сюда ради своей выгоды. Вот насколько ценны демонские горничные Ялдабаофа.

— Да.

Должно быть, он имел в виду разговор о картах.

Нейа ощутила жар в груди. Было приятно осознавать, что твои действия ценят другие.

— И всё же, они испытывают судьбу. Я удивлён, что военная организация, даже внутри которой такие росхождения во взглядах, продержалась так долго.

— Мои глубочайшие извинения.

— Тебе нет необходимости извиняться передо мной... Однако, довольно сложно управляться организацией, если она не едина. Разве вы не принимаете решение большинством голосов, когда мнения не сходятся? И, конечно же, с правилом не вмешиваться в какой бы то ни было результат.

— Это было бы замечательно, если бы мы могли руководствоваться таким принципом. Это звучит, как команда мечты.

— Хм... Команда мечты, говоришь?

Король-Заклинатель вдруг уставился в потолок, но его взгляд, казалось, смотрел на что-то очень далёкое.

— Действительно, это была команда мечты…

— Неужели нация Вашего Величества построена на этом принципе?

— Ах, ты об этом подумала... Нет, не совсем так. К сожалению, в моей стране всё работает не так. Но всё же... Хах.

Король-Заклинатель затих, а затем тепло рассмеялся.

— Было бы очень интересно, будь оно так.

— Интересно, говорите?

— Что ж, ладно. Не могла бы ты рассказать мне о близлежащих территориях?

Часть 2.

Группа людей сквозь ночь прокрадывалась в лагерь заключённых.

Они решили принять предложение Короля-Заклинателя и атаковать лагерь на берегу, который был настолько отдалён от их базы, насколько это было возможно. Было легче спрятать свои следы у моря и, учитывая дистанцию, они могли бы выиграть немного времени, прежде чем враг обнаружит местоположение Армии Освобождения.

Однако возникла другая проблема. Если бы лагерь находился слишком далеко, шанс быть замеченными вражескими разведчиками во время похода сильно повышался. Поэтому они решили напасть на отдалённый лагерь, но в пределах досягаемости их группы.

Нейа задала вопрос Королю-Заклинателю, который ехал на лошади рядом с ней.

— Ваше Величество, мы будем добираться до деревни верхом. Вы готовы?

— Да, конечно. Однако... Я не знаю о деталях операции. Какую тактику они будут использовать? Я с нетерпением жду этого.

— Вы "с нетерпением ждёте этого"?

— Ха-ха... я увижу тактику боя Священного Королевства в деле. Какие способности они используют для разрушения врат в лагерь? Или же они перелетят через стены и проникнут внутрь с воздуха? Я сомневаюсь, что они откажут мне в желании увидеть это... Даже мысль о том, что у них есть способность, которую я не встречал раньше, будоражит меня.

"Король-Заклинатель, несомненно, будет разочарован…", - подумала Нейа.

Основная тактика осады Священного Королевства заключалась в двухсторонней атаке с ангелами в воздухе и пехотой на земле. На этот раз они, вероятно, сделают то же самое. Вернее, у них просто не было возможности предпринять что-то другое.

Нейа посмотрела на Ремедиос. Практически вся боевая мощь Освободительной Армии собралась здесь. Капитан подняла копье, на котором на ветру развевался флаг Святого Королевства.

— Вперёд!

— Ооо!

Капитан пришпорила свою лошадь, и паладины последовали за ней. Они всё ещё находились на некотором расстоянии от деревни, поэтому они не могли перейти на галоп, а двигались рысью.

— Паладины несут свежесрубленные бревна; они сооружают таран?

— Да. В нашей Армии Освобождения есть лишь паладины и жрецы. Никто не умеет взламывать замки и не имеет другие навыки проникновения. Поэтому все, что мы можем сделать - организовать лобовое нападение. Наш капитан - опытный фехтовальщик, но разрушить врата с помощью таких инструментов будет быстрее.

— Значит, они не используют магию, а пытаются с помощью физической силы разбить его тараном? Разве они не будут использовать лестницы или тому подобное? Может ли магия паладинов пронести их над стенами?

Существовало несколько обширных типов заклинаний: тайные, божественные, духовные и другие; магия, которую применяли паладины, попадала в категорию "другие", и они обычно произносят заклинания в форме благословений. Тёмные рыцари, павшие паладины, также использовали заклинания благословения.

Из того, что видела и слышала Нейа, заклинаний, создающих лестницы, не существовало.

— Прошу прощения, но я никогда не слышала о такой магии.

— Как и я. Хотя и есть некоторые заклинания для паладина, позволяющие им летать, но они требуют довольно высокий уровень.

— Неужели? Вы даже знаете о заклинаниях паладинов...

Воистину, он был Королем-Заклинателем. Он был осведомлен даже про те заклинания, которые не может использовать.

— Это потому, что их может использовать противник. Для запоминания каждого заклинания потребовалось много усилий. Поскольку я не был особо талантлив, я должен был справиться с этим тяжким трудом. Чем больше знаешь, тем ближе победа, так однажды сказал мне друг.

Она не могла поверить в его слова про отсутствие таланта. Однако, сейчас была и более важная вещь, которую она хотела сказать.

— Ваше Величество, если у вас есть стратегия, которую вы могли бы нам порекомендовать, я передам это нашему капитану.

Вполне вероятно, что кто-то столь способный, как Король-Заклинатель, уже придумал более эффективный план, чем тот, что имелся у Освободительной Армии. Вот почему она так поступила.

— Эм? Нет-нет, не стоит. И вообще...об этом. Освобождение лагерей заключенных - не моя работа, а ваша. Нападение на эти лагеря является первым шагом для поиска лучшего способа дальнейших действий. Им нужно осознать это самим, поэтому необходимо действовать так.

Король-Заклинатель был прав. Точнее, всё, что он говорил, было правдой.

Однако, хотя бы только на сегодня, Нейа хотела одолжить силу Короля-Заклинателя. Это было потому, что их война была направлена на спасение страдающих людей; она хотела выбрать путь, который был быстрее и который мог бы спасти больше людей.

— Я полностью согласна с тем, что всё, сказанное Вашим Величеством - правда. Однако, я молю вас протянуть нам руку помощи.

Она сразу поняла, что поступает очень грубо. Однако Нейа все же склонила голову и все равно умоляла Короля-Заклинателя. Король-Заклинатель некоторое время смотрел вперед, прежде чем снова заговорил.

— Хм... Нейа Бараха. Не заставляйте меня повторяться столько раз. Неудача - мать успеха. Не следует бояться того исхода, что будет достигнут собственными силами, а не в слепом доверии мне. Нужно стремится к самостоятельным решенияем, даже если они могут обернуться неудачей. Дело в том, что даже неудачи необходимы для достижения успеха.

Слова Короля-Заклинателя пронзили сердце Нейи. Она больше не могла продолжать просить помощи у Короля-Заклинателя. Король сказал, что возможные последствия были необходимой жертвой. Значит, всё так, как говорит Его Величество.

Но с силой Короля-Заклинателя они могли бы спасти больше жизней. Может ли жертва жизнями ради независимости быть справедливой? Да что вообще такое справедливость?

Спасти больше жизней? Или...

Ее мысли замкнулись в круг, и она не смогла найти ответа.

— А теперь давай посмотрим, что они умеют.

Прямо сейчас Нейа просто молилась о том, чтобы те многие жертвы, которые они принесут, не были впустую. Группа двинулась к тюремному лагерю по прямой. Земля перед деревней была усыпана холмами, но там были сторожевые башни. Если бы они предприняли какой-нибудь манёвр, их обязательно бы заметили. Поэтому для них это был единственный способ нападения.

Вскоре они увидели деревню. Похоже, на сторожевой башне над воротами были часовые. Они ударили по тревожным колоколам, и в деревни возникла суматоха. Нейа сузила глаза и присмотрелась к сторожевой башне. Полулюди там выглядели как двуногие козлы, в кольчужных рубашках и с большими копьями. Если Нейа правильно помнила, эти полулюди были известны как Бафолки. Они были полулюдьми, жившими в горных регионах, а их ноги были столь же выносливы, как и ноги горных козлов, что делало их грозными воинами, они могли усиливать удар толчком. В дополнение ко всему, их мех замедлял удар меча и притуплял лезвие, поэтому, убив одного, важно было очистить лезвие от меха, так учил её отец.

Копья бафолков были достаточно длинными, чтобы они могли достать ими людей, подходящих снизу к стенам. Она подумала, что всё усложнится, если они немедленно укрепят свою защиту. Тем не менее, они, похоже, не были хорошо обучены тактике и дико бегали, что дало отряду довольно много времени.

Священники спешились и немедленно вызвали ангелов. Паладины тоже спустились с коней и подняли свои щиты. Вероятно, это было для защиты людей, несущих боевые тараны. Однако так делали не все паладины. Около десяти паладинов оставались на ездовых животных и окружали деревню.

— Леди Бараха, я надеюсь, что решение окружить район призвано помешать любым полулюдям сбежать из этой битвы? Если кто-то уйдет, тогда даже если вы выиграете битву, то в долгосрочной перспективе это окажется поражением.

— Эт-Это так! Всё, как вы и сказали!

Он с легкостью видел тактику паладинов насквозь. Единственное, что Нейа могла сказать о нём: он был потрясающим. Тем не менее, появляется вопрос. Откуда Король-Заклинатель знает о такой тактике?

Существу с твёрдой кожей, как у многих полулюдей, не нужны доспехи. Благодаря острым когтям им не нужны мечи. Людям же, из-за своих хрупких тел, приходилось носить доспехи и мечи. Будучи достаточно сильным, не нужно полагаться на мышление, в таком случае, тактика, естественно, тоже была бы лишней. Почему тогда могущественный Король-Заклинатель знал о тактике осады?

— Ваше Величество, откуда у вас знания об этом всём?

— Хм? Под знаниями ты имеешь в виду ... ах! Мои прогнозы? Ну... Эти знания тактик остались у меня после длительного влияния одного знакомого. После я протестировал их в реальных битвах. Их много, но я не ожидал, что их можно будет использовать здесь.

— ...Тот друг Вашего Величества, он наверняка тоже был невероятно силен?

— О да. Но он был силён не в ближнем бою или магии, а в другом... В этом смысле, мне ещё далеко до его силы.

Король-Заклинатель весело рассмеялся. Это был смех воспоминаний о прошлом.

Прямо сейчас он казался обычным человеком.

"Может быть, Король-Заклинатель когда-то и был человеком ...?"

Возможно, он сам превратил себя в нежить, но получается нестыковка. Это было невозможно. Из того, что знала Нейа, нежить появлялась неестественным путём. Однако-

"Хотя... В конце концов, мир большой."

Путешествуя с делегацией, она поняла, насколько крошечный был тот мирок, в котором она до этого жила. Через океаны, за горы и в глуши лесов - там что-то должно быть. Мудрецы могли бы поиздеваться над проблемами Нейи, сказав, что все ответы тоже там.

— О чем ты думаешь?

— Ах, я.. мои извинения.

— Нет, я не виню тебя. Просто я был немного обеспокоен, когда увидел, как ты отодвинулась на лошади... битва вот-вот начнется, и я пойму, если ты волнуешься.

— Благодарю Вас, Ваше Величество.

В это время Ремедиос воткнула своё знамя в землю и достала священный меч.

— Всё! Первая битва за спасение этой земли от Ялдабаофа вот-вот начнется! Справедливость восторжествует!

Ответом ей были горячие возгласы: "Справедливость восторжествует!". Как только они собрались вместе, они ринулись в атаку.

— И вот, началось. Бараха, не лучше ли присоеденится к атаке сейчас, или ты не собираешься сражаться?

— Нет, я обязана охранять Ваше Величество. Оставить Вас и кинуться в бой...

"Я не могу так поступить", - Нейа покачала головой.

— Хмм... Ну, раз так. Тогда... Тогда давай поговорим о чём-нибудь ещё. Ты ведь никому не давала это оружие?

— Совершенно никому! Это оружие, которое я получила от Вашего Величества! Я бы не позволила никому даже прикоснуться к нему!

— Ах. Так, значит. Я думаю, стоит тебя поблагодарить.

Хотя его голос казался немного подавленным, было невозможно понять его намерения.

"Я чем-то оскорбила Его Величество? Я не уверена, что происходит, но, возможно, я должна извиниться?"

Пока Нейа колебалась, Король-Заклинатель сменил тему.

— Надо же, такая редкая возможность. Я тут осмотрелся, но не обнаружил никаких полулюдей, скрывающихся магией невидимости. Возможно, нам нужно немного продвинутся вперед, чтобы лучше наблюдать за развитием битвы. Я сомневаюсь, что будет проблемой, если мы оставим священников тут... Что скажешь?

— Поняла.

Было бы очень неуважительно сказать Королю-Заклинателю, который обладал несравненной силой, превышающую её собственную, что продвижение ближе к фронту - опасно.

В лагере стоял звон колоколов, а она оставалась рядом с Королем-Заклинателем, пока он шёл вперёд. И вот, при таком раскладе и началась битва.

Ангелы атаковали сторожевые башни над вратами, и бафолки встретили их своими копьями. С башен с лучниками наверху полетели стрелы. Они летели не в ангелов, а в Ремедиос, ведущую отряд. Очевидно, правильно было нацелиться на неё, учитывая, что у неё не было щита, как и шансов попасть по своим.

Однако она была значительно сильнее других. Она легко отбивала все стрелы, летящие в неё, сохраняя при этом скорость. Контратакуя, несколько ангелов бросились на башню с лучниками. Вскоре после этого три тела бафолков упали с башни.

Одновременно с этим, паладины подошли к вратам и попытались пробить их тараном. Деревянные врата начали дрожать, и изнутри раздался слабый хруст, а после и крики паладинов: "Ещё раз!"

Ворота снова затряслись, сильнее, чем раньше.

И снова ударил таран.

Одно из брёвен, сильно согнулось, и радостные крики паладинов были слышны даже на таком расстоянии. Хотя щель была недостаточно велика, чтобы позволить проникнуть внутрь, после нескольких попыток ворота должны пасть.

Несколько ангелов пролетели мимо ворот. Нейа не могла понять, что они делают, но они, вероятно, пытались удержать бафолков.

— Эй вы, назад!

Все обернулись на крик. Крик раздался из башни над воротами. Ангелы должны были взять его на себя. Тем не менее, там появился один бафолк. Однако проблема заключалась в том, что находилось у него в руках.

—Назад! - снова закричал бафолк.

Он держал девочку, около шести или семи лет, с острым клыком у её горла.

— Если вы не отступите, я убью этого ребёнка!

Девочка была одета в грязную одежду - её лицо тоже было все в грязи - маленькое тело виляло из стороны в сторону. Была ли она еще жива? Они не видели признаков жизни. Показалось, что все в лагере были в таком состоянии.

— Ты презренен! - крикнул один из паладинов.

— Поспешите и отступайте! Смотрите!

Среди паладинов произошел переполох. Что произошло? Даже Нейа не могла видеть, что происходит там ночью. Однако для Короля-Заклинателя это не было проблемой.

... Из горла ребенка, кажется, идёт кровь.

— Не может быть!

— Это просто маленькая зарубка; она еще не умерла. В противном случае ее ценность как заложника...

— Вы все, назад!

Паладины подчинились команде Ремедиос и отошли назад. Хотя священники в тылу не сразу поняли ситуацию, они вернули ангелов. В тот же миг священники подбежали ближе к Нейе и Королю-Заклинателю. Вероятно, они передвинулись ближе, чтобы посмотреть, что происходит.

— Ещё недостаточно! Дальше!

После того, как бафолк сказал это, паладины начали медленно отступать. Было видно, как бафолки торопливо меняют позиции на сторожевых башнях. Они меняли бойцов, которые были ранены в бою с ангелами на новых.

— Это плохо.

— Очень плохо.

Нейа медленно вытащила лук, который получила. Похоже, что, бафолк использовал девушку в качестве щита. Поэтому точно прицелится было трудно. Убить его одним ударом было бы очень сложно.

Тем не менее, если не она, то кто?

"Мне жаль, что я уделяла стрельбе так мало времени", подумала Нейа, доставая стрелу из колчана.

В это время Король-Заклинатель протянул руку, блокируя ее выстрел.

— Мне не хочется это говорить, но лучше остановиться. В этом нет смысла.

Как только она собиралась спросить, что он имел в виду, Король-Заклинатель направился туда, где собрались паладины.

Там разгорелся спор о спасении девушки.

Магия священников могла замедлить противника. Многие одобряли этот план, но заклинания имели ограниченную дальность применения. Хотя было предложено много идей, никто не имел представления о том, как приблизится к девочке достаточно близко при этом не убив её, даже если возникнет сопротивление.

В это время прибыли Король-Заклинатель и Нейа.

— Как долго вы собираетесь обдумывать это? Ситуация выглядит плохо.

После того, как он заговорил, все повернулись в его сторону.

— Конечно, мы и сами понимаем!

— Капитан... успокойтесь. Ваш враг на той стороне стены.

Ремедиос была на грани терпения, и Густав обратился к ней.

— Нет, капитан Ремедиос. Вы не понимаете. Поскольку теперь враг понимает, что использование заложников эффективно, они покажут, что это не пустая угроза, и вместо неё возьмут другого.

Словно ожидая этих слов, девочке-заложнице отрезали голову. Даже отсюда они видели, как брызнула ее ярко-красная кровь. Бафолк отбросил тело девочки в сторону, и оно упало на землю, как марионетка, которой обрезали нитки.

Все замолчали. Они отказывались принять то, что только что произошло. Ремедиос первая пришла в чувство, и когда она закричала, Нейа тоже пришла в себя.

— Сволочь! Ты на самом деле сделал это! Даже после того, как мы выполнили твои требования!

— Ха! — На этот раз бафолк вытащил мальчика. — Вот почему у меня ещё один в запасе, понимаете? Теперь отступайте!

— Ах ты, грязный ублюдок!

— Хмм. Вы на самом деле такие тупые, да? Может быть, вы поймете, если я возьму ещё одного?

Ремедиос сильно сжала кулак. Затем, как бы для того, чтобы выпустить чувства, она приказала:

— Все, отступаем!

— Также уведите конницу из округи! Двигайтесь!

Она слышала скрежет зубов Ремедиос. Было достаточно громко, что бы можно было подумать, что она раздробила их.

— Вице-капитан. Прикажите им собраться здесь.

— Но…

— Если ты этого не сделаешь, ребенок умрет. Шевелись!

— Все, отступаем!

— Какой глупый ход. Вы показали врагу, что заложники эффективны и теперь они получат много времени на подготовку. Если противник снова деморализует вас, не нанесёт ли это ещё большего ущерба?

Ремедиос с красным лицом посмотрела на Короля-Заклинателя, как на врага.

— Если это произойдет, ваша внезапная атака будет бессмысленной. Кроме того, я слышу там звуки движений. Если они укрепят ворота, их уничтожение займет больше времени, и дела примут скверный оборот...

— Хватит! — Ремедиос перебила Короля-Заклинателя.

— У кого есть идеи? Способ решить проблему так, так чтобы никто не умер?!

Никто ничего не сказал.

Конечно, ни у кого не было подходящего решения. Например, если бы здесь кто-то был хорош в проникновении, то эта ситуация, возможно, вовсе бы не возникла. Однако, никого такого в отряде не было. Даже Ремедиос должна была понимать это. Если её животные инстинкты анализировали ситуацию в битве и говорили ей, что выхода нет, то такого пути не существует.

Если всё так, почему она отказалась признать это?

Почему она была помешана на том, чтобы не дать никому умереть?

Слова Короля-Заклинателя мелькнули у неё в голове... разве это не одна из тех необходимых жертв, о которых он упоминал? Не было никакого способа выйти из этой ситуации, не потеряв ни одного человека без подавляющего преимущества в силе или большой удаче.

— Капитан Ремедиос.

Голос Нейи прозвучал необычайно громко.

— Атакуя сейчас, можем ли мы закончить бой лишь малыми жертвами?

Напряжённый взгляд Ремедиос переместился на Нейю.

Могучие эмоции, кипящие от тела могучего воина, заставляли ее дрожать, но Нейа была уверена, что она права.

— В этом нет справедливости! - закричала Ремедиос.

"Справедливость? Да эта справедливость…"

Окружающие паладины молчали. Казалось, никто не был готов ничего сказать против. Нейа почувствовала, что её окружают враги, и бессознательно отступила, а затем почувствовала, что чья-то рука поддерживает ее сзади. Оглянувшись, она увидела Короля-Заклинателя, как и ожидала.

— Я поддерживаю мнение леди Барахи.

Он подтвердил это тихим голосом. Но для Нейи это было похоже на сто миллионов оваций.

— Заткнись!

Ремедиос снова рявкнула. Однако это было не то, что она должна сказать королю из другой страны, который пришел, чтобы спасти её. Были действия, которые приемлемы, и действия, которые неприемлемы.

В сердце Нейи вспыхнул гнев.

— Сейчас вам нужно принять решение, а не сидеть и придаваться страданиям. Чёрт, да что вообще можно сделать с вами. Я сам изменю ситуацию.

Пробормотав что-то про себя, Король-Заклинатель отвернулся от них и начал идти к воротам. Из-за его внезапного движения никто не смог предупредить его, прежде чем бафолк прокричал предупреждение.

— Ты, там, в маске! Я сказал тебе отступить, не так ли?

— Я не отступлю! Как вы считаете, что для меня значит одна человеческая жизнь?!

— Что?!

— Наша цель - убить каждого из бафолков здесь! Не имеет значения, что происходит с людьми! [Расширенная Магия - Огненный Шар].

Король-Заклинатель протянул руку с криком, и огненный шар, который слетел с нее, сдул бафолка и мальчика, которого он держал.

После этого огромная вспышка пламени поглотила и всю сторожевую башню. Все сверху были уничтожены этой атакой. Бафолк и его заложник упали замертво со стороны стены, где находился Король-Заклинатель.

— [Предельная Магия - Ударная Волна]

Следующее заклинание взорвало полуразрушенные ворота. Кроме того, оно разбросало бафолков, возводивших за ним баррикады, проделывая огромную дыру в их защите.

— Идёмте, паладины! В атаку! Убейте всех бафолков до единого!

Будто бы разбуженная его голосом, Ремедиос прорычала:

— Ты, сукин сын...!

— ...Капитан!

— Гррх!...В атаку!

Паладины ринулись вперед в ответ на слова Ремедиос. Точнее было бы сказать, что они отринули всякие попытки мыслить и просто подчинились её приказу.

— Благодарю, Ваше Величество!

Густав ушёл, сказав эти слова. После этого паладины и жрецы - хотя бы те, что поумнее - окинули его благодарным взглядом. Ремедиос оказалась единственной, кто смотрел на Короля-Заклинателя с открытым недовольством.

Король-Заклинатель обратился к Нейе тихим голосом.

— Леди Бараха, ты думала, что я спасу мальчика заклинанием, превосходящим твое воображение?

Действительно, такая мысль всплывала в её голове. Однако, Король-Заклинатель, должно быть, имел основания для своих действий.

— Даа, я так подумала… Всё, как вы и говорите.

— Хм, вероятно, такое тоже могло случится.

Король-Заклинатель кивнул, а Нейа молча слушала.

— Действительно, я мог так поступить. Используй я различные выученные заклинания, и спасение одного единственного мальчика было бы несложной задачей. Но я сделал так потому, что не мог позволить бафолкам увидеть, как спасаю мальчика.

В первый раз сомнение отразилось на лице Нейи, и Король-Заклинатель мягко все ей разъяснил.

— Если бы я позволил им узнать, что против нас эффективны заложники, заключенные были бы использованы в качестве щитов из мяса, которых бы использовали для блокировки атак паладинов. Паладины бы растерялись и погибло бы множество людей. Из-за нашей крайней нехватки силы, даже один недостающий паладин стал бы большой потерей для отряда... По крайней мере, согласно законам Ланчестера. Король-Заклинатель подошел к воротам, а Нейа поспешила за ним.

(Закон Ланчестера - математическая формула для расчета относительных сил пары сражающихся сторон относительно продолжительного периода. Используют в военном моделировании. В таких случаях, даже одна потеря может привести к большим потерям в дальнейшем.)

— С другой стороны, как только они узнают, что заложники бесполезны, они станут ненужными для бафолков. Теперь, когда атака врага уже почти просочилась через стены, как думаешь, есть ли у них время на неспешное убийство заключенных? Убийство людей, которые даже сопротивляться не могут, должно иметь низкий приоритет.

— Все как вы и говорите.

— В самом деле. Вместо того, чтобы тратить время на убийство людей, они приготовятся к тому, чтобы остановить вторжение противника. Исходя из этого, необходимо было использовать метод, который бы наиболее ярко показывал бессмысленность взятия заложников.

Он был прав.

Если бы Ремедиос действовала по-своему, в конце концов она могла не спасти вообще никого.

Король-Заклинатель медленно поднял тело мальчика за ногу.

— Ваше Величество, позвольте...

— ...Это работа для меня.

Нейа сопровождала Короля-Заклинателя, пока он нес мальчика в место, где Ремедиос установила свой флаг.

Король-Заклинатель положил мальчика на землю. Нейа смочила тряпку водой из бурдюка и вытерла грязь с лица мальчика. Его щеки, запястья и бедра были поразительно худыми. Это наглядно показывало суровые условия, в которых их держали.

— Эти чертовы бафолки...

— Возможно, мне не следует этого говорить, но позволь, я всё же скажу. Я - король Колдовского Королевства, и не являюсь королем для жителей этой страны. Таким образом, я могу спокойно принять такое решение. Я бы выбрал спасти жизни тысяч, вместо одной. Но если бы этот мальчик был гражданином моей страны, я бы спас его, вместо других. Если тебе трудно такое принять...

— Нет, большое вам спасибо. Я могу понять ваши чувства...Ваше Величество, вы очень...

— ...А? Что ты имеешь в виду?

— Простите меня. Я хотела сказать, что Ваше Величество поступает справедливо.

"Что я вообще несу", - изумилась она.

Хотя она чувствовала, что ему нечего было ответить, милосердный и сострадательный Король-Заклинатель всё равно ответил ей.

— Ах, нет, я не чувствую себя справедливым. И, откровенно говоря, справедливость должна определяться другими. Мотивы всех моих деяний просты. Ну, я просто хочу распространить свою репутацию...

Нейа вспомнила о статуях. "Значит, всё же желание распространить свою репутацию Короля-Заклинателя вызвано показушничеством?"

— Тем не менее, сейчас у меня такое чувство, что не нужно так сильно стараться... И снова я говорю о бессмысленных вещах. Всё, чего я желаю - это счастливо жить вместе со своими детьми. Только лишь это - но для меня это значит всё.

Она не думала, что нежить, Король-Заклинатель, может иметь детей. Поэтому, возможно, ребенок был не в смысле продолжателя крови, а в более широком смысле. Казалось, что он считал своих граждан своими детьми.

"Он добрый во всех смыслах этого слова... Действительно, каким был бы чудесным мир, если бы даже самый хрупкий ребенок мог жить счастливо. О чем он думал, когда забрал жизнь этого мальчика..."

Когда она посмотрела на профиль его лица, она увидела в нем нечто вроде скорби, вызванной убийством ребёнка.

— Что ж, это бессмысленно. В таком случае, давай закроем эту тему. Леди Бараха, хотя я и не умею говорить красивые речи, надеюсь, что ты найдешь своё правосудие.

— ...Могу ли я задать ещё один вопрос? Если бы вашего собственного подчиненного взяли в заложники, вы бы сделали то же самое?

— Ну, с моей стороны — это может показаться пустой болтовней, но это было сложным решением в каком-то смысле...

— Что вы имеете в виду?

— В прошлом, когда я из интереса спросил их: "Что бы вы сделали, если бы вас захватили в качестве заложников, чтобы заставить меня вести переговоры?". Тогда каждый незамедлительно ответил, что скорее убьет себя, чем доставит мне неудобство. "Нет", - ответил я им, - "не было бы правильнее сказать, что вы бы дождались, пока я спасу вас?" или что-то такое... Хотя мне приятно видеть их преданность, это всё равно...как бы выразиться... Мои подчиненные слишком фанатичны.

Покрутив запястьем, Король-Заклинатель продолжал говорить усталым голосом.

Когда Нейа задумалась о том, не пустые ли это заботы для кого-то в его положении, из ворот появилась, неся окровавленный длинный меч и сама залитая кровью, Ремедиос. Хотя она и сняла свой шлем, ее волосы прилипли ко лбу из-за пота. Она выглядела совершенно измученной.

После того, как она что-то сказала Густаву, Нейа почувствовала, как её и Ремедиос глаза встретились, точнее, она смотрела на Короля-Заклинателя, а Нейа стояла между.

Ничего не сказав, Ремедиос вернулась назад с пустым выражением лица.

Густав же, с другой стороны, направился к этим двум.

— Ваше Величество, я хочу выразить свою благодарность. Хотя были небольшие потери, мы смогли свести их к минимуму благодаря могуществу Вашего Величества. Хотя капитан должна была поблагодарить вас лично, она в настоящее время несколько расстроена из-за трагического состояния, в котором мы нашли людей, поэтому я молю вас, чтобы вы простили меня за то, что я забрал её привилегию.

Густав пронзительно посмотрел на мальчика, а затем снова посмотрел на землю.

— Все в порядке, возвращайся к капитану.

— Премного благодарен.

— К слову, что это за трагические условия?

— Насчет этого… Мы опросили нескольких людей, которых спасли, и они ответили, что "они" сдирали с заключенных кожу. И, кажется, "они" не являлись полулюдьми, а скорее демонами, посланными Ялдабаофом.

Даже если ей казалось, что капитан была расстроена, и только это было предлогом её грубости, то, похоже, это было не так.

Также, как начала удивляться Нейа, Король-Заклинатель наклонил голову в недоумении.

— Почему кожа? Для чего? Они собираются съесть её? Как куриную?

— Нет, мы и понятия не имеем... Хотя, полулюди, похоже, не принимали участия в этой деятельности... Знает ли ваше величество что-нибудь об этом? Может это для какого-то демонического ритуала?

— Нет, прошу прощения. Я понятия не имею. Зачем Ялдабаофу делать такое…

Казалось, замешательство Короля-Заклинателя шло от всего сердца, и после все посмотрели друг на друга, но они все еще не могли распутать тайну. Несмотря на это, так как это была работа демонов, они, возможно, сделали так, только чтобы заставить людей страдать.

— ...Я узнаю об этом у священников. Теперь, Ваше Величество, мы пытаемся выяснить местоположение укрытий полулюдей для того, чтобы зачистить их. Поэтому чуть позже я бы хотел потратить немного вашего драгоценного времени.

Сказав это Густав вернулся за ворота.

Примерно через десять минут после этого в воротах начали появляться рассеянные человеческие фигуры.

Они были пленниками. Как и мальчик, захваченный в заложники, они были одеты в потрепанную, потертую одежду, которая не могла противостоять зимнему холоду. Паладины, обязанные сопровождать их к двери, просто прошли мимо них и исчезли за воротами. Поступили ли они так потому что у них было мало людей для ухода за освобожденными людьми, или потому, что работа по зачистке продолжалась, или, может быть, и то, и другое?

На лицах заключенных засиял восторг, и они ринулись к Нейе.

А потом застыли на месте как вкопанные.

Скорее всего из-за того, что заметили фигуру Короля-Заклинателя. И всё же некоторые продолжили приближаться к ним. Возможно, они решили, что Король-Заклинатель носил маску или что-то в этом роде.

Из толпы людей вперёд вырвался мужчина.

Тяжело дыша, мужчина рухнул на колени рядом с мальчиком, которого Айнз усадил у ног Нейи. Нет, было бы точнее сказать, что он рухнул, как марионетка, нитки которой были обрезаны.

Мужчина прильнул к мальчику щекой, и после того, как понял, что мальчик мертв, он взорвался слезами.

Было понятно, что он был его отцом.

Нейа закусила губу.

Пока отец выкрикивал, плача, имя своего любимого сына, Король-Заклинатель спокойно сказал:

— Я был тем, кто убил этого мальчика.

Нейа удивлённо посмотрела на Короля-Заклинателя. Разве сейчас подходящий момент для таких слов?

Тем не менее, мудрый Король-Заклинатель не мог внезапно сказать подобное без причины.

— Зачем! Зачем ты убил его?!

Огонь жгучей ненависти горел в глазах отца. Столкнувшись с этим взглядом — Король-Заклинатель ответил на него издевательским смехом.

— Чтобы спасти тебя, конечно.

— Что, что ты сказал!?

Всего на мгновение глаза отца наполнились страхом. Это было потому, что он понял, что лицо Короля-Заклинателя не было искусственным. Затем он стал смотреть по сторонам в поисках помощи, и его взгляд остановился на Нейе.

Однако прежде, чем Нейа успела хоть что-то сказать, заговорил Король-Заклинатель:

— Тогда можно и мне тебя спросить? Почему ты не защищал своего сына? Твой сын был передо мной как заложник.

— Я защищал его! Но его вырвали...утащили! Эти ублюдки были сильнее меня, так что я ничего не смог сделать...ничего!!

Король-Заклинатель вновь рассмеялся.

— Тогда позволь спросить тебя — почему ты еще жив?

Отец не знал, что ответить и просто замер на месте.

— Я спрашиваю тебя, почему ты не отдал свою жизнь ради защиты сына. Не все жизни одинаково важны. Ты должен ценить жизнь своего ребёнка превыше всего. Так почему же ты не бился ради защиты своего сына до последнего своего вздоха?!

Люди смотрели на Короля-Заклинателя издалека, наблюдая за всей ситуацией.

Они, должно быть, почувствовали беспокойство, страх и гнев в отношении Короля-Заклинателя, что забрал жизнь мальчика.

— Что, что вы несёте…

— Ты тот, кто не смог защитить его. Не перекладывай свою вину на других. Ты виноват, что был слаб. Кроме того, ты, кажется, ошибаешься кое в чём... Ты понимаешь, что я гораздо сильнее бафолка, который, как ты утверждаешь, сильнее тебя, нет? Хотя я могу простить некоторые оскорбления, потому что жалею о потере твоего ребенка, но я убью тебя, если продолжишь в том же духе.

Король-Заклинатель протянул костлявый указательный палец и положил его на лицо отца.

— Это потому, что Вы сильны - вот почему Вы можете говорить такое! Не все могут быть такими сильными, как Вы!

— Хорошо сказано. Я могу говорить так именно потому, что я силён. И именно потому, что ты слаб, у тебя и забирают твое место, не так ли? Сильные охотятся на слабых – это естественный ход событий.

Король-Заклинатель обернулся к окружающим его людям.

— Разве вы не пережили эти страдания именно потому, что бафолки сильны?

— Неужели Вы говорите, что сильные могут творить что хотят?!

— В точку! Сильные делают то, что хотят, а слабые терпят то, что должны. Так устроен мир. Это же правило касается и меня. Перед лицом более сильного противника, я не смогу не страдать. Вот почему я ищу силы.

Нейа поняла, почему Король-Заклинатель искал горничных Ялдабаофа.

"Его Величество, должно быть, ищет силы для того, чтобы защитить свою нацию, защитить сынов и дочерей своей страны. Так значит сила - это самое главное в конце концов..."

— Изначально такие слабые, как вы, должны были быть защищены Святым Королевством, теми, кто должен был быть сильным…Мне Вас очень жаль. Если бы вы были под моей защитой - под защитой моей страны, Колдовского Королевства, нечто подобное не могло бы случиться. Потому, что я использовал бы все свои силы, чтобы защитить народ и уничтожить бафолков.

Все вокруг молчали.

Аргументы Короля-Заклинателя были выверенными, холодными и жестокими, но в то же время они отображали истину этого мира.

Если бы они не могли опровергнуть его слова разумом, решили бы они противостоять им своими эмоциями? Однако страх перед Королем-Заклинателем помешал им поступить так.

— Он… разве он не нежить? Что нежить делает в подобном месте?

Отец ничего не мог сказать Королю-Заклинателю, потому что боялся последнего, и вместо этого направил свой гнев на Нейю.

Однако прежде, чем Нейа ответила, Король-Заклинатель вновь перехватил инициативу, как и ожидалось.

— Конечно же, чтобы помочь вашей стране. И тут дело в том, что вас всех спасла нежить, о которой вы говорите. Если вы все так недовольны этим фактом, то почему бы Вам не спасти страну самостоятельно?

Услышав это, отец уставился вопросительным взглядом на Нейю.

Однако ей было нечего сказать. Потому что всё сказанное было правдой. Если бы сил Королевства хватало для победы над Ялдабаофом, Короля-Заклинателя здесь бы не было. Мужчина обнял труп мальчика, в страхе развернулся и побежал прочь. Люди, к которым побежал мужчина, были также напуганы. Нейа слышала, как Король-Заклинатель что-то сказал, но она не знала, обращался ли он к бегущему мужчине или к самому себе.

— Даже я был бы порабощён, если бы был слаб. Поэтому нельзя забывать копить силы. Мне нужно выгравировать в сердце тот факт, что существа сопоставимой со мной силы, безусловно, существуют.

Часть 3.

После атаки на первый лагерь заключенных и освобождения его войсками Освободительной Армии, они, не теряя времени отправились к следующему лагерю, где держали заключенных.

Их продвижение вперед было не очень стремительным по ряду некоторых причин, из-за которых у них просто не оставалось выбора, как держаться такой скорости. И самой значимой из них была та, что в тюремных лагерях было гораздо меньше припасов, чем они думали.

Это, в свою очередь, произошло из-за двух аспектов тактики полулюдей, которые почти не кормили своих пленников, а для гарнизона регулярно делали небольшие поставки из главного города.

Кроме того, полулюди, которые отвечали за поставки припасов, всегда проверяли лагеря на предмет странностей. И даже если бы они убили этих полулюдей и забрали всю их еду, враг бы несомненно, понял бы, что в тюремном лагере пошло что-то не так.

Конечно, Ялдабаоф, узнал бы тогда об этом. В таком случае, весьма вероятно, что он отправит огромные силы, из-за которых Нейе и остальным придется не сладко.

После долгого спора на собрании, на котором она долго стояла за Королем-Заклинателем, но, разумеется, ничего не говорила, у неё заболели ноги. И наконец они пришли к двум возможным планам действий.

Первый заключался в побеге на юг, пополняя попутно армию освобожденными людьми.

Второй - это быстро ударить самим и освободить небольшой город.

Хотя оба эти совершенно противоположных предложения имели свои достоинства и недостатки, они, в конце концов, избрали последний вариант, после того, как капитан ордена паладинов, Ремедиос Кастодио, поддержала его.

У Ремедиос была своя секретная причина выбора варианта с нападением на город.

После допроса полулюдей - и, естественно, их убийства после этого - она узнала, что в городе, который был их целью, по-видимому, содержались дворяне королевской крови.

Если они были действительно из королевской родословной, вполне вероятно, что ситуация могла улучшится. Даже если бы они не были из королевской семьи, это все равно было бы божьим провидением, если они будут высшим дворянством с определенным статусом и связями. Они могли рассчитывать на то, чтобы за спасение их жизней они попросили южные армии оказать помощь и, возможно, запросить подкрепления.

Однако у Нейи были сомнения на этот счёт.

— Ваше Величество, как вы думаете, там будет член королевской семьи или хоть один благородный дворянин?

Нейе было дозволено ездить верхом из уважения к статусу Короля-Заклинателя. В противном случае, лошадь, которую дали такому низкосортному оруженосцу, как Нейа, была бы давно уже использована в качестве вьючного животного.

— Вероятно, это ловушка. Даже если это не так, это город с гарнизоном, включающем множество войск, и в зависимости от ситуации там могут присутствовать и демоны. Капитан Кастодио должна быть в курсе этого. Несмотря на это, она решила сражаться в этой битве. Порой вы страшно рискуете, ставя всё на кон.

Если они не найдут поддержки на юге, люди вскоре начнут голодать. Нейа знала: если это произойдет, то Армия Освобождения просто не сможет продолжать бороться.

Вскоре они увидели свою цель - маленький город вдалеке. Сидя на лошади, Нейа смотрела на хвост колонны, в котором маршировали городские ополченцы. Они были гражданами Святого Королевства, которые были спасены из тюремных лагерей. Причина, по которой их принуждали к военной службе, когда по-хорошему они должны бы отправиться в тыл, заключалась в том, что они выяснили, что в городе было гораздо больше полулюдей, чем в раннее встреченных ими тюремных лагерях.

К тому же в лагерях оказалось гораздо больше сильно ослабленных пленников, чем ожидалось, и было понятно, что они не смогут сражаться как полноценные солдаты. Тем не менее, это лучше, чем ничего, и потому их приняли в отряд.

Уровня мастерства Нейи с трудом хватало, чтобы провести такую большую армию подальше от глаз получеловеческих разведчиков, поэтому им нужно было двигаться как можно быстрее.

И результатом этого было то, что люди уставали всё больше, и число взрослых, сидящих на грузовых телегах, только росло. Тот факт, что они действительно могли спать на ухабистых, неудобных кроватях телеги, только показывал, насколько сильно они устали. С точностью да наоборот, дети бодро шли следом. Священники, вероятно, тоже не привыкли к длительным походам пешком, учитывая, как время от времени они с завистью смотрели на грузовые телеги.

"Даже в таком состоянии они будут брошены прямо в битву, как только прибудем. Разве это нормально?"

Во время стратегических обсуждений в пути они решили немедленно атаковать город, достигнув его, потому что им не хватало ни провизии, ни времени.

Атаковать город, с поджидающим их там врагом в дневное время было чрезвычайно опасно.

Было бы легче подойти ночью, но и это было невыгодно для людей, у которых не было способности ночного видения. В частности, ночные битвы были очень опасны для граждан, у которых была только базовая боевая подготовка, которую они получили в качестве призывников.

Принимая это во внимание, они решили атаковать на рассвете.

Они уже разработали линии битвы. Во главе были паладины. За ними были городские ополченцы, державшие деревянные укрепления, которые они сделали после разрушения лагерей, а сзади были жрецы.

План был таким же, как в прошлый раз: используя ангелов, они сдерживали бы врагов на стенах, а паладины сломали бы ворота. Это была тактика, которая во всём опиралась на грубую силу. Работа городских ополченцев в основном ограничивалась устрашением врага своим видом,, показывая численный перевес. Поэтому они приказали мирным жителям избегать боев, и если им бы и пришлось сражаться с врагом, то только всем вместе и сообща.

— ...Что ж, продемонстрируйте мне, как вы это сделаете, - пробормотал себе под нос Король-Заклинатель.

Король-Заклинатель выступал в роли наблюдателя и вовсе не был вовлечен в битву.

На самом деле им очень хотелось положиться на его силу во время осады, но никто не решился открыть рот, чтобы попросить Его Величество об этом во время собраний. Потому Король-Заклинатель не обращал внимания на умоляющие взгляды, направленные на него, и так он оказался в заднем эшелоне.

Битва началась так, как будто это была их последняя битва.

Это, может быть, и небольшой город, но он был очень важен для региона. Его деревянные ворота были усилены железными полосами, а над ним были осадные ловушки, сами стены были не из дерева, а из камня. Стены и ворота были также намного лучше, чем стены тюремных лагерей, которые в значительной степени были собраны из материалов, взятых у жителей деревни. Однако, несмотря на это, в этом городе все еще было чуть меньше десяти тысяч захватчиков, и он всё ещё считался неприступным.

Данный город было нелегко оборонять защитникам и брать нападавшим. Вероятно, это была наиболее правильная оценка ситуации.

Ремедиос готовила паладинов к атаке, в то время как ангелы уже напали на полулюдей на стенах.

Однако... ангелы порой мелькали ярким сиянием после ударов врагов.

Казалось бы, у полулюдей были те же бафолки, с которыми они встретились раньше в лагере, но, как и ожидалось, те, кто защищал этот город, были гораздо более опытными воинами.

Самым ярким примером был бафолк, который на стене, прячась за зубчатой стеной и держа очень длинное копье, пронзал ангелов одного за другим.

Он издал рёв.

Возможно, это было какое-то умение, но это не повлияло на ангелов или паладинов, разрушающих ворота под ним. Было ли это эффектом узкого действия или же это как-то оказывало влияние на союзников? Детали были неизвестны. Однако было бы хорошо узнать, есть ли у него какие-либо способности.

Посмотрев на сие действие с высоты, можно было увидеть, как две стороны яростно сражались друг с другом. Бафолки и другие полулюди, находясь внутри города, наставили свои длинные копья наружу за ворота - на паладинов, которые в свою очередь блокировали их своими щитами, чтобы защитить своих союзников - паладинов с тараном.

Полулюди выливали на них с оборонительных стен кипящую воду. Однако у паладинов уже была активирована [Защита от огня], так как ожидали подобных событий, и потому, независимо от того, сколько воды на них лили, паладины оставались невредимыми.

Конечно, на дворе была зима, и всё бы кончилось очень плохо, если бы они пропитались горячей водой, а затем на ледяном холоде и минусовой температуре остыли бы, но на этот раз защита их спасала.

Если бы они использовали кипящее масло вместо воды, их мечи легко бы выскальзывали из рук. Возможно, масло было драгоценно для полулюдей, потому они не проделали таких махинаций с ним.

Медленно продвигающееся городское ополчение несло деревянные укрепления, чтобы использовать их в качестве щитов. Хотя лучше бы они были сделаны из металла, что гораздо больше помогло бы, учитывая отсутствие надлежащего оружия у них. Возможно, они не были достаточно крепкой защитой, но это лучше, чем ничего, и спрятавшиеся за ними ополченцы начали раскручивать веревки. Они целились в полулюдей, сражающихся с ангелами. Конечно, они были довольно неопытны в этом деле, и камни, которые они бросали, чаще всего поражали ангелов, а не их врагов.

Несмотря на то, что они принимали на себя огонь союзников, ангелы были стойкими к таким атакам, поэтому для них это не было большой проблемой. Конечно, на деле это было просто сопротивление к малому урону, а не полный иммунитет, но, тем не менее, ополченцы не наносили серьёзного вреда ангелам. Они использовали эту тактику потому, что, атакуя таким образом, полулюдям доставалось в конечном счёте больше, чем ангелам.

Каждый раз, когда ангел погибал, священники вызывали нового и бросали его в атаку. Не смотря на их небольшое количество, они были почти неиссякаемым и неутомимым запасом войск, их ряды вновь и вновь пополнялись, поэтому получеловеческое сопротивление начало колебаться под натиском.

— Хм... Если бы они догадались, что враги могут использовать оборонительную магию от тепла, они могли бы плеснуть на них холодную воду. В сочетании с холодом зимы, это заставило бы температуру врага сильно опуститься...

Пока Король-Заклинатель смотрел на поле битвы, он что-то бормотал про себя, таким образом анализируя эту битву.

Трудно было что-то ответить ему. Пока еще никто из их отряда не умер, были только раненые, потому она не могла заставить себя что-нибудь сказать вслух.

— Кстати говоря, ничего страшного, что вы не будете участвовать в этой битве, леди Бараха? Ты ведь в состоянии сделать себе доброе имя, имея в руках лук, который я дал тебе.

Нейе было приказано охранять Короля-Заклинателя. Использовать свое тело в качестве живого щита было её долгом. Поэтому ей отдали приказ не сражаться. Однако, как и прежде, Король-Заклинатель, казалось, страстно желал, чтобы она воспользовалась этим луком.

"Он так хочет, чтобы я использовала оружие, которое он мне одолжил? Я могла бы попытаться сделать выстрел отсюда, но промазать первым выстрелом с подаренного оружия было бы немного..."

Пока Нейа колебалась, как ответить, из окрестных городских ворот раздался сильный шум. На вид казалось, что ворота, наконец, были разбиты. Шум был комбинацией радостей паладинов и тревожных криков полулюдей.

Как только городские ворота пали, паладины устремились в город, подобно лавине.

Увидев боевые навыки Ремедиос, потрясенные зверолюди все больше и больше впадали в панику.

После чего... паладины отступили с невероятной скоростью.

Нейа с помощью своего острого зрения рассмотрела то, что произошло за вратами, перед тем как паладины успели расступиться.

Ситуация в точности повторяла то, что было до этого.

Бафолк в руках сжимал ребенка, еще меньшего, чем был раньше, и потребовал паладинов отступить на другую сторону городских ворот. Его голос заставил их сместиться, и можно было принять это за приказы.

Паладины отошли назад, а возглавляли отступление Ремедиос и Густав. После этого полулюди обратились к священникам: "Пусть ангелы отступят, иначе мы убьем ребенка".

— Ну что ж, идём туда. Отсюда их плохо слышно, хочу пойти туда и принять участие в их беседе. Что думаете?

— Вам не нужно меня даже спрашивать об этом, Ваше Величество.

Нейа и Король-Заклинатель направились к Ремедиос, которая находилась на некотором расстоянии - между Королем-Заклинателем и городскими воротами - и обсуждала что-то на глазах тревожных ополченцев.

— В конце концов, мы должны пойти на переговоры, - сказала Ремедиос. Многие нахмурились, снимая свои шлемы. Скорее всего потому, что они хорошо помнили, что произошло в первом лагере, и всех у них было написано на лицах "как мы можем одобрить такое".

Даже после прихода Короля-Заклинателя, они всё ещё не могли найти ответа. Нет, все хотели убедить Ремедиос отступить от своего "в любом случае, нам нужно спасти этого ребенка", ведь всем это казалось маловероятным.

Предложив несколько смутных компромиссных планов, которые оказались пустой тратой времени, несколько человек обменялись взглядами, и вскоре Густав, повысив голос, выкрикнул: "Капитан!", в этот момент в его глазах была видна решимость.

— Мы прошли через это бесчисленное множество раз! Всякий раз, независимо от того, как мы это пытались решить, это не срабатывало! Боюсь мы не сможем спасти этого ребенка!

Выслушав слова Густава, Нейа знала, что капитан продолжит стратегическое собрание, даже после того, как Король-Заклинатель покинул командный шатер. В то же время она понимала, что паладины не смогут решить эту проблему, не проливая крови.

Ремедиос закусила губу и умолкла. Однако....

— Капитан! Мы не сможем победить в этой битве без жертв! Прямо сейчас, мы должны пожертвовать немногими, чтобы спасти многих!

Нейа увидела, что глаза Ремедиос вспыхнули пылающим пламенем.

— Это не та война, за которую Её Величество могла бы нас вознаградить! Ведь мы - мечи Её Величества! Мы служим Святой Королеве, она хочет, чтобы люди этой нации жили и работали в мире!

— Да, но Святая Королева...

Она мертва, но прежде чем Густав смог это сказать, Ремедиос выкрикнула, чтобы прервать его.

— Следующий Святой Король еще не назначен! Разве мы не должны защищать идеалы Святой Королевы, которой мы посвятили наши мечи и честь? Что даёт нам этот обет верности, если же мы сами его и нарушаем?!

"А, ну всё понятно." Нейа поняла.

Ремедиос была связана иделами человека, которому она поклялась в верности. Рыцарь Святой Королевы, который любил народ, не мог сделать ничего, что могло бы нанести вред людям. Именно это и связывало её. Единственным, кто мог разрушить её цепи, был следующий человек, которому она предложила бы свою верность.

— В чем проблема? Кому вы посвятили свои мечи? Вы все прошли церемонию, чтобы стать паладинами! А как вы тогда представляете себе службу паладина!?

Когда оруженосцы становились паладинами, они встречались со Святым Королем и ритуально предлагали ему свой меч, который носили. Точно так же, когда происходила смена Святого Короля, паладины встречались с ним и уже ему предлагали свои мечи, принося при этом свою клятву верности. Поэтому все в этой группе паладинов посвятили свои мечи Святой Королеве.

— Или вы этого не делали? - её тон изменился мгновенно. После вспышки гнева она сразу же остыла, и ее голос был наполнен холодом. - Может быть, Святая Королева ошиблась, пытаясь дать каждому немного счастья и построить нацию, в которой никому бы не пришлось плакать?

— Она не ошиблась! Но... в зависимости от ситуации ... всё может измениться.

— Кто? Что может измениться? Скажи мне! Есть ли более высшая форма правосудия, чем та, в которой "не нужно приносить в жертву никого"!?

Густав закрыл рот.

Нейа поняла, что сейчас капитан допустила ошибку.

Ведь её не вело обещание верности Святой Королеве, которой она бы присягнула на верность. Ремедиос сказала, что необходимо поддерживать справедливость. Какой бы ни была дорога, каким бы трудным ни был путь, нужно было преодолевать все трудности и продолжать идти вперед, не обращая внимания на то, что творится вокруг тебя.

Пожертвовать немногими, чтобы спасти многих, или спасти всех, независимо от того, насколько это будет тяжело и непреодолимо; какой из этих путей был действительно справедлив?

Это было слишком очевидно.

Понятно, что это был последний вариант. Однако это было слишком идеалистично, и нормальный человек сразу же отказался бы от него. Однако, даже зная об этом, Ремедиос все ещё настаивала на спасении всех. Она твёрдо придерживалась идеалов, которые обычный человек уже бы давно отверг. Вот почему она была капитаном паладинов, самым высокоранговым паладином из них всех. Ремедиос была единственной, кто стремился к своему высокому понятию о справедливости; те, кто не мог понять этого, были жалкими.

Возможно они понимали её, но несколько паладинов опустили голову от стыда. Если кто-то считал правосудие Короля-Заклинателя "убить одного, чтобы спасти тысячу", справедливостью короля, то справедливость Ремедиос "одна или тысяча, они все одинаковы" была идеальной — сияющей формой справедливости. Обе стороны были справедливы. Никто не был неправ. Но даже так...

"Без силы нет и правосудия?"

Например, если бы Ремедиос была сильнее - если бы она обладала божественной силой, которую Нейа не могла бы себе и представить, она могла бы спасти ребенка и жителей города. В этом случае проблем не было бы.

Но на деле всё было совсем не так.

Она стояла здесь, потому что не было возможности продолжать битву, не принеся жертву.

"Осуществление правосудия требует силы. Ахх, я хочу стать сильнее ... настолько, чтобы я могла стереть с лица земли следы Ялдабаофа..."

— ...Простите меня за вмешательство, но пока что вы в тупике, но продолжая в том же духе, вы ни к чему так и не придёте.

Этот исключительно холодный голос сдул накопившийся в воздухе жар.

— Ваше Величество...

— Капитан Кастодио. Если так и будет продолжаться, вы только поможете врагам узнать о значимости заложников. С моей точки зрения, вы не сможете захватить этот город, не пожертвовав никем.

— Конечно же, нет. Должен быть лучший способ сделать это. Способ, где никем не нужно жертвовать, и где никто не должен пострадать!

В ответ на этот голос, который звучал так, будто его выбили из неё, Король-Заклинатель дал прямолинейный ответ.

— Я в этом сомневаюсь... Мы и так потратили слишком много времени. Если так будет продолжаться и дальше, мы только повторим те же ошибки.

Ремедиос сильно прикусила губу. Небольшой ручеёк крови спустился вниз.

— Тогда... Капитан. Просто принесите в жертву этого ребенка.

— Да как ты…!

— Хм. Предоставьте остальное мне. Поскольку уже прошло столько времени, а вы до сих пор стоите здесь, я сильно сомневаюсь, что вы сможете пойти вперед, согласившись с крошечной жертвой.

— Вы правда вмешаетесь?! — все услышали голос Нейи, которая уже не могла не закричать. — Его Величество копил ману, чтобы сразиться с Ялдабаофом; разве использование этой маны сейчас не помешает битве против Ялдабаофа?

— Всё как ты и говоришь, Бараха. Тем не менее, нет другого способа спасти больше людей... хотя я не могу гарантировать, что потерь не будет вовсе, по крайней мере, будет намного меньше, чем если бы вы продолжили свои попытки. Каков ваш ответ? Вы оставите это дело мне?

— Значит, даже так... будут ещё жертвы...

— К сожалению, так, Капитан Кастодио.

Ремедиос склонила голову - и не сказала ни слова. Она пошла к городу... куда ополченцы смотрели с непростыми взглядами.

— Мои извинения, Ваше Величество. От имени капитана, пожалуйста, позвольте мне, Густаву, попросить вас о помощи.

— Так, значит... Наверное, это бессмысленный вопрос, но вы меня за это отблагодарите, верно?

Все присутствующие были озадачены вопросом Короля-Заклинателя, но они сразу же ответили согласием. Нейа не упустила беспокойства в их сердцах по поводу того, почему он задал такой резонный вопрос.

— Хорошо. Тогда я восстановлю порядок в городе в одиночку. А вы, господа, должны следить за рыбой, которая ускользнет из сетей. Убивайте или берите их в плен. Лично я предпочел бы взять в плен, чтобы потом допросить. Кроме того, я буду использовать нежить, так что не волнуйтесь.

Сказав это, Король-Заклинатель отправился к городским воротам, не дожидаясь ответа.

— [Большая магическая печать], [Массовое удержание].

Король-Заклинатель не останавливался, пока произносил заклинания. Использовав их, он провёл рукой и вызвал несколько мерцающих теней. Всего их было десять.

Они излучали уникальную ауру нежити, ту, которую не могли иметь живые. Их полупрозрачные формы отображали эмоции страданий.

Это были Призраки. На одном из уроков по монстрологии Нейа однажды слышала, что они принимают форму того существа, который их увидел. Но в отличие от того, что говорили на лекциях, на деле их странный внешний вид напоминал три тёмные человечские тени, связанных вместе.

— Высшие Призраки.

Монстроподобные тени последовали за Королем-Заклинателем. Трава у их ног увядала в мгновение. Уже и без того потемневшие из-за холода побеги теперь быстро съёживались, как будто в миг потеряли всю воду.

— Идите туда и ждите моих указаний.

Нежить двигалась идеально синхронно, не подверженные силе притяжения, они легко и быстро взмыли в воздух. Через несколько секунд нежить растаяла в лазурном небе над головой, и тот факт, что она больше не могла видеть их глазами, которыми так гордилась, только усилило её шок.

Она стояла и задавалась вопросом, почему он не разъяснял только что вызванной нежити больше никаких деталей, он, Король-Заклинатель, который мог продумывать совершенные планы сражений, наверняка не упустил бы это из поля зрения.

— Это, это были...

— Высшие Призраки. Поскольку они являются бестелесными существами, они могут проходить сквозь стены и другие препятствия... Конечно, они не могут проходить абсолютно через все... Такие подробности, вероятно, тебе уже не так интересны? Что ж, они лишь подготовительный этап плана по взятию города. Теперь, пожалуйста, останься здесь, госпожа Бараха.

— Пожалуйста позвольте мне сопровождать вас.

— Хм... В таком случае, пожалуйста, надень этот предмет себе на шею.

— Этот? А что это?

Король-Заклинатель передал ожерелье с подвеской в виде пятиконечной звезды, инкрустированную большим рубином в центре.

— Этот предмет даёт иммунитет к страху. У Высших Призраков есть способность сеять панику. Поэтому в первую очередь разберёмся с этим. Потом ты попадёшь в самую гущу полнейшнего хаоса. Люди, окутанные страхом, иногда могут проявить ужасающую силу. Даже я, возможно, не смогу защитить тебя, ты все ещё хочешь пойти со мной?

— Пожалуйста, позвольте мне сопровождать вас.

— Значит, таково твоё решение? Я понимаю.

Нейа застегнула ожерелье на своей шее.

— Ты же понимаешь... Чёрт возьми, они уже оказались на войне, знаешь ли. Как может война обойтись без жертв?

Нейа горько улыбнулась в ответ на слегка весёлый тон Короля-Заклинателя.

Конечно, Ремедиос имела в виду не это. А Король-Заклинатель не мог не понять смысла её слов. Вероятно, он просто попытался обратить это в шутку, но всё же...

"Его Величество не кажется особо талантливым, когда дело доходит до шуток."

Возможно, это была единственная слабость Короля-Заклинателя. В момент, когда эта мысль пришла Нейе в голову, они достигли ворот.

— Отступайте, паладины. Я сейчас захвачу этот город. Отойдите подальше... Думаю, вам стоит отойти хотя бы туда, ладно?

Король-Заклинатель указал на самых дальних от него паладинов, а затем вошел в городские ворота, словно прогуливался по пустому полю.

— Отступайте! Если вы не поторопитесь, этот ребенок...

Довольно быстро Король-Заклинатель приблизился к бафолку, который держал ребенка в заложниках.

Трудно описать, какое выражение было у получеловека. Вероятно, это был шок. У других полулюдей вокруг бафолка были такие же выражения на лицах. Да что говорить, даже Нейа была бы в шоке, если бы она неожиданно для себя встретила Короля-Заклинателя.

— Это, это нежить?!

При этом слово "нежить" начало доноситься ото всех отрядов полулюдей.

— Верно. А, кажется их называют "ожившими"? Я слышал об этом однажды, но я уже не помню наверняка.

— Чт-что? Что ты такое? Какого чёрта тут... Стоп, там человек? — глаза бафолка повернулись к Нейе. — Ты! Ты контролируешь эту нежить? Какое жуткое создание!

В голове Нейи пронеслись мысли типа "я не некромант" или "ты обратился грубо к Королю-Заклинателю", но она молчала.

— Простите, что вмешиваются в вашу неразбериху, но...

— Отступи, нежить! Или этот ребенок пострадает!

Бафолк схватил мальчика за горло.

Лицо мальчика потеряло все признаки жизни. Его туманные глаза отражали образ Короля-Заклинателя, но он не реагировал. К тому же он начал задыхаться, после того как бафолк-страж схватился за горло.

— Фухаха! Ты в самом деле пытаешься использовать живого как заложника против меня, нежити? Ну и ну!

Глаза бафолка расширились. "Его выражение просто отвратительно", - Нейа обрадовалась, что от неё отстали и у неё появилось время, чтобы спокойно поразмышлять, ведь теперь она была как за горой, в роли которой выступал Король-Заклинатель.

— Человек! Отзови эту нежить!

"Не то чтобы я контролировала его..."

— Хмм. Так что, мы можем начать?

— Ты совсем оглох? Держись подальше! Отойди прямо сейчас!

Возможно, сам бафолк что-то почувствовал и сделал шаг назад, всё еще удерживая своего заложника.

Когда она огляделась вокруг, она увидела фигуры других детей. Их тоже привели сюда в качестве заложников? Несмотря на их количество, полулюди, похоже, не особо спешили убивать своих заложников, чтобы преподать урок осаждающим. Скорее всего, они всерьёз задумались, действительно ли живые заложники будут эффективны против нежити, которая была врагом живых?

Нейа заметила что-то, похожее на черный ветер, пронесшийся мимо неё. В этот момент Бафолк полностью застыл на месте. С того момента, как показался Король-Заклинатель, все присутствующие и так остановились, чтобы лучше осмотреть его и не пропустить ни одного подозрительного движения, но это изменение было слишком значительным. Их глаза и рты открылись, а лица скривились в уродливых гримасах. Кроме того, это касалось не только бафолков. Даже почти безжизненные дети сильно отреагировали на это. Хотя она не слишком хорошо разбиралась в выражениях полулюдей, Нейа понимала людские выражения эмоций. Необъятный страх был написан на детских лицах. Это был невообразимый, безумный, разрушительный страх.

— Айййиииии!

Бафолк странно закричал...

— Ха. Активировать, [Массовое удержание].

Появился волшебный круг, и какое-то заклинание вылетело от Короля-Заклинателя. В следующий момент многочисленные полулюди и их дети-заложники застыли на месте, как отвратительные статуи, а их лица всё ещё были искривлены. Однако они не выглядели так, будто мёртвые. Казалось, она могла различить слабые звуки дыхания.

А потом над ними раздались бесчисленные крики на стене. После этого звуки ударов и разрезаемой плоти хлынули дождем на Нейю.

— Хорошо, пошли.

Она ненадолго отвлеклась на этот звук, поэтому, когда она снова посмотрела вперед на ворота...

— [Великое Разрушение Предмета].

Раздался пронзительный шум. То был звук падающих, словно дождь, кусочков стёртых в порошок ворот.

— Как я и думал, уничтожение зданий этим заклинанием требует слишком много маны... Хотя мне вовсе не нужен был именно такой результат... Полагаю, следует просто принять тот факт, что для этого заклинания стоит получше выбирать цели. В конце концов, нельзя игнорировать такие нюансы. - Сказал Король-Заклинатель про себя, ступая по горе обломков ворот и проходя через городские ворота, никто не блокировал ему путь.

Быстро изменившаяся ситуация оставила Нейю в замешательстве и неспособности пошевелиться. Как только она успокоилась, то улыбнулась про себя.

Король-Заклинатель за секунды уничтожил ворота, доставлявшие столько проблем паладинам.

"Нечестно быть таким сильным..."

Нейа побежала вслед за Королем-Заклинателем, который стоял перед неподвижным бафолком, и произнесла: "А что с ними?" - указывая на застывших полулюдей и удерживаемых в заложниках детей.

— Это всё временно, не переживай. Надо связать их всех.

— Тогда я позову паладинов.

— Хорошая идея. К сожалению, я всё ещё излучаю ауру страха. Каждый, кто войдет в радиус действия, будет скован страхом. Поэтому передай им принять соответствующие меры. Я думаю, что жрецы должны знать [Сердце льва], а паладины... Хм, попросите их использовать [Под Божественным флагом], это возможно?

— Вам даже это известно...

Король-Заклинатель усмехнулся и пошел через ряды бафолков, словно заполняя пустоту между ними.

— Уооооооо!

Сверху с рычанием спрыгнул выглядевший довольно сильным бафолк, державший в руках копьё. Похоже, он спрыгнул со стены замка.

Красные глаза и рот полон пены. Явно в ненормальном состоянии. Похоже, он впал в безумие.

— Понятно. Состояние дикости... нет, берсерка? Несомненно, оно отвергает страх и мыслительную деятельност — …упс.

Король-Заклинатель увернулся от направленного в него копья ловким движением. Четкое, эффективное движение, уникальное, как у хорошо натренированных людей. Тем временем, уклонение короля привело к кончине стоявшего статуей другого бафолка - он оказался заколот копьем своего соотечественника. Пронзённый насквозь, он рухнул на землю, повсюду разлилась кровь.

Бафолк-берсерк больше не следил за тем, кто друг, а кто враг.

— Дай мне минуту.

Бафолк поднял своё копьё. Это замах на бросок? Как бы там ни было, Нейа не могла пустить стрелу.

Король-Заклинатель подошел к бафолку, будто намеренно хотел преградить её выстрел. Безусловно, было разумно сократить дистанцию, учитывая длину копья. Но следующее движение Короля шло вразрез здравому смыслу. Быстрым движением он сдавил голову бафолка слева и справа. Может быть потому, что Король-Заклинатель был удивительно силен, этот бафолк не мог вырваться из его хватки, как бы ни бился. Отбросив эту идею, бафолк придумал кое-что другое: он схватил переднюю часть копья и пронзил Короля-Заклинателя. Нет, если быть точным, то это со стороны Нейи смотрелось, будто он его пронзил.

Но король оставался неподвижным. Может защитное заклинание остановило копье?

— В конце концов, ты не такой, как тот Тролль.

С отвратительным хрустом глаза бафолка вылезли из черепа - явно смертельная рана. Нет, кто-угодно мог бы назвать это худшим, чем просто смертельная рана. Король-Заклинатель отпустил бафолка, и он рухнул на землю. Его конечности дергались, но вряд ли эти движения можно назвать осознанными.

— Мож… можно ли узнать, что вы сделали? - нервно спросила Нейа со спины, и Король-Заклинатель помахал рукой, беззаботно отвечая:

— Я раздавил его череп, конечно же. Иногда индивиды в состоянии берсерка не умирают даже со смертельными, казалось бы, ранами. Но если повредить мозг, то это сработает точно. Всё же его череп был весьма хрупким. Едва ли прочнее, чем яичная скорлупа..., да вы смеетесь?

Лицо Нейи дрогнуло.

"Его величество определённо не обладает талантом шутить..."

— Ну ладно, леди Бараха, зовите паладинов. Скажите им охранять эту территорию, а я ... то есть, мы можем продвигаться вперед вместе.

— Да!

Нейа как могла быстро побежала к паладинам. Когда она посмотрела в их сторону, то заметила бафолков, упавших у их ног.

Так как через ворота было не пройти, эти бафолки, вероятно, убегая в страхе, созданного Королем-Заклинателем, спрыгнули со стены, и вот он результат.

Достигнув паладинов, Нейа передала распоряжения Короля-Заклинателя. И после на полной скорости помчалась обратно к Корою-Заклинателю. Когда она вернулась, он произнес: "Идём дальше", - и ступил на улицы города.

Вопрос, почему другие бафолки не пришли на защиту после падения городских ворот, сразу отпал. Нейа слышала стон за стоном. Это заставило её думать, будто стонет сам изменившийся город.

— Это, это...

— Я приказал созданной нежити распространять страх. Это последствия. Возможно, в этом хаосе нескольких пленников могут затоптать... Что ж, тебе остаётся только относиться к этому, как к печальной истории. Забудь о них.

Она посмотрела в сторону и увидела нескольких бафолков, бегущих в их сторону изо всех сил. Они выглядели как изможденная добыча, и Нейе это показалось даже жалким. Должно быть, они подвержены запредельному страху. Иначе зачем им бежать к существу, более мощному, чем та нежить, от которой они спасались?

— Хм... там нет людей? В таком случае - [Максимальная Расширенная Магия - Огненный Шар].

Король-Заклинатель бросил огненный шар в центр бафолков, и они превратились в массивное пламя. Когда оно рассеялось, тела бафолков были разбросаны повсюду.

— Хотя просто ждать здесь может быть лучше всего, но... У врага, кажется, есть лидер. Он ждет на площади, в центре города, и он устойчив к страху Высших Призраков, так что давай пойдем дальше... Как ты считаешь?

— Я считаю, все лучше сделаем так, как желает Ваше Величество.

— Правда? Тогда идём.

С каждым шагом вперед душераздирающие крики, казалось, приближались отовсюду, как будто вокруг была резня. Кроме того, из-за отсутствия нормальных правил гигиены у полулюдей, улицы были забиты мусором и отходами, что заставило Нейю морщить нос.

— Кстати говоря, госпожа Бараха, что будем делать с ними?

Она посмотрела в сторону, куда указывал Король-Заклинатель. Там была группа совершенно голых людей.

Независимо от пола, их руки были прибиты к деревянным столбам, углубленным в землю. Стремясь бежать от страха, они изо всех сил боролись, и руки были покрыты свежей кровью.

По всей видимости, это был забор, созданный из людей. Они были измотаны, худые до костей, но кажется, их жизни не были в опасности.

Она участвует в атаке на этот город ради освобождения людей. От дальнейшего следования за Королем-Заклинателем от Нейи не будет никакой пользы. В этом случае правильным решением будет остатьися и помочь им, отвести в безопасное место. Но её тревожил один момент. Что ей делать, если люди будут атакованы полулюдьми во время побега?

"Что за глупости. Чего я замешкалась? Капитан без колебаний осталась бы помочь. И причина, почему я не могу так быстро решиться... это из-за силы... как ни крути?"

— Ты колеблешься, хм. Тогда просто оставь их здесь. Поблизости не должно быть никаких полулюдей. Оставить их здесь будет безопаснее. Пошли.

— Да!

Всё ещё сомневаясь, Нейа продолжала следовать за Королем-Заклинателем на городскую площадь. Почему он может двигается так точно, ни на секунду не останавливаясь? Хотя у нее оставались сомнения, она убедила себя словами: "Он, видимо, использовал какое-то заклинание".

Вскоре они достигли площади, напоминавшей рынок и с простирающимися во все стороны улицами.

— Хм... Как я и думал, невозможно решить эту проблем, не потярев ни одной жизни.

Она проследила за взглядом Короля-Заклинателя, и увидела там трупы людей и полулюдей вперемешку. Они, должно быть, оказались затоптаны насмерть в вызванном страхом хаосе.

— С этим ничего не поделать.

И хотя Король-Заклинатель шутил, попытка взять город грубой силой должна была вызвать сопоставимое количество жертв. Следуя этой логике, позволив Королю-Заклинателю при помощи его подавляющей силы захватить город, они смогли минимизировать число человеческих потерь.

Король-Заклинатель тихо пожал плечами, а затем указал подбородком на центр площади.

Там был получеловек, по размерам превосходивший всех прочих. Его скрученные рога напоминали рога горного козла, серебряный мех покрывал тело. Его превосходное телосложение ясно давало понять, что его не стоило относить к обычным полулюдям. Кончики его рогов покрыты золотом, с инкрустированными драгоценными камнями, а надета на нём нагрудная броня из чешуйчатых пластин. Поверх неё висела красновато-коричневая накидка из звериной шкуры. Его левая рука держала большой щит с топазом, правая же сжимала тяжелый меч со светло желтым клинком. Его броский вид иллюстрировал мужество и свирепость поразительного воина.

Он выглядел самым грозным, опытным и натренированным из полулюдей. Его можно было отнести к Лорду или иному особому виду.

Окажись Нейа тут одна, она бы бежала прочь изо всех сил.

— Великолепно. Я поражен, что у тебя есть предметы, блокирующие страх.

Слова Короля-Заклинателя указывали на магические предметы, украшающие получеловека. На обоих руках его были кольца, а аксессуары, что свисали с его шеи, покрывали всю его грудь. Можно было заметить и странные предметы, свисавшие с обоих сторон талии, напоминавшие нанизанные по три черепа детей.

Зеленоглазый получеловек изучал Короля-Заклинателя, пока тот подходил ближе, а затем его взгляд переместился на Нейю.

— Свежая нежить... а за её спиной и некромант?

Получеловек скрылся за щитом, как будто опасаясь атаки взглядом наподобие проклятия Медузы.

— Неплохо. Тебе удалось довести этот город и мое племя до такого состояния... Ты, кто контролирует врага всего живого, пользователь страшной магии. Назовись.

Бафолк указал мечем на Нейю.

— Нет, подожди, стой. Ты не так понял. Это не я!

Она посмотрела на Короля-Заклинателя с мольбой в глазах, а тот сложил руки и посмотрел на Нейю.

— Ты всё понял верно. Это так, это она. Она моя госпожа.

— Нет, нет! Стойте, стойте!! Ваше Величество!!!

"Да какого чёрта, зачем он это сказал? Нет, ну правда, у него совсем нет чувства юмора."

Наблюдая за тем, как взволнованная Нейа размахивает руками, Король-Заклинатель захихикал.

— Ну как? Удалось расслабиться?

— Эм...?

— А, да ничего - это глупая шутка.

Всколыхнув резким движением подолы мантии, царственным жестом Король-Заклинатель повернулся в сторону получеловека, внимательно его изучая.

— Я то существо, что наслал на вас нежить. Я бессмертный владыка, что правит страной на северо-востоке, Король-Заклинатель Айнз Оал Гоун. Как твоё имя?

— Меня зовут Баззаа - Великий Король Баззаа... О Король-Заклинатель, а что за женщина рядом с вами?

— Она меня сопровождает. Итак, что ты намерен делать? Предпочтешь смерть от моей руки? Или приклонишь колени как раб? Выбор за тобой.

— Мне, носящему имя Лорда, даже однажды склонить колени было достаточно!

Баззаа поднял щит и перешел в атаку, переведя меч в горизонтальную позицию. Он напоминал козла, идущего на таран.

— Мм... Тогда я немного поиграю с тобой. Госпожа Бараха, ты можешь сесть и посмотреть. Кстати говоря, козёл. При тебе есть множество магических предметов, но я не ощутил магии от тех, что висят на поясе. Они особые?

— Фухахаха. Это зовется модой. Просто кости.

— Ха! Это напоминает мне о моих подчинённых.

Нейа содрогнулась позади, услышав такое. "Так вот какие у него подчиненные."

— Они хорошо оформлены, не так ли? Знаешь, я ведь тщательно отбирал их из этого города.

— Так, значит. Я понял. Ты мне нравишься. Модные предметы - очень важная штука. Горничные хорошо научили меня этому... Ну ладно, давайте начнем. [Великое Создание Предмета]

Как только он произнес заклинание, черный как смоль клинок возник в руке Короля-Заклинателя.

"Зачем Его Величество использует оружие?"

Король-Заклинатель должен быть специалистом по тайной магии. При этом самой быстрой при использовании. В таком случае, на оружие стоит полагаться лишь если кончилась мана и нет других вариантов. Заклинатели тайной магии хорошо знают это, поэтому никогда не бросаются в бой с оружием.

Король-Заклинатель выбрал бой на мечах с каким-то умыслом.

"Может ли быть, что он потратил много маны? Тогда это плохо... Его Величество прибыл сюда для битвы с Ялдабаофом."

После ряда бросков [Огненного шара], заклинания против крупных групп врагов, а ещё - его массовый призыв нежити - она могла бы понять, если бы его мана истощилась.

"Заклинание призыва этой нежити должно быть высокого круга..."

Хотя она не знала силу Высших Призраков, но они определенно сильнее Призраков. Таким образом, призыв такого числа Высших Призраков чреват большими затратами маны. В обычных обстоятельствах, при призыве ангела священник может вызвать лишь одного за раз. Вызов множества существ возможен при призыве таковых меньшей силы. По этой логике, он должен был использовать очень высокоуровневое заклинание - может быть даже невообразимо мощное из шестого круга.

"...Шестой уровень..."

Нейа сглотнула.

Шестой уровень являлся абсолютно неизведанной территорией. По легендам Святая Королева могла использовать заклинания четвертого уровня. А это на два круга выше её уровня. Это явно лежало за пределами общеизвестных знаний, но Король-Заклинатель, наверное, смог бы воплотить в жизнь нечто подобное.

"Может быть, если он и правда использовал заклинания шестого круга, то такой огромный расход маны вполне понятен. Но тогда может мне стоит помочь Королю-Заклинателю?"

Нейа смотрела на Короля-Заклинателя со спины, пока он оттеснял получеловека. Получеловек, выглядывающий из-за плеча Короля-Заклинателя, был очень силен, и даже несколько таких как Нейа тут не принесли бы много пользы. Но всё же Король-Заклинатель держался так решительно и открыто, не показывая даже намека на свое поражение.

"Может ли Его Величество быть кем-то наподобие рыцаря-мага?"

В одновремнном изучении обращения с мечом и заклинаний были свои преимущества и недостатки. Преимущества включали способность использовать разные стили боя, но недостатком можно было считать, что стать поистине умелым в обеих областях было очень сложно. Так каким же был Король-Заклинатель?

Они осмотрели друг друга и неспеша пришли в движение. Они сблизились на дистанцию удара мечом. Баззаа первым сделал свой ход.

— [Удар Щитом].

Внезапный рывок, сделанный со щитом перед собой. И Король-Заклинатель встретил его в лоб со своим мечем.

Ожидаемо, что силу его массивного тело было невозможно просто так остановить. Короля-Заклинателя отправили в полет. Нет, после приземления он все равно мягко стоял на ногах, поэтому это не совсем верно описывало то, что произошло. Скорее, его просто оттолкнули назад.

Хотя сам факт, что Король-Заклинатель, который мог сломать череп бафолка голыми руками, был так оттолкнут, удивлял, но тело из костей явно было неспособно полностью защититься от подобной атаки. Нейа знала о боевом навыке [Крепость], что могла полностью обнулить силу удара, но этот навык был доступен только воинам-ветеранам.

Оба шагнули вперед и сошлись друг с другом мечами. Их движения были слишком быстрыми для глаз Нейи. Единственный момент, который был ей отчетливо виден - миг, когда клинки их мечей ударялись друг о друга и застывали на месте.

Вступи Нейа в такую схватку, и её точно бы забили насмерть.

Сталь сходилась со сталью на высоких скоростях, и рвущий уши звон металла эхом разносился вокруг. Руки обоих были одинаково сильны, а потому, когда их клинки скрещивались, атакующая и защищающаяся сторона постоянно менялась.

Она задумалась, как Баззаа мог размахивать таким тяжелым мечом одной рукой, да и стоит отдать должное Королю-Заклинателю, сражающемуся двуручным мечом будучи магом. Это была невиданная ранее для Нейи высокоуровневая битва, и она была уверена, что вмешиваться ей точно не стоит.

Чтобы не мешаться в бою, Нейа медленно сместилась к укрытию и спряталась.

"Они долго сражаются друг с другом, но никто из них не ранен... К слову об этом, Король-Заклинатель кажется ну слишком уж сильным..."

Разум Нейи больше не мог адекватно воспринимать мага, способного так умело сражаться мечом.

"Он использовал какое-то особое удивительное заклинание?"

Единственное, что Нейа могла сделать - связать увиденное с каким-то суперсильным заклинанием, о котором она никогда даже не слышала.

Даже так...

"Если все так и продолжится, то, без сомнений, Король-Заклинатель победит. Нет, может, он как раз и планировал растянуть битву?"

Нежить не знает усталости, и его рука не дрогнет в бою. Это было явно не в пользу Баззе. Базза, видимо, тоже это понял, потому что его лицо исказилось.

"Если бы у него был какой-нибудь козырь..."

Нейа была шокирована. Король-Заклинатель внезапно кинул свой огромный меч в Баззу. Сразу же вокруг Баззы появилась полусфера света и заблокировала брошенный меч. Шар света пропал и брошенный меч лишь слегка оцарапал Баззу.

"Это плохо!"

Нейа приготовилась выскочить из своего укрытия - Король-Заклинатель был с пустыми руками...

— Эм?

В один момент в руках Короля-Заклинателя оказалась чёрная как бездна алебарда.

Баззаа был в том же состоянии, что и Нейа. Его глаза по размеру напоминали тарелки.

— Ты не использовал заклинание, так как ты это сделал?.. И куда делся твой брошенный меч?..

— Я просто использовал «беззвучное заклинание». Не переживай об этом... Хорошо, меня этому научил товарищ, но я не совсем уверен в своих навыках. Я заранее извиняюсь, если в итоге у меня ничего не получится.

Король-Заклинатель подготовил свою алебарду. Он излучал странный гнет.

Воины часто предпочитали оружия одного класса. Мечи, топоры, булавы, и прочее.

Король-Заклинатель использовал инерцию для взмаха своей алебардой. Он атаковал по ногам Баззы, которые сложно было защитить размашистым движением. Такую технику можно было использовать только с древковым оружием.

Когда Баззаа опустил меч чтобы заблокировать атаку, алебарда резко подскочила вверх.

Это был ложный выпад.

Это движение требовало немалой силы, но Баззаа мгновенно поднял меч для блока.

Как и ожидалось, Король-Заклинатель предпочитал меч и не казался очень умелым с алебардой. Пускай он элегантно исполнял атаки из учебника, но с его атаками было что-то не так, и даже Нейе с её ограниченным видинием было это понятно.

Заблокировав импульс алебарды, Баззаа отпрыгнул назад.

— [Песчаная буря]!

Песчинки вылетели изнутри меча и стеной устремились к Королю-Заклинателю. Вероятно, это полностью закрыло ему обзор.

В то время как она задумалась есть ли у Короля-Заклинателя глазные яблоки, она понимала, что иметь ограниченное поле зрения довольно большой минус.

— [Малая печать]! [Удар Неимоверной Силы]!

Первое было боевым искусством, которое Нейа не понимала, а второе было передовой техникой, силовым ударом, который нанес бы дополнительный урон. После использования этих заклинаний Баззаа рванул вперёд, ещё быстрее, чем раньше.

Рог Баззы засиял странным светом, и он стал выглядеть, как падающая звезда.

— Граааааа!!

— Гхм!

Король-Заклинатель принял удар своей алебардой.

— Ха-ха! - засмеялся Баззаа.

Раздался звук разрываемого металла.

Нейа раскрыла свои глаза.

— В самом деле?! Пробивающая атака!

Пробивающие атаки наносили урон непосредственно оружию противника, но количество урона зависело от материалов, из которых состояло каждое из оружий, и от их потенциального урона. Вероятно, боевые навыки Баззы увеличивали эти два параметра.

Нейа начала испытывать беспокойство, но в следующее мгновение она застыла, заметив удивлённое выражение на лице Баззы.

— Оно невредимо!

Баззаа проревел в шоке.

— Да что это, чёрт возьми, за оружие?!

Когда Баззаа отступил, его выражение лица полностью изменилось и показывало отсутствие намерения продолжать атаку. Король-Заклинатель закрутил свою алебарду, рисуя прекрасную дугу в воздухе.

— Ты же понимаешь, что я создал это оружие своей магией, так? Оно не может быть сломано так просто.

— Но оружие, созданное магией, ведь наоборот хрупкое?

— Ого, похоже, ты уже дрался с противниками, у которых было подобное оружие, но опасно жить с таким плоским мировоззрением, не так ли? Другими словами, стоит брать во внимание, что существуют противники с призванным оружием, которое ты не сможешь сломать.

Король-Заклинатель бросил свою алебарду. Алебарда исчезла, словно растаяла в воздухе.  Тогда с мечом произошло то же самое. После этого Король-Заклинатель сделал что-то в воздухе, и в его руках появились черные мечи.

— Итак, что предпримешь? Только не говори мне, что та атака была твоим главным козырем? Можешь ли ты помочь мне поднабраться опыта?

Король-Заклинатель сделал шаг, сократив расстояние между ними.

— Если у тебя есть еще козыри, может поспешишь и используешь их? Я не настолько любезен, чтобы позволить бесполезному врагу жить.

— Ха, хаха! О чём ты говоришь, нежить?! Конечно, я очень впечатлен тем, что ты отразил мою атаку. Отличный ход. Но разве это не потому, что ты был сосредоточен на обороне? Я знаю, что ты не устаешь и думаешь, что можешь победить меня измором.

"Так он предвидел это!"

Нейа снова занервничала. Если даже она поняла, то Баззаа, более опытный воин, чем она, не мог этого не заметить.

— Понятно. Так вот, о чем ты думал. И верно, ты сделал правильные выводы. Но, к сожалению, это ещё не всё.

Король-Заклинатель развел руки в стороны и пошел. Мечи в руках исчезли, как дым.

— Смотри…

Баззаа заколол незащищенное тело быстрее, чем Нейа смогла закричать.

И тогда…

— Что?

Баззаа отчаянно вновь и вновь взмахнул мечом.

— Почему! Почему!! Да какого хрена?!

С каждым взмахом, он кричал всё яростнее. Потому что Король-Заклинатель оставался невредим, несмотря на его удары.

— В таком случае…

Баззаа ухватил свой щит и использовал боевой навык. Тем не менее, Король-Заклинатель не сдвинулся с места, несмотря на то, что принял этот удар в лоб.

Из них двоих это Баззаа споткнулся.

— Почему... почему...

Людям трудно читать выражения лица полулюдей, но прямо сейчас это было очень просто. На его лице были эмоции ужаса и отчаяния.

— ... Боевые навыки - это неизвестная для меня техника. Произошли они из умений, или это магия воинов? До сих пор мне это не известно. Тем не менее, разве тебе не кажется, что победа между противниками с равными способностями может определяться их опытом и знанием боевых навыков? Вот почему я принимаю все твои атаки. Однако ... Ты показал мне не всё, не так ли?

Король-Заклинатель преувеличенно пожал плечами и в тоже время снял с пальца одно из девяти колец.

И всё. Это было единственное движение, сделанное Королем-Заклинателем. Тем не менее - ненормально пугающая и холодная атмосфера заполнила всю площадь.

Нейа поспешно посмотрела на небо. Она почти поверила, что солнце в небе замерзло и разбилось. Но солнце всё ещё было там, изливая своё сияние.

...Тогда может ли источником этого холодного и тёмного излучения быть Король-Заклинатель? Может ли единственное существо сделать такое?

"Вот такой, вот он Король-заклинатель. Истинная форма мага, уничтожившего армию в несколько десятков тысяч…"

— А теперь, кажется, больше даже не нужно сражаться.

Легким шагом он пошел в сторону Баззы.

Баззаа в ответ сделал дрожащий шаг назад. Будто его отталкивало невидимое давление, исходящее от Короля-заклинателя.

Баззаа чувствовал это ненормальное присутствие острее Нейи. Он чётко понимал, что Король-Заклинатель не был ему равным соперником. Вздыбившийся мех только доказывал это.

— Подожди, остановись. Нет, подождите секунду. Прошу вас, просто подождите!

Баззаа поднял правую руку и дал мечу упасть на землю.

— Сд-сдаюсь. Я сдаюсь.

— Хм?

— У меня есть новости про Ялдабаофа. Как насчёт этого? Это должно быть очень полезно вам, не так ли? Определенно очень полезно.

— Продолжай.

— ...И еще. Вы хотите сразиться с Ялдабаофом, верно? Я гораздо сильнее людей. Я могу позвать своё племя, чтобы сразиться с ним, с этим куском дерьма - Ялдабаофом. Как насчёт этого?

— Ох.

— ...Подождите, пожалуйста подождите! Это не всё! Если пожелаете, я могу отдать вам часть, нет все мои сокровища! Этого должно быть достаточной платой за мою жизнь, ведь так?

— И это всё? Торги окончены?

— Ох, ум, ээ, — Баззаа отчаянно огляделся, а затем снова посмотрел на Короля-заклинателя.

— Да, ну... Нет, ещё не всё. Я…, у меня есть ещё и многое другое! Я могу помочь вам получить всё что угодно - нет. Я обязательно добуду это для вас. Правда! Прошу, поверьте мне!

— Что ж. То, чего я действительно желаю, это нечто, что ты никогда не сможешь заполучить.

Нейа почувствовала разочарование в тоне Короля-Заклинателя. Естественно, Баззаа, находившийся рядом с ним, должен был гораздо отчетливее почувствовать это.

— Подождите, подождите, дайте мне минуту. Правда, подождите немного. Ох, хех, хехехе.

Он смеялся как слуга. Царственное отношение, которое он проявил, когда столкнулся с ними на площади, как будто испарилось.

— Мне жаль, если я сказал что-то не так. Нет, я прошу прощения. Правда, это была моя ошибка. Именно так.

— Хм...

— Тогда, как насчет такого? Я… Я, чувствую, что я могу бытьполезен для вас. Хехе. Ах, каким же я был глупцом, что сделал своим врагом величайшего короля нежити! Поэтому, если бы вы дали мне шанс восполнить эту ошибку, я бы... хехе, вы не пожалеете об этом!

Баззаа поднялся на колени и скрестил руки, моля о прощении.

Какая жалкая поза. Но Нейа так не считала. Нет, она уже приняла, что это естественное действие, которое должен предпринять враг, когда сталкивается с истинной формой Короля-Заклинателя. В тоже время она вспомнила слова того Наги, которого они встретили в Колдовском Королевстве: "Мудрый человек немедленно бросился бы к его ногам и просил о пощаде."

В таком случае, судьба тех, кто не преклонил колено сразу…

— Понятно... хорошо, мне нравятся те, кто осознают свои ошибки и упорно трудятся, исправляя их.

— Это, это значит!

Лицо Баззы светилось радостью. Но эта радость была мгновенно вырвана.

— Однако, если я позволю тебе стать одним из моих подчиненных - Пестония и Нигредо не будут рады. Кроме того, я не буду ограничиваться лишь черепом. Я в полной мере воспользуюсь каждой твоей частью.

— А теперь умри — сказал Король-Заклинатель, подняв тонкий костяной палец.

— АЙЙЙЙИИИИ! Нет, нет, НЕЕЕТ! Я не хочу умирать! Подождите! Прошу вас! Прошу, у, у меня всё ещё есть что-то ценное! Я ещё могу вас осчастливить! Правда! Поверьте, мне!

— Цель всей жизни - смерть. Разница заключается в том, как рано или поздно они встречают свою судьбу.

— Нет! Не поступайте так со мной! Не убивайте меня!

Баззаа поднялся на ноги, повернулся и побежал.

Нейа уставилась на то, как быстро может бежать живое существо, когда по пятам его преследует сама смерть.

В любом случае, заклинание Короля-Заклинателя было быстрее.

— Как скучно. — [Смерть].

Ничего не случилось. Не было большого взрыва, никакого потока ревущих молний.

Баззаа просто упал на колени и застыл.

Это был конец.

— Ну, немного жаль насчёт информации... Что ж, это да. Вы не согласны, госпожа Бараха?

— А, нет, конечно же нет. Решения Вашего Величества безупречны.

— Правда? Ну тогда... Иди найди паладинов. Скажи им, что я убил лидера полулюдей. Хотя... это не очень хорошо.

Часть 4.

Как возвращение города, так и освобождение граждан были незначительными задачами для силы Короля-Заклинателя. Паладины и ополченцы практически не пострадали, и, хотя несколько заключенных погибли в хаосе, это было потрясающе маленькое число. Так произошло только благодаря вмешательству Короля-Заклинателя. Доходило до того, что некоторые люди думали, что если бы сразу доверили ему всё, то могли бы вовсе никого не потерять.

Неважно, радовались ли они потому, что были на свободе, или лили слёзы ручьем, все улыбались, когда Нейа и Король-Заклинатель шли по улицам.

Хотя им сказали, что их спасли благодаря помощи Короля-Заклинателя, когда они видели его шагающим по улицам города, глаза жителей были полны шока, смятения и страха.

Конечно, нравилось это Нейе или нет, сложно было что-то изменить. Хотя она хотела что-то сделать в случае, если Король-Заклинатель будет недоволен, он, похоже, не обращал внимания. В таком случае было бы очень грубо делать что-то самостоятельно.

Нейа обратилась к Королю-Заклинателю, идущему впереди неё.

— Ваше Величество, куда Вы идёте?

Король-Заклинатель смотрел на свои ладони, и, не оглядываясь на Нейю, ответил:

— Хм. Я направляюсь в то большое здание в центре города. Если это вражеская база, мне нужно как можно скорее осмотреть его. Паладины заняты освобождением заключенных, распределением пищи, предоставлением помощи раненым, захватом оставшихся полулюдей в плен и другими делами.

Нейа еле заметно кивнула.

— Это здание довольно большое. Если паладины решили, что это база, разве они уже не исследовали её?

После того как Король-Заклинатель завоевал город, многие задачи были переданы солдатам-гражданам и паладинам. В таком случае, конечно, они должны были б осмотреть и то здание, к которому направлялся Король-Заклинатель.

Король-Заклинатель на мгновение остановился и пристально посмотрел на Нейю. Затем он пожал плечами и продолжил идти.

— Кхм. Вообще то, я отправил своих подчиненных туда, чтобы убедиться, что паладины не приближались. Поэтому я сомневаюсь, что они уже проверили это место.

— А? Тогда, то что Вы сказали ранее ...

— Бараха, я уже много тебе рассказал, но время от времени было бы лучше, если бы ты сама задумывалась над ответами. Например, почему именно мы идём исследовать здание.

— Ах! Да, Ваше Величество!

Король-Заклинатель снова посмотрел на свою ладонь. Внутри неё был предмет, который однажды носил тот получеловек - покойный Баззаа. Король оценивал предмет, пока шел, используя магию, чтобы узнать о нём больше.

Среди того, что назвал вслух Король-Заклинатель, присутствовал меч под названием «Песчаный Выстрел», броня была известна как «Черепаший панцирь», щит - «Достоинство Копейщика», роговое покрытие называлось «Заряд Без Колебаний», кольца - «Кольцо Второго Глаза» и «Кольцо Бега», и накидка - «Мантия защиты».

Похоже, там также были другие магические предметы, например, ожерелья и тому подобное. Хотя он и сказал, что ни один из них не обладал впечатляющими чарами, Король-Заклинатель всё ещё казался очень довольным.

Нейа перевела взгляд с Короля на землю, а затем сделала так, как он и посоветовал, поразмыслила, почему он должен был лично исследовать здание. Однако она не нашла для себя ответа, о котором можно было сказать: "Ага. Вот оно что!"

Но если она вновь попросит Короля-Заклинателя ответить, он наверняка ничего не скажет. Мысль о том, что Король, которого она так уважала, посчитает ее бесполезной и, в конце концов, оставит, была слишком пугающей.

Пока она отчаянно пыталась найти ответ, вышеупомянутое здание уже возникло перед её глазами. У входа в здание стояли два существа - Высшие Призраки. Когда Король-Заклинатель приблизился, они расступились, позволяя Королю и Нейе пройти.

— Это... Похоже, резиденция бывшего лорда города.

Нейа не была уверена, кто из знати управлял этим городом. Однако, учитывая размер города, он, должно быть, был больше, чем барон, но не дотягивал до графа.

— Да. Призраки ещё не входили в это место. Будь осторожна. Там могут быть ещё незахваченные полулюди.

— Чего?! Ваше Величество! Тогда…

Она колебалась, стоит ли просить его остановиться, но другой голос тихо шептал – это же Король-Заклинатель, всё будет в порядке.

— Я должен пойти. Это штаб противника, и здесь может быть логово лидера полулюдей. Хотя единственная причина так полагать состоит в том, что это здание очень велико - там может быть мощное существо наравне с Баззом. Я хочу закончить начатое в этом городе.

— Ага!

Услышав ответ, Нейа склонила голову в понимании. В то же время она была благодарна Королю-Заклинателю всем сердцем за его сострадание.

"Он не позволил паладинам приблизиться, потому что внутри могут быть сильные враги! Может быть, он не хотел говорить мне это сразу, потому что ему стыдно сражаться как чей-то щит?"

Нейа понимала, что так думать о Короле-Заклинателе - очень грубо, но она всё равно почему-то думала, что Король-Заклинатель даже милый.

— Всё нормально? Ты понимаешь?

Задав вопрос, Король-Заклинатель посмотрел на лицо Нейи. Она понимающе кивнула, и, как ей показалось, Король был доволен её ответом:

— Вот, это хорошо.

"Он на самом деле доволен, потому что мы на одной волне... Какой же он всё-таки вежливый и добрый."

— Как Ваша слуга я понимаю, почему Ваше Величество не хочет привлекать внимание других!

— Правда...? Вот именно. Ты точно обо всём догадалась, да? Я не хочу слишком выделяться.

— Поняла!

Король-Заклинатель выглядел задумчиво. По какой-то причине это тоже выглядело восхитительно.

— Отлично. Тогда пошли.

— Да!

Как оруженосец она чувствовала, что было неправильно позволить Королю идти первым, но Король-Заклинатель сам не позволил Нейе идти впереди. Нейа с восхищением смотрела в спину щедрой и великодушной персоне перед собой. Наблюдая за тем, как Король ведёт её, её сердце воспылало.

Когда они вошли, Нейа задала вопрос.

— С чего бы начать? Кажется, вокруг никого нет ...

— Хм. Твои зрение и слух довольное остры, госпожа Бараха, но как насчет обоняния?

— Честно говоря, я не слишком уверена в своем обонянии. Однако, думаю, в этой области я всё же лучше большинства. А что касается чувства вкуса, я считаю, что у меня оно среднее. Мне не доводилось пробовать яд, и я не могу быть дегустатором или кем-то ещё...

— Неужели. А ты можешь обнаружить запах смерти и ненависти?

Произнеся "смерть и ненависть", его окутала аура королевского владычества.

— Смерти и ненависти?

— Сюда.

Король-Заклинатель двинулся. В его шагах не проявлялось никакого колебания. Он шел, как будто был хорошо знаком с этим местом и тем, что находилось дальше.

"Смерть и ненависть... Эти вещи не должны иметь запаха... Или, может быть, Его Величество, являясь нежитью, может разобрать и такие запахи? Значит тот, кто источает этот запах, ждёт здесь!"

Нейа сжала лук, одолженный Королем-Заклинателем. Учитывая обстоятельства, она должна была служить его щитом, ступая впереди, и стрелять из лука. Но на деле она была не способна что-либо сделать во время битвы с Баззой. Если она не сделает себя более полезной, не останется причин оставаться здесь.

На их пути не встретился ни один получеловек, и вскоре они подошли к двери, похожей на ту, что они прошли ранее. Сделанная из стали и железа, она выглядела весьма прочной.

Похожа на дверь темницы в обычных резиденциях дворян. Это наполнило Нейю предчувствием беды. Будто её бросили в незнакомое и жуткое место.

— Это…?

— Это то самое место... Знаешь, можешь остаться снаружи, если захочешь.

Такой вариант Нейа даже не рассматривала. Она покачала головой, и Король-Заклинатель, пожав плечами, открыл дверь.

С силой Его Величества это было легко. Похоже, она была довольно толстой, скорее всего её специально изготовили для этого.

Он вошел в комнату.

"О, нет! Неужели я действительно позволила Его Величеству зайти в это неизвестное место первым! Я идиотка!"

Нейа тоже поспешно вошла в комнату.

Тяжелая дверь и так давала отдаленное представление, чего ожидать внутри, но интерьер комнаты все-равно оказался странным. У нее сложилось впечатление, что это камера пыток - хотя она только слышала их описание.

Во-первых, не было окон. В стене были установлены палочки, которые светились слабым красным светом - он был не естественным, а магически созданным. Был стол из дерева и два деревянных стула. Дальше внутри была еще одна дверь, также сделанная из железа. Король-Заклинатель стоял в центре комнаты, тщательно изучая каждый уголок, когда Нейа заметила что-то на столе.

— Ваше Величество, похоже, это листок бумаги, что здесь написано?

Подобранный лист бумаги был покрыт неразборчивыми знаками. Такими определенно не пишут в Святом Королевстве.

— Хмм... Похоже, всё написано словами демонического языка.

Король-Заклинатель достал монокль из кармана. Возможно, заметив любопытный взгляд на лице Нейи, он стал объяснять.

— Это магический предмет, способный расшифровать письменные языки. Поскольку оно поглощает огромное количество маны, хочу спросить: леди Бараха, знаете ли вы каких-либо людей, которые могут расшифровать эти письмена?

— Со способностью понимать языки?

— Именно. Или, по крайней мере, знающих, что это за письменность. А также... людей с талантом, позволяющих им расшифровывать языки.

— Приношу свои глубочайшие извинения, но я не знаю о...

Нейа была простым оруженосцем отряда паладинов. У нее не было возможности столкнуться с такими уникумами лично.

Конечно, она слышала кое-какие слухи от своих друзей-оруженосцев. Например: "У моего друга есть талант, позволяющий ему точно знать, насколько горячая вода. Конечно, никто не может знать точной температуры", или: "Мой родственник - командир корабля, и он может делать пять шагов по воде, а дальше тонет" и тому подобное. Большинство из них были способностями, заставлявшие людей вздыхать и умолкать. Но не было никакой информации о людях, обладавших способностями, о которых хотел знать Король-Заклинатель…

— Вот как. Какая досада. Как вы думаете, может таких знает капитан Кастодио?

Безусловно, Капитан отряда паладинов имела связи со всеми видами разведки. Но Нейа не знала, что думать о Ремедиос. Станет ли она уделять внимание этой информации?

— ...В этом я тоже не уверена. Правда, я думаю, лучше спросить вице-капитана.

— Ну, это верно. Если я спрошу его ...

Король-Заклинатель прервал свои слова, вероятно, по той же причине, что и Нейа.

— И всё-таки, что вы намерены делать, если такого человека не найдётся?

— Хм? Да, я ни на что и не рассчитывал. Но если бы был кто-то способный расшифровать сведения, оставленные Ялдабаофом, наши планы могли бы изменится, не так ли?

Очевидный ответ, она могла бы догадаться и сама, если бы подумала хоть немного, но всё же Королю-Заклинателю вновь пришлось ей объяснять. Нейа почувствовала почти невыносимый стыд за то, что задала такой глупый вопрос, даже не попытавшись задуматься.

— Если никто не сможет это перевести, тогда я должен буду потратить ману для расшифровки. Но это приведет к невыгодному состоянию, когда мне придется более осторожно относиться к Ялдабаофу. Если я столкнусь с ним после использования большого количества маны, единственным вариантом будет бежать... Хотя это вызывает у меня большое любопытство. Ну, раз тут всего один лист, я прочитаю его.

— Все будет хорошо?

— Да. Мне просто нужно больше внимания уделять моим запасам маны.

Король-Заклинатель надел монокль и посмотрел на бумагу. И хотя не было никаких признаков активации, он, должно быть, начал действовать. Видимо уже сейчас расшифровывает - несмотря на отсутствие глаз, выглядит так, будто он читает.

— В итоге, потребовалось не так много маны.

Нейа видела жрецов, покачивающихся и дрожащих после использования большого количества маны, но у Короля-Заклинателя ничего подобного сейчас не наблюдалось. Правда, весьма грубо его сравнивать с обычными магами. Да, видимо потому, что у него были просто огромные запасы маны.

Пока Нейа раскладывала мысли по полочкам, Король-Заклинатель подошел к дальней двери и осторожно раскрыл смотровую щель. Она услышала много слабых вздохов изнутри, а её нос заполнился смрадом крови. Она крепко сжала свой лук, намереваясь встать между Королем и дверью, но он остановил её. Это означало, что лучше не подходить к двери.

— Хм… госпожа Бараха. Этой комнатой пользовались не полулюди, а демоны. Я могу это утверждать, так как этот лист содержит детали экспериментов, проводимых демонами.

— ...Демонические эксперименты?

Даже без дальнейших объяснений она была уверена, что эти эксперименты, в любом случае, были аморальны и неправильны.

— Да. Похоже, они занимались такими вещами, как отрезание рук с последующим пришиванием их другим существам, или вскрытие брюшной полости для извлечения и подмены внутренних органов. В качестве контрольной группы были взяты кровные родственники, отталкиваясь от которых они комбинировали между собой людей и другие формы жизни - не только полулюдей, но и животных - после чего их исцеляли магией, чтобы увидеть произошедшие изменения.

— Какие пугающие эксперименты! Особенно замена частей тел кровных родственников. Как может кто-то в здравом уме о таком подумать?

— …Верно. После проведения этих экспериментов, естественно, они стремились к тому, чтобы испытуемые выжили. В частности, они хотели сохранить им жизни так долго, как только это возможно, пока не выяснят причину их смертей.

Сказав это, Король-Заклинатель развернулся, встав спиной к двери, после чего указал большим пальцем через плечо на ту самую дверь. Почему-то Нейа уже знала, что будет дальше.

— Некоторые из испытуемых находятся там. Они еще живы, несмотря на то, что их брюшные полости вскрыты.

Она этого ожидала, но жестокая реальность все равно на мгновение застелила разум Нейи белым туманом. В результате в ее сердце разгорелось пламя ненависти к демонам, проводившим столь бесчеловечные эксперименты.

— Леди Бараха! Немедленно соберите жрецов! И приведите капитана Кастодио! Скорее!

— Поняла!

О причине их вызова можно было не спрашивать. Нейа спешила изо всех сил. В глубине души внутренний голос спросил ее: "Правильно ли было оставлять его Величество в одиночестве?", - но это был приказ могущественного существа, мудрого и заслуживающего доверия. Нет причин для волнения. Он не ошибается. Голос сразу же исчез.

* * *

Открыв дверь, священники вошли в комнату. Их дрожавшие плечи лучше всяких слов говорили об ужасных условиях содержания в камерах. В ее присутствии Король-Заклинатель показал лист Ремедиос и Густаву.

— Взгляните на это. В этом листе содержатся имена людей и то, что с ними произошло. К тому же, есть и другие бумаги с похожим содержанием, или с планами Ялдабаофа, например. Не уверен насчет этого. Вы можете понять, что здесь написано?

Ремедиос взглянул на лист и нахмурила брови, после чего немедленно передала его Густаву. Густав также покачал головой.

— Не имею ни малейшего представления. Но Ваше Величество может понять написанное, ведь так?

— Ах, да, но только при помощи этого магического предмета. Однако этот предмет потребляет огромное количество маны. Эту энергию нужно сохранить для битвы с Ялдабаофом. Я хотел спросить, знает ли кто-нибудь из вас кого-то, способного прочитать это? Нам пригодится любой, у кого есть шанс понять написанное.

— Нет, у меня нет таких знакомых. Хотя я чувствую, что среди южных дворян кто-то может и найтись… Мне кажется, вероятность этого очень мала.

— Понятно… Тогда как мы должны это решить? Лично я надеюсь, что вы приложите больше усилий для расшифровки их письма.

— А можем ли мы воспользоваться предметом Вашего Величества?

— Я против. Это сокровище моего народа. Это всё равно, что для вас заложить в ломбарде меч, висящий на вашем поясе. А для магических заклинателей, вроде меня, такие предметы более ценны, чем мечи.

Ремедиос и Густав переглянулись.

— Я понял. Тогда давайте работать вместе. К тому же, у нас возникла новая проблема. Похоже, там есть пленники из расы орков. Как мы должны поступить с ними?

Похоже, орки напали на Святое Королевство не по собственной воле, а были приведены Ялдабаофом. При допросе от них не добились никакой полезной информации, и паладины не знают, что с ними делать.

— Хмм… Понятно. Не могли бы вы сказать, где они? Можете оставить их мне?

— Да. Спасибо за помощь.

Густав описал приблизительное местоположение. Поскольку город не был очень большим, они не должны были потеряться. После того, как в его разуме нарисовалась приблизительная карта, открылась дверь камеры и появился сильно измотанный жрец.

— Ох! Что там случилось?! Каково состояние людей внутри?

— Мы начали использовать исцеляющую магию на выживших. Поскольку мы впервые пытаемся вылечить объекты столь бесчеловечных экспериментов, мы останемся здесь, чтобы присматривать за ними. Если всё будет в порядке, мы сможем их вынести отсюда. По крайней мере, я на это надеюсь.

— Ясно. Тогда мы пришлем паладинов и солдат, чтобы они помогли вам с перемещением этих людей.

— Понял вас, капитан Кастодио. Тогда я пойду, Ваше Величество.

Священник открыл дверь и вернулся в камеру. Проводив взглядом удалившегося священника, оставшимся четверым не оставалось ничего иного, как разойтись каждому по своим делам. Разумеется, Король-Заклинатель и Нейа, разделившись с остальными, направились к месту расположения орков.

— Должен заметить, учитывая, что нас окружают демоны, было бы неплохо иметь кого-то, способного различать их истинные формы, - произнес на ходу Король-Заклинатель.

Хотя они не могли определить присутствие демонов в этом городе, листок бумаги демонического происхождения предполагал возможность того, что демоны в городе есть или же были в нем недавно.

— Способны ли демоны перевоплощаться?

— Ах да, такие демоны существуют. Они способны обернуться мужчиной, женщиной или животным.

— Понятно… Кто-то со способностью видеть сквозь их маскировку… Мои глубочайшие извинения. Я никогда не слышала о ком-либо с такими способностями. А, нет, я слышала легенды о подобном. Кажется, я читала об этом в книге. Как бы то ни было, если вы спросите, найдется ли кто-нибудь из них сейчас…

— Кажется, этот вопрос мне тоже лучше обсудить с капитаном.

— Это превращение - разновидность иллюзии? Мелкие трюки вроде иллюзий мне лучше знакомы.

— Во-первых, превращения очень отличаются от иллюзий, но объяснения разницы займут слишком много времени, так что я их пропущу. Как бы там ни было, встречаться с иллюзиями не менее опасно, ты не знала? Иллюзии - это тип заклинаний, который становится тем более устрашающий, чем более опытен заклинатель. К тому же, есть иллюзионисты, которых не устраивают общие знания, и они предпочитают специализироваться на этом пути.

— А в чем проявляется специализация?

— Ах, да. К примеру, есть заклятия, такие как [Идеальная иллюзия], способные подавлять все пять чувств. Кроме того, есть те, кто довел свой навык до совершенства, кто раз в несколько дней может использовать заклинание, способное обмануть сам мир.

Её воображение отказывалось представлять себе иллюзию, способную обмануть целый мир.

— Ого, как именно действует эта мировая иллюзия?

— Насколько я знаю, это заклинание способно переписать любой аспект мира. Ну, попробуй представить, что, используя такую иллюзию, можно вернуть мертвых к жизни.

— Что?! Вы точно говорите об иллюзиях?

— О, да. Мировая иллюзия - вершина мастерства магии Иллюзии. Обманув мир, иллюзия может стать реальностью.

Все, о чем она могла подумать, это было "вау". Даже если ей говорили, что вершина иллюзии способна на такое, это было настолько невероятно, что разум отказывался понимать его слова.

— Значит, в этой стране не следят за людьми с прирождёнными талантами?

— Нет, я никогда не слышала о таком ранее. А Колдовское Королевство это делает?

— Пока что мы ещё таким не занимались. Я планирую заняться этим в будущем, но это потребует столько усилий… Возможно, это будет реализовано в будущем, лет через десять или более.

Король-Заклинатель уже предвидел события на десять лет вперед. В этом была разница между королем и подданным.

Другими словами, грандиозная разница.

* * *

Орков держали в здании с заколоченными снаружи окнами. Это было довольно крупное строение, возможно, второе или третье по величине в этом городе.

На входе дежурило множество паладинов. Похоже, они опасались тех, кто находился внутри.

Увидев приближение Короля-Заклинателя, паладины поклонились, выражая свое уважение.

— Капитан Кастодио сказала, что орки внутри этого здания. Могу ли я войти?

— Да! Конечно, Ваше Величество!

— Тогда вам стоит покинуть это место и заняться более важными делами.

Паладины взглянули на Короля.

— Но капитан приказала нам находиться здесь. Мы не можем покинуть свой пост.

— Она приказала? Тогда я вынужден забрать свои слова.

Сказав это, Король-Заклинатель прошел между паладинами и открыл ворота. Естественно, Нейа последовала за ним.

В воздухе витал кислый аромат, который ударил в нос Нейе. Газ не был ядовитым, но запах напомнил Нейе о том, как она однажды посещала тюрьму вместе с паладином.

— Это...

Когда она услышала, что капитан упомянула об этом ранее, она подумала: "Зачем орков специально привезли вместе?"

Нейа знала, что сейчас узнает правду, но всё же её воображение уже разыгралось. Если бы с этой проблемой столкнулись не только орки, если существовал грандиозный союз против Ялдабаофа, захотели бы полулюди, которые хотели отбиться от него, сплотиться под своим знаменем?

Пока Нейа думала над этим, Король-Заклинатель продолжал толкать ворота до тех пор, пока не распахнул их. Можно было сказать, что пустить Короля-Заклинателя первым было правильным решением.

Они шли через комнаты и коридоры.

Просто идя, она поняла, что это место грязнее тюрьмы. Всюду была кровь, рвота и другие отходы. Состояние помещения было настолько ужасным, что не было возможности представить, что здесь произошло.

Орки были примерно ростом с человека, со свиными чертами лица. Говорят, они были довольно чистоплотными созданиями. Местная обстановка явна была им не по вкусу. Нейа взглянула на подол плаща Короля-Заклинателя. Хотя она беспокоилась о том, что его великолепные одежды могут быть испачканы, она не могла просить его остаться снаружи. В конце концов, никто не мог говорить за мудрого Короля-Заклинателя.

Вскоре острые чувства Нейи заметили следы многих существ, дышащих и двигающихся впереди. Был также слышен плач детей и голоса матерей, пытающихся утешить их.

"И это орки?… Не люди?"

Нейа была поражена. Она никогда не рассматривала возможность того, что Орки могут заводить семьи и растить детей. Орки, пришедшие в Святое Королевство, были захватчиками. Они были ненавистными врагами. Поэтому она перестала думать о них в каком-то другом ключе.

Пока Нейа впала в замешательство, Король-Заклинатель открыл дверь.

Мерзкий запах усилился, послышалось несколько криков.

— Нежить!!

— Это скелет! Почему?!

— Эти ублюдочные люди! Они продали нас нежити!

— Они и в правду используют нежить! Эти отвратительные люди!

— Мамааа! Спаси меня!

— Дорогой…!

Король-Заклинатель остановился у входа. Конечно, даже он был озадачен.

— Ах.......кхм! Тишина!

После громкого приказа Короля-Заклинателя в шумной комнате наступила тишина. Но это продлилось только одно мгновение. Шум заполнил комнату, и он был в несколько раз громче, чем до этого. Они рыдали примерно также. Нет, голосов, оплакивающих их судьбу, стало больше, и они просили пощадить их детей, независимо от того, что случится с ними.

Король-Заклинатель тяжело вздохнул, словно устал. После этого он хлопнул дверью. Его костлявые белые руки обладали невероятной силой, и дверь отскочила и ударила по стене с невероятным звуком. Орки тут же замолчали.

— Заткнитесь. Следующий кто заговорит без разрешения, умрет.

Король-Заклинатель сделал шаг в комнату, которая, казалось, замерзла в тишине, некоторые родители отчаянно пытались прикрыть рот своим детям, все орки отступили от него.

— Я пришел сюда не убивать вас. А наоборот, я здесь, чтобы спасти вас.

Обычно Нейе трудно прочесть выражение лица получеловека, такого как орк. Однако на этот раз Нейа была абсолютно уверена в себе.

На лицах было написано выражение недоверия - "быть не может".

— Говорить со всеми сразу будет хлопотно. Пусть подойдет тот, кто будет представлять ваши интересы.

Через мгновение один орк захотел встать, но другой орк рядом с ним остановил его. Однако, он все же вышел вперед.

Сейчас он был тощим, но, возможно, раньше обладал сильным телом.

— Могу ли я считать, что ты их представитель?

Орк ничего не сказал и просто кивнул.

— Что-то не так? Почему ты не говоришь?

— Ну, возможно, это из-за того, что Ваше Величество приказал нам заткнуться?

— Мне показалось, я дал своё разрешение; видимо, никто не понял. Ты, орк, вышедший вперёд, дозволяю говорить. Для начала назовись.

— Я Даел из племени Ган Зу - Даел Ган Зу.

— Даел, ну что ж. Вот мой первый вопрос. Есть ли здесь те, кого вы не знаете, или чьи личности сильно изменились?

— Нет, таких здесь нет.

— Следующий вопрос, скажи мне, почему тебя посадили в эту тюрьму.

— Вы ведь знаете демона по имени Ялдабаоф, да?

— Конечно, знаю. И он мой враг. Если быть точнее, я пришел сюда - в Святое Королевство - чтобы убить его.

Их лица по-прежнему ничего не выражали, как и ожидалось. И вправду, Нейа, возможно, думала бы так же, пока не встретила бы и не поняла Короля-Заклинателя. Однако сейчас Нейа изменилась.

Нейа посмотрела на Короля-Заклинателя, а затем сказала.

— Всё так, как и сказал Его Величество. Я человек из этой страны. В таком случае вы должны понять, да? Ялдабаоф привел армию полулюдей, чтобы вторгнуться в Святое Королевство.

Лицо Даела дёрнулось.

– Постойте, человек... женщина, кажется?

"Что значит "кажется"!", - подумала Нейа. Впрочем, ей тяжело отличить мужчин-орков от женщин. Они, наверное, испытывают те же затруднения в понимании половых различий людей.

— Мы не нападали на эту страну. Никто из племён орков не стал бы помогать Ялдабаофу. И поэтому он поместил нас – тех, кто отверг его – сюда.

— Хм... И что сделал Ялдабаоф после того, как запер вас тут?

Вопрос Короля-Заклинателя, похоже, оказал на орков неожиданно мощный эффект. Те, кто выглядел как матери, крепче сжали детей. Раздались звуки рвоты и стоны.

— ...Так что же он сделал? – Королю-Заклинателю оставалось лишь повторить вопрос.

— А-а, кажется, я затронул болезненную тему. Принести вам воды? Или ещё чего-нибудь?

Поведение Короля-Заклинателя вдруг изменилось. Он отчего-то выглядел встревоженным. Возможно, он чувствовал себя виноватым в том, что затронул болезненные для орков воспоминания. Словно родитель, пытающийся успокоить ребёнка, которого его собственные дети довели до слёз, подумала Нейа, но тут же отогнала эти мысли как непочтительные.

"Так способен поступить лишь владыка, считающий равно людей и полулюдей своими подданными..."

Полулюди – враги жителей Святого Королевства. Они в этой ситуации ни за что не произнесли бы слов утешения.

— Нам ничего не нужно. Но молю, не спрашивайте, что здесь случилось. Для вас ответ будет неприятен, а для нас мучителен. Я отвечу, если прикажете, но прошу вас, хотя бы не при остальных. Пожалуйста.

Нейа, слыша всхлипы и плач орков-женщин, она почувствовала, что побаивается услышать ответ.

— ...До чего досадно, — пробормотал себе под нос Король-Заклинатель. Нейа не смогла понять, что именно из событий этого дня он имеет в виду.

— А, ну что ж. Вы, видимо, противники Ялдабаофа. Почему бы вам не присоединиться к нам, раз уж у нас общий враг?

Даел опустил взгляд.

— Когда-то мы хотели сражаться, но те времена прошли. Происходившие здесь зверства сломали нас. У нас больше нет воли поднять оружие.

— В таком случае, как вы поступите, если я освобожу вас?

— Мы хотели бы вернуться в наши деревни, если возможно. И если там остались выжившие, мы хотим забрать их и сбежать, сбежать далеко, туда, где Ялдабаоф не достанет нас.

Король-Заклинатель кивнул.

— Тогда приходите в мои владения...

— ...Пожалуйста, позвольте мне отказаться! Я хорошо понимаю, что это оскорбит вас, но даже согласившись здесь, мы обязательно сбежим, как только появится возможность. Но только предательство - это презренный и низкий поступок. Так что лучше уж мы откажемся здесь, и умрём достойной смертью.

— Что...

Настолько резкий отказ, видимо, несколько озадачил Короля-Заклинателя. Но Нейа хорошо понимала, что представил себе Даел. В конце концов, до встречи с Королём-Заклинателем она тоже считала любую нежить врагом всего живого.

— ...Но ведь мои владения — это мирное и спокойное место. Вы не знали? Множество полулюдей живёт там.

— Вы лжёте! Это не может быть правдой! Мы…, вам не обмануть нас! Это нежить, созданная из полулюдей, так?

Даел выглядел обезумевшим, но и Нейа раньше была такой. А значит, она должна открыть ему истину о Колдовском Королевстве, как та, кто обладает опытом.

— Его величество говорит правду. Он великий владыка, пусть и нежить, но от всей души сопереживающий всем живым. Он любит детей, и справедливо правит полулюдьми, а его подданные чтут и уважают его. В доказательство они даже возводят в его честь огромные статуи, поражающие взгляд любого, кто их видит...

— ...Госпожа Бараха! Нет, правда, перестаньте...

— Но Ваше Величество!

— Пожалуйста... хватит...

После слова "пожалуйста" ей оставалось лишь умолкнуть.

— Тебе промыли мозги, человек?!

— Нет. Я собственными глазами видела королевство Его Величества. Первым из встреченных мной полулюдей был нага.

Орки в замешательстве переглянулись. Несколько голосов спросили "что такое нага", но на них не обратили внимания.

— Также я видела получеловека, похожего на кролика. Я не подданная Колдовского Королевства, и была там недолго. И всё же даже мне было понятно, какова жизнь там. В лицах людей не читается такая боль и страх, как в ваших. И, разумеется, ни на ком нет таких порезов и синяков.

Орки посмотрели на свои измождённые тела. Их мускулы обмякли, от них остались практически кожа да кости.

— Она... Всё так, как говорит госпожа Бараха. Впрочем, вы, вероятно, всё равно мне не верите. Но вот что я скажу вам — как только вы присягнёте мне, я никогда и никому не позволю причинить вам такие страдания. Я, Айнз Оал Гоун, клянусь в этом своим именем. Всё, чем я правлю, принадлежит мне. Причинить вред моим подданным значит повредить мою собственность. И не бойтесь. Я не буду заставлять вас склониться предо мной против вашей воли. Поступайте по своему разумению. Как бы то ни было, я приготовлюсь отправить вас к вашим жилищам.

— ...Почему вы так добры к нам?

Даел впервые отбросил свои предубеждения. Нейа видела, что теперь он смотрит прямо на Короля-Заклинателя.

— Ха-ха... Я желаю одолеть Ялдабаофа. Но служащие ему полулюди представляют собой проблему. Вы же, вернувшись в свои деревни, можете стать инструментом, подтачивающим его власть.

— Что вы имеете в виду?

— Я милосердный владыка, в отличие от него. Если через вас весть об этом разнесётся в его войсках, это может вызвать волнения, а некоторые могут даже решить перейти на нашу сторону, как считаете?

— Понятно, вот оно что.

Людям трудно поверить в возможность бескорыстного альтруизма, но взаимовыгодный обмен другое дело. Похоже, к полулюдям тоже применима такая логика.

— Но я не уверен, что всё будет так просто. Многие из вассалов Ялдабаофа просто кровожадные убийцы. Даже если мы будем рассказывать о вас, это может не оказать большого воздействия.

— Ничего страшного. Я намерен использовать всё, что смогу. И если власть Ялдабаофа зиждется на устрашении, то могут найтись полулюди, готовые предать его. Кстати говоря, вы не поможете мне в сражении с ним?

— Мы не можем. Я уже сказал вам, верно? У нас не осталось боевого духа.

— Хм. Печально. И вы по-прежнему не хотите переселиться в Колдовское Королевство?

— И правда, было бы хорошо жить под защитой настолько могучего владыки, как вы. Но это не то решение, которое я мог бы принять в одиночку. Мне нужно обсудить это с остальными и, возможно, в конце концов мы доверимся вам.

— Даел!

— Донбас. Я знаю, что ты хочешь сказать. Но теперь, когда явился Ялдабаоф, демон перед которым мы беззащитны, нам не отстоять наши деревни самим. И в итоге вся наша раса закончит так, как мы.

Орк по имени Донбас закусил губу и опустил голову. Он хорошо понимал, что Даел прав.

— Вот как. Что ж, если вы придёте в мою страну, я, Король-Заклинатель, обещаю вам мою полную поддержку. В моих землях живут представители многих видов. Надеюсь, вы сможете жить бок о бок с ними — как один народ моей страны.

Тон Короля-Заклинателя смягчился.

В Святом Королевстве полулюдей считают врагами, но в Колдовском Королевстве — теми, с кем можно сосуществовать. Чем же вызвано такое разительное отличие? Нейа сразу же поняла ответ.

"Всё благодаря Его Величеству... Потому что Его Величество столь невообразимо силён. Как я и думала... Сила, вот что важно"

— Хорошо, далее я передам вам провизию для дороги домой и солдат для защиты. В том состоянии, в каком вы сейчас, путь отнимет у вас много времени и сил.

— Вы готовы сделать для нас так много?

— Ну конечно. Пусть от ваших воплей и рыданий, восхваляющих щедрость и доброту Колдовского Королевства и прославляющих мое имя, содрогнутся небо и земля. Далее, госпожа Бараха, могу я попросить вас выйти? Я собираюсь использовать то, что является государственным секретом Колдовского Королевства, и предпочёл бы не показывать это никому из подданных других государств.

— Слушаюсь.

Нейа, ответив, вышла из комнаты. Она почувствовала лёгкий укол одиночества. Слова Короля-Заклинателя звучали разумно, она хорошо понимала причины его просьбы, но принять их не могла.

Стоя за разбитой дверью, она слышала, как звуки дыхания орков затихают один за другим. Словно те исчезают из комнаты; впрочем, наверное, так всё и было. Однажды Король-Заклинатель сказал, что всегда сможет телепортироваться в то место, расположение которого он запомнил. Должно быть, он использует это же заклинание на орках.

Вскоре в комнате воцарилась тишина. Ещё через секунду Нейа расслышала приближающиеся к ней шаги. Её разум едва успел осознать это, как дверь отворилась. Кроме Короля-Заклинателя за дверью никого не было.

— Извиняюсь за долгое ожидание.

— Нет, это было совсем недолго.

В комнате никого. Он, наверное, телепортировал орков куда-то далеко, использовав магию далеко за пределами понимания Нейи. Или, может, как-нибудь иначе — например, каким-нибудь предметом.

— Итак, встретимся с капитаном Кастодио и узнаем о наших дальнейших планах.

— Да! Ваша слуга понимает!

* * *

Выйдя из комнаты, где держали орков, они спросили паладина, которого встретили по пути, о местонахождении места Ремедиос. В здании, к которому их направили, не было никаких её признаков, но Густав находился в нем.

— Охх! Ваше Величество! Мы только что собирались пригласить вас присоединиться!

Густав казался совершенно иным, с того момента как они встретили его. Он был более оживлённым, как будто свет надежды, таящийся в нём, вырвался наружу, и его голос тоже приободрился. Случилось ли что-то, что изменило текущую ситуацию? Возможно, у Короля-Заклинателя на уме был тот же вопрос, и поэтому он спросил:

— Что случилось? Вы получили какие-то хорошие новости?

— Да! Это очень важный человек, которого вы должны увидеть. Сюда, пожалуйста.

Если они хотели показать ему кого-то, то он должен быть могущественным дворянином или кем-то, связанным с королевской семьей.

Король-Заклинатель, по какой-то причине взявший с собой Нейю, направлялся в одну из комнат вместе с Густавом. В ней было несколько простых деревянных стульев. Там сидела Ремедиос, вместе с худым человеком. Они оба повернулись, чтобы посмотреть на вошедшего Короля-Заклинателя, и встали, чтобы поприветствовать его.

— Это тот в чьих венах течет королевская кровь, брат нашего Святого Короля, Господин Каспонд.

Действительно, его лицо напоминало профиль Второго Святого Короля, которое украшало золотые монеты Святого Королевства. Нейа моргнула от того, что кто-то вроде него действительно был заключен здесь.

— Господин Каспонд. Это Король Колдовского Королевства Айнза Оал Гоуна, Его Величество Айнз Оал Гоун, который прибыл чтобы помочь нашей нации.

— Ого! Нельзя передать словами мою благодарность, Ваше Величество. Для меня большая честь встретиться с вами. Как было сказано раньше, я брат, которого затмила его выдающаяся младшая сестра.

Когда Его Высочество сказал такое, на что было очень сложно ответить, у Ремедиос на лице появилось выражение, которое, казалось, говорило: "Да ты, должно быть, шутишь над ней?!" Тем не менее, он был следующим преемником покойной Святой Королевы, поэтому она не могла относиться к нему так же, как она относилась ко всем до этого момента. Поэтому, Ремедиос просто опустила глаза вниз.

— Ах, действительно. Это честь, встретиться с вами, Ваше Высочество.

Затем их глаза снова встретились.

Нейа смотрела и задавалась вопросом, что они сделают, и через мгновение Король-Заклинатель принял руку, которую Каспонд протянул. Рукопожатие было практикой, которая возникла среди людей с более высоким статусом.

Когда кто-то сравнивал человека, который был просто имел право на престол, и того, кто правил своей собственной страной, какой бы маленькой она ни была, последний будет иметь более высокий статус. Тот факт, что последний также помогал стране предыдущего, только усиливал его важность. А то, что Король-Заклинатель не сразу протянул руку, вероятно, было признаком уважения к другой стороне.

Воистину, он заботливый и щедрый Повелитель.

Это убедило Нейю. Краем глаза она увидела, что Каспонд также кивал и издавал одобрительные звуки.

— Ваше Величество, я прошу прощения за то, что приветствую вас в этой потрепанной одежде. Было бы хорошо, если бы я мог переодеться до вашего приезда, но ...

— Нечего стыдиться. Одна лишь одежда не может уменьшить статус человека. Вы должны быть измотаны из-за своего длительного тюремного заключения. Возможно, вы присядете, прежде чем начнете говорить?

— Я благодарен за вашу доброту. Тогда, пожалуйста, позвольте мне воспользоваться вашей доброй волей.

Король-Заклинатель первым отпустил руку собеседника, и Каспонд, тоже отпустив его руку, наконец сел.

— Я рад видеть Ваше Высочество в безопасности и добром здравии. Однако, как случилось так, что вас заключили здесь?

— Все потому, что я попытался бежать. Барон Багнен очень хорошо заботился обо мне.

— ...Как он? Капитан Кастодио. Я помню, что вы увели его, после нашей беседы.

— Раны Барона Багнена не были серьёзными, и его жизнь не находится в опасности. Однако, из-за его плохого физического состояния и сильного истощения, он все ещё крепко спит.

— Могут ли священники использовать свою магию, чтобы помочь ему? Теперь самое время положиться на его интеллект, разве нет?

— Священники исчерпали свою оставшуюся ману, чтобы исцелить раненых, и сейчас они отдыхают. Я искренне извиняюсь, но, если ситуация не критична, я считаю, что лучше позволить им сохранить свою ману.

— Раз так, то с этим ничего не поделаешь, Капитан. Тем не менее, это он был тем, кто привел меня сюда, и отчаянно боролся, чтобы защитить меня. Если возможно, пожалуйста... Вы ведь понимаете, что я пытаюсь сказать, верно?

Не Ремедиос, а Густав кивнул.

— Хорошо. В первую очередь меня интересует следующее. Есть ли в этой стране кто-нибудь, кто может видеть сквозь изменения формы или иллюзии?

— Почему вы спрашиваете, Ваше Величество?

— Это потому, что я опасаюсь, что демоны используют магию, чтобы спрятаться среди заключенных.

Каспонд посмотрел на Ремедиос.

— Капитан, вы можете ответить на вопрос Его Величества?

— Ах, приношу свои извинения. Пожалуйста, ответьте от моего имени, Капитан. Я не могу вспомнить никого подобного.

Король-Заклинатель нахмурился и погрузился в размышления. Каспонд задал вопрос Ремедиос еще раз.

— Если это беспокоит Короля-Заклинателя, то это явно указывает на важность данного вопроса. Я повторюсь. Можете ли вы поклясться богами, что вы не знаете?

Двое паладинов кивнули, и взгляд Каспонда обратился к Нейе. Он же не мог знать такого обычного оруженосца, как она, верно? Подумав так, Нейа поспешно кивнула.

— Так значит, даже оруженосец Нейа Бараха не знает... Что не так? Ты выглядишь озадаченной. Я слышал твоё имя от капитана. Я очень признателен за твою помощь в служении Его Величеству.

— Мои искренние благодарности!

Нейа спешно поклонилась Каспонду.

— Именно так. Она исключительна. Я бы хотел себе такого подчиненного.

— Нет, должно быть, Вы шутите...

Голос Нейи дрожал. Увидев её в таком состоянии, Король-Заклинатель и Каспонд весело рассмеялись. После они вернули прежний настрой - хотя лицо Короля-Заклинателя совсем ничего не выражало - они приняли серьезный вид.

— Хотя мне стыдно признаться в моём невежестве, но демоны и правда обладают способностью к трансформации в людей?

— Демоны способно принимать человеческую форму, вводя окружающих в заблуждение, но они не способны трансформироваться в человека. Да, они способны принять облик человека, но не подражать внешности другого. Таким образом... если среди заключенных в тюрьму есть никому не знакомые люди... следует быть осторожными с ними.

— В этом случае, нам нужно, чтобы захваченные люди могли подтвердить личности друг друга.

— Что касается иллюзий, они более неприятны. Используя иллюзии, некто может позаимствовать чужое лицо. Например... Король-Заклинатель использовал заклинание и на месте его черепа возникло лицо Каспонда.

— Такова иллюзия. Однако, низкоуровневые иллюзии, подобные этой, могут имитировать внешность, но не голос. Кроме того, они не способны воссоздать воспоминания или мысли, что вполне естественно. Таким образом, такого заклинателя можно быстро раскрыть, если кто-то из близких цели вступит в контакт с иллюзионистом.

Лицо Короля-Заклинателя вернуло себе вид черепа.

— Существует множество способов скрыть одежду и голос. По этой причине, лучший путь для раскрытия лежит в разговоре с подозреваемым, с его помощью можно заподозрить неладное.

"Так его вопросы к оркам были, должно быть, средством защиты от подобного" - подумала Нейа.

Как и ожидалось от Его Величества. Его планы поражающе продуманные.

— Я понял... Итак, вы слышали, не так ли? Ступайте и проверьте немедленно.

— Один момент, если позволите. Вы должны принять во внимание, что разоблаченный демон может начать буйствовать. Разве не лучше в таком случае, чтобы некто сильный, как капитан Кастодио, оставался с вами?

— Действительно. Понимаю. Я проведу расследование в её присутствии.

Каспонд поклонился.

— Это всё, что я хотел сказать, Ваше Высочество. Если вам есть что добавить, прошу вас.

— В таком случае... Ваше Величество. В том, что касается наших планов на будущее, я думаю, что нам необходимо направиться на юг, соединиться с тамошними армиями и начать полномасштабную атаку. Вместе со мной в заключении находилось ещё несколько дворян, я хочу попросить их выяснить, кто сможет помочь нам. Вот какой план я хочу предложить.

— М-м. Я ничего не знаю о дворянах этой страны, так что если вы полагаете такой ход действий лучшим, то так оно и есть... Вы не хотите напасть на другие лагеря и освободить заключённых?

— Для этого время ещё не пришло. Если мы поведём много людей во владения Ялдабаофа, то не сможем остаться незамеченными, а передвигаться мы будем крайне медленно. Пытаясь помочь таким образом, мы рискуем потерять больше, чем приобретём; я хочу избежать этого.

— Тогда почему бы не позволить гражданским отступить на юг, пока мы будем захватывать лагеря?

— Капитан Кастодио. Я позволил вам присутствовать, но не высказывать ваше мнение.

Тон Каспонда совершенно отличался от того тона, которым он разговаривал с Королём-Заклинателем.

Ремедиос стиснула зубы, сдерживая вызванный этим замечанием гнев.

— Я согласен с мнением Его Высочества — то есть, господина Каспонда. Но вы уже захватили два лагеря, включая это место. Полагаю теперь, вооружённые этим опытом, вы сможете с уверенностью взять другие?

— Мы не будем этого делать, – Каспонд пожал плечами. — Я предвижу, что отвоевание этих земель потребует многих жертв. Погибших будут десятки, потом сотни, потом тысячи. Есть дела важнее.

Все отшатнулись, услышав это. Нейа заметила отразившийся на лицах Ремедиос и Густава шок. Что до неё самой, то она лишь подумала: "Таковы, значит, обычные правители."

— Господин Каспонд, вы изменились. Раньше вы были великим человеком, столь же добросердечным как сама Её Величество.

— В чём дело, капитан Кастодио? Вы разочарованы? Ха!

Лицо Каспонда дёрнулось. Губы искривились, обнажая зубы. Острый как бритва взгляд был полон презрения.

— Ваше сердце почернело бы, как и моё, испытай вы то же самое что и я. Отвратительно... то, что они делали с нами... Вы, наверное, ещё не слышали. Ну так найдите кого-нибудь и расспросите. Тогда вы поймёте, как злы и нечисты демоны.

Его словно подменили. Или, может, правильнее будет сказать, что из-под наспех восстановленной личины его характера просочилось нечто непроглядно-чёрное.

— Хотел бы я перебить всех этих полулюдей...

Он бросил взгляд на Короля-Заклинателя. Тот пожал плечами:

— Можете поступить с ними как угодно, когда закончите допрашивать. Орков я уже отпустил.

— Значит, так тому и быть. Очень жаль. Впрочем, орки разделяли эти беды со мной... Хотя, может, отдадите их мне в обмен на святой меч?

— Я заклинатель. На что мне меч, даже если вы отдадите мне его?

Каспонд хихикнул над шутливым ответом Короля-Заклинателя. Лицо Ремедиос сохраняло пустое выражение, Густав побледнел. Предложение звучало как шутка, но, похоже, Каспонд говорил серьёзно.

Нейа вздрогнула. Насколько же он ненавидит этих пленных полулюдей, если готов отдать сокровище страны только ради того, чтобы снова получить их в свои руки... Что же с ним такого сделали?

— Итак, вы покинете город?

— Я хотел бы так поступить. Но сначала нужно допросить пленных и отправить гонцов на юг. Думаю, придётся подождать минимум неделю. Когда мы вернём себе эти земли, я по достоинству отплачу вам за доброту в добавок к тому, что уже обещала вам капитан Кастодио.

— Буду рассчитывать на это.

* * *

Король-Заклинатель вышел в сопровождении Нейи.

— Хорошо, он ушёл, теперь к главному, — сказал Каспонд.

— Да. Защищать всех этих людей будет очень тяжело. Я полагаю, нам стоит либо запросить помощи с юга, либо раздобыть какой-нибудь транспорт, лошадей и повозки.

Каспонд, выслушав предложение Густава, холодно улыбнулся.

— Что за ерунду вы городите? Кто сказал, что речь об этом?

— Разве мы не собирались обсудить дорогу на юг?

— Позвольте мне говорить прямо. Мы не побежим на юг. Мы примем бой с Ялдабаофом и его армией здесь.

— Это чрезмерно поспешно! — выкрикнул Густав.

Ремедиос продолжила:

— Стены защитят нас, но как только армия полулюдей осадит город, провизия быстро иссякнет и нам конец. Без подкрепления извне мы не продержимся.

Может, Ремедиос и не слишком умна, но в том, что касается военного дела, на неё можно положиться. Густав кивнул, слушая уверенные слова капитана.

— И всё же мы должны сражаться здесь.

Под их вопросительными взглядами Каспонд холодно улыбнулся и объяснил:

— Вы ведь тоже слышали это, так? Король-Заклинатель бережёт ману для боя с Ялдабаофом.

Густав кивнул.

— И это может стать проблемой. Одолев Ялдабаофа и завладев демонами-горничными, он вернётся в Колдовское Королевство. Нам же нужно, чтобы он перед этим проредил вторгшихся в нашу страну полулюдей. А значит, нужно поставить себя в безвыходное положение.

— Но наше соглашение с Королём-Заклинателем...

— Каждый раз, когда его магия забирает жизни полулюдей, это означает что меньше подданных Святого Королевства погибнет. Так что же вы выберете? Ваш договор с нежитью, или жизни невинных жителей Святого Королевства?

Лицо Густава искривилось в горькой гримасе, но Ремедиос тут же ответила:

— Невинных жителей Святого Королевства, разумеется.

— Именно, капитан. Итак, мы должны заставить Короля-Заклинателя сражаться. Раз мы заключили договор, то нам нужен повод, чтобы он его нарушил.

— И ради этого мы должны сразиться с армией Ялдабаофа?

— Верно. Точнее... Мы начнём подготовку к бегству на юг, но приготовления займут слишком много времени, и армия Ялдабаофа окружит нас. Не имея иного выбора, мы взмолимся чтобы Король-Заклинатель помог нам. Что скажете?

Ремедиос и Густав переглянулись. "Он прав", - прочли они в глазах друг друга. И всё же...

— У меня вопрос. Что, если Король-Заклинатель проиграет Ялдабаофу из-за того, что потратит слишком много маны?

— Я слышал, ману можно быстро восполнить, не так ли?

— Я тоже слышала это от сестры.

Младшая сестра Ремедиос была жрицей. Если уж она о чём-то говорит "я слышала от сестры", значит, так оно и есть.

— Мы позволим нескольким полулюдям сбежать и заманим сюда армию Ялдабаофа. Помните, нужно, чтобы это случилось до того, как у нас закончится провизия.

— ...Но насколько большое войско он приведёт?

Они уже обменялись известной им информацией. После нескольких сражений в армии Ялдабаофа осталось меньше ста тысяч воинов.

Армия состояла из представителей двенадцати видов, а также ещё шести, не столь многочисленных чтобы считаться самостоятельной военной силой. Итого, восемнадцать видов.

Двенадцать первых рас состояли из:

Змеелюди — похожие на змей полулюди, считающиеся близкими родственниками людоящеров.

Аматты — двуногие крысоподобные существа с прочной, как железо, шерстью. Их считают родственниками кваготов.

Кабены — существа, похожие на обезьян, немного крупнее людей и с атрофировавшимися глазами.

Зерны — слизистые существа, верхняя половина туловища которых напоминала угрей с руками, а нижняя — синих слизней. Некоторые считали, что их правильнее было бы называть гетероморфами, но этих существ относили к полулюдям из-за того, что на них действовали заклинания, предназначенные исключительно на полулюдей.

Кинжальники — насекомоподобные существа, из конечностей которых растут острые клинки, с прочными словно броня экзоскелетами. На них, как и на Зернов, действуют предназначенные для полулюдей заклинания, поэтому их тоже причисляют к полулюдям.

Хоранеры — полулюди с ногами наподобие лошадиных, способные быстро и долго бежать без отдыха.

Спайданы — полулюди, напоминающие пауков, с четырьмя длинными и узкими руками и ногами вроде паучьих. Их слюна может превращаться в паутину, из которой они изготавливают одежду и самые разные предметы. Ткань, изготовленная из этой паутины, прочна как сталь.

Пожиратели Камня — вооружённые грубыми дубинами, они обладают одной пугающей способностью — плеваться съеденными камнями. Выплюнутый осколок может повредить металлический доспех даже на расстоянии в сто метров. Но они могут делать это лишь ограниченное количество раз, и за исключением этой способности не представляют особой угрозы.

Ортросы — существа похожие на кентавров, но нижняя половина их тел не лошадиная, а какого-то хищного зверя. Они сильнее в бою, нежели кентавры, но зато кентавры быстрее.

Маджилосы — прирождённые заклинатели, способные использовать магию вплоть до четвёртого уровня. Заклинания, которые может применить маджилос, появляются на его теле подобно татуировке. Наиболее могущественные представители этой расы покрыты татуировками с головы до ног. Иногда среди них встречаются те, кто способен развить в себе способности заклинателя, и, по слухам, изучить заклинания вплоть до пятого уровня. Таких считают существами уровня владык.

Птеропосы — существа, населяющие скалы, способные планировать по воздуху на большие расстояния. Они умеют и летать, но это требует от них больших усилий, так что в течении дня они могут летать совсем немного, а после оказываются неспособны даже планировать. Не тратя силы на полёт, они способны создавать ветер, разрывающий даже доспехи, так что защищаться от них очень сложно. Эти существа сильны, даже не будучи способными летать.

И наконец, Бафолки.

Остальные шесть рас малочисленны, но каждая весьма сильна.

Огры.

Бури Уны — раса вроде огров, владеющая магией земли и множеством связанных с землёй особых способностей.

Ва Уны — подобные Бури Унам, только повелевающие водой.

Нагараджас - выглядели как змеи с чешуйчатыми телами и руками. Этот вид совершенно отличался от особей известных как Наги, и они даже не ладят между собой. С рождения они получали множество магических способностей, а иногда даже использовали мечи и броню.

Спригганы - вид, способный свободно менять свой размер от маленького до большого. Эти существа по большей части считались хорошими, злые Спригганы были редкостью. Тем не менее, и те, и другие становились неуправляемыми в состоянии берсерка.

Зоастия - плотоядные существа с верхней частью туловища как у зверолюдей. Они использовали доспехи и круглые щиты. Лишенные особых способностей, этот вид сражался подобно тяжелой кавалерии, с дикостью и силой зверей. Они были родственниками Кентавров и Ортусов. Только одни из них были сильны, и Ортусы часто полагались на них. Так возникла связь, напоминающая ту, что установилась между гоблинами и хобгоблинами. Отсутствие особых способностей делало их не слишком опасными врагами для авантюристов, владеющих заклинанием [Полет]. Но все же, в прямом столкновении даже орихалковым авантюристам пришлось бы с ними нелегко.

* * *

— По словам Короля-Заклинателя, ваша база находиться под их наблюдением, так? Зная о численности наших сил, они не станут отправлять слишком много солдат. Это дает нам преимущество. Однако, возникает проблема.

— Пища.

— Именно. Хотя священники создают пищу, они способны создать лишь немного до истощения маны. Они также не способны питаться тем же, чем полулюди.

Ремедиос и Густав проявили отвращение на лицах. Всем известен факт, что полулюди охотятся на людей. Таким образом, даже если попробовать победить вторгшихся полулюдей измором, люди проиграют в конце концов. Это произойдет потому, что лагеря заключенных у полулюдей можно рассматривать и как их склады.

— Идите и проверьте, сколько мы продержимся с текущими запасами.

— Уже проверяем. Мы также ищем кузнецов, способных изменить доспехи полулюдей для использования человеком.

— Меньшего от вас и не ожидал, капитан.

Трое продолжили подготовку к осаде. Через час, подойдя к решению, которое каждый из них мог принять, все трое улыбнулись.

— Итак, настал черед готовиться к осаде.

* * *

Неделю спустя, когда запасы провизии подошли к концу и настало время менять позицию, полулюди появились на горизонте.

Однако это была огромная армия, численность которой превысила все их ожидания.

Часть 5.

Айнз окинул взглядом город, который из-за появления армии полулюдей наполнялся всеобщей паникой, и медленно съехал на пол.

И это фигура речи. Сердце и душа Айнза были доведены до предела усталостью, и, несмотря на то, что он нежить, он рухнул на колени от ментального истощения и схватился за своё лицо.

"Что мне делать... Что мне со всем этим делать..."

По сути, Айнз следовал плану Демиурга. Конечно, в сценарии этого театра войны вовсе не было прописано каждое слово и действие, поэтому он немного импровизировал. Но даже в этом случае Айнз хотел следовать указаниям Демиурга. Возможно, вся проблема заключалась в том, что он импровизировал ну слишком уж часто. Честно говоря, все указания, которые он получал от Демиурга, в основном гласили: "пожалуйста, подстраивайтесь под ситуацию", или нечто подобное.

Это был перебор. Именно так и подумал Айнз, когда он впервые увидел инструкции. Если бы Айнз был выдающейся личностью, возможно, он мог бы следовать этим указаниям и сыграть роль совершенного Короля-Заклинателя. Однако, к большому сожалению, способности Айнза были совершенно заурядными или, возможно, даже хуже.

Он вспоминал, как всё до этого докатилось. Айнз почти молил Демиурга: "Я не понимаю, напиши более подробно", после чего тот смиренно ответил: "Как я могу сделать что-то настолько грубое по отношению к проницательному Господину Айнзу", и любые попытки получить подробности вели к этому замкнутому кругу, к пустому хождению взад-вперёд. В разгаре этой словесной битвы Демиург привлёк на свою сторону Альбедо, и Айнз, который и так изначально оказался в очень невыгодном положении, закончил партию безоговорочным поражением.

Итак, в руках Айнза оказались указания, дающие ему полное право действовать на собственное усмотрение.

Если бы это был розыгрыш от Демиурга, он мог бы отнестись к этому каким-то другим образом, но это была не шутка, а плод доверия и уважения его подчиненного.

В частности, это было ясно выражено такими словами, как: "Вы, несомненно, сможете достичь наилучшего исхода, Господин Айнз, как может кто-то столь ничтожный, как я, связывать вас в своих словах и деяниях?".

"Если рассуждать здраво, почему вообще король другой страны пришёл один ... Какой надуманный и необоснованный довод... И всё-таки, я здесь. Хотя я не раз уже встревал в неприятности и несколько раз чуть не влип по-крупному из-за своей беспечности, я всё-таки прошёл весь этот путь..."

Он не верил в богов, но хотел молиться им от чистого сердца.

"Разве так сложно было Демиургу и Альбедо учесть мои способности, прежде чем возложить на меня эту миссию..."

Когда его попросили сделать невозможное, его мотивация испарилась.

"... Так, ладно, соберись! Когда это кончится, дальше всё пойдёт как по маслу."

Айнз направил накопившиеся силы в ноги, а затем встал.

План перешел к жизненно важному переходному этапу, но это тоже было плохо. По словам Демиурга, если они образуют оборонительную линию в этом городе, их будут атаковать до тех пор, пока количество жертв не достигнет 85%.

Айнз понятия не имел, о чём он тогда говорил.

Поскольку сам Демиург всё так подсчитал, тогда это должен быть лучший вариант, чем все, что придумал Айнз. Если все эти смерти принесут пользу Назарику, то пусть они умирают. Скорее, Айнз даже думал о том, приведёт ли большее количество убитых к ещё большим преимуществам для Назарика, и тому подобных вещах.

Однако проблема заключалась в том, что Демиург спросил Айнза о находящихся за стеной людях, которых нельзя убивать. Честно говоря, если бы в этом и было всё дело, то он бы случайным образом ткнул в нескольких и покончил бы с этим, но была и другая проблема. Это должны быть люди, которые стали лояльны к Айнзу, или те, которые по своим убеждениям готовы были перейти на сторону Айнза.

"Я предвижу, что там должно найтись несколько людей, столь же преданно относящихся к вам, как те дварфы, так что, пожалуйста, назовите их имена, и я позабочусь, чтобы они выжили, когда я начну действовать."

"Он что, издевается?" — подумал Айнз, получив это сообщение. Настолько сомнительным казалось это предположение.

— Таких нет, - мрачно ответил Айнз.

Никто из людей не стал его приверженцем. Скорее, он со всей ясностью осознал, насколько люди Святого Королевства ненавидят нежить. Как мог он найти приверженцев в такой недружелюбной обстановке?

Итак, он скажет Демиургу, что таких людей нет. Демиург от всего сердца верил, что Айнз сможет поразить многих. Но если он признается, что не сумел обратить на свою сторону никого — что тогда?

"Живот крутит..."

Под дварфами Демиург, наверное, имел в виду Гондо Огнеборода, но в тот раз Айнзу просто повезло. Он смог нащупать уязвимое место в его сердце благодаря лишь слепой удаче; такая удача не могла снизайти на него снова.

И именно благодаря полученной от Гондо информации ему удалось задеть правильные струнки в душах кузнецов рун. Но в Святом Королевстве никого вроде Гондо не нашлось. Была одна, с кем он вроде как смог поладить, Нейа Бараха, но на этом всё. Кроме того, он дал ей магический лук, чтобы ещё сильнее укрепить их дружбу, но до сих пор не знал, насколько успешно сработал этот ход. Она всё так же ходит следом и смотрит на него своим кровожадным взглядом, так что, наверное, ничего хорошего ждать не стоит.

"И что подумает Демиург, если я признаюсь, что количество моих приверженцев равно одному?!"

Не разобьёт ли это вдребезги тот образ Айнза, что Демиург вообразил себе?

И что за этим последует?

"В королевстве Дварфов я сказал ему, что не так уж и умён, но, похоже, он не поверил мне... Жаль. Насколько великим он меня считает? Вернее, его мнение обо мне становится всё выше и выше..., или мне мерещится? Не должно ли быть наоборот?"

Этот груз ранил. Было не тяжело, просто больно. В прошлом он много размышлял, насколько тяжелым и болезненным может быть значение слова "долг". В частности, самым трудным и мучительным было то, что все подчинённые Айнза считают его высшим существом.

"Наверное, стоит воспользоваться этим шансом и признаться Демиургу, что я не так уж и велик, но что тогда? Что, если из-за меня все планы Демиурга рухнут? Если бы я потратил несколько лет, обхаживая клиента, а потом всё бы рухнуло из-за ублюдочного босса, которому на всё плевать..."

— А-а-а!, — Айнз почесал свой голый череп.

Что делать? Какой ответ лучше? Как не притворяйся, в итоге Демиург всё равно будет разочарован. Приемлемого выхода нет.

"Он слишком много от меня ждёт... Чем выше взбираешься, тем больнее падать. Вот почему я говорил, что я не так уж и хорош..."

А ещё собственный план Айнза тоже близок к провалу.

Он достал из карманного измерения меч. Обычный меч, покрытый рунами. Но его мощь могла сравниться с луком, который он одолжил Нейе. Разумеется, это не руны дварфов. Эти руны не обладают никакой силой. Меч создан с помощью технологий ИГГДРАСИЛя.

— Эхххх...

Айнз вздохнул. Он приготовил несколько образцов такого оружия. План заключался в том, чтобы одолжить его Святому Королевству. Люди Святого Королевства восхитились бы мощью меча и подумали: "так вот она, какая, сила рунного оружия!", и репутация рунного оружия Колдовского Королевства возросла бы.

Такова ещё одна причина, по которой он одолжил Нейе лук. Он рассчитывал, что, увидев у неё этот лук, другие решат втайне попросить оружие у Айнза.

Однако...

Айнз схватился за голову.

"Ну почему никто не попросил? Ведь лук так эффектно выглядит... Я думал пойдут пересуды... Наверно, стоило всё же заставить её сражаться, использовать лук в бою..."

Тут со стороны двери раздался стук. Он торопливо проверил свою одежду и вернул меч в карманное измерение. Затем положил руки за спину, принял подобающую властелину позу и громко спросил:

— Кто там?

— Ваше Величество, вы позволите вашему слуге войти?

Из-за двери было непонятно, мужской это голос или женский. Обычно он спросил бы имя пришедшего, но Демиург предупредил, что к нему придут, и Айнз дал разрешение без колебаний.

— А, конечно. Входи.

Вошедший закрыл за собой дверь, его тело поплыло, меняя очертания. Голова в форме яйца, два глаза словно глубокие ямы. Тонкие руки с тремя пальцами.

Доппельгангер. Доппельгангер, которого он одолжил Демиургу по его просьбе. Монстр, способный к перевоплощению, не особо сильный. Даже трансформировавшись, он мог копировать способности только лишь до сорокового уровня включительно, а без трансформации был ещё слабее. Большие возможности предоставляла его способность использовать снаряжение, игнорируя ограничения кармы. Впрочем, он был ограничен магическими предметами уровня не выше реликвии.

Пустые глаза-дыры повернулись к Айнзу, и доппельгангер низко поклонился.

— Ваш слуга глубочайше извиняется за все оскорбления, которым подверг вас, исполняя свою роль. Молю вас о прощении.

— Всё в порядке. Ты просто исполнял свой долг. Я не оскорблён.

— Ваш слуга благодарен за столь щедрые слова.

Айнз посмотрел на дверь.

— Разве ты не занят? Тебе нужно многое организовать, не так ли? Снаружи кто-нибудь есть? Если да, то будут проблемы, если мы не будем говорить потише.

— Всё в порядке. Никто не станет возражать, если ваш слуга решит встретися с вами один на один, владыка Айнз.

— Вот как...

"О да", - ответил доппельгангер. И всё же, нужно соблюдать осторожность.

— Тогда, Владыка Айнз, прошу, сообщите вашему слуге ваше решение.

— Решение о чём?

Говоря это, Айнз на самом деле хорошо знал, с какой целью доппельгангер прибыл сюда. Точнее, пришло время дать ответ доппельгангеру. Да, на тот самый вопрос, кого он привлек на свою сторону.

— Простите меня. Ваш покорный слуга уже говорил об этом ранее. Решением о том, кто из людей предан вам и чьи жизни должны быть спасены, Айнз-сама.

— Хм...

Айнз утвердительно кивнул и начал ходить туда-сюда. Разумеется, он не мог выйти. Ему оставалось лишь ходить в пределах комнаты. Неизвестно, куда направлен взгляд доппельгангера, но Айнз был уверен, что эти глаза следят за его движениями. По правде, было бы неловко, окажись иначе.

Время истекло. Подумав об этом и собравшись с силами, Айнз внезапно остановился. Он был не способен найти верный ответ. На самом деле, он даже не представлял, как ему продолжать скрывать положение вещей. Человеческое сердце в такие моменты безудержно колотилось, но он больше не обладал никакими органами с подобными свойствами.

Эмоции достигли своего предела – а потом вдруг испарились благодаря эффекту подавления. Наконец, тяжесть на сердце Айнза улеглась, и он смог дать доппельгангеру свой ответ:

— Значит так. Скажу откровенно. Здесь нет людей, заслуживающих спасения. Просто оставь нескольких в живых по необходимости.

Послесловие автора

Уверен, многие люди, делая летнее домашнее задание под строгим взглядом родителей или просто листая календарь, мечтали, чтобы август длился шестьдесят дней.

Маруяма тоже из таких. Особенно сильно он мечтал об этом, когда забывал сделать задание и был вынужден признаваться в этом в первый день сентября.

Но на этот раз, я сумел воплотить эту мечту в жизнь! Мечта моего детства исполнилась! Маруяма хотел вырасти таким, и вот, сбылось! О чудо!

Все... Наверное, мне пора остановиться. Эти бессмысленные оправдания не помогут.

Итак, пусть с небольшой задержкой, но мы наконец сумели опубликовать эту книгу. Впрочем, отклонения было в пределах погрешности. Нет, честно говоря так, тому было много причин, много хороших и много плохих.

Кстати говоря, Маруяма накупил много электронных книг пока лежал в больнице, и электронные книги — это здорово! Я не ожидал, что они так удобны. Думаю, это хорошо, что и Overlord будет издаваться в цифровом формате. Как я и ожидал, в мире много того, что не поймёшь пока не попробуешь сам. Точно так же, не участвуя в чём-либо, можно не понять, что происходит.

Между прочим, слегка отклоняясь от темы, те электронные книги содержали мангу, в частности, комедийную романтику.

Теперь, наконец, я должен многих поблагодарить. Особенно вас, держащих эту книгу, а также персонал некой больницы.

Буду рад, если мы сможем встретиться в следующем томе. Благодарю вас от всего сердца.

Сентябрь 2017 года.

Маруяма Куганэ.

Реквизиты переводчиков

Благодарности переводчикам на английский: Nigel, Aardvark, John Doe , CEOBrainz, JcqC, Rain Storm, Perditor, Deus Ex Machina, Yuisins.

Перевод на русский: Коллективный перевод ранобэ "Overlord";

vk.com/translate_overlord

Редактура: vk.com/m1rr0r, vk.com/vk_inco.

Том 13: Паладин Святого Королевства. Часть 2

Начальные иллюстрации

Реквизиты переводчиков

Переведено группой "Коллективный перевод ранобэ Overlord"

vk.com/translate_overlord

Благодарности переводчикам на русский:

Sauron777, RedRain, Excelsior, RYZ7, Rainlight, Gen_G., Lingvamaniac, RisingStorm, Warfeel, real1st, Naronei, Тулмарин, dotka971, Qshex, Арм, Davros, Goldanmani, Baka, white-grifon, Dead_Inside, SteveFace, reizy, lsabakal, kazbek_guru, Pukinator, RedRaven

Редактура: Rubia_Elstein-sama

Глава 4: Осада

Часть 1

До конца зимы было ещё далеко, и потому воздух оставался очень холодным. Тем не менее, это никак не обременяло его, ведь всё его тело покрывал мех. Его тело обтягивала чёрная шкура, а верхняя одежда помогала поддерживать отличную изоляцию. Он не дрогнул бы от холода, даже если бы на нём был надет полный металлический доспех.

Однако в данный момент он дрожал, но немного по иной причине.

Причиной была злость.

Назвать эту ужасающую злобу "гневом" было бы более правильно.

От него раздалось тихое рычание, как от плотоядного зверя, а затем он щёлкнул языком.

Для членов его расы – зоастиа – издавать подобные животные звуки было доказательством того, что он не мог контролировать свои эмоции; позорно показывать такое взрослой особи.

Однако такое встречается лишь среди представителей его вида. Любой другой, кто услышал бы этот рык из пасти, полной острых зубов, задрожал бы от страха, либо замер бы в ужасе.

Повернувшись спиной к человеческому городу, на который смотрел, он вернулся в лагерь.

Даже не смотря на то, что их верховным главнокомандующим был Ялдабаоф, правитель, обладающий огромной мощью, всё равно каждый день продолжали вспыхивать бессмысленные разногласия между собранными им народами.

Силы Альянса Полулюдей разделились на три основные группы.

Первые 40 тысяч воинов выставлены против защитников Южного Святого Королевства.

Вторая группа представляла из себя 50 тысяч воинов, отвечающие за управление и охрану лагерей, в которых содержались заключенные из Святого Королевства.

В число третьих входили 10 тысяч воинов, отвечающие за разведку Северного Святого Королевства, восстановление различных ресурсов и другие разнообразные задачи.

Тут находилось 40 из 50-ти тысяч, выделенных для управления тюремными лагерями.

Было вполне естественно, что их палаточные лагеря будут многолюдны, с таким-то количеством солдат. Тем не менее, никто не осмеливался встать у него на пути, и поэтому его ничто не могло замедлить или остановить.

Наверняка в мире не нашлось бы никого, кто посмел бы встать на пути массивного катящегося валуна.

Ни у кого здесь не хватало силы духа и мужества, чтобы встать у него на пути, учитывая доминирующую ауру, которая окружала его.

Он шёл, будто был один в пустом поле, и вскоре особенно богатая палатка появилась в поле зрения.

Перед ней стояли солдаты-полулюди, но они не были стражами. Они стояли там, ожидая приказов владельцев этой палатки. Другими словами, они были слугами.

Они задрожали, когда он прошёл между ними и варварски откинул полог над входом, после чего пять полулюдей в тот же момент сурово взглянули в его сторону.

Собравшихся в этой палатке можно было отнести к десятке сильнейших полулюдей. Хотя он физически чувствовал вес их взглядов на себе, для него ничего не изменилось.

Будучи одним из этих десяти существ, он просто усмехнулся и занял одно из свободных мест. Тем не менее, его звериная нижняя часть тела с четырьмя ногами – или, точнее, лапами, как у хищника – скорее легла, чем села.

Хотя один из пяти полулюдей слегка кивнул ему, он не обратил на него никакого внимания. Его взгляд твёрдо сфокусировался на получеловеке, занимающим самое высокое место.

Этот получеловек выглядел как змея, отрастившая руки.

Чешуйки на его теле влажно блестели, отражая причудливое буйство красок, которые делали справедливым его прозвище Радужная Чешуя. Они не только были прекрасны – их твёрдость, как говорили, соперничала с драконьими. Кроме того, они обладали магическим сопротивлением высокого уровня. А сам он имел большой щит и зачарованные доспехи. Он тот, кто утвердился и в воинской доблести, и, не считая демонов Ялдабаофа, мог быть расценён как сильнейшее существо в Абелионских холмах.

Этот получеловек был Рокеш Нагараджа. Император Демонов назначил его командующим армией.

— Почему мы ещё не атакуем?

Адресованный Рокешу вопрос прозвучал очень приглушённым тоном.

Прошло три дня с тех пор, как они добрались до города, в котором поднялось жалкое человеческое сопротивление. Но с тех пор даже стычек не было.

— … Я знаю, что стены людей проблемные, но, естественно, они ничего не стоят по сравнению с нашим количеством, не так ли?

Это было сугубо правдивым для членов Альянса Полулюдей, которые могли полностью игнорировать такие препятствия, как стены. Не должно было возникнуть никаких проблем, если упомянутыми индивидами управляли должным образом.

— Испугался, не так ли?

— Ваше превосходство Демонический Коготь.

На лице Виджара Раджандалы расцвело злобное выражение, когда к нему обратились по титулу Демонического Когтя. Он посмотрел на другого представителя своей расы, который присутствовал, прежде чем повернуться обратно к Нагарадже.

Титул Демонического Когтя был широко известен. И ему было уже почти два столетия.

Это было не потому, что зоастиа были долгоживущей расой, а потому что титул передавался из поколения в поколение.

Этот титул был унаследован им от отца. Он очень хорошо знал, что на данный момент его титул ему не соответствовал. Вот почему он должен был создать свою репутацию в предстоящих битвах. Тем не менее, он до сих пор не смог доказать свою силу миру как наследник данного титула.

Все, кого он поверг до сих пор, были слабыми. Не было никого, кто мог бы остановить удар его зачарованного двуручного топора "Бритвенное Крыло".

Такое положение дел не могло продолжаться и дальше.

Он не мог допустить, чтобы эта война закончилась, в то время как другие знали его как простого фаворита архидемона Ялдабаофа. Ему нужно было найти способ сделать себе имя как воину, и теперь это время настало.

Однако Рокеш всё ещё не намеревался атаковать. Неудовлетворенность Виджара этим решением была причиной тому, почему он так обратился к нему.

— Говорят, что Великий Король удерживал этот город. Не говори, что ты боишься только потому, что у врага есть кто-то, кто смог победить его?

Великий Король – король, что привел бафолков к величию.

Он был одним из десяти великих полулюдей, как и он сам.

Виджар был убеждён, что стоял с ним на одной ступеньке, несмотря на раздражающие боевые искусства Великого Короля, которые могли ломать оружие. Любой, кто мог победить Великого Короля, несомненно, был достойным противником.

— Я разберусь с ней, так почему мы не атакуем до сих пор?

Он мог подумать только об одном человеке, который мог бы победить кого-то с силой Великого Короля.

«Это, несомненно, та человеческая женщина-паладин. Если слухи правдивы, то она вполне способна победить Великого Короля».

Он набросал в голове туманный образ паладина с сияющим мечом.

— Ваше превосходство Виджар, тот факт, что Вы, командир, говорите такие вещи, несмотря на то, что пришли с опозданием, не извиняясь, заставляет меня... В общем, не волнуйтесь, я знаю, знаю.

Рокеш непринуждённо отмахнулся от него.

— И правда, невежественные птенцы делают много шума, даже когда ничего не знают.

У той, кто сейчас хихикала, было четыре руки. Она была королевой маджилосов, известной как Гром Ледяного Пламени – Насрения Берт Киуру.

Виджар сморщил свой лоб.

Он знал, что может победить, сражаясь в ближнем бою. Но Насрения была искусна в магии, поэтому он опасался от неё неожиданной непонятной атаки, если дело дойдёт до драки. Несмотря на это, он, как наследник имени "Демонического когтя", не сможет встретиться с предками, если смиренно позволит кому-нибудь назвать себя птенцом.

— И старые ведьмы, которые любят язвить, также доставляют проблемы всем остальным.

Маджилосы были довольно долгоживущими, и Насрения, должно быть, прожила уже больше половины этого срока, учитывая, что Виджар слышал о ней на Холмах ещё, когда был ребенком.

Он не мог определить возраст по лицу из-за всей косметики, которая была на ней, но факт того, что она скрывала свой возраст косметикой, говорил о том, что она сама начала это замечать. Кроме того, он считал, что тот цветочный аромат, окружавший её, был признаком использования духов, наверняка чтобы замаскировать старческое зловоние.

— Хо-о?..

Насрения сузила глаза, и ледяной холод заполнил воздух в палатке. Это было явно физическое, а не психическое явление.

— Я ведь должен говорить правду, не так ли?

Виджар немного выпрямился, сказав это. Пусть нижняя часть тела зоастиа была не самой красивой, но она обладала невероятной животной ловкостью и ужасающей силой. Его боевой стиль включал в себя элементы обороны, чтобы полностью использовать физические возможности своего тела. Но в данный момент он не хотел их использовать. Это было потому, что он хотел представить себя как того, у кого есть преимущество, кто просто уступил инициативу его сопернику.

— Дело не в обмане, не так ли? Видимо, мне придется научить тебя, как обращаться к леди с уважением. Это также входит в мои обязанности, как старшего.

На фоне этой напряжённости Рокеш заговорил:

— Вы двое, сдерживайте себя. Это военный совет. Если вы продолжите создавать проблемы, то я буду вынужден сообщить об этом Ялдабаофу-сама.

Теперь, когда Рокеш произнес имя их абсолютного повелителя, у них не было другого выбора, кроме как отступиться. Тем не менее, они продолжали смотреть друг на друга, как бы говоря: «Это ещё не конец» и «Ну держись у меня, старуха».

— Ха-а... я не могу помочь вам с этим, несмотря на то, что я очень силён. Вы оба должны знать, что значит работать вместе.

— Хее-хее-хее, Вы не имеете права осуждать других.

Полулчеловек-обезьяна, покрытый белым мехом, брезгливо глумился над Рокешом.

— Хм, это правда. Ну что же, Ваше превосходство Демонический Коготь. Насчёт Вашего вопроса ранее – я не боюсь. Великий Король был доблестным воином, но, конечно же, каждый присутствующий здесь был бы равным ему, или я не прав?

Рокеш посмотрел на Демонического Когтя и Гром Ледяного Пламени, и после на остальных трёх присутствующих.

Один из них был получеловек, покрытый длинным белым мехом и похожий на примата. На нём была зачарованная золотая броня. Это был король пожирателей камней – Халиша Анкара.

Как выдающийся представитель своего вида, он и другие ему подобные, могли получить различные особые способности от потребления сырых полезных ископаемых. Например, поедая алмазы, они могли получить временное сопротивление физическим повреждениям, которое можно пробить только атакой дробящим оружием. Обычно активными могли быть одновременно только три таких способности, но он мог активировать намного больше. Это было одной из причин, почему его называли мутантом.

Далее был ортрос, кто кивнул Виджару в знак уважения.

На нём был костюм из сложной резной брони. Его одинаково украшенные шлем и копье лежали рядом с ним. Имя ему было Гектовайз Ах Лагара.

Его кивок Виджару был не из уважения к личным способностям того, а из его уважения к зоастии, как к виду в целом. Это и было причиной, почему это так не нравилось Виджару.

Однако он не мог просто бросить вызов Гектовайзу, чтобы доказать свою силу. Конечно, Виджар вышел бы победителем в схватке один на один. Однако Гектовайз получил славу не из-за своей личной силы, а в качестве признанного генерала, который мог победить, имея лишь десятую часть от сил противника. Учитывая это, начнётся просто массовая потасовка. Не было ничего более постыдного, чем попытки доказать личную силу выкрикивая что-то в духе «Я сильнее тебя». Это являлось причиной, почему Виджару нелегко иметь дело с этим ортросом.

Последним был Муар Пракша. Он был того же вида, что и Виджар, и оставался тихим всё это время. Также известный как Чёрная Сталь, он был прославлен как партизан, ходящий в тенях.

Он являлся редким представителем своей расы. Зоастиа часто извлекали выгоду из своих физических способностей, подавляя противников силой. Но не Муар. Скрытность и внезапность стали отличительной чертой его ужасающих техник убийства, с помощью которых он тайно избавляется от противников. Его прозвище пришло к нему из-за его непоколебимой воли и намерения устранить отмеченную жертву.

Несмотря на то, что Виджар считал, что он не проиграет им, всё же каждый из присутствующих оказался бы неприятным противником для него в прямом бою.

— Тогда давайте вернемся к теме того, почему мы не нападаем на них. Всё потому, что я получил приказы от Ялдабаофа-сама в городе Римун.

— Не повторишь? Он так и сказал?

Виджар задал этот вопрос Рокешу, который был единственным из 40-ка тысячной армии, кто имел прямую связь с Ялдабаофом. В то время, когда другие были призваны и только пришли в этот город, Калиншу, его люди уже были в боевой готовности.

Ялдабаоф постоянно телепортировался между различными городами, поэтому было мало возможностей получить приказы от него лично.

— Ялдабаоф-сама приказал дать несколько дней людям, занимающим город.

— Дать им время? Чего ради?

— Он сказал, что это для того, чтобы напугать их. В городе 10 тысяч человек. Ещё меньше тех, кто может оказать сопротивление. Среди нас биться могут все... Как Вы думаете, насколько напуганы будут люди, запертые в этом городе?

— Понятно... Всё верно. Ялдабаоф-сама действительно внушает страх.

— Хехехе. В самом деле, я действительно понимаю, как Вы себя чувствуете, Ваше превосходство Виджар. Вопрос теперь заключается в том, сколько ещё времени мы должны им дать?

— Мы должны точно решить, сколько дней мы им предоставим. Запаса нашего продовольствия хватит на 2 месяца, но нельзя давать им так много времени.

— Это из-за того, что нам ещё приходится иметь дело с заключенными?

Осталось всего 10 тысяч полулюдей, чтобы управлять куда более превосходящим числом людских пленников. В то время как полулюди качественно сильнее, главное преимущество людей – количество. Очень вероятно, что они не смогут справиться с беспорядками или восстаниями.

— Точно. Вот почему я собрал всех вас, чтобы обсудить наши планы относительно будущего. Лично я думаю, что мы можем выступать после пары дней и закончить наши дела. Есть несогласные?

Ни один из полулюдей, включая Виджара, не возразил.

— Хорошо. Мы атакуем через два дня. До тех пор мы будем продолжать вести наблюдение за ними.

Была возможность, что противник может начать контратаку, хотя Рокеш и не думал, что вероятность высока.

— Это означает, что пришло время разобраться с людьми, которых мы привели с собой.

Некоторые полулюди предпочитали есть свежую еду – людей. Зоастии не имели особого предпочтения по отношению к мясу людей. Для некоторых говядина и конина были лучше на вкус. Тем не менее, большинство из них предпочли бы свежее мясо человека вместо вяленой говядины.

Напротив, на лице Грома Ледяного Пламени отразилось отвращение. Возможно, это было, потому что маджилосы не едят людей, учитывая, что они сами похожи на них.

— Хехехе. Как насчет того, чтобы убивать и есть их завтра прямо перед городом. Это должно вселить в них страх, да?

— Отличная идея. После этого мы объявим, что атакуем их на следующий день…

— Нет необходимости давить на них так сильно. Что произойдет, если они сдадутся? Борьба остаётся развлечением, покуда они не потеряли надежду и продолжают сражаться изо всех сил. Нет ничего скучнее, чем убивать людей, отбросивших волю к жизни.

В конечном счете, Виджар хотел сразиться с сильными противниками. Не было смысла выходить на бой со слабаками.

— В самом деле. Кроме того, есть ещё один важный момент. Это приказ Ялдабаофа-сама. Мы не должны убивать их всех, пусть некоторые убегут. Поэтому мой план заключается в том, чтобы убить тех, кто охраняет западные ворота, что ближе к нам, а тех, кто охраняет восточные ворота, только преследовать.

— Другими словами, тот, кто атакует восточные ворота, должен иметь возможность контролировать своих людей, правильно? В противном случае, похоже, что это закончится полной зачисткой.

После того, как Насрения сказала это, все взгляды обратились к одному получеловеку – ортросу, так как он был выдающимся командующим.

— Понятно... Тогда Вы не возражаете, если я приведу с собой всех моих родственников?

— Конечно, Ваше превосходство Гектовайз. В таком случае, Гектовайз Ах Лагара и я будем отвечать за восточные ворота.

Все молча согласились.

— Ещё нам нужно несколько бойцов у северных и южных стен, чтобы оказать на людей некоторое давление. Хотя нет сильной необходимости занимать эти точки, мы должны убить соответствующее количество защитников. Я бы хотел послать туда несколько бойцов дальнего боя…

Среди них лишь трое были искусны в сражениях на больших дистанциях. Тот, кого Рокеш выбрал, был молчавший зоастиа.

— Ваше превосходство Муар Пракша.

— Принято.

Это всё, что ответил Чёрная Сталь.

— Все остальные будут на западных воротах. Хотя я не думаю, что вам выпадет шанс показать себя, я оставлю сильных противников, которые там появятся, на вас. В конце концов, мне нужно командовать всей армией, поэтому я не смогу быть на линии фронта.

Насрения, Халиша и Виджар кивнули.

— Поскольку все согласны, мы будем атаковать этот город через два дня. Надеюсь, вы все отдохнете и соберетесь с силами, прежде чем люди будут вопить от отчаяния.

Часть 2

Нейа проглотила желудочные соки, поднимающиеся внутри неё, пока направлялась к комнате Короля-Заклинателя. Как только она это сделала, во рту распространилась сильная кислотность.

Она взяла бурдюк, привязанный к поясу, и выпила из него воды.

Воду сложно было назвать вкусной, она была со вкусом кожи, но помогла подавить жжение в горле и зловоние во рту. Однако гнев всё ещё оставался в груди Нейи, и её лицо побледнело.

Она вспомнила животрепещущую сцену, которую не смогла бы забыть, даже если бы захотела.

Армия полулюдей окружала этот город уже как три дня.

Враг не напал или не попытался вести переговоры, просто тянул время. Но сегодня полулюди привели своих пленников – людей Святого Королевства – к внешним стенам города Лойдс, где располагались люди. Если бы среди них присутствовали опытные стрелки, они могли бы атаковать полулюдей. Но, к сожалению, у них таких не было.

Нейа была уверена в том, что попала бы в полулюдей, если бы использовала лук Короля-Заклинателя. Однако опрометчивый выстрел мог вызвать полномасштабную атаку. Это привело бы к битве 10-ти тысяч людей против 40-ка тысяч полулюдей. А ещё им понадобилось бы открыть городские ворота, если бы они захотели спасти этих пленников.

Как только ворота были бы открыты, силы полулюдей наверняка прорвались бы, как лавина. Этого нельзя было допустить, и всё, что они могли делать – это стоять в стороне и смотреть.

Там было не менее 20-ти пленников. Они состояли из мужчин и женщин, взрослых и детей, но среди них не было стариков. Все заключённые были обнажены и покрыты шрамами и синяками.

Как только собравшиеся люди из Святого Королевства начали думать, что те люди были выставлены в качестве залога для каких-то переговоров, разразилась трагедия.

Полулюди устроили резню.

Получеловек, который, казалось, был около трёх метров в высоту, обезглавил заключённого, а затем поднял отрезанную голову. Нейа ясно видела, как земля испила огромное количество свежей красной крови, пролитой на неё.

После этого полулюди начали разделывать трупы заключённых.

Нейа уже видела, как её отец обрабатывал животные тушки. Однако вид, как то же самое делают с людьми, нанёс мощный удар по психике Нейи.

После этого полулюди съели пленников одного за другим, пока те были ещё свежими.

Самой жестокой частью было наблюдать, как некоторые люди были съедены заживо.

Даже сейчас уши Нейи всё ещё звенели от вопля ребенка, и звука, когда его внутренности были вырваны получеловеком из вспоротого живота и съедены.

К счастью, Густав был достаточно мудр, чтобы Ремедиос не пришла под предлогом защиты принца. Наверное, им пришлось бы начать сражение, если бы она увидела что-то наподобие этого.

Нейа глубоко вдохнула, затем снова выпила воды и заставила себя её проглотить.

Она слышала, как кто-то сказал, что лучше было бы вырвать, если кого-то тошнило, но учитывая, что она направляется в комнату Короля-Заклинателя, было бы неуважительно прийти, таща за собой по пятам запах блевоты.

Несколько раз обнюхав себя, Нейа предстала перед дверью в комнату Короля-Заклинателя.

По обе стороны двери никого не было.

Теперь, когда город был окружен полулюдьми, никто не позаботился о защите, или, если сказать честно, никто не следил за Королём-Заклинателем.

Нейа постучала в дверь, давая знать о своём прибытии.

— Ваше Величество, это оруженосец Нейа Бараха. Могу ли я войти?

— Входи.

Получив разрешение через дверь комнаты, Нейа тихо вошла.

Комната была обставлена просто, так как полулюди разрушили большую часть города. И всё же, это было бо́льшим, чем кто-либо мог сейчас себе позволить в городе.

Король-Заклинатель стоял спиной к Нейе, смотря в окно.

— Кажется, снаружи довольно хаотично, учитывая, что я видел так много людей, бегущих повсюду. Мы находимся в окружении в течение уже четырёх дней, но этот – самый шумный. Значит ли, что... это признак того, что враг готовится атаковать?

Король-Заклинатель не проявлял никакого намерения участвовать в этой битве, просто оставаясь в своих покоях и бездействуя. Он даже не появился на стратегическом совещании, когда армия полулюдей осадила город.

Естественно, руководство Армии Освобождения не обрадовалось этому, но им было неудобно что-либо просить у Короля-Заклинателя после того, как он сказал: «Не будет ли плохо в будущем, если король другой страны засунет свой нос в ваши дела?»

Нейе было приказано присутствовать на различных встречах вместо него. Это был такой план Армии Освобождения поделиться тем, что они знали с Королём-Заклинателем, и Нейа одобрил его. Однако это привело к тому, что Нейа стала свидетелем трагедии, произошедшей ранее.

— … Нет, полулюди практически не перемещались. Но... полулюди... Как бы это сказать. Может быть, они пытаются продемонстрировать силу, чтобы их позиции стали ещё более выгодными.

— В таком случае это противостояние будет продолжаться ещё какое-то время. Полулюди пытаются внести смятение в ваши войска и ослабить боевой дух... Думаешь, вы можете выиграть эту битву?

«Нет», – хотела сказать Нейа.

Существовала огромная разница в силе их армий: 10 тысяч людей против 40-ка тысяч полулюдей.

Эти 10 тысяч включали в себя стариков и детей. А также были ещё физически раненные, и психически измотанные, после всего, что они испытывали в лагерях для заключенных. Они ещё не полностью оправились.

Защитники имели преимущество во время осады. Однако это имело смысл, когда обе стороны были сопоставимы.

Если сравнить среднего получеловека и человека-простолюдина, последний окажется настолько слаб, что даже сама идея сравнивать их покажется глупой.

В лучшем случае единственными людьми, которые могли стоять на равных с полулюдьми, были паладины, священники и профессиональные солдаты. Но их было настолько мало в сравнении с 40-ка тысячной армией, что это больше напоминало попытку потушить огненное дыхание дракона ведром воды.

Но всё ещё нельзя было совершенно точно сказать, что эту битву нельзя выиграть.

Не считая Короля-Заклинателя, был один человек, который мог в одиночку отбить полчища полулюдей.

Если не брать в расчёт физическое истощение и небрежно пропущенные атаки врага, то самый сильный паладин в Святом Королевстве – Ремедиос – могла взять на себя 40 тысяч средних полулюдей и убить их всех.

Однако нельзя сказать, что не найдётся могучего получеловека среди их армии, способного в прямом столкновении дать бой Ремедиос. Напротив, очень вероятно, что они были.

Нейа вспомнила вождя полулюдей, управлявшего этим городом ранее. Он был известен как Великий Король Баззаа. И хотя Король-Заклинатель убил его, как будто тот был не более чем отброс, так было лишь потому, что Король-Заклинатель обладал невероятной мощью. По меркам простых людей Баззаа был очень силен, и Нейа, даже приложив все усилия, не смогла бы победить его.

Короли полулюдей были равны по силе Ремедиос, или, возможно, даже превосходят её. Все они очень сильны по оценке Нейи, поэтому она не могла точно судить о результатах схватки между двумя такими могущественными существами.

Кроме того, с практической точки зрения нужно было учитывать и физическое истощение. Независимо от того, насколько они сильны, никто не мог избежать чувства усталости. Магия могла бы ненадолго облегчить его, но усталость будет продолжать накапливаться.

Даже после уничтожения армии из 10-ти тысяч полулюдей, когда Ремедиос настигнет истощение и слабость, она всё ещё может быть атакована и убита обычным получеловеком. В конце концов, количество может превзойти качество.

Однако если бы кто и мог опровергнуть эту логику – глаза Нейи устремились к великому правителю перед ней, который всё ещё стоял к ней спиной.

Тот, кто обладал абсолютной силой.

Сущность, которая превзошла этот мир.

Он, ни кто иной, как Король-Заклинатель Айнз Оул Гоун.

Когда Нейа посмотрела на его царственную спину, она вдруг поняла, что ещё не ответила на вопрос Короля-Заклинателя, и поспешно заговорила.

— Я, я не уверена!

Паника заставила её воскликнуть громче, чем обычно. Покраснев, она продолжила в нормальном тоне.

— Но я сделаю всё возможное, чтобы узнать.

Король-Заклинатель казался совершенно равнодушным к этому и задал другой вопрос.

— Понимаю. Так вы узнали, что-нибудь новое о нашем враге? Вы удостоверились в присутствии Ялдабаофа?

— Ситуация на этом фронте в последние несколько дней не менялась. Ялдабаоф не был замечен среди полулюдей.

— Хм... Это несколько усложняет положение дел. Мне может быть очень трудно помочь вам в обороне. Я должен восполнить потраченную ману. Кроме того, его план может заключаться в опустошении моего магического запаса. Мне нужно немного подумать, перед тем как действовать.

— Разумеется. Каждый полностью осознает положение Вашего Величества.

Во время стратегического совещания кто-то сказал, что видел демона, который выглядел как Ялдабаоф. Но когда Нейа сказала, что им нужно самим убедиться в этом, тот человек сразу же сказал, что, скорее всего, ошибся. Учитывая витающее в воздухе настроение, было ясно, что все присутствующие, за исключением Нейи, планировали вовлечь Короля-Заклинателя в бой, распространяя ложные данные о присутствии Ялдабаофа.

«Они могут презирать нежить, но лгать королю страны означает, что у них совсем не осталось никакой чести. Даже если они падут в отчаяние, не будет ли правильным показать свою решимость перед тем, кого следует уважать?»

— В таком случае, что ты думаешь о перемещениях полулюдей?

— А, да, раньше полулюди концентрировались на западных воротах, но сейчас они разделили свои силы и отправили некоторых солдат к восточным воротам. Мы считаем, что они скоро сделают свой ход. Или же они готовятся к долгой осаде.

— Кстати говоря, у них ведь было достаточно времени, чтобы закончить осадные орудия? Хм... Это явно не к добру. В конце концов, враг не пытается взять вас измором.

Нейа не могла понять, было ли это хорошо или плохо, но у них не останется выхода, если полулюди попытаются сделать это.

Если бы полулюди атаковали, то солдат Святого Королевства немедленно бы уничтожили из-за подавляющего преимущества врага в военной силе. Но раз они будут сражаться под защитой стен, то битва будет не такой односторонней. Но, всё же, это был переход лишь от "невероятно маленького шанса" до "не такого уж маленького шанса".

— Разумеется, это возможно из-за того, что полулюди не знают о нашей ситуации с продовольствием. К тому же, может быть, что им просто плевать на столь небольшой город, – предположила Нейа.

— Ну, полулюди захватили приграничную стену-крепость, которую мы видели на въезде в Святое Королевство. Было бы разумно не обращать особого внимания на город, подобный этому. Если вы доставите им много неприятностей и заставите подумать, что осада им невыгодна, то это выведет битву за пределы стен. И после этого, впереди вас будет ждать очень трудный бой.

Похоже, Король-Заклинатель считал, что им необходимо победить в безнадежной битве, и лишь затем начнётся настоящее сражение.

— Ваше Величество, могу я спросить Ваше мнение о том, как будут развиваться события?

— Развитие событий, хм... Честно говоря, я тоже не знаю. Правда, кто-то мог бы сказать, что вы уже проиграли, когда вас вынудили удерживать город под осадой врага. Осады обычно проводятся под тем предлогом, что вскоре должно прибыть подкрепление. Или же, что враг вынужден действовать в ещё более невыгодных условиях, например из-за ограничения по времени. Однако мы просто защищаем город на вражеской территории, поэтому наши шансы невероятно малы.

— И всё же, мы до этого смогли отправить освобождённых дворян на Юг, поэтому нельзя быть уверенным в том, что никакой помощи не прибудет.

Хоть Нейа и сказать это, но глубоко в своём сердце она понимала, что нельзя рассчитывать на подкрепление.

Армии Юга пришлось бы прорваться сквозь блокаду южной армии полулюдей, чтобы добраться до этого города, Лойдса. И даже если бы у них получилось, им ещё пришлось бы сражаться со здешней 40-ка-тысячной армией полулюдей.

Противостояние с периодическими битвами было бы лишь утечкой боевых сил. Бросить 10 тысяч людей в этом городе было бы более мудрым решением.

— Было бы неплохо…

Казалось, что Король-Заклинатель тоже ни на секунду не верил этому.

Но этого и стоило ожидать. Учитывая обстоятельства, кто бы смог повернуть ход вещей так, чтобы никем не пришлось жертвовать?..

Нейа сразу же выкинула возникшую идею из головы.

«Его Величество здесь, чтобы сразиться с Ялдабаофом. Поэтому истощение запасов его маны на другие задачи уменьшит его шансы на победу, что недопустимо».

— … Мне понадобится время, чтобы вновь применить заклинание телепортации, использованное мной на орках, но я способен ещё несколько раз применить заклинание, которым я пользуюсь, чтобы возвращаться в Колдовское Королевство. Для меня не проблема забрать с собой несколько дюжин людей... Но, похоже, тебе трудно решить, кого отправить со мной. Да и сама ты тоже не хочешь уходить.

— Я благодарна Вам за понимание, Ваше Величество.

Возможно, было бы лучшей идеей попросить Короля-Заклинателя забрать принца Каспонда и отступить, но у этого плана были свои недостатки.

Когда король другой страны собирался посвятить себя битве, чтобы встретиться с ужасным демоном, один из их собственных членов королевской семьи, бесстыдно просящий забрать себя с поля боя, выглядел бы совершенно бесчестным.

Пока Нейа переваривала эту информацию, Король-Заклинатель впервые, с тех пор как она вошла в комнату, повернулся к ней лицом.

Красные точки огоньков в его пустых глазницах смотрели прямо на Нейю. Однажды они пугали её, но сейчас она уже привыкла к ним и даже находила их довольно очаровательными.

— Вот что я думаю, Бараха-сан. Мы оказались в таком противостоянии с вражескими силами из-за глупости руководства Армии Освобождения. Такое положение не изменить усилиями одного оруженосца. Как насчёт того, чтобы вместо рассмотрения всеобщей картины сфокусироваться на собственной безопасности? Ты же понимаешь, что моя страна примет твою клятву верности, если ты готова принести её? Учитывая твоё обучение, как паладина, я уверен, что ты сможешь в полной мере использовать свои таланты в моей стране.

Нейа была смущена, и не знала, что ответить.

Она была благодарна Королю-Заклинателю за волнения о ней, но дрожала в страхе, размышляя о том, что может потерять, приняв предложение Короля-Заклинателя.

Дух преданности, выраженный её родителями.

Её любовь к родному городу.

Она может никогда не вернуться на свою родину.

Были и воспоминания о нескольких друзьях, которых она имела.

Много вещей прокружилось перед глазами Нейи, и они легко промелькивали одна за другой. Но среди них было нечто незыблемое, оставшееся до конца – другими словами, самая важная вещь. Она была членом корпуса паладинов.

Хотя она и не знала до конца, что такое справедливость, это была единственная вещь, которую Нейа могла бы сказать с выпяченной грудью и высоко поднятой головой.

— Я глубоко благодарна за снисходительность Вашего Величества, но как гражданин Святого Королевства, я чувствую себя обязанной спасти так много людей, как только сколько смогу. Потому что спасение беспомощных – тех, кто страдает – является здравым смыслом.

Король-Заклинатель вдруг прекратил двигаться, как будто застыл на месте.

— … Хм, – прошептал он себе, и погладил подбородок.

Казалось, что слова Нейи поразили его в душе, поскольку он изучил взглядом Нейю ещё раз.

Это был лишь беглый осмотр, но Нейа неуютно заёрзала.

— Прав ли я, говоря, что когда полулюди атакуют, ты будешь приписана к стенам у западных ворот, в левой стороне города? Это очень опасное место. И ты же понимаешь, будет ошибкой полагать, что я спасу тебя?

— Я очень хорошо знаю это.

Нейа была предрасположена к стрельбе из лука, и, учитывая, что она была назначена в самое пекло, не было сомнений, что она будет убита. Однако, она была готова к смерти, идя на поле битвы.

Она сжала губы, и посмотрела в глаза Королю-Заклинателю.

— Ах... эти глаза... Такие же, как у него. Мне нравился взгляд в его глазах.

Бормотания Короля-Заклинателя заставили Нейю покраснеть. Хотя его слова не несли скрытого смысла, сильное воздействие оказывала сама возможность слышать проявление заботы от того, кого так сильно уважаешь.

— В таком случае, я одолжу тебе несколько вещей, Бараха-сан. Пожалуйста, используй их с умом.

Раздался звук, и что-то большое неожиданно появилось из воздуха. Нейа поняла, что это – то же самое, когда Король-Заклинатель достал лук в экипаже.

«Магия действительно поразительна».

Нейа увидела волшебный предмет – доспехи, которые появились из ниоткуда.

Эти доспехи напоминали зелёный панцирь – та самая броня, которую носил Великий Король Баззаа.

— Это, это…

— Эта броня должна быть полезной. Я имею в виду, что она обеспечит твою безопасность.

Эта броня была слишком большой для Нейи. Более того – такие размеры были бы весьма велики для любого человека. Однако, учитывая то, что Нейа знала о зачарованных доспехах, это не стало бы проблемой, надень она их.

Обычную броню следовало подгонять с помощью кузнеца, чтобы та, в свою очередь, соответствовала телу владельца. Тем не менее, был определенный предел того, как можно изменить доспехи. Такой большой доспех просто нельзя изменить до формы, соответствующей ей.

Впрочем, для зачарованных доспехов все было по-другому. Любой мог носить его вне зависимости от пола или расы, если не имелись особые ограничения на его ношение. Броня будет автоматически корректировать свою форму, чтобы соответствовать своему владельцу.

Долговечность зачарованных доспехов измерялась качеством и материалами, из которого они были сделаны. Например, кольчужные доспехи можно легко повредить, если подвергнуть их заклинаниям, кислотам или дробящим атакам. И это значительно снижало силу чар, наложенных на доспехи.

Не бывает так, чтобы бесплатный сыр был без мышеловки, и зачарованная броня тоже не идеальна. Тем не менее, броня Баззаа, скорее всего, была довольно прочной и тяжёлой, учитывая, что она была такого размера.

— Кроме того, я одолжу тебе ещё три вещи. – Король-Заклинатель дал эти предметы Нейе. — Диадема, наручи и ожерелье. Может, что-то из этого не сочетается с твоим личным снаряжением?

— Нет, вовсе нет. Для начала, у меня даже никогда и не было магических предметов.

— Это приятно слышать. Теперь я кратко объясню, что это за предметы.

Как подразумевается в названии, Диадема Железной Воли защищает разум от очарования, страха или других подобных ментальных атак. Тем не менее, диадема предоставляла полный иммунитет только к магическим ментальным атакам. Против атак, которые проведены не магией, а особыми навыками, она лишь частично усиливает сопротивление владельца к ним. Ещё один момент, который она должна была запомнить, это то, что диадема также снимает и положительные ментальные магические эффекты.

Наручи назывались Наручами Стрельбы из Лука. Из всех заклинаний существовали и такие, которые могли быть использованы только в том случае, если их заклинатель обладал навыками стрельбы. Как сказал Король-Заклинатель, для этого он и сделал этот предмет. Но в итоге он отказался от таких заклинаний, и поэтому наручи тоже стали бесполезны для него. До сих пор они оставались в хранилище.

И наконец, ожерелье было предметом, потребляющим ману для использования заклинания 3-го уровня [Мощное Восстановление]. Несмотря на то, что его можно было использовать неограниченно до тех пор, пока человек обладал достаточной маной, всё же оно потребляло больше магической силы, в отличие от обычного использования магами этого заклинания.

Учитывая скудные запасы маны Нейи, ей было лучше рассматривать его как одноразовый предмет. Поэтому ей нужно будет тщательно подумать о том, когда лучше всего использовать его. Король-Заклинатель сказал, что этот предмет не был сделан им или его товарищами; он просто был очарован внешним видом и купил его где-то.

Действительно, если приглядеться, то ожерелье казалось очень тонкой работы. Оно выглядело так, будто изумруд для этого ожерелья предоставила сама богиня. По правде говоря, это было настоящее произведение искусства.

Нейа посмотрела на эти ценные вещи и отрицательно покачала головой.

— Я... Я сожалею, Ваше Величество, но я не могу принять их.

Магические предметы, предложенные Королём-Заклинателем, были, безусловно, первоклассным снаряжением. Однако, что произойдёт, если Нейа умрёт, нося их? Эти предметы попадут в руки полулюдей, и в конечном итоге будут использованы врагом. Даже если они не попадут в руки полулюдей, что произойдёт, если её труп пропадёт во время хаоса битвы, и её снаряжение исчезнет вместе с ней? Более того, у Нейи уже есть лук, который Король-Заклинатель доверил ей. Как она могла быть не удовлетворена этим и заимствовать у него ещё больше вещей?

Кстати об этом, она должна вернуть лук Королю-Заклинателю, прежде чем отправиться на битву.

— Почему это? Эти предметы будут полезны тебе в сражениях, не так ли? В конце концов, у тебя подкласс воина, и тебе не хватает маны, поэтому ты, возможно, даже не сможешь использовать способность этого ожерелья. Почему бы тебе ни взять его и ни попробовать?

Нейа призналась в своём беспокойстве в ответ на вопрос Короля-Заклинателя. Он выслушал её и как бы улыбнулся.

— Как насчет такого. Отправляйся на поле боя с твёрдым намерением вернуть мне эти предметы любой ценой.

Нейа загорелась решимостью, но решимость сама по себе не могла сломить её беспокойство. Снова выслушав её ответ, Король-Заклинатель махнул рукой.

— О, просто возьми. У меня есть заклинания, которые могут найти магические предметы. К тому же, я уже пометил эти предметы. Я смогу найти их, даже если они потеряются.

— Это так?

— Да, это... Хорошо, не нужно церемониться. Возьми их. Используй их.

«Если бы Король-Заклинатель мог выражать мимику, он бы, вероятно, улыбался».

Эта мысль пробежала в голове Нейи, услышав его слова.

Теперь, когда он предложил их с такой искренностью, отказ от них был бы оскорблением. Идея принятия его доброй воли боролась с желанием извиниться за возможные понесённые убытки Колдовского Королевства. Эти мысли крутились в голове Нейи…

— Что ж! Разве ты не можешь мне пообещать кое-что? Обещание вернуть их мне потом.

— …

Вернись живой – таков смысл этих слов. От них наворачивались слезы на глазах. Только её родители когда-то относились к ней с такой добротой.

«Колдовское Королевство благословлено иметь такого милосердного короля»

Как только Нейа подумала об этом, она закусила губу и опустила голову.

— Большое спасибо! Клянусь, я верну их!

— Хм…

Она подняла голову и вытерла слёзы.

После всего сказанного, она не посмела бы надеть свою простую броню. Экипировка наручей, ожерелья и диадемы не должно было вызвать никаких проблем. Она начала надевать ожерелье на свою шею.

В тот момент, когда она надела его, сразу поняла способность магического предмета и как его использовать. Казалось, будто предмет был частью её, а использование его было таким же естественным и легким, как использование её собственных рук и ног.

Затем была диадема. Однако она не почувствовала ничего особенного, когда надела её. Тем не менее, если следовать инструкциям, она, возможно, все поймёт, когда придёт время.

Последним предметом остались наручи. Здесь было наоборот. Она ясно и ярко ощутила изменения. Сила словно наполнила в неё.

Ощущение напоминало то, когда она пребывала под воздействием усиливающей магии. Её мускулы почувствовали, что они внезапно налились силой, и её движения стали более быстрыми и точными. Кроме того, теперь она могла разглядеть даже крошечные детали вдали. И даже её сердечнососудистая система улучшилась. Она чувствовала себя полной энергии.

Казалось, что все аспекты её физических способностей улучшились.

— Это потрясающе…

Сила, полученная в результате тренировок, накапливалась медленно и постепенно, поэтому её было трудно ощутить. Зато, она могла чётко ощущать интенсивное увеличение своих физических возможностей. Более удивительным было то, что она не чувствовала никакой неловкости в контроле над своим телом, учитывая различия между её прошлым и нынешним состоянием.

— Магия действительно потрясающая…

Король-Заклинатель пожал плечами, услышав, как Нейа благоговейно вздохнула.

— Это правда. На самом деле, я был очень удивлён поддерживающим заклинаниям.

— Что Вы имеете в виду?

— Заклинания, которые могут сотворить сахар, перец и лёд. Ещё есть заклинания, которые могут даже создавать драгоценные металлы, хотя они не очень эффективны. Некоторые города также зависят от поддерживающих заклинаний, чтобы дополнить их водоснабжение... Похоже, поддерживающие заклинания тесно связаны с развитием культуры этого мира.

— Это... так?

Почему великий маг, подобный Королю-Заклинателю, удивляется такими тривиальными заклинаниями? Тем не менее, это должно иметь смысл, учитывая, что это сказал сам Король-Заклинатель. И действительно, поддерживающие заклинания стали во многих местах полезными; повседневная жизнь невозможна без такой магии.

— Кроме того, есть водостоки, которые используют слизней... или, скорее, сосуществуют с ними... Ах, я отклоняюсь от сути. Бараха-сан, не обращай на меня внимания и возвращайся к своим обязанностям.

По правде говоря, не было никакой задачи более важной, чем составлять компанию Королю-Заклинателю. Однако было правдой то, что им не хватало рабочей силы, и у Нейи было много дел. Хотя упомянутые задачи в основном были связаны с постоянной охраной, которую любой мог сделать, они все ещё были очень важны.

— Большое Вам спасибо, Ваше Величество. Я, безусловно, вернусь живой.

— Ах, если всё станет очень плохо, тогда беги на восток. По всей вероятности, это единственное место, где ты могла бы выжить.

Нейа отложила в сторону доспехи Баззаа и поклонилась, прежде чем покинуть комнату.

***

Внутри штаба Ремедиос Кастодио и три паладина изучали карту расположения своих и вражеских сил.

Ход мыслей Ремедиос был гибким и ясным, когда это касалось битвы. Правда, в иных ситуациях она заставляла людей вздыхать от раздражения.

В такие моменты её сестра любила говорить: «У тебя такое сильное тело. Всё, что тебе сейчас нужно, так это тратить чуть больше времени на тренировки».

Она бы не смогла достичь таких результатов в боевом мастерстве, если бы не прислушалась к этому совету.

Это всё потому, что она была не такой как её сестра, которая была благословлена тремя дарами – мудростью, талантом и очаровательной внешностью.

— 10 тысяч – наша боевая мощь, в то время как их боевая мощь оценивается в 40 тысяч. Всё, что нам нужно для победы – это продержаться до прибытия подкрепления с Юга, или пока враги не отступят... Мы могли бы и сами здесь разобраться, если бы таких как я было человек десять.

Если бы присутствовали члены Девяти Цветов, избранные из-за своей боевой мощи, то они могли бы устроить хорошую битву. Однако, факт того, что нынешняя ситуация представляет собой огромную проблему, очень настораживает.

— Если мы хотим выиграть время, нам нужно контратаковать противника во время первого наступления. Это приостановит их и даст нам время, в котором мы так нуждаемся. В конце концов, враг не в полной мере знает, каковы наши силы.

Она так же серьёзно рассмотрела предложение ударить первыми.

Они могли собрать свои силы у восточных ворот и сокрушить врага там одним поистине мощным ударом, прежде чем действие развернётся возле западных ворот.

Однако она быстро пришла к умозаключению, что всё может быть потеряно, если они потерпят неудачу. Вполне вероятно, что западные ворота будут сломлены основными силами врага, прежде чем они успеют победить небольшой отряд, расположенный у восточных ворот, и, следовательно, город падет.

И, конечно же, между их силами существовала непреодолимая пропасть. Им просто необходимо было компенсировать этот разрыв в боевой мощи, если они хотели победить.

«Но это просто невозможно». – Ремедиос поморщила лоб и окинула взглядом значки, расположенные на карте.

Она надеялась на вспышку вдохновения, что снизошла бы свыше. Однако ничего подобного не произошло.

— И... Много у вас идей?

Она внимательно слушала предложения паладинов, надеясь на озарение. Просила больше и больше идей пока они совсем не закончились. Придумывать уже больше было нечего, и наступила тишина. Только потом, звонкий стук в дверь прервал глубокую тишину в комнате.

— Капитан, Вы здесь.

Вошедший в комнату был ни кто иной, как заместитель капитана, Густав Монтанис. У Ремедиос возникло такое чувство, будто прозвенел спасательный колокол. Казалось, что остальные паладины чувствовали себя так же, ибо можно было заметить проблеск надежды на их удрученных лицах.

— Ааах, ты как раз во время. Я хотела спросить, есть ли у тебя какие-нибудь идеи?

Ремедиос подбородком указала на карту, развернутую через весь стол. Похоже, что Густав уловил смысл её жеста, так как он кивнул.

— У меня есть парочка предложений, но могу ли я обсудить их сперва с Вами наедине?

— Хм? Что у тебя? Тогда подойди, расскажи мне.

Густав подошёл к Ремедиос и продолжил более тихим тоном.

— Честно говоря, дела немного ухудшились. Некоторые люди хотят знать, будет ли Король-Заклинатель участвовать в битве?

Король-Заклинатель не будет принимать участие в этом бою. Это нужно было, как для пополнения маны, которую он расходовал до сих пор, так и в случае если план Ялдабаофа – заставить его израсходовать её здесь.

Ремедиос с трудом приняла первую причину, так как её младшая сестра Келарт может восстановить свою ману за сутки. Однако все остальные считали, что Король-Заклинатель не относится к тем же стандартам что и люди, учитывая тот факт, что он взял штурмом целый город в одиночку. После этого Ремедиос не сказала ни слова более. Если подумать, то здесь присутствовали так же и священники, так что другие восприняли это нормально.

Однако даже Ремедиос смогла бы принять вторую причину.

Кто знает, может Ялдабаоф прячется прямо во вражеских рядах?

Они привели сюда Короля-Заклинателя для битвы с Ялдабаофом. Ей пришлось выбирать лучший из двух вариантов: она бы хотела видеть их обоих избитыми до полусмерти, но тогда был шанс, что Король-Заклинатель потерпит поражение. Поэтому для неё было вполне естественно поддерживать Короля-Заклинателя, чтобы он мог в полной мере использовать все свои способности, даже, несмотря на то, как она презирала нежить.

Несмотря на это, до сих пор были те, кто хотел, чтобы Король-Заклинатель вышел на поле боя. Некоторые из дворян, оставшиеся в городе, предложили огромные суммы денег, чтобы побудить его сражаться. Такие огромные, что глаза Ремедиос стали настолько широкими, будто они вот-вот выпадут из её пустой головы. Но Король-Заклинатель не принял их предложения.

— Что не так? Король-Заклинатель не будет сражаться в этом бою. Вы тоже должны об этом знать, верно? Просто расскажите им об этом, и мы закончим с этим.

— Капитан. Мы не можем им об этом сказать. Если ситуация ухудшится... Нет, даже если всё наладится, это повлечёт за собой много шума.

Она не могла этого понять. Почему нельзя говорить, что Король-Заклинатель не будет сражаться?

Прочитав эти вопросы, "написанные" на лице у Ремедиос, Густав нахмурился и ответил:

— Это потому что люди, которые наблюдали за нами, захватывающими назад этот город, знают, что есть вещи, которые мы, паладины, не можем сделать. Но которые Король-Заклинатель может выполнить практически в одиночку, с поддержкой только одного человека.

Она до сих пор не понимала, что Густав пытается ей сказать.

— Это может расстроить некоторых людей, но так оно и есть. Что в этом плохого?

— Нет. Всё, что я пытаюсь сказать, это то, что, по их мнению, Король-Заклинатель заслуживает большего доверия, чем мы, паладины. Если люди этого города поймут, что Король-Заклинатель – самый надежный и могущественный актив, которым мы располагаем – не станет сражаться, то их дух полностью падёт.

— Заслуживает доверия?.. Ты же осознаешь, что он нежить, не так ли?

— Неважно, нежить он или нет. Он освободил город и вытащил людей из рабства. С их точки зрения, Король-Заклинатель – герой.

— Герой?

Ремедиос повторила слова Густава, не понимая их смысла.

— Люди думают, что он герой? Но он нежить, разве нет? Они ненавидят жизнь и любят смерть. Он бросил заложников... Нет, он убил их, не моргнув и глазом!

— Им всё равно. Также... было бы одно, если бы они просто считали его героем. Но после всего этого люди начинают думать о Короле-Заклинателе как о своём спасителе. Если всё так и пойдёт, это может повлиять на Святого Короля…

— Святую Королеву, ты хотел сказать. – Лицо Ремедиос приобрело хмурый взгляд. — Я уже много раз говорила, но Калка-сама должно быть где-то в заточении. Погибло много паладинов и священников во время битвы с Ялдабаофом, но мы нигде не нашли Калку-сама и Келарт. Этот демон не утащил бы её с собой, если бы она была мертва. Я уверена, она захвачена в качестве заложника.

— Я оговорился, капитан. Я думаю, что текущая ситуация вызовет проблемы для правящего режима Её Величества.

— Проблемы для её правления?

— Да... Наши силы были разбиты, и никто не остановил вторжение полулюдей. Появятся люди, которые устремятся в сторону более могущественного существа. Того, кто смог бы их защитить.

— Но он нежить... ты же знаешь?

— Я же уже говорил, не имеет значение, что он нежить. Он помог им в час нужды.

Ремедиос всё ещё не могла осознать этого.

— Но ведь в бою был не только Король-Заклинатель. Мы тоже сражались. Под флагом Святой Королевы.

— Да. Вы правы. Мы сражались. Даже простой народ сражался. Но даже с учётом всего этого, если Король-Заклинатель сделает больше, чем мы, тогда люди оценят его лучше, чем Святую Королеву, и будут пытаться сделать его новым правителем.

— ХА?!! – Ремедиос повысила свой голос. — Что это значит?! Мало того, что он якобы герой, так ещё эту чёртову нежить оценивают лучше, чем Святую Королеву?! Ты хоть понимаешь, что ты сказал?

— Такова точка зрения людей.

— Хороший или нет, он всё ещё нежить! Как думаешь, сколько страданий перенесла Её Величество ради своего народа? Как вообще люди посмели...?

— Пожалуйста, подождите, капитан!

— Что значит, «пожалуйста, подождите»? Про что ты вообще толкуешь, Густав? Нет, во что ты истинно веришь?!

В порыве сильных эмоций Ремедиос ударила кулаком по столу. Яростный удар, нанесенный человеком уровня героя, разнёс часть стола и выбил кусок, который упал на пол. Странная картина повреждений выглядела так, как будто какой-то гигант выбил край стола, и это указывало на то, насколько она была сердита.

— Пожалуйста, успокойтесь, капитан. Мы все знаем величие и доброту Её Величества как само собой разумеющееся. Король-Заклинатель или любое другое существо из нежити не сможет сравниться с великой Святой Королевой. Но мы знаем это, только потому, что были непосредственно при Святой Королеве.

— Ты умственно отсталый? Даже если у них никогда раньше не было аудиенции с ней, никто не будет уважать нежить другой страны больше, чем правителя своего собственного народа! Ты бредишь!

— Капитан! – Густав воскликнул в тоне, который был близок к воплю. — Даже если Король-Заклинатель – нежить и король другой страны, он всё равно был тем, кто освободил их от мучений! И это что-то... то, что мы с Её Величеством, не смогли сделать!

Густав излил эти слова в эту огромную комнату, и они эхом разошлись по ней, вместе со звуком его попыток успокоить дыхание

— … Вы все так думаете?

Услышав тихий голос Ремедиос, все паладины, находящиеся в комнате, посмотрели друг на друга. После этого один из них заговорил; на его лице была смертельная решимость

— Естественно, мы паладины не считаем Короля-Заклинателя героем. Но при этом, мы также осознаём, что простой народ может считать иначе.

После этого заговорил другой человек:

— Большинство людей знают, что Король-Заклинатель захватил этот город с поддержкой всего одного человека... Нет, даже в одиночку. В свою очередь те, кто не видел могущества Короля-Заклинателя, преувеличивают эти слухи, ещё больше обожествляя его.

Последний добавил:

— Это факт, что Король-Заклинатель предложил помощь стране, которая не была ни союзником, ни даже просто дружественной его стране. Если мы проигнорируем тот факт, что он нежить... эти действия будут квалифицироваться как героические.

Похоже, Ремедиос была единственной, кто не могла смириться с таким положением дел. В таком случае, как она должна ответить на вопрос Густава после того, как всё это случилось?

Это было правдой, что отсутствие на передовой их героев может привести к падению боевого духа. И в последующем различные слухи об этом могут привести к ещё большей суматохе. Вражеская армия превосходит их в соотношении четыре к одному. Это было естественно, что у всех создалось плохое настроение при мыслях о том, с чем им предстоит столкнуться.

— Почему бы нам не обрисовать миру Короля-Заклинателя как злодея, ведь так мы убьем двух зайцев разом? Как нам сообщить людям, что Король-Заклинатель не желает больше им помогать?

— Лгать об этом будет очень плохой идеей, – сказал Густав. — Настроение людей, как вода в дамбе, незадолго до её прорыва. Если они узнают правду каким-либо способом, или узнают о том, что мы пытались скрыть правду, это может привести к неконтролируемым последствиям.

— Хорошо, мы не должны сообщать ложь. Мы можем идти только окольным путем.

— Если люди подумают, что это ложь, то она и станет ложью.

— Тогда всё, что от нас требуется, это не позволить кому-либо встретиться с Королём-Заклинателем, разве не так?

— Но что тогда делать, если вспыхнет бунт или кто-то захочет переговорить с ним? Прикажете убить их?

— … Я не хочу этого делать.

Густав тяжело вздохнул.

— Это разочаровывает. Король-Заклинатель продемонстрировал слишком огромную силу. Я полагаю, что мы бы не оказались в таком положении, если бы взяли город самостоятельно... Если так и продолжится, то страна в конечном итоге может оказаться разорванной на части. Кто смог бы остановить Короля-Заклинателя от того, чтобы провозгласить эту землю анклавом Колдовского Королевства?

— Это страна принадлежит Её Величеству, и люди, которые проживают тут, тоже принадлежат ей! А точно не этой нежити! И, кроме того, ты думаешь, что окружающие страны согласятся с этим?!

Ремедиос снова стукнула кулаком об стол. Однако лицо Густава не изменило своё выражение, и он вставил своё замечание:

— Это очень маловероятно. Капитан, Вы ведь сами их видели, правильно?.. Этих монстров в городе Э-Рантеле. Ни одна другая страна не пожелала бы становиться врагом Колдовского Королевства, обладающего такой пугающей военной мощью. Для них было бы разумнее закрыть глаза на всё то, что происходит в Святом Королевстве, которое сейчас бессильно... И если это место станет анклавом Колдовского Королевства, то его оборонная сила сократиться вдвое, чему соседние государства будут только рады. И если люди захотят, чтобы это произошло, то у Короля-Заклинателя будет ещё одна причина к действиям.

— Ты хочешь сказать, вице-капитан, что быть страной под управлением нежити гораздо лучше, чем быть теми, кто даже не может сам себя защитить?

Густав кивнул на стальной вопрос Ремедиос.

— Это так.

— … Густав. Совершила ли я ошибку, приведя Короля-Заклинателя сюда?

— Конечно, нет, капитан. Это был наиболее лучший вариант на тот момент. Однако... это правда, что мы сильно полагались на силу Короля-Заклинателя. Как я ранее и сказал, если бы мы могли освободить тюремные лагеря только своими силами, то не оказались бы в такой ситуации. Насколько нам известно, пока что многие люди боятся и ненавидят Короля-Заклинателя из-за его принадлежности к нежити.

— Что тогда нам следует сделать?

— Мы должны использовать это, чтобы купить время, и самим нанести удар по вражеской армии. Если мы не сможем этого сделать, то даже если в дальнейшем уничтожим Ялдабаофа... эта война всё также будет продолжаться.

Ремедиос устремила свой взгляд вверх.

— Тогда так и сделаем. Черт бы побрал этого Короля-Заклинателя... Он заранее всё это спланировал?

— Я не знаю... Я действительно не знаю. Но вероятно он смог бы это сделать.

— Может быть, он желал расширить свои владения? Ведь Колдовское Королевство очень маленькое.

— Я бы не сказал, что оно очень маленькое. Но это правда, что Колдовское Королевство имеет только один город и землю вокруг него, а также, по слухам, равнину, которая порождает огромное количество нежити.

«Тогда ясно, почему он обратил внимание на земли Святого Королевства», – подумала Ремедиос. Было более чем достаточно доказательств, чтобы прийти к такому выводу.

— Чёрт бы побрал эту нежить! В первую очередь мы должны были попросить Момона одолжить нам его силу!

— Возможно, всё могло закончиться так же, если бы вместо него пришел Момон. Потрясение просто не было бы таким же сильным, как от влияния, которое оказал Король-Заклинатель. Король, завоевавший город своими собственными силами – невероятно яркий образ. Тот факт, что этот король является одним из представителей нежити, заклятых врагов нашей страны, также очень важен.

— Чёрт побери!

В комнате наступила тишина. Ремедиос, наконец, осознав вопрос Густава, отдала приказы:

— Мы ещё обсудим это с Каспондом. Если, чисто гипотетически, хотя это навряд ли, случится, что Её Величество окажется мертва, то он является наиболее подходящим человеком в качестве Святого Короля. И мы должны это учитывать, пока не найдутся иные члены королевской семьи. Тогда соответственно и обратимся к нему за его мнением.

Ремедиос покинула комнату и вместе с Густавом отправилась к комнате Каспонда.

В конечном счёте, предсказания Густава сбылись. В заключение, было решено отсрочить распространение информации среди людей. А если в ближайшее время нападёт враг, то в столкновении с ним Святому Королевству предстоит полагаться на собственные силы, чтобы, выстояв в бою, продемонстрировать миру несломленную захватчиком мощь страны.

Часть 3

В лагере полулюдей начались активные передвижения. Получив доклад об этом, Нейа поняла – момент настал.

Сомнений быть не могло – это была прелюдия к атаке.

Нейа бежала по городу, одетая в снаряжение, которое она позаимствовала у Короля-Заклинателя.

Она знала, что люди, мимо которых она проносилась, смотрели на неё широко раскрытыми глазами.

Их взгляд был увлечён красотой лука, что ей доверил Король-Заклинатель. Смотрели они и на броню, которую ранее носил экс-правитель города, Великий Король Баззаа. Они были поражены. Чуткий слух Нейи улавливал вопросы зевак сквозь шум толпы: «Кто этот воин?» И ответами было: «Это оруженосец Короля-Заклинателя», или «Женщина из Колдовского Королевства».

«Я не из Колдовского Королевства…»

Она волновалась каждый раз, слыша подобные ложные слухи. Часть её хотела знать, как её изображали в них, а другая нет. Однако ей нужно будет чётко и решительно отрицать любые слухи, которые могут причинить неудобство Королю-Заклинателю.

«И всё же... оруженосец Короля-Заклинателя».

Лёгкая волна радости заполнила Нейю, и она уже собиралась улыбнуться, но тихий стон, исходящий от одного из прохожих отвлёк её.

«Похоже, мой взгляд действительно такой же, как у отца…»

Эта мысль прошла через разум Нейи, пока она шла к стене, куда была назначена. Эта стена, где располагались западные ворота. Именно там собрались практически все силы полулюдей.

Около 80% всех паладинов, священников, солдат и трудоспособных людей в городе находились на западных воротах или в их окрестностях. Остальные 20% были назначены на восточные ворота. Женщины, дети, старики и другие не способные сражаться следили за северными и южными стенами.

Ремедиос Кастодио командовала западными воротами. Густав Монтанис командовал восточными воротами. Каспонд Бессарез был номинальным верховным главнокомандующим. И конечно, верховный главнокомандующий остался в штаб-квартире в центре города и не выходил на улицу.

Наконец, Нейа дошла до западных ворот.

Король-Заклинатель уничтожил опускную решётку восточных ворот, но решётка западных ворот осталась нетронутой. Однако многие полулюди были сильнее людей. Вероятно, они смогут легко сломать её с помощью бревен.

Нейа с силой сжала руку в кулак, пока та не задрожала.

Если полулюди смогут прорваться через эту точку и ворвутся внутрь, то справиться с ними станет очень трудно, так как они начнут рассредоточиваться по всему городу. Другими словами, город будет потерян.

Учитывая обстоятельства, Нейа не могла сбежать. Вероятно, сразившись, она умрёт в бою против многочисленной толпы полулюдей.

Нейа поднесла к губам дрожащую руку, а затем укусила её.

«Не бойся! Если будешь бояться, то пропустишь цель, которую могла бы поразить!»

Магический предмет, который она позаимствовала у Короля-Заклинателя, мог защищать от ментальных атак, но он не мог подавить страх, порождённый её собственным сердцем. Несмотря на это, она, вероятно, была бы ещё более напугана, если бы не носила его.

Почувствовав боль, распространяющуюся из пальцев, Нейа вошла в башню на левой стороне города и побежала вверх по лестнице на вершину стены. Она была назначена в услужение Королю-Заклинателю, и поэтому, судя по всему, была последней, кто появился здесь. Конечно, старшие офицеры предоставили ей особое разрешение, чтобы она не была осуждена за опоздание. Все остальные, которые должны были быть здесь, уже присутствовали.

Когда Нейа собиралась поспешить на свою позицию, паладин, командующий левым флангом западной стены, остановил её.

— Король-Заклинатель... Его Величество всё ещё не пришёл?..

На мгновение Нейа удивлённо посмотрела на паладина. Она уже сообщила своему начальству, что Король-Заклинатель не намерен участвовать в этой битве.

Тем не менее, они всё ещё задавали ей этот вопрос. Означает ли это, что командование не сообщило им об этом?

Однако Нейа сразу почувствовала, что этот вопрос звучал по-другому. Этот человек держался за клочок надежды, что Король-Заклинатель изменит своё мнение и появится.

Нейа посмотрела на армию полулюдей, которая раскинулась за городом. Там стояли более 30-ти тысяч полулюдей. Но давление, что они оказывали от прямого взгляда на них, заставляло видеть их число ещё большим, чем оно было на самом деле.

Она могла понять, почему любой желал бы в такой ситуации помощи могущественного Короля-Заклинателя. Это было, потому что Нейа тоже когда-то чувствовала то же самое. Однако…

— Да. Короля-Заклинателя здесь нет. Это потому, что это наша битва – битва Святого Королевства.

Паладин ей не ответил. Нейа прошла мимо него и побежала на свой пост.

— Стоять! Оруженосец Нейа Бараха!

— Да!

Нейа остановилась и встала по стойке смирно.

— Останься здесь на некоторое время.

— А?

Нейа огляделась. Это место было близко к выходу из башни, которая вела к вершине городской стены. Поток людей здесь был огромным. Она не будет мешать людям, стоя здесь? Кроме того, это место было далеко от назначенной позиции Нейи, которая была ближе к центру.

— Могу я спросить, в чём причина этого? Вам нужно, чтобы я что-то сделала?

— Нет, нет, не нужно, чтобы ты что-то делала, так как это может быть немного хлопотно… Оруженосец Бараха. Просто оставайся здесь! Ты меня понимаешь?

— А, э-э, да…

Она понятия не имела, что происходит, но должна была быть какая-то причина для этого. Не было причин держать здесь обученного солдата, когда боевые действия могут вспыхнуть в любой момент.

«Моё задание изменилось? Это для того, чтобы я могла сосредоточиться на снайперском отстреле вражеских командиров?.. Лук, который я позаимствовала у Короля-Заклинателя, выглядит потрясающе даже с первого взгляда. Так значит ли это, что они используют меня в качестве козыря?»

— Я поняла. Как долго я буду ждать? Где я должна ждать?

— Ах, эм, пока враг не начнёт движение. А где? Да где угодно.

— Правда? Я должна дожидаться такого напряжённого момента?

Это было действительно странно. Ощущение странности происходящего стало заполнять Нейю. В это время несколько мужчин, похожие на ополченцев, несли огромный горшок вверх по лестнице. Вероятно, это была еда для защитников, стоящих на стенах. Они явно потели гораздо больше, чем того требовала холодная погода, и было ясно, что они ходили туда-сюда уже много раз. Этого можно было ожидать, учитывая, что они кормили несколько сотен человек.

Нейа прислонилась к стене, чтобы дать им возможность пройти, и мужчины неторопливо прошли мимо неё. Однако один из них немного приподнял голову и увидел лицо Нейи.

— А? Ты разве не оруженосец Короля-Заклинателя? Ах, то есть... это же Вы?

— Ах, не надо быть таким формальным... Эм... Да. На меня возложена обязанность прислуживать Королю-Заклинателю.

Возможно, услышав, как Нейа разговаривала с этим человеком, другие горшечники остановились и удивленно посмотрели на неё. Вероятно, по той же причине, что и этот человек.

Ей было немного стыдно, что её называют оруженосцем Короля-Заклинателя, но в то же время она очень гордилась собой.

Мужчины не знали, как чувствовала себя Нейа, и обеспокоенно спросили:

— Я хотел сказать, эмм... Вообще-то, есть кое-что, что я хочу спросить у Короля-Заклинателя…

— Постойте! Могу я попросить вас подождать? Она очень занята. Не могли бы вы заняться своей работой?

Внезапно, паладин встал между Нейей и мужчинами, будто скрывая её.

Это была довольно необычная стойка. Выглядело так, будто он не хотел, чтобы она говорила с этими мужчинами…

«Было ли это причиной для текущего приказа? Он не хочет дать мне поговорить с ними... Почему же? Потому ли, что они хотят задать вопросы о Короле-Заклинателе?»

Она не знала, почему он делал это, но ей было совсем не сложно ответить им.

— Я не против. Позволите мне пройти?

Поскольку паладин не хотел, чтобы она говорила, ей придётся самой к ним подойти.

— Оруженосец Бараха!

— Вы пытаетесь оградить людей от вопросов о Короле-Заклинателе?! – ответила Нейа так же громко, как и направленный на неё возглас.

По правде, было довольно бесстыдно продолжать пользоваться репутацией Короля-Заклинателя, но она должна была убедиться, что Святое Королевство не делало ничего, что могло бы отрицательно сказаться на Короле-Заклинателе. Она не хотела, чтобы её родная страна покрыла себя позором.

Нейа мягко обратилась к мужчине, который задал ей вопрос.

— Если Ваш вопрос относится к великому Королю-Заклинателю, я отвечу в меру моих возможностей. И кстати, я не из Колдовского Королевства, так что мне жаль говорить, но многие вещи я и сама не знаю.

— А?! Но Вы же... Разве Вы не из Колдовского Королевства?

— А-а?! Нет, нет, всё не так. Я оруженосец-паладин из этой страны.

— Ээ? Правда?

— Ну-у, да. Так что вам не нужно быть со мной формальными…

Толпа взорвалась. Возможно из-за того, что перед этим паладин накричал на неё, но теперь все ополченцы на стене начали смотреть в её сторону.

Хотя дела приняли довольно затруднительный оборот, теперь ей нельзя выглядеть плохо из-за упоминания имени Короля-Заклинателя. Нейа гордо выпятила грудь, с решимостью дать услышать всем окружавшим её солдатам. Казалось, паладин смирился с фактом, что он не сможет сдержать это в секрете, потому просто стоял рядом, сердито глядя на Нейю.

— Итак, сперва... Эта твоя броня выглядит как та, что носил главарь козлоголовых монстров. Ты была той, кто победила его?

— Нет, вовсе нет. Носившим эту броню был Великий Король Баззаа. И Король-Заклинатель уложил его в могилу одним заклинанием.

«Оооу» – Толпа пришла в восторг.

Она могла слышать отрывки разговора из толпы: «Он действительно победил его…» «Я не могу поверить, что он использовал лишь одно заклинание…» «Неужели он, правда, захватил целый город в одиночку?.. Он действительно победил столь много полулюдей?..» «Он очень силён... Думаю, я им увлечён…» «Он вовсе не такой, как та нежить, что я знаю…» И так далее.

Хотя они лишь шептали на ухо друг другу или бормотали самим себе, острый слух Нейи позволял легко услышать их.

Конечно, она была счастлива, зная, что другие чувствуют то же самое о почитаемой ею великой личности. Особенно учитывая, что люди держались такого мнения несмотря на то, что он был нежитью.

«Усилия Его Величества не были напрасны, люди понимают его…»

— Тогда, тогда, эх, подаст ли Его Величество нам руку помощи и на сей раз?

Гам сразу стих, и такая реакция подсказала Нейе, что это был опасный вопрос.

— … Его Величество не примет участия в сражении. Причиной этому служит то, что это наша битва как граждан Святого Королевства – битва за спасение нашего народа, а не война других стран. Кроме того, Его Величество должен сохранять ману для сражения с Ялдабаофом.

Лица мужчин наполнились унынием от услышанного ответа. Нейа приготовилась выслушивать упреки…

— Ладно, в этом есть смысл... Обычно, король другой страны не действует лично. Небеса разразятся на нас гневом, если мы не будем признательны ему за всё, что он уже сделал для нас.

— Ага. Также, она упомянула, что он бережёт ману для победы над Ялдабаофом.

— … Этот король чрезвычайно спокоен и проницателен, но в то же время он человек, делающий выбор в пользу спасения большего числа жизней... Эм, нет, то есть не человек, а нежить. В таком случае, должна быть причина, по которой он не примет участия в битве. Я имею в виду, я видел это – то, что тогда произошло перед стенами города.

— Ах, я тоже это видел. В конце концов, именно мы те, кто больше всего ценит эту страну. Тогда именно мне предстоит защитить свою жену!

— О чем вы говорите?

— Мы прибыли из лагеря заключения ещё до освобождения этого города…

Она могла слышать доброжелательные голоса вокруг.

Разумеется, нашлись и недовольные тем, что Король-Заклинатель не собирается помогать. Однако, понимавших позицию Короля-Заклинателя оказалось намного больше, и осознание этого заставляло приятное тепло разливаться по телу Нейи.

— Могу ли я теперь направиться к своему посту?

Нейа задала вопрос паладину. Она уже поняла, почему он ранее не позволил ей занять пост. В таком случае, не должно быть никаких проблем с тем, чтобы позволить ей отправиться туда сейчас.

Паладин, не скрывая своих чувств, с угрюмым видом на лице коротко ответил ей «Иди».

Нейа минула солдат, бурно обсуждавших Короля-Заклинателя, и прибыла на место своего назначения. Оттуда она внимательно изучила вражеский лагерь.

Огромное войско. Число врагов столь велико, что они с легкостью сожрут всех в этом городе за один заход. И эта орда собирается обрушиться на них.

Чувство тошноты вновь подкатило к горлу. Сколько раз её отец испытал это чувство, стоя на крепостной стене?

Нейа обратила взор к небесам столь же пасмурным, как и её сердце.

***

В течение дня армия полулюдей пришла в движение.

Нейа поторопилась доесть овсяную кашу.

Кашу варят на молоке и подают в деревянной миске. Из-за зимнего воздуха еда в руки Нейи досталась уже холодной и, честно говоря, ужасной на вкус.

Однако, откажись она сейчас от пищи, её тело не выдержало бы предстоящего продолжительного напряжения, а другой еды под рукой не было. Кроме того, хоть её текущая смена должна бы оказаться легкой, Нейу не покидало предчувствие, что возможности расслабиться больше не представится, как и хорошо поесть в дальнейшем.

Это её предположение возникло от обильной порции, что принесли к обеду.

Она загнала большой кусок в свой рот, борясь с рвотным позывом, по ходу проглатывания массивной белой субстанции.

Огромное количество еды, которую Нейа проглотила, раздуло её живот, но знание того, что эта белая субстанция может быть её последней едой, наполнило её отчаяньем.

На стенах, возвышающихся над армией полулюдей, Нейа свернулась на хлопчатобумажном коврике. Её серое пальто было её единственной защитой от зимних холодов.

Ополченцы начали есть одновременно с ней, но ещё не закончили.

Все нахмурились.

Очевидно, никто не был доволен вкусом. Однако их напряженные выражения лиц были вызваны не овсяной кашей. Их глаза не смотрели на еду, которую они держали, а на полулюдей, что продвигались вперед.

Никто не мог радоваться или теплить надежду в своём сердце, смотря на эту многочисленную толпу.

Здесь, на стене, присутствовали бывшие узники лагерей. Они на себе испытали весь ужас быть порабощёнными полулюдьми. Они находились под таким большим стрессом, что не могли есть.

«Что бы сделал Король-Заклинатель? Дал бы он грандиозную энергичную речь, чтобы усилить их волю к борьбе? Или же решил бы поднять дух задорным смехом?»

Нейа понятия не имела, какие героические поступки он предпринял бы. Тем не менее, даже если бы она знала, она не могла бы подражать ему. Ведь она совершенно отличалась от Короля-Заклинателя, который был героическим королём.

Кроме того, это, вероятно, только вызовет проблемы, если Нейа скажет им что-то вроде «расслабьтесь и не волнуйтесь». В конце концов, данное напряжение было как раз тем, что двигало их вперед.

Хоть их сердца могли быть мрачными, но не было никаких признаков того, что они впали в отчаяние, и не было никаких признаков того, что они хотели бежать. Они уже подготовились к встрече со своей судьбой.

Причина этого, по-видимому, была в том, что один из ополченцев, который был освобождён в первом тюремном лагере, рассказал о Короле-Заклинателе. Слух о нём, как лесной пожар, распространился через солдат, расположенных у стен.

Многие были недовольны, когда услышали, что он убил заложника, которого держали полулюди. Безжалостный поступок, очень характерный для нежити.

Однако люди, которые присутствовали тогда там, настойчиво настаивали на том, что это не так. Они говорили о том, как несравненно могущественный Король-Заклинатель сказал: «Даже я стал бы жертвой перед лицом кого-то более сильного, чем я».

Нейа тоже запомнила эти слова. Тогда он казался чрезвычайно человечным, даже излучая трагический стоицизм, который ощущался как олицетворение решимости и воли.

Это было крепкое обещание защитить те вещи, которые важны для него. И он для этого обладал убедительной силой, которую просто нельзя выразить словами.

И затем они подумали о том, что случится с дорогими им людьми, если они потерпят поражение здесь.

Их боевой дух подкреплялся ясным осознанием цели, которую можно описать словами «Я не хочу, чтобы мои близкие прошли через тот же ад, что и я».

«Мог ли Его Величество всё это время осознавать, что именно таким будет результат?»

Если бы он не сказал этих слов, чтобы укрепить решимость народа, возможно, они потеряли бы свой боевой дух перед лицом подавляющей армии. И они могли бы оказаться полностью уничтоженными.

Нейа видела Святую Королеву только один раз. Она почти не знала ни о её способностях, ни о её характере. Тем не менее, она была уверена, что Король-Заклинатель превосходил её, как правителя, в обоих аспектах. Или, скорее, Король-Заклинатель был, вероятно, своего рода властелином, как Король Королей и Лорд Лордов – высший класс монарха, даже среди других королей.

«А ведь когда-то я думала, как же тяжко народу из Колдовского Королевства... Ну, то есть, что находиться под правлением нежити удручает…»

Тем не менее, им – гражданам Колдовского Королевства – возможно, очень повезло. Так она считала теперь. Эти слова словно застряли в горле у Нейи и так и не были произнесены. В конце концов, было бы не хорошо, если бы люди вокруг неё слышали их. И именно тогда издалека раздался громкий крик:

— Подтверждено! Враг начал движение! Всем приготовиться к бою!

Все быстро проглотили овсяную кашу и отправились на свои боевые посты.

Когда часть армии полулюдей, насчитывающая более 10-ти тысяч, начала движение, воздух содрогнулся до такой степени, что, как будто, даже мог сотрясти стены города. Казалось, что надвигающееся давление раздавит их.

По правде говоря, острый слух Нейи услышал дрожащий шум земли, исходящий от наступающей армии, и унылые вопли, поднявшиеся из уст ополченцев.

Моральный дух быстро падал.

Тем не менее, Нейа ничего не могла сделать. Единственной задачей Нейи было нашинковать стрелами всех полулюдей, которые войдут в диапазон её обстрела.

После возвращения этого города Нейа проводила всё время, практикуя стрельбу из лука, когда была свободна от обязанностей оруженосца. Она считала, что именно благодаря этой практике она овладела особыми характеристиками лука Последний Выстрел Звезды, и теперь могла использовать его должным образом.

«И всё же, почему полулюди атакуют сейчас? Нападать ночью для них было бы лучше... Они что-то задумали? Если бы Король-Заклинатель был здесь, я могла бы спросить его об этом…»

Отсутствие могущественного заклинателя, который шёл рядом с ней в течение последнего месяца, заставило почувствовать, что в её сердце не хватает чего-то важного.

«Нет. Мне нужно взять себя в руки. Я не могу полагаться во всём только на Его Величество... Хоть я и не уверена, что именно планируют полулюди, должна быть причина для начала их атаки средь бела дня. В таком случае, лучше не быть беспечной».

Нейа наблюдала за полулюдьми из бойницы стены. Впереди идущие полулюди привлекли её внимание.

«…Эй, это же…»

Это были огры, рост которых достигал трёх метров. Эти полулюди несли массивные оружия.

Это были оружия дальнего боя, защищённые деревянным щитком. Баллисты. Она используется в качестве осадного оружия. Хотя также казалось правильным, что её использует как ручное оружие получеловек таких огромных размеров.

Несколько огров с этим осадным оружием в руках встали в ряд.

Видимо полулюди забрали их из города и переделали для вертикальной стрельбы.

Забили барабаны, и баллисты начали стрелять.

Городские стены сотрястись, и в некоторых местах даже начали разрушаться. Людям на стенах посчастливилось не иметь жертв, учитывая обстоятельства. Удача была с ними на данный момент.

Массивные болты разрушали стены. Это были не столько болты, сколько копья. Толстое копье, длиной с рост Нейи, промчалось по воздуху и врезалось в стену. Это можно было описать не иначе, как "осадное оружие". И никто бы не смог получить попадание от него и выжить.

Похоже, огры готовились ко второму залпу.

— Вы, ублюдки!

Нейа уставилась на них.

Огры были очень далеко.

Вероятно, этот лук мог поразить их на этом расстоянии. Тем не менее, его проникающая способность резко упадёт. К тому же, Нейа не могла практиковать дальнюю стрельбу в пределах города.

Она не знала дальности до них, и не была уверена, что сможет пробить щиты баллист и убить огров.

В таком случае можно было бы открыть ворота и вступить в бой, чтобы убить группу с баллистами. Но это было бы очень глупо.

Другими словами, всё, что они могли сделать, это просто переждать эту атаку.

«Мы должны отступить... Но если мы это сделаем, мы не сможем остановить наступление врага. Какой план у командования?»

Если защитники отступят, то, несмотря на обстрел, враги будут наступать, чтобы занять стены. И если враг захватит стены, тогда город будет почти потерян.

Они взяли бы под контроль лестницы, ведущие вниз от стен, заставили бы солдат вокруг них отступить, и в итоге открыли бы ворота, чтобы позволить основным силам их армии проникнуть в город.

Всё, что полулюдям нужно было сделать, это исполнить эту последовательность действий, пользуясь своей преобладающей силой.

Люди ничего не могли с этим поделать. Даже Ремедиос не смогла бы справиться, если бы была вынуждена вести ближний бой в окружении.

В таком случае им придётся пожертвовать храмом и покинуть город через восточные ворота. Однако это, вероятно, приведет к ситуации, о которой они говорили на предыдущем стратегическом совещании – их будут преследовать по равнинам. В итоге они будут измотаны и не способны сразиться с армией полулюдей, расположенной напротив их южных сил, и не смогут пройти на Юг.

«Что же решит паладин, командующий западными воротами? Отступить, или же сражаться до конца?»

Пока Нейа размышляла об этом, враги сделали второй залп.

Стены вновь вздрогнули, когда снаряды в виде больших копий ударили в них. Трепет ощущался ещё сильнее, чем в прошлый раз, и в то же время она услышала незнакомый звук.

— Ааархха!

Любой, кто посмотрит на его источник, станет свидетелем ужасного зрелища.

Один из болтов баллисты пробил стену насквозь и пронзил солдата, скрывающегося за ней. Кровь брызнула из его рта. Болт пригвоздил его к дальней стене, как образец насекомого. Его руки и ноги бессильно свисали вниз.

Когда люди увидели отвратительный труп, внезапно появившийся среди них, вокруг Нейи разразились крики. Она схватила ожерелье, которое Король-Заклинатель одолжил ей, и прикусила губу.

Эта рана была смертельной. Никакая исцеляющая магия не спасла бы его.

Смерть одного солдата не сильно повлияла на их боевую мощь. Однако страх, вызванный его ужасной смертью, заразил окружающих. Мысль о том, что они могут быть следующими, и что нигде не было безопасно, вызвало инстинкты выживания у мужчин, и их тела задрожали.

— [Под Божественным флагом]!

Кто-то сколдовал заклинание.

Страх, охвативший солдат, был мгновенно подавлен. Таков результат использования магии для улучшения их сопротивления страху. Божественное заклинание [Львиное Сердце] обеспечивало полный иммунитет к страху, но действовало только на одну цель. А [Под Божественным Флагом] лишь уменьшало страх, но затрагивало всех в определенном радиусе вокруг заклинателя.

Вот почему паладины находились среди ополченцев.

— Не бойтесь! – прокричал паладин, который произнёс заклинание. — Возьмите своё оружие, чтобы освободить тех, кто пережил ту же боль, что и вы!

Под действием заклинания, подавляющего страх, огонь снова вспыхнул в глазах солдат.

Тем не менее, это просто скрывало реальную проблему. Важно то, могли ли они что-либо сделать в нынешней ситуации? Противник продолжал односторонне их обстреливать. В противном случае единственное, что из этого выйдет – окажется ещё больше мёртвых и раненых. Однако Нейи не приходило в голову ни одной хорошей идеи.

— Укройтесь! У врага не бесконечны боеприпасы! Они не могли взять с собой много!

«Понятно»,– подумала Нейа. Большинство ресурсов полулюдей должно было поставляться на Юг, чтобы их армия могла противостоять южным силам. Вот почему паладины думали, что те не могли принести сюда достаточно боеприпасов.

Тем не менее, даже захваченный ремесленник мог создать много таких болтов за короткое время. Потому это была словно азартная игра, в которой неправильные решения означали смерть.

— Третья волна наступает!

Огры не были искусны в стрельбе и многие из них стреляли мимо. Несмотря на это, несколько бойниц рухнули под этим залпом, и среди защитников оказалось много жертв.

Массивные, похожие на копья болты могли пронзить даже двух человек за раз.

[Под Божественным флагом] было заклинанием, которое концентрировалось вокруг паладина, применившим его. Это значит, что эффект заклинания был тем сильнее, чем ближе люди были к паладину. Однако это только привело к большему числу жертв.

Прежде чем противник смог выстрелить в четвёртый раз, звук хлопанья крыльев прорезал воздух. Ангелы пролетели по небу над головами Нейи и остальных.

Это были ангелы низшего ранга. Они направились прямо к полулюдям. У них были горящие факелы в правых руках, и кувшины с тканью, торчащей из горлышек – в левых. Эти кувшины явно содержали масло или концентрированный спирт. Другими словами, они несли взрывное метательное оружие – зажигательные бомбы.

Конечно, пламя, производимое этим оружием, не нанесло бы ни малейшего вреда противникам, имеющим сопротивление огню, или полулюдям с толстыми шкурами и тренированными, мускулистыми телами. Они вообще могут не принести никакого эффекта.

С другой стороны, были и такие полулюди, которые не могли противостоять огню. Также, повреждение баллист остановило бы вражескую атаку.

Ангелы заполонили небо над ограми-баллистоносцами и подожгли свои кувшины. Однако они так и не успели их бросить.

Прозвучал звук взмахивания крыльями и, в тот же момент группа полулюдей поднялась в небо. Это были птеропусы. Когда они поднимались в воздух, их руки-крылья оставались неподвижными, как будто они парили на ветру. Должно быть, это была какая-то магическая способность данной расы.

В тот же момент вылетело белое вещество, похожее на паутину, опутывая ангелов. Вероятно, оно создано специальной способностью других полулюдей – спайданов.

Ангелы выглядели как бабочки, пойманные в паутине, и упали на землю. Они были поглощены полчищами полулюдей. Было ясно, что с ними стало после этого.

Однако ангелы не пожертвовали собой напрасно. Несколько зажигательных бомб ударились о землю, и ревущий огонь распространился во все стороны.

Нейа посчитала, что это лучший шанс, который она сможет получить, и натянула тетиву своего лука.

Всё ещё невозможно было прицелиться в огров из-за щитов, установленных на баллистах. Даже если бы она прицелилась в их незащищённые ноги, было бы почти невозможно убить их с одного выстрела.

Её отец мог бы попасть в глаз огра, даже если бы его было видно лишь сквозь малюсенькую щель. Но навыки Нейи были не такими отточенными, как у него.

Возможно, из-за того, что огры боялись огня, или боялись за свои баллисты, но они подняли их, направив щитами вверх. Они сосредоточились на огне, и не обращали на неё никакого внимания.

Если она упустит этот шанс, то вероятно, не получит другого.

Нейа натянула тетиву до предела, а затем отпустила стрелу.

Магический предмет, который она позаимствовала у Короля-Заклинателя, помог достичь результата, близкого как у её отца.

Стрела пролетела по прямой и попала в голову огра.

Нейа целилась не в крепкий череп, а в мягкое глазное яблоко. Хотя глазные яблоки некоторых монстров обладали защитной мембраной, она считала, что легче нанести смертельный выстрел именно туда, чем целиться в череп.

Однако всё прошло не так гладко, как она планировала. Её стрела попала в район челюсти огра.

Подстреленный огр громко завыл, содрогнувшись от боли.

Он бросил свою баллисту, и схватился за своё лицо – ту часть, куда ему попала стрела. Затем он неуверенно повернулся спиной к Нейи и поспешно отступил. Хоть она и не нанесла ему смертельную рану, но, по крайней мере, сломила его волю к сражению.

Если у армии полулюдей были целители, он, вероятно, вскоре может вернуться на передовую.

Это всё, чего смогла достигнуть Нейа, даже с помощью мощных магических предметов, которые Король-Заклинатель одолжил ей.

— Тч!

Нейа щелкнула языком и тут же укрылась, а затем прижалась к стене и начала отползать отсюда. Ополченцы посмотрели на неё, удивленные тем, что она внезапно покинула свой пост, и Нейа обратилась к ним суровым тоном.

— Уходите отсюда! Теперь они собираются обстрелять это место!

И сразу после этого несколько баллист выпустили свои болты в её сторону. Даже если большинство болтов промахнулись, некоторые из них попали недалеко от Нейи, и разрушили соседнюю часть стены.

Если бы удача Нейи была чуть хуже, она бы уже оказалась пробита этими болтами.

Она снова посмотрела на полулюдей. Хаос, вызванный ангелами и атакой огнем, неуклонно спадал, и огры снова нацелили свои баллисты на стены. Казалось бы, новость о попадании стрелы распространились по всей вражеской армии. Теперь они вряд ли допустят ошибку, снова убрав свои щиты. Поэтому, будет ли она стараться повторить умения своего отца, пытаясь попасть по ним, даже если это будет всего лишь попадание в тело? Или она затаится, как черепаха, и будет ждать момента, чтобы нанести смертельный выстрел?

Пока она мешкалась, лук, который ей одолжил Король-Заклинатель, отразил луч солнца и ослепляюще засиял.

Да. Ей удалось позаимствовать такой невероятно мощный предмет, и она должна вернуть его любой ценой. Поэтому ей не следует рисковать.

«У них не может быть много таких болтов для баллист!»

Казалось бы, полулюди сыпали бесконечным градом болтов. Однако неумелое использование баллист означало, что очень часто болты попадали туда, где никого не было, а некоторые даже перелетали через стены и падали на улицы города, вообще ничего не задевая.

Поскольку она не могла выстрелить в ответ, всё, что ей оставалось делать, это сидеть и ждать, пока вражеский обстрел не прекратится.

Тело Нейи было осыпано фрагментами разрушенных городских стен. В некоторых особо неудачливых ополченцев попали, и те сразу скончались на месте. А большинство других просто молились в тишине, чтобы вражеская атака наконец-то прекратилась, поскольку они ничего не могли предпринять в ответ.

Вскоре она услышала мощный рок, а после – удар по массивному барабану. Звук барабана повторился четыре раза. Он исходил откуда-то издали. В том месте должно было располагаться левое крыло вражеских построений.

— … Они сообщают информацию о битве количеством ударов в барабан? Похоже, что правый и левый фланги используют это для координации их действий. Если бы я могла прокрасться в лагерь противника и украсть один из этих барабанов, это нарушило бы их сплоченность – сказала Нейа. — Но это невозможно.

Враг должен знать важность этих барабанов. Поэтому они будут находиться под большой охраной. В таком случае, кто мог бы пробраться в их лагерь?

Возможно, искатель приключений смог бы использовать [Невидимость] или [Тишину], или ещё какие-либо другие заклинания, чтобы вызвать хаос среди врагов, а затем проникнуть в лагерь.

«Нет смысла надеяться на невозможное…»

Тем не менее, не оставалось никаких сомнений, что вражеская армия меняет позиции. Нейа, как и другие ополченцы, нервно приподнялась, пытаясь разглядеть их передвижения.

В этот момент, сердца защитников дрогнули…

Это было чувство, которое рождалось из смеси шока, страха и гнева.

Армия по другую сторону стены, наконец, пришла в движение. Левое и правое крыло сил Альянса Полулюдей продвигались параллельно. Центральная часть войска, уже приблизилась к воротам города в смешанной формации.

Полулюди шли такими уверенными шагами, что казалось, будто они пришли не воевать, а лишь поохотиться на Нейю и остальных.

И, кроме того, было ещё одно подразделение – очень небольшое – которое, казалось, обходило город с фланга.

«Неужели они планировали вскарабкаться на стены? Или это ещё какая-то хитрость?»

В любом случае, враг уже перешёл ко второй стадии атаки. Теперь это уже будет не односторонний расстрел, а полноценная кровавая жатва.

Однако не это было основной проблемой. В конце концов, именно этого они и ждали всё это время – но нельзя сказать, что обрадовались тому, что, наконец, дождались.

Больше всего ополченцев разозлило продвижение левого и правого крыла. В их передовых подразделениях можно было различить представителей множества различных рас. И хотя в них не чувствовалось единства, всех их объединяло две вещи:

Первое – то, что у них были осадные лестницы. Другими словами, подразделение предназначалось, для штурма стен и прорыва внутрь города. Это также означало, что они станут целью Нейи.

И ещё одно – с ними были человеческие дети, привязанные к их телам.

Некоторые из них кричали и вопили, в то время как другие казались слишком изнеможенными. Все они были живыми и голыми.

Нейа сильно закусила губу. Но в то же время, сердце Нейи оставалось на удивление спокойным. Она наблюдала, как на них надвигалась волна полулюдей. Затем достала стрелу из колчана и наложила её на тетиву.

Она, во что бы то ни стало, должна была задержать их.

«Всё ещё рано».

Нейа сделала несколько глубоких вдохов, чтобы сосредоточиться, затем повернулась настолько быстро, насколько могла, и натянула упругую тетиву.

У неё был лишь один миг на выстрел и лишь одна точка, в которую она могла прицелиться.

— Выкуси!

Она выпустила стрелу, которая без колебания пронзила сначала живой щит – грудь ребенка – а затем и получеловека за ним.

Возможно, даже такому мощному выстрелу было бы сложно преодолеть стойкость огра. Однако, получеловек, которого она только что поразила, похоже, не обладал такой живучестью.

Нейа не обратила на это внимания и снова достала стрелу.

Она убила ребенка, привязанного к телу получеловека.

Её руки не переставали дрожать. Её разум словно окутала тьма, а сердце безудержно стучало.

Она знала, что это произойдет и морально была готова к этому, поэтому так реагировала.

Её старая привычка принуждала её достать меч из ножен, но, вместо этого пальцы коснулись тетивы. Это было похоже на то, как будто бы лук упрекал её, что сейчас не время для этого.

Слабый огонь зажегся в холодном сердце Нейи. Он распространился, как лесной пожар, и разогнал холодные ветра, гуляющие в её душе.

Она перестала трястись, и её взор стал на удивление чётким. Её сердце наполнилось чувством справедливости, которое нельзя передать словами.

«Ах, подумать только, что от этого будет такой большой эффект».

Нейа вновь поняла, что слова Короля-Заклинателя о заложниках были правильными.

Первая волна полулюдей, которых атаковала Нейа, заметно замедлились. Это было, потому что они были потрясены, обнаружив, что человеческие щиты неэффективны.

Поэтому ей пришлось закричать. Нейа широко открыла глаза и закричала на смотрящих ополченцев.

— Что вы стоите?! Поторопитесь и бросьте свои камни! Мы не можем спасти этих заложников!

Да. Нейа и остальные не могли спасти заложников. К тому же, они уже видели, что враг сделает с заложниками, потерявшими свою ценность. Поэтому ей нужно было…

Она выпустила ещё одну стрелу, чтобы ускорить полулюдям путь к загробной жизни.

Нейа использовала своё натренированное зрение и увидела, что её выстрел пронзил мальчика в лоб. Она не знала, было ли это потому, что она целилась в довольно прочного получеловека-арматта, или это череп мальчика ослабил удар, но стрела не оказалась фатальной. Тем не менее, строй врага нарушился. Этого следовало ожидать. И люди, и полулюди впадали в замешательство, когда дела шли не так, как планировалось.

И всё же она могла видеть, что линия врага тянулась от одного края её зрения к другому. Их было слишком много. Нейа оказала влияние только на тот участок, в котором она стреляла. В остальном всё продолжалось так, как будто ничего не случилось.

Это было похоже на небольшую вмятину в длинной цепочке.

— Поторопитесь и бросьте камни!

Нейа снова закричала на ополченцев.

Если они не станут бросать свои камни, то всё, что сделала Нейа, будет напрасно. Это было бы ещё более непростительно, чем забрать жизни детей, у которых впереди было будущее.

Враг атаковал слева, справа и спереди одновременно. Лобовое столкновение с противником, который превосходил их в несколько раз, вело к одному итогу: в конечном счете, они окажутся повержены превосходящим числом. Однако, если хотя бы один из врагов замедлится, это снизит давление на них.

Если противник достигнет стен, они взберутся вверх, используя детей в качестве щитов. Если им удастся подняться на стены, ополченцы не смогут оказать сопротивление полулюдям. Им нужно убить как можно больше врагов она, прежде чем они вступят в ближний бой.

«Ополченцам очень сложно убивать детей. Поэтому должен найтись тот, кто готов подать пример, даже если понадобиться замарать свои руки!»

Нейа пристально посмотрела на паладина вдали.

«Ты должен был бы понять это, когда захватывал тюремные лагеря и этот город! Ты должен знать, что Король-Заклинатель совершил верное дело! И ты должен знать, что никто не смог бы сделать этого! И ты уж точно должен знать, что бесполезно мучиться из-за жизней, которых нельзя спасти! Что тебе стоит делать, так это направить всю свою силу для спасения жизней тех, кого ещё можно спасти!»

Нейа пустила очередную стрелу.

Как и ранее, её выстрел убил девочку и получеловека, с которым та была связана.

— Быстрее… – Хотела было снова закричать Нейа, как…

— … Уууууххх!

Возглас пронёсся эхом возле неё, и в это время полетел камень. Казалось, он смёл тревогу в её сердце.

Брошенный камень попал по полулюдям, которые всё ещё колебались. Хоть удар и был далёк от фатального, казалось бы, он нанёс определённые травмы.

— Эй вы, ребята! Поторопитесь, атакуйте полулюдей! Забудьте о детях, которых они держат в заложниках!

Нейа узнала кричащего ополченца.

Он был отцом мальчика, которого убил Король-Заклинатель при их освобождении первого тюремного лагеря.

Нейа была удивлена, увидев его здесь.

— Если они пройдут через нас, то женщины и дети будут страдать ещё больше, чем до того, как мы спасли их! Если вы любите своих детей, тогда кидайте эти камни так сильно, как только сможете!

Его голос, казалось, изгнал все их сомнения, и вскоре за ним последовал залп нескольких камней. Хотя они летели по странным траекториям и совсем не прицельно, факт был в том, что их всё-таки кинули.

К тому времени, как Нейа приготовила свой лук снова, град камней обрушился на полулюдей.

Много из этих камней попали по впереди идущим полулюдям, использовавших детей как мясные щиты. Скорее, будет правильно сказать, что они попадали по детям, привязанным к этим полулюдям, чем по самим полулюдям.

Дети истошно рыдали и вопили. Несмотря на это, камни безжалостно разбивались об несчастных детей. Это была самая трагичная жертва из всех, оказавшаяся между дикостями обеих сторон.

В первую очередь Нейа целилась в этих детей, чтобы прекратить их мучения.

Это был знак уважения к жертвам, которые стоило принести для спасения большинства.

Высунувшись в поисках следующей цели, Нейа ощутила что-то рассекающее воздух в её направлении, но всё, что она увидела, было вспышкой света.

«Это магическая атака врага?»

Нейа замерла на мгновение. В то же время, она почувствовала лёгкий дискомфорт от своего живота. Словно что-то слегка ударило её туда.

Поражённая, она оступилась на шаг назад и услышала стук от удара своей ступни обо что-то. Она посмотрела под ноги и увидела нечто, выглядящее как копьё или гигантская стрела – другими словами, болт баллисты.

Его кончик выглядел так, будто был отбит молотком на правый угол.

Нейа в спешке укрылась за стеной. После этого, она услышала, как ещё что-то массивное ударилось в городские стены.

Холодный пот оросил её спину.

Нейа бессознательно погладила ту часть себя, которой почувствовала удар.

Она вспомнила о том, как Король-Заклинатель в бою с Баззаа бросил в того свой меч, и как меч был отражён полем света вокруг брони Баззаа. Это должно было объяснить только что случившееся.

Похоже на то, что она была спасена бронёй Баззаа, которую ей одолжил Король-Заклинатель. Другими словами, жизнь Нейи была спасена в самый последний момент.

«Это какой-то вид защиты от дальних атак? Мои, плечи, грудь и живот защищены этой бронёй, но что на счёт других частей? Сработает ли эта способность тогда? Нет, важнее то, сколько ещё раз я смогу использовать её? Или это одноразовая штука?»

Без брони, одолженной Королём-Заклинателем, у Нейи был бы насквозь пробит живот.

От этого факта её тело пробила дрожь.

— Хех… хех… хех... Ну, давайте! Подходите ко мне!

Нейа не вошла в радиус действия [Под Божественным Флагом]. Она решила, что это и ненужно, имея Диадему Железной Воли, одолженную Королём-Заклинателем. Потому она ощущала такой страх смерти. Однако слёз в глазах не было. Вместо этого, она сжала свой лук, и снова показалась из-за стены.

Она решила продолжить сражаться, даже если это будет значить отбирать жизни детей.

«Я не потеряю волю к сражению после получения удара такого мелкого, жалкого болта баллисты!»

Это должно было спасти детей, которых они не могли оградить от дальнейших страданий. В то же время, нужно было убить полулюдей, которые втянули их в битву. Пущенная ею стрела заключала в себя обе истины.

Намерение атаковать без сожаления о детях распространялось от её части стены дальше, пока все ни стали бросать камни в полулюдей.

Нейа заметила даже паладинов, бросающих камни.

— Ублюдки! Вы ублюдки!

— Ахх, чёрт бы побрал этих полулюдей…

— Мне жаль! Мне жаль!

— Мне жаль... Пожалуйста, прости меня…

Хотя эти крики раскаяния раздавались повсюду, они не прекращали швырять камни ни на мгновение.

Такова была атака людей, принявших то, что "некоторая кровь должна быть пролита, чтобы спасти наибольшее число жизней".

Однако численность врага была слишком ошеломляющей. К тому времени, как они отбили передний ряд – тех, кто использовал детей как щиты – полулюди уже достигли основания стены, и начали устанавливать свои лестницы одну за другой.

Хотя технологически отсталые полулюди в плане осадных орудий могли сделать лишь тараны и штурмовые лестницы, правда заключалась в том, что не было идеального противодействия ни тому, ни другому. Несколько человек пытались оттолкнуть лестницы с помощью длинных палок, или позволить ангелам уничтожить их, но было слишком много тех, кто не знал, что делать.

— Как насчёт огненных бомб? Возьмите для помощи жрецов, использующих эти заклинания!

— Плохо! Они установили лестницу вон там! Я пойду туда, защищайте это место за меня!

— Кидайте эти камни!

На стенах было большое волнение. Защитники бросали камни или кололи длинными копьями, чтобы откинуть взбиравшихся по лестницам полулюдей, но лестницы вздымались одна за другой, и становилось сложно справиться со всеми.

Несколько полулюдей проворно уклонились от выпадов ополченцев, перехватив их копья и сбрасывая их со стены. Ещё там были такие полулюди, как арматты и блейдеры, чья естественная броня была наравне со стальными пластинами. Они игнорировали копья и продолжали взбираться вверх.

Хотя паладины были натренированы в бою и могли справиться с тяжело-защищёнными полулюдьми, численность противников на вершине стен росла и росла. При появлении разрыва в линии защитников, он моментально заполнялся полулюдьми.

Набравшись решимости, Нейа выглянула из-за зубца стены и выстрелила в бок по взбирающемуся получеловеку.

Скорее благодаря своему оружию, чем умениям, Нейа убивала полулюдей с одного выстрела. Благодаря Последнему Выстрелу Звезды она могла убивать даже прочных арматтов и блейдеров.

Так как Нейа высунулась из-за стены, её было ясно видно, из-за чего она получила несколько ударов камнями от обезьяноподобных полулюдей, пожирателей камней. Эти камни могли оставить вмятины даже в стальных пластинах. Хоть Нейа и была защищена бронёй Баззаа, однако она всё же получила ушибы с синяками или даже пару переломов.

Хотя она сильно потела, но не прекращала стрелять по полулюдям ни на мгновение.

«Я могу использовать это... Но у меня есть мана лишь для одного использования ожерелья, одолженного Его Величеством, так что я должна сохранить её!»

Пока она продолжала делать выстрел за выстрелом, часть её разума пыталась посчитать, сколько она сможет продержаться. В конце концов, единственное использование Нейей восстанавливающей магии было её козырной картой.

Она вытаскивала стрелу из колчана, накладывала её на тетиву лука, целилась в голову или сердце получеловека, и отпускала её. Она повторяла эту последовательность снова и снова бесчисленное количество раз.

Очередной попавший в неё камень ударил достаточно сильно, чтобы выбить стрелу из её руки.

Нейа поспешила скрыться за зубцом стены.

Она выронила свою стрелу из-за сильно брошенного камня пожирателем камней, но это была не единственная причина.

Паладины использовали мечи. Как оруженосец, она обучалась владению мечом, поэтому даже если она знала основные принципы стрельбы из лука, она не проводила много времени, практикуясь в стрельбе. Это отсутствие практики сейчас привело к судорогам в её руке и болям в пальцах.

Если она не сможет использовать лук, то будет только мешаться. Было слишком рано, чтобы использовать козырь сейчас, но у неё не осталось никакого другого способа восстановить способность сражаться.

— Активация предмета: [Мощное восстановление]!

Мана потекла из тела Нейи, и это заставило её почувствовать легкое головокружение. Она не сможет сделать это во второй раз.

В то же время вся боль в её теле исчезла, будь то судороги рук или ноющие пальцы.

— Я могу продолжать!

Нейа снова высунулась и продолжила стрелять.

К счастью, силы Ялдабаофа обладали некоторой степенью руководства. В противном случае, баллисты продолжили бы стрелять в Нейю, чтобы убить её без колебаний. Но так как ими руководили, они не стреляли из-за страха поразить своих товарищей, взбирающихся по лестницам.

Нейа сосредоточилась на стрельбе, и, в конце концов, рука, которая потянулась к её колчану, вернулась пустой.

Она впала в панику, осознав, что у неё больше нет стрел.

Именно тогда кто-то из ополченцев закричал.

Перед лестницей стоял очень внушительно выглядящий обезьяноподобный получеловек. Хотя он и был пожирателем камней, как и те, что внизу кидались камнями в Нейю, в отличие от них, его телосложение было превосходным. Он излучал ауру могущественного существа, хотя и несравнимую с Баззаа.

В правой руке он сжимал грубо сделанный двуручный меч, похожий на мясницкий тесак. Другая рука держала шлем, в котором, кажется, что-то было. Это была голова паладина, командовавшего этой частью стены.

— Великий Джаджан из племени Лагон заполучил голову вражеского командира! Теперь, вы собаки, убейте их! Убейте всех людей!

***

Ситуация сразу же стала мрачной.

Паладинов было немного, и смерть кого-то из них означала, что сила обороны данной области стены резко упадет.

Но это было не всё.

Разница в силе паладинов и ополчения была огромна, даже если эти паладины и не были частью отборной элиты. Ополченцы никоим образом не могли победить получеловека, который мог прикончить паладина.

Пока ополченцы стояли, парализованные страхом, полулюди забирались по лестнице позади уже упомянутого пожирателя камней Джаджана. Словно поток воды, прорвавший плотину, они врывались на стены. Один становился двумя, а двое сразу же обращались четырьмя.

Полулюди быстро заполняли верха стены, а количество защитников, в свою очередь, быстро таяло.

Полулюди и ополченцы. Разница в их способностях была очевидна для каждого.

В панике Нейа осмотрелась вокруг.

Стрелы. Она не могла ничего сделать без стрел.

Она водила глазами, подобно пустынному путнику, ищущему оазис, и увидела совершенно вымотанного солдата, опирающегося на стенное укрепление. Позади него стоял колчан со стрелами.

«Вот оно! Я возьму стрелы раненого и отправлю его в тыл».

Но, добежав до него, Нейа тяжело вдохнула. У бедняги недоставало половины лица. Он явно был мёртв.

Скорее всего, он получил прямое попадание от пожирателя камней. Его мозги вытекали наружу, а остекленевший взгляд оставшегося глаза был направлен в никуда. Подобная судьба, вероятно, скоро ждала и Нейю.

Она присмотрелась и обнаружила ещё несколько подобных трупов. Её обычно чуткий нос наконец-то уловил тягучий запах выпущенных наружу внутренностей. Хотя, скорее всего, дело не в носе, а в разуме, только сейчас осознавшем ситуацию.

Почувствовав, как овсяная каша поднимается в горле, Нейа всей своей волей заставила себя проглотить её обратно. Сжав зубы, Нейа переложила стрелы из колчана безымянного лучника в свой. Пополнение своего колчана воспринималось почти как восполнение боевого духа.

«Я всё ещё могу сражаться. И есть ещё многое, что я могу сделать…»

Закончив перекладывать стрелы, она сложила руки лучника и закрыла его оставшийся глаз. У неё не было свободного времени на это, но она не смогла удержаться.

— Я буду сражаться и ради тебя, до самого конца…

Повернувшись и встав, Нейа больше не бормотала себе под нос.

Её дух поднялся на такие вершины, которых никогда не достигал, и все её пять чувств обострились как никогда. Она чувствовала себя продолжением лука в своей руке.

Вершина стены была погружена в хаотичный ближний бой. С умениями Нейи, казалось, что поразить Джаджана, до сих пор державшего голову паладина, было невозможно, учитывая, сколько между ними было ополченцев и врагов. Однако…

«У меня есть наручи! И Последний Выстрел Звезды, данный мне Его Величеством! Я смогу сделать это!»

Наполненная этой сильной уверенностью, она выпустила стрелу.

К моменту, когда Джаджан услышал свист рассекаемого воздуха, было уже слишком поздно.

Стрела пробила ему голову, и Джаджан безвольно упал на землю, после чего Нейа триумфально выкрикнула:

— Джаджан из племени Лагон пал от руки Нейи Барахи!

Пусть она и выкрикнула эти слова, ей не ответили волной радостных выкриков. Но этого и стоило ожидать. Радостным вскрикам нет места в смертельной битве. Поняв это, Нейа слегка покраснела, но ей удалось произвести впечатление и потрясти полулюдей. Она почувствовала, что давление, оказываемое на людей, начало ослабевать.

Они всё ещё не проиграли.

Нейа снова достала стрелу и повернулась, выискивая подходящего получеловека, и выпуская в него стрелу. Получив её в голову, тот свалился со стены.

Рука Нейи потянулась за следующей стрелой. Она делала это так свободно, как будто у неё за плечами были годы практики. Стала ли она в этот момент таким же мастером стрельбы из лука, как её отец?

В течение этой битвы мастерство Нейи с луком быстро улучшалось. Так ей удалось свалить Джаджана, пусть он и был ранен в битве с паладином.

В хаосе битвы Нейа выискивала себе новую жертву.

«…Почему они не атакуют меня, я же лучница?»

Ответ пришел вместе с прямым попаданием стрелы в череп следующего получеловека.

— Не приближайтесь к этому человеку! На ней броня Великого Короля!

— Великого Короля?!

— Великого Короля Баззаа?! Броня Великого Короля Баззаа?!

Чуткие уши Нейи улавливали ропот полулюдей.

— В этом никаких сомнений! Это броня Баззаа!

— Только не говорите мне, что именно этот человек сразил…

«А! Так вот оно что?! Когда Король-Заклинатель говорил, что эта броня защитит меня, он говорил не об её свойствах, а о репутации убийцы Баззаа?!»

Имя Великого Короля Баззаа было широко известно среди сил полулюдей. Поэтому полулюди, взобравшиеся на стену, были под ложным впечатлением, что сражаются с воином, сразившим Баззаа. И то, что Нейа убила получеловека-вожака с одного выстрела лишь, добавило этому обману правдоподобности.

Поэтому они отказались идти против неё, хотя знали, что Нейа – лучница.

«Он и это принял во внимание? Меньшего и не ожидалось от Короля-Заклинателя».

По всей вероятности, немногие полулюди будут преследовать её сейчас, даже если она попытается сбежать. Они, вероятно, будут уделять приоритетное внимание удержанию своих позиций, а не преследованию сильного врага, даже если они совершают ошибку. Поэтому жизнь Нейи, вероятно, не была в большой опасности. Совет Короля-Заклинателя «бежать к восточным воротам» внезапно дошел до её ума, но, всё же, она не думала, что сможет так поступить.

Нейа выпустила ещё одну стрелу и убила ещё одного получеловека.

— Оооо! Этот… снова этот пронзающий взгляд…

«Взгляд?.. Ну, я смотрю на них, и что?..»

— Это глаза того, кто убивает, как будто это его истинная природа! Это... Эта человеческая свинья... в ней что-то неправильное!

«Возможно… взгляд…»

— Посмотрите на этот лук! Такой великолепный! Это всё не только её навыки!

«Хехе».

— Безумный Лучник!

«…Что?»

— Что это за имя такое? Ты знаешь этого человека?

«…Нет, нет…»

— Это прозвище этого человека?

«…спокойно…»

— Я когда-то слышал, что есть человек-лучник с дьявольским лицом и взглядом, и с удивительными навыками... Может быть это она?!

«Это был мой отец, а не я!»

— Это Безумная Лучница! Лучница, которая убила Баззаа!

По какой-то причине, прозвище "Безумная Лучница" распространилось в рядах полулюдей, как волна. Они уже всё решили! У Нейи больше не было возможности поправить их.

Когда Нейа перестала стрелять, ополченцы сдвинулись к ней.

— Всем держать позицию! Не позволяйте полулюдям дойти до девушки!

— Ооохх! Сформировать ряды! Вспомните свои тренировки!

— Двигаемся вперёд!

Около 20 ополченцев планировали использовать себя в качестве щита для неё.

— Просто убей этих ублюдков ради нас! Мы защитим тебя!

— Поняла.

Звук хлопающих крыльев донёсся со стороны вражеского лагеря.

Нейа повернулась и направила стрелу на источник звука.

Её глаза увидели крылатых полулюдей, поднимающихся из вражеских построений. Их было очень много.

Хотя казалось, что пролететь за стены должно было быть их целью, некоторые из них помчались на Нейю.

Она сделала вдох и натянула тетиву. И тут её разум будто вошёл в некий транс. Она уже даже не пыталась целиться. Мир вокруг неё будто стал безмолвным, чисто-белым, где всё видимое вокруг – это её враги. Нейа спокойно пускала стрелу за стрелой в каждого из них. В этот миг её скорость стала нечеловеческой, а точность практически механической.

После расстрела крылатых полулюдей и их падения, Нейа слегка выдохнула. Состояние такой гиперфокусировки прошло, и она вновь стала слышать звуки и нормально видеть.

И вдруг со стороны она мельком что-то заметила. Она хотела увернуться, но поток боли прошёл по её левой руке.

Ее рука была разорвана на части когтями арматта.

— Гвааааааааа!

Несмотря на крик боли, Нейа всё ещё заставила себя вытащить ещё одну стрелу. Но затем она подумала, что, возможно, не сможет должным образом натянуть тетиву. В таком случае, предпочтительнее использовать меч.

Её нерешительность стала огромной слабостью, и дико выглядящий арматт поднял руку, готовясь нанести следующий удар в лицо.

Она хотела отступить, но её противник был превосходным бойцом и сумел быстро сократить расстояние до неё, поэтому она не могла уклониться.

Сильная боль заполнила её лицо. Хотя ей удалось повернуть голову и, таким образом, избежать того, чтобы ей вырвали глаза, когти рассекли левую щеку и открыли рану, позволяющую видеть внутреннею часть рта.

Свежая кровь наполнила её рот, и металлический привкус распространился по языку. Кроме того, она чувствовала, как тёплая кровь сочится из щеки, стекая по шее и груди.

У Нейи не было времени, чтобы достать свой меч, и поэтому она ударила луком в лицо арматта.

Арматт, вероятно, не ожидал, что она попытается ударить его луком, поэтому попытался отступить, чтобы избежать атаки.

Она не могла нормально двигать левой рукой, чтобы использовать лук, поэтому правой рукой выхватила меч.

Нейа ударила клинком, как будто вливала в него свою жизнь. Арматт немедленно контратаковал острыми как бритва когтями. Но ополченцы поблизости ранили его ноги, и его удар отклонился. Коготь прошёл мимо её уха на полдюйма, но при этом её стальной клинок погрузился арматту прямо в горло.

Она взглянула вниз на арматта, рухнувшего замертво, а затем осмотрела ситуацию.

Сосредоточившись на выстрелах, Нейа не заметила, что прикрывающих её ополченцев почти всех убили. Полулюди практически припёрли к стене Нейю и её последнюю пятерку защитников.

Ближайшее подкрепление сражалось на другой стороне стены с полулюдьми. Им было бы затруднительно помочь ей здесь. Честно говоря, они, похоже, увязли в ближнем бою, поэтому никак не могли прямо сейчас прийти ей на помощь.

Там, где стояла Нейа, было более 30-ти полулюдей, а на её стороне было всего лишь пять человек.

Нейа взглянула на полулюдей, и они немного попятились, ослабив давление на них.

— Мои извинения, Бараха-сан!

Ополченцы, которые были прижаты к стене, образовали собой щит перед Нейей.

— Мы не позволим этим ублюдкам пройти мимо нас, даже если это последнее, что мы сделаем!

Мужчина, сказавший это, был примерно сорока лет, с выступающим пузом. Он выглядел довольно трусливым. Однако его лицо было красным от напряжения битвы. Всё его тело было покрыто кровью, и невозможно было определить, его она или врагов. Несмотря на это, он отказался сдаваться, стоя гордо с непоколебимым духом.

Сейчас он, безусловно, был похож на настоящего воина.

— Спасибо! – выпалила Нейа, выплюнув свежую кровь, которая собралась во рту. — Я оставлю это на вас!

Он не был одинок в своей решимости. Ни один из павших ополченцев, защищая Нейю, не сдвинулся ни на шаг с линии защиты. Что ей оставалось, кроме как верить в них?

Взгляд мужчины перешёл к левой руке Нейи, и его лицо окаменело.

— У Вас кость видна…

— Пожалуйста, не обращайте внимания. Мне становится больно, когда Вы напоминаете мне.

— Ах... извините.

После того, как кто-то достигнет определенного мастерства в навыках паладина, то сможет использовать заклинания восстановления низкого ранга. Однако Нейа была только оруженосцем, поэтому она не могла этого сделать. Поблизости не было ни паладинов, ни священников, и мана ещё не восстановилась, чтобы снова использовать магический предмет. Наверное, будет лучшей идеей отказаться от использования левой руки в этой битве.

Нейа посмотрела на полулюдей, но даже простое движение глазами вызывало боль на её лице.

Боль сделала её взгляд гораздо более зловещим, и полулюди насторожились.

— Бараха-сан, Вы перестреляли всех, кто нападал на нас. Так что нам удалось выжить.

Если бы полулюди напали одновременно, то ополченцы, скорее всего, пали бы тотчас. Тем не менее, они опасались Нейи, поэтому не могли напасть одновременно. На самом деле, она понимала их осторожность, слыша речь полулюдей.

— Безумная Лучница... Теперь она способна лишь положиться на меч.

— Не теряйте бдительность. Она просто притворяется, что не может использовать меч, чтобы обмануть врагов.

— В самом деле? Ты довольно умён.

— Стоит ли нам позвать змеелюдей, чтобы они расправились с ней с помощью копий?

В своём сердце Нейа смеялась над ними. Похоже, что она получила совершенно незаслуженную репутацию благодаря магическому луку и броне Баззаа.

— … Есть ли надежда для меня?

Нейа задала себе вопрос достаточно тихо, чтобы полулюди не услышали, и затем она рассмеялась.

— … Если это лук... лук, который я получила от Его Величества, Последней Выстрел Звезды, то стрельба не была бы проблемой, но…

Мужчина попытался произнести имя лука, а затем он грустно рассмеялся.

— На самом деле… хм, всё плохо. Тогда, Бараха-сан… спрыгните со стены и бегите. Вы должны жить.

Нейа взглянула на него.

— О-ох! Пр-простите меня. Для Вас естественно сердиться на мои слова. Но, но… хоть я не знаю, какой ад Вы пережили, Вы похожи на мою дочь... Я понимаю... Но, позволить такой девушке погибнуть…

«Я не сердилась, я просто посмотрела на тебя как обычно».– Эта мысль пришла ей в голову, но для неё это было обычным явлением, и она не обижалась.

Мужчина говорил правду. Было бы логично пока отступить, чтобы получить медицинскую помощь и снова воспользоваться своим луком, нежели размахивать непривычным для себя мечом.

«Что случиться с ними, если я так поступлю? Я прекрасно понимаю, что не могу помочь им, даже если останусь здесь и продолжу биться. Я просто умру. Но…»

Нейа переложила лук в свою левую руку и отложила его в сторону.

«Я должна вернуть оружие. Здесь много причин, почему мне следует бежать. Но, что подумают враги, если я убегу, держа в руках оружие, которое дал мне Его Величество? В этом случае…»

— Как я могу убежать?! – Проревела она. — Как могу я – человек, лично получивший оружие от Его Величества – повернуться и убежать?!

Она сжала меч в своей правой руке.

Возвращать добро добром – вот, что значит быть человеком.

Люди этой страны, особенно главы паладинов, не были способны на это, но она хотела показать Королю Заклинателю, что не все люди в этой стране были такие.

— Ияяяаааа!

Нейа собралась с духом, испустив боевой клич, который скорее напоминал вопль. С того времени, как она больше не могла использовать свой лук, ополченцы, защищая её, умирали практически просто так. В таком случае, она должна воспользоваться ошибкой своего противника, переоценившего её силу, и атаковать, пока враг колеблется.

Враги, вероятно, не ожидали, что Нейа бросится навстречу такой толпе, и поэтому они двигались неуверенно и настолько медленно, что даже скудного искусства фехтования Нейи хватало для того, чтобы сокращать их численность.

Ополченцы, стоящие позади Нейи, последовали её примеру.

Нейа взмахнула своим мечом.

Клинок оказался отбит, и получеловек нанес удар в её открывшееся тело. Но вместо чувства пронзаемой человеческой плоти, ощутил лишь жёсткое сопротивление доспехов Баззаа.

Нейа вонзила в него свой меч.

Она прорезала тело получеловека, и когда вытащила меч, его органы вывалились следом. Прежде чем один получеловек успел упасть на землю, когти другого впились ей в лицо. Рваная рана на левой щеке оказалась ещё больше, чем на правой. Ноги наполнились сильной болью.

Получеловек вонзил свой кинжал в ополченца глубоко внутрь тела. Тот упал.

Взмахи мечей.

Ещё два ополченца упали наземь.

Рухнул ещё один получеловек.

Ополченцы убиты.

Вокруг остались только враги.

Дыхание Нейи сбилось, а сильный стук сердца в груди раздражал её.

Части её тела, пораженные в ходе боя, причиняли невыносимые муки, когда она пыталась пошевелить ими.

«Я боюсь»

Нейа была напугана.

Она умрёт здесь.

Она была готова встретить здесь свою смерть, но мысль об этом страшила её.

Враг превосходил их числом. Кроме того, в бою один на один, они были намного лучшими бойцами, чем люди.

Все обстоятельства склоняли чашу весов в пользу противника, а единственное преимущество людей заключалось в оборонительной позиции.

Учитывая этот факт, было бы странным, если бы она не умерла тут.

Даже так, смотреть смерти в глаза было страшно.

Фраза «восточные ворота» сказанная уважаемой ею личностью, звенела у неё в голове. Она желала жить, не смотря на готовность умереть.

Нейа когда-то задумывалась о том, что происходит, когда люди умирают.

Что произойдёт в момент её исчезновения из этого мира?

Её душа вернётся в Великую Реку, где боги будут судить её? И тем, кто делал добрые дела, разрешено будет войти в землю вечного покоя, в то время как людей, которые совершали дурные поступки, отправят в край мучений?

Тем не мене, даже, если она сделала достаточно хороших дел в течение своей жизни, чтобы достичь внутреннего покоя, она всё ещё боялась столкнуться с концом своей жизни.

Она взмахнула своим мечом. Любой атакующий, даже в случае окружения, будет яростно отбиваться от врага.

Однако такой бессильный удар просто не мог стать для врага фатальным.

Мечи пронзили броню Нейи, и она вся покрылась ранами.

Нейа всё ещё жила благодаря броне, которую ей любезно предоставил Король-Заклинатель. Она бы давно умерла без неё. Действительно, она стала бы трупом, как те бесчисленные ополченцы и горожане, которые лежали повсюду, словно выброшенный мусор.

«Я, должно быть, действительно плохо выгляжу».

Нейа смеялась над собой за то, что могла думать о таких неуместных вещах, даже когда была так близка к смерти.

Она поскользнулась в попытке нанести очередной удар. У неё свело левое бедро, правое же было травмировано и не позволяло ей стоять ровно.

Она потеряла равновесие и, падая, прислонилась к бойнице. Но это было всё, что она могла сделать, чтобы не рухнуть.

Мир становился белым, словно облака, и она слышала далёкое, хрипящее дыхание.

Это был раздражающий звук. Она задавалась вопросом, кто его издаёт, и поняла, что это была она сама.

Она была на пределе.

Она умрёт.

— Ещё немного и Безумная Лучница умрёт!

— АААА! Теперь все вместе!

Голоса полулюдей пришли издалека.

«Это… правда, больно…»

Нейа больше не могла разобрать, о чем говорили полулюди. Однако вряд ли хвалили её. Поскольку её мысли затуманивались, она больше ни о чём не могла думать.

Она просто размахивала мечом в руке, чтобы держать их подальше – её атаки должны были держать врага в страхе.

«Я… так боюсь... Но все… ждут меня…»

В этом белом и облачном мире она увидела улыбки своей матери, своего отца и своих друзей из своей родной деревни.

«Кто … они... Ах, это… Бу-чан … Мо-чан… Дэн-нии…? Мне … страшно … Ваше Величество…»

Легкие, сердце, руки, голова – всё её тело хотело отдохнуть.

Нейа больше не могла сопротивляться этому искушению, но всё же, она ещё не сломалась. Почему так? Она боялась смерти. И она была полна убеждений оруженосца – бороться до самого конца.

Кроме того, она хотела добиться результатов, достойных того, что от неё ожидали.

Полулюди пронзили её тело своим оружием.

На этом жизнь Нейи Барахи прервалась.

Часть 4

Воздух на поле боя имел уникальный запах. Спутанное месиво всех привкусов, или попросту говоря, отвратительное зловоние. Однако к такому можно было привыкнуть.

Единственный человек перед закрытой опускной решёткой – Ремедиос – сделала несколько глубоких вдохов зловонного воздуха.

Её глаза были направлены на наступающую силу перед ней, насчитывающую более десятка тысяч полулюдей.

Лидерами штурма этого места были огры и лошадеподобные полулюди. Ремедиос крепко сжала свой святой меч.

Ей нравилось использовать меч для решения проблем. Она обожала это. Такой метод чётко определял победителей и проигравших. В конце концов, проблемы закончатся после устранения противника. Нет противника – нет проблем. Жизнь была бы гораздо легче, если бы все дела можно было решить так просто. Тогда бы её сестра, Келарт, и её госпожа, Калка, больше не хмурили бы брови.

— Ха-а-ах.

Она вздохнула.

После этого Ремедиос подумала о том, что ей предстояло сделать.

Перед боем Густав наговорил много непонятных вещей, но суть была такова, что нельзя пропустить ни одного получеловека через эти ворота.

Численность полулюдей составляла несколько десятков тысяч, и сейчас около 10-ти тысяч устремились к воротам.

«Сражайся мы на равнинах, задача была бы непосильной, но здесь я могу использовать ворота для ограничения одновременного числа нападающих. Так что, пока я буду сражаться в таком узком проходе, будет довольно легко их сдерживать! Нужно лишь пить зелья восстановления сил, и тогда один на один с ними можно биться хоть 10 тысяч раз!»

Если бы Густав был здесь и услышал это, выражение его лица выглядело бы примерно как: «Ты это серьёзно?». Представив эту картину в голове, Ремедиос рассмеялась. Всё же идея была действительно нелепой, так что не странно, что Густав так часто в отчаянии хватался за голову.

«Смотри, как превосходен мой план! Калка-сама сказала, что раз я воин, то могу оставить управление кому-то другому. И Каспонд-сама выглядит отличным кандидатом».

— Ухум – кивнула Ремедиос.

После этого она подумала о единственном недостатке в своём плане – биться один на один хоть 10 тысяч раз.

Существование Ялдабаофа.

План Ремедиос развалится, встреть она кого-то сильнее её.

Хотя в повседневных вопросах она была не умнее среднестатистического обывателя, но в вопросах битвы её можно было назвать удивительно смышленой.

Именно потому она понимала, что ей будет очень сложно победить Ялдабаофа. Но она, конечно, не могла признать это перед своими подчинёнными, будучи сильнейшим паладином в Святом Королевстве. Ведь если она признает своё поражение перед ним, мораль её подчинённых может упасть ниже некуда.

Вот почему они должны были привести Короля-Заклинателя.

«Король-Заклинатель, хах…»

Факт того, что они доверили судьбу страны нежити, вызывал у неё рвотные порывы. Однако у них не было другого выбора.

«Тц. Если бы только это неживое существо вступило в бой исподтишка, вроде использования тех козлов или овец, уничтоживших всё войско Королевства, не пришлось бы пожертвовать никем из невинных. Разве нежить не понимает, что сильные должны защищать слабых? Однако… является ли эта нежить действительно сильной?»

Взять город штурмом в одиночку было впечатляющим подвигом. Баззаа, со слов Густава, был известным получеловеком, и победа над ним также была довольно выдающейся. Однако Ялдабаоф – это уже совсем другое дело. У неё были сомнения касательно того, что даже заклинатель, завоевавший город без поддержки, сможет действительно победить его.

Возможно, она узнала бы правду, скрести она мечи с ним хоть раз, но Густав отчаянно просил её этого не делать. Потому она не знала, насколько Король-Заклинатель был действительно могущественен.

Поэтому Ремедиос оставалась скептична к силе Короля-Заклинателя

Она лично на себе ощутила мощь Ялдабаофа, когда он показал свою истинную форму, но не чувствовала ничего подобного от Короля-Заклинателя. Если он действительно мог сокрушить армию Королевства, тогда он должен был быть окружён нескрываемой аурой силы.

Было ли это потому, что он был заклинателем? Тем не менее, будь он на уровне Ялдабаофа, она должна была ощутить хоть что-то от него.

«Было бы неплохо, обладай он заявленной силой. Ну, мы немного потеряем, если он умрёт. Это неживое существо будет проблемой для Святого Королевства в будущем. В идеале, хорошо бы, если они просто поубивали друг друга».

Мнение Ремедиос не изменилось даже после протестов подчинённых. Нет, оно только глубже укоренилось после того, как Король-Заклинатель убил мальчика, взятого в заложники.

Как паладин, она не могла терпеть никого, способного спокойно совершать такие бесчеловечные действия.

«Я уверена, люди в стране этой нежити на самом деле были управляемы страхом, верно?»

Размышляя над этим, она обнаружила много деталей, указывающих на это. Возможно, позволить ему и Ялдабаофу убить друг друга пойдёт на пользу и тем людям тоже.

«Проблемой являются люди нашей страны. Густав был прав, сказав, что это наш шанс показать свою силу и искоренить глупые слова Короля-Заклинателя... Всё же, если появится Ялдабаоф, мы должны дать ему заняться этим делом».

Ремедиос схватилась за голову.

Было сложно представить, что граждане страны под управлением такой удивительной личности, как Калка, могли терпеть какую-то нежить. Даже размышление об этом должно было возмутить их.

«И оруженосец Бараха... Хм... Возможно, она находится под воздействием какого-то заклинания или навыка? Да! Он вполне мог использовать какое-то массовое заклинание очарования на окружающих его людей!»

— Чёрт! – Выругалась Ремедиос. Она не рассматривала такую возможность.

«Я должна поговорить с Густавом об этом. Тем не менее, придётся подождать, пока мы не выиграем эту битву!»

Ремедиос оглянулась.

Позади неё стояли чёткие ряды ополченцев, державшие копья и щиты.

— Храбрецы! К сожалению, Святое Королевство находится под атакой полулюдей. Но мы должны встретить их! Повергните полулюдей и спасите невинных граждан – ваших друзей и ваши семьи – от страданий! Это первый шаг на пути к нашей цели: изгнать этих ублюдков и возвратить Святое Королевство нашими собственными руками!

Пока Ремедиос внушительно кричала, лица ополченцев приняли тревожный вид.

— Грязные полулюди атакуют здесь. Господа! Поднимите свои щиты и колите своими копьями! Станьте непреодолимой стеной для врага! Нет нужды бояться. В отличие от первого нападения, единственные полулюди, с которыми вам придётся иметь дело – это те, кто побежит от меня! Всё, что вам нужно сделать – задержать их до тех пор, пока паладины со мной не сразят их!

Это немного сняло напряжение. Хотя быть чересчур расслабленным – нехорошо, быть слишком напряжённым – ещё хуже.

Ремедиос подумала о том, что все видимые ею ополченцы были в идеальном настроении.

— Вы тренировались весь вчерашний день! Всё, что вам нужно сделать сейчас – это продемонстрировать плоды этой тренировки. Не стоит волноваться!

Ремедиос остановилась на мгновение и затем прокричала громче прежнего.

— Первый ряд! Поднять щиты!

Первый ряд ополченцев, которые будто окружали ворота, скрепили свои щиты.

Это были большие щиты, способные полностью скрыть человеческое тело, и снизу были выложены шипами длинною с палец.

— Вонзить щиты!

Щитоносцы ударили шипастыми частями вниз со всей силы. Таким образом, они моментально создали стальную стену.

Вчера эти щитоносцы энергично упражнялись в трёх действиях. Первым было – поднять большие щиты в воздух и ударить ими обратно вниз, чтобы вонзить шипы глубоко в землю. Вторым было – не дрогнуть, независимо от вражеской силы.

— Второй ряд! Поднять щиты!

Хотя носимые ими щиты были примерно того же размера, что и у первого ряда, у них не было шипов. Эти щиты проходили над головами первого и второго рядов, как крышка поверх них.

Таким образом, они защищали от атак и себя и первый ряд.

Были также равномерно распределённые по второму ряду паладины, способные применять [Под Божественным Флагом] для защиты от страха.

— Копейщики третьего ряда, наизготовку! Копейщики четвёртого ряда, наизготовку!

Третий и четвёртый ряды состояли из копейщиков.

Их длинные копья выступали между щитоносцами, а их основания крепко упирались в землю для остановки противника.

Копья третьего и четвёртого ряда слегка отличались друг от друга в том, что последние были чуть длиннее. Обычно они должны были иметь ещё несколько рядов копейщиков для формирования полноценной стены из копий. Но поскольку им недоставало численности, целью было хотя бы перекрыть свободные зоны для предотвращения прорыва врага.

Это было превосходное построение.

Однако оно имело недостаток.

Хоть это построение и работало отлично против обычных воинов, оно было очень слабым против заклинателей или полулюдей с особыми способностями.

Щиты действительно могли заблокировать заклинания вроде [Огненного Шара] и значительно минимизировать нанесённый урон. Однако такие заклинания, как [Молния], пройдут прямо сквозь них. И никто не мог сказать, что у полулюдей нет никого с похожими особыми умениями.

Они знали это, но всё равно тренировались так, поскольку не было другого эффективного построения, которое они могли бы использовать при таких обстоятельствах.

— Отлично! Пора начинать! Открыть ворота!

После приказа Ремедиос решётка ворот начала подыматься. Наступающие полулюди оказались потрясены и замедлились. Защитники сами открывали ворота? Оптимисты посчитают, что это капитуляция, но реалисты сказали бы, что это ловушка.

Ремедиос засмеялась.

— Вы грязные полулюди! Подходите, кто смелый! Я сниму с вас шкуру!

Разъяренные насмешкой жалкого человечишки, полулюди бросились в атаку.

Ремедиос развернулась назад и побежала. Положив обе руки на щиты ополченцев, она перепрыгнула их.

Полулюди рванули за ней, но некоторые упали возле ворот.

Там было налито большое количество масла. И тех, кто упал, ожидали только два варианта: либо они затормозят тех, кто позади них, или же будут просто растоптаны ими.

К сожалению, такие большие полулюди, как огры, не упали, и проникли в город. Лошадеподобные полулюди поскользнувшись, замедлились.

Внезапное падение полулюдей при таком чудовищном разбеге можно сравнить с падением с боевого коня. Однако, если бы они смогли преодолеть это препятствие без потерь, для людей битву можно было бы считать проигранной.

Огры продолжали атаку, хотя их темп сбился. Они качали свои большие кувалды взад и вперед, но копья были длиннее по сравнению с ними, и несколько огров, не способных оценить дистанцию, напоролись на них.

К сожалению, огры не были такими хрупкими, чтобы быть убитыми этими копьями.

— Сейчас! Бросайте!

В соответствии с указаниями Ремедиос, над головами ополченцев и огров пролетели зажигательные бомбы, и вслед за раздавшимися звуками бьющейся керамики, поднялся огонь. Возникшая стена пламени захлопнула полулюдей в ловушке адской печи.

Полулюди должны были предвидеть что-то подобное, но Ремедиос была уверена, что пламя окажется далеко за пределами того, что они ожидали. Это произошло потому, что и масло на земле, и масло на их телах загорелось сразу.

Огры, стоящие напротив щитоносцев, начали колебаться.

Такая реакция вполне ожидаема, принимая в расчет адское пекло, раскинувшееся прямо за их спинами.

То, что у них кожа толще, чем у человека, совсем не значит, что они не могут быть сожжены.

Из окрестностей ворот поднялись вопли. Однако не многие из полулюдей утратили способность сражаться, несмотря на то, что их охватило такое интенсивное пламя. Всё благодаря их невероятной живучести.

У полулюдей было лишь два варианта. Либо они наступают, либо отступают.

Чёрный дым блокировал их обзор. Таким образом, у них не было выбора. Хотя многие полулюди могли видеть в темноте, но эти способности не позволяли видеть сквозь дым.

Никто не сможет действовать вслепую, вдыхая дым и сгорая в пламени.

К тому же, остальные полулюди позади всё напирали, штурмуя город. В таких обстоятельствах, передним было невозможно отступить. На самом деле полулюди за воротами были отрезаны и заблокированы огнём, но из-за окружавшего дыма задние не могли этого знать.

Поэтому, полулюди выбрали наступление.

Всё было, как и предсказывала Ремедиос.

Полулюди пытались продвинуться вперёд, полагаясь на свои мощные тела. Однако…

Построение щитоносцев продолжало поддерживать стену щитов, даже несмотря на вздымающийся чёрный дым.

— Копейщики! Оттянуть копья!

По команде копья оттянулись назад

— Копейщики! Выпад!

И все копья разом сделали выпад вперёд.

Полулюди начали кричать от боли, думая только о том, чтобы выйти из дыма. Сейчас, когда защита и отступление были очень трудными, они ещё столкнулись и с копейщиками. Однако, сила обычных ополченцев слишком мала, для того, чтобы пронзить тело получеловека. Это было особенно верно для отборных полулюдей, предназначенных для штурма ворот.

Однако это не было проблемой. Ремедиос понимала, что первая волна атаки не сломает их оборону. Пока щитоносцы будут на месте, копейщики будут атаковать снова и снова.

— Оттянуть копья!

Как только она повторила приказ, Ремедиос перепрыгнула через щиты и вырезала полулюдей, по которым не попали копья.

Черный дым заполнял её глаза и горло, но у неё не было времени беспокоиться об этом. Было очень мало полулюдей, которые прорвались через масло и решётку ворот – около 50-ти, не больше.

Сначала она убьет всех их и ослабит желание врага сражаться. Поскольку они были частью авангарда, они, безусловно, должны быть высоко мотивированными элитными войсками. Уничтожение их было более эффективным, чем убийство простых солдат.

Ремедиос спокойно дышала и убивала одного получеловека за другим.

Большие полулюди, такие как огры, не могли в полной мере использовать свои способности в плотном ближнем бою.

Святой меч рубил всё без всякого сопротивления.

В итоге, силуэты полулюдей исчезли из её, наполненного слезами, взора. Тем не менее, она всё ещё могла слышать большое количество полулюдей по другую сторону дыма. Они, возможно, меняли построения боевых порядков.

Когда Ремедиос немного отошла из дыма, перед ней появились силуэты нескольких полулюдей.

— Капитан! Возвращайтесь! – Прокричал её подчиненный паладин, используя в это время [Под Божественным Флагом].

Однако Ремедиос не отступила. Её инстинкты говорили ей что-то.

Дым стал редеть, и она ощутила, как три получеловека медленно подходят к ней. Вскоре её предчувствие подтвердилось.

Один из них был воином с верхней частью тела монстра-получеловека, а нижней – животного-хищника.

Другим – четырёхрукая женщина-получеловек, без оружия в руках.

И последним был обезьяновидный получеловек, увешанный золотыми украшениями и тоже без оружия.

Изначально Ремедиос планировала собственноручно убить здесь 10 тысяч полулюдей, и была уверена в своей способности сделать задуманное. Однако теперь она почувствовала, что сразиться с этими тремя одновременно будет чрезвычайно опасно.

Их было всего трое. Несмотря на то, что она не смогла нормально рассмотреть их из-за дыма, она могла сказать, что они полны уверенности, учитывая их неспешную походку. Даже их товарищи-полулюди, казалось, передали свою задачу этим троим, не желая подходить к ней ближе.

«… Они сильны. Не знаю, смогу ли я победить, даже если буду биться с ними один на один... Или всё-таки смогу? Но у меня точно нет шанса в бою против трёх одновременно».

Инстинкты Ремедиос кричали ей бежать, а не сражаться против них одновременно. Но как ей бежать? Она не имела понятия. Напротив, если бы она победила этих полулюдей, то это означало бы безоговорочную победу на этом участке поля боя.

Ремедиос крепче ухватила свой священный меч и заговорила, не оглядываясь.

— …Паладин Сабикс. Паладин Эстебан.

Оба ответили:

— Да!

По звукам шагов она поняла, что они подошли к ней.

— До тех пор, пока я не убью одного из них, вы можете отвлечь двух других?

Оба ответили в унисон:

— Оставьте это нам!

Инстинкты Ремедиос говорили ей, что она поступает неразумно. Возможно, они способны купить ей несколько минут. Стоит отправить больше людей, чтобы отвлечь остальных двух полулюдей?

«Нет».– Ремедиос покачала головой.

Её противниками были всего три получеловека, которые сами так уверенно вступили в бой. Очевидно, что они были уверены в свои способностях и хотели продемонстрировать свою силу. Такие враги, безусловно, примут вызов на бой "один на один". Таково было высокомерие сильных.

Кроме того, такие высокомерные существа обычно получали удовольствие от страдания слабых. Им потребуется дополнительное время, чтобы помучить своих жертв, даже если они могли бы прикончить их в считанные секунды. С этой слабой надеждой, она решилась на бой "трое на трое".

— Паладины, если те двое, что подошли, потерпят поражение, продолжайте также сражаться с ними один на один. По порядку идут: Сабикс, Эстебан, Франко, Гальбан и так далее.

Они отказывались от превосходства в числе для того, чтобы выиграть время. Проще говоря, она приказывала всем умереть здесь. Тем не менее, услышав приказ, паладины не колебались ни секунду.

«Вот что значит быть паладином».

«Вот что значит быть воплощением справедливости».

«Вот что значит жертвовать собой ради других».

Вероятно, это будет последний раз, когда их увидят живыми и невредимыми. Несмотря на это, Ремедиос даже на мгновение не сводила свой взгляд с трёх полулюдей. Она не хотела упускать ни малейшего шанса получить хоть крупицу информации о них.

«У меня нет ясного представления о том, что это за противники, но первые два получеловека, вроде, опытные бойцы. Возможно, этот обезьяноподобный является монахом. Четырёхрукая похожа на заклинателя. Или же нет?»

Бояться стоило не тех полулюдей, которые использовали лишь грубую силу, а тех, кто прошёл через воинские тренировки. После получения навыков ведения боя, их врождённая сила, сложенная с приобретёнными умениями, делала из них ужасающих противников, способных одолеть даже воинов-ветеранов Святого Королевства. На самом деле самый сложный из противников Ремедиос, оставляя в стороне Ялдабаофа, относился именно к этому типу врагов.

Ремедиос вспомнила про удар, который Ялдабаоф нанёс ей в живот. Вот почему она максимально доверилась инстинктам в этой битве.

«… Полулюди-заклинатели – это большая проблема. С ними трудно иметь дело, если они начинают летать».

Хотя Ремедиос могла использовать способности своей брони, чтобы летать в течение коротких периодов времени, но у неё не было полного диапазона движения во время полёта. Подъем, спуск и поворот были очень утомительными, и к тому же она тогда не могла использовать свой обычный боевой стиль. Если её противник мог использовать [Полёт], то она никогда не сможет достать их своими атаками. Она, конечно, обладала боевыми искусствами, которые позволяли ей совершать мечом дальнобойные атаки, но было бы трудно быстро выиграть, используя только их. Эффективность таких атак намного ниже старого и проверенного ближнего боя.

Те три получеловека прошли через ворота, а затем остановились.

— … Думаю, нам надо объединить силы против этого мелкого человечишки.

Она не могла ясно видеть трёх полулюдей через дым, но её достиг их непринуждённый тон.

Рука, сжимающая святой меч, покрылась потом, и горький вкус распространился по языку, что происходило с ней только, когда приближалась опасность.

Она остро ощутила приближение врага.

Здесь были зверь, обезьяна и четырёхрукая. Хотя она не была уверена в четырёхрукой, но тот факт, что она стоит наравне с остальными двумя, означал, что она должна иметь определенную силу. Другими словами, эти три получеловека были на уровне Ремедиос.

— Этот дым мешает. Вот же заноза.

Послышался недовольный женский голос, а после сразу подул сильный ветер и унёс с собой дым.

Теперь можно было хорошо рассмотреть этих полулюдей. Во главе стоял гигантский, вооружённый топором получеловек.

— Зоастиа! – воскликнул паладин Эстебан.

Ремедиос оказалась несколько сбита с толку.

«Зоастиа? Это имя получеловека?»

— Хм… ну, похоже, что ты знаешь обо мне, – сказал получеловек со злой ухмылкой на лице. — В таком случае, я пощажу тебя, чтобы больше людей услышали о моей силе.

— Хе-хе-хе-хе, Виджар-сан, Ялдабаоф-сама разозлиться, если Вы так поступите. Лучше позвольте ему бросить оружие и сдаться в плен.

Слова были адресованы зоастии, обезьяноподобным получеловеком.

Чувствуя неловкость, Ремедиос повернулась к людям позади неё. На её лице застыло вопросительное выражение.

— Зоастиа? Виджар? Виджар Зоастиа? Зоастиа Виджар?

Пока она спрашивала имена врагов, Виджар, не понимая этого, рассмеялся в восторге.

— Кахахахаха! Ты называешь меня так, потому что пришла к выводу, что я лидер нашей расы? У вас, людишки, хороший вкус!

— Она просто вежлива, Виджар-сан, – сказала в насмешливом тоне четырёхрукая получеловек позади Виджара.

— Верно. Это просто вежливость, Виджар! – добавил обезьяноподобный.

Только тогда Ремедиос поняла, что ошиблась в названии его вида.

Сразу после этого получеловек по имени Виджар недовольно нахмурился.

— Хм, и я даже попросил Ялдабаофа-сама разрешить пощадить всех, кто мне нравился. Не пожалеть бы об этом.

— Кто об этом пожалеет? Ты можешь пожалеть, о том, что сразился с нами, в своей загробной жизни! – Выкрикнула Ремедиос.

— Хи-хи-хи, какая ты энергичная девушка... Ты ведь девушка, верно? Мне сложно судить об особенностях других видов… – У обезьяноподобного получеловека не сходила улыбка.

— Это не имеет значения. Хотя, наверное, так оно и есть, – добавила четырёхрукая.

Похоже, обсуждая это, полулюди выглядели очень серьезными. Видимо, для них было трудно определить её пол из-за разницы между их видами.

— А теперь, человеческая девочка, позволь представиться. Я – Халиша Анкара. Это – Виджар Раджандало, который не нуждается в представлении. И последняя – Насрения Берт Киуру-сан.

— Эти имена! Разве они не Белый Старейшина и Гром Ледяного Пламени?! – Воскликнул паладин Сабикс.

— Кукукуку. Даже людишки знают наши имена. Это чувство…

— Эй, Люди. А разве у меня нет никакого прозвища?

— Я никогда не слышал имени Виджар Раджандало. Тем не менее, я слышал про довольно известного зоастиа с топором. А это был Демонический Коготь Сандикнара Ваджу.

— Это был мой старик, – фыркнул Виджар. — Я наследник титула Демонический Коготь, Виджар Раджандало. Я позабочусь, чтобы ты вспоминал моё имя, всякий раз, как вновь услышишь слово "Демонический Коготь".

— Хехехехехе. Оставим человеческого генерала Вам, Виджар-сан, – сказала четырёхрукая.

— Да будет так. Всё равно для тебя будет проблемой приблизиться к противнику, вместо того, чтобы использовать заклинания с расстояния. Поэтому, честно говоря, я планировал сразиться с ними сам.

— Хехехехе. Ты забыл? Нам приказано работать вместе.

— Так тебя уже преследуют возрастные проблемы, старуха?

— Тц!

Четырёхрукая получеловек, Насрения, щёлкнувшая языком, повернулась и послала Виджару яростный взгляд. По правде говоря, казалось, что они могут начать драться друг с другом в любой момент, если их не остановить.

— Тем не менее, я действительно желаю расправиться с ней сам… – Виджар посмотрел на Ремедиос. — Но давай до начала боя выслушаем твоё имя. Хотя это неприятно, когда приходится слушать имя какого-то ничтожества, но при этом твой меч, судя по виду, довольно хорош.

— Ремедиос Кастодио.

Выражения Виджара и Халиши сразу изменились. Виджар улыбнулся при мысли убить сильного врага, а Халиша, перестав улыбаться, удивился. В то же время, Насрения осталась равнодушной.

— Так это ты, да? Ты Ремедиос Кастодио? Говорят, ты самый сильный паладин в этой стране. Отлично. Если я убью тебя, я стану знаменитым. Я стану зоастиа, который одолел сильнейшего паладина Святого Королевства. Новый преемник титула Демонического Когтя!

Насрения посмотрела на её меч.

— Хм. В таком случае, это должно быть святой меч, верно? Скажи, Виджар-сан, как насчет того, чтобы дать мне сразиться с ней? Мои люди будут петь тебе песни восхваления, если ты позволишь мне занять твоё место.

Оба получеловека мгновенно отреагировали на слова Насрении.

— Хе-хе-хе. Так ты хочешь передать его Ялдабаофу-сама в обмен на ребёнка? – Посмеялся Халиша.

— Хмф, мы решили, что я разберусь с ней сам. Тебе нет нужды утруждать себя, – раздражённо отрезал Виджар.

— Зачать ребенка от демона?! Что за мерзость!

Ремедиос не могла не возмутиться, услышав эти речи, и Насрения бросила на неё презрительный взгляд.

— Выходит, ты даже не осознаёшь важности носить дитя Верховного Правителя… Вы, люди, действительно убогие существа.

— Даже Ялдабаоф-сама проявит заботу о своих отпрысках, – согласился Халиша. — Если так размышлять, то можно найти много плюсов в том, чтобы быть женщиной.

— О, да! И если благая отцовская кровь будет унаследована, малыш может оказаться близок по силе к отцу…

— Нет. – Виджар сделал вдох. — Потомок может и превзойти родителя. Или вы будете считать меня исключением, а?

Эти трое полулюдей совсем не выглядели так, словно находятся в опасности на поле боя.

Их безмятежная болтовня начала раздражать Ремедиос.

— Как вы, упыри, смеете приходить сюда и нести какую-то чушь на поле боя? Для вас нет смысла думать о будущем, которого не настанет. Я разрушу ваши мечты! Я изничтожу вас! Вас всех!

— Хе-хе-хе. Оох, боюсь–боюсь.

Халиша издевательски задрожал, затряс руками, словно бы в панике. Он был полностью уверен в своих силах, даже если противостоять нужно Ремедиос. Такое нахальство вывело её из себя.

Ремедиос прокричала приказ паладинам достаточно громко, что даже полулюди смогли услышать её.

— Слушайте. Это дуэль, в которой я буду биться с Виджаром. Что до вас…

— Я займусь им, – сказал Сабикс, указывая на Халишу.

— В таком случае, я возьму эту, – сказал Эстебан, двигаясь к Насрении.

— … Неужели?.. Я не воин, поэтому не уверена, но они выглядят довольно слабыми, не так ли?

— Хехехе… кто знает? Лучше не быть беспечными, почтенная Насрения.

Ремедиос указала клинком на Виджара, хмыкнувшего ей, и проревела «Я иду!»

Он должен был почувствовать, что остальные паладины были слабыми. Не выйдет ничего хорошего, позволь она ему озвучить этот факт.

Первый удар был ключевым. Ополченцы смотрели на неё сзади, затаив дыхание; это не только развеяло бы их беспокойство, но также позволило бы противнику понять, что он оказался перед достойным соперником. По этой причине, нужно было нанести удар со всей силы.

Ремедиос рубанула сверху вниз на Виджара, держа святой меч в одной руке.

В ответ Виджар поднял свой огромной боевой топор, чтобы перехватить её удар.

Обе стороны столкнулись, и воздух содрогнулся.

Ремедиос услышать крики ополченцев позади неё. Не было времени, чтобы определить, были ли это крики поддержки или паники. Её мощный удар встретила контратака равной силы.

Оружие, с обеих сторон, не повредилось от обмена ударов равной силы.

Если бы кто-нибудь пользовался обычным оружием в такой жёсткой битве, то оно, скорее всего, уже бы сломалось или погнулось. Другими словами, Виджар тоже владел зачарованным оружием.

— Ух!

— Нууу!

Следующий взмах Ремедиос задел торс Виджара, откуда брызнула кровь. Однако, в то же время, топор ударил в её грудь.

Хотя острое лезвие топора и не смогло пробить её зачарованную броню, удар выбил её из равновесия и заставил дыхание сбиться.

В отличие от Ремедиос, которую удар откинул назад, Виджар взревел и двинулся вперёд, занеся свой боевой топор над ней.

Сбитое дыхание не позволило ей контратаковать. Ремедиос подняла святой меч и изящно парировала силу боевого топора. Волосы колыхнулись от удара топора, пронёсшегося мимо неё в нескольких миллиметрах и столкнувшегося с землёй. Атака оказалась такой силы, что на миг её охватило чувство, будто всё поплыло.

Ремедиос повернулась лицом к беззащитному Виджару. Так как его топор застрял в земле, она сделала выпад своим святым мечом.

— [Усиленный удар]

— [Крепость]

Судя по всему, ему не хватало времени вырвать из земли такой тяжелый боевой топор, и Виджар отпустил одну руку с рукояти топора, использовав её в качестве щита.

Правая рука Виджара брызнула свежей кровью.

Однако святой меч не достал до лица Виджара. Первой причиной этого был задействованный защитный боевой навык. Второй – онемевшая рука Ремедиос, которая не могла вложить всю силу в удар.

Раз так, она просто надавила на святой меч, заставляя его проникать глубже. И тут сильная боль прошла волной по ноге Ремедиос, тем самым полностью обездвижив её.

Источником боли были нижние передние конечности Виджара. Он ударил ими по ногам Ремедиос, как хищник передними лапами. Её ножные латы защитили от большинства острых когтей, но одному, всё же, удалось порезать её ногу.

Это позволило Виджару высвободить свой топор и вновь занести его для удара.

Ремедиос сделала шаг навстречу Виджару, чтобы остановить боевой топор. Каждое движение её ноги сопровождалось агонией.

— [Усиленный Удар]!

— [Силовой Коготь]!

Когда святой меч приблизился, Виджар с легкостью отбил его своим боевым топором.

В ответ, Ремедиос вернула контроль над отражённым святым мечом и полосонула им вниз по передним звериным конечностям.

Когда Виджар отступал, Ремедиос наступала, сокращая дистанцию, и наоборот.

Они приближались друг к другу и отдалялись друг от друга несколько раз, используя боевые навыки.

Ни у кого из них не было серьезных ранений, но с каждым шагом их битвы проливалось все больше крови.

«Если так пойдет и дальше, я смогу победить!»

В её сердце вскипела радость. Ремедиос была полна решимости.

Если она сможет одолеть этих трёх могущественных полулюдей, то она защитит здешних людей и таким образом вернёт веру в Святое Королевство.

«Нет нужды в том, что бы здесь вырисовывалась эта нежить!»

Говоря по-простому, основная разница между воинами и паладинами заключалась в том, что воины были наступательной пехотой, а паладины – защитной.

Хотя выразить всё в цифрах достаточно трудно, но условно можно сказать, что рейтинг атаки воина составляет 10, а защиты 9, тогда как атака паладина составляла 8, а защита была равна 11-ти. Разумеется, паладины могут использовать заклинания, но воины могут обучиться боевым искусствам, и потому провести точное сравнение не представляется возможным. Тем не менее, это лучший способ обрисовать ситуацию кому-либо с интеллектом Ремедиос.

Если спросить, кто из них лучше подойдёт для битвы с заклинателем, то ответом будет паладин. Благодаря божественной защите они могут похвастаться великолепным для воина сопротивлением к магии. Так, если Насрения была заклинателем того же уровня, что и Ремедиос, она не представляла большой угрозы.

Следующим был Халиша, который судя по отсутствию оружия и движениям, был монах. Монахи имели большое преимущество перед заклинателями и ворами, но, в то же время, уязвимы против паладинов, поэтому обезьяна тоже едва ли представляла какую-либо угрозу.

Значит…

«Если я смогу победить Виджара, то, скорее всего, смогу убить всех троих».

Между "битвой с Виджаром, будучи измотанной предыдущими сражениями", и "битвой с Виджаром, будучи полной сил", последний вариант сулил ей больше шансов. Опираясь на это, Ремедиос и бросила вызов Виджару. Сначала решение не казалось плохим. Но она просчиталась…

— Боже, боже. Уже мёртв?

— Хехехе. Этот тоже.

…Потому что те паладины, которые сражались с другими двумя, оказались слишком слабыми.

— Что?!

Неужели она переоценила тех двух паладинов? Или недооценила силу полулюдей? Или и то и другое?

— Отводя взгляд, ты оскорбляешь меня!

Виджар в гневе замахнулся на Ремедиос.

— Гваааргх!

Ей удалось остановить атаку, хотя её отбросило назад. Битва на мгновение стихла.

— Ремедиос… Ты понимаешь, что я, великий Виджар, существо великой силы, чьё имя будет греметь по всему миру? Если ты не вложишь в битву полностью своё тело и душу, то умрёшь за несколько секунд!

Услышав звуки другой битвы, Ремедиос прикусила губу.

— Хи-хи-хи. Интересно, достаточно ли силён этот паладин?

— … Вроде, ни чем не отличается от предыдущего... Не могу сказать точно, я не воин.

— Я паладин Франко.

— И я паладин Гальбан. Я буду твоим противником.

Спустя несколько секунд после сказанного она услышала, как один из паладинов рухнул наземь

Паладин Франко был хорошим человеком. Он был не очень сильным паладином, но он уделял много внимания тому, чтобы ладить с другими. Все его очень любили. На самом деле, его назначили сюда только потому, что ему доверял Густав. Ремедиос была знакома с его характером и поэтому поручила ему организовать здесь ополчение.

Она слышала, что паладин Гальбан совсем недавно женился. Однако его жену похитили. Он поборол своё желание отправиться на её поиски, и пришёл на помощь Ремедиос, что бы помочь бо́льшему количеству людей.

Эти два человека, слишком молодые для смерти, пали убитыми.

— Снова отвлеклась!

Виджар взревел и нанес ей удар, который был ещё сильнее, чем предыдущий. Ремедиос бросилась к Виджару, принимая удар вооруженной рукой, и затем она провела скользящий выпад, но Виджар проворно уклонился от выпада.

— Хм. Это что, какой-то блеф? Или твоё тело просто среагировало рефлекторно из-за долгих тренировок?

Виджар зарычал. Он не боялся достойного врага. Наоборот, он был в восторге.

— Эй, птенец. Мы закончили тут, а ты ещё нет. Как насчет нашей помощи? – поинтересовалась Насрения.

— Ты должно быть шутишь? Я буду опозорен, если мне понадобится ваша помощь, чтобы справиться с ней. Если я убью её в дуэли, то многие люди будут говорить об этом.

— Виджар-сан прав, почтенная Насрения. Как насчет того, чтобы уничтожить щиты людей, а потом…

— Будто я вам позволю!

Несмотря на то, что Ремедиос всё ещё стояла перед Виджаром, она проигнорировала его и, с беззащитной спиной, побежала к той паре. Однако…

—Я же сказал, что я твой противник!!!

Виджар не позволил ей сделать этого. Хоть она и была уязвима, но он не ударил её топором, а вместо этого просто пнул. Ремедиос от сильного удара отлетела в стену из щитов.

Она ахнула на мгновение от потрясения.

— Айеее!

Ополченцы закричали от страха.

— Соберись, человек! Сражайся со мной!

Слова Виджара сопровождались звуком его шагов. Если бы он взмахнул топором с длинной рукоятью, он бы задел щитоносцев, создав брешь настолько большую, что вернуться к прежнему строю было бы невозможно.

Несмотря на то, что Ремедиос потеряла равновесие, она сделала шаг вперед, бросившись на Виджара, чтобы держать его подальше от ополченцев.

Если это возможно, она хотела бы победить Виджара, не используя все свои силы. Это было из-за того, что она берегла часть сил для боя с остальными двумя.

Она использовала мощную способность, которой обладал священный меч Сафарлисия, доступная один раз в день.

Это была усиленная версия Священного Удара Паладина.

Это был самый сильный удар, который мог нанести паладин, владеющий этим мечом.

Её инстинкты говорили ей, что лучше не делать этого. Однако, если бы она не победила Виджара немедленно, другие двое полулюдей убили бы ещё больше людей.

«Я… хочу защитить желание Калки-сама!»

Она бессвязно закричала, проигнорировав свои инстинкты, и мысленно послала команду святому мечу. И в то же время, она влила свой святой удар в меч и сделала им движение.

Святой меч озарился божественным сиянием, которое вытянулось в два раза длиннее самого лезвия.

Этот свет был тем более ослепительным, чем более злым было существо, и ему становилось труднее уклоняться или защищаться. Для глаз же Ремедиос этот свет не мешал обзору.

Ремедиос подняла свой святой меч к небу и обрушила вниз.

Так как она потеряла опору, предсказать направление атаки было легко, и Виджар был готов принять удар топором и отбросить её. Однако…

После очередного бессловесного выкрика, Ремедиос продолжила давить на топор противника мечом, заставляя оружие врага опускаться.

Она не намеревалась полагаться на грубую силу, продавливая лезвие вперёд к цели. Причиной происходящему было сияние на мече, сошедшее с клинка в месте столкновения с топором и окутавшее тело Виджара.

Эта была самая мощная способность святого меча Сафарлисия.

Эта была святая волна, которая игнорировала защиту и броню противника.

Тяжёлые доспехи, шкуры и чешуя не имели никакого значения для него. Так как он мог игнорировать магическое оружие, его нельзя было остановить оружием или щитами, что могло бы стать завершающим шагом в этой схватке.

Конечно, если бы противник решил не сталкиваться с этим ударом, и был достаточно проворным, чтобы избежать его, то не пострадал бы от волны света. Однако в данной ситуации невозможно было уклониться от этого удара: скорость Ремедиос была огромна, а Виджар был ослеплен светом её клинка.

Когда святая волна света пронеслась, подобно ветру, святое сияние на мече тоже исчезло.

Однако глаза Ремедиос расширились.

Она точно поразила своего соперника, но, Виджар не был похож на того, кто сильно пострадал.

— Хм, что это было? Какой странный приём... Но это почти не больно. Это только для вида? Хотя, должен признать, смотрелось действительно захватывающе…

Ремедиос была потрясена.

«Этот парень... Он не сторонник зла?!»

Этот умение было более эффективно против злых существ. Но с другой стороны, по целям, не относящихся ко злу, оно наносило незначительный урон. Это означало, что оно было бесполезно против добрых людей. Другими словами, тот факт, что она причинила хоть какую-то боль Виджару, означал, что он не был добрым, но это также, говорит о том, что он, конечно, не был абсолютно злым.

«Он заставил людей страдать! Он вторгся в нашу страну! Как может кто-то, наподобие него, не быть злым?!»

— Хе-хе-хе. Хорошо, это было завораживающее представление, достопочтенный Виджар. Вы действительно не пострадали? – Халиша сузил свои глаза, посмотрев на Виджара.

— Это было так ярко... Блики всё ещё танцуют в глазах. – Насрения ворчала со стороны.

Ремедиос поняла, что допустила ошибку. Всё-таки, ей не стоило использовать эту технику на Виджаре.

Виджар размял ноги, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке, и потом пожал плечами. Пока он это делал, могло показаться, что он беззащитен, но Ремедиос не могла найти брешь в его защите.

— … Ослепляющий свет? Ну, я не слишком понимаю, что сейчас произошло, но ничего существенного, верно?

— Виджар, я в некотором замешательстве. Ты остался невредимым после такой атаки... Я, возможно, недооценила тебя.

— Хах! Ты все-таки признала это! Хахаха! Хорошо, человек. Ты довольно неплохо выстояла против меня. Если ты сдашься, я убью тебя безболезненно. Как насчет этого?

— Не надо этих глупых шуток! Мы ещё не закончили! – Ремедиос крикнула на трёх полулюдей и подняла святой меч.

Как и сказала, она всё ещё могла биться. Она положила свободную руку на свои раны для использования лечебных способностей. Боль исчезла, и вместо неё ощущалось тепло.

«Значит, большинство техник паладинов не сработают на нем, так как он не злой... Но, поскольку те двое всё равно были ослеплены святой волной, я приберегу это для них».

Всё, что ей оставалось – сражаться с Виджаром, как воин.

— Хе-хе-хе. Отлично, тогда, мы оставляем её на Вас, достопочтенный Виджар. А мы поохотимся на людей в тылу.

— Что?! Вы подонки!!!

Все паладины, которых она могла позвать, были уже мертвы. Ополченцы были неспособны остановить их.

— Как будто я позволю вам сделать это!

Ремедиос отступила назад и заняла позицию, готовясь столкнуться одновременно с тремя полулюдьми.

—Кажется, ты готова сразиться с нами тремя, но Виджар сказал, что обо всём позаботится. – Насрения не обращала не неё особого внимания

— Хехехе. Наша цель – уничтожить всех людей в городе по мере необходимости, а не служить твоими оппонентами. Почтенная Насрения, могу ли я рассчитывать, что ты своей магией разберёшься с этим сбродом за её спиной?

— О да…

Сгустки магической энергии появились в трёх из четырёх рук Насрении. Один был льдом, другой – огнём, и третий – электричеством.

— Чёрт!

Ремедиос рванула к женщине получеловеку, но…

— Я же тебе только что сказал! Твой противник – я!

… Услышав рёв, она блокировала замахнувшийся на неё боевой топор, но была далеко отброшена.

В этот момент, Ремедиос поняла, что она не сможет справиться с Насренией, пока будет сражаться с Виджаром. Хотя она и могла прыгнуть прямо в сторону Насрении, защищаясь против её атак, она бы открылась для Виджара.

«Значит, это невозможно?.. Я не приму этого! Не быть способным сделать что-либо – лишь оправдание!»

Стоны ополченцев играли на эмоциях Ремедиос.

Эти люди не бежали перед лицом ужаса потому, что они верили в неё. Она не могла показать им свою позорную сторону.

Она не могла отказаться от идеалов Калки – создать страну, в которой никто не будет плакать.

— Ополченцы! Отступайте!

Дав эту команду, Ремедиос подготовила себя.

«Я не умру от одного попадания. Я прорвусь к этой женщине-получеловеку, активировав [Крепость]!»

Виджар засмеялся, глядя на рывок Ремедиос. Казалось, он что-то неверно понял.

— Хо. Похоже, ты определилась. Правильно! Сражайся со мной всем, чем можешь! Дай мне битву, достойную легенды! [Объявление Решительного Столкновения]!

— ... Что?

Виджар взревел – это была его особая способность. Ноги Ремедиос, которые должны были нести её к Насрении, рванули к Виджару, как будто она потеряла контроль над ними. Не только её ноги – её меч, разум, взгляд – она не могла отвести ничего из этого от Виджара.

— [Огненный Шар].

Заклинание 3-го уровня пролетело мимо Ремедиос в направлении ополченцев. Заклинание, которое могла выдержать Ремедиос, но не ополченцы – для них оно будет фатальным...

— ...[Стена Скелета]!

Огненный шар столкнулся с гротескно выглядящей стеной из костей, выросшей прямо перед ополченцами, и испарился.

Кто-то из ополченцев вскрикнул в удивлении, потому что они понятия не имели, что только что случилось.

Однако вскоре они увидели, как что-то незатронутое гравитацией опустилось сверху пугающей стены из костей.

Эта личность не была объята сильными эмоциями битвы, и говорила мягким тоном, совершенно неуместным в данной обстановке.

— Хотя это достаточно часто происходит на поле боя, схватку трое на одного немного трудно смотреть, оставаясь в стороне. Не будете против, если я присоединюсь?

Владельцем этого голоса была нежить.

Все в городе знали его. Он был личностью, изначально отказавшейся сражаться для сохранения своей маны.

Это был Король-Заклинатель Айнз Оул Гоун.

— Оооооооох! – Потрясающий крик раздался с той стороны стены от ополченцев.

Ремедиос крепче сжала свою руку с мечом.

— Что? Что это такое? Кто это такой? – удивился Виджар.

— … По внешнему виду, я думаю это старший лич. Значит, есть и виды без кожи. Однако… Может ли всего лишь старший лич остановить мои заклинания? Или это из-за его накидки? Она выглядит довольно внушительно. Или нет, возможно, потому что его призыватель обладает огромной силой?

Ремедиос не понимала слов полулюдей. Она услышала их, но не понимала их смысл. Это было, потому что она подавляла свою вспыхнувшую ненависть. Она даже не подозревала, что стоит беззащитной перед Виджаром.

«Иииииии!!! Почему он показался?! Почему они подбадривают его?! Почему?! Почему?!! Почему?!!! Эта нечистая нежить!!!»

Какой-то уголок разума Ремедиос оставался спокойным, чтобы заметить, что помогать кому-то в беде – это естественно. Однако её неспособность простить мирных жителей за то, что они приветствовали нежить, превысила всё. Ведь они прекрасно видят трупы паладинов, которые пожертвовали собой ради защиты мирных жителей.

«Вы поддерживаете не тех, кто, сражаясь, полёг за вас, а того, кто пришёл так поздно?!»

Она так рассердилась, что хотела снять шлем и битья головой об землю.

Ремедиос, изо всех сил пыталась удержать гнев в своём сердце, обратилась к нежити, находящейся на стене.

— Зачем ты пришел сюда?

Король-Заклинатель замер, как будто был заморожен. Красные огни в его пустых глазницах повернулись к Ремедиос.

— Зачем?.. Зачем я пришёл?.. Чтобы помочь тебе.

— Вот как.

«Почему он не пришёл раньше? Он ждал, пока паладины не умрут? Или это его план блеснуть перед людьми?»

Она хотела накричать на него, но…

— Тогда я оставляю это на тебя.

— Хм?

— Я сказала, что оставляю это на тебя! – Бессознательно закричав, Ремедиос попыталась подавить растущие эмоции в себе. — И… убери эту стену. Ты можешь?

— … Разумеется, в этом нет проблемы.

В одно мгновение стена под ногами Короля-Заклинателя исчезла. Он не упал, вероятно, потому что использовал заклинание [Полет].

Ремедиос повернулась спиной к Виджару. Ей было всё равно, убьет ли он её ударом в спину. Случись такое, она могла бы посмеяться над Королём-Заклинателем, что он не защитил её.

Отказавшись от безысходности, Ремедиос вернулась обратно к ополченцам. В каком-то смысле ей было немного обидно, что полулюди не напали на неё сзади.

В глазах ополченцев был намёк на страх. Неужели её лицо было таким ужасным?

— Мы позволим Королю-Заклинателю справиться здесь! Идём, поможем другим людям!

Услышав приказы Ремедиос, ополченцы посмотрели друг на друга. Они казались смущёнными и сбитыми с толку.

— Вы не подчиняетесь приказам?!

После того, как Ремедиос посмотрела на одного из ополченцев, тот тихо спросил:

— Ах, нет. Но… Король-Заклинатель, сам...?

— Король-Заклинатель силён! Разве не так?! В таком случае, это не будет проблемой для него! Идём!

***

Ремедиос повела ополченцев с этого поле боя. Они неоднократно оглядывались на Короля-Заклинателя, когда уходили. Айнз кинул взгляд на пустое место, где только что стояли люди, и забормотал себе под нос.

— Чё?.. Она… просто сбросила всё это на меня одного…

Столь нелепый поворот событий просто выбил Айнза из колеи и заставил на время потерять самообладание.

«Обычно, в таких случаях разве не происходят сцены вроде «О, давайте сражаться вместе», или «Спасибо, что пришли, мы полагаемся на тебя»? По крайней мере, она могла бы проявить вежливость. Мы могли бы перекинуться несколькими фразами в духе «Вы точно с этим справитесь?» и так далее... И даже ни слова благодарности после спасения? Какого черта?»

Разочарование выросло в его сердце. Однако оно не достигло уровня истинного гнева, поэтому не было подавлено. Это было похоже на крошечное пламя возмущения, кипящее внутри него.

«Это напомнило ситуацию, когда кто-то напортачил и заставил меня работать сверхурочно, а сам в это время сослался на неотложные дела и просто ушёл. Нет... Пожалуй, моя злоба даже ещё больше. Например, если бы я из-за этого не смог вовремя пойти домой играть в ИГГДРАСИЛЬ... а у гильдии уже были планы, и моё опоздание вызвало бы проблемы для всех. Это случалось и раньше, но тогда все простили меня…»

В итоге, вспыхнувшее маленькое пламя разгорелось до уровня пожара, после чего оказалось насильно потушено.

— Хм... Пусть мой гнев и подавлен, я всё ещё недоволен. Это первый раз, когда со мной так грубо обошлись.

Ранее она уже кричала "заткнись" на него, но сейчас ситуация отличалась. В этот раз они согласились с тем, что Айнз может не участвовать в этой битве, но он всё же бросился в бой. Конечно, любой, кто имел представление о здравом смысле, использовал бы более уважительный тон, обращаясь к нему.

Все, кого Айнз встречал до сих пор, были хотя бы минимально вежливыми. Вот почему произошедшее сейчас казалось ему странным.

После того, как он немного остыл и спокойно порылся по своим воспоминаниям, Сузуки Сатору вспомнил, что раньше несколько раз встречал таких людей, как Ремедиос.

Тем не менее, ничто из этого не утешало его.

Айнз обратил свой всё ещё разгневанный взгляд на трёх полулюдей. Конечно, это была не совсем их вина. Айнз понимал, что он просто переносил свой гнев на них.

Ожидалось, что отношение Ремедиос к Айнзу кардинально поменяется после спасения её в последний момент от смертельной опасности. В таком случае, она должна была бы извиниться за прошлые упрёки в адрес Айнза и приложить все силы для оказания ему поддержки в будущем.

Именно поэтому всё это время Айнз наблюдал за Ремедиос с воздуха под заклинанием [Совершенная Неизвестность], а затем вмешался, чтобы помочь ей, когда она оказалась в беде.

Но, в конце концов, всё сложилось вот так.

Он не мог понять, почему она отреагировала подобным образом.

«Если бы к концу месяца план отдела висел на гране срыва, и в это время кто-то внезапно восполнил недостачу по плану, разве не были бы все благодарны ему? Особенно, если бы этот человек уже давно закончил свою работу и специально ради них вернулся из отпуска».

До этого Айнз наблюдал за полем боя сверху, и он понимал общую текущую ситуацию. Были гораздо более опасные места, чем это. Он даже знал, что девушка, которая всё это время пристально наблюдала за ним, пребывала в опасности.

Тем не менее, он решил присутствовать именно здесь, потому что хотел оказать услугу самому высокопоставленному человеку. И он рассудил, что капитан корпуса паладинов Святого Королевства был здесь самым высокопоставленным человеком.

Однако…

— Я действительно раздражён.

Пока Айнз ворчал, не беспокоясь об окружении, услышал пронзительный смех.

— Хи-хи-хи. Похоже, тебя здесь бросили. Хи-хи-хи, как грустно, как грустно. – Халиша ехидно посмеивался.

— Старший лич. Другими словами, существо, которое сильно как магический заклинатель. Нужно ли быть осторожной? Я раньше не видела такого заклинания для создания стен, но оно, кажется, довольно высокого уровня.

— Хм. Значит, это всего лишь заклинатель? Не хочется с ним драться. В конце концов, чтобы имя вошло в легенды, необходимо победить воина.

Три получеловека, казалось, оправились от странной ситуации достаточно, чтобы перешучиваться друг с другом. Айнз повернулся, чтобы посмотреть на них, и его глаза сосредоточились на обезьяноподобном получеловеке. Среди них, именно он не прекращая смеялся.

— Имеет ли это значение? Сначала мы убьем его, а потом…

— Заткнись.

Айнз прервал их беседу и безмолвно наложил заклинание 8-го уровня [Смерть].

Улыбка обезьяноподобного получеловека замерла на лице, пока он медленно падал лицом вниз.

— … Что? Что ты сделал?..

— Я сказал вам заткнуться, разве нет?

Айнз снова без прочтения заклинания применил [Смерть].

Звероподобный четырёхногий получеловек умер так же, как и предыдущий.

— Ч-Что? Что произошло? Что происходит?!

Женщина получеловек, которая осталась, всё ещё не понимала, что происходит, но похоже, она уже осознала, кто это сделал.

— Это был ты? Ты мгновенно убил этих двоих?..

Гримаса ужаса глубоко отпечаталась на её лице. Её тело дрожало от страха.

— Да, да... – Айнз ещё раз спокойно использовал безмолвную [Смерть] на женщине получеловеке. — … Хм?

Она не умерла. Заклинание на неё не подействовало.

В тот момент, когда Айнз понял это, его разум сразу переключился, войдя в психическое состояние, которое можно назвать "боевым режимом".

«Эта защита – расовая особенность? Или защитное заклинание, которое она наложила на себя? Может ли это быть естественное сопротивление? Или магический предмет защищает её?.. Или это что-то другое?»

Хотя и нельзя полностью исключать возможность того, что это могло быть просто совпадением. Она не могла сопротивляться этому лишь своей собственной силой. Айнз понимал это, так как внимательно следил за сражением этих полулюдей. Хотя он не думал, что у него есть полное представление об их способностях, но был уверен, что они не могут противостоять силе его магии напрямую.

Когда Айнз размышлял над причинами отказа этого заклинания, он решил, что было бы лучше остаться на месте и позволить его противнику сделать ход. Возможно, он сможет обнаружить что-то, что можно найти только здесь. Он хотел бы видеть козырь, которым владеет кто-то, кто может противостоять обычным методам атаки Айнза.

— Хм... Ну, не имеет значения, что она сделала. Какая пустая трата времени. Если бы я знал, что здесь всё так обернётся, то оставил бы ту раздражающую женщину и пошёл бы помогать в другое место. Я думал, что если бы сражался бок о бок с этой женщиной, мы могли бы устроить шоу совместного триумфа, после чего немного сблизиться...

***

Болтливая нежить стояла перед ней.

«Почему здесь нежить?.. Нежить не могла объединиться с людьми. Его контролирует некромант? Тем не менее, эта сила...»

Хотя она понятия не имела, что он сделал, но он мгновенно убил двух воинов, равных ей. Может ли такая сильная нежить находиться под контролем?

Если бы его палец указал на неё, она бы погибла следующей?

Единственные, кого она знала, кто мог сделать это, кроме Императора Демонов Ялдабаофа, были архидемоны из числа его приближённых.

«… Это невозможно! Любой, кто смог бы управлять нежитью, стоящей наравне с этими могучими существами, должен быть на уровне Бога! Как может существовать такой некромант?

Если эта человеческая страна имеет на службе такого некроманта, как мог Альянс Полулюдей продвинуться в своём вторжении так далеко?

Мне бежать? Должна ли я воспользоваться шансом и сбежать, пока он ведёт себя расслабленно? Смогу ли я вообще сбежать?»

У неё не было никаких заклинаний, пригодных для побега. В конце концов, она никогда не попадала в такую опасность раньше и не чувствовала важности изучения таких заклинаний.

В таком случае, есть лишь единственный выход!

— Аааааа!

Она использовала свой боевой клич, чтобы вернуть себе боевой дух, и начала произносить заклинания дрожащими губами.

Это было тайное заклинание 4-го уровня под названием [Серебряное Копье]. Оно относится к заклинаниям физического типа, но поскольку обладает серебряными свойствами, это было чрезвычайно разрушительное заклинание против врагов, которые имеют слабость к серебру. Кроме того, оно также имеет специальный проникающий эффект, который увеличивал наносимый урон не бронированным противникам.

Однако у него также есть недостаток – его урон мог быть уменьшен броней.

Её козырь изменял это мощное заклинание, создавая новые, уникальные заклинания.

Появились: [Огненное Копьё], которое наносит урон огнём, [Ледяное Копьё], которое наносит урон холодом и [Шоковое Копьё], которое наносит урон электричеством.

Все эти три заклинания наносили элементальный урон, поэтому броня не могла уменьшить их мощь, и они сохраняли смертельную проникающую способность.

Конечно, в соответствии с их смертоносностью, эти заклинания потребляют гораздо больше маны, чем обычные заклинания 4-го уровня.

Она активировала сразу три мощных (для неё) заклинания за раз.

Она одновременно произносила три заклинания, каждое из которых потребляло значительное количество маны. Кроме того, одновременно читаемые заклинания были очень истощающими сами по себе, и когда отдача от использования огромного количества маны ударила по ней, она почувствовала легкость и укачивание, как будто собиралась упасть в обморок.

— Сдооооохни!

Три копья полетели в сторону нежити... и затем бесследно исчезли.

— … Что?

Она не могла поверить глазам. Это бы имело смысл, если бы он получил повреждения или отразил атаку. Но возникло ощущение, как будто ничего не случилось вовсе.

Копья просто исчезли.

— Ч-Что? Что? Как? Как… что… кааак?..

— … Я дал тебе столько времени, и это лучшее, что ты можешь сделать? Это твой козырь? Хм. Думаю, мне не нужно было из осторожности позволять тебе делать первый ход. Короче, осталось не так много времени, так что поторопись и умри. [Предельная Магия: Рассечение Реальности].

Часть 5

Мир вокруг был окутан тьмой…

Она даже не знала, кем она была…

Она хотела открыть глаза... но не знала, что такое глаза.

Тьма, мир... Она не знала, чем это всё было.

Она не знала, почему она думала об этих вещах.

Она ничего не знала.

Она исчезала.

Она не знала, что значило "исчезать".

Но она исчезала.

Однако... внезапно она ощутила, словно она чем-то вытаскивалась.

Сверху, снизу, слева, справа, где-то…

Мир, подходящий к завершению, вытаскивал её.

Жалкое создание, обязанное своим существованием стараниям друзей.

Тем, кто отринул свои прочие мысли, посчитав, что ничего важнее для них нет.

И потом... взрыв белого света окрасил мир.

Было огромное чувство какой-то потери…

Ощущение отделения чего-то от целого…

Нейа Бараха моргнула несколько раз, стремясь вернуть своё пустое поле зрения в норму.

Она ощущала, что нечто случилось, но не могла вспомнить ничего об этом. Однако она, вроде, сейчас должна была сражаться с полулюдьми. «Что, чёрт возьми, произошло?»

—… Это было опасным местом.

Услышав этот спокойный голос, Нейа сузила свои глаза и посмотрела вверх необычайно внимательно.

В ярком свете был тёмный силуэт. Но это была не пугающая ребёнка тьма, а тьма, дарующая покой уставшим. Постепенно зрение пришло в норму.

Это был Король-Заклинатель Айнз Оул Гоун.

— В-Ваше... В-Велличество…

Нейа рефлекторно потянулась до него, словно взволнованный ребёнок тянется к своим родителям…

— Нейа Бараха. Не заставляй себя двигаться. Позволь мне позаботиться об этом месте и отдохни.

За ним она увидела, как полулюди неистово атаковали спину Короля-Заклинателя, пытаясь проткнуть мечами, рубя и ударяя его.

Однако Король-Заклинатель полностью игнорировал их. Он говорил с ней, будто ничего не происходило.

Воспоминание о Баззаа пришло на ум Нейи.

Король-Заклинатель потянулся в рукав своего одеяния и, после небольшой задержки, вытащил ядовито выглядящее фиолетовое зелье.

Обычно, зелья были синими.

Нейа не спрашивала Короля-Заклинателя, даже когда он вылил на неё это зелье, похожее на яд. Сделанное Королём-Заклинателем должно было быть правильным.

На самом деле всё оказалось так, как она и предполагала. Фиолетовое зелье, вылитое на её тело, мгновенно излечило все раны. Похоже, зелья Колдовского Королевства были другого цвета, не синего.

— Хотя полное выздоровление займёт долгое время, тебе ещё нужно восстановить свои силы... Эти ребята действительно раздражают. Тц. Ополченцы уже все мертвы... Но, похоже, что ещё несколько осталось вон там. В таком случае…

Король-Заклинатель повернулся лицом к полулюдям, в то время как они атаковали его снова и снова.

В это время стычки происходили по всему городу, и кто-то умирал каждую секунду. Однако в текущий момент Нейа совершенно забыла об этом, поскольку её взглядом завладел величественный вид спины Короля-Заклинателя, вставшего на её защиту.

Её беспокойство и заботы об армии полулюдей совершенно исчезли.

Нейа почувствовала что-то, чего так долго жаждала.

«Так ответ был здесь всё это время. Вот как…»

Нейа была уверена, что теперь сможет найти безупречный ответ на мучившие её до этого времени сомнения.

Король-Заклинатель с небрежной лёгкостью использовал свои заклинания.

Ослепительный разряд электричества пронёсся по вершине городской стены. Нейа расслышала, что это, похоже, было заклинание под названием [Цепная Драконья Молния].

Полулюди на стене были сметены за раз, так легко, что сложно было представить проходившую здесь схватку не на жизнь, а на смерть.

— Ввы… прафда… ппофили... их… фсех?

— Нет, остались ещё некоторые люди, сражающиеся чуть дальше, так что я постарался не зацепить их. Однако, [Напалм] – Айнз бросил ещё одно заклинание, испепеляющее оставшихся полулюдей. — Ах, это всё. Дальше нам следует заняться идиотами, взбирающимися вверх. [Расширенная Магия. Стена Скелета].

Стена из костей внезапно выросла горизонтально из наружной части городской стены, где находились силы полулюдей, отрезав им путь наверх. Хотя Нейа и не могла видеть другую сторону городской стены из-за закрытого обзора, она могла слышать причитания полулюдей на лестницах, с последующим звуком чего-то тяжёло падающего на землю. Стена из костей рухнула, размажжив всех полулюдей взбирающихся по лестницам и стоящих у стен города.

— Теперь надо заняться вражеским штабом… Я отправил некоторую нежить туда ранее, они вскоре об этом позаботятся.

Сказав это, он достал другое зелье. Оно совершенно отличалось от предыдущего и хранилось в прекрасном тонком фиале. Хотя она даже не представляла, что может сделать содержащееся внутри зелье, но это выглядело как очень ценный предмет.

— Я, кхм, ф-ппорядке, В-Ваше В-Велличество…

— Достаточно этого. Мне жаль, что я не успел спасти тебя.

Король-Заклинатель прикрыл верхнюю половину своих глазниц, будто он был ослеплён и вылил содержимое бутылки. Бывшее у неё чувство слабости испарилось. Однако её тело всё ещё ощущалось тяжёлым. Она чувствовала, будто из неё что-то вытянули, но при этом в глубине её тела ощущалось тепло, превосходящее это.

Она попробовала встать. Хотя её тело всё ещё болело до слёз, она не могла оставаться в такой позорной позе перед личностью, пришедшей спасти её.

— Прекрати, Бараха-сан. Нет нужды заставлять себя стоять.

Хотя она хотела подняться, но, опустив плечи, покорно улеглась обратно.

— Да, именно так… Я позову кого-нибудь, чтобы понести тебя.

Похоже, Король-Заклинатель помахал ополченцам, стоящим чуть поодаль.

— Вы, вон там!

В этот момент Нейа поняла, что из-за выражения своей благодарности, она не задала вопрос, который стоило задать.

— Ваше Величество, всё будет в порядке? Вы пришли помочь нам и использовали ману, которую должны были сохранить для схватки с Ялдабаофом.

— Всё в порядке. Не стоит думать об этом, учитывая, что это было для твоего спасения.

— Ваше Величество…

Тяжёлый груз, казалось, спал с её груди.

— Я поняла.

— Хм? Что?

Король-Заклинатель ждал ответа Нейи.

— Я поняла, что такое справедливость.

— Ах, так ты обнаружила справедливость для себя? Это прекрасно... Защищать слабых, или что-то в этом роде?

Его голос был полон нежности, и Нейа уверенно ответила.

— Ваше Величество – вот что есть справедливость!

На момент Король-Заклинатель застыл.

— ... Хм???

— Я теперь понимаю! Ваше Величество – это справедливость!

— … Ах, так ли это? Ты, должно быть, устала. Может тебе лучше будет ещё отдохнуть? Ты думаешь о странных вещах, когда уставшая. Иначе, когда успокоишься, то от стыда захочешь кататься по кровати и издавать странные звуки.

— Я немного устала, но что более важно – моё сердце прояснилось. Я абсолютно уверена, что Ваше Величество – это справедливость!

— Нет... Нет-нет, хоть я и много чего говорил, но я не справедливость. Ведь то, что все называют справедливостью, должно быть понятием вроде «защищать слабых – это правильно», или нечто подобное. Это же что-то вроде… э-э, абстрактного понятия, правильно? Я имею в виду, обычно же так.

— Нет. Правосудие без силы бессмысленно. Но сила вроде той, что обладает Ялдабаоф, не является справедливостью. Таким образом, быть сильным и использовать эту силу для помощи другим – значит быть справедливым. Другими словами, Ваше Величество является воплощением справедливости!

Глаза Нейи широко раскрылись во время разговора. Король-Заклинатель внезапно поднял руку и прикрыл её глаза, вроде уговаривая уснуть. Холодное ощущение его костяных пальцев расслабило щёки Нейи, и она улыбнулась.

— … Ах. Если ты будешь восклицать слишком громко, ни будут ли болеть твои раны? Мы можем потом неспешно продолжить то, о чём сейчас говорили.

— Да! Ваше Величество!

Она услышала звук нескольких шагов, и, повернув взгляд, увидела группу паладинов и ополченцев, приближающихся к ним.

— Ваше Величество! Большое спасибо за то, что Вы пришли сюда спасти нас!

— Не берите в голову.

После ответа, Король-Заклинатель медленно поднялся на ноги. Нейа почувствовала себя одиноко, когда он встал, и захотела протянуть руку к его одеянию, но потом осознала, что сделать так будет ужасно стыдно и обуздала себя.

— Хотя нет. На самом деле я надеюсь, вы доставите оруженосца Бараху в безопасное место, как способ выразить благодарность мне. Хотя вы не можете видеть это отсюда, я уже отправил созданную мною нежить в лагерь полулюдей, так что для вас будет нормальным ненадолго покинуть ваши посты.

— Ваше Величество…

— Нейа Бараха... и люди этой страны. Позвольте мне заняться остальным. Я обещаю, что сделаю всё, что в моих силах, для защиты людей этого города.

Король-Заклинатель плавно воспарил в воздух.

— Также, есть ещё кое-что. Можете помочь мне перенести тела тех троих полулюдей, что лежат вон там? Они были сильными противниками, так что я хочу изучить их более внимательно.

Три тела, указанные Королём-Заклинателем, выглядели, будто они однажды были весьма внушительными полулюдьми.

— Перетащите их со снаряжением. Не беспокойтесь о бережном обращении, но не теряйте их экипировку. Я оставляю это на вас.

Пока один из паладинов смотрел, как Король-Заклинатель улетает в небо, он повернулся к Нейе.

— Оруженосец Нейа Бараха, хотя мы хотели бы понести тебя... но недостаток материалов для носилок сделает это сложным. Так что, сможешь ли ты встать сама?

— Да... кое-как…

Нейа медленно поднялась на ноги. Её ноги задрожали, и заболели, сразу, как только она встала на них. Она ухватилась за плечо ополченца и опёрлась на него.

Она посмотрела вниз с городской стены. Отряд обороны, определённый к западным воротам, исчез, и не было никаких тел. Звук скрещивающихся клинков, казалось, исходил далеко отсюда. Поэтому они решили, что использовать кратчайший путь вниз с боковой башни, вполне верное решение.

Нейа искала фигуру Короля-Заклинателя, растворившуюся в небе, и с досадой от невозможности видеть его, вошла в боковую башню.

***

Айнз "приветствовал" полулюдей, вторгшихся в город, заклинаниями, атаковав с воздуха. Подумав о последовательности произошедших событий, он сморщил свои несуществующие брови.

«Это была огромная ошибка. Порядок был неправильным. Я должен был предпочесть Нейю Бараху этой надоедливой женщине».

Нейа умерла потому, что он помог Ремедиос и, таким образом, был задержан. В итоге, он вынужден был использовать палочку высокого уровня, чтобы воскресить Нейю. Это потому что он не был уверен, насколько высок уровень Нейи, и боялся, что она превратится в пепел, как один из людоящеров ранее.

По правде говоря, он понятия не имел, оправдана ли цена воскрешения Нейи теми благами, которые она могла принести Айнзу и Назарику. Тем не менее, поскольку план помочь Ремедиос и оставить за ней должок завершился полным провалом, он должен, по крайней мере, попытаться снова с Нейей. Поэтому он решил воскресить её. Однако…

«… Может быть, правильней было бы использовать палочку воскрешения с заклинанием 7-го уровня?.. Кажется, я был слишком щедр. Кроме того, пройдёт час, прежде чем я смогу поменять это кольцо».

Айнз посмотрел на одно из своих восьми колец. А конкретнее, на одно из колец на пальце правой руки.

Это было Кольцо Мастерства Палочек.

Это кольцо было очень редким артефактом, выпавшим с одного из боссов ИГГДРАСИЛЯ.

Обычно, только магические заклинатели соответствующей специализации могут использовать заклинания, хранящиеся в палочке. Например, только божественный заклинатель мог использовать палочку, пропитанную божественным заклинанием 1-го уровня [Исцеление Светом]. Палочки же, которые были дороже, могли использоваться магическими заклинателями и других направлений.

Но в итоге, патч обновил некоторые палочки, чтобы они могли использоваться всеми игроками. К сожалению, палочка, на которой записано заклинание 9-го уровня [Истинное Воскрешение], которое он использовал для воскрешения Нейи, не была одной из них, и Айнз не смог бы использовать её при нормальных обстоятельствах.

Тем не менее, он мог использовать эту палочку, пока у него было это кольцо.

Но каждый раз, когда это кольцо использовалось, оно применялось только к одной палочке за раз, и ему приходилось ждать час, прежде чем он мог поменять палочку. Оно также несёт в себе недостаток, требующий использования маны. Но всё равно это очень ценный предмет.

Из-за его высокой редкости, очень немногие люди в гильдии Айнз Оул Гоун обладали им. И то, которое сейчас у Айнза, было оставлено ему Аманоманохитоцу, когда тот покинул игру.

«Эх, похоже, что сейчас мне нигде больше не придётся использовать эту палочку. Кстати говоря, я только что понял, что, кажется, она уважает меня. Учитывая то, что она сказала... значит ли это, что я завоевал её доверие? Хмм. Интересно, что случилось?»

Айнз вспомнил реакцию Нейи.

«Её благодарность звучала искренне... Но в то же время, она так пялилась на меня. Это потому что её лицо страшное? Может, стоит порекомендовать ей носить солнцезащитные очки или что-то вроде того?»

Хоть Айнз и думал об этом, но, конечно, он не мог этого сказать. В карете она упомянула, что осознаёт, как страшно выглядели её глаза.

Если кто-то столкнётся с дамой с запахом пота, как бы она отреагировала, если ей сказать «Вы воняете» и дать бутылку духов?

«Кажется, что тогда всё уважение, которое я получил от неё, исчезнет, и она будет только возмущена моим поведением…»

Кроме того, Айнз – Сузуки Сатору – не был настолько храбрым человеком, который смог бы сказать такие вещи.

Айнз заметил скопление полулюдей и скастовал заклинание, атакующее по площади, убивая их всех. Ополченцы, стоявшие перед ними, махали ему руками. Айнз также поднял руку в ответ. Первоначально он намеревался просто поднять руку, но между ними было расстояние, поэтому он поднял руку высоко, чтобы они увидели его.

«Верно~ Это милосердный Король-Заклинатель~ Будьте благодарны мне~ Кстати говоря, может ли здесь магия воскрешения заставлять людей сходить с ума или действовать странно? По сравнению с этим, было бы лучше, если бы она была просто слишком эмоциональной…»

Айнз подумал о Нейе.

Всё-таки он думал, что это было странным. Она была совершенно нормальной, когда он расстался с ней, но так изменилась после того, как её вернули к жизни.

« Должен ли я исцелить её с помощью магии? Это немного беспокоит, если это побочный эффект воскрешения. Не хотел бы этим разрушить её личность».

В убийственных глазах Нейи была странная сила, безумный, свирепый блеск, который пугал его.

«К тому же она приняла меня за справедливость. Немного отдыха должно помочь ей с этим…»

Айнз обратил свой взор на лагерь полулюдей.

Половина его была уже уничтожена, и, среди бегущих полулюдей, лениво шли Пожиратели Душ. Этого было достаточно, чтобы ввергнуть в хаос порядки полулюдей и отправить их в бегство. Пожиратели Душ в свою очередь становились сильнее с каждой съеденной душой.

Когда Пожиратели Душ появились в ИГГДРАСИЛЕ, их почти всегда можно было встретить только на высоких уровнях, где уже был иммунитет к подобным атакам. Поэтому шансы игрока быть уничтоженным мгновенным эффектом смерти были примерно один из ста или даже меньше. Именно поэтому редко можно было увидеть использование Пожирателями Душ этой особой способности.

Однако на этот раз всё было по-другому. Это была прекрасная демонстрация этой способности.

— Души, да... Хм. Я должен поэкспериментировать с этим.

Айнз внезапно приземлился. Затем он использовал свою способность создавать нежить среднего уровня, чтобы создать Пожирателя Душ.

«Иди».

После того, как он дал ментальную команду, Пожиратель Душ немедленно начал двигаться. В то же время он послал приказ Пожирателям Душ, которые уничтожали полулюдей снаружи:

«Оставьте некоторую добычу для новоиспеченного Пожирателя Душ».

Нежить, созданная трупами, не исчезала с течением времени. Но почему они не исчезали?

«Если это, потому что они используют в качестве вместилища не труп, а душу, означает ли это, что Пожиратели Душ, которые поглощают души, не исчезнут?.. Ну, даже если бы я нашел ответ, я бы не знал, где его применить. Тем не менее, знать лучше, чем не знать».

Он снова поднялся в небо и убедился, что город в безопасности. Большинство полулюдей уже должны были быть уничтожены, но, на всякий случай, он должен быть осторожным.

«О-о, эта раздражающая женщина там. Игнорируй её, игнорируй... не обращай на неё внимания...»

Айнз отвернулся от места, где была Ремедиос, и полетел в другое место.

Когда Айнз летел, он слышал крики радости, исходящие из-под него, и ответил взмахом руки. После проверки, что полулюдей больше не было, и бои везде закончились, он решил вернуться в военную комнату. Ему нужно будет вернуться в Назарик и позаботиться о некоторых раздражающих встречах.

— Мне нужно справиться с этим должным образом…

В него хлынул сокрушительный всплеск беспокойства, а затем подавление эмоций успокоило его. Единственное, что осталось – это ощущение холода в его сердце.

***

Как только Айнз сделал свой ход, победа была более чем лёгкой. После уничтожения полулюдей, напавших на город и закончив несколько других дел, Айнз вернулся в свою комнату.

Одним из таких дел было встретиться с Каспондом и попросить его о каких-либо незначительных услугах в будущем. Также Айнз сказал, что без проблем передаст им оставшуюся в лагере полулюдей провизию, за исключением магических предметов.

Поскольку Айнз сам уничтожил лагерь полулюдей, то трофеи от них по праву принадлежали бы ему. Сброс их в Обменную Коробку дал бы довольно кругленькую сумму. Однако, если бы он монополизировал всё это, то добрая воля, которую он так кропотливо продвигал, может в конечном итоге потерять свою ценность. В таком случае он должен списать это как инвестиции в будущие отношения и отдать всё это Святому Королевству. Конечно, среди добычи могут быть ценные магические предметы, и он не собирался отказываться от них.

Как правило, Айнз пошёл бы в лагерь полулюдей сам и использовал [Великое Магическое Зрение], [Обнаружение Магии] и другие подобные исследовательные заклинания для изучения территории, но решил, что в этом нет необходимости. Кроме того, Демиург должен был исследовать магические предметы, которыми обладали полулюди. Даже если что-то было новым, там не должно быть ничего, что может навредить Айнзу.

После этого, он пошёл осмотреть снаряжение тех трёх полулюдей. Как и ожидалось, никто не осмеливался грабить трупы, и поэтому Айнз без проблем проверил их магические предметы. Хоть он уже и имел представление о том, насколько мощные эти предметы, учитывая количество маны, которое они содержали, но он всё ещё надеялся на что-то странное или необычное.

Он бросил их на кровать, чтобы потом каждый магически исследовать. Сперва ему нужно отправить [Сообщение] Демиургу.

Но перед отправкой ему нужно было кое-что сделать.

Айнз достал свиток Демиурга и произнёс заклинание, после чего у него на голове появилась пара кроличьих ушей.

Он использовал их, чтобы проверить близлежащие звуки. Похоже, что никто не прячется, чтобы шпионить за ним. Однако этого было недостаточно, чтобы успокоить его. Ведь существовало заклинание 2-го уровня [Тишина], которое могло устранить звук. А также были и навыки вора. Поэтому слишком рано делать вывод, что вокруг никого нет, только потому, что он ничего не слышал.

«Это благодаря ферме Демиурга, которая позволяет нам легко получать сырье, я могу использовать свитки сколько захочу. Так же, сброс большого количества продукции в Обменную Коробку означает, что мы можем вернуть золото, потраченное на свитки без каких-либо проблем».

Они могут использовать обычный пергамент из этого мира для заклинаний 1-го уровня, таких как [Уши Кролика]. Но остаётся потребность в материалах из ИГГДРАСИЛЯ. Однако часть проблемы с поставками уже решена.

Хотя это правда, что они могут использовать найденные замены материалов только для свитков заклинаний до 3-го уровня, вклад Демиурга уже был очень большим. Первым и самым бесспорным было то, что при рассмотрении всего, что было сделано до сих пор, он был самым достойным похвалы за свою работу. Следующим будет Альбедо и её идеальное управление Назариком.

Далее Айнз использовал свою способность создавать низшую нежить и вызвал призраков.

«Проверьте окрестности и посмотрите, не шпионит ли кто-нибудь за мной».

Получив приказ, призраки покинули комнату сквозь двери и стены. У призраков были астральные тела, и поэтому они могли двигаться прямо через стены и другие подобные препятствия. Тем не менее, у этой способности был предел в зависимости от того, насколько толстые будут стены. Но толщина стен этой комнаты не была слишком большой и поэтому они прошли без проблем.

Айнз сосредоточился на ушах кролика.

Даже если бы опытный вор находился в засаде, он не смог бы остаться неподвижным, если неожиданно появится нежить, особенно окруженная аурой страха. Кроме того, нужна была бы способность маскировки, способная скрыть от обнаружения призраком. Конечно, обмануть низкоуровневую нежить было легко, но в этом мире если кто-то действительно имеет такие способности, то они считаются довольно умелыми, и выделяются среди остальных.

Айнз пришёл к выводу, что таких людей здесь не должно быть. Если бы в этой стране были такие люди, то они точно бы участвовали в двух предыдущих битвах.

«Тем не менее, я не могу исключить возможность того, что кто-то подобный может просто опасаться меня и, таким образом, выжидать. Однако, учитывая характер той женщины, это вряд ли возможно... Да и если бы там был кто-то такой, Демиург бы сообщил мне о них».

Скорее всего, так и было. Но когда Айнз подумал об этом, то задался вопросом, действительно ли это так?

«Ведь, Демиург же не считает, что я способен понимать всё без малейших объяснений, верно?.. Ах, чем больше я думаю об этом, тем сильнее у меня болит живот…»

Если бы произошла такая ошибка, ему следовало бы собрать всю свою решимость и провести с Альбедо и Демиургом хорошую беседу.

Тем временем нежить вернулась.

— Там кто-нибудь есть?

Нежить ответила отрицательно. Кроличьи Уши Айнза тоже не уловили никаких подозрительных звуков.

— Значит так. Тогда спрячьтесь в стенах и следите за окружением.

Увидев, как неживые существа вошли в стену, Айнз мысленно приготовился.

«Так, дальше я использую [Сообщение]».

Казалось бы, это просто, но он не мог заставить себя сделать это. Как служащий, что знал о взбучке от босса по возвращению в офис.

Но всё же, он не мог тянуть вечно. Тяжесть на его сердце будет велика, если Демиург свяжется с ним первым.

— Мне пора сделать это!

Приободрив себя, он послал [Сообщение] Демиургу. Он повторял в своей голове бесчисленное количество раз то, что хотел сказать, и провёл более чем достаточно репетиций. Всё, что ему оставалось сделать – сказать это.

[Сообщение] соединилось быстрее, чем он мог глубоко вдохнуть для облегчения стресса. Или, скорее, не было практически никакой задержки между использованием заклинания и открытием канала к Демиургу. Отклик был практически мгновенным.

— Демиург, это ты?

[Истинно так, Айнз-сама.]

— Хмм.

Он практиковал это много раз. Всё, что ему оставалось сделать – сказать это.

— … Я размышлял, остались ли у тебя вопросы в связи с отклонением моих действий из отчёта, так что я связался с тобой. Хотя я понимаю, что ты хочешь сказать, думаю, Альбедо также должна присутствовать, чтобы подробно разобрать вопросы. Возвращайся в Назарик без промедления. Я также вскоре вернусь. Мы встретимся в деревянном домике на поверхности.

[Понял. Тогда я свяжусь с Альбедо.]

— Ах, пожалуйста, сделай это.

Айнз немедленно оборвал [Сообщение]. После этого он глубоко вздохнул.

«Аахх, это хорошо. Его голос не был сердитым. Аах, это было страшно».

«Что я буду делать, если талантливый подчинённый будет зол на меня», – подумал Айнз. Его сердце было заполнено страхом. Чтобы успокоится, он напряг всё своё дрожащее тело и уставился на стену.

Миссия призрака была завершена. Так как в этом мире существовал дружественный огнь, он мог уничтожить призванную нежить. Хотя приказать призраку вернуться было также лёгкой задачей. В данном случае даже не было нужды говорить, достаточно было издать мысленный приказ из-за ментальной связи между ними.

Так же в Э-Рантеле Айнз создал огромное количество нежити, и поэтому там он не был уверен в способности отдать чёткий приказ без слов. Однако здесь Айнз сделал совсем немного нежити, так что выдача чёткого приказа будет достаточно простым делом.

«… Исчезни».

« Так, теперь о возвращении в Назарик…»

Ему предстоит очень пугающая задача – обман, который нужно было правдоподобно исполнить. Он бы хотел, чтобы кто-то другой исполнил это, но такое было невозможно. Кроме того, кому бы он смог это поручить?

Он прикоснулся к магическим вещам трёх полулюдей на столе в надежде устранить своё беспокойство.

«Хуху. Они слабые, и дешёвые, но всё же, получение магических предметов в этом мире делает меня счастливым... Ну, возможно не таким счастливым, как Актёра Пандоры, но правда, чувствуется, что я тоже люблю магические предметы, хех?»

Первым делом Айнз оценил магические предметы, принадлежащие четверорукому получеловеку. Среди них был браслет, защищавший от заклинания мгновенной смерти Айнза – Браслет Стража Смерти. Он мог гарантировать иммунитет к магии смерти один раз в день.

Айнз взял его и повертел в своей руке несколько раз, потом положил обратно на стол.

«Скучно. Если бы здесь были вещи получше. Что ж, тогда теперь…»

Собираясь отбыть, он услышал стук в дверь. Снаружи раздался голос:

— Ваше Величество, это оруженосец Нейа Бараха.

Айнз немедленно проверил себя. Потом он осмотрел комнату для достоверности в том, что окружение соответствует абсолютному правителю, каким являлся Король-Заклинатель. После этого, он медленно устроился на стуле, приняв позу, названную им Король Айнз №24.

— … Входи.

Он сделал всё возможное, чтобы говорить низким, тяжёлым голосом. Такое изменение тональности было результатом постоянной практики.

Дверь открылась, Нейа вошла в комнату и поклонилась ему. Похоже, её раны уже зажили.

— Я глубоко благодарна за получение разрешения войти, Ваше Величество. Я пришла сюда для исполнения своих обязанностей оруженосца.

— Хмм. Я рад, что ты пришла, Бараха-сан. Но сегодня тебе нет нужды исполнять свои обязанности оруженосца. Хоть твои раны и излечились, усталость от битвы должна...

«Ах, верно. Я же позаботился об этом», – подумал Айнз. Использованное им тогда второе зелье снимало усталость и истощение. Это было зелье, которое Энфри превозносил до небес.

— Я способна исполнять мои обязанности оруженосца благодаря силе Вашего Величества. Также, я очень счастлива, что мне позволено оставаться рядом с Вашим Величеством.

Нейа улыбнулась. Или это была ухмылка? Обычно тело напряжётся при виде враждебной или злой ухмылки, но королевское равновесие Айнза было нерушимо.

— … Вот значит как. Однако я должен вернуться в Колдовское Королевство на некоторое время для решения критических задач. Извиняюсь за трату твоего времени.

— Я понимаю…

Она выглядела очень разочарованной, и совсем не мило. Всё, что он мог подумать, так это то, что она глазеет на него. Однако Айнз уже подумал о способе иметь дело с Нейей.

Всё, что ему нужно было сделать, это закрыть глаза. Таким образом, её взгляд больше не будет пугать его.

— Говоря об этом, я рад, что ты в порядке... что ты жива, Бараха-сан.

— Огромное Вам спасибо, Ваше Величество! Всё это благодаря Вашей силе. В частности, без этой брони я могла не выстоять до прихода Вашего Величества.

«Но ты и не выстояла, ты умерла... Ну, всё хорошо, что хорошо заканчивается. Если подумать об этом, я слышал, что она сражалась на стенах города, так что дать ей броню с защитой от дальних атак было правильным выбором!»

— Хуху. Ну, приятно это слышать. Как насчёт лука? Ты показала его мощь людям?

— Да... много людей видело великую силу этого лука... Хотя, они все сейчас мертвы.

— Что?!.. Ясно, так вот что случилось. Как жаль.

Он снова провалился. Айнза наполнило глубокое сожаление. Если каждый, видевший лук – мёртв, то не было никакой разницы, видел ли его кто-либо вообще.

«Наверное, я должен сдаться в попытках рекламировать рунное оружие... Но всё же, я думаю, должен быть шанс. Даже если этот план провалится, я ничего не потеряю, а в случае успеха многое приобрету».

— Я уверена, что без одолженного Вашим Величеством снаряжения я бы была в Раю вместе с остальными... Огромное Вам спасибо, Ваше Величество.

Айнз чувствовал, что её слова шли от самого сердца, и тогда он похвалил себя: «Хорошая работа». Конечно, он не мог выразить эту эмоцию. Ведь он должен показывать уравновешенность правителя.

— Не обращай внимания. Всё, что тебе нужно знать, это то, что долг мастера – защищать своих последователей.

Айнз на мгновение приоткрыл свои глаза, чтобы изучить её реакцию. Лицо Нейи несколько исказилось, когда она услышала слово "последователь". Вероятно, это был не гнев, но чувствовалось какое-то недовольство. Хотя, если судить по её текущему отношению и течению разговора, дело было не в этом.

Другими словами, открывать глаза было ошибкой. И Айнз снова закрыл их.

— Очень благодарю Вас, Ваше Величество. Также люди, спасённые Вашим Величеством, желают через меня выразить свою признательность Вам.

«Вот это – правильно!» – Айнз боролся, чтобы скрыть свои чувства.

— Тебе не нужно волноваться об этом. Я просто спас их, потому что был там. Однако я верю, что они не будут ожидать повторения такой большой удачи. Я использовал достаточно много маны в этой битве, так что вряд ли смогу помочь в следующий раз.

— Поняла, я передам им Ваши слова.

— Аах. Однако… это верно. Пожалуйста, уведомь этих людей, что я рад принять их признательность... А теперь, Бараха-сан, я извиняюсь, но я, правда, должен идти. После... да, ты можешь вернуться через 4 часа?

— Да! Совершенно без проблем! Тогда, прошу, извините меня, Ваше Величество!

Нейа покинула комнату, и Айнз открыл свои глаза.

«Хм. Её признательность выглядит довольно настоящей. Похоже, я всё же заполучил одного человека. Нет, как говорится, путешествие в тысячу миль начинается с одного шага. Должен ли я выдавать бесплатные зелья исцеления как рекламу? Это может помочь заработать мне больше признательности... Но может ли это возместить неудачу с рунным оружием?»

Айнз вытащил фиолетовое зелье.

Это было зелье Энфри. Его качество немного хуже, чем у зелий из ИГГДРАСИЛЯ, и оно ещё находится на стадии разработки. Однако в будущем, возможно, их эффекты могут сравняться. Или Энфри может оказаться в состоянии даже сделать красные зелья ИГГДРАСИЛЯ.

«Было бы слишком расточительно просто так распространять новости о красных зельях из ИГГДРАСИЛЯ, поэтому я их не использовал... Всё же, я не знаю, смогут ли люди, привыкшие к синим зельям, принимать фиолетовые зелья. Использование и тестирование их здесь звучит неплохо»

Прямо сейчас он хотел, чтобы Назарик скрыл зелье, которое сделали Энфри и его бабушка. Он не планировал распространять эту технологию. Однако этот план может измениться в будущем, и придёт время, когда он сможет продавать это зелье. И было бы неплохо создать фундамент для этого.

«Это сложно. У этого плана есть как достоинства, так и недостатки...»

«Честно говоря, тот факт, что Энфри обсуждает свою сексуальную жизнь со мной, вызывает у меня массу проблем. По крайней мере, они не делают "это" прямо передо мной».

«Во-первых, почему Энфри обсуждает это со мной? Это потому что у него нет родственников мужчин? И он находится далеко от города, в котором жил до сих пор? Поэтому ему не с кем поговорить? Насколько я знаю, он мог подумать, что у Нарберал и меня именно такие отношения».

«Но он же должен знать, что я скелет…»

Хотя Айнз подумывал о том, чтобы шпионить за их сексуальной жизнью для удовлетворения своего любопытства, он чувствовал, что это изменит его отношение к ним, поэтому сдерживал этот порыв. Тем не менее, каждый раз, когда Энфри приходил обсуждать это с ним, приходилось прикладывать много усилий, чтобы подавить любопытство, которое у него возникало.

«К тому же, он дал мне попробовать своё особое зелье выносливости. Я помню что чувствовал себя очень хорошо после его употребления, поэтому попросил Энфри создать побольше… Может быть такой сильный эффект из-за того, что он использовал какую-то питательную добавку? И дал он мне его явно, потому что…»

Во всяком случае, тогда Айнз решил передать это зелье тем двум людоящерам, чтобы они усердно работали над тем, чтобы сделать побольше редких детей.

«Плоды прогресса сначала применяются к военной промышленности, а затем к сексу и медицине. Правда ли это? … Ах, пора идти».

Глава 5: Смерть Аинза

Часть 1

В комнате было всего четыре человека.

Два паладина, которые только что вернулись из битвы, и потому их броня была испачкана кровью – Ремедиос Кастодио и Густав Монтанис. Тот, кто руководил выжившими жрецами, человек средних лет, способный использовать заклинания 3-го уровня – Силако Наранхо. И принц, Каспонд Бессарез.

Так как двое паладинов вернулись с поля битвы, а Силако был ответственен за исцеление раненных, в итоге, комната принца Каспонда пропахла кровью.

Ремедиос не снимала шлем. Это было грубым нарушением этикета при посещении королевских покоев, можно было даже назвать это вопиющим неуважением. Но Каспонда, казалось, это ничуть не волновало, и он выглядел весьма спокойным.

Атмосфера в комнате была ужасной, и не столько из-за крови, сколько из-за напряжённого настроения, витавшего в воздухе. И даже солнечный свет, пробивающийся из окна, казался каким-то тусклым…

Они выглядели не так, как должны были выглядеть люди, которые, не смотря на ничтожные шансы, всё же одержали победу

Каспонд, нарушив тяжёлое молчание, заговорил первым. Всё же, кому как не ему начинать первым?

— Говорите, какие у нас потери?

— Из 6-ти тысяч ополченцев, что мы вывели на поле боя, 4 тысячи ранены или убиты.

— … Если я имею право дополнить слова господина вице-капитана, среди раненых есть тысяча тех, кого прямо сейчас исцеляют наши целители, но половина из них погибла, потому что мы не успели добраться до них, – добавил Силако

— … Погибло половина паладинов и восемь священников.

Услышав слова Густава, Каспонд закрыл глаза и покачал головой.

— Против подобной армии полулюдей… Трудно назвать такие потери удачей. Должны ли мы быть благодарны, что это всё, что мы потеряли? Или нам должно скорбеть из-за столь огромного количества жертв…

— Последнее.

Тихий, спокойный голос Ремедиос прервал речь Каспонда.

— … Капитан Кастодио права. Нам должно оплакивать подобную жертву.

Густав и Силако опустили взгляд, услышав слова Каспонда.

Они понимали, что в битве против 40-ка тысяч полулюдей было чудом, что в Армии Освобождения Святого Королевства оказалось так много выживших, хотя она и состояла полностью из людей. Однако так же они понимали, что говорить нечто подобное было разрушительным и неправильным, поэтому у них не было выбора, кроме как просто промолчать.

— Так это Король-Заклинатель разбил силы полулюдей? – Каспонд прервал молчание

— Да. В беспорядке обороны городских стен оказалось довольно мало очевидцев, так что мы не уверены в деталях, но говорят о таинственной нежити, уничтожавших армию полулюдей.

— Понятно. Всё совпадает с тем, что я услышал от Короля-Заклинателя. Значит, он, используя созданную им нежить для зачистки, уничтожил такую большую армию? Раз так... то мы можем сделать вывод, что у Короля-Заклинателя хватит сил победить Ялдабаофа, верно?

Каспонд перевел взгляд на Ремедиос, но она просто поджала губы и промолчала. Напряжение в воздухе вокруг самого сильного паладина Святого Королевства делало её символом страха для слабых. Каспонд отвернулся от неё и направил взгляд на Густава, который тотчас же посмотрел на него полным извинениями взглядом и опустил голову

— Хах… Действительно ли это хорошая идея – поставить на него всё королевство? Или, вернее, должны ли мы думать о том, что делать, если Король-Заклинатель проиграет Ялдабаофу? У кого-нибудь есть идеи, что лучше будет сделать, если такое произойдет?

Ответом была тишина. Среди неё заговорила Ремедиос.

— В таком случае, как насчет того, что бы позвать Момона?

Остальные трое сурово переглянулись.

Ремедиос, считавшая это хорошей идеей, нахмурилась.

— Что? У вас есть идеи получше? Это более правильно, чем помощь этого проклятого существа нежити, не так ли?

— … Капитан. Сейчас мы обсуждаем, что делать, если Король-Заклинатель погибнет. В такой ситуации отправиться в Колдовское Королевство, чтобы получить больше помощи, было бы очень рискованным предприятием.

— Не обязательно, – сказал Силако, поглаживая белые усы.

— Думаю, это плохая идея, – возразил Густав.

— Минуточку, пожалуйста, господин вице-капитан, – продолжил Силако. — Идея госпожи капитана рискованна, но не плоха. Как насчёт того чтобы солгать, что Ялдабаоф схватил Короля-Заклинателя, чтобы вынудить приехать сюда Момона?

— Господин священник, нет. Это было бы слишком опасно. Даже если Момон победит Ялдабаофа, открытие лжи может спровоцировать войну, – объяснил Каспонд. — Даже если всё пройдет хорошо, впечатление Колдовского Королевства о нашей стране падёт вниз. И если всё пойдёт плохо, Момон вполне может стать вторым Ялдабаофом и привести армию нежити Колдовского Королевства в нашу страну.

— Всё как Вы и говорите, – подтвердил Густав. — И хуже всего то, что у Колдовского Королевства будут справедливые претензии к нашей стране.

Ремедиос наклонила голову, во время всех этих объяснений.

— Мы не соседствуем с Колдовским Королевством, так что всё в порядке, верно?

— … Капитан Кастодио, пожалуйста, перестаньте думать о таких опасных вещах. Я не хочу принимать политику, которая поставит нас под угрозу... Тем не менее, у меня нет хороших идей... Что насчёт вас двоих?

Силако и Густав больше ничего не могли придумать.

Комната погрузилась в тишину.

В конце концов, Каспонд заговорил.

— … Что ж, тогда давайте позже каждый из нас ещё подумает над этим. Думаю, что пока не будет никаких проблем, если Король-Заклинатель сможет победить Ялдабаофа. – Каспонд хлопнул в ладоши. — Тогда давайте поговорим о кое-чём другом. Что насчёт провизии, которую мы захватили у полулюдей? Мы можем нормально её есть? И, если мы можем потреблять её, насколько этого хватит?

Обычно всё это принадлежало бы Королю-Заклинателю, поскольку он победил армию полулюдей, но он уже сказал, что передаст продукты бесплатно.

Каспонду ответил Густав. Он был ответственен за распределение ресурсов и прочие задачи.

— Ваше Высочество. Там, кажется, много овощей и хлебных продуктов, которые мы должны быть в состоянии употреблять. Благодаря атаке нежити Короля–Заклинателя, они были захвачены в целости и сохранности, поэтому находятся в очень хорошем состоянии. Кроме того, есть также некоторые продукты питания, которые нуждаются в дальнейшем изучении, такие как кисло пахнущие овощи и тому подобное.

Хлебные продукты были очень распространены в Святом Королевстве. Тем не менее, это была пища полулюдей, поэтому она может принадлежать к такому виду, который невозможно есть человеку. Поэтому Густав сказал, что они должны исследовать этот момент.

— Есть только одна проблема. Мясо.

— Что Вы имеете в виду?

Лицо Густава приняло мрачное выражение, когда он посмотрел на Каспонда.

— Часть мяса выглядит так, как будто оно человеческое. Этот вывод пришёл из рассмотрения их формы, хотя мы и не уверены в этом. Может быть, мы могли бы сказать точно, попробовав, но я бы предпочёл не есть его, если Вы не возражаете.

— О каком количестве мяса мы говорим? – У Силако было явное отвращение на лице.

— Многие полулюди едят мясо, поэтому там его было много. На первый взгляд, кажется, что половина провизии, которую они принесли, было мясом.

— Что?! Половина провизии для армии из 40-ка тысяч солдат – это мясо?

Гипотетически, если получеловек съедал килограмм мяса в день, тогда вся армия – 40 тонн. Если бы их хватило на две недели, это было бы 560 тонн. В таком случае…

Принц схватился за голову.

— Сколько же это человеческого мяса?

— Мы не знаем. Проверка каждой части займет много времени, и если они не находятся в их первоначальных формах…

— Было бы плохо выбрасывать еду, когда будущее кажется таким мрачным. Я хотел бы отделить человеческое мясо от другого... Священник Наранхо, могут ли Ваши заклинания сделать нечто подобное?

— Мои извинения, Ваше Высочество. Жрецы не могут сделать что-то подобное. Я считаю, что мои коллеги среди паладинов тоже такое не смогут.

Каспонд увидел кивок Густава и глубоко вздохнул.

— Значит, магия не может делать всё, да? Как насчет того, чтобы пленные полулюди съели часть его, чтобы найти необходимое?

— Мы должны позволить мёртвым покоиться с миром. Если есть человеческое мясо, мы должны упокоить его.

— Верно, капитан Кастодио... А что Вы об этом думаете, вице-капитан Монтанис?

— Да, я согласен с капитаном. Я думаю, что у нас не будет достаточно времени, чтобы исследовать каждую бочку мяса. Мы должны использовать наше время и сосредоточиться на других проблемах.

— Вот как... Очень хорошо, я понимаю. Что касается человеческого мяса полулюдей, мы избавимся от всего, что выглядит сомнительным. В таком случае, как насчет оружия и доспехов полулюдей?

Король-Заклинатель также передал их бесплатно, но он также сказал, что будет ожидать чего-то в благодарность. Поэтому им придётся передать равноценно этому предметы, когда придёт время.

Если они смогут победить Ялдабаофа или хотя бы вернуть Королевскую столицу, Каспонд планировал объявить народу, что он передаст сокровища страны Колдовскому Королевству.

— Восстановление снаряжения полулюдей и захоронение трупов потребует времени, поэтому у нас даже не будет времени проверить их качество... Господин священник, если здесь появится какая-нибудь нежить, станут ли они подчинёнными Короля-Заклинателя?

Нежить легко рождается в местах, где погибло много людей. Место, где погибло более 10-ти тысяч полулюдей, идеально подходит.

После сказанного, глубоко обеспокоенный взгляд появился на лице Силако.

— Я не знаю. Я действительно не знаю, но может случиться всё, что угодно. Поэтому мы должны разобраться с телами и освятить землю как можно скорее. Я бы хотел положиться только на наши силы, но жрецов и священников слишком мало. Мы просто не сможем справиться с этим сами, поэтому я хотел бы получить некоторую помощь от паладинов.

— Ах, оставь это нам. В конце концов, мы привыкли иметь дело с нежитью.

— Я и не ожидал меньшего от капитана Ремедиос. Это успокаивает моё сердце... – Обрадовался Силако. Если бы только Святая Королева-сама или Келарт-сама были здесь…

Все замолчали, когда Силако произнёс это.

Казалось, что в этом молчании все молятся. Каспонд первым нарушил тишину.

— Ах, говоря об этом, вице-капитан Монтанис. Король-Заклинатель, похоже, хочет забрать магические предметы с собой в свою страну. Он уже выбрал, какие. Конечно, он вернёт всё, что принадлежит Святому Королевству.

— Понятно. Когда дело доходит до мечей и доспехов, всё просто, но, тем не менее, у меня будут трудности с определением других предметов. Если у кого-то здесь есть знания о магических предметах, я хотел бы, чтобы они мне помогли.

Каспонд уверенно кивнул.

— Я мог бы помочь, если речь зайдёт о предметах, передаваемых через королевскую семью. Однако, что касается религиозных предметов… – Каспонд посмотрел на Силако и тот кивнул. — В таком случае, мы найдем помощников среди гражданских. Тем не менее, это было действительно неожиданно. Нет, мы должны сказать, что это было даже больше, чем мы надеялись. Мы должны поблагодарить силу Короля-Заклинателя за то, что всё обернулось именно так.

Никто из присутствующих не высказал никаких возражений. Среди тишины Каспонд снова заговорил, как бы озвучивая их общую позицию:

— Этот город был спасён от захвата благодаря силе Короля-Заклинателя.

Раздался очень слышный звук скрежета зубов со стороны Ремедиос, и Каспонд с тревогой посмотрел на Густава.

— После мне нужно будет поблагодарить его от имени Святого Королевства. Когда придёт время, я надеюсь, что вы все будете присутствовать... В любом случае, имея возможность опереться на силу Короля-Заклинателя и достичь победы, является радостным событием.

— Не забывайте, что мы тоже внесли свой вклад в победу.

Слова Ремедиос словно заморозили воздух в комнате. Нет, были только двое, кто застыл: Густав и Силако.

Рот Густава открылся и закрылся. Он выглядел так, будто понятия не имел, как извиниться за выпад своего начальника.

— … Действительно. Капитан Кастодио, это факт, что мы не выиграли бы эту битву без ожесточенного сопротивления, которое Вы и Ваши люди оказали.

Каспонд увидел кивок Ремедиос, и продолжил говорить.

— Однако также факт, что без помощи Короля-Заклинателя мы проиграли бы, и это так же верно, что он мог выиграть сам. Я ошибаюсь?

Ремедиос резко сняла с себя шлем и швырнула его в стену, спровоцировав громкий удар.

Дверь в комнату распахнулась, и в комнату ворвались паладины, стоящие на страже.

— Ваше Высочество! Что-то случилось?!

— Ничего не случилось! Продолжайте ждать снаружи!

Паладины посмотрели на шлем, валяющийся на полу, потом взглянули на лицо Ремедиос. Увидев взгляд на её лице, и они поняли, что произошло. После указания, они тихо покинули комнату.

— Капитан Кастодио, пожалуйста, не волнуйтесь. Я прошу Вас успокоиться.

— Как я могу быть спокойной?! Все люди, которых я встретила по пути сюда, восхваляли только Короля-Заклинателя! Как будто победил только он сам! Разве он не появился намного позже уже в разгар сражения? Сколько людей погибло до его победы?! Это была победа, за которую заплатили жизнью люди: паладины, священники, мужчины, женщины, старики и дети!

Ремедиос с яростью посмотрела на Каспонда.

— То, что он победил в одиночку – ложь!

— Капитан!

Густав больше не мог скрывать своего страха перед тем, как Ремедиос вела себя перед принцем. Она никогда не думала, но, по крайней мере, была достаточно умна, чтобы знать, кто был её начальником. Однако сейчас всё было по-другому – она казалась обезумевшим зверем.

— Этот костяной ублюдок летал в небе, когда всё закончилось, чтобы покрасоваться! Война – это игра для этого ублюдка?!

— Капитан Кастодио, кажется, Вы сильно тяжело переносите смерти столь многих простых людей. Может Вам стоит передохнуть?

В ответ на прямой вопрос Каспонда, Густав бросил ему благодарный взгляд.

— Есть одна вещь, о которой я всё время думаю. Я уверена, что Ялдабаоф и Король-Заклинатель – сообщники.

Все трое переглянулись.

— У Вас есть доказательства, капитан?

Силако хладнокровно посмотрел на Ремедиос. Если спокойно посмотреть на то, что она делала до сих пор, то её мотивы говорили о явной враждебности к Королю-Заклинателю и о том, что она хочет его смерти. Но сейчас был не тот момент, чтобы личные предпочтения влияли на принятые решения.

— Разве он не единственный, кому это выгодно? И полулюди, и люди Святого Королевства – мертвы. Колдовское Королевство сокращает численность нашей армии в этой войне, чтобы потом взять под контроль наш народ и земли! Вот почему он пришёл сюда!

— Понятно. Это, безусловно, выгодно для него, если подумать. А вы двое, как считаете?

Густав сморщил брови, отвечая на вопрос Каспонда.

— Король-Заклинатель приехал сюда по нашей просьбе. Кроме того, разве это не предложение капитана, чтобы они сразились друг с другом?

— Точно! Эта стерва в маске из Синей Розы, тоже с ними заодно. Если бы не то, что она сказала, мы бы никогда не отправились в Колдовское Королевство. Мы бы обратились за помощью к Империи или Теократии. И кто знает, он, возможно, всё рано бы приехал, даже если бы мы ничего не сказали.

— Ааах. – Каспонд глубоко вздохнул. — Капитан Кастодио, Ваша логика не имеет абсолютно никакого смысла. Вы просто искажаете факты, чтобы всё соответствовало тому, что Вы говорите. Я хочу напомнить, что Король-Заклинатель сказал, что хочет заполучить тех демонов-горничных, или я ошибаюсь?

— Пожалуйста, простите меня за то, что я говорю о таких вещах, которые не достойны священника, – вмешался Силако. — Я слышал, что эти демоны довольны сильны. В таком случае, я могу понять Короля-Заклинателя, который хочет заполучить их. Демонам не нужна еда и вода, и они не умрут от старости. Способность управлять таким существами смотрится лучше, чем создавать армию.

— Раз так, то это означает, что Король-Заклинатель помогает нашей стране, потому что полагает, что она имеет необходимую для него ценность. Для короля важно руководствоваться только здравым смыслом. Это рациональное суждение короля, который заботится о своей стране.

— Однако ведь никто не видел этих демонов-горничных, верно?!

Когда Ремедиос закричала, словно дура, Каспонд посмотрел на неё, будто та была маленьким, жалким ребенком.

— Капитан Кастодио. Я бы предпочёл поговорить с Вами более объективно, без эмоций, но Вы, кажется, устали. Пойдите и отдохните. Это приказ.

Красное лицо Ремедиос выглядело так, будто ей хотелось пронзительно прокричать ещё что-то, но Каспонд не дал ей этого, продолжив говорить.

— Идите, утешьте раненных. Это Ваша задача, как полевого командира, верно?

— Я поняла.

Ремедиос подняла шлем и вышла из комнаты.

Невозможно описать, как после этого разрядилась атмосфера в комнате. Было такое ощущение, будто недавно бушевавший ураган прошёл, и все кусочки встали на свои места, вызывая чувство облегчения, что удалось выжить.

Однако Густаву прямо сейчас было необходимо кое-что сделать.

— Ваше Высочество! Я искренне извиняюсь за действия капитана Кастодио.

Каспонд горько улыбнулся Густаву, склонившему голову.

— Вам тоже пришлось нелегко. Однако, что вы думаете о будущем? Если быть честным, я понятия не имею, что будет с нашей страной после войны. Если бы только смогли найти мою сестру, Святую Королеву. Что сучилось со Святой Королевой в битве у Калиншы? Вы получали какие-нибудь доклады от капитана Кастодио?

Густав был личным помощником Ремедиос. Поэтому, он был в курсе, что Ремедиос доложила Каспонду об этом.

Факт того, что Каспонд знал это, но всё равно задал свой вопрос, доказывал, что принц подозревает Ремедиос в обмане.

— Мой принц, я слышал что-то подобное от капитана Кастодио в докладе Вашему Высочеству, во время нашей первой встречи... Её далеко отбросило ударной волной, и когда она подошла, Святой Королевы и её сестры, Келарт Кастодио, нигде не было видно. Их тела так и не были найдены, хотя трупы паладинов, авантюристов и священников были повсюду разбросаны.

— И это всё? Возможно, я слишком сильно волновался... Капитан Кастодио не похожа на людей, которые говорят одно, а подразумевают совсем другое. Было бы хорошо, если бы они были захвачены Ялдабаофом. Однако, если они убиты… вопрос о преемственности станет очень сложным.

Испуганный Силако задал ему вопрос.

— Ваше Высочество, Вы устали от должности Святого Короля?

— Ты мне льстишь. По правде говоря, если бы не война, и моя сестра погибла от какого-нибудь несчастного случая при обычных обстоятельствах, то моё становление Святым Королём было бы вполне нормальным. Однако сейчас всё по-другому. Север опустошён, а Юг готов к битве. В такой ситуации очень вероятно, что Юг может поддержать кого-то другого в становлении Святым Королём. Честно говоря, очень вероятно, что один из благородных дворян с Юга может стать Святым Королём.

— Что?!

Каспонд улыбнулся, посмотрев на шокированное лицо Силако.

— Я не думаю, что это должно быть так шокирующее... В таком случае, относительно того, что было сказано ранее вице-капитаном. Если всё будет хорошо, первое, что сделает южная знать, это попросит капитана Кастодио взять на себя ответственность за всё содеянное, и будет помещена под домашний арест.

— Почему они это сделают?

— Тогда я спрошу Вас, вице–капитан Монтанис, почему они этого не сделают? Для них она – паладин, который не смог защитить Её Величество.И кого они обвинят в их несчастиях? И это не единственная причина. Она может сразить целую армию в одиночку. В таком случае, вполне естественно подавить моральный дух и устранить потенциального врага. Это является основной тактикой ведения войны, верно?

— Враг?! Кто этот враг?!

— Для Южных дворян мы – враги. Другими словами, фракция Святой Королевы. Ремедиос Кастодио была доверенным лицом Святой Королевы. Конечно, паладины, которых она возглавляет, также будут рассматриваться как враги.

— В таком случае, что насчет священников, которых возглавляла Келарт Кастодио?

— Вы же не думаете, что они станут что-то предпринимать против священников? Церковная магия незаменима в повседневной жизни. Однако есть священники, которые поднялись в иерархии благодаря своим связям с южной знатью. Я думаю, что дворяне Юга могут поставить кого-то из них на должность Верховного священника, даже если это будет кто-то без способностей и абсолютно некомпетентный.

— Мой принц... что же нам делать?

— Вице-капитан Монтанис, что Вы имеете в виду? Вы хотите уберечь капитана от попадания под домашний арест? Или Вы хотите, чтобы паладины не оказались вовлечёнными в это?

— Я просто хочу знать, что мы должны сделать для светлого будущего Святого Королевства?

— … Мы должны найти мою сестру. Затем, нам нужно достижение, которое, будет принято людьми как спасение страны. Например, изгнать полулюдей с наших земель не опираясь на силы Юга.

— Это невозможно… Мы не сможем сделать этого без силы Короля-Заклинателя.

Каспонд смотрел на Густава, который, признался в своей некомпетентности, и пожал плечами.

— Тем не менее, это нужно сделать. В противном случае не удастся остановить давление со стороны Юга после победы. Хм, да, или мы можем нанести ущерб Югу такой же сильный, как у Севера. В конечном итоге всё, что имеет значение, это сохранение баланса сил.

Каспонд взглянул на потолок.

— Если бы мы договорились с Югом раньше... Но капитан Кастодио была слишком озабочена своим благополучием. И я понимаю, как всё это могло отразиться на её нервах. В конце концов, Король-Заклинатель единственный, кто достойно выглядел в этой битве. Если дела примут скверный оборот, Король-Заклинатель может стать следующим Святым Королём.

И Силако, и Густав считали, что это было возмутительно, однако никто из них не мог отрицать этого.

— В этом случае нам нужно хорошо продумать наши будущие планы. Хотя я хотел бы, чтобы капитан Кастодио была здесь... она может ослушаться прямого приказа.

— … Я думаю, что всё будет в порядке, пока это в рамках законов этой страны.

— Ясно… Я думал о том, как атаковать тюремные лагеря. Вот несколько причин.

Каспонд начал объяснение.

Святое Королевство атаковали примерно 100 тысяч полулюдей.

Они не слышали о каких-либо передвижениях со стороны полулюдей, действующих против южных сил Святого Королевства. Поэтому они подсчитали, что 40 тысяч полулюдей, которые напали сейчас на этот город, были большей частью сил, предназначенных для управления лагерями на Севере.

— Я согласен с Вашим мнением, – согласился Густав. — Нападая на ослабленные тюремные лагеря, мы можем, как и уничтожить их по частям, так и увеличить наши собственные силы, одновременно. Думаю, это убьёт двух зайцев одним выстрелом.

— Капитан Монтанис, я рад слышать Ваше одобрение. Как насчет Вас, священник Наранхо?

Силако также согласилась с этим предложением. Тогда Каспонд продолжил.

— Король-Заклинатель находится в этом городе. Поскольку он заботится о нашей безопасности здесь, я хотел бы, чтобы паладины атаковали лагеря пленников... Можете ли Вы это сделать? Кроме того, я бы хотел, чтобы капитан Кастодио осталась здесь, когда Вы начнёте атаку. Заставьте её думать, что она отвечает за мою безопасность.

— Большое спасибо, Мой Принц!

— … Я не думаю, что сказал Вам что-то, за что меня следует благодарить, вице-капитан Монтанис.

Каспонд сказал это с исчезающей улыбкой на лице.

— … Однако, если при атаке на лагеря заключённых будет отсутствовать сильнейший паладин, и там окажется кто-то подобный Великому Королю Баззаа, Вы все можете погибнуть.

— Мы можем выбирать какие лагеря атаковать?

— Конечно же. Я оставляю это Вам. Не нужно заставлять себя атаковать большие лагеря, которые могут быть более опасными.

— Понял. В таком случае я думаю, что нам следует начать подготовку.

— Капитан Монтанис, могут ли несколько наших боевых священников пойти с вами? – Добавил Силако.

— Безусловно. Тогда мы выдвинемся через несколько дней.

***

Айнз использовал [Великую Телепортацию], и переместился к бревенчатой хижине на поверхности Назарика. Альбедо, Демиург и Люпус-Регина уже стояли там, приклонив колени. Он не знал, как долго они его так ждали.

Альбедо и Демиург были вызваны Айнзом, в то время как Люпус-Регина должна была дежурить в хижине.

Так как Люпус-Регина отвечала за всё, что касалось деревни Карн, потому должна была быть освобождена от дежурств в бревенчатом домике. Но этот раз был исключением.

Возможно, кто-то другой должен был дежурить, но раз никто не смог этого сделать, Люпус-Регина поспешила сюда на замену.

«Здорово, если всё обстоит именно так. Ведь это означает, что даже если после выполнения задачи следующая смена будет отсутствовать, то существовала система, которая сразу же пошлёт кого-то другого, чтобы компенсировать пустующее место».

Хотя у каждой Плеяды были совершенно разные используемые способности, их навыки горничных были эквивалентными. Это было сделано для того, чтобы они могли заменять друг друга в профессиональных качествах.

Однако также были и трудно заменяемые подчинённые. Начиная со Стражей Этажей и Стражей Областей, также были некоторые NPC с узкоспециализированными способностями, которым может понадобиться взять дополнительно кого-то с собой по тем или иным причинам. Кроме того, Айнз также упорно работал ещё над созданием системы отпусков.

«В конце концов, позволять Актёру Пандоры заменять их всех также опасно».

Но что насчёт экстренных случаев, когда самого Айнза не будет рядом? Например, если бы он был схвачен или очарован или что-то ещё. Хоть он и не думал, что вся система будет разрушена, так как есть те, кто может принимать решения, но всё же... У него было ощущение, что Альбедо и Демиург в один голос скажут: «Айнз-сама не позволил бы, чтобы с ним случилось нечто подобное», и, таким образом, даже не подумают о подобной возможности.

«Мне нужно серьёзно оценить необходимость этого. И быстро».

Тяжелым тоном Айнз предложил трём склонившимся перед ним, поднять свои головы.

— Давно не виделись, Демиург

— Да!

По правде говоря, у Айнза были ежедневные головные боли, связанные с делами в Святом Королевстве. И он каждый день думал о Демиурге и его планах, поэтому на самом деле не чувствовал, что они давно не виделись. Однако с тех пор, как они встречались в последний раз, прошло немало времени.

— У тебя, вероятно, есть вопросы о том, почему я поступил подобным образом. Хотя я хотел бы ответить тебе, делать это здесь не совсем уместно. Давай сменим обстановку.

Айнз вошёл в бревенчатую хижину, и за ним последовали остальные. Он мог воспользоваться здесь быстрым перемещением в Тронный Зал, потому как были установлены Зеркальные Врата, но он не стал этого делать сегодня.

В центре комнаты стоял стол, а по обе стороны от него стояли три стула: два с одной стороны, и один – с другой. Айнз без колебаний занял почётное место, как будто привык к этому. Раньше он уже испытывал неловкость, когда случайно занимал другое место, а не приготовленное для него. Тогда ему, перед тем как садиться, приходилось задумываться, какое место следовало занимать. Теперь же он достиг уровня, когда, не задумываясь, занимал своё место.

Как только он подошёл к стулу, Люпус-Регина немедленно выдвинула его для него.

По правде говоря, он считал, что должен был сам отодвинуть стул. Однако его наблюдения за Зиркнифом заставили его понять, что для правителя очень важно, позволять его подчиненным работать. Тем не менее, позволять им выполнять тривиальные задачи, подобно этой, заставляло Айнза, как простолюдина, испытывать небольшие трудности.

Айнз сел на свой стул, однако Альбедо и Демиург не сели на свои, а приклонились перед ним. Позади них Люпус-Регина тоже приклонилась.

— Я разрешаю вам двоим сесть.

Оба Стража в унисон вежливо отказались. Айнз снова повторил разрешение, после чего они, наконец, сели напротив Айнза, передав ему благодарности. Люпус-Регина встала за ними.

«Это же просто пустая трата времени. Как бы без этого было всё проще...»

— Тогда продолжим нашу прошлую тему. Хоть я и сказал, что никто не нуждается в спасении, тем не менее, я спас людей Святого Королевства. Я уверен, что у вас есть вопросы об этом, не так ли?

— Нет, вовсе нет. – Демиург мягко покачал головой, как будто он не мог устоять перед желанием вздохнуть от восхищения.

«Эм? Что?»

— Всё, что Вы делаете, правильно, Айнз-сама. Я уверен, что причина, по которой Вы действовали, заключалась в том, что Вы видели в них ценность, которую я не мог себе представить.

— Это верно. Если Вы решили, что это нужно сделать, то это должно быть правильным, Айнз-сама, – добавила Альбедо.

«Ээ?»

Слова Альбедо заставили лицо Айнза застыть. Но, конечно, у Айнза не было лица.

То, как два Стража, которые были самыми осведомлёнными в Назарике, кивали в унисон перед ним, наполняло его различными чувства страха и тревоги.

— Подождите, подождите. В самом деле... Да, это правда. – Айнз начал паниковать. Разговор шёл по пути, который несколько отличался от того, что он предвидел, и поэтому он смутился и не мог ясно думать о том, что хотел сказать. Однако... — Действительно, при обычных обстоятельствах, я бы действовал так, как вы предполагали…

Айнз был немного озадачен тем, как тема начинает расплываться. Он изо всех сил пытался собрать несколько слов вместе, чтобы хоть что-то сказать. Но даже в этом случае оба Стража энергично кивали, и Айнз счёл это странным. Тем не менее, он продолжал надеяться на чудо в последнюю минуту, продолжая разговор.

— Но, э-э... но. На этот раз всё было иначе. Я не делал этого, потому что кое-что планировал. – Найдя способ изменить свои слова, Айнз с радостью продолжил. — На этот раз, я нарочно ввёл недостаток в план.

— Что послужило этому причиной, Айнз-сама? – изумился Демиург.

Айнз хмыкнул и медленно откинулся на спинку стула. Затем он принял мастерски отрепетированную позу, подобающую правителю, и заговорил:

— Демиург. Альбедо. Вы двое всегда были умнее меня.

— Что…

Айнз поднял руку, чтобы они вновь не заговорили.

— Я просто говорю, что я всегда чувствовал себя таким образом. В таком случае, что случится, если что-то неожиданное произойдет во время событий, описанных в вашем плане? Если бы всё происходило так, как вы описали, то тогда всё так бы идеально и закончилось.

«Тем не менее, ваш план превосходен». – Айнз бурчал в своем сердце. – «Вы описали все подробности в мельчайших деталях, и у меня возникло ощущение, что я могу что-то испортить».

— Таким образом, возник вопрос. Демиург. Идеальный тактический ум может не только работать, когда всё идет по плану. Он также должен адаптироваться, когда ситуация резко меняется или когда она не соответствует ожиданиям. То есть, я хотел знать, насколько твоя приспособляемость будет похвальной.

— Ясно. Это так!

«Э-э?! Он уже понял это?! И он говорит так, как будто понимает всё!»

Айнз сопротивлялся стремлению сделать подзатыльник Демиургу со словами: «Ты уже настолько умён, почему ты думаешь, что я умнее тебя? Это что, новый способ запугивания меня?»

— Как и ожидалось. Ах... ты такой же впечатляющий, как я и ожидал, Демиург.

— Спасибо большое, Айнз-сама.

— Тем не менее, я... Прошу прощения, если тебе кажется, что я проверяю тебя.

— Конечно, нет, Айнз-сама. Для меня тот факт, что Вы хотите оценить мои способности – это честь, которая не знает равных. Я обязательно покажу результаты, соответствующие Вашим ожиданиям, Айнз-сама!

— Кхм. Я оставляю это на тебя, Демиург. В таком случае, в ходе нашей деятельности в Святом Королевстве, я буду создавать проблемы по мере необходимости, и ты в ответ на это будешь вносить изменения в план. Это подойдёт?

— Да! Я понял!

«Отлично!» – Айнз радовался в своём сердце. Он был так счастлив, что эмоция была подавлена.

Тем не менее, волнующее чувство всё ещё оставалось внутри него.

«Очень хорошо, очень хорошо. Таким образом, даже если я где-то испорчу план, я могу сказать, что сделал это нарочно! Нет, конечно, мне нужно быть осторожным, чтобы не помешать при обычных обстоятельствах. Если бы только я знал план... Я должен был сказать это с самого начала».

Несмотря на то, что у него не было плохой привычки злорадствовать, когда план подчинённого шёл наперекосяк, это было возможно, когда он мог случайно что-то сделать, чтобы заставить их поволноваться. Таким образом, им не нужно было догадываться, есть ли у него какие-то намерения, а вместо этого переходить к пересмотру плана по мере необходимости. Айнз почувствовал блаженство, которое пришло с уходом тяжёлой ноши с его плеч.

— Ваша покорная слуга понимает Ваши тревоги, Айнз-сама. Значит ли это, что Вы будете оценивать способности Стражей каждого этажа и области?

От вопроса Альбедо, Айнз был ненадолго озадачен, обдумывая её слова. Однако…

— Не нужно спешить. Сейчас я делаю это для Демиурга, потому что он должен работать за пределами Назарика в течение длительных периодов времени. А что касается других... Я проверю их, когда это станет необходимым.

— Понятно…

— Кхм. Теперь о следующей теме... Первоначальный план состоял в том, чтобы забрать тех людей из Святого Королевства, которые станут преданы мне, и отправить их восточнее Святого королевства, на Абелионские холмы, где жили полулюди. Однако я собираюсь внести поправки в план. Я отправлюсь туда первым. Оттуда распространится весть о моей смерти.

Время будто на мгновенье остановилось. А потом…

— Э-э? Что Вы говорите, Айнз-сама?! Как мы можем объявлять о смерти Высшего, Айнз-сама?! – Возразила Альбедо.

Возможно, это был первый раз, когда он увидел, как выражение на её лице опечалилось. По крайней мере, её взгляд заставил его это почувствовать. Но прежде чем Айнз смог объяснить Альбедо свои истинные намерения, начал говорить Демиург.

— Альбедо. Поскольку Айнз-сама заявил об этом, у него должна быть определенная цель, которую мы не можем представить. Разве ты не думаешь, что отказ на основе эмоций неуместен?

— Демиург. Мне интересно, почему ты так спокоен? Ты бы отреагировал так же, если бы Улберт Аляйн Одл-сама сказал бы то же самое? Или…?

— Хехе… Альбедо. Не могла бы ты пояснить мне, что имеешь в виду? Или ты намекаешь, что хочешь обсудить это в другом месте?

Два Стража направили друг другу леденяще-холодный и ярко-горячий взгляды. Между ними начала сгущаться странная атмосфера. Это давящее чувство было похоже на то, что он чувствовал, когда сражался с Шалти Бладфоллен. Возможно, это был страх или напряжение, но даже Люпус-Регина начала тяжело дышать.

— Достаточно!

Когда Айнз крикнул, опасное настроение в воздухе мгновенно исчезло. Внезапное изменение заставило Айнза задуматься, было ли всё это наваждением? Однако тяжёлое дыхание Люпус-Регины показывало, что это не было видением.

— Успокойтесь, вы оба. Вот почему я должен подделать мою смерть. Существует деятельность, называемая учебной тревогой. Мы должны мысленно подготовиться и спланировать всё заранее на случай чрезвычайной ситуации. В таком случае, что вы бы сделали, если я бы умер? Начнём с тебя, Альбедо. Расскажите мне.

— Да! Я бы немедленно подвергла человека, который посмел непочтительно отнестись к Вам, всем мучениям в этом мире, а затем подготовилась бы к Вашему воскрешению, Айнз-сама!

— Ясно. Демиург?

— Да! Во время подготовки к Вашему воскрешению, я бы усилил защиту Назарика и собрал бы информацию о человеке, который оскорбил Вас, Айнз-сама.

Альбедо краем глаза посмотрела на Демиурга.

— Всего лишь сбор информации? Вне зависимости от того, кто осмелился оскорбить Высшего, мы должны использовать все имеющиеся силы Назарика и захватить их, а затем мучить и пытать, пока они не сломаются.

— Альбедо, я считаю, что ты говоришь очень разумно. Однако предполагается, что, враг – это тот, кто может убить Айнза-сама. Таким образом, мы не можем быть неосторожными. Изучение действий и сил врага очень важно. Если враг сильнее, чем мы можем представить, тогда очень важно организовать место, в котором мы воскресим Айнза-сама.

Прежде чем выражение Альбедо стало ещё более мрачным, Айнз стукнул посохом по полу. Резкий стук был похож на обливание ведром ледяной воды на обоих Стражей, и их лица сразу приняли спокойный вид.

— Я не говорил, что я был убит кем-то. Если всё пойдет плохо… не исключено, что я естественным способом могу умереть от непредвиденных обстоятельств.

По правде говоря, он не мог придумать хоть какую-нибудь естественную причину, из-за которой мог умереть, поэтому использовал такие неопределенные термины.

— Однако, похоже, даже двое, которых я считаю самыми умными в Назарике, имеют разные мнения. Это огорчает меня. Вот почему мы должны пройти эту тренировку, чтобы не возникло проблем, если этот воображаемый сценарий произойдет.

Оба Стража склонили головы.

— Конечно, я не единственный, с кем это может случиться. Демиург, как командующий обороной Назарика во время нападения, если произойдёт непредвиденная ситуация и ты погибнешь, сможет ли Назарик продолжать нормально функционировать?

— Да! На такой случай я тщательно подготовился. Я помню, как сообщал Вам об этом, Айнз-сама.

«Э, я получал подобный отчёт?»

Айнз решил, что лучше доверять памяти Демиурга, чем своей собственной.

— Кхм. Тем не менее, это только в теории, не так ли? Причина, по которой я спрашиваю, заключается в том, что я хотел бы знать, проверил ли ты на практике, возможно ли продолжать нормальную работу?

— Я искренне извиняюсь! Я этого не делал! – Демиург склонил голову с лицом глубокого сожаления, и его голос дрожал.

— Мои, мои глубочайшие извинения, Айнз-сама! Я была совершенно глупа, что не проверила это! – У Альбедо было такое же лицо, как у Демиурга, когда она склонила голову.

Айнз был наполнен огромным чувством вины. Чья это была вина? Ответом было то, что это была его вина. Если бы он был более надёжным, им обоим не пришлось бы вот так извиняться. Разве он не паршивый босс?

— Вам двоим не нужно извиняться. Это была моя ошибка, потому что я вам не объяснил всё должным образом. Я был тем, кто не должен был замечать, что никакого теста не было. Это моя ошибка. – Айнз склонил голову настолько, что его лоб коснулся стола. — Всё это было из-за моей недостойности, и я прощу прощения у всех.

— Что?! Айнз-сама!

— Пожалуйста, пожалуйста, не делайте этого!

Оба поспешно пытались остановить Айнза. Однако он не поднял голову. Ему было слишком стыдно показать им своё лицо, потому что он знал, что он настолько ничтожен, что не мог даже признаться, когда извинялся.

— Люпус-Регина! Поспеши и подними голову Айнза-сама! – крикнула Альбедо.

— Э! Я? Пожалуйста, простите меня, я не могу поднять голову Айнза-сама силой!

— Пожалуйста, поднимите голову!

Только после того, как все трое, даже Демиург, начали паниковать, Айнз поспешно поднял голову. После этого, он услышал от них вздохи облегчения.

— Я благодарен, что вы приняли мои извинения. Теперь, когда я прибуду на Абелионские холмы, мы будем использовать мою смерть в качестве основы для тренировки. Да. Поскольку это редкая возможность, почему бы нам не проводить и другие тренировки? Например, если бы мы с Демиургом были бы убиты кем-то, или что-то типа…

В этот момент, Айнз начал беспокоиться о собственных словах.

— Тем не менее, даже я не полностью спланировал детали подобной тренировки. Поэтому, если вы придумаете лучший план, то продолжайте следовать ему. Да, и не нужно спрашивать моё разрешение. В конце концов, это упражнение, основанное на предпосылке, что я мертв.

Оба Стража горько улыбнулись.

— Айнз-сама, то, что нужно считать Вас мёртвыми с самого начала этапа планирования тренировок, это немного…

— В кои-то веки мне нечего возразить Демиургу, Айнз-сама.

— Ха-ха-ха-ха, – смех Стражей и Айнза прозвенел в хижине.

Альбедо и Демиург смеялись от сердца, а Айнз просто притворялся.

— Тем не менее, вам не нужно воспринимать это слишком серьёзно, понимаете? В конце концов, цель этой тренировки не распространять неприязнь по всему Назарику, подобную той, что произошла сейчас между вами двумя. Тем не менее, я хотел бы провести самые разные тренировки и накопить знания в этой области, чтобы каждый Страж мог стать взаимозаменяемым... Ну, полагаю, что мне бессмысленно было это говорить, учитывая ваш интеллект. Делайте то, что, по вашему мнению, необходимо, независимо от важности этого. Я могу оставить это на вас?

Теперь, когда он подумал об этом, Сузуки Сатору никогда не был тем человеком, который серьёзно выполнял учебные тревоги. Насколько это было убедительно, когда кто-то вроде него говорит другим сделать всё возможное? Поэтому, он не мог забыть сказать им, чтобы они успокоились.

Увидев, что оба глубоко поклонились, Айнз сказал:

— Теперь, насчет другого дела.

«Поехали!» – Добавил он про себя.

Причина, по которой он составлял схемы и искал способы поговорить с двумя этими Стражами, была для этой цели.

— Вы должны заморозить строительство гигантской статуи.

— Я поняла. Мы сделаем всё, что Вы скажете.

Единственная фраза Альбедо, кажется, закрыла тему.

Состояние Айнза переменилось от сбитого с толку до напуганного, а затем он нервно задал интересующий его вопрос.

— … Всё нормально? Ведь это была твоя идея, Альбедо, не так ли?

— Айнз-сама, как кто-то может посметь перечить решению, принятому Высшим Существом? Если Вы назовете цвет белым, то так тому и быть, пусть даже он был чёрный. Всё именно так, Айнз-сама.

Айнз сглотнул несуществующую слюну. Его бросило в дрожь, поскольку подобный образ мышления пугал.

— …Такая идея мне не по душе, Альбедо. Это всё равно, что отказаться думать самому. И, безусловно, однажды даже я могу ошибиться.

Хотя он сказал «однажды», ему казалось, что это происходит постоянно.

— К тому же, что случится, если меня вдруг захватят? Ты ведь знаешь, что тот, кто промыл мозги Шалти всё ещё где-то неподалеку? Хотя и нет необходимости подвергать сомнению каждую из моих целей, но, если у вас вдруг возникают вопросы, когда я выдвигаю предложение, вы должны озвучить их.

— Я понимаю.

Альбедо и Демиург мельком переглянулись, сузив глаза.

— … Тогда, могу ли я спросить, почему Вы желаете прекратить строительство? Разве смысл этой статуи заключается не в том, чтобы дать миру осознать Ваше великолепие?

— Хм. – Айнз рассмеялся в сердце. — Моё величие – это не то, что можно передать, через материальные объекты.

Он вспомнил, что в этом плане Нейа солидарна с ним.

— … Изумительно... – искренне восхитился Демиург.

— Но не лучше ли использовать материальные объекты? Ведь, как говорится, дураки могут постичь что-то лишь тогда, когда увидят это собственными глазами.

От слов Альбедо Айнз застыл. Это словно он дал мячом пасс, но вместо того, чтобы поймать его, мяч со всей силы отбили обратно.

— … Понимаю. В этом есть смысл, Альбедо, но…

Поблагодарив свой голос, что тот не дрожал, Айнз изо всех сил попытался работать головой. Но когда на ум так ничего и не пришло, сдался. И хотя он почти опустил плечи, он не мог допустить того, чтобы его образ как правителя разрушился на глазах у подчиненных.

— … Нет, забудем об этом. Я уверен, что Альбедо сможет выявить хотя бы пять недостатков, из тех, что заметил я, но преимущества перевешивают их. А в таком случае, мне больше нечего сказать.

— Пять… пять недостатков?.. Демиург, позже я хотела бы с тобой кое о чём переговорить. Могу ли я ненадолго позаимствовать твой интеллект?

— Р-разумеется. М-меньшего от Вас и не ожидалось, Айнз-сама. Подумать только, и Вы ещё говорите, что наши умы превосходят Ваш... Воистину, Вы слишком скромны.

Они оба начали суетиться, и Альбедо глубоко склонила голову.

— … М-мне очень жаль, Айнз-сама. Хотя мой план по возведению статуи уже получил Ваше одобрение, позволите ли Вы на какое-то время приостановить строительство. Я искренне сожалею.

— Хмм. Что ж, ничего не поделаешь. Действуй, Альбедо.

Айнз просто выпалил сымпровизированное замечание, но Альбедо и Демиург, казались, крайне потрясены им. Он даже слышал, как стоявшая за ними Люпус-Регина прошептала «удивительно».

Почувствовав свою вину, так как он запутал их обоих, говоря глупости, Айнз отвёл взгляд. Однако он был рад, что строительство гигантской статуи будет приостановлено.

«Теперь мне нужно что-то сделать с четырьмя фестивалями в мою честь, такими как Великий День Благодарения Короля-Заклинателя, День Рождения Короля-Заклинателя, и так далее... Если Великий День Благодарения Короля-Заклинателя будет отменён из-за отмены строительства статуи, тогда остаётся ещё три! Ну, если бы эти фестивали были обычными, то я не стал бы их отменять!»

На самом деле, однажды Айнз, сделав вид, будто не причём, предложил план по организации фестиваля. Однако это привело к формированию странного и обременительного фестивального комитета. Айнз глубоко вздохнул в своём сердце и взглянул на Демиурга.

— Хорошо, остались ещё кое-какие детали, которые мне нужно обсудить с тобой, Демиург. Далее по плану, призванный тобой демон, якобы Ялдабаоф, атакует этот город, верно?

— Да, абсолютно верно.

— Посему… у меня есть пара просьб. Во-первых, один мой личный проект идёт недостаточно гладко, так что я рассчитываю на твою помощь. Ах, расслабься, не нужно выражать понимание так ярко. А во-вторых, не мог бы ты приказать призванному демону сражаться со мной всерьез?

***

Нейа тихонько прикрыла дверь в комнату Короля-Заклинателя и крутанулась на месте. А затем… её тело задрожало.

Она слегка хлопнула себя по горящим щекам, заставляя подтянуться своё расползающееся от удовольствия лицо. С одной стороны, её расслабленное выражение могло обеспокоить окружающих, но с другой, её больше волновало то, что такой вид был слишком смущающим.

Нейа не горела желанием ходить с таким неприличным выражением лица. Ей ещё предстояло встретиться с остальными. Поэтому ей стоит предать себе представительный вид.

Более того, Нейа оставалась оруженосцем Короля-Заклинателя, поэтому любое её постыдное действие способно задеть его репутацию.

«Всё же, я исполняю роль лишь его временного оруженосца, поэтому, в конечном счёте, позор ляжет на Святое Королевство…»

Тем не менее, ненавистники Короля-Заклинателя мыслят иначе. Как говориться, ненависть ослепляет. Или точнее, ненавидящий мечи будет презирать и мечников.

«Ладно!»

Нейа никак не хотела заставлять Короля-Заклинателя пожалеть об оказанной ей чести. Другими словами, от неё требовалось лишь надлежаще выполнять поставленную работу.

Мысли о безграничной доброте Короля-Заклинателя не давали Нейе покоя, пока она добиралась до назначенного места встречи.

У неё в памяти возникли слова Короля-Заклинателя: «Мне жаль, что я не успел спасти тебя». Невозможно, чтобы он произнёс тогда эти слова случайно.

«… Его Величество по-настоящему добрая личность… Он горевал по кому-то из другой страны, павшему в битве, как будто это был его подданный. Не сыскать в мире короля добрее».

Разумеется, среди знакомых Нейи не было других королей, поэтому, эта мысль скорее отражала её мечту.

Например, продержись тогда Нейа и остальные немного дольше, все могли бы спастись, включая даже того отца, потерявшего ребенка.

Нейа не испытывала недовольство от того факта, что Король-Заклинатель опоздал с её спасением. В первую очередь, она была благодарна уже за то, что он пришёл спасти её при том, что ему требовалось сохранять ману для решающей битвы. Кроме того, от ополченцев из отряда Ремедиос она слышала, что до прибытия к Нейе, он сразил нескольких могущественных полулюдей у западных ворот.

Король-Заклинатель вышел на бой против трёх полулюдей, двое из которых способны были убить паладина одной атакой, а третий на равных сражался в поединке с сильнейшим паладином Святого Королевства.

Ополченец едва скрывал перед Нейей своё волнение, тараторя эту историю без умолку, а в конце добавил: «Мы бы все погибли, если бы не Король-Заклинатель».

Слыша это, Нейа почувствовала тепло, волной нахлынувшее в её сердце.

Король-Заклинатель направился в другое место, спасая людей там, прежде чем пришёл к Нейе.

Чувство разочарования, которое могло возникнуть от осознания, что Король-Заклинатель выбрал в приоритете не её, само по себе было неправильным. Защита городской стены была важна, но если бы город пал, то это бы не имело значения. Именно так могло произойти, если бы полулюди прорвались за ворота и разошлись по городу, начав всюду беспощадную резню.

Любой, кто обладает здравым смыслом, поставил бы в приоритет городские ворота, чтобы спасти больше жизней.

Люди, действующие основываясь на логике более надёжны, чем люди, которыми управляют эмоции.

«Как и ожидалось от Короля-Заклинателя!»

Нейа подумала о самом сильном паладине своей страны.

«Сравнивать Его Величество с такой дурой – всё равно, что оскорбить его!»

После этого Король-Заклинатель также выследил нескольких полулюдей, что пробрались в город, и, как следствие, множество людей были спасены.

— Оо! Оруженосец-сан! Вы сказали Его Величеству о нас?

Похоже, Нейа добралась до места встречи, пока размышляла о том, насколько крут Король-Заклинатель.

В определенной части города, на улице, что ещё пахла полем боя, собрались шестеро мужчин.

Они обратились к Нейе, будто ждали её с нетерпением. В действительности, они просто очень беспокоились.

— Да, я передала вашу благодарность Его Величеству.

Несколько человек бессознательно отшатнулись, когда Нейа посмотрела на них, но, услышав её слова, заулыбались и поблагодарили её.

— Ах, большое Вам спасибо. Трудно выразить благодарность королю другой страны. Ах, хотя, трудно выразить благодарность даже Святой Королеве-сама.

— Это правда. Её даже увидеть нельзя, не говоря уже о выражении благодарности.

У людей напротив неё, возраст варьировался от 14-ти до 40-ка лет. Однако все они являлись лидерами отрядов. Некоторые из них когда-то были профессиональными солдатами.

Судя по их отношению, они не испытывают никакого чувства страха по отношению к Королю-Заклинателю, из-за того, что он нежить.

Это правда, что некоторые люди по-прежнему настороженно относятся к Королю-Заклинателю из-за его природы нежити. Кроме того, такие люди встречались даже чаще среди простого народа, чем среди священников или паладинов. Они часто говорили, что Король-Заклинатель добрый, лишь чтобы предать их в нужный момент, и другие подобные вещи.

Однако Нейа думала, что их реакция вызвана тем, что они не знали Короля-Заклинателя и относились так из обычного презрения к нежити. Причиной, почему она так думала, была эта группа людей перед ней. Многие изменили свой образ мышления, когда лучше узнали Короля-Заклинателя.

— Нет, пожалуйста, не беспокойтесь об этом. Я просто передала вашу благодарность Его Величеству. Ах, да, Его Величество сказал, что ваша благодарность сделала его очень счастливым.

На ополченцах появились робкие взгляды.

— Нет-нет, это мы должны быть счастливы... Ох, как же быть…

— Это верно, Его Величество действительно сострадателен. Я огорчён тем, что мы боялись Его Величества, только потому, что он нежить.

— Действительно, Его Величество очень добр, – согласилась Нейа. — Тем не менее, надеюсь, что вы не будете думать, что такая удача случится снова. В конце концов, Его Величество сказал, что в этой битве он использовал много маны, и в следующий раз он не сможет помочь нам.

Лица людей сразу протрезвели.

— Значит, Его Величество не сможет помочь нам в следующий раз… это плохо.

— Многие люди будут напуганы, если узнают, что не смогут получить силу Его Величества. Особенно мой отряд.

— Ты не единственный. Это же касается и меня... Мы не можем рассказать им об этом.

Нейа тихо обратилась к потрясённой группе.

— Слушайте, я кое-что поняла. Слабость это грех.

Нейа медленно объясняла людям, на лицах которых была озадаченность.

— Вы не поняли? Если бы мы были сильными, то всё бы не дошло до такой ситуации, в которой мы оказались. Мы могли бы спасти наших родителей, наших детей, наших жён, наших друзей. Мы бы смогли спасти всех своими силами. Король-Заклинатель однажды сказал, что мы те, кто ценит важные для себя вещи. В конце концов, Его Величество не является королём этой страны, и он просто пришёл помочь по особой причине.

Нейа перевела дыхание. Она подняла голос, чтобы и люди, наблюдавшие за ней, и люди, проходящие мимо, услышали её слова.

— Когда Король-Заклинатель победит Ялдабаофа и вернётся в свою страну, что мы будем делать, если полулюди нападут на нас снова? Будем ли мы кричать и умолять Короля-Заклинателя – короля другой страны – снова о помощи? Мы знаем, что Король-Заклинатель не поможет нам в следующий раз. И данный случай, это исключение. Вы когда-нибудь слышали о том, чтобы король усердно работал для блага другой страны?

Никто не ответил Нейе, потому что такого прецедента не было.

— Может быть, вам не особо нравится, что такая девушка, как я, говорит вам об этом. Но кто ещё может защитить то, что важно для нас, кроме нас самих? Вот почему я считаю, что нам надо становиться сильней. Мы должны быть достаточно сильными, чтобы защищать других, чтобы не полагаться на силу Короля-Заклинателя.

— Да, Вы правы. Именно. Я собираюсь тренироваться.

— Ах, я тоже. В следующий раз, я буду защищать свою жену и детей.

— Я тоже хочу тренироваться. Я не хотел, когда меня призвали на битву, но теперь я рад, что меня призвали.

— Тем не менее, слова Короля-Заклинателя имеют смысл. Ценить то, что важно для нас... м-м... Когда я думаю об этом, это правда.

— Значит, если кто-то ещё высоко оценит мою жену, я должен убить его, так?

— Я, я так не думаю. Не думаю, что Король-Заклинатель говорил о чем-то подобном, – озадаченно пробормотала Нейа

— Эй, я просто шучу, понимаешь?

— Это прозвучало, не как шутка.

Когда толпа рассмеялась, Нейа сделала предложение.

— Кто хочет тренироваться со мной? Я пока не могу обучить вас фехтованию, но я неплохо разбираюсь в стрельбе из лука.

Слабость это грех. Это было, потому что слабые создавали проблемы для Короля-Заклинателя, который был справедливостью. В таком случае, им нужно становиться сильней. В следующий раз она не должна причинить беспокойство Королю-Заклинателю. Она должна позволить Его Величеству сосредоточиться на битве с Ялдабаофом. Это то, что она должна сделать, будучи оруженосцем.

— А, это хорошая идея.

— Мы должны стать сильными. В следующий раз я защищу свою семью.

И тут вдруг:

— Чего это вы все собрались здесь? Вы что-то обсуждаете?

— Ах... Капитан.

После внезапного вопроса, Нейа оглянулась и увидела, что прямо за ней стоит Ремедиос Кастодио. На самом деле, Нейа услышала шаги, но не думала, что это будет именно Ремедиос.

«Ну вот, появилась раздражающая особа», – подумала Нейа, пытаясь сохранить спокойное лицо. С другой стороны, ополченцы выглядели так, будто попали в беду.

— Вы можете ответить на мой вопрос?

— Да, мэм! Я рассказывала этим господам, что я передала их благодарность Его Величеству.

— Ему, говоришь?

— Вряд ли уместно обращаться к королю другой страны как к "ему".

Ремедиос пристально посмотрела на Нейю.

— Сильные защищают слабых – это обычное дело, разве нет?

— Я не знаю, обычное ли это дело, но я думаю, что только сильным позволено говорить такие вещи, а не слабым.

— Что?! Ты говоришь, что я слаба?

— Да, – сразу ответила Нейа. — По сравнению с Его Величеством, Вы слабы… Капитан, я сказала что-то не так?

Нейа решительно посмотрела на Ремедиос.

— Хмпф… неважно, хочешь ли ты водить дружбу с Королём-Заклинателем, но он нежить, и ты знаешь это, верно? Чудовище, которое живёт в отличном от нас мире.

— Да, я знаю это.

— Я сказала это, потому что беспокоилась о тебе. Но видимо напрасно…

Хотя Ремедиос выглядела разочарованной, Нейа чувствовала неискренность. Это было явно не то, о чем думала паладин напротив неё.

— Я уверена, Вы, должно быть, очень заняты, капитан, и я не осмелилась бы занимать Ваше время. Кроме того, у меня есть, что сказать другим. Не лучше ли, чтобы Вы пошли туда, где Вам нужно быть, капитан?

— Очень хорошо, тогда… Вы все... Это естественно для Короля-Заклинателя помочь вам. Вам не нужно сильно задумываться об этом, поняли?

После этого Ремедиос ушла. Когда они наблюдали за ней, кто-то из ополченцев заговорил.

— Как сказать это... Это было потрясающе... Вот что значит, самый сильный паладин в стране.

— Да, это она.

Услышав, что говорит ополченец, Нейа неосознанно подтвердила его слова. После этого ополченцы закрыли лица руками. Похоже, они испытали настоящий шок.

Хотя Нейа не сделала ничего плохого, но всё равно чувствовала себя немного виноватой.

— Этот паладин… нет... не так. Как бы выразится… она особый случай. И она… ах. В общем, да.

— Нелегко Вам, оруженосец... Я бы хотел купить Вам выпивку, если Вы желаете выпить.

— Я ценю вашу доброжелательность... Ах, на чём я остановилась? Да, тренироваться вместе. Я найду способ занять на время тренировочную площадку и снаряжение. Могу ли я связаться с вами позже, как только всё будет готово?

«Удачи Вам», «Хорошо, мы подождем», – бодро ответили люди.

Часть 2

Нейа плавно натянула тетиву.

Она обратила пристальный взгляд на мишень.

Белые облачка пара от дыхания уносились ветром из её поля зрения и растворялись. Весна была близко, но погода оставалась холодной.

Во время защиты города Нейа поняла, что на поле боя ни у кого не будет времени медленно прицеливаться, но прямо сейчас они тренировались для улучшения точности, так что обучение скорострельности можно оставить на другой раз.

Затем она выпустила стрелу.

Стрела со свистом разрезала воздух, летя по прямой линии, и в конце поражая мишень.

— Ху-у, – выдохнула Нейа.

Из десяти стрел, выпущенных ею, ни одна не промазала мимо цели.

Это была выдающаяся точность, но Нейа не испытывала от этого радости.

Она не могла делать такого раньше, но сейчас она была способна даже расщепить надвое ранее выпущенную стрелу. Конечно, это испортило бы стрелу, так что она не делала подобного.

Причиной, почему она могла совершать вещи, ранее ей недоступные, была в том, что после той битвы она оказалась способной не только в стрельбе из лука, но и в использовании того, что люди называли божественной силой. Но странность заключалась в том, что её способность несколько отличалась от тех, что были присущи паладинам. Обычно, паладины могли вкладывать свои силы только в оружие ближнего боя, в то время как Нейа могла наполнить этой силой оружие дальнего боя.

Пока она не понимала, что это означает, но Король-Заклинатель выглядел весьма счастливым, когда услышал об этом. Хотя и сказал лишь одно: «Трудно судить только на основе этого. Дай мне знать, если проявятся и другие способности».

Вокруг раздались аплодисменты, и Нейа горько улыбнулась, чувствуя себя неловко.

— Вау! Вы удивительны, Бараха-сан.

— О да, это первый раз, когда я видел кого-то с такой великолепной стрельбой. Никто в моей деревне не может стрелять так же.

— А-а, это верно. Я раньше был охотником, и знаю несколько таких людей, но ни у кого нет способностей, как у Барахи-сан.

Восхваляющие Нейю люди были в основном лучниками, практикующимися на той же площадке. Три недели назад многих из них было не встретить на этих улицах, пока шла защита города.

Эти люди были спасены из близлежащих тюремных лагерей, и в результате население города быстро увеличилось. Люди с талантом стрельбы из лука, или кто раньше пользовался луком, были призваны в отряды лучников и помещены под командование Нейи.

Обычно, люди приняли бы в штыки идею подчиняться девушке-оруженосцу, особенно те, что годились ей в отцы. Однако никто из этих мужчин и женщин не собирались протестовать.

В основном, потому что никто не осмеливался высказывать какие-либо возражения после встречи с её злобным взглядом, а также, потому что признали её мастерство лучника. Некоторые из них были более признательны ей, узнав о её статусе оруженосца Короля-Заклинателя.

Были и те, кто боялся её, считая нежитью, потому что слышали о её служении Королю-Заклинателю. Но не все были такими.

Прошло уже три недели с битвы в городе. Паладины были отправлены на освобождение лагерей пленников. В это же время, отдельно от паладинов, Король-Заклинатель и Нейа, только вдвоём, также атаковали лагеря и спасали заключённых.

Когда Король-Заклинатель поднял эту тему, возникла шокирующая масса возражений. Но затем он сказал: «Теперь, когда Альянс Полулюдей испытывает недостаток сил, они начнут казнить пленных, если решат, что им не хватает рук управлять ими в лагерях. Так что людей надо спасать без промедления». Это убедило Каспонда принять предложение Короля-Заклинателя и отправить их двоих.

Поначалу Нейа хотела привести довод, что Королю-Заклинателю надо беречь ману для битвы с Ялдабаофом. Однако она была восхищена его действиями для защиты людей чужой страны, и чувствовала справедливость, исходящую от него. Так что не смогла заставить себя его остановить.

Итак, Нейа и Король-Заклинатель освободили многих пленных и привели их в город. По этой причине здесь были люди, готовые с радостью служить под руководством Нейи.

— Ааах… Я должен выучить пару приёмов у Барахи-сан.

— Ага, это правда. Она поразительна. А ещё, этот лук, одолженный у Короля-Заклинателя, Последний Выстрел Звезды. С этим луком Вы можете делать даже более удивительные вещи, верно?

— Последний Выстрел Звезды, хах. Что за чудесный лук…

Все их взгляды устремились к луку за спиной Нейи, Последнему Выстрелу Звезды.

Она могла бы использовать его во время тренировки, но избегала этого, потому что не хотела слишком полагаться на силу своего оружия.

— Да, во время битвы за городские стены, именно благодаря луку Последний Выстрел Звезды я смогла выжить, пока его величество не прибыл... Нет, это не совсем так... Кроме лука Последний Выстрел Звезды мне помогли ещё доспехи и другие предметы, которые мне дал Его Величество…

Нейа погладила доспех Баззаа.

— Эти доспехи перешли мне от знаменитого получеловека. Это великолепные доспехи.

— Она позволила мне один раз прикоснуться к ним. Их твёрдость удивительна. Я рубанул их мечом, но он просто отскочил.

— Серьёзно? Я никогда про это не слышал?

Поскольку доспех Нейи стал горячей темой, она хлопнула в ладоши, чтобы привлечь внимание всех.

— Хорошо, хватит болтать, возвращаемся к тренировкам. По словам Короля-Заклинателя, Ялдабаоф в ближайшее время готовится сделать ещё один шаг, поэтому мы не можем терять ни минуты.

Послышались одобрительные возгласы.

— Хорошо, пора начинать тренировку стрельбы. Давайте начнём.

Когда она смотрела, как её подчинённые расходились, услышав её громкий приказ, это её немного смутило. Нейа сняла предмет, который покрывал верхнюю половину её лица. Это был предмет, который ей дал Король-Заклинатель.

Этот магический предмет состоял из тёмного стекла в форме визора, который позволял ей использовать каждые три минуты специальную способность, известную как Выстрел Змеи. Это была техника, которая позволяла стрелку сделать выстрел, игнорируя при этом атаку противника, как будто уворачиваясь от неё.

Нейа не была точно уверена, что это за способность, потому что не стреляла в кого-либо, применяя этот предмет. Но, по всей вероятности, нужно обладать высокой ловкостью, чтобы избежать атак противника во время выстрелов.

Это был очень удобный предмет для кого-то вроде Нейи, использующей лук в качестве своего основного оружия. Но что более важно – он скрывал её глаза. И, скорее всего, без этого предмета она не смогла бы так хорошо ладить с другими.

Нейа обратно надела предмет и снова взяла свой тренировочный лук.

Все здесь были опытными стрелками, и теперь, в это напряжённое время, ей не нужно было инструктировать их, как правильно держать пальцы. Она кратко коснулась того, как быстро стрелять, и после этого всё, что было необходимо, это дать им индивидуальные тренировки и практики, пока их пальцы не заболели. Самое главное для них было накопить опыт стрельбы.

Нейа вновь задумалась о том, чтобы попросить священников использовать исцеляющую магию, чтобы они могли тренироваться более долгое время. Как раз в этот момент острые уши Нейи уловили шум.

Этот шум пришёл снаружи тренировочной площадки. Возможно, это было не то, чего она ожидала, и даже если бы это был тот, кого она надеялась встретить, он, возможно, только проходил мимо и не собирался заходить сюда.

Однако, тот, кто появился в дверях на тренировочном дворе, был именно великий король с костяным лицом – Король-Заклинатель.

Вначале все боялись этой могущественной нежити, но многие из них были спасены Королём-Заклинателем во время обороны города и из лагерей заключённых. Шум почтительных и благодарных голосов вскоре возвестил о прибытии Короля-Заклинателя.

Однако практиковаться никто не прекращал. Обычно они становились на колени перед ним, когда он появлялся, но сам Король-Заклинатель положил этому конец, заявив: «Это не общественное место, поэтому вам не нужно делать это, когда я просто показываюсь рядом».

Ни один царь, особенно спаситель страны, не должен был подвергаться такому обращению. Тем не менее, Король-Заклинатель сказал, что им не нужно особо проявлять почтение.

«Насколько же он велик…»

Вздохнув с благоговением, Нейа подошла к Королю-Заклинателю и заставила своё ослабевающее лицо подтянуться.

Она оставила визор надетым на глазах.

Это было, потому что Король-Заклинатель сказал, что она должна быть готова сражаться в любое время, поэтому ей не нужно снимать его.

Он, вероятно, беспокоился о том, может ли она использовать этот магический предмет, как часть собственного тела, и думал, что она должна быть начеку в любой ситуации. Нейа была невероятно впечатлена глубиной соображений Короля-Заклинателя.

Подбежав, она обратила внимание, что глаза Короля-Заклинателя обратились к ней. По какой-то причине наблюдение за обычными движениями Короля-Заклинателя делало Нейю немного счастливой.

Мысль о том, что она понимает крошечные причуды такой великой личности, заставила щёки Нейи расслабиться.

— Ваше Величество! Мы благодарны, что Вы решили посетить это место!

Нейа всё ещё оставалась оруженосцем Короля-Заклинателя, даже после того, как была назначена командиром подразделения лучников. Тем не менее, было трудно сказать, что она делала работу оруженосца должным образом. Эта обязанность отодвинулась на второй план, чтобы обучать других стрельбе из лука, не говоря уже о том, что Королю-Заклинателю пришлось прийти сюда.

Нейа хотела поставить в приоритет работу в качестве оруженосца Короля-Заклинателя, но решила не делать этого, так как больше не хотела быть для него обузой. И была ещё одна причина, о которой она никому не говорила.

Это было потому, что Король-Заклинатель отказался, чтобы кто-нибудь, кроме Нейи, служил его оруженосцем. Он сказал это в лицо Каспонду при присутствии Нейи.

По мере того, как всё больше и больше людей собиралось в городе, стало много более умелых или очаровательных людей, чем эта безумная девушка. Тем не менее, он сказал, что в качестве оруженосца Нейа будет в самый раз. Тот, которого она считала справедливостью, сказал это о ней.

Что могло сделать её более счастливой?

— Хотя я знаю, что ты скромна, я не думаю, что это просто "какое-то место". В конце концов, это то, где вы тренируетесь, не так ли?

— Большое спасибо, Ваше Величество!

Она огляделась. Возможно, было бы неуважительно отвести взгляд от Короля-Заклинателя, но визор, который она носила, позволял это. Она увидела, что её люди услышали это, и их кончики ушей покраснели. Но проблема заключалась в том, что они стали стрелять немного хуже. Возможно, потому что они нервничали из-за присутствия Короля-Заклинателя, или потому что напрягали свои плечи, чтобы хорошо выглядеть перед ним.

Тем не менее, она тоже ощутила жар на своих ушах.

— … Бараха-сан. Ваши люди добились большого прогресса по сравнению с предыдущим разом. Должно быть, это твоя заслуга как лидера.

Его любезность смутила Нейу, и она в растерянности не знала что ответить.

«Было бы неловко сказать, что они нервничают и не могут показать все свои навыки, потому как здесь Его Величество. Они, скорее всего, тоже так думают».

Поэтому, Нейа решил принять его слова, как есть. Однако…

— Нет, ничего подобного. Я почти ничему их не обучала. Они смогли добиться этого самостоятельно.

— Правда? Что ж, если ты так говоришь, то пусть будет так.

Другими словами, Король-Заклинатель так не думал. Это означало, что Король-Заклинатель очень высоко оценил Нейю.

Нейа немного подняла голос, чтобы попытаться скрыть свои поднявшиеся эмоции.

— В таком случае, Ваше Величество, Ваше присутствие здесь означает, что собрание уже окончено?

— Ах, да. Они закончили на сегодня. По правде говоря, я не сделал каких либо значительных предложений.

Прямо сейчас, в этом городе, была целая гора проблем, и все были связаны с растущим населением. Первоначально численность населения этого небольшого города, Лойдс, было менее 20-ти тысяч человек. Но после сбора здесь людей из освобождённых лагерей оно теперь превышало 150 тысяч человек.

Наиболее актуальной проблемой, связанной с перенаселением, была слизь, используемая в канализациях. Это Санитарные Слизни, чья популяцию увеличилась в связи с обилием пищи. Они вызвали панику, когда стали вырваться из водных каналов.

Когда количество слизи росло, они обычно сжигались при помощи магических предметов, но неожиданно быстрый рост означал, что это не было сделано вовремя. Несколько мужчин и женщин уже подверглись нападению.

Когда эти мужчины и женщины были окружены слизнями, группа мусороуборочных монстров, называемых Грязеедами, появилась из канализации, чтобы помочь им.

Несмотря на то, что их относят к монстрам, Грязееды были довольно умными, и они знали, что люди производят большую часть их пищи. Поэтому они защитили людей своими кислотными телами.

Однако люди не были благодарны Грязеедам. Это было, потому что Санитарные Слизни не были заразными, в отличие от Грязеедов, которые были, словно колонии патогенов. Таким образом, люди, которым они помогли, заболели и находились в очень плохом состоянии, особенно те, кто заразился энцефалитом.

Кроме того, была зима, поэтому дров и других видов топлива было мало. Так же были задержки в строительстве жилья. Хотя нехватки продовольствия ещё не было, в скором будущем это тоже станет проблемой.

Король-Заклинатель был приглашён на многие из собраний при обсуждении этих проблем, возможно, потому что они рассчитывали на его потрясающие знания для их решения.

Хотя Король-Заклинатель и говорил, что не многое знает о таких повседневных вещах, и просто сидел в сторонке и слушал, такую персону не могли не приглашать на встречи снова и снова.

Тот факт, что он так смиренно себя вёл, несмотря на то, что был королём целой страны, только углубило уважение Нейи к нему.

— Что Вы намерены делать теперь, Ваше Величество?

— Хм. Я намеревался посмотреть, всё ли в порядке с перемещением брёвен... Ты занята практикой, Бараха-сан? Если не возражаешь, не хотела бы сопровождать меня?

Чтобы решить проблему нехватки топлива и жилья, они использовали нежить-лошадей Короля-Заклинателя для транспортировки брёвен из далёкого леса. Поначалу люди остерегались использовать этих лошадей, но теперь были постоянные хвалебные отзывы, связанные с заслугами этой нежити.

— Ах да, пожалуйста, позвольте мне пойти с Вами! В конце концов, я – оруженосец Вашего Величества!

Осознание того, что она, наконец, может выполнять свои обязанности в качестве оруженосца, и её восторг из-за того, что она останется с Королём-Заклинателем наедине, заставило Нейю говорить быстрее и громче. Осознав это, уши Нейи воспылали.

— Если так, тогда приступим.

— Да! Пожалуйста…

Вдруг, как бы прерывая её, недалеко появилось пламя скрывающее небо.

«Там пожар?» – мелькнула мысль у Нейи.

Но истина была совсем иной... В городе не было чего-то, способного гореть таким огромным пламенем.

Город, казалось, был окружен стеной огня…

«Огненная Стена?!» – В тот же момент Нейа вспомнила рассказ Синей Розы.

— Ваше Величество! Это…

— Хм... Да, это именно то, о чём ты подумала. Я слышал об этом от Момона... Похоже, время всё же пришло. Этот поддонок Ялдабаоф решил, наконец, показаться. Бараха-сан, я должен идти.

В конце концов, этого они и ожидали. Чувство уверенности, исходившее от Короля-Заклинателя, успокоило сердце Нейи. Хотя основной причиной скорее был тот факт, что рядом находился кто-то настолько невероятный.

— Но в какой он части города?

— Ну... Хм... Откровенно говоря, я не представляю его мотивов. Возможно, он пришёл просто, чтобы уничтожить всех и каждого. Но мне кажется наиболее вероятным, что он охотится или за мной, или за лидером Святого Королевства, а потому нам будет лучше как можно быстрее объединиться. Собери своих людей, и отправь их в безопасные районы.

— Что?

— Ну, они всё равно не смогут ничего противопоставить Ялдабаофу, поэтому будет лучше, если они подготовятся к обороне против демонов, которые вероятно вскоре появятся. К тому же, я опасаюсь, что город вскоре может превратиться в ад... Возможно, было бы лучше отправить их подальше, за городские стены.

Хотя сначала слова Короля-Заклинателя были не совсем ясны, это, возможно, потому что он составил план "на ходу". А дальше была непрерывная серия инструкций для Нейи.

— Да! Большое спасибо, Ваше Величество! Всё так и сделаю!

Хотя они и строили планы на случай, если Ялдабаоф возглавит армию против них, они не совсем ожидали, что враг появится прямо в городе. Ещё одна большая проблема заключалась в том, что они не знали, насколько хорошо подготовился противник.

Нейа дала указания, согласно инструкциям Короля-Заклинателя. Здесь был только один отряд, но они не могли действовать самостоятельно. Как командир отряда, Нейа была обязана сделать несколько предписанных вещей, прежде чем получить приказы от командования.

В инструкции было что-то вроде этого:

Все в отряде должны были взять свои семьи и направиться к восточным воротам, потому что если враг атакует, то, было более вероятно, что с западных ворот. После этого они должны построиться у восточных ворот. Если же противник окажется за восточными воротами, то им необходимо подняться на стены у восточных ворот и атаковать с них. Кроме того, они должны адаптироваться к изменениям в условиях боя, и подчиняться адъютанту Нейи, пока она сама не прибудет на место.

Подчинённые Нейи быстро приступили к исполнению её указаний.

— Ваше Величество!

Отдав приказ, Нейа повернулась назад и увидела, что Король-Заклинатель смотрел на свои ладони и, используя заклинание полета, поднялся примерно до уровня головы Нейи.

— Ваше Величество! Позвольте, я пойду с Вами!

Возможно, он был поражён криком Нейи, но внезапно опустил руки и тихо ответил.

— Хммм… Ладно.

Король-Заклинатель также наложил заклинание полёта и на Нейю. В этот момент она осознала величие магии, испытав полёт с её помощью.

Нейа и Король-Заклинатель двигались в воздухе так, будто скользили по земле. Они не подымались высоко, а лишь парили в двух метрах над людьми, которые в толпе впали в хаос из-за непонятной ситуации. Причина этого заключалась в том, что полёт в воздухе без прикрытия сделает их очень заметными, и если бы там были демоны, они могли бы подвергнуться атакующим заклинаниям со всех сторон.

Нейа раздосадовано прикусила губу, чувствуя, что она была обузой. Ведь, какие бы заклинания ни использовали демоны, они не могли создать проблемы для Короля-Заклинателя. Она не могла не думать, что он выбрал более долгий путь, вместо того, чтобы лететь прямо к месту назначения, потому что она была рядом.

В конце концов, они добрались до места назначения – штаб-квартиры, которая также являлась комнатой Каспонда.

Двое паладинов у дверей были полностью заняты: они пытались организовать людей, толпящихся возле двери.

— Бараха-сан, мы войдём сверху.

— Да!

Увидев, что было трудно войти через дверь, они подлетели на балкон. Как раз в этот момент, ближайшее с их стороны окно открылось.

— Ваше Величество! Спасибо что пришли!

Это был паладин.

— Остальные уже здесь?

— Нет, Ваше Величество. Жрецы ещё собираются. Вице-капитан Монтанис отбыл освобождать людей из лагеря заключённых и вряд ли сегодня вернётся. Сейчас присутствуют только капитан Кастодио и Его Высочество Каспонд.

— Ясно. Тем не менее, хорошо, что они двое здесь. Показывайте дорогу.

— Так точно!

После того, как паладин привёл их к комнате Каспонда, они смогли услышать громкое обсуждение через дверь. Оно казалось довольно сумбурным.

Паладин открыл им дверь, и более десятка пар разных глаз обратились на них.

— Простите, что опоздал. У нас мало времени, потому сразу к делу. Какие планы вы сейчас обсуждаете?

Все переглянулись друг с другом, и Каспонд заговорил от их имени.

— Мы ещё не заметили Ялдабаофа. Ваше Величество, мог ли этот огонь быть сделан каким-либо магическим предметом или другим демоном, кроме Ялдабаофа?

— Я не уверен. Ведь даже я не смог бы сделать такого.

Остальные были потрясены. Король-Заклинатель использовал магию, которая превосходила воображение. Насколько могущественным должен быть Ялдабаоф, если он мог использовать заклинание, которое даже Король-Заклинатель не мог использовать?

— В таком случае, какие последствия ожидать от этого огня? Синяя Роза сказала, что они спокойно проходили через него. Тогда, видимо, обычные люди могут тоже, не так ли?

Сказав это, Ремедиос повернулась и посмотрела прямо на Короля-Заклинателя.

— Люди могут пройти через него. Это не будет проблемой. Что касается его эффектов, то демоны, находящиеся внутри этого круга огня, получают улучшение атрибутов. Отрицательные заклинания кармы будут наносить больше урона, скорость расходования предметов будет увеличиваться, и многие другие эффекты. Но, согласно результатам исследовательской группы, ни один из этих эффектов не был обнаружен. Однако ещё предстоит выяснить, имеет ли это пламя какие-либо другие последствия.

— Что означает, что мы можем свободно входить и выходить, верно? – Переспросила Ремедиос.

— Хм? Разве я не сказал об этом в самом начале?

— В таком случае мы должны эвакуироваться, пока вокруг не появились полулюди или демоны, а затем построить наши войска, – предложил Каспонд. — Я слышал, что демоны появились в районе, окруженном огнём, когда его в последний раз видели в Королевстве. Давайте рассмотрим этот план действий.

Отдав паладинам приказ, он снова спросил Короля-Заклинателя:

— Можете ли Вы использовать свою магию, чтобы определить местоположение Ялдабаофа, Ваше Величество?

— Если бы я мог, то мне не было бы смысла оставаться в городе, не так ли?

— Я думаю да.

Пока Король-Заклинатель одним за другим разбирался в вопросах, все услышали угрожающий скрип. Сперва он был достаточно тихий, а затем начал непрерывно нарастать, заглушая звуки в комнате. Все замолчали и переглянулись. Звуки в комнате будто вымерли. В тишине, всё что осталось, был скрип.

Все нервно оглядывались по сторонам, а затем Нейа заметила нечто странное на стене с окном и воскликнула:

— А…!

Трещина появилась на стене и, когда уже все её заметили, начала разрастаться. Стена деформировалась, и затем…

— Всем отойти!

Когда Ремедиос прокричала, Король-Заклинатель встал перед Нейей.

Стена разлетелась на кусочки из-за взрыва. Кирпичи дробью пролетели по комнате. Стоны заполнили воздух; их издавали люди, поражённые летящими на большой скорости кусками кирпича.

Если бы Король-Заклинатель не закрыл Нейю своим телом, она закончила бы стонущей на земле вместе со всеми.

— Сп-спасибо Вам…

Король-Заклинатель остановил Нейю рукой, прежде чем она смогла поблагодарить его, и указал на дымящуюся дыру в стене, привлекая туда её внимание.

Там находился огромный силуэт цвета полыхающего пламени.

— Благодарю вас за тёплый приём, люди.

Его голос был низким и властным.

Рассекая дым, он спокойно вошёл в комнату сквозь дыру в стене.

Это был демон.

Из-за своих размеров, ему пришлось пригнуться, чтоб хоть как-то влезть в комнату. Его поза выглядела слегка глуповато, но сейчас точно было не время для смеха. У Нейи словно встал ком в горле: она хотела проглотить слюну, скопившуюся у неё во рту, однако та застряла.

Это была подавляющая сила.

Хоть Нейа и никогда не была хороша в оценке силы своих врагов по отношению к себе, но сейчас она поняла, что не сможет победить, даже будь здесь 10 тысяч таких, как она. От силы, сравнимой с силой Короля-Заклинателя после снятия кольца, она была покрыта мурашками и не могла пошевелить и мускулом.

Именно тогда она поняла, с кем они столкнулись.

«Это, это Ялдабаоф... Император Демонов Ялдабаоф»

Его лицо было наполнено гневом, его крылья были красными, и его пылающие руки… казалось, он держал что-то в одной руке. Нейа не могла не засомневаться в том, что видели её глаза.

Это было то, во что она не хотела верить... Это было тело… Вернее, нижняя его часть. От него исходило сильное зловонье – явный признак сильного разложения…

— Йиииаааааа!

Это был возглас, нет, скорее даже крик. Это был звук, который мог издать только тот, кто разорвал оковы своих эмоций и впал в безумие. Он пришёл из-за спины Нейи.

Нейа вздрогнула. Человеком, издавшим этот звук, была Ремедиос.

Ремедиос высоко подняла свой священный меч и бросилась прямо на Ялдабаофа, не заботясь о собственной защите.

Это было слишком опрометчиво. Даже Нейа, которая не была искусна в обращении с мечами, думала, что это было глупое нападение.

— Сгинь.

Эти тяжёлые тихие слова сопровождалось глухим звуком удара. В то же время Ремедиос пролетела через всю комнату и врезалась в стену. Это вызвало такой грохот, что казалось, всё здание рушится. Ремедиос, отброшенная в сторону, словно муха, и припечатанная в стену, через секунду рухнула на пол.

Казалось, Ялдабаоф отбросил Ремедиос при помощи объекта, похожим на нижнюю часть тела человека.

Нейа наверняка умерла, если бы приняла на себя этот удар. Но, как и ожидалось от самого сильного паладина страны, её жизнь, казалось, не была в опасности.

Однако теперь по воздуху начал распространяться отвратительный запах.

Комната была заполнена кусками мяса из распадавшейся нижней части тела, которую Ялдабаоф использовал, чтобы ударить Ремедиос.

— Ах, какой беспорядок. Я искренне приношу извинения за то, что испачкал комнату. Конечно, этого бы не случилось, если бы эта женщина не напала на меня, не подумав... Ну, это просто оправдание. Пожалуйста, простите меня.

Ялдабаоф медленно склонил голову. Он казался искренне извиняющимся, но это только испугало всех ещё больше.

И затем он легко отбросил то, что держал: что-то похожее на обугленные останки человеческой лодыжки.

— Ой-ёй, похоже, я был слишком увлечён, когда размахивал им, и верхняя половина куда-то улетела. Это всего лишь грязная безделушка, поэтому я искал шанс избавиться от неё… но, в конце концов, мне удалось эффективно её использовать. Разве я не добрый демон? Должно быть, она благодарит меня из загробной жизни.

Бормотал Ялдабаоф себе под нос.

— А-а-а-аххх

Ремедиос касалась себя, пока вопила, словно в муках, а из уголка её рта текла свежая кровь. Нет, похоже, она собирала ошмётки плоти, прилипшие к ней.

«Что она делает? Она в конец потеряла рассудок?» – Беспокоилась Нейа.

Но, похоже, эти безумные на вид действия имели смысл.

«Только не говорите мне, что этот труп... Как это возможно?..»

Хотя нижняя часть тела была истерзана, к ней были прикреплены части чего-то похожего на доспехи, похоже, принадлежавшие женщине. Исходя из этого, Нейа могла представить двух людей, которыми они могли быть.

«Если это действительно так…»

— Что за чудесный звук! – Ялдабаоф взмахнул рукой, будто дирижёр. — Что же, я полагаю это первый раз, когда мы встретились, Король-Заклинатель Айнз Оул Гоун-сан, или, быть может, "-сама" было бы лучшей формой обращения?

— Это не важно. Итак, я уверен, ты здесь, чтобы сразиться со мной?

— Именно. Никакое количество слабаков не имеет значения.

— Согласен с этим. У меня нет намерений создавать бессмысленные смерти.

Всё ещё шмыгая носом, Ремедиос пронзительно посмотрела на Короля-Заклинателя.

— Уверен, ты силён, Ваше Величество. Даже сильнее, чем Момон. Я надеюсь, ты позволишь мне следовать стратегии, которая гарантирует мою победу.

Ялдабаоф поднял руку, и чья-то голова показалась через дыру.

Это была женщина в маске и форме горничной. Точнее, две женщины.

— Надеюсь, ты не назовёшь меня подлым?

— Ух, хм. Ну, это… хмм... э-э… м-м…

Король-Заклинатель начал волноваться. Этого следовало ожидать.

Никто не мог ожидать, что Ялдабаоф прибудет вкупе с его демонами-горничными. Хотя…

«Возможно не в этом дело. Король-Заклинатель мудр, и он мог предполагать это. А раз так, почему он ведёт себя подобным образом? Может быть, потому что мы здесь? Возможно, он не уверен, что сможет защитить нас, поэтому и беспокоится!»

— Ваше Величество, пожалуйста, не волнуйтесь о нас.

— А?

Король-Заклинатель воскликнул в небольшом удивлении.

Нейа очень хорошо знала, что эти демоны-горничные были созданиями, способными убить любого в этой комнате. И они были столь сильны, что ей было бы неспокойно, даже если кто-то скажет не волноваться. В сравнении с уровнем Короля-Заклинателя, Нейа и остальные, вероятно включая даже Ремедиос, не более чем бесполезные пешки.

Однако она скорее умрёт, чем станет ему обузой.

Однажды она слышала от Короля-Заклинателя, что его подчинённые даже готовы умереть, если стали бы заложниками. Он говорил, что был бы огорчен этим, но Нейа, наконец, поняла, что чувствовали его подчинённые. Они просто не хотели становиться бременем для личности, которую уважали.

— Ха-ха-ха. Не волнуйтесь, люди. Я буду мучить вас всех до смерти позже. Мы будем ждать у фонтана в центре города. Конечно, ты можешь бежать, если хочешь, Король-Заклинатель.

— То же самое хочу сказать и тебе, Ялдабаоф.

Король-Заклинатель и Ялдабаоф пристально посмотрели друг на друга.

После этого Ялдабаоф развернулся, а Ремедиос вскочила, держа святой меч, и кинулась на него.

Слабо светящийся меч был похож на полосу белого света.

— Умрииииии!

И ударила в спину Ялдабаофа.

— Что это? Это... Теперь-то ты удовлетворена?

Это был холодный ровный голос.

— Почему?.. Почему… после получения удара святым мечом?.. Ты же должен быть злым…

На его фоне образ Ремедиос казался крошечным и ничтожным.

— Я понятия не имею, что на это ответить. Почему? Что ты имеешь в виду под "почему"? Это было не больнее укола, как тебе такое? Если закончила, не могла бы ты уйти с моего пути? Я не собираюсь убивать тебя сейчас. Я решу это после того, как убью Короля-Заклинателя.

Ялдабаоф, не обращая внимания на Ремедиос, расправил крылья и улетел. Демоны-горничные последовали за ним.

— … Тогда я тоже пошёл. Вы должны найти укрытие, чтобы не попасть под сражение. Хотя я не думаю, что до этого дойдёт, вы должны понять, что город может быть разрушен.

— Ваше Величество, все будет в порядке? – Каспонд встал из укрытия, в которое нырнул для уклонения от летающих по комнате обломков. Его глаза остановились на Ремедиос, которая выглядела совершенно разгромленной и не могла встать на ноги.

— Всё ли будет в порядке? Я не могу гарантировать, но возможно. Было бы очень проблематично, притащи он с собой полулюдей как щиты. Выглядит так, будто он недооценивает меня. И это также шанс схватить демонов-горничных.

Ремедиос что-то бормотала себе под нос:

— … Всё будет в порядке. Это нормально. Моя сестра всё ещё здесь. Келарт всё ещё здесь. Пока она рядом, Калка-сама может…

Потом вдруг она хлопнула себя по лицу и резко встала на ноги.

— Король-Заклинатель! Я тоже пойду. Одолжите мне оружие, которое может ранить его! На время я стану Вашим мечом!

Король-Заклинатель взглянул на Ремедиос, в её налитые кровью и ненавистью глаза, и покачал головой.

— … Забудь об этом. Ты будешь только мешаться.

— Что ты сказал?!

— Ты не понимаешь? Я говорю о разнице в силе. Или ты хочешь сказать, что понимаешь, но отказываешься признать это? Тогда скажу прямо – ты лишь обуза.

Ремедиос взглянула на Короля-Заклинателя, как будто он был её кровным врагом.

Слова Короля-Заклинателя были очень жёсткими, но они также были правдой. Или, скорее, их было тяжело принять, именно потому, что они были правдой.

— Капитан Кастодио! У меня есть другое задание для вас. Эвакуируйте этих людей из города!

Каспонд отдал приказ твёрдым, командным тоном.

— План был дать Его Величеству справиться с Ялдабаофом. Вы тоже согласились с этим, не так ли?

— … Ахх, я знаю.

Ремедиос прикусила губу и вынудила себя сказать следующие слова.

— Вы должны убить этого ублюдка.

— Конечно.

— Паладины, аккуратно соберите остатки этого тела. Не пропустите ни кусочка.

— Капитан… это тело…

У одного паладина были подозрения того, что происходило, и он рискнул спросить дрожащим голосом. Ремедиос ответила тоном, словно говорившим не спрашивать далее:

— Не забывайте, что это может быть демоническая уловка.

Ремедиос ушла, не оглядываясь. Несколько паладинов последовали за ней, с полуиспуганными выражениями на лицах.

— Ваше Величество, я искренне извиняюсь за то, как она повела себя с Вами... Могу я извиниться за неё? – Каспонд опустил свою голову. — Пожалуйста, я прошу о вашей снисходительности.

— … Я принимаю Ваши извинения. Теперь, поспешите и эвакуируйтесь. Если он будет ждать слишком долго, то может решить и не держать своё слово. Я отправлюсь прямо сейчас, чтобы выиграть время, но я надеюсь, Вы понимаете, что я могу дать вам лишь около 30 минут.

— Я понял. Все слышали это? Пошевеливайтесь!

Несколько жрецов и паладинов вышли вместе с Каспондом.

Единственными оставшимися в комнате были Король-Заклинатель, Нейа, а также несколько паладинов и жрецов, собиравших останки человеческого тела в мешок.

«В таком случае…» – Нейа собралась с духом.

— Ваше Величество, могу я пойти с Вами?!

Вокруг неё послышались резкие вздохи и трепет. Но Нейа проигнорировала этих незначительных людей. Она сняла визор и посмотрела прямо на Короля-Заклинателя.

— … Хмм. Я не могу взять тебя. Что бы он сейчас ни говорил, но он демон. Будучи в безвыходной ситуации, он покажет свою истинную натуру и использует тебя, как заложницу.

— Но если это случится, Ваше Величество убьёт меня без колебаний, разве не так?

— Когда ты говоришь это с таким серьёзным лицом, я выгляжу как жестокая личность. Ну, если спасти тебя не будет возможности, то я не обращу на тебя внимания и также попаду по тебе атакующим заклинанием.

— В таком случае…

— Я так делаю, не потому что хочу убивать заложников, ты понимаешь?

— Ах! Простите меня…

Так оно и было. Он сделал бы это, поскольку это лучший доступный выбор. В случае альтернативы получше, такая милостивая личность, конечно, выбрала бы её. Так что, не позволять Нейе сопровождать его, было лучшей из лучших альтернатив.

— Но... Ваше Величество, Вы использовали много заклинаний, и даже свои магические предметы и ману для освобождения этого города. Как заклинатель, Вы определённо должны быть сейчас ослаблены. Будет ли всё в порядке?

— Мхм. Действительно, это может быть опасно, но я пришёл сюда победить Ялдабаофа. К счастью, мне не пришлось искать его, поскольку он это сделал сам. Теперь я уничтожу его и заберу горничных себе... Ух, говоря, что я хочу горничных, это звучит, как от грязного старика, хм?

Нейа горько улыбнулась Королю-Заклинателю, который всё ещё мог выдать хромую шутку в такое время. Она хотела ещё сказать, но Король-Заклинатель пресёк это поднятием руки.

— Кроме того, я стану посмешищем, если сбегу после всего.

Король-Заклинатель пожал плечами, как будто он шутил. Нейа чувствовала, что он не был серьёзен, так что повысила свой голос.

— Ваше Величество! Если они хотят посмеяться, пусть! Я смиренно признаю, что Вы должны сражаться с ним только в прекрасном состоянии! Также, Вы пришли сюда, только чтобы сразиться с Ялдабаофом, но в итоге потратили много маны и сил для Святого Королевства. Это не то, на что Вы изначально согласились. Если Вы скажете, люди моей страны…

— Действительно, это правда. Но люди – существа, которые верят только в то, во что хотят верить. Даже если ты распространишь слово, никто не примет его близко к сердцу, Бараха-сан.

— Что...? В таком случае я могу быть свидетелем! И…

Нейа перевела взгляд на паладинов и священников, которые слушали их разговор. Она считала, что они, тоже захотят быть свидетелями.

— Нейа Бараха. Я благодарю тебя, но в этом нет необходимости. Я не изменю своё намерение сразиться с Ялдабаофом.

— Но… почему?

— Очевидно же. Это потому что я дал обещание, как король.

Нейе нечего было сказать. Она ничего не могла сказать в ответ. Простолюдин, вроде неё, не мог сказать ничего, что могло бы изменить мнение короля.

Вокруг неё раздались ропоты восхищения. Действительно, этот гордый и великий человек был ни кто иной, как Его Величество Король-Заклинатель Айнз Оул Гоун.

Нейа была полна гордости за короля, которого высоко почитала.

— Ваше Величество, я знаю, что это очень непочтительно, но если Вы почувствуете опасность, я прошу Вас отступить.

Возможно, упоминание о его возможном поражении может его опечалить, но даже так, она всё равно должна была это сказать.

— Само собой. Дурак тот, кто вступает в бой, не подготовив средства к отступлению. Даже если проиграть одно сражение, можно хорошо использовать полученную информацию для следующего. Неважно, проиграна ли первая битва.

— Меньшего я и не ожидала от Вас, Ваше Величество.

Краткое объяснение заключалось в том, что если его целью было победить Ялдабаофа, то всё, что ему нужно было, это победить в итоге. Нейа была в восторге от такого мышления – мышления не воина, а короля.

— Что ж, тогда мне пора.

***

Айнз пешком направился к месту, которое указал Ялдабаоф. По пути он использовал [Сообщение], чтобы приказать двум Ханзо, которые следовали за ним, проверить хвосты и наличие наблюдателей.

Получив отрицательный отчет по обоим пунктам, Айнз уже было собирался прекратить связь, но получил несколько запутанный доклад о том, что здесь присутствуют Плеяды.

Айнз подтвердил получение доклада и закончил [Сообщение].

«На этот раз мы не обнаружили других Игроков или обладателей предметов Мирового Класса. Я продолжаю думать, что они уже должны были бы проявить себя к настоящему моменту... Но если их нет, как объяснить то, что случилось с Шалти? Неужели это было какое-то совпадение? Был ли это и правда эффект предмета Мирового Класса? Или же это работа какого-то человека с уникальным талантом?»

Тот факт, что никто не появился, несмотря на то, что они так далеко зашли, заставил его чувствовать себя пойманным в ловушку. Насколько Айнз знал, противники обычно наносят удар в момент его слабости.

«Честно говоря... что ж, это не имеет значения. Тщательное планирование на будущее не будет лишним».

После Айнз связался с другими отрядами Ханзо с помощью [Сообщения], чтобы проверить их готовность и получение приказов.

«Хорошо, подготовка завершена. Следующая часть проста – мне надо просто следовать плану Демиурга. Даже если ошибусь, я всегда могу сказать, что это так я его проверял».

Это было хорошо.

Айнз был удивлён, насколько лёгкой была его поступь. Это был первый раз, когда он почувствовал себя настолько расслабленным с тех пор, как пришёл в этот мир, и это было похоже на плавание по небу.

Вскоре Айнз дошёл до площади.

Изначально это была фонтанная площадь для отдыха жителей. Однако, после того как полулюди разрушили тут всё, вода в фонтанах больше не текла. На данный момент планов на восстановления не было, и окружение выглядело слишком скупо и строго.

Там стоял демон.

Это был огромный демон с пылающими крыльями и двумя тёмно-красными, мускулистыми руками.

Это был Злой Лорд Гнева из Назарика. Однако он был всего лишь монстром, которого призвал Демиург заклинанием [Призыв Злых Лордов]. Его можно было использовать только один раз в 50 часов, зато им можно управлять некоторое время. Даже если он будет убит, Назарик ничего не потеряет.

Он был 84-го уровня.

Так как Злой Лорд был атакующим физического типа, у него был очень высокий показатель здоровья.

Из всех особых способностей, которыми обладали Злые Лорды, самой опасной была способность призвать другого Злого Лорда, хоть и ниже уровнем, чем они сами. Однако призванные монстры, в свою очередь, не могли призывать больше монстров. Поэтому Злой Лорд Гнева, которого призвал Демиург, не мог призывать другого Злого Лорда.

Если бы этот Злой Лорд был создан разработчиками или игроками, тогда он мог бы призывать других существ. Например, Злой Лорд Лени часто призывал демонов и нежить толпу за толпой, что делало его очень трудным противником.

Кроме того, один неприятный момент о Злом Лорде Гнева заключался в том, что было трудно управлять его ненавистью.

Показатель агрессии Злого Лорда Гнева накапливался быстрее, чем у других Злых Лордов. Айнз слышал, как танки говорили, что им лучше иметь дело с несколькими другими Злыми Лордами, чем удерживать одного Злого Лорда Гнева от нападения на союзников.

Кроме того, у него была особенность, заключающаяся в том, что его показатели атаки и защиты увеличивались по мере повышения значения ненависти. Тем не менее, это не было проблемой. Единственное, что беспокоило Айнза, это его способность под названием [Чудо Искупленной Души], которое порождало неизвестные эффекты.

Список заклинаний, которые мог использовать Злой Лорд Гнева, включал заклинания:

3-его уровня: [Огненный шар], [Замедление];

6-го уровня: [Пламенное крыло], [Волна ада];

7-го уровня: [Напалм], [Адское пламя], [Великое Слово Проклятия], [Великая Телепортация], [Ересь];

8-го уровня: [Искажение морали], [Безумие], [Астральная кара], [Волна боли];

9-го уровня: [Великое отражение], [Нова Вермилиона];

10-го уровня: [Метеор], [Остановка времени], [Поле скверны].

Хотя точное число заклинаний, которые могли использовать монстры, варьировалось с их уровнем и типом, обычно их было около восьми. Однако, высокоуровневые монстры, вроде драконов, демонов и ангелов, были исключением.

И всё же, как у чистого воина, заклинания Злого Лорда Гнева были не особенно страшными.

У него не было умений для усиления своих заклинаний, и его магические параметры были низкими. Поэтому, хоть атакующие заклинания Злого Лорда и были огненными, и таким образом, направленные на слабость нежити, не было нужды в осторожности. Заклинания воздействия на разум были бесполезны против нежити, а значение кармы Айнза было и так отрицательным, так что заклинания, вроде [Искажение Морали], были потерей времени.

Для Айнза, имевшего отрицательную карму, справиться с ангелами было сложнее, чем с демонами.

Обдумывая данные своего оппонента, Айнз взглянул на двух горничных позади Злого Лорда. Он решил, что подумает о них позже.

— Итак, вы все готовы?

— Разумеется, Айнз-сама.

Услышав этот тяжёлый голос, Сузуки Сатору в сердце Айнза неосознанно улыбнулся. Так было потому, что этот демон, как и все NPC Назарика, были разработаны в соответствии с их образом.

«Вероятно, такие голоса предполагались их создателями или разработчиками. В таком случае, кому пришла мысль о прелестном голосе, которым обладают жуко-губы до поглощения каких-нибудь голосовых связок? Или вся концепция "сейю в твоих мыслях", о которой говорил Пэрорончино, реально существовала?»

Нет, это было невозможно.

Актёр Пандоры был хорошим примером. Он был существом, не отражавшим, что было в уме его создателя. И потом, фактически, говорить могло даже существо без голосовых связок, вроде Айнза. Всё, что он мог сказать – фентезийные миры действительно поразительны.

— Если ты обращаешься ко мне "Айнз-сама", я полагаю, всё окружение было зачищено?

— Истинно так.

— Тогда я задам тебе самый важный вопрос. Ты готов биться с намерением убить меня?

— Да, мне было приказано сделать так.

Айнз кивнул, услышав ответ Злого Лорда.

Одной деталью, доставлявшей беспокойство Айнзу всё это время, был недостаток сильных оппонентов для битвы.

После битвы с Шалти, Айнз волновался об отсутствии шансов сразиться в полную силу.

Он уже получил опыт в ближнем бою и мог умело двигаться в теле Момона и биться примерно как воин 33-го уровня. Ему было любопытно, как теперь такое его тело будет функционировать в высокоуровневом бою?

Он должен был провести боевые тренировки против высокоуровневых оппонентов. К сожалению, он до сих пор не встречал таких высокоуровневых монстров. Поэтому он приказал Демиургу «скомандовать Злому Лорду убить Айнза».

Он мог победить такого сильного врага, желавшего убить его, и, тем самым, усилить себя.

Легче было сказать, чем сделать. Оба Стража были категорически против идеи, и уговорить их заняло немало времени. Тогда мысленно истощённый Айнз уже подумывал сказать: «Я думал, мы сошлись на том, что моё слово – закон…»

В конце концов, после бесчисленных условий и уступок, сцена для этой реальной битвы была поставлена.

Холодок прошёлся по его телу, как он подумал о том, что может умереть. Это было совершенно отличное чувство от того, как он ощущал себя во время битвы с Шалти, поскольку это было ненужной битвой.

Однако…

«Хотя у меня большой опыт PvP в ИГГДРАСИЛЕ, в битве против Шалти я понял, что этот мир – не игра. Если придёт время для меня выступить против игрока 100-го уровня с большим опытом реального боя, я не смогу победить без равноценного количества опыта. Я должен помнить, что страх – это дорога к поражению».

Айнз был очень рад, что он был нежитью и мог подавить чувство страха смерти. Будь он всё ещё человеком, то сейчас свернулся бы калачиком и просто дрожал.

— Итак. Теперь, Юри.

Айнз обратился к горничной перед Злым Лордом.

— Поскольку ты и Люпус-Регина здесь, значит ли это, что вы будете сражаться против меня вместе со Злым Лордом? Что насчёт остальных?

Он не видел признаков Солюшн, Энтомы или Сизу. Они, должно быть, находятся не здесь.

— Мы двое – единственные, кто пришёл сюда. Мы, сёстры, будем сражаться против Вас вместе со Злым Лордом Гнева. Дело в том, что Альбедо-сама считает неплохой мыслью позволить людям этой страны лицезреть демонов-горничных. К тому же, Злого Лорда Гнева в одиночку может быть недостаточно для удовлетворения Вашего желания, Айнз-сама.

Было правдой то, что одному Злому Лорду примерно 80-го уровня будет очень тяжело выстоять против Айнза. Однако, даже подмога в виде Юри и Люпус-Регины не делала его сильным оппонентом.

«Однако, возможно это и не так. Дополнительные хлопотные факторы могут стать неудобством. Страдать потом из-за недооценки своего противника будет глупым. Лучше мне быть настороже».

— Вдобавок, Альбедо-сама приказала нам уточнить кое-что у Вас, Айнз-сама. Вы действительно согласны с условием, что не будете покидать Назарик на протяжении следующего года, если будете побеждены?

— Ах да, это было одно из условий, на которых настояла Альбедо, прежде чем согласиться на этот бой. Если я проиграю, я проведу следующий год, усердно работая в Великой Гробнице Назарик, в одной комнате вместе с Альбедо... Вы не собираетесь сверить и условия, упомянутые Демиургом?

Айнз глянул на Злого Лорда, но он ничего не сказал. Видимо, он не считал это необходимым.

— Премного благодарим Вас. – Юри поклонилась.

Итак, более нет возможности изменить план.

Подумав о том, насколько тяжёлой оказалась ситуация, Айнз не мог внутренне не вспотеть. Убить Юри было бы достаточно просто, учитывая колоссальную разницу в силе, но Айнз Оул Гоун никогда бы не допустил этого. Убийство NPC в целях тренировки – крайне возмутительно.

Иначе говоря…

«Я должен убить Злого Лорда без ущерба для Юри и Люпус-Регины».

Айнз не мог не рассмеяться.

«Это будет чертовски трудной задачей. Тем не менее, для практики нет ничего лучше!»

— Что-то не так, Айнз-сама?

— Нет, ничего такого, не беспокойся.

— Также Коцит-сама попросил записать битву, чтобы все в Назарике могли использовать её в целях обучения. Вы не возражаете?

Хотя Айнз и не хотел делать этого, потому что считал это смущающим, однако запись боёв было распространённым явлением в ИГГДРАСИЛЕ. Имея это в виду, он обязан одобрить эту просьбу.

— Но запись боя затронет защитный барьер против обнаружения. Должен ли я его убрать?

— Вы, несомненно, имели в виду заклинание обнаружения наблюдения, не так ли, Айнз-сама? А не связанную систему защитных барьеров?

— Ах, да, именно так. В конце концов, если затронуть последнее, было бы плохо для кого-нибудь из Назарика, пытающегося найти моё месторасположение или сделать запись боя.

Если он развернёт связанную систему барьеров с заклинаниями атакующего типа, которую он так беззаботно использовал в прошлом, то любой член Назарика, захотевший использовать заклинание обнаружения на Айнзе, понесёт весьма серьезный урон. Ранее в ИГГДРАСИЛЕ он использовал это постоянно, потому что там не было дружеского огня. Но сейчас это было бы опасно.

Разумеется, обитатели Назарика не пострадали бы от атакующего барьера, учитывая, что они под защитой предмета Мирового Класса. Но эта защита потребовала бы затраты в виде золотых монет. А для него это лишние болезненные расходы.

— Тогда нет необходимости беспокоиться~су.

— Нет. Я лучше уберу его прямо сейчас и, тогда смогу немного успокоиться.

— Понятненько~су, тогда оставлю всё на Вас~су.

Айнз деактивировал свой атакующий барьер.

— Отлично... Итак, давайте начнем боевую запись. Чьё поле зрения вы используете? Моё тоже подойдет.

— Думаю, это я должна сделать запись~су.

По правде, Айнза устроил бы любой вариант. Любой ракурс обзора подошёл бы.

Вдобавок, начали всплывать воспоминания о спаррингах с его друзьями, что приносило ему удовольствие.

Имитация боёв с его друзьями было основополагающей частью разработки новых техник и оружия.

Он часто спарринговал с Тач Ми, но эти бои не учитывались, и не были занесены в список PvP битв Айнза.

Так как Айнз у него ни разу не выигрывал, его рейтинг побед снизился бы, будь они зачтены. Но он никогда не относился к этому всерьёз, а просто рассматривал как тренировку, поскольку знал, что не сможет победить. Айнз всегда подчёркивал это.

— Тогда начинаем? Тебе надо быть готовой убить меня. Естественно, я не буду убивать тебя.

— Нет, на самом деле, всё будет в порядке, если Вы убьёте нас.

Прежде чем Айнз мог сказать, что он не хочет этого сделать, Юри объяснила причину.

— Айнз-сама, мы не являемся настоящими членами Плеяд. Все мы – Великие доппельгангеры.

— Что?

— Мы Музыканты Струнного Оркестра Эрика под управлением Чакмуля-сама из Пяти Худших. По приказу Альбедо-сама мы превратились в членов Плеяд.

— Это так?

Посмотрев на них ещё несколько раз, Айнз так и не смог отличить их от Юри и Люпус-Регины, которых он знал. Он не мог не задаться вопросом, было ли это ложью, которую они рассказывали, чтобы он мог спокойно убить их во время боя.

Одна из них точно могла быть подделкой. Он когда-то слышал, что лучшая ложь – это истина, смешанная с небольшой ложью.

Айнз не мог смотреть сквозь маскировку Великих доппельгангеров. Было заклинание, которое могло рассеять их маскировку, но использование этого заклинания не позволит им снова трансформироваться в течение довольно долгого времени из-за эффекта заклинания. В таком случае их превращение в Плеяд станет бессмысленным. Было бы иначе, если бы Айнз выучил аналогичное заклинание более низкого уровня, но…

Нет. Кое-что он всё-таки заметил…

— Хм... похоже, Люпус-Регина говорит не так, как обычно. Что происходит?

Лицо Люпус-Регины на мгновение исчезло.

— Это странно, Айнз-сама?

Великий доппельгангер, притворяющийся Люпус-Региной, изменил свою манеру речи. Вероятно, это была его обычная манера речи.

— Ах, она не использует такие выражения.

— Но Люпус-Регина-сан всегда говорила так перед нами…

Когда доппельгангер выдавал себя за кого-то, людям, близких к цели, было трудно распознать их маскировку. Это было, потому что они использовали некую форму телепатии во время маскировки, чтобы читать поверхностные мысли людей, с которыми они разговаривают, а также тех, кто их окружает. Всё это для того, чтобы извлечь информацию, связанную с целью, которую они имитировали, а затем применить её к своей имитации. По крайней мере, так было написано в энциклопедии монстров ИГГДРАСИЛЯ.

Тем не менее, она нужна была просто для того, чтобы выявить возможные реакции воплощённого субъекта. Она не считывала мысли и не искала воспоминания.

Кроме того, поскольку эта способность была формой психической атаки, её бесполезно было использовать на Айнзе и любой другой нежити. Также эта способность могла не сработать, если разница в уровнях доппельгангера и их цели достаточно велика. Наверное, поэтому доппельгангеры не смогли усмотреть возможные реакции Люпус-Регины от Айнза и подстроиться под эту ситуацию.

К тому же, более вероятно, что доппельгангеры будут раскрыты, если столкнутся сразу с несколькими людьми, потому что у каждого из них бывает разное впечатление о цели.

«Хм... Почему Люпус-Регина всегда добавляла "~су" в конце? Ах, ясно, это, наверное, чтобы её речь звучала настораживающе. Возможно так, она пыталась мне помочь обнаружить доппельгангеров. Какая миленькая маленькая плутовка…»

— Хм? У меня есть другой вопрос, который не связан со сражением. Если я вам скажу отказаться от выполнения приказов Альбедо, у кого будет приоритет?

— Естественно, Ваши слова будут иметь приоритет, Айнз-сама. Однако я должен извиниться, что, прежде всего, мы будем подчиняться приказам нашего призывателя, Тёмной Мелодии-сама.

— Хм? Кто это?

Разве был такой NPC? Пока Айнз задавался этим вопросом, он услышал ответ Юри.

— Это Темперанс-сама.

Огоньки в глазницах Айнза ярко вспыхнули.

— А? Темперанс? Тёмный? Ах... что ж, это походит на словесный портрет... Но всё же, Тёмная Мелодия?

— Да. Когда-то Темперанс-сама попросил называть его именно так. Поэтому Чакмуль-сама приказал нам так и делать.

— … Как вернусь в Назарик, хочу узнать об этом во всех подробностях. Тёмная Мелодия, да?

Он впервые услышал, что Тепмеранс так себя называл.

Айнз не мог не засмеяться, узнав, что его бывший друг называл себя именно так в местах, где его никто не знал. Это была и вправду хитроумная ловушка, для уменьшения боевого духа.

«Ах, нет–нет. Я не должен попадать в ловушку Тёмной Мелодии! Ку-ку-ку…»

Хотя он понимал, что сейчас не самое лучшее время, он вспомнил своего согильдийца.

«Как же он выглядел, и что чувствовал, когда брал это имя?»

Вспоминая друга из прошлого, Айнз сузил глаза, а затем заметил, как доппель-Юри наклонила голову с удивлённым выражением лица. Айнз подумал, что стал беспечным, и наконец, собрался.

Он мог повспоминать о своих старых друзьях позже. Сейчас же, ему следовало проанализировать речь доппельгангера.

«Когда всё кончится, я бы хотел поспрашивать всех слуг и NPCо секретах, которые они хранят. Ку-ку-ку... Но тогда, возникает другой вопрос…»

Без прямого приказа, слуги, такие как доппельгангеры, будут подчиняться NPC, ответственному за них. А что, если какой-нибудь NPC захочет убить Айнза? Соберёт много высокоуровневых слуг и прикажет им атаковать Айнза своими самыми сильными приёмами? Конечно, так может произойти, если Айнз не сможет выявить или остановить их до этого.

«Исполнят ли они подобный приказ? Или откажутся?»

— … Вы, как и Злой Лорд, тоже готовы нападать на меня так, словно хотите убить, верно?

— Да. Таков полученный нами приказ, и я решила, что Вы также одобрите его, Айнз-сама.

Ответ доппель-Юри заставил Айнза нахмурить его несуществующие брови.

«…Разве это не опасно? Вероятно, лучше всего проверить, где пролегает грань».

Даже если Айнз и подумал об этом, он решил, что, скорее всего, Альбедо уже сама всё проверила. Тем не менее, на всякий случай, он должен убедиться. Он не мог допустить, чтобы эта брешь в его обороне оставалась неприкрытой.

— … Неужели? Я разрешаю в этом сражении вам использовать свои способности, чтобы убить меня. А теперь, снова поклянитесь именем Айнз Оул Гоун. Можете ли вы поклясться в том, что сказанное сейчас вами о ваших истинных личностях было правдой?

— Да. Клянёмся на имени всех Высших Существ.

Юри и Люпус-Регина изменили свои руки на похожие, как у Актёра Пандоры.

— Айнз-сама, я забыла кое о чём упомянуть. Наше снаряжение было заимствовано у Плеяд. Так что, не можем ли мы утрудить Вас восстановить его, если мы вдруг будем убиты?

Доппельгангеры могут скопировать даже одежду и снаряжение своей цели, если того захотят. Однако копировать они могли лишь внешний вид, а не свойства. Поскольку они не получат никаких преимуществ от поддельного снаряжения, сражаясь с мощным заклинателем, таким как Айнз, их разница в силе будет словно небо и земля. А потому у них не было иного выбора, кроме как заимствовать подлинные предметы у их владельцев.

«Великие доппельгангеры способны подражать людям до 60-го уровня. Однако, в отличие от оригинальных NPC, у них будет лишь до 90% способностей оригиналов. И даже если они обладают снаряжением Плеяд, нет нужды волноваться... наверное... А раз так, то убивать их было бы слишком расточительно. В конце концов, они наёмные слуги, а значит, для их призыва нужны деньги... Как я и думал, от меня просто требуется вывести их из строя. Должен ли я теперь добавить это в правила?»

— Хорошо! Я добавлю ещё одно правило. Как только вы, Великие доппельгангеры, будете при́ смерти, то выйдите из боя. Я буду следить за вашим здоровьем при помощи заклинания [Эссенция Жизни]. Вы ведь можете сокрыть своё здоровье, верно? – После утвердительного ответа Юри, Айнз продолжил. — Поэтому не используйте эту способность. Если я решу, что кто-то может умереть от моего лёгкого удара, я назову его имя, и он будет исключён. В этом случае, он считается мёртвым и должен немедленно покинуть поле боя. Более того, то же касается и Злого Лорда Гнева. Если я объявлю победу – битва окончится. Вам ясно?

Злой Лорд Гнева и оба доппельгангера выразили своё понимание.

— Очень хорошо. Итак, мы начнём, когда монета коснётся земли... Прошло около двадцати пяти минут, поэтому я думаю, что они не будут жаловаться, даже если мы начнём чуть раньше.

Наложив [Эссенцию Жизни], Айнз достал золотую монету. Конечно, это было не золото ИГГДРАСИЛЯ, а просто торговая золотая монета из этого мира.

— Вы не собираетесь усилять себя?

— Предоставление времени, чтобы Вы могли наложить на себя заклинания, так же является частью нашей подготовки к этому бою.

После того, как допель-Люпус-Регина ответила, Айнз отошёл от них и подбросил монетку большим пальцем так, чтобы та упала между ними.

Как только монета ударилась о землю, Айнз, отпрыгнув назад, выпрямил руки и выкрикнул:

— Барьер Полной Невосприимчивости!

Он увидел, как Злой Лорд и оба доппельгангера застыли на месте. Однако, через мгновение, демон и доппель-Юри тут же ринулись на него.

«Началось. Похоже, это было верное решение».

Предыдущие действия Айнза были бессмысленны. В ИГГДРАСИЛЕ не было никакой способности с названием Барьер Полной Невосприимчивости... Ну, или не должно быть хотя бы из тех заклинаний, что знал Айнз. И всё-таки, он выкрикнул его не для блефа: причина была иной.

«Ах... кажется, они замедлились. Может они думают, что я этим что-то сделал, и теперь осторожничают? Так вот что происходит, когда думаешь, попал ли ты в ловушку врага?»

Их беспокойство возникло из-за того, что такая техника действительно может существовать в этом мире, и это ограничивает их движения. Можно сказать, что этот финт удался, потому что в этом мире всё ещё существовали неизвестные вещи.

Конечно, сейчас дело было не только в неизвестных всем вещах. К этому так же можно отнести наличие специальных способностей, которыми обладал только Айнз.

В ИГГДРАСИЛЕ не было такого как использование трупа для призыва нежити, чтобы игнорировать её продолжительность существования. Это отклонение возникло только после попадания в этот мир. Можно было только представить, сколько же ещё образовалось многих других изменений в этом мире. Только дурак мог подумать, что ничего подобного не произошло.

Другими словами, принятие решений, основываясь только на знаниях ИГГДРАСИЛЯ, было очень опасно.

«Я должен обсудить это с Альбедо… и с остальными, включая Коцита».

Размышляя, Айнз безмолвно использовал заклинание [Полет], отступая к краю площади и сохраняя определённое расстояние от своих противников.

«Альбедо сказала, что потребуется около двух лет подготовки, прежде чем уничтожить Королевство Ре-Эстиз. Похоже, до тех пор я должен собирать информацию. Расширение своей страны означает расширение границ, которые будут находиться в контакте с внешним миром… Я должен это тоже обсудить с Альбедо и Демиургом и узнать их мнение».

Злой Лорд на своих двоих догнал Айнза, использующего [Полёт]. К сожалению, полёт не был быстрым.

После жёстокого удара кулака Злого Лорда Айнз почувствовал боль, хотя она мгновенно была подавленна. То же самое он чувствовал при битве с Шалти. Сперва он был не в восторге от способности своего тела подавлять даже боль. Но именно благодаря этому он мог сейчас сражаться.

Злой Лорд преследовал Айнза, сбитого с ног, и догнал его.

Для Айнза это было худшее, что могло произойти.

«Юри обошла меня. Они планируют взять меня в клещи, чтобы нанести дробящие удары, к которым я уязвим. Между прочим, Люпус-Регина держится на расстоянии и использует заклинания… хм, это поддержка... Да ладно?! Это же лучший способ справиться с магическим заклинателем! Это из-за боевого искусственного интеллекта Злого Лорда? Или это, потому что он выбирает ходы из ума своего призывателя, Демиурга?.. Ах... ничего страшного».

Есть много способов разорвать дистанцию. В крайнем случае, Айнз даже может создать своё собственное пространство.

— [Великая Телепортация].

Картина перед его взором сразу изменилась, и теперь город распространялся под ним. При нормальных обстоятельствах он не смог бы телепортироваться в неизвестный пункт назначения. Но всё нормально, пока это в пределах прямой видимости. Телепортировавшись на один километр над землёй без каких-либо колебаний, Айнз произнес заклинание, [Тело Сияющего Берилла].

Это заклинание было исключительно эффективным против физических атак, которые как раз использовали Юри и Злой Лорд.

— Конечно, это ещё не всё, – пробормотал Айнз.

Он посмотрел на землю…

«… Если бы Букубуку Чагама или Вэриебл Талисман были бы здесь, то не было бы необходимости накладывать такую защиту от атак».

При игре в группе опытные члены, отвлекающие противника на себя, такие как танки, не совершают таких ошибок, которые позволят противнику атаковать магических заклинателей в тылу.

Когда они перестали играть в игру, а Айнз заходил для того, чтобы самому заработать деньги на содержание Назарика, он использовал NPC-наёмников, чтобы безопасно сражаться. Единственный раз, когда Айнз реально сражался в одиночку, был бой с Шалти. Возможно, поэтому он не мог не жаловаться самому себе.

Прошло немного времени, поэтому Айнз понятия не имел, где был Злой Лорд. Но у него было чёткое представление о том, где была площадь. Ковровая бомбардировка поля боя атакующими заклинаниями было бы правильной тактикой. Но сейчас это было бессмысленно. Можно сказать, что целью на этот раз является то, чтобы победить в одиночку группу противников в полном составе.

— [Расширенная магия: Задержка Телепортации].

«Если подумать, я раньше злился из-за плохого управления NPC-наемниками. Они довольно плохо отвлекали на себя противника. Вероятно, это был способ разработчиков сказать «Пожалуйста, объединяйтесь с другими игроками» или что-то вроде того».

Вдруг Айнз получил подтверждение, что что-то большое собиралось телепортироваться над ним в области действия заклинания [Задержка Телепортации]. Это был Злой Лорд. Благодаря эффекту [Задержки Телепортации], потребуется некоторое время, прежде чем он материализуется. Другими словами, это означало, что оставшиеся два слабых противника на время потеряли свой самый сильный щит и были полностью беззащитны перед ним.

Чтобы ослабить боевую мощь противника, Айнз должен сначала победить двух слабейших. Он позволил гравитации притянуть его, а затем ещё ускорился с помощью заклинания [Полет].

Добавленная скорость свободного падения означала, что он двигался довольно быстро. Воздух ударял по его лицу-черепу и проносился мимо. В то же время Айнз открыл глаза и наблюдал за площадью.

— Хотя я думаю, что прятаться в доме им было бы лучше…

Тихо пробормотал Айнз, а затем выбрал своей целью Люпус-Регину, гордо стоявшую посреди площади.

Юри была на небольшом расстоянии от неё. Хотя она вполне видит Айнза, она не выглядела так, будто была готова перехватить его. Оставить целителя без защиты было довольно неприятно, но Юри приняла правильное решение, учитывая, что она должна была опасаться заклинаний по площади.

Айнз затормозил. По правде говоря, он не пострадал бы, даже если бы врезался прямо в землю. И тут же произнес заклинание.

Айнз выбрал одно из самых разрушительных заклинаний 10-го уровня в своём арсенале. В то же время он использовал специальную способность, чтобы максимально усилить его. Хотя он мог использовать заклинание или какую-нибудь специальную способность, чтобы нанести большой урон, это было бы очень опасно, пока он не знал, сколько урона получат доппель-Плеяды. Он должен избежать опасной возможности, в которой может случайно убить их.

— [Предельная магия…

Когда он поднял руку, в неё что-то попало, и заклинание рассеялось. Мана, использованная на заклинание, была потрачена впустую.

«Что? Атака, помешавшая заклинанию? Это какая-то особая способность?»

Возможно, это было, потому что он был нежитью, или потому что он был игроком-ветераном, но его замешательство продолжалось лишь мгновение. Айнз немедленно проанализировал полученную им атаку.

Ни Злой Лорд, ни Юри, ни Люпус-Регина не обладали такими способностями.

«Возможно, это владелец Мирового Предмета, который промыл мозги Шалти... Подумать, что Ханзо пропустили его... Или это использование дальнобойного оружия?.. Если бы это была она... Да, она могла бы использовать специальную способность прерывать чтение заклинаний…»

— … Придётся спуститься!

Юри сразу нанесла удар, но Айнз уже усилил свою защиту заклинанием, поэтому ему не нужно было так опасаться её. Ведь было кое-что поважнее.

«Всё это было ловушкой с самого начала? А-а... Юри, вот значит как? Сказав «Мы двое – единственные, кто пришёл сюда», под "сюда" она имела в виду только эту площадь! Вот почему Ханзо сказал, что тут присутствуют именно "Плеяды", а не кто-то конкретный! Чёрт возьми! А мне было всё интересно, почему она сказала «Все мы, сёстры, будем сражаться против Вас», когда их было только двое?!»

Все разрозненные данные сошлись в красивую линию.

Значит, сейчас его атаковала Сизу Дельта.

Тут присутствовали не только Юри и Люпус-Регина. Автоматон также была на поле боя. Скорее всего, Солюшн и Энтома тоже были здесь. Все доппель-Плеяды присутствовали в этом городе.

«Нет–нет, мне нужно успокоиться. Доппель-Сизу просто повезло. Из-за большой разницы в уровнях у меня большая сопротивляемость этой способности. Шанс, что я получу урон от такой атаки, крайне мал. В следующий раз ей не повёзет… ну, или не повёзет мне…».

— [Великое Слово Проклятия]!

Злой Лорд, наконец, догнал его и произнёс заклинание, но сопротивление Айнза погасило его без каких-либо проблем. Злой Лорд был угрозой только в ближнем бою, поэтому всё, что он должен делать, это держать дистанцию.

Айнз проигнорировал Злого Лорда над ним, как и проигнорировал Юри, которая до этого нанесла ему лишь минимальный урон. Он кинулся прямо на Люпус-Регину.

В этот момент…

Бесчисленные пули-жуки прилетели со стороны. Не было никаких сомнений в том, что это сделала Энтома.

Ему даже не понадобился бы высокий уровень физической сопротивляемости, чтобы остановить их. Это было, потому что обычные немагические атаки дальнего боя не могли причинить вреда Айнзу.

Доппельгангеры использовали снаряжения Плеяд. Возможно, поэтому им удавалось иногда преодолевать сопротивляемость Айнза – из-за большого количества кристаллов данных вложенных в снаряжение. Лучшим примером на данный момент были атаки Сизу и Юри. Однако определённые навыки были рассчитаны на основе уровня пользователя. Энтома была ярким примером этого, поскольку она обладала многими такими атаками, рассчитанными от уровня пользователя.

Энтома была только около 50-го уровня, поэтому её атаки вообще не беспокоили Айнза. Кроме того, если весь урон от атаки аннулирован, то ни один из эффектов призванных насекомых не имел место быть.

Поэтому он мог игнорировать это.

Айнз даже не обратил на Энтому внимания, и пошёл прикончить целительницу. В этот момент Солюшн выпрыгнула из засады и встала перед Люпус-Региной. Если она столкнётся с атакой по площади, то это будет бесполезно. Но это был единственный способ защитить целителя.

Как бы там ни было, Солюшн совершила критическую ошибку. Айнз был заклинателем, и ему не было необходимости приближаться для атаки. Всё, что ему нужно, это прочитать заклинание с расстояния. Потому сперва он решил обдумать, почему она выскочила перед Люпус-Региной?

Сейчас у Айнза была лишь одна цель. Он хотел выявить всех противников и раскрыть их планы, вне зависимости от того, что за карты были припрятаны в их рукавах.

«Нарберал же здесь нет?»

Она не была среди демонов-горничных, которые напали на Королевскую столицу. Однако её нельзя было исключать: тут могли присутствовать все Плеяды. Возможно, они припасли свой туз в рукаве на последний момент. Тем не менее, поскольку он теперь знал, что есть у противника, не было причин продолжать сражаться в окружении.

— [Великая Телепортация].

Сизу не прервала его заклинание, и ему удалось телепортироваться на отдалённую крышу в пределах прямой видимости.

«Мне следует принять во внимание, на что способна Юри и остальные. Кого же мне убить первой? Люпус-Регина – целительница. Также я должен опасаться и Сизу... Я не знаю где она, так что разберусь сначала с остальными. Злой Лорд займёт больше всего времени, оставлю его на потом».

Он увидел Люпус-Регину, накладывающую заклинание на Солюшн. Они не преследовали Айнза, потому что его отступление было им на руку? Или скорее, они поняли, что пока Айнз мог перемещаться [Великой Телепортацией], то будут легко обнаружены и уничтожены поодиночке. Ну, на это Айнз тоже рассчитывал.

Не было разницы, даже если они видели его.

Всё что ему оставалось, это провоцировать их издалека заклинаниями и разобраться с ними по одной.

«Сизу, специализирующаяся на дальних атаках, рано или поздно разоблачит себя постоянными выстрелами. Так что она будет атаковать только в крайнем случае. Поэтому её не стоит особо опасаться. Или…»

Айнза осенило!

— Так значит, здесь нет Нарберал. Но... Дай угадаю, ты вместо неё?

Айнз посмотрел на Злого Лорда.

— Ха-ха, ты намного полнее, чем Нарберал. Стоит ли нам теперь называть тебя Гориллал? И у тебя другая стихия: огонь, а не молния. Но, получается, можно считать, что Плеяды в полном составе? Это интригует. Если Плеяды – мои враги… – Айнз расправил свою мантию. В этом конечно не было смысла, ему просто хотелось показаться более величественным. — Что ж, думаю, мне стоит стать немного серьёзнее.

«Не умрите…»

— [Двойная Предельная Магия: Ре…]

Когда Айнз уже хотел атаковать заклинанием Люпус-Регину, ещё один выстрел попал ему по руке и прервал каст.

— А?

«Невозможно!»

Даже если она однажды, по счастливому стечению обстоятельств, и смогла прервать его заклинание, дважды это сработать просто не могло. У Сизу был слишком маленький уровень по сравнению с Айнзом.

Могло ли ему настолько не повезти, что два раза подряд не сработала сопротивляемость? Насколько маловероятен такой расклад? Или это, судя по всему, не неудача, а закономерность. Например, если противник вообще не Сизу.

Злой Лорд Гнева удлинил свои огненные крылья и окружил ими Айнза. Юри обошла его по кругу с правой стороны, а Энтома с левой.

«Что происходит? Почему так случилось? Это некие изменения, произошедшие после прихода в этот мир? Или Гармет что-то дал Сизу? Или это вовсе не Сизу? О чём только что говорила Юри? Они сёстры, но доппельгангеры... Неужели Актёр Пандо…о-о-о-ох!»

Злой Лорд быстро сокращал дистанцию и замахнул рукой назад, готовясь нанести ошеломляющий удар.

«Проклятье! Ненавижу таких людей, что нападают напрямую и начинают пробивать! Если уж ты подменяешь Нарберал, тогда атакуй магией! Чёртова Гориллал!»

Ну, если бы Злой Лорд действительно использовал только заклинания, то мало чем мог бы навредить Айнзу, так что в таком случае было бы скучно.

Айнз не колебался и начал двигаться, прежде чем противник полностью сократит дистанцию.

Злой Лорд догадался, что Айнз решит убежать, поэтому замедлил свой удар. Позади Айнза была Юри, что, вероятно, планировала завершить его окружение.

Однако Айнз смог уклонился от удара пылающим кулаком, сделав шаг в радиус поражения удивлённого Злого Лорда.

Полноценный маг смог уклониться от монстра разновидности воина.

Это было вовсе не удачей. На такое движение не способен был бы игрок, будь это ИГГДРАССИЛЬ. Как и упоминалось ранее, Злой Лорд не ожидал, что Айнз шагнёт в радиус поражения, потому и не бил в полную силу, что позволило Айнзу увернуться. И это было также результатом особых тренировок.

Этот метод уклонения от атаки путём сближения с оппонентом Айнз практиковал вместе с Коцитом много сотен раз. Примерно один раз из десяти получалось проскользнуть мимо, если Коцит не атаковал мгновенно.

«Коцит говорил, что настоящий воин никогда не сделает настолько показушную атаку, так что мне нельзя быть беспечным... Но это оказался весьма полезный приём в реальном бою».

И вот, Айнз положил свою костяную руку на твёрдую грудь Злого Лорда.

И затем использовал заклинание.

Большинство заклинаний имело эффективный радиус, но некоторые были с нулевым радиусом. Такие заклинания для активации требовали прямого контакта с целью. Поэтому только те, кто совмещал классы воинов и прокачку магии, могли удачно их использовать. Из-за того, что эти заклинания столь неудобны в использовании, их мощь значительно выше, чем у аналогичных заклинаний того же уровня.

Айнз использовал заклинание 8-го уровня из его специализации в некромантии – [Вытягивание Энергии]. Это заклинание осушало уровни противника, и, в зависимости от их количества, возвращало магу в качестве компенсации. Естественно, Айнз использовал [Предельную магию].

Он легко преодолел сопротивляемость заклинаниям у Злого Лорда, и поглотил его уровни, благодаря чему восполнил почти весь урон, понесённый от Юри. В итоге, это заклинание также послужило и в качестве восстанавливающего.

К тому же, параметры Айнза стали временно увеличены, отчего он на некоторое время приобрёл специальное усиление. С другой стороны, Злой Лорд получил ослабление уровней и снижение параметров, которое имело постоянный эффект.

На этот раз назад отступил Злой Лорд.

В его гневном взгляде появилось ещё что-то.

Было это удивлением, или же восхищением?

Айнз хотел похвалить себя за удачное уклонение от удара. Тем не менее, ему это удалось, потому что противник был слишком самоуверен. Как и трюк фокусника становится скучным, однажды раскрыв свою хитрость, так и этот прием может не сработать во второй раз.

— Ну, не смотря на хороший план, только идиот использует его больше одного раза. Разве не так?.. Хмм... Плеяды... Ауреол Омега?!…

Всё так и есть. Всё встало на свои места.

Он бился с пятью доппельгангерами, Злым Лордом Гнева и с NPC 100-го уровня.

«Альбедо хочет, чтобы я проиграл, не смотря ни на что? Я даже не думал, что она задействует Ауреол».

Ауреол Омега появилась последней из семи сестёр Плеяд. Она была областным Стражем на 8-ом этаже, и NPC 100-го уровня, специализированная в классах командующих типов. Как командир, она могла отдавать приказы, что усиляли её союзников. Сизу смогла преодолеть сопротивление Айнза из-за разницы уровней, скорее всего, благодаря этому.

Айнз не имел понятия, какую специальную способность использовала Ауреол. Обычно участники делятся на роли, такие как физический атакующий, магический атакующий, целитель и тому подобное. Но Ауреол была всеобъемлющей. Было весьма странно, что она способна сделать что угодно.

«Что же именно с ней сделал Пунитто Моэ?»

Айнз провёл очень много PvP дуэлей, так что имеет некоторый опыт сражения с оппонентами командующего типа.

«Она не могла без моего согласия покинуть 8-й этаж и прийти сюда. Получается, она усилила доппельгангеров ещё перед их прибытием сюда. Значит, она не могла их усилить достаточно хорошо... Или здесь есть доппель-Ауреол?»

«Нет. Думать об этих бессмысленных вещах больше нет времени», – решил Айнз.

Только одно имеет значение – могут ли они полностью пресечь использование Айнзом заклинаний, и могут ли делать это постоянно?

В ИГГДРАСИЛЕ было два вида специальных способностей. У одних был определённый период восстановления после использования – перезарядка. У других было ограниченное количество использования в определенный промежуток времени. Были и комбинации этих двух.

Как правило, чем мощнее способность, тем дольше время перезарядки или меньшее количество раз его можно использовать. Козырная карта Айнза [Цель всей жизни – Смерть], которую можно было использовать только один раз в 100 часов, была именно такой способностью.

В таком случае, способность какого типа сделала атаку Сизу возможной прервать использование Айнзом заклинания?

Это очень ловкий ход, но, судя по частоте выстрелов, не похоже, что у него долгое время перезарядки. Следовательно, это был тип ограниченного использования.

Однако он не мог сказать, сколько времени понадобится ей, чтобы восстановить способность. Всё, что он мог сделать, это надеяться, что она не сможет восстановить её во время этой битвы, учитывая истощение.

«Хотя, думаю, мне стоит поберечь заклинания 10-го уровня на случай, когда они будут истощены…»

Айнз быстро проверил позиции Злого Лорда и Плеяд. Злой Лорд был перед ним. Юри позади, и уже готовая вырубить Айнза. Её атаки, усиленные ки, могут крушить даже сталь, но для Айнза, с его уровнем, они были небольшим препятствием. Подтвердив, что Злой Лорд скоро станет угрозой, он обратил внимание на остальных.

Энтома была внутри дома по левую сторону. Люпус-Регина стояла на площади. Солюшн стояла перед ней, как бы защищая. Местоположение Сизу было неизвестно.

То, что он не знал позицию стрелка, было наихудшим из возможных сценариев. А вот то, что враги теперь рассредоточились, было ему только на руку.

Айнз вздохнул.

Хоть он и знал что сейчас не время для смеха, он не мог сдержать радость бьющую ключом внутри него.

«Вот теперь становится интересно!»

— Ладно, а теперь прочь с глаз моих. [Предельная Магия: Ядерный Взрыв]!

— !!!

Перед глазами Айнза пространство между ним и Злым Лордом вспыхнуло и раздулось, мгновенно всё поглотив. Юри была удивлена, но другого и не ожидалось, ведь это было одно из специальных заклинаний Айнза, которых нет больше ни у кого в Назарике, и вряд ли о нём могли знать.

Использование 9-ти-уровневой магии [Ядерный Взрыв] в качестве атаки, было сомнительным выбором. Она наносила комбинирований урон: наполовину огненный и наполовину дробящий. Да и было оно одним из слабейших заклинаний 9-го уровня, если считать по урону.

Учитывая то, что Злой Лорд Гнева был иммунен к огню, то это заклинание даже не стоило рассматривать. Но, несмотря на это, у Айнза были свои причины для его использования.

Главное, у него была большая зона поражения. В этом отношении оно имело преимущество перед большинством других. В дополнение к этому оно наносило почти все виды негативных эффектов, таких как отравление, слепота, глухота, и так далее. Уровня Злого Лорда должно хватить, чтобы противостоять им своими параметрами, а у Плеяд должны быть меры противодействия всем этим эффектам. Главной причиной, почему он выбрал это заклинание, был мощный наносимый им опрокидывающий эффект.

Урон, конечно, получит и Айнз. В ИГГДРАСИЛЕ, в отличие от этого мира, не было дружественного огня, так что использование подобных навыков не составляло труда. Но теперь же, применяя его, он калечил и себя. Пусть даже магическая защита Айнза и была очень высока, но это не значит, что ему стоило подставляться под свои же заклинания. Вместо того что бы действовать как камикадзе, ему стоило бы использовать другое заклинание.

Как бы то ни было, Айнз всё просчитал.

Если он использует заклинание [Тело Сияющего Берилла] для защиты от дробящего урона, так как это считается видом физического урона, то урон от огня тоже будет нейтрализован. А значит, что он останется невредим. В дополнение к этому, нежить иммуна ко всем негативным эффектам.

Другими словами Айнз не получил никакого урона от заклинания.

Так как он полностью избежал урона, опрокидывание также не подействовало, и Айнз один остался на ногах в центре взрыва.

— Ха-ха-ха-ха-ха!

Айнз от души рассмеялся. В конце концов, ощущение того что, всё идёт по плану, очень ободряющее. Целью Айнза было отбросить врагов, и разорвать в клочья вражескую формацию.

На секунду Айнз увидел своих согильдийцев, научивших его разнообразным вещам… включая эту тактику. Эта битва, несмотря на то, что неудача означала смерть, вдруг напомнила Айнзу об ИГГДРАСИЛЕ и сделала его необычайно счастливым.

«Хоть я такое и чувствую, но не думаю, что я маньяк, помешанный на сражениях…»

— Вперёд, битва ещё не закончена. Я покажу вам силу, полученную от тренировок с каждым.

Высвобождение мощи такого заклинания 9-го уровня, как [Ядерный Взрыв], означало, что окружающие здания были полностью сметены. Поэтому, появилось гораздо больше свободного пространства.

Это было неизбежно. В конце концов, этот город сыграл свою роль и больше был не нужен.

Конечно, Айнз мог расширить заклинание, чтобы попытаться задеть и Сизу. Тем не менее, он был обеспокоен проблемами, которые могут возникнуть в результате разрушения большей части города. Всё, что он знал, так это то, что мог ошибаться.

«Неважно. Пусть пока будет всё как есть. Осталось только…»

Айнз посмотрел в сторону Люпус-Регины.

Вражеское построение было сметено. Даже с усилениями Ауреол они не могли избежать ударной волны. Айнз наблюдал, как враг поспешно встаёт на ноги.

— Это примерно весь ущерб [Ядерного Взрыва], который может быть нанесён, так что…

Айнз полетел в сторону Люпус-Регины и использовал [Рассечение Реальности].

На этот раз он не был прерван Сизу, и из тела Люпус-Регины хлынула кровь.

— [Расширенная Магия: Акулий Циклон]

За его спиной возник очень большой торнадо, поглотивший Юри и Злого Лорда. Это ещё выиграло время Айнзу, пока Юри и Злой Лорд его не видели. По правде говоря, Айнз планировал создать торнадо до [Ядерного Взрыва], чтобы заблокировать их поле зрения, а затем избавиться от Юри. Но, подумав, что Злой Лорд, вероятно, сможет легко вырваться из торнадо, он решил поступить по-другому. Вместо этого он решил использовать его, пока враг сбит с толку.

Послышался звук катящихся камней. Айнз увидел, как Энтома оттолкнула с себя каменный столб, которым была придавлена, и поднялась на ноги.

Он понятия не имел, где сейчас находится Сизу. Было бы идеально, если бы она была на крыше какого-нибудь уничтоженного дома.

— Он идёт сюда! Остановите его! – Закричала Солюшн, стоявшая перед Люпус-Региной. Но её голос не мог достичь ушей Юри и Злого Лорда, находившихся внутри торнадо.

Юри отчаянно старалась удержаться на ногах, чтобы не быть сдутой. В то время как некоторые классы могут использовать заклинания или специальные способности, чтобы телепортироваться или на время стать бестелесными и, таким образом, легко избежать торнадо, она, похоже, не обладает такой способностью.

Это означает, что Юри сосредоточилась на улучшении других способностей.

«После пересмотра и анализирования этой битвы они должны понять, какое снаряжение им нужно иметь и какие приготовления нужно делать... Нет, дело даже не в этом…»

Если бы они были настоящими Плеядами, они могли бы справиться с этим лучше. В конце концов, они были просто двойниками, копирующими способности Плеяд. Тем более что они проиграют реальной горничной с точки зрения боевых навыков.

Когда Айнз сократил расстояние и приготовился использовать [Рассечение Реальности], с неба один за другим начали падать жуки. Это были крупные транспортные насекомые без боевых способностей. Целью этого было просто перекрыть поле зрения Айнза

Такое использование было невозможно в ИГГДРАСИЛЕ. Тем не менее, Энтома, хотя и была лишь двойником, смогла провернуть данный трюк. Айнз использовал заклинание.

— [Великая Телепортация]

После телепортации в воздух, чтобы избежать дождя из жуков, Айнз продолжил атаку:

— [Двойная Предельная Магия: Рассечение Реальности].

Даже если бы Сизу целилась в Айнза, тот факт, что её цель внезапно телепортировалась в воздух, означал, что она на пару мгновений потеряет его из виду. Ведь слабостью гуманоидного тела была в его неспособности следить своими глазами за внезапным движением вверх и вниз.

Тем не менее, если бы он столкнулся с опытным снайпером, таким как, например, Пэрорончино, тот смог бы предвидеть движения своего противника даже в вертикальной плоскости. Поэтому не исключено, что с помощью телепортационной магии ему не удалось бы уйти.

«Прицеливание Пэрорончино было похоже на блокировку его прицела на цели, какие бы движения та не совершала... Сизу, тебе нужно много работать, чтобы попасть в его лигу…»

Придаваясь ностальгии, Айнз выкрикнул:

— Люпус-Регина выбыла!

Сражаться, не сводя глаз со здоровья своих противников, было очень сложно. Можно даже назвать это недостатком. Если бы Айнза спросили, действительно ли здоровье Люпус-Регины истощено, он не смог бы ответить с полной уверенностью. Тем не менее, он должен был избежать даже минимального шанса убить Люпус-Регину из-за беспечности.

«Она доппельгангер, поэтому не только слабее оригинала, но и её здоровье меньше, чем у настоящей Люпус-Регины. Хорошо, теперь, когда я убрал заклинателя врага, пришло время стать настоящим ублюдком. [Совершенная Неизвестность]»

Хотя и были способы обнаружить Айнза после того, как он использовал [Совершенную Неизвестность], но без помощи магических предметов единственным членом Плеяд, который мог это сделать, была Люпус-Регина. Злой Лорд тоже не мог его обнаружить. Поэтому, вероятно, можно с уверенностью сказать, что у них не было возможности справиться с этим скрытым средством нападения.

«Так как я убрал вражеского целителя, я должен пойти искать Сизу. Только не говорите мне, что она сжигает расходные предметы?»

Лично Айнз не мог простить тратить богатство Назарика на этот бой.

— Где он?! – Крикнул Злой Лорд.

— Он использовал [Невидимость]? – Спросила Юри.

— Я могу найти его, если он невидим! Но его вообще нет! – Солюшн растерялась.

— Это какая-то другая невидимость? – Энтома недоумевала.

Айнз слышал их потрясения.

— Эй, ты, Гориллал! Он использует [Совершенную Неизвестность]!

— Люпус-Регина! Ты жульничаешь! – Закричал Айнз, но из-за [Совершенной Неизвестности] никто не мог его слышать.

Айнз почесал голову.

Злой Лорд и Юри, похоже, вырвались из торнадо, и теперь они занимали позиции вокруг Айнза. Хотя лучшим вариантом было бы бросить на них ещё один [Ядерный Взрыв], но это может в конечном итоге добить Люпус-Регину. Поэтому Айнз отказался от этой идеи. Вместо этого он спустился, одновременно следя за позицией Юри. После этого он сравнил, какое количество здоровья осталось у Юри и у других, получила ли она урон от прошлой магической атаки…

— [Тройная Предельная Магия: Алая Нова]!

Айнз использовал против Юри магию высшего уровня, не считая сверхуровневых заклинаний – противопехотное атакующее заклинание огненного элемента.

Можно было только ожидать, что будет от заклинания 10-го уровня, наносящее урон огненной стихией.

Были ещё и такие заклинания, как [Поток Лавы], [Уриэль] и тому подобные, но их использование представляло проблемы для Айнза.

Например, [Поток Лавы] был божественным заклинанием, которое мог использовать только друид, такой как Маре. Поэтому Айнз не мог использовать его. С другой стороны, [Уриэль] было заклинанием, которое мог изучить любой заклинатель, если все требования к его изучению были выполнены. Вот только нанесённый им урон напрямую зависит от положительного значения кармы. Его урон уменьшался, в соответствии со значением кармы, поэтому если его использует кого-то вроде Айнза, это заклинание нанесёт ещё меньше урона, чем заклинание 1-го уровня.

Поэтому заклинание [Алая Нова] было единственным выбором Айнза, когда дело доходило до атак данного типа.

Здоровье Юри резко упало.

— [Совершенная Неизвестность].

— Он снова исчез!

— Его нельзя оставлять безнаказанным!

— Если бы только Айнз-сама сражался с нами честно и открыто!

«Нет, нет, ты ошибаешься, даже не думай об этом».

— И, кроме того, я понятия не имею, где Сизу! Вы трое никогда ничего не говорили о том, кто принимает участие в этой битве! Так что это ещё вопрос, кто из нас коварнее?!

Айнз кричал, хотя знал, что противник его не слышит.

Поздно сообразивший Злой Лорд атаковал то место, откуда только что атаковал Айнз.

— Очень жаль, меня там больше нет~

Айнз постоянно передвигался, поэтому его там уже не было. Однако он всё равно был в зоне поражения, если, вдруг, Злой Лорд захочет применить заклинания по площади.

Пока Айнз размышлял об этом, Злой Лорд внезапно изменил направление движения и устремился прямо на него.

— Ха? – Не понял Айнз. Разве он не был невидим?

Ответом на вопрос стала боль, которую он почувствовал.

Удар Злого Лорда сильно отбросил Айнза. Поскольку этот удар был гораздо серьезнее, чем ранее, Айнзу было трудно защититься или уклониться от атаки. Нет, дело даже было не в этом. Просто Айнз стал слишком расслабленным – он даже не успел подумать уклониться.

К счастью, заклинание [Полет] помогло контролировать его положение в воздухе и избавило от позорного валяния по земле. Это было точно так же, как в битве с Шалти.

Злой Лорд рванул с места, двигаясь за Айнзом по пятам. Его взор определённо отслеживал траекторию полёта Айнза.

«… У Злого Лорда Гнева не должно быть возможности видеть сквозь [Совершенную Неизвестность]... Ах, он использовал это! Свой козырь, [Чудо Искупленной Души]!»

Основанная на историях о продаже души Дьяволу для исполнения желаний, эта способность была поистине чудесной. Использовавший эту способность мог один раз использовать абсолютно любое заклинание ниже 8-го уровня.

Обычно, когда Злые Лорды использовали эту способность, они почти всегда использовали заклинания исцеления – это было неписаное правило. Однако на этот раз он, вероятно, использовал заклинание, чтобы видеть [Совершенную Неизвестность].

Айнз мысленно похвалил Злого Лорда за использование самой неудобной для Айнза способности. Это заставило его почувствовать накал битвы и побудило выискивать новый план.

Злой Лорд рывком приблизился и вновь атаковал. Айнз начал волноваться.

Из-за довольно большой разницы в уровнях между ними, Айнз имел возможность быть немного небрежным, но он не мог и дальше позволять себе вот так просто получать урон.

— Хех... Вот, получай ответ. [Тройная Предельная Магия: Призыв Грозы].

Высокоуровневые демоны имели очень высокое элементальное сопротивление. Несмотря на то, что конкретное сопротивление зависело от типа демона, электричество было одной из наиболее эффективных стихий против них. Получив три заряда элементального атакующего заклинания, Злой Лорд задрожал.

После, Айнз снова произнёс:

— [Совершенная Неизвестность].

— Ааахх, снова? Серьёзно?!

— Как ниииизко! Айнз-сама, Вы такой поооодлый~су.

Энтома была просто вне себя от ярости, пока Люпус Регина каталась по земле. Солюшн была единственной, кто осматривался вокруг бритвенно-острым взглядом.

Теоретически, все наёмные существа должны быть идентичны, теперь же у них развились различные личности. Было ли это, потому что они копировали отношения между Плеядами, или они изменились так со временем? Злой Лорд, внимательно следя за передвижениями Айнза, прокричал:

— Здесь! Используйте атаки по площади, атакуйте меня вместе с ним!

Изо рта Энтомы вырвалось тёмное облако. Это была её козырная способность – рой насекомых

Тем не менее, это не возымело никакого эффекта на Айнза, так как этот навык наносил пронзающий урон. К тому же Айнз скелет, что жукам там есть? В итоге, это досаждало только Злому Лорду.

— Эй! Это не работает на нём, только на мне!

— А?!

Быть способным скопировать способность, и правильно использовать её – это две совершенно разные вещи.

«Настоящая Энтома ни за что не сделала бы такой дурацкой ошибки».

— У меня нет атак действующих по площади, – сказала Солюшн. — Что на счёт тебя, сестрица Юри?

— У меня есть это!

Юри собрала свет между ладонями.

Кибакушу – техника, действующая как одиночная атака, когда имела касание с определённой целью, но превращающаяся в ударную волну, если никакого контакта не было. Естественно, что как атака, предназначенная для ближнего боя, она становилась значительно слабее при таком использовании. Так как монахи были классом, специализирующимся на битвах один на один, среди их умений было не много атак по площади... вообще почти не было, на самом деле... Так что, можно сказать, что это было совершенно бесполезно.

— Вот! Он переместился!

— Здесь?

Юри запустила свою Кибакушу по площади, туда, где был Айнз. Он, образно говоря, поморщил лоб, когда увидел это, и выставил руку.

— …Нет, нет. Тебе стоило сосредоточиться на лечении.

Юри могла лечить себя, используя цигун.

Высказав это Юри, хотя и знал, что его не услышат, Айнз прочитал заклинание. Нечего и говорить, он уже знал, что оно будет эффективно.

— [Двойная Предельная Магия: Алая Нова].

Одновременно со вспышкой [Алой Новы], развеялась и невидимость Айнза. После, он посмотрел на Юри, и холодно произнёс.

— Юри выбыла. [Совершенная Неизвестность].

***

«Всё ещё может принять неприятный оборот, если я не найду Сизу».

Сделав такой вывод, Айнз сменил позицию, продолжая следить за Злым Лордом.

Множество людей стояло на городских стенах с Нейей, наблюдая за развернувшейся битвой.

Хотя многие из них были на стороне Короля-Заклинателя после того, как он освободил их, тут были не только они.

Здесь были также жрецы и паладины. Нейа со своего места не могла видеть Ремедиос, но была достаточно близко, чтобы слышать её речь.

Из командного состава не присутствовали лишь Густав и Каспонд.

Все смотрели на битву в тишине... просто, потому, что не было слов для описания битвы.

Они должны были осознать это.

Члены Синей Розы сказали, что уровень сложности Ялдабаофа был выше 200-го. Другими словами, это было подобно сражению с гигантским драконом в форме человека. Подобное сражение на территории людей приведёт лишь к великой трагедии.

Они должны были быть благодарны, что разрушен лишь один городской район. Многие дома были в огне, и белые клубы дыма вздымались в небеса. Но жертв практически не было.

Наблюдая за боем, Нейа видела вихри, вспышки, удары молнии и прочие потрясающие проявления силы вне человеческого понимания. Каждая из таких магических атак могла легко унести бесчисленные жизни.

Особенно…

— Это прекрасно…

Что действительно затронуло сердце Нейи, так это огромный шар белого света, который она видела дважды.

Всепоглощающая сила, заставляющая всё исчезнуть без следа. Нейа ощущала это, как нечто хорошее, хотя и не могла быть уверена в том, что это действительно было действие божественной мощи. Невероятные разрушения после исчезновения света, увиденные ею, пугали. Но восхищение этой великой силой, в конце концов, превзошло.

«Кажется, бой всё ещё продолжается. Не могу поверить, что битва не закончилась после использования всех этих заклинаний... Ялдабаоф действительно силён».

Она слышала о силе Короля-Заклинателя, и даже видела её собственными глазами. Но всё равно мышление Нейи оказалось слишком наивным. И сейчас эта наивность была совершенно искоренена.

Король, которому она служила, хотя лишь временно, и лишь в пределах Святого Королевства, сражался. Она чувствовала, что выжечь его героический образ в своих глазах было вполне естественно, как часть её обязанностей оруженосца. Именно потому Нейа продолжала наблюдать отсюда. Однако...

«Если бы я только могла…»

… Нейа крепко сжала лук, который носила.

Если бы кто-то посмотрел внимательно, он бы увидел кроме Ялдабаофа несколько других фигур, сражающихся с Королём-Заклинателем. Это были демоны-горничные, обозначенные сложностью 150. Нейа не могла сделать ничего, кроме как восхищаться волей к сражению Короля-Заклинателя против стольких сложных противников одновременно без отступления.

В этот момент Нейа окончательно осознала нечто о себе. Она завидовала людям Колдовского Королевства – людям под защитой Справедливости. Как, должно быть, счастливы они, живя в стране, управляемой такой личностью.

— Слабость – это грех. Нужно стать сильным или смиренно принять справедливость, схожую с таковой Его Величества.

В этот момент Нейа высказала то, что обдумывала всё это время. То, как она повторила это несколько раз, прозвучало похоже на молитву.

Внезапно, возник большой взрыв от падения метеора.

Он подбросил каркасы домов высоко в воздух, и они попадали на землю вместе с дождём из песка и гравия.

— Капитан... неужели Ялдабаоф… настолько невообразимо силён?

— Да, это так.

— Король-Заклинатель... Его Величество, также невероятно силён. Если он станет врагом нашей страны... что мы будем делать?

— Да, это так.

— ... Капитан?

— Да, это так.

Нейа слышала, как Ремедиос разговаривала с тремя паладинами.

Паладины, задающие вопросы, скорее всего не видели, как с Ремедиос обошлись, словно с ребёнком, даже после высвобождения силы святого меча и нападения на Ялдабаофа со спины.

Всё же, любой, наблюдающий такую битву, поймёт: оба – и Король-Заклинатель и Ялдабаоф – были невообразимо могущественны. Однако сейчас было слишком поздно думать о подобных вещах...

«Если Его Величество смог бы взять эту страну под своё управление, нам бы не пришлось снова страдать от вторжений полулюдей».

Нейа была поражена совершенством этой идеи, и даже немного напугана.

«Объединение со Святым Королевством... Будь он устрашающим тираном, я даже не смогла бы подумать об этом. Но Король-Заклинатель не такой. Он – справедливость. В таком случае… я должна собрать людей, думающих так же, как и я»

Нейа задумалась над этим вопросом.

Множество людей начало уважать и боготворить Короля-Заклинателя. Были такие, как тянувшиеся к его переполняющей мощи, благодарные за освобождение от страданий, ненавидящие полулюдей и довольные за произведённое им отмщение, а также многие другие.

Из них она могла выделить тех людей, кто всегда молился за мир в стране, и хотела дать им услышать её слова.

Нейа знала, что она всё ещё была молода, и ей недоставало жизненного опыта. Потому взрослые, полагаясь на свой здравый смысл, могут остановить Нейю, решив, что её суждения ошибочны.

«Начнём с осмотра среди моих подчинённых в отряде лучников».

Среди них были те, кто потерял своих любимых и укоренил ненависть к полулюдям в своих сердцах. Нейа решила, что, возможно, лучше будет попытаться убедить сперва их, поскольку она могла понять, что они чувствовали.

Пока Нейа обдумывала это, раздался особенно сильный взрыв. И сразу после, далеко вдали, начало рушиться высокое здание.

«Король-Заклинатель не уничтожил бы это здание беспричинно».

Нейа сузила свои глаза в попытке увидеть, что происходит. Но всё равно ничего не смогла разобрать среди обломков обрушающегося здания и вздымающихся облаков пыли.

За этим последовал массированный удар молний с небес.

Выглядело так, будто Король-Заклинатель действовал на достижение определённой цели, как она и ожидала.

Различные заклинания разрушали город, и это повторялось снова и снова.

Нейа была обеспокоена.

Без сомнения, это были невероятные заклинания, но она не знала, хватит ли Королю-Заклинателю маны?

Нейа потрясла головой и изгнала страх и беспокойство из своего сердца.

«Всё будет хорошо! Король-Заклинатель должен был принять это всё во внимание! Он уже потратил столько маны на эту страну, но всё же…»

Всё же, гипотетически, если Ялдабаоф победит, для этого мира не будет спасения. Лишь отчаяние. Что ей делать, если это случится?

«Ваше Величество, я рассчитываю на Вас!»

И потом, две фигуры взмыли в небо, как будто желание Нейи исполнилось.

Первый взмывший проложил тёмный след, в то время как преследовавший его взмахнул багряными крыльями и оставил огненный след позади себя. Факт того, что горничные не преследовали их, значил лишь одно – Король-Заклинатель победил этих монстров среди монстров 150-го уровня сложности, одновременно сражаясь с Ялдабаофом.

«… Он поразителен!»

Нейа была так взволнована, что задрожала.

«Его Величество могущественнее Ялдабаофа!»

Действительно. Не было нужды думать иначе.

Горничные были значительно слабее Ялдабаофа, который, в свою очередь, был чуть слабее Короля-Заклинателя. Именно поэтому он смог победить их, сражаясь с Ялдабаофом.

Нейа изо всех сил пыталась сдержать своё восхищение. Тщательно запечатлев величие уважаемой ею личности в своих глазах, она была так наполнена радостью, что, казалось, взорвётся из-за неё.

Сердце Нейи забилось до того сильно, что практически болело.

Все собравшиеся здесь наблюдали нечто, что однажды будет увековечено в героической саге.

«… Нет, это ещё не всё»

Похоже, они продолжили сражение высоко в небе.

Багряные и светящиеся сферы расцвели в небесах.

Каждое из этих заклинаний, вероятно, могло уничтожить целый городской район. И они швыряли их друг в друга дикими шквалами. Однако издали они выглядели довольно мило. Но даже так, это было противостояние сил такого уровня, которого человечество никогда не сможет достичь.

«Это…»

Посмотрев немного в сторону, Нейа увидела людей, размещённых на городских стенах, сглатывающих от вида перед ними. Похоже, они также это понимали. Они следили за воздушной битвой в тишине, с серьёзными взглядами на лицах.

Кто-то сложил вместе руки в молитве, и люди возле него последовали примеру. Вскоре почти все на городских стенах сложили вместе руки, смотря в небо.

Ощущалось, будто они на молебне.

«… Это словно рождение мифа…»

Нейа не знала, сколько времени прошло, но в итоге среди людей возникло волнение. Перед глазами всех, одна из фигур в небе стала падать в сторону востока... и затем исчезла.

Битва была окончена.

Пока все внимательно смотрели, оставшаяся фигура стала медленно спускаться. Взгляд Нейи был острее прочих, и она разглядела её первой. Это так шокировало её, что она закрыла свой рот.

Когда другие увидели багровый огонь, городские стены затихли. Однако никто не пытался бежать. Все, видевшие битву, знали, что в бегстве не было смысла.

С взмахом огненных крыльев, победитель – Ялдабаоф – показал себя.

Хотя он и являлся победителем, это было печальное зрелище.

Всё его тело было покрыто следами от электрических ожогов. Половина лица была раздавлена, а его глубокие раны источали свежую кровь. Возможно, это было из-за температуры, но кровь шипела, соприкасаясь с городскими стенами. Этот звук не прекращался ни на мгновение.

Его вид был лучшим подтверждением интенсивности их боя, который нельзя было выразить словами.

«Не может быть…»

Тяжёлый, в некотором смысле болезненный, голос прокатился по городским стенам, заглушающий бормотания Нейи.

— …Какой сильный противник. Он был одним из сильнейших, с кем я сталкивался, не считая Момона. Я недооценил его. Как глупо. Управление полулюдьми стало практически бессмысленным. Однако... да, однако, он мёртв.

Нейа не могла поверить в это. Так что, она закричала:

— Ты лжёшь!

Ялдабаоф повернул свой неповреждённый глаз к Нейе, но она, окутанная взглядом существа совершенно другого плана бытия, даже не сдвинулась с места. Сильные эмоции в её сердце не оставили места страху.

— Я не лгу.

— Его Величество очень плохо шутит... так что ты лжёшь!

— Я не лгу.

Слова, повторённые Ялдабаофом, потрясли Нейю до глубины души. Мир, казалось, уходит у неё из-под ног.

Нейа моментально поняла, почему Король-Заклинатель проиграл Ялдабаофу. Не было нужды даже думать об этом.

Это произошло просто потому, что её стране недоставало Эвилай из Синей Розы и Набе из Тьмы – двух заклинателей, способных во время боя держать под контролем демонов-горничных.

Нет, была и другая причина помимо этой.

— Будь эта нежить в лучшей форме, возможно, я был бы побеждён. Но подумать только, он и, правда, потратил свою ману ради людишек, вроде вас... Действительно, он был дураком, не знавшим свои приоритеты. За это, я благодарю вас.

«Я так и знала! Слабость – действительно грех!»

Нейа была уверена в своей правоте.

— За это я вознагражу вас. Наградой будут ваши жизни.

— … Что это значит?

Ялдабаоф хмыкнул в восторге от вопроса кого-то из толпы.

— Я говорю, что пощажу вас... по крайней мере, сейчас.

Кто-то вздохнул с облегчением, но Нейа была в ярости.

— Враньё! Враньё! Это всё сплошная ложь! Всё, что ты сказал – ложь! Кто поверит в то, что говорит демон?

— Похоже, ты неспособна принять реальность. Ты в бешенстве, человек? Жалкая.

Ялдабаоф указал пальцем на Нейю:

— Исчез... а, я понял.

И потом он мгновенно убрал свой палец.

— Что не так! Ялдабаоф!

— Ты пытаешься спровоцировать меня и, тем самым, доказать, что я лжец?.. Потеря твоей жизни того стоит? Я не могу понять, но, похоже, именно этого ты и добиваешься.

Нейа сильно сжала зубы, что они аж заскрипели.

В ярости она думала, что Ялдабаоф, точно лгал о смерти Короля-Заклинателя. Ведь он настолько прогнивший лжец, что будет говорить даже самую невероятную ложь.

— Я не позволю этого, – продолжил Ялдабаоф, уже обращаясь ко всем. — Сейчас ваши жизни спасены. Теперь, я вернусь к себе. Я должен залечить свои раны. А пока можете рыдать слезами отчаяния.

Ялдабаоф уже было собирался взлететь, взмахнув своими крыльями, и тут руки Нейи двинулись сами по себе.

Она схватила свой лук и выпустила стрелу.

Она выстрелила в его спину, без предупреждения.

Однако Ялдабаоф моментально обернулся, схватив стрелу. Несмотря на ужасающие раны, он всё ещё был довольно подвижен.

Ялдабаоф повернул лицо к Нейе, и потом его взгляд направился на её лук, Последний Выстрел Звезды. После этого, его гневное лицо слегка изменилось.

— Ох?! Ах! Что это за невероятное оружие! Я не видел такого оружия уже очень давно! Это было близко, почти прикончило меня!

Ялдабаоф дико жестикулировал своим конечностями, говоря это. Он выглядел собранным, хотя и довольно встревоженным.

— Что это за оружие! Как оно было сделано?

— Будто я скажу тебе!

«О чём, чёрт возьми, он думает?» – Разум Нейи перекипел от палящей ненависти.

Как может она сказать этому лжецу то, что узнала от Короля-Заклинателя?

— Как могу я рассказать это лжецу вроде тебя?!

— Ммм, ах, нет, можешь не говорить. Оно было изготовлено искусством создания рун, верно?

Сердце Нейи на мгновение пошатнулось, так как он попал в точку. Хоть она и смогла немного успокоиться, но когда её сломленное сердце вновь вспомнило сострадательную фигуру Короля-Заклинателя, в ней проснулся гнев.

— Ты ошибаешься! – Закричала она, и Ялдабаоф в ответ просто простонал.

Приняв это за возможность, Нейа снова выстрелила. Теперь её целью была его ступня, до которой тяжело было дотянуться руками.

В этот раз Ялдабаоф резко повернул свою ступню, чтобы избежать стрелы.

«Он опасается этого? Возможно, этот лук может…!»

Могла быть лишь одна причина, по которой Ялдабаоф был вынужден так отчаянно уклоняться от её выстрела, хотя был совершенно безразличен к ударам в спину от святого меча. Что ещё это может быть, кроме того, что с этого лука можно ранить его?

Сердце Нейи наполнилось сожалением, а на глазах появились слезы.

Она поняла, что должна была присоединиться к бою, даже если бы быстро погибла, ведь Ялдабаофа было возможно поразить из Последнего Выстрела Звезды. Она должна была принять участие, даже будучи лишь щитом. Если бы она сделала это, возможно…

В отчаянии Нейа выпустила очередную стрелу.

Ялдабаоф повернул свою голову. Стрела пролетела мимо и улетела в неизвестном направлении.

— Попади, чёрт тебя возьми!

Она выстрелила снова.

И снова.

Но, ни один из выстрелов не попал в цель. Несмотря на свой размер и серьёзные раны, он умудрялся уклоняться от атак Нейи с поразительной лёгкостью.

— Рунное…

— Заткнись!

Нейа выпустила стрелу, чтобы заткнуть Ялдабаофа.

Однако и в этот раз она тоже промазала.

«Почему? Почему никто не атакует?»

Она могла понять, почему они не могли атаковать Ялдабаофа, поскольку он был в воздухе. Однако, даже так, как они могли просто позволить летающему демону, только что сразившему милосерднейшего Короля-Заклинателя, спокойно уйти?

— … Ммм. Ну, хех, я думаю, ничего не поделаешь... да? [Великая Телепортация].

Ялдабаоф внезапно испарился.

— А ну вернись!!!

Нейа огляделась.

Всё, что она увидела, это лица людей с широко раскрытыми глазами, шокированными тем, что сделала Нейа. Ялдабаофа нигде не было видно.

— Дерьмо! Он сбежал!

— Успокойся!

Прокричала Ремедиос.

Сердитый крик могучего существа способен оказать давление сам по себе, и обычно, он должен был привести Нейю в чувство или даже заставить её застыть. Однако сейчас это лишь раздражало Нейю.

— Как я могу успокоиться?!

— Оруженосец Нейа Бараха! Ты получила это оружие от Короля-Заклинателя? Почему Ялдабаоф был так заинтересован им?

— Это сейчас вообще не имеет значения! Важнее то, что мы должны найти Его Величество! Я видела, как он падал на восток! Мы должны отправить спасательную группу!

— Он точно мёртв.

— Как он может быть мёртв?! Как мог Его Величество умереть?!

Нейа инстинктивно схватила Ремедиос за плечи, но та с лёгкостью оттолкнула её в сторону, так, что Нейа упала на землю.

— Теперь ты успокоилась? Никто не сможет пережить падение с такой высоты.

— Успокоиться? Вы, правда, верите словам этого демона? Капитан, Вы продали ему свою душу?!

Вид Ремедиос изменился, словно её покоробило.

— Оруженосец! Чёрт бы тебя. Есть вещи, которые ты можешь говорить, и есть те, которые нет!

Она с ошеломительной силой схватила Нейю за воротник, и Нейе стало тяжело дышать.

— Эй, вы двое!

— Довольно!

— Прекратите сейчас же!

Паладины, жрецы, солдаты и остальные быстро встали между Нейей и Ремедиос, и растащили их в разные стороны.

Нейа, задыхаясь, прокричала:

— Мы должны отправить команду для спасения Его Величества!

— Мы не можем тратить наши ресурсы на это!

— Как смеете Вы называть это тратой!

Нейа хотела пойти и врезать Ремедиос, но люди между ними остановили её.

— Нам с тобой не о чем говорить!

Остыв немного, Нейа обратилась к державшим её людям.

— Можете отпустить меня? Есть кое-что, что я должна сделать.

— Куда ты направилась?!

В ответ на этот вопрос, Нейа взглянула на Ремедиос с весьма недоверчивым выражением на лице.

— Что это за взгляд?! Так ли должен оруженосец смотреть на паладина?!

— Хмф.

Нейа лишь фыркнула.

— Сначала я буду просить Его Высочество организовать спасательную группу для Короля-Заклинателя. После этого, я пойду в Колдовское Королевство, и расскажу им в точности то, что случилось и попрошу о помощи для Его Величества.

Учитывая обстоятельства, не выйдет ничего хорошего из похода в Колдовское Королевство. Даже так, Нейа всё ещё была оруженосцем Короля-Заклинателя, и она должна была исполнить свой долг.

Нейа была не уверена, сможет ли безопасно добраться до Колдовского Королевства, но она должна была пойти, даже если это значило для неё умереть.

— Ох, если Вы идёте в Колдовское Королевство, позвольте мне пойти с вами, Бараха-сан!

Высказавшийся человек был бывшим солдатом, ушедшим в отставку и ставший охотником. Его хвалили за навыки стрельбы, и он присоединился к отряду Нейи.

— Не волнуйтесь обо мне, я достаточно стар, и мне не так много осталось.

—Балдем-сан!

Из его тона она знала, что он понимает, какая судьба ожидает его, даже если они достигнут Колдовского Королевства в целости.

— Эй, Нейа-сан! Не забудь меня!

— Вы тоже, Кодина-сан?

— Я тоже пойду. Не из-за тебя. Но если уж для Короля-Заклинателя, то ничего не поделаешь.

— Даже Мена-сан?

Все очень способные люди в отряде Нейи вышли вперёд, один за другим. Всем вместе им становится возможным безопасно достичь Колдовского Королевства. Однако…

— Огромное спасибо вам. Но, вы все... вы точно сможете присоединиться к спасательной группе?

— О чём ты говоришь? – Прервала их Ремедиос — Вы все собрались здесь для спасения Святого Королевства и страдающих людей из хватки этого демона, разве не так? Где ваши приоритеты?!

— О чём вы говорите, капитан?! Разве есть что-то важнее, чем спасение Его Величества?!

— Конечно! Прямо сейчас, в этот самый момент, как много людей Святого Королевства находятся в плену полулюдей, как в аду?! Может ли быть что-нибудь важнее, чем их спасение?!

— Конечно! Это…

— Что, чёрт возьми, вы делаете?! К чёму все эти крики?!

Спор немедленно прекратился при появлении вмешавшегося. Это был Каспонд.

— Капитан Кастодио, разве Вы не должны были немедленно вернуться? Где Его Величество? Что с Ялдабаофом? Что вообще случилось? Может кто-нибудь объяснить, пожалуйста?!

Каспонд звучал так, будто он потерял самообладание, и его голос громко отозвался в презрительной тишине.

***

Зал заседаний был очень тесным, с паладинами, священниками и дворянами, которые были заключёнными до недавнего времени. Это было не лучшее место для встреч, но приходилось пользоваться им, так как Ялдабаоф разрушил предыдущее место встречи.

После получения отчета от паладина, Каспонд созвал экстренное совещание. Он поручил всем ключевым людям собраться в этой комнате.

После того, как все собрались, вошли Каспонд и Ремедиос.

Все поклонились, когда вошёл принц. Нейа также поклонилась, потому что на Каспонда у неё не было никакой обиды.

Каспонд встал перед ними и начал говорить.

— Спасибо всем, что пришли сюда. Я хотел бы обсудить наши будущие действия.

Хотя это должно было быть обсуждением, было только одно, что должна была сделать Нейа, и она была уверена, что это было правильно. Как только она собралась заговорить, Каспонд поднял руку, чтобы остановить её.

— Я уверен, что каждому есть что сказать, но я прошу вас сперва выслушать меня.

Каспонд посмотрел на всех собравшихся здесь.

— Я считаю, что многие люди стали свидетелями того, насколько сила Ялдабаофа превосходит наше воображение... Хотя я с сожалением должен сказать это, но мы должны признать тот факт, что никто в этой стране не сможет одержать над ним победу.

Несколько человек молча нахмурились, а затем посмотрели на Ремедиос, которую считали самой сильной в Святом Королевстве. Увидев, что она согласна с мнением Каспонда, на их лицах появились намёки на страх и разочарование.

— Однако рано отчаиваться. Если мы не можем победить его, тогда мы сорвём его планы каким-нибудь другим способом, и заставим отказаться от попыток завоевать Святое Королевство. Мы будем противостоять ему не прямо, а косвенно. – Каспонд подождал несколько секунд и затем озвучил свой вывод. — То, что мы сделаем – это вырежем всех полулюдей, которых он ведёт!

— Зачем нам поступать именно таким образом?

Каспонд посмотрел на того, кто задал вопрос, и кивнул ему.

— В прошлом Ялдабаоф создал проблемы в Королевстве Ре-Эстиз. Тогда он сражался на дуэли с одним воином, а проиграв – сбежал. В то время он возглавлял армию демонов, а не армию полулюдей. Другими словами, проиграв этому воину, он пришёл сюда, чтобы возглавить армию полулюдей.

Каспонд осмотрелся вокруг, как будто чтобы увидеть, все ли всё поняли.

— Другими словами, он использует армию полулюдей в качестве разменной монеты, чтобы не пришлось один на один сражаться с этим воином. Не Ялдабаоф ли сам это сказал, когда победил Его Величество? Что-то о том, что руководство армией полулюдей почти становится бессмысленным, или что-то в этом роде.

В этом точно был смысл.

Когда Ялдабаоф это сказал, это не имело никакого смысла, но, услышав сейчас объяснение, было трудно придумать какую-либо другую причину.

— Другими словами, армия полулюдей похожа на броню, чтобы противостоять в сражении тому воину. Что будет делать Ялдабаоф, если потеряет армию полулюдей? Останется ли он здесь, лишённый доспехов, когда этот воин может появиться перед ним снова в любой момент? Или, может быть, он предпочтёт не рисковать?

— Ясно... Вы намерены покинуть этот город, победить южную армию полулюдей, а затем объединить силы с Югом, чтобы изгнать остальных полулюдей?

После того, как некий священник задал ему вопрос, какой-то спасённый дворянин ответил ему.

— Это было бы хорошо. Благодаря силе Короля-Заклинателя, почти 40 тысяч полулюдей было уничтожено. Они потеряли большую часть своей боевой силы, не так ли? Остальные должны быть на Юге. Если мы соберём всех людей, которых спасли, в этом городе для тотальной атаки, и ударим их со спины, зажав в клещи, мы будем в состоянии разгромить армию полулюдей. Таким образом, мы сможем объединиться с южными силами и вернуть наши земли.

— … Я предлагаю обратное, – заявил Каспонд. — Мы вернём ближайший крупный город на западе, который является северной твердыней – Калиншу.

— Почему именно такой план, могу я спросить?

— Он прав. Все крупные города на западе, такие как Калинша, Прарт, Римун и столица Хобанс, будет очень трудно взять, – возразил другой дворянин. — Много жизней будет потеряно. Почему бы нам просто не сразиться с армией полулюдей на Юге? Разве разрушение боевой мощи полулюдей не более соответствует Вашему плану, Ваше Высочество?

— Ясно. Все ваши опасения правильны. Я благодарен за то, что многие из присутствующих здесь мудры. Тем не менее, те действия, что я предложил, будут понятны каждому.

На лицах многих людей появились удивленные взгляды. Каспонд пояснил им:

— Как насчет этого? Поход на Юг подразумевает, что мы, хотя это только временно, но оставим их... бросим их – всех заключённых, которых мы всё ещё не спасли. Смогут ли массы... смогут ли люди понять это?

— Это, это... Но это имеет больше смысла. Так будет больше шансов спасти их, разве нет?

— Вы барон, я полагаю?

Каспонд повернулся и посмотрел на немолодого человека, который задал вопрос.

— Д-да. Кажется, мы однажды встречались, Ваше Высочество.

— Ах, именно так. Тогда... все люди с Ваших владений были спасены?

— Нет, пока нет. Я был заключён в тюрьму после боя, где сражался бок о бок с Её Величеством, поэтому я не знаю о моих владениях…

— Понятно. Поэтому, когда Вы присоединитесь к южным силам и вернёте Север, люди могут подумать, что Вы бежали на Юг.

Лицо дворянина замерло.

Если подумать об этом в спокойной обстановке, то вполне понятно, что барон был прав. Тем не менее, не было никакой гарантии, что все люди, особенно те, кто корчится в агонии, смогут увидеть смысл того, что сказал барон. Вполне возможно, что нашлись бы люди, которые сказали бы: «Почему ты сперва не спас нас? Наши семьи были убиты полулюдьми!» И обратили бы свою ненависть к знати. Нейа видела таких людей и раньше.

Тем не менее, никто не говорил подобного в тюремных лагерях, которые лично освободил Король-Заклинатель. Учитывая его чрезвычайно мощную магию, которая может даже разрушить городские стены одним ударом, и тот факт, что он был королём другого народа, никто не посмел разозлить его по личным причинам.

— Я намеревался поговорить с землевладельцами один на один после этого собрания. Но раз так, мы могли бы сделать это сейчас.

Каспонд осмотрел всех дворян и продолжил:

— Наши земли... земли дворян Севера – опустошены, в отличие от южных. В таком случае, что будут делать дворяне Юга? В частности, что остальные дворяне будут делать с дворянами, которые отказались от своих владений?

Неприятный запах политики начал наполнять воздух.

— Ваше Высочество. Наши владения…

— Я хочу, чтобы вы перестали строить какие-либо планы на будущее. Это потому, что я не могу вам ничего гарантировать. Хотя это факт, что у южных дворян, похоже, станет куда больше привилегий. Вот почему вы должны выбрать сейчас лучшие методы, чтобы обеспечить себе хорошие послевоенные условия.

— Секунду, пожалуйста! – Один из паладинов прервал эту беседу. — Как мы можем проливать ещё больше крови народа ради придворных интриг?!

— Действительно! Верно! – Силако громко прокричал. — Важно то, как спасти больше людей!

Однако дворяне были другого мнения:

— … Изгнание полулюдей не означает, что всё кончено, понимаете? Если Юг воспользуется всеми преимуществами, то нам будет трудно отказаться от требований южных дворян. И нет никакой гарантии, что они не будут вводить большие налоги на истощённых людей.

— ... Теперь, когда Святая Королева мертва, было бы очень плохо, если бы следующий Святой Король был избран южными дворянами. Однако, если мы сможем показать конкретные результаты с нашей силой, то, по крайней мере…

В итоге, комната разделилась на две фракции: фракция дворян и фракция паладинов и священников.

Обе стороны спорили друг с другом. Говоря о Ремедиос, паладины пытались упрощенно растолковать ей всё, что сказал принц.

Нейа не входила ни в одну из фракций. Она просто молча следила за ходом разговора. Это было, потому что Нейа уже приняла решение о том, что она будет делать. Поэтому не имело значения, к какому выводу они придут в итоге. Скорее, она хотела высказать своё собственное предложение, и как можно скорее.

«Тем не менее, разговоры о будущем и политике только испортят здешнее настроение. И люди, которые, возможно, помогли бы мне, сейчас могут отказать…»

Вскоре, после прослушивания многочисленных скучных тем, как только обе стороны измотали себя спорами, Нейа решила "бросить мяч" обратно Каспонду:

— Его Высочество поднял эту тему. Может, стоит дать ему закончить разговор?

— Ах. Как я сказал ранее, я намерен вернуть Калиншу. Это также выгодно с военной точки зрения. По правде говоря, этот город слишком тесен, и бо́льшая его часть уже разрушена. Жить здесь сложно. Поэтому я хотел бы иметь более надёжную базу. Также, вернув крупный город, мы получим преимущество при переговорах с южными дворянами. Кроме того, Калинша строилась, как опорная крепость, которая должна была остановить наступление противника. Поэтому, как у военного города, там должны быть военные склады, если они ещё не были перемещены полулюдьми.

— … Я одобряю предложение обеспечить лучшую базу.

— Я немного беспокоюсь о санитарии в этом городе. Многие люди уж даже замерзают.

Несмотря на разногласия, и паладины, и дворяне сказали: «Нам нужно избежать ещё большего количества смертей».

— Действительно. Именно поэтому это лучшее время для нападения на врага. Ведь сейчас Ялдабаоф не может принять меры.

Неизвестно, сколько времени потребуется Ялдабаофу, чтобы залечить раны. Но, конечно, он выздоровеет, прежде чем армия полулюдей будет полностью побеждена.

Кроме того, было очень маловероятно, что он покажется, прежде чем полностью восстановит силы. Зная о существовании такого могущественного воина, как Момон, он, несомненно, примет во внимание возможность его появления. Поэтому он не станет действовать до того, как полностью восстановит силы.

Тем не менее, независимо от того, сколько у них было сил, Святое Королевство будет потеряно, как только Ялдабаоф восстановит силы. Поэтому они должны были взять крепость сейчас.

Выслушав это логичное объяснение, Нейа также выразила свое одобрение.

— … В таком случае, кажется, единственное, чем вы недовольны, это количество людей, которые должны умереть за это. Могу ли я считать, что это означает, что вы окажете мне свою поддержку, если я смогу свести к минимуму количество потерь?

Все присутствующие кивнули, за исключением Ремедиос. У Нейи не было какого-то мнения по этому вопросу, но по ходу разговора она поняла, что будет плохо, если она окажется единственным человеком, кто не кивнёт, а поэтому кивнула со всеми остальными.

Что касается Ремедиос, несколько человек посмотрели на её лицо и увидели, что у неё, похоже, нет особых возражений, поэтому решили игнорировать её.

— Тогда с этим всё. Мы обсудим детали штурма Калинши позже. Теперь… наш следующий пункт.

Каспонд громко вздохнул и повернулся к Нейе.

— Это касается смерти Короля-Заклинателя.

— Ваше Высочество, я искренне извиняюсь, но надеюсь, что Вы немедленно внесёте поправки в это заявление. Смерть Короля-Заклинателя остаётся под вопросом. Это просто то, что сказал нам Ялдабаоф. Было бы глупо принимать слова демона за правду.

Нейа посмотрела на Ремедиос и продолжила:

— Я думаю, что, скорее всего... Ялдабаоф пытается обмануть нас.

— В таком случае, почему Король-Заклинатель не вернулся? Он может использовать заклинания телепортации, не так ли?

— Возможно, он был обездвижен из-за ранения. Возможно, у него закончилась мана. Для этого может быть много причин.

— Это правда. Поэтому я хотел бы получить ответ от всех вас. Как вы думаете, что мы должны предпринять?

— Нет смысла спрашивать, что мы должны предпринять! – Нейа закричала, вынуждая слова звучать, будто она пытается выдавить их сквозь зубы. — … Я думаю, мы должны организовать спасательную операцию и одновременно с этим отправить эти новости в Колдовское Королевство. Если возможно, я хотела бы быть посланником.

— Понятно. Это то, что думаешь ты, оруженосец Бараха. Как насчет остальных?

Каспонд осмотрел собравшихся людей. Затем один из дворян заговорил.

— У меня есть вопрос. В то время как Король-Заклинатель предполагаемо упал на востоке, и, учитывая, что спасательную операцию придётся проводить на территории, контролируемой полулюдьми, не лучше ли подождать, пока у нас не будет каких-то определенных результатов разведки…

— К тому времени будет слишком поздно. – Нейа немедленно возразила. — Чем больше мы будем медлить, тем большей опасности будет подвергаться Его Величество. Я предлагаю отправить нашу помощь, настолько быстро насколько это возможно.

Большинство согласилось с мнением Нейи. То, что она сказала, имело смысл.

— В таком случае, мы должны отправить поисковую группу в одно время с посланцами в Колдовское королевство.

Один их дворян задал Нейе вопрос.

— … У меня есть кое-что, на что я хотел бы получить ответ от тебя, так как ты исполняешь роль оруженосца Его Величества. Как ты думаешь, Король-Заклинатель сказал народу своей страны, что планирует посетить Святое Королевство?

Нейа, принялась размышлять.

— Прошу прощения, но я не уверена. Тем не менее, я думаю, что для него было бы вполне нормально, расскажи он об этом людям Колдовского Королевства, потому что были случаи, когда он возвращался в свою страну с помощью магии перемещения.

— В таком случае, я считаю, что мы не должны отправлять посланника в Колдовское Королевство.

— Почему?!

Нейа злобно уставилась на дворянина, который ничего не делал, и только болтал. Под её пристальным взглядом, у дворянина побледнело лицо, и он отступил на два шага назад. Люди, окружавшие дворянина, не нарочно отошли от него.

— Нет, пожалуйста, успокойтесь и послушайте. Это, ух... это, потому что это может принести проблемы... Постойте! Пожалуйста, успокойтесь и послушайте меня. Если подумать об этом в обычных обстоятельствах, существует вероятность, что армии нежити Колдовского Королевства отомстят нам. И местью будет то, что они подчинят Святое Королевство. И… ах... почему всё так? Кто сказал, что Король-Заклинатель не стремился к этому всё это время?

— Что, простите?! – Нейа была настолько зла, что ощущала головокружение. — В таком случае, позвольте мне задать вопрос! Если Его Величество вернулся в свою страну с помощью телепортации, что он подумает о Святом Королевстве, которое знало, что произошло, но ничего не сообщило?

Все, кого она могла видеть, кивнули в знак согласия. Среди всего этого, заговорила Ремедиос.

— Ну, тогда с этим ничего не поделать, не так ли? Наша страна не может сейчас позволить себе такую роскошь. Мы извинимся после, когда всё закончится.

— Даже если Вы...

Нейа была настолько напряжена, что собиралась уже было накричать на Ремедиос, но прервалась, услышав звук хлопка позади себя. Оглянувшись, она увидела, что это был Каспонд. Поскольку принц хотел что-то сказать, Нейи пришлось замолчать.

— Оруженосец Бараха. Позвольте мне выбрать людей, которые отправятся в Колдовское Королевство вместе с тобой. Как насчёт этого? Если мы отправим простого оруженосца в качестве посланника, другая сторона может оценить это как насмешку над ними?

— Верно, всё так, как Вы и говорите.

Его объяснение имело смысл. При нормальных обстоятельствах они, несомненно, отнеслись бы к ней как к послу страны, нежели оруженосцу который позаимствовал магический лук у Короля-Заклинателя. Однако, действительно ли он отправит посланника? Ей с трудом в это верилось. Тем не менее, было бы неприлично показывать недоверие к словам принца.

— Мне приятно, что ты понимаешь.

— В таком случае, пожалуйста, позвольте мне возглавить несколько человек для похода на восток.

— Конечно. Я тоже очень хочу отправить тебя, но мы до сих пор не знаем, куда именно упал Король-Заклинатель. Он может быть от нас в десятке или же в сотне километров. В худшем случае, он, возможно, рухнул на Абелионские холмы, которые находятся под контролем Ялдабаофа. Даже если бы я позволил тебе отправиться в такое неизведанное место, была бы ты в состоянии организовать там поисковую операцию?

Нейа была не в состоянии ответить ему.

Проводить поиски, в совершенно незнакомой местности, в местах проживания полулюдей, было невозможной задачей. Она могла легко представить себе, как команда разведки сталкивается с огромными трудностями и препятствиями, и, в итоге, все там умирают.

— Выживание на Холмах, проскальзывая мимо наблюдательных пунктов полулюдей, в то же время, собирая информацию. – Каспонд перечислял, загибая пальцы. — Если ты соберёшь отряд, и вы отправитесь туда без подготовки, то просто пойдёте навстречу смерти. И какая польза от спасательной операции, которая закончится неудачей?

— Что ж, тогда Вы можете предложить другой способ?

— Конечно.

— Э?!

«Какой ещё способ?»

Судя по реакции принца, на этот вопрос легко было ответить. Глаза Нейи удивлённо расширились, а затем Каспонд привёл себя в порядок, и ответил Нейе.

— Всё что нужно, это найти кого-то, кто знает эту местность.

Нейа моргнула, в ответ улыбающемуся Каспонду.

— Нам просто нужно захватить в плен получеловека и дать ему возможность вести нас. Разве не будет безопаснее приказать получеловеку быть в роли нашего проводника?

— Ах.

Действительно, так и было. Люди подверглись бы нелепой опасности, оказавшись на этой земле. Тем не менее, было бы иначе, если бы у них был проводник.

Однако в этом плане также были проблемы, которые нельзя было игнорировать.

Если они будут только угрожать получеловеку, чтобы тот указал им путь, то когда он согласится взять их с собой, разведгруппа будет обречена на смерть. Орки, с которыми она встречалась ранее, казались такими, кого не волновало, живы они или мертвы.

Им нужно найти надёжного получеловека. Но, где они смогут его найти?

Что она может сделать, что бы заполучить надёжного проводника из полулюдей?

Нейа напрягла свои мозги. Но полулюдей она соотносила только как приближающуюся смерть. Она не могла представить себе такого, чтобы они решили перейти на их сторону.

Нейа вспомнила о Баззаа и орках, которых он держал в плену.

«Если бы мы смогли захватить короля, наподобие Баззаа, в плен, его племя, скорее всего, подчинится нам».

Однако, с другой стороны, разъярённое племя может оказать жёстокое сопротивление. Кроме того, был ли способ, с помощью которого они смогли бы захватить могучего получеловека, такого как Баззаа?

В то время, когда Нейа блуждала в ментальном лабиринте, преследуя ответ, который никак не могла найти, внезапно дверь комнаты распахнулась, и внутрь ворвался паладин.

Тяжело дыша, он осмотрел интерьер комнаты и подошёл, но не к Ремедиос, а Каспонду.

Возможно, он не хотел, что бы кто-то услышал новости, которые он принёс. Отойдя вместе с принцем к углу комнаты, он что-то прошептал ему на ухо, но острый слух Нейи подхватил обрывки фраз. Среди них кое-что привлекло её внимание.

Он сказал «Демоны-горничные».

— Господа, к сожалению, сегодняшняя встреча на этом закончится в виду неких неотложных дел. Надеюсь, вы начнёте работать над тем, как вернуть Калиншу. Так же, капитан Кастодио, пойдёмте со мной.

Интерлюдия

В последнее время Зиркниф находится в хорошей форме.

Пожалуй, даже в потрясающей.

«В любом случае – жизнь прекрасна».

После последнего посещения Назарика – этого ужасного места – его боли в желудке прошли. Кабинет, некогда хранивший зелья, теперь заполняют кипы бумаг. Он освободился от всех проблем. Ему больше не приходилось убирать волосы с подушки и удивляться их количеству.

«Как освежающе!

Как приятно!

Как удобно!»

Пожалуй, это впервые, когда он почувствовал себя настолько свободным. Он чувствовал себя настолько хорошо, что ему казалось, будто у него выросли крылья, и он может взлететь в небеса.

Он убрал свою сердечную улыбку и встретился с подчинённым. «Теперь Вы чаще улыбаетесь». И эту фразу он слышал не от красивой наложницы. Сейчас не подходящее время, чтобы другие видели его таким. Достоинство. Стоило ему потерять его, как проблемы нахлынули бы на него с головой.

И так началось обыденное утреннее совещание.

У Зиркнифа было много писцев, но сейчас перед ним был замечательный человек – Рон Вармилинен.

Прежде, Зиркниф был обеспокоен тем, что c Роном что-то произошло после посещения дворца Короля-Заклинателя, поэтому его перевели на несложную должность. Однако всё это в прошлом. Теперь Рон прочно укрепился на позиции главного писца. Это не потому, что Зиркниф был уверен, что тот в порядке. Это было доказательством, что ему нечего скрывать от Колдовского Королевства. Кроме того, это было и доказательством, что Рон очень способный.

Зиркниф взглянул на документ, взятый у Рона, прочитал содержание и, потеряв контроль над собой, рассмеялся.

— Тот, кто написал это, имеет незаурядное чувство юмора. А ты что думаешь о смерти Короля-Заклинателя?

— Я абсолютно уверен, что это очередная ложь.

Зиркниф согласился с Роном:

— А-а, всё верно. Это, должно быть, ошибка. Это просто невозможно, чтобы Его Величество потерпел поражение, погиб или ещё что-либо.

Никто не способен убить магического заклинателя, способного уничтожить двухсоттысячную армию всего одним заклинанием и сразиться с вооруженным Чемпионом Арены – самым сильным воином Империи. Зиркниф был уверен в этом.

Само собой, ни один яд не мог его убить, болезнь – сломить, и даже годы не властны над ним. Скорее, более реально, что кто-то распространяет плохую шутку, суть которой: «Это невозможно, ибо он УЖЕ мёртв».

— Ну, возможно, это чтобы заткнуть всех недовольных. – Предположил Зиркниф. — Но у меня всё ещё остался вопрос.

— Какой?

— Вот, смотри: мне интересно, почему Его Величество, с его непревзойдённым интеллектом, прибегает к таким дешёвым трюкам, которые любой видит насквозь. Если только это не значит, что тут что-то другое... Да, возможно это какой-то великий заговор, который даже я не могу понять…

Кто мог уверенно сказать, что это не так? Более того, если это план, придуманный высшим умом, знавшим каждый ход Зиркнифа, тогда он был уверен, что это лишь верхушка айсберга.

Даже знание Зиркнифа об этом могло быть частью его плана.

А что, если это не было планом Короля-Заклинателя, а одного из его подчинённых? Например, этой имбицило-выглядевшей монстро-жабы?

— … В общем, я не знаю. Если не получается разгадать то, что хочется разгадать, остаётся только бросить это. Более того, всё, что нам надо делать, это подчиняться Альбедо-сама, премьер-министру Колдовского Королевства, и выполнять её приказы. Не будет никаких проблем, пока мы выполняем их поручения и не предаём. Как правителя вассальной страны, меня будет не так просто убрать, даже если я буду недостаточно компетентен.

— Как скажете.

Рон пожал плечами.

В прошлом он был человеком, который не стал бы совершать такое движение. Казалось, он научился этому за свой большой опыт. Или просто осмелел.

Не беря в расчёт состояние Короля-Заклинателя, всё будет в порядке, пока Империя продолжает быть вассалом Колдовского Королевства. В таком случае на них не будет действовать ни одна уловка, придуманная злоумышленниками. Верность была лучшей защитой. Если они будут убиты даже после клятвы верности, то всё, что они смогут сделать, это посмеяться над бессмысленностью действий остальных и почить с миром.

— Ну что ж, это всё на сегодня?

С тех пор, как Империя стала вассальной страной, загруженность администрации Зиркнифа сократилась вдвое. Однако даже так сегодняшняя нагрузка была чересчур маленькой.

— Нет, Ваше Величество, осталось ещё кое-что. Вот ещё документ, полученный нами этим утром. Он пришёл от Рыцарского Легиона.

Зиркниф вздохнул. К сожалению, его работа ещё не была окончена.

Он принял протянутый документ с насмешливой ухмылкой на лице и кратко просмотрел его. Кажется, документ содержал жалобы рыцарей по поводу реорганизации их легиона.

Раньше он уделял особое внимание рыцарям. Если быть точнее, у Зиркнифа было много врагов среди дворян, и он не мог позволить им игнорировать военную мощь, которую представляли рыцари. Как бы то ни было, сейчас всё изменилось.

— Передай им вот что: «Вы можете высказать всё Его Величеству Королю-Заклинателю лично». Поверить не могу, что они потратили на это бумагу.

Бумага, использования в этом документе, была создана полезной магией, и его стоимость не зависела от класса магии, использованного при создании. Зиркниф мог выкинуть его без сожалений после использования, но он не собирался молчать по поводу чрезмерных расходов.

Бумага, сделанная заклинанием нулевого уровня, была мятой, грубой и полинявшей.

Бумага, сделанная заклинанием 1-го уровня, была тоньше и белее. Ремесленники, делающие бумагу, могли создать такую же. Но, так как заклинаниями этого уровня её создавали в меньших количествах, чем заклинанием нулевого, то она, соответственно, была дороже.

Заклинание 3-го уровня создавало очень чистую и качественную бумагу. Разумеется, в определённой степени ремесленники тоже могли производить такую бумагу. Заклинания этого уровня могут создавать очень мягкую бумагу, которая известна под названием "дворянской", и все ремесленники стремились этого достичь.

— Я не могу понять, почему они не хотят дать другой стране отвечать за нашу национальную безопасность? – Недоумевал Рон.

— Не жалуйся об этом мне. А лучше поговори с Альбедо-сама. И вообще, разве мы ещё не говорили, что не возлагаем на них всё?

От премьер-министра Альбедо пришли инструкции усилить военную мощь Империи силами нежити из Колдовского Королевства.

Зиркниф решил, что это было частью программы, призванной завершить процесс вассализации, так что он принял это. Он планировал отправить некоторых рыцарей в отставку и расформировать два из восьми легионов.

Это должно было быть хорошей идеей, так как было много людей, которые остались морально опустошёнными после той бойни. Но также были некоторые, недовольные недостатком рабочих мест, которые могут быть заняты.

— Я даже приготовил места, на которые они могут устроиться…

— Думаю, люди просто огорчены потерей своих привилегий и тем, что им придётся делать работу, с которой они не знакомы.

— Последним нужно просто больше стараться, а от "огорчённых" этого и следовало ожидать. Или они полагают, что я буду платить за выполнение обычной физической работы столько же, сколько плачу тем, кто на работе рискует своей жизнью?

Зиркниф фыркнул и проигнорировал это.

Возможно, в прошлом ему приходилось мастерски управлять ими, но теперь необходимости в этом не было.

У Зиркнифа была поддержка Короля-Заклинателя – того, кто обладал абсолютной силой. Вне зависимости от того, что происходило, всё, что ему нужно было сделать, это сказать: «Пожалуйста, скажите это Его Величеству сами». И все пререкания мгновенно утихали.

Никто в Империи не мог выразить своё недовольство кому-то, способному устроить такую резню, и даже победить в бою Чемпиона Арены.

Хоть в прошлом они и обращались с жалобами к Зиркнифу, теперь его позиция была надёжнее, ведь он был слугой Короля-Заклинателя. Скорее даже, потому что Короля-Заклинателя боятся, положение Зиркнифа было безопаснее безопасного. Даже, пожалуй, нерушимое.

К счастью, удивительно малое количество людей было недовольно становлением вассалами. А всё это из-за того, что Колдовское Королевство выдвинуло совсем немного требований. Были некоторые мелкие, но основных только два.

Первое – изменить часть законов Империи для того, чтобы подчеркнуть абсолютную сущность Короля-Заклинателя и его приближённых. Это было вполне ожидаемым требованием.

Второе – передать узников, приговорённых к смерти. Это, напротив, было шокирующим. Зиркниф знал, что их судьбы обещают быть страшными. Но один из них был возвращён, так как «он был подставлен, а значит невиновен».

Так что в общем можно сказать, что изменений в повседневной жизни не было.

— Ну же, давай закончим быстрее, чтоб я смог встретится со своим другом.

И правда, сегодня новоиспечённый друг должен навестить Зиркнифа. Все приготовления для приёма были сделаны, и всё, что осталось, было по части Зиркнифа.

Он провёл полчаса, разбираясь с различными делами, после чего, получив одобрения Зиркнифа и стражи, его подчинённый вошёл в комнату.

— Ваше Величество, Ваш гость прибыл.

— О! Скорее впусти его!

Его работа не была завершена. Но что с этим поделаешь? Что может быть важнее встречи с другом?

Вскоре подчинённый провёл его друга внутрь.

Зиркниф встал, его лицо расплылось в улыбке, он развел руки, приветствуя гостя, и пригласил его внутрь.

Это был получеловек, выглядящий как низкий, приземистый крот. Зачарованный кулон от ментальных воздействий, который Зиркниф ему дал, болтался взад-вперёд.

— О-о! Добро пожаловать, мой дорогой друг Рьюро.

Зиркниф без колебаний положил руки на Рьюро и обнял его.

— А-ах! Зиркниф. О, друг, кто разделил со мной проблемы. Я глубоко признателен за твой приём!

Рьюро также обнял Зиркнифа. Можно было видеть аккуратность его движений – он не хотел причинить вреда Зиркнифу своими острыми когтями на лапах.

Они немного постояли так, а потом медленно отпустили друг друга.

— Что ты говоришь, мои двери всегда открыты для Рьюро.

На лице Рьюро появился свирепый оскал.

Несмотря на угрожающее выражение лица получеловека, Зиркниф понял, что так он улыбается. Настолько тесны были их отношения.

Зиркниф внезапно поразился любопытности всей ситуации.

Он родился и вырос в качестве кандидата на место следующего Императора, и все ровесники вокруг считали его наследным принцем. Поэтому не было никого, кого он мог назвать другом. Но сейчас тот факт, что его первым другом стал получеловек…

« … Если рассказать самому себе об этом 10 или 20 лет назад, я бы вряд ли поверил... И как минимум за это мне стоит поблагодарить ту нежить».

Он впервые встретил этого дорогого друга в приёмной, когда отправился на встречу с Королём-Заклинателем.

В тот момент он всего лишь задался вопросом, откуда пришёл этот получеловек, и как далеко простирается владычество Короля-Заклинателя?

После этого они пересеклись снова и в завязавшемся разговоре больше узнали друг о друге. А после уже наладилась и духовная связь. Проведённые вместе минуты растянулись на месяц, и была рождена глубокая дружба.

Вот почему они не обращаются друг к другу почтительно. И не потому, что оба они короли.

Именно, всё потому, что они…

…оба были истерзаны одним и тем же угнетателем – они были товарищами по несчастью.

— Идём. Я приготовил всевозможные виды деликатесов, что удивят тебя. Почему бы не насладиться сейчас за все пережитые трудности?

— Ох, с нетерпением жду этого, Зиркниф. Я тоже принёс много тех грибов, что показались тебе вкусными. Давай поедим их вместе, когда будет время.

— О-о-о! Благодарю тебя, Рьюро.

Грибы, принесённые Рьюро, были благоухающими и мясистыми, а также были с роскошным ингредиентом, называемым Обсидианом.

Бок о бок они вышли из комнаты.

В прошлом Зиркниф тревожился, услышав, что Колдовское Королевство относилось к полулюдям наравне, как и к людям.

Но он кинул взгляд на Рьюро рядом с ним и подумал:

«Полулюди не такие и плохие. По крайней мере, по сравнению с той нежитью – Королём-Заклинателем».

— Кстати говоря, Рьюро, ты слышал? Похоже, Король-Заклинатель сыграл в ящик.

Рьюро сильно выдохнул через нос. Это был его способ смеяться.

— Зиркниф, это невозможно. Как… как может умереть кто-то, наподобие него?

— В самом деле, я согласен с этим высказыванием. Тем не менее... Какая же страна на этот раз увидит своих людей в горечи?..

— Да…

Рьюро и Зиркниф оба посмотрели в небо.

В их глазах читалась боль. Они печалились за трагедию, что возможно происходила в каком-нибудь далёком месте, и разделяли сочувствие, что скоро у них появится новый товарищ.

***

— У-а-а-а-а-а-а!!

Плачь, что раздался в комнате, заставил человека застыть. Он принадлежал к секретной организации под названием Восемь Пальцев. И хотя он уже много чего повидал, он никогда не встречал всплеска настолько мрачных эмоций, содержащих в себе чистейшую ненависть и неподдельные проклятия.

Он бы не был шокирован, услышав этот плач от врага. Верно, в ответ он бы безмятежно улыбнулся. Но та, кто издавала этот вопль, была одним из его друзей. Друзья, с которыми он разделял духовную связь на фоне общих пережитых страданий и горя.

"Друзья" – он думал, что к ним нет более неприменимого слова, чем это.

Даже в организации, членом которой он был, теснили друг друга, пробиваясь к власти и стараясь выведать слабости остальных. Случись конфликт их интересов, то пролилась бы и кровь.

Но сейчас дела обстоят иначе.

Если вдруг будет отсутствовать один человек, то на остальных ляжет больше работы, что повлечет за собой рост вероятности провала. Если это происходит, остальные также оказываются втянуты в этот ад, потому что ответственны друг за друга. Всего лишь раз быть наказанным достаточно, чтобы навсегда сесть на жидкую диету и мучиться кошмарами. И каждый раз их может ожидать новый ад.

Держа это в уме всякий раз, когда кто-то отстаёт в работе, остальные незамедлительно бросались на помощь со всем усердием, боясь за своё здоровье и психическое состояние. И они отчаянно трудились.

Они стали настоящими друзьями – теми, кто разделяет судьбу, жизни, и смерть.

И одна из этих друзей сейчас кричала и каталась по каменному полу, холодному, как лёд. Страх под названием "если ты сейчас не узнаешь в чём дело, то закончишь точно так же" заставил мужчину действовать.

— Что, что такое, Хильма? Что случилось?

Плачущая женщина перестала двигаться, и её взгляд поднялся снизу вверх на мужчину.

— С меня хватит! Поменяйся со мной! Я должна следить за действиями этого идиота! Да что с ним не так?! Я теряю рассудок из-за этого идиота!

Они знали только одного человека, кто мог быть назван идиотом. До этого они использовали слово "идиот" повсеместно, но появления этого человека было достаточно, чтобы показать остальным, что по-настоящему означает быть идиотом. И теперь так легко разбрасываться этим словом не получается.

— Что такое? Что этот идиот сделал на этот раз?

Хильма говорила быстро, будто извергая свою ярость:

— Ах, да! Ты же слышал об этом, да? Как погиб Его Величество?!

Он хотел попросить её говорить помедленнее, но, похоже, что она так снимает стресс, так что не стал её прерывать, а терпеливо слушал.

— Хм, конечно.

Это Восемь Пальцев были теми, кто распространяет эти новости. Разумеется, они использовали торговцев, не связанных между собой, для появления новостей в Королевстве.

— Что, как ты думаешь, он сказал, услышав об этом?

Ну, это все-таки идиот. Тут стоило поразмыслить, прежде чем ответить. Но в голову приходили только обычные варианты. В конце концов, было невозможно представить, что там мог надумать этот идиот, так что он сдался и озвучил что-то простое.

— … Он сказал что-то о похоронах?..

— Да если бы так, мой живот не болел бы сейчас! Он, он сказал, что если женится на Альбедо-сама, то сможет унаследовать Колдовское Королевство!

— А-й-й!

Мужчина взвизгнул и огляделся вокруг.

Человек не может их ощущать, но здесь должны быть наблюдатели из Колдовского Королевства. Убедившись, что ничего не произошло, мужчина вздохнул с облегчением.

Им дано было указание подготовить какого-нибудь идиота, но он предпочёл бы не влезать в этот ад, потому что это был идиот вне всяких пределов.

— Эй, эй! Нам приказали подготовить идиота, но почему бы нам просто не убить его? Не лучше ли подготовить более подходящего идиота?! – Выкрикивала Хильма.

— Сможем ли мы подготовить кого-нибудь ещё на этой стадии?

Ответ мужчины заставил Хильму снова кататься по полу и плача "у-а-а!" Подол её юбки задрался выше бедра. Раньше она была проституткой высшего класса и настолько же красивой, но сейчас, глядя на её непривлекательное и скверное состояние, мужчина мог только посочувствовать.

В конце концов, он прекрасно знал, что будь он назначен на её место, катался бы сейчас по полу вместо Хильмы.

— Давай, Хильма, надо как следует постараться.

Она внезапно остановилась, посмотрела на мужчину, и сказала:

— Может было бы лучше, если ты повлияешь на этого человека?.. Или же убедился бы, что он не сделает ничего излишнего?

— Идиоты, подобные ему, должны контролироваться женщинами. Верно?

Услышав это, Хильма снова начала кататься по полу и рыдать "у-а-а!"

— Думаю, это не продлится долго. Мы начнём действовать всерьёз через 2–3 года. Собери побольше подобных идиотов вокруг него. Если тебе потребуется, мы сделаем всё возможное, чтобы помочь сформировать фракцию идиотов.

— Два года – это слишком долго, у-а-а-а!

— Тем не менее, это наши приказы. Нужно контролировать информацию, которую они получают, и создать фракцию, творящую ещё более глупые вещи.

— Это верно, а-а-а-а-х!

Хильма внезапно остановилась, и затем приподнялась.

— Тебе легко говорить. Всё, что от тебя требуется, это подготовить торговцев и распространить новость о Короле-Заклинателе – о смерти Его Величества – до второго принца.

«Так говоришь, как будто это просто», – подумал он.

В прошлом у него не создавалось впечатления, что второй принц был весьма смышлёным человеком. Однако он постепенно понял, что из-за первого принца тому пришлось утаивать свои задатки. От того, что второй принц оказался весьма умным, доставка до него новостей требовала тщательного и сложного маневрирования.

Это было ради удержания его от понимания, что он, сам того не ведая, работает на Колдовское Королевство.

— … Это не так легко, как тебе представляется.

— … Ах, мои извинения. Верно, на тебя тоже свалена огромная работа... Как насчет сегодня вечером, идешь?

Хильма сделала жест, будто пьет большой бокал вина.

— Конечно. Мне как раз ещё надо убедиться, что я не создаю утечек, даже когда вусмерть пьян.

Может, они и не могут есть твёрдую пищу, но питьё – совсем другое дело.

— Ха-ха. – На лице Хильмы появилась сухая улыбка. — Всё будет в порядке. Наши наблюдатели помогут нам позаботиться об этом.

— Ха-ха. – Похожее выражение появилось и на его лице. — Это… правда…

— Теперь, когда ты упомянул об этом, где тот счастливчик сейчас?..

Среди них был только один человек, которого можно было определить как счастливчика.

— Кокодол всё ещё в тюрьме, потому что растерял своё влияние во время всего этого... Повезло ему.

— Ты прав… ему действительно повезло…

Глава 6: Стрелок и Лучник

Часть 1

Выйдя из комнаты Каспонда, первым местом, куда направилась Нейа, было стрельбище. Подчинённые Нейи уже ждали её там и быстро собрались вокруг неё.

Как только все собрались вокруг, её начали осыпать вопросами: «Как всё прошло, Бараха-сан?», «Мы всегда готовы пойти за Вами», и тому подобное.

Нейа рассказала им о встрече. Она рассказала им всё: что случилось, что было сказано, и выводы, которые они сделали.

Большинство из них зарабатывали на жизнь охотой, и все они были прекрасными охотниками. Но, всё же, мрачно кивнули на умозаключение Каспонда. Не было никаких сомнений в том, что поиски в Холмах будут крайне сложными.

Суть в том, что они не смогут в течение короткого промежутка времени охватить большую территорию поисковой группой. Однако они могли провести простой поиск в Святом Королевстве, направляясь на восток от этого города до линии приграничной стены. Было непонятно, куда мог приземлиться Король-Заклинатель, но он мог находиться и внутри границ Святого Королевства.

Несколько человек, владеющих навыками рейнджера, шагнули вперед.

Нейа тоже хотела принять участие, но у неё не было соответствующих навыков, поэтому она будет только мешаться, если захочет сопровождать их.

Это была операция по спасению милостивого короля, протянувшего руку помощи, чтобы спасти людей другой страны. От того, что Нейа была его оруженосцем, но не могла пойти на поиски, она чувствовала себя предателем. Это терзало её сердце. Ей хотелось кричать так, как она кричала на Ремедиос, но это ничем не поможет, даже если она это сделает.

Нейа рассказала всем, что они получили разрешение Каспонда на поиски внутри границ Святого Королевства, но она сама не сможет принять участие.

— Оставьте это нам, Бараха-сан.

— Мы будем держать наши глаза широко открытыми, ища нашего великого благодетеля, Его Величество. Мы не пропустим ни одной подсказки!

— Хорошо. Как только Его Высочество даст своё разрешение, я... я буду рассчитывать на вас!

Нейа глубоко поклонилась им.

— Бараха-сан, а что делать остальным из нас? Как мы сможем помочь Королю-Заклинателю?

Когда все посмотрели на неё с рвением в глазах, Нейа была полна восторга.

Даже после увиденного зрелища, никто не чувствовал, что Король-Заклинатель мёртв.

— Это верно! Его Величество не может быть мёртвым! Я уверена... я уверена, что он ждёт нас, чтобы мы спасли его... Я так думаю.

Нейа не могла представить ситуации, в котором это Высшее Существо будет ждать, пока эти люди его спасут. Скорее она могла представить, как они находят его, элегантно попивающего бокал прекрасного вина перед кучей трупов полулюдей и демонов.

— Хорошо! Тогда все, кто останутся, начнут тренироваться, ибо слабость – это грех!

Действительно, это всё, что Нейа могла сейчас делать. Ей нужно стать сильнее для следующего раза. Будь она и её люди достаточно сильны, милостивый Король-Заклинатель не закончил бы так.

— Хоооо! – Громко отозвался их энергичный ответ.

Это было, потому что все понимали, что Нейа имела в виду, говоря «Король-Заклинатель – это справедливость, и слабость это грех». Когда этот отряд был только сформирован, не так много людей было согласно с этими словами, но после общения со старыми членами отряда, многие стали понимать их.

— Тогда я пойду к принцу! – Сказала Нейа.

После беседы с Каспондом, поисковой группе было предоставлено разрешение отправиться. Они отправились в тот же день.

И вот, с тех пор прошло три дня.

Было бы много хлопот, если бы члены поисковой группы не были единодушны. Но факт состоял в том, что все они были выбраны за то, что согласились с предложением Нейи. И поэтому они смогли уйти без промедлений.

Пока в течение этих трех дней в городе гулял слух о возвращении Калинши, Армии Освобождения не совершала никаких движений и просто выжидала, коротая время. Исключением были Нейа и всё большее количество людей, которые приняли Короля-Заклинателя как справедливость – они старательно тренировались.

Нейа скучающе пустила стрелу в мишень, на её лице было раздражение.

Её тревога и гнев, вероятно, заставили руки скользнуть, потому что стрела вонзилась немного подальше от центра мишени.

Обычно кто-то приходил, чтобы немножко похвалить Нейю, но сейчас никто не осмелился обратиться к ней.

Причиной этому было её лицо.

Её беспокойство было в том, что она ничего не могла сделать для Короля-Заклинателя, а недостаток сна был вызван отсутствием новостей. Область вокруг её глаз стала опухшей и обесцвеченной, что делало её лицо пугающим. Поскольку она обычно скрывала своё лицо визором, то его снятие сильно повлияет на других.

В то время как подчинённые Нейи прекрасно понимали, что она чувствует, никто не осмеливался приблизиться к ней.

«Ваше Величество, Ваше Величество, Ваше Величество, Ваше Величество, Ваше Величество, Ваше Величество, Ваше Величество, Ваше Величество, Ваше Величество, Ваше Величество, Ваше…»

Эти слова крутились и крутились в голове Нейи.

— Эх, как же так.

Плечи людей вокруг Нейи, которые натягивали тетивы, заметно вздрогнули, когда раздались эти тихие слова.

«... Величество. Нет. Мне нужно успокоиться. Успокойся. Прошло всего три дня! А восточный регион Святого Королевства достаточно огромен! Ты же не хочешь пугать других, не так ли?»

Нейа сняла свой визор, при этом услышав, как кто-то издал задушенный вскрик, случайно посмотрев ей в лицо. Она стала легко массировать виски в попытке расслабить своё выражение лица.

В этот момент Нейа услышала звуки шагов – двое быстро шли к стрельбищу. Учитывая металлический звон, характерный для кольчуг, это были не ополченцы, которые приходили сюда тренироваться. Паладины носили доспехи из металлических пластин, и так бренчать не могли. Так что это, вероятно, были солдаты более высокого ранга, чем ополченцы, или её коллеги оруженосцы.

— Оруженосец Нейа Бараха!

Нейа повернулась лицом к этим людям, окликнувшим её, и те двое одновременно вскрикнули и отступили на шаг.

— Что, что происходит? Что-то случилось? – нервно спросил один.

«Разве это не вы должны мне что-то сказать?» – подумала Нейа в ответ.

— Ээх, прошло уже много времени. Это вполне обычная реакция... Нет, может быть, это немного более чем обычная реакция? – пробормотала она себе.

Эти два человека также были оруженосцами, и их обучали вместе с Нейей. Тем не менее, она почти ничего о них не знала, так как едва общалась с ними. Но, по крайней мере, она всё ещё помнила их имена и лица.

Если Нейа знала их, то они также должны были знать Нейю. Значит, они должны быть в курсе обычного убийственного взгляда Нейи. И раз, несмотря на это, они так отреагировали, то это показывало, насколько страшным теперь выглядело её лицо.

Кстати говоря, Нейа вспомнила, что их тоже освободили из лагерей.

— Ах, да. Я обычно так не выгляжу... как будто ненавижу весь мир... наверно. Или всё же обычно я так и выгляжу?

Нейа потёрла лицо и подумала, что, возможно, ей вообще не следует снимать визор.

— … Ах, извините. Кажется, что-то случилось? Не могли бы вы рассказать мне об этом?

— Ах, да, принц Каспонд ищет тебя. Пожалуйста, немедленно пройди к нему.

— Принц?

Почему он искал её? У неё было несколько идей, но она не знала, какая из них верная. Поэтому всё, что она могла сделать, это надеяться, чтобы он искал её по хорошей причине.

— Понятно. Пожалуйста, скажите ему, что я сейчас же приду.

Однако они не выглядели так, будто собрались уходить, даже после того, как она дала им ответ. Это озадачило Нейю.

— Что такое? Есть ещё что-нибудь?

— Нет, это немного, ну... Это не из-за твоего лица... но, может быть, это атмосфера вокруг тебя? Кажется, будто воздух вокруг тебя изменился. Я знаю, у меня плохо получается выразить это словами…

— Ну, я была бы рада, если это хорошее изменение... Но мы все меняемся. Мы все через многое прошли.

— Ах, да. Ты права. Всё так, как ты и говоришь, Бараха.

Они оба устало улыбнулись. Она не знала, купились ли они на это. Они сказали: «Мы поговорим ещё как-нибудь в другой раз», а затем ушли.

Нейа сказала своим подчинённым, наблюдавшим всё это время за ней, что собирается на встречу с Каспондом, и затем удалилась.

Каспонд всё ещё оставался в том же здании, что и раньше, только был теперь в другой комнате.

Это было, потому что Ялдабаоф, появившись, выбил огромную дыру в стене предыдущей комнаты.

Никто не остановил Нейю по пути в комнату, даже несмотря на надетый визор, позволяя ей свободно пройти. Также никто не просил оставить лук, что был у неё за спиной. Было неизвестно, потому ли это, что они доверяли ей, или потому что они помнили о том, что это был лук Короля-Заклинателя.

— Ваше Высочество Каспонд, это оруженосец Нейа Бараха.

Каспонд сидел в комнате, и рядом с ним стояли два паладина – Ремедиос и Густав. Нейа сразу встала на одно колено.

— Я рад, что ты пришла. Мы ждали тебя. Ах, всё нормально. Не беспокойся об этом, просто встань.

Нейа встала, как просили, а потом спросила:

— Прошу прощения, что заставила Вас ждать. Могу я узнать Ваши приказания?

— Перед этим сними предмет, закрывающий лицо, оруженосец Нейа Бараха, – сказал деловым тоном Густав.

Здравый смысл подсказывал, что она должна это сделать.

— Да! Прошу меня простить.

После того, как Нейа сняла визор, глаза Густава немного расширились.

— … Ты плохо себя чувствуешь? Хочешь, чтобы священники осмотрели тебя?

— Нет, я не чувствую себя настолько плохо. – Поскольку объяснять было хлопотно, Нейа решила поторопить. – … Итак, могу я спросить, в чем дело?

— Об этом... ну, есть ещё кое-кто, кто должен присоединиться к нам, помимо уже присутствующих. Я собираюсь пригласить его сейчас, так что не будьте слишком шокированы, хорошо?

Нейа видела краем глаза выражение отвращения на лице Ремедиос. Если это могло вызвать отвращение на лице капитана, вероятно, это было связано с Ялдабаофом. А потом вдруг слова «демон-горничная», услышанные на прошлом собрании, пришли ей в голову.

Услышав приказ Каспонда, Густав открыл боковую дверь и переговорил с человеком, что был с той стороны.

А потом перед ними появился гетероморф. Нейа знала, какой это был вид.

Это был зерн.

Хотя этот вид и обладал блестящим панцирем, его внешний вид не был угрожающим. Однако вокруг него был слабый, почти незаметный запах крови.

Нейе стало интересно, что здесь делает такой получеловек? Каспонд, казалось, почувствовал это, и заговорил.

— Это посланник.

«Посланник Ялдабаофа? Здесь?»

Нейа бессознательно позволила своей враждебности проявиться, и зерн задёргался, будто собрался обороняться.

— Держи себя в руках оруженосец Бараха. Кажется, ты слегка ошиблась. Он не посланник Ялдабаофа. Совсем наоборот. Он является посланником тех, кто планирует восстать против Ялдабаофа.

— Э?!

Нейа не могла не воскликнуть от удивления. Каспонд, казалось, ожидал такой реакции и засмеялся.

— Ты выглядишь удивлённой. Ну, этого и стоило ожидать. Определённо, ты не ожидала, что кто-нибудь из полулюдей восстанет против правления Ялдабаофа, не так ли? Однако такие полулюди есть. По словам уважаемого посланника, не все полулюди верны Ялдабаофу всем сердцем. Например, эти зерны. Есть и другие виды, у которых нет выбора, кроме как подчиниться Ялдабаофу, потому что их правящий класс – их королевские семьи – были взяты в заложники. Они хотят спасти этих заложников.

— Точно.

Нейа никогда раньше не слышала этот женский голос, и это её всполошило. Она оглядела интерьер комнаты. Наконец, с мыслью «не может быть», её глаза уставились на зерна. Этот пришедший голос звучал совершенно по-человечески.

«Откуда в этом отвратительном и пугающем теле взялся такой совершенно человеческий голос? Это особая способность зернов, или это какой-то магический трюк?»

— В городе, который вы, люди, называете Калиншой, находящийся в четырёх или пяти днях пути на юго-запад, удерживают кое-кого важного для нас. Мы просим вас спасти его.

Нейа представила в своей голове карту Святого Королевства. Из предыдущих слов, город, о котором говорила зерн, был действительно Калиншей. Конечно, он был чуть более западнее, и, возможно, не совсем в пяти днях пути, но всё остальное было в пределах погрешности.

Однако было одно, чего Нейа не понимала. Зачем они рассказывали об этом ей?

Прежде чем Нейа могла обдумать причины этого, Каспонд сказал нечто шокирующее:

— Вот почему мы решили объединиться с ними, чтобы сразиться с Ялдабаофом, Бараха-сан.

«Э-э-э?» – Нейа было подумала, что ослышалась. – «Как они могут доверять такому виду, как зерны – монстрам, у которых даже нет черт лица, чтобы понять их?»

— Мы были вынуждены покориться власти Ялдабаофа и вторгнуться в эти земли, как часть его армии. Но мы получили новости о том, что наш король, будучи заложником на Абелионских холмах, был убит демонами. Так же, ещё как символ нашего подчинения, в плену держат нашего принца... Теперь, когда предыдущий король убит, он наш новый король. Если вы спасёте его, мы поможем вам.

Убили ли его, потому что им не нужны были два заложника? Или была ещё более дьявольская причина для убийства? Хотя Нейа не могла глубоко разобраться в этом, но важным фактом оставалось то, что их король был убит.

— Короче говоря, мы готовимся отправить нашего нового короля туда, где Ялдабаоф не сможет до него добраться. Поэтому наша элита – королевская гвардия – не сможет вам помочь. Однако те, кто останутся – 3 тысячи наших воинов, что привёл Ялдабаоф – будут сражаться на вашей стороне. Наш вид не вымрет, пока жив король и хотя бы одна женщина, поэтому вы можете использовать этих воинов, как пожелаете. Не будет проблем, даже если вы сами их убьёте.

— Вот так вот. Ты же помнишь условия, которые я изложил, чтобы победить Ялдабаофа? Вместо того, чтобы сокращать число полулюдей, убивая их в бою, мы понесём меньше потерь, если будем убеждать их покинуть его сторону. Кроме того, они предоставили нам важную информацию, и мы её уже проверили.

Каспонд улыбнулся, а затем продолжил.

— Из того, что мы знаем, эта новость не является ловушкой Ялдабаофа. Напротив, это то, что мы можем использовать для борьбы вместе с зернами. Если Ялдабаоф узнает об этом, они будут уничтожены, а их принц – новый король – также будет убит.

Так образом Каспонд ещё и пригрозил зернам на случай предательства.

Для всех, кто имеет высокое положение, вполне естественно так рассуждать. Но факт того, что Каспонд способен так безжалостно угрожать, испугал Нейю.

Однако, как только спокойствие вернулось в сердце Нейи, у неё возник вопрос. А именно: зачем он привел её сюда, чтобы выслушать их планы? Если он хотел, чтобы Нейа приняла участие в спасении, достаточно было отдать ей приказ. Это правда, что Нейа теперь командир подразделения, но в конечном итоге она была просто оруженосцем, которая несколько опытна с луком. Объяснять ей операцию в таких подробностях не было необходимости. И не только это…

«… Не говорите мне, что они всё ещё считают меня оруженосцем Его Величества? Так, будто я уже почти стала гражданином Колдовского Королевства? Вероятно, они считают, что при обычных обстоятельствах Король-Заклинатель также выслушал бы эту информацию. Или, может быть, они хотят, чтобы я объяснила это Королю-Заклинателю, когда мы снова увидим его?»

В итоге, Нейа по-прежнему была оруженосцем Короля-Заклинателя.

Она гордо выпятила грудь, и Каспонд немного удивился внезапному изменению её настроя.

— Теперь, что касается спасения принца зернов. Мы приняли решение, что спасти его во время хаоса нападения на Калиншу будет очень трудно.

— Действительно, – продолжала зерн, следуя за словами Каспонда. — Позвольте мне сказать вам, где принц находится. Вице-капитан, надеюсь, Вы поможете мне прояснить детали.

Зерн начала объяснение с поддержкой Густава.

Прежде всего, великий город Калинша находится на вершине холма. Он находился под непосредственным управлением королевской семьи и был защищён толстыми стенами. На западе, недалеко от самой высокой точки, находится замок Калиншы.

Он был предназначен для удержания в страхе полулюдей, которые смогут преодолеть стену на границе страны, и в то же время, он был рядом с крупным торговым путём, ведущим на Юг. Поэтому он был более защищённым, чем любой другой город в Святом Королевстве.

Кроме того, хотя это и редко происходило, замок Калинши был очень защищён, чтобы выдерживать любые осады.

Заключённый в тюрьму принц зернов находится в одной из башен замка. Так как эта башня находилась в самой глубине замка, и предназначалась как последняя линия обороны, можно было сказать, что это самое трудное для проникновения место в Калинше.

У башни не было даже окон в целях защиты от атак с воздуха. Поэтому никто не смог бы попасть в неё спустившись с неба.

Эта башня сейчас была заселена мощными стражниками из расы вах-ун, похожей на огров, и способных использовать магию водной стихии. Зернам было запрещено приближаться к башне, иначе с их принцем могли что-то сделать.

Однако, если их предательство не будет раскрыто, и если охранники заметят людей – которые, как будут думать, не связаны с зернами – они не навредят принцу. На самом деле, они даже будут защищать принца. В этом и заключалась помощь людей.

— Но как только начнутся настоящие боевые действия, а принц всё ещё будет заключён в тюрьму, у нас не останется выбора, кроме как убивать вас, людей. Поскольку все наши товарищи, кто присутствует в этой стране…

Слова зерна начали терять согласованность, но все поняли смысл.

К тому времени уже будет слишком поздно.

Спасение принца имело свою ценность, потому что зерны могут перестать быть врагами людей. Если же зерны будут уничтожены, тогда не останется необходимости спасать их принца.

— Будет слишком поздно посылать спецотряды, как только начнётся бой, – продолжил уже Каспонд. — Поэтому самый безопасный и эффективный способ спасти принца – послать группу элитных скрытных воинов. Оруженосец Нейа Бараха, я хочу, чтобы ты командовала этой операцией.

— Я не могу. Это невозможно для меня.

Нейа немедленно ответила Каспонду.

Обычно отказ от приказа принца, который был верховным главнокомандующим, был бы за рамками дозволенного, как с точки зрения военной дисциплины, так и социальных норм поведения. Но, в тоже время, приказ был донельзя смешным. Это было просто уже слишком, независимо от того, как на это смотреть.

— Я знал, что ты это скажешь. Тем не менее, Бараха-сан, это дело также принесёт и тебе большую пользу. – Каспонд сузил глаза. — Они предоставят нам знания о Холмах и найдут надёжных проводников.

Нейа сглотнула.

Она прикусила губу, отчаянно пытаясь скрыть свои эмоции

— … Насколько мы можем доверять этим словам?

— Как только вы спасёте принца, зерны ответят восстанием изнутри, и в этот момент Калиншу будет взять намного проще. Это, разумеется, намного лучше, чем обычный штурм, и мы сможем взять больше полулюдей в плен. Зерны также говорят, что они разузнают, какие заключенные имеют ту необходимую тебе информацию.

— Я не слишком уверена в деталях, – добавила зерн, обращаясь к Нейе. — Кажется, Вы хотите отправиться на Абелионские холмы. Если Вы спасёте нашего принца невредимым, весь наш вид будет Вам обязан. Кто же откажется поделиться знаниями с благодетелем? Кроме того, эти знания не являются чем-то особенным.

Её аргумент был совершенно неопровержим.

«Отказ от этого предложения будет означать предательство Его Величества. Я хочу быть полезной Его Величеству. Если я позволю этому шансу ускользнуть из моих рук только потому, что я боюсь…»

Если спокойно всё рассмотреть, то для неё это лучшая возможность. Однако она не собиралась просто идти на смерть.

— Кто ещё пойдет на миссию по спасению принца?

Нейа посмотрела на Ремедиос, которая стояла всё это время молчала.

— Я не собираюсь. У меня нет навыков скрытности или проникновения.

«Если ты так говоришь, то, что же насчет меня?» – Подумала Нейа, а затем молча посмотрела на Каспонда.

— … Я несколько раз просил её пойти с тобой, но она продолжала отказываться. Поэтому тебя будет сопровождать тот пленник... то есть союзник.

— Хм. Слово "пленник" вполне подойдёт, – резко выдала Ремедиос, и Густав попытался её успокоить.

— … Капитан.

— Это не важно. Вице-капитан Монтанис, Вы можете привести её?

Сказав «да» Каспонду, Монтанис вышел из комнаты.

В то же время посланник зернов также вышла из комнаты. Похоже, она не хотела, чтобы невовлечённые в план люди узнали её истинную личность.

Густав вскоре вернулся, но не один. С ним была девушка, завёрнутая в плотный слой цепей; девушка, которую Нейа никогда раньше не видела. Она выглядела довольно миниатюрной и нежной. Учитывая её внешность, она казалась моложе самой Нейи.

Она носила шарф со смешанным тёмно-зелёным и жёлтым, как песок, сложным узором, а также странный наряд горничной.

Её черты лица были восхитительны, и даже повязка, которая закрывала у неё один глаз, не уменьшала её красоту.

Нейа вдруг вспомнила, что говорила Эвилай. Когда она стала уверена, кто это, то решила спросить на всякий случай.

— Ваше Высочество, кто это?

— … Ты ещё не догадалась? Она одна из демонов-горничных, которые появились в этом городе.

Нейа застыла. Она догадалась, но всё-таки её это поразило. У этого существа был уровень сложности 150. Другими словами, она было монстром среди монстров. Существо, которое человечество не могло преодолеть, стояло перед её глазами.

Однако Нейа также почувствовала что-то ещё, что её напугало. Это был тот факт, что она всё ещё чувствовала такую сильную ненависть рядом с непобедимым монстром, что был перед ней.

Но Нейа как-то смогла удержать такие эмоции, столкнувшись с существом, которое так сильно превзошло её. Это из-за её преданности Королю-Заклинателю, или потому что демон-горничная не излучал ауру страха?

Независимо от того, из-за чего это было... Нейа погрузила свою ненависть к демону-горничной в глубины своего сердца и не позволила этому проявиться.

Если бы она была неосторожна, то начала бы оскорблять её как одну из причин, почему выдающийся Король-Заклинатель был побеждён Ялдабаофом.

Однако, в то время как Ремедиос держала свою руку на рукояти святого меча, Каспонд и Густав, похоже, не предпринимали со своей стороны какие-либо действия. Поэтому Нейа могла прийти к выводу, что горничная не представляла непосредственной опасности. В противном случае они никогда бы не позволили ей остаться в той же комнате, что и принц.

— … Убийца-девушка. Не бойся. Сейчас я не на стороне Ялдабаофа. Я присягнула на верность Айнзу-сама. Я не собираюсь нападать.

— Я тебе не верю.

"Айнз-сама". Эти слова заполнили сердце Нейи таким негативом, как будто она пыталась опровергнуть тот факт, что они были сказаны этим существом. Тем не менее, это было то, что сказала эта демон-горничная безэмоциональным тоном.

— … Тебе и не нужно мне верить. Это просто правда.

— Бараха-сан. Кажется, что Его Величество каким-то образом сумел перехватить контроль Ялдабаофа над ней во время битвы.

Глаза Нейи стали размером с блюдца.

Неужели он действительно сумел выполнить такую неосуществимую цель, как взять её под контроль, сражаясь одновременно с несколькими противниками – Ялдабаофом и демонами-горничными?

Нейа мало знала о магии, и она не знала, насколько это было трудно. Если бы нужен был пример, это было бы похоже на попытку вырвать снаряжение у очень сильного противника прямо посреди боя. Если это так, то, должно быть, это был невероятно сложный манёвр, который мог совершить только Король-Заклинатель.

Нейа всё больше и больше уважала Короля-Заклинателя.

Однако теперь у неё было два вопроса.

Она хотела верить, что Король-Заклинатель действительно сделал это. Тогда всё было бы хорошо, и она могла бы принять этот факт. Но действительно ли она сейчас под контролем Короля-Заклинателя? Это был первый вопрос. Что если она на самом деле действует по приказу Ялдабаофа, лишь притворяясь, что находится под контролем Короля-Заклинателя?

И тогда второй вопрос был…

— Допустим, я поверю, что ты предана Королю-Заклинателю. Но почему ты здесь? Это из-за этих цепей?

— … Это совсем не так.

Демон-горничная приложила силу, совсем немного двинув руками, и толстые цепи, связывающие её, издали неприятный скрипучий звук.

— Прекрати это!

Ремедиос закричала с такой убийственной волной, что наступила тишина.

— … Даже я легко могу сломать эти обычные непримечательные цепи.

— Тогда почему? Почему ты не покинула то место боя, и не отправилась с Его Величеством?

Нейа спросила это, потому что надеялась, что из-за магической связи этот демон будет стараться держаться ближе к Королю-Заклинателю. Демон-горничная ровно ответила:

— … Потому что это приказ. Последний приказ, который я получила от него – помочь вам. Поэтому, я сделаю всё возможное, пока это не будет значить мою смерть.

— Э?!

Нейа была ошеломлена.

«… Король-Заклинатель приехал в эту страну, чтобы захватить контроль над демонами-горничными. Он пришёл, чтобы получить демонов-горничных – огромную боевую силу, которая могла бы сделать Колдовское Королевство ещё сильнее. В таком случае, его первым приказом демону-горничной должно было быть возвращение в Колдовское Королевство. Но вместо этого, Его Величество...»

«Какой же доброй личностью он был... Есть ли вообще король, который мог бы так же посочувствовать народу другой страны? Нет, такого просто не может быть, только Король-Заклинатель – исключение. Его Величество действительно справедлив! Как удивительно! Я была права всё это время!»

Нейа заставила себя перестать лить горячие слезы, и решила кое-что уточнить.

— В таком случае, что означает «пока это не будет значить мою смерть»?

— … Если вы попросите меня сразиться с Ялдабаофом, то я откажусь. Будет очень трудно сбежать, если я столкнусь с ним.

— Ясно.

Нейа всё поняла. Каспонд уже проверил информацию обо всём, что она рассказала, значит, всё было правдой. Поэтому её и позвали сюда.

— Так значит, этот демон пойдет со мной?

— Именно так. Сперва я думал отправить её в Колдовское Королевство в качестве посланника, но по сравнению с этим... Ну, как только это закончится, и мы получим от зернов информацию, то я планирую, чтобы она присоединилась к поисковой группе, которую мы отправим. Всё потому что это слишком опасно... Те люди, которых ты отобрала ещё ничего не нашли, поэтому мы можем быть уверены, что Король-Заклинатель приземлился в районе Холмов.

Она не понимала, почему инструкции Каспонда были настолько расплывчатыми.

Она посмотрела на лицо демона-горничной и увидела, что оно не изменилось. Она не выглядела взволнованной.

Конечно, эта демон-горничная может не знать, что случилось с Королём-Заклинателем, и она, вероятно, не могла себе даже представить, что он был в опасной ситуации. Тем не менее, её безэмоциональное лицо разочаровывало Нейю.

Самое главное, могла ли она позволить этому демону использовать такое фамильярное обращение, как "Айнз-сама"?

Нет! Конечно, нет! Нейа буквально испускала дым. Даже она не обращалась к нему так, как близкое окружение.

— ... Бараха?

— Ах, да!

Лицо Нейи стало слегка красным. Она, по-видимому, забылась из-за своей неприязни к демону-горничной.

— Что случилось? Тебя что-то беспокоит?

— Ах, нет! Всего три дня прошло с тех пор как мы начали поиски, так что, я думаю, не стоит делать поспешных выводов о том, где Его Величество мог упасть…

— Понимаю. В этом есть смысл. Однако, разве не лучше быть готовым ко всему?

— Верно.

— Ну что же. В таком случае, демон-горничная. Мы с тобой это уже обсуждаем в третий раз. Сначала в день, когда мы тебя нашли, потом вчера, и сейчас.

Демон-горничная молча стояла и смотрела на Каспонда.

— Если бы я попросил тебя отправиться в какой-нибудь крупный город, чтобы спасти кого-то, заключенного там, ты бы помогла нам?

— … Ответ тот же что и вчера. Да.

— Аах, хорошо, я понял. Тогда, прошу прощения за это, но не могла бы ты вернуться в свою комнату? Вице-капитан Монтанис, сопроводите её.

Густав вывел демона-горничную, и как только вернулся, они продолжили разговор.

— Бараха-сан. Хотя я не знаю должен ли рассказывать тебе всё это, но обладание этой информацией может означать разницу между успехом и неудачей при проникновении в Калиншу. Поэтому нужно обсудить несколько вещей. Первая касается Ялдабаофа.

Каспонд рассказал ей то, что он узнал от демона-горничной.

Складывалось впечатление, будто она знает о Ялдабаофе совсем не много, практически ничего. Она даже не знала, какие у него способности или слабости. Вдобавок, она не знала, что Ялдабаоф делает в данный момент, и какие у него цели.

Однако она сказала, что ему понадобится очень много времени, чтобы оправиться после получения серьезных ранений. Это было похоже на то, насколько больше времени потребуется для пополнения крупного сосуда, по сравнению с совсем небольшим.

И после того как Нейа узнала о Ялдабаофе, полулюдях и остальных демонах, она задала Каспонду вопрос, ответ на который хотела знать больше всего.

— Насколько сильно мы можем ей доверять?

— Мы не можем. Нам следует убить её для надёжности.

Данный ответ был получен от Ремедиос.

Нейа подавляла желание спросить, сможет ли та одолеть демона-горничную с уровнем сложности 150. Каспонд ей ответил:

— Ей достаточно сложно доверять. Это может быть одной из схем Ялдабаофа. Она может быть шпионом, отправленным на случай, если появится кто-то, кто сможет выстоять против Ялдабаофа... кто-то вроде Момона.

Вот почему они попросили посланника зернов уйти, прежде чем привести в дом демона-горничную, и говорили перед ней двусмысленно.

— Я же говорила, да? Лучше убить её. Таким образом, одной проблемой будет меньше.

— Я понял Вас, капитан Кастодио. Это тоже вариант. Однако, вероятно, что демон-горничная находится под контролем Короля-Заклинателя. Это потому, что она не изливала без остановок ложную информацию о Ялдабаофе, а ответила, что ничего не знает. Однако, почему она вообще не спрашивает о Короле-Заклинателе?.. Хмм... Тем не менее, Вы согласились передать ему права на демонов-горничных, не так ли? Поскольку Вы сделаете это, то если они однажды узнают, что мы убили её, будут считать нашу страну неспособной держать обещания. Как только это произойдет, возможно, никто больше не захочет нам помогать, что бы ни случилось с нашей страной.

— Его же убил Ялдабаоф!

Слова Ремедиос заставили Нейю потупить взгляд, изо всех сил пытаясь подавить гнев. Благодаря Ремедиос она поняла, что у неё всё лучше и лучше получалось управлять своими эмоциями.

— Мы не можем быть уверены в этом. Вот почему я думаю, что нам нужно проверить её, использовав во время спасения принца. Если она предаст нас и сдаст сведения нашим врагам, тогда уничтожены будут только зерны, что уменьшит численность полулюдей. Также мы сможем искоренить крысу среди нас. В этом варианте аж два плюса. А в случае успеха, мы, разумеется, просто порадуемся.

«Пожалуйста, не забывайте о жизни человека, который будет проводить проникновение», – проворчала Нейа в своём сердце.

— Вы спрашивали у демона-горничной о её слабостях? Если она предаст нас в пути, не лучше ли знать способ справиться с ней?

— Мы ещё не спрашивали её об этом.

Каспонд горько улыбнулся. Нейа сделала то же самое.

Даже если бы демон-горничная сказала им, не было способа определить, говорила ли она правду. Они не могли определить правду, просто посмотрев на неё, и очевидно, не могли проверить это.

— Ну, не мы те, кто её контролирует. В конечном счете, она помогает нам, потому что Король-Заклинатель приказал ей, – продолжил Густав

По правде говоря, Каспонд и Нейа уже поняли это. Вероятно, был только один человек, который не понимал ситуацию. Нейа взглянула на Ремедиос.

— Таким образом, лазутчиками будут я и демон-горничная. Кто-нибудь ещё был выбран?

— По этому вопросу. Если тебе больше некого рекомендовать, тогда отправитесь только вы двое.

На мгновение Нейа неверяще посмотрела на Каспонда, подумав, что он шутит. Но его лицо было серьезным.

— Позволь мне добавить кое-что в дополнение слов Его Высочества. Очевидно, что проникновение лучше получится с малым количеством людей.

Хотя объяснение Густава было достаточно убедительным, Нейа знала, что это была не единственная причина.

Это было из-за ситуации Нейи Барахи.

Всем было бы хорошо, если бы эта спасательная операция прошла успешно. Но если она провалится, то всё, что они потеряют – это мешающийся оруженосец, слишком сблизившийся с Королём-Заклинателем, и одна из его слуг. К тому же, они не многое потеряют, если демон-горничная предаст их. Тактически это было идеально.

В таком случае… было ли ложью, когда они сказали, что перед этим попросили Ремедиос пойти с ними? Возможно, они просто пытались свести свои потери к минимуму.

Нейа выдохнула. Похоже, всё так, и другого ответа не было. Но это был хороший шанс показать свою преданность Королю-Заклинателю.

— Я понимаю. Значит я и она... – Нейа подумала, что демон-горничная, вероятно, женщина. – … Я отправлюсь вместе с демоном-горничной.

— Вот и хорошо. Тогда мы будем рассчитывать на тебя.

— Да!

— Вице-капитан Монтанис нарисует приблизительный план города. Подготовься перед отъездом. Кроме того, если там будут присутствовать демоны, приближенные к Ялдабаофу, следует избегать боя.

По словам демона-горничной и информации, полученной от зернов, Ялдабаофу служат три Великих Демона. Эти трое демонов были:

Правитель Абелионских холмов, где жили полулюди.

Командующий вторжением в Южное Святое Королевство.

Отвечающий за три крупных города, который телепортируется между Калиншей, Римуном и Прартом.

Поэтому, если ей не повезёт, то там будет присутствовать Великий Демон, отвечающий за города.

У Великого Демона, ответственного за города, по-видимому, нет головы, и его тело, как увядшее дерево. Он два метра в высоту и не имеет ни крыльев, ни хвоста. У него руки с длинными когтями, а его тонкое тело обладает невообразимой силой. Кроме того, не смотря на недостаток головы, он может ощущать своё окружение и даже читать.

Как демон, он имел действительно дьявольскую физиологию.

Кстати, столица Хобанс, по-видимому, находилась под прямым командованием Ялдабаофа, а не его приспешников.

— Могу ли я узнать, кто сильнее: тот демон или горничная?

— По словам демона-горничной, она сама не знает.

Нейа хотела хотя бы раз увидеть боевые способности демона-горничной. В частности, она хотела знать, какое оружие та предпочитала и какие у неё специальные способности. Если она не будет этого знать, то из-за этого, они могут потерпеть неожиданное поражение.

— Три Великих Демона выступают в роли, как генералов, так и лордов. Вероятно, Ялдабаоф решил, что полулюди не подходят для умственного труда, и, похоже, создал диктаторскую структуру власти. Поэтому Великие Демоны управляют большей частью администрации, при этом, не назначив никаких преемников или заместителей. Если победить их, то Альянсу Полулюдей будет нанесён разрушительный удар.

— Это подходит под условия победы, изложенные Вами, Ваше Высочество.

— Ах. Тем не менее, Ялдабаоф вероятно лично выступит, как только оправиться от ран... Но прямо сейчас, я не думаю, что он решится появиться. Однако, если пошатнуть его опору, победа станет на шаг ближе, даже не отрубая головы. Но, всё же, твоя главная цель – это спасение заложника, так что, если сможешь, избегай сражений.

— Я поняла.

— В таком случае... Когда ты начнёшь спасательную миссию?

— Я собиралась отправиться как можно скорее. И всё же, до этого я хотела бы поговорить с демоном-горничной.

— Ясно. Тогда, как насчёт отправиться через два дня?

Нейа ответила утвердительно и получила разрешение встретиться с демоном-горничной. После этого она покинула комнату.

Несмотря на то, что на неё взвалили тяжёлое бремя, её шаг был энергичным, а лицо полно решимости. Пламя безумия, которое появилось из-за потери её цели, теперь получило новое направление, и стало ослепительным светом, что освещал её путь.

Всё ещё было что-то, что она могла сделать. И этот путь вёл её к Его Величеству. Если так подумать, то даже путешествие в компании опасного демона не было преградой.

***

Демон-горничная жила в доме среднего размера с садом на заднем дворе. Некогда он принадлежал зажиточному горожанину. Во время захвата города часть прекрасных украшений на доме была разрушена, а статуи, которые должно быть стояли здесь, были разбиты. Тем не менее, сам дом не был повреждён, и казалось, что холодный воздух не просачивается внутрь.

Тем не менее, даже дешёвый и сырой дом мог похвастаться этим. Все окна и щели, были забиты так, будто кто-то старался не пропускать воздух внутрь… или наружу. Это попахивает паранойей.

В целом, это была словно клетка или какое-то подобное запечатанное пространство. Это было место для того, кто условно был слугой нежити или демона, но при этом и местом для того, кто служит герою, пришедшему спасти Святое Королевство.

Нейа хотела спросить демона-горничную, что та думает о том, что её заковали в цепи? Но Король-Заклинатель ещё не представил её официально, как свою подчинённую, так что, они не могли обращаться к ней вежливо.

Стена вокруг дома была поспешно отремонтирована, но ворот не было. Их забрали, потому что не хватило стали? На месте ворот был поспешно построенный сторожевой пост, похожий на временную хижину.

Человек, стоявший там, был на вид мощным паладином, одетый в полный доспех. Он был назначен командиром этого места. Нейа передала свиток, который Каспонд приготовил для него.

Паладин быстро просмотрел его, затем вернул свиток ей и передал зажжённую свечу.

Был день, но заколоченные окна не пропускали свет. Паладин сказал, что, так как демону-горничной не требовался свет, интерьер был тёмным.

Нейа прошла во двор и оглядела заброшенный сад, после чего направиться к дому. Идя по разрушенной кирпичной дорожке к главной двери, она глубоко вздохнула.

Подойдя к дому, она постучала дверным кольцом, но ответа не последовало. Нейа колебалась, затем попробовала повернуть дверную ручку. Не заперто. Она распахнула дверь и заглянула внутрь. Темно. Изнутри ни звука, и тихо, как в мавзолее.

Немного подумав, она вошла. Здесь внутри не было ни света, ни слуг. В этом доме никого не было, кроме Нейи и демона 150-го уровня сложности.

Пот тёк ручьем по её спине. Свеча, которую она держала, неуверенно покачивалась. Всё, что было за пределами освещения свечи, казалось, втянуто во тьму.

— Я Нейа Бараха! Я здесь для встречи! Где ты?!

Нейа крикнула во тьму, но тьма не отозвалась.

«Она спит?»

Нейа снова крикнула, ещё громче, но ответа всё также не было.

Она прищурилась и шагнула вперед.

Это было двухэтажное здание. Оно имело много комнат, и проверить их все заняло бы много времени. Тем не менее, даже не делая этого, Нейа могла ориентироваться на свой острый слух.

Она решила начать с первого этажа.

Когда Нейа собралась с духом и шагнула вперед…

— Увах.

Кто-то крикнул ей сбоку, и на свету появилось лицо.

— Айй!

Плечи Нейи дернулись, и она неосознанно отступила от появившегося на свету лица, ударившись спиной об стену.

Она не могла пропустить это лицо. Та появилась рядом с ней, как будто прошла сквозь стены.

Сквозь слезливые глаза Нейа увидела демона-горничную. Та смотрела на паникующую Нейю с пустым выражением на лице.

— Чёртов демон… – Проворчала Нейа.

Была ли Диадема Железной Воли такой бесполезной, что допустила такое потрясение? Её сердце колотилось, как барабан, и могло в любой момент лопнуть. Если это была цель демона…

«Нет, этого не может быть…»

— Зачем ты пришла сюда?

— Я пришла, чтобы спросить кое-что. Через два дня я хочу, чтобы мы вдвоём... – вероятно, было бы слишком опасно подробно объяснять ей эту операцию, поскольку Нейа не знала, как сильно она может доверять ей, — … пошли на кое-какую миссию.

— Поняла.

— Поэтому я думаю, было бы хорошо, если бы мы могли поделиться тем, что знаем, и обсудить, что можем сделать…

— Обмен информацией важен. Ясно.

Будет ли она действительно делиться информацией или нет, это будет зависеть от предстоящего обсуждения.

— Хорошо, тогда иди сюда.

Демон-горничная передвигалась быстрыми шагами, как будто её не волновало отсутствие света. Видимо, паладин, с которым Нейа встретилась у входа, говорил правду.

Следуя за ней, Нейа изучила спину демона-горничной.

Она была красивой девушкой, чьи тоненькие конечности и прелестное лицо вызывали бы в мужчинах желание защитить её.

Тем не менее, для Нейи всё это было похоже на шараду, поскольку она знала правду о ней.

Цепи, которыми она была украшена в комнате Каспонда, исчезли. Хотя, эти цепи изначально были бессмысленными. Этот демон был просто создан в облике человеческой девушки. Её истинная личность была монстром, который мог превзойти драконов.

Поскольку Нейа считала, что даже небольшой толчок может убить её, у неё начал болеть желудок.

— Я очень хрупка, поэтому, пожалуйста, будь нежна со мной.

Когда демон-горничная услышала, как Нейа неосознанно пробормотала эти слова, то остановилась на месте, затем обернулась и сказала «Поняла». Даже глаза Нейи не могли уловить никаких изменений на её лице. Незнание, о чём она могла думать, создавало из этого небольшую проблему.

В итоге, они прибыли в приёмную.

Из освещения была только одна свеча.

— Садись. – Демон-горничная указала на стул. Нейа села. — Напитки?

Внезапно она достала из воздуха бутылку с коричневой жидкостью, так же, как Король-Заклинатель доставал вещи.

Пока Нейа смотрела с удивлением, та открыла крышку и вставила соломинку, сделанную из странного материала, который был одновременно и мягким, и прочным.

Нейа надеялась, что мутная жидкость не яд. Было бы очень неприятно, если бы демон-горничная случайно забыла, что это вредно для людей.

Однако, если она действительно была подчинена магией Короля-Заклинателя, тогда Нейа не смогла бы отказаться. Она ободрила себя и сделала глоток.

Жидкость не была такой горькой, как она ожидала, и не острой, словно горка иголок…

«Оно сладкое?! Что это!»

Нейа делала глотки один за другим. Хотя оно было вязким и требовалось некоторое усилие, чтобы всасывать, было прохладно, освежающе и вкусно.

— … Шоколад. Калории немного высоки… около двух тысяч. Но не беспокойся. По словам одного великого человека: хорошая еда без набора веса – это давняя мечта женщин.

Изменение тона заставило Нейю посмотреть на её лицо, но оно всё ещё не выражало эмоций.

Слова "великий человек" заставили её подумать о Короле-Заклинателе, но у Нейи было ощущение, что она говорила о ком-то другом.

— … Хочешь ещё?

— А можно?

Демон–горничная, вероятно, знала, что было бы стыдом осушить бутылку залпом, и вытащила ещё одну.

Нейа тоже была девушкой (хотя Орки задавались вопросом, точно ли она женского пола) и ей было трудно найти что-то, что сделало бы её толстой. Этот напиток был в маленьком контейнере, а значит его не так много. Приём пищи в большем количестве приводит к полноте, и поэтому ей просто нужно поменьше съесть в обед, чтобы всё уравновесить.

«Не имею понятия, каковы эти калории или что эти две тысячи делают, но она сказала, что это лишь немного выше обычного, так что всё должно быть хорошо».

Это была сладость, совершенно отличная от сладости фруктов или мёда. На этот раз она насладится вкусом, прежде чем полностью выпить.

Нейа сделала глоток…

— Ах! Нет, это не то, зачем я пришла. Я пришла поговорить.

— Мм…

Демон-горничная посасывала соломку и пила так же, как Нейа, а её глаза будто давали сигнал Нейе продолжать.

— Э-э… ну, во-первых, если у тебя есть имя, можешь сказать его мне? Я Нейа Бараха. Но ты можешь меня звать, как хочешь.

По словам Синей Розы, каждая отдельная демон-горничная полностью отличалась от других по внешнему виду и снаряжению. На самом деле, демоны-горничные, которых Нейа видела за Ялдабаофом в комнате Каспонда, полностью отличались от этой. Возможно, были разные имена для разных видов демонов-горничных, как, например, гоблины и хобгоблины.

Хотя, возможно, не обязательно знать её имя или название расы, но если она действительно теперь слуга Короля-Заклинателя, тогда как оруженосец, Нейа должна обращаться к ней вежливо.

— …Фу-а-а. Просто Сизу. Я буду звать тебя Нейа.

— Сизу, да?

Нейа думала, что та будут звать её просто "человек", поэтому была удивлена.

«Является ли "Сизу" именем демона-горничной? Или "Сизу" это название её расы? Хорошо, для меня оба варианта подойдут».

— Это твоё личное имя?

— Личное имя? Это хороший вопрос. Да. Личное имя.

— Ой, прости меня. Я не очень хорошо понимаю демонов…

— … Мм. Демоны…ха. Это… мм…

Сизу что-то бормотала. Нейа всё слышала, но решила не обращать на это внимание, так как та разговаривала сама с собой.

— Ну, тогда Сизу, что ты умеешь делать? Демонов-горничных было несколько. Почему же Король-Заклинатель выбрал именно тебя?

— … Я хорошо разбираюсь в атаках дальнего боя. Также потому, что я была MVP – лучшая.

— Лучшая? А-а, и всё? То есть во время битвы ты была самым проблемным противником?

Сизу усмехнулась. Тем не менее, выражение на её лице, казалось, не изменилось. Однако у Нейи были зоркие глаза, и она заметила это, внимательно наблюдая за ней.

В её выражении появились очень небольшие изменения – будто она гордилась собой. В то же время Нейа расслабилась.

— Я тоже могу использовать оружие дальнего боя. Но при этом я не очень хороша на коротких дистанциях... У нас нет никого для ближнего боя.

Сизу потягивала свой напиток в тишине.

— Есть идеи?

— … Что мы будем делать?

— Проникнем в город и спасём важную персону.

Ей ещё нельзя озвучивать слово "зерн".

— … В таком случае нам нужно передвигаться незаметно. Человек ближнего боя, звенящий своей бронёй, будет только мешать.

— Да, тут ты права.

— … Ты можешь передвигаться бесшумно, Нейа?

— Я провела несколько тренировок, так что сейчас, вероятно, стала в этом лучше, чем раньше. И, тем не менее, я не совсем уверена в себе.

— … Ты можешь использовать заклинание типа [Невидимости] или магические предметы с таким эффектом?

Нейа отрицательно покачала головой.

— … Понятно. Тогда работай усерднее.

— Да, я буду. Тогда…

Может ли она доверять ей?.. Может ли верить, что та под контролем Короля-Заклинателя?

Если Сизу до сих пор была приспешником Ялдабаофа и лишь притворялась слугой Короля-Заклинателя для того, чтобы шпионить, то рассказывать о нём что-либо было очень плохой идеей. Однако, было очень похоже на то, что Король-Заклинатель сумел перехватить у Ялдабаофа магическую связь с ней. В этом случае не доверять ей в достаточной степени было сравнимо с потерей сильнейшего козыря.

Итак, нервно и неторопливо, Нейа заговорила.

— Здесь, э-э, я выполняю обязанности оруженосца Короля-Заклинателя.

Сизу даже не шелохнулась.

— … Я знаю. Он сказал, что у неё злые глаза. И что он одолжил ей лук, который был создан при помощи рун. Покажи мне.

В углу сознания Нейи разразились тревожные сигналы. Ялдабаоф тоже очень интересовался этим. Тем не менее, если Сизу действительно находится в подчинении у Короля-Заклинателя, то она не может отказать.

Нейа протянула свой лук и Сизу взяла его. Однако она лишь окинула его беглым взглядом, прежде чем вернуть в руки Нейи.

— Он очень хорош. Ты должна позволить многим людям его увидеть.

Она так спокойно высказала свои мысли, будто просто откуда-то их прочитала. Впрочем, ей, скорее всего это показалось, потому что Сизу смотрела на лук без особого интереса. Всё-таки, она говорит в такой манере с того самого момента как они встретились.

— Спасибо тебе. Ах, да. Про то, что произойдёт после миссии.

Сизу подняла руку, чтобы прервать Нейю.

— Ты должна позволить многим людям его увидеть.

Чего это она так на этом зациклилась? Сизу, вероятно, заметила недоумение на лице Неии и продолжила:

— Он одолжил тебе великолепное рунное оружие. Ты должна распространить слова о величии Айнза-сама.

Слово "Айнз" вызывало у Нейи нервный тик. Наивысшим приоритетом было прояснить этот момент:

— Его Величество.

Нейа почувствовала, что Сизу не поняла, и добавила:

— Говори "Его Величество". Называть его "Айнз-сама" чересчур фамильярно, ты так не думаешь?

В этот раз небольшой тик появился уже на лице Сизу. Нет, на первый взгляд выражение её лица было всё тем же, но Нейа была уверена, что оно немного изменилось.

— Это не фамильярность.

— Нет, это именно фамильярность. Обычно ты должна обращаться к нему не по имени, а по титулу. Ты только что стала его слугой и ещё не была ему полезна... Чего ты так смотришь?

— Ничего. Как бы то ни было, я хочу называть его Айнз-сама, а не Его Величество.

Что это было за выражение, которое мельком отобразилось на её пустом лице? Это взгляд полный жалости или торжество победы? Даже Нейа не понимала, но это сводило её с ума. Этот толстокожий новичок появился из ниоткуда, и тот факт, что она пыталась подлизаться к существу, которого Нейа так почитала, очень расстраивал её.

Нейа решила больше не притворяться. Хотя она и хотела выступать в роли оруженосца и вести себя вежливо, как человек из Святого Королевства, но сейчас решила отказаться от этого. Не важно, имела ли она дело с монстром, уровня которого не достигнуть ни в прошлом, ни в настоящем, она должна была ясно дать понять одну вещь.

— Кто-то вроде тебя…

— Мне разрешил так говорить сам Айнз Оул Гоун-сама. «Обращайся ко мне Айнз-сама», вот что он сказал.

— Э?

— Поэтому я называю его Айнз-сама. Я. называю. Его. Так.

Невысказанное "ты не можешь" осталось в стороне. Тело Нейи задрожало.

Она была демоном, который имеет незримую магическую связь с Королём-Заклинателем. Может, это естественно, что она ведёт себя так.

— Нет, этого не может быть. Ты, должно быть, врёшь! Ты, как демон, лжёшь. Как он мог говорить столь подробно в той обстановке?

Сизу покачала головой, как бы говоря: «ну что с тобой поделаешь».

— Тебе это неприятно, но это правда. Ну, я знаю, ты должно быть потрясена. Я очень хорошо понимаю это. Тем не менее, таково твоё положение. Однако, если ты служишь Айнзу-сама, то когда-нибудь ты тоже сможешь назвать его Айнз-сама. Посвяти себя этому.

— … Сизу.

— … Нейа. Долг старшего – это наставлять тех, кто приходит после него.

Хотя это был хороший довод, но разве Сизу не появилась позже неё? Тем не менее, тот факт, что она могла называть его "Айнз-сама", заставил Нейю почувствовать, что, возможно, Сизу, в конце концов, была старшей в иерархии. Это было немного трудно принять, но…

— Я хочу поблагодарить тебя.

— … Это не стоит упоминания. Нужно проявлять доброту к тем, кто осознаёт величие Айнза-сама.

Глаза Нейи расширились от удивления. Сизу предстала перед ним лишь на короткое время, но уже испытывала такое уважение? Нет, это просто доказывало, насколько великим был Король-Заклинатель.

— Да, всё верно. Я очень хорошо знаю, насколько велик Его Величество.

После ответа Нейи они обе пристально посмотрели друг на друга.

Сизу первая ловко протянула правую руку. Нейа ответила мгновенно и без колебаний.

Хотя Нейа была слегка обеспокоена тем фактом, что Сизу не сняла перчатку, они пожали друг другу руки.

«Учитывая, насколько она почитает Короля-Заклинателя, кажется, она действительно находится под властью Его Величества. В противном случае она бы не называла его "Айнз-сама". С другой стороны, если бы она обращалась к нему "Его Величество", как и я, то не показалась бы такой странной».

Была ли Нейа наивна? Однако сейчас она была очень уверена в своей вере. Она понимала, что преданность Сизу была подлинной. Подобно тому, как зубцы двух зубчатых колес соединились вместе, они могли понять друг друга, потому что они были единомышленниками одного и того же божества.

— … Кстати говоря, с тобой легко ладить. Как у человека, у тебя светлое будущее, Нейа

— У меня очень смешанные чувства о том, чтобы ладить с демоном. Мы ладим так, потому что ты говоришь правду о том, насколько велик Его Величество.

— Хм, хм. – Сизу кивнула. — … Чтобы не произошло, я верну тебя обратно в эту страну. Ты будешь в безопасности. Я обещаю.

— Спасибо.

Благодарность Нейи была честной и искренней. У Сизу 150-ый уровень сложности. Она была на том уровне, что даже Синей Розе будет трудно её победить. Вполне естественно быть благодарным за защиту такого демона. И это вдвойне верно, если она слуга Короля-Заклинателя. Хотя, было ещё одно, что Нейа должна была уточнить у неё.

— … Можешь ли ты поклясться в этом, именем Короля-Заклинателя?

Сизу подняла руку, как будто её спросил учитель.

— Я клянусь именем Высшего Существа, Айнза Оул Гоуна-сама... Однако, если Нейа умрёт, но потом воскреснет, это же входит в мою клятву, так ведь?

— Если умру...? Я думаю, это немного отличается от безопасного…

Они посмотрели друг на друга.

Для Нейи была большая разница между "быть в безопасности" и "возвращением к жизни после смерти". Однако едва ли в этом она могла пойти на компромисс.

— Если ты не станешь ни демоном, ни нежитью, а вернёшься к жизни как человек, это должно считаться, верно?..

— … Это должно быть... Ну, хорошо.

Было небольшое изменение в голосе Сизу, который всё это время был монотонным. Нейе показалась, что теперь она стала более мотивирована.

— … Пока что ты мне не нравишься, поэтому это специально для тебя.

Сизу что-то достала и затем плотно прижала это ко лбу Нейи.

— Э-э?! Что?? Что это такое?!

Испуганная этим необъяснимым действием, Нейа отчаянно пыталась снять это что-то, но никак не могла. Оно прилипло так плотно, что не сдвинулось с места. Это было очень страшно.

— Что это такое?! Эй! Мне же страшно!

— … Всё нормально. Это не повредит, и это не страшно. Посмотри.

Сизу показала что-то с номером "1" и странным символом на поверхности – возможно, это даже буква. Это было сделано из какой-то бумаги, на которой были устрашающие отблески.

«На моей голове находится что-то похожее?»

Нейа раньше слышала об искусстве талисманов. Было ли это нечто подобным, используемым в качестве магического средства? Как бы то ни было, она не могла сделать такой тривиальный предмет, так что это должно быть какой-то магический предмет. Это вызвало озноб в позвоночнике Нейи. Может ли быть, что она не сможет снять его до конца своей жизни?

— Зачем тебе приклеивать его мне именно на лоб?! Разве нет других мест получше?

— … Мм, как младшенькая сестрёнка...

— Э-э?! – Несмотря на то, что она услышала что-то довольно шокирующее, под рукой был более важный вопрос. — В любом случае, сними это. По крайней мере, прикрепи его на мою одежду или куда-нибудь ещё!

— … Тогда вот это не поможет, – сказала Сизу, доставая маленькую бутылочку.

Она положила каплю чего-то на лоб Нейи. После этого, плотно застрявший объект легко отслоился, как будто он вообще никогда не был приклеен. Нейа подняла и осмотрела его. Он был такой же, как тот, который Сизу показала ей ранее.

— … Наклейка. Она должна быть размещена на видном месте.

Похоже, ей придется наклеить его. Хоть предмет Сизу и не принес бы пользы, но Нейа сделала так, как ей сказали, позволив прилепить наклейку.

После Сизу спросила:

— … Мы закончили?

— А? Ах, нет. Ещё, э-э, я хотела бы поговорить о том, чтобы найти Его Величество. А, то есть, приветствовать его…

— … Я тоже пойду... Нам нужна большая подготовка, когда всё закончим.

— В самом деле, пойдёшь?

— … Я обещаю. Но я надеюсь, что мы можем сделать всё вовремя, чтобы отправиться на Холмы полулюдей.

— Это правда. А, полулюди?

Через мгновение после того, как она согласилась, в её сердце внезапно появился вопрос. Сейчас Нейа ничего ей не говорила о возможном месте нахождения Короля-Заклинателя. Тем не менее, почему-то Сизу вдруг использовала слово "полулюди"?

«Может быть... она слышала о том, что он приземлился на Холмах от Его Высочества Каспонда?»

— … Что-то не так?

— Э-эм... я поняла. Я поговорю со своим руководством.

— … Хорошо... Было приятно с тобой познакомиться, Нейа.

— Мне тоже было очень приятно, Сизу.

Хотя Нейа всё ещё была слегка обеспокоена наклейкой, она протянула руку, и Сизу ответила тем же. Они снова пожали друг другу руки.

— Ты же не думаешь, что Его Величество мёртв, так ведь, Сизу?

Глаза Сизу расширились.

— … Что ты только что сказала?

— На самом деле, Его Величество упал на восток, и после так и не связывался с нами... Так как Его Величество может использовать заклинание телепортации, то тот факт, что он всё ещё не вернулся, заставляет меня думать, что с ним что-то случилось... Так … что, если … Его Величество…

Это было слишком больно, чтобы говорить дальше. Нейа колебалась, потому что, если бы сказала это вслух, то это могло бы сбыться.

На это Сизу ответила то, что, вероятно, было неожиданностью.

— … Он в порядке. Он не умер. Моя духовная связь[1] с ним тому доказательство. Хм?.. Почему ты плачешь?

Её слёзы текли сами по себе.

«Его Величество действительно жив».

Нейа искренне верила, что он не умер. Но иногда беспокойство, внезапно возникающее у неё в голове, лишало её сна. Многие люди говорили Нейе, что Король-Заклинатель в порядке, но всё это звучало так, как будто они просто пытались успокоить её, и держать свои собственные тревоги под контролем, а не потому, что они действительно верили в это.

Но прямо сейчас кто-то сказал ей это с абсолютной уверенностью без каких-либо сомнений. Эта Сизу, и была доказательством того, что Король-Заклинатель был жив. Это позволило Нейе, наконец, расслабиться.

Это было облегчение, как у потерянного ребенка, который нашел своих родителей, что и заставило Нейю плакать.

Сизу достала кусок ткани с таким же узором, как и её шарф – вероятно, это платок – и двинула им в лицо Нейи. А затем стала сильно тереть. Это скорее было не жестокостью, а неопытностью, и то место, где она тёрла, сильно стало болеть.

Сизу убрала платок, и сопли и слёзы Нейи прекратились.

— … На нём сопли. … Я в шоке.

Услышав отчетливо шокированный голос Сизу, на лице Нейи появилось неописуемое выражение.

Поэтому она достала платок из собственного кармана и вытерла остатки соплей.

— … Я постираю его.

— … Мм.

Часть 2

Проникнуть в замок Калиншы было не так уж сложно.

Всё, что им нужно было сделать, это спрятаться в бочках в качестве груза контрабандистов. Конечно, были проверки, но были и другие бочки – всего восемь – помимо тех, в которых они прятались, поэтому им оставалось только позволить инспекторам проверить другие бочки вместо этих. Тот факт, что они могли обойти охрану таким простым методом, объяснялся разнородностью Альянса полулюдей.

Все полулюди происходили из разных культур и имели различные социальные нормы. Что у них и было общего, так это то, что сила означает всё. Поэтому, когда сильный индивид хотел что-либо заполучить, он, как правило, получал это, и незначительные проступки прощались. Для полулюдей их личная сила определяла их способности в бою, что в свою очередь, определяло их социальный ранг. У тех, кто ниже в иерархии не было выбора, кроме как подчиняться.

Поэтому один сильный зерн смогла легко остановить проверку груза, просто посмотрев на инспекторов.

Чуть позже раздался громкий удар – бочки поставили на землю.

После этого кто-то постучал по крышке бочки.

Это был сигнал, что они прибыли в пункт назначения. Как и планировалось, Нейа замерла на три минуты, слушая как зерн, ответственная за транспортировку, открыла дверь и ушла.

По прошествии трёх минут Нейа подтолкнула крышку-разделитель над ней. Эта бочка была сделана с двойным дном. Нейа находилась ниже разделителя, и поверх неё лежало свежее мясо. Поэтому, когда она стала наклонять разделитель, на неё посыпались маленькие кусочки мяса.

Причина, по которой бочки были наполнены свежим мясом, а не овощами или зерном, была в использовании запаха крови для маскировки Нейи и Сизу.

Хотя Нейе было немного неприятно оказаться пропитанной кровью и соками от мяса, она всё же радовалась, что им не пришлось прибегать ни к одной из подготовленных контрмер.

Нейа медленно подняла крышку бочки и выглянула наружу.

Она оглядела тёмную внутреннюю часть комнаты. Там был слабый свет, источником которого, возможно, был волшебный предмет. После проверки, что вокруг никого нет, она медленно вылезла из бочки.

На полках этой кладовой были все виды продовольствия. Также было много бочек, подобных тем, в которых привезли сюда их.

Потребовалось немало усилий, но она смогла безопасно вылезти из бочки. Чтобы легче было залезать обратно, она оставила разделитель внутри бочки стоять вертикально.

Им нужно будет использовать эти бочки для побега после спасения принца зернов.

Сизу – другой лазутчик – только что вылезла из своей бочки. Она была ниже, чем Нейа, поэтому ей должно было быть тяжелее вылезать из большой бочки. Однако её физические способности были намного выше, чем у Нейи и даже у Ремедиос, поэтому ей удалось самостоятельно выбраться, прежде чем Нейа смогла ей помочь.

— Сизу.

— … Хмм?

— К Вашим волосам прилип кусочек мяса.

Сизу выглядела несчастной. Хотя её выражение лица не изменилось, это не означало, что она не испытывала никаких эмоций. Возможно, потому что Нейа всё это время была с Сизу, или потому, что её зрение было превосходным, или, возможно, наблюдение костяного лица Короля-Заклинателя всё это время отточило её способность внимательно изучать других, но Нейа немного понимала, что чувствует Сизу.

Сизу шарила в своих волосах пытаясь вытащить маленькие кусочки, но они застряли на затылке, и она не могла их ухватить.

«Хоть мне и сказали коротко остричь волосы, потому что длинные можно было легко схватить в бою, похоже, есть ещё много других недостатков».

Нейа подошла к Сизу сбоку и выбрала все кусочки из её волос, выбросив потом их в бочку.

— …Спасибо... Не хочу снова залазить туда.

— Нам придётся сделать это ещё раз, когда мы будем бежать отсюда.

— …………

Сизу с унылым видом посмотрела на бочку, затем из ниоткуда вытащила полотенце, чтобы вытереться, и после передала его Нейе.

Слегка влажное полотенце обладало мягкостью и тонкостью, которых Нейа никогда раньше не ощущала. Она предположила, что оно, должно быть, очень дорогое.

«Как ей удалось заполучить нечто подобное? Может ли быть, что такое в порядке вещей в мире демонов?»

Пока все эти вопросы роились в голове Нейи, она вытерла липкие от мяса руки, а затем оставшимися чистыми участками вытерла волосы Сизу. Хотя это всего лишь приподняло настроение, это было лучше, чем совсем не вытирать их.

— Благодарю.

— Не стоит.

Пока Нейа занималась этим, Сизу достала своё оружие.

Это странной формы устройство было, по-видимому, оружием дальнего боя. Сизу называла его магическим ружьём. Оно использовало ману, чтобы стрелять пулевидными болтами, и было похоже на арбалет. Ещё Сизу что-то говорила о порохе, который не показывал никаких признаков воспламенения или что-то типа того, но Нейа ничего не поняла, поэтому не стала вдаваться в подробности.

Она хотела протестировать его, но Сизу отказалась расстаться с ним, поэтому боевые способности Сизу до сих пор были неизвестны. Тем не менее, у неё был уровень сложности 150, поэтому Нейа решила, что беспокоиться было незачем.

— … Хмм.

Также, из ниоткуда, как фокусник Сизу достала Последний Выстрел Звезды и колчан стрел, передав их Нейе. В свою очередь Нейа вернула ей грязное полотенце.

Вначале была дискуссия о том, как Нейа пронесёт свой лук. Древко лука было очень длинным, и она не смогла бы закрыть крышку на бочке с ним внутри. И даже будь бочка открыта, то часть лука всё равно торчала бы.

Хотя они могли позволить зерну пронести его, но лук был слишком великолепным произведением и привлёк бы внимание других. Кроме того, зерн также отказалась, опасаясь быть вовлеченной во всё это, если миссия по спасению потерпит неудачу.

В конце концов, когда все сказали ей оставить лук, Сизу сообщила, что может хранить своё оружие в таинственном пространстве в воздухе, и Нейа так же может поместить туда и лук.

Обеспокоенность тем, что она принесёт дарованный ей Королём-Заклинателем ценный предмет на миссию в опасное место, смешалась с радостью, что ей не придётся расставаться с оружием. Охваченная двумя противоположными эмоциями, Нейа поблагодарила Сизу за её доброту. Со стороны казалось, что после этого Сизу признала Нейю в качестве своего кохая[2], и после этого временами вела себя будто её семпай.

Частично причиной было то, что Нейе приходилось обращаться к ней на "Вы", и та устраивала переполох, если Нейа обращалась к ней иначе. Тем не менее, Сизу была красивой девочкой, и когда дулась (Нейа могла это различить, хотя Сизу не показывала выражения), Нейа думала, что она выглядит очень мило.

Подготовив своё оружие, они подошли к двери.

Нейа навострила уши, пытаясь уловить любое движение за дверью, но там никого не было.

— … Выдвигаемся.

Времени было мало, поэтому Нейа кивнула.

Армия Освобождения приближалась к Калинше, пока шла эта операция по спасению принца зернов, поэтому битва за Калиншу начнётся в ближайшее время.

План был таким:

1. Нейа и Сизу проникнут в Калиншу и спасут принца зернов.

2. Армия Освобождения приблизится к Калинше и начнёт атаку.

3. Если принц зернов будет спасён, то зерны помогут Армии Освобождения изнутри городских стен.

4. Если пункт "3" не будет выполнен, то вместо зернов, обязанных открыть ворота города и впустить Армию Освобождения, эту задачу должны будут выполнить Нейа и Сизу. Однако для них это была слишком сложная задача, поэтому они могли сделать только то, что было в их силах.

Это были ключевые моменты плана битвы.

Важно то, что если они спасут принца зернов, то смогут рассчитывать и на Армию Освобождения, и на зернов. А если нет, то зерны будут вынуждены сражаться против них.

Другими словами, смогут ли они вернуть Калиншу просто и с минимальными жертвами, зависело от успешного спасения принца.

Когда Нейа почувствовала тяжесть ответственности, обрушившуюся ей на плечи, она застонала, будто её снова ранили в живот.

Поэтому времени было мало. Как только Армия Освобождения начнёт атаку на Калиншу, или если Нейа и Сизу будут обнаружены до этого, количество стражи вокруг увеличится.

В соответствии с планом, Сизу достала из ниоткуда бутылёк того, что выглядело как духи, и пшикнула ими на Нейю и на себя. Видимо, это какой-то расходный магический предмет, который содержит заклинание 1-го уровня [Без запаха]. Его было мало, поэтому им нужно как можно больше экономить.

Сизу взломала дверь, выглянула наружу, а затем выскользнула.

Перед этим, изучив карту Калинши, они уже определились со своим маршрутом и спланировали, как справиться с различными возможными трудностями. Также до миссии они уже обсудили, какие задачи каждая из них будет выполнять.

Нейа вышла из комнаты, а затем осторожно закрыла дверь, чтобы не шуметь, и затем побежала за Сизу.

«Получается, от меня не так уж и много пользы».

Честно говоря, при нынешних обстоятельствах Нейа была не более чем балластом. Это становилось сразу ясно, если посмотреть на движения Сизу. Та бежала так же легко и бесшумно, как отец Нейи прокрадывался по лесу... Нет, она была даже намного лучше, быстрее и тише. Возможно, она использовала там какую-то технику.

«Она демон, но использует такие человеческие методы... Всегда ли те, о ком нельзя судить по внешности, самые страшные?»

Хотя они и могли оставить всё на Сизу, Нейа должна была следить за ней. А также это было подтверждением того, что спасение принца зернов – это совместная операция Святого Королевства и Колдовского Королевства, учитывая, что Сизу теперь слуга Короля-Заклинателя. Таким образом, Святое Королевство могло действовать так, будто это они всё обеспечили.

Коридоры были тёмными. Стояла ночь. Лунный свет струился через окна – точнее, единственное, что проникало, было лунным светом. Здесь не было других источников света: магического освещения или факелов.

Это было потому, что многим полулюдям было всё равно на темноту. Тем не менее, были разные способности видеть в темноте. Несмотря на то, что некоторые видели ночью как днём, большинство из них просто имели улучшенное зрение при малом свете. Поэтому Нейа и Сизу избегали лунного света и перемещались от тени к тени.

Будучи человеком, Нейа должна была сосредоточиться и заострить свои чувства. Мало того, что она не могла ясно видеть из-за темноты, патрульные тоже не носили источников света, поэтому она не могла их заметить издалека.

Пока она не совсем понимала, почему в кладовой были огни. Это, вероятно, было для тех видов, которые не обладали таким зрением.

Они бежали как можно тише.

Учитывая, что физические характеристики Сизу были намного выше, чем у Ремедиос, то даже такой темп бега, заставляющий Нейю тяжело дышать и еле–еле поспевать, был, вероятно, медленнее, чем легкая трусца Сизу.

Они иногда замечали полулюдей-охранников. Это было сигналом, чтобы затаить дыхание и спокойно подождать, пока враг пройдёт дальше. Они не могли убить их, потому что тогда им пришлось бы прятать трупы и заметать следы. Поскольку они находились в стане врага, было бы лучше вообще не быть замеченными до тех пор, пока спасение принца не будет завершено.

К счастью, Нейю и Сизу никто не замечал, и они продолжали движение вперёд.

В замке было всего несколько охранников, потому как большая часть персонала была отправлена на городские стены и сторожевые башни, а также к городским тюрьмам. Король-Заклинатель убил много полулюдей, а это означало, что они не могли создать прочную сеть безопасности. Таким образом, по словам зерна, надзор за замком стал слабым.

Причина, по которой они могли идти без опаски, состояла в том, что зерны разведали область наперёд и сделали почти идеально подготовленный проход, но Нейа всё ещё чувствовала беспокойство.

На их пути стояли две проблемы.

Первой был длинный коридор, который они должны были пройти, чтобы добраться до башни.

Второй – мост к башне – каменная дорожка на довольно большой высоте. Там не было никаких укрытий, и, очевидно, там должен быть часовой, причём не один, а несколько. Кроме того, по крайней мере один из них будет стоять вне линии огня оружия дальнего боя, как контрмера против дальних атак.

Перед отправлением они обсуждали этот вопрос в большой группе, изучая карту Густава. Чтобы они ни придумывали, чтобы добраться до башни, им всё равно приходилось пройти через оба этих места.

«Если бы мы могли использовать [Невидимость], чтобы обмануть зрение полулюдей, и [Тишину], чтобы обмануть их слух, мы бы смогли проникнуть без каких–либо проблем... Вот почему искатели приключений с разными навыками, сформированные в группу, так высоко ценятся – они способны среагировать в любой ситуации».

В конце концов, они достигли этого места.

Это было первое препятствие – длинный коридор. Если они попытаются пробежать прямо по нему, то будут замечены, прежде чем успеют пересечь его. Чтобы этого избежать, они решили добраться до места, откуда смогут произвести выстрелы по часовым, будучи незамеченными противником.

Для этого они пришли сюда, на уровень выше длинного коридора, в комнату, прямо под которой стояли охранники.

Если они опустят веревку и спустятся по наружным стенам, то смогут срезать путь без обнаружения.

— … Это – то место?

В ответ на вопрос Сизу, Нейа сверилась с картой в своей голове и маршрутом, который они прошли, и кивнула "да".

— … Хм. Неплохо.

Ответ Сизу звучал так, будто она хвалила младшего товарища, а затем прижала ухо к двери. После, она быстро и молча открыла её.

Комната была заполнена различными предметами, а на полу был белый слой пыли. Похоже, что она не использовалась в течение длительного времени. Однако были следы, показывающие, что разведчики зерны были здесь.

Они прошли между окном и очень большой полкой. Сизу из пустоты вытянула толстую верёвку. Она была того же цвета, что и стена замка.

Далее она прикрепила её к большой полке, и с усилием потянула на себя, чтобы проверить, выдержит ли она вес Нейи и её собственный. Верёвка не двинулся с места, и не было никаких признаков разрыва.

Размер и вес полки был немаловажным фактором, но странные паучьи нити, прилипшие к полкам, вероятно, были там не просто так. Зерн, которая заранее зашла в эту комнату, зафиксировала эту полку на месте липкими нитями, взятыми у спайданов.

Окно открылось легко, и Сизу посмотрела на городские стены. Убедившись, что в поле зрения не было патрулирующих охранников, она положила оружие себе за спину и, сказав «Я пойду первой», выскочила из окна и спустилась по верёвке к окну ниже.

Она держалась одной рукой за верёвку и использовала другую, чтобы открыть окно. Оно распахнулось без проблем. Это тоже была заслуга зерна.

Затем Сизу скользнула внутрь. Её искусные движения заняли всего несколько секунд.

Убедившись, что комната внизу безопасна, Сизу выглянула наружу и поманила Нейю.

Нейа схватила верёвку и высунулась из окна.

Хотя окно на нижнем этаже и было всего в четырёх метрах, они находились на высоте более ста метров от земли. Если Нейа упадёт, то превратится в лепёшку. Нет, было бы ещё хуже, если бы она не умерла. Её бы пытали, пока она не сломалась и не рассказала всё, что знает, а лишь потом убили бы. Так смерть от падения выглядит милосердной альтернативой.

Верёвка имела равномерно распределённые узлы по длине – ухваты. На протяжении нескольких практических занятий, которые они проводили, не было никаких проблем. Тем не менее, обучение ощутимо отличалось от реальности.

«Ах, я действительно не хочу идти…»

Но у неё нет выбора. Если бы тут было что-то вроде балкона, на который она могла просто спрыгнуть…

Крепко держась за верёвку, Нейа, вытолкнула своё тело из окна. Она скрестила ноги, крепко схватив её между бёдер.

И теперь всё, что ей нужно было делать – это медленно спускаться.

«Земля всего лишь чуть ниже. Земля всего лишь чуть ниже…»

Нейа медленно спускалась по верёвке, напоминая себе, вновь и вновь, не смотреть вниз.

Она перемещала свой вес с правой руки на левую, точно так же, как практиковала. Подул ветер и заставил её тело дрожать так сильно, что это не шло ни в какое сравнение с тренировкой.

«Давай, давай, давай! Сизу должно быть была ещё более напугана, чем я!»

То окно перед этим открыла зерн.

Однако, если бы кто-то заблокировал окно после того, как зерн открыла его, то Сизу пришлось бы подниматься обратно. По сравнению с этим, Нейа ещё легко отделалась.

Наконец, Нейа спустилась к этому окну. Сизу вытянулась из окна, ухватилась за неё и, проявив невероятную силу, затянуть внутрь.

— Спасибо, спасибо.

— … Хм. Но, мы слишком долго… Я заберу это внутрь. Держи верёвку.

— Да.

Сизу высунулась из окна и подняла своё магическое ружьё. Нейа держал верёвку, как ей сказали. Раздался звук, словно шипение сдавленного воздуха, и Нейа почувствовала толчок, дёрнувший верёвку – Сизу срезала её своим оружием.

Она втащила отрезанную верёвку в комнату и бросила её в угол. Они не будут использовать этот маршрут на обратном пути, поэтому забрали верёвку, не позволяя ей свободно болтаться. В этом были свои как достоинства, так и недостатки.

Достоинством было сведение к минимуму риска быть замеченными сторожевыми на стенах.

А недостатком являлась невозможность подняться обратно на верхний этаж, в случае, если им не удастся пройти по запланированному маршруту.

В конце концов, обе решили, что риск быть замеченными перевешивает всё остальное.

— Готово, Сизу. Теперь нам нужно преодолеть первое препятствие…

— … Мм. Пошли... надо убить их. Ты сможешь сделать это?

— Хм. Я думаю, что смогу.

Как только они выйдут из этой комнаты, окажутся в позиции прострела часовых, расположенных вдоль прохода.

Если не успеют их убить до поднятия тревоги, то все усилия будут потрачены впустую.

Нейа сняла со спины лук и приготовила стрелу. Сизу также приготовила своё магическое ружьё.

— Я беру правого, Ваш – левый, Сизу.

Сизу показала жест – круг, образованный большим и указательным пальцами.

Они обменялись взглядами, а затем Сизу открыла дверь.

Нейа установила зрительный контакт с ближайшим – примерно в полутора метрах от неё – получеловеком. Он не знал, что происходит или кто они. Получеловек был так удивлён, что впал в ступор. Но Нейа не колебалась и всадила в него стрелу.

Стрела пробила его череп прямо через лоб.

«Я сделала это!»

Хотя навыки Нейи и сыграли свою роль, но, по большей части, это заслуга Последнего Выстрела Звезды.

«Спасибо, Ваше Величество!»

Как только стрела Нейи пробила этого получеловека, магическое ружьё Сизу снесло пол головы у другого.

Рухнув, полулюди наделали больше шума, чем ожидалось. Нейа поспешно навострила уши. К счастью, она не слышала, чтобы кто-то бежал сюда. Кажется, никто их не заметил.

— Поспешим.

Они уже распределили заранее свои задачи. Сизу втащила трупы в комнату, в которую они только что проникли по верёвке. Нейа воспользовалась предметом убирающим запах, ранее одолженный ей Сизу. После этого она потянулась за бурдюком на поясе и разлила повсюду крепкое вино, смывая куски мяса, мозгов, костей и пятен крови. Запах алкоголя заполнил воздух. Сизу вышла из комнаты, взяла пустой винный кувшин и налила туда немного вина внутрь, сделав перед этим аккуратный надлом, и оставила его на полу.

— … Пошли.

— Да.

Не смотря на попытку скрыть свои следы, очень вероятно, что когда придёт следующая смена занять пост, учует, что что-то случилось. Нейа могла бы расслабиться, если бы они поместили тела в таинственное карманное измерение Сизу, но та сказала, что этого не сделает, поэтому они оставили трупы в комнате. Конечно, они подготовились к этому, но не было никакой уверенности, что их не найдут.

Нужно принять во внимание, что у них нет роскоши раскидываться временем.

Наконец они достигли второго препятствия – каменного моста к башне. Из нескольких продуманных сценариев, этот был пока самым близким к идеалу, так как у них ещё было в запасе время, и никто их пока не заметил.

— … Началась гонка против времени.

— Я знаю. Если я поскользнусь, не беспокойся обо мне.

Путь от замка до башни был шириной примерно в два человека. С обеих сторон не было ни одного ограждения – дорожка была полностью на открытом воздухе. По-видимому, ранее несколько человек уже падали с этой дорожки, но глядя на неё, Нейа подумала, что этого и следовало ожидать.

Этот мост был причиной, почему всё это место считалось последним оплотом обороны.

Крупная группа не могла пройти здесь, поэтому преимущество в числе сводилось к нулю. К тому же оставался риск падения с довольно большой высоты. Если в конце моста защитники выставляли копья, то прорыв был практически невозможным. Атакующие просто ненавидели такую конструкцию. Для захвата им требовались заклинатели с атакующей магией, такой как [Огненный шар].

Они же действовали скрытно и с ограничением по времени. Использование оружия дальнего боя для длительной перестрелки было невыгодно. Таким образом, всё, что они могли сделать, это пробиться на ту сторону и ликвидировать врага на ближней дистанции. Но, в то же время, у противника сохраняется возможность атаковать дальнобойным оружием, пока те, двигаясь по мосту, не имеют никакого прикрытия.

Раз так, то им нужно преодолеть этот путь, прежде чем часовые заметят их. Но при более близком взгляде Нейа заметила, что дорожка оказалась неровной. На ней были небольшие бугры и неровности. Возможно, это было так разработано, чтобы замедлить любого пытающегося быстро пробежать мост, и заставить их соскользнуть в обрыв.

«Это опасно... Если я наткнусь на противника, и он меня схватит... я упаду и умру. Если я не буду осторожна!»

Растеряв свою решимость, Нейа заметила, как Сизу пристально смотрит не неё. Хотя они и одного пола, но глядя на эту кукольную красоту, Нейа почувствовала смущение.

— Ч-что?

— … Я использую это... – она прикоснулась к своему шарфу. — Нейа, жди здесь.

— Э?

— … Я позабочусь о страже у дверей. Независимо от того, что произойдёт, не выходи.

— А?

Прежде чем Нейа смогла получить ответ, Сизу исчезла.

Она исчезла. Это было не что-то вроде супер быстрого движения. Сизу стояла здесь только что, а затем она растаяла в воздухе, будто иллюзия.

Волна замешательства настигла Нейю. Тем не менее, Сизу сказала ей ждать, поэтому она должна остаться здесь.

Нейа скрылась у входа перед мостом и внимательно прислушивалась к башне и к коридору позади неё на случай чего-то необычного.

Несколько секунд спустя что-то случилось на охранном посту.

Она услышала крик, а затем звук падающего охранника.

Нейа выглянула посмотреть, что происходит, и увидела Сизу, выходящую из охранного поста. Она помахала Нейе, что можно идти.

Пока Нейа паниковала и гадала, что произошло, размахивающие жесты Сизу стали больше, пока она не задвигалась всем телом.

Как тут не побежать, видя такое?

Низко пригнувшись, Нейа, продуваемая всеми ветрами, побежала по дорожке, внимательно следя, куда наступает.

Преодолев этот путь, она почувствовала запах крови у поста охранников. Несколько двухметровых полулюдей лежали на полу, а Сизу стояла внутри со своим обычным пустым выражением. Она держала в правой руке что-то вроде заострённого и длинного ножа, лезвие которого окрасилось ярко-красным, а в левой – своё магическое ружьё.

— … Чисто. Входи.

— Э, э…

— Больше не смогу исчезать сегодня. Будь осторожна.

— Поняла.

Похоже, тут не требовалось объяснений, поэтому Нейа не спрашивала, а просто следовала за ней.

Нейа восхищалась демоном-горничной и считала её достойным доверия.

Если бы у неё не было Сизу, то шансов дойти досюда не было бы.

«И это, конечно, благодаря приказам Его Величества, которые он дал Сизу».

Только Король-Заклинатель был способен внушать ещё более глубокое уважение людям, даже когда его не было рядом.

Честно говоря, тот факт, что он был нежитью или чем-то ещё, уже был пустяком.

«Мне нужно, чтобы все об этом знали. Мне нужно рассказать им, какая великая личность Его Величество!»

Во всей сделанной из цельного камня башне было лишь одно маленькое окошко, пропускающее свет внутрь. И сейчас внутри этой башни было темнее, чем в замке, который они прошли ранее.

Коридор внутри башни был довольно просторным и достаточно широким, чтобы Нейа и Сизу могли идти бок о бок. При подъёме он закручивался в форме спирали

Их цель, принц зернов, должен находиться где-то наверху, поэтому всё, что нужно было делать – это заглядывать в каждую дверь на пути. Они довольно легко продвигались наверх, не встречая каких-либо полулюдей.

Спустя какое-то время, Сизу подняла руку, похоже, сообщая, что они должны остановиться. И почти в то же время острый слух Нейи засёк шаги какого-то существа.

Похоже, он был одет в металлическую броню, потому что она слышала стук металла о камень.

— Он один, Сизу.

— … Да. Но… тяжёлые шаги.

Нейа не могла сказать этого наверняка. Но если Сизу так говорит, то, вероятно, так и есть. Другими словами, что бы это ни было, размером оно было больше человека.

— Что... мы должны делать? Должны ли мы спрятаться за одной из дверей, которые прошли по пути?

— … Он уже здесь. Убить.

— Ясно.

Сизу приготовила магическое ружьё, а Нейа свой лук.

План Нейи состоял в том, чтобы стрелять сразу и не беспокоиться о чём-либо. Она слышала, что принц зернов был размером с человеческое дитя. Кроме того, он не будет носить металлическую броню.

Показалось нечто массивное, и Нейа с Сизу без колебаний выстрелили.

Стрела и пуля в одно мгновение вошли в его тело.

— Гааааа!

Массивный объект поковылял назад. Поскольку он отступил по закрученному коридору, его больше не было на линии огня.

Тот факт, что он пережил их выстрелы, особенно атаку Сизу, означает, что это был очень сильный получеловек.

— Что?! Кто вы?!

Из глубины раздался гневный крик.

— Что нам делать, Сизу?

— … Нельзя сидеть здесь и ждать... Сблизимся и атакуем, прежде чем сюда сбегутся стражи.

— Поняла

Нейа и Сизу побежали к нему

Поскольку он смог пережить внезапную атаку Сизу и Нейи, они предположили, что это был один из хранителей вах-ун. Вах-ун были существами, которые обладали очень хорошей боевой мощью и шокирующим количеством выносливости.

Когда они бежали, казалось, влажность в воздухе увеличивалась – нос Нейи уловил запах дождя.

— Гооооо! Люди! Люди уже здесь!

После того как они сократили дистанцию, они увидели массивного получеловека. Он обладал диким возгласом огра, но при этом выглядел гораздо более умным, чем Ремедиос. Его кожа была голубовато-белой, хотя выглядела скорее демонической, чем нездоровой. На лбу у него был один толстый рог.

Он нёс булаву, размером с Сизу или даже Нейю.

Судя по его внешнему виду, он был очень похож на описания полулюдей вида вах-ун.

Хотя ему не сравниться с Баззаа, это был всё равно довольно опасный противник. Стрела и пуля точно попали в него, но, похоже, он не был ранен. Не было никакого запаха крови и видимых повреждений.

Это означало, что их выстрелы не достигли цели.

— Так вы здесь ради моей жизни?! Не спорю, стрелять вы умеете, людишки!

Он выглядел очень счастливым.

Нейа решила, что раз он думает, что они пришли за ним, то не стоит говорить ему, как он ошибается.

— … Нет, – вдруг наоборот сказала Сизу и сразу выстрелила.

В момент выстрела из её ружья вновь раздалось шипение. После этого часть тела вах-уна растворилась в тумане, и пуля прошла сквозь него.

— … Мм.

— Вахахахаха! Оружие дальнего боя бесполезно против меня!

Нейа выпустила стрелу в его лоб. Но голова также превратилась в туман, и стрела вонзилась в стену позади.

— Бесполезно! Это бесполезно! Теперь трепещите от страха передо мной, врагом всех лучников, и сдохните!

— … Иммунитет ко всему оружию дальнего боя? Да и ещё к такому мощному, – пробурчала Сизу. — Должен быть какой-то подвох.

Нейа взглянула на Сизу и покачала головой. К сожалению, зерны не знали подробностей о способностях вах-ун.

— О чем ты болтаешь? – Вах-ун перекрыл собой проход.

— Назад, – сказала Сизу

Из-за его массивного тела, приближающегося к ним, у Нейи возникло чувство несоответствия расстояния между ними.

Она не смогла бы пережить даже одного удара, поэтому послушно отступила, в соответствии с командой Сизу.

Сизу стояла впереди, и на неё понеслась булава. Удар был похож на вой шторма, но она сумела элегантно уклониться от него, и булава врезалась рядом с ней.

Сила вах-уна была необычайно большой, учитывая, что он легко одной рукой размахивал булавой размером с Сизу. Там, куда он ударил, камень был обращен в песок, и во все стороны от этого места пошли трещины. Казалось даже, будто затряслась вся эта массивная башня.

— Тч!

Сейчас вах-ун был связан ближним боем с Сизу. К тому же у них была огромная разница в размерах. Так что если Нейа прицелиться, то сможет спокойно попасть по вах-уну, не задев Сизу.

Она выпустила стрелу. Но, как и ожидалось, вах-ун обратился в туман, чтобы избежать попадания стрелы.

— Бесполезно! Бесполезно! Я же говорил, что стрелами меня не достать! Глупая... Увоооох!

Вах-ун взревел ещё громче, чем раньше. Казалось, что Сизу только раздражает его, но она, всё же, смогла нанести удар.

Хоть навыки стрельбы Сизу намного выше, чем у Нейи, но при этом, как стрелок, она слабее в ближнем бою. Поэтому вах-ун своей булавой смог заблокировать её удар.

Нейа снова натянула тетиву со стрелой.

На этот раз она целилась в руку, что держала булаву. Было очень вероятно, что, скорее всего, оружие не упадёт, даже если рука превратится в туман, но она, всё же, решила, что ей нужно попробовать, сколь не была маленькой эта возможность.

В итоге…

Рука, обратившаяся в туман, так и не выпустила булаву.

— Когда ты остановишься, человек?!.. – Вах-ун выставил ладонь в сторону Нейи…

— [Всплеск Воды]!

В неё полетел водяной шар.

Ударившись в правое плечо Нейи, шар разорвался, отшвырнув её на пол.

Ей было больно, как будто её жестоко избили. Возможно, у неё даже сломаны кости.

Попытавшись пошевелить правой рукой, она обнаружила, что всё ещё может без проблем ей двигать. Тем не менее, поток боли распространялся от плеча – внутрь дальше по телу. Она коснулась плеча и обнаружила, что оно влажное. Сперва Нейа испугалась, что это кровь, но быстро поняла, что это была просто вода.

— Хммм! Ты заставила меня использовать заклинание! – Ворчал вах-ун, одновременно размахивая булавой.

Сизу тихонько сказала себе под нос, что с лёгкостью избежала бы той атаки, что попал в Нейю. А потом, вдруг, задалась вопросом:

— … Почему на эту девушку? Зачем атаковать её, если она не может нанести тебе вреда? Я не понимаю этого.

— Ха, дура! Всё из-за того что она заноза в...

— Потому что то, что она делает, эффективно? У тебя ограничение по количеству использований?

Выражение лица вах-уна изменилось. Другими словами Сизу попала в точку.

— Нейа.

— Поняла!

Нейа ещё выпустила стрелу, которую вах-ун смог избежать, превратившись в туман. После этого, она снова выпустила стрелу... которая смогла пронзить вах-уна.

Пока вах-ун кряхтел от боли, Сизу заговорила.

— … Я поняла. Ты можешь защититься только против семи дистанционных атак. Каждый день? Каждый час? … Не важно. Ты умрёшь здесь.

Вах-ун так и не смог попасть по Сизу, которая уворачивалась с удивительным мастерством. Другими словами, если так продолжится, это одностороннее избиение приведёт к его смерти. Возможно, вах-ун понял это, потому что выражение его лица исказилось.

— Черт подери! [Туманное Облако]!

Возник густой туман.

Он был даже плотнее, чем туман, который Нейа видела в Колдовском Королевстве, отчего она не могла определить даже своё текущее местоположение. Так же она не могла видеть Сизу, сражающуюся против вах-уна, но слышала звуки выстрелов из магического ружья Сизу – *пиу* *пиу* *пиу*.

Подумав об этом, всё казалось очевидным. Даже если вах-ун создал туман посреди прохода, она все ещё знала, где примерно он находился.

Всё, что Нейе было нужно, это продолжать стрелять. Она последовала указаниям Сизу и продолжила выпускать стрелы. Она была немного обеспокоена, поэтому целилась чуть выше: даже если она промахнётся, то не попадет в Сизу.

Стрела, которую она выпустила, растаяла в тумане, и затем последовал звук чего-то, ударяющегося об стену. Видимо, она промахнулась.

— Он прошёл. Уже позади тебя.

«А-а?»

Услышав Сизу, Нейа сильно удивилась.

Учитывая ширину, было невозможно, чтобы огромный вах-ун не наткнутся на Сизу или Нейю. Тем не менее, по пути сюда, Нейа осознала, что Сизу была заслуживающим доверия демоном. Вернее, она не столько доверяла Сизу сколько, Королю-Заклинателю, которому та служила.

Нейа развернулась, но туман всё ещё был настолько густым, что она ничего не могла разглядеть. Затем выпустила ещё одну стрелу.

Как и прежде, она услышала звук ударяющейся стрелы, об дальнюю стену.

— Где? Где же он находится?!

— … М-м. Ты смотришь в правильном направлении. Он пытается сбежать... Ложись!

Нейа немедленно упала на живот, и Сизу заговорила сильным чётким голосом, не подходящим её прежнему тону.

— … Перезарядка... Открыть огонь.

Сперва раздался пронзительный свистящий звук, а затем оглушительная серия из грохочущих звуков вниз по коридору. В отличие от звука *пиу-пиу* ранее, этот звук был наполнен угнетающей жестокостью.

— Кхеех~... – Оттуда раздался звук чьего-то кашля, а затем послышался грохот упавшего на землю массивного тела. Сразу после этого туман рассеялся, и Нейа смогла увидеть тело вах-уна, лежащее вдоль изогнутого коридора.

Его тело было покрыто огромными дырами, будто разорвано на части. Повсюду на ближайших стенах были похожие следы. Что могло послужить причиной этого?

Как получеловек, назначенный охранять это место, вероятнее всего он должен быть достаточно силён. По правде говоря, только у одной Нейи не было ни единого шанса. Всё же Сизу может мгновенно убить получеловека, подобно этому, пока её оружие эффективно против них. Это и есть сила демона-горничной 150-го уровня сложности.

— Что… сейчас... Ах, нет. С помощью магии Вы можете сделать всё, что угодно.

Нейа пошевелила своим раненым плечом. Она забыла про боль в пылу схватки, но сейчас, оно начинало болеть всё сильней и сильней.

— … Ты в порядке?

— Мм. Мне сложно доставать лук. И думаю, что не смогу хорошо прицеливаться.

— … Есть зелье исцеления?

— Нет, но у меня есть вещь с исцеляющим эффектом, которую Его Величество одолжил мне.

Нейа могла использовать её только один раз во время боя на городских стенах, но сейчас она чувствовала, что может использовать её чаще. Тем не менее, это не означает, что она может тратить ману, так как ей может понадобиться исцелить Сизу, если ситуация того потребует.

— Не волнуйся. Нам всего-то нужно спасти заложника и отступить, – уверенно сказала Нейа

— … Мм. Тогда давай поторопимся.

Кивнув, Нейа побежала вместе с Сизу. Вах-ун, который был определенно достойным противником, потерпел поражение.

Осталось только спасти принца, и вернутся в кладовую.

Часть 3

— Здесь.

— Да.

Достигнув верхнего этажа, Нейа и Сизу обменялись взглядами. Здесь была только одна дверь. Это значит, что их цель здесь.

Они кивнули друг другу, и затем пинком открыли дверь.

Они давно отказались от каких-либо мыслей о скрытности. В конце концов, они только что довольно громко сражались с вах-уном.

Обе одновременно ворвались в комнату. Нейа, стиснув зубы от боли в плече, пошла налево, а Сизу – направо. Таким образом, обе прикрывали друг друга.

Первое, что они увидели, это была большая кровать с балдахином. Возможно, его отделка из кружев когда-то была белой, но годы очернили их. Также в комнате был простой комод, шкаф и прочая мебель. Часть мебели была в дворянском стиле, старая и повреждённая, но она не была похожа на антиквариат.

Беглый взгляд по комнате не показал никаких полулюдей.

Сизу подняла подбородок, чтобы сообщить Нейе свою готовность. Тогда Нейа молча подошла к шкафу. Стоя сбоку от него, она резко открыла дверку, а Сизу навела на него магическое ружье.

— Не здесь.

После этого, они обе посмотрели на кровать. Убедившись, что под ней ничего нет, они осмотрели её. Поверхность была выпуклой.

Нейа посмотрела на Сизу, прежде чем кивнуть, чтобы показать, что она поняла, и затем сдёрнула одеяло.

Там был приятный взгляду комок блестящего фиолетового мяса. Нет, скорее это была огромная личинка. Около 90 сантиметров в длину. У него не было рук, но были коренастые ноги.

Сизу без колебаний направила на него ружьё, но Нейа поспешно остановила её.

— Подожди! Это наша цель, принц зернов!

— Это?

Это было то, что посланник зернов говорила Нейе. Тем не менее, она могла понять сомнение Сизу, потому что когда зерн дала ей описание принца, она лишь ответила «Чё-ё-ё?».

Зерны были разновидностью полулюдей, чья королевская семья сильно отличалась от других особей их вида. Кроме того, их самцы и самки также имели огромные различия.

— Эм... Вы слышите нас, господин принц зернов?

— Мм... Говори. Кажется, ты не моя еда.

Его голос был детским. Нейе было любопытно, откуда раздавался его голос, и, осмотрев его, увидела, что у личинки есть рот, который открывается и закрывается.

— Это верно. Мы пришли спасти Вас. Для начала нам нужно вытащить Вас отсюда.

Хоть он и выглядит так, но, всё же, он принц зернов, поэтому Нейи пришлось соблюдать правила этики. Кроме того, ей нужна помощь его расы, чтобы найти Короля-Заклинателя. Поэтому она должна теперь сделать ему одолжение, и не оскорблять его.

— А чья это была просьба? Кто попросил вас это сделать?

— Этого зерна звали Бибиби. Вы знаете её?

— Бибиби, говоришь? А, она. Хм... Но если я покину это место, то Ялдабаоф-сама будет сердиться. Из-за этого король и все зерны будут в опасности.

— Хотя я не знаю всех деталей, кажется, король умер, поэтому мы должны спасти Вас. Вот почему зерны попросил нас.

— Что?!

Человеку, вроде Нейи, было невозможно читать выражения принца зернов, который был гигантской личинкой. Однако она чувствовала глубокую печаль в его голосе.

— Ох, отец был... я понял. Этот ублюдок Ялдабаоф... В таком случае, вы сможете благополучно вызволить нас отсюда?

— Ваше Червячье Высочество будет направлять нас, поэтому я думаю, что всё должно получиться.

— Я понял... Ох, человеческие герои, которые зашли так далеко, чтобы помочь мне, у меня для вас есть наглая просьба. Можете ли вы притвориться, что тащите меня силой, пока я вам сопротивляюсь?

Вероятно, это была просьба на всякий случай.

— Я поняла. Мы сделаем это.

— Спасибо вам большое.

Принц поднял свою голову. Хотя это и выглядит, как личинка поднимающая голову, это было, вероятно, выражение благодарности его вида.

Нейа завернула принца в простыню, словно ребенка и взяла его на спину. Потом крепко привязала одеяло на груди, так, чтобы оно не ослабло, даже при интенсивных движениях.

Под таким весом раненое плечо Нейи отдалось сильной болью. Она вытерла пот со лба и использовала магию ожерелья. Раны мгновенно исцелились. Теперь с ней будет всё нормально, даже если придётся бежать с принцем на спине.

— Вы чувствуете себя хорошо, принц? Если в таком положении Вам больно, пожалуйста, скажите мне.

— Нет, я не испытываю неудобств... но, ты хорошо пахнешь. Из-за этого я чувствую себя голодным.

Нейа содрогнулась, услышав слова, произнесенные из-за её шеи.

— Что едят зерны? – Сизу задала вопрос, который Нейа не хотела спрашивать.

— Изысканные телесные жидкости живых существ, будь то они мёртвыми или живыми.

— Я буду очень рассержена, если Вы сделаете что-то странное с моей кохай.

— Не беспокойтесь. Я не настолько голоден, чтобы сделать это с героями, которые пришли спасти меня. Хотя мне не разрешали уходить отсюда с того дня, как привели сюда, но они заботились обо мне.

Нейа поспешно заткнула уши. Если бы она знала, чем это таким питаются зерны, то сбросила бы его как тонну кирпичей. К счастью, Сизу больше не спрашивала.

— Хорошо, идём, – поторопила их Нейа.

— Окей.

— Пожалуйста.

После этого краткого обмена словами, они начали выбираться отсюда. Во время тайного проникновения, на пустую болтовню не было времени.

К счастью, им удалось вернуться к кладовой без инцидентов. Однако перед тем как зайти, Сизу подняла руку, чтобы остановить их:

— Внутри есть люди.

— Оставляю их на тебя.

Сизу приготовила магическое ружье и пинком выбила дверь. Затем она остановилась и оглянулась назад.

— Не знаю кто они. Похоже зерны. Много.

Это, судя по всему, это была спасательная команда. Тут также были зерны, которые привезли сюда Нейю и Сизу.

Вероятно, получилось так, что они прибыли первыми, потому что Нейа и Сизу задержались и пришли позже, чем договаривались.

Как только они зашли в комнату, пять зернов одновременно посмотрели на них. Вид этих гетероморфов с нечитаемыми лицами, породил в Нейе чувство страха и даже отвращения.

Нейа развязала простыню у себя на спине, и раскрыла всем принца зернов.

— Ох! Это принц!

Это была Бибиби. Нейа не смогла бы отличить их, если бы не запомнила её голос. Но при этом, между принцем и остальными зернами были настолько огромные отличия, что если бы она не знала, что он принц зернов, то не смогла бы даже предположить, что они одного вида.

— Ох, мои товарищи. Я слышал, что мой отец умер. Теперь я знаю, что он… Ялдабаоф… не намерен держать своё слово. Но куда нам бежать после предательства Ялдабаофа? Он уже захватил наши земли, и поставил своих доверенных демонов в качестве правителей... Разве выбирая путь мятежа, мы не окажемся на краю гибели?

— Слова Вашего Высочества верны. Для него зерны ничем не отличаются от домашнего скота. Поэтому, когда всё это закончится, вряд ли зерны смогут жить на землях под владычеством Ялдабаофа. Но сейчас, Ваше Высочество, нет времени думать об этом. Давайте обсудим это позже…

— Совсем дура? Как мы можем отложить этот вопрос. Нужно всё решить, пока мы не сбежим отсюда? Это поворотный момент. Ступив дальше, нам придётся следовать этому пути до конца. Сейчас единственный шанс повернуть всё назад. Скажи мне, как только мы вернёмся к нашему улью, как только мы вернёмся на наши холмы, как ты собираешься выживать?

— Эта… эта земля огромна. Мы точно найдем место, где сможем спрятаться.

— Ты так думаешь? Собираешься вести наш вид к самоуничтожению ради этого мимолетного маленького шанса? Дай мне более конкретное и практичное решение.

— В таком случае, как на счёт этого: не все подчиняются Ялдабаофу, мы можем образовать сопротивление…

— Ты что, глупая? Это приведет к ещё большим разрушениям и жертвам. Муравейный рой привлекает намного больше внимания, чем один муравей.

Бибиби замолчала, так как принц обрывал каждое её предложение. Было бы плохо, если бы это продолжилось. Нейа с остальными здесь, провели опасную операцию. Если на этом этапе принц скажет «Мы не сможем это сделать», их усилия будут потрачены впустую.

Тогда Нейа придумала кое-что, чтобы успокоить опасения принца.

— А-а, в таком случае, почему бы зернам не пойти в Колдовское Королевство?

— Колдовское Королевство? Что это?

Не только зерны, но и Сизу посмотрели на неё.

— Это страна, где живёт Момон. Он герой, который однажды изгнал Ялдабаофа из Королевства Ре-Эстиз.

Нейа чувствовала, что зерны смотрят на неё, но она не знала, что именно выражают их лица… которых, по сути, нет. Люди просто не могут понимать выражения зернов.

— То, что ты говоришь, это правда?

Этого вопроса было достаточно, чтобы Нейа поняла, почему зерны молчали. Они сомневались в правдивости её слов. Но этого и следовало ожидать. Тем, кто хорошо знает силу Ялдабаофа, сложно было верить в то, что любой сможет победить его.

— Я ручаюсь за каждое слово.Я узнала об этом из надёжных источников... В таком случае... Сизу?

— Она права. Нейа говорит правду.

— К тому же, – это была важная часть. Нейа внутренне приготовилась, — Если вы пойдёте в Колдовское Королевство в качестве беженцев, я уверена, что они примут вас.

— Беженцы, говоришь…

В голосе принца была горечь.

— Если вы предоставите информацию о Короле-Заклинателе из Колдовского Королевства, я уверена, что вам точно позволят остаться там.

— Стой, стой. Почему они будут рады услышать о собственном короле?

— Ах, да. Точно... а… местонахождение Короля-Заклинателя неизвестно.

— Это же очень плохо, верно? В худшем случае, он может быть мёртв.

— Минутку, пожалуйста. Его Величество не может быть мёртвым. Есть конкретные доказательства.

Нейа рассказала им о том, как Король-Заклинатель, возможно, упал в районе Холмов, где жили полулюди, и что она хотела использовать силы зернов для поиска.

Принц замолчал.

«Неужели это не сработает?» – подумала Нейа, но, поскольку она уже сделала свой шаг, то ничего не могла сказать. Мяч теперь был у другой стороны.

Кроме того, даже если они не захотят оказать помощь, они должны быть в состоянии, по крайней мере, поделиться знаниями о Холмах, как и обещали.

— … Ясно. Если мы окажем им услугу... Но смогут ли нас принять? Ведь мы полулюди. Колдовское Королевство – это страна людей, не так ли?

— Нет, это не так. Колдовское Королевство – это страна, король которой нежить.

— Нежить?!

И принц, и окружающие его зерны одновременно воскликнули.

— И ты хочешь, чтобы мы отправились в такое опасное место?!

Каждая раса питала сильную ненависть к нежити. Даже Нейа была такой до того, как встретила Короля-Заклинателя. Поняв, что зерны возле неё были такими же, какой она была сама не так давно, она была глубоко тронута.

— Минутку, пожалуйста. Колдовским Королевством действительно правит нежить. Но он великий правитель – непредубежденный и благородный король. И я лично видела, как люди мирно сосуществовали с полулюдьми в его стране.

— Ты на самом деле называешь нежить великой? Не могу поверить, что люди настолько пали… – Пробормотал кто-то из зернов.

— Успокойтесь!.. Нейа-сан, я извиняюсь, если мои подданные обидели Вас. Тем не менее, Король-Заклинатель действительно так велик, как Вы говорите?

— Да.

Нейа гордо выпячила грудь, отвечая на вопрос принца.

— … Мы не можем читать мысли людей. Но я вижу, что Вы проникли в самое сердце вражеской базы, чтобы совершить столь смелое спасение. И при этом говорите о нежити с такой непоколебимой уверенностью. Что ж, тогда я не поверю в нежить, Короля-Заклинателя. Я поверю в Вас, того, кто верит в Короля-Заклинателя! Пожалуйста, передайте это ему.

— Ах...! – Зерны вскрикнули от радости.

— Похоже, решение принято, – сказала один из зернов. — В таком случае, я надеюсь, что Вы как можно быстрее отправитесь в Колдовское Королевство, мой принц. К сожалению, есть очень плохие новости. А именно, что один из доверенных демонов Ялдабаофа скоро прибудет сюда. Я думала, что пройдет ещё несколько дней, прежде чем он придёт... но будет плохо, если нас найдут.

Раса зернов, в основном, состоял из самок, с очень малым количеством самцов. По сути, только король и принц попадали в последнюю категорию. Если мужчины племени будут уничтожены, то всё племя вымрет. Хотя были очень редкие случаи, когда женщины могли изменить свой пол.

Поэтому принцу нужно было бежать в абсолютно безопасное место, в Колдовское Королевство, что они как раз и обсуждали.

— Ялдабаоф доверяет этому демону? Он точно придёт? – Нейа никак не могла игнорировать эту информацию от зернов.

Принц посмотрел на Нейю.

— Хмм. Разве Вы не знаете? На стороне Ялдабаофа три демона, и он всем им доверяет. И один из них скоро появится здесь, потому…

— Мы должны устранить его, – неожиданно прервала его Сизу.

Услышав её слова, принц, сидящий на полу, внезапно подскочил.

— Ты с ума сошла?! Вы двое должны быть достаточно сильны, чтобы спасти меня, но даже так вы никогда не сможете победить его!

Ярлык "сильный" можно было применить только к Сизу, но Нейа не знала, как его убрать с себя. Таким образом, она не могла прояснить ситуацию.

— … Говорят, он телепортируется между многими городами... Значит его появление здесь – редкая возможность. Если упустить её, то другой уже не будет, – пояснила Сизу.

— … Это правда… – Немого подумав, согласился принц.

— Мой принц!

— Успокойся и подумай об этом. Если мы сможем убить одного из приспешников Ялдабаофа, его командование впадёт в хаос. Им будет труднее найти нас, направляющихся не к Холмам, а в Колдовское Королевство... Однако, возможно ли победить его?

— … Не знаю. Но это единственный шанс.

— Тогда давайте сделаем это. Мы воспользуемся вашей силой, способной убить вах-уна! – Воскликнул принц. Он был совершенно потрясён, когда увидел труп получеловека на обратном пути. — Слушайте внимательно. Отныне мы поможем этим двоим победить приспешника нечестивого Ялдабаофа!

— ДА!

— Тут шестеро нас, зернов, и два человека. До недавнего времени все мы были врагами, но теперь мы – товарищи по оружию. Такой отряд, о котором поют героические саги.

«А?»

Удивлённая, Нейа перепроверила количество присутствующих зернов. Тех, кто ждал их в этой комнате, было пятеро. Увидев, что она не ошиблась, поспешно заговорила.

— Подождите, пожалуйста. Подождите! Вам не нужно вмешиваться в это, Ваше Высочество. В конце концов, мы пришли сюда, чтобы защитить Вас!

К тому же, что мог сделать этот принц в бою? Как бы любезно ни хотелось интерпретировать его намерения, он просто был гигантской личинкой, которая ползала по земле. Хотя, честно говоря, было бы менее хлопотно, если бы он просто находился за их спинами в качестве охраняемой важной персоны.

— Я знаю. Но ваша миссия закончилась, когда вы помогли мне сбежать. К тому же, с моей помощью легче будет победить приспешника Ялдабаофа. Нет, я должен сказать, что без меня вам будет очень трудно его победить, даже если вы – герои, победившие вах-уна.

Сизу была тем, кто победил вах-уна. Нейа не имеет к этому никакого отношения. Тем не менее, принц также считал героем и её, что очень смущало.

— Так Вы имеете в виду, что мы можем это сделать, если позаимствуем силу зернов?

Принц издал странный звук.

— Нет, нет, великие герои. Это совсем не так. Я имею в виду лично себя. Я могу использовать заклинания 4-го уровня.

— 4-го уровня?

Нейа была удивлена. 4-ый уровень магии был сферой, которую даже гении едва ли могли достичь с годами тяжкой работы. Единственные, кто мог применять заклинания этого уровня в Святом Королевстве – Верховная жрица Келарт Кастодио и Святая Королева Калка Бессарез.

Нейа посмотрела в сторону Сизу, думая, что та будет удивлена также как и она. Но лицо Сизу было таким же безэмоциональным, как и всегда. Хотя она была демоном-горничной 150-го уровня сложности... так что вряд ли что-то такое могло побеспокоить её.

— А... амм... а все зерны настолько могущественны как Вы?

Принц издал ещё один странный звук и трепыхнулся, как пойманная рыба.

— Я особенный.

— Это точно. Потому-то он и наш король.

Услышав гордый голос зерна, Нейа задумалась, и вспомнила что-то из того, что изучала на своих занятиях.

«Точно. Правители некоторых видов настолько могущественнее остальных своих сородичей, что кажется, будто они и вовсе отдельный вид».

— Надо сказать, что у меня есть слабости... Например, я очень медлительный.

«И это тоже правда» – подумала Нейа. Вообще-то это довольно очевидно если взглянуть.

— Если кто-то настигнет меня, я буду убит, без шанса отбиться. Поэтому могу я попросить, чтобы Вы несли меня? Я смогу читать заклинания по команде.

— Ясно. Я поняла, чего Вы хотите. Тем не менее, почему зерны, Ваши королевские стражи, не могу нести Вас?

— В отличие от принца, мы специализируемся на ближнем бое. Насколько я знаю, вы двое сражаетесь на расстоянии, так?

— Это правда... хм. Будет лучше если Сизу или я понесём его... Нет, давайте лучше забудем об этом. Будет плохо, если мы возьмём его и, в итоге, умрём.

— … Нейа. Нести принца важно... Поэтому он и согласился пойти с нами.

— Хухуху. Верно. К слову, вы знаете что-либо о нём? Об этом высохшем демоне-дереве украсившим себя головами.

— Есть несколько демонов подходящих под описание. Шёлкоголовые, Кроуны, Округлые и Увенчяные.

Сизу посчитала на пальцах четыре вида.

— … Я думаю этот демон один из них. Но... если мы столкнёмся с Шёлкоголовым, то нам стоит сбежать. Даже я не смогу справиться с ним.

— Так ты знала?!

Нейа была удивлена. А потом это чувство сменилось злостью. Когда они готовились к миссии, Сизу сказала, что не знает много про демона-приспешника.

«Разве это не ложь?»

Если это потому, что она хотела сохранить информацию об армии Ялдабаофа от Святого Королевства, то это значит, что Сизу никогда и не была под контролем Короля-Заклинателя. Это так же значит, что у неё не было никакой духовной связи с Королём-Заклинателем, и её существование никак не доказывает, что он в порядке.

— … Я верила тебе! А в итоге оказывается, что всё это время ты лгала мне!

Будучи под контролем своих эмоций, Нейа схватила Сизу за плечи. Она вложила в руки много сил, но не похоже, что демону было больно. И было это не потому, что у Сизу не было эмоций, а потому что эта сила ничего для неё не значила.

Невыносимая обида и сожаление побудили в Нейе порывы к плачу. Она думала, что наладила связь с Сизу, но в итоге она была не более чем посмешищем. Нейа не могла не высмеять себя.

У Сизу было безразличное выражение лица, как и всегда. Однако было небольшое изменение, которое только Нейа смогла заметить.

Это было огорчение, задумчивость или, возможно, раскаяние.

— … Извини.

Сизу выжала из себя эти слова после долгого молчания. Это было трудно расценить как извинение, и в итоге это только разожгло огонь ярости в Нейе. Но сейчас, Сизу выглядела странно беспомощной. Увидев её такой, Нейа немного восстановила хладнокровие.

Осторожно, как будто она делала то, чего прежде не пробовала, Сизу спокойно продолжила.

— … Узнай, насколько сильным был этот демон-приспешник, ты и твои люди, возможно, побоялись бы принять участие в этой операции. Но ради победы Айнза-сама мы должны победить в этой войне. Поэтому мне пришлось солгать.

Каждое сказанное ею слово было тщательно обдуманно, прежде чем быть сведёнными воедино в искреннее, мучительное заявление. Но эти слова также содержали искреннюю и непоколебимую веру.

Нейа не могла определить, говорит ли сейчас Сизу правду, учитывая, что та была демоном. Хотя, даже если бы она не была демоном, Нейа была не в состоянии сказать, говорит ли та правду, из-за отсутствия эмоций на её лице.

Тем не менее, даже если Сизу передавала информацию Ялдабаофу в качестве шпиона, или пыталась разрушить Святое Королевство изнутри, её действия не соответствовали таким целям.

И более, чем что-либо ещё, Нейа хотела верить Сизу. Отчасти это было, потому что её существование было указателем к Королю-Заклинателю, но также, и потому что таинственная связь, которую она имела с Сизу, была не заменимой для Нейи.

— … Хорошо. Я верю Вам. Но, пожалуйста, прекратите смотреть на меня свысока. Я с удовольствием пройду сквозь океаны огня и взберусь на скалистые горы ради Его Величества.

Сизу вздохнула с облегчением.

«Похоже, Сизу всё-таки не шпион, потому что очевидно, что она не подходит для этой роли».

Когда Нейа так подумала, естественная и непринужденная улыбка вернулась ей на лицо.

— Ладно, хорошо. Можем ли мы вернуться к предыдущей теме? Если Вы так много знаете про них, не могли бы рассказать нам об их способностях?

— Все эти демоны обладают одинаковыми способностями, и они не очень сильны в их естественных формах. Однако проблемы могут возникнуть, если демонам удаться заполучить головы разумных существ... в особенности, магических заклинателей.

Согласно словам Сизу, демоны этих типов могли вооружаться головами магических заклинателей, дабы использовать их силу самостоятельно. Шёлкоголовые могут использовать одновременно четыре головы, Кроуны три, Округлые две, и Увенчанные только одну. Так же, они становятся опаснее, если им удастся заполучить головы каких-нибудь исключительных магических заклинателей.

— Независимо от того, насколько хорошую голову используют Увенчанные, они могут использовать заклинания не выше 3-го уровня. С другой стороны, Шёлкоголовые могут использовать заклинания до 10-го уровня включительно…

— Постойте!

— Остановитесь!

Оба – принц и Нейа – прервали Сизу.

Нейа и принц обменялись взглядами. Хотя Нейа не могла прочесть выражения на лице принца, она была уверена, что он подумал о том же, о чём и она.

— … После Вас, – уступила Нейа принцу.

— Эм... эм, Вы сказали 10-ый уровень? Разве 5-ый уровень заклинаний не является самым высоким уровнем магии?

Нейа также слышала, что это был предел в магии. Именно поэтому она считала, что Король-Заклинатель – величайший маг – мог использовать заклинания 6-го уровня.

В ответ на вопрос принца, Сизу покачала головой, как бы говоря «Хаа, ну, что я могу с вами поделать».

— … 10-ый уровень – это наивысший уровень магии. То заклинание, которое Ялдабаоф использовал, чтобы призвать метеоры с небес, так же принадлежит к этому уровню.

— Как... как его победить...? А? Постойте! Не говорите мне, что Его Величество, тот, кто был наравне с Ялдабаофом тоже…

В этот момент Нейа подверглась шокирующей правде, и принц находился не в лучшем состоянии.

— 10-ый уровень? Нет. Этого не может быть, правда? 10-ый уровень... Неужели это правда...? Если подумать, я так гордился собой и своим 4-ым уровнем…

«Нет, 4-ый уровень уже довольно силён. Видимо принц пытается так оправдать своё высокомерие», – подумала Нейа. Было очень не много магических заклинателей, сумевших добраться до этого уровня. И тут её осенило.

— Сизу... я хотел бы в кое в чём удостовериться, но... Может ли Его Величество тоже… использовать заклинания 10-го уровня?

— … Разумеется.

Тон Сизу как бы говорил, «Почему Вы все ещё спрашиваете это?» Её голос звучал словно ворчание. Возможно, это первый случай, когда Нейа так чётко смогла различить эмоции Сизу.

Принц, который так же был магическим заклинателем, подёргивался от огромного потрясения.

— Ха? Ха? Итак. Правитель земель, куда мы бежим... Король-Заклинатель, такое могущественное существо? Означает ли это, что мастерство 10-го уровня делает его в два раза сильнее меня?

Сизу глубоко вздохнула.

— … Его Величество.

— А?

— … Обращайтесь к нему, Его Величество.

— Ах, хорошо, хорошо. Его Величество действительно могуществен.

На самом деле Сизу была довольно грубой с принцем целой расы. Хотя, поскольку Сизу говорила о фактах, Нейа молчаливо признала её действия, после чего выразила согласие с принцем:

— Действительно, Ваше Высочество. Его Величество невероятно могуществен!

— Ах, да.

— … Принц-сама. Если Вы поможете в поисках кого-то настолько могущественного, не окажется ли он Вам обязан?! – Сказала Бибиби.

— Ты, ты абсолютно права! Тогда мы можем предложить предыдущий план по поиску Его Величества на Холмах, и нашу полную поддержку!

Нейа сжала свои руки в кулаки, пребывая в волнении.

— Спасибо Вам огромное, Принц-сама. Так. А теперь, Сизу, Вы можете продолжить то, о чём сейчас говорили?

— … Про то, насколько могуществен Айнз-сама?

— Мы говорили про приспешника Ялдабаофа. Ах, я бы хотела послушать и про Короля-Заклинателя. Не могли бы Вы рассказать мне о нём после того, как мы вернёмся?

— … Хм. Многоголовые демоны с несколькими надетыми головами могут использовать их все одновременно, чтобы читать несколько заклинаний разом. Но есть пара условий. Первое – каждая голова может использовать только одно заклинание за раз. В дополнение к этому есть ограничение на суммарный уровень заклинаний. К примеру, Шёлкоголовый может прочитать одновременно заклинания с суммарным уровнем 15…

— 15 уровней?! Значит ли это, что максимальный уровень заклинаний – 15-ый?!

— Нет, таких высоких уровней нет. Это значит, что если сложить уровень всех используемых заклинаний, то их сумма может дойти до 15-ти.

Принц выдохнул с облегчением после ответа Сизу.

То, что Нейа могла догадаться, что чувствовал принц по его действиям, начало её пугать.

— … Что важно, это то, сколько голов за раз этот демон может нацепить на себя.

— Две, – уверенно сказал принц. — Одна голова получеловека, и одна человека, такого как вы.

У Нейи было плохое предчувствие на этот счёт. Ялдабаоф тогда держал в руке тело. Может ли быть, что его верхняя часть не была потеряна?

— Как выглядела человеческая голова, Принц-сама?

— Сожалею, но я не могу назвать отличительные черты кого-то не моего вида. О, но я знаю о другой голове. Она принадлежала королеве пандексов, известной как Великая Мать.

Нейе хотелось расспросить больше про пандексов и о Великой Матери, но у неё были более необходимые вещи, которые нужно было узнать.

— Всё же я хочу спросить про человеческую голову. Какого цвета были её волосы?

— Под волосами Вы имеете в виду шерсть на голове? Он был светло-чёрный.

— Чёрный? То есть он не принадлежал кому-то из Святого Королевства.

Нейе стало, в некотором роде, легче на сердце. На секунду она подумала, что та голова принадлежала Святой Королеве. Теперь, когда её предположение оказалось ошибочным, она почувствовала глубокое облегчение. В то же время Нейа поняла, что она может принадлежать кое-кому другому.

Она слышала, что люди с юга, в основном, обладали чёрными волосами.

«Вот оно», – подумала Нейа. – «Мог ли Ялдабаоф прийти оттуда?»

Южнее Святого Королевства не было территорий людей. Люди составляли там меньше половины населения. Да и среди тех у многих в крови были примеси других видов, и количество таких неуклонно росло. Насколько Нейа знала, только Святое Королевство, Королевство и Империя управлялись монархами-людьми. Альянс городов-государств и Теократия не имели королевских семей.

Вот почему страны, где люди были преобладающим населением, никогда не слышали о Ялдабаофе.

— Кстати, эти многоголовые демоны не могут использовать иные способности, не свойственные заклинателям, – добавила Сизу. — Они не получат способностей воинов, присоединяя к себе их головы. Хотя есть и другие демоны со способностями воинов.

— Тогда голова получеловека... Принц-сама. Вы бы не могли нам рассказать больше, о той, кого Вы называете Великая Мать? – Решила поинтересоваться Нейа.

— Хорошо. Это причина, почему я хочу сражаться вмести с вами. Вид пандексов питается мхом, и они похожи на нас.

«Другими словами, они также похожи на личинки».

Нейа мгновенно почувствовала отвращение при мысли о демоне, который украшал себя головой личинки.

— Великая Мать была заклинателем использующим магию Янь? – Спросила один из зернов.

— Верно. Я использую Инь из магии У-Син[3], а Великая Мать наоборот, использует Янь из У-Син. Инь и Янь – это как тьма и свет, две крайности одного целого, и поэтому они могут противодействовать друг другу.

— … Понятно. – Сизу кивнула. — Если он пойдёт с нами, наши шансы увеличатся.

— Мм. Я рад, что Вы это понимаете. Лично я очень недоволен тем, что демон использует голову Великой Матери. Воистину, это возмутительно. В конце концов, она была моей первой любовью.

— Мой принц!

— Что Вы такое говорите! Как Вы могли влюбиться в самку другого вида?!

— Ааах! Это была детская влюбленность! Теперь я уже не тот, кем был раньше.

Хотя это может показаться приторно сладкой темой для разговора, но первая любовь к личинке для Нейи может быть только отвратительной, поэтому она постаралась вернуться к прежней теме разговора:

— Тогда, допустим, враг – это многоголовый демон, который имеет в распоряжении две головы. Какой уровень магии он может использовать?

— … Максимум 6-го уровня. Однако высшие представители этого вида демонов могут использовать и 10-ый уровень.

— Если я могу использовать магию 4-го уровня, то, захватив мою голову, он сможет использовать заклинания только 2-го уровня. Конечно, уничтожить данного ублюдка будет не просто, поэтому нам нужно приложить больше усилий…

— … Следующая – голова человека. Мы слишком мало знаем об этом. Нейа?

— Мне очень жаль. Очень жаль, что я не знаю, у кого могли быть светло-чёрные волосы. Но на самом деле я немного удивлена. Я думала, что Вы просто броситесь напролом в бой.

— … Айнз-сама сказал, что сбор информации очень важен.

— Ааах, как и ожидалось от Его Величества. Такое прекрасное суждение!

Когда Нейа сказала это, Сизу протянула ей руку, и Нейа немедленно схватила её и потрясла.

— … Хорошая девочка. Если бы ты была милее, я бы прилепила на тебя наклейку. Возможно со зверьком.

— … Наклейка? Ах, я оставила ту, что Вы раньше дали, так что вторая не понадобится. Пожалуйста, прикрепите её на другие свои любимые вещи.

— … Мм. Ты первая, кто не любит мои наклейки.

— Э?!

Нейа с удивлением вскрикнула. Сизу сказала, что она была первой. После этого она сразу же поняла, что, возможно, Сизу, как демон, не общалась много с другими людьми. Или скорее людям была отвратительна сама мысль этого, но никто не мог смело сказать подобное из-за своего страха перед демоном.

Хоть Нейа и хотела настоять на своём, сказав об этом, но ей не хватило смелости сделать это. Она боялась, что это расстроит Сизу, которая также верна Высшему Существу, как и она. Поэтому Нейа просто с горькой улыбкой посмотрела на неё.

— … Действительно, у людей нет меха, как у нас, зернов. Вот почему они живут в таких домах. Почему бы вам не вырыть ямы, как мы?

— Принц-сама, мы отклоняемся от темы, – заметила один из зернов. — У нас не так много времени, нам нужно решить эту проблему, прежде чем люди атакуют этот город.

— … Хорошо. Вывод. Принц тоже пойдёт вместе с нами.

Никто не выступил против этого. Вернее, Нейа была единственной, кто высказывалась против.

— Что касается нашей тактики, мы будем авангардом, – продолжила Бибиби. — Но что делать, если охранники свяжут нас боем? Это даст свободу действий вражеским заклинателям, что очень опасно.

— … Я сражусь с ними, – заявила Сизу.

Никто не стал даже спрашивать, сможет ли она это сделать. Она была одной из тех, кот смог победить смотрителя вах-уна. Хотя на самом деле это вообще полностью была её заслуга. Но так вышло, что Нейе тоже приписали победу над вах-уном. Так или иначе, никто не сомневался в способностях Сизу.

— Хорошо, – согласилась Нейа. — Тогда давайте выдвигаться. Прежде чем идти к приспешнику Ялдабаофа, поместите нас в бочки и перенесите. Если вы скажете им, что принесли еду этому демону–приспешнику по его приказу, то так мы сможем подобраться к нему поближе.

Так называемое «мы» относится к принцу, Нейе и Сизу. Пока они трое оставались необнаруженными, зерны могли продолжать поддерживать свой обман с предательством. Это была единственная тактика, которую сейчас можно было применить.

Сизу и Нейа снова спрятались в бочках, которые они использовали для входа в город.

— Сизу. Нам очень повезло.

Сизу высунула голову из бочки.

— … Почему это?

— Посмотрите. У нас всё идет хорошо. Благодаря предательству зернов нам удалось спасти их принца, а также прихвостень хаос ва находится здесь. Если мы победим его, то добьемся ещё большого успеха. Таким образом, никто больше не сможет говорить о нас плохо. Мы также сможем легко собрать спасательную группу, чтобы найти Его Величество.

— Это всё совпадение.

Нейа была поражена этими довольно резкими словами Сизу

— А? А, разве это не хорошо? Нам повезло. Даже если это было совпадением... Ну... Мы достигли такого успеха, потому что Его Величество сделал Вас своей женщиной. Так что я думаю, в этом смысле это не совпадение.

— Женщиной... Айнза-сама…

— Ах, может быть, женщина – немного не то слово?

— … Я не возражаю. Нейа.

— Э?

— … Ты мне очень понравилась. Ты не миленькая, но я не против дать тебе ещё одну наклейку.

Было немного больно снова и снова слышать "не миленькая". Подумав об этом, Нейа сказала «неважно», и нырнула обратно в свою бочку

Часть 4

Пока Нейю, Сизу и принца перевозили в бочках, зерны были несколько раз остановлены другими полулюдьми, но ни одна из бочек не была открыта и осмотрена. И таким образом все трое добрались до комнаты демона-приспешника.

Втроём они осмотрелись из бочек, но охрана, кажется, усилена не была. Видимо, спасение принца пока что не было обнаружено.

Нейа закинула принца себе за спину, и пока она закрепляла его верёвками, одна из зернов пошла добиваться аудиенции с демоном приспешником. Это была своего рода разведка.

Пока все заканчивали свои приготовления, перед тем как ворваться внутрь, зерн вернулась.

— Он один, без охраны.

Нейа нахмурилась.

Теперь, когда Ялдабаоф был так сильно ранен, мог ли этот, один из трёх демонов-приспешников, не усилить свою защиту? Или он расслабился после новостей о смерти Короля-Заклинателя?

Всевозможные вопросы закрутились у неё голове, но единственная вещь имеющая значение – это решение принца.

— Что же, выходит это великолепная возможность для его убийства. Пошли.

В соответствии со словами принца, все начали действовать.

Как только зерн открыла дверь, Нейа, стоявшая впереди группы, смогла чётко разглядеть, что было внутри комнаты.

Дорого обставленный зал был очень просторным, а его потолки в высоту были не меньше пяти метров. Вместе с большим количеством превосходной мебели, комната создавала впечатление стереотипного роскошного люкса.

Там, за чёрным твёрдо выглядящим столом, сидел ужасный монстр.

— Люди? Зер…

Кажется, он хотел им что-то сказать. Однако пришли они сюда отнюдь не для разговоров.

Принц незамедлительно прочёл заклинание со спины Нейи.

— [Инь – У-Син – Великий Огненный Шар].

Слабо выглядящее пламя пролетело возле Нейи, и залетело в комнату. По дороге сюда она слышала, что это было атакующее заклинание 4-го уровня. Названо оно "Великий" из-за своей атакующей силы. Это было первое, что влетело в комнату, и оно взорвётся, как только соприкоснётся с чем-либо. Однако…

— [Янь –У-Син – Великий Огненный Шар].

Пламя исчезло на полпути, как будто его сдуло ветром.

— Я так и знал… – с ненавистью пробормотал принц.

Он больше не произносил заклинания. Это была проверка. Он планировал сконцентрироваться на атаке, если они не будут нейтрализоваться. Но к несчастью всё пошло не так. Помимо того, что нужно экономить ману, ему ещё пришлось бы координировать свои заклинания с атаками остальных.

— … Уж не принц ли зернов это на спине человека? Не похоже, что люди выкрали его и принесли сюда... Кха-ха-ха. Неужели это измена? Любопытно.

Великий демон выглядел так, будто пришёл из ночных кошмаров. То как медленно он поднялся на ноги, было чем-то вроде издевательства над людьми.

Его руки свисали до самых колен. Ноги и худое до костей тело были совершенно обнажены. Он напоминал высохшее дерево, тонкое и хрупкое. Нейе показалось, что даже она смогла бы сломать его.

У этого высохшего дерева не было головы. Ничего кроме прямой линии, ведущей от плеча к плечу. Хотя была тонкая, тоньше женской ручки, ветвь, выступающая из области, где должна быть шея. На ней висело что-то напоминающее два фрукта. Наверное, это были, так называемые, головы Великого Демона.

— Э?! Ах!

Нейа лишь вскрикнула. Её потрясение было настолько глубоким, что это был единственный звук, который она могла произнести.

Как ранее и сказала Сизу, это были особые признаки Округлых – две головы.

Одна из них принадлежала чудовищно выглядящей личинке. Она была очень похожей на принца. Учитывая услышанное ранее от принца, это, наверное, Великая Мать. Проблема заключалась в другой голове.

Другая принадлежала женщине. Её глаза были закатаны, а рот казался открыт, словно как у рыбы. Цвет кожи был неестественным, но голова не выглядела сгнившей или повреждённой. Её светлые волосы даже блестели. Нейа могла видеть ярко-красную плоть в том месте, где голова отделялась от шеи, и это место выглядело достаточно свежим, чтобы кровоточить. Хотя голова и выглядела так, будто лишь недавно была отрублена, но это точно было не так, потому что Нейа сразу поняла, кому она принадлежала.

— Келарт Кастодио-сама…

Хотя раньше Нейа видела её лишь издалека, но не могла спутать её с кем-то другим. Всё-таки она была Верховной жрицей Святого Королевства.

Замешательство в сочетании с подозрениями заполнили голову Нейи.

«Что здесь происходит? Мог ли принц зернов солгать?»

Возможно, он опасался, что Нейа и Сизу предпочтут вариант побега, если узнают, что это была Келарт?

— Понятно, понятно. Хм, зерны, неужели вас не беспокоит, что может произойти с вашим королём и вашим народом. Я даю вам последнюю возможность. Если вы схватите этого человека, я могу смягчить ваше наказание, вы понимаете?

Головы, подобно гротескным фруктам, не двигались. Так же как и глазные яблоки. Они казались не более чем украшениями. В таком случае, откуда исходил этот голос?

Принц не обращал внимания на замешательство Нейи и принялся кричать на Великого Демона.

Его подручные зерны, немедленно заняли выгодные позиции, что бы иметь возможность напасть в любой момент.

— Хм! Что я могу тебе сказать? Кто тебе поверит после того, как вы убили короля?!

— Короля? Вот как…

Нейе послышались нотки удивления в его голосе. Было сложно понять наверняка, потому что у этого демона отсутствовала собственная голова, и поэтому не было каких-либо выражений лиц. К тому же, в ситуациях, когда сложно прочесть лицо противника, трудно заметить какая из атак была эффективной. По этой причине, зерны были проблемными противниками для людей.

— Моя обязанность – охранять это место. То, что происходит за пределами этого места, не в моих полномочиях... Что ж, ясно... Так он был убит. Это потому что ваш король был слишком глупым.

— Что?!

— О? Что такое, мой дорогой предатель? Не говори мне, что ты пришёл всего-навсего поговорить? Ведь ты пришёл сюда, потому что думал, что сможешь одолеть меня, не так ли? В таком случае, это – твой туз в рукаве?

Крючкообразный коготь, длинной, наверно, сантиметров шестьдесят, вытянулся из пальца руки и указал на Нейю.

— Думаешь, я отвечу тебе?!

Великий демон спокойно отреагировал на выходку принца.

— Вот только у меня есть Теневые Демоны.

Тень великого демона плавным движением вытянулась вверх.

Она увеличивалась, проявляясь из плоскости в трёхмерное пространство. Появились чёрная фигура. Она выглядела, как общепринятый образ демона, но полностью окрашенный в чёрный цвет. После чего появились ещё двое.

«Поэтому возле него не находилось охранников из полулюдей», – подумала Нейа.

— Сперва убейте всех зернов, но не трогайте принца. Я хочу его захватить... Человек, если ты предашь их, я могу помиловать некоторых дорогих тебе людей в лагерях, вплоть до количества пальцев на обеих руках.

Великий демон сделал как раз то самое предложение, которое ожидала Сизу.

Поскольку Нейа относилась с уважением к её знаниям и опыту, то решила рискнуть и поступить, как Сизу предложила, и ответить на вопрос приспешника, чтобы сделать его беспечным.

— Это так?

После её осторожного вопроса, она услышала признаки возбуждения и радости в голосе демона.

— Что ты говоришь?! Ты предаёшь нас?!

Принц закричал из-за спины Нейи. Всё внимание Великого Демона было сосредоточено на ней.

— Заткнись, заткнись! Я с ней говорю!.. Я сдержу своё обещание. Скажи мне, скольких людей ты хочешь защитить и скольким помочь. Если не хватит пальцев на двух руках, мы можем продолжить переговоры…

Беззащитный демон, забывший про осторожность, создал кучу брешей в своей защите.

Туз в рукаве – она же Сизу – не мог упустить этого. Она выскочила из тени двери, уже приготовив своё ружьё, и выстрелила. Великий демон схватился за плечо и опрокинулся назад.

Сизу ждала снаружи комнаты, ожидая подходящего момента для неожиданной атаки. И это был сигнал к началу сражения.

Переговоры, начатые чтобы манипулировать противником через его неосторожность, закончились. Королевская стража зернов выскочила перед Теневыми Демонами. Сизу вбежала в комнату с пугающей скоростью. Проскользнув сквозь авангард обоих сторон с молниеносной скоростью, она приблизилась к Великому Демону.

— Что?! Заклинатель?..

— … Нет нужды в объяснении.

Сизу рубанула своим кинжалом, однако демон парировал своими когтями.

Так как Нейа знала, что времени было мало, она выплеснула своё недовольство на принца за своей спиной.

— Что Вы имели в виду, говоря чёрные волосы?! Разве её волосы не золотистые?

— Золотистые? Да какие ещё золотистые! Они же светло-чёрные, разве нет?

— А?

Не было похоже, что он лгал. Может ли быть, что... зерны воспринимают цвета не так как люди?

Нейа как-то слышала, что некоторые виды, обладающие ночным зрением, не могут различать цвета, и видят всё только чёрно-белым. Были также и те, кто не мог различать цвета без света.

Полулюди оставили свет в той кладовой, вероятно, чтобы такие виды могли увидеть, какого цвета их еда.

— Поговорим об этом позже! [Инь – У-Син – Молниевый Коготь]!

— Тц! [Янь –У-Син – Молниевый Коготь]!

Разряды электричества пронеслись по воздуху, словно удары звериных когтей, но рассеяли друг друга, столкнувшись на полпути.

Однако таким способом обнулить можно было только непосредственные магические атаки. Но если использовать такие заклинания, как [У-Син – Размякшая Сталь], усиливающее защиту, или [У-Син – Затвердевшая Сталь], увеличивающее силу атаки, то противник не сможет их отменить и будет просто игнорировать, читая в ответ высокоуровневые атакующие заклинания.

Для того чтобы избежать этого, принц просто читал атакующие заклинания, которые не могли быть игнорируемы врагом. Он сосредоточился на электрических заклинаниях, к которым враг не должен был иметь сопротивления. И к тому же использовал особое умение, называемое Укреплением Элемента Дерева. В итоге, хоть демон и мог обнулять заклинания Инь противоположным Янь, но вот усиление принца не могло быть просто отменено. Поэтому он начал получать незначительный урон.

Раньше Великая Мать тоже могла использовать усиляющие техники подобно принцу, но сейчас она была не более чем аксессуар для Великого Демона. Демон не мог самостоятельно применять усиливающие техники, так что постоянно пятился от силы заклинаний принца.

Так как Сизу взяла на себя роль авангарда, то Нейе пришлось взять на себя её роль как стрелка. Она не могла просто служить транспортом принцу, перед лицом такого могучего врага. Она выпустила стрелу из Последнего Выстрела Звезды, что держала.

Хотя её выстрел был достаточно точным, великий демон легко отбил его своей рукой.

— Прочь с дороги! [Шоковая волна].

Лицо Келарт... её губы двинулись, и она произнесла атакующие заклинание 2-го уровня на Сизу. В Сизу ударила невидимая для человеческого глаза волна, и её тело слегка подкинуло, но не было похоже, что она получила какой-то урон, который затруднял бы её движения. Нейа и не ожидала меньшего от демона-горничной со 150-ым уровнем сложности.

— [Инь – У-Син – Молниевый Коготь].

— [Янь – У-Син – Молниевый Коготь]!

Они снова использовали одни и те же заклинания друг на друга, и слабый поток электричества пронёсся по телу демона.

— [Открытая рана]!

Эта контратака демона была заклинанием, которая делает рану ещё больше. Естественно, оно было нацелено на Сизу, которая, вероятно, уже получила какой-то урон от когтей демона-приспешника.

Всё, что Нейа могла видеть, это спину Сизу. Однако она не заметила снижения ловкости её движений.

Пот побежал по спине Нейи.

Она была единственной, кто мог использовать исцеление, потому что у неё был исцеляющий предмет. А значит, в её сфере ответственности судить степень травм, что понесли другие, прежде чем им реально помочь. В частности были такие как Сизу, которые не выражают своих чувств, до тех пор, пока им не станет совсем худо. Поэтому за принцем и Сизу надо было внимательно следить. Это настолько же сложно, как делать что-то одно правой рукой и в тоже время выполнять другую работу левой. Это было не простым делом, чтобы не запутаться.

Тем не менее, она должна была это сделать.

Принц продолжал использовать магию, а Сизу атаковала ножом и уже получила некоторые порезы. Они в совершенстве выполняют свои роли в соответствии с миссией. Она не могла просто сдаться и сказать, что она единственная, кто остаётся безучастным.

— [Сильное восстановление].

Нейа посудила, что раны Сизу были достаточно серьезными, поэтому активировала предмет, который Король-Заклинатель одолжил ей, и использовала на Сизу заклинание исцеления 3-го уровня.

— Вот оно как?!

Интуиция Нейи подсказала ей, что теперь внимание безголового демона обращено на неё. То, что сказал огромный демон, ясно дало понять, кто стал его текущей целью, которую первостепенно необходимо уничтожить. Он использовал заклинание не магии У-Син, чтобы принц, не смог нейтрализовать её, и атаковал Нейю.

— [Шоковая волна].

Незримая волна силы понеслась на неё, как размахнувшийся боевой молот. Ощутив удар, Нейа услышала отвратительный электрический треск по всему своему телу и стала корчиться в агонии от боли, что потоком пронеслась по нему.

Это было ещё болезненней, чем атака заклинанием вах-уна. Она не могла поверить, что Сизу выдержала такую атаку, никак на неё не отреагировав. Теперь, из-за этого мощного удара, Нейа знала, почему Келарт Кастодио была названа гением.

— Аииии!

Несмотря на то, что Нейа стиснула зубы, она не смогла предотвратить хриплый крик боли.

— С тобой все в порядке?!

— Я, я в порядке!

Нейа ответила принцу, который беспокоился о её состоянии.

— Я позову других зернов…

— Нет. Я защищу Нейю.

Сизу расставила руки в стороны, будто она защищает Нейю.

Великий Демон был огромным, и на его фоне Сизу выглядела такой крошечной. Он был выше Сизу и потому мог прямо смотреть на Нейю без каких-либо препятствий. Однако глубоко внутри Нейа была очень счастлива.

— Что? Ааахх!

Демон закричал хриплым голосом. Казалось, что Сизу сделала с ним что-то, что возымело эффект.

«Она использовала особую способность? Или может заклинание?»

Она не была уверена, что именно произошло, но Нейа почувствовала, что намерение убийства огромного демона ослабевает. Конечно, Нейа, должно быть, просто ошиблась. Ведь не было никакой причины, почему этот Великий Демон не захочет убить её прямо сейчас.

Если будет ещё одна атака, как последняя, или другое заклинание, столь же мощное, то Нейа ещё должна была быть в состоянии её выдержать. Или скорее, она хотела верить это.

Мана, потреблённая при битве с вах-уном, восстанавливалась всё это время. Однако сколько ещё раз она сможет использовать [Сильное восстановление], сказать было сложно. Поэтому лучше придержать его как можно дольше. Но если кто-то их них из-за ран не сможет продолжать бой, то ситуация станет опасной. Было очень трудно определить правильное время для исцеления.

— И она держит лук, который дал ей Айнз-сама!

Голос Сизу прозвучал слишком громко, что было ей нехарактерно. Вероятно, она так повысила свой голос, чтобы лучше восхвалить Короля-Заклинателя. Это была битва не на жизнь, а на смерть, но, похоже, она не могла не сказать этого. В конце концов, это Сизу – самое сильное существо на их стороне. Вокруг неё даже аура бывалого ветерана сражений. У неё может быть план.

— Что?! Ты имеешь в виду Короля-Заклинателя?!

В голосе безголового демона было удивление.

«Этот приспешник, должно быть, слышал от Ялдабаофа, что Король-Заклинатель был противником, которого следует опасаться».

— Да, это лук, сделанный искусством создания рун!

Услышав что-то, чего она не могла игнорировать, Нейа предупредила Сизу:

— Сизу! Не позволяйте противнику узнать о нас такие подробности!

— Что?! Оказывается это оружие от давно потерянных технологий – искусства создания рун! Если вы используете такое оружие, то можете убить меня!

Почему он объясняет это так подробно? Подумав об этом, Нейе сразу стало стыдно. Сейчас она сражается за свою жизнь с невероятно сильным противником. Такая слабачка, как она, не имела роскоши задумываться над такими вопросами.

— Так это было искусство создания рун?! Удивительно!

Демон–приспешник продолжал говорить очень осторожным тоном. Возможно, это было сделано, чтобы отвлечь Нейю. Наверняка.

— Искусство создания рун?

Из-за спины Нейи раздался удивлённый голос принца. Именно поэтому ей пришлось почти выкрикнуть.

— Нет! Это не то оружие!

Как только она крикнула, почувствовала, что Сизу и демон-приспешник замерли на мгновение. Должно быть, так оно и было. Когда два соперника были равны, всё, что они могли сделать, это смотреть друг на друга, не имея возможности сделать ход. Должно быть, так оно и было, подумала Нейа

— Рунное…

— Нет!

Нейа закричала, не замечая ничего происходящего вокруг, а демон-приспешник буркнул под нос.

— Вот как... что ж, тогда... [Слепота]

Заклинание, которое появилось из ниоткуда, очернило взор Нейи. Должно быть, так он решил сделать целителя бессильным.

Предмет, который Нейа одолжила, позволил ей использовать только [Сильное восстановление], а не заклинания, которые могли избавить её от слепоты.

Священник или божественный магический заклинатель легко бы смог вылечить слепоту. К сожалению, такого здесь не было.

Она не знала, как долго продлится тьма, но если она решит исцелить Сизу, ей придётся как-то добраться до неё.

— Я не могу видеть! – было очень важно рассказать её товарищам, что с ней случилось. — Сизу! Если почувствуешь боль, ты должна сказать мне!

— … Ммммм.

— Извини, я не знаю заклинаний, которые могут исцелить твоё зрение! – извеняюще сказал принц.

— Не волнуйтесь об этом.

Откликнувшись на извинения сзади, Нейа натянула тетиву. Она вполне может поразить цель только по памяти. Это опыт, который она приобрела после сражения с вах-уном и многими другими сильными противниками. Она отпустила тетиву.

— … Гвааааааа!

Она услышала, как демон-приспешник заорал от боли.

— Ты сделала это! Он пытался увернуться, но в итоге сам нарвался на стрелу! Отличная работа!

Услышав объяснение принца, Нейа поняла, как ей повезло, и помолилась Королю-Заклинателю.

— … Продолжай стрелять точно так же, – сообщила ей Сизу.

— Эиии! – Из-за звуков зернов, сражающихся с Теневыми Демонами вокруг Нейи, очень трудно было сказать, что происходит.

Нейа сосредоточилась на местоположении демона-приспешника и продолжала стрелять в него.

Похоже, что демон-приспешник был ранен. Видимо он решил, что проиграет, если сперва не победит Сизу, поэтому сосредоточил все атаки на ней. Кроме того, он стал накладывать на Сизу заклинание [Слепоты], пытаясь так вывести её из боя, как сделал это с Нейей. Но у неё, похоже, была сопротивляемость этому, так как [Слепота] не возымела никакого эффекта.

Всё, что им нужно было делать, это продолжать напирать на него.

В итоге, когда мана принца уже почти иссякла, они победили. Крики радости принца были даже немного раздражающими.

Сражавшиеся вокруг них зерны понесли потери, но они одержали победу.

Тем не менее, время действия заклинания, наложенного на Нейю, ещё не истекло. Она всё ещё ничего не видела. Однако оно не было постоянно действующим. По всей видимости, эффект со временем будет ослабевать. Единственная причина, по которой это заклинание длилось так долго, заключалась в том, что Келарт Кастодио была очень сильна.

Хотя Нейа ничего не видела, она чувствовала присутствие приближающихся к ней зернов.

— Мой принц! Я рада, что Вы в порядке

— Ах, следует воздать последние почести уважаемой Великой Матери, съев её останки.

«Так ты съешь это?» – удивлённо подумала Нейа.

Но, при всём уважении, единственное, что она могла сделать, это принять данное действо, как традицию вида.

— Нейа. Что нам делать с головой человека? Мы тоже можем её съесть?

— Нет, пожалуйста, не надо. У нас, людей, нет такой практики погребения. Мы вернем её в город со всем уважением.

— Понятно... Человеческие захоронения довольно странные. Нет, конечно, вы должны думать то же самое и о наших. Это, вероятно, то, что называют столкновением культур. Кроме того, я глубоко признателен вам. Только одни мы никогда бы не смогли…

— Сейчас нет времени на разговоры. Нужно идти, – оборвала его Сизу

Нейа слышала вдалеке громкие звуки. Похоже, Армия Освобождения наконец-то подошла к городу. Или же полулюди только что услышали звуки битвы в этой комнате и направляются сюда посмотреть, что происходит. Что бы из этого ни было, они не могут оставаться здесь надолго.

— Правильно. – Нейа согласилась с Сизу и обратилась к принцу. — Тогда, пожалуйста, помогите Армии Освобождения в атаке на Калиншу, как мы и договаривались.

— Угу, я понимаю. Вы все! – Принц обратился к зернам.

— Да! Мы немедленно выдвигаемся. Вот только Вам, мой принц, и людям стоит снова спрятаться в бочках. Мы вывезем вас за пределы города.

Нейа не видела со спины лица Сизу, поэтому не могла сказать наверняка, но точно чувствовала, что та колеблется. Причина этого была очевидна – Сизу ненавидела эти бочки. Нейа чувствовала то же самое.

— … Мы тоже поможем, – твёрдо сказала Сизу, отвернувшись от бочек.

— Да. Как только я оправлюсь от своей слепоты, я тоже помогу. – Нейа была с ней единодушна.

Принц, прыгая от радости, бился о её спину, как пойманная рыба. Нейа была немного подавлена, понимая, насколько хорошо она свыклась с этой ситуацией.

— Если наши союзники отправляются в бой, то и мы должны идти. Конечно, моя мана почти истощена, и я не смогу использовать никаких мощных заклинаний, поэтому вместо этого я буду накладывать на вас заклинания усиления.

— Мой принц!

— Молчать. Вы хотите, чтобы я был мужчиной? Или слабаком, который посылает своих союзников на смерть?

— … Этого будет достаточно. Пойдём уже. – Сизу подгоняла их идти.

Казалось, она просто хотела побыстрее уйти от бочек.

[1] В оригинале "сики / шики (shiki)" – особая духовная связь между сикигами/шикигами (яп. фамильяром) и его хозяином. Посрдством сики сикигами исполняет волю хозяина, как свою собственную.[2] Семпай и кохай - японские термины, описывающие неформальные иерархические межличностные отношения, общепринятые в организациях, кружках, клубах и школах. Сэмпай – это тот, у кого больше опыта в той или иной области. Кохай – наоборот: человек, менее опытный в некоторой сфере занятий.[3] По китайской философии Тай-Цзи: мироздание состоит из Инь и Янь (Тьма и Свет) – двух антагонистических противоположностей, и У-Син – системы пяти первоэлементов (дерево, огонь, земля, металл и вода).

Глава 7: Спаситель нации

Часть 1

Освобождение Калинши прошло на удивление просто.

Восстание зернов, явное несоответствие сил полулюдей к размерам города, и отсутствие демона-приспешника Ялдабаофа, способного командовать ими, в сумме привело к предопределённому итогу. Конечно, с обеих сторон было много жертв, но потери Армии Освобождения Святого Королевства были, на удивление, минимальными, учитывая то, что им удалось вернуть такой большой город.

Одой из главных причин этого стала Нейа, носившая у себя на спине Последний Выстрел Звезды.

Конечно, Сизу тоже ей помогала, но Нейа и её впечатляющий лук имели величественный вид, который вдохновлял людей.

Итак, Нейа стояла на платформе и страстно выступала перед слушателями, которые собрались на площади. Она говорила им, что в этом мире нет более великого короля, чем Король-Заклинатель.

Первое, что сделала Нейа после освобождения Калинши, это отправила запрос о помощи в поисках Короля-Заклинателя.

Зерны выполнили свою часть уговора и допросили пленных полулюдей об Абелионских холмах, но ей всё ещё не хватало материальных ресурсов, информации, знаний и тому подобного.

Одно дело, если бы они располагали неограниченным числом попыток, но было сложно неоднократно посылать поисковые группы и спасательные команды на территорию противника. Другими словами, они должны всё сделать правильно с первого раза. В таком случае, никаких подготовок недостаточно. Вот почему она решила извлечь выгоду из того факта, что многие люди были освобождены и горели желанием помочь.

Однако люди не помогали сразу же после того, как их попросили. Даже после возвращения Калинши было ещё много других захваченных городов, а также много людей, которые оставались в заключении или потеряли своих родственников. Нейа пыталась подкупить их выгодами за помощь Королю-Заклинателю, чтобы зажечь их сердца.

Однако, по мере увеличения числа помощников, содержание её речей постепенно начало меняться.

Люди, которые пришли послушать речь Нейи о Короле-Заклинателе, были людьми, которых Король-Заклинатель спас лично. Это были люди, которые испытывали самую чистую боль и теперь хотели держаться за самым сильным существом, чтобы исцелить устоявшуюся эмоциональную травму в их душах.

Те, кто знал о величии Короля-Заклинателя, могли считаться её товарищами.

Тогда особенность Нейи стала в том, чтобы радостно рассказывать им о великолепии Короля-Заклинателя.

Постепенно стали присоединяться и люди, которые не знали Короля-Заклинателя. Это были друзья тех, кто был спасён Королём-Заклинателем. Пока слово распространялось, всё больше и больше людей, не связанных между собой, приходили слушать Нейю.

С надетым визором Нейа восторженно рассказывала людям о превосходстве Короля-Заклинателя во время освобождения города Лойдс и битвы с Ялдабаофом.

Несколько недель назад она не могла даже вымолвить и слова. Она напрягалась под давлением слушателей и запиналась, в то время как её ум был в смятении. Но после нескольких выступлений перед толпой, она, наконец, поняла, что ей не нужно выражать свои мысли, а только обрисовывать им славу Короля-Заклинателя своими словами. И в итоге Нейа стала красноречивым оратором.

Да, они теперь называли её Безликой Проповедницей.

И сейчас…

— … Поэтому Его Величество истинно несравним! Как мог бы король другой страны заботиться о здешних людях?! Да, я знаю, что вы хотите сказать. В конце концов, Её Величество Калка Бессарез тоже превосходная королева. Однако... кто-нибудь здесь слышал о короле, который зашёл так далеко, чтобы помочь людям другой страны?! Вот ты!

Нейа указала на одного из слушателей перед ней.

— Ты когда-нибудь слышал о короле, который пришёл сам, чтобы спасти людей другой страны от мучений?

— Э? А, нет, это... Я никогда не слышал... ничего подобного... раньше…

Всё внимание людей было направлено на него.

— Прекрасный ответ! Это правда!

Люди, стоявшие рядом и разделяющие её взгляды, поаплодировали мужчине, которого Нейа похвалила.

Человек покраснел и выглядел немного застенчивым.

— По правде говоря, мы провели исследование, сделал ли какой-нибудь другой король что-то подобное. Но нет! Как бы мы не старались, мы не смогли найти такого же короля, как Король-Заклинатель!

Нейа умолчала, что были короли, которые отправляли армии спасать другие страны. Но по факту, ни один король не отправлялся сам.

— Подумайте об этом. Король прибывает помогать людям в другую страну, несмотря на риск для себя! Только Король-Заклинатель!.. – Нейа сделала паузу, а затем продолжила. — Только Его Величество! Только такой правитель действительно заслуживает называться праведным королём.

— А можем ли мы ему верить?! Разве он не нежить?!

Нейа восприняла вопрос из толпы с вежливой улыбкой. Раньше она и сама так думала. Другими словами, он напоминал её саму в прошлом. Он просто не знал... не понимал.

Она поможет ему увидеть... Нет, она откроет ему глаза, так же как открыла глаза всем остальным. С этим чувством в сердце, она обратилась к толпе.

— Да! Его Величество – нежить! Это нормально, что вы беспокоитесь! Это правда, что нежить – ужасные монстры. Я не хочу сказать, что вся нежить хорошая. Большая часть нежити злая, и, несомненно, они ненавидят нас, живых!

Теперь, когда все серьёзно её слушали, Нейа, прочувствовав всеобщее настроение, объявила свой итог.

— Однако! Из каждого правила есть исключения! Как может быть тёплый день зимой, как бутон может расцвести из засохшей ветви, как сияющая звезда, падая, может пробиться сквозь кромешную тьму, так и Его Величество, нежить, помогает живым. Вы должны были слышать истории тех, кого он спас. А может быть даже вы сами спасены им. Только лишь основываясь на том, что вы знаете, вы уже можете подтвердить, что я не лгу!

Убедившись, что толпа не возражает, Нейа продолжила в тяжёлом, мрачном тоне.

— … В этот раз крепкие приграничные стены были сломлены, и полулюди лавиной ворвались в наши земли. Единичный ли это случай? Кто-нибудь здесь верит, что это не повторится вновь?

Молчание само говорило за зрителей.

Естественно, что всем хотелось, чтобы это был последний раз, но в это никто не верил.

— Я прекрасно понимаю, как вам нелегко. Возможно, поколение наших детей... все дети смогут отдохнуть спокойно. В конце концов, трагедия, которая в этот раз произошла, послужит нам стимулом, чтобы не усыплять свою бдительность... Но…

Нейа повысила голос.

— Может ли кто-нибудь из вас гарантировать, что подобная трагедия не произойдёт с детьми наших детей? Посмеет ли кто-нибудь из вас сказать, что это был единственный случай, и такое никогда не повторится?! Поэтому, мы должны приготовиться, дабы стена не была сломлена вновь!

Восклицания наподобие «Да!» и «Верно!» вылетели из толпы.

— … Похоже, что все согласны. Но в далёком будущем, во времена, когда эта трагедия станет забытым прошлым, смогут ли люди всё ещё осознавать необходимость иметь эту силу? Скажете ли вы, что мы сможем сохранить эту вдвое–втрое увеличенную силу защитных линий?

Раздутый военный бюджет начнёт пожирать ресурсы государства без видимого результата.

— Я уверена, что среди вас есть те, кто служили на стенах во время своей армейской службы. Тогда прошу, вспомните расходы и запасы, что тратились тогда. Если они утроятся, не думаете ли вы, что они сильнейшим образом нагрузят страну? В таком случае, думаете ли вы, что страна, знающая о трагедии только из каких-то старых рассказов, продолжит прилагать усилия?

Когда понимание отразилось на лицах слушателей, Нейа подошла к заключению.

— Именно поэтому нам нужна защита Его Величества!

— Почему?! Почему мы должны искать помощи у нежити!

Раздался тот же голос, что и раньше.

Это был мужчина, спросивший её прежде. Люди, вроде него, успокаивали Нейю. Сложнейшими толпами для неё были те, где вообще никто не реагировал. Когда такое происходило, она ощущала беспокойство – достигают ли их её слова.

Сторонники Нейи предлагали внедрять нескольких якобы критиков, вроде этого, но Нейа отказалась. Похожим образом, она отказала идее внедрения зазывал в аудиторию.

— Я говорю так, именно потому, что он нежить. Его Величество могущественный, но более важно то, что он нежить, и в далёком-далёком будущем, он всё ещё будет жив... будет существовать.

— Но я слышал, Король-Заклинатель проиграл в битве и погиб.

— Этот слух одновременно и истинный и ложный. К сожалению, первая часть правдива. Его Величество израсходовал значительную часть маны и использовал много заклинаний для спасения бессильных. И, в конце концов, он был побеждён Ялдабаофом. Но вторая часть – ложь. Его Величество не мёртв! Существование Сизу докажет это каждому.

Намёк для Сизу – одной из ключевых фигур в освобождении Калинши – войти со стороны.

Аудитория ахнула в восхищении, и можно было даже слышать шёпот обожания вроде «Сизу-сама».

— … Мм. – Сизу держала голову высоко и выпятила грудь.

— Когда-то, она была одной из демонов-горничных в услужении у Ялдабаофа, однако, она сражалась вместе с нами в битве за Калиншу. Так вышло потому, что Его Величество перехватил духовную связь с ней из рук Ялдабаофа.

Много людей видели Сизу, убивающую полулюдей без остановки во время боя. Люди, обращавшиеся к ней "-сама", вероятно, получили помощь от неё лично.

Сизу стала очень популярна. Даже если она однажды была демоном-горничной Ялдабаофа, она также была очень милой, и, что важнее, выглядела юной. Можно сказать, было очень сложно испытывать неприязнь к ней.

Нейа однажды спросила Сизу, рассчитывал ли на это Король-Заклинатель, подчиняя её магией. Сизу ответила «Возможно».

— Сизу связана магией Его Величества, и это останется в силе до тех пор, пока живёт Король-Заклинатель. Другими словами, она – доказательство того, что Его Величество всё ещё жив.

В толпе поднялись ропоты и волнения. Нейа подняла руки, показав всем быть тише, поскольку она ещё не закончила говорить.

— Я уверена, вы все задаётесь вопросом, почему Его Величество всё ещё не показал себя. По правде говоря, я тоже не знаю. Однако я не могу представить, как такой сострадательный владыка может покинуть нас! Должна быть причина, по которой он не может немедленно вернуться сюда. Я не знаю, так ли это из соображений Его Величества, или из-за возникшей угрозы. Именно поэтому!..

Голос Нейи разнёсся по затихшей площади.

— Именно поэтому я прошу всех вас о силе! Пожалуйста, одолжите мне вашу силу, чтобы отыскать Его Величество. Даже если мы поставим наши жизни для того, чтобы полностью пройти населённые полулюдьми Абелионские холмы вдоль и поперёк, прежде чем найдём Его Величество, Святое Королевство всё же не сможет полностью выплатить наш долг перед ним. И я уже говорила это прежде, но Его Величество пришёл сюда лишь сразиться с Ялдабаофом, однако, в итоге, бился с полулюдьми вместо нас, слабых, тем самым истощив свою силу и приведя себя к поражению.

Нейа подняла голос ещё громче.

— И именно поэтому, все! Поэтому мы все обязаны отплатить наш долг этой личности, пришедшей спасти нас! Он пришёл лично, чтобы спасти нас! Даже если он один из нежити, я не намерена быть неблагодарной!.. Так что, я призываю людей, желающих своими небольшими силами отплатить долг Его Величеству.

Нейа остановилась на мгновение для создания предвкушения, прежде чем продолжить.

— Я ищу людей для помощи в поисках Его Величества! Но вам не нужно идти лично! Ваши умения, ваши знания, всё, что вы можете предложить, будет полезным. Пожалуйста, одолжите мне свою силу! Пожалуйста, помогите мне!

Нейа склонила свою голову, и, позади неё, так же сделала Сизу.

— Оооохх! – Толпа взревела.

Подняв голову, Нейа сказала в завершении:

— … Я уверена, есть те из вас, кто не сможет поверить только моим словам. Однако, как насчёт того, чтобы расспросить людей из Армии Освобождения до захвата Калинши? В таком случае, я убеждена, вы поверите в то, что я не лгу.

***

Вернувшись в свою комнату, Нейа рухнула в кресло.

— Спасибо за Ваш усердный труд, Бараха-сама.

Тем, кто обратился к ней, была любезная женщина с чуть печальным лицом.

На вид ей было около двадцати. В глаза явно бросались её короткие волосы и огромная грудь, так и притягивавшая мужские взгляды. По-видимому, и волосы когда-то были длинными, но во время плена в лагере их срезали.

Она была одной из группы сторонников Нейи. Группа желала как-то обозначить себя, так что они назвались Отрядом Спасения Короля-Заклинателя.

Их основной работой была помощь в ежедневных делах Нейи, и эта работа с каждым днём становилась всё сложней.

Хотя прошло всего полмесяца с тех пор, как они впервые встретились, эта женщина стала незаменимой для Нейи. Всё потому, что она выполняла все указания – будь то уборка, стирка, приготовление пищи или что-то ещё – с непревзойденным совершенством.

— Ах, спасибо тебе.

Нейа обтёрла лицо влажной полоской ткани, которую предложила ей женщина. Ощущение прохлады чувствовалось очень приятно на горящем лице.

— Гммм. – Звук, который произнесла Нейа, прежде чем положить полотенце на стол, скорее подходил мужчине средний лет. Женщина тут же убрала его, а Нейа повернулась к ней и проговорила:

— Ах, хотя я говорю тебе это всё время, не называй меня "-сама". Всё же я не какая-то особенная личность.

— О чем Вы? Вы же говорите и действуете от имени Его Величества в этой стране. Будет грубым не обращаться к Вам, "-сама".

Факт того, что женщина старше её говорила это, беспокоил Нейю.

Это была проблема, с которой сталкивались только те, кто не привык к вышестоящему положению.

Кстати говоря, Нейа не была оратором или кем-то вроде того. Она даже поразилась, как оказалась в таком положении. Она подумала, что лежавшая на диване и безучастно смотревшая в никуда Сизу лучше подходит под это описание.

Первоначально, с объективной точки зрения, величие Короля-Заклинателя должно было быть очевидным для всех. Она просто заявляла очевидное, не споря на его счёт. И она не намеревалась начинать проповедовать какую-либо веру или навязывать мнение. Нейа вообще никак не ожидала, что всё так обернётся.

— Тогда я Вас покидаю. Также, Белдран Моро желает встретиться с Вами.

— Я поняла. Можешь позвать его? Спасибо за твою тяжёлую работу сегодня.

Женщина, управлявшая повседневной жизнью Нейи, поклонилась ей, а затем покинула комнату. Вошёл мужчина, как бы поменявшись с ней местами. Женщине были противны мужчины, она боялась их, и чувствовала себя некомфортно, будучи с ними в одном месте. Поэтому она решила извиниться и уйти.

— Бараха-сан, прошу прощения за беспокойство во время Вашего отдыха. Могу я попросить уделить мне немного Вашего времени?

Белдран Моро.

У него было крепкое тело мужчины сорока лет, но самой выделяющейся чертой были его редеющие волосы.

Семья Моро традиционно служила знатным дворянским домам, и в прошлом он был дворецким. Поэтому он работает секретарём в группе сторонников Нейи, чтобы в полной мере использовать свои умения.

Нейе очень повезло встретить кого-то вроде него, когда она впервые основала группу. Не встреть она его, её волосы быстро поседели бы.

— Всё в порядке. В чём дело?

— Спасибо, что уделили Вашему слуге несколько минут Вашего времени, позволив мне представить отчет. Я хотел бы сказать, что число членов нашей организации уже превышает 30 тысяч человек.

— Ах, это замечательно! Подумать только, мы привлекли столько людей, понимающих грандиозность Его Величества! Нет, этого только и можно было ожидать. В конце концов, Его Величество действительно удивительная личность!

— Мхмм. – Сизу утвердительно кивнула.

В настоящее время организация насчитывает больше членов, чем население небольшого города. Из более чем трёх с половиной миллионов жителей Северного Святого Королевства, около 1-го процента принадлежат к группе Нейи.

— Наши сторонники выразили желание иметь символ, показывающий их членство в организации.

— Понятно... Да... в этом есть смысл.

— Действительно. Необходим некий носимый предмет с указанием их членства для укрепления чувства поддержки и принадлежности.

— Мхм, – Нейа кивнула.

Все были бы очень счастливы, имея какой-то символ солидарности – что-то связанное с Королём-Заклинателем. Нейа тоже этого хотела.

— Пожалуйста, используйте для этого лучшие средства в нашем распоряжении. Однако я не хочу, чтобы для этого использовались денежные пожертвования или что-то вроде того.

— … Неофиц... фан... гру…

Нейа подхватила то, что даже её острый слух не смог полностью разобрать.

— Сизу, Вы что-то сказали? – спросила Нейа.

— … Ничего.

— … Точно? Тем не менее, если я ошибаюсь, говоря о Его Величестве, Вы должны меня поправить.

Нейа повернула взгляд к Белдрану. В последнее время всё больше и больше людей оставались непоколебимыми, когда она смотрела на них, и это делало Нейю счастливой.

— Мы займемся изготовлением символа. А теперь... можете рассказать мне, что ещё осталось в моём расписании?

— Да, Бараха-сан. Примерно через два часа сторонники будут организовывать мероприятие "Благодарение Короля-Заклинателя", и у Вас запланировано принять участие и рассказать о великих делах Его Величества.

— Понятно.

Нейа была просто в восторге. Она знала, что Король-Заклинатель был справедлив. Она ощутила чувство товарищества и близости к сторонникам, которые могли понять её чувства. И ей очень нравилось разговаривать с людьми, которые разделяли её взгляды.

— Кроме того, есть люди, которые хотели бы, чтобы Вы стали свидетелями плодов их тренировок. Учитывая Вашу занятость, должен ли я отказать им?

Нейа недавно основала подразделение почётного караула и в настоящее время подвергала их интенсивным тренировкам. В этой подготовке приняли участие как Нейа, так и Сизу.

Нейа считала, что слабость будет только бременем для Короля-Заклинателя. Упорный труд для становления сильным был её второй натурой. Если участие Нейи могло оживить настроения и мотивировать их, то она должна была принять участие.

— Нет, я хотела бы присоединиться к ним.

— Я уверен, они будут в восторге... И хотя список мероприятий крайне мал, это всё, что я должен Вам сообщить. Касательно того, сколько времени потребуется на сбор сторонников... подготовка займёт около часа. Поэтому, пожалуйста, до тех пор спокойно отдохните.

Белдран склонил голову и вышел из комнаты. Как только он ушёл, Нейа встала со стула и подошла к дивану, где была Сизу. Затем она легла рядом с ней и крепко обняла, как будто пытаясь прижаться к ней всем телом.

— … Хорошая девочка, хорошая девочка.

Сизу была ростом меньше Нейи, но она успокаивающе погладила её спину, как мать гладит своего ребенка.

— Когда мы сможем отправиться на поиски Его Величества?.. Прошёл уже месяц.

Люди, отправленные на поиски в восточную часть Святого Королевства, не нашли Короля-Заклинателя. Хотя была вероятность, что они его пропустили, все были уверены в том, что место падения Король-Заклинатель – земля полулюдей, Абелионские холмы. Поэтому им стоило серьёзно подготовиться, но это заняло слишком много времени.

Из трёх тысяч зернов, предавших Ялдабаофа, 2 800 отправились со своим принцем в Колдовское Королевство. Оставшиеся 200 отправились на Холмы, чтобы собрать информацию. Однако пока результатов не было.

— Ты не должна потерпеть неудачу.

— Я знаю! Но, но…

Нейа прижалась к Сизу ещё крепче. Она глубоко вдохнула аромат, как у чёрного чая, который исходил от Сизу.

Простого присутствия Сизу было достаточно, чтобы убрать беспокойство Нейи. Всё потому, что её существование доказывало – Король-Заклинатель жив.

— … Всё будет хорошо. Айнз-сама великодушен.

— Ах, это верно, Сизу-семпай.

— … Поэтому ты должна привлечь больше сторонников и разработать безупречный план поиска.

— Ах, это верно, Сизу-семпай.

— … Тогда Айнз-сама будет счастлив.

— Ах, это верно, Сизу-семпай.

— … Нейа. Ты мне нравишься. Теперь, когда я привыкла к этому, твоё лицо кажется довольно милым.

— … Довольно милым... Говоря об этом, Вам, должно быть скучно, постоянно находиться здесь и не выходить на улицу, Сизу-семпай. В следующий раз давайте сходим куда-нибудь вместе?

Необыкновенная красота Сизу, практически вылепленная, привлекала много внимания. Но если бы люди знали её истинную личность, как демона-горничной, направленные на неё взгляды были бы наполнены страхом и осторожностью. У многих людей были преувеличенные заблуждения, такие как «Она собирается украсть мою душу», которые вытекали из историй, в которых демоны превращались в прекрасных женщин, требовавших души как часть сделки. Однако Нейа считала, что даже демоны имеют право выбирать своих партнёров. Тем более, что Сизу является слугой самого щедрого и сострадательного Короля-Заклинателя. А это означает, что демон со 150-ым уровнем сложности не могла желать очаровывать окружающих её людей, не говоря уже о том, чтобы желать их души.

Даже если будет невозможно избежать неприятностей от других людей, то Нейа решила, что, как оруженосец Короля-Заклинателя, не сможет предстать перед ним, если своим действием или бездействием доставит проблемы Сизу, его слуге. Разумеется, Нейа также понимала, что Сизу настолько сильна, что ей просто не смогут навредить.

Именно из-за этого она проводит здесь так много времени. Но с увеличением числа людей в их организации, было бы неплохо привести её на сборы сторонников.

— … Ладно. Пойдем вместе, – согласилась Сизу — Это своего рода практика.

— Тогда начните готовиться. Но наряд горничной слишком привлекает внима... Эм, то есть, не могли бы Вы переодеться во что-то более обыденное?

— … Доктор... кхм... Без проблем. Одолжи мне одежду. Выбор на тебе.

— … Простите, но у меня не было никого, с кем бы я могла прогуляться, и я вообще не интересовалась одеждой, так что не уверена, смогу ли подобрать Вам одежду.

Сизу осторожно погладила плечи Нейи. Хотя она выглядела бесстрастной, Нейа могла ощутить её материнское тепло. После этого Сизу указала пальцем на себя.

— … Тогда предоставь это мне.

— Серьёзно?

Вскоре выяснилось, что вкус Сизу на удивление хорош.

***

Многократно возросший после взятия Калинши объём работ тяжким грузом лёг на плечи Каспонда. Вызволенных людей предстояло организовать. Вместе с тем, существенно увеличилось и количество подлежащей обработке информации. Оба этих занятия – назначения и проверка – занимали немало времени.

В этот напряженный период, всего один паладин был назначен Каспонду для обеспечения его безопасности.

Хотя это могло быть экономией на безопасности, но не стоило использовать умелого паладина – способного читать, писать, вести учёт, проводить религиозные обряды или поддерживать правопорядок – как простого телохранителя. В этом отношении, самым эффективным решением было бы назначить ему Ремедиос. Однако после рассмотрения её психического состояния, он решил отправить её тренироваться с другими паладинами.

Когда Нейа и Сизу вернули голову Келарт Кастодио, безумные визги Ремедиос вызвали такое беспокойство, что было удивительно, как всё обошлось без жертв. Хотя, в конце концов, она успокоилась, им всё равно приходилось обращаться с ней осторожно.

По правде говоря, никто не может справиться с таким объёмом работы в одиночку. Но он должен быть благодарен своему создателю. Посвятив всего себя вышеуказанному создателю, Каспонд бросился с головой в работу, яростно застрочив пером по страницам.

Хотя это была практика на будущее, работа всё ещё очень раздражала. Его помощник паладин либо не умел читать настроение, либо действительно был очень обеспокоен, но он заговорил с Каспондом, пытавшимся скрыть раздражение в глубине своего сердца.

— … Ваше Высочество, неужели нормально позволять развиваться ситуации с Нейей Барахой?

Каспонд понял смысл этого вопроса, и он устало улыбнулся, не отрывая глаз от своих документов.

— Ничего не поделаешь, так что не волнуйся. К тому же, это дело принца.

— Большое спасибо. Однако, что Вы имеете в виду под «ничего не поделаешь»?

Паладин, похоже, не понимал, поэтому Каспонд приподнял голову от своих документов и посмотрел ему в глаза.

— Как ты думаешь, что произойдёт, сделай мы что-нибудь с ней? Скажем, заставим её остановиться?

— Я думаю, ничего не случится, мой принц. Всё, что она делает – это вызывает беспорядки в стране.

— Понятно. Так что ты... хотя не уверен, что это уместно... не слышал её речей?.. Полагаю, нет. А я слышал, и другие версии её речей, практически везде. Теперь, мой первый вопрос... Она лгала?

Каспонд смотрел, как паладин роется в своей памяти, потому сам ответил ему:

— Она не... ну, было бы лучше, если бы она лгала. Любой человек с капелькой мозгов может проверить то, что она сказала, и обнаружить, что почти всё это правда. Король-Заклинатель освободил их, как герой, и даже в одиночку отбил обратно город.

Он выпил воды из стеклянного стакана на столе, чтобы промочить горло, и продолжил.

— И потом, Нейа Бараха – герой, помогшая освободить Калиншу. Мы восхвалили её за это. Что касается демона-горничной – мы представили её как слугу Короля-Заклинателя, и это привело к заоблачному мнению о нём. Именно поэтому нам пришлось немного перестараться, восхваляя Нейю, чтобы показать заслуги и Святого Королевства. Также, её снаряжение подобает герою.

Весь вид Нейи – её превосходный лук, одолженный Королём-Заклинателем, и доспехи Великого Короля Баззаа – был не иначе, как героическим.

— Теперь, касательно твоего предложения. Если мы попытаемся заставить её замолчать, как все будут смотреть на нас? Ты не подумал о том, что это будет выглядеть, как будто мы попытаемся заткнуть героя лишь потому, что её слова вредны для королевской семьи? Вот такие дела.

— Но это…

Паладин попытался возразить, но его лицо уже говорило, что он понял слова принца. Он знал, что произойдёт.

— С одной стороны – герой, популярность которого на подъёме, а с другой – королевская семья, находящаяся в упадке. Как думаешь, кому поверят люди?

— … Ваше Высочество! Пожалуйста, не говорите так!

— Извиняюсь... Но ближе к делу. Что сделает демон-горничная Короля-Заклинателя, если мы попытаемся помешать Нейе Барахе?

— Ох! – Лицо паладина застыло, и полный ужаса взгляд уставился в лицо Каспонда.

— Хе-хе. Факт того, что она под защитой демона-горничной, значит, что она сильнейшая в этом городе, понимаешь? Пытаться напрямую заставить её замолчать крайне опасно, так что нам придётся оставить всё как есть. Я понимаю твои опасения, но каждый доступный нам ход будет плохим решением.

В дверь постучали, и один из находившихся снаружи солдат вошёл.

— Ваше Высочество, господин вице-капитан хочет поговорить с Вами.

— Пусть зайдёт.

Густав, вероятно, услышав слова Каспонда, ворвался в комнату. Лёгкая одышка показывала, что он пришёл сюда в спешке.

— Прошу простить меня, Ваше Высочество!

Работа Густава была более сложной, чем у Каспонда. Он организовывал всё непосредственно снаружи замка. Поэтому он очень редко приходил сюда. Вот почему Каспонд знал, что ситуация была экстренной. Если он пришёл сюда лично, то притащил проблему, с которой не мог справиться самостоятельно.

— Я же постоянно говорю Вам не беспокоиться об этом. Кроме того, Вам не нужно кланяться, когда мы одни. Раз уж Вы так торопились сюда, это нечто срочное, да?

— Да! Наши разведчики сообщают о 50-ти-тысячной армии, несущей флаги Дворян Юга. Они направляются в этот город!

— Понятно... Неужели Юг уже одолел армию полулюдей Ялдабаофа? В любом случае, готовьтесь к битве, поскольку мы не знаем, контролируется ли южная армия Ялдабаофом. Будьте осторожны. Я оставлю это на Вас.

— Да!

— Первыми не атаковать ни при каких обстоятельствах, пока противник не сделает свой ход. Если они захотят провести переговоры, приведите их сюда, а затем…

Каспонд повернулся ко второму паладину.

— Ты поприветствуешь их. Если это те, о ком я думаю, среди них должны быть несколько высокопоставленных дворян. Поэтому подготовьте блюда и алкогольные напитки для их удовлетворения.

Оба ответили «Да, сэр», а затем вышли из комнаты. Посмотрев, как они уходят, Каспонд тихо пробормотал.

— Ладно... Время пришло.

***

— Однако, какое приятное зрелище для глаз. Маркиз Бодипо, граф Коэн, граф Домингез, граф Гранеро, граф Рандальс и виконт Сантс.

— О, ничего. Не думайте об этом. Я рад видеть Вас в добром здравии, пой принц.

— Воистину! Воистину! Мы так волновались за Вас, Ваше Высочество!

После тоста, Каспонд и южные дворяне выпили красное вино за взаимную безопасность, обмениваясь приветствиями снова и снова.

Дворяне описали положение Юга и рассказали о своих тяжёлых трудах. Каспонд внимательно слушал, потому что это показывало, как усердно они работали, сколько всего они отдали ради Святого Королевства.

Граф Коэн, который говорил очень долго, похоже, внезапно что-то заметил и задал вопрос.

— О, Ваше Высочество, мне кажется, или Вы слегка изменились?

— Ах, конечно. Но... Полагаю, вы знаете, как Ялдабаоф вторгся на Север? Мои владения в результате сильно изменились. Кроме того, думаю, области, которые вы не видели, изменились ещё больше... Не думаете ли вы, что я похудел?

Каспонд указал на живот. «Ну, это действительно так», – весело ответили все. В то же время, в глазах дворян появился острый блеск.

Каспонд не упустил это. Он сразу понял, что они сравнивают предыдущую значимость Каспонда с его нынешней ценностью.

Хотя они достаточно быстро скрыли это, он понимал, что его оценка ещё продолжается.

Теперь он надеялся, что они будут думать, что ничего не изменилось. Стоило сделать максимум во избежание их вмешательства в дела королевской семьи после войны.

— … Однако я, Каспонд, глубоко благодарен вам, господа, за действия для спасения Святого Королевства.

— О чём Вы говорите, Ваше Высочество? Вполне естественно, что мы, как дворяне, должны мобилизовать свои силы и направить их во благо королевской семьи. Или скорее даже так: любой физически способный, но не вступающий в битву за выживание Святого Королевства, не может даже считаться дворянином!

Все дворяне кивнули и произвели подтверждающие звуки. Иными словами, здесь собрались дворяне, что поддерживают королевскую семью, а не оппозиция.

К сожалению, Каспонд не знал, какие дома дворян не ладят друг с другом. Вероятно, это значило, что он недостаточно изучил этот вопрос.

Хотя он желал избежать обвинений в предвзятости, он должен был предоставить им привилегированное отношение, иначе столкнётся с довольно печальными последствиями. Обычно все ненавидят летучую мышь, порхающую вокруг в попытках получить благосклонность каждого.

— Господа, о вашей преданности королевской семье должны трубить повсюду. Я считаю, что это стоит увековечить в исторических записях.

Хотя лишь на мгновение, счастливейшим в этом помещении выглядел маркиз Бодипо, старейший из присутствующих, блондин с вкраплениями седины.

Теперь, имея власть и положение, он желал престижа. Другие, возможно, предпочли бы получить вознаграждение. Конечно, для них было естественным ожидать получения определённой награды после мобилизации своих сил.

Маркиз пробормотал несколько вежливых слов отказа – скорее, из учтивости – всё же пытаясь снискать расположение принца. За это время, виконт Сантс, выглядевший довольно непринуждённо, спохватился в нужный момент и прервал разговор, нерешительно задав свой вопрос.

— Мой принц, у меня есть вопрос, который я хотел бы задать Вам. Каково нынешнее состояние Её Величества? Я слышал, она... умерла…

— Это правда.

Поражённый откровенным и прямым ответом Каспонда, виконт Сантс задал ещё один вопрос.

— Тогда, где же лежит тело Её Величества?

— … Оно было в ужасном состоянии, поэтому нам пришлось его кремировать. Изначально мы планировали использовать на ней заклинание [Сохранение] и придать её торжественным похоронам после окончания войны с Ялдабаофом…

Каспонд покачал головой со взглядом боли на лице, как будто ему тяжело продолжить.

— Кроме того, мы подтвердили смерть Верховной жрицы, Келарт Кастодио.

— Вот как…

Во время этого молчания, Каспонд улучил момент и выпил.

Замена Калки была прямо перед их глазами. Тем не менее, не было простого способа найти кого-то, кто заменит Верховную жрицу Келарт Кастодио, стоявшую на вершине иерархии всех заклинателей божественной магии. Поэтому они тщательно обдумывали, как лучше использовать смерть Келарт.

Увидев, что они не отреагировали даже после двух глотков вина, Каспонд дал им ещё один лакомый кусочек информации.

— Её останки также были в ужасном состоянии, поэтому их кремировали.

Дворяне нахмурились. Почувствовали ли они что-то от смерти двух высших личностей Святого Королевства? Возможно, они, наконец, осознали, что это была битва с их жизнями на кону, и проигрыш означал смерть. Они были напуганы пониманием того, что не будут выкуплены, даже если их возьмут в плен.

— Что насчёт капитана паладинов, Кастодио-сан?

— Вы хотите поговорить с ней? Это может подождать?

— Ох, так она всё ещё жива? В то время как Её Величество и Верховная жрица мертвы…

Граф Рандальс имел аккуратно ухоженную козлиную бородку. Когда он произнёс эти слова саркастическим тоном, остальные насмешливо улыбнулись, словно следуя его примеру. Каспонд открыл дверь и приказал паладину позвать Ремедиос.

Когда вино в бутылке почти закончилось, Ремедиос добралась до этой комнаты.

Граф Рандальс уже было собирался заговорить, но посмотрев на Ремедиос, его глаза расширились.

— Что?! Это капитан Кастодио, лидер корпуса паладинов?

Издевательство в его тоне сменилось шоком. Каждый дворянин в Святом Королевстве знал, как выглядит Ремедиос. Граф Рандальс не был исключением. Она сильно отличалась от той Ремедиос, какой он её помнил.

Прямо сейчас Ремедиос Кастодио выглядела как ходячий труп.

Её глаза были глубоко впалыми, а щеки – измождёнными. Однако в её зрачках всё ещё сиял яркий свет.

— Вы ведь меня звали сюда? Кем ещё я могу быть?

— Что?! Так неуважительно…

Граф Рэндал замолчал, и пристально посмотрел на Ремедиос.

Сейчас Ремедиос выглядела весьма пугающе. Факт того, что никто не знал, чего она хочет или, что она будет делать, беспокоил всех. Вот почему Каспонд не держал Ремедиос рядом с собой. Также, поэтому он позаботился о том, чтобы Ремедиос ничего не знала о деятельности Нейи.

Все в этой стране знали, что Ремедиос Кастодио была сильнейшим паладином страны. С точки зрения чистой грубой силы, никто в Святом Королевстве не мог с ней сравниться.

Что значит авторитет против насилия, вышедшего из-под контроля? Самая прочная броня любого аристократа была для неё не прочнее бумаги. В прошлом, рядом с Ремедиос были люди, которые держали её в узде, так что она могла сдержаться, даже услышав оскорбление. Однако сейчас дело обстоит иначе.

Дворяне всё это понимали, поэтому ничего не говорили. Ремедиос фыркнула, увидев их лица, а затем пожала плечами.

— … Могу я уже уйти, Ваше Высочество? Кажется, не было причин вызывать меня.

— Аах, спасибо что пришли.

После того, как Ремедиос ушла, дворяне, наконец, позволили себе выглядеть недовольными.

— Вы позволяете ей проявлять такое неуважение к Вашему Высочеству?

— Даже если она капитан корпуса паладинов, такое отношение недопустимо. Можем ли мы позволить кому-то без преданности королевской семье остаться капитаном?

Каспонд поднял руку, чтобы пресечь излияния их злобы.

— Сейчас мы находимся в состоянии войны. Её таланты по-прежнему полезны. Оставим решение о её положении будущему Святому Королю.

Немало людей было расстроено отношением Ремедиос. Некоторые из них прикрывали страх гневом, но остальные имели скрытые мотивы. Каспонд знал это, и холодно улыбнулся в душе.

Ремедиос однажды была бронированным кулаком Святой Королевы и могущественным оружием. Определённо кто-то пожелает не оставлять это оружие следующему Святому Королю. Или, насколько он знал, все они могут думать так.

— Ох! Ваше Высочество правы! Это война! Однако мы не будем сражаться с полулюдьми вечно!

— Граф верно говорит! Полагаю, наш посланник уже упомянул, что нам удалось добраться сюда, одолев силы полулюдей. Ваше Высочество! Мы должны поддерживать темп и преследовать их!

— Точно! Мы должны уничтожить полулюдей одним махом, так чтобы достижения Вашего Высочества смогли достичь многих ушей.

— Понимаю, понимаю. Тогда... как там старик Пурпурный?

Дворяне переглянулись, и маркиз Бодипо объяснил:

— Старик... Ему, кажется, нездоровится, так что он не пришёл сюда вместе с нами.

Маркиз был среди дворян самым пожилым. Его не просто так называли "стариком", так как ему было уже больше 80-ти лет. Он был назначен одним из Девяти Цветов. Как великий дворянин Юга с титулом маркиза, он был жалован таким цветом в знак признания его преданности королевской семье и его достижений.

Не все Девять Цветов получили своё положение за боевые заслуги. Так же, как Пурпурный, некоторые из них получили свой титул за некий великий вклад. Например, была графиня, жалованная Голубым цветом из-за её славы разностороннего мастера искусств.

Поразмышляв над ответом, Каспонд на мгновение почувствовал, что маркиз ничего не скрывает, и снова холодно улыбнулся в душе. Уже зная это, он просто подтверждал реакцию, увидев всё собственными глазами.

— Понимаю. Похоже, ваши мнения совпадают с моим.

Каспонд изложил свой план по разрушению замыслов Ялдабаофа – вырезать всех полулюдей.

— Однако, что мы будем делать, если появится Ялдабаоф?

— Неужели Ялдабаоф настолько могущественный демон? Я слышал, что даже уважаемая капитан не смогла защитить Ваше Высочество?

Граф Гранеро никогда не сталкивался с Ялдабаофом раньше, потому он и задавал такой наивный вопрос. Каспонд ответил мрачным тоном.

— Он невероятно силён. Мы попросили Короля-Заклинателя сразиться с ним, и его битва с Ялдабаофом была воистину ужасающая.

— Король-Заклинатель? Вы имеет в виду ту нежить?!

Было ожидаемо, что они воскликнут в изумлении.

— Что? Вы не слышали об этом? Вот как…

— Так Вы попросили о помощи армию другой страны, мой принц? Это очень плохо!

— Не армию. Лишь Короля-Заклинателя.

Дворяне застыли с непонимающими лицами. Прошло некоторое время, прежде чем они пришли в себя.

— Король-Заклинатель? В одиночку? Король, единственный стоящий во главе своей страны, пришёл в одиночку?

Каспонд кивнул в ответ на вопрос графа Рандальса.

— Как это возможно? Это же нереально, правда? Не может быть, чтобы такой король существовал! Он не взял с собой свои армии?

«В этом совсем нет смысла», бормотали собравшиеся люди. Некоторые задавались вопросом, не было ли это какой-то махинацией. Однако Каспонд разбил их домыслы своим незыблемым ответом.

— Хотя вы и можете так говорить, но это правда. Всё, что мы можем – принять её. К тому же, если бы Король-Заклинатель взял с собой армию, он использовал бы её в тот же момент, как проиграл свою дуэль с Ялдабаофом.

— Он проиграл?.. Не понимаю. Говорят, что он нежить, так что могут ли вообще его мозги погибнуть? Однако... не очень ли это плохо?

— Так и есть. Однако, одним из посланников, просивших Короля-Заклинателя прийти, была Ремедиос. Я думаю, что необходимо будет выдать её Колдовскому Королевству для прощения с их стороны, а также, использовать и другие дипломатические меры.

— Разрешит ли это проблему?.. Раз уж Вы упомянули это, Колдовское Королевство – страна в границах Королевства Ре-Эстиз. В таком случае, они не смогут перейти границы Королевства, чтобы добраться до нас... Значит ли это, что нам стоит быть на чеку, как только они разберутся с Королевством?

Дворяне не могли понять, что происходит, и схватились за головы. Это походило на рассуждения, что делать, если восход солнца произойдёт на западе. Поэтому они решили на время отложить этот вопрос.

— Ладно, давайте пока оставим это. Каковы Ваши будущие планы, Ваше Высочество?

— Я... Я хотел бы вернуть столицу. И я хотел бы сделать это как можно скорее.

— В таком случае, мы обязательно поможем Вам!

— Ваше Высочество станет героем, спасшим нашу страну от Ялдабаофа!

— Армия полулюдей, вторгшаяся в страну, насчитывала сотню тысяч. Бо́льшая их часть уже разбита, и осталось около 30-ти тысяч. Так что, собрав людей этого города и приведённых нами солдат, мы сможем с лёгкостью разбить их!

— Ваше Высочество! Близится день, когда они назовут Вас "Ваше Величество"!

Каспонд взглянул на льстивых дворян, и, слегка улыбнувшись, принял понимающий вид.

— Хмм. Я не забуду отблагодарить вас всех за вашу помощь мне.

— О чём Вы говорите? Мы всего лишь исполняем свой долг перед Святым Королевством и королевской семьёй!

В душе, Каспонд улыбнулся совершенно иным образом.

— Очень хорошо. Тогда, джентльмены, готовимся возвращать столицу!

Часть 2

Через неделю после объединения с армиями дворян Юга, они закончили подготовку и начали новое наступление.

Их следующей целью был город Прарт, к западу от Калинши.

Нейа не могла скрыть своего беспокойства, пока сидела на лошади.

Хотя было совершенно логично не упустить этот шанс истребить полулюдей, пока Ялдабаоф ещё залечивает свои раны, это не соответствовало её чувствам. Она хотела увеличить число сторонников и приложить все усилия для завершения подготовки к спасательной операции, которая будет направлена на поиски Короля-Заклинателя.

Тем не менее, Нейа знала по опыту от Ремедиос, что раздражённый командир будет вымещать свою злобу на подчинённых. Но она не желала переносить свои разочарования на своих подчинённых.

Она сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться, и её лёгкие наполнились прохладным воздухом. Уже близилась весна, но всё ещё ощущалась зимняя свежесть.

После восстановления самообладания, Нейа взглянула на шедшую вперёд армию.

Здесь было около 95-ти тысяч человек – так много, что ей пришлось вертеть головой, чтобы рассмотреть их всех. Их силы состояли примерно из 30-ти тысяч человек от дворян Юга и 65-ти тысяч человек из Армии Освобождения. Кстати, из оставшихся 20-ти тысяч человек с Юга, 10 тысяч были назначены для обеспечения отступления, и ещё 10 тысяч остались в Калинше.

Среди этих 95-ти тысяч были и две тысячи лучников во главе с Нейей, все из которых принадлежали к Отряду Спасения.

Остатки армии полулюдей, с которой они столкнулись, составляли примерно 30 тысяч, поэтому у них было подавляющее преимущество в численности.

Тем не менее, каждый получеловек был сильнее человека, и, что более важно, они должны были быть настороже против Ялдабаофа, поэтому не могли быть небрежными даже с таким численным перевесом.

Приступив к этой операции, они полагали, что Ялдабаоф все ещё залечивает свои раны и не в состоянии сражаться. Если же Ялдабаоф полностью восстановился, значит они шли к своей смерти.

Сердце Нейи билось, словно колокол.

«Следовало ли поставить спасение Короля-Заклинателя выше всего остального?» – задумалась Нейа. Её мысли начали вращаться вокруг этого вопроса.

— … Бараха-сан. Вам нужна информация от членов Отряда в других частях армии? – спросил Белдран, идя рядом со своей лошадью.

Нейа лишь моргнула в ответ. Она понятия не имела, о чём он говорит. Чтобы её люди следили за остальной армией? После некоторых раздумий, она, наконец, решила, и поспешно взмахнула рукой, которой не держала поводья своей лошади.

— Нет–нет, нам не нужно делать подобные шпионские штуки. В конце концов, мы – товарищи, идущие к одной цели.

— Ооох! Я не ожидал от Вас ничего меньшего, Бараха-сан. Как у представителя Его Величества, Ваши слова очень любезны.

— … Хотя её лицо пугает, – сказала Сизу из-за спины Нейи сразу после похвалы Белдрана.

Поскольку Сизу не могла ездить на лошади, они обе разделили седло.

Даже если Сизу была её семпаем, и тем, кто был достоин её уважения, всё равно было немного раздражающе слышать, как та продолжает твердить об этом снова и снова.

«Стоило ли дать ей идти пешком?..»

Скорость и выносливость Сизу превышали таковые у обычного человека. Она ехала, только потому, что было бы грубо позволить одному из слуг Короля-Заклинателя идти пешком.

Белдран услышал Сизу, но Нейе совсем не помог. Он не поддержал и не опроверг это заявление. Вероятно, он не мог отрицать эти слова, потому что они были произнесены слугой Короля-Заклинателя, и потому что они были правдой.

«Ну, я думаю, он просто не может сказать нет... В конце концов, мне не пришлось бы носить визор, не будь я такой…»

Тем не менее, Нейа была девушкой. Даже если это было правдой, и даже если люди говорили об этом так часто, что она привыкла к этому, но когда они утверждают, что её лицо пугает, ей всё ещё было больно.

— Бараха-сан. Прибыл посыльный из штаба. Наши разведчики обнаружили армию полулюдей. Их численность оценивается в 30 тысяч. Поэтому я думаю, что стоит построить наше подразделение здесь. Посланник вернулся в штаб после изложения информации. Что Вы об этом думаете?

— Всё в порядке. Если Вы считаете, что стоит сделать так, то пусть так и будет.

Белдран отлично справлялся со своей должностью руководящего офицера.

— Тем не менее, действительно ли полулюди хотят сражаться в открытом поле?..

Численность полулюдей составляла лишь треть от числа воинов Святого Королевства. Хотя каждый из полулюдей был превосходным бойцом, у них не будет никаких шансов при сражении в открытом поле. Если бы вместо этого они защищали город, то могли бы в полной мере использовать оборону города и компенсировать нехватку боевой силы.

В любом случае, ситуация станет более тяжёлой, как только Ялдабаоф восстановит силы. Поэтому, похоже, лучшая стратегия полулюдей – выиграть время.

— Значит, мы будем сражаться в открытом поле… – Пробормотала Нейа

— Да. Именно так. Поблизости нет лесов, где враг мог бы спрятать засады. Нет даже никаких холмов. Поэтому, скорее всего, сейчас командование будет обсуждать, где и как построить армию.

— … Почему в таком месте? – спросила Сизу.

— Возможно... – На секунду Белдран задумался. — Полагаю, они готовятся сбежать.

— Сбежать? – Не поняла Нейа

— Верно, Бараха-сан. Зерны уже предали Ялдабаофа. Так же, как и они, далеко не все полулюди преданны ему. Если они хотят бежать, даже если это означает предать Ялдабаофа, то существа, желающие выжить, не будут скрываться внутри города, а решат сражаться на открытой местности. Это потому что сбежать с поля боя на открытой местности гораздо проще.

Тёмная эмоция промелькнула в глазах Белдрана, и это заставило Нейю вздрогнуть.

Как только Нейа задумалась, следует ли ей использовать недавно открытую способность, тьма в его глазах постепенно исчезла, и они вновь обрели свой обычный блеск. С тех пор, как начались боевые действия, возможно, было бы лучше подавлять ненависть внутри него.

— … Понятно. – Сизу одобрительно кивнула

Белдран продолжил:

— Возможно, дело именно в этом.

В словах Белдрана был смысл.

Даже Ялдабаоф не мог знать наверняка, планируют ли полулюди погибнуть на поле боя или сбежать. Но если дело в этом, было бы лучше подождать до наступления темноты, прежде чем нападать на полулюдей. В темноте полулюди получат бо́льший шанс сбежать, и тем самым уменьшат количество напрасных смертей среди людей.

Нейа знала это, но не стала говорить. Полулюди принесли слишком много горя народу этой страны, и многие хотели убивать их, а не позволять сбежать.

Ходили слухи, что люди, которые выступали за сосуществование с полулюдьми или поддерживали полулюдей, были либо тайно убиты, либо показательно казнены.

По правде говоря, среди нескольких лагерей, освобождённых Королём-Заклинателем, она видела человеческие тела, выглядящие как жертвы "правосудия толпы". По-видимому, это были люди, которые пытались подлизаться к полулюдям.

— Бараха-сан, хотя я не знаю, как штаб планирует разместить нас, должны ли мы сперва собрать всех командиров отрядов нашего подразделения?

— Нет, мне необходимо лишь обобщённо знать наше размещение. Неважно, куда кого назначат, я верю, что все будут знать, что делать.

Расположение подразделения Нейи будет определено тем, как руководство Святого Королевства захочет использовать Сизу, которая сейчас обнимала Нейю за талию.

При наличии сильных врагов среди полулюдей Сизу будет отправлена на передовую. Если она будет использована лишь как стрелок, то будет размещена в центре, возможно среди других стрелков. Если же они не желали позволять Сизу – слуге Короля-Заклинателя – получить слишком много достижений, они могут поместить её в самый тыл.

Нейа предположила, что они будут оставаться в тылу, пока армия не закончит разведку.

Три часа спустя, она поняла, что это было верное предположение.

***

В отличие от беспорядочного формирования полулюдей, люди решили разделиться на два крыла. Левый фланг состоял из 30-ти тысяч человек с Юга и 10-ти тысяч человек Армии Освобождения: в общем 40 тысяч. Остальные 55 тысяч человек Армии Освобождения составили правый фланг. Вместе оба формирования напоминали крыло журавля.

Поскольку люди желали уничтожить полулюдей в этой битве, они решили окружить врага и медленно затянуть петлю.

Полулюди, с другой стороны, выбрали построение, выражавшее пробивную силу, хотя было ли это для прорыва окружения, или для убийства как можно большего числа людей в ближнем бою, оставалось неизвестным.

В итоге, Нейа и её подразделение оказались отдельным формированием на некотором расстоянии от поля боя. Их поставили защищать инженеров, разбивающих лагерь.

Это была скорее просьба от Каспонда, чем приказ, что значило для них практически полный контроль над положением. Они могли даже пренебречь своим долгом защиты инженеров без всяких последствий, из чего следовал вывод, что руководство Святого Королевства, по сути, отказалось от командования ими.

Наверняка, причиной этого было присутствие Сизу.

Хотя Нейа номинально была командиром, факт её путешествия с Сизу – практически гражданкой Колдовского Королевства – значил, что они не могут приказывать ей, как захотят. Член королевской семьи Святого Королевства, отдающий приказ подданному Короля-Заклинателя, может стать поводом для объявления войны.

Нейа очень хотела спросить, почему после того, как Сизу столько всего совершила во время битвы за Калиншу, они вместо того, чтобы позволить ей быть в первых рядах, делали всё наоборот. Однако прибытие дворян Юга изменило её восприятие. Так вышло, поскольку они должны учитывать не только текущие события, но также и будущие.

Пока все из Отряда Спасения собирались, Нейа смотрела на поле боя вдали.

Говоря об этом, их расположение было так далеко, что она даже не ощущала напряжённости, характерной перед боем. Просто, потому что жажда крови поля боя не достигала их расположения. Инженеры, находившиеся недалеко за их спинами, неторопливо стучали кувалдами по кольям.

— … Они всё ещё смотрят друг на друга? Когда начнётся? – Спросила Сизу

— Наше преимущество убывает с каждым проходящим моментом. Я считаю, мы должны сделать первый ход… – ответил ей Белдран.

Тьма ночи была союзником полулюдей. Хотя кто угодно смог бы видеть ясно на равнине под лунным светом, но сейчас небо было затянуто облаками. Не было сомнения, что полулюди будут очень сложными противниками, атакуй они при таких обстоятельствах. К тому же, возведённый лагерь был не достаточно крепким.

Таким образом, люди должны были сделать свой ход до прихода ночи.

Кроме того, у них было значительное численное преимущество, поэтому, если они смогут одержать полную победу здесь и сейчас, то этим самым они разрушат планы Ялдабаофа. Другими словами, Святое Королевство будет свободно от этого долгого мучения. Не было причин останавливаться.

Нейа также надеялась, что на этом боевые действия закончатся. Таким образом, ничто больше не будет её связывать, и она сможет бросить все силы на поиски Короля-Заклинателя.

Нейа подняла глаза.

Её острый слух уловил начинающуюся волну боевых кличей, призывающих всех идти в атаку. Через мгновение Белдран услышал то же самое, и тихо произнес:

— Началось.

Никто не знал, как будут действовать эти две армии, общая численность которых превышала сотню тысяч. Вскоре, они неистово схлестнулись.

Полулюди ожидали на плоской равнине, без возвышенностей, с которых можно было бы осматривать поле боя. Хотя у них было достаточно времени, чтобы построить сборные смотровые башни, в их лагере таковые отсутствовали.

— … Что теперь? – Поинтересовалась Сизу

— Наша миссия – оставаться здесь и защищать инженеров. Давайте сосредоточимся на её выполнении.

Для сравнительно малочисленной армии полулюдей было практически невозможно прорваться сквозь силы людей и достичь расположения отряда Нейи. Оставить Сизу, их самую сильную боевую единицу, здесь – хороший политический, но плохой военный ход.

Если бы они поставили её на передовую, потери Святого Королевства были бы значительно уменьшены.

Каждый понимал это, но никто ничего не сделал. Всё потому что они хотели избежать повышения репутации Сизу.

«Какая бессмысленная трата жизней», – подумала Нейа, но вслух так и не сказала.

Спустя 30 минут с правого фланга донеслись восторженные возгласы. Не только Нейа с острым слухом, но и все остальные в отряде Нейи услышали эти громкие крики радости. Должно быть, они одержали уверенную победу, раз их было слышно даже на таком большом расстоянии.

Через 10 минут посланник с поля битвы громко объявил, что произошло.

— Капитан Кастодио из корпуса паладинов только что победила командира противников, одного из демонов Ялдабаофа, Чешуйчатого Демона!

Передав сообщение, посланник покинул их.

Нейа задумалась, действительно ли это так? Нет, это факт, что Ремедиос победила демона. Но действительно ли это один из приспешников Ялдабаофа?

Нейа очень хорошо знала о силе демона, с которым она и Сизу сражались в Калинше. И она не думала, что Ремедиос смогла бы победить его.

«Неужели капитан достаточно сильна, чтобы победить кого-то подобного? Или... это может быть что-то вроде двойника? Стоит спросить семпая…»

— Сизу-семпай, у меня есть вопрос. Насколько силен этот Чешуйчатый Демон?

— … Достаточно, чтобы капитан смогла победить.

— Тем не менее, Диадемный Демон сильнее, не так ли?

— … Существование сильных демонов подразумевает, что есть и слабые демоны. Чешуйчатый Демон – один из более слабых.

— Поняла…

Нейа успокоилась. Двое демонов-приспешников, пришедших в эту страну, уже были побеждены. Хотя Диадемный Демон ещё оставался где-то в Холмах, сейчас не было никакого смысла думать о нём.

— Таким образом, страна теперь спасена... – Нейа подвела итог. — Командир врага мёртв и армия полулюдей распадётся. Согласно плану Его Высочества принца, всё должно быть кончено.

У Белдрана стало задумчивое выражение лица, поскольку он потерял шанс отомстить за себя своими собственными руками.

— … Всё ещё нужно добить отступающих.

— Верно! Я и не ждал от Вас меньшего, Сизу-сама! – Сразу воодушевился Белдран.

В левом крыле, прямо посреди сил дворян, вдруг вырос столб пламени. Ревущий адский огонь был достаточно высок, чтобы они могли ясно видеть его даже с такого расстояния, и казалось, что он может даже сжечь небеса.

Все с беспокойством посмотрели на Сизу.

На ум приходило только одно существо, способное на такое. Сразу после этого Сизу подтвердила их подозрения.

— … О нет... Это Ялдабаоф.

***

— Капитан Кастодио из корпуса паладинов только что победила вражеского командира – одного из демонов-приспешников Ялдабаофа, Чешуйчатого Демона!

Правое крыло взорвалось победными возгласами. Услышав сказанное посланником Каспонда, лицо маркиза Бодипо озарилось улыбкой.

— Хахаха! Она сделала это! Она повергла вражеского генерала! Что бы ни было с головой у этой женщины, её владение мечом превосходно. Это должно ослабить продвижение противника. Приказываю всем провести стремительное наступление. Убейте всех отступающих полулюдей! Именем принца, не оставляйте никого в живых!

Солдаты немедленно рассредоточились, после получения приказов маркиза.

— Действительно превосходно, достопочтенный маркиз. Нам, правда, повезло, что в этой битве командир противостоящей нам армии был ликвидирован, – сказал, улыбнувшись, граф Коэн – человек, пользовавшийся довольно высоким уважением в своей фракции.

— Действительно, граф. Теперь мы на шаг впереди их.

Устранение Ремедиос командира армии, сражавшейся до этого с силами Альянса Дворян Юга, было крупным поворотом дел. Это была, несомненно, очень важная карта для их переговоров с другими дворянами Юга.

В сравнении с Ремедиос Кастодио, её сестра – Келарт Кастодио – оставила гораздо более горькие воспоминания в их памяти. Однако это достижение могло бы стереть накопившиеся обиды.

Кроме того, это так же было большим плюсом для Каспонда. Проще говоря, если ему удастся пережить всё это, позиция следующего Святого Короля будет практически в его руках. Даже оставшиеся южные дворяне с какой-либо властью не смогут это оспорить, а при собственной безраздельной поддержке маркиза Бодипо проблем не возникнет вообще.

Если в этом сценарии и были какие-то неопределённые элементы, то это только другие члены королевской семьи. Не было бы никаких проблем, будь они все мертвы. Но что, если нет? Тем не менее, маркиз не был готов пачкать руки в крови, так что ему оставалось только надеяться, что они мертвы.

Маркиз радостно представлял будущий баланс сил в обществе дворян.

Желая сделать свою семью самой влиятельной в Святом Королевстве, он не может позволить себе допустить ни единой ошибки в операции зачистки, последующей за этим. До сих пор всё было идеально. Всё что им следовало делать – это продолжать в том же духе.

— Граф, как Вы считаете, удастся ли нам направить убегающих полулюдей на Юг?

— Достопочтенный маркиз, зачем нам это делать?

Граф выглядел удивлённым и звучал сбитым с толку, задавая свой вопрос. Маркиз посмеялся над ним в душе. Граф не мог не понять. Он лишь притворился удивлённым, хотя и знал, что было на уме у маркиза.

Возможно, так граф пытался создать впечатление, что великий, могучий и уважаемый маркиз планировал то, до чего ему не додуматься. Это была действительно скучная попытка подлизаться к нему.

Маркиз решил плыть по течению. Если он даст графу поверить, что им можно так легко манипулировать, графа будет гораздо легче использовать.

— Полулюди будут отличным инструментом для ослабления дворян не из нашей фракции. – Маркиз поднял палец, принимая вид старика, не способного остановить себя от желания высказаться. — Сейчас, из-за ослабления дворян Севера, баланс сил между Севером и Югом нарушен. С тем, как всё обстоит сейчас, дворяне Юга неизбежно получат бо́льший вес голосов в делах страны. Однако это было бы проблематично для королевской семьи. Другими словами, именно с этим столкнётся королевская семья, которую мы поддерживаем.

— Ничего меньшего я и не мог ожидать от Вас, достопочтенный маркиз. Подумать только, Ваши соображения простираются так далеко!

Это очевидная лесть, но граф, всё же, выразил её радостным тоном и громким голосом.

— Действительно. Нет ничего лучше, чем, если бы они опустошили земли дворян не нашей фракции.

Наблюдая, как граф торопливо оглядывается, маркиз погладил бороду и подумал – «Этот человек действительно хороший актёр».

— Расслабьтесь, граф. Нас окружают надёжные люди. Ни слова не выйдет за пределы нашего разговора. Кроме того, кто в это поверит?

— Неужели это так? Но, если мы просто позволим полулюдям бежать на Юг, то останется ещё слишком много неопределённых деталей. В таком случае, почему бы сейчас не додавить их до конца, а затем заключить с ними секретное соглашение?..

— Значит, нанять полулюдей? Хорошая идея.

Хотя граф говорил так, будто идея использовать полулюдей была ему отвратительна, это, скорее всего, тоже была игра. Он был человеком, использующим все возможные средства до самого конца.

Получение такого превосходного человека в свою фракцию также имело смысл в том, чтобы держать его в поле зрения.

По правде говоря, маркиз уже внедрил несколько человек в семью графа. Он использовал людей из других фракций, так что не будет раскрыт, даже если они будут подвергнуты заклинаниям очарования.

— Граф, пойдёте ли Вы тоже при наличии шанса заключить сделку с полулюдьми?

Маркиз прекрасно понимал, что граф замышлял грязные делишки за его спиной.

— Я... Я действительно не хочу идти, но если Вы планируете пойти, тогда я точно сопровожу Вас, достопочтенный маркиз.

Вероятно, граф делал так, что бы в случае чего была возможность сказать, что это всё план маркиза, и таким образом получить козырь против него. Тем не менее, тоже пойдя к полулюдям, он сам станет сообщником. Это был слишком слабый козырь.

— … Так ли это? Тогда не должны ли мы сказать Его Высочеству прекратить атаку на полулюдей? Нет необходимости жертвовать ещё большим числом людей в бою. Затем, нам следует добиться победы за столом переговоров.

— Всё так, как Вы и говорите, достопочтенный маркиз. Тем не менее, другие графы готовятся организовать массовое наступление, так что мы должны остановить их как можно скорее, для лучшего эффекта.

— Действительно.

Останавливать остальных, пока они пытаются прославить своё имя – то же самое что, предоставить маркизу медвежью услугу. Однако было бы лучше оставить ситуацию, как есть, учитывая будущее. Маркиз был невероятно взволнован от осознания, что в дальнейшем сможет влиять на будущее Святого Королевства. Конечно, он бы никогда не позволил этим эмоциям отразиться на своём лице.

— Свяжитесь с графами…

Вспыхнувший огненный столб остановил маркиза на полуслове.

Маркиз не был совершенно невежественен в магии и немного в ней разбирался. Хотя он и не мог использовать её сам, но знания о святой магии было обычным явлением среди знати Святого Королевства. Однако это никак не относится к знаниям магии из других систем. Несмотря на это, он понял, что столп пламени перед его глазами был невероятно мощной магией.

— Что это? Может ли это быть так называемая магия 4-го уровня? Та, которую могли использовать Келарт Кастодио и Её Величество?

— Я, я не знаю. Что, что же нам делать, достопочтенный маркиз?

— Э, хм. Я не очень уверен, но давайте просто немного отойдём, и передвинемся в место побезопаснее.

Часть 3

Солдат Роби был 24-ёх-летним парнем. Хотя он не получил полного образования, он осознавал, что в этом мире есть много вещей, о которых он не знает.

Поэтому…

— Люди. Я вернулся. Пока я исцелял раны нанесённые Королём-Заклинателем, вы шныряли туда-сюда и делали, что вздумается.

… Роби обмочился от рёва, который словно проходил сквозь плоть, отражаясь глубоко внутри тела.

Он даже чувствовал, что его пропитанные штаны прилипают к его коже.

Почувствовав силу чудовища перед ним, интуицией он понял, что скоро умрёт, и поэтому все его инстинкты выживания перешли в бешеный режим активности. Они отказались от бесполезных чувств и очень быстро искали способ выжить.

Однако, прежде чем они смогли что-либо найти, Ялдабаоф высвободил свою силу.

— Исчезните. Обратитесь пеплом в пламени ненависти.

Вспыхнул огонь, и волна тепла ударила Роби в лицо. Невероятная жара высушила его глаза и наполнила невероятной болью. Горячий воздух, поступающий в его лёгкие, словно собирался поджечь всё тело изнутри. По сути, это было именно то, что произошло на самом деле.

Его кожа сгорает, пока вся влага не испарилась. После того как кожа сгорела, настал черёд жира, мышц, а затем и нервов. Такой порядок заставил его тело принять странную позу. Но, тем не менее, раскалённая броня, что на нём, помешала этому.

После того как его одежда, кожа, жир и мышцы сгорели, из живота вывалились ещё неповреждённые внутренние органы.

В организме человека много воды. Поэтому для полного сжигания требуется время. Огонь должен будет гореть, пока не возгорятся внутренности. Но огонь, создаваемый магическим полем Ялдабаофа исчез, стоило тому отойти отсюда.

Поэтому разбросанные кишки Роби не были обесцвечены жарой и оставались мягкого розового цвета. Груды выжженных тел и свежих кишок, выглядывающих через океаны крови, было достаточно, чтобы люди, видящие это, побледнели. Эта была картина, как будто ад вдруг пришёл в этот мир.

Ялдабаоф оставил Роби со свежевываленными внутренностями, точно так же как и более 50-ти обугленных останков вокруг и пошёл дальше.

Ялдабаоф – новоиспечённый Злой Лорд Гнева – шёл. Он просто шёл. Даже этого было достаточно, чтобы убивать окружающих его людей, оказавшихся в его [Огненной Ауре].

Все толпились и кричали друг на друга. Хотя было много подобных голосов, первым среди них был призывник Франческ:

— Проваливай! Прочь с дороги! – Кричал он на впереди бегущих.

Он каждый день думал: «Почему мне так не повезло?»

Благодаря системе призыва на военную службу в Святом Королевстве, каждый должен был вступить в армию.

И даже такой, как и он, сын крупного купца, человек с обещанным ему светлым будущим, не стал исключением. Конечно, его отец заплатил соответствующие взятки, чтобы его назначили в место с послаблениями, но для него жизнь призывника всё ещё была несчастной.

И как только это несчастье закончилось, началась война.

Он беспрестанно жаловался каждый день. Тем не менее, всё скоро закончиться и он сможет вернуться к тому, чтобы стать наследником семьи, крупным купцом, зарабатывающим большие деньги, и баловать себя тем, что ему нравиться.

Но всё было немного хуже.

Вернее, было хуже совсем не немного.

Теперь он отчаянно бежал от монстра.

Если тот поймает его, то он точно умрёт.

Он отчаянно перебирал ногами, которые из-за страха отказывались слушаться.

Его окружали другие люди, которые тоже убегали, как и он сам. В частности, толстяк перед Франческом был бельмом на глазу. Поэтому он решил толкнуть этого человека.

«Убежать от монстра как можно скорее. Для своего лучшего будущего».

Однако, как только Франческ собирался толкнуть его, то увидел перед собой людей, которые собирались сделать то же, что и он.

Если человек, которого толкнули, столкнётся с людьми, что были рядом с ним, очень вероятно, что они всей массой упадут, как домино. На самом деле, это именно то, что случилось с людьми перед Франческом.

Люди, столкнувшиеся со сбитым толстяком, стали падать также как и он. Если бы это было только один–два человека, то ещё можно было бы обойти их или же перепрыгнуть. Но физических данных Франческа было явно недостаточно, чтобы преодолеть целую кучу-малу людей перед ним

Он упал в этой куче-мале.

Хотя он кричал и пытался встать, у него не было времени, чтобы это сделать.

Аура огня, окружавшая Ялдабаофа, настигла его.

У Франческа не было времени, чтобы выкрикнуть «Почему я?». Это было его последний мыслью, а затем он мгновенно был поглощён самой мучительной агонией, и всё, что он чувствовал, было болью.

Тем не менее, Франческу повезло, потому что он умер сразу.

Ялдабаоф не остановился. Он шёл, растаптывая почерневшие человеческие тела под ногами, словно находясь в опустошённой пустыне.

— Бегите! Бегииитее! – Мужчина прокричал очевидное. Его звали солдат Голка. Он был человеком, который не сомневался в своих навыках мечника.

Вот, почему у него хватило смелости прокричать эти слова, стоя перед Ялдабаофом.

Тем не менее, это было безрассудно, потому что Ялдабаоф сменил направление в сторону Голки. Нельзя точно сказать, вызвал ли он интерес у Ялдабаофа или это просто совпадение.

Хотя это было удачей для тех, кого преследовал Ялдабаоф, это была самая глупая удача, которую только можно себе представить для тех, кто стоял на новом пути Ялдабаофа.

Голка понимал, что будет очень трудно бежать от монстра среди хаоса, и поэтому он вытащил свой меч.

Глаза монстра сдвинулись, и через секунду он прошёл мимо Голки.

Вот, что думал монстр о Голке. Он стоил всего лишь одного взгляда.

Голка взревел и побежал в противоположном направлении потока людей.

Вид обугленных людей, валявшихся поблизости, был очень пугающим, но, возможно, у него есть какая-то надежда справиться с монстром. Всё, что ему остаётся, это добраться до этого монстра.

Но тут Голка почувствовал боль своим телом. Боль наполнила его.

Он не смог приблизиться к этому монстру.

Голка сгорел, как и другие солдаты, которые были слабее его.

Голка кое-что осознал.

В глазах этого монстра Голка ничем не отличался от людей вокруг него.

«Если бы я только убежал», – сетовал он, прежде чем эта мысль была заглушена агонией от горения заживо. Голка рухнул с тихим криком, скрючившись на земле, как и все трупы вокруг него.

Ялдабаоф ходил без цели. Однако, если люди пытались бежать, он преследовал их.

— Не приближайся! – Она бежала.

Вивиана, которая присоединилась к армии как заклинатель божественной магии, спасалась бегством.

Её длинные светлые волосы качались, пока она бежала изо всех сил.

У неё не было времени, чтобы понять, сон ли это, или нет, чтобы вытереть слёзы.

Никто не сможет победить такого монстра.

Вокруг кто-то что-то говорил. Но у неё не было времени, чтобы позаботиться об этом

Всё, о чем она могла думать, это просто желание убраться от этого монстра подальше.

Она не могла сбить людей, бегущих впереди неё. У неё просто не хватит на это сил. Всё, что она могла сделать, это протиснуться мимо них и продолжать бежать.

«С дороги».

«С дороги».

«С дороги».

«Почему здесь так много людей на моём пути?»

«Меня не волнует, что кто-то умрёт из-за меня, но я не хочу умирать».

Вивиана бежала с этой мыслью в своем сердце.

Пока она якобы бежала, стала окружена людьми, бегущими в этом хаосе кто куда. Даже Вивиана, которая была быстрее обычного человека, была медленной, словно черепаха. Она не сможет далеко уйти от демона.

Обжигающая жара ласкала кончики волос Вивианы.

«Неееееееет!»

Она подумала об ужасах, которые видела, когда сейчас вокруг умирали люди.

— Я не хочу умирать!!!!

Это было совершенно естественный крик. Любой бы думал точно также.

Очень трудно принять свою смерть, когда она уже нависает. Это ещё более вероятно, если угроза смерти появилась внезапно.

— Больно!!!

Невероятная жара. Она не чувствовала ничего, кроме боли. Её мозг подвергся невыносимой агонии. Она поняла, что скоро умрёт.

«Нет, я не хочу умирать!»

Вивиана поняла, что она будет сожжена до смерти.

Ялдабаоф продолжал молча двигаться вперед, словно ему было скучно.

— Не бежать! Сражайтесь! – Кричал храбрый человек с лошади.

Леонцио был вторым сыном вассала, служащего маркизу. Он присоединился к битве в надежде быть признанным за своё мастерство в фехтовании. Вокруг него были люди, которых его отец поставил под его командование. И все они были людьми, которые знали о его способностях.

Демон шёл в неторопливой манере, а позади него оставалось бесчисленное множество трупов, каждый из которых извивался в агонии. Он хотел убежать, но если бы он это сделал, его будущее было бы мрачным и тёмным. Всё, что он мог, это сделать ставку на светлое будущее.

Приняв это решение, он выкрикивал «Не бежать!» раз за разом.

Однако его лошадь не была с ним согласна. Её инстинкты кричали, что приближающийся демон был ужасающим монстром, и поэтому ей хотелось сбежать.

Что случится, начни эта лошадь бежать галопом, посреди всех этих людей?

Ответ был довольно прост.

Лошадь запуталась в толпе и упала. Люди, на которых лошадь рухнула, закричали. Некоторые из них сразу же умерли.

Леонцио был сброшен с седла и прокатился по земле.

К счастью, он приземлился на людей, и не был раздавлен толпой. Тем не менее, сильная боль наполнила его руку. Он подвернул её, когда был выброшен из седла своей лошади.

Он понятия не имел, куда пропал его меч. Должно быть тот, был отброшен в момент, когда его сбросило с лошади.

Он начал искать его, и в этот момент был охвачен волной боли, лишающей рассудка. Это было впервые в жизни, когда Леонцио испытал такую муку.

Агония мешала ему думать.

В клочьях его больного разума, единственная чёткая мысль, которую он мог сформировать – это «Почему я?».

***

— Хм-м-м, – скучающе протянул Злой Лорд, стоя на куче сожжённых трупов.

Ему поручили действовать, как Ялдабаоф. Он следил за бегущей толпой. Но... Это было довольно скучно.

Огненная аура не была какой-то удивительной способностью. Всё, что она делала, так это наносила урон огнем в некотором радиусе от него. Можно было значительно уменьшить урон от неё заклинаниями огнестойкости. Конечно, ему было прекрасно известно о том, что обычный солдат не обладает такими способностями.

Как демон, ему не доставляло удовольствия просто так мучить слабых. Скорее, он любил играть со слабыми, которые думали, что они очень сильны. Вот почему он надеялся, что какой-нибудь такой надменный дурак проявит себя. Но, к сожалению, такого человека не нашлось.

Злой Лорд Гнева топнул ногой по сожжённым трупам.

Внутренности, выдавленные ударом, обгорели и были обуглены в одно мгновение.

Их запах наполнил воздух.

Злой Лорд Гнева отвернулся.

Если бы он был более серьезным и атаковал с неба, было бы ещё больше жертв.

«Неужто люди до сих пор этого не осознали?»

Злой Лорд Гнева держал этот вопрос в своём сердце, прогуливаясь по полю боя.

Все молча наблюдали за тем, как демон гордо прогуливался и затем по царски вернулся в лагерь полулюдей.

Не было тех, кто не знал, что это за монстр. Не было даже нужды спрашивать об этом. Ответ на него смог бы дать даже дурак из дураков.

Это был Император Демонов Ялдабаоф.

Существо, которое топтало Святое Королевство своими ногами и заставляло людей проливать реки слёз.

Демон, вызвавший хаос в двух странах, продемонстрировав силу, которую человечество никогда бы не смогло преодолеть. Он вернулся, чтобы вселить отчаянье в людей, в сердцах которых появлялась надежда.

Часть 4

«Это лишь тишина, но она словно гнетущая».

Нейа была вызвана в эту палатку, и она была удивлена, какая удручённая обстановка внутри.

Стол специально был перемещён сюда, и дворяне Южного Святого Королевства, сидящие вокруг него, были бледны. Хотя не только они. Командиры Армии Освобождения были такими же.

Это была естественная реакция.

Увидев подавляющую силу Ялдабаофа, не могло быть никого, кто не был бы шокирован. Хотя нет, Нейа не испытывала столь сильного шока. Однако так было лишь потому, что шок от потери Высшего Существа, известной как Король-Заклинатель, был намного больше. В дополнении ко всему, это глубоко запало в её сердце.

Однако дворяне Южного Святого Королевства не имели опыта в участии подобного рода суровых сражений, поэтому, возможно, их тревогу можно было ожидать. Они ещё не видели врага, который мог убивать людей один за другим, просто идя пешком, не оставляя ничего, кроме отвратительных трупов.

Кроме того, их армия почти в 100 тысяч человек была в панике лишь перед единственным демоном и разбежалась из-за разгрома.

— … Что это? Что за чертовщина происходит?! Как Вы там его называли, этого монстра?!

Голос графа Домингеза неуклонно рос.

Напротив, Каспонд, который знал о подавляющей силе Ялдабаофа, небрежно пожал плечами.

— Этот Ялдабаоф... вполне реален. Я уже говорил Вам о нём, граф Домингез.

— Я никогда не слышал о способности убивать людей при обычной ходьбе!

«И это проблема?» – Нейа насмехалась в своём сердце.

— В самом деле, так оно и есть. Его битва с Королём-Заклинателем... с Его Величеством, была в городе, поэтому мы не могли видеть её в полной мере. Но я уже сказал Вам, насколько он силён. Так что такая способность вполне не неудивительна, не так ли?

— Даже, даже если так!..

— Граф. Я знаю, что Вы хотите сказать. Но Вы сами всё видели, разве нет?

Тем, кто это сказал, был маркиз. Стоило отдать ему должное за то, что он не так сильно нервничал, как другие.

— … Тем не менее, пустая болтовня, не поможет нам добиться прогресса. Разве мы не должны обсуждать, что нам действительно нужно делать прямо сейчас?

— Это отлично звучит, достопочтенный маркиз. Так что нам делать? – спросил виконт Сантс, словно выстрелив этими словами. Его отношение было понятным, учитывая, что он не знал, находился ли он сейчас в безопасном положении.

Дворяне Южного Святого Королевства намеревались сокрушить оставшихся полулюдей своей подавляющей силой, чтобы стать героями, спасшими страну. Это должно было быть так просто. Однако этого так и не случилось. Теперь охотники стали добычей.

Маркиз сложил руки и пребывал в молчании. Каспонд решил адресовать этот вопрос всем присутствующим.

— У нас есть огромное преимущество в боевой мощи. Проблема в том, что Ялдабаоф способен перевернуть это преимущество лишь одним своим присутствием. Как принц, я хотел бы задать вопрос каждому присутствующему здесь. Как вы думаете, что мы должны сделать, чтобы при таких условиях добиться победы?

После короткого молчания маркиз ответил:

— Есть лишь, одна вещь, которую мы можем сделать.

И в исключительно уверенном тоне продолжил.

— Ваше Высочество Каспонд. Как Вы уже говорили, Ялдабаоф, скорее всего, отступит, если мы добьем этих полулюдей, не так ли? Тогда у нас нет другого выбора, кроме как сделать это.

— Достопочтенный маркиз! Вы всё ещё собираетесь сражаться?!

— Именно, граф Рандальс. Думаете нам под силу отступить сейчас?

— … Достопочтенный маркиз, будет проблематично отступить всей армии, но маленькая группа всё ещё способна сбежать?

Ремедиос недовольно фыркнула на предложение графа Коэна:

— Хмпф. Подходящий ответ для бесполезного человека, который даже не в силах понять идеалы Калки-сама.

— Что?!

— Что Вы будете делать после того как сбежите и скроетесь? Сидеть под сеновым тюком в сарае? Разве Вы не из благородных? Разве Вы не говорили, что будете жертвовать собой ради людей, или что-то в этом роде?

— А Вы, капитан Кастодио?! Вы паладин со святым мечом, но даже не можете победить одного демона! – Проревел граф Рандальс.

Ремедиос повернулась к нему лицом. Её глаза, словно у призрака, светились изнутри.

— В самом деле. Я не могу победить его. Единственный, кто может сразиться с ним – это то мёртвое создание. Но если было бы необходимо выиграть время – даже если это будет только для того, чтобы люди прожили секунду дольше – тогда я бы сразилась с ним до самой смерти! А Вы? Что сделали бы Вы?

Воин, хорошо знающий о смерти, и благородный, который хочет её избежать. Их презрения друг к другу было видно с первого взгляда.

Граф Рандальс отвел взгляд, и Ремедиос насмешливо хмыкнула.

— Ваше Высочество. Я бы очень хотела приказать своим паладинам отправиться на смерть, однако… Вы правда хотите этого?

— Нам надо всё хорошенько обдумать... Ладно, наверное, Вам стоит пока выйти. Вы не будете возражать, если останется вице-капитан Монтанис вместо Вас?

— Понимаю. Оставляю всё на тебя, Монтанис.

С этим, Ремедиос медленно покинула палатку. Последнее, что она сделала, это взглянула на Сизу, которая сидела рядом с Нейей.

— Я извиняюсь перед всеми от имени нашего капитана, – сказал Густав, взглянув на знатных людей, выглядящих более-менее "благородно", после чего продолжил. — Однако это мнение капитана относится ко всем нам. Мы, паладины, готовы умереть для защиты людей. Мы надеемся, что вы, благородные от рождения, также решительны. В конце концов, мы не сможем сражаться без командиров.

— Что?!

Нейа даже сперва не поняла, кто так удивленно вскрикнул. Это был маркиз Бодипо:

— Неужто на этом всё?.. Мы ведь планируем, не как достойно умереть! Мы планируем, как победить. Всё ведь верно, мой принц?

— … Нет никакого способа победить, ведь так?! Разве Вы не видели силу этого демона?! – Крикнул граф Гранеро, поднимаясь на ноги. — Если бы он использовал магию, или как-то атаковал, или ещё что-то, мы, возможно, смогли бы найти какие-нибудь контрмеры, чтобы остановить его! Но всё, что он делает, это просто ходит! Он может превратить область вокруг себя в адское пламя, просто шагая!

— Если об этом подумать... Граф Гранеро, Вы ведь разбираетесь немного в магии? Может Вы...?

— Я никогда не слышал о силе подобной этой…

— Если уж на то пошло... тогда, не забывайте, что ещё осталось 10 тысяч полулюдей. Сможем ли мы сбежать от Ялдабаофа, одновременно сражаясь с ними?

Маркиз, похоже, поддержал замечание Каспонда:

— Кажется, нет другого выхода... Хотя это будет сложно, я думаю, что намного труднее будет пытаться победить Ялдабаофа с нашими-то силами.

— Минутку, пожалуйста, – прервал его граф Коэн, подняв руку. – Я возражаю. Ялдабаоф может не уйти даже после того, как мы убьём всех полулюдей. Он может убить всех нас просто, как сувенир на память, и лишь потом уйти.

Он был прав. Поэтому от Каспонда последовал вполне разумный ответный вопрос.

— И? Так, что же мы должны тогда делать?

— Мы должны договориться.

Мало кто смог противостоять желанию посмеяться над графом Коэном, когда он произнёс это предложение с совершенно искренним лицом. Все просто посмеялись над ним, а его лицо покраснело. Прежде чем он смог продолжить, Каспонд спросил:

— Граф, какую же сделку Вы хотите предложить этому демону?

— Ах, да. Для начала, может, мы могли бы предложить ему что-нибудь, чтобы он оставил нас в покое…

— И что же мы ему дадим? Разве не проще было бы просто убить нас и забрать это с наших тел? Или Вы имеете в виду, что мы должны совершить обмен на то, чего здесь нет? Что бы это могло быть?

— Минутку, пожалуйста, Ваше Высочество! Всё, что я говорю, это то, что сражение – это не единственный наш вариант! Я просто хотел сказать, что есть вероятность, что мы сможем договориться с ним, вот и всё!

— Граф, Ваш образ мышления немного... да, немного оптимистичен, – кивая, сказал граф Гранеро. — Для начала, кого мы отправим на переговоры с этим монстром?.. Хотя, если подумать об этом, я слышал, что Его Величество захватил под свой контроль одного из его демонов, и она оказалась весьма полезной в освобождении Калинши. Конечно же! Думаю, демон-горничная могла бы это сделать, верно? – Он повернулся, чтобы посмотреть на Сизу.

— … Я не смогу победить Ялдабаофа... Даже выиграть немного времени будет трудно.

— Тем не менее, если бы Вы сражались в паре с капитаном Кастодио, то могли бы выиграть больше времени.

Его предложение по большей степени имело смысл. Им в любом случае нужен кто-то, чтобы сдержать Ялдабаофа на месте, пока они выполняют план Каспонда.

Тем не менее, это, по сути, было их отправкой на смерть.

— … Хм... – Сизу подняла голову, посмотрев вверх. – … Это проблема…

— Так, как насчет этого? Таким образом, мы можем углубить отношения между Колдовским и Святым Королевствами.

— … Хмм... Хм!

— Вы согласны?

«Должна ли я вмешаться сейчас?» – Нейа подумала об этом, но Сизу уже ответила.

— Отклонено.

— Вот как... Могу я услышать причину?

— … Нет причин.

— Нет никакой причины?

Сизу кивнула графу Домингез, который замер на месте.

— Ялдабаоф действительно так страшен?!

— … Хм?.. Точно. Тогда это и есть причина. Он страшный. И я не хочу этого делать.

— Гм... – Граф Домингез был в недоумении от её слов. Теперь, когда всё уже сказано, говорить больше не о чем. Если бы на вопрос «Действительно ли Ялдабаоф так страшен?» Сизу ответила «Нет», то они могли бы сказать «Раз ты не боишься, то пойдёшь и выиграешь время», и разговор бы был закончен. Если бы она назвала какую-то причину, то тоже можно было бы продолжить обсуждение. Но поскольку она отказалась, основываясь на своих чувствах, возражать было очень трудно.

Когда в шатре вновь воцарилась тишина, один из главных офицеров Армии Освобождения, тот, кто командовал тысячами солдат и ополченцев, с усилием сказал:

— Почему бы нам не сбежать, пока Ялдабаоф полностью не одержал верх? Я не думаю, что мы сможем победить такого монстра. Раньше у нас был Король-Заклинатель, но его здесь больше нет... Кто-нибудь знает кого-нибудь, кто может победить Ялдабаофа? Нет, так ведь? Если мы убежим на Юг…

Рядом с ним другой командир тихо произнес:

— Нет никакой гарантии, что Ялдабаоф не придёт и на Юг, так ведь?

Ударив громко стол, предыдущий оратор проревел:

— В таком случае всё, что мы можем сделать, это следовать совету принца и убивать полулюдей! Если мы не можем победить, тогда должны сражаться до самого конца! Это совершенно простая истина!

— Точно. Это единственный способ жить. Я не хочу склонить голову и снова пройти через тот ад. Начнём с того, что мы соберём все силы вместе…

Вход шатра резко распахнулся и внутрь ворвался солдат из непосредственного окружения Каспонда.

— Ваше Высочество! Полулюди начинают двигаться! Они переформировывают свои позиции!

В предыдущем сражении у полулюдей не было чёткой расстановки войск. Видимо сейчас их переформирование, это результат командования Ялдабаофа.

— Итак... Все присутствующие. Противник скоро начнёт атаковать. Нам нужно как можно скорее подготовиться к битве!

После того как Каспонд закончил речь, все, кто собрались здесь, встали как один. Нейа и Сизу тоже были в их числе.

Остальные, пытаясь сэкономить время, выбежали из шатра.

Последними, оставшимися в шатре, были Нейа и Сизу. Подразделение Нейи уже было на месте и построено, так что не было необходимости идти и координировать их.

Нейа почувствовала, что что-то не так с выражением лица посланника, но не стала об этом задумываться. Вместе с Сизу она вернулась к своему подразделению.

Оставшись наедине с посланником, Каспонд заговорил:

— Значит, есть и другие плохие новости, о которых ты не сказал?

— Да, мой принц! Желаете, чтобы все кто ушёл, вернулись?

— Это будет зависеть от твоего отчёта.

Каспонд когда-то говорил своим подчинённым, что они могут всеобще говорить только о новостях, которые были известны всем присутствующим. Если это что-то новое, то сперва они должны сообщить об этом только ему. Поэтому этот человек остался в палатке, пока все не ушли.

— … Ваше Высочество, полулюди наступают на нас с востока. Такими темпами они доберутся до нас через час.

— Как… такое может быть?!

Каспонд изо всех сил старался не повышать голос. Было бы плохо, если бы кто-то вне шатра услышал бы это.

— Калинша же на востоке. Почему из этого города ещё никто не связался с нами? Даже если полулюди сделали большой крюк, чтобы обойти нас, как они избежали наших патрулей?.. Или они передвигаются малочисленными отрядами?

— Нет. Их, по оценкам, более 10-ти тысяч... Что нам делать, сир?

Святое Королевство всё ещё имело численное преимущество, даже если прибудут ещё 10 тысяч полулюдей. Однако тот факт, что пополнение врагов пришло с востока, был катастрофой. Если их армию возьмут в клещи, то было бы разумно уничтожить сперва одну из сторон давления, а затем сокрушить оставшуюся. Но на этот раз они столкнулись с Ялдабаофом.

Другими словами, их путь отступления был отрезан.

— … Хорошо, слушай внимательно. Ты не должен никому рассказывать эту новость, понял? – холодно сказал Каспонд удивлённому солдату. — Эта новость очень опасна. Если солдаты узнают об этом, они потеряют волю к борьбе, и мы проиграем битву, которую могли бы выиграть. Из-за этого многие люди могут погибнуть. Мы не должны никому говорить об этом... ради единства.

— Ваше Высочество…

— … Не волнуйся. Всё будет хорошо, если мы сможем выиграть в течение часа. Здесь нечего бояться.

— … Я понимаю это.

— Кроме того, нельзя допустить, чтобы разведчики отправились на восток, и увидели врага. Если разведчики распространят эту информацию, армия станет распадаться и, в конечном итоге нас уничтожат по частям, и мы потерпим поражение. Ты должен держать это в секрете до последнего момента, понял?

— Да, сир!

Хотя казалось, что это абсурдное объяснение, но солдат, вероятно, почувствовал логику в словах Каспонда и покинул шатёр. Оставшись один внутри шатра, Каспонд потрогал своё лицо.

***

Построение было простым. Со стороны запада и севера отряды были полностью укомплектованы. В южной части – только наполовину. Со стороны востока войск вообще не было. Лучше было сформировать построения на открытой местности, поэтому все покинули лагерь и рассредоточились по равнине.

Было решено, что их построение будет длинной линией.

Войска, что столкнуться с Ялдабаофом, будут уничтожены. Независимо от этого остальные войска должны незамедлительно атаковать силы полулюдей. Именно такую жертву было решено принести. Ремедиос ведёт паладинов для нанесения точечных ударов, поэтому у неё не было фиксированной позиции. Так было решено, чтобы она смогла отправиться в любое место, где появится Ялдабаоф.

Нейа и её лучники также имели свободные позиции. Нейа знала, что на это было две причины. Во-первых, чтобы, если что, позволить спокойно сбежать Сизу, слуге Короля-Заклинателя. Во-вторых, если всё же Сизу захочет сразиться с Ялдабаофом, это не повлечёт создание бреши в их войсках

Подчинённые Нейи уже обсуждали, что они будут делать, если появится Ялдабаоф. Будут ли они атаковать полулюдей, или отступят в безопасное место, или, возможно, они будут сражаться с Ялдабаофом?

Их ответ был единогласным.

Они сразятся с полулюдьми, и обязательно победят.

Все они глубоко ненавидели Ялдабаофа, источник всего зла. Тем не менее, они знали свои возможности. Что они могут сделать, если даже могучий Король-Заклинатель не справился с ним? В таком случае было бы лучше сосредоточиться на убийстве полулюдей, чтобы привести их чуть ближе к победе. Конечно, частью этого решения было то, что они не хотели, чтобы Сизу, будучи слугой их великого благодетеля, Короля-Заклинателя, погибла.

Нейа села на лошадь и стала изучать врага.

В формировании полулюдей в прошлой битве было полно брешей, но теперь их построение безукоризненно. То, что прошлый раз было просто пёстрой толпой полулюдей с группировкой по их видам, теперь предстало в облике армии ветеранов, где все виды были расположены равномерно, прикрывая слабости других.

«У армии полулюдей сохранились такие силы с предыдущей битвы?

Чёткие ряды щитов выглядели чрезвычайно прочными, а наконечники их копий ярко блестели.

«Необходимо отдать должное высоким способностям командования Ялдабаофа. Сила, мощь и единство армии полулюдей очевидны. Хотя... Этого можно было ожидать. Каждый будет подчиняться, узрев такую подавляющую силу».

Многие полулюди желали ещё больше власти. В этом отношении они, вероятно, были бы рады следовать за Ялдабаофом.

Битва вот-вот начнётся.

Нейа и её люди выпустили стрелы.

На врага обрушился дождь стрел, выпущенный тремя тысячами человек.

Во время этой битвы, люди использовали широкую формацию для того, чтобы быстро победить.

Люди отправили отряды тяжёлых всадников в атаку, никого не оставив в запасе. Люди хотели нанести один мощный удар... И напротив, полулюди укрепили свою защиту.

Учитывая, что обычный человек был слабее получеловека, было бы очень трудно пробиться через усиленную защиту полулюдей. Хотя, возможно, у людей мог быть шанс против полулюдей, если бы Ялдабаофа не было рядом. Тем не менее, состав подразделения полулюдей позволял многим расам в полной мере использовать свои уникальные способности, компенсируя слабые стороны друг друга, и ещё больше подчёркивая сильные.

Оборона полулюдей сделала преимущество людей фактически нулевым. Неважно, сколько раз они атаковали, сколько раз они ломали копья, или сколько стрел они выстреливали, ничто не могло сломить построение полулюдей. В итоге, нападавшие из Святого Королевства понесли куда более тяжёлые потери, чем полулюди.

Время шло, и они не могли позволить битве продлиться до наступления темноты. Тем не менее, моральный дух и выносливость людей, вероятно, скоро иссякнут, и они будут раздавлены.

К тому же…

— Ялдабаоф появился в секторе 2А! 2-ое подразделение пехоты было полностью уничтожено!

— 4-ое подразделение пехоты понесло больше половины потерь!

— 6-ое подразделение копейщиков – так же больше половины потерь!

Посланники громко описывали ситуацию на поле боя.

— Где он сейчас?

Каспонд предложил разделить поле боя на несколько секторов.

Они были пронумерованы, чтобы сделать перемещение людей как можно проще. Это была очень грубая система, но её было легко понять.

Люди пытались бежать оттуда, где был Ялдабаоф. Даже отсюда было ясно, что они были в полном смятении. Полулюди в этом секторе начали атаку, и организация войск людей там рассыпалась.

Вот и всё.

Просто появившись один раз и используя только эту небольшую силу, Ялдабаоф уничтожил отряд из пятисот человек. Полулюди, заполняя брешь, которую он создал, вызвали ещё больше смертей.

Было бы не плохо, если бы полулюди стали самоуверенными и начали идти в атаку. Но после короткого прорыва, они сразу же отступали, как черепаха, сжимающаяся в свой панцирь. В итоге, подобная атака унесла тысячу жизней людей. Применение такой мастерской стратегии было результатом стратегических умений Ялдабаофа.

Ремедиос привела своих паладинов в сектор 2A так быстро, как только могла. Однако к тому времени, когда она прибыла, Ялдабаофа уже там не было. Он переместился в другой сектор с помощью телепортации, как бы издеваясь над ними.

Эта серия событий повторялась снова и снова.

Слова "плохо" было недостаточно, чтобы описать ситуацию.

Тем не менее, факт был в том, что никто здесь, включая Нейю, не мог придумать никаких хороших решений. Всё, что Нейа и её люди могли сделать, это продолжать засыпать стрелами войска полулюдей.

Сизу просто наблюдала за битвой. Её оружие не было способно стрелять навесом, как луки, поэтому у неё не было возможности продемонстрировать свои невероятные навыки.

В конце концов, пальцы Нейи начали болеть, оттягивая тетиву, а стрелы в колчанах стали заканчиваться.

— Бараха-сан! У нас почти закончились стрелы!

Стрелы были не бесконечными.

— … Отступите в лагерь и пополните запасы!

Подразделение выполнило инструкции Нейи и вернулось в тыл, чтобы запастись стрелами

Она хотела бы дать им немного отдохнуть, но, к сожалению, у них не было времени на отдых. Потому, набрав стрел, она сразу сказала:

— Вы готовы?

— Да, Бараха-сан. Мы можем выдвигаться в любое время!

— Тогда…

Как только она собиралась дать приказ выдвигаться, Нейа увидела нескольких разведчиков с востока.

Ведущий разведчик на мгновение встретился взглядом с Нейи, а потом закричал:

— Полулюди атакуют с востока! Берегитесь!

— Что?

Удивлённая Нейа посмотрела вдаль и прищурилась. Она могла различить поднимающуюся пыль и фигуры, похожие на людей. Судя по их скорость движения, и учитывая расстояние, они будут здесь в ближайшее время.

Они допустили серьёзную ошибку.

Они были так сосредоточены на полулюдях перед ними, что пренебрегли тылом.

Нейа хотела верить, что это ложь. Она хотела верить, что это Калинша выслала подкрепления на помощь. Однако, если бы это было так, то они бы послали гонца, чтобы сообщить им.

Нейа почувствовала себя не хорошо.

Эта новость несла в себе очень плохие перспективы.

Похоже, план Ялдабаофа состоял в том, чтобы заманить их в ловушку и взять в клещи.

Он не стал сражаться, и вместо этого позволил сражаться полулюдям. Таким образом, люди решили не бежать, а сражаться, чтобы удовлетворить свои условия победы. Цель Ялдабаофа состояла в том, чтобы заманить всех людей на поле боя и удержать их от побега, а затем уничтожить.

Другими словами, Ялдабаоф уже предположил, что люди подумают, что он не будет сражаться, и таким образом захотят разбить полулюдей, чего бы им это не стоило.

— Хахаха, ну конечно!

Белдран весело рассмеялся.

Все панически посмотрели на него. Белдран восстановил спокойствие и обратился к Нейе.

— Его Высочество Каспонд совершил роковую ошибку в планировании битвы. Что ещё более важно, почему он этого не заметил?

— Что именно?!

— … Бараха-сан. Это совершенно естественная вещь. Пока Ялдабаоф контролирует Холмы, он может всегда посылать сюда подкрепление. Просто уничтожив полулюдей здесь, мы не заставим Ялдабаофа отступить.

— Ааахх!

Услышав объяснение, Нейа была не единственной, кто всё понял.

— После того, как мы уничтожим здесь всех находящихся полулюдей, нам всё равно придётся начать наступление на Холмы. Идея принца Каспонда может быть реализована лишь тогда, когда мы уничтожим абсолютно всех полулюдей.

Действительно, всё было так. Белдран также дал ответ, почему они не думали об этом раньше:

— … Принц Каспонд и мы сами думали об одном и том же, и были ослеплены возможностью спасения, не рассматривая этот вопрос более глубоко.

Но начать наступление на Холмы было практически невозможно. Иначе говоря…

— … Нет способа спасти Святое Королевство? – Нейа была в ступоре.

Тишина заполнила воздух. Шум боя казался очень далёким.

— Нет... – Белдран заставил себя говорить. — Есть один способ.

— Какой?

— … Ялдабаоф. Мы должны победить Императора Демонов Ялдабаофа.

Это был идеальный ответ, но радости не было. Это была самая невыполнимая задача в мире. Они и приняли план Каспонда именно потому, что они не могли этого сделать.

— … Как я и думала, прежде всего, мы должны были пойти искать Его Величество. Мы изначально выбрали не тот вариант действий.

Если бы она не пошла сражаться за Калиншу, а отправилась с Сизу на Холмы, они могли бы избежать текущей ситуации.

Тем не менее, это было бы очень трудно. Нейа сделала лучший выбор, основываясь на том, что она могла сделать. Она постаралась избежать безрассудства и выбрать самый оптимальный путь.

Тем не менее, они должны были хотя бы попробовать.

Что если…

Что если…

Что если…

Бесчисленное множество "что если" пролетели в голове Нейи. Каждый раз, когда она думала о том, "что, если бы я сделала то или иное", она задыхалась от чувства вины и сожаления.

Её желание сражаться рухнуло вниз. И Нейа была не единственной. Всё её подразделение также потеряло волю к сражению.

Победитель был ясен.

Допустив такую ошибку, теперь шансы на их победу были нулевыми. Вернее, сама битва изначально была пустой тратой времени.

Всё, что они могли сейчас сделать, это отступить, избегая ещё большего кровопролития.

Однако это было неправильно.

«Слабость это грех».

Было грехом быть настолько слабыми, что они никого не могли спасти. Поэтому они тренировались, готовясь к этому дню.

Нейа не могла этого допустить и закончить, как грешница.

Если бы это произошло, она не смогла бы смотреть в глаза её справедливости, Его Величеству Айнзу Оул Гоуну.

Она подготовила свой дух к тому, что должно было произойти.

Думали ли люди вокруг Нейи то же самое, что и она, или нет, но независимо от причины, все они склонили головы.

Это был конец.

Глупой мечте об освобождении Святого Королевства и помощи народу пришёл конец.

Подумать только, они посмели лелеять эту мечту из-за силы Короля-Заклинателя. Но когда им оставалось рассчитывать только на себя, они ничего не смогли сделать и, в итоге, закончили так.

Нейа знала, что сейчас не время смеяться, но она ничего не могла с собой поделать. Затем её лицо стало серьезным, и она посмотрела в сторону Сизу.

— … Вы можете бежать?

— … Что насчёт тебя, Нейа?

Нейа выпрямилась.

— Я не могу убежать! Я человек, который видел, как Его Величество старался ради других! И я человек, который воспользовался его милостью. Я не могу позволить этому закончиться так, ведь тогда я стану слабаком... грешником.

Нейа видела, как люди вокруг неё подняли головы:

— Мы не убежим от этого ублюдка!

Они снова выглядели как настоящие воины.

Это были лица людей, которые были готовы умереть. Как она хотела бы показать их Королю-Заклинателю.

— Но Вы... Вы не такая... Вот почему мы хотим доверить наши желания Вам. Я знаю, должно быть странно, благодарить Его Величество через Вас, но как одна из его подчинённых... пожалуйста, сделайте это для нас. Пожалуйста, найдите Его Величество, Сизу-семпай. Вы можете распоряжаться теми из нас, кто всё ещё в Калинше, как посчитаете нужным. Пожалуйста…

— … Ясно.

Нейа вздохнула с облегчением, увидев, что Сизу согласна.

Однако...

— Для меня нет причин уходить. – Совсем иное заявила Сизу.

— Что, что это значит?

— … Смотри.

Сизу указала на приближающиеся объекты – подкрепление полулюдей, идущих со стороны Калиншы. Они были из разных рас, даже орки и зерны. Нейа посмотрела на флаги некоторых отрядов. Они были…

— Что?!

Нейа была так шокирована, что очень громко воскликнула.

Она сомневалась в том, что видели её глаза, и несколько раз моргнула, но то, что она видела, осталось прежним.

— … Видишь? Уходить нет необходимости.

Нейа знала этот флаг очень хорошо.

Это был флаг Колдовского Королевства.

Потрясённые крики её товарищей доказали, что то, что она видела, не было иллюзией.

— Разве это не флаг Колдовского Королевства? Вы рассказывали нам об этом раньше, не так ли, Бараха-сан?

— Это подкрепление из Колдовского Королевства? Бараха-сан что-то говорила о полулюдях в Колдовском Королевстве.

Сейчас шла война. В этот самый момент бесчисленное множество людей и полулюдей убивали друг друга. И Ялдабаоф тоже убивал людей.

Тем не менее, Нейа будто забыла всё это, отчаянно пытаясь понять, что происходит.

И то, что случилось потом, вновь разожгло уже затухший боевой дух.

Армия полулюдей разделилась на две части, как будто они репетировали этот манёвр бесчисленное количество раз. Они уступили место в центре для одной нежити.

Он был магическим заклинателем в чёрной мантии, на скелетном боевом коне.

Это был именно тот герой, которого так ждала Нейа.

— Это Его Величество... Это действительно происходит…

Нейа не могла уверенно сказать, видела ли она сон или это была реальность.

Однако это не мог быть сон.

Эмоции внутри неё взорвались с такой силой, что она даже не могла описать, что же чувствовала.

Горячие слёзы размыли её поле зрения. Она даже подумать не могла, о том, что их нужно стереть.

Сизу помахала Королю-Заклинателю. Он, казалось, заметил это и двинулся к ним.

Король-Заклинатель приближался.

Что она должна ему сказать? Должна ли она извиниться за то, что не искала его? Будет ли она прощена, если она это сделает? Пока Нейа искала правильные слова, Король-Заклинатель уже добрался до неё и проворно слез со своего коня.

— … Уму. Какое совпадение, встретить тебя здесь, Бараха-сан. Ты думала, что я умер?

— Ваше, Ваше Величество!

Нейа не могла остановить поток слез.

— Я верила всё это время, потому что Сизу-семпай сказала мне. Я надеялась, Вы будете в порядке, но... это правда!

— А... Эм. А... хм. Мм. Ясно. Это меня радует. Эм... Сизу-семпай?

Похоже, что Король-Заклинатель тоже был в восторге от этого воссоединения, потому что он, казалось, был в недоумении от её слов.

— … Не плачь. – Сизу прижала платок к лицу Нейи и сильно потёрла им её лицо. — … На нём снова сопли. Действительно шокирует

— Кажется, вы с Сизу неплохо ладите, Бараха-сан. Это меня радует.

— Это всё благодаря Вашему Величеству! Я даже не знаю, что бы я делала без Сизу-сенмпая! Большое спасибо!

Сердце Нейи было в таком потрясении, что она не знала, что говорила.

— Ясно... Это довольно большой сюрприз для меня... Сизу, как это произошло?

— … Мне нравится Нейа. Её лицо очень миленькое.

— Пожалуйста, не говорите, что оно миленькое, – сказала Нейа, протирая глаза, уже прекратив плакать. Вскоре она вытерла последние слёзы. — Ваше Величество, у меня есть много вещей, которые я хотела бы спросить у Вас, но самое главное... Вы ведь наверняка злитесь на то, как медленно продвигалось Ваше спасение? Если да, то я беру всю ответственность на себя.

— Бараха-сан. – Король-Заклинатель поднял руку, чтобы остановить её. — Зачем ты это говоришь? Никто из вас меня не злил.

Глаза Нейи снова наполнились слезами. И она не была одна – все вокруг неё, кто слышал добрые слова Короля-Заклинателя, тоже плакали. Были люди, которые едва сдерживали свои слезы, но в итоге, всё равно не сдержавшись, зарыдали.

Плечи Короля-Заклинателя слегка двинулись.

— … Ах, всё, не плачьте. Что более важно, ты же ещё много чего хочешь спросить, разве нет? Почему бы не спросить?

— Ах, да.

Вытерев снова слёзы Нейи, Сизу, убрала запятнанный соплями платок. Нейа задала вопрос Королю-Заклинателю:

— А эти полулюди – солдаты Колдовского Королевства?

Хотя она не видела среди них нежити, но эти полулюди могут быть просто авангардом.

— Нет... Хотя, наверное, можно так сказать, я полагаю. Когда я упал на Абелионские холмы, я захватил ту территорию под контроль Колдовского Королевства. Поэтому их можно назвать силами Колдовского Королевства.

У Нейи не было слов. Он был поразительным. Это можно было назвать не иначе, кроме как "поразительно".

Холмы были заполнены полулюдьми, и ими управлял приспешник Ялдабаофа. Однако он, несмотря на тяжёлый бой с Ялдабаофом, справился с ним в одиночку и подчинил себе Холмы. Кто ещё мог сделать это, кроме Короля-Заклинателя?

Нейа была так взволнована.

— Что ж. Мне потребовалось некоторое время, чтобы собрать полулюдей, страдающих под гнётом Ялдабаофа, и привести их сюда как армию. Всё это было для того, чтобы ослабить Ялдабаофа. Кажется, я потратил это время с толком.

На костяном лице Короля-Заклинателя не было выражений лица, но Нейа могла чувствовать его улыбку.

— Я! Я и не ожидала меньшего от Вашего Величества!

Белдран подбежал к Королю-Заклинателю, его лицо было залито слезами.

— Ох! Это ОН!!

Внезапно Белдран упал на колени. Нет, он был не один. Все вокруг Нейи, все, кто принадлежал к её отряду, собрались вокруг и пали ниц перед ним.

— … Как и ожидалось, Айнз-сама!

— Просто великолепно, Ваше Величество!

Даже Король-Заклинатель был поражён хором хвалы.

— Кстати говоря, у меня к тебе тоже есть вопрос, Бараха-сан... Кто они такие?

— Это, люди, которые благодарны за доброту Вашего Величества и которые хотят отплатить Вам!

— Да! Вы нас спасли, Ваше Величество!

— Да! Мы хотели вернуть долг Вашему Величеству. Поэтому, когда Бараха-сан позвала, мы с радостью отозвались!

— Мы не единственные! Есть ещё много людей, которые хотят отплатить за доброту, проявленную Вашим Величеством!

— О... Это делает меня очень счастливым... Так это правда?

— Да! Именно! Все Вам благодарны!

— Я... Я понял... Спасибо всем.

Благодарность Короля-Заклинателя заставила всех почувствовать, что они выбрали правильный способ выразить свою признательность, и поэтому разрыдались пуще прежнего.

— … Ах, эти слёзы благодарности тоже мне?

— Да! Именно!

— И их всех собрала ты, Бараха-сан... Кажется, ты выросла, пока была без моего присмотра.

— Спасибо большое, Ваше Величество!

Нейа улыбалась на похвалу Короля-Заклинателя.

— А теперь... Бараха-сан, пожалуйста, пусть поднимутся. Я пришёл сюда, чтобы компенсировать моё предыдущее... неприглядное выступление... Где сейчас Ялдабаоф?

— Ах! Да! Ялдабаоф…

Вспыхнуло пламя, как будто ждало этого момента. Нейа вздрогнула, думая о том, сколько солдат Святого Королевства погибло в этом пламени.

— … О, вот как. Тогда нет необходимости спрашивать. Кажется, пришло время снова с ним сразиться… Сизу!

— … Да, Айнз-сама.

— Я с этим разберусь. Ты будешь защищать людей здесь. Не забудь, чтобы они приготовили подходящий приём для моего победного возвращения, хорошо?

Возгласы «Оооооо!» раздался из толпы.

— Слушайте внимательно! Я просчитался в предыдущем бою. Я был в меньшинстве, и у меня было мало маны. Однако сейчас ситуация иная! Ялдабаоф не сможет призвать много демонов за короткое время. Кроме того, я полностью восстановил ману. У меня больше нет причин проигрывать! Всё, что вам нужно – это ждать, пока я вернусь с триумфом!

Народ обрадовался, когда Король-Заклинатель объявил о своей абсолютной победе.

Он расправил свою накидку и двинулся к полю боя. Все отошли в сторону, расчищая для него путь, словно потрясённые его всепоглощающей аурой владычества.

— Ваше Величество!

Король-Заклинатель повернулся и посмотрел на Нейю.

— Пожалуйста, победите!

— Конечно!

Он продолжил идти вперёд. Хотя его очертания, казалось, уменьшились, Нейа не чувствовала себя одинокой или испуганной. Это была уверенность, схожая с той, когда ребёнка опекают его родители. И Нейа не единственная была такой. Были и другие, которые чувствовали то же самое.

— … Мы победили.

Из-за спины Нейи, Сизу, с уверенностью в голосе, объявила о победе Короля-Заклинателя. Нейа тоже с ней согласилась.

Вскоре... поднялся шлейф пламени. За ним последовала полоса тьмы.

Как и прежде, огонь и тьма столкнулись друг с другом.

На это время всё поле боя замерло. Обе стороны опустили свои клинки и заострили своё внимание на сражении в небе.

Да.

Все знали это в своих сердцах.

Победитель этой битвы будет иметь право покончить со всем этим.

Их сражение было чем-то запредельным для смертных. Это была битва богов.

Свет.

Тьма.

Огонь.

Молния.

Метеориты.

Всевозможные непонятные явления... вызванные невероятной силой.

И затем…

Нейа обрадовалась.

Это было, потому что зоркие глаза Нейи видели, как огонь угасает, умирает, а тьма медленно опускается.

Эта битва была удивительно быстрой по сравнению с предыдущей. Словно доказательство, что со своей полностью восстановленной маной и без демонов-горничных Король-Заклинатель быстро победит.

— Сизу-семпай!

— … Похоже, я тебе уже это говорила, кохай.

Сизу выглядела так, как будто это было совершенно естественно, и Нейа схватила её за руку и энергично пожала. Однако этого было недостаточно, чтобы успокоить её сердце, и она крепко обняла маленькое тело Сизу, а руками за спиной продолжала её гладить.

Когда все стали свидетелями его победы, они разразились громовыми возгласами.

Король-Заклинатель медленно спускался и приземлился на землю.

После этого он поднял обе руки, спровоцировав ещё более громкие выкрики, чем прежде.

Эпилог

После победы Короля-Заклинателя всё стало очень просто. Полулюди потеряли желание сражаться, так что всё, что оставалось, это прикончить их. Со стороны Святого Королевства не было жертв, но земля была усеяна трупами полулюдей.

Теперь, когда вражеский генерал, Ялдабаоф, был побеждён, никто не мог стоять на пути Армии Освобождения Святого Королевства.

Возвращение города Прарт и столицы Хобанс было почти моментальным.

Потребовалось время, чтобы освободить город Римун, который был дальше всех на западе, и деревни, которые были превращены в лагеря для заключенных, но даже так, это был большой шаг.

Освобождённая столица была наполнена радостными голосами и звуками, не стихающими даже после целого дня. Фактически, она стала ещё оживленней.

Нейа была повышена до командующей регулярными подразделениями лучников.

Тем не менее, несмотря на праздничное настроение в столице, Нейа знала, что есть ещё гора проблем, которые нужно решить.

Первым вопросом была еда. Полулюди всё съели и вызвали нехватку пищи. Это, несомненно, будет препятствовать развитию Святого Королевства в будущем.

Следующим вопросом были потери людей. Потеря рабочей силы по-прежнему допустима. Однако, если погибшие были искусными ремесленники, учёными или людьми, которые в один прекрасный день могли ими стать, то потеря таких талантов станет серьёзным ударом для страны.

Был ещё вопрос о ресурсах. Полулюди разграбили и уничтожили много зданий, и их восстановление потребует много ресурсов.

И наконец, вопрос о времени. Вторжение полулюдей заняло два полных сезона, и им приходилось работать вдвойне, чтобы компенсировать упущенное время.

И к тому же, в Святом Королевстве ещё могут скрываться оставшиеся полулюди. Их нужно будет искоренить и уничтожить.

К сожалению, было неизвестно, где полулюди хранили различные ценности, магические предметы, и прочие трофеи. У всех полулюдей были разные культуры, поэтому не было странным, что они забирали себе различные украшения, драгоценные металлы, и прочие человеческие сокровища. Однако было странно то, что никто не имел понятия, где теперь это всё находится. Так случилось, потому что во время этой войны люди не могли отслеживать транспортные перевозки противника.

Тем не менее, не смотря на то, что перед людьми встало много проблем, были те, кто считали, что было бы неплохо немного отвлечься. Им понадобится короткий перерыв перед днями, наполненными тяжёлым трудом, и Нейа была с этим согласна.

Однако сегодня она не могла этого делать. В этот день она не могла праздновать.

Причина была в том, что это был день расставания.

Это был очень болезненный день.

Рядом с главными воротами королевской столицы, в восточной стороне города, остановилась одинокая карета. Внешняя скромность экипажа могла обмануть неопытного наблюдателя, но Нейа знала, что интерьер кареты был щедро и тщательно подогнан, а его качество, как нельзя кстати, описывалось словом "превосходное". В частности, его места сохраняли своё удобство даже при длительных переездах, позволяя забыть о тяготах пути.

В самом деле. Это была карета, в которой Нейа сидела с Королём-Заклинателем, когда он отправился в Святое Королевство.

Другими словами, сегодня был день, когда Король-Заклинатель покинет Святое Королевство и вернётся в свою страну.

Сперва было неожиданно увидеть Короля-Заклинателя, не окружённого полулюдьми. Король-Заклинатель объединил Абелионские холмы и привёл многих полулюдей на поле боя под знаменем Короля-Заклинателя во время битвы с Ялдабаофом. Тем не менее, никто не видел их сейчас, потому что Король-Заклинатель позволил этим полулюдям вернуться на Холмы. Причём, он позволил им вернуться сразу после того, как завершилась последняя битва с Ялдабаофом.

Когда Нейа спросила причину этого, она получила в ответ: «Вы же ненавидите полулюдей». Таково было его сочувствие к людям Святого Королевства.

Нейа была глубоко тронута.

Он принял во внимание психическое состояние людей Святого Королевства и позволил своим солдатам вернуться домой. Он сказал, что будет путешествовать в компании солдат Святого Королевства, хотя они и не были солдатами его страны. Это было необычным поведением для правителя страны.

Действительно, это был Король Королей – великодушный Король-Заклинатель.

Группа единомышленников Нейи была тоже глубоко тронута.

Поэтому, когда Нейа и её товарищи взяли роль почётного караула Короля-Заклинателя, никто из них не возражал. Конечно, сражений почти не было, поэтому они большую часть времени просто следовали за Королём-Заклинателем, но лица товарищей были свежи в её воспоминаниях.

Она вспомнила их радость от возможности ходить с тем, кто их спас. Какое они испытывали великолепное чувство, имея возможность сопровождать героя, который победил Ялдабаофа. Какое они испытывали блаженство от того, что стояли рядом с королём, которыми восхищались. Их лица переполняли все эти эмоции.

Но сегодня никого из них не было.

Всё, что Нейа могла видеть, это стены и ворота столицы Святого Королевства, а затем дорога, ведущая к Прарту, и которая продолжалась до Колдовского Королевства.

— Вы возвращаетесь сегодня, Ваше Величество? Люди всё ещё возбуждены от радости после освобождения королевской столицы. Я думаю, что было бы уместно, чтобы Ваше Величество присоединились к нам на несколько дней, в праздник благодарения того, кто сделал так много для возвращения столицы…

До этого Нейа уже задавала этот вопрос несколько раз. Она, вероятно, получит тот же ответ, что и раньше, так как знала, что он возвращается домой. Несмотря на это, она всё ещё должна была спросить об этом. Вероятно, это была такая слабая сторона Нейи.

— Ах, я возвращаюсь в Колдовское Королевство сегодня. Я не уверен в своей способности иметь дела с разными церемониями.

Проговорив это, Король-Заклинатель очень неестественно, и даже комично пожал плечами, возможно, потому что знал, что Нейа будет чувствовать себя расстроенной, если примет его слова близко к сердцу.

«Он действительно плохо шутит».

— Конечно, Вы шутите, Ваше Величество.

— Кхм. Ну да, я просто, я просто шутил. Да, шутил... По правде говоря, я сделал всё, зачем пришёл сюда. Таким образом, мне не нужно больше оставаться здесь. Мне тоже нужно направлять развитие Колдовского Королевства как королю. Если я надолго покину трон, то премьер-министр Альбедо потом будет читать мне нотации.

Разум Нейи показал образ красоты мирового класса, которую она однажды видела. Она была женщиной, чья красота делала её незабываемой.

«Она же не может быть на самом деле такой страшной, когда злится?.. Или она страшна, когда злится, потому что так прекрасна всё время? Хотя я не думаю, что это то, что имел в виду Король-Заклинатель. Немного трудно представить сердитым кого-то столь прекрасного. Всё же... я завидую».

Имея возможность всегда говорить с Королём–Заклинателем, потому что она была всегда подле него – это было то, чего Нейа отчаянно хотела, но не могла просить, что и заставило её завидовать. Насколько счастлива была бы Нейа, если бы услышала, что Король-Заклинатель, которого она уважает, сказал бы другим «Нейа будет ругать меня» или что-то подобное?

Решение Короля-Заклинателя возвращаться было внезапным, и его никто не отговаривал. Казалось, он выглядел немного грустным и одиноким.

— Я уже говорил Его Высочеству Каспонду, что будет хлопотно, если фестиваль окажется расточительным. С этого момента страна столкнётся с большими трудностями. Вместо того, чтобы тратить ресурсы и рабочую силу на меня, я бы предпочёл, чтобы вы использовали это на восстановление страны.

— Ваше Величество…

«Почему Вы должны возвращаться?»

Если бы она прижалась к его ноге и закатила большую сцену, то, вероятно, могла бы отложить его возвращение хотя бы на неделю.

Она остро ощущала желание сделать это, но подавляла его. Недопустимо показывать свою избалованность столь милосердному Королю-Заклинателю.

— Ах, это не потому, что я хочу вести себя как какая-то важная шишка. Просто в этой стране у меня не осталось дел. А богатства и тому подобное... сперва я думал о том, чтобы попросить кое-что оставить мне, но... В общем, что я хочу сказать... Ах да, я хотел бы, чтобы вы все не заботились так обо мне, а продолжали свою работу. К тому же... сами посудите, стабильность вашей страны хорошо повлияет и на Колдовское Королевство, как на соседей. В будущем между нами наладится торговля. Так что, вот так, да.

Похоже, он понимал, что чувствует Нейа, и так неуклюже пытался успокаивать её. Хотя он, как правило, был очень классным и стильным, но сейчас говорил странно небрежно.

— Спасибо Вам большое, Ваше Величество.

— Ох? Хм. Не стоит. Не волнуйся об этом. В конце концов, я приехал в эту страну из-за горничных Ялдабаофа. И теперь, – Король-Заклинатель погладил по спине Сизу, которая всё это время стояла рядом с ним, как будто пытаясь замаскироваться. — И теперь они у меня есть, поэтому определённо стоило отправиться в эту страну.

Король-Заклинатель получил Сизу – демона-горничную – своими силами. Нейа и все, кто разделял её мнение, считали также.

Ранее, у них уже состоялись обсуждения возможности преподнести особый подарок их благодетелю. Но когда кто-то упомянул, что вручать подарок королю может лишь представитель другой страны, они вынуждены были отбросить эту затею, чтобы не показаться слишком грубыми.

По крайней мере, Нейа надеялась, что Каспонд сделает некоторые уступки на должном уровне или подпишет договор, который был бы более благоприятным для Колдовского Королевства.

— Если ты хочешь, я могу использовать великое заклинание, которое можно использовать только один раз в год, и воскрешу твоих родителей.

— Спасибо Вам большое, Ваше Величество, но... в этом нет необходимости.

После освобождения столицы один из заключённых сказал, что был свидетелем гибели матери Нейи в битве. Учитывая её историю, и какой вдохновляющей была её борьба, Нейа, конечно, не возражала бы, если бы её воскресили.

Однако Нейа слышала, что заклинания воскрешения требуют очень ценные материалы, и ей будет трудно позволить себе это. Возможно, милосердный Король-Заклинатель мог бы дать их бесплатно, но она не могла больше полагаться на щедрость Короля-Заклинателя. Тем не менее, видимо, полулюди уничтожили тело, поэтому она не могла даже попрощаться с ней, что было очень грустно.

— Если долго говорить, то расставание будет ещё болезненней. Мы скоро отправляемся. Сизу, есть ли что-нибудь, что хочешь сказать Барахе-сан?

— Пока.

— Хорошо! Прощай!

Сизу протянула руку Нейе, и та потрясла её.

И затем, они обе опустили их без лишних слов.

— Ты в порядке?

— Да, Ваше Величество.

— Хорошо. Тогда... идём, Сизу.

Когда Король-Заклинатель поставил одну ногу на ступеньку кареты, он повернулся к Нейе.

— Эта страна будет испытывать много трудностей в будущем, но... я уверен, что вы будете усердно работать, и преодолеете их. Надеюсь увидеть тебя снова.

— Да!

Как только Король-Заклинатель собрался войти в карету, Нейа, смотря ему в спину, не смогла удержаться и выкрикнула:

— ... Величество! Ваше Величество!

Король-Заклинатель остановился и оглянулся. Нейа сглотнула, собралась с духом и с дрожащим голосом спросила:

— Ах, простите меня! Могу я... Могу ли я называть Вас "Айнз-сама"?

Её щёки покраснели. Разумеется, она, как простолюдин из другой страны, скорее всего, будет отчитана за смелость обращаться к нему в такой близкой манере.

— А? А, да, ты можешь... называть меня как хочешь.

— Спасибо Вам большое!

Она поклонилась великодушному королю другой страны, и к тому моменту, когда она подняла голову, была очередь Сизу подниматься в карету.

— Берегите себя, Сизу-семпай!

— Ммм!

Сизу показала большой палец, и затем скрылась в карете.

Похоже, почувствовав, что оба пассажира сели в карету, лошадь заржала и тронулась вперёд.

Пока Нейа наблюдала, как карета удаляется, она не смогла сдержать слёз, и прокричала:

— Долгой жизни Его Величеству, Королю-Заклинателю!

Она не была единственной, кто выкрикивал это. Её единоверцы в тайне собрались вместе, и сейчас выскочили за ворота, чтобы громко пожелать Королю-Заклинателю процветания и счастья.

— Долгих лет ему жизни!

— Долгих лет ему жизни!

— Долгих лет ему жизни!

И в то же время, они разбросали цветы, которые сами с трудом собрали.

Карета двигалась посреди всех этих цветов и выкриков.

Это вряд ли было подходящим для человека, который спас Святое Королевство. Тем не менее, это было лучшее, что подготовили Нейа и люди, которые понимали, что она чувствует.

Карета удалялась в её заплаканных глазах.

Нейа всхлипнула.

Теперь ей было так одиноко.

Ей хотелось, чтобы Король-Заклинатель и Сизу спросили «Хочешь отправиться в Колдовское Королевство?». Если бы они спросили это, Нейа, возможно, всё бы бросила только чтобы отправиться с ними.

Но они этого не сделали.

Это её расстроило.

В конце концов, Нейа была не более чем оруженосцем Короля-Заклинателя лишь на время его короткого пребывания в этой стране.

В ней вспыхнули всевозможные негативные эмоции.

Однако... это было неправильно.

В голове Нейи повторились слова, которые сказал Король-Заклинатель:

«Эта страна будет испытывать много трудностей в будущем, но... я уверен, что вы будете усердно работать, и преодолеете их. Надеюсь увидеть тебя снова».

Другими словами, у него были надежды на Нейю.

Нечто в духе «Хоть Святое Королевство в хаосе, я верю, что Нейа найдёт способ сплотить его народ», или что-то вроде того.

Война с полулюдьми, встреча с Королём-Заклинателем, встреча с Сизу, всё, что Нейа пережила за это время... Она чувствовала, будто это всё длилось практически вечность, но и в то же время пролетело, словно миг. Однако она знала, это лишь начало всего. Было много дел, которые ей предстоит сделать.

Для начала, она должна вернуть любезность Короля-Заклинателя своими действиями.

Тогда ей нужно будет поменять устои этой страны. Справедливость и зло. Нейа никогда не понимала, что значат эти два слова, но теперь она могла гордо выпятить грудь и ответить.

«Король-Заклинатель – это воплощение справедливости», и «быть слабым – это грех». Важно было упорно трудиться, чтобы стать сильным.

Нейа поняла, что должна распространить истину, которую она узнала в Святом Королевстве.

— Бараха-сан, пожалуйста, вытрите свои слёзы.

Это был Белдран.

При более близком рассмотрении его глаза тоже казались красными. Возможно, он вытер свои слезы, прежде чем подойти к ней, но его голос всё ещё дрожал. Он явно только что рыдал.

— Ах…

Нейа усердно вытерла свои слёзы, так же грубо, как Сизу впервые вытерла ей лицо от слёз.

— Бараха-сан. Люди, которые стали свидетелями этой битвы, хотят услышать о Короле-Заклинателе. Многие люди привели с собой семьи.

— Я поняла. Скажи им, что Его Величество... Что Айнз-сама... истинно благородный король. И о Сизу тоже. – Нейа посмотрела вперёд. — Прощания действительно огорчают. Однако... Люди! Идёмте! Давайте распространим правду... что Его Величество – справедливость... другим людям!

— Ох!

Более трёх тысяч людей крикнули единым голосом в ответ, а затем встали на одно колено перед Нейей.

***

Карета ехала по земле.

Долгий проект, наконец, закончен. Айнз никогда этого на себе не испытывал, но, наверно, вот каково быть в долгосрочной заграничной командировке. Конечно, он возвращался в Назарик время от времени, но это первый раз, когда он был вдали так долго.

Он оставил все задачи по управлению полулюдьми в Абелионских холмах на Альбедо, и полностью передал последующие дела Святого Королевства в руки Демиурга.

Другими словами, Айнз снял со своих плеч груз проблем. Он вздохнул едва ощутимо, чтобы сидящая напротив него Сизу ничего не заметила. Хотя он и упростил сценарий Демиурга на полпути его исполнения, усталость, накопленная до того момента, всё ещё не прошла. Тем не менее, он почувствовал расслабление, пришедшее после распутывания ранее неразрешённой проблемы.

С другой стороны, после возвращения в Назарик – или скорее, в Э-Рантель – нужно аккуратно и медленно позаботиться о делах, которые он откладывал в течение последних двух сезонов. Однажды он в поспешной манере поставил печати на документах, думая, что Альбедо их уже просмотрела, услышав при этом «Воистину, только Айнз-сама способен так мгновенно принимать решения. Я преисполнена уважением». Айнз задавался вопросом, был ли это сарказм или нет.

Именно. Не из-за ожидающей его работы он не использовал [Врата], способные его немедленно перенести. Определённо нет... По крайней мере, он пытался это внушить себе.

Были разные способы телепортироваться в ранее не изученное место, но для этого ещё слишком рано. Было бы не хорошо раскрыть свои секреты. Конечно, Ханзо на крыше кареты ничего не сообщал, и заклинание против обнаружения никто не потревожил. Это явные свидетельства, что за Айнзом никто не следит, но могли быть и другие методы слежки, не известные ему.

«Если времени достаточно, то можно и подождать, пока не достигнем менее открытого места, прежде чем телепортироваться», – думал Айнз.

Именно. Это определенно не из-за желания держаться подальше от тех документов, которые он не понимал, сколько бы их не перечитывал.

«Сизу ничего не произнесла с тех пор, как мы сели в карету…»

Нейа тоже вела себя подобным образом. Айнз всегда испытывал беспокойство, когда делил карету с кем-то, ещё и хранящим молчание. Он мог непринуждённо что-нибудь упомянуть, будь его спутник мужчиной, но сейчас, раз рядом девушка, надо следить за словами.

«Можешь сказать ну хоть что-нибудь, Сизу?»

Эта мысль вертелась в голове Айнза с самого начала. К сожалению, не похоже, что в скором времени что-то изменится. Наконец, Айнз не смог более терпеть молчание, и приготовив себя к худшему, заговорил.

— Сизу, каково покинуть Назарик для самостоятельной работы? Есть ли у тебя вопросы или предложения на будущее?

Он мог, для начала, выслушать доклад своего подчинённого, отправленного по поручению заняться работой.

Он был не очень хорош в разговорах с женщинами, но всё было неплохо, когда он представлял их своими коллегами по работе.

— … Я думаю... что много поработала.

— Вот как. Ты очень много работала.

На этом разговор закончился. Будто замер и пропал.

Айнз понял, что даже если подождать немного дольше, ему не стоит ожидать, что Сизу продолжит.

После слов "много работала", очень сложно продолжить беседу. Она ничего не ответила, есть ли вопросы и предложения на будущее.

Тем не менее, эти его мысли были лишь поверхностными размышлениями начальника. Он должен думать что, раз она усердно работала, то всё, что нужно сделать, это дождаться результатов. Это также даёт определённые преимущества, потому что подразумевается, что не произошло ничего, что могло бы вызвать проблему или само стать проблемой.

Однако неожиданно для него Сизу продолжила говорить.

— … Трудно думать самостоятельно и затем действовать…

— Действительно, так и есть.

Всё это время Сизу работала в Назарике, и всё, что она делала, это получала указания и следовала им. Но в этот раз он дал только грубые инструкции. Предпринятые действия, основанные на решениях в рамках этих инструкций, были её первой задачей. Насколько он знал, для неё эти рамки были слишком просторны. Возможно, ему стоило начать с более простых заданий. Но Айнз также увидел, что Сизу предоставила конкретный результат.

— Всё-таки, вряд ли необычно для Плеяд выходить наружу для самостоятельной работы. Информация, что демоны-горничные теперь подручные Короля-Заклинателя, распространится из Святого Королевства в другие страны. Это был хороший опыт. Но давать расплывчатые указания было плохой идеей. Как я и думал, человек, отдающий приказы, должен делать их чёткими…

В этот момент он почувствовал, что сам себе роет могилу. От Айнза, как от верхушки Назарика, наиболее всего ожидали получение приказов.

«Я не могу придумывать конкретные планы действий. Или скорее, если я придумаю какие-нибудь незначительные мелкие планы, Альбедо и Демиург будут хмуриться на меня».

— … Он должен делать их с акцентом на адаптацию к ситуации. Определённый уровень свободного пространства также пойдёт на пользу. Я думаю, именно так подчинённый сможет раскрыться намного лучше.

— … Да, я узнала гораздо больше, по сравнению с обычным следованием инструкциям.

— Ах, верно, именно так. Я очень рад, что ты поняла каково это.

Со звуком «хм» Айнз почесал голову, но потом, осознав разницу в профессионализме между Сизу и самим собой – чей несуществующий желудок болел, когда он читал отчёты Демиурга – тихонько заплакал в своём сердце.

— Кстати говоря. – Айнз решил сменить тему. Если бы продолжил, мог только потрясти себя ещё больше. — Похоже, ты и Бараха-сан хорошо поладили. Кажется, было досадным, что мы расстались.

— … Мне она нравится…

— Правда? Это замечательно!

Выражение радости Айнза было искренним.

Хотя у Сузуки Сатору раньше не было детей, любой почувствует себя родителем, когда услышит, что ребёнок, у которого нет друзей, впервые подружился.

«Ах, я рад, что воскресил её... Хм? Что значит "нравится"?.. Только не говорите мне, что она не как друг, а скорее как секс-игрушка…»

— … Могу я предположить, что вы друзья?

Сизу слегка склонила голову, и немного подумав, ответила «Да».

Айнз наполнился восторгом, но этот взрыв радости моментально был подавлен.

Пока он был недоволен этим, мысль о том, что это может быть первым случаем, когда кто-то из Назарика подружился с кем-то снаружи, принесла струйку радости в его сердце.

Большинство из жителей Назарика не покидают его, поэтому не заводят друзей вне его стен. Быть может, если он позволит остальным членам регулярно выходить на поверхность, они смогут завести хорошую дружбу?

Айнз не считал, что те, кто имеют друзей – превосходят остальных. Но и думать, что в друзьях нуждаться вовсе не обязательно, тоже не правильно.

Всё же иметь шанс завести друга всегда лучше, чем не иметь его.

«У меня были друзья из гильдии Айнз Оул Гоун. В таком случае, было бы неплохо позволить остальным выходить наружу и дать им свободное время для взаимодействия с другими... Особенно Маре и Ауре. Также возможно, что дав им всем свободное время в их день рождения... хм...?»

— Вы с Нейей договорились встретиться снова?

— … Нет... Слишком далеко…

— Ох! Нет нужды беспокоиться об этом. Я уже отметил это место как точку для телепортации. Ты можешь идти и веселиться когда захочешь. Можешь использовать [Врата] по желанию, не стоит стесняться.

— … Если я свободна... пожалуйста, разрешите так делать…

— Верно! Свободна... Я дам тебе свободное время. Я некоторое время уже раздумываю о плане отдыха. Я также должен дать Плеядам время для отпуска. Ведь, хорошо было бы выйти и весело провести время с другими. Я уже распорядился поместить тебя под моё личное руководство, так что всё будет нормально.

Сизу кратко подумала над этим, а затем покачала головой.

— … Это вызовет проблемы.

— Проблемы, говоришь…

«Что это значит? Проблемы для Нейи? Или это не позволит веселиться с Нейей? Или, потому что другие Плеяды не одобрят этого…»

— Ну, если это вызовет проблемы, тогда я тут ничем не смогу помочь. Делай так, как считаешь нужным, Сизу. К слову, позволь сменить тему. Насколько я знаю, оба родителя Барахи-сан мертвы. Приемлемо ли это?

Родители Нейи мертвы. Он полагал, если она попросит его, то воскресить их было бы неплохо. Особенно, если подобное действие сделает её ещё более благодарной…

«Нет, это не правильно».

Честно говоря, воскрешение родителей Нейи не было выгодным делом. Вполне ясно, что она уже достаточно ему благодарна. Следовательно, продолжать делать себя лучше в её глазах больше нет необходимости. К тому же, палочки воскрешения были довольно дорогие, так что он хотел сохранить их, если возможно. Если Пестония или кто-нибудь ещё будут использовать заклинания воскрешения, то им в обмен понадобятся золотые монеты, драгоценности или другие ценные предметы.

Откровенно говоря, это не даст практически никаких преимуществ.

«Однако, другое дело, если это касается самой подруги Сизу. Тут я бы не раздумывая помог».

Поскольку они, кажется, близки, он задал ей вопрос, так же, как и Нейе, чтобы увидеть её реакцию.

— … Всё в порядке... Особое отношение не очень хорошо.

— Разве? Это было бы прекрасным подарком... Раз так... что же, на этом всё.

В действительности, воскрешение мёртвых – особенно не полных трупов – может быть очень неприятным. Сценарий, виденный им чаще всего, оборачивался в нечто подобное: «Почему Вы смогли сделать это для него, но не для меня?» Кроме того, было бы хлопотно, если бы он воскресил кого-то из неполных остатков трупа, и кто-то попросил бы тогда воскресить и Святую Королеву. Конечно, Демиург, вероятно, смог бы разрешить такую ситуацию, в случае её воскрешения, но недостатки перевешивали преимущества.

— Если тебе скучно, как насчёт почитать эту книгу? Такое подойдет?

— … Всё нормально... всё в комнате Доктора.

Сизу обладала знаниями обо всех механизмах Назарика. Она не могла покинуть гробницу с такой информацией – это было слишком опасно. Поэтому он использовал [Управление Памятью] для правки её воспоминаний.

Эти знания о механизмах были частью её предыстории, написанной создателем Сизу. Поэтому не было известно, сработает ли заклинание с этими данными, но после манипуляций над ней, оказалось, что заклинание работает как надо.

Это была техника, разработанная Айнзом после многих экспериментов над "лабораторной крысой". Похоже, он мог совершать невероятные вещи, стоило только освоить заклинание.

Причиной всему было чувство Айнза, что он способен получить доступ к внутренней сути NPC. Чем именно была предыстория NPC? Источником их воспоминаний? Но, в конце концов, это всего лишь фантазия Айнза, и очень вероятно, что всё это не связано друг с другом. Если он хочет разобраться в этом, ему нужно лучше понять заклинание и всё, что связано с человеческой памятью. Следовательно, ему понадобится много "лабораторных крыс" и десятилетия на практику и исследования, а также быть готовым к возможности, что вся эта затея может оказаться пустой тратой времени.

В данный момент Сизу были внедрены ложные воспоминания, так что в некотором роде, она являлась капканом. Любой, попробовавший использовать Сизу для проникновения в Назарик, непременно пострадает.

— Доктор... хм? Могут ли другие Сизу функционировать?

— … Если настанет время.

«Разве это не просто механизмы?»

Айнз хотел это произнести, но не стал. Ситуация похожа на ту, когда ребёнок верит в Санта Клауса, и взрослые не говорят, что его не существует, оставляя сказочную завесу тайны.

В своих воспоминаниях о прошлом он никогда не касался своего дома, зато всегда думал об ИГГДРАСИЛЕ…

Когда Айнз рассмеялся, он заметил, что Сизу пристально смотрит на него, и потому сказал: «Я просто разговаривал с собой».

— … Ваше Величество.

— Хм?

— Ваше Величество.

— Что случилось, Сизу?

Раньше она к нему обращалась по имени, а теперь внезапно перешла на официальное обращение. Это слегка... или скорее сильно... встревожило Айнза.

— Всё время было слишком фамильярно?.. Это так?

— Что... что ты говоришь? Мне было бы грустно, если бы вы называли меня Вашим Величеством. И Айнзом-сама тоже. Честно говоря, вам не нужно обращаться ко мне так. Как насчёт называть меня просто Айнз?

— Это будет грубо. Меня поругают.

— Ох, я понял. Хорошо. Тебе хотя бы не нужно называть меня Вашим Величеством.

— Поняла.

— Ах да, что насчёт проекта "Искусство создания рун", о котором я рассказывал в [Сообщении]?

— Я пыталась.

— Ясно.

Очевидно, всё прошло не так хорошо. Всё же, это не будет проблемой, даже если ничего из этого не выйдет.

«Однако думаю, что стоит ещё подождать, прежде чем вернуть вещи, которые я одолжил», – размышлял Айнз, наблюдая за Сизу.

Когда он уезжал из Колдовского Королевства, то разрешил девушке, которая всё время пугающе смотрела на него, воспользоваться его каретой. На обратном пути это была девушка с безразличным выражением лица. Оба спутника были по-своему уникальны.

Когда Айнз подумал об этом, он улыбнулся.

***

Каспонд подошёл к самой дальней части дворца – покоям Святого Короля.

Его коронация состоится только через несколько дней. Тем не менее, сейчас он явился в эту пустующую залу – даже в комнате отдыха у входа никого не было – дабы привести мысли в порядок.

Человек, который мог бы первым выразить свой протест в такой ситуации – Ремедиос. Она бы точно была против того, чтобы он находился здесь ещё не будучи королём. Но сейчас она медитировала у себя дома. Хотя это не совсем верно. Скорее, она собиралась с силами. Ведь в скором времени он намеревался отправить её на поиски полулюдей, вероятно, всё ещё скрывающихся на землях Святого Королевства.

Поэтому он смог переехал в личную комнату Святого Короля ещё до коронации. Этот факт мог бы стать хорошим поводом для политических врагов Каспонда нанести удар. Даже зная это, он всё равно поступил так, поскольку борьба за власть уже началась.

Целью являлось закрепление положения Каспонда ещё до того, как оппозиция из другой фракции дворян сможет что-то сказать. Учитывая, что Каспонд не слишком понимал благородное общество, умение отличать друга от врага оказалось чрезвычайно полезным. Это тоже было частью плана.

— … Уверен, некоторые дворяне недовольны тем, как я самовольно занял трон, не договариваясь с ними. Это особенно верно для Южан – тех, кто не попал под угнетение. В таком случае, что подумают Северяне, с которыми мы сражались вместе, если я буду прислушиваться к ним?..

— Их позиция, определенно, пойдет в разрез с намерениями Южан. Так план по разделению страны надвое воплотиться в жизнь.

Бормотавший себе под нос Каспонд внезапно получил ответ.

Мягкий голос, достигавший самого сердца. Голос сущности, что была для Каспонда хозяином.

Каспонд немедля повернулся и встал на колено перед говорящим. Он склонил голову, после чего поднял её и обратил взор на присутствующего.

— Моё почтение, Демиург-сама.

Он не надел маску и не поменял свой облик перед появлением. Другими словами, он был абсолютно уверен в безопасности этого места.

— Я здесь по вопросу возвращения предметов в Назарик. Есть ли какие-либо проблемы?

— Совсем нет. Всё идёт по Вашему плану, Демиург-сама.

Каспонд улыбнулся, и Демиург вернул улыбку в ответ.

— Пусть даже некоторые события оказались за пределами моих ожиданий, первая фаза плана успешно завершилась благодаря действиям Айнза-сама. Рассчитываю и впредь увидеть от тебя хорошую игру.

Пусть, застыв в поклоне, Каспонд и не мог ясно разглядеть изменения лица собеседника, но он знал, что произнесённое не было правдой.

Демиург совсем ничего от него не ждал. Можно сказать, что даже если его поезд внезапно сойдет с проложенных рельс, Демиург немедля своими силами вернёт состав на верный путь.

Даже на случай разоблачения Каспонда он, должно быть, подготовил несколько запасных планов. Инструкции Каспонда включали даже такие вещи, делая которые он задавался вопросом, «зачем они нужны?». И всё для подготовки к этому моменту.

Первая фаза операции состояла в передаче Абелионских холмов и их обитателей под владычество Колдовского Королевства. Сначала, им предстояло избавиться от проблемных особей, а после, семена раздора между Севером и Югом Святого Королевства дадут всходы.

Теперь Каспонд подошёл ко второй фазе, когда Север и Юг предстояло подтолкнуть к конфликту.

Финальная третья фаза наступит с приходом Колдовского Королевства, которое покорит всех.

— … У меня есть вопрос о теле этого человека, которое вскоре понадобится. Вы оставите его здесь?

— Нет необходимости. Оно уже доставлено в Назарик. Когда потребуется, можно будет перенести его сюда.

Настоящее тело Каспонда, обёрнутое предметом [Саван Сна], сейчас находится в Назарике.

Этот магический предмет способен предотвратить трупное разложение. Аккуратно убитый заклинанием мгновенной смерти перед захватом, словно спящий, он теперь дожидается своего времени. Даже тепло от тела никуда не пропало. Столкнувшись с таким трупом, любой будет убеждён во внезапной кончине.

— Позволь мне убедиться кое в чём. Ты понимаешь, что должен делать, как Святой Король?

— Да. Дабы сделать эту страну подобающей для Айнза-сама, я должен сделать её процветающей.

— Мм, именно так. Однако жителей полагается держать несчастными. В конце концов, недовольство – есть лучшая приправа для приветствия нового короля.

— Да, – ответил доппель-Каспонд. Затем, он спросил Демиурга о проблеме, не описанной в его плане.

— Кстати говоря, как поступить с той девушкой?

Этого упоминания было достаточно для Демиурга, чтобы понять, о ком шла речь. И именно в этот момент на смену фальшивой улыбки на лице Демиурга возникла искренняя.

— Мне уже не раз доводилось использовать слово "непостижимый" для описания Айнза-сама... Воистину, это так. Айнз-сама приготовил для меня превосходную пешку. Её наличие ускорило выполнение всей операции на несколько лет.

Доппель-Каспонд ощутил, как глаза Демиурга – пусть точно определить направление взгляда он и не мог – пришли в движение. Они застыли, устремлённые на стену. Нет, наружу, за её пределы... И тогда Каспонд припомнил, что в том направлении расположились главные ворота столицы.

— Хотя он уже говорил, что желает привлечь людей на свою сторону... но только подумать, что он на самом деле создаст такую девушку в стране устоявшихся религиозных взглядов. Хотя я не понимаю, почему он сказал, что даже убийство девушки с рунным оружием не вызовет проблем, нет сомнений, что это сыграло роль в формировании её текущего ментального состояния.

Демиург, похоже, пребывал в хорошем настроении и ранее ещё ни с кем об этом не говорил. Каспонд просто молча ждал, пока Демиург вновь обратит на него внимание.

— Распоряжение помочь той девушке, несомненно, оказалось верным. Хотя, будь это Айнз-сама, он наверняка смог бы провернуть всё ещё более лучшим образом, чем мой план. Только подумать, что после того, как он сказал о недостатках, которые намеренно добавит в план для проверки моей способности адаптироваться, он на самом деле заложит основы для столь хитрых замыслов... Воистину, он тот, кто объединил Высших Существ. Всякий раз он даёт мне понять, какая пропасть нас разделяет... Хехе, какой жестокий господин.

Давший волю эмоциям, Демиург ещё некоторое время продолжал покачивать головой в тихой комнате. Наконец, Демиург поправил воротник, как будто желая убрать за ним остатки нахлынувшего возбуждения, после чего подтянул галстук.

— Поддержи Нейю Бараху всеми возможными способами. Делай это из благодарности к имени Айнза-сама. Это также приблизит конфликт Севера и Юга... Позднее я предоставлю тебе инструкции на случай, если некто попытается помешать этой девушке. До того времени действуйте по заготовленной схеме.

— Да!.. Но какую роль Вы уготовили для неё? Намерены ли Вы сделать её следующим Святым Королём?

В таком случае, от него потребуется провести соответствующие приготовления. Тем не менее, он ждал точных инструкций от Демиурга, и лучше было действовать по ним.

— Это также неплохая идея, но предпочтительнее возложить на неё другую миссию. Хотя Айнз-сама не выражал свою волю в становлении на позицию бога, если он того пожелает, лучше быть готовыми. Эксперимент по обожествлению его образа будет очень полезен.

— Да!

— Итак, пользуясь случаем, хотел бы ты ещё что-то уточнить?

— Да. Это касается той женщины, Ремедиос Кастодио. По изначальному плану, она бы плясала под нашу дудку, но не лучше ли убить её?

— Нет, просто оставь её в живых. Пусть станет козлом отпущения для возмущённых дворян. Вот почему я говорил, что её единственную не следовало убивать. Переведи её в другое подразделение. Пусть вице-капитан станет капитаном корпуса паладинов, используй его. Ему можно поручить важную работу.

— Я понял!

— Разберись с ней, когда конфликт станет очевидным.

Дождавшись подтверждения от подчинённого, Демиург обозначил на том конец разговора и исчез, используя [Великую Телепортацию].

Скрытый в тени Каспонда теневой демон Ханзо, всё ещё остался в его распоряжении.

Доппель-Каспонд поднялся и вновь взглянул за окно.

Пусть отсюда открывался лишь вид на двор, в его глазах возникли образы людей по всему городу. Затем, его лицо скривилось в ехидной ухмылке.

— Наслаждайтесь вкусом счастья ещё немного, жители моей страны.

Персонажи

Послесловие автора

Спасибо за ваш тяжелый труд, дорогие читатели, преодолевшие весь этот путь сюда. Рука, в которой вы держали книгу, должно быть, ощущается тяжелой, не так ли? Я уверен, лёжа на спине и читая книгу, вы все боялись уронить её на лицо.

Тринадцатый том стал первым в истории Повелителя с числом страниц, превысившим пятьсот. Что вы думаете о содержании? Я буду счастлив, даже если малое число читателей найдёт его интересным.

Однако, правду говоря, может, лучше было бы разделить его на вторую и третью части. Чтение всего тома от начала и до конца реально нагружает мозги. Лучшим темпом было бы читать четвертую главу, пятую и затем интерлюдию, прежде чем идти спать. Как вы все его читали?

Ах, основным преимуществом разделения его на две книги стала бы возможность наслаждаться большим числом прекрасных иллюстраций от Со-Бина!

Тем не менее, этого не произойдёт снова, так что нет смысла думать об этом.

И хотя я продолжал говорить, что хочу сократить объём страниц, итоговый размер книги оказался действительно суровым. По мере роста количества страниц, вся сопутствующая работа тоже увеличивалась, и расписание всё растягивалось. Также росла вероятность неверных слов, так что это только кажется, что в нем нет недостатков.

В следующий раз я хотел бы написать книгу полегче, как для автора, так и для аудитории.

Теперь, когда я заявил, что следующий том будет в 2019 году, я планирую написать многое до этого, поэтому я не знаю, как всё получится. Отдых и ожидание помогут. Третий сезон аниме выйдет в течение этого времени, поэтому я надеюсь, что оно понравится вам.

Но, по правде говоря, я не знаю, что писать в послесловии. В прошлом, когда я был читателем и видел, как автор говорил, что не знал, что писать, я всё думал: «Просто напиши всё, что хочешь». И теперь, когда я в той же ситуации, я могу понять их. Честно говоря... идея о том, что мне не нужно больше писать в послесловии, уже начинает разрастаться!

Теперь, я хотел бы поблагодарить всех, кто помог мне с этим томом. Я с нетерпением жду работы с вами в будущем.

Апрель 2018.

Куганэ Маруяма

Том 14. Ведьма разрушенной страны

Иллюстрации

Карта мира

Иллюстрации к главам

Иллюстрации внутри глав

Персонажи

Реквизиты переводчиков

Переведено группой "Коллективный перевод ранобэ «Overlord»"

Перевод распространяется бесплатно, коллектив не преследует материальных выгод.

vk.com/translate_overlord

Пролог

Комната Аинза располагалась на девятом уровне Великой Гробницы Назарик. Переделанная из спальни в рабочий кабинет, она находилась ближе всего к коридору. Владельца внутри не было, однако слышалось слабое шуршание бумаги. Рядом с массивным рабочим столом, используемым Аинзом, стояли более изысканные стол и стул, пусть и меньших размеров. Именно там сидит Альбедо, Смотритель стражей Великой Гробницы Назарик, занятая разбором лежащих перед ней документов.

Аинз уже приготовил отдельный кабинет, такой же по статусу, — комнату, предназначенную для будущих членов гильдии, — специально для неё. Сначала она действительно использовала эту комнату как свою собственную, для канцелярских целей, но все же наступил день, когда она больше не могла подавлять своё желание работать в той же комнате, что и её господин. Хотя её просьбы поначалу не были встречены никакими положительными откликами, искренние мольбы о практических преимуществах в сочетании с безжалостным шквалом жалоб сумели выбить одобрение от её господина.

Уставившись на пустующее место, Альбедо опустила голову и слегка надула губы. Горничная, назначенная в комнату Аинза на весь день (не та, которая должна была сопровождать), молча стояла позади. Отчего редкие эмоции на лице Альбедо и вовсе перестали проявляться. Её единственный и незаменимый господин в настоящее время находился в отъезде в силу своих обязанностей, потому отсутствовал в Великой гробнице Назарик. Он занимался рутинными делами в городе Э–Рантел.

Позволь ей господин, она жестоко бы наказала организовавших встречу идиотов, посягнувших на её время с ним.

Конечно, она понимала, что подобная просьба никогда не будет одобрена, и подавила сильное желание превратить Э–Рантел в море огня. Недовольство, копившееся словно немного ниже живота, в итоге выплеснулось в лёгкое ворчание.

— Как раздражают… эти насекомые…

С потолка послышались подавленные вздохи ужаса, но Альбедо намеренно их проигнорировала. Она до сих пор не забыла случай, когда они испортили ей шанс, и считала, что неплохо бы потрепать им нервы ещё пару раз. С другой стороны, по какой–то причине она уже простила Маре за его участие в инциденте. Альбедо, пытаясь вернуть контроль над своими эмоциями, тяжело вздохнула. Затем пару раз слегка размяла плечи, прежде чем вновь взглянуть на оставшиеся документы.

Следуя за уверенным расширением Назарика — нет, Колдовского Королевства, — ее рабочая нагрузка крайне увеличилась.

Касательно дипломатии…

За завесой переговоров с другими странами активизировался подпольный шпионаж.

Несмотря на подтверждение присутствия шпионов из Теократии, Королевства Ре–Эстиз и Альянса Городов–Государств в Э–Рантеле, Колдовское Королевство решило пока лишь наблюдать за их действиями. Поскольку Демиург отвечал за все эти дела, Альбедо нужно было только запоминать лежащие перед ней отчёты.

Касательно внутренних дел:

Э–Рантел не сталкивался с большим числом инцидентов, вызванных расовой нетерпимостью. Не то чтобы было не о чем говорить, но по сравнению с другими странами их число было шокирующе низким.

Технически, гражданам даже ничего не угрожало. У них было лишь четкое понимание того, насколько поразительными могут быть Король–Заклинатель и его подчиненная нежить, так что они себя сдерживали и вели мирную жизнь по своей собственной воле.

Таким образом, уровень преступности был минимальным. Некоторые проступки имели место быть, однако никто не смел совершать уголовных преступлений. Э–Рантел стал местом, где одинокие женщины могли без опаски ходить по улицам ночью. В итоге наступил момент, когда у них закончились преступники для экспериментов, и им пришлось делать запросы в Империю.

Преступление, которое происходит в таком мирном городе, всегда является вопросом первостепенной важности для Альбедо. Согласно закону Генриха, крупная авария указывает на наличие 29 незначительных аварий, которые, в свою очередь, могут указывать на более чем 300 аномалий. Необходимо реагировать на любые аномалии, какими бы незначительными они ни были.

В переплёте в её руках хранились судебные записи за месяц в Э–Рантеле.

Отчёты были настолько подробными, что чтение хотя бы одного из них требовало много времени. Тем не менее, Альбедо могла обрабатывать эти документы гораздо быстрее, чем обычный человек. У зрителей создавалось ложное впечатление, что она просто пролистывает их, не задумываясь о содержимом вообще.

Вместе с тем, перо в другой руке двигалось с молниеносной скоростью, записывая интересующую информацию на белый лист бумаги.

"Было ли уместным решение судьи? Почему обвиняемый совершил такое преступление? Из вышеизложенного можно предположить текущее состояние общественного порядка и морали в Э–Рантеле. Необходимо ли создание новых законов в ответ на вышесказанное?"

Альбедо делала в одиночку то, что обычно требовало бы тщательной работы над документами многих чиновников со всей страны: анализировала, оценивала, обрабатывала. Чтобы справиться с этим, потребовалось бы глубокое понимание внутренних дел наравне с осведомлённостью о подводных камнях и нечеловеческим уровнем проницательности.

Её перо остановилось, как только она закончила читать, и начался процесс переписывания выписанных ключевых слов. В конце концов, это было то, что собирался читать её господин — неразборчивый стиль был абсолютно неприемлемым. Потратив время на расшифровку самых важных деталей, предложений и других подобных документов больше, чем потратила на чтение, она была наконец готова.

В процессе просмотра законченного документа губы Альбедо вытянулись в тонкую улыбку. Не от удовольствия из–за только что выполненного задания, но от принесения пользы своему господину. Она положила документы обратно в переплет и осторожно подняла его в воздух, где тот был подхвачен ожидавшей на месте служанкой, та же в свою очередь положила его на стол господина.

Это был пятый переплёт за сегодня. На её лице проступило легкое беспокойство: ситуацию сейчас уж точно нельзя было назвать отличной.

Колдовское Королевство, прямым или же косвенным образом, значительно расширило свою территорию, однако вместе с тем безмерно расширив и круг проблем. Количество документов, требовавших внимания её господина, по сравнению с прошлым значительно увеличилось. Если лидер вынужден просеивать гору документации, то это говорит о недостатках в организации.

Как и предполагалось изначально, её начальник должен был только указывать общее направление или цель, к которой его подчиненные должны стремиться. Всё, что ему нужно делать, так это сесть на свой трон и наблюдать за тяжелой работой своих подчинённых.

Тот факт, что реальность не соответствовала ожиданиям, был не по вине её господина. Было немного тех, кто мог соответствовать его ожиданиям. Иными словами, им не хватало таланта. Как назначенная управлять внутренними делами и кадрами Назарика, Альбедо не могла не чувствовать стыд за себя. Хотя она и приняла меры предосторожности, будущее все еще остаётся неопределенным.

"Беспокоить моего господина такими мелочами было бы абсолютно нелепо, однако… политика расового единства, испытательный период для национальных законов, экономическая политика и многое другое должно быть определено моим господином… Если я лично проверю выполнение всех задач, возложенных на Стражей Этажей, это их разозлит, потому что они не смогут увидеться с господином Момонгой, ведь так?…"

На данный момент её господин дал ей возможность свободно управлять всеми его делами, какими бы важными или незначительными они не были. Ей также сказали, что если она одобряет что–то лично, то это действие будет им также одобрено. Тем не менее, для избежания каких–либо ненужных осложнений, лучше оставить право окончательного одобрения её господину. В конце концов, даже Альбедо допускает ошибки.

Был один раз, когда она собиралась отправить какую–то идиотскую мразь и его семью в Ледяную тюрьму за оскорбление её господина (по крайней мере, по её мнению) и спросила, должен ли он быть осужден за недостойное поведение или же за идиотизм? К её огромному удивлению, господин возразил против наказания.

"Я знала, что владыка Момонга милосерден, и всё же я…"

Хм… Альбедо надула губы. Для неё это было поистине редкое выражение лица, которое проявляется лишь на мгновение, когда её господина нет рядом.

Вскоре её улыбка вернулась, когда она взяла следующий переплёт. Во время чтения её разум был занят чем–то другим. Среди всех Стражей Этажей был один, с которым она должна быть наиболее бдительной — Демиург.

Когда действия против Священного Королевства подошли к концу, Демиург был занят путешествием по всему миру, чтобы создать разведывательную сеть с центром в Назарике. Для Альбедо такая организация могла бы стать проблемой. Было бы хорошо, возглавь её Альбедо, сама Смотритель Стражей, но не исключено, что новая должность будет передана Демиургу. Это стало бы проблемной ситуацией.

По возможности она бы с удовольствием взяла власть над этим в свои руки, поставив во главе агентства легко управляемую марионетку.

На ум пришло несколько лиц, но им каждому из них чего–то недоставало.

"Если я не смогу получить эту должность, то единственным подходящим кандидатом с большим отрывом будет Актёр Пандоры. Было бы очень трудно отобрать у Демиурга столько властного контроля…"

Произойди это, и для него не было бы невозможным узнать об истинных намерениях Альбедо.

В таком случае, это стало бы серьезным поводом для беспокойства. Наверное, сейчас лучше не делать ничего опрометчивого.

Её старшая сестра могла бы быть достойным выбором, но она не была союзником, которому Альбедо могла доверять безоговорочно. Если она выяснит истинные намерения Альбедо, они вполне могут стать врагами.

Её младшая сестра, сильнейшая личность в Назарике, вероятно, останется рядом с ней, даже если она узнает о плане Альбедо. Однако, это произойдет только потому, что её господин приказал ей подчиняться командам Альбедо.

Вздох. Какой бардак.

Нехватка кадров.

Нет, им не хватало не только лишь рабочей силы. Существует также вопрос средств, которые сама Альбедо свободно может потратить. В таком случае план её господина по развитию операций за пределами Назарика сработал в её пользу.

"Реорганизованная Гильдия Искателей Приключений может быть под моим… действия Маре… нужно сторожиться Ауры… под командованием Коцита… информация от Виктима… ценность транспортной сети Шалтир… накопления секретного фонда из Гильдии Торговцев… рабочая сила… а также Демиург и эта девушка, да…"

С небывалым для людей мастерством, Альбедо потребовалось лишь мгновение для рассмотрения вопросов с различных точек зрения, после чего её брови слегка нахмурились.

"Это не сработает. Я должна быть осторожна с Демиургом. Связываться с этой девушкой тоже было бы слишком опасно. Если я не буду осторожна, она может стать соперником, которого я должна опасаться даже больше, чем Демиурга…"

Она завершила другое задание, размышляя о всевозможных стратегиях, и потянулась за следующим переплётом.

Переплёт содержал небольшое количество информации. Либо была представлена новая проблема, либо он была подготовлен кем–то, не привыкшим к оформлению документов, например, Шалтир.

Альбедо взглянула на обложку под заголовком «Касательно проблем команды, поддерживающей управление зерном в Святом Королевстве».

Видимо, это началось недавно. Альбедо ничего не могла вспомнить в отношении этой проблемы.

Что–то случилось? Альбедо моргнула несколько раз во время чтения, и тут её глаза широко раскрылись. Она прочитала это снова с самого начала и, убедившись, что там нет метафор или лжи, её рот слегка приоткрылся, словно в оцепенении.

— Мм?

Её обычно благородное лицо казалось весьма озадаченным, как будто она была не в состоянии понять прочитанное.

У Альбедо, одной из величайших умов Назарика, возникло редкое выражение лица, говорившее о серьёзности ситуации. Несмотря на это, её ясный ум всё ещё работал полноценно, обдумывая причину и возможность возникновения проблемы.

"Весьма вероятно, что девушка предала нас, но… приняла ли она лучшее предложение от другой организации? Но согласно моему суждению, наше предложение невозможно было перебить… Нет, пока что ничего не подтверждено. Снова недостаток информации, эх."

Кто бы ни представил этот доклад, он должен будет объяснить ей всё в деталях. В то же время она должна обсудить этот вопрос со своим коллегой Демиургом, который, вероятно, тесно связан с этой проблемой.

Отчет к её господину придётся попридержать до тех пор.

Она просмотрела два других отчёта и подтвердила, что они не так важны, и сказала горничной, стоящей позади неё:

— Мы должны провести экстренное совещание. Сначала я пойду на седьмой этаж, чтобы обсудить этот вопрос с Демиургом. Если кто-нибудь придёт ко мне, скажите им, что я сейчас отсутствую.

Она активировала Кольцо Аинз Оал Гоуна на левом безымянном пальце, едва закончив диктовать свои приказы.

Как Смотритель Стражей Этажей, она всегда обязана помнить, где находился каждый из них.

Демиург только что закончил свою работу в Святом Королевстве. Для подготовки планов против Совета Агранд, Теократии Слейн и Альянса Городов-Государств, он должен был вернуться в свою обитель на Седьмом этаже.

Не будь Демиурга там, ей пришлось бы найти Энтому и приказать ей использовать [Сообщение], или попросить её старшую сестру разузнать его местоположение. Держа это в уме, Альбедо приступила к телепортации.

***

В это время, в столице королевства Ре-Эстиз. В замке Ро Ленте располагался Валенсийский дворец, внутри которого находится канцелярия королевской семьи. В канцелярии, где свой долг выполняли поколения королей, его законного владельца, Рампоссы III, нигде не было видно. Вместо него комнату занимал второй принц, Занак Валерион Игана Райль Вайсельф.

Лицо Занака помрачнело, когда он уставился на представленные документы, и тяжелый вздох вырвался изо рта. Конечно, никто не мог сохранить веселое выражение лица после прочтения упомянутых документов, ведь их содержание детализировало текущее состояние Королевства.

Во время битвы на равнинах Каз, хотя было бы точнее назвать это бойней, значительная часть населения Королевства погибла. Тем не менее, нанесенный Королевству урон не был смертельным. Его население составляло около девяти миллионов человек, из которых 180 000 умерли, всего лишь около 2% потерь от общего числа. К тому же, многие из них были вторыми или третьими сыновьями фермеров, так что они были практически "запасными людьми". В остальном, они потеряли учеников без какого либо опыта. Таким образом, хотя говорить так вслух было бы жестоко, от их смертей не было потеряно ничего ценного.

Тем не менее, они всё же потеряли 4% своего мужского населения, тех, кто был молод и силён в придачу. Негативное воздействие такой потери постепенно становилось очевидным и это было ясно изложено в документе.

Занак громко вздохнул, положив бумаги на стол; его взгляд сместился на другого человека в комнате.

— Эй, сестра. Как бы ты это решила, будь ты главной?

Услышав вопрос, сидевшая на шезлонге вдалеке от него сестра, Реннер Тьер Шарделон Райль Вайсельф, приподняв голову, улыбнулась. Улыбка Реннер, которая просматривала другие документы, была несколько беспокойной.

— Даже если вы спрашиваете, что бы я сделала… дорогой брат, как я могу вам ответить, не имея достаточно сведений касательно вашего вопроса?

— Вот, взгляни.

Занак не стал возиться с объяснениями, и просто протянул лежавшие перед ним документы. Реннер встала, подошла к Занаку и взяла их у него.

— …Это?

Просмотрев документ сверху донизу, Реннер ответила в обыденном тоне.

— Это… с этим ведь ничего не поделать?

— Господи…

Занак обратил свой взор к небесам.

Если так решила его сестра, обладавшая интеллектом намного превосходящим его собственный, то они и правда уже ничего не могли поделать. Но как правители, они не могут сдаться перед чем-то подобным так легко.

— Неужели вас это настолько беспокоит? Хоть силы страны и временно ослабли, главное — что временно. Полагаю, это не настолько серьёзное основание для каких-то действия, не так ли?

— За ослаблением страны начнутся смерти от голода среди народа, разве нет?

Бесчисленные стычки с Империей привели к тому, что люди по сей день не могут сберечь достаточно зерна. И в таких условиях они вынуждены были передать управляемый непосредственно королём ключевой зернопроизводящий регион Э-Рантел в руки Колдовского Королевства. Потеря солдат на поле битвы означала потерю значительной части рабочей силы на полях.

Возможно, сейчас последствия и не так заметны, но через несколько лет снижение производства зерна может привести к такому стремительному повышению цен на зерно, что бедные не смогут его себе позволить. Нет, точнее сказать не может, а определенно приведёт.

— Согласна…

— Скажи мне, дражайшая сестра, если это настолько "несерьёзно", то что мы будем делать, когда засуха или заморозки приведут к неурожаю?

— У высокоуровневых друидов вроде бы есть способность управлять погодой, поэтому проблемы с солнцем нам не угрожают. Так как для этого нужно лишь нанять искателей приключений, то это будет довольно экономически эффективно. Всё же нам нужно узнать как можно скорее, существуют ли подобные высокоуровневые авантюристы. В прошлом мы могли бы обратиться к искателям приключении из Империи в случае нужды, но теперь, когда Империя стала вассалом Колдовского Королевства, это будет затруднительно.

— Что ж, тогда вопрос с засухой решим таким образом. А что насчёт заморозков, сестра?

— Друиды должны будут серьёзно поработать и над этим.

Занак осторожно рассмотрел такое знакомое ему лицо Реннер.

"Знает ли она об этом?" — подумал он.

Как и сказала Реннер, высокоуровневые друиды могут временно вызвать дождь, поэтому засуха им не грозила..

Но он однажды слышал, как маркиз Рэйвен, его доверенное лицо, говорил, что друиды бессильны при похолоданиях.

Чтобы справиться с похолоданием, нужно заниматься погодой весь сезон. К тому же, пришлось бы приписать по высокоуровневому друиду к каждой деревне. Собрать несколько сотен высокоуровневых друидов, которых к тому же нелегко найти, было вовсе нереально.

Такой уровень магических знаний не был частью стандартного обучения, поэтому его не учили даже в дворянских семьях. Это так же касалось и королевской семьи. Единственная причина, по которой у Занака были эти знания, заключалась в том, что он активно их искал.

Винить в плачевном положении дел стоило то, что заклинатели не имели никакого статуса в Королевстве. Если бы у них был кто-то великий, вроде имперского Заклинателя трёх магий, то это была бы уже совсем другая история. Однако невежество Королевства в магии и стремление к смелым, сильным кавалеристам уже глубоко укоренилось в их культуре. Заклинатель, способный поменять статус-кво, так ни разу и не появился.

В итоге знать, верившая в то, что на поле битвы "магия для трусов", передала это мнение следующим поколениям. Незнание магии переросло в презрение, породив порочный круг.

Для Занака же магия была искусством с невероятной мощью. Люди, которые отдаляются от неё из-за старых и скучных традиций, приведут к наступлению дня, когда Королевство безоговорочно падёт в борьбе за власть с соседними странами, словно умирающий от удушения человек. Занак уже подумывал нанять знающего заклинателя в учителя своим будущим детям. Ведь образованная королевская семья может стать примером для остальной знати.

Хотя даже без этого, одно существование Короля-Заклинателя, владеющего могущественной магией, уже поменяло отношение знати и простых жителей Королевства к магии. Возможно, времена, когда люди захотят учиться магии, наконец настали.

Печально, что причина этому пришла извне, но изменения сыграли на руку Королевству, поэтому никто не жаловался.

Принимая в расчёт нынешнее положение Королевства, не было ничего странного в неведении Реннер. Даже гений ошибется без знания вопроса. Слепо верить сестре было бы опасно.

Но Реннер была близка к команде авантюристов адамантового ранга "Синяя Роза", поэтому получить детальную информацию о заклинании было для неё несложно. Возможно ли, что его сестра, воплощение интеллекта, могла заявлять подобное о проблеме, но не удосужилась проверить источники?

Опять же, у Реннер не было причин утаивать столь мелкие детали. Скорее всего, это было редкое проявление её человеческой стороны; другими словами, она дурачилась.

Реннер определенно не жаждала престола, её цель казалась Занаку мелочной. Точнее говоря, она точно не достигнет своей цели, сядь она на престол. Даже если она что-то замышляет против него, это не даст ей прямой выгоды.

— …Сестра, с заморозками сложно справиться даже силами друида.

— Правда? В таком случае это было бы очень некстати. А! Но проблема ведь в зерне, верно? У нас достаточно запасов, поэтому не о чём волноваться. Ведь это замечательные новости, дорогой брат!

Лицо Занака выражало полную противоположность улыбке Реннер.

— Под зерном ты имеешь ввиду "это"? Я бы не стал к этому прикасаться… не боишься, что от поедания этого зерна люди превратятся в нежить?

Задаваясь вопросом: "да или нет", — у Королевства достаточно запасов зерна: оно в огромных количествах хранится на складах различных купцов. Но не стоило строить планы на это зерно; технически, оно Королевству не принадлежит.

Колдовское Королевство, возглавляемое ужасным Королём-Заклинателем, арендовало эти склады у купцов и поместило туда зерно. Подобное никогда не происходило за всю историю Королевства.

Вроде бы купцам было разрешено продавать это зерно, но из-за налога его цена была выше рыночной. Колдовское Королевству установило цену без возможности для переговоров. Поэтому люди не стали его покупать, и оно так и лежало на складах в ожидании.

На данный момент Колдовское Королевство не нажилось за счёт Королевства Ре-Эстиз, поэтому для них это было не так уж критично. Нынешняя ситуация казалось нормальной. Но Занак, согласившись с Реннер, считал это частью плана Колдовского Королевства.

— Святое Королевство использует то же зерно, поэтому оно должно быть безвредным, верно?

— Возможно, они хотели, чтобы мы так думали, и лишь столичное зерно испорчено?

Реннер печально улыбнулась.

— Вы ведь не думаете так на самом деле?

— Что ж, может и нет. Мы ведь проверили содержимое.

Позиция Колдовского Королевства касательно хранения зерна на складах в столице была в предоставлении гуманитарной помощи Святому Королевству. Не существует лучшего способа транспортировки зерна в Святое Королевство, чем со складов отсюда.

Из-за недостаточной безопасности для караванов, ответственность за нападение на них разбойников или монстров ляжет на Колдовское Королевство. Наём солдат был бы очевидным решением, но Колдовское Королевство предложило просто водрузить на них свои флаги и ясно дать понять, что эти караваны принадлежат им, как некую меру самозащиты. Королевство, стараясь избежать ненужных конфликтов, приняло предложение с условием, что их нежить не перейдет границы и таможенный налог будет уплачен. Оглядываясь на это решение сейчас, его принятие несомненно было ошибкой.

По сути, они позволяли процессии караванов под флагами Колдовского Королевства маршем пересекать столицу, двигаясь до самых доков, откуда те отправлялись в Святое Королевство. Это отчетливо показывало, как слабо Королевство в сравнении с Колдовским Королевством, как для граждан страны, так и для соседей. И это не говоря уже о том, что Колдовское Королевство проявляло особый энтузиазм в предоставлении подобной помощи, а эти поставки были частыми и продолжались и по сей день.

Если гордость нации будет капля за каплей утекать подобным образом, то раньше или позже, но Королевство окажется перед плачевным выбором между отчаянным восстанием против Колдовского Королевства или склонением перед ним. Предполагается, что Империя уже становилась жертвой подобной атаки и в результате была вынуждена принять второе решение. Коварный заговор, но несомненно эффективный.

Хуже всего было то, что это проводилось под предлогом гуманитарной помощи, что делало практически невозможным для Королевства найти повод для отказа.

Воплощение Зла, которое однажды перевернуло столицу Королевства вверх дном, Ялдабаоф, был в конечном итоге сражён Королём-Заклинателем во время нападения во главе армии полулюдей на Святое Королевство. Северная часть страны тогда оказалась буквально разорвана на части и была лишь едва узнаваема. Сравнительно с потерями, понесенными Королевством, Святое Королевство настигла куда худшая участь. По крайней мере, такие слухи доходили до ушей Занака.

Хотя северная часть Святого Королевства была практически уничтожена, юга страны пожар войны едва коснулся.

После ухода Святой Королевы и восхождения на престол нового правителя, смерти дворян на севере вызвали всеобщий переполох в их землях, дворяне юга же приступили к междоусобным ссорам, а следом и другие проблемы вызвали немало неприятностей в Святом Королевстве.

Единовременные конфликты привели две половины страны в борьбу за власть и собственные интересы.

В результате помощь населению севера была задержана, многие люди даже столкнулись с нехваткой продовольствия.

Их спасительной благодатью стало зерно, поставляемое Колдовским Королевством, — зерно, перевозимое со складов в Ре-Эстиз в Святое королевство через сухопутные и морские пути.

"Блестящий план " — подумал Занак.

В столь ужасном положении людям не было дела до того, откуда берется их еда, даже если она попадала к ним из рук нежити.

— Если бы мы были теми, кто доставляет им пищу, то доброе расположение, которым пользуется сейчас Король-Заклинатель, без сомнения было бы нашим. Но… мы не могли пойти на подобное в тех условиях.

А что если бы та битва никогда бы не происходила?

Нет, по крайней мере, если бы Ялдабаоф не выкрал все эти ресурсы во время хаоса в столице, они всё же не оказались бы в столь плачевном положении, как сейчас. Будь именно они теми, кто поставляет пищу для Святого Королевства, нежить никогда бы не заслужила столь высокой репутации.

Но это было вовсе не то, что произошло. После прибытия вестей о восхождении на престол нового короля, дипломат Королевства получил холодный прием, согласно отчетам. Это не была холодная война, вызванная неприязнью к национальной политике соседа. Отношения между двумя странами никогда не были столь плохи в период правления Святой Королевы, Калки Бессарез.

Возможно, отношения начали портиться еще до поставок зерна, в то время, когда Королевство дало отказ на военную поддержку Святого Королевства, столкнувшегося с вторжением Ялдабаофа. Именно это событие нанесло сокрушительный удар по отношениям стран.

Конечно, отправка помощи в тот период не подпадала под обсуждение.

В конце концов, тогда для Королевства был еще более хаотичный период, вызванный тяжелыми потерями от могущественной магии Короля-Заклинателя, Аинза Оал Гоуна. Кроме того, в битве пали одни из наиболее прославленных воинов, во главе списка которых стоял воин-капитан Газеф Строноф, известный как сильнейший боец в Королевстве. И какую помощь они могли оказать тогда в борьбе со столь могучим демоном?

Что бы они не говорили сейчас, это звучало бы лишь как горькие оправдания от бессердечного королевства, пусть даже любая другая страна, оказавшаяся в такой ситуации, как Королевство, получив такую же мольбу о помощи, ответило бы также. Лишь Колдовское Королевство отправляло как военную, так и гуманитарную помощь, а потому Королевство бледнело на его фоне.

По факту, со слов дипломатов следовало, что Север Святого Королевства, уже весьма благосклонно относился к Колдовскому Королевству.

— Проблема за проблемой остаются без решения, копясь мёртвым грузом…

Именно в этот момент он наконец смог увидеть общую картину и возникающую на ее фоне огромную проблему. Пусть на первый взгляд все выглядело как множество складывающихся совпадений, ситуация в целом вселяла ложное чувство, будто бы все эти вещи связаны.

— Нет, возможно ли, что…

— Брат мой!

— Ох! …эй, сестра! Я хорошо тебя слышу, не стоит так кричать. Я пока не так стар.

— … всё потому, что вы игнорировали свою сестру, стоящую прямо перед вами, улетая куда-то в своих мыслях, вот я и решила создать для вас несколько неприятных воспоминаний в качестве мести. Или вы думали о чём-то важном?

— Ничего… просто… слегка поддался паранойе.

Реннер повернулась к нему, её глаза наполнились жалостью: "Я не уверена, но думаю, что дело в следующем. Вы говорили о плохом всё время, и потому, естественно, все ваши мысли встали на путь, где вы могли видеть одни лишь дурные сценарии."

В этом был смысл.

— Возможно.

— Да, скорее всего… А что до Святого Королевства, трения между севером и югом означают, что они на пороге гражданской войны? Если дойдёт до этого, то какая сторона победит? Хотя кажется, что у опустошенного севера нет и шанса на победу…

— Ну, может и так. То, что известнейший представитель севера умер, сыграло большую роль. К тому же, та женщина паладин тоже умерла…

— Я не много знаю об этом. Это был кто-то знаменитый?

— Угум. Я слышал, что она была сравнима с воином-капитаном. Она лишь однажды посетила Королевство, жаль, что мы не встретились.

Опустить формальное приветствие ради немедленной встречи с неофициальным послом было бы неуместно для обеих сторон.

На королевскую семью смотрели бы свысока, встреться они слишком рано. Они уже уехали из столицы к тому времени, как дипломаты приняли это решение.

Если бы они только знали, они бы устроили встречу несмотря ни на что. Может, это бы помогло им заручиться поддержкой на будущее.

— В то время, твое суждение было дипломатически верным. Если бы ты не отговорила меня, то я бы решил, что во встрече не было ничего такого. Немедленная встреча с Королём определенно была бы не к месту, но если бы это был принц, то все было бы в порядке.

— Но разве последнее слово было не за вами?

Реннер надулась. Это лицо захватило бы сердца многих мужчин, бесчисленное количество людей уже пали перед ним.

— Дорогой брат, вы — нынешний наследник престола, но не все поддерживают вас за кулисами. Любые слухи, даже самые маленькие, должны быть исключены. Для меня было бы затруднительным, если вы не займете трон. Ах да, спровоцировать восстание прямо сейчас было бы проблематично. Если это случится, вы не сможете выполнить данное мне обещание.

— Верно, не смогу…

Она не скрывала намерений, но мотивы были достаточно убедительны.

— Хм, если всё будет продолжаться как есть… Колдовское Королевство будет оказывать помощь Северному Святому Королевству и всё будет идти согласно их планам, в их руках окажется легко манипулируемая страна. Должны ли мы попытаться связаться с югом?

Если Северное Святое Королевство будет сохранять дружеские отношения с Колдовским Королевством, то юг должен считать Колдовское Королевство своим врагом. Если бы Королевство Ре-Эстиз сформировало союз с югом, возможно, они смогли бы несколько сдержать усилия Колдовского Королевства.

— Безусловно, это было бы желательным развитием событий. Есть ещё одна причина, по которой две половины противостоят друг другу, а именно новые учения безликого пророка, не представляющие для Ре-Эстиз ничего хорошего.

— А-а-а-а, та самая…

Безликая.

Прозвище проповедницы, появившейся после хаоса, вызванного Ялдабаофом. Хотя казалось, что её настоящее имя было обнародовано, прозвище распространилось гораздо дальше, чем её настоящее имя.

Её учение, которым дорожили многие ее последователи, заключалось в том, что «слабость без стремления улучшить себя — это грех, каждый должен стремиться к цели стать сильнее». Это было более или менее понятной концепцией для большинства людей.

Хотя её учение широко распространялось на севере, оно было не только непопулярным, но и избегалось на юге.

Однако это был предсказуемый результат. В глазах правящего класса такого рода идеи могут вызвать лишь нестабильность тем, кто находится на вершине.

Возможно, это было главной причиной, почему дворяне на юге, которые всё ещё сохраняли свою власть, и быстро разрушающийся север — вцепились в глотки друг друга.

То, что возглавлялось Безликой, было скорее сообществом, чем религией. Из-за этого четырём великим богам всё ещё поклонялись как обычно, и проблемы с религиозными учреждениями никогда не возникали. В то же время, недавно коронованный Святой Король пошел на уступки для этой группы, и без того разделяя север и юг.

— …если следовать здравому смыслу, не странно ли, что она скрывает своё лицо?

Видимо, безликая всегда появлялась на публике в маске.

Дипломатическую миссию Ре-Эстиз волновали те же вопросы о Безликой, что и Занака, поэтому они расспросили её последователей. Неважно, кого они спрашивали, все как один отвечали расплывчато в лучшем случае, как если бы раскрытие этой информации было табу.

Всё это выглядело очень подозрительно.

Разве, скрывая лицо, она не создаёт впечатление того, что сделала нечто ужасное в прошлом?

— Похоже, её родители были именитыми воинами. Если бы она раскрыла лицо и открыто об этом заявила, её репутация бы значительно повысилась. Может она скрывает лицо, потому что лжёт насчёт своего происхождения?

— Но кому нужна такая скучная ложь? Я не вижу никакой выгоды для неё от сокрытия лица в таком случае.

— Верно… может она не человек, а нежить или что-то подобное?

— …Хочешь сказать, что она под контролем Короля-Заклинателя?

— Я имею ввиду, что в таком случае многое обретает смысл, не так ли?

— Это многое бы объяснило, но зачем тогда ей прятать лицо и вызывать еще больше подозрений у окружающих?

— Действительно… но какие еще у неё могут быть причины прятать свою внешность?

Ещё одним вариантом мог быть ужасный шрам, но подобное лечится магией. Разве что раны, нанесённые таким могучим демоном как Ялдабаоф, не могут быть вылечены магией, или что-то вроде того?

— Что ж, это звучит более правдоподобно, в сравнении с вашей предыдущей теорией, особенно учитывая, что она женщина.

Показ шрама на лице может вызвать симпатию у людей, но это сильно зависит от вида самого шрама.

— В любом случае, наше первое задание — добыть информацию о внутренних делах Святого Королевства. Давай спланируем все так, чтобы можно было немедленно помочь югу в случае необходимости.

— Было бы замечательно.

— К югу от нас лежит Святое Королевство, наполовину дружественное Колдовскому Королевству, а на востоке — Империя, его прямой вассал. Мы в сложной ситуации.

— Пожалуй.

Занак непрестанно смотрел на лицо Реннер, которая так беспечно отвечала.

— …Из твоих уст это все звучит так просто.

— Э? Но что ещё можно об этом сказать? Ситуация бесспорно печальна, учитывая положение наших соседей. Кроме всего сказанного, есть еще проблема с процветающими подпольными организациями внутри Королевства.

— Ты про Восемь Пальцев, верно? В последнее время люди начали учинять беспорядки по всему Королевству из-за наркотической ломки. Значит, они снова активизировались? Если бы не этот архидемон Ялдабаоф, появившийся из ниоткуда, мы бы уже раздавили Восемь Пальцев.

Занак вздохнул.

С потерей Газефа Стронофа, сильнейшего воина в Королевстве, их политика претерпела немало изменений в попытках избежать прямой конфронтации с Восемью Пальцами. У них попросту не хватало сильных людей для этого.

Кроме одного.

Человек под контролем Реннер, Брейн Англаус, имел большой потенциал.

Но он был всецело предан Реннер, поэтому практически не было шанса на то, что Брейн захочет служить Занаку. Тот уже пытался переманить его на свою сторону, но это, похоже, не возымело эффекта.

"…Я не собираюсь занимать место воина-капитана, поэтому лучше выдвинуть на эту роль кого-то способного. Стоит ли вложиться в него, как в человека, достойного поста воина-капитана? Я хотел хотя бы дать ему меч из числа Королевских Сокровищ, но отец бы никогда мне этого не позволил."

Для его отца, короля, существование Газефа Стронофа было слишком важным.

Как говорят, на вершине всегда одиноко.

Так как он сам вскоре взвалит на себя это бремя, Занак, сам того не осознавая, стал постигать значение этих слов.

Существование Газефа Стронофа было для его одинокого отца подобно согревающему костру. Несмотря на значительную разницу в возрасте между ними, можно сказать, что в некоторых отношениях они были ближе, чем друзья.

За то, что у его отца был в жизни такой человек, Занак не мог не испытывать зависти.

Будучи вторым принцем, Занак никогда раньше не испытывал такой преданной дружбы. Его старший брат очень долго был наследником, поэтому, никто не потрудился сформировать такую глубокую связь с кем-то, кто был просто запасным. Вероятно, они решили, что не стоит рисковать, идя против маркиза Боулропа, подружившись с будущим эрцгерцогом.

Единственным, кто поддерживал с ним связь, был маркиз Рэйвен, по-видимому, из-за его заботы о будущем Королевства. И даже тогда их отношения скорее напоминали взаимовыручку, нежели дружбу; в итоге, Занак должен был подавлять довольно сильную депрессию.

Останется ли он одинок до конца своей жизни?

Занак покачал головой, отбрасывая свои негативные эмоции в сторону. Реннер уставилась на него, как будто она смотрела на химеру.

Отвернув глаза, он проигнорировал её.

Говоря о Брейне: первым делом Занака по восхождению на престол, вероятно, станет получение четырёх сокровищ Королевства от его отца.

Хотя Занак и не был уверен, сможет ли его отец передать их так легко, ему необходимо доверить сокровища Брейну, иначе это будет оскорблением тем жертвам, на которые он пошёл ради них.

Он не был воином-капитаном Королевства, он был просто подчинённым Реннер, простолюдином, не стоящим упоминания. Если бы ему были отданы все сокровища Королевства, не было бы сомнений, что дворяне будут иметь особые счёты против него.

И даже так…

— Как насчёт того, чтобы нам просто объявить, что мы намерены стать вассальным государством Колдовского Королевства?

Цель Реннер состояла в том, чтобы прожить свою жизнь в маленьком поместье вместе с Клаймом, что всё ещё было бы достижимо, даже если бы они стали вассальным государством. Нет, можно с уверенностью сказать, что если авторитет королевского имени упадёт, на их личной безопасности это скажется обратным образом. Возможно, предложение Реннер создаст для неё лучший результат.

— Хмпф! Занак насмехался над предложением Реннер: "Состояние внутренних дел нашей страны и Империи совершенно разное. Гражданские беспорядки произойдут в тот же момент, как мы это предложим."

Под предводительством Кровавого Императора, Империя была крепка, словно скала. Несогласные с ним дворяне давным давно были зачищены, поэтому, когда они решили стать вассальным государством, не было никакой оппозиции. И не важно, что Империя так и не успела ощутить на свой вкус гнев Колдовского Королевства. Даже если им было противно соглашение изнутри, у них не было желания искать возмездия. Империя имела четкое понимание того, насколько ужасным может быть Колдовское Королевство. Королевство Ре-Эстиз, однако, было в другом положении.

На данный момент страна была разделена между Королевской фракцией, Дворянской фракцией, независимыми и новой фракцией, которая была сформирована после того сражения. Распределение власти между четырьмя фракциями было примерно 3: 3: 2: 2.

Самыми проблематичными из них была новая фракция. Она состояла в основном из «запасных людей» из знатных семей, которые потеряли главу и преемника, людей, которые получили власть, не предназначенную для них. Члены этой фракции были недостаточно восприимчивы для аристократов и не уважали негласные правила. В результате многим из них не хватало чести и манер. Шпионские отчёты показали, что многие из них были пьяны от власти.

Настоящий рак этой страны.

Однако, поскольку они обладали автономией в своих собственных землях, с ними ничего нельзя было сделать, если они не нарушали закон Королевства. Даже если бы они это сделали, не было никакой гарантии того, как другие группировки отреагируют, когда будут применены королевские полномочия. Это уже не довоенная эра, когда Королевская фракция обладала преимуществом в политической силе.

Тем не менее, предложение Реннер о вассализации не было полностью исключено. Над этим можно было бы подумать, если ситуация резко изменится.

— Нет, этого не произойдёт. Мы не допустим гражданских беспорядков, брат мой.

Реннер, естественно, ответила контраргументом.

"Не лги мне", думал Занак.

Хотя по ней и можно было определить, что она говорит несерьёзно, но это бы не было проблемой, даже будь Занак достаточно глуп для такой ловушки. Занак давно научился видеть сквозь её лицо.

Именно по этой причине нельзя доверять таким женщинам, как она.

"Если бы только Элиас вернулся."

Занак внезапно ощутил чувство одиночества глубоко в своём сердце. Пусть даже он не мог в полной мере назвать маркиза Рэйвена другом, он всё ещё оставался для Занака кем-то, кто разделял с Занаком его беспокойства за Королевство. Занака волновал тот факт, что они более не могут работать бок о бок друг с другом, поскольку подопечные маркиза, будучи людьми ужасающе талантливыми, также были и непредсказуемо неуправляемыми.

Занак повернулся к Реннер с притворным видом, словно это могло рассеять его печали.

— Всё же мне трудно поверить, что Империя на самом деле решилась на ввоз товаров из Колдовского Королевства.

— …Ну, это был неловкий способ сменить тему, не то чтобы я была против… хм, всё это не так уж плохо для вассального государства, как Империя, верно?

Самым популярным товаром Колдовского Королевства из завозимых в Империю, если судить по доходам, была нежить. По видимому, нежить разделялась по своему предназначению, например, для обычных работ, военной службы, транспортировки товаров и тому подобного.

— Эй, эй, мы все еще говорим о нежити, помнишь? О врагах всего живого?

— Но они не нуждаются в пище и не устают. Честно говоря, это лучший вид рабочей силы, о котором можно мечтать. Вы правы, полагая, что ввоз нежити Короля-Заклинателя в нашу страну был бы рискованным делом, так как, по существу, мы позволили бы солдатам другой страны проникнуть на нашу территорию. Но с другой стороны, это также знак Колдовскому Королевству, что его вассалу нечего от него скрывать. Фактически, они передают другой конец поводка, который сами на себя надели, Колдовскому Королевству.

Реннер обратила взгляд к потолку.

— В некотором смысле, это достойное восхищения отношение, нам можно было бы поучиться. Хороший способ продемонстрировать, как легко им нас запугать.

— Это правда, если начальник не может доверять подчиненному, то гораздо надежнее иметь твердое понимание его слабостей. Я могу немного понять действия Империи, смотря на них с такой перспективы. Похоже, Э-Рантел и страна гномов в горах Азерлиссии вступили в торговые отношения. Они обменивают нежить-шахтеров и свежие ингредиенты на руды и высококачественные сельскохозяйственные инструменты гномьей работы.

Так обстояло дело согласно данным их шпиона в Э-Рантеле, который столкнулся с некоторыми гномами.

— Перевозка грузов в пределах горного хребта Азерлиссия может быть легко осуществлена нежитью. По-видимому, транспортные и трудовые затраты в целом ничтожны, что делает для них покупки у гномов выгоднее, чем у нас.

— Так и есть.

— Отбросим ли мы планы на формирование альянса с Советом Агранд?

— Ах, переговоры всё ещё в процессе, но ситуация не благоволит нам. Пусть Лорд-Дракон дал своё согласие, нам всё ещё нужно время, чтобы убедить представителей других рас. Хотя даже если это провалится, перспективу альянса не следует исключать полностью. Вот всё, что нам сказали.

Но это было лишь наполовину правдой.

Альянс против Колдовского Королевства формировался черепашьими темпами, но плавный прогресс всё ещё был ощутим. Они находились на том этапе, когда полагались на щедрость и солидарность прочих, надеясь на подписание пакта о взаимной помощи любой ценой. Другими словами, это были ненадёжные отношения без всяких письменных договоренностей. Нечто подобное не могло быть открыто объявлено альянсом.

Слишком много всего требовалось сделать для образования сплочённого союза, и им ещё предстояли месяцы работы, чтобы всё уладить.

— Так ли это?… …Было бы замечательно, если бы мы могли сформировать военный союз так быстро, как только возможно. Итак, брат мой, когда вы намерены взойти на трон? Я думаю, что подошло время вам исполнить ваше обещание.

Речь шла о том самом обещании, по которому Реннер поможет Занаку в обмен на возможность и право тайно жить в поместье вместе с Клаймом.

— Насчёт этого, погоди еще немного. Наверняка ты уже знаешь о том, как в ближайшее время будут рассматриваться неофициальные предложения? Я уже говорил об этом с отцом и мы решили подождать, пока он не проведёт последнее крупное политическое решение, а до того я не стану предпринимать действий.

Если король допустит фатальную ошибку в управлении страной, он примет на себя ответственность и отречётся от престола.

Если же до этого не дойдёт, он просто предложит еще больше инициатив, призванных смутить знать, что позволит наследному принцу предложить альтернативу, тем самым склонив знать на свою сторону. Тогда отречение короля от престола будет выглядеть в глазах знати как его способ сыскать к себе благосклонность. Хотя это оставит клеймо позора на правлении старого короля, выгода для королевской семьи перевесит понесённый ущерб.

— Кстати говоря, как там дела с детским приютом? Ты снова собираешься что-то для них приготовить? Требуется ли тебе денежная поддержка?

— В том нет необходимости, моих личных средств будет достаточно для его работы.

Там должно быть уже около 50 сирот в настоящее время.

Это была значительная цифра, возможно, самая большая среди всех детских приютов в Королевстве. Несмотря на это, Реннер не обращалась за внешней поддержкой в решении проблем приюта, всё полностью оплачивалось из её личного кошелька. Хотя в качестве третьей принцессы ее пособие не было значительным, оно значительно увеличилось после того, как две её старшие сестры вышли замуж. Конечно, для неё вполне возможно самостоятельно содержать приют, но для этого ей необходимо было сократить количество ухаживающих за ней служанок.

Теперь, когда он об этом думал, его сестра, похоже, носила только один комплект одежды.

Королевская семья никогда не должна делать то, что заставит дворянство смотреть на них свысока. Занак чувствовал себя несколько раздраженным, но также гордился тем, что Реннер знала, как разумно расходовать свои средства.

— Хм, мне поделиться с тобой частью своих пособий? Ведь после всего что случилось, детский приют — это впечатляющий подвиг в глазах граждан.

— Я не могу этого принять.

Её отказ был нехарактерно твёрдым.

— Если в приюте есть выдающиеся дети, я собираюсь взять их к себе в поместье. Я не позволю вам взять кого-либо из моей перспективной рабочей силы…

— Ах, так вот каков твой план?….

— Именно, я попросила господина Брейна помочь с их тренировками по владению мечом. Они также должны начать обучение грамоте в ближайшее время. Мои усилия по их воспитанию только начались.

— Тогда как насчёт детей, которые не столь исключительны?

— Даже если они смогут только читать или делать простые вычисления, для них всегда найдётся работа. Всё сработает, как надо.

— Значит, ты не будешь возражать, если я заберу оставшихся?

— Если вы сделаете это, то я буду счастлива. Мне не пришлось бы беспокоиться, что некоторые из детей были бы брош…

Голос Реннер был прерван тем, что кто-то сильно постучал в дверь.

— …что, что происходит? Что за шум!

Как только Занак повысил голос, дверь внезапно открылась.

— Ваше Высочество! Чрезвычайная ситуация!

В комнату вбежал дворянин в знакомой придворной одежде. Он был одним из чиновников, отвечающих за внутренние дела. В руках был крепко сжат кусок пергамента.

— Что произошло!?

Занак взглянул на врученный ему пергамент и удивление застыло на его лице. Как будто он не мог осознать его содержание. Нет, это было больше похоже на то, что он не мог поверить в прочитанное.

— В чём дело?

Занаку не хватило сил ответить, вместо этого он просто молча передал пергамент Реннер. А затем…

— Ха?

Звук, который она издала, был для неё нехарактерен, казалось, что она совершенно ошарашена.

"О, посмотрите-ка, она снова обнажает свою человеческую сторону". Занак ухмыльнулся так, словно только что поддался своему отчаянию.

Глава 1: Неожиданный ход

Часть 1

Большая кружка слабоалкогольного эля была опустошена за один глоток.

Раньше это был напиток, который он никак не мог себе позволить в своих владениях, но сейчас, вкус первоклассного алкоголя в его горле стал повседневной рутиной.

Он шумно отрыгнул сладкий аромат эля, поставив большую кружку с половиной оставшегося содержимого обратно на стол. Будь это одна из привычных ему деревянных кружек, он бы швырнул её на стол, однако он не мог позволить себе сделать такое с фарфоровой посудой.

Хотя даже если бы он разбил кружку, ему не пришлось бы за неё платить, в конце концов, этот бар был специально подготовлен его тайным сторонником Хильмой Цигнеус. Все было бесплатно для любого из тех дворян, кого он отправит в это место, это даже распространялось на их гостей.

Такого рода вложения были ожидаемы для того, кому суждено судьбой стать таким влиятельным дворянином, как он, барон Филипп Дейдон Л'Эйр Мочарас.

Всё, что ему нужно было сделать, — выразить свою благодарность и отплатить ей за эту услугу позже, а пока всё это будет записываться в счёт.

При нынешних обстоятельствах даже Хильма, чьё богатство было несопоставимо больше такового у Филиппа, всё ещё была простолюдинкой и должна была склониться перед его властью. Возможно, именно поэтому она так старалась познакомиться с таким знатным человеком, как Филипп, поддерживая его фракцию на всех фронтах.

Вот что отличает сильных от слабых в этом мире — различие в статусе.

Тем не менее, он был обязан ей большой услугой за все её усилия.

Как джентльмен, гордящийся своей ответственностью перед лицом долгов, Филипп надеялся улучшить своё социальное положение как можно скорее. Хильма также должно быть ожидает от него, что он получит власть, по крайней мере, выше чем у ранга барона.

Так что ему придётся погасить свои долги.

Если эти услуги не будут оказаны в скорейшем времени, он застрянет на уступках, и ему придется на все получать разрешение, даже на вещи, которые ему хотелось бы сделать лично.

Филипп мечтает иметь свободу делать всё, что ему пожелается, и право использовать свою власть по своему усмотрению.

Однако…

— Почему у меня ничего не получается!?

Он больше не мог сдерживать свои истинные чувства. Филипп осмотрел своё окружение. Этот бар не был обычной крестьянской таверной. Хильма превратила один из своих особняков в бар, так что в нём не было места грубому шуму. Поэтому, хотя его голос не был слишком громким, если бы кто-то был рядом, он, вероятно, услышал бы его.

Убедившись, что никто не смотрит в его сторону, Филипп успокоился.

Позволить другим узнать, что он оступился, было бы позором.

Это верно — он потерпел неудачу.

"Сдохните, вы все просто мусор!"

Филипп глотнул эль из кружки, будто тот мог буквально погасить пламенные эмоции в его сердце. Это только взволновало его ещё больше, поскольку в спешке капли эля растеклись из уголков его губ, в результате чего его кожа и одежда стали липкими.

Выражение лица Филиппа исказилось в гневе.

Если бы всё пошло согласно его плану, то его владения бы увеличились и он был бы окружен людьми, благодарными ему за то, что он их новый лорд. Его имя стало бы известно всем после того, как соседствующие дворяне прознали бы о его достижениях.

Так почему всё обернулось именно так?

Мало того, что урожайность зерна на его землях начала падать, он также чувствовал, что все жители деревни, которых он посетил, смотрели на него с презрением.

"Наглые подонки!"

Наконец-то, он стал главой дома Мочарас, семьи с древнейшей историей, и эта деревенщина должна была хорошо знать, что им следует проявлять к нему надлежащее уважение. Возможно ли, что деревенские разленились в попытке ослабить его положение?

Это было несомненно возможно.

Мир был полон тупиц, которые в конце концов будут завидовать чужим талантам. Они не могли даже признать его таланты, и лишь издевались и завидовали тем, у кого они есть. Таким образом, они могли создать иллюзию мании величия.

Нет, это всё же был не единственный тип людей в мире. При таком большом количестве деревенских жителей, должна существовать какая-то другая причина. Например, соседний лорд мог заплатить им, чтобы саботировать политические амбиции Филиппа.

Этого, конечно, нельзя исключать.

В целом, если вы сосредоточите производство на более ценных товарах, выручка, естественно, вырастет в огромных пропорциях. Это должно быть здравым смыслом. Разве не имеет смысла посвящать все имеющиеся сельскохозяйственные угодья более ценным культурам и покупать зерно у торговцев?

Хотя это так очевидно, но количество несогласных с ним было не счесть.

"Бесполезный мусор! Может, спросить Хильму как мне лучше наказать этих глупцов? Если накажу, они несомненно снова станут хорошо трудиться для меня! Но всё же, нужно будет разузнать, не сговорились ли они против меня — их лорда!… нет, подождите-ка. Если нужно просто вынести наказание, то всё же будет нормально, если я одобрю это лично?"

В теории, это тоже самое, что и пороть коров и лошадей, чтобы заставить их подчиняться.

"Да, Хильме об этом совершенно не нужно рассказывать. Если выйдет так что я и за это буду ей должен… Угу, Хильма уже довольно давно помогает мне, пора бы отплатить ей сполна…"

Для без пяти минут великого дворянина, увильнуть от уплаты долга простолюдинке Хильме было невероятно просто. Но увы, сделай он так, он был бы ничем не лучше простого воришки. Среди высшей знати такой поступок чрезвычайно презирался, поэтому лучше как можно скорее отплатить ей.

Было бы крайне неприятно, если бы он позволил Хильме угрожать ему, заигрывая с его великодушием. Если такое когда-нибудь произойдет, Хильма всегда сможет выкрутить всё в свою пользу и заткнуть Филиппа.

"Вопрос лишь в том, чем лучше всего отплатить в такой ситуации…?"

Если опираться на их прошлое соглашение, ему нужно выплатить золотом, собранным от увеличившихся доходов его земель, но это, очевидно, невозможно — нет, было бы затруднительно сделать это сейчас.

Так что же он мог сделать, чтобы продемонстрировать своё великолепие, а вместе с тем использовать силу недавно сформированной фракции, чтобы принести пользу Хильме?

"И хотя я так рассуждаю, но я всё ещё не получил полный контроль над этой фракцией… "

Будучи членом фракции, Филипп имел возможность создавать связи с различными людьми.

И хотя количество людей, считающих, что Филипп должен стать лидером фракции, неуклонно росло, он не получил поддержку всей аристократии.

Хильма помогла ему в этом стремлении, но учитывая его возраст, социальный статус, и тому подобное, ему нужно было преодолеть ещё много преград. Будь Филипп на их месте, он бы с ними согласился.

Одинаковые речи старого графа и юного барона не будут восприняты одинаково. "Но не значит ли это, что они слепо перенимают традиции уже устоявшихся фракций?"— подумал Филипп.

Будучи членами новой фракции, они могли не вести себя как какая-нибудь старая организация, а вводить новые радикальные изменения. Филипп — человек, достаточно смелый для экспериментов и инноваций — идеально подходил на роль лидера этой фракции.

"Все остальные парни такие твердолобые."

Ослепленный своим раздражением, Филипп и не заметил, что его кружка как-то опустела.

— Эй! Ещё пойла!

— Да, милорд.

Какая-то служанка, похожая на работницу заведения, прошла мимо, и он рявкнул в её сторону свой заказ.

Низко поклонившись, она ушла в странной манере, будто позируя, и Филипп не мог оторвать глаз от неё. Может из-за того, что её униформа слишком тонкая? Через неё Филипп мог разглядеть форму её ягодиц.

— Уффф.

Привлекательная попа это, конечно, то что хочется выставить напоказ, но эта служанка своим поведением чётко продемонстрировала, что хорошо понимает связь между начальником и подчиненным. Филиппу это очень понравилось.

Он уже позаимствовал двух горничных у Хильмы, и они не настолько уж отличались от той, на которую он смотрел.

Эти девушки сделают всё, что попросишь, им можно даже не выплачивать зарплату. Все домашние дела Филиппа теперь легли на их плечи. Хильма также советовала дворецких и привилегированных торговцев.

И хотя Филипп хотел уволить тех, кто работал на их семью уже давно, и заменить их на своих подчиненных, пылкий отказ его отца заставил его сдаться. Ну, плати он за них из своего кармана, он бы их уже давно уволил в целях экономии.

Пока Филипп пространно размышлял над этими вопросами, кто-то внезапно заговорил с ним.

— Ох, какая встреча, барон Мочарас. Что случилось? Вы выглядите обеспокоенным.

Он повернул голову на звук, и увидел двух дворян перед ним.

Они унаследовали свои баронства в одно время, друзья, принадлежавшие к одной фракции. Один из них нес большую кружку с элем, а другой — тарелку орехов.

— А! Барон Делвин и барон Рокерсон!

Барон Делвин был человеком, которому недоставало статуса и престижа, ожидаемых от дворянина его ранга из-за его небольшого роста и хрупкого телосложения. Единственное, что соответствовало его статусу, — одеяние, так что носи он обычную одежду, никто не смог бы сказать, что он принадлежит к аристократии. При нынешнем положении, можно убедить большую группу людей в том, что он был просто актёром, притворяющимся дворянином для комедийной пьесы.

Барон Рокерсон, напротив, обладал внушительной и крепкой фигурой. Этот человек был толстокожим во всех аспектах. Хотя он выглядел физически-угрожающе, он не мог отстоять своего собственного мнения, не поддаваясь влиянию других. В глазах Филиппа, Рокерсоном было бы помыкать проще, чем кем бы то ни было вокруг.

Их земли соседствовали друг с другом и обычным делом для них было работать сообща. Филипп запомнил их благодаря мысленной заметке, которую он сделал себе, когда они впервые встретились: "Почему бы просто не работать в одиночку, как я?"

— Эти места заняты?

— О, пожалуйста, присаживайтесь.

Рокерсон слегка кивнул и сел рядом с Делвином. Служанка, похоже, идеально рассчитала время, подлетев к ним с элем в руках.

— Ваше здоровье!

— С удовольствием!

Согласно легенде, обычай чокаться стаканами во время тоста появился как способ смешать содержимое двух бокалов, доказывая таким образом, что ни один из них не отравлен. Филипп знал об этом, и поэтому приложил больше усилий, чем требовалось.

Алкоголь пролился на стол.

— Ох!

Немного попало на одежду барона Делвина.

Было бы невежливо сказать, что его одежда наконец-то стала соответствовать его внешности, но его одеяние, хотя и имело благородный вид, не было свежим и чистым. Нет, точнее сказать, она походила на более традиционные одежды, что-то, что Филипп носил в прошлом, переданное ему от старших.

Филипп ощутил жалость.

То, что он сейчас носил, было из высококлассных тканей, которые он поручил Хильме подготовить для него. Другими словами, эти двое не были достаточно ценными, чтобы оправдать такой уровень вложений со стороны Хильмы.

Размышляя о трагедии очевидной разницы в их будущих перспективах по сравнению с ним, Филипп спросил: "Так вы оба тоже были здесь, чтобы выпить?"

— …Ага, так и есть. Мы зашли только для того, чтобы выпить, и были приятно удивлены, обнаружив, что барон Мочарас тоже был здесь, так что мы пришли, чтобы засвидетельствовать своё почтение! Верно я говорю?!

— Всё как вы и сказали, барон Рокерсон.

— Нет-нет, что это за чушь про свидетельство почтения? Разве мы не равны? Товарищи, что помогают друг другу?

— А! Никогда бы не подумал, что некто столь великий, как барон Мочарас, рассматривал нас как равных! Это наполняет радостью наши сердца! Верно я говорю?!

— Все как вы и сказали. Что же, теперь если желаете, попробуйте кое-что из этого.

Человек на противоположном конце стола поспешно подал закуски.

— Спасибо вам большое, барон Рокерсон.

— Да бросьте! Мы ведь не чужие, барон Мочарас. Не стесняйтесь, называйте меня Уэйн, а его Иг.

— Хорошо. Тогда я прошу вас обоих называть меня Филипп!

Все трое дружно рассмеялись, допивая свой светлый эль.

— Но всё-таки… господин Филипп, что вас беспокоит? Вы казались очень встревоженным совсем недавно.

— Совсем недавно? В этот момент алкоголь слегка — да, только чуть-чуть притупил разум, и его гнев снова вспыхнул.

— А-а-а, от этих никчемных идиотов продолжает болеть голова. А, я говорю о плебеях, живущих на моей земле.

— Так вот в чём дело, я прекрасно вас понимаю. Вполне понятно, что такой проницательный человек, как ваше превосходительство, Филипп, сердится на тех, кто никогда не сможет понять ход ваших мыслей. Обычные люди вроде нас не находятся на одном уровне с вами, верно?

— Вот именно, совершенно ясно, почему такой умный человек, как ваше превосходительство, сердится на такие вещи.

Филиппа тронуло то, что они с ним согласились.

Они были такими же аристократами, как и он, так что разве не вполне естественно, что они могли разделять его тревоги? Они тоже должны быть возмущены глупостью своих собственных подчиненных.

— Вы двое понимаете, о чём я переживаю?

— Ага, конечно, мы понимаем. Хоть я и не такой выдающийся человек, как ваше превосходительство, у меня изрядный опыт в решении таких проблем.

— Вот именно, — похоже, у нас кончился эль, — ЭЙ! Почему ты не наливаешь эль его превосходительству?!

Вызванная служанка немедленно принесла эля для Филиппа. Он поднял свою кружку, теперь уже наполненную до краёв.

— Давайте же, произнесём еще один тост!

Бокалы сошлись со звоном.

Филипп осушил свой до дна.

Изысканно.

Ему казалось, что никогда ещё эль не был так вкусен, как в этот момент, скорее всего потому, что он пил вместе со своими единомышленниками.

Большинство членов новой фракции предпочли дистанцироваться от Филиппа; одна из причин заключалась в том, что Филипп был у руля фракции, следовательно, он не мог завести никаких друзей. Поэтому Филипп был в таком превосходном расположении духа, ведь двое подошедших утешили его. Он был вне себя от радости до такой степени, что ему захотелось похлопать их по плечу.

— Ваше превосходительство! Для меня большая честь, что вы хвалите меня, но ваш эль сейчас прольётся. Как насчёт того, чтобы нам сначала выпить, а затем… ой.

Он снова разлил эль. Все понимали, что это итак всё бесплатно, но такая расточительность оскорбительна для Хильмы.

Филипп убрал свою руку с плеча аристократа и выпил в бурной манере.

— Вау! Что и стоило от вас ожидать, вы без труда совладаете с этой выпивкой, не так ли?

— Что от вас и ожидалось, господин Филипп.

— Псщщ! Нет-нет, дело не в этом. Просто этот эль вкуснее обычного, когда им наслаждаются вместе с такими выдающимися дворянами, как вы.

— Невероятно! Совершенно невероятно! Подобные слова от вашего превосходительства наполняют моё сердце радостью. Поскольку у нас двоих более низкая терпимость к алкоголю, мы не можем не восхититься вашими способностями.

— Э? Вы не можете много выпить?

Они оба всё ещё пили свою первую чашку, и уровень эля не сильно понизился.

— Стыдно признаться, но, по правде говоря, никто из нас не может найти ничего привлекательного в алкоголе, верно?

— Это верно, но поскольку мы находимся в таком заведении, было бы неловко вообще не пить, поэтому мы делаем только крошечные глотки.

— Из-за того, что мы не можем много пить, мы очень завидуем мужчинам, которые могли бы это сделать, как ваше превосходительство, Филипп. Пожалуйста, возьмите и наши кружки.

Филипп последовал их совету и пил кружку за кружкой. Чем больше он выпивал, тем легче становилось в голове. Примерно в это время его лицо начало краснеть.

— Вот как это делается! Припоминаю, как ваше превосходительство рассказывали нам про идиотов с ваших земель, так что всё-таки случилось?

— А? Ах, разве я вообще говорил об этом?

— Да, вы упомянули что-то в этом духе… мне кажется, вы могли бы приостановиться пить в таком количестве, мне принести немного безалкогольных напитков? Вы ведь не будете против?

— Это точно. Ваше превосходительство, не желаете воды? Вода, которую они здесь подают, не воняет мхом.

— Эээ…, в этом нет необходимости. Я в порядке, в порядке. Тепло пульсировало по его лицу, ему не нужно зеркало, чтобы понять, что его лицо полностью покраснело: "… эх, я говорил о своих проблемах. Я разорён, разорён."

— Мы все с вами в похожей ситуации, ведь так?

— Верно, наши владения также не процветают.

— Нет, нет. Это не то, о чём вы подумали. Если бы эти бесполезные плебеи сделали бы то, о чем я им приказал, в моих карманах было бы сейчас больше золота. Но они недостаточно усердно работают и не слушают меня. Это всё их вина. Каждый из них не стоит и медяка.

— Оооох! Ваше превосходительство совершено правы. Этот мир наполнен бесполезным мусором. Я могу понять вашу боль! Кстати, что производят ваши земли, ваше превосходительство?

— Ничего, кроме пищевой продукции, на данный момент. Черт её побери.

У нас было много попыток выращивать самые разные культуры, но ни одна из них не принесла пока плодов.

— Пищевые продукты, да… было бы неплохо иметь какой-то уникальный товар, иначе…

— Обычные сельскохозяйственные продукты продаются дёшево, но этого и следовало ожидать.

Двое дворян выразили своё мнение об этой ситуации.

Они были правы, существовала необходимость выращивать более ценные культуры. Это было рискованно, ведь вероятно, что они не смогут собрать урожай в краткосрочной перспективе, и даже факт того, будет ли плодоносить данное растение или нет, также пребывал под вопросом. Но все равно, это было необходимым капиталовложением в будущее, однако, эти низкородные крестьяне всегда говорили "мы и без того завалены работой" в качестве оправдания, даже перед лицом прямого приказа.

— Учитывая текущую ситуацию, если ничего не изменится, мне остаётся только ждать плохого урожая, когда цена на зерно возрастет!

— Что насчёт ваших собственных влад-

Уэйн ткнул Ига локтём в середине предложения, а затем подошел ближе к Филиппу и прошептал.

— Вы правы, но даже если случиться плохой урожай, цена не обязательно будет расти. Знаете ли вы, что из Колдовского Королевства перевозится огромное количество дешёвого зерна через Ре-Эстиз? Таким образом, цена на распространенные культуры вряд ли будет сильно колебаться, и для любого продукта без добавленной стоимости будет одинаково маловероятно получить высокую цену.

— Что?!

— Ах, ваше превосходительство, не так громко.

Бешеным взглядом Филипп окинул окружение, понизил голос, а затем спросил Уэйна: "Это правда?"

— Хмм, информация была получена из достоверных источников, она распространялась среди нескольких торговцев в столице. Очевидно, Колдовское Королевство хранило большие запасы зерна на складах, принадлежащих торговцам в столице. Говорили, что им даже было разрешено продавать его, но Колдовское Королевство, очевидно, имело приоритеты для его использования.

— Хм? Значит, это не торговцы импортировали зерно из Колдовского Королевства для продажи здесь, а Колдовское Королевство хранит свои пищевые запасы в Ре-Эстиз?

— Верно. Я не очень точно располагаю деталями, кроме факта того, что оно там только для хранения, и Колдовское Королевство уже заплатило за хранение… или это было арендной платой за склады? В любом случае, торговцы делали деньги на этой сделки. Это было немного, но всё же лучше, чем ничего.

— …Люди так легко сдают свои склады?

— Обычно было бы трудно обеспечить место для хранения. Но разве этот складской район не подвергся нападению того дьявола? Я слышал, что многие склады были пусты, поэтому владельцы с радостью сдавали их в аренду. Поэтому, пока зерно остаётся там, торговцы вряд ли будут повышать цены на продукты питания. Легко представить, что люди будут говорить такие вещи, как «если зерно станет дороже, я предпочту покупать его у Колдовского Королевства». Ах да, вы знали об огромном зерновом хранилище в Э-Рантеле?

— Нет, нет. И что же насчёт него?

— В этом огромном складе, заколдованном заклинанием [Сохранение], есть места, где еда никогда не сгниёт, благодаря волшебному предмету. До недавнего времени из соседних земель тщательно собирались военные пайки для более чем ста тысяч солдат, которые ежегодно готовились к войне с Империей. Сбор пищи требует времени, потому, она может сгнить во время этого процесса, не говоря уже о том, что получить её было иногда ещё тяжелее. Этот огромный склад был построен, чтобы справиться с такими проблемами. Очевидно, что нечто вроде магического предмета было нелегко транспортировать, поэтому он был официально подарен Колдовскому Королевству. Это означает, что излишки зерна Колдовского Королевства могут храниться там годами.

— Даже если еды не будет несколько лет подряд, Колдовское Королевство — это страна, состоящая из одного города — Э-Рантела. Как они могут производить столько еды?

Даже в случае распространения слуха по всему Королевству, цены на зерно должны упасть лишь чуть-чуть, учитывая большую численность населения страны.

— Ах да, насчёт этого. По некоторым доверительным слухам, Колдовское Королевство использует нежить для обработки больших участков сельхозугодий; в результате, можно наблюдать огромный рост производительности зерна. Таким образом, даже такая небольшая территория может сравняться с урожаями всего Королевства Ре-Эстиз. Если так подумать, мы ведь говорим о нежити, которая не знает, что такое усталость. Но. Трудно не испытывать отвращение к пище, выращенной руками нежити, если так подумать.

— Что? Да это же просто жульничество!

Филипп не мог не кричать. Король-Заклинатель мог легко устроить то, чего он не мог заставить делать своих подданных, как бы ни старался. Король-Заклинатель заслужил всю ту боль, что вынужден был испытать Филипп.

Или, возможно, он также должен использовать нежить для ведения сельского хозяйства?

— Надо сказать, что здесь не может не быть чего-то подозрительного. В конце концов, даже если нежить работала без устали круглосуточно, для них достигнуть производительности всего Королевства… Тем не менее, объёмы их урожая велики, в этом нет никаких сомнений. Прямо сейчас, Колдовское Королевство посылает продовольственную помощь Святому Королевству.

— Продовольственную помощь?

— Угум. Ялдабаоф, архидемон, принёсший хаос в нашу королевскую столицу, появился в Святом Королевстве. Похоже, что его неистовство вызвало некоторые проблемы с нехваткой продовольствия, и Колдовское Королевство отреагировало, послав купленную у торговцев Королевства еду в качестве помощи. Караваны, полные зерна, проезжали через мои владения, так что это должно быть правдой.

— Сколько может остаться на складах торговцев, если пища использовалась в качестве помощи Святому Королевству?

— Хороший вопрос. Тем не менее, необходимо запасаться едой, чтобы подготовиться к плохим урожаям. Кроме того, я не думаю, что Колдовское Королевство использовало всё зерно, которое они купили, в качестве помощи.

В этом был смысл. Если бы Филипп был Королём-Заклинателем, он бы также использовал излишки пищи, которая долгое время хранилась на складе, в качестве помощи.

— Верно. Что ж, неурожай — это не такая уж и частая вещь, верн…

— Именно поэтому ненадежно сидеть и ждать, что плохая погода повлияет на ситуацию. С другой стороны, если вдруг запасы Колдовского Королевства внезапно исчезнут, то зерно с земель вашего превосходительств вырастет в цене. Но всё же, не следует начинать войну только ради того, чтобы противник опустошил свои запасы.

В этот момент в голове Филиппа внезапно появилась идея.

Если низкий спрос на зерно даже при неурожае зависит от запасов Колдовского Королевства, то что если они вдруг исчезнут?

Есть лишь один ответ.

Цены на зерно вырастут.

Следующий вопрос: как могут запасы зерна Колдовского Королевства внезапно исчезнуть?

Ответ был в словах Уэйна. Производство зерна Колдовского Королевства должно прекратиться. Но это будет не просто. Не может же Филипп просто пробраться на их территорию и поджечь поля, верно?

Может, выкрасть зерно?

Столь внезапная мысль, озарившая разум Филиппа, настигла его как удар молнии.

Здравый смысл подсказывал, что присвоение имущества соседней страны было невероятно опасным делом. Не беря в расчёт последствия сего действия, Филиппу в данный момент попросту не хватало военной мощи, чтобы тягаться с целой страной. Но для Ре-Эстиз, Колдовское Королевство было врагом. В конце концов, огромное количество его жителей погибло в прошедшей войне. Было бы странно, если бы они не захотели рассчитаться с врагом. В таком случае, украсть у врага было бы прекрасным ходом?

Так Филипп смог бы заручиться поддержкой правящей верхушки Королевства, и кто знает, может даже получил бы титул повыше за свой вклад.

"…Неплохо. Это ведь потрясающая идея?"

Вишенкой на торте была возможность продажи выкраденного зерна.

"Таким образом я убью трёх зайцев одним выстрелом. Идеальный план, лучше уже просто не придумать. Но как мне украсть их зерно? Может, обсудить это с Хильмой и нанять наёмников? Не пойдет. У наёмников нет чести. Лишь идиот оставит за собой след, которым его будут шантажировать."

Из этого следовало, что он мог рассчитывать лишь на своих солдат. Он звал их солдатами, но на деле это были лишь вооруженные крестьяне. Он подумывал над созданием отряда с обученными солдатами вместо деревенщины, что годилась только для работы в поле. Платить солдатам зерном, которое они сами украдут, выглядело отличным вариантом.

"И всё же, маршировать напрямую в Колдовское Королевство было бы опасно."

Владения Филиппа находились на некотором расстоянии от Колдовского Королевства, поэтому стоимость походной армии была не тем, что он мог себе просто так позволить.

"Погодите, разве он не упоминал о каких-то караванах Колдовского Королевства, которые проходили через его земли? Что если я нападу на них?"

Хватит ли сил одного Филиппа на такие большие караваны? Он мог переправить несколько крестьян, но чтобы враг сдался без сопротивления, ему необходимо подавляющее численное превосходство.

— Вы двое сейчас не против поговорить? Я хочу кое-что обсудить с вами.

— Конечно, а что это за "кое-что"?

— Хмм, это то, что вам точно понравится.

Филипп наклонился к ним и с гордостью начал объяснять свой безупречный план.

***

— Какого чёрта, он должен был сказать "извините", по крайней мере. Уэйн усмехнулся, попрощавшись с Филиппом.

Одежда, которая теперь была испачкана пивом, раньше принадлежала его отцу и была довольно старой как по фактуре, так и по дизайну, что делало её довольно редким предметом. Первоначально он планировал приходить на официальные светские встречи в этой одежде, но теперь ему придется подготовить другую.

В конце концов, аристократия была ничем иным, как группой тварей, чьи глаза неспособны видеть сквозь внешние одежды. Одежда, естественно, была частью игры, поэтому то, что только что произошло, было абсолютно неприемлемым. Но правда заключалась в том, что Уэйн был на дне общества высшего сословия, так какие же преимущества он мог получить от хорошей одежды?

Напротив, эта потертая одежда могла означать только слабость владельца и поэтому была очень полезна тем, кто хотел быть под покровительством своих сеньоров. Такая одежда была обязательной для него, чтобы играть роль слабого дворянина в баре. Поэтому до тех пор, пока он не возьмёт на себя роль другого персонажа, она останется его защитой.

Вот почему было ещё более невыносимо, чем обычно, видеть её запятнанной.

— Что верно, то верно.

Позади него прозвучал голос, побуждающий Уэйна повернуться и взглянуть на источник.

— …Достаточно, этого достаточно.

Его голос был мрачным, как и та атмосфера, что его окружала. Если бы Филипп был свидетелем этого изменения, он был бы шокирован.

Уэйн никогда не был экстравертом, ему просто не нравилось общаться с другими людьми. Для этого ему пришлось бы создавать слой за слоем лжи вокруг своего образа, в попытках доказать, что он общительный и энергичный тип.

— Извини, дружище, мне действительно трудно корчить эту рожу, поэтому тебе пришлось позаботиться об этом по большей части.

Иг тоже поменял свою прежнюю личность, его язык был теперь настолько груб, что никто из знати не решился бы так выражаться на публике.

— Не стоит этого. Если ты и правда хочешь извиниться, то лучше попрактикуйся в этих любезностях. Дворяне низшего сословия, подобные нам, должны приложить реальные усилия, чтобы задобрить вышестоящих.

— Жизнь становится все сложнее и сложнее. Я думал, что, как только мы унаследуем титул баронов, мы сможем присоединиться к свету аристократии… Бесстыдная лесть и заискивание, только эти две вещи раздражают меня до чертиков.

— Пффф, о чём ты говоришь…? Крестьянам приходится иметь дело с таким же дерьмом. Неважно, у кого это хуже, все, кто работает под кем-то, должны быть в некотором роде подхалимами.

— И именно поэтому я никогда не хотел расти… Мужик, я скучаю по тем дням, когда мы были достаточно беззаботны, чтобы размахивать палками и притворяться убийцами драконов.

— Больше нет пути назад, так что не думай об этом. В любом случае, просто научись льстить другим. Этот умственно отсталый, кажется, неплохой кандидат для практики, не так ли? Даже если мы запорем это дело, наши потери будут небольшими.

Дворян высшего сословия или опытных людей, повидавших в жизни всё, не могло удовлетворить ничто, не доведённое до совершенства. Вот почему они должны были получать опыт каждый раз, когда у них появлялся шанс.

— Серьезно…? Что ж, в следующий раз, когда мы встретимся с ним, я очень постараюсь притворяться получше.

— Да стоило бы, стоило. Нет тех, кто не любил бы похвалы. Если кто-то, с кем ты разговариваешь, раздражен из-за тебя, это просто означает, что тебе не хватает способностей вести разговор… Иг, я знаю, как это сложно. Я восполню твои недостатки, а ты восполнишь мои, это была наша сделка, но из-за этого ты не можешь просто перестать пытаться преодолеть свои слабости. Не похоже, что мы будем друг с другом вечно.

Хотя Уэйн и был умнее многих обычных людей, он был очень плох в плане атлетизма. Иг был его полной противоположностью.

Если бы они были одного типа, возможно, они были бы конкурентами. Именно по этой причине они были благодарны за то, что ни один из них так не думал друг о друге. Для соседних феодалов было необычно дружить, но, поскольку они были третьим и четвёртым сыновьями своих семей, им была безразлична прошлая вражда их родов. Вот почему они были так близки.

Самое главное, между ними была некая химия.

— Правда…? Так что насчёт того, что мы с ним обсуждали?

— Абсолютно ужасно.

Уэйн не колебался ни секунды, прежде чем ответить на вопрос своего друга.

Для кого-то, вроде него, оказаться во главе фракции было слишком опасной ситуацией.

— Но разве этим парнем не легко манипулировать?

— Хмм, что верно, то верно.

Откровенно говоря, эта фракция была мусорной свалкой.

Её члены были в ней только для того, чтобы извлечь выгоду из их статуса дворян, и не имели абсолютно никакого интереса в развитии собственных земель. Словно дети с железным мечом в руках, они злоупотребили своей непредвиденной властью. Они ничего не достигли, но были самоуверенны до такой степени, чтобы считать, что они всемогущи. Этих людей ничего не спасёт. Даже такой человек, как Уэйн, мог понять, что он был просто обычным дворянином, но они не могли. Фракция была полна таких людей.

Можно было с уверенностью сказать, что из-за этого у фракции возникла огромная проблема.

— Колдовское Королевство, хранящее зерно в столице, является тревожным знаком, поскольку теоретически они полностью контролируют его рыночную цену. Они определенно поднимут цены из-за нашего плохого урожая в этом году. Что еще более страшно, так это тот факт, что дворяне, которые с оптимизмом смотрят на такую вопиющую ловушку и переключили свои сельскохозяйственные угодья только на выращивание прибыльных культур, не являются меньшинством. Их логика такова: даже если случится что-то плохое, они могут пережить голод, импортируя зерно из Колдовского Королевства, даже если цена будет немного выше.

У многих дворян в этой фракции была такая логика. Несмотря на его попытки тонко намекнуть на опасности этого, их отношение ясно продемонстрировало веру, что это не затронет именно их. Они были полны решимости претворить свои планы в жизнь.

— …Мы потеряли большое количество рабочей силы в этой войне. Можно легко заметить, что они зациклены на краткосрочной прибыли, даже наблюдая за распределением их рабочей силы.

Опускать мелкие выгоды и вместо этого сосредотачиваться на долгосрочной прибыли должно быть здравым смыслом для тех, кто находится на вершине иерархии.

— Сама мысль о том, чтобы ограбить караван Колдовского Королевства, уже является доказательством того, что у него не в порядке с головой. Разумеется, нет никого настолько глупого, чтобы не понимать, что нападение на караван, на котором стоит флаг Колдовского Королевства, будет рассматриваться как объявление войны и повлечет за собой серьезное возмездие? Даже если он это… Подожди. Так мы были обмануты?

Вполне возможно, что он позвал их в эту авантюру, думая, что они не понимают его истинных намерений подставить их. Возможно, в конце концов, это не такой плохой вариант, чтобы принять его предложение.

— Нет, ты не преувеличиваешь? Вероятно, он был настолько идиотом, что вообще не рассматривал возможные последствия, пока придумывал этот план.

— Эй, погоди, — горько улыбнулся Уэйн, — чтобы вообще не думать о последствиях нападения на эти караваны — может ли действительно существовать идиот такого масштаба?

— Ну…если взглянуть с этой стороны…

В любом случае, не было никакого смысла выбирать дворянина без малейшего здравомыслия для наследования титула его семьи; следовательно, у Филиппа должна была быть цель. Какой может быть его цель?

— Лучше всего, если мы проконсультируемся с Цигнеус, верно?

— …нет, не стоит ей говорить.

Хильма Цигнеус, женщина, которая сделала всё возможное, чтобы создать эту фракцию.

Ходили слухи, что она была любовницей одного графа, но формирование этой фракции не принесло бы пользы упомянутому графу в какой бы то ни было форме. Итак, происхождение её чрезмерно обильных средств и широких связей оставалось загадкой.

Вероятно, за женщиной стояла организация, а не частное лицо. С помощью простого процесса исключения можно легко определить, какая организация имела бы такие возможности.

Восемь Пальцев.

Преступный синдикат, контролирующий подпольное сообщество Королевства.

В этом случае Хильма была, вероятно, кем-то, кого можно легко выбросить как куклу.

"Нет", сказала Уэйну его интуиция.

Несколько его разговоров с ней говорили ему о том, что она определенно не была простой жертвенной пешкой. На самом деле, более чем вероятно, что она была одним из руководителей организации. Вовлечение кого-то вроде неё в состав фракции беспокоило, по меньшей мере. Хотя некоторые дворяне имели право тайно заключать договоры с преступным синдикатом, Уэйн не хотел впутываться в такие незаконные организации.

Именно потому, что они не думали о себе столь высокомерно, чтобы пытаться воспользоваться ей, рассчитывая, что дела пойдут гладко.

— Почему…? Похоже, ты снова думаешь о чем-то, что я не могу понять, разве не пора ли тебе рассказать мне, что происходит? Даже я осознаю, что сказав «да» этому парню, нам предстоит ожидать проблемы в будущем. Ты собираешься атаковать караван Колдовского Королевства в своих землях, понимаешь? Этот костлявый ублюдок определенно не спустит такое. Невозможно, чтобы этот парень не потерял голову после этого, и ты, в следствии, тоже не сможешь долго сохранять связь со своей шеей.

Иг был полностью прав, но у Уэйна была идея; он согласился на это предложение с полным пониманием связанных с этим рисков.

— Возможно, что план этого идиота, — сделать нас его козлами отпущения и забрать украденные вещи себе. Как насчёт того, чтобы мы согласились с его планом? Мы будем патрулировать наши собственные владения и как бы случайно наткнемся на группу бандитов; группу, которая была ответственна за нападение на караван Колдовского Королевства. После чего, мы убьем их всех. Крайне важно, чтобы мы сами позаботились о них.

Если одиночный караван будет атакован, ни одна жертва не будет просто так забыта, даже после получения известия о том, что бандиты были убиты. Этого придерживаются даже на национальном уровне. Возмездие было бы более чем оправданным. Вот почему они не должны оставлять никаких доказательств своего участия. Более того, им удасться легче сохранять свою невиновность, рассказав об этом так, будто они просто позаботились об инциденте, который случайно произошел на их землях.

— Как насчёт такого? Неплохой план для завоевания расположения Колдовского Королевства, верно? Даже если нас будут подозревать в причастности к этому, мы можем просто сказать, что пытались помочь каравану. Мы будем в порядке, пока все преступники будут мертвы. Ты знаешь, как в этом случае говорится — мертвецы не рассказывают сказок.

— Мы забегаем вперед, но должны учитывать возможность того, что есть священники, которые могут воскресить мёртвых. Знаешь, что они также говорят? Никакая ложь не проскальзывает мимо священника.

— …Ты всерьёз полагаешь, что в Колдовском Королевстве есть священники, способные на воскрешение? В стране, о которой говорят, что нежить гордо ходит по улицам, мучая живых?

— Нет, я полагаю?

Уэйн улыбнулся, соглашаясь с Игом.

— Независимо от целей этого человека, нападение на караван Колдовского Королевства выгодно для нас, независимо от результата. Неважно, даже если атака будет иметь успех — в чём я очень сомневаюсь — или же провалится, это не важно, потому как Колдовское Королевство будет в состоянии повышенной готовности для дальнейших атак в будущем. Они могут перестать хранить зерно у торговцев Королевства. Таким образом, эти идиоты получат сигнал к тому, чтобы очнуться и начнут строить планы на более прочной основе. Кроме того…, — Уэйн надменно посмеялся, — с этим человеком будет покончено, несмотря ни на что.

— Не уж то он стоит всех хлопот? Всех этих рисков только ради него?

Конечно, он лично этого не стоит, но необходимо помешать Цигнеус, женщине, стоящей за ним, даже если у нас это получится лишь совсем немного. Скорее всего, она планирует управлять фракцией через него и отвлечь внимание от себя, тем самым позволяя своей организации действовать в открытую. В противном случае, я не вижу смысла для них во вкладывании стольких денег во фракцию.

Королевская фракция и дворянская фракция потеряли немало сил. Если кто-то сможет сможет управлять третьей фракцией, то в их руках будет ужасающе много власти. Тогда Восемь Пальцев смогут верховодить и государственными, и подпольными делами Королевства.

— Я едва успел найти временные решения для этих вопросов, но ты уже продумал так далеко, хех?

Как и сказал Иг, не по дворянскому уму планы такого размаха, не говоря уже про жалких баронов. Но по правде, не все бароны одинаковы, некоторые даже владеют большими землями, чем знать более высокого ранга. К сожалению для этих двоих, размеры их земель были стандартными для титула барона, поэтому они оставались лишь типичными баронами Королевства.

Знать, не входящую в королевскую фракцию или дворянскую фракцию, волновало лишь расширение собственных земель. Чтобы это изменилось, измениться нужно самому Королевству.

Эта идея пришла к ним не только из-за знатного происхождения, но и из-за собственных амбиции.

Чего они хотели, так это быть богаче и счастливее.

Поэтому они выжмут всё из каждой подвернувшейся возможности.

— Но даже если мы перейдем во фракцию получше, нам ведь придётся заново налаживать связи и строить репутацию?

— Это верно.

Они присоединились к данной фракции, чтобы получить возможности, которые иначе были бы для них недоступны, присоединись они к более устоявшейся фракции. Но они не ожидали, что Восемь Пальцев поставят такого идиота на роль лидера. Все вело к тому, что присоединение к фракции оказалось ошибкой.

— Кстати говоря, будет ли Колдовское Королевство использовать этот случай как предлог для начала войны с Ре-Эстиз?

Уэйн на секунду задумался, а затем покачал головой.

— Вряд ли. Колдовское Королевство состоит из одного города, им не хватит людей на полный захват целого Королевства. Даже если у них много нежити, они все равно способны лишь на ручной труд. Они не могут в полной степени управлять страной, поэтому даже в случае войны они потребуют лишь земли, граничащие с их собственными… Для знати вроде нас, чьи владения находятся далеко от границы, волноваться не о чем. А теперь…

Он поднял сжатый кулак, Иг сделал то же самое, и их кулаки сошлись в дружеском ударе.

— Сделаем это!

— Да!Часть 2

Филипп наконец достиг своей цели — клочка дороги во владениях барона Делвина. Его солдаты шли быстрым маршем начиная с прошлого дня, с одной ночёвкой в лагере, чтобы добраться до места атаки. По его сведениям, через это место будет проходить караван Колдовского Королевства.

Филипп сидел верхом на лошади, глядя сверху вниз на своих выстроенных в ряд солдат.

Они были солдатами или, точнее, сельскими жителями под его командованием.

Всего собралось пятьдесят человек.

Он разослал призывные указы по всей своей территории, но лишь немногие люди откликнулись на призыв. Наиболее распространенный ответ заключался в том, что они уже отслужили время, которое они были обязаны отслужить.

По правде говоря, это сильно расстроило Филиппа.

План был разработан для будущего процветания их земель, для блага всех, кто там жил. Филипп также подумал о множестве потенциальных военных трофеев и предложил раздать их всем участникам. Тем не менее, никто не пришел, чтобы помочь.

Они слишком глупы.

Группа невежд, которые не понимали, что для них будет выгодно, а что нет. Нет, именно по этой причине ими должен был руководить такой гений как он.

Несмотря на все попытки убедить себя в обратном, его гнев к не понимавшим его людям разгорался. Он думал о принудительном призыве, но это определенно разъярит его старика, который уже стоял на пороге смерти.

В конце концов, он заплатил им деньгами, заранее одолженными у Хильмы.

После всей тяжелой работы, ему удалось собрать пятьдесят человек, но это были дряхлые старики, давно миновавшие свои лучшие дни, больные юноши с хрупкими телами, либо люди с раздутым эго, которые ходили в поисках драки в своих деревнях и были в целом капризны.

Проще говоря, они были неприятностями в их деревнях, и ни один из них не стоил денег. Несмотря на это, Филипп чувствовал неописуемое волнение, утопая во взглядах своих солдат.

У него было предчувствие, что скоро среди людей начнут распространять героические истории о нем. Нет, это уже началось.

По мере того, как его земли неизбежно будут расширяться, его статус будет расти. Вскоре он взойдет на мировой пьедестал под ярким светом.

Он собирался нанести первый удар по Колдовскому Королевству, — подвиг, который никто не мог совершить. Как уловка для сдерживания Колдовского Королевства, это, несомненно, позволило бы Филиппу получить высокую оценку от королевской семьи и звание, которое соответствует этому достижению. Возможно, он мог бы даже жениться на этой прекрасной принцессе…

— …Так это, милорд, нам правда можно напасть на них?

Филиппа с его грезами наяву вернули к реальности, как будто на его голову только что вылили ведро с ледяной водой.

Он пришёл в себя и посмотрел на солдата, который задал вопрос.

Солдат был обычным мужичком около 30 лет. Он носил растрёпанную одежду и по какой-то причине держал деревянную лопату. Даже дубинка была бы лучше, чем эта лопата, да даже некоторые из лежащих здесь палок сгодились бы. Филипп хотел что-то сказать по этому поводу, но лопата, вероятно, была результатом его приказа, чтобы они принесли своё оружие.

Честно говоря, вид того, что некоторые из жителей деревни стояли совсем без оружия, вызывал у Филиппа головную боль. Однако помимо них группа в целом выглядела так, как будто они были какими-то нищими бандитами. Возможно, это могло даже обмануть их противников, заставив их поверить в это.

Солдаты, окружавшие его, очевидно, разделяли сомнения задавшего вопрос, так как все в пределах видимости повернули головы к нему, как будто говоря «да, я тоже об этом подумал».

— Все будет хорошо, мы идем на это, чтобы спасти Королевство.

— Эмм, милорд, мы по правде не очень понимаем, что там с Королевством, это слишком сложно для нас. Однако мы ведь не попадемся и нам не отрубят за это головы? Другой человек спросил, и вскоре остальные эхом начали поддерживать его, говоря: "да".

Филипп был очень удивлен вопросам, которые продемонстрировали полное отсутствие понимания справедливости.

" …Из-за того, что существует так много людей вроде них, всегда должен быть такой талантливый человек, как я, чтобы вести их вперёд. Никто не повиновался моим планам по управлению фермой, потому что эти люди могли думать лишь поверхностно…"

— Я же сказал, что проблем не будет, вы все глухие?

— …Нет, нет, что вы.

Солдаты оставались в сомнениях, злоба отражалась на их лицах.

Возможно, он должен был казнить кого-то в качестве предупреждения для других, но это могло бы создать впечатление, что он вообще не может руководить. Он потерял бы своё достоинство, если бы не мог заставить их работать, несмотря на то, что знал, что предстоит рискнуть.

Пока Филипп паниковал и не мог решить что делать, он услышал громкий звук лошадиных копыт, топавших по земле. Он повернулся и увидел двух всадников, скачущих к нему галопом. Их лица, за исключением глаз, были скрыты, но он все равно знал, кто они такие.

Эти двое остановились вдалеке и помахали ему рукой.

"Почему они не подошли поближе? Разве не они должны были идти ко мне навстречу, а не наоборот?" Филипп подумал, что, может быть, они хотят сказать что-то такое, что нужно держать в секрете.

— Хм, полагаю, положение обязывает.

Наконец-то он почувствовал себя немного лучше, произнеся слова в пафосной манере, и поэтому сменил выражение лица на беспечное, соответствующее по духу.

Филипп подъехал к ним верхом. Он уже немного попрактиковался в верховой езде, так что вести лошадь по прямой линии не было проблемой.

— Барон, как продвигаются ваши приготовления?

Лицо мужчины было скрыто маской, так что его трудно было опознать, но судя по голосу и телосложению, это был барон Делвин, или попросту Уэйн.

Однако его облачение совсем не соответствовало образу барона.

Кожаная броня была немного грязновата, а на поясе висел меч. Его лошадь выглядела скучающей и безжизненной, словно фермерская, — совсем не боевой конь. Рядом с ним стоял барон Рокерсон, или попросту Иг, который выглядел почти так же. Их внешности так хорошо сочеталась, что даже лошади выглядели похожими.

В отличие от Филиппа, имевшего некую финансовую поддержку, они, должно быть, были довольно бедны. Филипп вспомнил, как однажды видел их в поношенной одежде, и изо всех сил постарался скрыть чувство превосходства, прорывающееся на его лице.

"Ну, теперь я не могу показать этому жалкому дуэту, что меня раздражает низкий боевой дух моих солдат, не так ли? Это так достало."

Он, как человек более высокого положения, должен демонстрировать находящимся ниже его, что именно делает его главным. Филипп должен служить образцом для подражания, а низшие должны следовать за ним. Таким образом, мир мог бы исправно работать.

— Вас только двое? Что с вашими людьми?

— Мы их уже подготовили, верно?

— Именно так, наши солдаты обойдут людей вашего превосходительства с флангов и сформируют Журавлиное крыло.

— А! Построение Журавлиного крыла!

Даже Филипп знал об этом построении. Развертывание такой известной формации было очень приятным, будто он оказался персонажем какой-то сказки.

— Так что, если всё пойдёт, как надо, пожалуйста, разделите силы влево и вправо. Противник не растянется, если мы двинемся лишь в одном направлении. Не забывайте при отступлении разводить отряды как можно дальше друг от друга.

— Я понял. Всё в порядке, вам не нужно напом…

— Не будет ли лучше заранее определить кто в каком направлении будет двигаться? Успешное отступление может быть трудноосуществимо в пылу битвы. Тоже самое касается и вашего превосходительства. В каком направлении вы будете отступать?

Они говорили так, будто уже предвидели его поражение, что довольно опечалило Филиппа.

— Так вы уверены, что я потерплю поражение?

— Нет, нет, всё не так, ваше превосходительство Филипп! Вы слышали о тактике притворного отступления, для уничтожения всех преследующих врагов одним ударом?

— …А, ага, да, я слышал.

"Понятно", — Филипп понял их объяснение, но так как признать своё невежество было довольно неприятно, он сделал вид, будто уже знал об этой тактике.

— Как я и думал, вы уже об этом знали. Ну вот она, эта стратегия, которая включает в себя стратегическое отступление.

"В таком случае…" Пока Филипп готовился обсудить, в какую сторону ему отступать, он понял, что упустил важную информацию.

— Прежде чем я отвечу, у меня есть вопрос. Вы двое ещё не доложили мне о размере ваших войск. Сколько людей вы привели?

— По 75 каждый.

Филипп был так потрясен тем, что они смогли собрать больше людей, чем он сам, что сама мысль вроде "с таким количеством людей, бегство в любом направлении даст один результат" так и не приходила ему в голову до самого конца. Филипп решил, что раз уж это всё-таки их владения, то вполне логично, что им будет не так уж трудно собрать стольких. Если бы это был просто вопрос количества, всё было бы гораздо проще, но проблема заключалась в их предварительной подготовке. Филипп подсчитал, что он мог бы привести по меньшей мере вдвое больше людей, если бы это были его владения.

— …Если у нас так много людей, разве не разумнее атаковать всем вместе одновременно? В конце концов у нас около 200 человек.

— Хотя это тоже возможный вариант, но он не подойдёт для Журавлиного крыла. Для использования Журавлиного крыла, солдаты вашего превосходительства должны продвигаться вперед под фланговым прикрытием наших сил.

— А, так вот почему!

— Да, поэтому. Он успел совершенно забыть об этом.

Уэйн громко вздохнул. Так как его лицо было полностью закрыто, никто не смог увидеть его выражения.

— Я рад, что вы смогли понять. Теперь, в каком направлении нам стоит отступать?

— Ах, да. Тогда мы отступим в сторону господина Ига.

— Значит в сторону левого фланга, как я понимаю. Тогда я попрошу вас придерживаться того плана сражения, что мы обсудили ранее. Также следите за лучниками, пожалуйста, ведь зачастую лошади могут сбросить и затоптать своих всадников, как только в них попадают стрелы.

— Пока у меня есть эти доспехи, я буду в порядке, даже если на меня наступит лошадь. Это высококлассный предмет, который был изготовлен известным кузнецом и зачарован магическими заклинателями.

Набор доспехов Филиппа был подарком от Хильмы. Доспехи зачаровали на увеличение защиты, что позволяло им превзойти комплект доспехов, который передавался в качестве семейной реликвии в его доме. Хотя он получил этот подарок довольно давно, у него ещё не было возможности испытать его в деле. Это будет дебютом доспехов.

Конечно, у барона напротив не было чего-то столь высокого качества. Филипп старался изо всех сил, чтобы его чувство превосходства не проявлялось в голосе.

— Тем не менее, лучше перестраховаться. Всё будет напрасно, если командующего убьют посреди сражения. Такова реальность.

— Это верно, потому что ваше превосходительство — наш генерал.

— Даже если вы оснащены такой превосходной бронёй, всё же и у неё есть слабые места, в которые может попасть стрела. Кроме того, независимо от того, насколько прочная броня, она не защищает от большинства заклинаний. Пожалуйста, не ослабляйте бдительности. В конце концов, вы — наш генерал, ваше превосходительство.

Их предостережения уже начали раздражать Филиппа, но он понимал их беспокойство. Со смертью генерала окончится и битва, — таков был здравый смысл.

Видя такую преданность от этих двоих, Филипп не смог сдержать улыбки.

— Конечно, я всё понял.

— К слову, ваше превосходительство, где нам разместить свои войска? Оставлять их на дороге было бы слишком опасно. Если вы спросите меня, то было бы лучше расположить их позади, так мы сможем помочь вам в случае отступления. Было бы кстати, если бы вы могли указать нам своё расположение.

"Угу, угу", — покачал головой Филипп, соглашаясь.

Когда генералу грозит опасность, его подчиненные должны спешить ему на помощь. Это было естественно, но Филипп был удивлён, что сам этого не предложил.

"Обычно, я бы заметил подобное… но сейчас, я слишком взволнован. Я впервые руковожу подобной битвой."

Филипп проглотил комок в горле и глубоко вздохнул.

— Чт-что случилось?

— Ах, ничего. Я просто пытался подавить жажду битвы в своем сердце.

— …ах, понимаю. Неужели…? Хмм, так где ваше превосходительство Филипп собирается ожидать караван?

— Во-первых…

Филипп посмотрел налево и направо.

Мощёная дорога была достаточно широкой, чтобы две кареты могли проехать бок-о-бок. Видимо, эта дорога приносила барону Делвину много прибыли.

По сторонам дороги стоял лес, но места, где обычно прятались бандиты, были полностью очищены от деревьев.

Этот лес находился под контролем людей, сюда частенько приводили свиней на выпас, поэтому тут не было никаких монстров или диких зверей.

В таком случае…

— Мы устроим засаду в лесу.

— Понятно. В таком случае, я знаю подходящее место. В лесу есть участок, очищенный от веток, сорняков и всего остального, где мы сможем отступать верхом. Что вы думаете об этом?

— Тут есть такое место?

— Действительно. Когда ваше превосходительство решили устроить засаду на этих землях, мы заранее приготовили этот участок.

Филипп несколько раз выбирал именно это место для засады при их прошлых встречах. Хоть он и спрашивал Уэйна и Ига об их мнении, они лишь соглашались с ним. Должно быть, им пришлось нелегко в подготовке после этих встреч.

— Тогда я вам крайне благодарен.

— О чём вы говорите! После того, как вы взяли на себя риск возглавить первую атаку, это меньшее, что мы могли сделать.

— Всё так, как выразил господин Уэйн!

Они отвели Филиппа в упомянутое место, и всё было так, как они и рассказывали. Здесь не должно возникнуть проблем с галопом лошадей, учитывая состояние участка.

Закончив дискутировать с ними, Филипп вернулся к своим солдатам.

Из-за полного комплекта брони Филипп потел без остановки, а поскольку они находились на неровной поверхности, его шлем мог легко нарушить его равновесие и заставить упасть.

— У-у-ух, ву-у-ух.

Филипп тяжко прохрипел, снимая шлем, чтобы закрепить его на поясе. Он достал носовой платок и начал яростно потирать лоб.

Филиппу показалось, что броня была ошибкой. Несмотря на то, что защита доспеха важна, мобильность также играла большую роль. Он вспомнил, что могут существовать облегчающие броню чары, поэтому решил попросить кого-нибудь нанести их в будущем. Или, возможно, чары, которые остановят его потение в броне.

Он должен обговорить это с Хильмой, когда в следующий раз будет в столице.

Отложив эту мысль в своей памяти, он вернулся к тому месту, откуда мог видеть своих солдат, мающихся со скуки от безделья.

— Извините за ожидание.

— …милорд. Что это был за человек с закрытым лицом? У него бандитская внешность. Нас подставили?

— Это невозможно. Этот человек, без сомнения, уважаемый дворянин Королевства. И не стоит говорить о внешности. Ведь не каждый дворянин может позволить себе полный комплект брони.

К тому же, после битвы на равнинах Каз, те семьи, что потеряли своих преемников, утратили также много фамильного оружия и брони. Дом Филиппа оказался в такой же ситуации — если он потеряет этот комплект брони, то будет трудно приобрести другой.

Хотя казалось, что солдаты не слишком-то верили в его рассуждения, не было особой необходимости заставлять их принять это.

— Ладно! Давайте подождём прибытия каравана! После этого мы сразу же нападаем!

Филипп не услышал ответа и поднял голос.

— Вы поняли!!?

— Поняли…

Пусть все и отвечали неохотно, вместе их голоса были достаточно громкими, чтобы их можно было услышать.

Филипп был недоволен их ответом, но ему пришлось оставить всё как есть. Не стоит забывать, что это была их первая битва, поэтому им пока не нужно было оправдывать все ожидания.

Чтобы стать превосходными солдатами, им нужно было сконцентрироваться на насущных проблемах.

Пока Филипп размышлял над этим, он присел на землю, давая телу заслуженный отдых.

***

Обширный преступный синдикат, известный как "Восемь Пальцев", властвовал в тени Королевства.

Он состоял из восьми отделов, одним из которых был отдел контрабанды. Кристофер Ольсен, член этого отдела, играл роль порядочного купца. Его слова имели большой вес на торговом пути, соединяющем столицу с западной частью Королевства. Кроме того, именно его склады оказались в числе первых разорённых при нападении Ялдабаофа.

Он понёс немало убытков, но его компания всё ещё оставалась на плаву. Но даже так, на возмещение ущерба уйдет немало времени, поэтому он решил занять некоторое количество денег у Восьми Пальцев.

Посей медяки, чтоб пожать серебряки — так работает бизнес. Конечно, это могло привести и к большим убыткам, но пока он не высовывает головы и не идёт на ненужные риски, нет причин для волнений.

С другой стороны, заём денег у Восьми Пальцев может затянуть его в долговую яму. Восемь Пальцев могут заставить задолжавших купцов пойти на контрабанду, продажу или перевозку наркотиков.

Такое происходило довольно часто.

Так что же до Кристофера, который уже пошел на это?

Чтобы занять денег, ему пришлось пойти на встречу с главами отделов, что привело его в шок, если не сказать больше. Кристофер был частью отдела контрабанды, поэтому займами заведовал его начальник из того же отдела. Встреча с главами других отделов предполагалась невозможной.

Но вот его пригласили на встречу с верхушкой. Было ли это потому, что его успехи помогли ему заслужить должную репутацию? Или же причина в чём-то другом, неизвестном для него? Он не мог понять истинной причины даже после завершения встречи. Необычайно дружеское отношение к нему со стороны глав отделов было определённо подозрительным, учитывая то, как их боялись даже самые теневые части общества.

Конечно, подобные поблажки от мафии могли оказаться такой же подставой, как и всё остальное.

Ещё он заметил, что, как и подобает статусу высшего эшелона организации, все они серьёзно относились к своему здоровью. Хоть они и были излишне худы, но в сравнении с его полным телом, они смотрелись значительно здоровее.

Эти важные люди сразу дали ему задание.

Обычно, тип работы зависел от нескольких факторов, включая количество взятых в долг человеком денег, значимости самого человека и его полезности для Восьми Пальцев в будущем. Поэтому людям с хорошей репутацией давалась более безопасная работа и наоборот.

А его заданием было…

— …Перевозка зерна Колдовского Королевства, хех. Непонятно, насколько это безопасно, хм.

— А, в чём дело? Вы что-то сказали, господин?

— О, не обращайте внимания. Я просто думаю вслух.

Ответил лидер отдела наемников.

Это был крепко сложенный мужчина.

Он сильно отличался от Кристофера, разменявшего пятый десяток лет человека с толстым слоем жира вокруг талии. Мужчина был молод, подтянут и не старше тридцати.

Он носил стальной нагрудник с кольчугой под ним. Шлем, способный полностью закрыть его лицо, лежал рядом с ним вместе с повидавшим многое мечём.

Он был лидером отряда, отвечавшего за охрану каравана Колдовского Королевства, состоявшего из семи карет.

Отряд включал всего 24 оплачиваемых Восемью Пальцами людей, как и Кристофер, принадлежавших отделу контрабанды.

Хоть они и были частью того же отдела, им платили за каждое задание, при этом больше, чем наёмникам того же уровня. С другой стороны, они были более верны нанимателю, поэтому больше не требовалось волноваться об утечке информации.

В случае угрозы, с которой они не смогут справиться, обычные наемники убегут, но эти люди будут сражаться до самой смерти. Понятное дело, что в случае провала миссии пострадает достоинство верхов преступного синдиката; в итоге, даже если они выживут, их выследят и покончат с ними.

Поэтому для такого человека, как Кристофер, не знавшему доверенных наемников, эти люди из Восьми Пальцев являлись лучшим выбором. Но в данном случае, выбора у него не было вовсе.

Таков был прямой приказ свыше — задействовать этих людей.

Чтобы сгладить отсутствие вариантов, их отправили предоставить свои услуги бесплатно, и поэтому у него оказались избыточные деньги для найма ещё большего числа наёмников. Тем не менее, наём дополнительных людей будет рассматриваться как признак недоверия к порученному ему отряду. Пренебрегая фактом назначения этих людей на миссию высшим руководством и нанимая дополнительных солдат, он выставит себя в роли нарушителя приказов.

Обдумав это, Кристофер решил не нанимать дополнительных наёмников.

Более того, все охранники казались вполне способными, но не бывший воином Кристофер, разумеется, не мог верно оценить их силу. Но это не было проблемой, так как высшее руководство поручилось за них, утверждая, что они были выдающимися. Идти против приказов было бы опасно, независимо от причины.

При этом, спроси его о безопасности передвижения со столь немногочисленным отрядом, он бы точно ответил, что хотел бы более способных людей.

Было бы здорово, если бы он мог позаимствовать начальника службы безопасности, члена Шести Рук, передового отряда Восьми Пальцев. Излишне говорить, что это желание никогда не сбудется.

Говорили, что «Шесть Рук», включая их лидера Зеро, который, по слухам, являлся самым сильным воином во всех Восьми Пальцах, были уничтожены в конфликте с королевской семьей незадолго до бедствия, вызванного Ялдабаофом.

Заслуживающие доверия источники приписывали их поражение Брейну Англаусу, воину под началом Золотой Принцессы.

Никто бы и не подумал, что все шесть из них оказались побеждены одним человеком, но похоже на то, что группа авантюристов адамантового ранга «Синяя роза» также участвовала в битве. Из этого Кристофер заключил, что это, скорее всего, была битва 6 на 6.

Говорили, что отдел безопасности потерял большинство своих членов в той битве. В настоящее время каждый отдел создавал свои собственные силы, чтобы компенсировать потери после того поражения; дошло до того, что даже члены отдела убийц начали орудовать при свете дня.

Тем не менее, это помогло улучшить настроение тех, кто работал в Восьми Пальцах до такой степени, что теперь было лучше, чем до появления Ялдабаофа.

Внутренние конфликты происходили довольно часто в прошлом, и нередкими были случаи подковёрных игр за спинами участников. Некоторых торговцев даже сдавали властям люди из других отделов во время самых важных этапов контрабандных миссий.

Однако теперь высшие должностные лица настолько сильно сотрудничали друг с другом, что это даже вызывало своего рода отвращение.

В результате бизнес расширился, и нелегальная прибыль с каждого предприятия тоже выросла.

— Пухууу-ааах.

Лидер наемников громко пустил газы, одновременно зевая. Это было неизбежное физиологическое явление, но он не собирался извиняться.

Позорное действо.

Кристофер нахмурился. Это был худший звук, чтобы вывести кого-то из грёз.

Он искренне хотел пожаловаться, но этот человек станет его компаньоном во время поездки туда и обратно в сторону Ре-Ловелла, большого портового города на западной стороне Королевства. Его желание поддерживать с ним дружеские отношения подавляло его недовольство.

Корабли будут использоваться для перевозки грузов из Ре-Ловелла в Святое Королевство, так что это будет в некоторой степени работёнка для определённого морского торговца. Он был отличным человеком, и Кристофер хорошо его знал. Для него стало неожиданностью, что этот человек также был членом «Восьми Пальцев», но он утверждал, что они сотрудничали исключительно ради взаимной выгоды.

Тем не менее, он не мог не волноваться.

— Вы выглядите расслабленным. Разве вы не думаете, что кто-нибудь собирается напасть на нас?

— Хм? Эх, у меня не было этого чувства опасности, так что не будет проб… А, вероятно, вы хотели сказать, что чувствам нельзя доверять, да? Что ж, я понимаю к чему вы это, но ведь и у вас наступали моменты, когда вы чувствовали, что "всё будет в порядке"? Также бывают ситуации, когда у тебя возникает плохое предчувствие по поводу чего-то, поэтому ты готовишь план на этот случай, и в конце концов, это происходит, ну или как-то так.

— …Да, я пережил такой опыт.

— Понимаете? Наш прошлый опыт может действовать как наша интуиция.

Лидер наемников говорил тоном, совершенно не соответствующим его внешности.

— Понятно. Что ж, мы также под флагом Колдовского Королевства. Только бандиты из разряда невежественных деревенских жителей осмелились бы атаковать такой караван, и в этом случае мы можем легко позаботиться даже о сотне таких, как они.

— Что, если это будут не крестьяне?

— Вы беспокоитесь об обнищавших мародёрах? Разве они не смогли бы узнать флаг Колдовского Королевства, самую горячую тему любых разговоров? Он пожал плечами. — Опытные наёмники на удивление хорошо информированы в таких вопросах. Те, кто даже не знают флагов окружающих нас стран, меня совсем не пугают… Выглядите так, будто не верите мне. Подумайте сами, разве не будет разумнее знать, с каким дворянином ты собираешься сражаться? Таким образом можно избежать ненужных рисков, верно?

— Звучит разумно… Интересно, с какими дворянами лучше не конфликтовать?

— С какими, значит… К примеру, знаменитые Рэйвен и Боулроп. У них размещено довольно сильное войско во владении, было бы слишком опасно столкнуться с таковым. Хотя они оба сильно пострадали в прошедшей войне, может их армии уже не так страшны… Нет, забудьте. Бламраш платит щедро, и я не хотел бы попасть под его немилость… Ну, и мне не хочется иметь каких-либо дел со знатью.

— Но ведь вас поддерживает синдикат. Вы сейчас серьёзно?

— Вас ведь тоже поддерживают, да? Как только я вляпаюсь в неприятности, большие шишки мигом от меня отвернутся. То же самое можно сказать и о вас, ведь так?

— Это точно.

Они оба замолчали и атмосфера сразу стала тяжелее.

Они вспомнили жестокую природу своих начальников, но ничего не могли с этим поделать, так как сами были в организации только ради прибыли. Может и был путь, по которому ему не нужно было бы связываться с преступностью, но тогда он бы не стал тем великим торговцем, коим является сейчас. Может, он до сих пор бы занимался мелким бизнесом.

Было бесконечно много подобных "может", но без возможности вернуться в прошлое нужно довольствоваться настоящим.

— …В любом случае, просто не волнуйся, хорошо? Я всё понял. Так чего нам стоит бояться больше всего?

— Если враг будет использовать огненные стрелы для поджога каравана, а не его ограбления, то, скорее всего, мы окажемся втянуты в кое-что похуже — в проблему государственного масштаба. Или подставу враждебной организации.

— Организация, конкурирующая с Восьмью Пальцами… Такое возможно?

— Не знаю. Даже если возможно, вряд ли они захотят сжигать имущество Колдовского Королевства, покуда не будут уверены, что не оставят следов. Лично я больше склонен к возможной засаде от Ре-Эстиз или другой соседней страны. У нас больше шансов быть атакованными именно ими…

— Ну в таком случае нам точно не о чем волноваться, хех.

— Правда? Как бы то ни было, сейчас мы в безопасности. Не стоит волноваться, просто будем настороже.

***

Караван уже подъезжал к лесу.

Это помогало понять их точное месторасположение.

Кристофер пытался представить карту этой местности, чтобы удостовериться, что они на верном пути. Он наконец-то мог расслабиться. Провал задания, связанного с Колдовским Королевством, сулил ужасающие последствия.

Была почти полночь. Пройдя через этот лес, они устроят запланированный привал. Лес не казался диким — везде виднелись следы человека, поэтому проход сквозь него не должен был занять много времени.

Снаружи качающейся кареты раздался скрип лошадиной упряжи, а затем повозка начала замедляться.

Кристофер взглянул на главаря наемников и увидел, что его аура совершенно изменилась; дело принимало серьезный оборот.

— Извините меня, похоже, наклюнулась работёнка.

Двое мужчин, подчиненные главаря, просунули головы сквозь портьеры.

— Простите, босс! Этот парень говорит, что в лесу прячется много крестьян.

Сказав это, наемник повернулся к Кристоферу. Тот, кого он назвал "этим парнем", был их разведчиком.

— …Крестьяне, а не бандиты? И как ты это понял?

— Да. Во-первых, по их снаряжению. У них нет ни брони, ни оружия. Большинство использует мотыги как оружие… не дубины, а мотыги.

— Даже камень может быть оружием… но мотыги, говоришь? Это странно. У них железные мотыги?

— Я не смог разглядеть, но вроде они сделаны из дерева.

Кристофер, который все это время молча их слушал, подумал, что это должны быть местные крестьяне, возвращающиеся домой после работы на полях.

— А? Серьезно? Мотыги? Это что, шутка…?

— Не похоже, что это так…

— Выслать пару людей, чтобы их разогнать? Может, мы слишком беспокоимся…

Главарь наемников пробубнил себе под нос.

Ситуация требовала каждого высказать своё мнение, возможно, именно поэтому он бормотал так громко, что все могли его услышать. Возможно.

— Простите, что вмешиваюсь в ваш разговор, но могу я вам кое-что рассказать?

— Конечно. Если это что-то дельное, то мы будем только за.

— Во-первых, этот лес в хорошем состоянии — это выращенный лес, люди позволяют своим свиньям здесь пастись или что-то в этом роде. Разве эти крестьяне не просто выгуливают здесь своих свиней? Если это верно, то пытаясь разогнать их, мы будем выглядеть так, словно собираемся украсть их свининку. К тому же, мы едем под флагом Колдовского Королевства; если пойдет слух, что Колдовское Королевство крадет свиней… для нас это может плохо кончится, верно?

"Тц", — недовольно цокнул главарь наемников,

До этого момента этот флаг гарантировал их безопасность. По пути они проехали через несколько городов, и везде из-за него к ним относились с почтением, но сейчас репутация Колдовского Королевства играла против них. Опозорить Колдовское Королевство означало бы нажить себе колоссальных проблем.

Именно поэтому Кристофер не осмелился везти с собой какую-нибудь контрабанду для дальнейшей продажи.

— Ты сказал, что их много — насколько много?

— Если прикинуть навскидку… Наберётся примерно 50 человек.

— Слишком много мужиков для выгула свиней, не находите?

Именно Кристофер заговорил о выпасе, но его родители были купцами. Он ничего не знал о выращивании свиней.

— Нет, нет. Я понятия не имею, много это или мало. Или сколько людей нужно для поимки свиней. Может, они здесь чтобы посадить деревья, или чтобы их срубить. Ещё я слышал, что существует какой-то вид земельной работы, где используют свиней…

Если у них с собой мотыги, то скорее всего это так.

— Тогда, что вы знаете о здешнем дворянине? Что-то вроде историй о том, как он заставляет работать их до смерти?

Кристофер помассировал шею, прежде чем ответить.

— Я видел его лишь однажды. Довольно молод, но вызывает доверие. Под его руководством, владения пришли к порядку. Подучи он этикет и политические стратегии, и перед ним открылось бы блестящее будущее.

Хоть он и не знал его близко, им довелось поговорить, когда Кристофер поставлял алкоголь в одну из столичных таверн, подконтрольных Восьми Пальцам.

К сожалению, Кристофера не пригласили на отдельный разговор, поэтому ему так и не довелось поработать с этим дворянином, хоть он и проходил через его земли в прошлом. Местный феодал обладал достоинствами, позволившими ему попасть в глаза Кристофера, поэтому не было никакой возможности, чтобы тот собрал крестьян для атаки на караван. По памяти Кристофера, в этой деревне было маловато страдающих от голода крестьян, чтобы напасть на караван, и уж тем более не 50 человек.

Между ним и человеком, представленным Кристоферу Хильмой Цигнеус, была невероятная пропасть. Тому человеку просто не нашлось бы равных по неполноценности.

От воспоминании о том, насколько никчёмен был тот человек, Кристофер наморщил лоб.

— Босс, даже если они нападут, там всего пятьдесят незащищённых и невооруженных крестьян. Мы с лёгкостью с ними справимся.

— Какова вероятность, что это всего лишь наживка и ещё больше солдат сидят в засаде?

Двое наёмников переглянулись перед ответом.

— Это возможно. Нам стоит прочесать окрестности? Для этого понадобится некоторое время.

— Бережёного Бог бережёт. Идите.

— Пожалуйста, не задерживайтесь, если мы слишком отстанем от плана, то мне придется без остановки вести целую армию фургонов, чтобы восполнить потраченное время.

— Слышали? Быстро просмотрите окрестности и мигом возвращайтесь.

Разведчик кивнул и убежал.

Примерно через десять минут он вернулся, чтобы сообщить, что кроме пятидесяти крестьян, больше никого вокруг в засаде не было.

Они сошлись на том, что это должны быть обычные крестьяне, и продолжили свой путь. Не прошло и пяти минут, как карета вновь остановилась.

— …Начальник, я извиняюсь, но не могли бы вы выглянуть на секунду? Крестьяне заблокировали нам дорогу. Если бы у них были какие-то злые намерения, мы бы просто поспешили их отпугнуть, но они кажутся безразличными, вялыми или … они просто странно выглядят. Поэтому я надеялся, что вы выйдете и поговорите с ними. Конечно, ваша безопасность на первом месте, поэтому мы приготовили вам этот щит.

По правде говоря, Кристофер очень хотел отклонить просьбу наемника. Он не верил в свои силы, ведь всю свою жизнь он избегал любых стычек.

Но сейчас он не мог отступить. Если они не решат всё мирным путем, то это может стоить Кристоферу доступа к этой дороге. Это затронуло бы не только Кристофера, но и его детей, которые унаследуют его бизнес.

— …да-а, ну пойдемте.

Кристофер вышел из кареты вместе с главарем наемников, и они вместе прошли к началу каравана. Их сопровождали наемники, нёсшие большой башенный щит, способный закрыть половину его тела на время переговоров.

К тому же, ради устрашения за ними шли алебардщики, а лучники прикрывали их с леса. Главарь наёмников, конечно, тоже был рядом. Он предупредил Кристофера слушать его команды, если ситуация обострится.

Посередине дороги, с обоих сторон окруженной лесом, болтали несколько крестьян.

Без сомнений, они выглядели как крестьяне, возвращающиеся домой после тяжелого дня на поле.

Но зачем же им тогда перегораживать дорогу?

Должно быть, главарь наемников учуял тревогу Кристофера, так как он начал что-то бормотать в попытках начать разговор.

— Эй, довольно мутное дело, верно? Если бы они планировали напасть на нас, им стоило разделиться и ждать в лесу. Есть куча способов устроить засаду, но ни один из них не предполагает показываться посередине дороги. Не существует настолько глупых командиров, чтобы допустить такую ошибку.

— Может, они пытаются запугать нас?

— Запугать нас? С их снаряжением? С их количеством? Стоит ли нам принимать это как личное оскорбление? Неужели наш заказчик в прошлом нанимал лишь настолько никчёмных наёмников?

Всё так, как он и сказал.

Кристофер не ответил, но стал пристально вглядываться в толпу крестьян. Тем не менее, расстояние между ними было огромным, и перед ними стояло несколько рядов наёмников.

— Я лишь простой купец, принявший контракт на перевозку. Если вы приняли нас за дворян или что-то подобное, то вынужден вас огорчить. Пожалуйста, освободите дорогу, или нам придется применить силу в качестве самозащиты.

Как только он закончил, из леса вышел мужчина.

Он был облачен в полный комплект латных доспехов, но из-за снятого шлема Кристофер мог разглядеть его лицо.

Оно было знакомо Кристоферу.

— К сожалению, ради будущего Королевства, я не могу вас пропустить!

— …Ааа?

Кристофер не смог сдержать этот звук. Не только он, но и окружающие наёмники хмыкнули от удивления.

— …Понимаю. Похоже, вышло какое-то недоразумение, мы просто доставляем гуманитарную помощь от Колдовского Королевства для Святого Королевства.

— Я так и жнал! Кхм…! Я так и знал! Именно поэтому я это и делаю!

"Что он, черт побери, несёт?", точнее, "Как он вообще мог прийти к такому заключению?"

Кристофер недоумевал от всего сердца.

Погодите…

"Неважно, что надумал этот идиот. Разве его владения не далеко отсюда? Почему же он здесь? Может, они в сговоре? Но зачем владельцу этих земель работать с этим парнем?"

"Ай, плевать", — подумал Кристофер. Он уже раскрыл свои намерения, поэтому Кристофер мог отчитаться своим начальникам, что их задержали глупцы, стоявшие на пути Колдовского Королевства. Для Ре-Эстиз или Колдовского Королевства не будет проблемой, даже если наёмники убьют их всех. Когда он уже хотел приказать наёмникам перебить их, что-то внутри подсказало ему этого не делать.

Того мужчину звали Филипп, дворянин, за чьей спиной стоит Хильма Цигнеус. Кристоферу, который в то время был унижен и вынужден скрывать свой гнев под ложной улыбкой, было сказано, что хоть этот человек и идиот, но он всё равно ценен, поэтому лучше просто игнорировать его собственное унижение.

Разве было бы хорошей идеей убить ценную пешку Восьми Пальцев?

Говоря о здравом смысле, ни один местный дворянин не стал бы нападать на караваны под знаменем Колдовского Королевства. Все знали, что это бы вызвало гнев Колдовского Королевства и стало бы веской причиной для войны. Независимо от того, насколько тупыми могут быть дворяне, они не станут делать что-то настолько безмозглое.

В таком случае, зачем же он всё это делает?

"К тому же, если бы он хотел притвориться бандитом, то он бы по крайней мере спрятал своё лицо. Я ничего не понимаю."

Даже идиот знает, что в таких ситуациях лучше не раскрывать свою личность. С его комплектом латной брони определенно шёл и шлем, полностью скрывающий лицо. Если это так…

"Он хочет, чтобы мы видели его лицо. Он хочет, чтобы мы опознали его, как Филиппа? Зачем ему… А!"

Кристофер внезапно вспомнил о существовании магии иллюзии.

"Вот оно что! Это иллюзия! Кто-то хочет подставить Филиппа, поэтому и принял его внешность. Скорее всего, и эти люди вовсе не простые крестьяне…"

Он с легкостью их раскусил.

Тогда…

— Значит, вы собираетесь ограбить нас потому, что мы перевозим зерно именно Колдовского Королевства. Я прав?

— Эй, эй? Начальник, что происходит?

Главарь наёмников, стоявший всё это время рядом с ним, смотрел на него с недоумением. В этом не было ничего странного. Он ожидал приказа убивать, так что в его глазах Кристофер казался безумцем.

— Всё верно! Мы используем это зерно более эффективно.

Лже-Филипп ответил с гордостью.

"Он говорит как умственно отсталый… Наверняка лже-Филиппу тоже нелегко понять, как можно нести подобную чушь. Однако…"

Может, всё это спланировано? Но зачем?

Сперва Кристофер подумал о враждебной организации, о которой упоминал главарь наёмников, вторым вариантом был один из глав Восьми Пальцев.

Если это первое, то им нужно поскорее убираться отсюда. Восемь Пальцев сурово наказывают как тех, кто их предаёт, так и тех, кто не выполняет данную им работу. Если это всё же второй вариант, то у противника должно быть достаточно людей, чтобы одолеть отряд Кристофера. Но даже если они замаскированы, Кристофер не мог понять, почему именно крестьяне с мотыгами?

Если подумать, то второй вариант более правдоподобен. В таком случае, они имеют дело с чем-то проблематичным, крайне проблематичным. Это может означать, что лидеры Восьми Пальцев далеко не так едины, как могло казаться, и всё ещё пытаются саботировать деятельность друг друга. Или это солидарная воля всех лидеров?

"…нас подставили? Они что, пытаются скинуть вину за убийство Филиппа, дворянина Королевства, на меня? …его настоящее тело скорее всего уже где-то гниёт."

Если так, тогда какой следующий шаг с их стороны наиболее логичен?

— Эм, начальник? Что нам делать? Вы напуганы? Вы же знаете, что мы с ними легко справимся, верно? Хотя тот зазнавшийся придурок одет во впечатляющие доспехи, не похоже, что он на что-то способен.

Главарь наёмников говорил в приглушённом тоне. Но сейчас Кристоферу было не до него, ему не следовало прерывать ход мыслей.

— …Подождите. Просто погодите минуту.

Проблема сама собой не решится. Если убийство Филиппа собирались возложить на него, то почему же ему не сообщили об этом заранее? Если бы Кристоферу все заранее объяснили, то он бы сейчас так не мучился. Он бы просто убрал его, как обычного бандита.

Значит, их план в том, что караваны Колдовского Королевства убьют одного из дворян Ре-Эстиз, тем самым развязывая войну? От этой мысли голова Кристофера наклонилась сама по себе.

Ситуация выглядела так, словно купец Королевства убивает дворянина в качестве самозащиты.

Это было слабой почвой для начала войны. Кристофер, как человек, причастный к преступному миру, прекрасно знал, что многие люди не передумают что-нибудь сделать, если у них будут на то веские причины. А ещё были люди, которые могли убить без размышлении, но сложно представить, что целая страна окажется столь импульсивна.

"…В таком случае, остаётся лишь одна возможность. Видимо, главы уже обо всем договорились, но попросту забыли сообщить об этом мне. К тому же, невозможно, чтобы они планировали перебить нас всех здесь, не позволив новостям распространиться."

Во все времена люди допускали глупейшие ошибки, поэтому в таком ходе мыслей виделся смысл. Тогда, какой ход сейчас будет лучшим?

Если он решит делать всё по-своему, то был шанс, что вскоре о нём "позаботятся". Чтобы этого не допустить, ему нужно иметь хорошее оправдание для своих действий — он должен обыграть всё так, чтобы осталась возможность свалить вину на кого-то другого.

"Убийство Филиппа было бы худшим выбором. Мёртвый он уже ничем нам не поможет, и это разозлило бы госпожу Цигнеус. В таком случае…"

— …Оставим караван… и уйдём по-тихому. Он же не будет за нами гнаться, верно?

— Ха?

Кристофер старался не обращать внимания на недоумевающий звук, исходящий от лидера наёмников.

— Конечно! У меня нет намерения вредить купцам Королевства!

"Ты всё ещё вредишь мне косвенно", — подумал Кристофер, но не позволил лицу себя выдать.

— Эй, эй, эй? Вы серьёзно? Вы это сейчас серьёзно? Что происходит? Что с вами случилось? Вы что, под каким-то заклинанием? Или вы видите у них армию, которую не могу увидеть я?

— Это приказ от вашего начальника, поэтому готовьтесь к полному отступлению.

Главарь наёмников закатил глаза и на секунду замолчал. Скорее всего, он рассматривал возможность, что Кристофер находится под действием заклинания, обдумывал собственные мысли и своё будущее. И пусть на его лице застыло выражение, отражающее его крайнее недовольство, в конце концов, он ответил "вас понял".

Наёмники прикрывали Кристофера в процессе отступления.

Он позволил забрать зерно, но он знал, что и в каком количестве оставалось в повозках. В худшем случае, он мог купить такой же товар и отправить его в Святое Королевство. Им ведь нужно лишь такое же зерно, верно?

Хоть ему и придется позже попросить прощения у ожидающего его купца, сперва ему нужно вернуться в столицу и обговорить всё с госпожой Цигнеус.

Кристофер чуял сердцем, что из всего этого нет легкого выхода.

***

Купцы пошли на это, потому что знали, чья сторона права? Они отступили, даже не потянувшись за мечами.

Бесчисленное количество фургонов стало их трофеем.

Он взглянул в одну из них: она была заставлена бочками и ящиками, полными зерна. Хотя такое зерно и легко хранилось, а потому и свежим его назвать было нельзя, оно всё равно годилось в пищу.

Но, к сожалению, на еде его трофеи и заканчивались.

Филипп хотел оставить себе что-нибудь в память о своём подвиге, но зерно на эту роль не годилось.

"Если бы тут нашлись хотя бы броня или мечи, я мог бы оставить их как сувенир… может, стоило заставить их оставить своё оружие, а?

Филипп взглянул на конфискованные повозки.

Купцы забрали с собой лошадей, поэтому они не могли передвинуть их с места. Филипп приказал им оставить лошадей, но кто-то, выглядящий как главарь наёмников, отказался выполнять этот приказ.

Он даже пустил стрелу в дерево возле Филиппа.

Хоть Филиппу не хотелось, ему пришлось отступить.

"В полном комплекте брони мне ничего не грозит, но про моих солдат такого не скажешь. Ах, как благородно с моей стороны отказаться от собственной выгоды ради этих людей. Всё прошло как нельзя лучше — ни одной раны и ни одной капли крови, поэтому, пусть лучше всё так и остается."

Филипп вновь осмотрел свою добычу и его взгляд остановился на флаге Колдовского Королевства.

"О, вот это годится в качестве сувенира. Первый, захвативший флаг Колдовского Королевства, которое победило армию Ре-Эстиз в 200,000 человек, — это я!"

"Хмм-хмм, хмм-хмм", — покачал головой Филипп.

Он хотел скрыть свою радость, но не сдержал улыбки.

Всё разрешилось для него лучшим образом — как он и думал, у него действительно выдающиеся способности. Это делало его невероятно счастливым.

Перед ним предстали несравненные плоды его труда.

Тут так много флагов, поэтому ничего не случится, если он возьмет один, верно? Закончив думать, Филипп бросил флаг на землю и начал его топтать.

Вид того, как флаг Колдовского Королевства покрывается грязью, наполнял его сердце наслаждением. Такое мог себе позволить лишь он один во всём Королевстве.

Всё так и есть, Филипп достиг того, чего не смог никто.

"Только взгляните! Я всё-таки не никчёмен! По сравнению с братьями и отцом — по сравнению со всеми в Королевстве! Я действительно величайший!"

— Эээ, ммм, милорд. Нам действительно можно это забрать? Или лучше оставить всё на месте?

Робко спросил один из крестьян, проверявший повозки. Уязвленный тем, что кто-то нарушил его веселье, Филипп обратился, не скрывая эмоций: — …О чём ты говоришь?

— Ну, это, разве те люди не вернутся сюда с солдатами?

— Что ты имеешь ввиду? Думаешь, нам стоило убить этих купцов?

— Н-нет! Я не это хотел сказать! Убивать их совсем не обязательно.

— Тогда что ты хочешь сказать?

— Эмм, милорд. Что нам с ними делать? Если мы можем забрать их, как мы это сделаем?

В разговор вмешались другие жители деревни и это очень беспокоило Филиппа.

— Что же нам делать…

Даже если заставь он пятьдесят человек тащить всё это на своих спинах, их всё равно не хватит, чтобы транспортировать все трофеи войны. Даже сами экипажи были весьма высокого качества, так что они могли бы получить справедливую цену за них, или же Филипп мог бы и сам использовать их.

Но с той рабочей силой, которая у него есть, довезти их будет нелегко — можно предвидеть тяжелый, изнурительный физический труд.

Как раз в тот момент, когда Филипп мучительно размышлял над этим вопросом, он услышал звук бегущих по траве людей. Взглянув на источник звука, он увидел силуэты двух мужчин в масках.

— Ваше превосходительство Филипп!

Это был голос Уэйна, но его снаряжение выглядело совершенно иначе, чем раньше. Грязные кожаные доспехи, которые он носил, теперь заменились крепкой нагрудной пластиной, а на поясе у него также висел меч. Почему он изменил своё снаряжение? Внутри Филиппа начало нарастать чувство сомнения, но чувство возбуждения по поводу результата этой операции было гораздо сильнее, и поэтому взяло верх над ним.

— Эй! Вы двое! Подите сюда и посмотрите на наш улов!

— Это… что, что случилось?

Уэйн стоял неподвижно, оглядывался вокруг и говорил с недоверием в голосе, как будто находившиеся там грузовые вагоны представляли собой странное зрелище. Без боя и крови — как только он подумал об этом, Филипп понял, какой вопрос вертится на уме Уэйна.

Словно подтверждая мысли Филиппа, Иг открыл рот, чтобы спросить:

— …Именно. Похоже, что никто из солдат вашего превосходительства не пострадал. Земля выглядит прекрасно, воздух тоже, даже запаха крови нет. Что за тактику вы использовали? Приготовили ли вы какие-то особые магические предметы?

Был бы у него некие талант к магии…, но ведь Иг говорил не об этом, не так ли?

— Ничего из перечисленного, просто я собрал достаточное количество людей, а враг не хотел сражаться насмерть. Я так думаю.

Они оба повернулись лицом друг к другу, но из-за того, что их лица были скрыты, он не мог видеть их выражения.

— Ну и как нам теперь это разделить?

Честно говоря, военные трофеи, лежавшие перед ними, были здесь исключительно из- за действий Филиппа. Его несколько раздражало, что ему приходиться делить приз с двумя людьми, которые только что стояли далеко позади в качестве зрителей. Однако если Филипп просто оставит всё это себе, то они наверняка почувствуют себя обделёнными. В конце концов, им тоже пришлось мобилизовать жителей своих владений. Восемьдесят процентов всей добычи достанется Филиппу, а остальное — пусть забирают эти двое.

"Пусть возьмут десятую часть каждый просто за мобилизацию жителей деревни; они ни за что не захотят больше, верно?"

— Ах, не стоит беспокоится. Это будет бесчестно, если мы возьмём часть трофеев, ничего не сделав. Пожалуйста, ваше превосходительство, вы должны забрать это всё себе. Надеюсь, никаких возражений не предвидится?

— Правильно, ваше превосходительство должны взять всё это, включая грузовые телеги.

Даже такой человек, как Филипп, почувствовал бы себя виноватым, услышав столь сердечные слова. Хотя они и говорили, что их деревни настолько малы, что Филипп не мог там оставаться, тот факт, что они разбили лагерь возле леса и приготовили ему еду означал, что эти услуги должны быть вознаграждены.

— Нонсенс, нонсенс. Разве мы не партнёры? Мне так или иначе, придётся оставить часть добычи, так что вы можете забрать эту часть.

— Нет, нет, мы ни в чем не нуждаемся, ваше превосходительство.

Уэйн ответил немедля, его голос звучал уверенно, без доли сомнений.

— Всё это было заработано усилиями вашего превосходительства. Как предписывает этикет знати, мы не можем принять эти трофеи.

— Это правда?

— Да, — оба ответили синхронно. Они, казалось, обладали непреклонной волей в этом вопросе, так что он ничего не мог с этим поделать. "Это всё моё!". Сердце Филиппа затрепетало при этой мысли.

— Раз уж дело дошло до этого, я возьму всё. И еще — хотя мне неловко спрашивать, но у меня есть просьба к вам двоим. Можно мне одолжить несколько лошадей, чтобы тащить эти повозки?

— Лошадей?

— …Что нам теперь делать?

— Мы обсудим это лично, прошу извинить нас.

Те двое, что временно покинули его, казалось, обменивались мнениями, но с такого расстояния было трудно сказать, разговаривали ли они вообще. Через некоторое время они, казалось, пришли к соглашению и быстро вернулись к Филиппу.

— Мы подготовим лошадей как можно скорее. Однако, поскольку это не боевые кони, а рабочие, не могли бы вы вернуть их вскоре после того, как завершите свои дела?

— Большое вам спасибо.

— Эммм, и ещё кое-что важное для памятки, — было бы лучше опустить флаги Колдовского Королевства. Вы же не хотите, чтобы вас видели обычные люди, когда вы будете перевозить свои трофеи обратно, поэтому, хотя это будет трудно, пожалуйста, подумайте о том, чтобы перевезти их через лес.

— Понял, так и сделаю.

По завершении разговора, оба его собеседника удалились.

Вскоре их силуэты уже скрылись за лесом. Филипп снова бросил взгляд на грузовые телеги.

Они были доказательством его победы.

Роскошные и сверкающие, как и его будущее.

С другой стороны, то, что сейчас лежало под ногой Филиппа, — покрытое грязью знамя Колдовского Королевства, — являлось символом неизбежного падения этой страны.Часть 3

Аинз величественно шагал по улицам Э-Рантела.

Подле него шёл Момон.

Конечно же, это был Актёр Пандоры.

Чтобы соответствовать внешности Момона, он был облачен в полный комплект латных доспехов с двумя большими мечами за спиной.

Его строгая королевская походка придавала ему престижа. На самом деле, его версия Момона смотрелась даже героичнее, чем версия Аинза.

По правде, Аинз подумывал над тем, чтобы приказать ему ухудшить свою походку, дабы жители не могли заметить разницу.

Но он не мог просто сказать это вслух, поэтому решил хотя бы попытаться самому скопировать его походку. До этого момента ему удавалось так делать, искоса смотря на Актёра Пандоры, и, к счастью, он этого ещё не заметил.

Бесшумно преследуя их и бдительно прикрывая с тыла, хвостиком шла Набе — Нарберал Гамма. Хоть со стороны это и выглядело так, будто у них не было телохранителей, на деле же несколько Ханзо затаились вокруг и ожидали, готовые ко всему; следовательно, настороженность более низкоуровневой Набе казалась тут излишней.

Однако учитывая то, что она действовала в такой манере ещё со своего дебюта в качестве спутницы Момона, Аинз чувствовал, что нет необходимости её отговаривать.

Важно отметить, что эти трое гуляли по городу без какой-либо цели.

Это стало для них лишь повседневной рутиной.

Благодаря этому шествию с Момоном и Набе, Аинз мог продемонстрировать различные вещи толпе. Именно поэтому он не взял ни одну из горничных.

Данная сцена преследовала много целей, самая важная из которых — подтвердить тот факт, что Аинз до сих пор сотрудничает с Момоном, поэтому отстранять Нарберал от этой операции было бы некстати. В конце концов, Момон всегда облачался в свои доспехи, и мало кто видел его "настоящую" внешность. Поэтому, если бы они не взяли с собой Нарберал, пошел бы слух, что "Король-Заклинатель убил настоящего Момона, а под доспехами прячется его нежить". Точнее, подобные слухи уже ходили по городу, поэтому для них было важно избегать дальнейших недоразумений.

Все пешеходы мигом уходили с улицы при появлении силуэтов трио, и дорога словно пустела.

По большей мере, эту заслугу можно приписывать фигуре Короля-Заклинателя. Если бы Аинз шел по этим улицам в обличии Момона, ситуация была бы совершенно другой. Хоть с момента основания Колдовского Королевства прошло немало времени, жители города до сих пор побаивались Аинза.

Это касалось не только людей, но и некоторых полулюдей.

Причиной этому было то, что Э-Рантел, который раньше населялся только людьми, больше не оставался прежним. В толпе можно было заметить немало полулюдей.

При внимательном осмотре окрестностей, их фигуры тут и там виднелись в различных лавках, хоть и не так часто. Они присутствовали там как в качестве продавцов, так и в качестве покупателей, порой они даже являлись владельцами лавок.

Часть города, бывшая трущобами, преобразовалась в жилые зоны для полулюдей после приказа Аинза. Посети они эту часть города, это не казалось бы таким необычным зрелищем, но Аинз и остальные шли по одной из главных улиц Э-Рантела, вдали от бывших трущоб.

Лишь один этот факт показывал, насколько велик поток полулюдей, посещавших Э-Рантел.

Это не было связано с какой-то особой политикой, проводимой Аинзом, ведь в конце концов управляющей делами в этом вопросе была Альбедо, но он всё ещё гордился этим фактом. Это показывало, что его план по объединению рас шёл как положено.

"Если бы это помогло, я бы очень хотел принять законы, которые ускорили бы процесс их объединения…"

На самом деле, у него уже был в мыслях такой план. Аинз подумывал провести в Э-Рантеле какое-нибудь мероприятие с основной целью в виде привлечения туристов и увеличения доходов из заграничных источников. Что он не учёл, так это то, насколько неприглядным и безучастным был этот мир в целом, что и стало причиной его бесконечной скуки.

Хотя гладиаторская арена вроде той, что стояла в Империи, выглядела неплохим вариантом, но Аинз хотел чего-нибудь оригинального, чего-нибудь особенного.

Если он устроит что-то грандиозное, включающее участие зрителей или межрасовых команд, это определенно сплотит всех жителей. Народу, у которого есть общая тема для разговора, проще сблизиться.

"Как насчёт какого-нибудь спорта с мячом, как бейсбол или футбол? Или же стоит освежить нечто существующее…"

Погрузившись в раздумья, Аинз наблюдал за продавцом-орком, который вёл серьёзную дискуссию с клиентами-людьми.

Это, должно быть, один из орков из Святого Королевства, которых разорил Злой Лорд Гнева, и которые встали под знамя Аинза. Он не припоминал, чтобы привозил в Э-Рантел других орков.

Кем был этот орк, Аинз не представлял. Хоть он и принял большое количество орков под своё крыло, Аинз, как человек в прошлом, не мог различить их друг от друга.

В том же духе, он не мог отличить представителей других рас. Например, женщины Зернов дифференцировали себя по цвету. Говоря о зернах, он не мог не задаться вопросом, как они вообще «видят»? Так или иначе, все они выглядели примерно одинаково для Аинза.

В любом случае, эта проблема была применима к большинству людей.

Для орка так же трудно различить двух людей, как и для человека найти разницу между двумя орками.

По этой причине они старались узнавать людей по таким признакам, как длина волос, цвет глаз и так далее, но всё ещё возникали случаи, когда товары, зарезервированные для конкретного человека, продавались кому-то, кто выглядел для них идентично, даже если для кого-то вроде Аинза эти двое были абсолютно различны.

У Колдовского Королевства не наблюдалось проблем с общественным порядком. Уровень мелкой преступности оставался низким, не говоря уже о тяжких преступлениях. Однако так происходило не из-за строгого соблюдения закона, а скорее из-за опасений людей, что их трупы станут нежитью, чтобы служить стране после их смерти.

Именно по этой причине разного рода недоразумения устранялись без особой на то суеты, а из мухи никогда не раздували слона. Вот почему орк спокойно обсуждал бизнес со своими клиентами-людьми.

— Гильдия Искателей Приключений также начала принимать в свои ряды полулюдей, разделяя их по рангам. Я верю, что все полулюди смогут реализовать свой потенциал в обозримом будущем.

Тихо сказал Айнз, побуждая Актёра Пандоры ответить:

— Всё именно так, как и предполагал владыка Аинз. Эти полулюди, став свидетелями создания нежити владыкой Аинзом, должно быть подумали, что карьера простого солдата более не востребована. Те, кто обладает талантами в искусстве, производстве и исследованиях, будут более склонны использовать эти таланты с максимальной для себя пользой.

Колдовское Королевство всё ещё следовало системе: «Ваша раса хорошо с этим справляется, поэтому вы, вероятно, должны искать работу в этой области». Однако по мере того, как знания граждан о других расах и их соответствующих культурах возрастут, наверное, они начнут стремиться к иным профессиям. Хотя эти изменения всё ещё находились на ранних стадиях, стремление к самоопределению, несомненно, расцветёт со временем.

Основной движущей силой этого изменения служил тот факт, что вся грязная работа теперь выполнялась нежитью.

— Альбедо, похоже, хорошо управляет этой сферой государства. В конце концов, нам необходимо остановить развитие проблемных ремёсел.

Аинз и остальные уже находились на пределе своих уровней развития, поэтому требовалось планировать действия против тех, кто был слабее их и, таким образом, мог стать сильнее.

В рамках этих планов они не могли позволить своим же гражданам достичь превосходства в их же знаниях. Слабые должны оставаться слабыми.

В то же время, им предстояло обеспечить укрепление позиции превосходства своей страны в целом над соседними странами. Возможно, Альбедо была единственной, кто мог поддерживать этот тонкий баланс.

"Для этого нам крайне необходимы шпионы, способные получить сверхсекретную информацию от наших соседей… Мы всё ещё слишком неполноценны в этом вопросе."

Чтобы создавать высших монстров, которых Назарик не способен возрождать автоматически, требовалось 2 ингредиента. Первый был кристаллом данных монстра, а второй — соответствующим количеством золотых монет Иггдрасиля.

Хотя библиотека Назарика и содержала кристаллы данных различных типов монстров, она не включала кристаллы данных о каждом типе монстров из Иггдрасиля. Кристаллы данных некоторых монстров также были ограничены. Например, они уже исчерпали свои запасы кристаллов данных Ханзо, и в библиотеке больше не осталось кристаллов данных Кинжалопауков.

Создание высокоуровневых монстров уже обошлось им в крупную сумму золота.

В таком случае, разве слабых монстров не должно быть достаточно? Думая об этом, он понимал, что их использование значительно повышало шансы того, что их поймают при попытке проникновения в какое-нибудь место.

Глупо думать, что среди окружающих их наций они являлись единственными, способными использовать монстров. Пока их страна оставалась обладала скромным размером, для них предпочтительнее было бы использовать высокоуровневых монстров, которых другим окажется сложнее обнаружить. Или может…

— …человеческие шпионы?

Аинз случайно высказал свои мысли вслух. Набэ, услышав его, подошла поближе к нему и сказала:

— Владыка Аинз. Говоря об этом, как проходит подготовка этих шпионов? Должна ли я убедиться в том, что эти свиньи знают, кто их законный владыка?

Айнз понизил голос и ответил:

— …Набе. Теперь ты напарница народного героя Момона, не забывай свою роль.

В конце концов, они решили, что Момон и Набе связаны с этим городом из-за заботы о безопасности его жителей, именно поэтому они в первую очередь выполняли работу Аинз Оал Гоуна.

Возможно, пройдет довольно много времени, прежде чем эта пара изменит своё мнение о Короле-Заклинателе, чтобы им захотелось оставаться в этом городе из-за почтения к его персоне. При этом, безопаснее заранее обсудить этот вопрос с Альбедо и остальными, чтобы сформулировать лучший сценарий событий, прежде чем что-либо предпринимать. До тех пор Аинзу не стоило высказывать свои предположения напрямую. Лучше обсудить эти вопросы в Назарике и полностью избегать этих тем, находясь снаружи.

— Я искренне извиняюсь.

«Ты прощена», — хотел бы сказать он, но сперва ему следовало осмотреться вокруг.

Многие люди пристально наблюдали с испуганными лицами; он надеялся, что они не слышали высказанное Набе. В конечном счёте он не мог убить их всех по подозрению в том, что они могли подслушать их разговор, в противном случае тот образ, что он выстроил вокруг себя, — что он представлял собой «уникальную говорящую нежить, отличающуюся от других членов его вида», — окажется сложнее поддерживать.

Тем не менее, игнорирование вопроса Набе делало её встревоженной, что в свою очередь заставляло Аинза испытывать к ней жалость.

Было бы неприятно, если бы она совсем перестала задавать вопросы от себя лично. Имея это в виду, Айнз пробормотал свой ответ так тихо, чтобы остальные люди их не услышали.

— …Мы используем для этого Ханзо. В настоящее время Тира отвечает за их обучение, но, если честно, они не лучше, чем один Кинжалопаук… хмм, просто расценивай это как инвестицию в будущее.

Хотя маловероятно, что они получат отдачу от инвестиций, пропорциональную вложенным в эту программу золоту и времени, это всё ещё было возможным. То же самое относится и к их инвестициям в рунное ремесло и другие магические технологии.

Они действовали наугад, не представляя, принесут ли их усилия свои плоды, поэтому было бы лучше пока свести инвестиции к минимуму.

Айнз перестал говорить.

И в таком духе, трио продолжало идти по улице в тишине.

Иногда они сталкивались с патрульными командами, состоящими из Рыцарей Смерти, Волшебников Смерти, Воинов Смерти, Жрецов Смерти и Убийц Смерти. Хотя те просто прогуливались по улице, они держали строгий строй во главе с Убийцами Смерти, молча следящими за обстановкой спереди. Это было не из-за каких-либо ощутимых опасностей, а скорее из-за того, что они просто следовали своим первоначальным приказам патрулировать улицы в построении.

Стоит подметить, что хотя Убийцы Смерти и плохо скрывали себя, у них был высокий урон благодаря их высокому шансу критического удара. Если враг потеряет бдительность, считая, что Убийца Смерти не представляет для него угрозы, то ему придется иметь дело с угрожающим количеством урона. Вот почему Аинз не мог сделать из них шпионов.

"Несмотря на то, что мы экспортируем нежить, этот экспорт в основном состоит из слабых скелетов…"

Конечно, цены у слабой и сильной нежити были абсолютно разными, поэтому самым популярным продуктом по-прежнему оставались товары, предназначенные для дешёвой чернорабочей деятельности.

Следовательно, количество экспортированной нежити с уровнем Рыцаря Смерти оставалось минимальным.

Было бы пустой тратой средств не использовать свой ежедневный лимит [Создания нежити], поэтому Аинз каждый день использовал способность по максимуму; в результате, количество созданной им нежити уже стало для него проблемой.

"Если бы я понизил стоимость их аренды сейчас и повысил бы её в будущем, никто бы больше не стал арендовать её у нас. Кроме того, я не хочу снижать цены напрямую… Может, стоит создать систему вознаграждений? Империя арендовала у нас довольно много Всадников Смерти, поэтому мы, вероятно, должны сосредоточиться на маркетинге напрямую к странам… однако…"

Аинз посмотрел на шедшего рядом с ним Актёра Пандоры.

"Как-то неловко просто так ходить в тишине. Но мне не сильно хотелось бы с ним о чём-нибудь говорить."

Если люди не поймут, что у них прекрасные взаимоотношения, то во всех этих упражнениях нет никакого смысла.

— Ах… мисс Набе.

Разговор с Актёром Пандоры казался невыносимым, поэтому Аинз решил вместо этого поговорить с Набе.

— Да!

"Попридержи коней, тебе не нужно отвечать с такой интенсивностью, разве ты этого не понимаешь?" Подумал Аинз, но не стал произносить вслух. Хотя, если взглянуть на это с её стороны, то в этом не наблюдалось ничего странного, ведь они теперь оба являлись подданными Аинза.

— Хм, как бы мне это спросить. Как там приют Юри? Вы уже посещали его?

— Нет, я там ещё не была.

На этом их разговор закончился.

Просто невозможно, чтобы у неё были плохие отношения с Юри, но, может, она просто не очень заинтересована в этом вопросе? Подождите-ка…

"…может ли кто-то быть настолько незаинтересованным в работе того, кого можно было по аналогии назвать своей семьёй? Однако это был ожидаемый ответ от Нарберал".

"Отреагировала бы она так же, если бы вопрос касался места работы Сизу или Энтомы?" Аинз пожал плечами при возникновении этой мысли.

— Тогда должны ли мы посетить его?

Поскольку вся ответственность за детский дом была возложена на Юри, даже Аинз не знал о его нынешних делах. Конечно, ему всё в деталях расписывали о приюте, но никаких воспоминаний об этом в пусто-праздной голове Аинза не осталось.

О приюте также должны были составить несколько финансовых отчётов, но поскольку Аинз делегировал эти обязанности Альбедо, он, в свою очередь, их просматривал лишь мимолётно.

Несмотря на то, что он сам выступал за отбор талантов через систему образования, Колдовскому Королевству ещё лишь предстояло осуществить невыполнимую на данный момент задачу по внедрению всеобщего образования.

С ростом уровня образованности возникают новые достижения в технологиях и культуре, но это может также усилить слабых. Хоть их нынешняя политика и допускала то, что люди с нераскрытыми талантами могли оставаться фермерами до конца жизни, Мир Назарика стоял превыше всего.

— Не думаю, что это плохая идея.

После согласия Актёра Пандоры, трио пошло в другую сторону, следуя за Нарберал.

Не прошло и двух минут, как Аинз получил [Сообщение].

— …Владыка Аинз.

— …Энтома? Что случилось?

Аинз отвечал на ходу и почувствовал что-то неладное.

Он не помнил, когда в последний раз получал подобное [Сообщение] в этом году, значит, должно было случиться что-то серьёзное.

Однако… бесстрашная улыбка Аинза даже не дрогнула.

Всё это суровое испытание в Святом Королевстве принесло столько страданий для него, что ничего не могло быть хуже в сравнении с ним.

"Я уже прошёл через сущий ад, едва ли этот мир способен преподнести мне нечто ещё более невозможное."

Запросом, как он и ожидал, стал его немедленный возврат в Назарик. Ответив, что он так и поступит, Аинз приказал Нарберал также привести остальных горничных в Назарик. Попрощавшись с ними двумя, он открыл [Врата], чтобы позволить охранявшим периметр Ханзо вернуться обратно.

Только после этого Аинз вернулся в Назарик.

Отпустив Ханзо, он взял Кольцо Аинз Оал Гоун у приветствовавшей его Солюшн. Телепортировавшись на десятый этаж с помощью кольца, он пошёл к назначенной комнате.

Важные или особенные комнаты в Назарике помечались таким образом, что с помощью кольца становилось возможным телепортироваться прямиком к двери. К дверям, которые считались "обычными" с самого начала, это не относилось, поэтому прямиком к ним телепортироваться было нельзя.

Это можно было считать единственным недостатком кольца, которое позволяло пользователю свободно перемещаться внутри Назарика, но они более не могли изменять его функции. Если бы у них до сих пор оставались наборы создателей Иггдрасиля, то это было бы возможно, но ни у Аинза, ни в Назарике его не было.

Альбедо стояла перед дверью, к которой шёл Аинз, в ожидании его прибытия. Аинз не стал спрашивать о времени её ожидания, а спросил лишь о её прогрессе в порученных задачах.

— …Ты хорошо поработала, благодарю.

— Я не достойна Вашей похвалы!

Аинз мысленно вздохнул, наблюдая за низко склонившейся Альбедо.

Хоть он и говорил о своём немедленном возвращении, он не называл им определённые временные рамки. Мысль о том, что он мог потратить время Альбедо, заставив её ждать, расстроила Аинза. Он не хотел и не мог позволить этим мыслям отразиться на его лице.

Такое уже случалось несколько раз прежде. Несмотря на пояснения Альбедо, что ей не надо ждать его каждый раз, она всегда настаивала на этом, говоря, что для слуги естественно приветствовать своего господина.

На самом деле, он говорил об этом не только со Стражами Этажей, но и со Стражами Областей и даже с горничными. Каждый раз, как он поднимал эту тему, их ответ совпадал с тем, который выдала ему Альбедо только что. Горничные отвечали с особым энтузиазмом, демонстрируя уровень решительности, от которого даже такой как Аинз попятился бы и извинился.

Если это являлось общим решением, то Аинзу, как их повелителю, пришлось бы воздержаться от высказывания собственного мнения по этому поводу.

Альбедо открыла дверь в комнату и пригласила Аинза внутрь.

Аинз верил, что он не столь выдающийся человек, достойным подобного обращения; с большой виной он принял вид, будто всё это ожидаемо, и вошёл в комнату перед ней.

Шалти.

Коцит.

Аура и Маре.

И Демиург.

Стражи Этажей уже собрались в этой комнате и стояли на коленях перед троном, который неким образом излучал тьму.

За троном гордо раскинулось знамя Колдовского Королевства Аинз Оал Гоун.

Похоже, здесь уже собрались все, кто должен был явиться. В случаях, требующих присутствия всех, Аинзу надлежало прибыть последним согласно принятым правилам. Если речь не шла о необычной ситуации, никто не прибывал позже него.

Аинз осмотрел обременённых долгом Стражей перед ним.

Каждый Страж Этажа в прошлом имел перечень своих обязанностей, но, с недавних пор, объём их работы значительно увеличился.

Авиатранспортная система, в основном полагавшаяся на летающих монстров (преимущественно драконов), наладила транспортную сеть между Колдовским Королевством, Империей, Королевством Дварфов, и заброшенным регионом Святого Королевства, населённым полулюдьми. Назначенная ответственной за эту сеть, Шалти, теперь должна была использовать свои навыки для постепенного развития наземной транспортной сети.

Ответственный за управление погодой на территории и возведение подземной гробницы в окраинах Э-Рантела, Маре, также сотрудничал с новосозданной Гильдией Искателей Приключений.

Назначенный ответственным за командование, управление, и тренировку армии Колдовского Королевства, по большей части состоявшей из нежити, но также включавшей в себя различные виды полулюдей, а также немногих людей, — Коцит.

Та, кому до недавних пор приходилось командовать лишь своими магическими зверями, и та кто теперь должна была управлять отделом, развернувшим предупредительную сеть с обеспечением достаточного покрытия постоянно расширяющихся границ территорий Колдовского Королевства, — Аура.

Тот, кто отвечал за разведывательную спецслужбу на седьмом этаже Назарика, — Демиург.

Таким образом, обязанностей у Стражей со временем лишь прибавлялось.

Вот почему планировалось переложить некоторые из этих обязанностей на тех, кто до этого момента занимался лишь внутренней защитой Назарика, — Стражей Этажей.

И, само собой разумеющееся, ответственная за проверку прогресса всех и каждого, обработку запросов или предложений, и одобрение различных дел Колдовского Королевства, — Смотритель Стражей Альбедо — была самой загруженной из всех.

По правде говоря, никто так не бездельничал, как Аинз.

Его ежедневные обязанности сводились к тому, чтобы просто практиковаться в образе повелителя, и это было весьма смущающим фактом.

По сути, занятые самыми важными задачами призвали его для того, что, по их мнению, требовало его присутствия.

Аинз с достоинством прошёл через центр комнаты. Альбедо закрыла за ними дверь и пошла сразу за ним.

Он сел на единственный стул в комнате. Альбедо преклонилась перед ним на колено и сказала:

— Владыка Аинз. Все Стражи Этажей прибыли.

"Что ты имеешь ввиду говоря, что они прибыли? Они и так были здесь!" — разумеется, Аинз не хотел, да и не мог сказать такое вслух.

— Хмм. Вы — Стражи Этажей — усердно работали. Поднимите свои головы.

— Да!

Бойко ответив, Стражи в унисон, в безупречной манере подняли головы.

Изначально, Альбедо просила их поднимать головы, но Аинз решил покончить с этим. И хотя начальник не должен так говорить со своими подчиненными, Аинз не хотел отдаляться он них слишком сильно.

Взгляды, полные абсолютной преданности, — все они сосредоточились на фигуре Аинза. В прошлом, Аинз не выносил столько внимания, но за прошедшее время он настолько огрубел, что в эти дни на него это совершенно не влияло.

" Но… почему? Я что-то неправильно понимаю, или они стали ещё более преданными…? Ну нет… должно быть, у меня сложилось ложное впечатление, ведь так?"

Аинз, не будучи способным вспомнить свои повышающие преданность действия, избегал их дружелюбных взглядов, осматривая комнату, в которой он находился. Не потому, что он не мог выдержать их пристальных взглядов, а просто так.

По обе стороны комнаты располагались двери, непохожие на ту, через которую он вошёл; те две казались непропорционально маленькими для размеров комнаты. Комната была украшена столь изысканным образом, что излучала атмосферу величия.

Её подготовили в качестве зала для аудиенций в Назарике. Ещё одна находилась в Э-Рантеле.

Тронный зал Назарика поражал великолепием, но также выглядел слишком просторным и чувствовался пустым, если не собиралось достаточно народу. Он мог собрать достаточно прислужников при желании, но учитывая проблему наличия Мирового Предмета, — одного из самых сильных сокровищ Назарика, которое нельзя было выставлять всем напоказ — соорудили комнату для аудиенций.

Всё в Назарике создавалось её бывшими членами гильдии, кроме этого приёмного зала. По приказу Аинза, Стражи Этажей уделили много внимания (не то, что бы требовалось настолько много) переустройству пустой комнаты под эти нужды.

Это сделало Аинза весьма счастливым.

НИП'ы, созданные его согильдийцами, переросли в нечто большее, чем просто НИП'ы. Как будто они стали игроками.

"Всегда наступает день, когда птенцы покидают свои гнёзда, расправив крылья, эх."

Аинз мысленно улыбнулся.

Он мог гордиться каждым из них.

У Сузуки Сатору не было детей, как и у многих других членов гильдии. Он не был уверен, но возможно, именно такое чувство означало быть отцом. Во всяком случае, это было бы совсем не то, что быть матерью, наверное.

Он на мгновение погрузился в свои мысли. Однако никто не заговорит до тех пор, пока он не скажет слово, поэтому он был вынужден начать, несмотря на то, что не был ведущим или кем-то подобным.

— Итак, Альбедо. Расскажи мне, зачем мы все здесь собрались? Что-то важное для Назарика или, вернее, для Колдовского Королевства, верно?

— Да. Если говорить просто, наше зерно, транспортируемое в Святое Королевство через Ре-Эстиз, похищено четыре дня назад.

— Ох… И кто это сделал?

— Дворянин королевства Ре-Эстиз.

Свет в глазах Аинза на мгновение вспыхнул. Альбедо выражалась как-то неопределенно. Обычно, она бы сообщила имя, военную мощь и цель дворянина сразу. "С чего бы это?" — подумал Аинз и спросил:

— Разве у торговца из Восьми Пальцев, отвечающего за перевозку, не было солдат, охраняющих караван? Более того, согласно правилам, наш флаг должен был развеваться над караваном, не так ли? Это значит, что Королевство Ре-Эстиз решило развязать с нами войну?

Он полагал, основываясь на действиях Королевства, что они пытаются избежать войны, но теперь это казалось неправильным суждением. Или, может быть, сам инцидент являлся частью какой-то стратегии? Размышляя об этом, Аинз обратил внимание на ещё одну возможность.

— Есть ли вероятность, что Восемь Пальцев предали нас?

— Нет, ну…

Альбедо опустила голову и что-то пробормотала, а затем посмотрела на Аинза так, словно пыталась украдкой взглянуть на него.

Аинз подумал, что ее текущее поведение было довольно редким. Скорее, это был первый раз, когда она вела себя подобным образом. Сейчас она напоминала маленькую девочку, которая боится, что её отругают, и совершенно не походила на Смотрителя Стражей, которым всегда была.

— В чём проблема, Альбедо? Что-то случилось?

Аинз старательно сохранял свой величественный вид, а чувствовал себя так, словно его спина намокла от пота. Аинз, конечно, не мог вспотеть.

Могла ли причиной послужить ошибка, которую совершил Аинз? Если всё обстояло так, то ответ Альбедо имел бы смысл.

Она вела себя как служащая, коей надлежало указать на ошибки своего босса, который всё испортил.

"Дворянин из Королевства? Понятия не имею…Я что-то сделал? Я ведь не делал ничего странного за последние несколько месяцев, да? Нет, а вдруг?"

Когда Аинз, который даже не мог вспомнить документы, проштампованные им несколько недель назад, подумал об этом, ему всё больше и больше начинало казаться, что здесь замешана его собственная ошибка. Его тревога росла вместе с мыслями.

"Нет, постойте! Я понял! Я понял! Разве я не говорил Альбедо и Демиургу во время инцидента в Святом Королевстве? И я говорил многим тоже самое после возвращения. Да, я сознательно совершил ошибку! Прошлый я, ты великолепен! Подождите, сейчас самое время… использовать это оправдание!"

Аинз всегда считал, что титул абсолютного повелителя — слишком тяжёлая ноша для него. Настало время от него отказаться.

Его незримое лицо тепло улыбнулось.

— Не беспокойся об этом, Альбедо. Расскажи мне, в чём дело.

— Да… Владыка Аинз. Вы определенно помните наш план по использованию идиота-дворянина для захвата контроля над Королевством…

"Хмм?" — вопрос всплыл в голове Аинза. Сказанное ей отличалось от того, что он ожидал, но на такой случай у Аинза был заготовлен ответ.

— И этот дурак имеет отношение к произошедшему?

Альбедо кивнула, — Да. Этот тупица стал причиной инцидента. Владыка Аинз уже должно быть представляет, что за всем может крыться заговор верхов Королевства.

"Ещё больше вопросов, эх?" — тяжело выдохнув, Аинз стал размышлять. Он не мог докопаться до глубоких аспектов такого заговора, но вопрос наверняка заключался в том, что Королевству выгодно изобличить дворянина, связанного с Назариком. Таким путем, они могли бы очистить свои ряды от вредителей.

— Я понимаю… но, что если вина на самом деле на этом идиоте? Ведь это не похоже на заговор королевства, да? …Подождите, Альбедо уже должна была собрать информацию по расследованию. Прошу прощения за ненужные вопросы.

— Нет, для вас естественно уточнить подобное, владыка Аинз. Мы даже подготовили свидетеля для этой цели. Шалти.

— Поняла.

Шалти исполнила реверанс, поднялась, и затем вышла через левую дверь.

Вскоре, женщина в сопровождении двух Рыцарей Смерти по бокам вернулась вместе с ней.

Она казалась столь болезненно худой, что под кожей местами проглядывали кости. Тяжёлые мешки под глазами, отсутствие макияжа и грязные волосы.

Пятна от слёз виднелись у её воспалённых глаз, которые безудержно метались, словно крошечное испуганное существо.

Аинз припомнил, что где-то видел её, но ключевые детали, такие как её имя или статус, он уже забыл.

Пока он всеми силами копался в своей памяти, Рыцари Смерти отпустили женщину.

Она пала ниц в едином плавном движении. Безупречное исполнение, кто-то даже мог назвать такое красивым.

Подобное действие требовало долгих и упорных тренировок. Аинз даже начал слегка уважать её за это.

— Васе, васе Велисество… — её голос сильно дрожал. Она остановилась на мгновение, а затем заговорила снова: — Ваше Величество.

Комната погрузилась в тишину. Осознав, что сейчас его черёд говорить, Аинз произнес глубоким голосом: — …Женщина, я позволяю тебе назвать своё имя.

— А! Хильма Цигнеус, Ваше Величество!

Его пробуждённые воспоминания расползлись словно виноградные лозы. Она была одним из лидеров Восьми Пальцев, преступного синдиката Королевства.

— Ах, ах.

Сложно сказать, как она поняла тот шум, что неосознанно издал Аинз. Хильма, до того ещё не поднявшая головы, стала кричать, прильнув лбом к полу.

— Я, я не представляю! Совсем не представляю! Я меня абсолютно нет намерений ослушаться! Кража зерна никак не связана со мной!

Аинз мельком глянул на спину Альбедо.

Было очень легко определить, лжёт ли женщина, потому Альбедо уже должна была сделать это. Так отчего же она не доложила о результатах непосредственно Аинзу?

Аинз не представлял о чём именно думала Альбедо, но уж точно не о том, как ударить его в спину. На самом деле, скорее всего, обратное было ответом. Здесь просматривалось какое-то непонятное недоразумение, вызванное её сильной переоценкой Аинза. Казалось неуместным спросить её об этом прямо.

"Я завёл себя в такую ситуацию оттого, что постоянно изображал кого-то, не так ли? Альбедо не догадается, если так и продолжить. Стоит ли мне спросить и узнать, что происходит? Это приемлемо, если бы здесь присутствовала лишь Альбедо, но и остальные здесь…" — Аинз взглянул на Ауру и Маре. "Хм, в другой раз, я полагаю."

— Хмм. Прежде всего, я проверю, говорит ли Цигнеус правду. [Подчинение].

После использования заклинания, Аинз обратился к Цигнеус:

— Играла ли ты некую роль в ограблении нашего зернового конвоя этим дворянином?

— Совершенно никакой!

Подчинённый магией не способен лгать подчинившему, из чего следует, что Цигнеус не имела прямого отношения к случившемуся. Хотя вероятность косвенного участия оставалась, она не несла за это ответственности. Вероятность того, что она могла лгать вследствие изменений памяти, была незначительной.

— …Говорили ли о тебе другие, как об имеющей несколько личностей?

— Нет!

— Угу… тогда, желаешь ли ты противостоять нам?

— Вовсе нет! У меня нет даже доли намерения на это! Абсолютно нет!

Она отрицала это в самом яростном тоне, на который была способна. Засвидетельствовав это, Аинз отменил эффект [Подчинения].

— Слишком жестоко наказывать её за то преступление, к которому она намеренно не причастна. Цигнеус, — не виновна. Таков мой вердикт.

Цигнеус подняла голову, обратив на Аинза полный боготворения взор, обжигающий своей теплотой до такой степени, что Аинз нашёл его пугающим.

— Но, владыка Аинз. Разве за ошибки подчинённого не должны отвечать их начальники? Этот кретин был её подопечным.

Альбедо была права.

— Вы, Вы полностью правы! Но он действовал абсолютно непредсказуемо, причём по собственной воле! Я много раз объясняла ему! "Свяжись со мной, прежде чем делать что-либо!" Я даже назначила человека для наблюдения за ним по этой причине!

Альбедо не оспаривала её объяснений. Так что всё так и было. Она полностью выполняла свои обязанности, потому было бы чересчур жестоко позволить ей брать ответственность за этот инцидент.

Альбедо, в роли главы отдела кадров, подобрала простака, причинившего трудности Цигнеус, в роли представителя департамента. Хотя проблемы и были очевидны в работе самого департамента, Аинз хорошо понимал намерение переложить ответственность за инцидент на отдел кадров.

Аинз, как офисный служащий, рассматривал проблему с позиции Цигнеус.

Если бы он поручил вопрос Альбедо и остальным, они определенно приготовили бы суровые наказания для Цигнеус. Тогда…

— …за ошибки подчиненного отвечает его начальник. Я согласен с этим утверждением.

Аинз видел, как бледнеет лицо Хильмы, и продолжил:

— Но пословица гласит, что это лидеру должно брать на свои плечи груз ответственности за своих подчинённых, а не подчинённым спихивать вину на лидера. Это что касается обобщённого смысла данного утверждения. Альбедо, позволь задать тебе вопрос. Цигнеус стояла над этим болваном, но кто стоял над Цигнеус?

— Это… это моя ответственность.

— Угу. А я — твой господин, так ответственность за инцидент ложится в конечном итоге на меня, верно?

— М-м-мы бы не посмели! Здесь точно нет вины владыки Аинза!

Альбедо отрицала его утверждение с нехарактерно паническим выражением на лице.

Цигнеус, в глазах которой ещё мгновение назад читался надвигающийся рок, сейчас уставилась на Аинза с тем огоньком, что уже возникал ранее. Её лицо постоянно менялось.

— Хотя методы работы Цигнеус могли иметь свои недостатки, она действовала в соответствиями с ожиданиями от её должности. И за это она была прощена. Первая возникшая ошибка случается потому, что ошибаются все. Во второй раз её допускают по небрежности. Третьего повторения надлежит избегать. Четвёртый раз сигнализирует о некомпетентности… Цигнеус.

— Да!!

Цигнеус поспешно склонила голову столь низко, что по залу прокатился звук удара об пол. Даже со стороны смотреть на это было больно.

— Чтобы не допустить подобных случаев в будущем, работай усерднее над превентивными мерами. Подготовь полный список планов, которые ты могла бы придумать, представь их Альбедо и ожидай утверждения. В этом заключается твоё наказание.

— Да!!

Цигнеус терлась головой об пол, словно пытаясь опустить её ещё ниже.

"Это кажется излишним" — подумал Аинз, обратив взгляд на Стражей.

— Таково мое решение… есть ли у вас замечания? Я не стану злиться, вы вольны высказать всё, что думаете.

Но ни один из них не выказал возражений. И всё же, каждый из них мог бы ответить в стиле "Решения владыки Аинза всегда верны." Даже если их мнения не совпадают, едва ли они подадут голос и выскажутся. В любом случае, лучше подтвердить это.

— Альбедо.

— Нет возражений.

— Демиург.

— Я солидарен с Альбедо.

— Аура.

— Никаких.

— Маре.

— А! Д-да. У меня нет никаких возражений.

— Коцит.

Нет. Возражений.

— …Шалти.

— Никаких.

Действительно ли они согласны или просто боятся высказаться? Аинз оставался не уверен, но, по крайней мере, он услышал их одобрение.

Аинз энергично кивнул головой и вынес окончательное решение.

— …Хорошо. Итак, Цигнеус. Подготовь эти планы в течении нескольких дней, то есть… пусть будут готовы за два дня.

Цигнеус с шумом вскинула голову вверх.

— Повинуюсь!! Безмерно признательна своему властелину за милосердный суд!! Благодарю Вас от чистого сердца!! Ох, несравненный Король-Заклинатель!! Прошу, позвольте мне, Хильме Цигнеус, и впредь преданно служить Вам!

— Это так…?

Едва ли не вызывающая отвращение страсть Цигнеус напомнила ему о той девушке из прошлого с пугающими глазами.

— Рассчитываю на твою верную службу. Итак, Шалти, прошу, проводи Цигнеус обратно.

— Поняла.

Шалти забрала Хильму, активируя функцию кольца, назначавшую целью телепортации поверхность. Она должна будет использовать [Врата] впоследствии, поэтому это не займёт много времени. Держа это на уме, остальные ждали её возвращения. Немного погодя, Шалти появилась одна, как и планировалось.

— Итак… это не могло быть единственной причиной, по которой меня позвали сюда, верно?

Окажись оно так, он бы уже посылал оды своей счастливой звезде, но это желание безжалостно разрушила Альбедо.

— Да, все именно так, как вы и предполагали.

Аинз взглянул на Альбедо так, словно затаил на неё обиду. Он был бы в восторге, если бы она позволила ему сохранить эту надежду в своём сердце хотя бы еще ненадолго.

— Хмм, что-то не так? Возможно, что тогда…

— Нет, всё в порядке. Итак, как насчёт того, чтобы ты назвала мне истинную цель моего приглашения… сбора всех Стражей Этажей здесь?

Альбедо и Демиург переглянулись после этого вопроса.

— Во-первых, с какой целью этот шут предпринял свои действия? Манипулировал ли им кто-то, выстраивая коварный заговор? Это вполне возможно. В зависимости от ответов на эти вопросы, нам может потребоваться пересмотреть наши планы на Королевство. На счёт этого нам лишь нужно знать, что думает по этому поводу владыка Аинз, просить же господина лично уладить этот вопрос было бы глупой тратой его времени.

— Ммм… Нашей стратегией в отношении Королевства на текущий момент является "Кнут и Пряник", не так ли? Успели ли вы объяснить концепцию Ауре, Маре, Коциту и Шалти прежде?

— Демиург и я уже находились в процессе пояснения, но нам всё ещё оставалось обсудить детали плана.

— Правда? Тогда, Альбедо, прошу, поделись информацией со всеми. Любые высказанные предложения и мнения от всех вас будут полезны.

— Поняла.

Альбедо начала объяснять четверым упомянутым.

Стратегия "Кнут и Пряник" (название закрепилось как изобретение Аинза) по захвату Королевства, по сути, предусматривала дестабилизацию страны изнутри до той точки, когда граждане Королевства Ре-Эстиз сильно возжелали бы мирное иностранное вмешательство Колдовского Королевства.

Было ли так потому, что Демиург подключился к разработке плана? План стал все больше и больше звучать так, словно они проворачивали ту же схему, что и в Святом Королевстве. Это была стратегия, строящаяся вокруг внутренних конфликтов, и предполагающая массовые жертвы с самого начала. Его предпочтения чинить внутренний раздор, вместо прямого вторжения, вероятно, были связаны с его дьявольской натурой. Если бы Коцит или Шалти планировали операцию, они почти наверняка предпочли бы непосредственные методы, такие как полномасштабное вторжение.

Но очевидно, что этот план был сформулирован кем-то внутри Королевства Ре-Эстиз, и Альбедо с Демиургом внесли лишь небольшие изменения в оригинальный концепт.

И этот идиот-дворянин стал ключевым элементом стратегии.

Ему предстояло начать революцию. Вследствие междоусобных конфликтов, спровоцированных нехваткой зерна, Ре-Эстиз будет вынуждено запросить помощь от Колдовского Королевства. Эти методы являлись далеко не единственными, при помощи которых достигался желаемый результат; им просто требовался повод для вмешательства в дела Королевства Ре-Эстиз.

Для Аинза это означало, что всё по-прежнему шло по плану. Инцидент, вызванный этим тупицей, являлся более чем достаточным поводом для того, чтобы Колдовское Королевство ввязалось в это дело.

Однако казалось, что Альбедо и Демиург выглядели немного обеспокоенными текущей ситуацией. Должно быть Аинз что-то упускал.

— Итак, Альбедо. У меня есть несколько вопросов… Действительно ли у нас имеются доказательства касательно этого дворянина, замешанного в данном инциденте? Есть ли у нас доказательства, что здесь присутствует замысел Королевства? Я кое-что припоминаю… на счёт постоянной переписки Альбедо с тем дворянином, который был нам обязан?

Альбедо время от времени жаловалась Аинзу на "необходимость посылать письма этому неприятному аристократу", "жалкому человеку…" или что-то подобное. Она также просила Аинза проверять эти письма, так что ему приходилось часто их читать.

Если бы это была простая бумажная работа, Аинз всё же немного понимал в этом, но он не был уверен в своих способностях корректировать или редактировать. Он пытался избежать этого, но Альбедо всерьёз умоляла его, так что ему пришлось этим заниматься.

Кстати, хотя прошло уже много времени с тех пор, как он пришёл в этот мир, Аинз всё ещё не научился читать на местном языке.

Самое лучшее, что он научился делать, так это писать своё имя и Момона, а также распознавать цифры. По сравнению с Альбедо, Демиургом и Актёром Пандоры, которые уже понимали языки нескольких стран, было легко заметить, что их мозги функционируют на совершенно ином уровне, чем его. Именно по этой причине Аинз полагался на магические предметы, чтобы понимать любые тексты.

Признаться по правде, он вообще не стал корректировать эти письма и просто возвращал их обратно Альбедо без изменений.

— Я также видел письма, которые дворянин присылал в ответ, и, честно говоря, кажется, что он полностью очарован тобой. Я не думаю, что он из тех, кто способен противостоять Колдовскому Королевству.

Он слышал рассказы о том, что предательство возлюбленной может привести к иррациональной ненависти. Это как если бы ты узнал, что у милой актрисы озвучивания, от которой ты без ума, есть парень. Когда эта мысль пришла ему в голову, Аинз вдруг увидел сцену со своим другом, кровавыми слезами плачущим в обители Шалти.

Он также мог видеть сцену, где в жилище Ауры и Маре стояла сестра его друга, смеясь над ним.

— Да, мы провели детальное расследование этого дела, исходя из предположения, что этот человек являлся единственным организатором ограбления зерна. Но… возможность того, что его могли околдовать, промыть мозги или контролировать иным путем, не исключена.. единственное, в чем мы можем быть уверены, так это в том, что он совершил преступление.

— Возможно, что это был замысел кого-то ещё более интеллектуального, чем мы. Если это так, у них есть возможность найти какой-то способ извлечь выгоду из его действий…

На лице Альбедо отразилось беспокойство, тоже самое касалось и Демиурга. Во что Аинз никак не мог поверить, так это в вероятность того, что некто с интеллектом, превосходящим этих двоих, просто возник из ниоткуда. Или скорее…

— Может этот дворянин вытворил подобное просто без задней мысли?

В таком случае, происходящее становилось более понятным для Аинза.

— Владыка Аинз, я не могу поверить, что такое возможно…

Альбедо говорила с таким тоном, словно извинялась. Это был первый раз, когда она демонстрировала подобное отношение, и Аинз не мог не чувствовать себя отдохнувшим, наблюдая новый вид поведения.

— Нет, подожди секунду, Альбедо. Мы рассматривали факты в предположении того, что наш противник был гением, но владыка Аинз также разбирал возможность и того, что он опрометчивый идиот. Всегда оставалась вероятность, что так и есть, разве нет? Нет, разве такое объяснение не кажется наиболее приемлемым?

— Н-но… быть настолько тупым… такое вообще возможно? Но владыка Аинз…

— Если так говорит владыка Аинз, значит это правда, верно? Альбедо.

— Я-я полагаю так, я тоже так думаю…

По какой-то причине Аура и Маре вмешались в спор на стороне Демиурга, ошеломив Аинза, который лишь пробормотал невнятный комментарий.

— Но в таком случае…

Сдвинув брови в раздумьях, Альбедо и Демиург принялись рассуждать.

— По-подождите секундочку. Давайте выслушаем мнения других Стражей Этажей об этой операции. У них могло накопиться много вопросов, так давайте же уделим время на них. Те из вас, у кого есть вопросы, могут поднять руку, Альбедо и Демиург ответят вам.

"Пожалуйста, не задавайте вопросы мне", — Аинз уже поднял белый флаг в своём уме.

— Ммм, у меня вопрос, — заявила Аура с поднятой рукой, — почему мы просто не подчиним так много знати, сколько возможно, с самого начала операции? Поступи мы так, мы могли бы просто перебить всех проблемных, а затем уже продолжить действовать по плану, верно?

Ответить на этот вопрос взялся Демиург.

— Мы разбирали этот вариант на этапе планирования и, в конечном счёте, бросили эту идею. Прекрасно было бы привлечь выдающихся аристократов, но их, как известно, отбирают не по интеллекту, верно? Рассуждая так, чем больше людей мы втянем в это дело, тем более вероятной станет утечка информации. Вот почему мы предпочли сосредоточиться на одном, сплотив вокруг него новую фракцию.

Создавалось впечатление, что они просто не ожидали, что их избранник окажется столь непредсказуемым.

Следующим руку поднял Коцит.

— Мы. Не. Могли. Бы. Найти. Применение. Исключительным. Представителям. Знати?

— Ну, не то чтобы мы не могли. На самом деле, мы уже нашли кого-то вроде этого, но избалованных сопляков гораздо легче принудить. Мы исходили из той идеи, что предпочтительно пощадить тех дворян, которые хотя бы частично соответствовали своему статусу, вот почему мы выбрали расходный материал из числа знати. Не верите ли вы в необходимость избавиться от нескольких идиотов ради того, чтобы страна стала достойной правления владыки Аинза? Вот потому мы и собрали фракцию, в которую привлекли людей некомпетентных в разных аспектах. В качестве метафоры, вспомните, что собираясь выбросить мусор, вы сначала отправляете его в мусорное ведро. Разумеется, мы получили данные о талантливых людях Королевства, но нам также хотелось бы собрать информацию из наших собственных источников.

Поскольку Колдовское Королевство не нуждается в иной знати, кроме нескольких талантов или же трудолюбивых аскетов.

— У меня есть вопрос, — сказала Шалти, поднимая руку, — Я не уверена, что понимаю~ Даже если этим дураком дворянином манипулировали, разве его действия не представляли собой нападение на Колдовское Королевство? Если это так, то Колдовское Королевство не сможет использовать это как повод для вторжения в Королевство?~ Если это действительно была ловушка, поставленная кем-то, разве мы не могли бы их просто раздавить?

— Это верно, мы должны были так поступить, особенно в том случае, если там не было закулисных гениев… но… хм…

Альбедо взглянула на Демиурга, побуждая его ответить: "Правильно". Затем Демиург перевёл взгляд на Аинза, прежде чем посмотреть на Стражей.

— Крайне сложно найти правильный баланс в этой ситуации. Хотя теперь, когда нам даровано озарение от владыки Аинза, мы поняли, что этот дворянин совершил свой поступок бездумно. Если накажем его лишь слегка за такое преступление, на Колдовское Королевство будут смотреть свысока другие нации. Итак, что, по вашему мнению, станет наиболее подходящим наказанием для напавшего на караван с флагом Колдовского Королевства, — по-сути знаменовавшего самого владыку Аинза, — и запятнал общественную репутацию владыки Аинза?

— Мы должны убить его.

— Да, я думаю, что сестра права.

— Это точно. Так и должно быть. Теперь я должен спросить вас всех. Мы просто оставим всё как есть, после того как разберемся с этим преступником?

— Так. Не. Пойдёт.

За. Преступление. Также. Должен. Ответить. Его. Господин.

Коцит кивнул, замолчав.

Аинз никогда не был так потрясён, как сейчас.

Хотя для него обернулось сюрпризом, что Стражи так остро среагировали, подобное поведение вполне подходило их характеру. Потрясло же Аинза то, что они приняли его небрежно отпущенный комментарий о дворянине за чистую монету.

Если честно, это весьма пугало.

— Правильно, я тоже согласен с суждением Шалти. За то, что они оказались достаточно глупы, чтобы сделать из владыки Аинза дурака, я утверждаю, что мы должны наказать всё Королевство! Но, тогда…

— Владыка Аинз однажды сказал, что "управлять разрушенной страной вредно для нашей репутации". Я также слышал, что владыка Аинз не заинтересован стоять на куче обломков, поэтому мы должны стараться изо всех сил, чтобы избежать этой ситуации.

Услышав сказанное Демиургом, Альбедо кивнула.

У Аинза в голове в противовес этому было два вопроса.

Во первых, он когда-нибудь говорил что-то подобное раньше?

Если вы бы опросили сотню жителей Назарика по вопросу "Кто прав, Аинз или Демиург?", возможно большинство, нет, 99 из них ответило бы, что Аинз. Только один человек окажется против этого убеждения, и этот человек — Аинз Оал Гоун.

Но как можно доверять ему, как человеку, который даже не помнил, что было неделю назад?

Вот почему, хоть у Аинза и не сохранилось воспоминаний об этом, но раз Демиург сказал так, значит он точно говорил об этом в прошлом. Если всё обстояло именно так, то существовал единственный правильный путь.

— Как и ожидалось, вы помните то, что я сказал. Демиург, ты меня очень обрадовал.

— Я-я тоже помню!

— И я, владыка Аинз.

— Угу. Угу. Шалти, Аура. Я также благодарен вам двоим.

Он не мог выяснить, помнили ли они, но он уже соглашался с Демиургом, и сейчас просто повторял тоже самое.

Кстати говоря, как они ещё не поняли, что он некомпетентен? Может он действительно хорош в актерском мастерстве?

Много времени прошло с того момента, как он пришел в этот мир как повелитель Назарика. Всё это время он действовал в роли их повелителя. Они должны были уже видеть сквозь его личину "повелителя", они должны были уже видеть его бесполезную натуру — Сатору.

Разговор продолжился, доставляя ему тягостные муки.

— Итак, следуя пожеланиям владыки Аинза, мы не будем наказывать всё Королевство. Однако, мы не можем позволить им отделаться лёгким наказанием. Нам также придётся приостановить выполнение плана или полностью отказаться от него. По крайней мере, это потребует сильных отклонений в плане.

Аинз не мог не испытывать чувства вины за то, что его слова занимали столь важное место в их умах.

— …Так вот почему. Но Демиург, планы на этот раз действительно провалились?

Демиург, Альбедо и их помощник в Королевстве обладали непостижимым уровнем гениальности с точки зрения Аинза. Неужели план, который являлся кульминацией работы их умов, действительно провалился? Если это так, то он должен помнить о том, что говорит им с этого момента и далее. Наверное, выйдет лучше, если он впредь будет держать рот на замке. Поэтому, на всякий случай, он снова спросил:

— Неужели мы отказываемся от наших планов? Плана "Кнут и Пряник"?

— …

Демиург озадаченно посмотрел на Аинза; знакомое выражение, возникавшее уже много раз. То самое выражение, которое он делал, когда пытался понять истинный смысл его слов, как будто они все являлись эвфемизмами, произнесенными существом на ином уровне гениальности.

"Ошибаешься. Демиург. Я просто пытаюсь подтвердить то, что ты сказал. Нет никакого скрытого смысла. Тебе лучше расслабиться, отмокая в ванне."

Эти мысли исчезли как раз тогда, когда Аинз собирался озвучить их.

Как только неприятное предчувствие возникло в его голове, как и ожидал Аинз, Демиург застыл с таким выражением, словно его внезапно осенило.

— …Нет, подождите, может ли это быть… Владыка Аинз. Возможно, у вас были те же самые намерения, когда вы безупречно привели Империю под наше господство?

Его предчувствия били прямо в точку.

"Что он несёт?"

Аинз зарядил мысленную гневную тираду на Демиурга, "Какое умозаключение ты сделал, чтобы прийти к этому выводу?"

"— Нет, это совсем не тот случай, — будет лучшим ответом, верно? Но окажется ли этот ответ действительно уместным?"

— ………Правильно.

После долгих колебаний, он дал такой ответ. По какой-то неизвестной причине глаза Альбедо распахнулись так же широко, как у Демиурга.

Это было немного, даже нет, невероятно страшно.

— Понятно… именно поэтому владыка Аинз неоднократно давал нам указания сделать это… пожалуйста, простите вашего подчиненного за то, что он не сразу осознал это, я подвёл своего господина.

— Нет, Демиург. Как мог такой, как ты… нет, как такие, как мы, могли надеяться когда-нибудь полностью понять гениальные планы владыки Аинза? Если мы забудем о том, что каждый шаг владыки Аинза совершается со множеством намерений, то это станет нашей величайшей неудачей.

— …верно. Всё именно так, как вы сказали. Применять политику "Кнут и Пряник" на национальном уровне. Как и следовало ожидать от владыки Аинза. Как и следовало ожидать от лидера Высших Существ…

"Хмпф." Аинз смеялся над собой.

Он больше не мог понять, о чём говорили эти двое.

В этот момент в его голове вспыхнула мысль. Что если эти двое осознали некомпетентность Аинза, и просто пытались прикрыть его?

"Они оба гении. Правда в том, что я не могу понять, насколько они умнее меня. Как долго люди, подобные им, будут продолжать принимать мою глупость за гениальность? Нет, такое изначально было невозможно!"

— Владыка. Аинз. Истинно. Величайший. Ум. Назарика.

— Точно, ты совершенно прав, Коцит. Для владыки Аинза, того, кто способен планировать будущее на тысячелетия и миллионы лет, предвидение на несколько лет вперед — это ничто.

— Э? Э-это правда…? Как и ожидалось от владыки Аинза.

— Иметь возможность планировать на тысячелетия вперед, я действительно восхищён… владыкой Аинзом.

"О чём говорит Демиург?"

"Кто? Когда они заговорили про это? Как кто-то может планировать так далеко в будущее? Не выдумывай всё это." Аинз подавил желание озвучить свои мысли. Будет плохо, если два наивных ребенка воспримут это за правду.

Однако, поскольку он одобрял каждое из предложений Демиурга, он не знал, как лучше всего ответить ему сейчас. К тому же, если он начнет возражать сейчас, это, скорее всего, создаст ему проблемы в будущем.

"Значит, я всё ещё должен вести себя как обычно?"

Окажись лицо Аинза способным отражать его эмоции, на нём, вероятно, застыла бы подозрительная улыбка. После размышлений, ему удалось придумать нужный ответ, который не подтверждал и не опровергал заявление Демиурга.

— Нет, это вовсе не так.

— Нашему господину не нужно быть таким скромным~. О, великий владыка Аинз.

— Иметь. Возможность. Мыслить. Так. Далеко. В. Будущее… Нет… Если. Это. Было. Бы. Не. Так. То Он. Не. Был. Бы. Лидером. Высших. Существ.

Он не мог терпеть этого больше, ему нужно было просто отбросить показуху.

И Аинз принял решение.

— Итак, поскольку теперь у нас есть разрешение владыки Аинза, давайте обсудим ужасное наказание, которое ожидает Королевство.

— Э?

С какого момента в их разговоре стало звучать слово "ужасное"? Аинз оказался полностью озадачен.

Альбедо сложила руки вместе и широко улыбалась. Очаровательная Альбедо и Демиург заговорили в унисон:

— Империя, подчинившаяся владыке Аинзу сразу, получила Пряник. Королевство, не пожелавшее сдаваться, заслужило Кнут. Сделав так, мы отправим сообщение для всех вокруг. Кнут и Пряник, людям этого мира предстоит сделать выбор. Вааа, всё действительно становится интереснее, не так ли, владыка Аинз?

— …Ух

***

Хильму с силой выбросило туда, откуда её забрали. Перенесшие её [Врата] исчезли в тот же миг, едва она оглянулась.

Она осматривалась вокруг после выброса, потирая ушибленную от удара об землю руку. Она находилась в хорошо проветриваемой, просторной и знакомой комнате.

Когда-то здесь располагался штаб игорного отдела, особняк Ноя Зведена. Первоначально он купил этот участок земли с намерением построить на нем казино, что было незаконно. Они успешно построили соответствующий особняк, но из-за непредвиденных обстоятельств, остальные планы пришлось отменить.

По этой причине, особняк включал в себя огромные комнаты для игр, и Хильма сейчас находилась в самой большой из всех.

Наконец, Хильма успокоилась и глубоко вздохнула.

Её тело трясло от переполнявшей её радости.

— Хильма!

Её компаньоны бросились к ней. Помимо неё, в комнате оказалось трое, включая Озкязу, звонившего в колокольчик на столе.

Слёзы заливали их глаза.

Конечно же, их бледные лица выражали беспокойство о её благополучии.

— Ты цела!? С тобой всё в порядке!? Как твой живот?

— Мы приготовили фруктовое вино! Желаешь промочить свой клюв?

— Остальные уже вскоре будут здесь!

— Ной, Эндио и Озкязу, — трое смолкли, услышав голос Хильмы, — Простите, что заставила вас волноваться за меня.

— Да ладно тебе! Ты, должно быть, прошла через многое, тебе срочно нужен отдых.

Ной произнёс это, смахивая слезы с уголков глаз. Должно быть, он думал, что она испытала "это", или нечто столь же ужасное. Хильме ничего не оставалось, кроме как объясниться.

— Мне не пришлось переживать "это", они вообще со мной ничего не сделали.

Атмосфера в комнате стала уплотнятся, пока её компаньоны обменивались недоумевающими взглядами, словно вопрошавшими "такое действительно возможно?"

— Я также встретилась с Его Величеством, Его Величеством Королём-Заклинателем.

Влажные глаза Хильмы напоминали собой разбитый волнорез, от которого нескончаемым потоком лились слезы.

— Его Величество Король-Заклинатель…

Поскольку один лишь этот титул внушал неописуемый ужас, Эндио немедля сложил руки в молитве, хотя и не был верующим, другие же двое начали лихорадочно озираться по сторонам.

Возможно, они пытались найти соглядатаев, пусть даже никогда с ними раньше не сталкивались. Они хорошо знали, что всегда может быть кто-то, способный подслушать их разговор.

— Вы встретились… нет, тебе была дарована аудиенция у него? В таком случае, счастье, что ты вернулась невредимой.

— Уфуфу…

Всё ещё плакавшая Хильма в ответ лишь улыбнулась.

Хотя Король-Заклинатель вызывал к себе каждого из них, они всё время просидели в поклоне и даже не видели его лица.

Однако, из полученной с третьих рук информации от людей, что украдкой видели его, Восемь Пальцев, в том числе и Хильма, пришли к однозначному выводу, что Король-Заклинатель был воплощением зла. Нет, он был просто заклинателем, который полагался на жестокие методы пыток и мог безжалостно сокрушить солдат Королевства.

— Его Величество… Его Величество по-настоящему разумный господин. Он был не только терпим к моим неудачам, но даже милосерден в своих решениях.

Внезапно мир вокруг словно замер, время остановилось.

Ной стоял, потрясённый на мгновение, но затем его глаза сузились, словно выражая жалость.

По правде, если бы кто-то иной произнес это, Хильма еще несколько минут ранее подумала бы также. "Так вот в чём дело, её полностью сломали" — или нечто подобное.

Двое позади неё говорили с налитыми кровью глазами: "Хильма… я даже немного завидую тебе сейчас.", "Ах, если бы я мог быть там рядом с тобой…" — и подобные причитания.

— Нет, постойте. Возможно, на неё наложено какое-то заклинание контроля разума; Хильма, это правда?

Ной не переставал задавать вопросы. Конечно, сама она знала, что не находиться под влиянием каких-либо заклинаний, но в тоже время, доказать это им она не могла. Поэтому, она просто игнорировала его вопросы, продолжая рассказывать. Верить или нет, этот выбор уже за ними.

— Я тоже не верила, что вернусь живой, и единственная причина моего возвращения без единой царапины — наш господин. Его Величество Король-Заклинатель — воистину личность, достойная зваться Королём. Если бы наш господин не оказался там…

Вполне вероятно, что её заставили бы взять ответственность за случившееся. Вероятно — нет, это наверняка, — она определенно оказалась бы вовлечена в это и понесла бы наказание за действия того идиота. Премьер-министр Колдовского Королевства, Альбедо, точно сделала бы это.

Будь она на её месте, то тоже заставила бы взять кого-то вину на себя, даже окажись наказание не смертью, но просто болью и мучением. Потому, с её точки зрения, принятое Королём-Заклинателем решение было намного более милосердным, чем ей могли бы дать.

— …Хильма. Прости, что прерываю твою болтовню про милость Его Величества, но это было частью его политики Кнута и Пряника.

— Правда…? Уммм, возможно, это и было причиной.

Даже сказав это, Хильма не верила, что это правда.

Хильма могла определить ход мыслей человека по колебаниям его голоса, выражениям лица и пристрастиям.

Это не было какой-то необычной способностью, но просто навыком, пришедшим с опытом. До некоторой степени он был точен, и если на эти чувства можно положиться, то Король-Заклинатель и Альбедо не занимались банальной игрой в хорошего и плохого полицейского.

Причиной же её неуверенности в своём суждении являлась та деталь, что было крайне затруднительно считывать мысли Короля-Заклинателя, лицо которого ровно ничего не выражало. Так что оставался шанс, что его предположения верны.

— Это точно. В конце концов, мне самой доводилось в прошлом проворачивать подобное. Но… аххх, как же сладок Пряник для тех, кто уже познал на себе боль Кнута. Возможно, нас обманули, возможно, что Его Величество — это пугающее существо, неспособное сопереживать людям, а его приближённые стояли там, наблюдая, чтобы он не переборщил. Но даже так, я предпочла бы верить ему. Нет… я желаю верить ему.

Дамы ночи, которых легко обманывали мужчины, и которые в результате оказывались опустошены, это то, что Хильма сама повидала множество раз. Она знала, что ничем не отличается от тех несчастных женщин, которых видела в прошлом. Но даже так, она не могла противостоять способности Короля-Заклинателя притягивать к себе людей.

— …Хильма. Тебе доводилось встретить множество видов мужчин. Среди всех нас, ты лучшая в плане оценки людей, особенно мужчин. Скажи по правде, к какому типу относится Его Величество Король-Заклинатель?

Будучи проституткой высокого класса, она действительно встречалась с самыми разными мужчинами, в том числе с высоким происхождением и большой властью. Она так часто встречалась с подобными мужчинами, что это стало её раздражать.

Если бы она могла сравнить и сопоставить их…

— Если бы я взялась описать его одной фразой, то ею стала бы "милосердный господин". Он наделен ясным умом, позволяющим глубоко размышлять и судить, но также достаточно гибким, чтобы приспособить конструктивные предложения подчиненного под ход своих мыслей. В дополнение к этому, он не злорадствует ради собственной забавы. Как бы это сказать… верно, он просто не излучал такой ауры, понимаешь? Разумеется, он всё же способен беспощадно наказывать, когда возникает такая необходимость.

— Какой лестный отзыв, особенно от тебя.

Малейший намек на улыбку промелькнул на лице Хильмы, сопровождаемый смешком "уфуфу".

— Это точно. Хотя наш господин — нежить, он олицетворяет собой справедливость и милосердие. Даже в своем бессердечии он не жесток. В конце концов, естественным следствием неудачи является наказание. Он мог бы убить меня, дабы поучить вас, но Его Величество так не поступил.

Она не знала, кто только что сглотнул, но этот звук эхом прокатился по просторной комнате.

— Надеюсь, Его Величество Король-Заклинатель останется с нами навсегда. Будь он нашим господином, он бы…

Давящая тишина тяжким грузом легла на их сердца.

— Оооооох…

Кто-то выдохнул как проповедник, словно узревший чудо.

Не ведая, когда дышащий в спину рок наконец их настигнет, эти люди, привыкшие жить в постоянном страхе, словно обрели спасение.

— Понятно … значит, ты говоришь, что мы должны стать ещё более преданными, чем уже сейчас, верно?

— Да, Ной. Теперь-то, когда мы это знаем… так и стоит поступить. Но премьер-министр Колдовского Королевства Альбедо — по-прежнему ужасающий господин. Я и представить не могу, чтобы она сказала мне то же, что сказал Его Величество Король-Заклинатель…

И хотя последнее предложение она пробормотала себе под нос, её собеседники, которые полностью её услышали, удивились.

Трудно было прочитать мысли демона, известного как Альбедо, но её интуиция в тот момент подсказала ей, что что-то не так.

Возможно потому, что её мозг был перегружен в тех экстремальных условиях.

Её интуиция твердила ей:

Несмотря на то, что Короля-Заклинателя можно считать милосердным, Альбедо видела в людях просто игрушки. Как-то так.

Хильма действительно хотела сделать всё возможное, чтобы она и её товарищи могли стать прямыми подчиненными Короля-Заклинателя. Он был бы таким господином, который вознаграждает кого-то, основываясь на качестве их работы, и он не стал бы необоснованно наказывать подчиненных.

— Вы все. Давайте будем стараться ещё сильнее на благо Его Величества Короля-Заклинателя.

Хильма, желая поделиться своими мыслями, сказала это троим людям перед собой. После того, она начала искать помощи от различных источников для выполнения задания, которое ей поручил Король-Заклинатель.

Глава 2. Начало погибели.

Часть 1

В столице Королевства Ре-Эстиз, в Валенсийском дворце.

В одной из комнат стояла жара, типичная при таком количестве собравшихся внутри людей. Хоть это число и было небольшим, комната тоже не была просторной. Дело в том, что люди в этой комнате были так серьёзны и заняты, что температура внутри комнаты начала постепенно подниматься.

В центре стоял прямоугольный стол для совещаний, а на главном сидении в комнате размещался Рампосса III. Справа от него сидел второй принц Занак, а остальные места были заняты придворными и министрами. Из-за того, что все они были в преклонном возрасте, окинув взглядом всю комнату, вы бы увидели лишь седые волосы на седых головах и блестящие лысые головы.

В обычной ситуации все, кроме короля, встали бы для засвидетельствования своего почтения, а затем должным образом начали совещание — таков был этикет как-никак, — но этого не произошло. Перед каждым из них стояли чаши с напитками, что указывало на потенциально длительное собрание.

Убедившись, что все получили подготовленные материалы, Занак громко сказал:

— Тогда давайте начнём собрание. Темой этого собрания будет объявление войны, которое мы получили от Колдовского Королевства. Он использовал такую громкую фразу, как "объявление войны", в надежде на то, что все отнесутся к этому собранию с заслуженной серьёзностью.

Правда в том, что у седовласого министра внутренних дел, примерно того же возраста, что и его отец, было самое недовольное выражение лица из всех присутствующих. Судя по всему, он был очень встревожен чрезвычайным положением.

Занак украдкой взглянул на лицо отца. Суждение отца беспокоило его больше всего. Мог ли его отец всё ещё полностью понимать, насколько опасной эта ситуация может быть, и принять соответствующие меры против неё?

"Возможно, у него есть какие-то чувства к Королю-Заклинателю, который убил этого парня…"

Он слышал, что после того, как его отец получил известие о гибели воина-капитана Газефа Стронофа, он был потрясён до глубины души и не мог ясно мыслить. После того, как ему объяснили, что воскрешение невозможно, он пришёл в такую ярость, которой никогда раньше не видели. Занак был свидетелем всего этого, потому что во время этого происшествия он был там со своим отцом.

С тех пор его отец весьма сильно внешне постарел. Он потерял всякую мотивацию и был таким же безжизненным, как манекен, сделанный из плоти и костей.

Сможет ли его морально травмированный отец принять спокойное решение против заклятого врага, Колдовского Королевства?

"Скорее всего, всё будет зависеть от меня…"

Занаку стало не по себе, и он взглянул на министров.

Темой этого собрания было письмо, доставленное им несколько дней назад посланником из Колдовского Королевства, — официальный документ с печатью Колдовского Королевства. Содержание документа гласит: "Конвой с зерном из Колдовского Королевства, предназначенный для гуманитарной помощи Святому Королевству, был взят силой подданным Королевства Ре-Эстиз. Мы считаем это враждебным действием против Колдовского Королевства и объявляем войну вашей стране."

Документ также имел печати других стран, которые одобрили действия Колдовского Королевства.

На данный момент посланник находился в столице, ожидая ответного письма Королевства для доставки. Учитывая, что это было официальное общение между странами посредством документов, давать другой стране одну-две недели на ответ было обычным делом. Даже в таком случае, когда они придут к консенсусу относительно ответа, закончат свои приготовления, завершат расследования, и так далее, им, вероятно, потребуется больше данного им времени, даже если они будут торопиться с каждым этапом процесса.

— Мне очень жаль. Из-за того, что нам пришлось изучить две из шести печатей документа, это заняло довольно много времени.

Тот, кто опустил голову, был министром иностранных дел, который также был министром печатей и отвечал за изучение печатей, одобривших решение Колдовского Королевства.

— Те четверо, в ком мы были уверены раньше, это Колдовское Королевство, Империя, Драконье Королевство и Святое королевство, верно?

Министр иностранных дел кивнул в ответ на вопрос министра финансов.

— Именно так. Из двух оставшихся - один из Королевства Дварфов. Хотя мы определили эскиз как гномий, печать всё ещё имела некоторые отличия от тех, что были в документах, которые мы получили от них два столетия назад. После того, как мы получили помощь Ре-Бламрашера в изучении, мы нашли похожую печать, поэтому было решено, что это переделанная печать нынешней эпохи. Другая печать, та, что была рядом с печатью Святого Королевства, оказалась печатью так называемой "Безликой".

— Они поставили личную печать рядом с государственными печатями?

Министр военных дел пребывал в полном недоумении.

Он был самым молодым из министров. Он и Занак значительно снизили средний возраст присутствующих в комнате. С учетом сказанного, ему уже за 40 лет.

Его внешность не соответствовала должности министра военных дел; он был худощав, слаб и имел лицо, выдававшее в нём невротика. Он казался скорее финансовым служащим, чем военным.

Его отношения с Газефом не были хорошими, — или даже больше, он намеренно выставлял напоказ свою неприязнь, — так что Рампосса не слишком доверял ему и часто не допускал на собрания. Из-за отсутствия контактов между ними, Занак мало знал о его способностях.

Однако раз маркиз Рэйвен нахваливал его способности Занаку, он должен быть тем, кто, по крайней мере, способен работать за свои кровные. Каким бы он ни был человеком, он должен быть компетентным, так? Нет, если бы он не был бы компетентным, он бы не стал министром.

— Похоже, что министр военных дел не ознакомлен с этим вопросом. Обычно, когда Святое Королевство накладывает свою печать на документы, их высшая жрица также ставит печать их храма. Это должно быть что-то похожее.

— …то есть, они пытаются сказать нам о том, что "Безликая" уже завладела властью в их религиозных институтах, или что она имеет большее влияние, чем они имели раньше?

— Ваш слуга считает, что так оно и есть, Ваше Величество. Документ, который мы получили при коронации нынешнего Святого Короля, всё ещё имел печать их храма, поэтому, похоже, что она начала укреплять своё могущество после этого события. Хотя мы никогда не видели печать этой "Безликой" и не смогли подтвердить её действительность, поскольку она поставлена рядом с государственной печатью Святого Королевства, мы лишь можем предположить, что это так.

— За исключением Совета Агранд и Теократии Слейн, большинство стран одобрили и присоединились к осуждению Ре-Эстиз со стороны Колдовского Королевства. Это была не уловка Колдовского Королевства, а чистая правда.

— Да, Ваше Величество.

Его отец устало вздохнул.

— Неужели Драконье Королевство тоже преклонило колени перед Колдовским Королевством?

— Мы не можем быть уверенными, Ваше Величество, потому что нам ещё предстоит получить информацию о том, что произошло в Драконьем Королевстве. Возможно, они пали жертвой некой сладкой речи или, возможно, они почувствовали, что больше выиграют, перейдя на сторону Колдовского Королевства, чем на нашу сторону.

Драконье Королевство, вероятно, только одобрило действия Колдовского Королевство и не участвовало в самой войне.

— Правда? Я понимаю, министр иностранных дел. Спасибо за проделанную работу. А теперь… министр внутренних дел, сколько людей в Королевстве верят в содержание этого документа?

— Да. Пусть и мы не уверены относительно всего Королевства, около семи из десяти тех, кто находится при дворе, считают это уловкой Колдовского Королевства. Одна десятая из нас считает, что это сделали разбойники — та часть черни, которая достаточно невоспитанна и слабоумна, чтобы сделать такую вещь. Оставшиеся две десятых считают, что это может быть заговор третьей страны.

— Хмм, окажись это заговором, их целью наверняка стало бы ослабление обоих наших государств, или же попросту разрушение мира между Королевством и Колдовским Королевством. В таком случае, это дело рук Совета Агранд и Теократии.

— Ваше Величество, я считаю, что это слишком поспешное заключение. Существует также вероятность того, что Империя замышляет изменить свой статус вассального государства. В конце концов, окажись это рыцари Империи, для них вполне легко было бы атаковать и сокрушить конвой.

— …это было бы невозможно. Инцидент случился на землях Королевства. Разве наши расследования не показали, что нападавших было несколько десятков? Даже если это Империя, Совет Агранд или же Теократия, для них невозможно было бы провести такое число солдат на нашу территорию за нашими спинами. Если только не допустить, что им помогали изнутри. Возможно, они подкупили бандитов внутри Королевства, как вариант также и наемников — суть не в этом, а в том, что мы, как государство, допустили ошибку.

Министр военных дел утверждал, что в этот заговор не могли быть вовлечены иностранные солдаты, не относящиеся к Королевству.

Всем было хорошо известно, как много усилий ему пришлось приложить, дабы восстановить общественный порядок, едва не полностью разрушенный после той битвы. Он доказал свои способности в период разгрома, потому, вероятно, и был так уверен в своих суждениях.

— С бандитами пришлось бы туго, но я не оставляю надежду, что мы бы могли принять сколько-то наемников в свои ряды, хотя сейчас нам просто недостаёт на это финансов.

— Вы заявляете, что наши финансы не в порядке?

— Я вообще такого не говорил.

— Но вы подразумевали это…

— Министр финансов, министр военных дел, прошу, прекратите спорить. — У нас сейчас нет на это времени.

Оба склонили головы, услышав слова короля.

Министр военных дел продолжил свою речь, в теперь уже тихом зале.

— Но у меня нет никаких сомнений в наличии заговора со стороны неизвестных. У меня есть свидетельство стражей ворот, что караван шёл под флагами Колдовского Королевства и обладал внушительной охраной, когда покидал столицу.

Большинство жителей Королевства слышали о той резне, что учинило Колдовское Королевство на равнинах Катц, так что ни один из них не посмел бы провоцировать столь ужасающего соседа.

Если им предстояло выяснить, кто же стоял за всем этим, то лишь одна страна подходила по всем условиям.

— Колдовское Королевство.

Многое становилось на свои места, стоило произошедшее представить как ими организованный и ими же воплощенный заговор.

Вероятно, они просто приказали каравану сжечь или избавиться от груза, — но, скорее даже, что телеги просто не были загружены с самого начала — и придумать предлог, что на них напал кто-то несуществующий. Трудно представить себе более правдоподобное объяснение.

— Занак, хотя прошло немного времени, каких результатов удалось достичь в ходе вашего расследования?

— На самом деле… я, ваш сын, уже нашел того, с кого начался весь инцидент.

Лица всех придворных выражали потрясение.

— …дело в том, что как раз это и осложняет дело. Мы сомневались в том, что это заговор именно потому, что оказалось так легко найти преступника. Не могли бы вы быть столь снисходительны, чтобы дать мне ещё немного времени?

— Конечно, нам важно выяснить все детали произошедшего, но любая добытая информация сейчас окажется крайне полезной. Можете доложить, что вам удалось выяснить — в чём вы полностью уверены?

— Как пожелаете, мой король. В чём нет сомнений, так это в том, что в числе преступников есть барон Филипп Дейтон Л'Эйр Мочарас и его крестьяне.

Придворные подняли шум: "Мочарас? Вам доводилось слышать раньше это имя? Барон с крестьянами атаковал конвой? Намеревались ли они отомстить за кого-то, кто пал в той битве? Наверное, он из тех людей, кто не слишком задумывается о том, что делает? Эмоции, порой, приводят человека к неожиданным вспышкам ярости, не так ли?"

В разгар этого разговора с речью выступил министр юстиции, который, казалось, был очень раздражён:

— Ваше величество, это… это похоже на замысел Колдовского Королевства, верно? Ваш слуга никак не может понять, зачем дворянин Королевства мог выдумать подобное.

— Я согласен. Разве Колдовское Королевство не является страной, которая свободно использует [Очарование] при своих дворах? Вполне возможно, что они не поскупились бы на столь грязные методы даже на государственном уровне. Например — что, если этот барон управлялся посредством [Очарования]?

Фраза "понятно" разнеслась по залу. Занак не мог не чувствовать сожаления по поводу оглашения этой информации, после того, как услышал выдвинутые министром обвинения во второй половине риторики.

— Если это так, то нам стоит как можно скорее предложить защиту этому барону. Хотя я не слишком разбираюсь в данном вопросе, я слышал, что заклинание [Очарование] оставляет жертве память о времени, когда заклинание начало действовать. По этой причине, он и не собирался молчать.

Занак не был столь хорошо осведомлен в магии, как министр, потому и совершил ошибку новичка.

— Позовите этого барона. Разберитесь в случившемся. В то же время, защитите его.

— …мой король, — Занак не желал этого произносить, но, собравшись с духом, заговорил: — после выяснения обстоятельств произошедшего, можем ли мы предложить голову того барона в качестве извинений Колдовскому Королевству?

— О чём ты говоришь?

Взгляд его отца был настолько острым, что, казалось, он готов пронзить его насквозь. Даже сейчас, став не более чем дряхлым стариком, человек, носивший титул короля столь долгое время, всё ещё обладал аурой, достойной похвалы.

"Сомневаюсь, что обладаю таким же уровнем величия, но, я не сдамся так легко."

Даже если это был замысел Колдовского Королевство, действительно ли это стоило того, чтобы сражаться на поле боя, специально подготовленном для них врагом? Он пребывал в ужасе от перспективы, что они продолжат спорить о том, был ли это заговор или нет до того момента, когда их втянут в полномасштабную войну.

Чем ждать, пока события дойдут до этого, лучше было бы просто передать голову дворянина, и поскорее, с надеждой, что это поможет ослабить накал ситуации.

Абсолютно неразумно сражаться с оппонентом, который уже продемонстрировал подавляющую мощь в прошлой битве. Если война всё же начнется, ему трудно представить, что дворяне, ставшие свидетелями той трагедии, продолжат отправлять налоги.

Даже если они решат отправить своих солдат, они лишь подвергнут себя опасности.

— Мой король, я верю, что нам нужно избежать войны с Колдовским Королевством.

— Значит, вы готовы преподнести невиновного дворянина в качестве жертвы? Разве это то, что должен говорить наследник трона? Сын мой, думай, прежде чем говорить.

Занак облизнул губы и ответил:

— Мой ответ остаётся неизменным независимо от того, что могут сказать другие. Я считаю, что для нас возможно пожертвовать малой частью для избежания больших потерь.

— Если мы это сделаем, должны ли мы теперь отдавать голову каждого лояльного слуги, когда Колдовское Королевство просто стучится в дверь? Ты понимаешь такую простую логику?

— Я понимаю… но отец, вы ведь видели трагедию на равнинах Катц, которую не видел я. Вы всё ещё хотите после такого конфликтовать с Колдовским Королевством?

Его отец вздохнул и скривил губы в прямую линию. Занак продолжил говорить, получив преимущество: — Я против этой идеи. Позвольте мне повториться, я считаю, что войны с такой державой стоит избегать любой ценой, даже жертвуя невинным дворянином.

Его речь едва ли походила на речь наследника престола. Его могли бы назвать слабым. Многие лояльные к нему дворяне наверняка разочаровались бы в нём. Но Занак считал такой выход единственно верным, чтобы сохранить Королевство.

— …Ваше Величество. Ваш слуга тоже поддерживает решение Его Высочества.

Министр внутренних дел согласился, однако на этом не закончил, добавив ещё к предложению Занака:

— Ваше Величество, ваш слуга понимает ваше желание защитить всех граждан. Поэтому, как насчёт того, чтобы стать вассалом Колдовского Королевства?

Услышав, что сказал министр внутренних дел, придворные стали кричать: "О чём ты говоришь!?", "Ты потерял чувство чести!?" Министр проигнорировал их всех, обратив внимание лишь на отца Занака.

Столкнувшись с предложением, которое заклеймило подателя предложения предателем, его отец постепенно выдавил улыбку.

— Это в особенности то, что я не могу сделать. Это было бы похоже на предательство целых поколений людей, что служили Королевству. Как мы будем смотреть им в глаза? Извините, граф. Спасибо за ваше предложение.

— Ваш слуга не заслуживает этого извинения от вас.

Занак увидел, что они общаются на более глубоком уровне своими взглядами.

Сможет ли он иметь придворных, которые были бы столь же преданными?

Его отец милосерден, ничего более. Нет… возможно именно поэтому ему служат талантливые люди. Его отец особенно хорошо умел нанимать людей, что талантливее его самого, к примеру — воин-капитан Газеф Строноф.

Занак чувствовал, что он был бы лучшим королём, чем его брат, Барбро, который бы стал марионеткой Восьми Пальцев или дворянской фракции, что привело бы к крушению королевства. Вот почему он работал вместе с маркизом Рэйвеном, чтобы стать Королём или великим герцогом, дабы подготовиться к будущему.

Но теперь… Занак чувствовал себя неполноценным в сравнении с гением его сестры и харизмой его отца. Даже стань он королём, маловероятно, что у него бы вышло сделать Королевство лучше.

Единственное, что он мог сделать, — это улучшить самого себя, но это было не так легко, учитывая его возраст и личность, плюс он никогда не хотел самосовершенствоваться. Вероятно, он сохранит свой характер до самой смерти.

— …Министр военных дел, я хочу предложить чисто гипотетически. Что мы можем сделать, чтобы выиграть войну против Колдовского Королевства?

Можем ли мы заключить союз с другой страной до войны? Мы будем сражаться с ними одни?

Занак, Рампосса III и министр иностранных дел обменялись взглядами. Занак, как их представитель, ответил:

— Мы не достигли успеха в создании альянса с Советом Агранд. Мы начали переговоры с ними — сразу после того, как эта битва закончилась. Мы не смогли сформировать альянс тогда. Если бы они знали, что наши отношения с Колдовским Королевством ухудшились, вероятность отказа была бы только выше.

— Если это так … тогда, Ваше Величество, этот вопрос можно сформулировать иначе. Что вы считаете условием победы в этой войне? Должны ли мы потеснить противника в бою? Или же нам предстоит убить — нет, точнее, уничтожить Короля-Заклинателя? Если верно последнее, то я не вижу за нами никаких шансов на победу.

— …министр военных дел, но это совсем не так. Что, если нам достаточно вынудить противника отвести свои силы?

— Позвольте мне подумать… — министр военных дел склонил голову набок, словно уйдя в размышления. После паузы, он ответил: — нам предстоит понадеяться на удачу, но если мы проведём армию в обход на Э-Рантел, пока их войска ещё будут маршировать из Э-Рантела к столице, у нас появится шанс изменить исход битвы.

— И нам понадобится прорываться через три слоя их оборонительных сооружений?

— Да, Ваше Величество. Что-то подобное мы смогли бы достигнуть, только если нам удастся тайно провести за их линию обороны столь крупную армию, какую только сможем собрать, — вот почему я сказал, что нам потребуется удача. Разумеется, если Король-Заклинатель, тот, кто способен направить столь ужасную магию, даже не вспотев, останется в Э-Рантеле, то весь план пойдет насмарку.

Иными словами, если удача отвернётся от них, то их шансы на победу равны нулю. Занак не был уверен, понимал ли его отец весь смысл сказанных министром слов.

— Стоит отметить, что если бы Король-Заклинатель вторгся без предварительного объявления войны, всему уже наступил бы конец. Внезапная атака застала бы нас неспособными вовремя рекрутировать достаточно солдат, и тогда мы даже не смогли бы приступить к осуществлению плана.

Существовала традиция предварительного объявления войны между странами, своего рода правило этикета среди джентльменов.

Отправка официального объявления войны служила сообщением окружающим о том, что "наша страна поступает по правилам этикета" ко всем соседям. Те, кто не делали так, рассматривались как варварские народы, а потому, их международной репутации наносился бы существенный урон.

Между странами с разными расами такая традиция не была столь распространена. Однако даже если речь заходила о странах разных рас, многое зависело от эпохи, истории, дипломатических отношений с соседними государствами и тому подобного.

Итак, учитывая обстоятельства, как поведёт себя государство, управляемое нежитью, ненавидящей живых? Стоит ли от них ожидать официального объявления войны?

— …Мой король. Как я и ожидал, у нас будут лишь мизерные шансы на победу, окажись мы втянуты в войну. В таком случае, разве не стоит нам любыми средствами пытаться избежать такого исхода, особенно ценой малой жертвы?

— Ценой малой жертвы…?

— Да, мой король. Нам стоит вызвать этого барона немедленно и отдать его под суд. После этого, мы заставим его взять на себя ответственность за свои действия независимо от результата, и отрубим ему голову.

— …Мы не можем так поступить, Занак. Вызвать барона и объявить над ним суд — это правильно, но если он окажется невиновен или если мы сможем объявить его невиновным, я не сделаю так. У меня есть лучший план на уме.

— Лучший план…? И какой же?

Его отец замолчал и встряхнул головой.

Заметив это, Занак пришел к выводу, что его отец наверняка лгал. Окажись у него лучший план, он объявил бы о нём. А если нет, то он, вероятно, лжёт, дабы прикрыть факт того, что не придумал убедительной причины, почему они должны пощадить того дворянина.

Занак ощутил разочарование в своем отце и начал размышлять о своих следующих действиях.

"С какой стороны не посмотри, но будущее Королевства выглядит мрачным… Похоже, мне придется сделать это силой."

Прежде всего, им требовалось возложить всю ответственность на этого барона.

Хотя вероятность ничтожна, этот барон всё ещё мог оказаться источником всех их неприятностей. В любом случае, если они смогут сделать это правдой, все их проблемы будут решены.

Однако Занак не мог выдумать способ скинуть всю ответственность на него. Что, если он убьет барона во время его поездки в столицу, а затем объявит его виновным? Его отец не смог бы оспорить это, сложись всё так.

Даже если его отец станет возражать против такого плана, пока он сумеет выполнить его сам, всё будет улажено. Он уже думал, не обернется ли всё именно так, едва услышав об этом инциденте. И тогда он уже подошёл к определённому выводу.

К тяжкому преступлению узурпации трона.

Он стоял так близко к наследованию трона, что сейчас ему даже не требовалось что-либо делать, лишь ждать. Число недостатков такого действия, которое он собирался совершить, казалось просто непомерным. А единственным преимуществом этого плана станет решение сподручной проблемы.

С этой точки зрения, узурпация трона выглядела как очень глупая идея, но если он предпочтёт оставаться в стороне, то, в скором времени, само название Королевства станет историей.

Занак надеялся, что, по крайней мере, получит одобрение от присутствующих придворных. Кроме того, ему потребуется также попросить об услугах того человека его сестры. Брейн Англаус являлся незаменимой деталью его плана. Окажись Брейн здесь, перевес в силе определенно был бы на их стороне.

" …ах… как раздражает! Почему я вообще должен замышлять подобное? Если бы только Колдовского Королевства не существовало! Если бы только той чудовищно сильной нежити не существовало!"

Хотя, если бы не Колдовское Королевство, если бы не их ежегодные битвы с Империей, тогда его брат уже мог бы стать Королём, но Королевство бы не оказалось загнано в угол, как сейчас.

Занак мысленно выругался.

И тогда, по залу прокатился стук в дверь.

Занака накрыло дурное предчувствие.

Прерывать столь важное собрание могло лишь сообщение о чрезвычайной ситуации. Откровенно говоря, даже звук от двери говорил о том, как настойчиво в неё стучали.

Вопросы такой важности обычно… нет, они определенно были плохими новостями. Такое предчувствие охватило Занака.

Занак, в согласии с полномочиями, дал разрешение войти. Как он и ожидал, рыцарь с паническим лицом забежал в зал.

— Предвестник из Колдовского Королевства докладывает, что их премьер-министр, Альбедо, прибудет в столицу менее чем через два часа!

Во время прошлых переговоров, титул Смотрителя Стражей не вызывал у них понятных ассоциаций, поэтому они, по-видимому, сменили её титул на легче воспринимаемый премьер-министра. Появление человека такого калибра подтвердило его опасения?

— …нет, постойте.

Его предчувствие оказалось не совсем верным. Прибывшие новости не были плохими — они были худшими.

"Итак — с какой целью она прибывает?"

Посланника, принесшего официальный документ, в этом дворце не было. Хоть он и хотел, чтобы тот задержался в столице, у них не хватило смелости позволить нежити находиться рядом с ними. Вот почему он сейчас пребывал в поместье в аристократическом районе города.

Они расставили стражу вокруг особняка под видом охраны, так что даже слизи было не проскочить через периметр незамеченной, но посланник уже успел связаться с Колдовским Королевством.

Могли ли они переговариваться при помощи магических устройств? Или они намеревались посетить Королевство, даже если бы посланник не вернулся?

Кроме того, они не отправили предвестника до своего выхода, но вместо этого так поздно, уже будучи в пути. Для чего?

"С учетом этого — не похоже, что они здесь ради объявления войны."

Если бы они намеревались объявить войну, то не отправили бы своего второго по старшинству государственного представителя на потенциально опасные земли.

Королевство не посмеет причинить вред ей, как посланнику чужой страны — возможно, ими руководствует столь наивная идея. Однако с позиции Занака она не производила впечатления такой личности, чтобы идти на неоправданный риск.

— Предоставьте ей аудиенцию. Немедленно подготовьте тронный зал к соответствующему приему.

— Да, Ваше Величество!

Рыцарь покинул зал, услышав приказ его отца.

Обычно, даже если иностранный сановник намеревался прибыть в столицу, это не означало, что его примут в тот же день. Но с учётом сложившейся ситуации, им непозволительно будет сказать премьер-министру Колдовского Королевства что-то наподобие: "вам предоставят аудиенцию в течении нескольких дней".

— Прошу прощения, но не могли бы вы все переодеться в более официальную одежду и собраться в тронном зале?

В ответ на приказ короля, придворные, в том числе и Занак, склонили головы.

***

Тронный зал, предназначенный для аудиенций с послами (во дворце было множество тронных залов для разных целей) не казался слишком большим, но подготовить в нём всё подобающим образом для приёма иностранных гостей всё ещё занимало время. Однако поскольку отправленный ими проводник оказался несколько медлителен — что не было преднамеренно спланировано для выигрыша времени — они вполне успели подготовить зал и собрать придворных, которые теперь облачились в церемониальные одежды, до прибытия премьер-министра Колдовского Королевства, Альбедо.

Запах свежесрезанных цветов стал наполнять комнату.

Для Занака, этот запах не отличался от травяного, но Реннер, вероятно, сказала бы на это что-то вроде: "у дорогого брата, должно быть, просто заложен нос" или нечто подобное.

Он чувствовал, что живые цветы не нужны, ведь все в зале источали сильный аромат парфюма, но он всё ещё признавал определенную красоту в распустившихся цветах. Но если это так, то отчего же им просто не использовать искусственные цветы? Ну, поскольку таких прецедентов ранее не случалось, выставив искусственные цветы сейчас, они могли бы ошибочно вызвать впечатление у посла, что его не приветствуют, а это было бы неприятно.

У всех рас существовали схожие правила этикета, но конкретные действия могли толковаться иначе разными расами. Так как же Совет Агранд, ставший домом для множества рас нелюдей, решил этот вопрос?

Такая мысль внезапно родилась в его голове в тот момент, как его взгляд коснулся рогов и крыльев премьер-министра Колдовского Королевства, Альбедо, только входившей в помещение.

Как премьер-министр Колдовского Королевства, эта соблазнительная красавица обладала тёмным веянием очарования, не изменившемся с тех пор, как он видел её в последний раз. Её красота обладала такой притягательной силой, что почти заставила присутствующих позабыть о том, что она является высокопоставленным чиновником презренного Колдовского Королевства. Он не был уверен, обсуждалась ли она у них, но её очарование стоило того, чтобы страны начали за неё войну.

Такой была премьер-министр Колдовского Королевства, Альбедо.

Раздался тот самый звук, что можно слышать в миг, когда стрела любви находит свою цель; множество вздохов слилось в унисон и пронеслось по залу. Не вызывала сомнений искренность тех восхищённых взглядов, что застыли на лицах аристократов, издавших этот звук.

Красавица, способная мгновенно пленить их, плавно улыбнулась, подобно любящей матери. Возможно, не нашлось бы в этом мире никого, более способного явить столь обворожительную улыбку.

Хотя сестра Занака также считалась красавицей, он полагал, что красота Альбедо затмит даже её.

Единственной её странностью было платье.

Окажись они на балу, ничто не подходило бы более этого светло-персикового платья, но, в текущей ситуации, оно казалось неуместным.

Она не могла надеть его по ошибке. Явно преследовалась определённая цель. В чем состоит скрытый смысл всего этого?

Занак не обладал знаниями о том, какое значение кроется за выбором женщиной различных видов платьев. Возможно, его сестра догадалась бы, но её едва ли можно считать нормальной в сравнении с обычными аристократками. К слову, её решение не тратить слишком много на улучшение своего внешнего вида заслужило уважение Занака.

Занак украдкой взглянул на сестру.

На ней было не её обыденное платье, но церемониальное. Она ведь не могла носить ту же одежду, которую носила во время прошлого визита Альбедо, верно?

Хотя он и хотел бы сказать Реннер, чтобы та не надевала прежний наряд, дабы люди не смотрели на неё свысока, но сейчас несуразное платье Альбедо выделялось намного сильнее.

Некоторые придворные также заметили, что на Реннер прежнее платье; на их лицах отразилось озабоченное выражение, но лишь на мгновение, прежде чем исчезнуть.

— Давно не виделись, Ваше Превосходительство Альбедо.

Голос Рампоссы вывел из оцепенения тех дворян, которые обратились в статуи пред видом красоты Альбедо.

— Ну что вы, это моя вина, что я не навещала Ваше Величество столь долгое время.

Альбедо ответила удивительно привлекательным голосом, соответствующим её внешности. Её спина оставалась прямой, а вертикальное положение головы неизменным, как и прежде. Это было прямо противоположно её мягкому поведению, и ясно давало понять её убеждение, что люди слишком незначительны в её глазах, чтобы склоняться пред ними.

— Вы, кажется, не слишком изменились, и это большое облегчение.

— То же можно сказать и о вас, Ваше Величество.

То, как они обменивались улыбками и смотрели друг на друга, могло ввести случайного свидетеля в заблуждение, что он наблюдает не более чем тёплое воссоединение друзей.

— Вы, вероятно, очень заняты, так что я буду краток и спрошу, зачем вы пожаловали к нам сегодня?

— Действительно. Я здесь по поводу предыдущего дела — вопроса того, как караван с зерном нашей страны, который должен был доставить гуманитарную помощь Святому Королевству, ограбил один из ваших людей.

Хотя сказанное ничуть не веселило, улыбка на лице Альбедо оставалось неизменной.

Напротив же, его отец поднялся с трона, дабы произнести речь:

— Понятно, значит, вы за этим. Тогда, позвольте сперва принести извинения за действия моих людей.

Его отец опустил голову и низко поклонился. Король государства принимал слова противоположной стороны за чистую монету. В дипломатии, такое действие считалось непозволительным при любых обстоятельствах. В мире дипломатии, где даже самые проницательные не были застрахованы от обмана, признание ошибок своей страны считалось большой ошибкой.

Не говоря уже о том, что главе государства было бы неразумно прямо извиняться за что-то, поскольку это сродни признанию вины всей страной.

Такой поступок означал обречь свою страну исполнять все прихоти и фантазии Колдовского Королевства. Нет…

"Взяв в расчёт то, что мы стремимся избежать полномасштабной войны, эта идея кажется не самой плохой. Но если Колдовское Королевство теперь потребует голову того дворянина, разве мы не окажемся вынуждены сделать это?"

Он и представить себе не мог, что всё обернется именно так, учитывая сказанное ранее его отцом. Если бы он намеревался отвергнуть требования Колдовского Королевства, то извиняться полагалось бы кому-то вроде Занака, вместо него. В конце концов, разница в весе слов главы государства и его сына была очень велика.

Но как только ход мыслей Занака достиг этой точки, последующие слова отца поставили его в тупик.

— Итак… что скажете, позволит ли Королевству принесение в жертву моей головы получить прощение от Колдовского Королевства?

В тот момент, как эти слова сорвались с уст его отца, весь зал словно застыл.

После того, как его шок прошёл, Занак не мог не ощутить стыда за себя всей душой.

Несомненно, это и был главный козырь его отца.

Хотя от масштаба инцидента зависел ответ, если бы в качестве дара раскаяния преподносилась голова лидера государства, вторая сторона не могла бы отказаться, верно? Более того, если бы они продолжили давить с дальнейшими требованиями, их отсутствие великодушия вызвало бы осуждение со всех сторон.

Его отец не считал себя несчастным, когда ему приходилось жертвовать собой не потому, что он желал умереть, но от того, что его жертва ради Королевства подтверждала его позицию как короля.

Его отец являлся истинным Королём.

Хотя слабость его отца в управлении делами и оставалась несомненной, похоже, что Занак долгое время недооценивал своего отца.

— Разумеется, Королевство Ре-Эстиз примет полную ответственность за потерю зерна Колдовским Королевством, мы готовы даже вернуть зерно в двойном объеме, если пожелаете. И это в дополнение к подношению моей головы. Что вы скажете на данное предложение? Ваше Превосходительство Альбедо.

— Хмм…

Выражение лица Альбедо стало тяжелым. Хотя она всё ещё оставалась улыбчивой красавицей, нечто пугающее ощущалось за этой улыбкой.

— …Эхехе, похоже, что вы слегка ошиблись в ваших прогнозах, Рампосса III?

Альбедо перевела взгляд, очевидно, на его сестру.

— Потому ли это, что вы потеряли того человека? Или же причина в чём-то ещё? Вы наконец-то смогли осознать таланты, — и тогда Альбедо перевела взгляд на Занака, — вашего дитя, и это вынудило вас изменить привычный образ мысли?

— Я не думаю, что внезапно поменял свой образ мышления…

— Ох, но это так. Окажись здесь сейчас вы прошлый, вы не приняли бы такого решения… возможно, сочетание множества факторов повлияло на вас, но ваша основа как личности не сильно поменялась? Впрочем, это не имеет значения. В любом случаем, мы не намерены менять наше политическое решение по этому вопросу.

Из-за того, сколь внезапно и необычно произошло изменение ауры Альбедо, поначалу, никто не заметил этого. Она совершенно забыла об этикете, который надлежало проявлять иностранному послу на аудиенции у главы государства. Даже если она иностранный гость, такое поведение считалось неприемлемым по отношению к действующему королю страны. Удивительно, но это её поведение казалось Занаку более естественным, возможно, потому, что разница во власти между Королём Ре-Эстиз и премьер-министром Колдовского Королевства была искажена изначально.

Человек и демон.

С такой перспективы, её поведение наиболее естественно.

Возможно, именно поэтому. От Альбедо исходило незримое давление, которое не позволяло никому высказать своё недовольство.

Но это было лишь временно, поскольку демон быстро надел свою овечью шкуру — посла Колдовского Королевства.

Альбедо обвела взглядом придворных, стоявших по разные стороны от прохода, и громко провозгласила:

— Это официальное объявление войны Колдовского Королевства. Мы развернём наши войска через месяц с этого дня в полдень! Однако если вы отправите солдат на Э-Рантел — если пересечёте границы Колдовского Королевства — тогда мы не станем ждать.

— Прошу, подождите!

— Я больше не намерена здесь задерживаться. Хорошо, с этим моя работа здесь закончена. Последнее, что я должна передать от Его Величества, это…

— …Вы ведь изначально спланировали все эти события, не так ли?

Выкрикнул разъярённый придворный. Альбедо повела глаза в его сторону, прищурившись. Этот взгляд отправлял явное сообщение с угрозой.

— Ты смеешь прерывать послание Его Величества Короля-Заклинателя… человек. Не желаешь ждать месяц до своей кончины?

Краска мгновенно отлила от лица заговорившего придворного, хотя Альбедо не слишком повышала голос и вообще ничего необычного не сделала. И всё же, выражение лица придворного, не дрогнувшее ранее под угрозами феодала с войском, сейчас резко изменилось под пристальным взглядом красавицы.

— …Хмпф. Итак, позвольте мне донести сообщение Его Величества Короля-Заклинателя: "У меня нет намерений использовать великую магию, что я использовал в прошлый раз, так что давайте насладимся процессом. На этом всё", — произнеся это, Альбедо впервые за всё время смутилась. — Даже если вы заявите, что это спланированный нами заговор, по правде говоря, случившееся оказалось полностью вне наших ожиданий. Нам также интересно узнать, как всё обернулось таким образом.

Судя по мимике и голосу, Альбедо говорила правду, в этом никто бы не усомнился. Разумеется, всё ещё оставалась значительная вероятность, что всё это было игрой.

— Если вы намерены считать происходящее нашим заговором, это меня вполне устраивает. Историю пишут победители. Все ваши ложные обвинения вскоре будут стёрты.

Занак понимал, какую позицию заняло Колдовское Королевство в связи с инцидентом.

Мысль о том, что они могли избежать войны, оказалась тщетна.

Колдовское Королевство стремилось не к расширению территорий путем завоеваний, но к полному уничтожению Королевства Ре-Эстиз. Можно с уверенностью сказать, что война неизбежна. Через месяц, нежить Колдовского Королевства определённо двинется к границам Королевства.

— Нет никакой необходимости сопровождать меня, я больше не намерена отнимать у вас ваше драгоценное, ограниченное время.

Продемонстрировав собравшимся своим поведением, что сказала всё, Альбедо повернулась спиной и направилась к выходу.

Действительно ли Королевству выгодно отпускать её, не наложив и руки?

Если они убьют эту женщину, носящую титул премьер-министра, не повергнет ли это временно политику Колдовского Королевства в хаос, сделав его неспособным начать войну?

Однако один взгляд, брошенный на её величественную спину, заставил его колебаться.

Пока Занак обдумывал все возможные варианты, никто из собравшихся не осмелился помешать Альбедо покинуть зал.

Гигантские двери захлопнулись в тот момент, как силуэт Альбедо исчез за порогом. Занак обратился к отцу:

— Что нам делать? Если мы её догоним…

— Не делай чего-либо опрометчивого. Если мы устроим что-то вроде убийства иностранного посла, вся вина в данной ситуации ляжет на наши плечи. Тогда никто из других стран никогда не придёт к нам на помощь.

Его отец отвечал слабеющим голосом, приложив руку ко лбу, словно у него болела голова. Занаку показалось, что за минувшие несколько мгновений его отец значительно постарел.

— Ваше Величество. Ваш слуга желает распространить весть о том, что вы предложили свою голову в качестве искупления, всем нашим соседям.

— …Да, оставляю это на вас, министр иностранных дел. Если вы сделаете это… при худшем развитии событий…

— Прошу, не говорите о худшем развитии событий. Разве всё не обойдется, если мы сумеем одолеть армию Короля-Заклинателя?

— Да, да. Вы правы.

Слова министра иностранных дел вернули немного цвета на лицо его отца, но улыбка старого монарха всё ещё оставалась наполнена горечью.

— Занак, Реннер. Я должен сказать вам что-то важное. Не могли бы вы зайти в мою комнату позже? А сейчас, я попрошу прощения у всех присутствующих здесь, но нам необходимо собраться ещё раз через час, дабы обсудить то, что произойдет через месяц.

Все придворные опустили головы и поклонились.

После того, как начальник стражи проводил отца из зала, Занак и Реннер вышли вместе.

Хотя Клайм и Брейн ждали снаружи как телохранители Реннер, Реннер приказала им отправиться в её комнату, так что Занак и Реннер уходили сейчас вдвоем.

Они шли плечом к плечу по коридорам.

— Итак, сестра. Тебе известно зачем отец вызывает нас?

— Да, я полагаю, что это связано с тем же, о чём прямо сейчас думает почтенный брат.

— Правда? Отец собирается показать нам восхитительные десерты, которые принесла госпожа Альбедо?

— Да! Как и ожидалось от моего почтенного брата, я тоже представляла именно это!

Занак на секунду уставился на Реннер широко открытыми глазами, на что Реннер ответила улыбкой, говорящей, что ничего не произошло. С этой женщиной так тяжело иметь дело.

— Что ты намерена предпринять?

— Мм…

Реннер приложила указательный палец к подбородку и склонила голову набок. Занак заметил этот жест, и намеренно тяжело вздохнул.

— Чего ты добиваешься, играя эти милые сценки перед своим родным братом? Лучше подразни Клайма вместо этого, он тут у нас самый легковерный.

— Дорогой брат, это действительно прозвучало грубо. Я попробую это с Клаймом в следующий раз… хотя ранее не планировала. И разве почтенный брат не тот, кого стоит спрашивать о том, что он собирается делать?

— Я, я хотел бы сбежать. Но это просто невозможно. Колдовское Королевство определенно начнёт за нами охоту.

— Я думала о том же, представляете?

Для женщины, намеревавшейся выйти замуж за человека, намного ниже её по происхождению, и намеренно сотрудничавшей с Занаком, этот ответ казался слишком прямым. Занак причислял Реннер к тем, кто значительно больше заботится о вопросе собственного выживания, и к завтрашнему дню уже бы запланировал покинуть дворец или что-то в этом духе. Возможно, она также осознала невозможность вырваться из цепких лап Колдовского Королевства, а потому подавила желание пытаться.

Занак украдкой посмотрел на Реннер, но по одному лишь выражению лица, он не мог понять её чувств.

После того, как они оба прошли в комнату, первые слова его отца оказались именно такими, как он ожидал.

— Занак, Реннер. Бегите отсюда немедленно. Вы всего лишь принц и принцесса страны, нет необходимости вам обоим умирать вместе с ней.

Двое посмотрели друг на друга, и ответили в унисон…

Что не намерены делать этого.

Выражение лица их отца стало горько-сладким.

— Значит, так… но у нас ещё есть время. Если вы передумаете, сообщите мне без промедлений.

Хотя он не верил, что их решимость пропадёт, разум человека всегда оставался подвержен колебаниям.

Занак мягко кивнул головой в сторону отца.

Реннер, стоявшая рядом, повторила этот жест.Часть 2

Дети, заметив возвращение Брейна, ринулись к нему навстречу.

— Дядь, ты вернулся!

— Дядя, дядя!

Десяток детей окружили Брейна, девять мальчиков и девочка. Все они являлись сиротами. Брейн отобрал тех, кто по его мнению имел определенный потенциал, оставил их жить с собой и тренировал в искусстве владения мечом.

Поскольку они росли в суровых условиях, они полностью осознавали важность грубой силы и были в состоянии идти в ногу с его суровым режимом тренировок. Говоря об этом, они всё ещё оставались просто детьми, поэтому Брейн не был уверен, что они оправдают его ожидания. На самом деле, если они продолжат упражняться в том же духе, то, по меньшей мере, достигнут уровня Клайма.

От детей несло потом, но это не задевало Брейна. В конце концов, он становился таким же после тренировки, это было доказательством проделанной детьми тяжелой работы.

— Эй, эй, ребятишки. Вы закончили практику?

— Перерыв…

— Я упражнялся так много…

— Моя рука…

Поскольку все они отвечали разом, оказалось трудно полностью понять сказанное, но они завершили свою практику, это он понял.

— Тогда, идите и отдохните. Помните, я говорил вам, ребята, что отдых — это тоже часть тренировок?

Дети выразили согласие какофонией голосов.

— Я поупражняюсь с вами позднее, так что не говорите мне тогда, что слишком устали для практики, понятно?

Дети еще раз выразили согласие какофонией голосов.

— Отлично! Не забывайте также вдоволь пить. А ещё, помните про соль, поскольку вы столько потеете!

Некоторые дети ответили "мы уже поняли" или "дядя такой ворчун", но большинство просто согласились.

— Хорошо, а теперь пошли. Ах, да. Прежде чем вы уйдёте, где те двое?

Самый старший из них, как представитель, ответил: "на заднем дворе".

Брейн ответил: "о!", — попрощался с детьми, и направился на задний двор.

Дети вернулись в дом, где их встретил стол, накрытый пищей и напитками, собранный ожидавшей их пожилой парой, а после трапезы отправились вздремнуть.

Хорошо тренируйся, хорошо питайся и хорошо спи. Таков путь создания превосходных мускулов.

Брейн кивнул в удовлетворении.

— Ты заставил меня ждать так долго.

Голос женщины донесся до ушей Брейна, едва он ступил на задний двор.

— Ах, прошу прощения. Мне следовало заранее подготовиться к сопровождению Её Высочества Принцессы для встреч со знатью, торговцами и тому подобному, так что я слегка задержался.

Здесь стояли мужчина и женщина, занимавшиеся обучением детей до его приезда.

Женщина, говорившая с Брейном, собрала волосы в пучок, вероятно, такую прическу на юге называли "Магай".

Обладательница внешности, совсем не такой, которую обычно называют красивой, скорее, производила впечатление холодной и резкой особы. Она не слишком высока, вероятно, даже немного ниже большинства женщин её возраста.

Второй человек, мужчина, хранил молчание.

Хотя его внешнее безразличие могло ввести в заблуждение, что он несчастлив, это было не так. Он поднял руку, как бы приветствуя Брейна.

Он просто не был склонен к самовыражению. Брейн действительно слышал, как тот говорил несколько раз в прошлом, но его голос казался тихим, как у муравья.

Этот мужчина также не выглядел особенно высоким. У него были короткие ноги, и хотя в остальном он выглядел физически крепким, если бы распространился слух о его гномьем происхождении, ему пришлось бы трудно оспорить это.

Эти двое числились в Шести Великих Учениках из школы мечника, известного как Вестур Крофф ди Леоган.

У Брейна были свои сомнения относительно того, как они учили: по его мнению, его практические тренировки фехтованию было более полезным, чем их показательное обучение фехтованию.

Если сравнивать взмахи руками в воздухе несколько сот раз, с тренировкой с реальным мечом, пусть и деревянным, то это всё равно во много раз эффективнее. Брейн полагал, что это помогает развивать мышечную память, в отличии от обычных тренировок.

Тем не менее, это был хороший способ позволить им сначала изучить методы и создать достаточно прочный фундамент, чтобы они с меньшей вероятностью умерли в реальном бою.

Трудно было однозначно сказать, какая сторона была права или нет.

Хотя все они обрели силу, у них был совершенно разный образ жизни.

Брейну было бы неприятно, если бы дети погибли в бою прежде, чем успели бы реализовать свои таланты. Вот почему он решил, что дети будут тренироваться вместе с этими двумя, создавая свой собственный опыт; в результате режим обучения детей стал более жёстким.

— Они уже привыкли к режиму?

— Так точно, они уже полностью приспособились. Они планируют отправиться на северо-запад — с группой торговцев, действующих в городе, близком к Совету Агранд.

Женщина немного нахмурилась.

— Прошло две недели с тех пор, как Колдовское Королевство объявило нам войну, но не было никаких известий о мобилизации армий ни одной из стран. По некоторым слухам, Колдовское Королевство хочет только заставить Королевство отступить в некоторых договоренностях и не хочет вести полномасштабную войну? Если бы это было правдой, разве это не сделало бы усилия господина Англауса напрасными?

— Неужели Король-Заклинатель действительно сделает это?

Если бы Брейн не встречался лично с Королём-Заклинателем, он бы поверил, что это всё было лишь частью тактики переговоров. Но как свидетель того трагического сражения, он не сомневался, что Король-Заклинатель что-то замышляет. Возможно, он готовился снова применить это заклинание.

Могло ли беспокойство Брейна распространиться и на неё? Женщина спросила тихим голосом:

— …Господин Англаус ведь встречался с Королём-Заклинателем?

— Я не только встретил его, но и стал свидетелем его дуэли с Газефом… хммм, я до сих пор не знаю, что случилось с Газефом и по сей день.

Её взгляд переместился на талию Брейна.

В его ножнах лежало одно из сокровищ Королевства — Лезвие Бритвы.

Это было выдано ему, когда была объявлена война, хотя он неоднократно отказывался. Для Брейна этот меч был слишком тяжёл в моральном плане, поэтому он относился к нему, как к чему-то, что было поручено ему только для сохранности. Он не собирался обнажать меч.

Хотя этот меч был похож на горячую картошку, которую он предпочёл бы передать кому-то другому, однако, если этот человек не мог сравниться со способностями Газефа Стронофа, он не собирался просто так легко его отдавать.

— Дуэль с господином Стронофом? Я…

Она остановилась, прежде, чем смогла закончить это предложение.

Возможно, она хотела сказать что-то вроде: «Хотела бы я быть там, чтобы лицезреть это тоже». Брейн не слишком задумывался об этом, ведь она тоже была воином, в конце концов. Желание стать свидетелем дуэли Газефа было для них естественным.

Нет, правильнее было сказать, что он хотел, чтобы она тоже стала свидетелем этого. Он только что сказал, что всё ещё не может понять, что произошло во время этого поединка, поэтому было бы здорово, если кто-то еще сможет объяснить ему это.

— Я думаю, что Король-Заклинатель что-то замышляет, но я не уверен, что именно он замышляет, в конце концов, у меня нет в этом деле никаких доказательств. Мои инстинкты прямо сейчас кричат об опасности, и я склонен доверять своим инстинктам без лишних вопросов.

— Если это воинские инстинкты кого-то вроде вас, господин Англаус, то это может быть правдой…

— Я не слишком уверен в деталях … в любом случае, мы должны вытащить этих ребят отсюда как можно скорее. Даже если я умру, они всё равно смогут зарабатывать себе на жизнь с помощью фехтования, которому я их научил — даже несмотря на то, что их навыки незначительны.

— …на самом деле, наш учитель сказал нам то же самое, что и господин Англаус, — что Колдовское Королевство строит козни во тьме. Поэтому, когда мы отошлем детей — женщина посмотрела на молчаливого мужчину рядом с ней, — не мог бы ты попросить его отправиться с ними?

— Что? Разве он сделает это?

Он посмотрел на человека, который молча кивнул. Он выглядел раздражённым, но, вероятно, это было не совсем так.

Нельзя сказать, что этот человек был терпеливым с детьми.

Хотя время от времени здесь бывали все Шесть Великих Учеников, детям из них всех больше всего нравился именно он.

— Да, учитель, похоже, уже обдумал это. Пока он жив, наше фехтование может передаваться из поколения в поколение.

Другими словами, они думали о том же, о чём и Брейн.

Если это так, у него не было причин отклонять их просьбу.

— Я не против, если с этим не будет никаких проблем. Если уж мы говорим об этом, я хотел бы поблагодарить вас за всё. Я пойду поговорю с торговцами, которые их заберут.

Брейн услышал, как мужчина сказал что-то своим тихим голосом, возможно, что-то вроде: «Рассчитываю на вас», — или что-то в этом роде.

Брейн поднял руку в ответ, на что человек ответил тем же, глубоко кивнув головой.

— Теперь, когда ребята отдохнут, настанет моя очередь тренировать их. Извините, что побеспокоил вас с их обучением, пока меня не было.

Благодарность была единственной вещью, что вылетала сейчас из его рта. Несмотря на то, что он платил им немного, они всё равно уделяли время обучению детей.

Их учитель Вестур, вероятно, учёл тот факт, что Брейн обладал выдающимся мастерством владения мечом и поэтому хотел представить ему своих Шести Великих Учеников, возможно, заставляя Брейна отдать ему должное в этом процессе, поэтому благодарность Брейна не была так уж значима. С другой стороны Шесть Великих Учеников отличались друг от друга, возможно их заинтересовала возможность потренировать детей, которых оценил сам Брейн, или же им просто хотелось передать свои навыки выживания детям? В любом случае, они были мотивированы, чтобы помочь детям без каких-либо скрытых причин с самого начала.

Действуя как личный телохранитель принцессы, он был вынужден вступать в контакт с этой раздражающей знатью. Вот почему такие прямолинейные люди, как Шесть Великих Учеников, были светом в его глазах.

— …Я должен сказать, что был весьма впечатлён тем, насколько великодушным был господин Англаус. Усыновить этих детей и научить их навыкам, чтобы они могли выжить…

Выражение лица Брейна потемнело.

Он не занимался благотворительностью, достойной такой похвалы.

— Перестаньте мне льстить. Я не такой хороший парень, как вы думаете. Хотя это правда, что я забрал этих детей из трущоб, однако это было сделано с определенной целью. Там были и те, кто был на грани смерти, но я просто проходил мимо, даже не поведя пальцем. Если вы хотите похвалить кого-то за его благотворительность, то хвалите того, кто этого действительно заслуживает — например принцессу.

Он заметил, что у женщины было озадаченное лицо, но он не был уверен, чем это было вызвано.

— Вы случайно говорите не о принцессе Реннер? О том, как она финансировала свой детский дом? Это правда, что принцесса сделала что-то столь экстраординарное, но я считаю, что мистер Брейн также сделал то, чего не смог бы сделать иной человек. Разве вы не одинаково достойны похвалы?

— Похоже, я не смогу достучаться до вас. Думайте как хотите, но прекратите высказывать это мне. Меня потом будет колоть чувство вины.

— Что же, тогда приношу свои извинения.

— …Нет не волнуйтесь так на этот счёт, это была лишь шутка. Я не настолько невинен, чтобы чувствовать вину от чего-то столь незначительного.

Брейн отвел взгляд от её шокированного выражения лица и посмотрел на резиденцию Газефа Стронофа, теперь уже принадлежащую Брейну.

Его мысли зашли о детях, которые только что насытились и теперь, вероятно, удовлетворенно спали.

***

В комнате на девятом этаже Назарика, примерно через месяц после объявления войны.

В одной из комнат, отведённой для приёма новых потенциальных членов гильдии, находился Аинз со Стражами Этажей. Они расположились вокруг С-образного стола, изучая документы, подготовленные для данного совещания.

Стоит отметить, что присутствовали здесь не только Стражи Этажей, за каждым из них стояло одинаковое число рядовых горничных, а за Аинзом стояла Пестония. Они находились там с целью выполнить дополнительные поручения, а потому, молча ждали за спинами сидящих.

Аинз никак не мог взять в толк, отчего они молчат, вероятно, своим поведением они показывали, что являются просто инструментами, готовыми к использованию. По этой причине, Аинз не проявлял к ним никакого внимания, чтобы удовлетворить их желания.

— Угу…

Аинз серьёзно пытался читать документы, но чувствовал, что присутствие Пестонии за его спиной мешает ему сосредоточиться. Однако он всё же старался сконцентрироваться на текущей задаче, как только мог.

Поскольку позднее им предстояло обмениваться мнениями по этому вопросу, вполне естественно, что Аинза беспокоили тревожные мысли, вроде: "как стыдно выйдет, если я ляпну что-то глупое".

В любом случае, документы отличались от тех, которые Альбедо обычно отправляла из Назарика по вопросам политики, экономики и правосудия; эти казались проще настолько, что даже кто-то вроде Аинза мог их понять.

Даже говоря с большой долей снисходительности, интеллект Аинза можно оценить как средний в лучшем случае. Просить кого-то найти в нём качества, позволяющие править страной, означало навязать невыполнимую задачу. Нельзя сказать, что он был ленив; на самом деле, он прилежно старался делать всё, что на него взваливали. Это ещё более усугублялось недоразумениями, возникавшими у НИП'ов Назарика, чей интеллект был несравнимо выше, чем у него. Дабы оправдать их ожидания, Аинз не мог позволить себе лениться.

Сначала, он делал это из желания сохранить преданность НИП'ов, но сейчас, его мотив более походил на желание отца не разочаровать своих детей.

Это дошло до того, что он начал читать книги по саморазвитию и бизнесу. Кроме того, он изо всех сил старался улучшаться в боевой тактике — единственной сфере, где он мог полагаться на свой опыт.

Хотя казалось нормальным оставить всё на Альбедо и остальных, было ещё много дел, которые они считали необходимым обсудить с Аинзом. Если он скажет какую-нибудь глупость в неподходящее время, то они ответят: "желания Владыки Аинза — закон", — и немедленно исполнят, что может привести к серьёзному сопутствующему ущербу. Дабы избежать такого исхода, Аинзу нужно было вырасти личностно.

Поэтому он проявлял особый интерес к данному документу и был даже более сосредоточен на нём, чем обычно.

Аинз, завершив большую его часть и подтвердив, что условленное время пришло, заговорил:

— Итак. Все уже ознакомились с материалом?

— Да, владыка Аинз.

Как их представитель, Альбедо окинула всех взглядом и ответила.

— Превосходно. Тогда… постойте, перед этим. Хотя минул уже месяц с момента объявления войны Королевству, они совсем не заметили нашего вторжения. Должно быть, они думают, что наши силы всё ещё пребывают в Э-Рантеле. Демиург, хорошая работа. Твоя способность ловко управлять всем так, чтобы ни одна крупица информации не просочилась, действительно впечатляет.

— Я безмерно счастлив услышать комплименты от моего господина.

— С другой стороны то, что часть Королевской знати подтолкнули к бунту, также можно назвать великолепным достижением, Альбедо.

— Огромное спасибо, владыка Аинз.

Альбедо, как и Демиург, склонила голову.

— …Угу. Данный вопрос очень важен, поэтому прошу подробно доложить мне, что вы сделали после этого.

Аинз постучал по одной из страниц документа тыльной стороной пальца и подтвердил, что они оба поняли, что он имел ввиду. Он кивнул в манере, соответствующей его статусу повелителя, и оглядел Стражей пред ним. Хотя горничные, попадавшие в его взор, смотрели на него серьёзными глазами, он подавил желание обратить на них внимание.

— Хорошо, тогда давайте приступим к обмену мнениями по вопросу. Прежде всего, меня очень радует тот факт, что мы даже смогли завоевать города, используя эту тактику. Коцит, ты хорошо справился.

— Я. Благодарен. За. Похвалу. Моего. Господина. Но. Это. Стало. Возможным. Только. Благодаря. Армии. Нежити. Переданной. Мне. Под. Командование. Владыкой. Аинзом. Так. Что.

Можно. Сказать. Что. Это. Было. Достижением. Владыки. Аинза.

Было. Бы. Верно. Сказать. Что. Я. Не. Сделал. Ничего.

— Всё, как и сказал Коцит…

Аинз поднял руку, прерывая начатую речь Альбедо.

— …нет никакой необходимости льстить мне. Коцит, просто искренне прими мою благодарность. Я должен признаться, что на этот раз ты проделал большую работу.

— Да! Спасибо. Вам. Огромное !

— Превосходно. Итак, нам удалось подчинить себе города Королевства без всяких проблем.

В самом начале войны между Колдовским Королевством Аинз Оал Гоун и Королевством Ре-Эстиз они приняли тактику сначала атаковать восточную часть страны, а затем двинуться на север. Западная часть Королевства — та, где стояла столица — не подверглась нападению совсем.

Главная цель этой тактики заключалась в том, чтобы не допустить вмешательства в войну других государств, окружить Королевство, получив контроль над его границами с Советом Агранд и прочими соседями.

Это была стратегия Коцита, ход, который и сам Аинз посчитал исключительным.

— Я нахожу эти результаты более чем удовлетворительными… Демиург, Альбедо, что касается блокировки информации, то в докладе значится, что этот план с высокой вероятностью увенчается успехом. Мой вопрос заключается в том, при каких условиях он провалится? Демиург, ответь мне, как ваш представитель.

— Да! Мы установили полное наблюдение за всеми улицами, мы даже отправили демонов тени на разведку в соседние города. Но если найдутся отшельники или друиды, те, кто живут вне цивилизации, мы не сможем за ними уследить. Если информация просочится, то только от них.

— Тогда обсудите этот вопрос с Альбедо, укрепите сеть наблюдения до той степени, чтобы упомянутые также могли быть найдены.

— Да!

— Итак, а теперь перейдём… — Аинз поменял документ и продолжил листать, — угу… несколько городов уже стёрты, да?

На этих страницах содержались исчерпывающие сведения о том, кто и какую стратегию использовал для полного уничтожения городов. Самая последняя запись рассказывала о городе, разрушенном Коцитом.

— …Бесстрашно напасть на город с небольшим отрядом, безупречно обратить его в руины и перебить всех жителей. Точно также, как это сделал Коцит, остальные также придумали различные способы захвата города за городом и деревни за деревней. Я действительно впечатлён.

Колдовское Королевство развязало жестокую войну, в которой их политика состояла в том, чтобы подчистую уничтожить все города и деревни на своём пути, истребив всех их жителей. Все, что оставалось после неожиданного нападения армии Колдовского Королевства — безжизненные груды пепла и обломков.

Кстати говоря, Аинз внезапно ощутил на себе чей-то пристальный взгляд, который должен был быть прикован к нему.

Он совершал эти ужасные и безжалостные поступки не потому, что хотел, за этим стояла цель. "Надеюсь, она сумеет это понять", — подумал Аинз про себя.

— Огромное спасибо, владыка Аинз. Альбедо опустила голову, побуждая остальных Стражей Этажей последовать её примеру. — Дабы оправдать ожидания владыки Аинза, начиная с этого дня, мы всецело посвятим себя улучшению.

— …Ах, угу. Я с благодарностью принимаю решимость и преданность каждого Стража Этажа. А теперь…

"Пришло время, да?"

Аинз притворно кашлянул и продолжил:

…но меня беспокоит то, что ни один из вас не потерпел неудачи.

Прежде чем Стражи успели среагировать на это с озадаченным выражением лица, Аинз добавил:

— Коцит, ты испытал поражение в битве с людоящерами. Я полагаю, ты многое вынес из того случая?

— Всё. Обстоит. Именно. Так. Как. Выразил. Владыка. Аинз.

Я. Многое. Осознал. В этом. Случае.

— Об этом я и говорю, мы быстрее учимся на своих ошибках. Нет, я бы даже сказал, что есть некоторые уроки, которые мы можем извлечь только из своих неудач.

Это было справедливо и тогда, в Иггдрасиле, когда им оставалось только думать над собственным улучшением после поражения.

Смена класса, подбор экипировки, новые тактики. Если бы кто-то всегда побеждал, он стал бы самодовольным, бесчувственным и беспечным. Он потерял бы своё стремление к самосовершенствованию.

"Хотя существуют и исключения у этого правила, такие как Тач Ми."

Он не так уж часто терпел поражения, но постоянно стремился стать сильнее. Человек, на грани одержимости подбирающий классы, дабы довести до предела свою эффективность, был далёк от тех, кого принято называть обычным игроком.

Отбросив подобные исключения, Аинз верил, что существуют некоторые вещи, познать которые можно только через опыт поражения.

Вот почему он надеялся на некоторые неудачи в их усилиях по захвату городов.

На этом этапе плана неудачи не имели бы большого значения, они могли повторять попытки столько раз, сколько захотят. Им следовало подготовиться к будущей битве, которая непременно произойдет, поражение на которой означало бы полный крах. Они должны потерпеть неудачу сейчас, чтобы накопить достаточно опыта для избежания провала, когда это время придёт.

Поскольку они спровоцировали массовую гибель, в некотором роде, Назарик мог извлечь из этого выгоду. Верно, потерянные жизни надлежало использовать наилучшим образом.

И было ещё кое-что… Аинз решил, что ему стоит подготовится к этому после того, как он выслушает пожелания этих двоих.

"Давай, следующий ход определит, выиграл я или проиграл."

— Те, кто мудр… — он не смог вспомнить, что говорить дальше, он позабыл подготовленный сценарий. — Забудьте. Те, кто глуп, учатся на своих ошибках. Сейчас я не говорю о том, что все вы глупы, но я указываю на тот факт, что даже идиоты способны учиться на своем опыте.

Аинз разочаровался в самом себе.

Как он сумел позабыть то, что собирался сказать в столь важный момент? Почему он такой бесполезный?

Почему те, кто красиво говорят, ещё и умны? Как удается им безостановочно выплёвывать заученные слова и фразы? Обычно, даже если кто-то забывает, что собирался сказать, он не останавливается "на этом", не так ли?

Существовал только один закономерный вывод: их мозги устроены иначе.

— …хааах… не важно, должны ли мы разрушить города Королевства или истребить его жителей, это не проблематично, с учётом силы Великой Подземной Гробницы Назарик. Но наше внимание должно сосредоточиться на накоплении опыта. Если нам придется столкнуться с более сложной ситуацией, уроки, которые вы извлечёте из данной войны, могли бы помочь.

У Аинза был опыт нанесения атак по вражеским базам и осады городов во время прошлых войн гильдий и подобных мероприятий. Однако, то происходило в Иггдрасиле. Знания, которые он получил из игры, надлежало правильно применить в реальности.

В этом контексте опыт, который они извлекут при использовании различных методов для уничтожения разных городов, определённо, станет полезен в будущем.

Великой Подземной Гробнице Назарик следует укреплять себя. Верить в то, что Аинз Оал Гоун и Великая Подземная Гробница Назарик были единственной гильдией и базой гильдии в этом мире, казалось слишком наивным. Аинз существовал в этом мире, потому, должны найтись и другие игроки и гильдии в этом мире, возможно, они появятся в будущем.

И чтобы подготовиться к этому будущему, для их организации жизненно важно наращивать свою силу.

Действительно, каждому из них важно получить личный опыт в таких вопросах.

Аинз продолжил своё обращение к Стражам, внимательно его слушавшим:

— Говоря о нашей текущей ситуации, я чувствую, что груз ответственности на плечах Стражей Этажей всё возрастает. В то же время, число подобных вам, тех, кому я мог бы доверить эту работу, очень невелико.

Стражи Этажей — кроме Виктима — все являлись могучими созданиями 100 уровня, способными потягаться с Аинзом. Стражи Областей были слабее Стражей Этажей, поэтому, Аинз чувствовал себя неловко от мысли вывести их наружу, где могли оказаться сильные враги. Вот почему число заданий, отдаваемых Стражам Этажей, постоянно росло.

— Однако поддерживая статус кво, мы позволим многим проблемам всплыть на поверхности. Когда Колдовское Королевство Аинз Оал Гоун подчинит себе достаточно обширную территорию, Стражи Областей примут на себя ответственность за широкий круг задач. Возможно, настанет день, когда даже управление войной будет перепоручаться кому-то.

— …Мы напишем историю для тех последователей, кто не обладает обширным опытом?

Демиург снова начал излагать непонятные вещи. Но то, что он сказал об истории, более или менее попало в цель. Это также звучало довольно круто.

— …Это верно. Всё именно так, как ты предположил, Демиург.

Хотя он и чувствовал, что это не передать должным образом, но Аинз продолжал улыбаться, используя отрепетированный "Звучащий как у серьёзного правителя!" голос.

Говоря о голосе, если бы он услышал свой голос на записи, то наверняка не смог бы пережить подобного стыда, но он старался не думать об этом слишком много. В конце концов, его эмоции быстро подавлялись, как только он представлял свой голос со стороны.

В любом случае, идея Демиурга с "историей" казалась неплохой.

Они получили знания о различных видах городов и методах их осад во время этого вторжения в Королевство, и им следовало записать всё это в книгу или что-то в этом роде. Обитатели Великой Подземной Гробницы Назарик, а в первую очередь Стражи Областей, могли извлечь урок из переданного им опыта, не так ли?

Конечно, пословица твердит, что "лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать"; так что те, кто пережил что-то лично, усвоят больше, нежели те, кто лишь узнают пересказ событий. Однако он предчувствовал, что едва ли им ещё раз выпадет такая возможность, как сейчас.

— Итак, Стражи Этажей, начиная с этого дня, постараются придумать как можно больше уникальных стратегий осады городов. Демиург и Альбедо, вы оба слишком хороши в этом, потому, просто выслушайте и запишите предложения остальных. С моей точки зрения, на данный момент, Шалти показала наиболее креативную стратегию.

— В-владыка Аинз говорит о том, как я применила ледяных драконов для сброса солдат с небес?~

— Именно так. Я верю, что поскольку именно Шалти я поручил все транспортные задачи, она пришла к такой идее. Взяв за основу эту тактику, мы могли бы организовать… как там это называется? Десант? Возможность организовать нечто подобное — вовсе не плохо.

Она не просто использовала дыхание драконов для тактики "бей и беги", но также сбросила пожирателей душ с 500 метров на город. Пожиратели душ восстанавливали себя, а затем бесчинствовали по городу, убивая массы жителей своей аурой.

Но даже если это были пожиратели душ, их падение с 500 метров наносило им урон. В этом мире, ускорение свободного падения не замедляется сопротивлением воздуха, а потому, падающий может разгоняться бесконечно. Так оно или нет, но Аинз не хотел тратить время и силы на проверку этого экспериментами, а потому, не обладал точной информацией на сей счёт.

Пожиратели душ могли активировать ауру, поглощавшую души и превращавшую их в очки здоровья, это означало, что данная стратегия включала в себя способ практически сразу свести на нет урон от падения боевых единиц.

— Хотя у плана и нашлись некоторые недостатки, но это станет хорошим уроком на будущее. Короче говоря, они пробивали крыши домов.

Аура засмеялась, читая доклад, а Аинз также мысленно улыбнулся. Разумеется, их насмешила не стратегия Шалти, а неожиданное на первый взгляд обстоятельство, возникновение которого сейчас казалось очевидным.

Из сброшенных сверху пожирателей душ, один отскочил от остроконечных крыш, полетел в сторону под странным углом, и получил намного больше урона, чем ожидалось. Но ему ещё повезло в сравнении с тем, который пробил собой крышу, попытался протаранить двери, но в результате застрял.

Из четырёх сброшенных, только один остался обездвижен. Размер выборки был невелик, но частота неудач казалась довольно высокой.

— Стоит повторить эксперимент ещё несколько раз, возможно, нам удастся получить ценные данные по десантированию войск.

— Да!

— Тогда, оставляю это на тебя, выбери несколько городов для эксперимента.

— Как пожелает владыка Аинз, я немедленно подготовлю и осуществлю эти планы.

Среди прочих деталей, попавшихся Аинзу на глаза, значилось, как 300 древних личей использовались для ковровой бомбардировки города путём синхронного использования заклинаний [Огненный Шар], и как убийц отправили устранить главу города, чтобы во время вторжения город погрузился в хаос.

Эти записи разрушений городов представляли ценность не только для обучения Стражей Областей, но также и в качестве образцов стратегий, которые враг мог применить для вторжения в Назарик.

Аинз вздохнул про себя.

Возможно, Стражи решили, что он был параноиком.

Если бы Назарик был действительно неуязвим, то необходимость во всех этих мерах бы отпала, однако, такое невозможно.

Абсолютно невозможно.

— Это приготовления к нашей неизбежной битве с гильдией, столько сильной, как мы, или даже сильнее.

Когда Аинз закончил говорить, Стражи выразили готовность подчиниться в унисон.

— Тогда… самое время начать нашу следующую осаду.

Аинз бросил взгляд на Альбедо: поскольку у Аинза не имелось глаз, большинство людей не могли ощутить его взора. Ему приходилось поворачивать головой в направлении собеседника в большинстве случаев, но Альбедо была достаточно восприимчива, чтобы заметить без этого движения — она кивнула, показывая, что поняла: "Всё, как и сказал владыка Аинз".

— Кстати. Говоря. Владыка. Аинз.

Число. Солдат. Отведённых. Для. Этой. Войны. Кажется. Скудным. В чём. Причина. Для. Этого?

Аинз тут же замер.

Он не мог выдумать ответа на столь логичный вопрос. По правде говоря, он думал, что ему удасться держаться на сцене гораздо лучше, чем сейчас. Демиург и Альбедо не поднимали вопросов, он надеялся, что Коцит и остальные поступят также.

"…вот почему. Это от того, что Коцит уже потерпел опыт поражения в битве с людоящерами, а я обязал его обдумать это.

Неважно, как на это смотреть, причина его неудачи как всегда затаилась в том, что он сказал в прошлом. Ну, почему? Нет, сказанное им тогда было правильным. С позиции того, что он желает укрепить Назарик, его заявления были верны. Именно потому, что он сказал это Коциту тогда, сейчас он показал такой рост.

Почему Аинз собрал такое количество войск, которое не гарантировало им победу? Объяснение казалось несложным, но он просто не мог сказать об этом Стражам Этажей.

Почему это так? Всё дело в том, что такое объяснение могло привести к падению Назарика.

Аинз сглотнул несуществующую слюну.

Он хранил молчание уже слишком долго. Он должен дать объяснение, которое показалось бы разумным.

— Кстати говоря, тоже самое случалось и тогда, когда мы штурмовали соседние города и поселения. Небольшому числу людей позволялось бежать, верно? Зачем это было нужно?

— Вопросы Коцита и Ауры вполне ожидаемы, возможно, среди вас также есть и другие, задававшиеся этими вопросами. Аинз оглядел собравшихся перед ним, и каждый Страж Этажа кивнул головой. — …Понимаю. Что ж, давайте посмотрим, как развернётся наша первая битва. После, я объясню вам причины.

Аинз просто тянул время, перекладывая эти назойливые проблемы на своё будущее "я".

***

На севере Королевства, на побережье моря Ринд стоял город Э-Наюр.

Это был самый большой город во владениях графа Наюа, город, благословлённый морем.

Несмотря на то, что это был самый большой город в феоде, если бы вы отправились на восток за границу владений, не столь далеко вы нашли бы город, известный своим морским портом — Ре-Уровуа. У этого города была больше площадь и больше судов в доках, а единственное преимущество Э-Наюра, вероятно, заключалось в лучших рыбных перевозках. Иными словами, Э-Наюр не считался стратегическим объектом вообще.

Можно с уверенностью сказать, что именно гурманы подчеркивали истинную ценность Э-Наюра. Род графа Наюа изучал дары моря в течение многих поколений, тем самым заработав себе право хвастаться, что у них лучшие морепродукты в Королевстве. В результате исследований получился соус, изготавливаемый из смеси соевого соуса и мёда, использующийся для глазуровки прочих ингредиентов. Жар следовало точно контролировать во время процесса обжарки, дабы избежать подгорания соуса. Всё это вылилось в создание жареной рыбы в стиле Э-Наюр, история которой распространилась весьма широко.

Атмосфера подобного города оставалась неизменной, несмотря на объявление войны несколько дней назад. Рыбаки продолжали рыбачить, а на рынках всё ещё было полно людей, покупавших свежую рыбу и моллюсков. Если не считать уменьшение числа бродячих торговцев на улицах, то жизнь тут текла своим чередом.

Вполне естественно, что никто здесь не предпринимал никаких особых действий.

Они получили новости об объявлении войны Колдовским Королевством с месяц тому назад от гонца из столицы, но они не верили, что Колдовское Королевство нападёт на самые северные регионы страны. По общепринятой логике, прежде чем такое случится, столица должна пасть и война закончится.

Рядом с ними находились и другие крупные города, принадлежащие другим владениям, не говоря уже про многочисленные деревни в пределах феода. Колдовское Королевство должно было пройти через них, прежде чем окажется в этом городе.

И если бы война добралась до них, то прежде к ним поступили бы запросы о помощи от этих поселений. Вот почему они не пытались укрепить оборону, а самое большое, что они делали, это готовили к отправке солдат.

Однако… всё обернулось не так, как они того ожидали.

Соседний барон, вместе с несколькими подчиненными и семьёй, поспешно бежал в Э-Наюр.

Объяснения барона были предельно просты: "внезапно возникла нежить, и истребила всех до последнего жителей".

Нежить появлялась естественным путем, и такая, что могла уничтожить целые деревни, не была чем-то неслыханным.

Но для того, чтобы столь сильная нежить появилась естественным путем, требовалось время. За исключением равнин Катц, множество слабой нежити должно сперва захватить достаточно места, чтобы возник хотя бы шанс на появление сильной.

Если феод хорошо управляется, то становится легко задушить нежить ещё в колыбели, прежде чем та даже сможет бороться, так сказать.

Вот почему сильная нежить обычно не возникала рядом с человеческой цивилизацией. Существовало лишь два исключения из правила.

Либо недалеко появился заклинатель, способный управлять нежитью, либо эта нежить пришла из далеких земель.

Но если это так, то на ум приходила лишь одна личность.

Аинз Оал Гоун, Король-Заклинатель.

Они, должно быть, также получили информацию об объявлении войны. Если рассматривать эту нежить как часть армии Колдовского Королевства, то происходящее обретает смысл. Однако вопросы встают один за другим.

Что случилось с соседними городами?

Сколь многочисленны силы врага? Из какой нежити состоит войско?

Что произошло со столицей?

И другие вопросы продолжали всплывать на поверхность, но им предстояло заняться более важными делами, прежде чем они смогут найти ответы на эти вопросы.

Прослушав подробный пересказ барона и проанализировав всю доступную информацию, они предсказали, что Э-Наюр окажется на пути нежити, вторгшейся в Королевство.

Они немедленно отправили гонцов на быстрых лошадях в каждую деревню и город в их владениях с приказом эвакуации.

Из информации, которой они располагали, нельзя было сказать, с какой целью Колдовское Королевство послало армию к удалённому порту. Возможно, дело в том, что Колдовское Королевство не имело выхода к морю, а потому, желало немедленно получить портовый город, и решило напасть на подобное незащищённое место. Возможно также, что враг намеревался использовать Э-Наюр в качестве плацдарма для дальнейших действий.

Хотя людям всё ещё опасно было эвакуироваться в город, не так много нашлось тех, кто мог убежать от непрерывно наступающей армии нежити и добраться до других владений.

В конце концов, подавляющее большинство людей предпочли остаться за относительно защищенными стенами Э-Наюра.

Через пять дней после конца эвакуации людей в пределах владений, они увидели силуэты нежити с вершин башен крепости Э-Наюр.

Утром через три дня после этого, мужчина стоял на вершине сторожевой башни.

На вид, ему было примерно за сорок, у него было загорелое тело, и его запах больше походил на запах разбивающихся о скалы волн, чем на запах воина. По одному запаху можно было сказать, что он был человеком, жизнь которого зависела от моря.

Хотя верхняя часть его головы была полностью лысой, по бокам и затылку всё ещё виднелись остатки яркой молодости. Он прикладывал все усилия, чтобы зачесать волосы вверх, прикрывая пустошь на его макушке.

Хотя его наружность кричала о том, что он рыбак, одежда выдавала в нём высокородного дворянина; таким образом, несложно определить было его статус.

— Ваааа… да они просто везде…

Его тон совсем не соответствовал его внешности и вообще звучал недостойно, но этот человек являлся правителем этих земель: граф Наюа.

В зоне его видимости находилась большая группа зомби, численность которых примерно в двадцать раз превышала силы обороны Э-Наюра. Армия нежити остановила свой марш, чтобы дождаться отставших, но казалось, что приток зомби в их формирования уменьшился, так что, вероятно, это была вся их армия. Учитывая сложившуюся ситуацию, война встала перед ними всего в нескольких шагах.

— …даже так, это всего лишь толпа зомби. Невелика проблема.

Тем, кто осмеливался так говорить, была дама, стоявшая рядом с графом.

Её белоснежные волосы танцевали на ветру.

Тем не менее, белые волосы не были продуктом её возраста, она намеренно покрасила их так.

Её исходный цвет волос был с оттенком золота, — обычное зрелище в Королевстве. До прошлого года она красила волосы в чёрный цвет.

Окрашенные волосы служили не для модной одежды или развлечения, она использовала свою яркую внешность, как своего рода рекламу для своей группы искателей приключений. Подобные ей искатели приключений не так уж редки, находились даже те, кто красил волосы в розовый цвет, стремясь стать знаменитыми.

Именно по этой причине она сменила краску для волос с чёрного на белый.

Из активных групп авантюристов адамантового ранга уже сформировались команды с ассоциациями на «красный» и «синий» цвета, но недавно «чёрный» тоже оказался взят. В кругах искателей приключений, когда вы упоминаете чёрный цвет, мысли большинства людей естественно тяготеют к Момону из Тьмы. Тем не менее, поскольку мало кто видел истинную внешность Момона, она подумала, окажет ли сохранение её черных волос положительное влияние на их известность или нет. Она отказалась от этой идеи после того, как узнала, что у партнёрши Момона великолепные чёрные волосы.

Следовательно, цвет её команды также изменился с чёрного на белый. Что касается её, Скамы Эрбело, то она просто радовалась, что они ещё не включили цвет в название своей команды, а лишь назвали себя «Четыре Орудия».

— Те, очевидно, появились неестественным путем. Многие из них похожи на фермеров, поэтому, они не могут быть из Колдовского Королевства. Должно быть, они разрушили окружающие деревни и превратили трупы жителей в зомби. Как отвратительно.

Скама заговорила так, будто её вот-вот вырвет.

Хотя среди них некоторые носили хорошую броню — кожаные доспехи, кольчуги и другие виды лёгких доспехов, складывалось ощущение, что это просто солдаты, которых после смерти превратили в зомби, помимо этого, среди них стояло и много тех, на ком вовсе не виднелось никакого снаряжения.

— Кто вообще мог сотворить подобное?

— Можно ли создать такое количество зомби или нет, я понятия не имею. Но поскольку заклинания для создания нежити существуют, это должно быть возможно, верно?

— Ох, хааааааааааа…

Душевные муки графа Наюа вырвались наружу с его вздохом.

В эти трудные времена его голос не выдавал должной настойчивости. Некоторых это могло привести в бешенство, но выражение Скамы оставалось неизменным.

— Если это так, не могли бы мы создать собственную армию нежити, чтобы удержать их?

— Даже если бы у нас сейчас нашлись десятки тех, кто практикует экзотические таинства некромантии и может использовать заклинания высокого уровня, то у них бы всё равно ничего не вышло. Жаль, что в этом городе их нет…

Существовала причина, почему она была так уверена в своих словах.

Граф Наюа послал запросы в Гильдию Магов, Храм, Гильдию Искателей Приключений и к остальным… в общем, он отправил призыв к каждому заклинателю в городе, чтобы те присоединились к ним в создании обороны, в надежде, что он сможет сформировать целый отряд заклинателей.

Из-за того, что в Гильдии Искателей Приключений больше всего заклинателей, а у авантюристов большой опыт в бою, для руководства этим отрядом заклинателей выбрали группу высшего ранга — Четыре Орудия Скамы. По этой причине, Скама хорошо знала каждого заклинателя в городе.

— Правда? Так… у нас ведь всё получится, ведь так? В течение ста двадцати лет… этот город никогда не осаждали, с момента основания здесь поселения. По правде говоря, у нас вообще нет в этом никакого опыта.

Это не то, о чём правитель этого города должен говорить прямо сейчас.

Тем не менее, Скама, похоже, не злилась на него за это. При этом, как обычно, в её голосе не улавливалось ни капли уважения, когда она отвечала:

— Всё получится? Я так не думаю~, Граф. Если мы не придумаем достойный план, то все здесь превратятся в нежить… Каждый старается изо всех сил помочь нам потому, что хотят избежать такого исхода…

— Понятно… и почему только что-то подобное произошло именно в моё время. Если бы этого не случилось ещё лет 5, мой старший сын, вероятно, уже сменил бы меня.

— Какое невезение… Что же, так или иначе, мы с вами в одной лодке. Почему, почему это должно было произойти, именно когда мы решили приехать в этот город. Если бы это случилось через несколько месяцев, мы бы, вероятно, к тому моменту уже переехали в другой, более крупный город…

— Чег… Не- не спешите так с выводами, хорошо? Давайте все сохраним благоразумие. Пожалуйста, не бросайте этот город!

— Если бы мы действительно хотели сбежать, сейчас было бы самое подходящее время! Взгляните туда.

Скама указал на двух мертвецов, которые стояли впереди армии зомби.

Их было довольно легко заметить, учитывая, что они примерно на две головы выше, чем зомби вокруг них. В сочетании с подавляющим, поднимающим дыбом волосы давлением, которое от них исходило, подчеркивая их присутствие, их сила становилась очевидной.

На боках эта нежить носила флаг.

— Колдовское Королевство.

— Ага … участвовал ли граф в битве на равнинах Катц?

— Хмм? Я только послал некоторых доверенных подчинённых вместе с нашими ополченцами. Ни я, ни моя семья не участвовали… похоже, они уже не вернутся в любом случае.

— Ммм … Надеюсь, они покоятся с миром в доме Господнем. Только две особые нежити прибыли от лица Колдовского Королевства, Короля-Заклинателя, который унёс жизни 200,000 человек… Вы и правда верите, что они слабы?

— Я так не думаю, эх… они, должно быть, ошеломительно сильны…

— Верно… Вы не злитесь? На то, что они решили, словно им нужно только двое мертвецов, чтобы уничтожить этот город?

— Неееет! Вместо этого я думаю только о том, как нас можно спасти из этой ситуации.

Из уст правителя этих земель, его слова звучали слишком неубедительно, но они оставались очевидной истиной.

— Хотя я хочу отправить посланника, чтобы объявить о нашем намерении сдаться, я сомневаюсь, что это сработает.

— Разве вы не можете просто сбежать по морю? Вы, наверное, уже подготовились к этому, верно?

Скама спросила то, что пришло всем на ум ещё во время их предыдущей встречи, но никто и ничего тогда не высказал вслух.

Граф улыбнулся с горьким выражением и не ответил сразу. Вместо того, чтобы что-то скрывать, более вероятно, что он просто пытался понять, что Скама на самом деле имела ввиду под этим вопросом.

Хотя она была не слишком хорошо знакома с графом, у них происходило достаточно много взаимодействий из-за их направлений работы. С тех самых пор она знала, что он был довольно сообразительным.

Прискорбно то, что, хотя сын графа был для него подходящей заменой, он не являлся таким выдающимся, как его отец. Тем не менее, находились люди, которые верили, что его сын сможет вырасти в этом плане, набрав достаточно опыта.

— Кхм. Конечно, но мы не можем вывезти всех из этого города на судне. Даже если мы сделаем несколько перевозок, чтобы высадить людей на близлежащие берега, как нам поступить с продовольственным вопросом? Куда мы можем сбежать? И всё больше вопросов продолжит возникать…

— Но если это только граф и его семья, то это вполне осуществимо, верно?

Граф снова задумался на миг и ответил:

— Полагаю, что так, но это будет последнее средство. "Все, прошу, эвакуируйтесь в город, но я и моя семья покидаем его первыми", — нечто подобное ляжет тяжким грузом на мою душу…

Обычно, когда город оказывался захвачен, его правящий класс убивали или принуждали к повиновению. С другой стороны граждане, хотя их имущество будет разграблено, просто сменят над собой управителя. Убивать мирных жителей города — всё равно, что убивать гусыню, несущую золотые яйца.

Если бы разрушение города не принесло выгоды захватчикам, они никогда бы так не поступили.

Однако…

— Слова барона, бежавшего от Короля-Заклинателя — от вторжения Колдовского Королевства сюда, а также слова беженцев из окружающих деревень, вы ведь уже их слышали? Всё складывается не лучшим образом для нас.

— Вы хотите сказать, что беженцев должно было быть больше, верно?

— Да, это так, — ответил граф.

Те, кто эвакуировался первыми, уже были здесь, но их оказалось слишком мало по сравнению с населением окружающих земель. Что стало с людьми, которые остались позади или просто не смогли бежать?

Неужели они теперь не хотят бежать, поскольку живут в утопии? Или они пребывают под наблюдением государства, от которого не скрыться ни единому муравью? Или всех их увезли в Колдовское Королевство? Всего три оптимистичных вывода приходило ему в голову.

Но, увидев превращённых в зомби фермеров, он понял, что Колдовское Королевство ни за что не отнесётся к ним хорошо.

— Хотя он и правит Э-Рантелем, похоже, что он всё ещё чудовище, питающее ненависть ко всем живым…

— Итак, цель этой войны состояла в том, чтобы обратить поверженных врагов в своих солдат, укрепив ряды их войска. Они не спят, не едят, не устают, лишены страха и абсолютно преданны. Эх, становится вполне понятно, почему они не выказывают милосердия своим врагам, да?

— Говоря о нашем враге, это имеет смысл. Если бы они пытались подчинить себе город и заставить жителей работать на них, они бы не делали чего-то подобного… Возможно, они не собираются оставлять в живых никого из граждан Королевства. Но если это так, то имеет ли вообще значение, куда мы сбежим?

Может быть, он пытался посочувствовать ей или заставить её сочувствовать ему?

Скама кое-что уловила.

Она являлась сильнейшим искателем приключений в этом городе. Если она бросит город, все шансы на победу обернутся неизбежным поражением. Именно по этой причине граф пытался убедить её, что бежать некуда.

Едва Скама собиралась что-то сказать, где-то неподалеку раздался шум.

Ради уединения — или лучше сказать, ради подготовке к обороне — они оба ускользнули, чтобы понаблюдать за построением противника.

Появившийся перед Скамой был членом её команды. Её команда, Четыре Орудия, состояла из четырёх человек, включая Скаму. Соотношение мужчин и женщин совпадало. В дополнение к воину Скаме, у них имелись вор, жрица и заклинатель магии школы призыва. Состав их команды считался достаточно сбалансированным.

Позади её товарищей по команде стояли заклинатели, собранные со всего города.

Количество заклинателей не превышало пятидесяти, но такое число представляло более чем внушительный боевой отряд.

Причина, по которой они смогли собрать так много заклинателей, заключалась в лазейке к негласному правилу среди искателей приключений — про неучастие в войнах между государствами.

Этого бы не случилось, если бы Колдовское Королевство отправило солдат людей, но их армия состояла из нежити — множество из которых, почти наверняка, — мирные жители Королевства, обращённые в нежить.

В принципе, они могли рассматривать как совпадение, что эта нежить несла флаг Колдовского Королевства.

Они должны были использовать эту причину, поскольку никоим образом не смогли бы простить себя за отказ по формальному поводу от сражения с нежитью, обращающей поселенцев в ещё больше нежити.

Сформированный здесь отряд заклинателей подразумевал, что все они — конечно, не совсем все относились к подходящей школе магии, но гипотетически — могли использовать стратегию непрерывного дождя из [Магических Стрел] на врага, что, в теории, могло сразить даже дракона.

В отличие от обычных стрел, [Магические Стрелы] гарантированно попадали в цель, независимо от навыков призвавшего. Использование этого навыка заклинателем высокого ранга позволяло увеличить число создаваемых снарядов, а также урон от каждого. Но несмотря на это, урон от отдельного снаряда оставался ничтожным. Считалось почти невозможным убить противника с одного использования этого заклинания.

Урон от заклинания не зависел от того, куда был нанесён удар по противнику, что некоторые считали его преимуществом, в то время как другие считали его недостатком.

Учитывая данное, это всё ещё было удобным заклинанием для группового использования. Если бы они сформировали отряд армии из людей, которые выучили это заклинание, это, вероятно, имело бы большой успех. Тем не менее, никаких исторических записей о такой тактике не было.

Так вышло потому, что для изучения даже первого уровня заклинания, требовался определённый потенциал, не говоря уже о количестве времени, которое нужно было потратить на обучение заклинателя. Учитывая одинаковое количество времени и ресурсов, было выгоднее тренировать сотню лучников, чем одного магического заклинателя для боя.

Если бы существовало множество людей, способных использовать "Магическую Стрелу" и из них можно было сформировать армию, то это бы имело абсолютно ужасающий потенциал. Если даже эти требования к таланту не могут быть удовлетворены… нет, точнее будет сказать, что просто нет такого количества людей, так что собранная из одних заклинателей армия — несбыточная мечта.

За этой несбыточной мечтой о создании боевого подразделения стояли солдаты графа и искатели приключений, владевшие стрельбой из лука или иных орудий дальнего боя.

То есть те, кто собрался на городских стенах, намеревались первыми нанести удар по армии Колдовского Королевства.

Граф Наюа, стоя пред всеми ними, заговорил громким голосом:

— Я признателен всем тем, кто собрался здесь! Хочу поблагодарить всех и каждого из вас за вашу помощь.

Скама более не ощущала в его тоне прежней ненадёжности; всё, что оставалось — достоинство и уверенность, подобающие лидеру.

Его умение держать себя, — результат благородного образа жизни, — поверг Скаму в благоговение.

— Отблагодарите нас более практичным образом, пожалуйста!

Ответил один из компаньонов Скамы, заклинатель. Волна смеха пронеслась вслед за этим. Граф нисколько не огорчился, услышав сказанное одним из представителей искателей приключений. Напротив, улыбка, что расцвела на его лице, была искренней.

— Положитесь на меня! Вас вознаградят достаточно для того, чтобы даже когда другой искатель приключений попросит вас заплатить за его обед, вы не разоритесь. Я вручу вам ваши награды на глазах у всех, в открытую.

— Ууу, — торжествовала вся толпа.

— Разумеется, это относится и к моим солдатам. Хотя ваше жалованье может быть не столь щедрым, как у искателей приключений, я позабочусь о выдаче премии достаточно большой, чтобы вам не пришлось беспокоиться о ваших женах и детях в будущем! Но, — граф перешел на игривый тон, — даже не думайте промотать всё своё новоприобретенное богатство, я доступно выражаюсь~?

Он заметил, как напряжённые лица его солдат немного расслабились.

— Я думала об альтернативных формах компенсации. Наверняка у графа найдётся парочка зачарованных предметов, вроде фамильных реликвий? В конце концов, ваша родословная уходит корнями довольно далеко.

Сказавшей это оказалась женщина, излучавшая развратную ауру. На её шее висел святой знак Бога Земли, зажатый меж её пышных грудей. Вполне уместно назвать такое святотатством.

Эта женщина, Лилинетта Пиан, также являлась одной из компаньонок Скамы, и нет, она отнюдь не носила этот наряд жрицы, будучи проституткой, угождавшей фетишам клиентов или что-то подобное.

— Фух. Достать зачарованную фамильную реликвию будет не так просто. Хотя такая и правда существует, — у меня есть предмет, передававшийся из поколения в поколение. Многие люди могли слышать о нём, он носит имя Святой Меч Пентехромата.

Он представлял собой длинный меч, зачарованный силами стихий огня, грома, кислоты, звука и льда, наносивших соответствующие типы повреждений поражённой цели.

Но лезвие его не имело заточки, так что он годился лишь как дробящее оружие, подобно тренировочному мечу для практики. Он понятия не имел, зачем кому-то потребовалось создавать этот меч. Ещё больше смущало то, что он не наносил святой урон, хотя и назывался святым мечом; быть может, имя изменилось спустя поколения после его создания, а потому, оно не имело особого значения.

— Я хочу его~

В конце концов, это всё ещё был ценный предмет, так что отдавать его искателю приключений в качестве компенсации казалось совершенно неуместным.

— Вы его желаете? Хмм, в зависимости от ситуации, я не исключал бы такую сделку полностью. Граф продолжал со срывавшимся дыханием: "мой сын… я хотел бы, чтобы вы стали его наложницей".

На лице Скамы возникло опасливое выражение.

Граф сказал нечто, что ему не стоило произносить.

Некоторые искатели приключений удивлённо посмотрели на графа, а именно те, которые души не чаяли в Лилинетте. В противоположность у той, кто начал всё это, глаза светились острым охотничьим азартом, подобно орлиным.

Возможно, эта шутка пересекла черту. Как только граф Наюа открыл рот, чтобы извиниться, Лилинетта спросила:

— У графа четверо детей, да? Ваша жена родила вам старшего и третьего сына. Ваша наложница родила второго сына и старшую дочь. Хм, о вашем старшем не может быть и речи, так о каком сыне вы говорили?

Её тон совершенно изменился. От небрежного отношения к серьёзности, которую следовало ожидать от искателя приключений. Такова её настоящая личность.

А это означало то, что Лилинетта говорила серьёзно.

Выражение лица Скамы ещё больше омрачилось. Она посмотрела на своих товарищей по команде, которые хладнокровно избегали её взгляда.

Эти трусы.

— …Я говорил о моём третьем сыне.

— Третий сын? Но разве ему не двенадцать лет? Тот, чей день рождения скоро наступит, но ещё не прошёл? Стать наложницей этого ребенка?

Граф собирался кивнуть головой, как вдруг замер.

— …Это верно. Как вы узнали о возрасте моего сына? Даже дата рождения третьего сына местного дворянина… Это важная информация? Или все вы, высокоранговые искатели приключений, такие?

"Нет-нет", "Ах, нет", — другие искатели приключений поспешили отринуть это. Лилинетта проигнорировала всех и продолжила, поправив свои волосы:

— Хех, ооотлично. Кхм…. Тогда решено, я стану наложницей вашего сына за Святой Меч Пентехромата.

Граф внимательно посмотрел на Лилинетту и перевёл взгляд на Скаму, как будто у него был вопрос, на который он хотел получить ответ именно в этот момент.

Скама прекрасно знала, что это за вопрос.

— Хотя именно я тот, кто предложил это. Подождите, почему она пускает слюни? Она на самом деле заинтересована в магическом предмете или же в моём сыне?

— Это второе, — пыталась сказать Скама, но прежде, чем её слова успели дойти до кого-то, раздался громкий голос,

— Глупцы! Незрелые плоды — самые соблазнительные из всех, не так ли?

Безмолвная атмосфера повисла в тот момент, пока они осознавали, чей это голос. В то же время несколько искателей приключений уже упали на землю, их фантазии рассыпались под суровой реальностью случившегося.

Скама могла лишь сочувствовать горю этих искателей приключений.

"Извините", — подумала она. Те, кто пытался ухаживать за этой особой, наконец должны были понять, почему они не добились успеха.

Возрастные предпочтения.

— Я думал, вы спросите: "почему наложница?" — или что-нибудь в этом роде.

Лилинетта ответила графу Наюа, который что-то бормотал себе под нос,

— Ах, господин свёкор. Даже если он ваш третий сын, он всё равно родился от вашей жены. Если всё пойдет хорошо, он сможет получить титул барона и небольшой участок земли, правильно? Имея это ввиду, для искателя приключений было бы сверх меры требовать стать его женой, даже если она могущественна, верно? Хотя вам известно, что у меня и правда есть связи с храмами, на этом всё. Вы ведь собирались сказать что-то вроде: "если вы превосходно проявите себя в этой битве, я подумаю над тем, чтобы позволить вам стать его женой", — верно? Но если меня удовлетворит предложение стать его единственной женой, я никак не смогу заполучить в свои руки Святой Меч Пентехроматы. К тому же, жена вашего третьего сына, унаследовавшая семейную реликвию, нарушила бы мир в нашей семье~

Она уже называет его свёкром.

— …Я недооценил вас… Если бы вы появились раньше, я бы сделал вас наложницей моего старшего сына.

— Ах, пятнадцать… подождите, нет… семнадцать лет и старше — уже слишком стары для меня, дорогой свёкор.

Граф продолжал смотреть на Скаму, а та изо всех сил старалась игнорировать его. Выражение графа Наюа выглядело так, будто он получил сильный удар и хотел назвать её скользкой дамой, игнорируя расположение толпы.

— Хмм, есть кое-что, что я должен спросить… даже если это мой третий сын, всё равно настанет день, когда ему исполнится 17 лет!

— Это правда… если бы только он принадлежал к расе с более долгой продолжительностью жизни. Но если это так, то разве я не была бы той, кто постареет быстрее…? Итак, то, что вы сказали, вполне приемлемо для меня.

— Ты думаешь, что это стоило подчеркнуть?! Ты считаешь, что изо всех вещей, которые я сказал раньше, именно эта заслуживает особого внимания?!

— Э? Господин свёкор. Вы, кажется, теряете своё самообладание?

— …Ты последняя, от кого я хочу слышать это.

Исходя из личного суждения Скамы, Лилинетта — честная и заботливая женщина, поэтому она будет хорошей невестой. Однако ничего из этого сейчас за ней не наблюдалось.

Если так продолжится и дальше, это не только навлечёт позор на её спутницу, но и создаст странное впечатление о всей её команде, что будет проблематично. Скама не хотела, чтобы её белые волосы принимали как негативный оттенок.

— …Итак, граф. Пусть мы и высоко ценим ваши усилия по снижению нашего стресса при помощи юмора, мы должны продолжать наши приготовления к битве. Могу я попросить вас вернуться в командный центр?

Даже если бы он остался, то он, лишенный всякого боевого мастерства, не смог бы сделать многого. Его навыки найдут лучшее применение в другом месте. Граф Наюа кивнул головой в ответ на это логичное предложение, вероятно, из желания держаться как можно дальше от Лилинетты.

— Ах да, тогда. Слушайте все, успех зависит от каждого из нас!

***

С высоты городских стен казалось, что у противников вообще нет никакого строя, — они просто собирали зомби в одном месте. Для такого искателя приключений мифрилового ранга, как Скама, не представляло трудности истребить их всех, если бы только здесь не было тех монстров.

— Нет движения, хмм? Итак, кто-то узнаёт этот вид нежити?

Пара неживых существ стояла там, куда указывала Скама.

Одно из них держало массивный щит в одной руке и меч во второй, а другое же вооружилось парными клинками.

Магические заклинатели вокруг покачали головами после её слов. Скама обратила взгляд на Лилинетту.

Жрицы обычно весьма осведомлены в вопросах о нежити, будь то общеизвестные знания или эзотерические.

Но она пожала плечами в ответ, и на это могло быть лишь две причины.

Одна из них заключалась в том, что они столкнулись с чрезвычайно редким или даже новым видом — не задаваясь пока вопросом терминологии — нежити.

И то, и другое наводило тревогу. Обычно, в подобных ситуациях для искателя приключений считалось вполне нормальным задуматься о побеге.

Другой ситуацией, когда они стали бы рассматривать возможность для отступления, был бы случай, если нежить обладала особыми способностями, позволяющими мгновенно оглушать цель или убивать одной атакой.

По такому сценарию у них не было совершенно никакой информации для размышлений.

Например, у вурдалаков была атака когтями, способная парализовать цель ядом при нанесении урона.

Если не знать о парализующем эффекте и не подготовить защитных мер, то отряд может оказаться парализован по цепочке или даже полностью уничтожен. А что станет с группой, если она не в курсе о способности призраков к краже жизненных сил? Или как насчёт отряда, в котором не знали об оборотнях или им подобных монстрах с сопротивлением к любому оружию, кроме особого металла? Или что насчёт монстров, способных регенерировать, если им не нанесли удар с применением огня и кислоты?

Информация является одновременно и орудием нападения, и защиты. Если кто-то вступает в бой без предварительно собранной информации, угроза, которой они себя подвергают, кажется очевидной.

— …Это очень плохо. Нам следует попробовать бить его при помощи всех видов атак и наблюдать, какая окажется эффективной, есть возражения?

Ни единого писка.

— Тогда, именно так мы и поступим: кто и что конкретно станет применять из заклинаний, я оставляю на усмотрение вам, профессионалам. Давайте предположим, на что он способен, на ваш взгляд, опираясь на его внешний вид. Прежде всего, оба они напоминают собой бойцов ближнего боя.

Они действительно выглядели так, поэтому едва ли в этом плане они слишком далеко уйдут от их ожиданий, верно? Не то, чтобы монстров, способных скрывать свою внешность не существовало, просто Скама с подобными лично ещё не сталкивалась.

— Похоже, что они обладают высокими оборонительными способностями, поэтому опасно вступать с ними в ближний бой. Мы начнем их атаковать издалека, если это так, но физические стрелы могут не возыметь большого эффекта. Возможно, нам в итоге придётся вступить в рукопашную, так что количество урона, которое мы нанесем этой твари прежде, чем она достигнет стен, определит, выиграем мы или проиграем. Но так как мы также должны подготовится к тому, что враг способен прорваться через стены и навязать сражение в городе, нам придётся оставить нескольких заклинателей усиления авангарда чарами, а также атакующей магией.

Тем не менее, она предупредила их, чтобы они не скупились на трату маны больше, чем, то было необходимо.

— Если никто не предложит другой план, мы попробуем этот. Хорошо, давайте начнём.

Заклинатели начали обмениваться мнениями в соответствии с приказом Скамы.

Скама пришла на то место, где ожидала соединиться со своими товарищами по команде — кроме одного отсутствующего.

— Итак, лидер, что нам делать теперь?

Скама ответила "что ты имеешь ввиду?" на вопрос вора.

Он уже был в курсе планов сражения, ему их объяснили, так что его вопрос должен быть о чём-то другом.

Вопрос "что нам делать?" звучал для неё слишком неопределенно.

— Насколько нам стоит стараться ради этого города, вот что я подразумеваю. Поскольку враги в основном зомби, а город не будет окружен со всех сторон, если мы намерены бежать, то с нашими навыками вполне можно прорваться, верно? Украсть одну из лодок, а затем уплыть на ней, совсем неплохо звучит, смекаешь? Еду подготовили, как было приказано, смекаешь?

— Тупица, — ответила Лилинетта с напыщенным тоном, — наш противник — нежить, смекаешь? Меня бы не шокировало, если бы они вышли прямиком из моря~

Поскольку северная оконечность города выходила к морю и была покрыта причалами, то на этой стороне города не имелось стен. Окажись их враг хоть немного разумен, он атаковал бы с этой стороны. Вполне возможно, что даже сейчас их главная армия всё ещё ждала момента для выхода из моря.

— Ах… это так? Это-таки весьма беспокоит. Ты говорила с графом об этом?

— Нет, сомневаюсь, что это могло бы помочь. Даже если мы просто расставим блокпосты, периметр слишком широк для этого… с другой стороны, наши действия создали бы ненужную панику по всему городу. Возможно, есть некая причина, по которой они не окружают нас полностью. Например, что если они оставят нам лазейку в периметре, а когда мы попытаемся через неё проскочить, то это окажется ловушкой?

— Тогда, что нам остаётся делать?

— Если вы хотите бежать, то сделайте это вон там, — Скама указала на скопление врагов, — Несложно разрушить строй зомби, в худшем случае, нам просто стоит использовать [Полёт] для разведки, чтобы убедиться, что враг не спрятал главных сил позади.

— Смотрю, ты уже всё продумала, а? — сказал вор, не замечая взглядов двух своих спутниц, пытающихся донести "это просто ты один здесь ни о чём вообще не думал", а потом продолжил: — Так если нам нужно будет бежать, то куда? В соседние города или куда-то ближе к столице?

— Мы просто бросим эту страну.

— Вы серьёзно!?

— Ты слишком шумный, — Скама убедилась в том, что вокруг никто не слышит, а потом продолжила: — …да.

Остаться и принять правление Колдовского Королевства, страны, что обратила так много людей в нежить (пусть даже они были гражданами враждебного государства), определенно не сулит им хороший конец.

Сейчас перед ними стоял вопрос, куда они должны бежать?

Хотя им, как отряду искателей приключений, несложно будет бежать, лидеру всё ещё предстояло рассмотреть различные сценарии.

Три страны, граничившие с Королевством, помимо Колдовского Королевства, были следующими: Совет Агранд, Святое Королевство и Империя.

В порядке исключения, оставался лишь Совет Агранд, так как Святое Королевство выказывало дружелюбие к Колдовскому Королевству, а Империя стала его вассалом. Преимуществом выбора Совета Агранд является его относительная близость от их текущего местоположения, но помимо него, можно рассматривать также Альянс Городов-Государств и Теократию. Последние слухи о Драконьем Королевстве не внушали надежд, а в остальных странах люди пребывали в меньшинстве. С другой стороны, люди также были меньшинством в Совете Агранд и в Альянсе Городов-Государств.

Если бы им пришлось принимать в расчёт долю людей к общему населению страны, то из списка стран для укрытия им также пришлось бы отбросить Совет Агранд. Она слышала, что люди занимали там менее 10% всего населения.

Если расстояние не проблема, то Альянс Городов-Государств становится лучшим вариантом. Приблизительно половину населения некоторых городов Альянса составляли люди.

— Эх… мы и правда собираемся бежать? Скама, тебе стоит побольше стараться ради моего личного счастья~

— …Так ты не играла, когда недавно говорила о том ребёнке?

Желание помочь и желание бежать — эти эмоции сошлись в борьбе за сердце Скамы. Примерно в это время Скама заметила, что заклинатели закончили свои обсуждения.

— Лидер! У нас всё готово.

— Принято! …Итак, не пора ли? Действуйте по плану, если же случиться худшее — прыгайте вниз и прорывайтесь сквозь скопление зомби.

Спрыгнуть вниз с такой высоты означало бы испытать некоторую боль даже для такого бронированного человека, как Скама. Эта проблема решалась их заклинателем, которому полагалось наложить на неё [Контроль Падения], чтобы она приземлилась безопасно.

Скама и остальные переместились к своему посту, где стали ждать действий врагов.

Можно ли назвать их удачей, что враги не удосужились повременить до наступления темноты для наступления?

Не было никакого особого сигнала, ознаменовавшего начало битвы.

Никто не отправлял противнику стрел с посланием, ни одна из сторон не стала объявлять о своих намерениях, просто огромное скопление зомби, спотыкаясь, стало приближаться к городским стенам. Это совсем не напоминало то, как начиналось обычное сражение.

Мычащие трупы, быстро приближающиеся к ним, возможно, были ужасающим зрелищем для некоторых, но для кого-то вроде Скамы, это выглядело смехотворно. Окажись тут зомби других рас, помимо людей, такие как гиганты, драконы или прочие громадные монстры, ситуация была бы иной. Даже неоперившиеся искатели приключений не испугались бы обычных человеческих зомби. В конце концов, стены этого города не казались чем-то таким, что могли бы пробить зомби такого пошиба.

Зомби, хотя и превосходили по силе, живучести и выносливости обычного парня, всё ещё оставались намного хуже искателя приключений, имевшего хоть какой-то опыт за плечами. И это не принимая в расчёт тот факт, что зомби не являются разумными существами.

Пока лучники готовили свои луки, взгляды искателей приключений оставались прикованы к этим двум представителям нежити.

Они оставались неподвижны. Почему? Возможно, они вообще не собирались двигаться?

В конце концов, когда они убедились, что зомби попали в радиус поражения, лучники пустили стрелы по сигналу Скамы.

Обычно, они бы ждали перед началом стрельбы, пока расстояние между ними не сократится, чтобы уверенно поразить свои цели, но поскольку целями служили зомби, количество имело большее значение, чем точность.

Как и ожидалось от солдат, уверенных в своих навыках стрельбы из лука, они были довольно точны даже с такого расстояния. Возможно, только две из десяти стрел отправлялись в никуда, что считалось незначительной потерей.

Однако всё обстояло совсем не так, чтобы зомби падал после первого же попадания стрелы. Тем не менее, каждый такой выстрел мог срезать часть отрицательной энергии их противников.

Второй и третий залпы положили начало уничтожению врагов в больших количествах.

Авантюристы и солдаты не радовались при зрелище и звуках падающих на землю зомби; ничего такого, что выходило бы за рамки ожиданий, ещё не произошло.

Их главной заботой по-прежнему оставались те двое представителей нежити.

Сильные монстры могли в одиночку переменить исход битвы.

— …они движутся.

Нежить со щитом зашевелилась. Со скоростью, значительно превышающей марш зомби, она понеслась в направлении ворот города. Нежить со щитом отправляла зомби в полёт, словно совершенно их не замечая, мчась вперёд со щитом перед собой.

Скама, потрясённая невообразимой скоростью бега их оппонента, прокричала приказ:

— Начинайте атаку!

Воздух наполнился звуками множества заклинаний, приведенных в действие единовременно.

Среди них, как и ожидалось, наиболее разрушительным был [Огненный Шар], пущенный компаньоном Скамы.

[Огненный Шар] стремительно рассёк воздух и взорвался прямо в центре тела неизвестной нежити; огромная сфера пламени родилась из взрыва, окутав всех зомби вокруг этой нежити. Даже если он укрывался за щитом, способным сократить часть наносимого урона, последующее буйство пламени должно было поглотить его.

Различные заклинания осыпали щитоносца.

И всё же он продолжил двигаться вперёд так, словно вообще не получил повреждений. Это спровоцировало некоторый шум в рядах солдат.

— Отставить панику! — прокричал искатель приключений.

Для авантюристов, такой исход казался логичным. Движения нежити не затруднялись от получаемого ими урона. Независимо от того, сколько урона они получили — даже если живое существо на их месте оказалось бы на грани смерти — они могли продолжать передвигаться как обычно, пока их негативная энергия не иссякнет.

Даже хорошо известное заклинание [Огненный Шар] не было беспрецедентным по своему урону. Некоторые сильные искатели приключений могли пережить столкновение с боевой колесницей, а ещё более сильные могли принять даже несколько таких ударов.

Магии такого калибра просто недостаточно для того, чтобы опрокинуть этого щитоносца, а искателей приключений, всерьез рассматривавших такую возможность, следовало бы уволить давным-давно.

Но вопрос всё еще оставался.

Получил ли вообще этот монстр урон или нет? У них не было способа проверить это.

Вот почему Скама сосредоточила на нём своё внимание.

Прямо говоря, от урона заклинания нельзя уклониться, защититься или уменьшить его физической броней. Чисто энергетические заклинания, как у них, способны эффективно поражать врагов в защите из кусков брони или в крепком экзоскелете. Но всё же, не то, чтобы не существовали монстры с сопротивлением к магии или стихиям.

И среди нежити она могла бы подыскать примеры.

Было хорошо известное, особо опасное существо, зовущееся Драконом-Скелетом, обладавшее полным иммунитетом к любой магии. Встречались и монстры, способные уменьшить урон от огня или даже исцеляться за счёт атак.

Нельзя исключать, что данная нежить может обладать подобными способностями.

Но если магические атаки не возымеют эффекта, им придётся резко изменять свои планы на битву.

— Отлично! Наши атаки действуют!

Её компаньон, из числа сотворявших [Огненный Шар], прокричал это.

Заклинатели один за другим ощутили величину нанесённого урона при помощи интуиции и начали выкрикивать "сработало", "мы наносим урон" и тому подобное.

— Скама! Все виды магических атак выглядят эффективными на этой твари!

Скама вздохнула с облегчением, услышав лучшую новость за этот день. Возможно, у них всё же есть шанс на победу.

— Поняла! Тогда — продолжайте атаковать!

Противник всё еще бежал на них с головокружительной скоростью. Она молилась, чтобы они сумели повергнуть его прежде, чем он достигнет ворот. Если бы они подумали о том, что это существо не обладает сопротивлениями, то объём урона, что оно уже успело принять на себя, является доказательством того, что перед ними совсем не обычный враг.

"Пожалуйста, не заставляйте меня драться с чем-то подобным в ближнем бою!"

И словно в знак согласия с мыслями Скамы, была послана ещё одна волна заклинаний.

Многие зомби уже пали к этому моменту, но щитоносец продолжал наступать.

Большинство видов нежити уничтожило бы несколько десятков заклинаний.

Холодок пробежал по спине Скамы.

"Он сильнее, чем мы предполагали… нет, он слишком сильный… эта тварь, мы действительно сможем её победить?"

А ведь щитоносец не был единственным врагом, которого им стоило опасаться; был и второй, который всё ещё оставался на месте. Почему он не движется, они не представляли…

"Это и есть главный козырь Колдовского Королевства? Вот почему их только двое…? Или этим они хотят сказать, что на весь этот город, вместе с нами, достаточно только двух таких?"

Холодок вновь пробежал по её спине.

Что, если Колдовское Королевство собрало информацию о каждом из искателей приключений в городе, включая отряд Скамы, Четыре Орудия, и отправило точное количество войск, необходимое для гарантированной победы? И "войска", о которых идёт речь, это не зомби, а скорее всего — щитоносец?

Словно пытаясь опровергнуть свои параноидальные опасения, Скама прикусила губу, дабы подавить желание прокричать "убейте его скорее".

Все и так уже были сосредоточены на этом и выкладывались изо всех сил. Какой эффект на их сознание произведёт она, сильнейший из искателей приключений здесь, закричав такое?

Хорошо, если они не прореагируют, но, скорее, это приспустит их боевой дух.

Сейчас ей следовало сопротивляться своим желаниям.

Скама вознесла молитву своему Богу, Богу Огня, но это не принесло улыбки на её лицо.

Щитоносец оказался у ворот.

Теперь он находился в слепой зоне заклинателей, на которой они не могли прицелиться как следует.

Скама подумала, не спрыгнуть ли ей с городских стен и не убежать ли.

Один взгляд на второго, неподвижную нежить, убил эту идею.

Если эта вторая нежить окажется столь же быстрой, как щитоносец, то она легко догонит Скаму.

У неё всё ещё остаётся возможность бежать, ведь она уже использовала [Полёт] для разведки за пределами армии зомби и не нашла никого, помимо этих двух существ.

Так что, если они совместят [Полёт] с [Парящей Доской], или заманят врага в город, сбежав во время суматохи, то это может сработать. До тех пор, пока в резерве врага не окажется припрятана ещё нежить, ничто не остановит её побег.

Но если они станут действовать по последнему плану, то, несомненно, груз вины на их душах окажется ещё тяжелее, чем если бы они просто бросили город. Возможно, это чувство вины будет преследовать их до конца дней.

Как раз когда Скама заскрежетала зубами, она услышала громкое "бум!" со стороны ворот, словно в них только что врезался таран.

Им недоставало времени.

И Скама сделала свой выбор.

— …Настал наш черед! Вы, ребята, не отрывайте глаз от той неподвижной нежити и следите за происходящим под стенами! Я выманю уродца к вам на дистанцию поражения! Когда увидите его, немедленно применяйте заклинания!

После краткого приказа своим товарищам по команде и подробных приказов солдатам и заклинателям, Скама побежала по лестнице к подножию крепостных стен. Её спутник, у которого всё ещё было активировано заклинание [Полёт], неотступно следовал за ней.

— Эта тварь обладает невероятным уровнем живучести, но она точно уже должна была получить довольно много повреждений!

"Но правда ли это так…? Это ведь не слишком оптимистичные выводы, да? Однако…"

На лице Скамы появилась горькая улыбка.

"Нежить, принявшая на себя уже так много магических атак. Прошу, не заставляйте меня выигрывать время для следующих заклинаний, встречая удары этого чудища."

Но ей предстояло это сделать, чтобы у них остались хоть какие-то шансы пережить это испытание.

Городские ворота представляли собой простую, единственную гигантскую дверь, сложенную из бревен. Она стала бы предметом гордости для рыбацкого поселка, но отнюдь не в текущей ситуации.

Удар тарана, скорее всего, снёс бы все петли. Поскольку они не могли заменить её чем-то более прочным, учитывая отведённое им количество времени, им оставалось лишь укрепить её деревянными досками и запечатать проём. Толщина ворот теперь была примерно вдвое больше, чем прежде.

С другого конца этой двери раздавался грохот повторяющихся ударов.

— Ну и силища у него…

С треском, часть деревянных досок, подпиравших дверь, начала ломаться.

Между ударами наступал промежуток, возможно, щитоносец отступал назад, чтобы разбежаться, прежде чем снова врезаться в ворота.

— Как нам поступить? [Молния] способна ударить сквозь ворота, стоит ли пробовать?

Такие двери обладали сопротивлением к атакам на основе молнии, но это не означало, что подобное заклинание не пробьётся сквозь них.

Потенциальный урон, который заклинание могло нанести двери, будет сопоставим с тем, который получит нежить. Нужно было также учитывать преимущества использования [Молнии] сейчас или же сохранения маны для других заклинаний, которые пустят в ход после того, как щитоносец прорвётся.

Нет, в этом не было необходимости.

Им не следовало торопиться встретиться с врагом лицом к лицу, но вместо этого пытаться нанести сколь можно больше урона до столкновения.

Скама кивнула, и её спутник немедленно начал творить заклинание.

— [Молния]

Дуга молнии вырвалась наружу и прошла сквозь дверь, несомненно, нанеся некоторый урон щитоносцу.

— Овоаа-воаа-воаа!

Независимо от того, раздражалась она или нет, нежить стала реветь достаточно громко, чтобы её звуки донеслись за ворота. Этот рёв вполне мог заставить кого-то позабыть, как дышать.

По лицу Скамы потекла струйка пота.

Это не напоминало способность крика, но такой рёв всё ещё мог привести тело в дрожь, так что единственной причиной оставалась разница в силе — её подсознание отчетливо уловило эту разницу между ними.

"Плохо, это, это всё очень плохо… это больше не вопрос того, можем ли мы победить. Если Король-Заклинатель смог подчинить себе такую нежить… ах, вполне логично. В конце концов, он монстр, способный убить сотни тысяч людей за раз."

Трудно представить себе кого-то, способного управлять множеством представителей нежити такого уровня. Вероятно, эта нежить являлась козырной картой Колдовского Королевства.

Стоил ли этот город таких инвестиций?

Прежде всего, почему именно она застряла в столь ужасном городе. Скама сокрушалась по поводу своего невезения.

"Бум!" — ещё один шум от удара эхом прокатился по округе, несколько подпирающих брёвен уже сломались.

— [Молния]

Сверкнула ещё одна вспышка молнии, оставив после себя белый след, но звук повторяющихся ударов не прекратился.

Единственное изменение произошло с воротами. Бревна были сломаны пополам, укрепляющие доски разнесло во все стороны, а на раме остались только скрюченные гвозди от петель.

— Достаточно атак магией. Можете наложить на меня усиления вместо этого?

— …Аххх.

Скама уклонялась из под летящих осколков со всей возможной проворностью, при этом отступая назад. Она ощутила на себе благословения школ Святости и Колдовства от обоих её компаньонов.

Они использовали заклинания [Защита от Зла] первого круга, [Малая Сила] и [Малая Ловкость] второго круга, [Ускорение] третьего круга, а также прочие. Вместо заклинаний для защиты от особых способностей, на неё приоритетно накладывали заклинания, усиливающие возможности тела.

Как раз в то время, когда они закончили накладывать усиления, в створках ворот наконец образовался проход, и ворота со страшным грохотом обрушились на землю.

В медленно оседающем облаке пыли возникла светящаяся пара красных глаз. Их яростный взор проник в самое её нутро, наполнив безудержным страхом.

Её зубы клацали, а руки дрожали. Чтобы скрыть этот факт от остальных, ей пришлось подавлять в себе эти чувства едва ли не до обморока.

Подобный ужас нельзя было представить, стоя на стенах, лишь столкнувшись лицом к лицу с этим монстром, человек мог испытать подобный опыт.

— Что же я вижу…? Одна из этих тварей в щепки разнесла укрепленные стены… А Король-Заклинатель способен управлять ими…

— Говорю вам от чистого сердца: в следующий раз нам любой ценой следует избегать становиться врагами Короля-Заклинателя.

Ответила Скама своим товарищам, сглотнув слюну.

Хотя ей уже доводилось слышать о том, как Король-Заклинатель уничтожил армию из более чем ста тысяч человек, она не ощущала прежде настоящего, осязаемого страха. Но происходящее сейчас, на её глазах, внушило ей неподдельный ужас перед Королём-Заклинателем, управляющим этой нежитью.

Она ни за что не хотела сражаться с этим созданием. На самом деле, ей хотелось бежать без оглядки так далеко, как только возможно.

Но эта презирающая жизнь нежить перед ними ни за что им этого не позволит.

В любом случае, их единственная надежда на выживание заключалась в том, чтобы сделать что-то с этой нежитью.

Ужасающее воплощение смерти отмахнулось от пыли своим щитом, перешагнуло обломки в проходе и двинулось к ним.

Теперь враг прорвался за стены.

Оказались ли зомби слишком заняты людьми на стенах или их окружение ещё не добралось до этой части стен?

Факт того, что эта нежить разбросала всех зомби по пути к воротам, казался большой удачей для них, но не возникало сомнений, что удача вскоре их покинет.

Скама приготовила свой томагавк. Судя по скорости этой нежити, она уже должна была находиться в радиусе поражения.

После активации умения топора, эфирная копия оружия возникла перед ней. Это была способность её оружия, Доппель, создававшая копию самого себя, парящую неподалеку от владельца. Эта копия могла сама поражать врага на одном уровне точности и скорости с владельцем.

Эфирное оружие не разрушалось под действием грубой силы, для его уничтожения потребовалась бы особая способность разрушения оружия; в итоге, оно могло даже пережить Скаму в битве.

Хотя эта способность не имела существенных слабостей, наносимый ей урон составлял лишь половину от наносимого оригинальным оружием.

— Оваа-оваа-оваа-оваа!!

Нежить издала ещё один рёв, заставивший их дрожать от страха.

Радовалась ли она тому факту, что сейчас начнёт истреблять людей? Нежить подняла свой щит над головой и обрушила удар на остатки ворот.

Деревянные осколки полетели к ним с огромной скоростью, но Скама взмахнула своим оружием, легко их отразив.

Казалось, что её действия вызвали агрессию щитоносца, тот немедля двинулся к ней для схватки.

Он занёс свой волнообразный меч и бросился вперёд со щитом пред собой.

"Это плохо… Кстати говоря, почему он всё ещё жив после стольких магических атак? Не слишком ли это несправедливо?"

На самом деле, было явной ложью сказать, что она отразила осколки без особых усилий. Она едва смогла сделать это с поддержкой магических усилений.

— Все, плавно…

Щитоносец стремительно приближался. Расстояние меж ними сократилось в одно мгновение; на них словно неслась стена, выставленный вперёд щит грозился раздавить её насмерть.

Но…

Скама не была достаточно хороша, чтобы использовать [Неприступную Крепость], так что она использовала просто [Крепость], останавливая щит своим томагавком. Щитоносец ловко отбил томагавк своим щитом, пытаясь нарушить стойку Скамы. Это был сложный приём, вызвавший у Скамы ощущение, словно её топор засасывает в щит. Скама перестала сопротивляться силе врага, используя эту силу для того, чтобы перекатиться и отступить.

Эфирный топор качнулся сверху вниз, но был отклонён волнообразным лезвием меча. В то же самое время, нежить бросилась на Скаму.

Ей не дали даже мгновения на то, чтобы вздохнуть. Вынужденная снова уйти в оборону, Скама отразила атаку своим томагавком и ринулась на противника.

Когда твой противник так велик, часто оказывается лучше двигаться навстречу ему, вместо того, чтобы стоять на месте.

— [Солнечный Свет]!

И словно для того, чтобы предать ей решимости, ослепительная вспышка света вырвалась из-за её спины.

Это была святая магия третьего круга.

Яркий свет не только ослеплял врага, но ещё и наносил урон нежити. Хотя существовало заклинание того же ранга [Святой Свет], наносящее максимальный урон злым созданиям, оно не обладало ослепляющим эффектом [Солнечного Света], так что последний был выбран для усиления контроля за ситуацией, а не ради одного урона.

Парящий в воздухе заклинатель отправил три вспышки света в направлении нежити с помощью [Магической Стрелы].

Но несмотря на её поддержку, щит всё ещё блокировал все атаки, подобно каменной стене без единого зазора. Скама рубанула его своим томагавком, но он вновь оказался с лёгкостью отражён.

"Дьявол! Его движения слишком аккуратны. Его меч не казался столь угрожающим… его владение щитом, напротив, слишком высоко! Значит, его главная особенность — это защита? Хах? Но как насчёт этого тяжелого удара? Нет, невозможно…"

Испуганная собственным открытием, Скама медленно попятилась назад. Излишне говорить, что этот манёвр выполнялся для того, чтобы заклинатели на стене могли точно поразить цель. Она не могла отойти слишком далеко, чтобы, проигнорировав её, тварь не побежала в город. Такой сценарий следовало избегать любой ценой, ведь учитывая скорость этого создания, ни Скама, ни остальные не смогут изловить её в подобной ситуации.

Если это случится, то беззащитный город предстанет перед огромным количеством жертв.

Им никак нельзя действовать опрометчиво. Вор из команды Скамы остался ждать в стороне, не помогая в бою, специально на тот случай, если монстр решит побежать в город. Этот план заготовили для того, чтобы не позволить оппоненту бежать, но его физические способности делали риск провала весьма вероятным.

Она медленно заманивала его за собой, пристально следя за каждым его движением. Похоже, он не замечал и следовал за ней, сохраняя дистанцию.

Как раз в тот момент, как они собирались вывести его на линию огня, сверху раздались вопли.

— Нет! Тот другой идёт на нас! Люди сверху, атакуйте тварь!

Смысл этих слов медленно достиг рассудка Скамы. "Ах…шах и мат", — подумала она.

Если тот с парными клинками окажется по силе равным щитоносцу, Скама и остальные никак не смогут совладать с обоими единовременно. Нет, точнее сказать, что их конец наступит в тот момент, когда этот враг до них доберётся.

— Скама, что нам делать!?

— …Давайте сначала позаботимся об этом парне.

Скама заговорила с решимостью в голосе после того, как испуганные восклицания спутника слегка её успокоили. Если они не смогут уничтожить даже эту тварь, им не останется и шанса на спасение. Им оставалось лишь верить, что отрицательная энергия создания уже сократилась до длины фитиля после всех атак заклинаниями.

Перестав отступать, Скама обернулась лицом к щитоносцу и бросилась к нему.

Её томагавк был легко отклонён щитом, и тоже самое случилось с эфирной копией. Атак Скамы явно недостаточно, чтобы пробиться сквозь защиту щитоносца.

Она ожидала, что атака будет сорвана, но сделала всё, что должна была сделать.

Настоящая атака из [Магической Стрелы] и [Ударной Волны] пришла следом.

После атак магией настал черёд вора, и он метнул бутылку в направлении ноги нежити.

Жидкость, выплеснувшаяся из разбитой бутылки её товарища, являлась обычным клеем, который мог изготовить любой алхимик или ему подобный. Это был прием, который мог сработать только в том случае, когда враг стоял на полированном камне.

Неважно, насколько велика защита у щитоносца, его способность к уклонению также ничего не значит против брошенной бутылки.

Нежить прилипла к земле за счёт клея.

Даже если это случилось лишь на короткий момент, их оппонент оказался обездвижен. Такова их стандартная тактика, когда они сталкивались с врагом, значительно их превосходившим.

Скама обошла щитоносца с той стороны, которую не закрывал щит, так что он мог отбиваться лишь своим волнистым мечом, и принялась атаковать.

Щитоносец размахивал своим длинным мечом, умело парируя все удары. Даже несмотря на то, что обе его ноги полностью прилипли к земле, а она использовала боевые искусства в серии атак, Скаме не удалось нанести ни единого удара.

"Это создание, оно словно отлито из стали!"

Краем глаза Скама заметила, как нежить при помощи грубой силы отрывает свою ногу от мощёной камнем земли. Были брошены ещё два атакующих заклинания, но они всё же не могли повалить его.

"…способность бессмертия? Или же такая, которая позволяет исцеляться со временем?"

Существовали монстры наподобие гидры или троллей, со способностями к регенерации. Против таких не помогло бы нанесение множественных ран, их требовалось уничтожить единственным фатальным ударом, дабы свести здоровье монстра к нулю.

Продолжать их панические атаки бесполезно.

Скаме не удалось нанести даже одного удара.

"Чёрт тебя побери!"

— …приближается!

Скама невольно перевела взгляд, услышав крик вора. Возле ворот стоял силуэт другой нежити.

С парными клинками.

Скама почувствовала, как у неё скрутило живот, — их совместная давящая аура вызывала тошноту.

"Именно так я и умру!?"

Вор, выполнявший комбинированную атаку вместе со Скамой, не выдержал давления и отступил к ней. Парный мечник поступил аналогично и подошёл к щитоносцу.

— …Они не нападают. Это значит… дерьмо. Эти твари весьма разумны.

Скаме показалось, что она заметила улыбку на гнилом лице парного мечника. Щитоносец показал им атаки, которые не были на одном уровне с его защитными умениями, однако, это могло быть сделано ради того, чтобы вселить в них отчаяние, пока они тщетно вели гонку со временем до прибытия второй нежити.

Оба врага стояли рядом, это казалось хорошим шансом для использования атак по области. И всё же, эти заклинания никто не пустит в ход. Нет, точнее сказать, что они не могли начать применять их.

И причина на то должна быть очевидна. Хотя атаки заклинаниями показали свою эффективность, они также спровоцировали бы ответную атаку этих существ.

Тогда их судьба станет высечена на камне.

Но даже если их сторона воздержится от нападения, враг рано или поздно начнёт действовать сам. Несмотря на это, им недоставало мужества взять судьбу в свои руки.

После мучительных раздумий над этим, Скама приняла решение.

— Вы двое, убегайте! Она постучала по поясу вора: — Мы выиграем вам немного времени.

— А? Серьёзно!? Я тоже!? Постой, ты хочешь, чтобы я сделал это!?

Вор заныл, но Скама не обратила на него внимания.

Перед ними двое врагов, если по крайней мере двое не отвлекут их на себя, им остаётся только… "бум" отдалось в их ушах.

— …Хах?

Нежить-щитоносец перед ними стояла с пробитой головой, сквозь которую прошло нечто, похожее на длинную иглу.

Нет, постойте.

Проткнувшим голову щитоносца была не игла; прошедшим сквозь его череп и торчавшим теперь из земли был предмет, размерами примерно с указательный палец.

Это означало, что эта штука была настолько быстрой, что кинетическое зрение Скамы вообще не могло разглядеть как она летела по воздуху, а воспринимало только остаточное изображение, похожее на иглу.

Щитоносец трясся, его ноги дрожали, пока он шёл по плитке под ним, едва умудряясь устоять. Возможно, только потому, что это нежить, она могла стоять даже после того, как его голова оказалась пробита.

Скама и другие непроизвольно отвели взгляд от врага перед собой и осмотрелись, откуда же пришла эта атака. В течение этого времени нежить не пыталась атаковать их, поскольку она также пыталась понять, кто атаковал.

Очередная атака снова пронзила голову щитоносца, и после этого он всё-таки обрушился своим телом на землю.

Потребовалось всего два выстрела. Нет, возможно, это потому, что он уже принял столько ударов заклинаний и был ослаблен. Но кто был способен на такое…

Силуэт человека виднелся в воздухе…

— Ч-Что?

…Чей это был голос?

Самой Скамы или её товарищей? Происходящее потрясло её до такой степени, что она сама уже не могла ответить на этот простой вопрос.

Перед ними возник бронированный гигант.

Примерно три метра ростом, одетый в странную кроваво-красную броню, парящий в воздухе. В его руках находился предмет в форме трубы, который он держал как арбалет, возможно, именно из него и вылетели те два, похожих на иглы, предмета.

Поскольку он напал на щитоносца, они могли заключить, что он не был их врагом, даже если он и не был их союзником.

Скама и остальные медленно отошли от нежити с парными клинками. Если их втянут в сражение, она точно знала, что они встретят здесь свой конец.

Возможно, мечник с парными клинками уже потерял интерес к группе Скамы, или, может быть, это потому, что бронированный гигант в воздухе был единственной угрозой, заслуживающей его внимания, какой бы ни была причина, он не пытался остановить их отступление.

И тогда началась битва.

Первым начал мечник.

Он метнул один из своих мечей.

Он бросил меч с такой силой, что Скама никак не смогла бы увернуться от него. Даже, если бы она попыталась его заблокировать, ей бы все равно нанесли существенный урон.

Бронированный не пытался избежать удара, а вместо этого встретил его собственным телом. Возможно, он не мог избежать попадания, или, может быть, он вообще не чувствовал необходимости уклоняться от атаки?

Пронзительный звук столкновения металла с металлом прокатился по округе, когда меч отскочил от доспеха. Затем меч исчез, как будто он испарился в воздухе, чтобы снова оказаться в руках парного мечника.

Он не вернулся в его руку. Вместо этого, ещё один появился в ней.

Бронированный в воздухе одним плавным движением направил трубку на парного мечника, как будто этот бросок меча вообще не задел его.

Трубка нашла свою цель, а затем — что-то выплюнула после короткой вспышки огня и молнии.

То, что раньше было одиночным выстрелом, превратилось в несчётное количество снарядов. "Грататата", звук бесчувственного насилия заставил всех вздрогнуть.

Встречая неизвестные снаряды, мертвец взмахнул клинками. Слышались резкие звуки "звяканья", будто что-то нарезалось на мелкие кусочки. Но у всего есть предел.

Парный мечник не мог справиться с десятками или даже сотнями снарядов. Крошечные снаряды летели с невероятной скоростью, проникая во врага. Парный мечник начал дёргаться, как будто у него были мышечные спазмы, и, как и щитоносец перед ним, он исчез.

Обе нежити исчезли в мгновение ока.

Поражённая до самой глубины своего сердца, Скама оставалась безмолвна.

Если честно, она понятия не имела, что только что произошло.

Но Скама поняла одну вещь: этот бронированный был ошеломляюще сильным, сильнее всех, кого она знала.

Она не могла перестать моргать.

Ничто из этого не казалось реальным. Ей было трудно признать, что они спасены. Их отчаяние и готовность к самопожертвованию разбились так легко, что её разум не мог поспевать за происходящим.

— Ч-что это, чёрт возьми?

— …Эй, это разве не пластинка Гильдии Искателей Приключений?

— Ха?

Она прищурилась, чтобы сосредоточиться на деталях после того, как вор указал на это, и увидела, что на шее доспеха — хотя она едва могла разглядеть его форму — было ожерелье с металлической пластиной. Хотя она и была примерно того же размера, что и у Скамы, на этой гигантской фигуре она выглядела крошечной. Как и следовало ожидать от вора, заметить что-то, на что она никогда бы не обратила внимания.

Металлическая пластина на ожерелье была цвета, который она не узнала.

Она видела цвет орихалка раньше, поэтому в процессе исключения — это был…

— Авантюрист адамантового ранга?

В королевстве было три адамантовых, и цвет доспехов позволил ей понять, в какую команду он входил.

— Может быть, это кто-то из Красной Капли…?

Услышав вопрос Лилинетты, Скама ответила: "должно быть". Если бы это был кто-то из Синей Розы или Тьмы, она бы разглагольствовала о том, почему они выбрали этот оттенок для своих доспехов.

Парящая броня повернулась к Скаме спиной.

— П-подождите!

Бронированный ответил на её призыв и медленно обернулся.

Он поднял левую руку, выпрямил указательный и средний пальцы и указал ими на лоб. Как будто бронированный нежно показывал, что прощается.

Затем он просто улетел.

Скама безучастно уставилась на пустое небо и спросила вора:

— …Что это было?

— Кто знает…

Она ничего не могла понять, но всё же кто-то из Красной Капли, скорее всего, прибыл помочь им.

— Однако, хм, кажется я что-то понял. Раз у нас есть кто-то столь сильный, возможно, вторжение Колдовского Королевства уже скоро подойдёт к концу. Конечно, это под предлогом того, что он всё ещё будет готов нарушить Кодекс Искателя Приключений и с этого момента продолжит участвовать в битвах.Часть 3

Ему казалось, что он только что услышал: «А?». Аинз сперва решил, что это прозвучало от него самого.

Рыцарь Смерти и Воин Смерти, две нежити внезапно пали. Тот, кто победил их, также носил предмет из Иггдрасиля, — Силовой Костюм.

Аинз почувствовал, что потерял оба контакта — хотя это чувство было не слишком сильным, учитывая, сколько он поддерживал связей одновременно, — именно так он понял, что это не иллюзия.

Тишина заполнила комнату.

Он чувствовал на себе взгляд каждого Стража Этажа — возможно, и горничных.

Аинз выступал руководителем этой осады, поэтому не было бы неправильно считать это поражением Аинза.

Хотя произошло что-то неожиданное, потерянная ими слабая нежить была отправлена туда именно потому, что её потеря ничего не значила. Аинз хотел, чтобы они действовали не слишком аккуратно и осторожно.

Однако учитывая текущую ситуацию, если он скажет им, что проигрывать сражения тоже полезно, это будет больше похоже на оправдание неудачника. Прошлое всегда кажется лучше.

Его вера в то, что он здесь чужой, однозначно усилилась.

Аинз решил использовать свои тренированные актёрские навыки, которые, конечно, он приобрел, практикуясь перед зеркалом, в то время как обыкновенные горничные отсутствовали.

— Хм… как я и ожидал, ммм.

Ситуация под контролем.

Аинз выглядел так же высокомерно, как и босс мафии, тихо разговаривающий с самим собой, наслаждающийся ароматом красного вина из бокала.

Важной частью этой игры было не говорить громким голосом. Громкий голос сейчас оказался бы совершенно ни к месту. Хитрость заключалась в том, чтобы действовать так, как будто он просто бормотал себе под нос.

Его игра, результат тщательного исследования, привела к ряду волнений, которые прошлись по комнате.

Аинз проглотил свою несуществующую слюну.

Преуспел он или нет, зависело от ответа Демиурга.

— Я. Понял.

Так. Вот. Почему. Так. Произошло…

"…Чего!?!? Коцит?!"

Пока Аинз паниковал, Шалти ответила: «Да, да, да!» махая руками вверх. Хотя казалось, что она восхваляет его, она просто привлекала к себе внимание. Шалти улыбнулась с гордостью, пока все смотрели на неё.

— Я тоже это поняла~! Владыка Аинз предсказал, что произойдёт нечто подобное~! Вот почему мы послали столь слабые силы, я права~!?

Это отличалось от того, что происходило обычно.

Был ли это успех или неудача? Аинз бросил взгляд на Демиурга, но тот просто загадочно улыбался, кивая головой.

— Как и ожидалось от вас обоих.

Они оба высоко подняли голову, получив похвалу Демиурга. Возможно, Демиург уже пришел к такому выводу, но оставил это на усмотрение тех двоих, чтобы они могли ответить первыми.

Аинз вздохнул с облегчением.

Всё прошло гладко.

Альбедо продолжила:

Согласно сведениям от Себаса, Демиурга, а также наших агентов в столице, известно, что Красная Капля работала на северных границах Королевства. Из-за этого Владыка Аинз решил отправить небольшое количество войск, чтобы выманить их. Подобранное количество войск приятно поражало тем, что этот парень легко мог победить их, но в тоже время, их хватало для завоевания города. — Вы невероятны, Владыка Аинз.

— Словно. Рыбка. На. Крючке…

"Ээ? Это была Красная Капля? Можем ли мы доверять этой информации? Каковы шансы, чтобы это оказался игрок?"

Раз он был в Силовом Костюме из Иггдрасиля, разве вероятность того, что он игрок, не высока?

Могут ли они быть уверены, что это Красная Капля? Если этот так, разве эту информацию не следует рассмотреть с разных сторон?

Нет, подождите… Наиболее вероятно, что Аинз просто пропустил эту информацию, когда читал документы. По этой причине Аинз сделал вид, что всё прошло согласно плану, параллельно мягко смеясь.

Само собой разумеется, он практиковал этот смех довольно много раз.

— …хехех. Ммм, я не думал, что они на самом деле там появятся. Я тоже оказался очень удивлен … Я полагал, что, возможно, они сохраняют свои силы для охраны столицы.

— Владыка Аинз всегда продумывает наперед так, как у нас ни за что бы не вышло!

Сказала Аура, пока Маре пробормотал себе под нос «восхительно».

Неподдельные взгляды благоговения со стороны этих двоих нанесли мощный удар по ныне хрупкому, как стекло, супер-эгу Аинза.

"Это совсем не так."

Но он никогда не решится произнести эти слова.

Аинзу даже представить было тяжело, что такое произойдет. Хотя он считал, что проигрывать — это хорошо, а выигрывать — замечательно, однако, это было совсем не то, о чём они сейчас думали.

Аинз вспомнил о встрече между ним, Себасом и другими, о встрече, которая заставила Аинза взять на себя ответственность за эту битву.

***

— Что такое, Себас? Что-то не так?

Аинз только что вернулся в Назарик, и перед ним предстал Себас, который должен был ожидать его в Э-Рантеле, так что для него казалось естественным поинтересоваться.

Аинз не помнил даже содержания своего последнего приказа, не говоря уже о приказе ему прибыть сюда. В принципе, даже если он пришёл по своей инициативе, Аинза всё равно это устраивало.

Хотя Себас в данный момент пребывал в Э-Рантеле, ему всё же предоставлялось значительное количество свободы. Право вернуться в Назарик в любое время сюда входило.

Однако если его целью значилась встреча с Аинзом, он мог бы спокойно это сделать в Э-Рантеле. Должно быть, это что-то важное и срочное.

— Я ужасно сожалею, владыка Аинз. Будете ли вы так любезны потратить на меня немного своего драгоценного времени или, вернее, могу я вас немного побеспокоить?

Аинз чувствовал, что в запутанном выборе слов Себаса крылось что-то зловещее. Он приказал обыкновенной горничной, ближайшей к нему — той, которая назначена Аинзу на день, — оставить их наедине. Горничная вместе со второй, приставленной к этой комнате, послушно опустили головы и покинули комнату.

Аинз посмотрел на Кинжалопауков на потолке.

— Все вы, оставьте нас наедине.

Кинжалопауки упали с потолка, словно они были совершенно невесомы, и тихо вышли из комнаты.

Если бы Аинз приказал им никогда не говорить о том, что было сказано в этой комнате, они, вероятно, следовали бы этому приказу до самой смерти, но в этом мире существовала магия, которая могла заставить кого-то доминировать над их разумом, и кто-то, в свою очередь, попытался бы извлечь из них информацию. Излишне говорить, что хотя Аинз никогда бы этого не допустил, всё же лучше оставаться готовым ко всему.

— Владыка Аинз, я безмерно вам благодарен.

Если бы Себас приказал им уйти, это было бы сродни сказать, что он не доверяет своим коллегам, обычным горничным.

Таким образом, его благодарность, вероятно, проистекала из уважения к Аинзу за то, что он избегал создавать напряженность между подчиненными.

Аинз мягко покачал головой в ответ на то, что сказал Себас. Чтобы получить ответ на вопрос, который он держал в голове, Аинз снова спросил:

— Так в чём же дело? Это не похоже на рядовое событие. Возможно, чрезвычайная ситуация?

— Да… Кхм, точнее, нет. Я не слишком уверен, считается ли это нормальным или нет… Кое-кто пожелал поговорить с владыкой Аинзом наедине… Меня попросили узнать, возможна ли непосредственная встреча с владыкой Аинзом.

— Значит, кто-то хотел бы встретиться со мной? Они не могли прийти в мои покои? Учитывая, что Аинз являлся Верховным Повелителем Великой Подземной Гробницы Назарик, это казалось необычной просьбой. — …Это же не просьба того человека, не так ли?

— Нет, что вы, это не Цуарэ. Речь о Стражах, которые не получили разрешений покинуть свой этаж. Они знают, насколько это неуважительно по отношению к вам, владыка Аинз, однако, они хотели бы немного потревожить вас…

Себас посмотрел на Аинза с извиняющимся выражением лица.

— Аххх, вот оно что. Аинз понял.

Если это Стражи Областей, то все вставало на свои места.

Конечно, если бы он приказал им прийти, они, скорее всего, сделали бы это. Некоторые НИП'ы могли ответить отрицательно из-за предыдущего приказа союзников Аинза, которые были их создателями и которых они называли Сорок Одно Высшее Существо. Тем не менее, большинство из них будут подчиняться приказу Аинза.

Были также те, кому просто нельзя уходить.

Хороший пример — один из Стражей Области на седьмом этаже, Гурен.

Из-за своей пассивной ауры, он наверняка нанесёт большой побочный ущерб, просто перейдя на девятый этаж. Вещи, такие как шерстяные ковры, было бы ещё не так страшно потерять, однако, если бы он пересёкся с горничными, он наверняка нанёс бы им значительный урон.

В таких вопросах, для Аинза было бы лучше оставить всё, как есть. Аинз никогда не любил вести себя так, будто он лучше других. Кроме того, у него не было никаких заданий, которые полагалось решать незамедлительно. По крайней мере, так думал Аинз.

— Понял. Я отправляюсь к ним. Итак, кто именно искал со мной встречи?

— Это госпожа Нигредо и Пестония.

Себас был одним из тех, кто обращался ко всем остальным с почтительным "господин" или "госпожа", но не делал этого по отношению к Пестонии потому, что они были коллегами?

— Так это те двое…

Выражение лица Аинза стало удручённым, и он изо всех сил старался скрыть этот факт. Хотя на скелетном лице Аинза не отражалось никаких выражений, казалось, что несколько стражей могли на самом деле читать его эмоции. Альбедо входила в их круг. С другой стороны, Демиург, очевидно, всегда интерпретировал бы его выражение необычными способами.

Неужели он делал это специально?

Аинз думал, что он достаточно хорошо скрывал свои эмоции, но казалось, что Себас всё ещё мог уловить несколько подсказок, которые проскакивали в интонации его голоса. В результате, выражение лица Себаса становилось всё более извиняющимся.

"Хотя мне жаль Себаса… но если быть честным, я так не хочу туда идти…"

Ничего хорошего из этого не выйдет.

Он мог с уверенностью заявить об этом.

Представьте, что вы работаете в офисе и кто-то сказал вам: «люди из другого отдела ищут вас. Они не хотят вам звонить, а хотят, чтобы вы пришли к ним напрямую". В восьми или девяти случаях из десяти, это, однозначно, сулило неприятности.

Тем не менее, у Аинза не оставалось выбора в этом вопросе. Если возникнет более серьёзная проблема потому, что он пренебрег мелкими проблемами, ответственность за последствия в конечном итоге ляжет на него.

Хотя это правда, что Аинз был абсолютным правителем Назарика, для него почивать на лаврах представлялось полным идиотизмом.

Аинз не хотел, чтобы хоть кто-то из НИП'ов не любил его, точнее даже, он мечтал, чтобы они питали к нему те же тёплые чувства, что и он к ним, видящий в них своих детей.

— …Ну что же, вперед. Что касается моего графика… Аинз вытащил блокнот, чтобы проверить, что он запланировал на сегодня. Он был тем, кто откладывал задачи, которые, по его мнению, раздражали, и в то же время желал, чтобы такие назойливые дела решались как можно скорее. — Этот временной интервал в порядке, он пуст. Можем ли мы пойти туда прямо сейчас?

Нигредо и Пестония. Хотя обе они были Стражами Областей, по сказанному Себасом Аинз точно знал, куда они направлялись. Вот почему он всё ещё мог передать свои намерения Себасу даже этими обрывочными вопросами.

— Если мы сначала уведомим Пестонию, то как насчёт встречи через час?

— …Это будет отлично. Похоже, было бы неуместно брать с собой Альбедо и Демиурга.

— Да. Хотя мне неприятно об этом говорить, они бы наверняка хотели, чтобы вы, владыка Аинз, отправились бы туда один.

Аинз опустил свою голову.

— Как насчёт той куклы?

— Я попрошу Пестонию позаботиться об этом, никаких проблем возникнуть не должно.

— Отлично. Так значит через час… хмм? Себас, ты тоже пойдешь?

— Да. Я надеялся, что вы дадите мне на это разрешение. Позволено ли мне?

Себас склонил седую голову, получив одобрение Аинз.

Час спустя Аинз использовал силу кольца, чтобы телепортироваться в Ледяную Тюрьму на пятом этаже.

Никто не сопровождал его. Он сказал обычной горничной, приставленной к нему, что у него есть важные дела, и приказал ей сохранить тайну и оставаться ждать.

Сначала она протестовала, сказав: "Я сделаю вид, что вообще ничего не видела. Вы можете просто полностью игнорировать мое присутствие, поэтому, пожалуйста, возьмите меня с собой." В то время как Аинз нашел её предложение заслуживающим доверия, её, в свою очередь, полностью устраивало просто оставаться проигнорированной.

Он обсуждал это с ней в прошлом, и её ответ состоял в том, что для него обращаться с ними как с инструментом означало, что они выполняли свой долг горничных в полной мере. По-видимому, они даже активно искали такого рода взаимодействия. С другой стороны, он спросил только одну из них, так что, возможно, она была единственной… нет, она должна была быть единственной с таким фетишем.

Даже если это была обычная горничная, подобная ей, нужны были гарантии, что он не оставит даже 1% вероятности того, что это может превратиться в снежный ком, во что-то большее; от этой мысли Аинз вздрогнул.

"Я должен совершить что-то, что сделает её счастливее, когда я вернусь… возможно, назначу её на какое-то скучное и тяжёлое задание… так, чтобы она была счастлива или что-то в этом роде. Да, я совсем ничего не понимаю…"

В Назарике было слишком много тех, которые вели себя так, как эта горничная, поэтому ни одна из его политик в отношении долгосрочных отпусков и оплачиваемых отпусков никогда не использовалась как следует. Если это так продолжится, надежды и мечты Аинза обречены на провал.

Аинз распахнул застывшие многослойные двери в стиле сказочного замка. Как и прежде, внутри гулял морозный ветерок, но Аинза, как нежить с полным иммунитетом к холодным температурам, это не беспокоило.

Аинз в одиночестве брёл по мрачным коридорам. Проверяя на ходу дыры в потолке, он безостановочно шагал к двери, которая стояла в центре фрески, занимавшей всю стену.

Как и прежде, штукатурка на некоторых местах фрески уже отвалилась. Смотрелось весьма жалко.

Дверь толкнули единственный раз, а затем она скользнула в сторону, и трое обитателей комнаты поднялись поприветствовать Аинза.

Владелица комнаты — Нигредо.

Горничная с собачьей головой — Пестония.

И последний из трио — Себас.

— Добро пожаловать, владыка Аинз.

По приглашению владелицы комнаты, Аинз расположился за столом, у которого они сидели.

В последний раз, когда он был в этой комнате, тут стояла лишь колыбель. На сей раз колыбели нигде не было видно, только стол и четыре стула.

Их, вероятно, принесли сюда из других комнат Ледяной Тюрьмы. Стоит отметить, что Нигредо являлась только Стражем Области верхнего яруса Ледяной Тюрьмы, Нейронист же оставалась Областным Стражем подземной части.

После того, как Аинз занял своё место, Пестония немедленно принялась готовить чай. Пар из чашки перед ним нёс насыщенный аромат чёрного чая. Себас же в это время принёс печенье.

Конечно, Аинз не мог съесть что-то с его телом, но он всё равно с радостью принял их гостеприимство. Затем, Аинз приказал всем трём стоявшим перед ним сесть.

Печенье, преподнесённое Аинзу, вовсе не было изысканным, оно напоминало обычные квадратики. Можно сказать, что это редкое зрелище для Назарика.

Был ли это чей-то эксперимент? Аинз обратил взор на Себаса и задал вопрос одним только взглядом, побуждая Себаса ответить:

— Они не из Назарика, это товары, привезённые мной из Э-Рантела. Благодаря нынешнему обилию дешёвых и свежих ингредиентов, завозимых в город, там плавно развивается культура питания. Эти печенья входят в число местных блюд. Стоит отметить, что раньше оно было более жёстким, но сейчас весьма сдобное.

— Я уже испробовала несколько, они вполне приемлемого качества для закуски, гав.

— Хммм.

Аинз поднял печенье и сделал укус. На самом деле, оно оказалось не таким жёстким, как он ожидал.

Печенье треснуло пополам, Аинз поймал крошки, полетевшие изнутри челюсти, и положил их рядом с чашкой чая.

Он мог различить текстуру печенья, но не его вкус. Какая досадная особенность тела.

Однако с точки зрения Аинза, это было отнюдь не так. Именно потому, что у этого тела отсутствовали либидо, аппетит и сонливость, он мог преуспеть в своей роли правителя Назарика.

Если бы один из трёх аспектов оставался к нему применим, определённо, он погрузился бы в нескончаемое грехопадение с самого начала.

— Если бы владыка Аинз сдавал в аренду больше своей нежити на сельскохозяйственные цели, тогда, несомненно, произошли бы изменения в улучшении сортов пищевых культур. Производство пищи, определенно, расцветёт, возможно, они даже смогут создавать пищу на уровне, сравнимом с тем, что предлагается Назариком.

— Это было бы замечательно. Из-за своего тела, я не имел возможности изучить особенности воздействия различных пищевых продуктов прежде. Если мы вложим в это больше ресурсов, это может помочь укрепить Назарик. Но, если дело в этом, я полагаю, что те, кто не имеет уровней класса [Повар], не смогут готовить вовсе?

— Нас тоже беспокоит это, так что лучше спасти как можно больше чистокровных особей.

Аинз одобрительно кивнул в ответ на предложение Нигредо.

Внезапно, Аинзу вспомнились биодома в Европе прошлого и конфликты, возникшие вокруг банков семени. Хотя тогда он не слишком интересовался этой темой, Блю Планет был крайне раздражён всем этим.

— Ах, да. Так будет лучше всего. Следует сформировать группу для решения этой задачи. Наверное, ему следует предложить эту идею Альбедо. — Итак, пришло время для основной темы нашего разговора. Скажите. Зачем меня позвали сюда?

Нигредо, как их представитель, ответила:

— Да. В текущей ситуации, разве не настал момент прекратить истребление жителей Королевства?

— Это не так. В любом случае, разве это не то, что вам полагается спросить у своих непосредственных начальников, Стражей Этажей, а не у меня?

Ответ Аинза последовал немедленно.

Жители Назарика — в особенности Стражи Областей — письменно информировались о действиях Стражей Этажей, а также целях этих действий.

Если у них возникали предложения, им полагалось доложить своим старшим, Стражам Этажей. Это делалось для того, чтобы объединить различных жителей Назарика, собрать мнения тех, кто придерживался иных точек зрения, и пробудить интерес и любопытство у них всех.

Однако хотя Нигредо и высказала своё мнение, что не могло не радовать, ей следовало сделать это своему непосредственному начальнику, Стражу пятого этажа, Коциту. Если Аинз примет её предложение напрямую, это нанесёт ущёрб авторитету Коцита.

Как социальный конформист, он абсолютно не мог такого допустить.

Если кто-то из вас не понимает, попробуйте проигнорировать своего начальника и обратиться к вышестоящему из другого отдела, если хотите. Теперь поняли? Ничего хорошего из этого не выйдет.

С этой точки зрения, Аинз, как глава совета директоров — аналога Мастера Гильдии в иерархии компании — способен сделать это, но тем самым он спровоцирует раздор среди своих подчиненных, что в конечном итоге создаст в компании трудную ситуацию, а этого следует избегать во что бы то ни стало.

Если бы вместо этого речь шла о Страже четвертого этажа, Гаргантюа, Аинз готов был сделать так.

— Владыка Аинз прав. Так что позвольте и мне высказать это предложение, гав.

В некотором смысле непосредственным начальником Пестонии являлся Себас.

Если бы назначались Стражи для девятого и десятого этажей, Себас стал бы Стражем девятого, а Альбедо — десятого.

Поскольку именно Себас пригласил Аинза, ни о каких проблемах с неуважением речи идти не может.

— Теперь я понимаю ваши чувства, но позвольте мне задать один вопрос. Вся эта война является одним крупным экспериментом по значительному наращивании силы Великой Подземной Гробницы Назарик, нашего дома. Она не остановится лишь по благодати одного милосердия. Итак, было ли ваше предложение построено на этой предпосылке?

Не ошибайтесь, Великая Подземная Гробница Назарик — Колдовское Королевство Аинз Оал Гоун — не уникально и не неуязвимо. Если они столкнуться с другой гильдией, также перенесённой в этот мир, они могут проиграть.

Предполагать, что они единственные, кто оказался здесь… это слишком оптимистично.

Честно говоря, он уже ощутил присутствие предметов Мирового Класса, так что не требуется слишком напрягать воображение, дабы увидеть возможность существования где-то других гильдий.

Вот почему, чтобы гарантировать победу в предстоящей войне гильдий, его обязанностью как главы гильдии стало укрепить Назарик, насколько это возможно.

— По какой же милости они могут быть спасены, если не благодаря одному милосердию? Гав.

— …ух. Что ты имеешь ввиду? Если есть любые преимущества, которые возможно извлечь из вашего предложения, то говорите. Тем не менее, если это из разряда "если мы пощадим много людей, то среди них в будущем может родиться сильный", то меня это не впечатлит. На протяжении истории Королевства, там не возникло никого сильнее авантюристов адамантового ранга. С позиции чистой силы, вероятно, это предел всей человеческой расы. Если это так, то лучше отдать предпочтение драконам или иным более сильным расам.

— У всех младенцев есть потенциал, владыка Аинз.

Пестония бросила на Нигредо холодный — по крайней мере, в мыслях Аинза — взгляд.

— Не только у младенцев, гав.

Нигредо питала слабость к детям, возможно, даже превосходящую таковую у Пестонии. Однако её сострадание ограничивалось только младенцами. Едва они перешагнут двухлетний возраст, она видит в них ни что иное, как мешки с мясом, от которых следует избавиться.

По этой причине малыши, спасённые во время хаоса в столице, вышли из под опеки Нигредо и попали под опеку Пестонии, как только им исполнилось два года.

Сейчас же их, наверное, отправили в приют Юри.

— Понимаю, это верно. Но разве это не справедливо и для дракончиков?

— То, о чём мы говорили совсем недавно: улучшение пищевых культур, — разве это не применимо и к людям? Если мы используем различные методы, которыми обладает Назарик, чтобы усилить их, определенно появятся более сильные разновидности людей. Кроме того, ценность вида не определяется одной лишь силой, человеческий креативный потенциал в их творчестве… это можно назвать способностью к культурному развитию, и я верю, что у них есть такая способность. Если их популяция сведётся к нулю, разве Назарик не утратит тем самым превосходную возможность?

Именно по этой причине они предложили на пробу печенье Аинзу? Если это верно, то всё идет именно так, как они и предполагали. Нет, это вовсе не так важно. Пока они смогут убедить Аинза, это будет их победа.

— Действительно, это стоит рассмотреть. Однако я не хочу, чтобы представители этого мира стали слишком сильными, даже в той степени, чтобы я посчитал развитие их цивилизации угрозой. Аинз сжал ладонь в кулак. — Те, кто силен, но не может стать сильнее, и те, кто слаб, но всё ещё имеет простор для роста, никогда не должны поменяться местами. Как только мы обнаружим малейшую вероятность таких событий, нам следует устранить её любой ценой. Это всё на благо Назарика… не так ли?

Двое его собеседников погрузились в молчание. Аинз перевёл взор на Себаса.

Себас ещё не высказался.

— Я признателен, что владыка Аинз пожелал спуститься сюда и любезно их выслушать. Поэтому я не стану просить чего-либо ещё.

— Хммм…

Аинз приподнял подбородок и снова перевёл взгляд на тех двоих.

— Ммм, это правда, что нам невыгодно толкать человечество на грань вымирания. Когда их прижимают к краю пропасти, ведомые отчаяньем, они делают всё, чтобы стать сильнее. По этой причине нам лучше всего уничтожить всех, кто познал такой опыт. Если вы хотите воспитывать их, воспитывайте тех, кто не прошел через подобный опыт — тех, у кого нет стремления к обретению силы. Аинз попеременно переводил взгляд с одной на другую. — Мы закончили с этим? Могу ли я вернуться в свою комнату?

— Не совсем, гав!

Голос Пестонии прозвучал слишком громко. Склонив голову от стыда, она произнесла: "я прошу прощения".

— Всё в порядке. Чем извиняться, лучше выскажи, что ты думаешь.

— Да… владыка Аинз. — Я слышала, что ваша стратегия на сей раз называется "Кнут и Пряник", цель которой — дать понять окружающим странам различие в исходе между Империей, ставшей нашим вассалом, и Королевством, выбравшим быть нашим врагом. Является ли это причиной нынешней резни, гав? Пестония продолжила вслед за кивком Аинза: — Разве если больше людей сумеет спастись от великого бедствия, не утвердится ли сильнее в массах представление о том, как глупо не повиноваться владыке Аинзу или, точнее, Колдовскому Королевству? Фух, гав.

— Ты намекаешь, что я должен намеренно отпустить больше из них из-за этого?

— Да, гав.

С такой позиции, просматривалась некоторая польза в том, чтобы позволить им бежать.

Но.

Он не мог поверить, что Альбедо и Демиург уже не рассмотрели этот вариант. Оба они относились к тому типу личности, который не привёл бы план в исполнение, не продумав даже такой возможности. Если Аинз одобрит это, то он придёт к сценарию, который Альбедо и Демиург отбросили по некоторой причине.

Как отреагируют те двое, всегда принимавшие действия Аинза за гениальные, на такое?

Несуществующий желудок Аинза свело судорогой, едва он подумал об этом.

Нет, постойте, он говорил им: "я буду совершать ошибки намеренно", — так что если даже что-то необычное произойдёт, всё должно закончиться хорошо. Однако реальные проблемы начнутся позднее, а именно в действиях того, кто назовёт белое чёрным и наоборот, если Аинз подаст своим поведением пример.

"Если они отказались от плана из-за фатального просчёта, но я всё равно прикажу его выполнить, это может привести к большим убыткам с нашей стороны."

Это напоминает ту ситуацию, когда компания несёт большие потери из-за генерального директора, в то время, как сотрудники оказываются не в силах остановить происходящее.

"Даже если им придётся возмещать потери, кто-то вроде меня окажется слишком кроток и бессилен, чтобы что-либо сделать. Кто-то, не способный даже взять на себя ответственность за последствия своих действий, не должен делать что-то подобное."

Но даже если он хотел отказаться, он не мог указать на то, что именно обстояло не так в предложении Пестонии.

Хотя простого "нет", наверное, окажется достаточно.

" …Значит, мне стоило силой привести с собой Альбедо и Демиурга, хех? Однако…"

Он не поступил так потому, что более или менее представлял, о чём пойдет разговор, услышав, что он состоится с Нигредо и Пестонией.

Вот почему всё обернулось проблемной ситуацией.

Потому, что эти двое уже попали в заключение ранее. В тот раз, Альбедо уже предлагала казнить их. Он боялся, что если подобное повторится, то Альбедо будет настойчиво требовать казни. Боялся он и будущего непримиримого разделения.

Организация, выглядящая грозной снаружи, может рассыпаться изнутри.

Вот почему им стоило избегать всего, что могло представлять для них угрозу.

Тогда как ему поступить сейчас?

Здравый смысл подсказывал ему отвергнуть их предложение, но что-то всё ещё беспокоило его: будущее.

Хотя Великая Подземная Гробница Назарик могла принять в свои ряды лишь одну группу чужаков, Колдовское Королевство Аинз Оал Гоун уже поглотило множество посторонних. И пускай они не занимали ключевые посты в организации, вероятно, это лишь временная мера.

Если эти чужаки станут высокими должностными лицами, они, конечно, станут придерживаться большого числа различных мнений. Возможно, среди этих позиций также возникли бы предложения о милосердии, за которые Альбедо и остальные назвали бы их "слабовольными" или кем-то подобным.

Возможно ли поручить Нигредо и Пестонии объединить за собой эти виды мнений?

Если это так, то игнорирование их позиции сейчас может привести к проблемам позже.

Если носители таких же взглядов являются исключениями в Назарике, тогда он ещё больше должен обратить внимание на этот вопрос.

Кроме того…

"Я уже отплатил за доброту Тач Ми, проявленную ко мне, так что если я посмотрю на это, как на возврат долгов Мочи и Табуле, то всё должно быть в порядке".

— …хотя я уверен, что все вы уже должны это знать, я повторю. Я никогда не планировал истребить всех людей Королевства. По правде, мы уже убедили многих дворян примкнуть к нам… самое большее, около 90% их придётся убить.

— Так что некоторые люди, которых пощадят, будут жить под властью Назарика, гав. Я не думаю, что что-то даст понять наш посыл лучше, чем если бы мы позволили остальным сбежать.

Он мог понять стремление Пестонии помочь тем, кто не был избран ими.

— Я хорошо понимаю, что ты хочешь сказать. Если это не из милосердия, но для блага Назарика, то здесь есть над чем поразмыслить… Я подумаю над тем, чтобы отпустить некоторых из них.

— Мы бесконечно благодарны.

— Мы бесконечно благодарны, гав.

Себас также тихо склонил голову.

Однако хотя он и сказал это, он ещё не знал, что именно должен делать с этим. У Аинза потяжелело на душе.

Ему потребуется придумать решение. Возможно, ему просто следует отпустить несколько сотен человек, чтобы успокоить их.

***

Это может показаться совершенно неожиданным, но подавляющее большинство населения того города выжило. Позволив им бежать, он исполнит обещание, данное тем двоим. Тем не менее, их трудно посчитать выжившими, спасшимися благодаря великим жертвам.

Стоит ли ему отправить более сильную нежить для ещё одной попытки?

Нет, сперва ему нужно кое-что подтвердить.

— Кхм! Итак, Альбедо. Хотя ты сказала, что это Красная Капля, насколько можно доверять нашему источнику по этому поводу?

— Я искренне извиняюсь, владыка Аинз. Действительно, у нас нет неопровержимых доказательств этого утверждения. Это было лишь поверхностное суждение, основанное на адамантовой пластине на броне, а также её цвете.

Альбедо поднялась и низко поклонилась.

— Не беспокойся. Я просто проверил, нет ли у тебя иных источников информации. Я не слишком встревожен этим.

Хотя он и был счастлив, что она предана ему, подобное обращение обычно заставляло его чувствовать себя неловко. Для Аинза, воплощавшего собой саму концепцию неудачи, случившееся не казалось чем-то важным. Однако то, что она сейчас описала, никак нельзя списать на неудачу.

— Примите мою вечную благодарность, владыка Аинз.

— Угу… Так была ли это Красная Капля или же заговор кого-то, кто хочет заставить нас поверить в то, что они — Красная Капля? Стражи Этажей, выскажите своё мнение.

Судя по их кратким ответам, большинство из них придерживалось первого утверждения. Аинз тоже подумал, что это первое.

— А теперь я спрошу у всех ещё раз. Здесь есть такие, кому известны возможности Силовых Костюмов? Если таких нет, то давайте это обсудим.

Убедившись в том, что никто из Стражей ничего о них не знает, Аинз решил рассказать о Силовых Костюмах всё, что знал сам.

Силовые Костюмы из игры Иггдрасиль не существовали в изначальной версии игры, они были введены для игроков, которые пришли позже, с целью быстрой прокачки.

Была ещё одна причина. Дело в том, что тогда стали популярны бои роботов, и они, видимо, надеялись этим привлечь людей в игру.

Хотя он не мог сказать, поспособствовало ли это тому факту или нет, но возможности Силового Костюма были весьма высоки.

Для начала, как можно понять из только что увиденного зрелища, они могли летать на скорости превосходящей [Полёт], сохранять одинаковую работоспособность под водой более часа и практически не получать урона от окружающей среды.

В зависимости от типа установленных на Силовой Костюм модулей левого плеча, правого плеча и корпуса можно добавлять левую руку, правую руку и ноги, и встраивать во все эти части атакующие заклинания.

И естественно, если конец запястий у них был как у людей, и если рука не представляла из себя оружие сама по себе, то в ней можно было держать оружие.

Это магическое оружие можно было свободно переделать на стадии настройки Силового Костюма, но кристаллы данных для изменения были наполовину платными, наполовину их можно было достать через гринд.

Само изменение можно было сделать где угодно вне битвы, но и тут были определённые правила.

Заряжаемая магия была ограничена 10 уровнем. Однако у каждого заклинания было своё количество использований в час: чем сильнее заклинание, тем меньше его можно использовать. Число использований со временем восстанавливалось, но есть правило, согласно которому ты не сможешь сменить заклинание в снаряжении тотчас после применения, даже если ты хоть чуть-чуть используешь его.

Физический и магический урон доспеха был на высоком уровне и не зависел от значений способностей. Тоже самое касалось защиты и способности к уклонению.

Можно назвать это бронёй, мгновенно сокращавшей разрыв между слабыми и сильными.

Если говорить о слабостях, то их было две, и то небольших.

Во-первых, Силовой Костюм считался бронёй на всё тело и с ним нельзя было носить других доспехов. Но можно было носить разного рода ювелирные предметы, вроде ожерелий.

Вторая заключалась в том, что заряжаемую магию нельзя было усилить особыми навыками, но поскольку её можно было усилить через предметы снаряжения, то это нельзя назвать слабостью.

Однако был и значительный недостаток, который мог стать роковым при использовании слабаком.

Здоровье и мана.

Атака и прочие параметры рассчитывались из значений способностей того, кто носил костюм, но очки здоровья и мана носителя оставались такими, как есть.

То есть слабак в Силовом Костюме обладает высокой защитой, но хрупким запасом здоровья. Конечно, это можно назвать слабостью только в том случае, если противник обладает достаточным количеством урона, чтобы пробить его относительно мощную защиту.

Говоря о Назарике, то для тех, кто был на уровне Стражей Этажей, это было не проблемой.

Опасность он представлял для таких не особо сильных НИП'ов, как Плеяды, и если они столкнутся в бою, то НИП'ам лучше будет отступить.

Аинз закончил свои объяснения и позволил задать вопросы.

Первой с этим к нему обратилась Альбедо.

— Значит, пока мы сами занимаемся этим, всё должно быть в порядке, верно?

— Верно. Даже самые сильные Силовые Костюмы могли лишь обладать наступательными возможностями, эквивалентными персонажу восьмидесятого уровня. Однако это исходя из того, что мои знания о Силовых Костюмах полны. Теоретически, попадись особо редкий Силовой Костюм, или же оный с рангом Артефакт, ситуация окажется совершенно иной. В этом случае, могли существовать Силовые Костюмы гораздо более мощные, чем те, что я описал.

— Разве нельзя судить о нём по его виду?

— Угу, я извиняюсь, Аура. Прежде всего, поскольку я не так близко знаком с Силовыми Костюмами, мне сложно сказать о его характеристиках только по внешнему виду. Кроме того, хотя никому не позволялось значительно менять его облик, некоторые небольшие изменения пользователю оставались доступны.

В то время, как Силовой Костюм мог быть полезен слабым игрокам, он оставался совершенно бесполезен для игроков сильных.

Не говоря уже про Божественный класс, даже снаряжение Легендарного класса, подобранное под игрока, могло превосходить Силовой Костюм. Поэтому, когда ввели Силовой Костюм в Иггдрасиле, Аинз и его друзья, уже находившиеся на максимальном уровне, не проявили к нему интереса.

Более серьёзной проблемой для Аинза тогда было то, что он едва мог применять заклинания с этим снаряжением.

— Их было у нас два или три?… Несколько наборов Силовых Костюмов должно найтись в Назарике, я позднее посещу сокровищницу ради них. Возможно, каждому стоит опробовать, что значит носить такой на себе.

Он вспомнил, что эта вещь всё ещё должна быть здесь, нечто, что Аманомахитотсу раздобыл, когда узнал, что даже игроки с классами ремесленников могут биться, используя их. Наверное, втайне он был уверен в себе, поскольку также играл в воздушные боевые игры, но оказался легко побеждён в учебной схватке с Перорончино. Та вещь больше не появлялась на публике.

Он также вспомнил, как Нисикиэнрай сказал: "Просто играй в Аберейдж вместо этого ЛОЛ."

Путешествуя по своим воспоминаниям, Аинз внезапно осознал это.

Если Красная Капля имеет Силовой Костюм из Иггдрасиля — чёрный меч лидера команды адамантового ранга, — Синей Розы, — может находиться на одном уровне силы с ним.

Согласно сведениям, полученным от помощников в столице, её оружие достаточно сильно, чтобы сравнять с землёй целый город. Хотя этот помощник счёл информацию нелепой, она исходила непосредственно от члена её команды.

Аинз всегда полагал, что она либо лжёт своим товарищам, либо просто выдумывает.

Но с учётом открывшихся обстоятельств — возможно, эти сведения верны.

Он слышал, что лидеры Синей Розы и Красной Капли родственники.

Если они родственники, то в обладании экипировкой одного уровня не будет ничего странного.

Разумеется, Аинз не был параноиком настолько, чтобы считать, что Стражи Этажей могут оказаться повержены чем-то наподобие этого, но он также не считал их поражение невозможным. Вероятно, защиту Стражей можно легко пробить каким-то сильным оружием этого мира.

Аинз не хотел страдать от серьёзных последствий, доведя своего оппонента до состояния, где она решится даже на самоубийственное использование той силы меча.

Если вопрос встанет о битве с Синей Розой, вероятно, он предпочтёт использовать призванных монстров и спровоцировать использование той атаки, а лишь потом убить их.

Однако это станет последним средством.

Он помнил поговорку: "лучшая часть доблести — благоразумие", — и ему лучше последовать этому совету.

В конце концов, основной целью разрушения Королевства не было уничтожение Синей Розы, но если они встанут на пути, он не против убить их. Однако лучше всего не предпринимать необдуманных действий, прежде чем они узнают все возможности меча этой женщины. "Мне стоит извиниться перед Энтомой и надеяться, что она поймет."

Аинз мысленно вздохнул про себя и покачал головой, пытаясь вернуть поток мыслей в нужное русло.

Сейчас не время думать о подобных вещах.

— Другие вопросы?

Аинз огляделся вокруг, и оказалось, что ни у кого из Стражей нет вопросов.

— В таком случае, мы закончим обсуждение Силового Костюма. Тогда, Демиург, как нам стоит поступить с этим городом? По моему мнению, выманив противника с этой штукой мы достигли более чем удовлетворительных результатов.

— Было бы плохо для них ошибаться в том, что они победили Колдовское Королевство. Нам следует отправить более сильных существ и обратить их в прах.

— Хммм, это также неплохо…

Нет, в этом точно нет ничего хорошего.

Если они сделают так, то ему придется очень постараться, чтобы спасти другой город ради обещания, что он дал тем двоим. Он пережил это сейчас, но повторять такое совсем не хочется.

Ради Пестонии, которая стояла за его спиной и слушала, он обязан спасти жителей этого города, исполнив обещание.

— Нет, Демиург. Давай не будем сейчас делать этого. Это подготовит нас к подобным ситуациям, если они повторятся. В любом случае, пришло время нам осадить столицу. Давайте опустим занавес над этой битвой. Для нас вполне достаточно систематически выжигать землю в других городах. Что думаете об этом?

Он давал жителям этого города шанс и время убежать. Если их убьют после лишь потому, что они не сбежали, то у этих двоих не должно возникнуть вопросов к этому, верно?

— Если владыка Аинз так считает, то пусть будет так.

Хотя могло показаться, что Демиург саркастичен, он не из тех, кто проделывал бы подобное с Аинзом.

Некоторые люди всегда могли расслышать всевозможные оттенки в словах окружающих; таким обычно самим есть что скрывать, и Аинз относился к именно к ним.

— Не говори так, Демиург. Если у тебя есть идея получше, то почему бы нам её не реализовать.

— Как и ожидалось от владыки Аинза. Я действительно в восторге от того, насколько вы скромны.

Мнения Аинза о кланяющимся Демиурге смешались.

Прежде всего, сказанное им, по здравому смыслу, не было чем-то достойным похвалы.

Хотя он был польщен, ему казалось, что с ним обращаются, скорее, как с ребёнком, ведь даже самые тривиальные вещи, сказанные и сделанные им, вызывают такое восхищение.

Возможно, это происходило исключительно из-за его низкой самооценки.

— …Есть ли кто-то из Стражей, кто не разделяет это мнение? Убедившись в отсутствии возражений, Аинз повернулся к Шалти: — Верни нежить, которую мы отправили, через [Врата]. Тогда, собираем наши силы в Э-Рантеле и начинаем осаду столицы.

— Да, мой повелитель. Я немедленно этим займусь~.

— В основную армию войдут существа из Назарика?

— Отправьте Мастеров-Гвардейцев Назарика и других элитных гвардейцев. Они не так сильны по отдельности, но создают внушительное зрелище как единое целое.

— Принято.

— Превосходно. Мы осуществим захват городов один за другим и устроим финальную битву в столице, как и планировалось. Позднее, хотя это может быть и не срочно, мы закончим истребление жителей всех бесполезных городов. Благодаря этой демонстрации силы, мир придёт к пониманию того, какого не склониться пред властью Назарика.

Все Стражи Этажей ответили с уверенностью. Аинз вдумчиво кивнул.

— Итак, Стражи Этажей, — Аинз ненадолго задумался о будущем и снова открыл рот, произнося: — нет, часть Стражей не должна быть на передовой. Остальные, покажите мне вашу истинную мощь.

Интерлюдия

версия от 22.04.2020

В городе, который был сформирован как часть города-государства Карнассус, Бебаде.

Резиденция мэра города была освещена как обычно.

Владелица резиденции, Ри Киста Каберия, взяла собранные документы и начала читать.

Альянс Городов-Государств состоял из:

Карсанаса.Беппо Алло.Восточного Гайтца.Западного Гайтца.Венерии.Великого Листерана.Оркнеаса.Нового Оркнеаса.Великого Визиса.Рии.Франклина.И, наконец-то, Бебада.

Этот город был частью двенадцати упомянутых, которые сформировали союз. В каждом городе, включая другие принадлежащие им территории, проживает в среднем 400 000 существ. Самый большой город был домом для 600 000 существ.

Среди этих городов Бибад был исключением в том, что количество жителей одной из рас составляло более 40% населения. Альянс Городов-Государств был объединением множества рас и городов. Если повернуть время вспять на несколько столетий назад, можно будет обнаружить огромную нацию, которая стала прародителем Альянса Городов-Государств.

Из-за коллапса, произошедшего в этой огромной стране, сформировалось 14 городов-государств, в каждом огромном городе. После того, как это случилось, произошло крупное кровопролитие между этими городами-государствами – или точнее сказать, маленькими государствами. Эта ситуация продолжалась до тех пор, пока на Великих Дебатах после долгих и утомительных переговоров не было принято решение о формирование альянса между двенадцатью оставшимися городами-государствами.

Несмотря на это, всем было трудно отказаться от своей предвзятости к друг другу. Хотя столетие назад было далеким прошлым для рас с непродолжительным сроком жизни, для долгоживущих рас, это все было лишь недавним воспоминанием.

По этим причинам, был объявлен турнир с периодичностью в пять лет для стран, кто всё ещё был недоволен этим прошлым и собирались продолжить конфликт.

Городом в списке для проведения следующего турнира был Бебад.

Хотя это правда, что на подготовку уйдет целых 4 года, оно стоило того.

Турнир проходил в шестнадцать состязаний, одно из которых заслуживало значительного внимания, по сравнению с остальными.

Коннельер – или фиктивный бой. Это было также известно в разговорной речи как Обоюдный Удар.

Каждый город-государство посылал десять своих сильнейших бойцов, которые затем сражались с другими оппонентами под защитой магического предмета, известного как Стандарт Мира.

Это было самым зрелищным и ярким из событий на поле и было довольно популярным среди населения. Дошло до того, что большинство людей чувствовали, что было вполне нормальным пропустить все состязания, кроме этого. Вот почему они не могли допустить даже малейших ошибок в организации такого события.

Это не было метафорой, бунт с огромным числом жертв был спровоцирован в прошлом, когда город-государство Оркнеас не подготовилось как следует к этому событию. Хотя с тех пор прошло сорок лет, фраза «Организатор Оркнеаса» оставалась уничижительным прозвищем для некомпетентного человека.

Хотя провал организации любого из состязаний мог вызвать гнев, Коннельер было единственным событием, в котором нельзя было допустить даже частичной ошибки.

Тем не менее, верховное руководство остальных городов знали, что организаторы в Оркнеасе не были так плохи, на самом деле оплошность состояла в том, что они недооценили Покоренных Призраков.

Не было никаких прямых доказательств в пользу существования «Покоренных Призраков». Даже если это был единственный раз, когда они появились, ошибка, которую они вызвали, была фатальной.

Киста потерла глаза, когда закончила читать документы.

Последний раз, когда Бебад принимал гостей на турнир, был около пятидесяти лет назад. Члены основной команды, отвечающей за организацию дел, давно скончались.

Хотя она и была подготовлена тем, что изучила все тонкости с нуля, она всё равно чувствовала, что давление и депрессия от всего этого тяжелого испытания могут привести её к краху

Она недосыпала каждый раз, когда ей в голову приходила мысль о том, что турнир может закончиться неудачей.

Киста не смогла удержаться и хихикнула.

Ей оставалось ещё четыре года правления, а она уже пребывала в подобном состоянии. На кого она будет похожа перед началом церемонии открытия?

Её уже действительно начало всё это раздражать.

Но когда она прочитала документы, оставленные её предшественниками, и записала все свои мысли и идеи, наступил короткий момент спокойствия.

Как только Киста собиралась взять ещё одну горстку документов, кто-то постучался к ней в дверь.

Она встала со стула и подошла к двери. На другой стороне было знакомое лицо, тот, кого она в принципе и ожидала увидеть. Это был её дедушка, бывший мэр города Ри Берун Каберия.

Он был не только великим человеком, ответственным за прочный мир Бебада, но и мэром, который проводил этот турнир в последний раз.

— Дедушка, – приветствовала Киста с улыбкой, – ты специально приехал сюда или был рядом? Я бы встретила тебя, если бы мне сообщили.

— Все в порядке, правда, я просто тренируюсь, чтобы моя спина не затекала. Конечно, мои ноги уже не такие как раньше, однако, если бы я сидел дома взаперти, то моя спина уже бы давно атрофировалась. За исключением всего этого, я лишь хотел узнать… Киста, всё ли у тебя в порядке?

— Ммм, да, я думаю всё прекрасно, дедушка. Прошу вас, входите.

Киста повела дедушку к дивану, где они сели напротив друг друга.

Берун налил горячий чай в обе чашки, которые приготовила для них Киста. Светло-зеленая жидкость испускала мягкий и освежающий аромат, который проникал в каждый уголок комнаты.

— Итак, Киста. Я слышал от одной из горничных, что ты плохо спала последние несколько дней?

Хотя она не хотела, чтобы ее дедушка волновался, она больше не могла это скрывать.

— Да, Дедушка. Мне трудно засыпать каждый раз, когда я вспоминаю о том что может произойти через четыре года…

Большинство людей посмеялись бы над мыслью, что кто-то будет беспокоиться о том, что произойдет за четыре года, возможно, они даже скажут, что она слишком беспокоится. Однако Берун не смеялся. Тяжесть бремени, взятого на себя мэром, было чувством, которое он, естественно, слишком хорошо знал по своим многолетним обязанностям мэра этого города.

— Киста. Если ты уже находишься в подобном состоянии, то рано или поздно это погубит тебя. Этот травяной чай должен помочь тебе успокоиться. Пей и ложись спать пораньше. Исключительный лидер – это не тот, кто может достичь максимальных результатов в кратчайшие сроки, а тот, кто понимает, как правильно делегировать свои обязанности соответствующим подчиненным. Неважно, ты или я, сколько мы действительно сможем достичь всего сами, верно?

— Огромное спасибо. Но … у меня всё ещё есть работа, которую нужно завершить в ближайшее время.

— Это как-то связано с соседними городами? Что-то я не припоминаю, чтобы Король-Всадник, предпринимал бы что-то?

Врагом Альянса Городов-Государств стал тот, кто занял обширные равнины на востоке – Король-Всадник. Поскольку Бебад был далеко не на равнинах, всякий раз, когда страна подверглась нападению, им просто приходилось отправлять своих рекрутов и налоги.

— … Новости о том, что Империя недавно стала вассальным государством, наверняка вы уже слышали об этом. Вопрос в том, как много наших сил мы должны задействовать против Колдовского Королевства и решить это нужно как можно скорее.

— Ах, Колдовское Королевство…

Выражение лица Беруна стало испуганным.

Страна, которая вассализировала Империю, состояла всего лишь из одного города. Повсюду также витали слухи, что они вобрали в свои ряды организацию убийц.

Было много слухов и сплетен, плавающих вокруг них, и что было правдой, а что ложью, было тяжело сказать.

Киста также упомянула кое-кого.

Император Империи, Зиркниф Рун Фарлорд Эль Никс.

Молодой император, что был назван титулом Кровавого Императора; она встретила его однажды в рамках дипломатической миссии – в качестве высокопоставленного чиновника-посланника в Империи. Они беседовали друг с другом на торжественном приеме, который состоялся впоследствии.

Он был тем, у кого был яркий ум, богатства и харизма, что в принципе и ожидалось от лидера страны. Как кто-то вроде него стал вассалом другого государства?

Должна же быть причина "почему" – должно быть он стремился к чему-то.

— Что касается сбора разведданных о Колдовском Королевстве, могу я попросить вас, дедушка, подёргать за ниточки?

Берун, как долго правящий мэр города, имел довольно много связей, намного превосходивших те, что имела Киста. Конечно, она встречалась с большинством его информаторов, когда унаследовала его должность, но если бы Берун попросил такую информацию вместо неё, это принесло бы гораздо больше результатов.

— Конечно, Киста. Хотя это не совсем мои связи, я слышал о некоторых блестящих искателях приключений, которые только что переехали из Империи сюда, должен ли я спросить их об этом?

— Да, пожалуйста, прошу прощения за неудобства… Дедушка, спасибо вам огромное.

Киста глубоко опустила голову. Даже если они и были родственниками, он был человеком, которому было почти восемьдесят лет, и он всё ещё мог взять на себя роль мэра без каких-либо проблем. Местные даже уважительно называли его "Орлом Бебада". По крайней мере, так было всегда, сколько она себя помнит с юных лет.

— Благодарность для меня чересчур… Хотя, ладно, забудь, я принимаю твою благодарность, Киста. Начиная с сегодняшнего вечера, хотя бы недолго, но ложитесь пораньше. Ты всё поняла?

— …Да, Дедушка. Спасибо за всю заботу, которую вы мне оказали.

Глава 3: Последний король

Часть 1

Группа скверно выглядящих чиновников из управления внутренних дел собралась в кабинете возле массивных стопок документов. На их лица было трудно смотреть, а причиной тому послужила возросшая нагрузка. Ещё одной причиной их измотанности стал наваливающийся на них стресс от осознания опасного состояния Королевства.

Занак потряс правой рукой, подписавшей уже так много бумаг, что она начала болеть, и размял плечи. При этом он мог расслышать треск в своём теле.

Казалось, что его тело отчаянно жаждало немного отдохнуть, как и у всех собравшихся здесь.

И хотя он хотел бы сделать перерыв прямо сейчас, но, к сожалению, перенаправляемой в этот кабинет объём работы не подавал никаких признаков спада и лишь увеличивался.

Учитывая данное обстоятельство, ему следовало либо собрать побольше рабочих рук, либо распределить эту работу среди остальных. К несчастью, не оставалось никого, кому бы Занак мог перепоручить свою работу. Если кто-то и мог занять место Занака, то только другой член королевской семьи.

У Занака были свои причины не просить помощи у отца или Реннер.

Правда заключалась в том, что он получил бы помощь, но просто не мог за ней обратиться.

Занак вновь поднял перо, просмотрел документ перед собой, подписал его и поставил печать.

Когда эта рутинная процедура повторилась восемь раз, раздался стук в дверь.

Вздохи множества чиновников наполнили комнату. Должно быть, вновь принесли ещё кипу документов.

Один толстый чиновник встал с неестественным вздохом, похожим на свиной визг, и пошел к двери в черепашьем темпе. Его движения выглядели настолько вялыми, что можно было поразмыслить о его вере в то, что чем медленнее он будет двигаться, тем меньше ему придётся работать.

За дверью стоял рыцарь.

— Ужасно извиняюсь, что потревожил вас в столь трудный час, но госпожа Реннер ищет встречи с Его Высочеством.

Это оказалось не тем, что он ожидал, но всё же не менее проблемным делом.

— Я занят, так что нет. Пусть обратится ко мне за ужином, если ей есть что сказать.

С того времени, как не стало его брата, Занак и его семья старались как можно чаще собираться за столом все вместе. Последние несколько дней стали исключением; Реннер, вероятно, уже некоторое время ела в одиночестве.

Хотя, едва ли она чувствовала себя одиноко. Сейчас, когда во дворце не хватало горничных, она, возможно, была в лучшем настроении, поскольку могла проводить время за столом в компании Клайма и Брейна. По крайней мере, сейчас она была счастливее, чем когда она делила стол с Занаком и их отцом.

— Да, Ваше Высочество.

Рыцарь закрыл двери и вышел, но Занак знал, что Реннер отнюдь не примет это оправдание.

Занак прекратил писать и приказал чиновнику, который заковылял обратно на своё место, подождать.

Не прошло и минуты, как в дверь вновь постучали, и опять за ней стоял тот же рыцарь с тем же сообщением.

— Я очень извиняюсь, Ваше Высочество. Принцесса, она сказала… если вы не хотите, чтобы она начала распространять некоторые слухи, правдивые или не очень, то вам стоит с ней встретиться немедленно…

Она что, и правда угрожает ему? Занак криво улыбнулся. Хотя он не думал, что его сестра по-настоящему сделает то, о чем заявила, если уж она готова угрожать ему, то стоит выслушать, что она скажет. Если и правда поползут слухи, нет сомнений, что его нагрузка только возрастет.

Впрочем, ему просто следует притвориться, словно он делает это против своей воли.

— Понял, пригласите Реннер войти, но только её одну. Те двое пускай просто подождут в соседней комнате.

— Да, Ваше Высочество.

По незамедлительному ответу рыцаря Занак мог заключить, что его предсказания верны, и те двое таскались за ней.

Брейн был лучшим воином Королевства, не имеющим себе равных по силе. Клайм также был значительно сильнее обычного воина. Реннер крайне редко покидала дворец, и позволять этим двоим исполнять роли её телохранителей казалось пустой тратой талантов.

Тем не менее, они не числились непосредственно на службе при дворце, а вместо этого являлись прямыми подчиненными Реннер, которым она сама и платила. Так что Занак не высказывался об их назначении.

После того, как рыцарь закрыл двери, Занак повернулся к всё еще трудившимся в комнате чиновникам и сказал:

— Вы все, слушайте: моя сестра скоро прибудет, что же с ней поделать. Радуйтесь, ибо всем вам дарован перерыв. На три часа с этого момента. Отдохните и возвращайтесь с новыми силами.

Чиновники улыбнулись с натяжкой и, с тяжёлой поступью, словно у зомби, побрели прочь.

Вскоре принцесса Реннер вошла в комнату. Её настроение было прямо противоположным ушедшим чиновникам; на лице её сияла лучезарная улыбка.

— Дорогой брат, простите, если лезу не в своё дело, но эти чиновники из управления внутренних дел могли бы работать намного продуктивней, если бы вы дали им хорошо отдохнуть. Люди чаще совершают ошибки, когда они устали. Кстати говоря, дорогой брат, как ваше самочувствие?

Занак потер свой покрытый щетиной подбородок. Он работал ничуть не меньше этих чиновников, так что он, естественно, выглядел столь же утомленным. Ему действительно хотелось бы отдохнуть, но от него зависело слишком много дел, как от их начальника.

— Честно говоря, я начинаю думать, что нам стоит нанять кого-то, способного подделать мою подпись.

— У нас был некто, умевший имитировать подпись отца, привести ли мне его?

Реннер безмолвно уставилась на Занака. Он понимал смысл её вопроса, но стоило убедиться.

— …о чём это ты?

— Наш отец всё ещё здоров?

Занак кисло улыбнулся.

— Эй-эй… думаешь, я планирую убийство нашего отца? В такое-то время? …Отец чувствовал себя не слишком хорошо, сейчас он отдыхает в своей комнате. Я сомневаюсь, что ему удасться хорошо отдохнуть, если ему станут напоминать о его обязанностях короля. Вот почему тебе, принцессе, не следует тревожить его сейчас. Мне очень жаль~

Теперь и на лице Реннер всплыла похожая улыбка. Заметив это, он убедился, что она всё поняла.

— Дорогой брат, пожалуйста, избавьте наши отношения от подобной лжи. В отсутствии солдат маркиза Рэйвена, вы обладаете вполне достаточными силами, чтобы взять отца под наблюдение. Министры внутренних и военных дел уже встали на вашу сторону… А что собирается делать отец?

— Он всё ещё хочет вести переговоры с Колдовским Королевством.

Из-за этого Занаку пришлось принять роль регента Короля и работать на износ, чтобы позаботиться обо всём остальном.

С того времени, как он запер отца, ему пришлось взять всю трудную работу в собственные руки. Если даже при сложившихся обстоятельствах он обратится за помощью к отцу, он действительно окажется самым жалким из людей в истории.

— Ну, я понимаю ход мыслей нашего отца. В конце концов, он стал свидетелем того, как на поле боя в одно мгновение были уничтожены 200,000 солдат…

Кроме того, он потерял Газефа Стронофа и своего собственного сына. Занак не стал озвучивать эту мысль, лишь проворчал про себя в сердцах.

— …Я понимаю, что решись это дело посредством дипломатии, то число жертв будет сведено к минимуму. Но дела уже дошли до той стадии, когда разрешить это дипломатически более невозможно.

Занак достал огромный лист бумаги и развернул его на столе.

То был не обычный грубый пергамент, а тонкая и белая дорогостоящая бумага. На ней предстала полная карта Королевства, созданная при помощи заклинания [Копирование].

— Взгляни. Здесь города Королевства, которые уже захвачены Королём-Заклинателем.

Многочисленные отметки "Х" усеивали север и восток Королевства, более половины городов оказались помечены. Кто-то, хорошо разбирающийся в географии, по одним только размерам этих городов мог понять, что они служили домом для большого количества людей. А кто-то достаточно умный уже бы смекнул, что если бы карта включала деревни, число крестиков на ней бы многократно возросло.

Занак провел черту пальцем по карте.

— Хотя нам казалось, что Колдовское Королевство не предпринимало ничего с момента начала войны, но на самом деле они вторглись на север.

Реннер указала на страну, над которой остановился палец Занака.

— Это для того, чтобы оказать давление на наших соседей, таких как Совет Агранд, с целью пресечь отправку любых подкреплений сюда, верно?

— Верно. Мы считали, что раз они вообще не предпринимают никаких действий, то их объявление войны — это просто пустая угроза. И пока наш наивный отец пытался добиться переговоров, дела дошли до того, что мы имеем сейчас. Города были разрушены, а их жители — убиты.

Занак заскрипел зубами так, что было слышно.

— …Какое варварство. Абсолютно непростительно.

Те, кто могли стерпеть подобное, не достойны зваться королевскими особами.

— Значит, Колдовское Королевство не намерено выходить с нами на контакт. Наверняка они планируют нечто беспрецедентное? Верно?

— Ты права. То, что произойдёт дальше, — ещё более открытый акт агрессии, скорее всего.

Занак кивнул головой.

Вот почему он был занят написанием писем с призывом к оружию, намереваясь отправить его каждому дворянину в стране.

— Скажи, сестра моя, ответь, используя весь свой несравненный интеллект. Почему мы не заметили вторжения Колдовского Королевства? Почему до нас не доходило ни крупицы информации о вторжении, пока северный город Э-Наюль не отразил вражескую атаку?

Когда Колдовское Королевство осаждало город, можно сказать, что ни единой души не щадили в последующей резне. Однако сделать так, чтобы никаких утечек не произошло, практически невозможно. В конце концов, торговцы и путешественники передвигаются даже в военное время.

Что они сделали, чтобы заткнуть всем рты?

Имело ли место некое заклинание Короля-Заклинателя?

— Хм. Дорогой брат, вы тоже ощутили, чем это пахнет, да? Колдовское Королевство блокировало все наши источники информации.

— Да… ты тоже так думаешь? Но если исходить из этого, то отметкам на карте также нельзя доверять.

Если это не какой-то трюк Колдовского Королевства, то объяснить происходящее становится намного проще. Вероятно, в королевстве появился предатель.

Основная возможность заключалась в том, что несколько чиновников из управления внутренних дел были предателями и предоставляли ложные сведения. С другой стороны, есть вероятность, что некоторые дворяне из Королевства переметнулись на сторону Колдовского Королевства и отправляли ложные отчёты.

Палец Занака продолжал следовать за линиями на карте. Он задумался: кто из дворян, способных манипулировать столь массивным объёмом информации, мог быть предателем?

Палец Занака остановился на городе и он подвинул палец в сторону, чтобы не загораживать.

— …Ох, сестра моя, ты ведь уже наверняка догадалась, кто из дворян предал нас?

— Не может ли это быть тот, другой вариант?

Она видела его насквозь. Хотя в прошлом он находил интеллект своей сестры раздражающим, сейчас он мог положиться только на неё.

— …Я могу на пальцах одной руки пересчитать тех, кто способен взять под контроль потоки информации, идущие в столицу. Министр военных дел, например, но даже он не может управлять всеми купцами и путешественниками, прибывающими в город. Никому в столице не под силу полностью перекрыть все источники информации.

— Поскольку вы поняли так много, то наверняка, дорогой брат, вы уже и сами нашли ответ… это маркиз Рэйвен.

— …Как? Невозможно.

Занак немедля отверг эту мысль, хотя его палец остался лежать на отметке города Э-Рэйвел.

— Правда ли вы находите это невозможным? Маркиз Рэйвен ведь так сильно любит своего сына. Что, если бы некто похитил его сына и удерживал бы того в заложниках?

— …Значит они угрожали маркизу Рэйвену? Совершенно отвратительно!

— Хотя я придерживаюсь мнения, что он мог предать нас просто потому, что считает: "Для королевской семьи уже всё кончено".

Пусть он и не желал верить в предательство маркиза Рэйвена, не было иных дворян, обладавших такой же властью. Ему достаточно лишь попросить других дворян оказать ему пару услуг, чтобы полностью перекрыть все потоки информации в любой город. Выжившие также предпочли бы искать убежища в более крупных городах, а Э-Рэйвел оказался бы для них отличным выбором.

Быть может, именно по этим причинам Колдовское Королевство обратило на него свой взор?

— …Что за личность, на твой взгляд, этот Король-Заклинатель?

— Существо необычайно гибкого ума. Некто, кто таит в себе хитрость и мощь интеллекта целой нации. Самое же пугающее в нём то, что он не просто полагается на свою подавляющую силу, но тщательно планирует каждый свой шаг. Можно сказать, что он чудовище, которому чуждо понятие высокомерия.

"Хо?" — Занак взглянул на Реннер, ощутив, что с ней что-то не так. Её выражение лица оставалось обычным, но интонация несла в себе несвойственные ей эмоции благоговения и почёта.

— Паутина заговоров, которую мы сейчас начинаем видеть, вполне возможно, опутала Королевство еще много лет назад. Мы всего лишь запутавшиеся мотыльки…

— Я бы предпочёл сказать "бабочки".

— В любом случае, это всё ещё остаётся добычей для паука, но если вам так хочется, дорогой брат, то можете использовать метафору с бабочками. Даже если нам чудом удасться выскользнуть из этой паутины, под ней окажется лишь ещё один слой… это действительно пугает. Я не верила прежде, что кто-то подобный может существовать в этом мире. Что, если все наши действия прекрасно укладываются в его расчёты?

— Так ты говоришь, что он превосходит тебя?

Реннер засмеялась, не ответив.

— Давайте вернёмся к нашей прошлой теме, дорогой брат, вы наверное думаете о проведении обыска в резиденции маркиза Рэйвена, так? Но я не считаю, что вы сумеете найти там что-либо существенное.

— Это правда, но мы ведь не можем просто сидеть сложа руки, верно?

Учитывая, насколько высока вероятность предательства маркиза Рэйвена, им следует что-то сделать с этим. К тому же, у него всё ещё была призрачная надежда, что им удасться отыскать там хоть какую-то зацепку к происходящему.

— Что бы ты сделала в таком случае? — Прежде чем мы начнем делать что-то, я хотела бы задать вопрос дорогому брату. Не думаете ли, что если текущее развитие событий сохранится, Колдовское Королевство навяжет нам финальную битву в окрестностях столицы? Не знаю, собираетесь ли вы отдать приказ солдатам охранять стены города или же отправить их во встречную атаку, но как мы намерены собирать наши силы?

— Я уже получил удовлетворительные ответы от соседних дворян.

Те, чьи владения находились дальше, до сих пор не ответили. Однако они поступали так не потому, что ещё не получили писем, но потому, что хотели наблюдать со стороны. Вероятно, они думали дождаться уничтожения королевской семьи, а затем прибыть на поклон к Королю-Заклинателю в качестве его подданных. Или же, вполне возможно, что они не хотели показать себя Колдовскому Королевству с плохой стороны, встав на защиту Ре-Эстиз.

Но любой подобный ход мыслей был по меньшей мере наивен.

Их вера в то, что они могут дистанцироваться от происходящего, сама по себе являлась достаточным доказательством их несравненной глупости.

Нет, ему не следует насмехаться над их идиотизмом. Если бы они знали, как безжалостно Колдовское Королевство, они бы так не поступили. Все они просто стали жертвами повсеместной информационной блокады.

Он не питал сомнений в том, что едва падет столица, как Колдовское Королевство распространит свою жестокость на другие города. Дворяне, пожелавшие остаться в стороне от битвы, в конечном итоге также падут.

— Веришь ли ты… что мы можем победить?

Занак криво улыбнулся и спокойно ответил на этот замысловатый вопрос.

— Не имеет значения, победим мы или падем, у нас нет другого выбора, кроме как сойтись с ними в битве. Колдовское Королевство выжжет каждый дюйм этой страны и вырежет всех наших жителей. Это наш последний шанс на выживание.

— …Дорогой брат… вы уже стали королём, да?

— Что? Что ты имеешь ввиду? Хочешь сказать, что я слишком много на себя беру?

— …Ну, если мы будем побеждены в этой битве, не окажется ли Ре-Эстиз уничтожено? В таком случае, ни один житель нашего королевства не останется в безопасности, без разницы, куда они попытаются сбежать. И тем не менее, я не считаю, что выбор дражайшего брата поставить на эту битву неверен… О, быть может, маркиз Рэйвен предал нас по той же причине — ради спасения жителей.

— Вот как… выходит, его город может стать убежищем для беженцев, хммм.

— Но я сомневаюсь, что Король-Заклинатель позволит этому случиться. Возможно, он также приказал маркизу Рэйвену убивать всех людей, ищущих убежища в его городе, дабы доказать его верность.

К чему бы маркизу Рэйвену предавать их? Нет, а действительно ли он их предавал? Возможно, это была ещё одна хитрость Короля-Заклинателя, призванная посеять у них семена сомнений, дабы заманить в ловушку его и Реннер.

Занак представлял маркиза Рэйвена тем, кто хотел лучшего будущего Королевству.

Возможно, ему следовало написать письмо и откровенно поговорить с ним, но это был опасный ход.

Предатель, с которым продолжают вести переписку. Это определенно заставит Короля-Заклинателя сомневаться в нём.

Он всё ещё мог бы использовать это как уловку, но лучше её попридержать для того случая, когда маркиз Рэйвен выступит совместно с армией Короля-Заклинателя. Сейчас не самое подходящее время, чтобы проворачивать что-то подобное. Если маркиз Рэйвен действительно подвергался угрозам в адрес его семьи, он не в праве обвинять.

Занак помнил, что маркиз Рэйвен чрезмерно любит своего сына.

Занак слегка прикрыл глаза, погрузившись в воспоминания, но затем вернулся к реальности, взглянув на лицо сестры.

— Беженцы… ? Кстати говоря, отец хотел, чтобы ты… что ж, он хотел, чтобы мы искали убежище в Альянсе Городов-Государств как представители Королевства. Это было до того, как я поместил отца под надзор. Если ты ещё хочешь сделать это, то тебе лучше покинуть столицу как можно скорее.

Совсем скоро ему придётся собрать всех, кого только возможно, и вступить в решающее сражение с Колдовским Королевством. Говоря начистоту, у них совсем нет шансов. Поражение означает, что столица и остальные города обратятся в пепел.

Иными словами, нигде в Королевстве больше не безопасно. Возможно, им стоило последовать предложению отца и покинуть страну.

В нормальных условиях, победитель мог поступить двумя способами со свергнутой королевской династией.

Один из них заключался в смешении родословной посредством политического брака, другой же предполагал полное уничтожение всех носителей королевских кровей.

И Колдовское Королевство, безусловно, выберет второй.

— Это замечательная идея, собирается ли дорогой брат также последовать ей?

— Насчёт этого, как могу я… вот будь наш старший брат всё ещё с нами, то я бы с радостью предпочел бежать. Но давай не про меня, что ты собираешься делать? Король-Заклинатель — нежить, так что едва ли он питает "такой" интерес к женщинам, так что нет сомнений, что их не пощадят.

— Если Колдовское Королевство доберётся до нас, меня вполне может изнасиловать кто-то из наших, достаточно отчаянный для такого.

Отвращение исказило лицо Занака, пока он слушал, как спокойно его сестра произносит подобные слова. Но ему стоило признать, что она смотрела на вещи вполне объективно.

Красота Реннер широко известна, не стоит и упоминать о возможном существовании людей, способных на подобное.

— Тогда не забывай держаться поближе к Клайму и Англаусу.

— Угу, верно. Я не позволю Клайму оставить меня.

— Я вообще-то всё ещё здесь, и я не стану развивать эту тему, учитывая наше положение, но тебе следует отвечать "этим двоим".

Почему Брейн Англаус решил служить под началом этой женщины?

Хотя до него доходили слухи, что Брейн проявлял интерес к Клайму, он не походил на гомосексуалиста. Однако, в ходе расследования выяснилось, что у него совсем нет женщины… ведь не могло оказаться так, что он интересуется только детьми, верно?

Страх перед сестрой удержал его от желания озвучить эти мысли. Будет весьма неприятно, если те двое узнают об этом.

— В любом случае, я не собираюсь бежать. Как принцесса, я встречу смерть с честью и достоинством.

Неожиданный ответ.

Он уже давно думал о том, что её вполне устроит любая жизнь, пока она останется с Клаймом. Возможно, она просто притворялась и уже подготовилась к побегу.

"Несомненно, это вполне в её стиле…"

— Кажется, даже труп может быть использован Королём-Заклинателем.

— Это действительно возможно. Так значит, дорогой брат, вы собираетесь лично повести армию против Короля-Заклинателя?

— Ах, да. Пусть даже это ни на что не повлияет, армии нужен лидер королевских кровей, который поведёт их — таков мой долг.

Занак посмотрел в потолок.

— Ты говорила мне в прошлом, что я стану Королём, вот почему эта ответственность ложится на меня… надеюсь, отец позаботиться о моих похоронах… ты же можешь бежать в любое время.

Хотя он и находил свою сестру почти всегда раздражающей, они всё ещё одной крови. Самое малое, что он мог сделать — это поступить так, как полагается старшему брату. Быть может, боги смилостивятся над ним после его смерти.

— Я поняла. Так и сделаю, как придет время.

Когда Занак перевел на неё взгляд, на лице Реннер сияла её обычная улыбка.Часть 2

Колдовское Королевство наконец начало вторжение на запад. Город за городом, деревня за деревней падали под его поступью. Они приближались к столице, хотя и чрезвычайно медленно.

Чем больше армия, тем медленнее её движение. Однако по словам её компаньона, Эвилай, это утверждение нельзя было применить к армии Колдовского Королевства, полностью состоявшей из нежити. Она считала, что так происходило для деморализации жителей Королевства.

Страх перед приближающейся армией уже спровоцировал хаос в столице, и многие пали жертвами беспорядков. Произошедшее оставляло жителям столицы лишь два варианта на выбор.

Первый состоял в бегстве из столицы в противоположном направлении от Э-Рантела — на запад.

Другой вариант предполагал оставаться в столице, запереть двери и не показываться на свет.

Что касается популярности вариантов, то подавляющее большинство населения предпочло последний. Выбравшие первый преимущественно были людьми с богатствами, связями или навыками, гарантирующими им выживание даже в дальних краях.

Вот почему более 95% обитателей столицы предпочло остаться.

Но, это было верно лишь до вчерашнего дня.

Королевская власть издала указ.

Указ гласил, что из-за непрерывно наступающей армии Колдовского Королевства, городу требуется больше людей для защиты. Все, способные держать оружие, обязаны выступить в битву. По сути, это был набор в армию.

Конечно, нашлись и такие, кто боялся оказаться на поле боя, и потому продолжил отсиживаться где-то в своей норе, но большинство людей верили, что без их участия в битве их любимые могут умереть.

Пламенная страсть народа расходилась по столице, затронутые её волнами стали впадать в безумие. Улицы кишели людьми, готовящимися к войне. Пищевые лавки полнились едой для желавших славно подкрепиться: для отцов и сыновей, что брались за оружие и становились солдатами; кулинарная индустрия была на подъёме. Всё это обострялось тем, что люди знали о королевском приказе всем торговцам в городе держать низкие цены на продовольствие.

Члены "Синей Розы" пробирались сквозь толпу.

Лакюс обратилась с предложением к спутникам за своей спиной.

— Как я и говорила, ребята, я могу уладить это сама. Запрос не уточнял, кто должен был пойти, но это не значит, что мы должны были прибыть все сразу. Полагаю, у вас всех есть свои дела, так? Как насчёт того, что мы все сейчас разойдемся?

— …Что это с тобой, Лакюс? Есть ли у тебя причина, из-за чего ты не желаешь нас в компании?

Лакюс заставила себя изобразить улыбку в ответ на сказанное Эвилай. Хотя про себя она подумала "как проницательно с твоей стороны!", она не решилась произнести такое вслух. Эвилай была вполне терпима в этом плане, Тина и Тия обладали большей проницательностью. Она хвалила богов, что они не видели её лица.

— Мне понятны чувства Лакюс. Я слышала, что мистер Азут также прибудет, верно?

На миг Лакюс показалось, что её сердце пропустило удар.

Это было правдой. Дядя Лакюс, лидер команды авантюристов адамантового ранга "Красная Капля", Азут Айндра, также получил приглашение.

— Ох, вы же семья. Должно быть, у вас двоих есть много тем для личного обсуждения, верно? Мы понимаем.

Прекрасно, их недопонимание уводило их в сторону от реальной причины. Лакюс согласилась со словами Гагаран:

— Это точно. Не могли бы вы, ребята, сделать это для меня? Он даже не искал меня по прибытии в столицу. Так что…

— Как озадачивает.

— Трудно поверить.

— Э?

Лакюс взглянула на близняшек.

— Вы оба родственники и лидеры команд авантюристов адамантового ранга. В текущей ситуации, он всё ещё не сообщил тебе о прибытии в столицу, так как наш заказчик сумел узнать об этом?

— Если бы заказчик имел связи с Красной Каплей, он должен был сказать об этом. Но ничего подобного от него не прозвучало.

Прошлой ночью в гостиницу, где остановились Синие Розы, явился человек небольшого роста, заявил о наличии работы для них и указал место встречи. Прямое обращение к ним, вместо запроса в Гильдию Искателей Приключений, вызывало достаточные подозрения у Лакюс, чтобы он захотела дать отказ. Однако узнав о том, что Азут из Красной Капли тоже будет там, она решила прийти.

— Это точно. Более чем подозрительно, скорее даже походит на заговор Это может оказаться приманкой для нас или чем-то подобным.

— Да. Принимая в расчёт то, что это может оказаться ловушкой — пускай ты и сильна, всё ещё есть много вещей, с которыми тебе трудно будет справиться в одиночку. Если эта вторая сторона попытается причинить нам вред, мы не должны допустить того, чтобы нас убили по одному.

— Ребята…

Лакюс испытывала счастье от осознания того, что все так беспокоятся за неё. Но…

— Кроме того, мы тоже хотим встретиться с этим героем-наставником.

— Я только слышала его имя, но не видела его лично в прошлом. Если вы столь близки, то нам несложно будет завязать с ним беседу, верно?

Лакюс ощутила, как её желудок свернулся сам по себе.

Хотя её дядя и не был плохим парнем, хорошим человеком его также назвать было нельзя. В общем, в чём она уверена наверняка, так это в том, что он был из тех, кто непременно плохо влияет на детей.

Вспоминая свои встречи с ним в прошлом, когда она ещё была ребенком, для Лакюс он казался вполне нормальным, но он тогда просто скрывал свою истинную натуру, по всей видимости. Возможно, он потерял здравый смысл во время своих приключений?

У неё было лишь одно решения для тех вещей, что она не понимала — пусть даже богов не стоило беспокоить по подобным пустякам — ей оставалось лишь молиться. Помимо этого, она ничего не могла с этим поделать.

Её дядя относился к тем людям, которые при первой встрече с незнакомцем ведут себя честно и открыто. Он также был из тех, кто высказывает банальные реплики вроде: "если ты жаждешь героя, то долг этого героя — исполнить твое желание".

Ей оставалось только надеяться, что и в этот раз он будет вести себя так.

Лакюс и её компания достигли гостиницы, в которую их позвали.

Дела здесь на вид шли вяло, и место в целом выглядело просто грязным.

Двери гостиницы были устроены на славу и оказались на удивление тяжелыми.

Едва Лакюс распахнула дверь, Тиа и Тина дважды похлопали её по талии.

Этот сигнал означал для неё быть начеку. Должно быть, они заметили что-то.

Напротив входа располагалась стойка, но они не видели никаких признаков того, что в помещении велись обыденные для таверны дела.

Это означало, что это заведение стояло в такой глухом переулке, что оно не могло работать как таверна, но лишь как гостиница.

Лакюс ощутила, что у всех поменялся настрой под жутким впечатлением, исходящим от этого места. Они держались наготове, словно в любую секунду им придётся прорываться с боем.

Лакюс заговорила с равнодушным человеком за стойкой.

— …Мы Синие Розы, пришли на встречу с клиентом.

— Вам в комнату 301. Мистер Азут из Красной Капли уже там.

Он правда здесь? Пришло время выяснить.

Лакюс поблагодарила его и немедленно поднялась по лестнице с боку.

В гостинице стояла поразительная тишина. По пути они не пересеклись ни с одним постояльцем, даже никаких звуков не доносилось из-за стен. Было ли это потому, что стены здесь хорошо изолировали звук или же гостиница на самом деле была пуста?

Группа добралась до третьего этажа и обнаружила, что количество комнат здесь невероятно мало. Должно быть, каждая из них огромна по размерам.

Лакюс постучала в дверь с табличкой под номером 301.

— Дядя, это Лакюс!

Навострив уши, она едва разобрала мужской голос с той стороны двери, сообщивший "входи". Голос оказался столь тих, что она не могла разобрать, принадлежал ли он её дяде.

Подвинув в сторону Тию и Тину, Лакюс сама толкнула дверь.

Внутреннее убранство комнаты сильно отличалось от вида в коридоре.

Комнату обставили тяжелой и изысканной мебелью, гораздо более роскошной, чем в гостинице Лакюс. Честно говоря, это заставило её вздрогнуть. В конце концов, гостиница была ужасно подозрительной.

Они не успели даже окинуть всю комнату взглядом, как к Лакюс обратился чей-то голос:

— Ах, Лакуша! Давно не виделись!

— Дя…

Голос определенно принадлежал её дяде.

Лакюс с силой захлопнула дверь, словно пытаясь запереть в комнате голос её дяди.

— Ч-что происходит, Лакюс?

Гагаран заговорила первой.

Все присутствующие уже должны были услышать голос её дяди. Для неё трудно заставить себя сказать, что всё в порядке, после увиденного.

— Ребята, думаю, мне всё же лучше пообщаться с дядей наедине.

— Эта девчонка… Ты правда заявляешь нам подобное после того, как мы уже прошли с тобой весь путь сюда.

Ошарашенный тон Эвилай был вполне ожидаем.

Лакюс обратила взор на лица своих товарищей. Эвилай говорила от имени всех, только по их выражениям становилось ясно, что у всех на уме крутилась одна и та же мысль.

Тогда…

— Эх, ребята. Позвольте мне всё прояснить. Мой дядя — странный человек.

— …Лидер Красной Капли?

Лакюс приняла строгое выражение лица, подобающее лидеру, а затем кивнула в ответ Тине, после чего посмотрела на остальных. Они выглядели сбитыми с толку, но поскольку знали Лакюс уже давно, то верили в её честность. Поняв это по выражению их лиц, Лакюс снова открыла дверь.

В комнате стоял блестящий бархатный шезлонг.

На нем разместился мужчина, хорошо известный ей мужчина — Азут Айндра во плоти.

Верхняя часть его туловища была полностью обнажена, всякий мог чётко разглядеть его очерченный пресс и раздутые грудные мышцы. Это отнюдь не был подобающий вид для встречи клиента, тем не менее, даже это не было причиной, по которой Лакюс задержала своих товарищей перед дверью.

Прямо на Азуте, прижимаясь к его телу слева и справа, сидели две полуобнажённые женщины.

Нет, неверно называть их полуобнажёнными. Их пышные груди оставались полностью на виду, и хотя на них было нижнее белье, оно представляло собой не более чем верёвки, едва способные прикрыть что-либо вовсе.

Судя по их внешнему виду, они были высококлассным эскортом.

Эротические наряды, вероятно, снятые недавно, валялись тут и там на полу. Азут заключил обеих женщин в объятия, его руки тискали и потирали их груди.

— Дядя… твоя племянница была вызвана сюда тем же клиентом. Неужели ты не можешь поприветствовать меня более подобающим образом? Сказала Лакюс.

Однако, руки Азута не отстранились от грудей женщин, продолжая мять их, словно ничего не произошло. Женщины делали вид, что совсем не замечают присутствия группы Лакюс, и продолжали издавать тихие стоны.

Такое отношение, честно говоря, немного взбесило Лакюс. Если этих женщин приобрёл заказчик, Лакюс хотела бы обменяться с ними парой слов.

— Эххх, я ждал вас немного позже, ребята. Эх, мы ещё не дошли до постели, так почему это должно иметь значение?

— Конечно должно! Лакюс не утруждала себя тем, чтобы повернуться и взглянуть на лица своих компаньонов.

— …Правда? На лице Азута возникло ошеломлённое выражение, хотя при этом он не прекратил тискать женщин. — Ты просто недостаточно гибко мыслишь! В природе каждого мужчины желать трахаться с красивыми женщинами. Мои дети тоже, вероятно, унаследуют этот талант. Разве ты не знаешь, что очень важно обеспечить продолжение нашей родословной?

— Хмм, несмотря на то, что вы высокородны, этот тип менталитета всё ещё столь глубоко укоренился в вашем сердце?

Услышав сказанное Эвилай, Азут недовольно нахмурился и уставился на неё. Хотя они могли ощутить давление от его пристального взгляда, ни одна из Синих Роз не отступила. В особенности Эвилай, для неё подобное напоминало легкий ветерок. Она продолжила:

— …Эх. По одному вашему выражению лица я могу сказать, что попала в яблочко. Они зовут вас героем, но вы не отличаетесь от ребенка. На самом деле, возможно ли, что вы отказались от статуса дворянина и выбрали жизнь искателя приключений именно по той причине, что являетесь одним из этих людей… ? В любом случае, это не то отношение, с которым встречают клиента. Дамы, прочь.

— …Да что с этим ребёнком?

Женщина, лежавшая справа, взглянула на Эвилай.

— Эх, какая морока. Эй, Айндра… боковая комната сейчас пуста?

Эвилай указала на дверь, отличную от той, что вела в коридор.

— Аххх. Это спальня, я её уже проверил.

— Правда? Тогда отправь их туда.

— Что с этим ребёнком? Что она себе позволяет? Женщина слева рассержено посмотрела на Эвилай. — Не веди себя так высокомерно, ты просто соплячка, которая даже не смеет показывать лица.

— …эх. [Очарование]. Иди.

— Ах, да. Поняла.

Женщина слева немедленно встала, отчего у женщины справа шок отразился в глазах, а рот непроизвольно широко открылся.

— Ты тоже. И не забудь убрать вещи с пола.

Прежде чем женщина смогла ответить, [Очарование] уже было наложено. Женщины послушно направились в соседнюю комнату.

Азут надул губы и выпрямил плечи. С позиции авантюриста, то, что сделала Эвилай, не отличалось от провокации с обнажением меча, однако, он не выказывал признаков обиды. Хотя ей и не хотелось признавать это, Эвилай находила его весьма снисходительным в этом отношении.

— Эвилай… хорошая работа! Тина подняла большой палец Эвилай: "быть достаточно отважным, чтобы подпустить к себе так близко женщин, что могли оказаться убийцами, — меньшего и не ожидалось от искателя приключений адамантового ранга."

— А они были?

— Нас также учили подобным штучкам в прошлом. Женщине, не одаренной грубой силой или скрытым талантом, остается только обратить в оружие свою женственность. Хотя для Гагаран эта информация бесполезна, я всё же объясню основные принципы. Во-первых…

Эвилай махнула рукой на объяснения Тии и вместо этого обратилась к Лакюс.

— Без этого было бы трудно обойтись. Ладно, я больше не стану прерывать вас по этой теме. Говорите, о чём хотите, я полагаю.

— Спасибо тебе, Эвилай. — Итак… аааах… — она уже чувствовала себя уставшей, хоть еще не сказала ни слова, — Итак, дядя, наши заказчики на сей раз предельно подозрительны. Кто они такие?

— Хмм? Ой ой, так ты пришла сюда, ничего о них не зная? Хмм, это люди, за спиной которых стоит крупная организация, наверное.

— Наверное? Кстати говоря, ты знаком с ними?

— Мне не доводилось лично встречаться с ними. Следуя этикету, им стоило бы сперва показать мне свои имена. Хммм, но если они собираются скрыть своё происхождение, то, — Азут улыбнулся, — это кто-то мутный. Так что ты собираешься делать?

— Что ты подразумеваешь под этим вопросом?

— Если вы, ребята, планируете беж… уйти отсюда, можете использовать коридорчик, что я приберёг.

— Мы не собираемся уходить.

Лакюс ощутила на себе пристальные взгляды всех присутствующих.

— …Пффф. Хорошенько подумай. Армия Короля-Заклинателя истребляла всех мирных жителей по пути сюда, разоряя города. Считать, что со столицей все обернётся иначе, — не слишком ли ты наивна?

— Тогда, дядя, давай сражаться бок о бок!

— Исключено. Поскольку я не могу точно оценить его силу, то трудно сказать наверняка. Но если слухи не лгут, я… все мы не сможем победить этого парня. Только монстр способен сражаться с монстром, для простых людей неразумно вмешиваться.

Азут устало вздохнул. Лакюс ещё никогда не видела своего дядю таким.

— …Я хорошо знаю, что это бесполезно, вот почему я не притащил с собой всю команду. Я также сказал своему брату бежать.

— Но… никто из них не послушался?

— Ааах. Ну что за кучка… идиотов. Однако он оставил своё дитя под мою опеку. Мои товарищи увезли их в Совет Агранд, и сейчас они уже должны быть там.

Пока в сердце Лакюс вспыхивали непростые эмоции, Тиа нервно сказала: "босс". В то же время из коридора донесся мужской голос: "Вы все вовремя!"

Троицу, стоявшую у двери: Тию, Тину и Гагаран, — словно втолкнули в комнату незримой силой. Следом за ними появились мужчина и женщина.

Первым вошел молодой человек.

Все десять его пальцев украшали кольца. Лицо его светилось лёгкой улыбкой.

За его спиной стояла усталая женщина. На ней была свободная одежда, а её походка словно говорила о её нежелании идти вовсе. Необычно большая шляпа накрывала её голову, почти полностью пряча лицо.

Лакюс насторожилась.

Её товарищи оказались подавлены на биологическом уровне — то есть одной грубой силой. Оба гостя показали способность напугать известного авантюриста адамантового ранга Лакюс так, что ей трудно было выразить это словами.

И всё же, когда за ними возник ещё один человек, атмосфера изменилась ещё сильнее.

Гигантское тело этого человека медленно протиснулось в комнату. Он напоминал собой варвара с топором в руках. От него исходила подавляющая аура, заставлявшая их чувствовать себя так, словно пространство вокруг искажалось.

Те двое, что стояли перед ними, были действительно сильны.

Но этот человек значительно превосходил их обоих.

Лакюс не могла пошевелиться, её словно душили.

Будучи авантюристом адамантового ранга, она победила множество могучих монстров и полулюдей, но все они бледнели в сравнении с этим человеком. Быть может, он даже сильнее того черепоголового демона, появившегося во время хаоса Ялдабаофа.

Этот человек, вероятно, являлся телохранителем тех двоих.

Люди с такой силой как у них, не состоящие ни в одной организации, непременно породят о себе множество слухов. С учётом этого, за их спиной должна стоять огромная организация государственного масштаба, способная скрыть все источники информации о них.

— …А мы не зря захватили с собой обмундирование.

— …каждый из них сильнее нас.

— Ааах. Не могу припомнить никого вроде них во всём Королевстве.

— Ой ой ой, вы уже опоздали, так что не расхаживайте тут с такой угрожающей аурой. Разве руководство поручило вам заниматься подобным? Делать что-то настолько скучное?

На издёвки Азута возразила женщина:

— Взять с собой шлюх, как это впечатляет, старик. А ведь это не отель для влюблённых~

Азут ответил ей тем же:

— Хмф, именно выбор этого места стал причиной, по которой я их вызвал, я хотел пробудить в вас то же отвращение, которое испытываю сам.

— Цк, — Женщина резко закрыла рот с таким выражением на лице, на которое было трудно смотреть.

Она не стала возражать на сказанное Азутом, что означало, что эта гостиница была с ними связана. Есть только две страны, способные создавать организации государственного масштаба. Одна из них Совет Агранд, другая же — Теократия.

Связь с последней более вероятна.

— Ладно, ладно, если все вы прекратите это прямо сейчас, я буду очень счастлив.

— Малой Квейс… эх, малой Квейс в этот раз за главного, так что я просто прислушаюсь к тебе.

(П.П.: Квейс — брат Клементины)

Будучи отруганной джентльменом, женщина заставила себя пожать плечами и кивнуть в ответ.

— Господин Азут абсолютно прав. Вы уделили нам время в вашем загруженном графике, но мы всё равно прибыли последними. Я искренне извиняюсь перед вашей почтенной персоной.

— Хмф.

Азут слегка ухмыльнулся, но улыбка этого джентльмена не дрогнула.

— Что ж, извините мою откровенность - давайте перейдём сразу к делу, присутствующие господин Азут Айндра и члены Синей Розы.

Лакюс прищурилась.

Её дядя отказался от своего звания дворянина, но поскольку он всё ещё сохранял звание почётного рыцаря, надлежащий этикет требовал упоминания его полного имени. Однако Азут был из тех, кому не нравилось, когда его величают полным именем.

Встречавшие его впервые и желавшие последовать протоколу попадались в эту ловушку.

Так или иначе, этому джентльмену удалось избежать этого. Это значит, что он провёл тщательное расследование, но точнее будет сказать, что изыскания провели стоящие за ним люди.

— Госпожа Лакюс Алвейн Дейл Айндра. Госпожа Эвилай. Госпожп Тиа. Госпожа Тина. Госпожа Гагаран. Мы здесь, чтобы убедить вас встать на нашу сторону. Для вас сражаться до последнего вздоха было бы ужасной участью, мы умоляем всех здесь собравшихся подумать о будущем.

— Агх. Такой невежливый тип. Так какая страна прислала тебя?

— Не имеет значения, из какой страны мы прибыли. Всё это беспо…

Неожиданно, рука появилась за женщиной и закрыла ей рот.

— Не может быть!

Тия и Тина от удивления выхватили оружие.

За женщиной стоял человек, носивший странное одеяние. Всё его тело, включая лицо и руки, было скрыто. Металлические пластины на одеянии придавали ему дополнительную защиту.

— Нехорошо, это убийца далеко за пределами нашей лиги.

— Нехорошо, он намного сильнее нас.

Эти двое были сильнейшими — и нарочито жестокими — убийцами, которых знала Лакюс, но этот мужчина был сильнее их обеих.

— Пожалуйста, не волнуйтесь и, пожалуйста, сложите своё оружие. Если бы нашей целью было ваше устранение, мы бы не использовали столь тривиальный приём.

Этот джентльмен был прав. Умение войти в эту комнату, не будучи замеченным никем из присутствующих искателей приключений адамантового ранга, должно было включать использование способности полного сокрытия. Раскрыть себя в такой идиотской манере означало, что он не был намерен убивать их.

Или, возможно, это было частью их тактики. Напоминание о том, что если они не примут сторону заказчиков, первоклассные убийцы могут в любой миг расправиться с ними.

— Также, за слегка неподобающую манеру речи моего соратника, я искренне извиня…

— …Эй, эй. Какая вам выгода от сокрытия этого факта? Вы — ребята из Теократии, верно?

— Они и правда из Теократии…? Я не могу поверить, что подобные им люди могут существовать там.

Сказала шокированная Эвелай. Лакюс была удивлена не меньше.

Они сражались против отряда, который сжигал деревни полулюдей в прошлом, и они были сильны. Особенно капитан этого подразделения, который был сильнее Лакюс в то время. Но ни один из того отряда не был настолько силён, как стоящие перед ними люди.

— Вы не знаете? Я думал что вы хотя бы слышали слухи о них… они гордость Теократии, их отряд героев, Чёрное Писание. Вероятно, что все они уже достигли царства героев.

Азут смотрел в сторону варвара.

Этот человек улыбнулся, словно зверь перед лакомством своей добычей.

— Хахахаха… Похоже, что ты немного знаешь о нас. Но неужели у вас тоже нет кого-то? Кого-то, как я, или даже сильнее меня? Он указал на Эвилай: "Эвилай из Синей Розы." Ты проблемный противник.

Его отношение не выглядело признанием поражения, скорее, оно говорило о об отношении к Эвилай, как к равной.

— …Хмпф. Есть люди сильнее меня… Хмм… исключая демонов, среди всех людей и полулюдей только господин Момон является сильнее.

— Только Момон? Хммм…

Варвар бубнил себе под нос до тех пор, пока улыбка не проявилась на его лице, и затем умолк.

— Вот что. Ребята из секретного отряда Теократии. Почему бы вам не сражаться вместе с нами против Короля-Заклинателя?

"Возможно, эта женщина также… нет, это было…" — Эвилай продолжала бубнить про себя, но Азут проигнорировал её и задал вопрос джентльмену, что ответил своей непоколебимой улыбкой.

— Получить приглашение от вашей почтенной персоны — великая честь для всех нас. Однако мы здесь на экстренной миссии, чтобы убедить ваших почтенных персон присоединиться к нам. Именно поэтому мы можем лишь культурно отклонить ваше предложение. В конце концов, участвующие в битвах исходя из своих эгоистичных желаний солдаты лишь навредят своей организации.

— Пытаешься использовать приказы в качестве козла отпущения, понимаю. Однако я заинтересован в том, чтобы услышать ваше личное мнение.

— Какая скука… Не будут ли намного проще, если мы просто выполним приказы вышестоящих?

Сказала раздражённая женщина. Улыбка джентльмена улетучилась, сменившись озабоченным выражением.

— Ставлю на то, что ты находишь даже свой собственный процесс мышления раздражающим.

— Это верно. Пока я исполняю приказы, ответственность за них всегда ложится на моих начальников. Брать на себя ответственность слишком раздражает, поэтому я не беспокоюсь об этом. Я очень хороша в перекладывании ответственности на других, и меня за это даже восхваляют~

— Они не хвалили тебя.

Прошептал про себя варвар.

— Хехе. В таком случае, господин Айндра… мои извинения. Господин Азут, мы поняли, к чему вы клоните. Так, а что касается членов Синей Розы?

— Перед этим, можем ли мы задать вопрос? Как мы можем сбежать отсюда?

— Я скажу после того, как вы присоединитесь к нам. Кстати, мы уже распространили условия этой сделки среди множества других групп авантюристов, и все они приняли её. Эти группы были отправлены в более безопасные места, чтобы отсидеться.

— …Эй. Вы использовали насилие или подкуп, чтобы заставить их пойти с вами?

Как выразилась Гагаран, если кто-то такой же сильный, как они, будет угрожать другим людям, им будет трудно отказать.

— Мы действительно, от всего сердца, желаем стать товарищами со всеми вами. Это сотрудничество ради нашего будущего, — будущего человечества.

Похоже, что джентльмен совершенно не имел намерения врать, возможно, его выбрали для ведения переговоров из-за склада характера.

— …Я отказываюсь.

У Лакюс даже не было времени спросить мнения остальных, прежде чем Гагаран ответила.

— Нет нужды говорить "я"… все мы последуем за решением лидера.

Её соратники одобрительно закивали головами в поддержку сказанного Гагаран.

— Это так…? Похоже, что бы я не говорил, вы не измените своё мнение. Кажется, у меня не осталось выбора.

Джентльмен принял их отказ на удивление спокойно. Лакюс сменила стойку на случай, если он применит силу.

Заметив это, джентльмен криво улыбнулся.

— Прошу вас, вам не о чем беспокоиться, госпожа Лакюс. Мы не планируем прибегать к силе. Мы надеемся, что все присутствующие здесь смогут отомстить за тех, кто пал от рук Короля-Заклинателя. Мы оставили компенсацию за ваши хлопоты у стойки, прошу, заберите её перед уходом. Итак — мы удаляемся.

После полученных указаний от джентльмена, люди Теократии отправились к выходу. Казалось, все закончилось мирно. Стоило Лакюс выдохнуть с облегчением, как Азут окликнул джентльмена:

— Эй, кстати говоря… Мистер по имени Руфус или Жопус по-прежнему хорошо поживает?

— Ру… ? Искренне извиняюсь. Наша страна занимает обширные территории, поэтому я не имею представления, кого вы имеете ввиду… если бы вы могли указать более точ…

— …Ах, вот как. Полагаю, для людей вашего уровня нормально не знать его по имени. Тогда, как вы, ребята, обычно зовете эту нежить? Милорд или что-то подобное?

Все члены Черного Писания застыли в ошеломлении, а затем наполнились злобой. Всю комнату в мгновение ока заполонила жажда крови, возникло чувство, что сражение может начаться в любую секунду. Джентльмен сделал шаг первым.

Он протянул обе руки, останавливая людей за собой.

— Малыш Квейс. В чём дело? Мы не собираемся убить их?

Джентльмен уставился на Азута холодным, недвижимым взором и спокойно ответил женщине:

— Он блефует. Не делай ничего своевольного. Это приказ. Исходившая от группы жажда крови исчезла так же внезапно, как и возникла. Джентльмен не сводил наполненных холодом глаз с Азута: — …Хотя мне и очень любопытно выяснить, как много тебе известно об этом… Пока я просто доложу об этом начальству. Всё, нам пора уходить.

Члены Черного Писания не теряли бдительности, покидая комнату, но вместо этого давали понять группе Лакюс, что если те попробуют выкинуть что-то, то ответ последует незамедлительно.

Некоторое время спустя, когда Лакюс убедилась, что Чёрное Писание уже ушло, она принялась журить Азута.

— Дядя… ты слабейший из всех нас. Прошу, не провоцируй так других людей.

— Ха…? Действительно, это оказалось весьма опасно. Не ожидал, что они станут огрызаться столь яростно. Если бы не тот парнишка с фальшивой улыбкой, то я бы был уже покойник. Наверное, они думали о чем-то в духе: "чем самим пачкать руки, выгодней сперва отдать их на милость Короля-Заклинателя, а там уже, если кто выживет…" — или о чём-то подобном. Хотя я сомневаюсь, что мы заслуживаем такого внимания.

Лакюс как бы специально вздохнула в сторону Азута, который громко захохотал.

Так ли это на самом деле?

Её дядя дал понять Чёрному Писанию, что он обладает некоторой важной информацией о Теократии, так что не странно было бы, если бы они его убили, не позволив этой информации просочиться в руки Короля-Заклинателя. Иным путём для них стал бы захват и проведение допроса, в том числе и с помощью магии, для выявления сведений, которые у него есть.

Суть же проблемы заключалась в том, зачем вообще её дядя дал Теократии понять, что у него есть такая информация. Не поступи он так, переговоры бы завершились без происшествий.

Зачем он намеренно поставил себя под удар?

Азут не относился к тем, кто неспособен видеть положение дел в целом. В таком случае, за этим должно стоять что-то, о чём Лакюс не догадывалась.

Для неё невозможно найти ответ, просто размышляя об этом. Лакюс отбросила в сторону мысли на эту тему.

— Во имя богов… Так что же дядя планирует делать дальше?

— А? Я думаю дождаться, пока армия Короля-Заклинателя не явится сюда. Местные крупные шишки, кажется, собираются отправить солдат в окрестные территории для тактического построения. Честно говоря, я не вижу за ними шансов на победу. Король-Заклинатель и его прихвостни рано или поздно окажутся здесь… У вас не хватит сил обмениваться с ним ударами, просто бегите.

Он явно дал понять свои намерения.

— Пусть так, я не брошу этот город и не убегу. Дядя…

Если что-то на свете и способно победить Короля-Заклинателя, то это не удар воина, а укол убийцы. Именно по этой причине Лакюс пришлось просто стиснуть зубы, наблюдая за тем, как волны людей отправляются на защиту от нападения Короля-Заклинателя.

— Если ты собираешься предложить мне сражаться вместе, то я отказываюсь. У меня свои планы.

— В самом деле?

— Ага. Я сделаю то, что умею лучше всего, и тебе также следует постараться. Однако ради благополучия моей милой племянницы, я повторюсь снова. Вам всем лучше всего бежать. Вы все ничто перед силой Короля-Заклинателя.

— …хмф, и что это значит? Ты утверждаешь, что сможешь добиться большего, чем мы?

На вопрос Эвилай Азут лишь засмеялся, словно у него не нашлось подходящего ответа.

— Действительно, даже мне не выиграть против Короля-Заклинателя. Я всего лишь простой человек. И всё же, даже когда войска Короля-Заклинателя окружат всю столицу, я сам смогу ускользнуть.

Азут поднялся.

— Итак, я отправляюсь в соседнею комнату, дабы поработать бедрами, а что вы будете делать, ребята?

Лакюс поняла намек её дяди и нахмурила брови.

— Мы уходим. В конце концов, у нас ещё осталось то, к чему следует подготовиться.

Лакюс попрощалась с дядей и осторожно спустилась по лестнице с остальными из её группы. Они забрали свою оплату на первом этаже и покинули гостиницу. Ничто не указывало на то, что Чёрное Писание подготовило им здесь засаду.Часть 3

На расстоянии трёх дней пути обычного путешественника уже можно было созерцать армию Колдовского Королевства. Доклад об этом поступил в руки Занака. Дабы подобающе встретить атаку войск Колдовского Королевства, вся армия Ре-Эстиз мобилизовалась под командованием Занака.

На равнинах в районе полудня пути от столицы армия Ре-Эстиз сформировала фронт сразу после получения новостей о наступлении Колдовского Королевства с востока. В соответствии с их планом, им предстояло дожидаться армию Колдовского Королевства здесь.

Фронт расположился на широком участке дороги, перекрытой для построения. Если войска Колдовского Королевства продолжат движение напрямую, по своей текущей траектории, то эта позиция окажется наиболее эффективной. Однако если Колдовское Королевство решит изменить направление наступления, возникнет необходимость разворачивать новый фронт. Хотя возможность такого их волновала, все доклады указывали, что Колдовское Королевство продвигается прямо на них. Казалось, у них нет причин беспокоиться, что на этот счёт что-то поменяется.

Но это ни у кого не вызывало радости.

Армия Королевства, которой предстоит столкнуться с армией Колдовского Королевства, на этот раз состояла из призывников соседних дворян, столичного ополчения и рекрутированных мужчин из беженцев, способных носить оружие. Не будет ошибкой назвать это войско последней надеждой Королевства.

В общей сложности, оно включало 400,000 человек.

То, что они смогли собрать такую огромную армию, заслуживало похвалы, однако, на самом деле, они буквально соскребли их со дна бочки. Лишь немногие обладали подходящим оружием, большое число людей держали в руках дубины.

Но даже в этой ситуации, боевой дух держался на высоте. Однако вызвано это было тем, что солдаты ощущали себя зверями, загнанными в угол. Они знали о степени жестокости, проявленной Колдовским Королевством, а потому лишь с помощью чистой силы воли они взялись за оружие, дабы защитить то, чем они дорожили. Стоит их мужеству дрогнуть под ударом любого вида и формы, как армия Королевства мгновенно рассыпется.

Размеры войска являлись оружием сами по себе, длинные ряды солдат одним своим видом создавали ошеломляющее давление, даже не двигаясь с места. Но если так, то тогда с какой же целью армия Колдовского Королевства шла прямо на армию из 400,000 человек?

Даже не слишком искушённый в военном искусстве знает, что бросаться в лоб на столь огромное войско — не лучшая стратегия. Вообще, для Колдовского Королевства самой эффективной стратегией стало бы "ничего не делать". Их армия состояла из нежити, которой совершенно не требуется провизия. С другой стороны, силы Королевства из 400,000 человек можно сравнить с гигантским прожорливым зверем. До тех пор, пока их удасться полностью окружить, оказывая давление снаружи, этот гигантский зверь вскоре будет обречён на голодную смерть.

Но армия Колдовского Королевства маршировала напрямик к цели, разрушая все на своём пути. Он знал о чётком понимании всей ситуации Королём-Заклинателем, так что трудно представить, что это происходило без какой-либо цели.

Колдовское Королевство просто не сомневалось в собственной неизбежной победе.

Для таких как они, это вовсе нельзя было назвать безрассудным поведением. Тот, кто сумел уничтожить армию из 200,000 человек одним заклинанием, мог стереть с лица земли их текущее войско за пару таких заклинаний.

Разумеется, Занак, как командующий, не хотел верить, что такое может произойти. Однако верившие в эту безрадостную картину люди, особенно дворяне, на самом деле не были в меньшинстве.

Он понимал, зачем они предлагали поделить армейские силы на группы. Хоть они и проиграют в стычке по одному, этим они исключат возможность того, чтобы целую армию смяли одним заклинанием.

Но они не могли себе этого позволить.

Вследствие разрушительных потерь, понесённых ими в ходе сражения на равнинах Катц, а также во время текущего вторжения, оставалось не так много дворян, способных командовать крупными отрядами солдат и кавалерии. Разделение их сил не создаст меньшие армии, войско из 400,000 солдат внезапно обратиться в 400,000 простолюдинов.

Во многом именно благодаря сбору такого множества людей — такого множества товарищей — в одном месте, у людей появилось мужество сразиться с Колдовским Королевством.

Они находились на этом фронте уже два дня.

Значительное время ушло на подготовку, которая требовалась столь многим людям.

Когда обе стороны заняли свои позиции, армия Колдовского Королевства своим гордым видом словно заявляла "мы дали вам достаточно времени на приготовления".

Их силы составляли около 10,000 единиц, включая в себя 3-4 вида нежити. Это число казалось незначительным перед 400,000 мужчин. Однако, с позиции индивидуальной силы, армия Колдовского Королевства, несомненно, обладала подавляющим превосходством.

— Ваше Высочество.

— Я знаю.

Занак дал быстрый ответ министру военных дел.

Движения министра выглядели скованными, иногда почти комичными, из-за непривычных ему доспехов. Но Занак и сам был не в праве порицать его.

Он носил броню, ранее принадлежавшую Газефу, одно из сокровищ Королевства. Занак понимал, что она совсем ему не подходит, он слишком далёк от уровня Газефа.

Однако Занаку стоило похвалить эту зачарованную броню.

За последние дни Занак поднабрал килограммы из-за привычки заедать стресс. Если бы не магические свойства доспеха, ему пришлось бы просить кузнеца добавлять еще дюйм в районе пояса.

— Подведите моего коня!

Рыцарь, следуя приказу, привел коня к большому шатру командующего.

Занаку потребовалось немало усилий, дабы взобраться на свою лошадь, которая выглядела не слишком к нему любезной. Не взяв с собой ни одного телохранителя, он в одиночку поскакал за линию фронта, прямо в сторону армии Колдовского Королевства.

Даже захвати он охрану, если бы Король-Заклинатель пожелал его убить, телохранители оказались бы совершенно бесполезны. Они вообще не могли служить сдерживающим фактором.

С другой стороны, езда в одиночку стала эффективным способом демонстрации своего мужества перед всеми зрителями. Окажись он убит во время выхода в одиночку, это может нанести урон публичному образу Короля-Заклинателя.

"Герой Ре-Эстиз… а звучит неплохо".

Занак достиг центральной точки между позициями двух армий без каких либо затруднений. Он активировал магический предмет для усиления своего голоса.

— Я принц Королевства Ре-Эстиз, Занак Валлеон Игана Райль Вайсельф! Прошу аудиенции с Его Величеством Королём-Заклинателем!

Занак не намеревался вступать в битву умов с Королём-Заклинателем. Всё уже дошло до той точки, что подобное стало бессмысленным.

Он желал лишь выяснить, чем руководствовался Король-Заклинатель, чтобы сотворить такое с его страной.

***

Аинз разглядывал трехсторонний фронт, сформированный его армией вокруг брезентовой палатки. Из-за того, что армия Колдовского Королевства, состоявшая из нежити, не требовала запасов продовольствия, их построение по размерам значительно уступало обычной армии из аналогичного числа бойцов.

Объективно говоря, у них вообще не было необходимости создавать линию фронта, некоторые даже предлагали ему это. Однако Аинз верил, что проведение таких построений даст ценный опыт.

На самом деле, после построения нескольких фронтов в прошлом, их развёрнутый фронт теперь смотрелся куда более прочным, чем в начале.

Во-первых, прошлые построения создавались не без участия магии Маре, но в силу особых причин, Маре в этот раз просто наблюдал, как солдаты формируют ряды возле Аинза.

Аура также была зрителем, но со стороны казалось, что она наблюдает только за собственными слугами.

Не имело значение, шла ли речь о создании построения или палаток, магия всегда давала лучший по качеству результат. Однако в силу вышеупомянутых причин, Аинз отдал приказ физически доставить сюда палатку, использующуюся в качестве их передвижного штаба.

"А это может оказаться хорошей идеей - переложить все задачи по гражданскому устройству на Маре".

Среди населения Колдовского Королевства было много рас полулюдей и гетероморфов, искусных в рытье туннелей. Неплохо было бы сделать их подопечными Маре. Кстати говоря, Альбедо или кто-то еще наверняка также пришёл к таким выводам и уже взялся за дело. Если кто-то уже приступил к этому, то соответствующие отчёты уже должны были быть направлены к Аинзу. Как-нибудь потом стоит спросить Альбедо об этом окольным путем.

Была ли она молчалива? Альбедо, которой пришлось тяжко потрудиться для построения фронта, вернулась вместе с Коцитом.

— Владыка Аинз. Похоже, что люди отправили сюда представителя. Как нам стоит поступить?

— Это не посланник, объявляющий о начале битвы? Подготовьте приём… принесите также напитки для гостей.

Пока Альбедо готовила стол, стулья и остальное, человек в латной броне на лошади возник пред взором Аинза.

Аинз узнал броню, которую носил этот человек.

"Это… Полагаю, это доспехи Газефа Стронофа. Этот мужчина — заместитель воина-капитана? Он сильно отличается от описания, что я слышал."

Посланник остановился между двумя армиями и прокричал своё обращение:

— Я принц Королевства Ре-Эстиз, Занак Валлеон Игана Райль Вайсельф! Прошу аудиенции с Его Величеством Королём-Заклинателем!

Он мог ясно расслышать его даже с такого расстояния. Вероятно, он использовал магический предмет.

— Как нам поступить, владыка Аинз? Если он здесь не ради объявления о начале битвы, то вести с ним диалог — пустая трата времени. Стоит ли нам начать сражение незамедлительно?

— Нет, Альбедо, Мы. Не можем. Поступить. Так.

Наш. Оппонент. Решил. Провести. Битву. Умов. С Владыкой. Аинзом. Если. Мы. Отклоним. Его. Предложение. Без. Веских. Причин. Это. Негативно. Скажется. На. Мнении. Людей. О. Величии. Владыки. Аинза.

— И какую ценность несут слухи? Альбедо усмехнулась: "Они ходячие мертвецы, а мертвецы, как известно, не болтают."

Аинз не слишком хотел бы состязаться в битве умов или чём-то подобном, ведь высшая знать этого мира определённо не уступит ему ни в чём, кроме, пожалуй, способностей в бою. Тем не менее…

— Альбедо. Разве ты забыла? О возможности распространения слухов посредством магии?

— …Я ужасно извиняюсь.

— Хмм… Тогда я выдвигаюсь. Представитель королевской семьи со стороны противников пришёл один. Если я не поступлю аналогично, это не добавит нам почёта.

— Вы уверены, что всё будет в порядке? Владыка Аинз.

— Понятия не имею. Аура, если я попаду под контроль разума, тебе нужно использовать предмет Мирового Класса для моей защиты.

Свой обычный предмет Мирового Класса Аинз оставил в хранилище Назарика, так что если Аура использует на него [Изображение Природы и Общества], он окажется пойман внутри. Таким образом, даже если его разум окажется под контролем, врагу не удасться похитить его при помощи телепортации или подобных методов.

— Поняла!

"Угу," — Аинз ответил Ауре и пересек линию фронта верхом на Пожирателе Душ. Стоит отметить, что после практики Аинза в верховой езде, он смотрелся бы вполне адекватно на лошади. Однако поскольку он ещё не слишком привык к этому, дабы не допустить промаха на виду двух армий, Аинз всё же выбрал для езды Пожирателя Душ.

Представитель второй стороны ждал возле лошади, так что Аинз также спустился с седла по прибытию к месту встречи. Без разницы, насколько тяжело ему это давалось, Аинз привык демонстрировать окружающим то же отношение, которое они проявляли к нему.

Его оппонента скорее можно было назвать пухленьким, чем худым. Приправленный макияж на его лице скрывал тёмные круги под глазами.

— Рад нашей встрече, Ваше Величество Король-Заклинатель. Меня зовут Занак Валлеон Игана Райль Вайсельф.

— Рад познакомиться, я Король-Заклинатель Аинз Оал Гоун. Рассчитываю на ваше доброе расположение. Полагаю, разговор стоя — это ни то, ни сё. Аинз дважды произнес заклинание, призвав два чёрных трона напротив друг друга. Созданные магией, оба этих трона естественно выглядели одинаково.

— Хотя они и жесткие, и металлические, нам всё же стоит присесть. Что вы думаете об этом?

— Я весьма признателен, Ваше Величество.

Когда они оба сели на троны, Аинз сотворил ещё одно заклинание, призвав зеркально чёрный стол между ними.

Хотя Аинз уже с момента встречи прибегнул к магии, Занак совсем не выказывал признаков беспокойства. Похоже, у него не было никаких намерений попытаться убить Аинза.

Затем, Аинз извлёк из инвентаря две чашки и контейнер со льдом.

— Что насчёт напитков? Вино кажется неуместным для текущей ситуации, но как насчёт апельсинового сока…?

— Большое спасибо, Ваше Величество. Просто воды вполне достаточно.

— Итак, мы подготовили всё для разговора. Что же нам следует обсудить? Возможно, обоснование нашего вторжения?

— В этом нет необходимости, Ваше Величество. Меня больше волнует причина, по которой вы были настойчивы в исполнении столь ужасных действий. Почему вы отвергли наше предложение о капитуляции?

Задать такой вопрос было вполне естественно для него. Хотя для Аинза причины его действий были вполне ясны и оправданы, для них всё это могло казаться бессмысленной резней.

— Угу, — Аинз кивнул головой. С учетом того, как всё обернулось, у него больше нет причин скрывать свои намерения. Он решил поведать Занаку о планах Колдовского Королевства.

— Потому, что мы бы ничего не выиграли от этого. Я решил пожертвовать вашими людьми, как пример для остального мира, что случится с теми, кто пойдёт против Колдовского Королевства. В конце концов, вас всех истребят, и Королевство обратится в гору пепла. Эта гора продолжит служить напоминанием на века, на тысячелетия, о том, как глупо было выступить против Колдовского Королевства.

— …Непохоже, что вы шутите.

— Разумеется нет, я просто констатирую то, что произойдёт.

— Зачем?

— Что вы имеете ввиду?

Аинз не мог читать меж строк Занака и потому ответил вопросом.

— Ваше Величество Король-Заклинатель обладает огромным количеством силы. Даже если бы вы не сделали то, что собираетесь, весь мир всё равно осознал бы вашу несравненную силу. Занак смочил губы, сглотнул слюну и спросил: "Почему вы так мелочны?"

— Мелочен, я?

Занак напрягся от мысли, что он разозлил Аинза, но Аинз вовсе не был зол.

— Какова ваша цель?

Аинз пробормотал себе под нос: "Ну и какова {твоя} цель?"

В прошлом, для Аинза… нет, для Сузуки Сатору… встреча с его приятелями в игре Иггдрасиль была олицетворением всей его жизни. Столь чудесные воспоминания заставили его желать воссоединиться с друзьями вновь.

Когда соединение с сервером уже должно было исчезнуть, когда всё это уже должно было стать напрасным, его перенесло в этот мир.

Ожидаемый конец внезапно оказался совсем не концом.

Но вместо этого — новым началом.

Созданные его друзьями НИП'ы стали проявлять свободу воли. Каждое их движение отзывалось в его душе тёплым воспоминанием о старых соратниках. Нет, по правде говоря, испытанный им в самом начале шок так вскружил ему голову, что он непрерывно беспокоился о возможности их предательства. Оглядываясь назад, он находил это идиотизмом. Теперь он абсолютно не сомневался в их преданности.

Однако не похоже, что Аинз оказался единственным перенесенным в этот мир. Он мог заметить следы, оставленные иными игроками.

Возможно, для него тогда было вполне естественно думать, что его товарищи, люди, с которыми он пережил лучшие времена, также прибыли в этот мир. Вполне естественно для него было желать такого. Разумеется, Аинз помнил, что его перенесли в последний момент существования игры, что делало вероятность появления здесь его друзей незначительной.

На самом деле, полагаясь на множество заклинаний и источников информации, он мог бы слегка догадываться об их отсутствии. Хотя он и не располагал вескими доказательствами своего убеждения, возможность подобного всё ещё сохранялась.

Кто-то мог прозвать его дураком за тягу к столь напрасным надеждам, кто-то мог даже назвать его бестолковым неудачником.

Но ещё год тому назад, для Аинза в этом заключалась вся его жизнь.

И теперь эта мечта постепенно угасала.

Конечно, его друзья оставались важны для него, но теперь НИП'ы также стали ему кем-то важным.

Они буквально стали для него детьми, забытые его товарищами.

Аинз, как единственный оставшийся, обязан защитить их любой ценой.

По этой причине, Аинз готов принести в жертву всего себя, лишь бы гарантировать, что НИП'ы никогда не пострадают. Дабы убедиться, что Назарик никогда не попадёт в руки внешних сил, он должен был уделять приоритетное внимание расширению возможностей каждого аспекта организации.

Шалти попала под контроль неизвестного врага в прошлом. Хотя ему и удалось вернуть контроль над ней, но если бы всё обернулось хуже, то важные сведения о Назарике могли стать известны посторонним; следовательно, это могло бы привести к уничтожению гильдии.

Он никак не мог допустить повторения такого.

— Вы спросили, какова моя цель? Я ищу то, что так трудно, но одновременно и столь легко получить. Всё, чего я желаю… это единственную вещь. Просто счастья.

— Счастья?

Занак несколько раз удивлённо моргнул.

Аинз в ответ слегка рассмеялся. Он не находил сказанное таким уж возмутительным.

— Не имеет значения, человек ты или нет, достижение счастья всегда конечная цель, разве нет?

Аинз отбросил в сторону игру и стал говорить с Занаком так, словно они близкие друзья.

— И вы готовы переступить чужое счастье ради достижения вашего?

— Разве это не очевидно? Если счастье моих близких гарантировано, то какое значение для меня имеют остальные? Если бы вы могли обеспечить счастье своих подданных, причиняя страдания гражданам другой страны, как бы вы поступили? Смогли бы вы лишить их всего счастья разом?

— Но это крайности! Занак успокоился после этой фразы; склонив голову, он произнёс: — Я погорячился. Мои извинения, Ваше Величество.

Аинз вернулся в образ правителя.

— Всё в порядке, у вас нет причин для беспокойства.

— Даже с интеллектом и силой Вашего Величества, Короля-Заклинателя, разве нет иных путей гарантировать счастье?

— …Возможно, но я могу сказать лишь "возможно". Если у вас есть несомненный способ его обрести, какой вариант вы найдёте предпочтительным? Искать возможно несуществующий способ или же придерживаться испытанного средства? "Богиня Удачи лыса на затылке" в конце концов, так, кажется, говорится?

(П.П.: Здесь использовалась римская пословица, смотреть Disticha Catonis II, 26 В других языках могут найтись смысловые аналоги, но теряется часть с "богиней")

Занак пребывал в недоверии.

— Какая странная богиня. Простите, я не хочу оскорбить богиню, в которую вы верите. Прошу меня извинить.

— Хаха, я вовсе не против. Это не то, во что я верю, просто поговорка, которую вспомнил. Итак, давайте подведем итог происходящего. Ради счастья моих подчиненных, я должен пожертвовать вашими людьми. Это основа для текущей войны, понимаете?

— Полагаю, что да. Я правда разделяю желание Вашего Величества. Стремление к улучшению собственной страны и гарантированию счастья своим согражданам можно считать единственной обязанностью правителя. Если уничтожение наших людей гарантирует счастье для жителей Колдовского Королевства, я понимаю, почему вы не приняли нашей сдачи. Полагаю, с этим ничего не поделать.

— Верно? Вы поняли. Тогда, настал мой черед для вопроса, но у меня не припасено ни одного…

Аинз посмотрел вокруг, пока обдумывал: — Ах, да. Надетая на вас броня напомнила мне про это, так что я спрошу про меч. Меч, который носил Газеф Строноф, кто его текущий обладатель?

— Он доверен на хранение человеку, зовущемуся Брейн Англаус.

— Брейн Англаус? Ах, тот человек.

Во время его поединка с Газефом, среди двух свидетелей дуэли был тот мужчина. Однако утекло так много времени, что он едва припоминал его вид.

Хотя он намеревался обратить столицу в пепел, он всё ещё думал получить несколько вещей, одной из которых был меч Газефа.

— Этот человек, он тоже пришёл сюда?

— Нет, не пришёл, Ваше Величество. Он всё ещё должен оставаться в столице.

— Правда? Тогда у вас не будет никаких проблем с тем, какую магию я использую для уничтожения всех вас, верно?

Осада столицы поручена Коциту, так что позднее стоит приказать ему приглядеть за мечом.

— Хотя я не собираюсь проигрывать в этой битве, я буду премного благодарен, если Ваше Величество использует такую магию, которая принесёт меньше всего страданий моим людям.

— …Хмм. Звучит разумно. Я понимаю. В конце концов, такие приятные беседы случаются нечасто. В отношении вас, я постараюсь проявить особую мягкость при убийстве.

— Большое вам спасибо.

Занак держался с блестящей улыбкой, перед которой Аинз не мог не испытать восхищения.

Этот человек демонстрировал весьма значительное мужество. Окажись Аинз на его месте, смог ли бы он поступить также?

"…Не думаю. Как и ожидалось от носителя королевской крови. Это было очень познавательно."

Занак взял стоящую перед ним стеклянную чашу и осушил её одним глотком, словно совсем не беспокоясь о ядах.

— Восхитительно, Ваше Величество. Всё же я надеюсь, что вы ответите на последний мой вопрос — были ли Ваше Величество убийцей моего брата или же это кто-то из ваших подчиненных?

— Вашего брата?

Аинз наклонил голову и, немного погодя, припомнил принца Королевства, от которого они уже избавились. Он позабыл его имя, но был уверен, что оно очень длинное.

— Вероятно, это сделал один из моих подчинённых.

— Это правда… так значит, он мёртв… чувствую, словно сбросил с плеч тяжёлую ношу… Ваше Величество, спасибо за ответ. Полагаю, настал черёд для нас попрощаться.

Сказав это, Занак направился к своей лошади.

Убрав всё за собой, Аинз пошёл к Пожирателю Душ, заметив по пути, что Занак всё ещё ждет возле лошади.

Аинз задумался над тем, отчего тот продолжает стоять возле коня, пока Аинз седлает Пожирателя Душ. Только после того, как Аинз взобрался в седло, Занак залез на лошадь.

Между принцем и Королём нетрудно сказать, кто обладает более высоким статусом, так что, вероятно, он поступил так, избегая ситуации, где он оказался бы в седле, смотря на Аинза сверху вниз. Для Аинза, не изучавшего этикет всадников, это выглядело как нерушимое правило, которому полагалось следовать аристократии. Занак значительно вырос в его глазах.

"Похоже, что выучить этикет высшего класса становится необходимостью… а в чём её нет? Число вещей, которым мне необходимо научиться, вообще собирается уменьшаться…?"

***

— Ваше Высочество!

Все дворяне сбежались встречать вернувшегося Занака, едва ли не каждый дворянин в лагере стоял сейчас перед ним.

Никто не остановил его выход за линию фронта, но сейчас он чувствовал, что вернуться ему не позволят, даже если он попытается. Это говорило о том, что все ожидали хороших новостей, а лучшей стала бы та, что Король-Заклинатель принял их капит…

Занак коротко ответил на их вопрос.

— Я не смог сделать этого. Его Величество Король-Заклинатель планирует убить нас всех, это не подлежит обсуждению.

Что его поразило, так это то, что даже сейчас нашлись дворяне, которые побледнели от услышанного. Неужели они рассчитывали на то, что всё закончится хорошо даже в такой ситуации?

Занак соскочил со своего коня и оставил позади себя дворян, кусавших губы в глубоких раздумьях, направившись в свою палатку.

Пройдя внутрь, он столкнулся с министром военных дел, ответив на его приветствия лишь саркастической улыбкой.

— Не похоже, что пришли хорошие новости.

— Подводя итоги, всё прошло, как и стоило ожидать, но, хотя, кое-что меня слегка удивило.

— Правда? Кстати говоря, мне не доводилось видеть Короля-Заклинателя, что из себя представляет это порождение зла?

Занак улыбнулся.

— Он оказался более человечен, чем я думал.

Министра военных дел шокировал такой ответ, его глаза округлились до такой степени, что стали напоминать блюдца. Наверное, это был первый раз, когда Занак увидел у него такое выражение лица.

Занак начал вспоминать о времени, проведённом с Королём-Заклинателем.

Это верно, что со стороны он казался ужасающим монстром, излучающим гнетущую ауру. Занак даже не имел представления о том, насколько ценна носимая им одежда. Но даже так, его единственным приоритетом, причиной всех его действий было стремление осчастливить своих близких. Разве это не самое естественное желание?

Честно говоря, такая реакция не свойственна нежити — смертному врагу всех живых. Он был слишком человечным.

Занак не мог понять, как много расчётов провёл Король-Заклинатель, дабы прийти к такому выводу, но после их недолгого разговора, он начал испытывать к нему лёгкую симпатию.

— Хаха, да, так и есть. Как самый обычный… человек.

Занак перевёл взгляд с министра на окружение в палатке.

К слову, раньше — до того, как всё обернулась таким образом, — наверное, он смог бы придумать способ получше уладить всё это. Но они уже минули точку невозврата.

— …Так каков статус командной иерархии и готовности к бою?

— Подчинённые Вашего Высочества — те, кто из столицы — готовы выдвигаться немедленно, распределение наших людей между резиденциями в столице оказалось эффективным решением. Однако скорость землевладельцев оставляет желать лучшего. Они всё ещё спорят, кто должен возглавить авангард.

Министр военных дел продолжал разглагольствовать, не скрывая своего презрения.

— Хмм, ничего не поделать. В конце концов, мы им не указ. У некоторых из дворян даже нет решимости пожертвовать собой. Нам остаётся лишь надеяться, что они не ринутся в бой до того, как все мы будем готовы. Чем меньшего мы ждем, тем меньше нам предстоит разочароваться.

Это действительно тревожно, если они не смогут даже привести в согласие свои ряды перед битвой. К слову, без их отрядов, войско лишилось бы четверти мобилизованных солдат. Подобный сценарий не менее проблематичен.

Даже если магия Короля-Заклинателя убьёт только 200,000, как в прошлый раз, считая, что половина их армии и дворян уцелеет, какую часть тогда составит четверть от их текущих сил?

— Так какова наша текущая стратегия?

— Совершенно никакой, Ваше Высочество. Министр военных дел устало и апатично рассмеялся. — У нас не заготовлено никакого построения, нам остаётся только слепо броситься на врага. И потому… если мы ничего не предпримем для поднятия боевого духа в войске, это не кончится хорошо… Должен ли я сформировать заградительный отряд?

— Не стоит. Чем делать это, лучше разместить королевских рыцарей на передовой, и…

— …Ваше Высочество, простите, что перебиваю, но позвольте нам встать в авангарде.

Занак посмотрел на него взглядом, говорящим "а ты уверен?" Оставив в стороне собственные обстоятельства, ему трудно представить этого тощего желтокожего человека размахивающим мечом.

— Если кто-то должен стоять впереди, то позвольте мне сделать это. Ваше Высочество должны командовать в тылу.

Занак и министр некоторое время смотрели друг на друга, пока принц не кивнул.

— Весьма признателен, что вы поняли… — взгляд министра устремился к потолку палатки. Там не было ничего примечательного, отсюда он не мог даже видеть неба, но на миг он уставился туда, бормоча себе под нос.

— Честно признаться, мне никогда не нравился этот Строноф, но и дня не проходит, чтобы я не желал его присутствия здесь…

— Могу вам посочувствовать. Вот только мне он очень нравился.

Как раз в тот момент, когда министр кротко улыбнулся, снаружи раздался шум.

— В чём дело? Колдовское Королевство сделало свой ход?

— Нет… Занак навострил уши и засмеялся: — вовсе нет.

Группа разгорячённых людей ворвалась в палатку.

Земельные дворяне, владения которых находились вокруг столицы, хотя и на некотором расстоянии от неё. Среди них были дворяне, что недавно стояли с бледными лицами, а также, похоже, и наёмники, сжимавшие в руках окровавленные мечи.

— Что вы намереваетесь делать с обнажёнными мечами в палатке Его Высочества? Отступите!

Никто из дворян не ответил на призыв министра военных дел. Все они уставились на Занака, словно загнанные в угол крысы.

Занак едва сдерживался, чтобы не покатиться по полу от смеха.

Он более-менее ощутил это, ещё когда только вошел в лагерь, сейчас же он понял, какие мысли породила их глупость.

Он назначил преданных ему рыцарей на командные посты, так что удалить их от себя уже само по себе оказалось ошибкой. Так возник мятеж, вызванный потерей контроля, но он даже представить себе не мог, что заговор строят против него, тем более в таких обстоятельствах. Он никак не ожидал, что разум способен покинуть людей до такой степени.

Нет, это не совсем точно.

Их действия в определённом смысле были правильными. Они просто всеми силами старались получить свой шанс на выживание.

Занак мог винить в случившемся только себя. Он оказался неспособен посочувствовать им, неспособен подавить их опасения, неспособен сплотить их под одним знаменем.

А чего бы достиг его отец? Занак едва не испортил серьёзное лицо, которое он всеми силами пытался изобразить, громко рассмеявшись.

— Назад! Слабоумные!

— …Прошу, хватит! Министр!

— Но! Ваше Высочество!

— Я сказал хватит! Тебе следует отступить.

— Я не могу выполнить этот приказ.

— Министр…

— …покончим с этим, Ваше Высочество. Нам нет смысла выигрывать время.

— …Хмпф. Я и не думал об этом.

Хотя он и был облачен в доспехи, являвшиеся национальным сокровищем, Занак был не слишком хорошо обучен бою. Окажись на его месте брат, это была бы другая история, но для Занака невозможно в одиночку перебить всех врагов здесь.

Если бы их предательство не произошло спонтанно, а было бы хорошо спланировано изначально, у него вообще не осталось бы шансов на спасение.

Он сосредоточил свой взгляд на них и заметил, что они напуганы.

Какой позор. Если бы они и правда верили в себя, то им полагалось стоять с высоко поднятой головой. Вот почему Занак высоко поднял голову, он демонстрировал свою выдержку.

— Так что же столь важное вы хотели обсудить, что это заставило вас ворваться в мою палатку? Даёте ли вы себе отчет о том, что означает обнажить меч в моём присутствии?

— …разумеется, Ваше Высочество. Эта война, пожалуйста, прекратите её.

Занак улыбнулся.

— Бесполезно пытаться сдаться Его Величеству Королю-Заклинателю. Я получил его ответ ясно и чётко, он никогда не примет наше раболепство… Хотя вы можете мне не верить, наша единственная надежда — нанести поражение Королю-Заклинателю.

— У нас нет шансов на победу…

Пробормотал один из дворян, на что Занак согласился.

— И даже так, нам ничего не остаётся, кроме как драться. Я предложил вассалитет, но это оказалось бесполезно. Ещё раз повторю, что наша единственная надежда на выживание — это битва.

— …Возможно, это справедливо для Его Высочества, но если мы заслужим достаточно его милости, они оставят нас в живых — прошу, отдайте свою жизнь,

чтобы мы смогли жить.

Дворяне стали объединяться в согласии со сказанным.

— Всё это началось из-за людей, вставших на пути повозок с зерном Колдовского Королевства. Мы не обязаны нести за них ответственность!

— Мы поклянёмся в нашей верности Королю-Заклинателю.

Для Занака, их болтовня не отличалась от рассказов молодых дворянок об их идеальном рыцаре на чайных посиделках. Тем не менее, он понимал, что побудило их ко всему этому.

— Позвольте мне сказать одну вещь, для вас бесполезно вести меня к нему. Я, как член королевской семьи, сделал свой выбор сражаться до самого конца. Те из вас, кто желает умереть здесь, пускай попробуют!

Боже мой.

Свой на своего, ну что за нелепость.

Нет, он должен считать большим везением, что эти глупцы встретят свой конец прямо здесь. Так они точно не смогут создать неприятности для его сестры или отца в дальнейшем, верно?

Ладно, его сестра и так должна быть в безопасности от этих идиотов благодаря тому воину рядом с ней.

— Те, кто жаждет моей головы, подходите, если посмеете!

Занак обнажил клинок и встал бок о бок с министром.

Пускай он не мог положиться на своё владение мечом, его броня с лихвой компенсирует этот недостаток.

Занак уставился на дворян, застывших, словно статуи.

— Что!? Разве не жаждали вы крови? Разве не планировали вы замарать руки, пусть даже вам достаточно просто влить яд в мою глотку? Отчего же сейчас вам не хватает решимости?

Дворяне обменялись взглядами.

Они даже не подумали об этом, грёбаные неудачники. Неужели его жизнь действительно оборвётся из-за таких некомпетентных ублюдков, как они?

В конце концов, став свидетелями военной мощи Короля Заклинателя, они оказались ослеплены ей настолько, что потеряли способность внимать доводам разума.

Наверное, он всё же недостоин править. Он не обладал добродетелями отца, харизмой брата или интеллектом сестры. У него не было ничего, но он вполне мог смириться с этим. Он в любом случае не хотел становиться Королём, ему просто хотелось, чтобы Королевство функционировало нормально.

Это верно.

Одарить страну, её людей и его семью.

Подарить им всем счастье.

В это время, один из дворян позвал людей снаружи и в палатку вбежало несколько крепких с виду наёмников.

Занак щёлкнул языком и припомнил образ своего брата, размахивающего мечом. Он повторил его движения и ринулся на дворян.

***

В своём лагере Коцит, Аура и Маре пребывали в процессе обсуждения предстоящей осады столицы, когда Альбедо, которую направили провести финальный осмотр построения, вошла с озадаченным выражением. "В чём дело?": Альбедо ответила на его вопрошающий взгляд.

— Владыка Аинз, похоже, в лагере противника возникли некоторые волнения.

— …Что? Волнения? Что случилось?

Аинз встал и вышел из палатки. Было похоже, что у них там действительно стряслась какая-то неприятность, или точнее даже будет сказать, что в их рядах разразилась драка.

В конце концов, группа кавалеристов выехала из их лагеря. Они не напоминали нетерпеливых бойцов авангарда.

Пока Аинз молча наблюдал за ними, отряд быстро достиг фронта Колдовского Королевства. Группа состояла из наёмников с самым разным вооружением, а также нескольких дворян.

Вперёд вышел мужчина в расцвете лет, буквально источающий благородство. Ветер донёс его голос до Аинза, мужчина кричал, едва ли не в истерике.

— У меня есть дела для обсуждения с Его Величеством Королём-Заклинателем. Пожалуйста!

Занака не было среди них. Суматоха в их лагере, плюс небольшое количество знати в этой группе рассказали Аинзу всё, что ему нужно было знать.

— …Альбедо, приведи их сюда.

Не взглянув на поклонившуюся Альбедо, он вместо этого вернулся в палатку, где его тело тяжело упало на временный трон. Трое Стражей молча стояли рядом.

Совсем скоро десять дворян вошли вместе с Альбедо. Наёмники, служившие им охраной, должно быть, остались снаружи.

Дворян шокировал вид Аинза на троне, ещё более шокировал стоящий рядом Коцит, а присутствие Ауры и Маре сбило их с толку.

— Сделайте должное пред тем, кто превыше вас всех.

Дворяне Королевства склонили колени прямо у входа в палатку, опустив головы в сторону Аинза.

— Поднимите головы.

Сказала Альбедо, занявшая позицию подле Аинза.

— Для нас большая честь видеть вас, Ваше Величество.

Заговорил старший из дворян. Судя по выражениям лиц остальных, он был лидером отряда.

— Мы восхищены могуществом Вашего Величества и желаем служить под вашим правлением. Во-первых, нам полагается сделать подношение Вашему Величеству…

Один из дворян достал из-за спины какой-то предмет, обёрнутый материей. Альбедо уже собиралась отреагировать, но Аинз остановил её. Он поднялся плавно — как практиковался уже множество раз — со своего трона и направился к дворянину.

Тот держал мешок.

"Не похоже на ловушку, хех…"

Разочарованный Аинз всмотрелся в мешок.

Запах крови просачивался из под ткани; он уже мог догадаться о содержимом.

Аинз развернул его, взглянув внутрь.

Его глаза встретили глаза Занака.

Аинз не отводил от головы взгляда. Они лишь недавно встретились, и Аинзу трудно было сказать наверняка, не двойник ли это. Однако судя по их поведению, маловероятно, что эта голова принадлежала двойнику.

Аинз завернул мешок, вернулся на трон, передал мешок Альбедо и произнёс:

— Проведите для него достойные похороны.

У него не было недостатка в трупах для создания нежити, отпустить Занака вполне нормально.

— Итак, что стало с броней, которую он носил?

Дворяне посмотрели на Аинза с озадаченным выражением лица, услышав его вопрос. Вероятно, они считали голову командующего вполне достаточным подношением.

— Что? Вы не собираетесь отвечать на вопрос владыки Аинза?

— Н-нет! Да, это, эта броня должна всё ещё быть на трупе принца в палатке.

Дворянин, считавшийся их представителем, поспешно ответил на холодный вопрос Альбедо.

— Неужели…? Ясно… Все вы. Хорошая работа.

Дворяне хором ответили "Да!", склонив головы, облегчение зацвело на их лицах.

— Я должным образом вознагражу вас за ваше достижение. Так что вы желаете получить?

— Прошу, пощадите меня и мою семью! Ваше Величество Король-Заклинатель! Клянусь в своей абсолютной преданности вам!

Внезапно дворянин позади своего представителя начал кричать, заставляя раздраженного представителя залаять наперебой:

— Этот парень! Я тоже! Ваше Величество! Прошу, окажите такую же милость и мне!

Все больше "я тоже" наложилось друг на друга. Аинз великодушно взмахнул руками, прекратив их мольбы.

— …Я понял. Я понял. Я хорошо понял всех вас. Все здесь желают одного и того же, верно? Дворяне принялись яростно кивать головами. — Правда? Хорошо, тогда я не стану вас убивать. Альбедо… отправь их к Нейронист.

— …Поняла.

— Ваше Величество, а что по поводу наших семей…?

Аинз не упустил из виду одного из дворян, едва ли не шёпотом обратившегося к нему.

— И твою семью тоже? Аинз улыбнулся. Конечно, эти люди не могли почувствовать этого. — Что же мне с вами поделать. Альбедо, узнай, где находятся их семьи, и отправь их тоже.

— Да, владыка Аинз. …Вы все, идите за мной.

Дворяне покинули палатку следом за Альбедо. Когда они исчезли, Аинз дал знак Ауре подойти поближе и отдал следующий приказ:

— Те, кто не желает смерти, не получат её. Таков приказ.

— Да, владыка Аинз!

Аинз схватил Ауру за руку, когда она уже собиралась уходить. Он продолжил говорить растерянной Ауре:

— Даже если они возжелают умереть, пока что не дарите им смерть.

— Поняла!

Он отпустил её и Аура, убедившись в отсутствии иных приказаний, помчалась вслед за Альбедо.

Взгляд Аинза зацепился за её спину, пока он давал приказы оставшимся двум Стражам.

— Я потерял интерес. Коцит, как командующий, и Маре, как его заместитель, — я позволяю вам двоим использовать ваши способности в полной мере. Не оставьте невредимым ни единого жителя Королевства.

Оба выразили подтверждение.

Часом позже… армия, считавшаяся последней надеждой Королевства, полностью исчезла с лица этого мира.

Глава 4: Расставленные ловушки. Часть 1

В сопровождении эха шагов, Хильма вела за собой троих из числа её партнеров в Восьми Пальцах по коридору особняка. Они направлялись к огромному залу, выбранному подчинённым Короля-Заклинателя.

Остальные из их круга уже находились там, ожидая прибытия посланника Короля-Заклинателя.

Им пришлось поступить так, поскольку хотя подчиненный Короля-Заклинателя указал день, в который они обязаны собраться в особняке, он не уточнил время, когда они должны здесь быть. По этой причине, Хильма и остальные Восемь Пальцев дежурили в зале, дабы избежать сценария, когда посланника встретит пустая комната.

Заставлять посла томиться ожиданием было бы чрезвычайно неуважительно. Существовала вероятность того, что за такое им может выпасть шанс вновь ощутить запах ада. Не важно, насколько мала такая вероятность, они должны избежать этого исхода любой ценой.

Четверо шагали в тишине уже с минуту.

Хотя частично это было связано с огромными размерами особняка, но также и потому, что они обставили комнату, расположенную далеко от главного зала, как их временную гостиную. Несмотря на то, что оснастить комнату поближе к главному залу казалось логичным, после обсуждения этого вопроса, они в конечном счёте решили использовать соседние к залу комнаты для хранения багажа.

Тишина отнюдь не казалась столь непереносимой, но один из них — Периан Порсон — начал говорить.

— Не кажется ли вам, что стало слишком шумно?

Хильма навострила уши.

Она и правда смогла различить звуки резвящихся детей. Тем не менее, эти звуки доносились откуда-то издалека от особняка. Они были настолько тихими, что заметить их можно было только сильно постаравшись. Отчасти именно потому, что главный зал располагался в отдалении от всей суеты жизни, они решили использовать соседние к нему комнаты для хранения вещей.

И всё же, даже если Хильму и её компанию такая мелочь ничуть не тревожила, если бы посланник Короля-Заклинателя нашёл это раздражающим, они боялись представить себе возможные последствия.

— …Возможно, слегка. Должны ли мы сказать им утихнуть?

Все согласились с Орином. Если они предупредят сменщиков на очереди, то когда придёт их собственный черёд отдыхать, те уже предупредят детей.

Быть может, груз сошёл с сердца Орина просто потому, что он заговорил? Он продолжал говорить то, что каждый имел держал в уме, но не смел произнести вслух.

— …Но… Действительно ли он придёт спасти нас?

Наверное, он не хотел говорить этого, но стресс от ожидания посланника из Колдовского Королевства, должно быть, так подействовал на него.

Минуло семь дней с момента, когда могучая армия Королевства из 400,000 людей отправилась в поход. Вскоре после этого, до них стали доходить слухи, что армия Колдовского Королевства разбила лагерь недалеко от столицы. Хотя минул всего один день, переносимое ими психическое напряжение изматывало значительно быстрее, чем испытываемая ими физическая усталость.

Они получили приказы от одного из подчинённых Колдовского Королевства с месяц тому назад, когда война ещё только начиналась.

Ещё тогда, когда Колдовское Королевство начало свой марш к столице, им велели выбрать около тысячи верных им людей, чтобы те, получив пощаду, могли служить им в будущем. Избранных должны будут направить в безопасное место.

Таким образом, тысяча людей, связанных с Восемью Пальцами, собралась в этом месте.

Восемь пальцев можно без сомнений считать огромной организацией, если учитывать её рядовых членов. Из их рядов Хильма и остальные выбирали наиболее выдающихся и преданных людей, а также их семьи. Вот почему здесь находились и дети.

В чем они не имели уверенности, так это действительно ли их придут спасать.

Главари синдиката Восемь Пальцев относились к тому типу личностей, которые всегда обещали другим спасение, но избавлялись от них, едва те переставали приносить пользу. Неужели теперь настал их черед? Эти мысли не выходили из их головы, они никак не могли отбросить сомнения.

Не поворачиваясь к своим сподвижникам, Хильма сказала:

— Я верю словам Его Величества Короля-Заклинателя.

Орин запаниковал и затараторил… он был смертельно подавлен. В глазах Хильмы, болтовня Орина показывала его недоверие к искренности Короля-Заклинателя.

— Я-я тоже так считаю! Сказанное мной никак не может порочить имя Его Величества Короля-Заклинателя.

Голос Орина эхом пронёсся по коридору, заглушив любые возможные звуки детских игр. Осознав, что он только что сделал, Орин немедленно закрыл рот и опустил голову.

Никто более не высказывался на всём их пути к залу.

За распахнутыми дверьми их встретила ожидаемая картина: остальные их соратники, с уставшими улыбками на лицах.

Посланник от Колдовского Королевства всё ещё не прибыл.

Смешанные чувства облегчения и нетерпения заполонили сердце Хильмы. Наверняка её компаньоны испытывали то же самое.

— Вы пришли. Тогда мы отправляемся на отдых. Если посланник прибудет…

Магический предмет в виде колокольчика лежал в том месте, куда посмотрел Ной Зведен.

Если один из двух зазвенит, то и второй также зазвенит.

Но если расстояние между ними окажется слишком велико, магия не возымеет никакого эффекта. Кроме того, эти колокольчики могли взаимодействовать одним единственным способом, так что они не могли считаться лучшим инструментом для коммуникации. Однако для столь тривиальной задачи они вполне годились.

— Ах, предоставьте это мне.

Как их представитель, ему ответил Периан.

— …скажите. Я всё ещё должен оставаться здесь ждать? Мы уже потратили столько времени, а Король-Заклинатель… Его Величество. Понял, понял. Не надо так на меня смотреть своими пугающими глазами.

Произнёс высокий худощавый мужчина.

Это был глава отдела работорговли, Кокко Долл.

Первые ряды армии Королевства укомплектовали заключенными, которых ранее держали в столице. Когда их выпустили, во время поднявшегося хаоса и суматохи последних дней, Кокко Долл оказался вызволен и доставлен в поместье.

Поначалу у них было два пути, как поступить с Кокко Доллом.

Если бы его отправили на битву с Колдовским Королевством, то его смерть не вызывала бы сомнений, так что его спасение оставалось бесспорным выходом, конечно. Но что им ещё предстояло решить, так это как представить его Королю-Заклинателю.

Некоторые полагали, что поскольку он постоянный глава отдела, не обязательно специально упоминать о нём. Другие же считали, что если Король-Заклинатель уже знает о нём, а они не представят его, то всё обернется трагедией.

Они не желали оказаться втянутыми в такой исход, неважно, сколь он казался маловероятен, так что они выбрали следующее.

Их возможность представить его — поставить на разделочную доску — вот-вот наступит.

Все согласились с тем, что им следует в первую очередь представить его, дабы устранить любые сомнения в том, что они собирались его скрыть.

— Ты должен ждать здесь, чтобы посланник Его Величества Короля-Заклинателя мог удостоверится в том, кто ты таков.

По этой причине ему пришлось сидеть в этой комнате. В конце концов, они не знали, когда именно прибудет посланник. Он ел и спал в этой комнате, что вызывало у него абсолютное отвращение.

— Я хочу сказать, что безмерно благодарю вас, благодарю за то, что вы подкупили охранников в тюрьме, так что они не обращались со мной жестоко, и благодарю за то, что спасли от отправки на фронт — спасли бедного, старого меня.

— На что ты намекаешь, Кокко Долл?

На вопрос Ноя Кокко Долл ответил пронзительным взглядом.

— Зайти так далеко ради спасения того, кто потерял власть, связи и лакеев, разве это не слишком подозрительно? Какова ваша цель? Зачем вы собрали здесь всех, кто связан с Восемью Пальцами? Вы намереваетесь убить меня?

— …ха?

Хильма застыла, как статуя. Нет, это относилось не к одной Хильме, все остальные в комнате, кроме Кокко Долла, выглядели сейчас так же.

Если они все виновны в равной степени, никто из них не сможет отмыть руки от его крови, вероятно, именно это он имел ввиду…

— Ч-что? Ваши лица. Я попал в яблочко… разве нет?

Хильма осмотрелась вокруг. У всех на лицах застыло одинаковое выражение, говорившее "этот парень становится проблемным". В своих словах она обозначила их общую позицию.

— О чём ты говоришь, Кокко Долл? Нет, Ампетив. Разве мы не партнёры?

— …ха?

На сей раз настал черёд Кокко Долла удивляться. Его лицо странно скривилось, напоминая комичную гримасу.

— Вы, какова ваша цель!? Ах, я понял, вы все монстры, нацепившие на себя их кожу! Вот почему каждое слово, что вылетает из ваших ртов, это похвала Королю-Заклинателю.

Кокко Долл завопил, скорчив рожу, отражавшую нечто среднее между паникой и ужасом. Монстр, о котором он говорил, происходил из народных сказок, которые матери обычно рассказывают перед сном непослушным детям. Большинство искателей приключений соглашались с тем, что такого монстра не существует.

— Я с самого начала думал, что что-то не так! Уже тот факт, что вы, ребята, в одно время сели на диету, казался достаточно подозрительным. Пусть я ещё приму это за правду, но фигура Хильмы настолько неизящна! Она слишком худа, чтобы быть здоровой. Это всё можно объяснить тем, что вы, ребята, просто монстры в человеческой коже!

Хильма смотрела на Кокко Долла с теплом в глазах. Какое благословение — не пережить тот ад.

— Ч-что? Твоё выражение…

— Нет, не обращай внимания на меня, Ампетив. Действительно. Я польщена твоим наблюдением.

— …Хех?

— Что?

— Нет, нет, ничего… совсем ничего… Я буду серьёзен, спрашиваю без всякого сарказма. Ты на самом деле Хильма? Хильма Цигнеус? Не её сестра-близнец или что-то подобное? Тебе промыли мозги?

— Я правда так сильно изменилась?

Он говорил не о том, как она похудела. Должно быть, он имел ввиду её личность, она значительно смягчилась в сравнении с прежней собой. Обычно, это можно было назвать положительным изменением, так что его подозрения о ней выглядели, по меньшей мере, неожиданными.

— …Конечно, ты словно совершенно другой человек. Нет, это справедливо для всех вас. Неужели монстры и правда украли ваши личины?

— Могу лишь сказать, что мы пережили определённые вещи, которые сделали нас такими.

Все согласились со сказанным Ноем. Кокко Долл пришел в ужас.

— Что, произошло… Хотя я не хочу этого слышать, я всё ещё желаю знать. Вы…

Тонкая, непроницаемая, вращающаяся тьма внезапно возникла в комнате. Полу-овальный объект поднялся из пола.

Хильма узнала в нём заклинание [Врат], столь много раз утаскивавших её. Это было высокоуровневое заклинание, настолько могущественное, что ни один заклинатель во всём Королевстве им не владел. Только подчинённые Короля-Заклинателя способны на такое. И факт того, что это заклинание активировалось, значил…

Хильма поспешно встала на колено. Вскоре она заметила, что и Кокко Долл поступил так.

Хильма опустила голову и сжала кулак.

Оставалось лишь два возможных исхода.

От них пришли либо избавляться, либо спасти.

Эхо лёгких шагов разнеслось по залу.

— Сейчас вы можете поднять свои головы.

Перед [Вратами] стояла девушка, размер бюста которой сильно не соответствовал её предполагаемому возрасту. Хотя прямо она никогда не представлялась, Хильма знала, что её зовут Шалти. Ни один из присутствующих не набрался бы смелости обратиться к ней по имени, даже такой невежа, как Кокко Долл, мог сообразить это по атмосфере в зале.

— Я здесь, чтобы забрать всех вас. Хотя я слышала, что вас будет тысяча или около того~, могли бы вы немедленно привести их~?

— Понял! Прошу, подождите мгновение!

Орин выскочил из комнаты, помчавшись во весь опор. В конце концов, у него была лучшая выносливость из всех них.

— …Теневой Демон.

Шалти позвала, и демон вскоре материализовался из теней. Когда именно он вошёл в комнату? Вероятно, он наблюдал за ними уже давно. Но это совсем их не удивило. Вместо этого они все подумали "я так и знал".

Теневой Демон стал шептать что-то в ухо Шалти. Они услышали, как она пробормотала что-то в ответ. Дождавшись конца их общения, Ной заговорил дрожащим голосом:

— …Э-эмм… Орину нужно некоторое время, чтобы привести всех сюда. Прежде чем это случится, мы хотели бы представить вам кого-то. Находите ли вы это приемлемым?

— Не требуется~. Чем заниматься этим, я тут вспомнила, что слышала про ваш багаж~, надо сперва перенести его. Я слышала, что его может быть довольно много, так что, наверное, окажется быстрее, если мои слуги сделают это за вас. Как насчёт этого~?

— М-можем ли мы утруждать вас?

Шалти коротко ответила "конечно", а затем сотворила заклинание. Оно напоминало магию призыва. Нежить в числе нескольких существ стала появляться вокруг них. Следуя их командам, они вышли из комнаты и вернулись с огромным багажом, пронеся его затем через [Врата].

Все их вещи оказались вывезены с невероятной скоростью. Едва они закончили транспортировку, как за дверью раздался топот множества ног.

Хотя это был крупнейший зал в особняке, он не мог вместить тысячу людей.

— А теперь, проходите в эти врата в заранее определенном порядке. За ними вы найдете деревню в лесу~. Вы окажетесь в месте, напоминающем городскую площадь. Ждите там.

Они последовали приказам и прошли через врата по порядку.

Едва ли среди них никто не колебался перед проходом в портал, но все они были предупреждены о необходимости чётко следовать приказам; в результате, путаницы возникло меньше, чем они ожидали.

С другой стороны, мальчишки "того" возраста, замиравшие и покрывавшиеся краской, казались большей проблемой. То, что девочки расстраивались, замечая реакцию мальчишек, также было проблемой.

Шалти была красоткой мирового класса.

Так что для них влюбиться с первого взгляда казалось вполне естественным, но именно это вызывало ревность у женщин.

Однако… Хильма запечатала истину в своём сердце.

Если эти дети выкинут какую-то глупость, ответственность предстоит нести ей. Дабы предотвратить это, ей нужно пристально наблюдать за всеми ними. Её внимание особенно привлекла девочка, державшая руки возле своей груди, словно пытаясь мысленно сравнить её размеры с Шалти.

Этих детей схватили под руки их опекуны и вывели через [Врата]. К счастью, ничего не вышло боком.

Хильма и её соратники прошли через [Врата] последними. Как им и описывали, пред ними предстали деревянные дома, а вокруг виднелся лес.

На площади, где нежить разложила их багаж, царила какая-то суматоха. Или точнее будет назвать это восторгом? С учетом количества молодёжи здесь, последнее более вероятно.

Было ли это их реакцией на первое путешествие сквозь [Врата]?

— Внимание!

Ной закричал. Постепенно — быстрее, чем она ожидала — шум стих.

Делалось ли это для того, чтобы все могли видеть Шалти? Она медленно поднялась в небо и заговорила:

— В настоящее время, деревня ещё в процессе строительства. Вас перенесут туда в течение недели. До этого времени, вам предстоит жить здесь. Дабы вы могли эффективно управлять поселением, мы одолжим вам четырёх големов. Если вам потребуется передвигать что-то тяжёлое, попросите их сделать это. Сейчас поселение окружено нежитью, если вы покинете периметр и попытаетесь войти вновь, они вас атакуют. По этой причине, пожалуйста, не выходите за периметр, сформированный нежитью.

Шалти осмотрелась вокруг, чтобы убедиться, что её поняли, и продолжила:

— Кроме того, вам самим решать, как вы проведёте эту неделю. Мы подготовили двухнедельные запасы пищи~, так что на этот счёт можете быть спокойны. Я вернусь через три дня, если у вас возникнут вопросы, тогда я вас выслушаю.

Шалти спустилась на землю и осмотрелась, её взгляд упал на Кокко Долла.

— Ты один из главарей, верно~?

— Э? Ээээ? Ч-, нет, да, чем я могу быть полезен?

Кокко Долл хорошо видел разницу в статусе между собой и ей, так что он изо всех сил пытался казаться учтивым.

— Вам также стоит посетить комнату Кёфуко~.

— Э?

Шалти закрыла прошлые [Врата] и открыла новые.

Был ли это его инстинкт? Чутьё говорило Кокко Доллу, что нечто плохое вот-вот произойдет с ним, отчего он стал озираться по сторонам с поникшим лицом.

Когда их взгляды встретились, Хильма отвела глаза в сторону. Она не могла пойти против решения Шалти. Остальные главы были настроены также, никто не обронил ни слова.

— П-постойте, подождите! Нет! Почему у всех вас такая реакция? Спасите меня!

— Да, да. Нам пора~!

Шалти тащила кричащего Кокко Долла с собой. Столкнувшись с непреодолимой силой, он потерял всякую волю к сопротивлению.

— Ах! Нет! Спасите меня!

— Прости, Кокко Долл.

Хильма прошептала Кокко Доллу, исчезнувшему за [Вратами]. Затем, [Врата] исчезли.

Но напряженная атмосфера так и не испарилась. Всех их охватила эта удушливая тишина.

Тысяча людей, блаженно незнающие об этом аду, стояла на площади. Но инстинктивно они чувствовали, что за судьба ждёт Кокко Долла, которого мгновение назад куда-то увели. Вот почему никто не сходил с места.

Они поняли, что их привели сюда не по чьей-то щедрости, а потому начали осознавать, насколько это место на самом деле пугающее.

— …Мы не могли спасти Кокко Долла.

Хильма сказала это Ною, подошедшему к ней.

Она не желала, чтобы кто-либо ещё пережил тот ад. Так она думала, но это было не в её власти. Острое чувство вины прокатилось по ней.

— Мы ничего не можем с этим поделать. Однако это не означает смерть… более уместно называть это крещением. В конце концов, он… поймёт, почему мы так заботливо относимся друг к другу.

— Крещение… правда… если думать об этом так, то это значительно смягчает чувство вины.

— Вы двое, хотя я разделяю ваше беспокойство о Кокко Долле, сейчас нам следует обсудить наше будущее.

Им следовало развеять страхи людей вокруг.

Хильма принялась руководить.

Если бы их цель заключалась в убийстве всех людей здесь, то это бы уже исполнилось и не возникло бы никакой нужды привести их сюда… или же забирать Кокко Долла.

Учитывая действия Шалти, происходящее говорило о том, что Король-Заклинатель выполнил свою часть сделки.

— Огромное вам спасибо, Ваше Величество Король-Заклинатель.

Хильма склонила голову. Разумеется, она не представляла где она сейчас или где Король-Заклинатель, но этот жест стал для неё единственным способом выразить свою признательность в текущей ситуации.

Нечто очень похожее на молитву.

***

Трое Стражей Этажей отправились на установленный фронт у подхода к столице.

Ответственный за осаду столицы — Коцит. Ответственная за стратегические объекты — Аура. И наконец, ответственный за атакующие по площади заклинания, которым предстояло обратить столицу в пепел — Маре.

При всех трёх находились их подчиненные.

Под командой Маре были Ханзо, за Коцитом стояли Ледяные Девы, а Аура привела с собой своих магических зверей.

Место, на которое они сейчас смотрели, — столица — пребывала в устрашающей тишине. Находились ли жители в трауре? Или, скорее, они съёжились от страха пред видом сил Колдовского Королевства?

Лишь несколько дней минуло с прошлого сражения, но силы обороны столицы уже трещали по швам. С наблюдательного пункта лагеря, который Аинз разбил недалеко от столицы, можно было заметить, что на стенах не так уж много солдат, и непохоже, что они готовились вступить в битву.

И хотя оборонявшихся действительно было немного, лагерь Аинза также был безлюден. Не было заметно ни наемников высокого ранга, ни даже Мастеров-Гвардейцев Назарика. Во всём лагере находился Аинз с Альбедо и около десяти Рыцарей Смерти Аинза.

Альбедо облачилась в свои латные доспехи, в руках её блистала алебарда. Её предмет Мирового Класса также должен быть при ней, в качестве меры предосторожности.

— …Время почти пришло?

Аинз обратился к Альбедо после того, как Стражи покинули лагерь. Они разделились для окружения столицы.

— Должно было. Стражи отошли уже достаточно далеко. Если 'они' действительно собираются действовать, то сейчас их последний шанс. Учитывая отсутствие движения с их стороны, хотя это и прискорбно, но похоже, что здесь их тоже нет.

— Вот как, — Аинз ответил и перевел взгляд на столицу.

Он заметил силуэт, летящий к ним со стороны города. Осмотрев окрестности, он убедился, что это единственная сущность, приближающаяся к ним. Некто, кому хватило мужества бросить вызов Королю-Заклинателю — тому, кто ликвидировал армию в 200,000 единственным заклинанием. Исходя из собранных данных, только один человек подходил под это описание.

Силовой Костюм — вероятно, Красная Капля.

Аинз сузил глаза, всматриваясь в стремительно приближающийся объект и пробормотал: "итак, пора".

Условия соблюдены, они могли преступить ко второй фазе плана. Однако Аинз был слегка обеспокоен.

В конце концов, это очень важный план. С ним следует обходится бережно, как с тонким слоем льда. Неужели он действительно способен осуществить такой план? С тяжелым вздохом он подумал о том, что в любом случае не может переложить нечто столь важное на кого-то ещё.

Силуэт становился всё ближе. Нет, в самом деле, разве он не рассматривал возможность, что они тоже обладают воздушными силами? Или он полагал, что Стражи Этажей не заметят его, если он полетит достаточно высоко? Или он пришел к ещё каким-то подобно нелепым выводам? Аинза ошеломила ошибочная стратегия оппонента. Нет, возможно, он всё понимал, но у него просто не было иного выбора.

Так он знал, что это ловушка, но обладал смелостью и решимостью прорываться сквозь неё? Или же…

— …Это невежество или гордость? Или, возможно… Что бы это ни было, не важно. Мы всё узнаем, как только он доберется сюда.

— Действительно, — ответила Альбедо.

— …Тогда я оставляю всё на тебя?

— Да, прошу, положитесь на меня.

Она отвечала коротко и по-существу. Аинз затруднялся сказать, в каком настроении она сейчас была. Однако он готов был поспорить, что она не слишком радовалась происходящему.

Аинз вновь посмотрел на силуэт. Ему потребуется какое-то время, чтобы добраться до их текущего местоположения, а они могут подпустить его поближе, чтобы устроить засаду. Как только эта мысль пришла в голову Аинза, он понял, что допустил ошибку.

Весьма вероятно, что перед ними была одноразовая пешка.

— Осознаёт ли он своё положение? Или он понятия не имеет об этом?

— Как знать? Неважно, даже если он понимает, план уже вступил в третью стадию. Мы можем выступать?

— …Всё подготовлено. Я исполню свой долг в силу моих способностей, тебе также стоит постараться.

— Да… ах, нет. Прошу, предоставьте это мне, владыка Аинз. Альбедо закончила говорить как раз в тот момент, как силуэт достиг фронта Колдовского Королевства, повиснув в сотне метров над землей и примерно в ста метрах от них.

Теперь он мог ясно видеть облик своего противника. Тем не менее, в данный момент подтверждать его внешность не было необходимости.

Ярко-красный Силовой Костюм вдруг завис в воздухе и не двигался. Пусть он и не видел его лица, Аинз мог прямо сказать, что за ним наблюдали.

Альбедо вознесла руку, и Рыцари Смерти вокруг неё начали двигаться, образуя перед стену щитов перед ней.

Правое плечо парящего Силового Костюма начало собирать свет в форме кубического объекта. Этот свет был преобразован в молнию, а затем высвобожден.

— …[Цепная Драконья Молния].

Как только Аинз пробормотал название заклинания, молния уже приняла облик дракона и врезалась в одного из Рыцарей Смерти. Молния нанесла существенный стихийный урон первому Рыцарю Смерти, прежде чем перекинуться на другого, стоящего рядом.

Когда слепящая вспышка молнии погасла, нежити уже нигде не было видно. Все они были уничтожены одной единственной атакой, которая не достигла Аинза и Альбедо. Скорее всего это было просто совпадение, а не задумка противника.

— Дерзкий глупец! Назовись!

Взревела Альбедо разъяренным тоном. Её крик был настолько громким, что Аинз захотел было прикрыть уши. Даже беря во внимание, как далеко находился их противник, тот всё ещё должен был это услышать, однако он так и не ответил. Ну, нет, он ответил, просто это зависит от того, что понимается под ответом.

Следующее, что они увидели, — активацию держателя оружия на левом плече. Когда свет вновь был собран, активировалось другое заклинание.

Огненный смерч охватил Аинза и Альбедо, звук вихрящегося ветра походил на волчий вой.

То было бьющее по площади атакующее заклинание божественной магии — [Огненный Шторм].

Огонь был слабостью Аинза, но поскольку заклинание не было усилено никакими особыми способностями, а сам заклинатель не был равен Аинзу по силе, это пламя не наносило ему особо много урона. Впрочем он не мог просто так принимать удары весь день.

Аинз отдал приказ.

— Вперёд! Альбедо. Не дай ему ускользнуть!

— Да!

***

Альбедо взлетела, крепко сжав алебарду.

Своими совершенно чёрными крыльями ей было достаточно взмахнуть лишь раз, чтобы преодолеть дистанцию между ними.

Она не знала, от того ли это, что она приблизилась к нему так быстро, но Силовой Костюм резко развернулся.

Альбедо чуть было не погрузила свою алебарду в его открывшуюся спину, но Силовой Костюм улетел прочь. Он не полетел к столице, но направился на север.

Альбедо начала вспоминать географию окружающих территорий.

Она не могла припомнить ничего особенного в направлении его следования, да и ландшафт там не мог поспособствовать засаде.

Под шлемом Альбедо просто кипела.

"Серьёзно, ты принимаешь нас за слепцов? Ты действительно думал, что мы не в состоянии видеть все твои потуги насквозь? Или неужели… Если он осознает, что все его планы уже раскрыты… Мне стоит быть настороже…"

Альбедо повернула голову и глянула через плечо на лагерь Колдовского Королевства, в котором она только что была. Она увидела одинокий силуэт, то был сам Аинз. Даже выполняя приказ, она должна охранять его, особенно принимая во внимание тот факт, что он был её последним оставшимся господином. И всё же она оставила своего подзащитного позади, что очень её взволновало.

Что было ещё более неприятным, так это то, что ей запретили отбирать жизнь врага в отплату за его дерзость.

"Тц", — цокнула Альбедо и направила свой пристальный взгляд на отступающий Силовой Костюм.

На задней части Силового Костюма был объект, походивший на рюкзак. Из него торчало шесть сопел, каждое из которых испускало белый свет, оставляя след наподобие хвоста метеорита.

Незнакомые с Силовыми Костюмами, вероятно, предположили бы, что разрушение этих сопел приведёт к потере способности летать, из-за чего их противник упадет на землю.

Однако её господин уже сказал ей: "Это всего лишь косметический эффект".

А всё потому, что лётные возможности Силового Костюма работали схоже с заклинанием [Полёт]. Хотя, согласно словам её господина, можно было заключить, что после разрушения этих сопел Костюм не потеряет способности летать, это было не совсем так. Её господин тогда добавил: "…по крайней мере, так было раньше", подразумевая, что он не проверял эту теорию лично.

"И всё же, сколько ещё он собирается так летать? Мы уже так далеко от… лагеря? Была ли я его истинной целью?"

Мало-помалу, разрыв между ними увеличивался.

Если так всё и пойдет дальше, то её противник успешно сбежит.

У Альбедо не было никаких способностей, с помощью которых она смогла бы ускориться. В обычной ситуации, если бы она гналась за кем-то, то делала бы это верхом на своем Боевом Двуроге, но это уже не было возможным. Потому она летела, используя свои крылья, неспособные на бóльшие скорости.

Тем не менее, Альбедо была к этому готова. Она позаимствовала предметы у своего господина, которые позволят увеличить скорость полёта. И когда она экипирует их, то сможет с легкостью преодолеть тот разрыв между ними. Так почему же она до сих пор не сделала этого? Ответ же заключался в том, что она наблюдала за тем, каков будет следующий ход её противника.

Если он просто попытается улизнуть, то Альбедо не составит труда с этим справиться.

И пока она равнодушно изучала его силуэт, её противник вдруг обернулся.

Он начал целить в неё оружием, похожим на Колдовскую Винтовку, как у Сизу.

— Хмф.

Насмехаясь над противником, Альбедо приготовилась к его атаке.

По словам Коцита, сравнительно со штурмовой винтовкой Сизу, эта больше напоминала крупнокалиберный пулемет. И убойная сила этого пулемета была на порядок выше, чем у оружия Сизу.

Грохочущий звук сопровождал огромное число пуль, выпущенных из этого оружия.

Пули, размером больше желудей, неслись на столь высокой скорости, что Альбедо было трудно увернуться от них всех.

Впрочем, она могла отразить обратно в него несколько пуль, по крайней мере. Те бы не только повредили оружие противника, ведь к их урону прибавится также и урон от её алебарды. А если учитывать урон ещё и от её умений, то противник должен будет получить немалые повреждения.

Тем не менее… Альбедо не активировала никаких особых умений. Всё, что она сделала, - это лишь взялась покрепче за рукоять алебарды и сблизилась со своим противником.

Она нарочно собиралась принять всю силу удара на себя.

Пули, выпущенные противником, вот-вот соприкоснутся с бронёй Альбедо….

"Ну и ну… кажется, я сильно просчиталась…"

…Она думала, что её доспех уменьшит большую часть урона, но в этом просто не было необходимости.

Ни одна из пуль не попала в неё, - все они были отклонены.

Кажется, ни одна из пуль не была зачарована.

Все существа на уровне Стражей Этажей имели полный иммунитет к не зачарованным снарядам. И если его оружие не зачаровано, то он вообще не должен был его экипировать.

"Хотела проверить убойную силу его оружия… а в итоге раскрыла одну из своих способностей. Узнав о ней, теперь он наверняка будет использовать зачарованную атаку…"

По его телодвижениям зоркий взгляд Альбедо мог сказать, что он был в полном шоке. Впрочем, всё шло так, как она и ожидала. Её оппонент опустил Колдовскую Винтовку и протянул что-то вперёд.

Его следующая атака была магической.

— Отлично, что теперь? Как она и задумывала. Альбедо не использовала своих особых способностей, сокращая дистанцию между ними. И даже не выйди она на текущую дистанцию, он всё еще был в радиусе её поражения. Однако Альбедо не желала раскрывать все свои карты.

Из правой руки её противника вылетел ярко-зелёный свет, направился прямо к Альбедо и врезался в неё.

Внезапно её тело и броня начали светиться тем же светом. Но этот свет вскоре исчез, так ничего и не сделав.

Ей не было больно. На самом деле она вообще ничего не почувствовала.

Это не от того, что Альбедо защищалась, нет, просто это заклинание не смогло даже преодолеть её пассивное магическое сопротивление.

Это было похоже на нечто из специализаций её господина, - некромантии, - а именно: заклинание мгновенной смерти.

На подобные заклинания влияли не только очки способностей, пассивные умения, особые навыки и способности экипировки, но и сопротивляемость, полученная от уровней, штрафов и всего подобного. И если такие заклинания были применены на противнике, равном Альбедо, то им вообще было бы трудно оказать на него хоть какие-либо эффекты, не будь они усилены какими-то способами.

А Альбедо не только была создана как НИП 100 уровня, она также была экипирована многими усиливающими предметами. Подобные заклинания, как у этого Силового Костюма, не могли ей ничего сделать.

Может он пытался измерить разницу в силе, поэтому решил проверить, как поведёт себя это заклинание мгновенной смерти. Но тот факт, что её противник думал, что с этим ничтожным заклинанием он сможет уровнять шансы, разозлил Альбедо.

Она должна была показать ему, на что способна.

Молниеносно сблизившись с противником, Альбедо занесла кулак, дабы нанести удар.

Она хотела поглумиться над оппонентом, не используя алебарду в своей руке. Другой причиной было то, что она не могла точно предсказать урон, который он получит, если она возьмётся за алебарду.

Её противник попытался было заблокировать её удар Колдовской Винтовкой, но кулак Альбедо был куда быстрее.

Несмотря на то, что она немного сдерживалась, удар Альбедо 100-го уровня всё ещё был сокрушителен.

<Бэм>. Раздался металлический грохот, когда её противник отправился в полет.

Костюм, более 3 метров в высоту, был запущен ввысь ударом Альбедо, хоть она и была ниже ростом на целый метр. Мало того, что этот Костюм запустили в небо, так его ещё и бесконтрольно мотало. Забавное зрелище.

"…Кажется, я нанесла больше урона, чем ожидалось. Он помягче тофу будет…"

Разумеется, это оказалось неожиданно…

"Слабак…"

…Альбедо расстроилась, рассмеявшись.

— …Ахаха, теперь-то ты, наконец, поймёшь, насколько глупо было нападать на владыку Аинза. Я отчленю все твои конечности, сломаю каждый зуб, чтобы ты не смог убить себя, откусив язык…. но, быть может, я позволю тебе нанести ещё один удар. Так или иначе, я подам тебя владыке Аинзу в качестве извинений за твои злодеяния.

— …Тц.

Щелчок изо рта человека достиг ушей Альбедо. Она даже прищурилась под шлемом.

— Ты действительно цокнул на меня? …Грубиян. Неважно, ты же был тем ещё выродком, раз решил напасть на нас, не называя своего имени, так что я ожидала от тебя подобного нахальства.

— О чём это ты, убийца? Нет бесчестия в сокрушении таких злых тварей, как ты.

— Тц. Я думала, ты всего лишь невежественный варвар, что атаковал нас, не промолвив ни слова. Я не ожидала… хотя подожди, ведь граждане Королевства ничем не отличаются от варваров, верно?

— Забавно слышать это от вас, премьер-министр Колдовского Королевства, Альбедо.

Альбедо подсчитала преимущества от затягивания этого разговора, и пришла к выводу, что это была выгодная ситуация.

"Будь на моём месте владыка Аинз или Демиург, они наверняка смогли бы вовлечь его в беседу лучшим образом…"

Касаемо решения вопросов внутренних государственных дел, то Альбедо была в себе уверена, но она сомневалась в своих навыках плести заговоры или разбираться с вопросами иностранных дел. Тем не менее, сейчас она была одна и ей некому было помочь, так что она могла положиться только на себя.

— Что ты там сказал, Алая-как-тебя-там? Прости, я не запоминаю имена каких-то там авантюристов.

— Хмм. И как только кто-то, вроде тебя, смог занять пост премьер министра страны…

Был ли он действительно членом Алой Капли? Или он пытается запутать Альбедо?

В любом случае, Альбедо продолжила разговор. После своего прошлого удара она уже полностью понимала потенциал своего соперника. Даже если бой возобновится, у неё с ним не возникнет вообще никаких проблем.

Альбедо морально приготовилась заманить его в этот разговор.

"Какой утомительный способ выиграть время…"

В конце концов, чтобы не вызвать подозрений у своего соперника, Альбедо должна была идеально поддерживать образ высокомерного представителя власти.

***

Силуэт Альбедо, погнавшейся за красным Силовым Костюмом, постепенно уменьшался.

Наконец, Аинз остался в лагере один. Если всё пойдет согласно плану, то вот-вот намечается главное событие.

Аинз применил заклинание [Тело Лучезарного Берилла].

Даже если желающие уничтожить Аинза знают совсем немного о скелетном типе монстров, они в курсе преимуществ дробящего оружия. Если Аинз из-за своих уязвимостей потеряет значительную часть своего здоровья прежде, чем достигнет своей цели, это будет несколько проблемно.

В это время, сработала [Задержка Телепортации], ранее наложенная Аинзом.

Другими словами, всё действительно шло так, как он и предсказывал.

Похоже, Альбедо всё же не была их целью. Аинз испытал облегчение. Если бы она оказалась целью вместо него, могли бы возникнуть трудности.

Но… действительно ли это так? Не может ли это оказаться двойной ловушкой?

Враг начал телепортироваться позади Аинза.

Единственный враг.

Некто, предпочитающий ближний бой.

Пока его противник был замедлен задержкой, Аинз применил [Взрывную Мину] на место его телепортации. После этого он просто стоял и ждал появления оппонента. Вначале, он планировал использовать [Эссенцию Жизни], дабы подтвердить, что враг потеряет здоровье, но в конечном счёте решил не делать этого.

Звук взрыва раздался в момент появления его противника.

Аинз немедленно бросился вперёд, прочь от своего врага, а потом обернулся.

— Серебро… нет, постойте, блеск отличается. Это платина? Или неизвестный мне металл?

Взрыв поднял довольно много пыли, а в его центре стояли латные доспехи платинового цвета.

Четыре орудия парили вокруг них, следуя за каждым их движением.

Копьё, катана, молот и двуручный меч.

Все они выглядели слишком огромными для человека, их внешний вид просто кричал о превосходстве формы над функциональностью. В сокровищнице Назарика можно найти множество оружия, наподобие этого.

Оружие имело аналогичный доспехам блеск, а значит наиболее вероятно, что оно также было из платины, а не серебра.

Но принимая это во внимание, возникало больше вопросов, чем ответов. Оставив в стороне дороговизну металла, платина вообще не обладала какими-либо магическими свойствами. Он не мог понять, какие преимущества можно получить, создав из неё оружие или доспехи.

Наиболее логичным объяснением казалось то, что они только снаружи были покрыты слоем платины, дабы скрыть истинный металл, из которого сделаны. В качестве примера он мог взять того голема, который, как он недавно узнал, находился в комнате Кёфуко. Существовали и иные примеры аналогичного приёма, использованные в Назарике.

Другим наиболее вероятным объяснением казалось то, что металл, внешне идентичный платине, — но незнакомый Аинзу, — существовал как один из металлов этого мира.

Аинз бдительно наблюдал за каждым движением своего оппонента. В конце концов, даже незначительная информация может изменить баланс сил.

Что его тревожило сейчас, так это то, что его противник с самого своего появления всё ещё не выказал никакой эмоциональной реакции. Всё это время он стоял на месте, не двигаясь, в устрашающей позе. Было ли так потому, что он не получил урона — крови на его теле было не заметно — и по этой причине прибег к такому эффектному зрелищу?

Но невозможно было не получить совсем никаких повреждений.

Аинзу трудно было поверить, что приняв на себя всю мощь его [Взрывной Мины], враг лишь запачкал пылью свою яркую броню. Пусть Аинз и обладал классами Некроманта, но невозможно было получить полную неуязвимость от урона его высокоуровневого заклинания. Такое невозможно провернуть без неких коварных трюков, особенно учитывая то, что урон [Взрывной Мины] не носил элементальный характер, так что его нельзя свести на нет так просто.

Таким образом, происходило ли это из-за желания врага вытерпеть всё это, или же из-за его решимости драться насмерть? Или, возможно… у него действительно оказалась способность полного поглощения урона.

— Неужели ты думал, что я просто буду стоять тут, не приняв мер предосторожности? Вокруг тебя ещё много…

Через разговор он пытался оценить реакцию своего противника, или, пожалуй, это было тем, что он намеревался сделать в любом случае. Его противник, впрочем, не дал ему и шанса завязать разговор, этот бронированный тип невозмутимо принял боевую стойку. Молот из его парящего арсенала подлетел так, чтобы он мог легко схватить его.

Аинз выведал из этого небольшую крупинку информации, которая вызвала тихий смех в глубине его души.

Всё это означало, что их основной целью была не Альбедо, а сам Аинз.

И раз они до сих пор не заговорили с Аинзом, значит они не пытались тянуть время. Они, возможно, планировали покончить с ним до того, как к нему прибудет какое-либо подкрепление.

Если бы они показались в небе и начали разговор, то это могло означать, что их целью была либо Альбедо, либо вообще они оба.

До сих пор всё происходящее укладывалось в план Аинза.

Однако даже Аинз не мог предсказать дальнейшие действия его противника.

Поскольку его оружие перемещалось вместе с ним, то Аинз предположил, что тот был бойцом ближнего типа, и ему требуется сближаться. Вместо этого, его противник двинул рукой в соматическом жесте, и гигантский молот вдруг понёсся вперёд.

Очень быстро.

На него словно накинулся высокоуровневый воин, Аинз так и не смог уклониться. Если оружие не было зачаровано, то урон от него блокировался бы его иммунитетом к незачарованным снарядам, но как на него не гляди, молот был зачарован. И раз всё было так, Аинз остановился, подражая стойке своего противника, и принял удар на себя. И конечно же, в момент, когда молот должен был столкнуться с телом Аинза, активировалось заклинание.

Весь дробящий урон был сведён на нет заклинанием [Тело Лучезарного Берилла]. Он сосредоточённо глядел на своего противника, наблюдая за каждым его движением. И в этот момент его противник замер, возможно тот был шокирован, что Аинз вообще не получил урона.

Молот вернулся на своё место так же быстро, как был запущен, и продолжил парить возле врага.

— Ухахахахаха…

Громко смеясь, Аинз развёл руками, показывая, что был полностью невредим.

— …Теперь ты понимаешь? Я уверен, ты в курсе, что скелеты уязвимы к дробящим атакам. И я не исключение. Но ты действительно думал, что у меня не найдётся мер против таких атак? Что я буду настолько глуп? …Вот именно, —

Аинз похлопал себя по телу, — Я неуязвим против дробящего урона.

Пока он насмехался, его противник не упустил такой возможности для атаки. "И что это может значить?" — размышлял Аинз. Если он сейчас допустил ошибку, то уже не сможет выйти из ситуации.

Его противник приземлился, вознёс руку и заговорил. Его голос был мужским.

— [Мировой Разделяющий Барьер].

Пространственные колебания в виде ударной волны, распространившись от него, пронеслись мимо Аинза.

Если волна так и продолжит расширяться в своей первоначальной форме, то это место окажется под куполом. Размер этого купола был огромен, где-то с километр в диаметре. Альбедо и другие Стражи должны быть за его пределами.

Размышляя, Аинз мысленно хмурился.

Это был избитый прием из книги — отрезать противника от остального мира. Тогда насколько трудно его разрушить? Сможет ли он воспрепятствовать кому-то войти внутрь? Будет ли работать телепортация?

Его эффекты и область воздействия также стоит изучить. Раз барьер был куполом, можно ли сделать под него подкоп?

И самое главное, уничтожался ли он любым способом?

Ему крайне не хватало информации, так что он ни в чём не мог быть уверен, но, по крайней мере, он мог сделать хотя бы первичные предположения…

Для начала, его противник знал, что Аинз был магом, так что, как минимум, этот барьер должен блокировать телепортацию.

Если у противника не было причин не использовать Мировой Предмет для контроля разума, то он не должен быть тем, кто взял под контроль Шалти. А что, если у него была веская причина, по которой он не использовал этот Мировой Предмет? Вопросов становилось всё больше, но в одном он был уверен, - этого врага не стоит недооценивать.

Это было связано с тем, что Аинз мастерски владел широким спектром заклинаний и специальных способностей. И со своим опытом, полученным в результате экспериментов, он знал все возможности таких заклинаний. Таким образом, Аинз занял первое место во всем Назарике с точки зрения тактики ведения боя.

Но даже учитывая всё это, Аинз не мог вспомнить той способности, которую только что использовал его враг. Способность, покрывающая такую огромную площадь, должна быть из разряда Сверхуровневых заклинаний или предметов Мирового Класса. Это означало, что его противник мог с лёгкостью и без задержки на применение использовать навыки, которые были не слабее тех способностей.

Он несомненно был сильным противником.

Кто-то, кто мог бы убрать с доски Аинза и других Стражей Этажей 100 уровня.

Однако, столкнувшись с этим врагом, Аинз вообще не проявлял никаких эмоций.

Конечно, лицо Аинза не может отражать какие-либо эмоции, но по его поведению и тону всё ещё можно было бы заметить его неуверенность. Аинз Оал Гоун никогда не станет делать нечто столь неприглядное.

И вместе с тем, он не мог позволить врагу почувствовать его радость и облегчение.

"Умно было для меня встретиться с ним самому", — такая мысль возникла в его голове.

Аинз прищурился и продолжил наблюдать за своим противником.

Хотя эта способность и была ему неизвестна, он всё ещё мог понять некоторые её аспекты. Первое — эта способность расходовала очки здоровья, и в довольно больших количествах. Учитывая это, сам барьер не был лишь визуальным эффектом. Если он не сможет точно выяснить его эффекты, то у него могут возникнуть большие проблемы.

С помощью заклинания [Эссенция Жизни] Аинз видел резкое снижение очков здоровья своего противника, когда тот активировал эту способность. А [Эссенция Маны] наоборот вообще ничего не уловила. Это означает, что его противник был чистым воином без капли маны.

Если бы этот таинственный барьер был тюрьмой, из которой невозможно сбежать, то не было бы странным, если бы его противник, который успешно запер Аинза под этим куполом, немного расслабился.

И с этими мыслями Аинз невозмутимо задал вопрос.

Он использовал на удивление мягкий тон, учитывая, что его только что приложили молотом.

— Я закрою глаза на то ваше нападение. Уверен, вы уже знаете моё имя, но позвольте мне снова представиться. Я — Король-Заклинатель Аинз Оал Гоун. Итак, а теперь вы. Назовёте мне своё имя?

Спустя нескольку секунд тишины, прозвучал ответ.

— …Рик Аганейа.

Аинз сразу же начал анализировать информацию, которую только что получил.

Вероятность того, что этот барьер не только не даст ему сбежать, но и воспрепятствует подкреплению пробиться внутрь, резко возросла. Тот факт, что он рискнул бы выдать информацию, может означать, что он пытался сказать: "тебе не сбежать", а также: "подкрепление не придёт".

В документах, подготовленных Себасом и Демиургом, имя "Рик" не упоминалось. Кто-то столь сильный не ускользнул бы от их информационной сети. Даже будь он отшельником, некоторые вещи нельзя было объяснить. Кто-то настолько сильный в любом случае попал бы в исторические книги Ре-Эстиз. Так как невозможно, чтобы о нём не было вообще никаких записей.

Самое вероятное объяснение — названное ему имя являлось псевдонимом.

Но зачем он назвал ему вымышленное имя.

Если бы он был из Королевства, то он должен был с гордостью объявить своё имя и намерение искоренить зло, начавшее эту войну. Может он хотел остаться неопознанным по собственному желанию? С другой стороны, была возможность, что он хотел перенаправить агрессию Аинза на настоящего Рика Аганейю, а может, знание его подлинного имени давало Аинзу власть над ним, или что-то подобное.

Пусть то и были абсолютно дикие земли, когда эти территории подпадали под его правление, всё равно можно было собрать немало информации от живущих там полулюдей. Из добытой ими информации, первое, что они узнали, это связь истинного имени и души, и что можно стать более восприимчивым к проклятиям, если раскроется их истинное имя. Однако после долгого расследования, Назарик так и не смог найти убедительных доказательств этого феномена. Они назвали эту информацию простыми народными сказками.

Возможно ли, что Рик был выходцем из племени, которое верило в подобное?

У него почти не было информации. Ситуация далеко не располагала его к тому, чтобы делать выводы прямо здесь и сейчас. Насколько он мог припомнить, существовало только два могущественных существа, ассоциировавшихся с платиной. Одно из них не являлось гуманоидом, а другое…

— Из песен бардов я слышал об эпическом сказании о Тринадцати Героях. Хотя имена некоторых утеряны, думаю, я припоминаю одного из них, носившего платиновые доспехи… И если память меня не подводит, его звали Рик Аганейа. Разве не обрадуются эти барды, узнав, что их рассказы оказались правдивы?

— А должны? Я не знал, что я настолько известен, чтобы барды воспевали моё имя.

Его противник не пожал плечами, да и вообще не делал никаких движений, отвечая спокойно.

Действительно ли он один из Тринадцати Героев или же он самозванец? Здесь должна быть какая-то деталь, которую он упустил.

"Помилуйте", — взмолился про себя Аинз.

Для него слишком трудно сказать, что является правдой, а что ложью. Но исходя из того, насколько его оппонент уверен в своей готовности сойтись лицом к лицу с Аинзом Оал Гоуном, который способен уничтожить армию из 200,000 солдат одним заклинанием, все способности его врага должны быть изучены в этой битве.

— Рик, не возражаете, если я стану звать вас так?

— Отказываю.

Незамедлительный ответ, наполненный сладким отвращением в голосе.

— Это было грубо с моей стороны. Наверное, такое обращение слишком фамильярно. Должен ли я тогда обращаться к вам Аганейа? Вы всё ещё возражаете?

— Это нормально.

— Ох. Итак, у меня к вам есть предложение. Станьте моим подданным, как насчёт такого?

Воздух вокруг Рика словно застыл. Он не изменял стойку, да и вообще не шелохнулся. Рик просто стоял на месте, совершенно невозмутимый.

Аинз никак не мог его понять.

Если бы Рик смотрел на него, как на более слабого, то его нежелание принимать боевую стойку имело бы смысл. В конце концов, Коцит поступил так во время схватки с людоящерами. Так смотрел ли Рик на него свысока или нет?

Казалось, что его настрой отличался от того, что был в тот раз у Коцита.

Скорее всего, что он уже принял ту стойку, с которой был готов начать битву.

Он мог запланировать стоять на месте и позволить его орудиям летать вокруг, делая всю работу, именно потому он и принял такую боевую стойку.

— …Похоже, что мне отказали. Как печально. Могу ли я попросить вас ещё раз? Сейчас я пытаюсь завербовать сильных личностей под моё начало. Даже тот Момон из Тьмы был рад служить мне. Если вы намерены стать моим подчинённым — я готов даже прекратить захват Королевства прямо сейчас. Вы один ценнее этой страны.

— Отказываю.

Если бы только слова могли убить. В его голосе не звучало ни нотки сомнений.

Аинз, не выказывая никаких эмоций, стал размышлять над их коротким обменом словами.

Даже если он уверен в своей способности победить Аинза и спасти Королевство, действительно ли у него нет никаких сомнений и колебаний? Даже если Аинз окажется убит, неужели он правда верит, что армия Колдовского Королевства просто сдастся?

" …Скорее, он вообще не беспокоится о судьбе Королевства…? Он из другой страны?"

— [Мантия Света]

Броня Рика засияла. На какой-то краткий миг Аинз даже подумал, что это просто блики солнца на броне, но затем он заметил, что очки здоровья Рика только что упали. Несомненно, так происходила активация некой способности.

Наконец, у него появились прямые доказательства.

Способности Рика подпитывались от его запаса здоровья.

Но поскольку потерянный запас здоровья можно легко восстановить заклинанием или зельем, способности, требующие затрат жизненной силы, обычно были слабее других видов. В общем, чем выше затраты жизненных сил, тем сильнее должен быть навык. Подобная логика должна быть применима и к этому миру.

Рик активировал свою особую способность, что означало срыв переговоров. Аинз немедленно ответил заклинанием.

— [Великая Телепортация]

Аинз телепортировался до самого конца — прямо к краю полупрозрачного купола. Когда его взор прояснился, он обнаружил, что полупрозрачный барьер преграждает ему путь.

— Телепортация провалилась…

Он осмотрелся вокруг. Казалось, что Рик не обладал способностью преследовать его при телепортации, поскольку его ещё нигде не было видно.

Впереди Аинза, не слишком далеко, находилось выбранное им место назначения, Великая Подземная Гробница Назарик.

По крайней мере, он подтвердил одно из свойств этого барьера: он полностью блокировал телепортацию. Стоит заметить, что поскольку сейчас он оказался перед барьером, это означало, что телепортация в пределах него оставалась возможна. Запрещалась только телепортация внутрь и за пределы купола. Похоже, что если бы кто-то попытался телепортироваться извне, то вместо этого он оказался бы на границе купола, в месте, наиболее близком к пункту назначения заклинания.

Это важнейшая информация.

Изначально, он не намеревался применять телепортацию в бою, но потратить один из своих козырей всё ещё стоило ради получения столь ценной информации.

Аинз протянул руку, коснувшись барьера.

Если бы он обладал защитными свойствами, то он мгновенно получил бы урон, но это было маловероятно. Он считал так потому, что за прерванной ранее телепортацией ему не последовал урон.

Кости его пальца коснулись поверхности купола.

Несмотря на его мягкий вид, он оказался поразительно твёрд на ощупь. Когда он попытался приложить к нему силу, он даже вовсе не дрогнул, не говоря о том, чтобы сломаться. Это была словно стена, разделяющая миры.

Аинз вытащил обычную золотую монету и бросил её.

Монета ударилась о барьер и отскочила.

Затем он применил заклинание [Молния] под заранее рассчитанным углом.

— …Не проходит, хммм.

Пока он удовлетворялся полученными результатами экспериментов, заклинание [Задержка Телепортации] активировалось снова. Без сомнений, это был Рик.

Аинз наложил [Тело Лучезарного Берилла] и замер на месте, спиной к Рику.

Когда Рик показался, он отправил в сторону Аинза неизвестный предмет, летящий на большой скорости. Поскольку это был дробящий урон, то он полностью нивелировался [Телом Лучезарного Берилла].

Но по какой-то причине его тело оказалось отброшено в сторону и прижато к барьеру. Это казалось весьма необычным. Стандартно, если урон от атаки сведён на нет, дополнительные эффекты не применяются. Однако атака Рика не следовала этому правилу. И что это значило? Он пока не имел никакого представления.

Аинз медленно и величественно повернулся.

Молот вернулся к позиции Рика. Четыре оружия, окружавших Рика, сейчас отличались по виду: все они светились белым. Вместе с бронёй, все это смотрелось невероятно круто.

С другой стороны, здоровье Рика уменьшилось ещё сильнее.

Он потерял ещё больше жизненной силы, чем когда применил способность на броне. Было ли так потому, что он применил способность ко всем четырем оружиям по отдельности или же потому, что телепортация также расходовала его здоровье? Аинз хотел узнать больше.

— Я невосприимчив к урону дробящим оружием, полагаю, я уже говорил это… так как ты это сделал?

— …Даже если ты способен телепортироваться, тебе не уйти из этого барьера. Твоя судьба — исчезнуть здесь.

"Ответь на вопрос, тупица", — Аинз подумал так, но не высказал вслух. В конце концов, если он хочет разговорить оппонента, ему не следует бесить его

слишком сильно.

— Понятно. Я впечатлён, что вы способны создать столь непроницаемый барьер. Тогда, я полагаю, что вы уже сделали свой выбор?

Нет ответа. Одно из четырёх орудий, — двуручный меч, — застыло на месте.

"…Он наступает."

Рик не выразил желания вести диалог. Думая так, Аинз сделал первый ход.

— [Двойная Магия: Обсидиановый Клинок]

Аинз призвал два обсидиановых меча и бросился на Рика.

Если его противник использовал парящее оружие, то он поступит так же.

Один из мечей был отражен двуручным мечом Рика, а удара второго противник избежал, уклонившись неестественным образом.

— Что?!

Аинз не смог удержатся и воскликнул.

Шокировало не то, что Рик сумел уклониться от атаки, но то, как именно он это сделал. Даже Коцит не смог бы повторить то, что показал сейчас Рик.

Рик провёл боковое сальто на высоте головы, уворачиваясь от атаки. Хотя были и другие странности помимо того, что он сейчас сделал, Аинзу не следовало сейчас сосредотачиваться на этих деталях. Суть вопроса заключалась в том, что эти движения были нечеловеческими.

Обычно, когда гуманоид прыгал, он бы предварительно слегка подгибал колени, собирая силу в ногах. Перед самим прыжком должны быть рефлекторные движения. Однако Рик пропускал все это, не собирая силу совсем, при этом исполнив боковое сальто, совершенно не меняя положения тела.

Хотя это не считалось принципиально невозможным, особенно с такими заклинаниями, как [Полёт], даже Аинз не смог бы провернуть подобное. При выполнении таких действий тело человека всегда рефлекторно двигалось определенным образом.

Хотя возможно, что настоящие адепты заклинания [Полёт] могли бы повторить этот трюк, но Аинз всё ещё чувствовал нечто фальшивое за этими движениями. Объяснение этого пробегало где-то на кончике языка, но его мозг никак не мог подобрать правильных слов.

Пока Аинз пребывал в предельном раздражении, Рик контратаковал своим двуручным мечом. Оба меча Аинза оказались отбиты в сторону остальными оружиями Рика.

Двуручный меч, словно обладая разумом, полетел за Аинзом, заставив его подумать о своём Оружии Гильдии. Аинз в ответ применил защитное заклинание.

— [Стена Скелетов]

Двуручный меч столкнулся с выросшей из земли стеной. [Стена Скелетов] пала после одного удара.

— Впечатляет.

В том месте, где ещё недавно стояла [Стена Скелетов], сейчас висело в воздухе заточенное лезвие меча, обращённое острием на Аинза. Он полагал, что после атаки меч вернётся к Рику, но вместо этого он полетел к Аинзу, словно кто-то держал его. С другой стороны, Рик продолжал стоять на том же месте в неизменной позе.

Наблюдая его в этой позе, то, что все это время крутилось на кончике языка у Аинза, наконец обрело форму.

На самом деле он напоминал марионетку.

Рик будет бродить вокруг, подобно марионетке, покуда целы нити кукловода.

Словно гигантские руки таилась где-то за ним, одна из них управляла телом, а другая управляла оружием.

"Это не просто [Психокинез], контролирующий оружие, но даже и броню? Если только внутренности не пусты? Может ли внутри оказаться кто-то живой?"

Столкнувшись с вертикальным ударом двуручного меча, Аинз достал [Взрывной Посох] для перехвата.

Ощутимое давление при ударе заставило его почувствовать себя так, словно он уходит под землю.

Если бы он обладал умениями, разрушающими оружие, то непременно применил бы их в этот момент на мече, но Аинз никогда не задумывался о приобретении таких умений. Даже разрушающим предметы кислотным заклинаниям потребуется некоторое время, чтобы прогрызть этот меч, так что вместо этого он предпочёл просто атаковать Рика.

— [Хватка Сердца]

Это было любимое заклинание некромантии Аинза, но оно не возымело никакого эффекта на Рика.

Обладал ли он невосприимчивостью против некромантии? Или же у него было сопротивление к эффектам негативного состояния? Пока Аинз всё обдумывал эти вопросы, двуручный меч обрушился на него с ещё большей скоростью.

— Гххх!

Он не смог бы заблокировать или уклониться от атаки, так что его тело приняло на себя всю её мощь. Получив удар, Аинз лишь немного отступил назад, только для того, чтобы наткнуться на барьер за спиной. Такая позиция была для него невыгодна.

— [Великая Телепортация]

Аинз телепортировался вверх. Поскольку оба меча Аинза были призваны нетрадиционной магией призыва, они вскоре вернулись к Аинзу.

Так как он находился прямо над противником, заметить его было бы легко. Аинз не телепортировался далеко и не собирался пытаться выигрывать время до прибытия Альбедо. Эта битва была именно тем, к чему он стремился.

Из чистой предосторожности он применил [Тело Лучезарного Берилла] снова, не спуская глаз с Рика, который с этого места казался ему просто точкой. Тот начал подниматься, как только заметил Аинза.

Он не пытался атаковать Аинза своим оружием, что, скорее всего, говорило об ограниченной дистанции его применения.

Аинз в ответ начал спускаться.

Когда они сошлись, Аинз запустил оба обсидиановых меча.

[Обсидиановый Меч] годился лишь в качестве наступательного инструмента, и не мог применяться для защиты. Это связано с тем, что обсидиановые мечи теряли значительную часть прочности, если принимали на себя удар. При попытке обороняться ими, прочность мечей начнёт стремительно падать, пока оружие не сломается.

Рик положился на парящие вокруг него оружия, чтобы отразить мчащиеся с небес мечи.

Неужели он все свои силы отдаст защите? Рик предпочел не контратаковать.

Проскочив мимо Рика, Аинз приземлился на землю, и лишь тогда он заметил копьё, падающее на него с невероятной скоростью.

Аинз прыгнул вперёд, едва уйдя из под атаки. Поскольку он уже активировал [Полёт], не потребовалось больших усилий, чтобы вновь встать на ноги.

Аинз поднялся и отошёл подальше от того места, в то время, как Рик небрежно опустился на землю. Три оружия парили в воздухе вокруг него, и копьё вскоре тоже присоединилось к ним.

Аинз также заставил пару своих обсидиановых мечей парить рядом.

Движения противника оставляли всё меньше сомнений у Аинза в том, что под броней нет никого живого. Его колени вовсе не сгибались в момент приземления.

Именно в это время Рик, ранее остававшийся в одной позе, внезапно схватил двуручный меч в свои руки.

Значительное расстояние между ними сократилось в мгновение ока. Это была максимальная скорость, с которой он до сих пор двигался.

Он напоминал собой несущийся метеор.

Аинз отправил оба меча на перехват атаки Рика, но отражённые его катаной, они упали на землю.

— [Призыв Великого Грома]

Многочисленные дуги молний сошлись на Рике, но он даже не замедлился. Хотя это не говорило о том, что он не получил урона, Аинз мог видеть падение его запаса здоровья. Это больше напоминало то, что он подавлял все проявления боли.

Двуручный меч оказался занесен над головой Аинза, а затем обрушился в могучем ударе.

— Ууууф!

В тот момент, как он принимал на себя урон, Аинз краем глаза заметил, как катана Рика рванула куда-то в сторону.

Аинз принялся размахивать своим Взрывным Посохом.

Рик встречал удары собственным телом. Физические атаки заклинателя не обладали впечатляющим эффектом, так что если он планировал принять их на себя, то, должно быть, думал атаковать Аинза в ответ.

Его выводы были правильны.

Окажись Аинз на его месте, он поступил бы так же.

Однако это было ужасной, ужасной ошибкой при данных обстоятельствах.

Аинз улыбнулся в своей душе, когда начал действовать эффект ударной волны. Рика отбросило далеко назад.

Взрывной посох обладал таким же зачарованием отталкивания, как и Стальные Кулаки Гнева Учительницы Ямаико. Ценой этому зачарованию стало полное отсутствие у посоха защитных способностей, но возможность уйти на дистанцию от противника — это одна из наиболее важных вещей для заклинателя.

Случилось ли это потому, что его отбросило? Удар катаны лишь слегка задел Аинза, едва коснувшись его груди.

Рик не поменял своей извечной позы, даже когда его откинуло назад. Аинз сотворил ещё одно заклинание.

— [Призыв Нежити: Десятый Круг]

На смену парным обсидиановым клинкам пришёл воин ближнего боя, Лорд Рока 70-го уровня. Над его головой красовалась ржавая корона, а со спины свисал окровавленный плащ. Его полный латный доспех украшали многочисленные кривые лезвия, напоминавшие косы.

Фрагменты отрицательной энергии вырывались из щелей его брони в виде чёрного тумана. Его здоровье постоянно уменьшалось, таков был штраф Лорда Рока за его ловкость, невозможно высокую для существа 70-го уровня. Оптимальное использование подобной боевой единицы требовало высокого мастерства в позиционировании сил.

Но Аинз просто планировал использовать его как щит, так что он не слишком заботился об этом.

Призывные существа всегда служили или мечом, или щитом.

Все заклинатели, способные правильно их использовать, были в целом сильными. К слову, могучий чистый воин мог легко игнорировать таких призванных монстров.

Например, что бы стал делать Коцит?

Вероятно, он приманил бы призванное существо поближе к заклинателю, чтобы оба оказались в его радиусе атаки.

А как бы поступила Альбедо?

Наверное, она положилась бы на свою высокую защиту, чтобы броситься прямо на заклинателя, абсолютно игнорируя призванное существо. Она также обладала способностью перенаправлять агрессию, так что враги могли убить друг друга.

Так как же поступит Рик? Тактика Рика до текущего момента состояла в том, чтобы полагаться на своё автоматически атакующее оружие. Хотя он и взял в руки двуручный меч, он всё же не использовал ни одной способности или приёма боевых искусств с ним. По этой причине, Аинз не имел никакого представления о его способностях как воина.

Вот почему…

Рик сократил дистанцию между ними и бросился на Аинза без малейших колебаний. Непреклонная решимость.

Вероятно, он относился к тем, кто специализируется преимущественно на ближнем бое, а не только полагается на парящее оружие. В силу этого, если он сумеет быстро уничтожить призванное существо, Аинз потеряет возможность увеличивать дистанцию между ними.

Встречая стремительно приближавшегося Рика, Лорд Рока крепко сжал своё оружие, — длинное изогнутое лезвие на шесте, — Косу Войны. От косы веяло отрицательной энергией, вырывавшейся всё в той же форме чёрной дымки.

При помощи магической связи, Аинз передал Лорду Рока свои приказы.

"Высока вероятность, что наш противник — неживое создание, но в любом случае, постарайся это подтвердить", — его приказ звучал неопределенно. Излишне говорить, что призванный обладал частью знаний его призвавшего, так что он мог понять намерения заклинателя без приказа, но в подобном деле лучше было пойти надежным путем.

Лорд Рока привёл в действие свою особую способность.

[Губительная Ночь]

Чёрный смог исходил от него с ускоряющимся темпом, распространяясь по округе.

Его запас здоровья истощался быстрее, чем когда-либо, - цена за кратковременное усиление всех боевых характеристик.

И словно этого мало, пассивная способность противника, что уменьшала урон, наносимый тому Лордом Рока, из-за разницы в уровнях была совершенно бесполезна. Нежить, стоящая в чёрном тумане, — включая самого Лорда Рока, — будет получать меньше урона от атак стихиями Света и Святости. То же касается и дополнительного урона из-за разницы в карме. Ещё одним достоинством этой способности было то, что её усиливающий эффект работает, не затрагивая усиления от других заклинаний.

Аинз тоже хотел бы получить это усиление, но чёрный смог не распространялся дальше.

Дабы убедиться, что Рик его не атакует, Аинз отскочил от двух сражавшихся.

Он приготовился наблюдать.

Пришло время разобраться в том, насколько же Рик действительно силен.

Коса Лорда Рока столкнулась с парящим двуручным мечем, и пронзительный звон эхом пронёсся по округе.

Никто не отступил ни на шаг, ни был отброшен назад.

Чтобы такое произошло, они должны быть на равных.

После этого коса на огромной скорости столкнулась уже с катаной, а её металлические кольца зазвенели.

Коса остановила лезвие двуручного меча, в то время как её острие было заблокировано молотом, похожим на щит. Летящее копьё было отведено рукоятью косы, а сам Лорд Рока изящно уклонился от двуручного меча.

Заблаговременно, чтобы воспользоваться возникшей из-за уклонения дистанцией, Рик скакнул вперед.

Их наступательные и оборонительные потенциалы были равны, но у Рика были ещё тузы в рукаве.

[Отрицательный Взрыв]

Импульс чёрных лучей начал исходить от Аинза, поглощая его окружение.

Негативная энергия подлечила Лорда Рока, но это был не самый эффективный в плане маны способ лечения. А Рик же и вовсе не получил урона от заклинания.

Он не получил урона, потому что обладал иммунитетом к негативной энергии? Был ли это расовый навык? Или же классовый навык? Наиболее вероятная возможность заключалась в том, что это как-то связано с его снаряжением.

Раз он планировал сражаться с Аинзом, нежитью, то, очевидно, должен был подготовиться к атакам негативной энергией, являющейся неотъемлемой частью нежити. Даже Аинз одел бы предметы, дающие сопротивление к огню, если бы ему пришлось сражаться против огнедышащего дракона.

Под непрекращающиеся звуки от столкновения их оружия Аинз применил следующее заклинание.

[Совершенная Неизвестность]

Аинз, которого теперь почти невозможно было заметить, вышел из тени своего авангарда, коим был Лорд Рока, чтобы окружить противника. Как вдруг катана полетела к нему с такой скоростью, что он не смог увернуться. Она пронзила его мантию в области живота.

Благодаря иммунитету к колющему урону, он не получил никаких повреждений, но всё же спрятался за Лордом Рока. Катана, ранее просто парящая в воздухе, теперь принялась рубить Лорда Рока.

— ….Он может видеть сквозь [Совершенную Неизвестность], да?

Это не было чем-то удивительным, не нужно быть одного с Аинзом уровня, чтобы иметь пару контрмер против этой стратегии. Проблема заключалась в том, какой метод он использовал, чтобы засечь его. Аинз не знал. Контрмер было слишком много, настолько, что имеющейся у него информации было мало, чтобы он мог сузить круг поиска .

Итак, как ему теперь поступить? Рик, кажется, хотел атаковать Аинза, учитывая, что все парящие оружия были направлены на него, но из-за Лорда Рока он не мог до него добраться.

Глядя на положение дел, он быстро прикинул доступные ему опции и пришел к выводу, что ему стоит просто без остановки атаковать наступательными заклинаниями. Если же Лорд Рока падёт, то он просто призовёт нового. Вероятность победить, используя такую тактику, была довольно высока.

Однако Аинз не хотел завершать всё подобным образом.

Рик являлся сильным соперником, что было довольно редким явлением для этого мира, и обладал навыками, коих Аинз не знал. Так что ему было бы лучше благодаря этой битве увидеть всё, на что Рик способен, чтобы подготовиться, если в будущем подобный противник встретится ему вновь.

Аинз прервал активацию атакующего заклинания.

Хотя он понимал, что должен был сосредоточиться на собственной защите, у него была особая причина не делать этого. Это было опасно, да, но он должен был сопротивляться желанию защищаться.

Аинз изучил, как эти двое атакуют и защищаются. Лорда Рока совсем немного потеснили, но ни один из них не получил особых повреждений.

Можно сказать, что они оба обменивались ударами с переменным успехом, однако его волновала незатейливость боевого стиля Рик. Аинз точно знал, почему Лорд Рока не смог одержать верх. Ни одно из его умений, атак с негативной энергией или духовных атак никак не повлияли на Рика.

На текущий момент можно было считать доказанным, что Рик относился к расе, обладающей свойствами, схожими с таковыми у Големов и прочих Конструктов. Возможно, некий предмет давал ему вышеуказанные свойства, или быть может он и сам был Конструктом.

Если подумать, какой из вариантов наиболее вероятен, то первый, учитывая, что Рик был способен говорить. Полуголемы и подобные расы имели те же сопротивления, что и Конструкты, так что он может принадлежать к одной из тех рас.

Пусть даже так, но тогда зачем кому-то из этих рас помогать Королевству? Нет, что сейчас важнее всего, так это способности Рика, а не его мотивы. Почему он использовал столь простые атаки? За всё это время он, кажется, не использовал ни навыки, ни боевые искусства.

Среди Верховных Существ был мастер Големов. И движения Рика очень походили на те, что были у Големов, которых тот контролировал.

С Риком было бы просто совладать, будь он полуголемом, но если же он был полноценным големом с прикреплённым динамиком, или его создали с помощью секретных техник, то дела бы стали значительно сложнее.

Насколько знал Аинз, сила Голема определялась ценностью металлов, использованных для его создания, навыками конструктора и вложенными в него кристаллами данных.

Высокоранговые Големы были сравнительно дороги в изготовлении.

Если таких сильных Големов, подобных Рику, создали из столь простенького металла, как платина, то их может быть больше одного, а то и дюжина.

Он должен собрать больше информации.

Аинз отдал Лорду Рока приказ.

После этого Лорд Рока начал испускать больше чёрного смога.

Его скорость и наступательный потенциал возросли настолько, что на доспехах Рика начали появляться повреждения. Однако очки здоровья Лорда Рока утекали так быстро, что вскоре тот исчез.

Предвидя это, Аинз активировал ещё одно заклинание [Призыв Нежити: 10 ранг].

Это была нежить 68-го уровня - Стихийный Череп.

То был парящий череп, окружённый магической светящейся дымкой, постоянно меняющей цвет: красный, синий, зеленый, желтый.

Аинз приказал ему отступить, а сам вышел вперед.

Стихийный Череп был нежитью-магом и использовал магию четырёх основных стихий.

Количество его очков здоровья было примерно таким же, как и у мага его уровня, что было куда ниже, чем у Лорда Рока. Его наступательный потенциал был довольно солиден, поскольку каждое его заклинание имело модификатор [Предельная Магия].

А с точки зрения защиты он был невосприимчив к большинству атакующих заклинаний, включая огненные, молниевые, кислотные, ледяные и прочие стихийные атаки. С другой стороны, он был крайне уязвим против физических атак, особенно это касалось дробящего урона.

Вот почему сейчас Аинз должен стоять впереди него.

Пусть маг и был теперь в авангарде, Рик больше не осторожничал. Оставаясь безмолвным, он сократил дистанцию с Аинзом и принялся атаковать.

"Почему тебя это ни капли не беспокоит?" — проворчал про себя Аинз, используя весь свой опыт, полученный от тренировок с Альбедо, чтобы блокировать его удары.

Тем не менее, блокировать он мог лишь один удар из пяти, в основном это была односторонняя схватка. Посох Аинза был проигнорирован, а двуручный меч, копьё и катана атаковали его. Хотя молотом его так же разок приложили, тот был заблокирован заклинанием [Тело Лучезарного Берилла]. После трёх таких блоков, Рик, кажется, наконец что-то для себя понял. Больше молот он не использовал.

Хотя Аинз и так знал это, но Рик был невероятно быстрым.

Пусть он был не так быстр, как Стражи Этажей, но его скорость всё ещё была сравнительно высока. Аинзу повезло, что Рик перестал использовать молот. Если бы тот продолжил, Аинз бы вовсе не смог победить.

Пронаблюдав битву с Лордом Рока, Аинз понимал, что из него не выйдет достойный авангард.

Конечно, он мог использовать заклинание [Идеальный Воин], но при нём не было нужного снаряжения, так что сделай он это, то гарантированно проиграл бы.

Впрочем, когда из-за его спины начали вылетать заклинания, тактика с Аинзом в авангарде начала потихоньку окупаться.

В то же время Аинз активировал заклинание девятого ранга, - [Алая Нова].

Сильнейшее огненное заклинание, бьющее в одну цель, жгло его противника, но Рик нисколечки не замедлился, а двуручный меч в очередной раз рубанул Аинза.

И хотя его тело было охвачено огнем, двигался он всё так же плавно и невозмутимо. Обладай он силой воли воина, это не было бы удивительно, но отсутствие вообще какой-либо реакции было, по меньшей мере, подозрительным.

Стихийный Череп высвободил заклинание девятого ранга, - [Полярный Коготь].

Коготь, испускавший столь же холодный воздух, как на полюсах, рванул к Рику. То было заклинание, которому Аинз не обучился. У него не было никаких вторичных эффектов, но оно наносило много урона, на самом деле у него было лучшее соотношение урона за секунду среди всех ледяных заклинаний.

Аинз отметил количество урона, которое Рик получил от этих двух заклинаний.

И это когда сам он получал удары от копья и катаны одновременно.

Он активировал ещё одно заклинание, - [Призыв Великого Грома].

Стихийный Череп, в свою очередь, применил заклинание десятого уровня, - [Сверхкислотный Туман]. Этому заклинанию Аинз также не был обучен, потому-то он и призвал Стихийный Череп.

И Рик, и его оружие были охвачены крайне кислотным туманом.

[Сверхкислотный Туман] наносил урон не только противнику, но и его снаряжению, включая оружие, впрочем урон был довольно невелик. Ну конечно, парящее оружие Рика считалось его снаряжением, правда ведь?

Хотя оружие Рика и оказалось повреждено, Аинз, также будучи в зоне поражения, был невредим. Все потому, что на это заклинание было наложено особое условие.

От кислотного урона Рик потерял ощутимое количество очков здоровья. Среди четырёх стихий, кислота нанесла ему наибольший урон.

Но даже так, в процентном соотношении потеря такого количества очков здоровья всё ещё была мала.

Анализируя добытую информацию, можно сказать, что Рик должен владеть классами, направленными на оборону. Возможно, он был где-то 90-го уровня.

"Как бы то ни было, лучший план - использовать кислотные ата… АААа! Как же больно!"

— Какой проблемный!

Он разозлился из-за того, что его мысли были прерваны, но затем произошло кое-что удивительное.

Он идеально отбил своим посохом летящую к нему катану, из-за чего его несуществующие глаза расширились.

Катану сдуло прочь, словно активировался эффект отбрасывания.

"Почему?"

Эффект отбрасывания его посоха имел самые различные условия срабатывания.

И прежде всего, эффект не должен срабатывать при блокировании удара воина. Эффекта вообще не должно быть, если посох не используется для наступления.

Также эффект не сработает, если удар посоха был заблокирован мечём или щитом. Эффект должен проявить себя только тогда, когда посох достигнет тела противника. А меч или щит, очевидно, не считаются телом. Поэтому эффект всё же сработает, если ударить по перчатке противника.

Так что же не так с катаной Рика?

Учитывая вышеупомянутые условия, напрашивается вывод, что парящее оружие считается частью тела его владельца.

Но это не имеет смысла.

В прошлом Себас привез оружие из столицы.

Парящие мечи, используемые танцовщицей.

Когда их передали в Сокровищницу и детально проанализировали, то они были признаны всего лишь парящим оружием, которое подчинялось командам атаковать в полуавтономном режиме. Оно должно определяться лишь как снаряжение, а значит, что если этот посох ударит по такому оружию, эффект отбрасывания не должен срабатывать.

Чтобы эффект отбрасывания срабатывал на снаряжение, такое оружие должно быть похоже на "Стальные Кулаки Гнева Учительницы". Это оружие было предназначено для создания ударных волн от ударов по воздуху. И поскольку такое оружие применяет эффект отбрасывания ко всему, то это также работает и против снаряжения.

Но его посох был далеко не настолько мощным, тогда почему он был способен на такое?

После этих размышлений Аинз пришел к выводу, что оружие Рика является частью его тела.

"Понимаю…"

У Аинза была пара идей о механиках, стоящих за этим.

Первое — оружия Рика были существами, наподобие Жуков-Лезвий Энтомы. Если бы он был похож на Святой Голем-Меч, то это бы объясняло, почему сработал эффект.

И второе, что более вероятно, — оружие Рика вообще не было снаряжением, а фактически являлось частями его тела. Это будет похоже на активацию эффекта отбрасывания, когда удар посоха сталкивается с драконьим когтем.

Он чувствовал, что у оружия тоже есть очки здоровья, но считал, что это было потому, что оно относилось к снаряжению Рика. Он ошибся на этот счёт из-за того, что оружие получало урон тогда, когда Рик получал урон. "Выглядело так, словно это были различные полоски здоровья, значит…"

В этот момент Аинз будто навечно погрузился в бесконечные сомнения.

"Что, если он использовал те методы…

Но… так ли это?

Нет… неверно, это, должно быть, ошибка."

Аинз почувствовал, что Стихийный Череп начинает активировать божественное заклинание десятого ранга, - [Семь Трубачей], и немедленно прервал активацию.

Он должен был подтвердить свою роль во всём этом.

Аинз безмолвно использовал [Сообщение], а Рик отступил, словно пытаясь догнать отлетевшую катану. Затем катана вернулась в исходное положение.

Выходит, если отдалить оружие от Рика на определённое расстояние, то оно не сможет больше двигаться? Или это противник пытается заставить его так думать? Или его просто застало врасплох то, что катана была отброшена?

— …Мы более-менее понимаем силу друг-друга. Это непло…

Рик проскользил по земле и рубанул в сторону Аинза. "Значит, он не настроен говорить".

Дулся про себя Аинз.

Вполне логично, что его противник пытался извлечь максимум из представившейся ему возможности, и отвечать врагу было бы глупо. И хотя он уважал, что Рик следует своей стратегии, его все равно бесил тот факт, что он его игнорировал.

— Остановитесь! Постойте! Я не догово…

В момент между атаками Рика, Аинз отбросил свой посох назад. Он мог видеть, что Рик был слегка растерян.

Аинз тут же упал на колени.

— Остановитесь! Пожалуйста, постойте! Выслушайте меня!

Двуручный меч в руке Рик остановился на полпути к голове Аинза.

Поскольку он был иммунен к критическим ударам, то это не напугало его достаточно, чтобы заставить отвести свою беззащитную голову. В этот момент он отдал приказ Стихийному Черепу.

— Я не был намерен конфликтовать с Вашим Превосходительством. Всё началось с того, что Ре-Эстиз похитил зерно, предназначавшееся в качестве помощи Святому Королевству. Очевидно, кто здесь большее зло, мы или они. Так что Ваше Превосходительство думает? Всё ещё считаете, что мы большее зло!?

— …Вы зашли слишком далеко. Наверняка были лучшие способы решить этот конфликт.

Аинз поднял голову.

Двуручный меч Рика оставался висеть на месте, казалось, что сейчас он не собирался наносить удар.

— Вы так говорите, потому что не являетесь жертвой! И как бы Ваше Превосходительство поступили в подобной ситуации? Когда зерно, которое ваш народ добывал тяжким трудом, было украдено?

— Если бы у вас не было той силы, которой вы обладаете, всё бы так не сложилось. Сильные должны быть осторожны со своей силой, и брать ответственность за свои действия… Я, к примеру, защищаю мир. Такова реальность. Этот мир — под моей защитой.

Услышав заявление своего противника, Аинз подумал: "Этот тупица, наконец, заговорил". Он молча слушал. Одни люди желали ответной реакции их слушателя, а другие — нет. И услышав его самодовольный тон, Аинз решил, что лучше промолчать.

Аинз отметил для себя всё, что тот сказал.

— Действия тех, кто собрался вокруг моей любящей матери, были неверными. Все они были неправы в той же мере, что и отец. В конце концов, абсолютная власть развращает абсолютно. Это источник всех бед.

Аинз молча наблюдал за Риком, стараясь изо всех сил успокоить своё дыхание.

Рик был охвачен эмоциями, Аинз не должен позволять себе грубить и прерывать его.

Если честно, Аинз вообще не понимал, о чём говорит Рик, и тем не менее его слова не походили на бессмысленную чушь. По крайней мере, ему следовало бы говорить так, чтобы его могли понять такие простаки, как Аинз.

— Хотя корень всякого зла и ведёт к нам, я не буду искать за это прощения, и тем более я не могу позволить вам продолжать следовать по пути разрушения. Поэтому… Исчезни!

<Вжух>, — двуручный меч подался вниз.

Быть может, он чувствовал вину за убийство беззащитного Аинза, потому как меч ниспадал с гораздо меньшей скоростью, чем раньше.

"Подожди-подожди, ну выдай хоть немного информации, пока ты в хорошем настроении", — чуть не выкрикнул Аинз. Его противник больше не собирался говорить, так что в этом притворстве больше не было смысла.

…Битва продолжилась.

Стихийный Череп, которому он приказал оставаться наготове, бросился под двуручный меч и принял удар на себя.

Это было наиболее эффективное использование этого призванного существа, поскольку Стихийный Череп больше не был ему полезен. Так что это был лучший ход. Он не сделал бы подобного, скажем, против Шприцевого Копья Шалти. Однако оружие Рика не могло красть здоровье, поэтому он мог спокойно использовать призванных существ в качестве щита.

— Хиии!? Так это всё было из-за вас!? Не ошибаетесь ли вы!?

Жалко выкрикнул Аинз. Кто такие "они"? И что они злого сотворили? Аинз так и не смог этого понять, но если бы он сформулировал свой ответ таким образом, Рик, может, выдал бы ещё немного информации. Стоило попытаться.

Возможно, он действительно чувствовал вину, его движения были куда медленнее, чем прежде. Воспользовавшись этой возможностью, Аинз откатился назад.

Стихийный Череп рванул, чтобы встать между ними.

— …Блокируй его!

После выкрика Аинза Стихийный Череп принялся активировать заклинание. Рик проигнорировал Череп и ринулся к Аинзу. Стихийный Череп попытался было остановить его, но из-за размера и отсутствия нужных навыков ему это не удалось.

— [Стена Скелетов].

Аинз применил заклинание и установил стену так, чтобы Рик и Стихийный Череп остались по ту её сторону.

— Как же ты жалок, Король-Заклинатель!

Взревел Рик в гневе. Быть может, его ярость была вызвана тем, что Аинз оставил своё призванное существо по другую сторону, дабы сбежать, но Аинза это не волновало. Если маг не прячется позади кого-то и стоит прямо перед врагом, то это всё равно, что нарочно искать смерти. Это было бы хуже, чем…

Он мог бы легко перелететь через стену, но Аинз почувствовал, что Рик нападает и на Стихийный Череп и на стену.

В отличии от Стихийного Черепа, [Стена Скелетов] не была достаточно стойкой. Она рухнула сразу же, как Рик ударил.

Стихийный Череп высвободил несколько заклинаний [Алой Новы], чтобы уменьшить очки здоровья Рика, но победить его ему было не по силам. Может, у него просто классы такие, но его сопротивление магии было ненормально высоким.

Учитывая всё это, Аинз наложил заклинание на Рика.

— [Временной Стазис].

Это было точечное заклинание девятого ранга. Хотя это заклинание и не давало противнику двигаться, оно также препятствовало получению им урона, пока было активным. Поэтому его обычно использовали, когда приходилось сражаться с несколькими противниками.

Однако Аинз обнаружил, что его заклинанию не просто сопротивлялись, а полностью свели его на нет. Похоже, у Рика были контрмеры против остановки времени. Конечно, это не было особо странно, учитывая, насколько он силен.

В то же время, двуручный меч направился в сторону Аинза, а молот к Стихийному Черепу.

Аинз блокировал урон двуручного меча, и на всякий случай применил на остальные летящие к нему оружия заклинание [Великое Разрушение Предмета]. И вновь заклинание было нейтрализовано.

Значит оружие и правда считается телом Рика.

Стихийный Череп получил огромное количество урона, а Рик в панике посмотрел в воздух.

Фигура стремительно спускалась.

Это была Альбедо.

— …!

Аинз услышал, как Рик издал звук, который даже не мог быть определен как звук. Он был полностью ошеломлён.

И пока Рик колебался, Альбедо приблизилась к нему, её скорость была сродни скорости стрелы, выпущенной Аурой. А затем…

— Ублюдок, ррРРАААААааа!!!

Под этот ужасающий рёв алебарда, которая называлась 3F, начала ниспадать с намерением расколоть череп Рика. Он поднял и скрестил меч и копьё, чтобы заблокировать её атаку.

Давление от 3F было таким, что обе ноги Рика оказались утоплены в земле.

И в следующее мгновение его снесло в сторону.

Это Альбедо пнула его в грудь. Броня жалостно заскрипела.

— Насекомое! Да как ты только посмел проявить неуважение к владыке Аинзу! Непростительно!!!

Её заявление сотрясло весь воздух в округе. И затем Альбедо атаковала.

В мгновение ока расстояние между ними было сокращено, и Рик получил удар, достаточно сильный, чтобы запустить его на орбиту.

Раздался пронзительный громкий лязг металла о металл.

Рик использовал два своих парящих оружия, чтобы заблокировать эту атаку.

Он отлетал назад изо всех своих сил. Без прыжка, он полетел, не коснувшись ногами земли.

— Альбедо, остановись! Этого достаточно!

Аинз остановил Альбедо, собравшуюся нападать дальше.

Этого было достаточно, он больше не должен был позволять Альбедо драться.

— …Поняла.

По её взгляду было понятно, что она расстроена, но Альбедо всё равно прекратила двигаться.

Возможно, было бы верно предположить, что Рик больше не хотел драться, так как он начал набирать высоту, чтобы разорвать дистанцию между ними.

Альбедо молча стояла рядом с Аинзом, играя роль щита против Рика. По всей вероятности, она была готова к дальнобойным атакам

— Сэр Аганейа. Я повторюсь. Станьте моим подчинённым! Что думаете? Я дам вам всё, о чем вы только можете мечтать!

Его предложение осталось без ответа.

— Очень жаль. Однако же двери Колдовского Королевства всегда открыты для вас. Буду ждать вас в любое время. Затем Аинз понизил тон и сказал Альбедо: — Как думаешь, он всё ещё хочет драться?

— Нет… думаю, больше не хочет. Но раз он не отступает, может, нам лучше победить его здесь и сейчас. Если мы атакуем вместе, то эта задача не должна оказаться сложной, верно?

Хотя Рик не должен был слышать их разговор, он всё же исчез. Установленный им барьер также пропал.

Аинз не был уверен, телепортировался ли он до того, как снял барьер, или после, и не мог сказать, куда он убежал.

Хотя было ещё кое-что, требовавшее изучения, Аинз считал, что миссию они выполнили успешно.

— …Что ж, с этим покончено. Отличная работа.

— Я недостойна такой похвалы. Всё ещё могут быть люди, следящие за нами. Сейчас нам лучше вернуться в Назарик.

— Да, давай так и поступим.

Отозвав Стихийный Череп, Аинз активировал заклинание [Великая Телепортация], чтобы отступить вместе с Альбедо.

***

Бронированный человек, известный под именем Рик Аганейа, использовал заклинание [Мировая Телепортация], чтобы попасть на заранее оговорённое место встречи. Он появился прямо перед своим компаньоном, который уже ждал его там.

— Прости, я задержался.

— Да ладно, не бери в голову. "Я тоже только что прибыл", — ответил ему никто иной, как лидер команды адамантового ранга "Алая Капля", — Азут. Он был одет в свой привычный Силовой Костюм, так что Рику пришлось говорить, смотря на него снизу вверх.

Азут не был честен в этом вопросе — он ждал тут уже минут пять.

А что касается причины, почему Рик знал это, — он уже какое-то время наблюдал за этим местом издали.

На это были очевидные основания - опасения насчёт того, что Азут окажется приманкой.

Если бы подчинённые Короля-Заклинателя действительно следили за Азутом, Рик сразу бросил бы его и вернулся в свою страну. И поэтому он даже сначала проверил своё окружение на предмет слежки, прежде чем начал проверять Азута.

Тем не менее, в этом заключалась иная опасность, для подтверждения которой ему следует поговорить с ним. Вот почему Рик появился перед Азутом.

— Прости, Ца. Она убежала. Думаю, она направилась в вашу сторону… ты покончил с Королём-Заклинателем?

— К несчастью, - нет. Хотя ты и помог мне своими силами, очень жаль.

Цайндоркус Вайсион, который назвался перед Королём-Заклинателем Риком Аганейа, склонил голову.

Возможно, другие Лорды-Драконы скажут, что для долгоживущего Лорда-Дракона, стоящего на вершине мироздания, такой поступок унизителен, но Ца не особо это волновало. Если, поклонившись, он обретёт благосклонность другой стороны, то будет кланяться сколько угодно раз.

— В этом нет необходимости. Это я виноват, что не сумел задержать ту женщину подольше. Тебе не удалось победить из-за нехватки времени, да?

Ца долго и и упорно размышлял над тем, какой ответ лучше опишет ситуацию, и в итоге осторожно ответил: "Это не так".

— Нет, Азут. Несмотря на то, что этот премьер-министр Колдовского Королевства, Альбедо, к сожалению, была тебе не по зубам, ты всё ещё смог задержать её на столь долгое время. Серьезно, ты очень помог. Я не смог уничтожить Короля-Заклинателя, потому что он оказался куда сильнее, чем я ожидал, и только.

По правде говоря, всё именно так и обстояло.

Когда они встретились ранее, Азуту было поручено увести Альбедо подальше от барьера. На самом деле, он считал, что Альбедо, скорее всего, убьёт Азута, но думал, что если он скажет об этом вслух, то Азут больше не предложит ему свою помощь. Поэтому он не раскрывал ему все детали плана.

Учитывая вышесказанное, то, что Азуту удалось пережить схватку с Альбедо, было действительно впечатляюще.

Важнейшей задачей для Ца была подготовка к сражению с игроками, несущими злой умысел в этот мир, так что он не хотел без необходимости растрачивать свои силы.

Тем не менее у него возникли сомнения, или точнее, он не мог кое-то понять.

И конечно же это было: "Почему Азут выжил?". Это верно, что его Силовой Костюм мог повысить уровень атаки и защиты пользователя, а также предоставить тому различные способности. Однако ни запас здоровья, ни запас маны он не повышал. Его можно сравнить с хитиновым панцирем, что покрывает мягкие внутренности насекомого.

Пусть их столкновение с Альбедо было недолгим, кое-что он понял сразу, — она была гораздо сильнее Короля-Заклинателя.

Возможно, Король-Заклинатель лучше умел управляться с большими армиями, и поэтому он не мог проявить свои сильные стороны в битве один на один.

В любом случае, Азут не был достаточно силен, чтобы суметь пережить прямое столкновение с Альбедо.

Так как именно ему удалось выжить?

— Азут, у тебя есть идеи, как нам справиться с той демоницей, Альбедо?

— Нет, это практически невозможно. Мне пришлось использовать весь арсенал костюма и разорвать дистанцию как можно сильнее, и это чтобы хотя бы выжить.

"Так вот как всё было", — подумал Ца.

Верно, Альбедо не использовала дальнобойные атаки, и при ней не было дальнобойного оружия.

А значит, всё, что Азут сказал, имело смысл. Его предыдущие подозрения показались ему излишними.

Ца стало стыдно за свои мысли. Ему казалось, что Азут мог предать его и заключить сделку с Альбедо, а, может, и с самим Королём-Заклинателем. Поэтому то, что он учитывал различные возможности, было нормальным. В конце концов, они с Азутом не были друзьями и лишь временно работали вместе. К тому же, у него всё же не было неопровержимых доказательств, что Азут не предал его.

— Да, хорошо. Я назвался Королю-Заклинателю именем - Рик Аганейа, просто помни об этом. И если Король Заклинатель спросит, скажи, что оно поддельное.

— Рик Аганейа? Оно что-то значит?

— Нет-нет, просто это было первое, что пришло в голову. Но если в мире есть кто-то с таким именем, то из-за этого у него могут возникнуть большие проблемы.

Это было лишь наполовину правдой.

На самом деле он никогда не слышал, чтобы "Аганейа" использовалось как фамилия, но имя "Рик" действительно существовало.

— Это может спровоцировать агрессию Короля-Заклинателя по отношению к человеку с таким именем, что далеко не пустяк.

— И правда. О премьер-министре Колдовского Королевства, Альбедо, тоже не стоит забывать.

Они оба тихо усмехнулись.

Конечно, если бы кто-то с именем "Рик Аганейа" действительно существовал, то тут было бы не до смеха, особенно для этого "кого-то".

Пока Ца смеялся, в его голове возник образ.

Демоница по имени Альбедо.

Королю-Заклинателю не удалось прорваться через барьер, так что он не представлял особой угрозы. Но эта демоница была способна прорваться через заклинание Дикой Магии, - [Мировой Разделяющий Барьер].

Это заклинание Дикой Магии среднего ранга создавало пространство, отдельное от реального мира. Барьер не давал проникнуть внутрь никакими обычными способами, а также пресекал любые попытки телепортации. То, что Альбедо удалось проникнуть через него, означало, что она либо могла использовать Дикую Магию, либо владела предметом Мирового Класса.

И хотя он не мог сказать, игроком она была или НИП'ом, но, исходя из её поведения хозяин-слуга, он склонялся к последнему. Но если так, то почему же Аинз сам не взял этот Мировой Предмет, а отдал его Альбедо? Это так и осталось тайной.

"А если это Альбедо была игроком, а Король-Заклинатель НИП'ом?"

Такое предположение не было абсурдным. Занять вторую позицию в иерархии этого мира, возможно, было наиболее безопасным решением.

"Быть может, у Короля-Заклинателя тоже был предмет Мирового Класса? Но раз он не смог пробиться через барьер, то это маловероятно, да? А может в этот раз он просто не взял его с собой?"

Это, несомненно, было возможно. Он слышал от Рика, что были гильдии, которые владели и двумя предметами Мирового Класса, так что, возможно, у "них" тоже было два таких предмета.

— Ца, а насколько силён Король-Заклинатель? Раз уж даже ты не смог победить его, то он должен быть действительно силён. Если вот взять меня, нет, взять этот костюм, с ним можно победить?

— Не обижайся, Азут, но нет. Его даже мне одолеть будет непросто.

— Ясно…

— Но спасибо, за твою помощь, у меня уже есть примерное представление о том, на что в основном он способен. Конечно, если бы я вновь оказался в битве с Королём-Заклинателем один на один, то смог бы одержать верх.

И хотя он так сказал, но если он станет полагаться на этот доспех, то добиться победы будет крайне трудно. К тому же, если Король-Заклинатель будет и в следующем сражении полагаться на Магию Призыва, он не сможет предсказать его действия. Возможно, ему стоит подготовить место сражения.

"Но…", — вздохнул Цайндоркус.

Если он будет не слабее того вампира, то этому доспеху, возможно, предстоит серьёзный бой. Однако если бы он не использовал свой доспех, а вышел против Короля-Заклинателя лично, он бы не проиграл. И даже если Король-Заклинатель оказался бы столь же силён, как и тот вампир. Сражайся он со своим настоящим телом, проблем бы не было вообще.

Впрочем, если бы он дал им больше времени, чтобы распространить своё влияние, всё вышло бы из под контроля.

— Ну, неудивительно, ты же сильнейший Лорд-Дракон в мире.

— Не думаю, что я сильнейший. Есть много тех, кто сильнее меня. Хммм… я могу победить Короля-Заклинателя только потому, что я оказался его естественным врагом.

Навыки Ца были наиболее эффективны против нежити. В той битве он также подтвердил, что его навыки работают на Короля-Заклинателя. Поэтому Ца посчитал, что этот противник не заслуживает особых мер предосторожности.

В сравнении с Королём-Заклинателем, демоница Альбедо была намного опаснее.

— Я прошу прощения, но, Азут, если вновь возникнет подобная ситуация, ты всё ещё готов помочь мне?

— Вновь…? Хмм.

Азут мрачно пробормотал одну лишь фразу. Ца понял смысл его слов и больше не спрашивал.

Спустя какое-то время, Азут, наконец, заговорил.

— Ре-Эстиз падет?

— …Возможно. Я мало чем смогу помочь, даже если захочу.

— Ясно… Значит мне снова придётся отвлекать эту демоницу? Я мог бы, но ты же понимаешь, есть вероятность, что в следующий раз не смогу выиграть хоть сколько-нибудь времени, так?

— Верно, в следующий раз они могут и не разделиться. Вот почему, если вдруг по какой-либо причине эта демоница не будет сопровождать Короля-Заклинателя, станешь ли ты сражаться против него вместе со мной?

Если Азут возьмёт на себя призванных существ, то Ца определенно справится с Королём-Заклинателем.

Пока они тут беседовали, слуги Короля-Заклинателя так на них и не напали. Ему больше нечего было тут делать. Ца устремил свой взгляд на столицу, видимую вдалеке.

Он созерцал падения многих стран. И эта скоро столкнется с полным уничтожением. Ца почувствовал некоторое одиночество, но в сравнении с этим он был более встревожен тем фактом, что эти земли вскоре окажутся во владении Колдовского Королевства.

И пусть Ре-Эстиз не было к нему благосклонным, он всё равно будет по нему очень скучать.

Он уже уведомил своих товарищей, но, быть может, ему стоит созвать и остальных Лордов-Драконов.

— …Чуть не забыл. Я встретился с людьми из Теократии и упомянул то имя, которое ты называл.

— Правда? Теперь они будут знать, что тебя кое-кто поддерживает.

Если это была правда, то безопасность Азута была более-менее обеспечена.

Сам он ценности не представлял, но его Силовой Костюм был крайне важным предметом, настолько, что Теократия могла начать строить планы насчёт Азута. По этой причине он должен был заставить их думать, что у Азута есть покровитель, на которого он мог положиться, чтобы Теократия не предпринимала никаких действий против него. Это также укрепило отношения с Азутом. Исключительно выгодный ход.

— Вопрос, почему бы не сказать им, что я услышал это от тебя лично?

— Всё просто, если им не будет заведомо известно, где находится источник информации, они попытаются разузнать это. Есть шанс, что это вызовет трения среди высших слоев общества Теократии.

К тому же, была ещё одна причина.

Если возникнет чрезвычайная ситуация, он сможет просто избавиться от Азута, не оставив к себе и следа.

— Здесь не самое удачное место для разговоров… давай возвращаться. Твои товарищи, должно быть, уже ждут тебя, верно?

— Да, они ждут меня. Тогда, остальное я оставлю тебе, Ца.

Когда Ца активировал [Мировую Телепортацию], то подумал об Азуте.

Всё потому, что он размышлял над тем, выгодно ли было продолжать с ним работать, или - нет.

Да, Азут со своим Силовым Костюмом был крайне полезен, но без него он был никем. Сказать по правде, если бы Силовой Костюм оказался в более умелых руках, то они наверняка смогли бы раскрыть весь его потенциал.

К тому же, Ца не был уверен, что сможет контролировать Азута.

Сейчас Азут, в качестве временного напарника, приносил ему больше пользы, чем в роли компаньона.

Если бы он пошёл против плана, как это было в прошлый раз, это могло привести к фатальному провалу.

Конечно, тогда Ца тоже совершил ошибку.

Чтобы должным образом подготовить Азута ко вторжению Короля-Заклинателя, он подробно обсудил с ним вероятные исходы вторжения.

Азут попросил Ца помочь победить Короля-Заклинателя, чтобы спасти Ре-Эстиз. Ца должен был предвидеть, что он воспользуется Силовым Костюмом, чтобы спасти город.

Если бы Азут тогда не самовольничал, Ца смог бы победить Короля-Заклинателя во время осады столицы.

…Может, ему стоит убить Азута и присвоить Силовой Костюм себе?

Ца не считал эту идею исключительно плохой. Если он одолжит Силовой Костюм тому, кто был достаточно силён, чтобы использовать его по-максимуму, то это было бы определённо куда полезнее, чем позволить Азуту оставить его себе. Тогда он бы заполучил более сильный козырь, чем Азут.

Сам Ца не испытывал к Азуту неприязни и не хотел убивать его, но в этом мире было столько вещей более важных, чем его собственные чувства.

"…Рик."

"Что я сейчас вспомнил, как всё дошло до этого?", - в мыслях Ца смеялся над собой. Его руки и так уже не были чисты. И было лучше сделать это сейчас, чем потом.

К тому же, если он сделает это сейчас, то сможет свалить всю вину на Короля-Заклинателя.

"Азут до потери сознания сражался с Альбедо, а позже передал Силовой Костюм Ца." Такая сказка сойдёт за прикрытие.

Но… должен ли он позволить истории повториться?

— Эй! Что-то не так, Ца?

— Мм?

Ца, наконец, заметил, что уже какое-то время был погружён в свои мысли.

— Что не так? Тебя что-то беспокоит?

— …Нет, ничего, Азут. …Давай возвращаться.

Он должен был пока отложить этот вопрос. Существовала магия воскрешения, так что смерть не могла гарантировать абсолютное молчание. Если он вернётся только с Силовым Костюмом, без Азута, то могут возникнуть подозрения. Если действовать исключительно практично, это будет приводить чаще к отрицательным последствиям, нежели к положительным.

И дабы в итоге не пожалеть, лучше ему будет вернуться и всё тщательно взвесить, прежде чем принимать решение о том, стоит ли Костюм того, чтобы отказываться от Азута… от всей Алой Капли.

Ца применил [Мировую Телепортацию] и взмолился о том, чтобы его сегодняшние действия не привели к фатальным ошибкам в будущем.

После этого по пустому пространству проносился лишь ночной ветер.

***

С помощью [Врат] Аинз вернулся в Назарик и взял кольцо с его обычного места. Он использовал силу кольца, чтобы вместе с Альбедо переместиться на девятый этаж.

Пройдя некоторое время пешком, они прибыли в комнату, к которой направлялись.

— Альбедо, хочешь войти первой?

— Нет, не стоит. На этот раз ты внёс больший вклад, так что должен войти первым.

Аинз поблагодарил её и отворил гигантские двери.

Он остановился в центре комнаты, прямо перед троном, и преклонил колено. Он почувствовал, как Альбедо за его спиной сделала то же самое.

— Вы отлично справились, Актёр Пандоры, Альбедо.

— Мы не достойны вашей похвалы.

Подняв голову, он увидел, что его господин царственно кивнул. По сторонам от него стояли Шалти и Демиург, который держал Зеркало Удалённого Взора.

С помощью него, Аинз, должно быть, наблюдал за его с Риком битвой.

Актёр Пандоры отменил свою трансформацию.

— Я хотел бы вернуть магические предметы, позаимствованные у вас, владыка Аинз, и считаю, что неуважительно заставлять вас ждать ещё хоть секунду, Простите меня за то, что до сих пор держу при себе ваше снаряжение.

Он имел ввиду снаряжение, которое было на нём прямо сейчас, запасные предметы низкого ранга, которые их господин предоставил ему. И он чувствовал вину за то, что до сих пор носил эти предметы.

— Ох. Актёр Пандоры, тебе не стоит волноваться об этом. Ничего страшного, если ты вернёшь их позже. На самом деле сейчас это не столь важное дело. Куда важнее твой противник… Теперь, хотя мы уже видели битву, я бы хотел послушать того, кто непосредственно в ней участвовал. Как всё прошло?

— Да. Я уверен, что его класс Танк с уровнем в районе 90. Поскольку магия была абсолютно неэффективна против него, я рассудил, что он должен быть около такого уровня.

— Понятно. Сильный враг, да? …Мм? Тебя что-то беспокоит, Альбедо? Ты считаешь иначе?

— Да, я не согласна с Актёром Пандоры. Мне он не показался достаточно сильным. Конечно, мне довелось ударить его лишь два раза, так что я не могу судить объективно, но как по мне, то он был Танком с уровнем… примерно 80.

Беря во внимание их уверенность в том, что он был Танком, то мнение Альбедо, которая также была Танком, должно быть более точным, чем его собственное.

— Понятно. И хотя я считаю, что раз Актёр Пандоры дольше сражался с ним, то должен суметь оценить его более точно, Шалти наблюдала вместе со мной и дала оценку схожую с той, что предоставила нам Альбедо. Примерно 85 уровень. Учитывая это, похоже, придётся сюда вызвать Коцита и Себаса.

Пусть боевой потенциал Шалти и был высок, набор её классов не был направлен на нанесение только физического урона. К сожалению, Себас сейчас ожидал в Э-Рантеле, а Коцит присматривал за осадой столицы, так что они не могли прибыть в настоящий момент.

— Если объединить две, нет, три ваши оценки… Значит, вы трое, все согласны с тем, что наш противник был Танком, специализирующимся на магическом сопротивлении?

Все трое глубоко задумались.

— …Шалти, почему ты выглядишь обеспокоенной? Если что-то не так, говори.

— Я думаю, что мне могло показаться~…

— Это не важно. В конце концов эта операция должна была раскрыть способности врага, и поэтому с самого начала была тщательно спланирована. И пока мы можем получить хоть что-то, что расскажет нам о противнике, не бойтесь высказывать свои мнения.

— Тогда. Владыка Аинз, я ведь тоже могу призвать Лорда Рока, и наверняка вы уже заметили~. Боевая мощь того призванного существа была значительно ослаблена, наверное, потому что это Актёр Пандоры призвал его~?

— Ты не права. Хотя, превратившись, Актёр Пандоры будет слабее оригинала, его призванные существа будут столь же сильны. К тому же, ему было приказано не использовать мои особые способности, предназначенные для усиления призванных существ… Так что, может нам вместе призвать Лордов Рока, чтобы вы все проверили это? Возможно, тогда ты найдёшь ответы на беспокоящие тебя вопросы.

— Понял!

Теперь, Актёр Пандоры, ты ведь говорил с ним, верно? О чем вы говорили, какой точки зрения он придерживается, и какое впечатление он на тебя произвёл? Расскажи нам в деталях. Ведь это зеркало не может передавать звук.

— Понял!

Актёр Пандоры начал пересказывать всё, о чем они говорили с Риком. Их разговор не продлился долго, так что для него не составило труда сымитировать его. Он даже вставил несколько своих собственных интерпретаций посреди диалога: эмоции, которые он ощущал от тона Рика, и соответствующие объяснения.

Рассказав половину, Актёр Пандоры почувствовал за спиной распространяющуюся злобную ауру Альбедо. Она заговорила раздражённым тоном.

— Даже если ты хотел, чтобы твой противник стал менее осторожным, но становиться на колени, играя роль Короля-Заклинателя, а также Абсолютного Повелителя Великой Гробницы Назарик, владыки Аинза, было чересчур.

Действительно, он и сам чувствовал, что перегнул с этим палку. Если бы на его месте был его господин, он бы никогда так не поступил. "Я должен заплатить за свой проступок", — подумал он, поднял голову и увидел, что его господин удовлетворенно кивал.

Он, должно быть, соглашался с мнением Альбедо.

Но как только Актёр Пандоры собрался опустить голову, раздался голос его господина.

— Нет, это было просто потрясающе.

Хотя это звучало несколько саркастически, его господин, кажется, был в хорошем расположении духа. Актёр Пандоры не мог сказать, кого он поддерживал, поэтому упустил свою возможность поклониться.

— Это падение на колени было прекрасным. Если даже это может заставить противника колебаться, я бы становился на колени сколько угодно раз. Мы ничего с этого не потеряли, но заставили противника считать, что мы не были для него опасностью. Фу-фу… Он не должен был заметить, что его обманули.

…Как восхитительно.

Хотя он и так осознавал степень стремления его создателя к победе, но по спине Актёра Пандоры все же пробежал холодок.

В сражении против противника, которого он мог легко победить, выкладываясь на полную, он никогда не сделал бы ничего подобного лишь ради того, чтобы вызвать у тех ложное чувство безопасности.

Неужели существует король… нет, неужели существует повелитель, который действительно не печётся о своей репутации, чтобы проворачивать подобные уловки?

Неужели существует тот, кто спокойно готов встать на колени перед своим противником, несмотря на то, что никогда никому не служил, а служили только лишь ему?

Таких не существовало, помимо его господина, сидящего перед ним.

Должно быть, другие Стражи, находящиеся сейчас в комнате, считали так же, поскольку на их лицах были выражения, говорящие о возникшем у них трепете.

Среди них Демиург оказался тем, кто задал вопрос.

— Разве то, что некто столь великий, как Вы, владыка Аинз, встанет на колени в подобной ситуации, не вызовет подозрений у нашего противника? Он, должно быть, решил, что владыка Аинз был способен принимать оптимальные решения в любой ситуации.

— Нет, в обычных обстоятельствах никто ни за что не сможет прийти к такому выводу, верно? Он наверняка подумал: "Это не такой уж выдающийся тип…" или "Так вот какой ты на самом деле", — правильно? В случае смены ролей… Будь я на его месте, то, думаешь, был бы так же беспечен, как и он, не так ли? Нет, я, возможно, сразу бы прикончил его. А как бы ты поступила, Альбедо?

— Если бы это были обычные местные жители, я бы немедленно убила их, но если бы это был кто-то, зовущий себя королём, то я могла бы схватить его ради информации. Была бы я тогда неосторожна? …Может быть.

— Правда…? Шалти, а как бы ты поступила?

— Я бы задумалась над этим~.

— …Хмм. Возможно, это будет вообще неэффективно… было бы лучше, если бы вовсе не приходилось вставать на колени. Это была бы не самая удачная ситуация, если бы ты не смог уклониться от вражеской атаки. Что ж… Давайте сменим тему. Насчёт того барьера.

Актёр Пандоры вообще не мог понять, что это был за барьер. Он считал, что этот барьер препятствовал проникновению сквозь него физическим и магическим путём, но Альбедо беспрепятственно сумела проникнуть внутрь. Итак, была ли тайна раскрыта?

— Вы двое, возможно, уже поняли, но я уверен, что это было из-за Мировых Предметов. Актёр Пандоры, судя по тому, что ты нам рассказал, ты был не особо уверен, верно?

Глаза Актёра Пандоры расширились.

Действительно, если всё было так, то это имело смысл. Тогда у Альбедо при себе был предмет Мирового Класса, а у него - нет. Но…

— Владыка Аинз, как вы поняли это?

— Серия логичных вопросов… Я использовал зеркало, чтобы наблюдать за битвой Актёра Пандоры и Рика. Даже после установки того барьера, на зеркало это никак не повлияло. Первое, о чём я подумал, — что этот купол был просто визуальным эффектом, чтобы напугать нас… — Аинз опустил взгляд на Актёра Пандоры, — Но у него были свои эффекты. Я сменил направление мышления и начал выявлять различия между нами… в смысле, различия между мной, использующим зеркало, и Актёром Пандоры.

Аинз коснулся предмета Мирового Класса в своём животе.

— Когда я снял его, больше через зеркало я не мог ничего увидеть. А экипировав обратно, я вновь мог видеть картинку. Скорее всего, у Рика есть способность, схожая с эффектом предмета Мирового Класса Ауры.

— …Постойте пожалуйста, владыка Аинз. Рик действительно пробормотал фразу: "[Мировой Разделяющий Барьер]", — и его запас здоровья сократился. Тогда, разве это не был особый навык, получить который могли только такие высокоуровневые существа, как Вы, владыка Аинз. Похож ли этот навык на Ваш козырь?

— Используя систему, на которой основаны наши силы, воспроизвести такой барьер невозможно. Более вероятно, что он блефовал, когда выговаривал это название. А трата очков здоровья, должно быть, была ценой за активацию предмета Мирового Класса. Проблема заключается в том, что я никогда не слышал о таком Мировом Предмете. Хотя действительно были предметы, требующие цену для своей активации, но затрата небольшого количества очков здоровья была довольно крошечной ценой.

— Его шкала здоровья истощалась постоянно?

Актёр Пандоры помотал головой в ответ на вопрос Альбедо.

— Это случилось лишь в момент активации. Не было похоже, что барьер постоянно потреблял его здоровье, чтобы поддерживать себя.

— Именно так. Ты разве не упоминал, что остальные его способности тоже тратили его здоровье? Ведь и вправду существуют предметы Мирового Класса с несколькими способностями, как, например, этот, — его господин коснулся своей сферы, — однако система, на которой основаны способности Рика, отличается от нашей.

Вероятно, он совмещал следующие способности: усиление оружия, усиление брони, телепортация и барьер.

— …Я уже рассказывал вам о системах способностей, так что, если его сила была уникальна для этого мира, то это всё объясняет. Предвосхищая наихудший сценарий, это может быть какая-то необычная способность, которая в состоянии конкурировать с предметами Мирового Класса. А в таком случае, мы даже не можем быть уверены в том, был ли это Мировой Предмет источником эффекта, контролирующего Шалти, или - нет. Мы должны пересмотреть этот вопрос. Как раздражает!

— Владыка Аинз, прямо сейчас нам недостаёт информации.

— Ты прав, Демиург… Пожалуй нам вновь предстоит проиграть Рику.

На лицах двух Стражей, находящихся подле трона, всплыли недовольные гримасы, и легко было представить, что то же было и с Альбедо, стоящей за ним.

Никому из присутствующих не импонировал тот факт, что их господин должен был проиграть, пусть и преднамеренно.

— Не делайте такие лица. Я не собираюсь проигрывать, потому что хочу этого, это необходимо сделать, чтобы полностью понять силу нашего противника. Так мы обеспечим нам победу, ничего не поделать. Если бы это была просто тренировка, то проигрыш не понёс бы за собой смерть, и мы не были бы обязаны так притворяться. Однако это реальный бой.

Все, включая Актёра Пандоры, молча внимали каждому слову их господина.

— Мы уже доказали, что как все вы, так и жители этого мира могут быть воскрешены… однако я не уверен, что смогу возродиться сам. Пусть мы не имеем весомых доказательств этому, но… Шесть Великих Богов и Восемь Алчных Королей были существами, вероятно, похожими на меня. В их легендах все они заканчивали свой путь смертью, так что, похоже, они не могли быть воскрешены. У нас нет выбора, мы должны действовать, подразумевая, что это правда. Проще говоря, чтобы избежать наихудшего варианта поражения - моей смерти, — мы должны смириться с другими видами поражений.

— …Владыка Аинза.

— Что такое, Альбедо?

— Владыка Аинз, то, о чём Вы только что нам поведали, имеет огромный смысл. Тогда, быть может, вам лучше оставаться в Назарике и в будущем больше его не покидать?

Это был совершенно логичный вывод. Если существовала возможность, что их господин не сможет возродиться, то лучшим выбором для него же было остаться в наиболее безопасном месте и не покидать его.

— …Ты права. Я уже обдумывал это, но конечно же, ты уже должна была догадаться. В частности, все вы, м?

Он начал усиленно работать мозгами, чтобы понять, что его господин только что имел в виду, но ничего не приходило ему в голову.

Какой позор.

Будучи одним из первейших интеллектуалов в Назарике, он всё же не смог понять смысл слов своего господина.

Актёр Пандоры напряг голову до такой степени, что из неё чуть ли не потекла серая жидкость. То же касалось и Демиурга с Альбедо, это было видно по их лицам. Шалти же в свою очередь выглядела так, словно её мыслительный процесс и вовсе остановился.

"Не думай о других," — Актёр Пандоры изо всех сил старался не обращать на них внимание.

Какое-то время среди них стояла тишина, пока не была нарушена разочарованным вздохом их господина.

Невыносимый стыд терзал Актёра Пандоры, то же было и с Демиургом. Пусть он не видел стоящую за собой Альбедо, она конечно же чувствовала то же самое.

— В чём дело? Поднимите свои головы.

Он говорил суровым тоном, но Актёр Пандоры всё ещё не мог позволить себе не повиноваться.

Он поднял голову.

— …Ладно, перейдём к следующему вопросу. Кто он вообще такой? Вам приходит что-нибудь, связанное с платиной, на ум?

Первой ответила Альбедо.

— …Есть вероятность, как уже сказал Актёр Пандоры, что он может быть одним из Тринадцати Героев.

Её господин кивнул, соглашаясь.

— Также возможно, что он - один из советников страны Совет Агранд, Платиновый Лорд-Дракон. Я так предположила только потому, что это единственные существа, имеющие отношение к платине.

— Учитывая это, позволь, я задам вопрос. Может ли быть, что противник пытался заставить нас поверить, что это был Платиновый Лорд-Дракон, или один из Тринадцати Героев, чтобы мы выступили против них? Вероятно, любое из этих мнений может оказаться правдой. Итак, что из этого вы считаете верным?

— Я искренне извиняюсь, владыка Аинз. Поскольку информации недостаточно, трудно с полной уверенностью принять верное решение.

Высказался Демиург.

Актёр Пандоры согласился, но поскольку его господин спросил: "Что из этого вы считаете верным?", — правильным ответом должен быть лишь один из вариантов. Вероятно, поэтому Демиург начал свой ответ с извинений.

— Кто-нибудь ещё хочет высказаться? …Кажется, нет. Я тоже согласен с мнением Демиурга о том, что нам недостаёт информации. Когда мы закончим с Ре-Эстиз, соберите мнения других Стражей Этажей касаемо этого вопроса. Возможно, кто-то из них мог заметить что-то, что мы упустили. В любом случае, мы продолжим действовать согласно нашему плану, и отправим послов в Совет Агранд. Когда они поприветствуют глав этого государства, пусть выдадут несколько колкостей относительно Платинового Лорда-Дракона… Было бы неплохо, верно, Альбедо?

— Поняла. Каково будет содержание послания?

— Полагаюсь на твоё усмотрение.

— Да.

Что ж, не пора ли завершать наше совещание? Я должен скорее вернуться в столицу. Актёр Пандоры, это может оказаться затруднительным, но я должен попросить тебя нанести уд…

Вдруг послышалось чьё-то "…Ахх". Его господин взглянул на стража, издавшего этот звук.

— Что такое, Шалти? Ты что-то хотела?

— Да, владыка Аинз. У меня вопрос. Вы действительно планировали сделать Рика своим подчинённым~?

— Ааа, это. Конечно, нет. Если бы я принял его под своё крыло, то сначала вызнал бы всю информацию, - в какой он был организации, цели этой организации и так далее, - а затем просто избавился бы от него.

— А это не было бы слишком расточительным?

Он почувствовал, словно его господин криво улыбнулся, когда Альбедо задала вопрос.

— Я не уверен, что смогу контролировать его. Спроси себя, сможешь ли ты использовать противника с необычными способностями или предметом Мирового Класса…? Альбедо, ты действительно уверена, что у тебя получится? Если - да, то я оставлю это тебе…

— Пока мы не собрали больше детальной информации, это может быть затруднительно. Но если бы это оказалось возможным, он много где мог бы принести пользу.

— Хмм.

Взгляд его господина был прикован к Альбедо.

Возможно, он размышлял, опираясь на реакцию Рика и способности Альбедо. Раз его создатель был способен включить в свой план события, что случатся и через тысячу лет, то он, должно быть, решает, как он может использовать Рика в своём плане.

И разрушение Королевства наверняка было частью его плана.

У него, наверно, были скрытые мотивы, помимо демонстрации всему миру разницы в том, как он обошёлся с Королевством и Империей из-за их действий, и именно из-за этих мотивов он должен был взять свои слова назад и вторгнуться в Королевство. Такого мнения придерживались и Актёр Пандоры, и Альбедо, и Демиург.

Ему не нужно было много думать, чтобы связать это с экспериментами по созданию нежити.

Всё-таки он был его создателем. Это было, несомненно, предчувствием чего-то большего, чего даже он не был в состоянии понять.

Но это же его создатель, Верховное Существо, чей интеллект, несомненно, способен породить план, глубина которого просто ужасала. Честно говоря, Актёр Пандоры чувствовал жалость к остальным. Он был чрезвычайно горд тем, что его сотворил столь невероятный создатель.

— Понятно. Мертвым он точно будет для нас бесполезен. Я хочу услышать мнение Демиурга по этому поводу, и тогда, в зависимости от ситуации, я оставлю эту задачу на тебя, Альбедо. Конечно, это значит, что Рик должен по своей воле поклясться мне в верности. В противном случае его нужно убить.

Никто не имел право возражать. Если их господин так решил, то это должно быть правильно.

— Отлично. Итак……возражений……кажется, нет. Пора мне возвращаться в столицу. Я всё ещё должен подвести итоги этого шоу.

— …Разве требует весь этот фарс Вашего личного присутствия, владыка Аинз? Я уверена, что и сама бы справилась…

— Нет, Альбедо. В этом нет необходимости, я иду сам. Хе-хе, у меня всё же есть свои стандарты касательно применения силы против непокорных, хотя и не такие суровые, как у господина Ульберта и остальных.

— …Понятно, так вот в чём дело.

Альбедо ответила так, словно нашла некий скрытый смысл в этих словах, что заставило его господина взглянуть на неё. Должно быть, он проверял, насколько точно она поняла смысл его слов.

Его господин казался удовлетворённым, и вскоре он заговорил в подобающей правителю манере.

— …Верно, Альбедо. Всё так, как ты и предположила.

Глава 4: Расставленные ловушки. Часть 2

По возвращению во дворец, Реннер, Клайму и Брейну поступил доклад от рыцарей о том, что их ожидают гости.

"Синяя Роза" запрашивала аудиенции.

В обычных обстоятельствах, они бы проследовали в гостевой зал немедленно, но текущий вид трио едва ли допускал подобное. Особенно это касалось Реннер, чья одежда сейчас больше напоминала облачение служанки, нежели наряд принцессы. Все трое насквозь вымокли в поту. Рыцарям повелели отложить встречу на час, чтобы у них было время привести себя в порядок.

Армия Колдовского Королевства расположилась возле столицы и могла атаковать в любой момент. Рыцари сновали туда и обратно с целью организовать защиту столицы и дворца. Им пришлось даже взять на себя ручной труд при дворце, поскольку здесь больше не осталось служанок.

Большинство горничных происходили из благородных семей. Они бежали из дворца в свои родовые поместья. Был ли такой вариант более безопасным, ещё предстояло узнать.

Он уже слышал от своей госпожи, Реннер, что совершённые армией Колдовского Королевства зверства на пути к столице, скорее всего, не обойдут стороной и это место. Простое логическое умозаключение. Нигде в пределах столицы сейчас не безопасно.

Так что можно сделать, чтобы гарантировать себе безопасность? Реннер ответила на этот вопрос своим гамбитом — покинуть столицу.

По этой причине, Клайм и Брейн тайно обсудили подготовку экипажа за пределами дворца. Если Реннер решит бежать, он может пригодится.

Разумеется, он хорошо знал, что Реннер не намерена спасаться бегством, но он не мог сказать наверняка о неизменности её намерений. Это был всего лишь запасной план.

Клайм подготовил воду и полотенце для Реннер, чтобы она могла протереть пот. Обыкновенно, он подготовил бы для неё ванну, но у них оставалось менее часа, так что это не обсуждалось.

Поскольку горничные отсутствовали, Клайму пришлось самому поухаживать за Реннер. Подготовка же чая легла на Брейна. Сцена того, как известный фехтовальщик рылся по шкафам в поисках чая, казалась действительно весёлой, хотя он и чувствовал к нему жалость.

Когда Реннер смыла пот и наложила парфюм, пока она выбирала платье, двое мужчин успели принять душ.

В отличие от женщины, — в отличие от принцессы, — приведение себя в порядок для двоих мужчин оказалось намного более простым процессом.

Они разделись, окатили себя водой с ног до головы, а затем вытерлись. Пара таких обмываний — и дело сделано. Конечно, они также переоделись, но всё это заняло не более десяти минут на двоих.

Час минул быстрее, чем можно было ожидать, и троица была готова. Реннер, казалось, уловила какие-то неприятные запахи, когда обнюхивала свои волосы и запястья. Клайм не мог учуять запаха пота, но едва ощутимо он улавливал запахи масла и дыма, пропитавшие её волосы во время готовки пищи. Это должно остаться незаметным после того, как будет скрыто ароматом её парфюма.

Рыцари привели не только одну Лакюс.

Синяя Роза присутствовала в полном составе. Лишь одна Лакюс пришла в платье, остальные же облачились в свою боевую экипировку. Все вместе они напоминали телохранителей вокруг благородной леди.

Клайма эта сцена слегка шокировала.

Вообще говоря, Лакюс обычно не приходила одна, но было редкостью увидеть их всех вместе. Должно быть, это первый раз, когда они пришли полной командой.

— Вы выделили время из того небольшого запаса, что у вас есть, но я всё равно заставила вас ждать. Я ужасно извиняюсь за это.

— Нет, не стоит. Я не уведомляла заранее о своём прибытии, так что это можно назвать неожиданным визитом. Это мне полагается благодарить вас за уделённое нам время для встречи… ах, нет необходимости наливать чай. В конце концов, у нас не так много времени.

Как раз когда Реннер собиралась заварить принесённый Брейном чай, Лакюс остановила её.

— Ой, Лакюс. Я думаю, у нас всё же найдется минутка на чашечку чая, верно?

Сказавшей это была Эвилай. Остальные члены Синей Розы закивали в согласии, отчего на лице Лакюс возникло изумлённое выражение.

— Все вы… хотите чая?

Эвилай наигранно тяжело вздохнула.

— Принцесса столь радушно принимает гостей, которые ворвались на чаепитие без приглашения, так окажется ли наш лидер настолько жесток, чтобы отказать её предложению? Какая бестактность. Эй, мускулоголовая.

Она не получила ответа от Гагаран. Хотя взгляды всех в комнате застыли на Гагаран, она притворилась, что не видит и не слышит совсем ничего.

— Эй, ты там, с застенчивым лицом, женщина, что пойдёт топором на дно, если упадёт в море.

Её действительно полностью игнорировали. Эвилай оставалось лишь громко вздохнуть на такое поведение.

— Эй, Гагаран.

— Эй? А? Чего? Что тебе от меня надо? В чём дело, Эвилай?

— …ты ведь тоже хочешь пить, верно?

— Ааа, да. Чувствую себя так, словно осушила бы море. Наверное, я бы выпила десяток литров за раз, если придётся.

— Тем более… Ты представляешь, сколько времени я потратила, чтобы просто дождаться от тебя этих слов… ммм, а, не важно. Если там хватит, босс, можно нам тоже немного?

— Аааах, разумеется… ты тоже пьёшь, Эвилай?

Глаза Лакюс расширились на этом вопросе. И правда, если Эвилай станет пить с ними, Клайм удивится не меньше, чем она. Чтобы отведать чая, ей пришлось бы снять маску, но, насколько Клайм знал, эта заклинатель магии никогда не снимала своей маски.

Эвилай не отвечала на её вопрос, но только отмахнулась, сообщая об отказе.

— Итак, мы станем заваривать чай, пока босс и принцесса разговаривают. Гарантирую, что чай имеет насыщенный вкус, такой вы ещё не пробовали.

— Э? Вы уже налили его в Нагревающую Бутылку, да?

Лакюс потрясённо произнесла это, Тиа же кивнула в ответ.

— Наверное, у нас не хватит на всех людей, находящихся здесь. Давайте посмотрим.

Тия стала разливать напиток, но её движения оказались столь небрежными, что она умудрилась расплескать большую часть чая на блюдца. Чайные традиции в этой стране не предусматривали питья из блюдец, по этой причине Лакюс сдвинула брови. Как уже было сказано, в Нагревающей Бутылке не помещалось жидкости для восьми человек в комнате.

— Мне не надо, хорошо?

— Ах, мне тоже.

Клайм отказался вслед за Брейном. Но это не означало, что чая хватит на оставшихся. Даже после отказа двоих человек, чая всё ещё было недостаточно для шестерых человек.

— Нам редко выпадает случай пить подобное… Вы, ребята, действительно не умеете быть признательны.

На самом ли деле предложение чашки чая можно принимать за акт доброй воли? Что-то просто не вяжется с этим определением.

Наполнив пять чашек чаем, Тиа потрясла Нагревающей Бутылкой, словно показывая этим, что она пуста.

— Ах, уже пуста, какая печаль, нам даже близко не хватит, особенно с учётом этой выпью-10-литров-девочки, — Тиа бросила быстрый взгляд на Тину, — разве не разойдётся слух о том, что третья принцесса не имеет даже достаточно чая, чтобы как следует обслужить своих гостей?

Лакюс нахмурила брови, Реннер же засмеялась: "уфуфу".

— А вот это уже тревожит. Пусть даже сейчас совсем не время, чтобы заботиться о благородном образе. Но я продолжаю считать, что существует необходимость показывать людям, что королевская семья по-прежнему верит в будущее. Так стоит ли мне заварить ещё чая?

— Всё в порядке, Реннер.

— Лакюс. Есть предел тому, насколько вы можете оставаться в долгу перед проявленной доброй волей, ты знаешь?

— Э?

Лакюс недоверчиво наблюдала, как на лице Реннер возникла кривая улыбка.

— Стоит ли мне разъяснить ей всё по буквам? Мисс Эвилай.

— Ммм. Кажется, она начинает понимать… прошу, посвятите нашего твердолобого лидера.

— Ладно, ладно… В конце концов, приближаются последние мгновения. Каждый из нас хотел бы побольше времени провести с остальными.

— …Ах, так вот почему.

Клайм наконец осознал, к чему она клонит.

Обычно, авантюристы не принимали участие в войнах: такие меры позволяли предотвратить повышенное число жертв.

Но поскольку враг в этот раз оказался нежитью и устроил массовую резню, Гильдия Искателей Приключений в Королевстве приняла королевский запрос о рассмотрении этой войны как допустимого задания. Точно так же, как это случилось во время демонического нашествия Ялдабаофа, гильдия одобрила мобилизацию своих членов.

Точные детали того, как полагается действовать, оставались на усмотрение авантюристов.

Некоторые из них даже вступили в ряды армии, которая покинула город с неделю тому назад, и из которой ни один не вернулся назад. Несколько из остальных команд приняли решение дать последний бой в столице.

Нашлась группа высокоуровневых команд авантюристов, исчезнувших посреди происходящего, вероятно, принявших приглашение Теократии или тайком бежавших из столицы по своей воле.

Лакюс и её команда, Синяя Роза, входила в число команд, решивших принять свой последний бой в столице.

Они только что получили информацию о том, что армия Колдовского Королевства разбила лагерь возле столицы, так что Лакюс и остальным надлежало не тратить впустую столь драгоценное время.

Но всё же, Лакюс осознанно отправилась на встречу со своим другом, Реннер. Принимая в расчёт, что весьма вероятно… нет, они были уверены наверняка, что эта встреча с Реннер станет для них последней.

По правде, она уже приготовила чай для пятерых. Чаши предназначались Эвилай, Гагаран, Тиа, Тине и, разумеется, одну придержали для Клайма. Но не похоже, что кто-то из них собирался пить.

Если бы они прямо сказали Лакюс о том, что ей стоит выделить время и попрощаться со своим другом, она определенно отвергла бы это предложение, только в силу своего упрямства. Однако намекнув ей на возможность попить чая вместе с приятелями, её весьма более вероятно можно было склонить к данной идее. Её спутники оказались достаточно чуткими.

— …Итак, Брейн Англаус. Я бы хотела приготовить чай для оставшихся, у кого также в горле должно быть пересохло. Покажи мне, где у вас здесь заваривают воду.

— Эх. Это сюда.

"Вероятно, по этой причине" — Тина и Тия вытащили сильнейшего из двух телохранителей из комнаты.

— Стоит ли мне тоже пойти?

— Хммм? Ах, не беспокойся. Они увели его не для этого.

Ответом на вопрос Клайма стало лишь отрицание Эвилай.

"Э?" — Клайм слегка смутился. Так они не пытались создать более уединённую атмосферу для Реннер и Лакюс, выпроводив остальных из комнаты?

Гагаран и Эвилай совсем не выказывали намерения уходить. Так она на самом деле просто попросила проводить её к месту кипячения воды?

— Если никто не против, давайте побеседуем немного, пока заваривается чай. Ах! Но прежде, у меня есть один вопрос. Где ты только что была? Если ты занималась приготовлениями к грядущему, то мне следует уйти.

— Ты ведь помнишь про приют, который я открыла? Я как раз готовила там еду перед возвращением сюда.

— Хех? Готовила? Это в такой-то момент?

Голос Лакюс выдал её потрясение. Клайм не меньше её удивился, когда Реннер попросила его подготовить карету, чтобы она могла отправиться угостить детей обедом.

Однако по прибытии на место, увидав, что там творилось, Клайм осознал правильность её решения.

— Да. Армия Короля-Заклинателя уже несколько дней как окружила столицу, да и войско, что покинуло город неделю тому назад, также забрало с собой немало пищи. Наши пайки только сокращаются день ото дня. Вот почему я взяла часть еды отсюда, чтобы приготовить для них обед.

В приюте запасов оставалось совсем мало. Более того, цена на пищу лишь росла из-за ситуации в столице, таким образом, приют более не мог себя содержать. Не оставалось выбора, кроме как сократить число приёмов пищи за день, да и порции для детей тоже сократили. Вот почему она решила приготовить для них, поскольку она уже решила тайно снабжать их едой, а кроме того, для неё самой это была редкостная возможность.

Бормотания Реннер стали мелькать в голове Клайма.

Реннер, во время готовки со своими хорошо отработанными навыками повара, сказала: — Я бы хотела раздать зерно для всех, но у нас осталось совсем немного. Какая же я лицемерка.

Пред лицом армии Колдовского Королевства, которая уже сокрушила войско из 400,000 солдат, у них совершенно не было надежды выстоять. Столица обречена и аналогичная судьба ожидает королевскую семью.

Но как бы он не уговаривал мягкосердечную Реннер бежать, она даже не шелохнулась.

Раздираемый между преданностью слуги и своими собственными чувствами, Клайм ощутил удушающую боль в сердце. Однако он ни при каких обстоятельствах не смел выдать такие чувства этим двоим перед собой.

Клайм силой воли подавил боль, которая просто разрывала его на куски.

— Наверное, ты единственный человек из всей королевской династии, обучившийся готовке.

— Я так не думаю. Должны были быть и другие, просто это не вошло в летописи… Те дети, наверное, сейчас наслаждаются своим обедом, так что оно того стоило.

Сначала Реннер намеревалась приготовить повседневный завтрак, но дабы предотвратить драки за еду между детьми или отказ служащих от своих порций, она решилась даже приготовить вторые блюда, вместе с основными. Так что все там теперь должны быть довольны.

Она приготовила так много, что должно было остаться и на ужин.

Кстати говоря, Реннер, которая раньше не могла начистить картошку, плавно улучшала свои кулинарные способности, и прогресс был налицо. Сегодня она могла нарезать ломтики так тонко, что это просто поражало.

Эта женщина, сиявшая ярким светом в его глазах, оказалась от природы талантлива в кулинарном искусстве.

Реннер, казалось, заметила пространный взгляд Клайма, обращенный к ней, и улыбнулась в ответ.

Столь тёплая и приветливая улыбка.

Беседы этих двоих оставались наполнены оптимистичными нотами, хотя на самом деле они неосознанно избегали обсуждения своей неизбежной судьбы. Или точнее сказать, именно потому, что они хорошо знали свою участь, они и избегали разговоров о ней?

Немного погодя, Тиа вернулась с Нагревающей Бутылкой в руках.

— Где мистер Англаус и Тина?

— Хммм? Эти двое отправились искать десерты к чаю, так что я пришла первой.

— Десерты? Лакюс слегка прищурилась на Тию: — Наверное, более уместно было бы нам принести их с собой…

— …Ничего страшного, не беспокойтесь. Мне следовало испечь побольше пирожных про запас. Я добавила в них много сахара, так что они вполне годятся в качестве десерта.

— …Видишь? Даже принцесса не против. Дем… злой босс просто слишком накручивает. Также, это первый раз, когда мне довелось заваривать чай.

Пар валил из Нагревающей Бутылки, чай казался чрезвычайно крепким.

— Эй. Злой босс. Так и хочется выпить всё одним глотком. Такой насыщенный.

— Спасибо.

— Вкус и правда великолепен, но полагаю, Её Высочеству принцессе не требуются мои рекомендации. Прошу, испробуйте мою порцию, он уже остыл.

Тиа поставила свою полную чашку чая перед Реннер.

Такое нарушение этикета несколько разозлило Лакюс, но Тиа сохранила молчание. Клайм понял, что ему тоже следует промолчать.

Лакюс подняла свою чашку и вдохнула густой аромат. Выражение её лица исказилось.

— Он слишком крепкий…

— Не волнуйся.

— …Ещё как буду. Я в первый раз пью настолько крепкий чай. Как много листьев ты насыпала…?

— Эй, эй. Я понимаю, когда ты говоришь, что это для тебя впервые, но не стоит так трястись от волнения~

— Так вот зачем они пошли за десертом, чтобы сбалансировать вкус. Понятно… Реннер, ты не ошиблась, не став пить.

— Как грубо. Даже прозвище "демон" не в силах описать вас как следует, демон-босс.

— Аххх, просто постарайся приготовить нечто более съедобное в следующий раз.

Лакюс подняла чашку и коснулась краем губ. Выражение её лица выражало недовольство. Просто насколько крепкий этот чай?

Тиа, стоявшая подле Лакюс, украдкой глянула на неё и деловито спросила: "Ну как, вкусно?"

— А? Если я буду честна, то это скорее слишком горько. Я бы совсем не назвала его хороши—хк!

Лицо Лакюс скривилось.

Она оттолкнула Тию в сторону и ухватилась за живот. Предметы на столе задрожали, когда она пошатнулась.

Посреди развернувшегося хаоса, Клайм наконец заметил, что на платье Лакюс возникло красное пятно. Тонкий, напоминающий палочку предмет, прошел сквозь её тело.

Он не мог сообразить, что происходит. Его мозг просто не мог принять происходящее перед его глазами.

Кто бы мог подумать, что Тиа пронзит Лакюс насквозь.

Лакюс тоже оказалась растеряна, до такой степени, что даже не применила на себя исцеляющую магию. Казалось, она изо всех сил пытается понять, что происходит.

Гагаран подбежала к Лакюс.

Клайм думал, что она спешит помочь, но всё обернулось к худшему и Гагаран обрушила на живот Лакюс тяжелый удар кулака.

Лакюс оказалась беззащитна перед этой атакой, она полагала, что к ней ринулись помочь. Гагаран же врезала ей в живот с силой тарана.

— Уууууф.

— Теперь мой черед.

Тиа пронзила Лакюс новым шипом, пока из неё вышибли весь дух, не давая дышать.

Если глаза его не обманывали, то кончик шипов был чем-то смазан. Вероятно, это некий яд.

— Ваше Высочество.

Клайм ухватил Реннер за руку, спрятал её к себе за спину и отступил в один из углов. Тиа и Гагаран просто игнорировали его, продолжая непрерывно атаковать Лакюс.

Лакюс всеми силами старалась уклоняться, но столкнувшись с комбинированным нападением дуэта, она не могла даже как следует прикрыться, не говоря уже об уклонении. Лишённая оружия и брони Лакюс не могла оказать эффективного сопротивления полностью экипированным Тие и Гагаран.

Клайм злобно закричал в сторону безмолвного наблюдателя, Эвилай.

— Да какого чёрта здесь происходит!!

— Не двигайся. В противном случае, моя магия затронет не только тебя, но и принцессу.

Клайм уже собирался выхватить меч, но остановился, заметив, как Эвилай подняла руку в направлении его и Реннер. Естественно, он должен был помочь Лакюс, но Реннер была для него важнее. Защита Реннер имела абсолютный приоритет.

Клайм хотел вывести Реннер из комнаты, но едва он шевельнулся, как кристальное лезвие впилось ему в ногу.

— Не двигайся. Не покидай этой комнаты. Если ты не подчинишься, то я… отрублю принцессе одну из ног…? Пока ты меня слушаешь, я тебя не трону.

Клайм почувствовал себя бессильным перед лицом угроз Эвилай.

"Если бы я мог встретиться с Брейном… если бы я мог передать Тине, что происходит…" — пока Клайм размышлял, невероятная ситуация, происходящая между членами Синей Розы, продолжала развиваться.

Кажется, Тиа забормотала что-то в сторону Лакюс.

— Я уже давно наблюдала за Лакюс, в поисках способа убить её… Обычные средства не обошли бы её защиту, так что пришлось прибегнуть к комбинации магии и яда. Только так возможно добиться успеха. Даже тебе наверняка не удастся выстоять под действием множества ядов, верно? Эвилай, твой выход.

— Хорошо.

Растерянная, униженная и опечаленная. Боль была не единственной эмоцией, отражавшейся на лице Лакюс, более же всего среди них выделялась её неспособность понять, что вообще происходит. Эвилай применила на неё заклинание.

— Я поняла. [Снижение Сопротивлений]… Не прошло. Она защитилась.

— Ещё раз.

Гагаран обрушила очередной удар на живот Лакюс, который та пыталась защитить, сжавшись, напоминая собой черепаху, прячущуюся в панцирь. Тиа достала очередной шип и вонзила его в Лакюс без всяких колебаний.

— [Снижение Сопротивлений]… хорошо. Теперь — [Очарование]. Готово. Хорошая работа, ребята. Мы справились.

Гагаран и Тиа отстранились от Лакюс.

— Лакюс, немедленно исцели себя.

— Да, принято. Тиа, можешь помочь мне вытащить это?

Лакюс говорила так, словно ничего не произошло. Ужас перед контролем разума заставил Клайма дрожать от страха.

Как раз когда Тиа собиралась сделать это, Эвилай подняла голос, дабы её остановить.

— Не надо. Если ты причинишь ей боль сейчас, тебя расценят как врага, и магия может быть развеяна. Лакюс, прости, но постарайся вытащить их сама. Они не должны были засесть слишком глубоко.

— Они требовались лишь для введения яда, так что сами шипы не слишком толстые… они из того типа, который становится неэффективен, если бы ты носила броню.

— Я знаю, но чтобы вытащить их самой, всё еще потребуется некоторая решимость.

Лакюс прикусила губу и выдернула шип. Тотчас она начала использовать исцеляющую магию на рану.

— Гагаран. Распахни окно, пусть слегка продует… Что же нам делать с кровью на полу?

— Большая часть крови впиталась в её платье, так что пролилось совсем немного. Не стоит беспокоиться об этом.

Реннер ответила спокойно. Все здесь общались в столь расслабленной манере, что Клайм ощутил, словно видит перед собой иллюзию. Его словно внезапно перенесли в какой-то незнакомый мир.

— Ваа. Совсем не потрясена. А я всегда догадывалась, что у тебя есть мужество.

— Я так не думаю… Реннер заговорила с озадаченным выражением: — Я просто подумала, что никто из вас не станет нападать друг на друга, без всякой на то причины… но контроль разума действительно пугает… Клайм, что скажешь об этом?

— Да, я подумал так же.

— Итак… можете сказать нам, зачем вы это сделали?

— А что если я отвечу, что не собираюсь?

— Разве ты не собираешься хотя бы извиниться за испачканную комнату?

Кажется, Эвилай засмеялась под своей маской.

— Хорошо, мне нечем возразить на это. Причина проста. В сравнении с Королевством, да и чем-либо ещё, мы ставим жизни своих товарищей намного выше. На этом всё.

— В любом случае, решение защищать столицу приняла только демон-босс. В душе мы противились этому с самого начала.

— Но если бы мы сказали ей прямо, эта упрямица определенно заявила бы "тогда я стану защищать город сама" или нечто подобное. Поэтому мы пришли к выводу, что нашим единственным выбором остаётся насильно увести её, но в открытую похитить её было бы не так просто. У нас не было уверенности в возможности обманом заставить её уйти, поэтому, хотя нам следует извиниться перед Вашим Высочеством за совершённое, мы не могли отказаться от такого случая.

Тиа и Гагаран пожали плечами в согласии. Вероятно, это было решение всех членов команды Синяя Роза, кроме Лакюс, разумеется. Брейн ещё не вернулся, так что Тина, должно быть, всё ещё его отвлекает.

— Но так или иначе, это было уже чересчур.

— Аааах, я тоже так и сказала, но эти ребята…

— Вышло бы плохо, если бы она подняла бдительность, отказав нашему предложению… для поимки демо… для поимки Лакюс, требовалось сперва полностью лишить её защиты. Я говорю это, полагаясь на свой опыт.

— Значит, за происходящим крылась целая схема?

— Ага. Мы использовали пять видов яда, не позволили ей взять оружие, прибегли к ослабляющей магии, и всё еще вынуждены были положиться на удачу, наблюдая за тем, возымеет ли силу очарование. Вот почему нам пришлось пройти через все эти трудности, ведь если пропустить хотя бы один элемент, то провал оказался бы обеспечен. Итак, — Эвилай сложила вместе ладони, — по возвращении Тины, мы направимся в гостиницу [Телепортацией], заберём вещи Лакюс, а затем телепортируемся из этого города.

Эвилай взглянула на Клайма и Реннер.

— …Эй, подобный шанс не выпадает дважды. Вы ведь знаете, ребята, я могла бы взять вас с собой? Буду честна с вами, эта страна обречена, а судьба, что ожидает принцессу обречённой страны, отнюдь не будет сладкой. Это может оказаться вашим последним шансом бежать.

Клайм непреднамеренно посмотрел на Реннер.

Разве именно не на это он надеялся?

При помощи телепортации, они смогут спастись, даже когда город окружат. Кроме того, сказанное Эвилай было правдой. Какая бы судьба не ждала Реннер, она не будет благосклонна к ней, и никакого иного выхода из этой ситуации он не видел. В конце концов, их враг был государством нежити, топчущим жизни невинных.

— Я хотела бы спросить. Куда вы направляетесь?

— Для начала, нам предстоит покинуть эту страну. А что потом… мы двинемся на северо-восток, я полагаю? Если мы продолжим идти в том направлении, то там будет страна, обратившаяся в руины давным-давно. Её столица… мы прибудем в руины, зачищенные огнём. Поскольку то место очень далеко, нам предстоит телепортироваться много раз. Мммм, в любом случае, это очень далёкие земли, ни один из вас о них не слышал.

— Ясно…

Реннер слегка склонила голову. Неужели она колеблется? Немного погодя, она выпрямилась, подняв голову, словно подготовила решительный ответ.

— Спасибо вам, но я не могу уйти.

— Ясно…

Эвилай не стала продолжать.

Чувство паники охватило сердце Клайма. Если таково её решение, то судьба Реннер уже высечена на камне. Это всё, о чем он мог сейчас думать.

Истинная верность. Разве не именно это продемонстрировали члены Синей Розы? Разве не должен он отвести Реннер в безопасное место, независимо от того, придётся ли ему прибегнуть к силе?

Чтобы освободиться от захлестнувшего волной отчаяния, он посмотрел на Реннер; её улыбка сказала ему, что она полностью его поняла. Это было то самое выражение, которое украшало её лицо каждый раз, когда она собиралась выложить истинное положение дел.

— Клайм. Как представитель королевской династии, я должна выполнить свой долг, даже если это будет стоить мне жизни.

Он ощутил, словно его только что ударили.

Хотя существование самой личности Реннер было важным для него, не менее важным был и её статус, как его благородной госпожи.

В подобных случаях необходимость выполнять свои обязательства перед королевской семьёй было совсем не к добру. Но Реннер, как представитель королевской крови, как человек, заботящийся о своём народе, желала оставаться верна своему благородному статусу до самого конца.

В сравнении с ним, тем, чьи мысли заключались лишь в поиске спасения, сколь великодушной она была?

И тогда Клайм принял решение.

Он примет на себя ответственность до самой смерти сделать всё возможное, чтобы продлить жизнь Реннер, пусть даже всего лишь на секунду. Он сложит свою голову в борьбе с армией Колдовского Королевства, служа щитом Реннер до последнего вздоха.

В то время как Клайм собирался с мужеством, он услышал, как Эвилай тихо промолвила: "как шумно". Стук доносился сквозь открытую дверь, на пороге вскоре показались Брейн и Тина, с полными подносами в руках.

— Мы нашли и принесли несколько десертов.

— Поскольку тот парень позади меня постоянно мне докучал, у нас ушло время, чтобы всё подготовить… Что? Какого чёрта тут произошло?

Хотя окна открыли, Брейн всё же сумел уловить ещё державшийся слабый запах крови. Он сместил к земле центр тяжести, бдительно осматривая комнату.

— …леди вон там. На твоём платье кровь… случилось ли что-то подозрительное?

— Нет…

— Не беспокойся об этом. Просто узнай у Её Высочества, когда мы уйдем.

Гагаран прервала Лакюс. Поскольку он ещё чувствовал себя неуверенно, Брейн бросил взгляд на Реннер. По одному его взгляду читался вопрос: "всё ли в порядке?" Если бы Реннер ответила отрицательно, вероятно, он немедля обнажил бы меч.

— Все хорошо. Нет причин быть настороже.

Взгляд Брейн обратился к Клайму.

Клайм ответил в той же манере, что и Реннер.

— …это так? Тогда, рад это слышать.

— Ах, да. Брейн Англаус, у меня есть к тебе вопрос. Не желаешь убраться из этого места?

— …что?

Услышав вопрос Эвилай, Брейн принялся повторно осматривать комнату.

— Что эти двое собираются делать? Брейн ответил вопросом на вопрос, а его взгляд метнулся в сторону Клайма и Реннер. Его губы изогнулись в улыбке, когда Эвилай покачала головой. — Вот как. Ну в таком случае — нет, нет, в любом случае, я бы не выбрал бегство — нет никакого смысла… честно… когда-то я сказал, что выбираю путь наименьшего сопротивления, а теперь похоже, что так оно и есть.

— …В самом деле? Я полагала, что ты ответишь именно так, и, похоже, что оказалась права.

Члены Синей Розы собрались возле Эвилай и внезапно исчезли, словно прощание уже осталось позади. Все, что напоминало о том, что они ещё недавно стояли здесь, был слабый запах крови и чёрный чай на столе.

Это прощание должно стать для них последним, хотя оно и закончилось столь внезапно. Но представляя ту боль, которую должны были испытать эти двое при мысли о неминуемом расставании, вероятно, нельзя было выдумать лучшего способа попрощаться.

Однако таковы были мысли Клайма, но не Реннер.

Наверное, её потряс сильный удар, так как же ему приободрить её? Клайм украдкой глянул на Реннер и заметил, что она пребывает в полном безразличии. Нежной улыбки, которая обычно видна на её лице, сейчас не было: она словно надела маску.

Должно быть, потрясение оказалось для неё слишком велико.

Клайм стал рядом с ней.

— Принцесса, могу представить тот шок, что вы сейчас испытываете, но…

Он не смог завершить предложение. Точнее стоит сказать, что он не желал его завершать. Хотя ему хотелось сказать, что он желает остаться с ней до самого конца, как он мог сравниться с авантюристом адамантового ранга, бывшей благородной леди и подругой Реннер. Тем не менее, ему следовало как-то скрасить горе принцессы, так что он вовсю напряг свой мозг.

Наверное, его эмоции в значительной мере передались и ей, поскольку выражение лица Реннер внезапно поменялось. На её лице снова засияла обычная, нежная улыбка.

— Я в порядке~ Клайм… Забудем про это, господин Брейн, у вас есть важные дела, не так ли?

— Аххх… В таком случае, Ваше Высочество, Клайм. Пришло время и мне попрощаться с вами. Я прошу прощения, но должен буду вас немедленно покинуть.

Что это за внезапное развитие событий?

Клайм не мог понять, о чём думает Брейн, так что он спросил.

— Куда ты собираешься?

— Хммм? Я собираюсь вызвать Короля-Заклинателя на поединок. Ммм, почти наверняка я проиграю, но полагаю, что по меньшей мере, я сражу одного из его подопечных.

Брейн вытащил меч, подвязанный к его поясу, подав его Клайму со словами: — Возвращаю это.

— Чт!? О чём ты таком говоришь!? Единственный, кто достоин носить этот меч, это человек, унаследовавший волю господина Стронофа! Брейн!

— Эй эй, разве я не говорил тебе тогда? Я не наследовал его волю. Прежде всего, это национальное сокровище, верно? Такой предмет не подходит кому-то недостойному, вроде меня. Госпожа, вы уж простите, но верните меч Его Величеству.

— Я поняла.

— Госпожа!

— …Клайм, господин Брейн уже принял своё решение.

— Как и ожидалось от принцессы, вы хорошая женщина. К слову, я так и не сумел понять женщин. Ммм, как бы мне выразиться. Брейн выпрямился. — Наверное, это будут мои последние слова вам. Принцесса, я наслаждался каждой проведенной здесь минутой. Клайм… в тот раз, мне действительно повезло столкнуться с Себасом и тобой. Эта встреча привела меня в чувство… я признателен вам за это.

Брейн повернулся к ним спиной и пошёл вперёд.

— Ты и Газеф, для меня было большой честью встретить вас обоих.

На последнем слове силуэт Брейна скрылся за дверями комнаты.

— …Почему всё закончилось именно так… Король-Заклинатель… если бы только тебя не существовало…

Всё вокруг Клайма обращалось в пыль. Всё, что было ему так дорого, мир у него забирал и даже самая ценная вещь в его сердце остаётся с ним теперь совсем ненадолго. Её час уже близок.

— Клайм, я бы хотела сперва передать этот меч отцу.

Депрессивное настроение овладело им, но эти слова заставили его отступить. Действительно, всё время до этого момента он следовал клятве использовать все свои силы ради спасения женщины, что подарила спасение ему, ради самого значимого человека в его сердце.

— …скажи, это, то, умм. Звуки, исходившие изо рта Реннер, совершенно не соответствовали воцарившейся в комнате атмосфере. — Могу я немножко подержать меч?

— А? Да, конечно!

Он передал меч, и Реннер обнажила его.

— А он довольно тяжёлый.

Реннер вернула ножны Клайму. Клинок Лезвия Бритвы был столь остр, что мог резать броню, как бумагу. Прежде, чем Клайм успел сказать "это опасно", Реннер начала размахивать мечом.

Клайма эта сцена слегка шокировала. И правда, из-за тяжести оружия, её движения казались неуклюжими, край меча даже задел половицу. Но так было лишь потому, что ей недоставало силы, дабы удержать меч, однако её тренированность всё ещё показывала себя в движениях и стойке. Он мог ощутить остроту лезвия на расстоянии. Если бы неопытный человек стал размахивать этим мечом, он бы не заставил его сверкать так же, как это происходило в её руках.

— Уффф… Хммм. Я не слишком гожусь для подобного.

— Н-нет, вовсе нет. Я верю, что если вы станете упражняться больше, то однажды одолеете меня в поединке.

— Ты шутишь. Да и кроме того, едва ли я когда-либо вновь возьму в руки меч.

Реннер вложила меч в ножны, полученные от Клайма, а затем вернула их ему.

— А теперь, давайте отправимся к моему почтенному отцу, но прежде… — Реннер взглянула на себя.

— Мне потребуются некоторые приготовления.

***

Брейн Англаус ступал по опустевшим улицам столицы. Обычно эти улицы кишели жизнью, но сейчас здесь нельзя было встретить ни единой души. Все попрятались по своим домам в страхе пред Королём-Заклинателем, но Брейн хорошо понимал, что это не принесёт им спасения.

Брейн пробыл с Реннер достаточно долго, чтобы узнать, что у Короля-Заклинателя нет причин щадить столицу.

Однако спроси его кто-то: "как нам спастись?" — и он не смог бы дать ответа.

Если бы все сговорились и ринулись бежать из города во все стороны, наверняка некоторым удалось бы выбраться живыми. Это единственное, что он мог посоветовать.

Брейн взглянул на постройки вдоль улицы, каждая дверь и окно были наглухо закрыты. Должно быть, их заколотили гвоздями изнутри, так что войти было бы непросто.

"Теперь…за этими дверями, вероятно, уже есть жертвы самоубийств или даже целые мертвые семьи…"

Просто не могло оказаться иначе.

Слухи уже разнесли тот ужас, что посеяла армия Короля-Заклинателя.

Он подумал о том, как бы всё могло обернуться, будь на то воля богов. Если бы каждый житель воспрял бы во имя возмездия — путь даже это бессмысленно, но возможно, это припугнуло бы врага. Чтобы такое случилось, кто-то должен был собрать людей под единое знамя.

Если бы это сделала принцесса, то у неё могло бы получиться, но не похоже, что она хотела браться за такое.

"Будь здесь не я, а он, могло ли всё обернуться иначе…? Пожалуй."

Он полностью осознавал, что у них нет ни единого шанса на победу в битве, — Брейн видел это в его глазах, когда тот вёл за собой армию из 400,000 солдат. Он не мог представить себе тогда, что у них была хотя бы 0.01% — нет, 0.000001% или даже 0.000000001% вероятность победить.

Занак мог вести их на верную гибель, но это происходило не из-за пустых надежд. Ему просто оставалось лишь отыграть лучший из всех доступных для него сценариев.

…ровно то же самое предстояло сделать и Брейну.

Брейн засмеялся в своём одиночестве, как вдруг внезапно что-то почувствовал.

"Неужели воздух… переменился?"

На самом деле, ровным счётом ничего не поменялось, столица пахла как и раньше, но кое-что ощущалось иным. Это та самая вещь, к пониманию которой способный подойти лишь воины, пережившие множество битв на краю гибели. Это отличалось от резкого запаха в носу, оно была чем-то вроде психологического чутья.

Тот самый запах, что они ощутили в тот раз с Клаймом, взирая на ночное небо Э-Рантела.

Аромат потерь и поражения.

"Могла ли армия Короля-Заклинателя наконец сделать свой ход?"

Лишь эта единственная причина, приходившая ему на ум, позволяла объяснить внезапную перемену.

Пришло время для его последней возможности.

Если Брейн не станет прибегать к особым уловкам, дабы приблизиться к Королю-Заклинателю, вероятность встретиться с ним окажется крайне мала. Нет, это неверное заключение — правильнее сказать, что тогда он вовсе не сможет до него добраться.

Однако некоторый шанс достигнуть цели может подвернуться ему посреди хаоса битвы. Разумеется, это зависело от степени охраны вражеского лагеря. И всё же, чтобы растоптать столь большой город, как столица, потребовалось бы создать разрывы в построении и, следовательно, снизить общую защиту.

Брейн остановился, дабы обдумать свой следующий шаг, и тогда заметил, что опорные конструкции побелели.

Казалось, словно крепостную стену облили белой краской.

Издалека донеслись стоны.

Осада началась. Стоны доносились из временных убежищ, сооружённых для беженцев из других городов, рядом с опорными конструкциями. Целью врага должен стать замок, так что вероятно, что не будет никаких беженцев на пути к Брейну — на пути к замку.

"Как мне поступить? Возможно, лучше отбросить изначальный план, раз осада уже началась?"

Его изначальный план заключался в том, чтобы сперва покинуть столицу, а затем ждать момента, когда армия врага войдёт в город. Он намеревался проскользнуть мимо армии в хаосе осады, дабы подобраться поближе к Королю-Заклинателю.

Однако если враг уже вторгся в город, ему предпочтительнее сейчас спрятаться, переждать, пока противник пройдет мимо, а затем выйти за городские стены.

Но если он поступит так, то с большим шансом Король-Заклинатель предпочтёт покинуть свой лагерь. Ему следует сперва выяснить, где находится Король-Заклинатель, чтобы не тратить время, преследуя пустоту.

Быть может, ему стоило укрыться возле замка и подождать, пока Король-Заклинатель не введёт армию внутрь, а потом нанести удар.

Хорошо, в любом случае…

"Все эти стратегии предполагают, что я должен спрятаться."

Стоит сказать, что он не обладал превосходными навыками маскировки, как вор или убийца. Но всё будет в порядке, если он укроется от глаз врага.

Пока он раздумывал над лучшим способом спрятаться, городские ворота начали рушиться. Белые осколки, полетевшие во все стороны от ворот, отражали свет столь ярко и прекрасно, что Брейн замер, не в силах скрыть своё восхищение, даже в подобной ситуации.

"Может ли это… быть каким-то умением?" — но подумав над этим, он вспомнил, что имеет дело с Королём-Заклинателем, тем, кто способен призвать самых ужасающих существ. Нет ничего необычного для него с такой точки зрения.

Крошечная точка прошла сквозь разрушенные врата. Она казалась столь крошечной, лишь потому, что была далеко, но в сравнении со средним человеком, вошедший должен был казаться гигантом.

Несмотря на то, что он переступил порог, ни один солдат не выбежал его встретить. Тому была только одна причина.

Все они уже мертвы.

Брейн содрогнулся всем своим телом.

Перед ним стояло что-то вроде необычайного монстра.

Фигура существа постепенно росла в размерах, оно шагало медленно и уверенно.

Выражение лица Брейна исказилось.

Это существо обладало невероятной физической силой, так что его скорость должна быть соответствующей. На пересечение пустынных улиц у него не должно уйти много времени, так почему он совсем не торопится…

"Аххх, в самом деле. Они уже пробили оборону столицы, так что устроить резню для них несложно. У них есть столько времени, сколько они пожелают!"

Тогда выходит, что для врага совсем не странно действовать столь расслабленно.

Однако… Брейн прищурился и вгляделся в медленно приближающегося и всё ещё отдалённого оппонента.

Они стояли на той самой улице, где его подобрал Газефф и силой поволок за собой.

Та самая улица, где он вместе с Клаймом совершал рейд на заведение Восьми Пальцев, где они повстречали Себаса.

Именно по этой улице он вёл детей, которым предстояло стать следующими воинами-капитанами.

И теперь по этой дороге небрежно топало чудовище. Оно топтало дорогу, по которой Брейн шел вместе со всеми, кто был ему дорог.

Непростительно.

Брейн изменил свои планы. Его более не беспокоил Король-Заклинатель. Прямо здесь, прямо сейчас этот монстр перед ним…

…он поклялся, что заставит его заплатить.

Дети, которых защищал Брейн, уже покинули это место.

Интересно, благополучно ли они выбрались? Они словно семена, которые он посеял на будущее, источник его спокойствия. Пожалуй… был шанс в одну сотую, нет, миллионную, что кто-то из них вырастет и станет достаточно сильным, чтобы сравниться с Королём-Заклинателем. Ему полегчало от этих мыслей, похожих на иллюзорные мечты.

Брейн стоял посреди дороги и ждал, когда его противник подойдёт ближе.

Наверное, это было невероятно глупой идеей.

Что ему следовало сделать, так это спрятаться и ждать, когда ему выдастся возможность отомстить Королю-Заклинателю, а не выходить против монстра, выступавшего в роли авангарда.

Наблюдатель мог бы сказать ему что-то вроде: "Смотри шире, не делай подобных глупостей".

Однако Брейн живёт путём меча, так что он скорее предпочтёт слепо бросить всего себя в пыл боя.

Прошло немало времени, и наконец на таком расстоянии он смог разглядеть большинство особенностей своего противника.

Оппонент не был человеком.

Тем не менее, он нутром понимал, что этот светло-голубой гигант принадлежал к расе, превосходящей людей.

И вдруг…

"…Какой холод."

От противника в его сторону подул ветер, температура которого была сравнима с холодом морозного зимнего дня. Всё тело Брейна задрожало, не от того, что он ощущал какую-то жажду крови или гнетущую ауру, но только лишь от холодного ветра. Белый пар, выдыхаемый Брейном, доказал отсутствие иллюзии.

— Что за…?

Не сдержавшись, пробормотал он себе под нос.

Исходил ли этот холодный воздух от его противника? Теперь, когда он подумал об этом, те ворота прежде… разве они не были окутаны льдом и затем разбиты на части?

"Невероятно…"

Эти ворота вовсе не были маленькими. Если это он на самом деле постарался, то сфера принадлежности монстра всерьёз ужасала его.

Говоря об этом… он уже знал.

Брейн покрепче сжал рукоять своей обнажённой катаны и ожидал своего противника.

Его руки трясло, не из-за волнения или холода, — причиной тому была определённая эмоция.

Известная, как страх.

Вновь и вновь он стенал в своём сердце, сердце, которое велело ему сбежать и забиться в угол. Этот здоровяк пусть и был монстром, но когда он шагал и нёс в одной руке свою алебарду, то излучал ауру воина. Если бы он свернулся калачиком где-то в стороне, то, быть может, его бы проигнорировали, как какой-то булыжник.

На самом деле, он чувствовал, что в домах, стоящих по сторонам улицы, кто-то жил, но никто не хотел в это вмешиваться.

Поэтому… Брейну, возможно, следовало поступить так же.

Если он так поступит, то ему, может, сохранят жизнь.

Но… его ноги отказывались двигаться.

Он не убежит от этого монстра.

Он собрал всю силу в одной руке, крепко держащей рукоять, а другой вдарил себе пощечину.

— Вот так!

Больше он не дрожал. Теперь он решился, телом и духом.

Хотя он уже заметил присутствие Брейна, бледно-голубой гигант продолжал двигаться в прежнем темпе.

С уменьшением дистанции между ними, давление, излучаемое этим существом, держащим в одной руке алебарду, всё усиливалось. Брейн сглотнул слюну.

Он ждал так, чтобы преградить путь светло-голубому гиганту.

Из-за его подавляющего присутствия Брейн не сразу заметил, что позади этого гиганта были женщины. Они носили всё белое, а их кожа была бледной, у них были длинные черные волосы, и от них также исходил несущийся к нему леденящий ветер.

Он чётко ощущал их взгляды, прикованные к нему.

Пока что враг не предпринимал никаких действий против Брейна, стоящего у них на пути.

Брейн снял флакон с пояса и опустошил его за один присест. Затем в ход пошёл ещё один, и ещё. Всего Брейн применил на себя три типа магических усилений.

Хотя само то, что он выпил зелья, можно считать проявлением агрессии, не было похоже, что его противники собирались сразу атаковать. И всё же он чувствовал от них нечто, похожее на боевой дух.

Расстояние между ними сократилось до примерно пяти метров.

"Эй-эй-эй. Очередная отвесная скала, которую нужно преодолеть, да?"

На таком расстоянии Брейну стало ясно, что его противник был полностью превосходящим его существом. Он достиг высот, о которых Брейн даже не надеялся. Брейну, который лишь мизерно улучшил свои способности в сравнении с прошлым, это было существом, против которого совершенно не было шансов на победу.

И даже так.. пусть он и понимал это, он всё ещё отказывался сбегать.

Его противник остановился.

Между ними было метра три.

Учитывая длину его руки и алебарды, Брейн уже находился на дистанции его атаки.

— …Брейн Англаус.

Он озвучил своё имя, принял стойку, подняв меч перед глазами, и сосредоточил разум.

— Я. Кто. Служит. В. Стане. Армии. Верховного. Существа. Его. Величества. Аинза. Оал. Гоуна. Коцит.

На мгновение от шока Брейн выпучил глаза.

Вероятно, дело было в имени его противника. Он вообще не ожидал получить ответа.

Он был удивлён, но также чувствовал некое дежавю.

"Какого?" — ему казалось, словно он уже слышал это имя раньше, но он никак не мог вспомнить, когда. Может, он просто слишком зацикливался на этом.

И затем, Брейн почувствовал невыносимый стыд за то, каким грубым он был.

Противник был готов ответить ему, но он оказался настолько груб, что позволил себе погрузиться в свои мутные воспоминания.

Он задумался потому, что его противник был чудовищем, которое он даже и не надеялся победить, возможно, он был столь же силён, как и Себас или Шалти Бладфолен. Это означало, что для его противника он был не более, чем муравьём под ногами. Но несмотря на это, его противник не относился к нему, как к низшему существу.

А если бы они поменялись местами, то как бы повёл себя Брейн? Он бы, вероятно, без особого внимания просто зарубил бы его и пошёл бы дальше. Брейн, по сравнению с ним, оказался настолько ничтожным, что, вероятно, даже не был в состоянии оставить ему хоть какое-то впечатление о себе.

Брейн выпрямил спину, и тихонько опустил голову, как бы это делал ученик перед своим учителем.

— Большое вам спасибо.

— Нет. Необходимости.

Брейн крепче сжал рукоять катаны. Сильнее, ещё сильнее.

Выступая без плана против существа, которое обладало подавляющей мощью, он словно пускает на ветер силы всех тех, кто спасал его. То, что он делал сейчас, не отличалось от самоубийства.

К тому же, если бы он подумал об этом, то сколько пользы будет от того, что он остановит сейчас врага?

Вообще никакой.

И всё же…

"Я такой глупец, этот почтенный Коцит не мог быть единственным, кто напал на этот город. Я подвёл этих двоих… нет, я больше не ребёнок. Моё будущее будет таким, каким я сам его сделаю. Верно… всё в моих руках и только в моих."

Смотрящий на Брейна Коцит воткнул свою алебарду в землю.

— …Императорский. Клинок. Богоубийца.

Коцит достал из воздуха огромную катану, значительно длиннее роста Брейна, и принял стойку, замахнувшись ей над головой остриём вперёд.

Так выражалась честь.

Слова не требовались. Коцит уже показал своё желание разрешить дело на мечах.

Брейн тяжело выдохнул и вновь мгновенно вдохнул. Словно он пытался удалить весь воздух из своих легких.

Он был полностью беззащитен, когда делал это, но Коцит даже не на дюйм не сдвинулся. По его позе Брейн мог сказать, что тот очень уважал его.

На высшем уровне была не только его сила, но и характер.

Если он сравним по силе с тем монстром, Шалти, то он наверняка способен использовать своё оружие на скоростях, намного превышающих всё, чего мог достичь Брейн, даже из такого вертикального положения. Несмотря на это, Коцит так и оставался стоять в своей стойке.

И не потому, что он расценивал Брейна, как грозного противника.

Но из-за того, что Брейн решился, Коцит относился к нему с честью воина.

Это обрадовало Брейна.

"Он не такой же, как Шалти."

Нет, было бы грубо с его стороны сравнивать их.

"Хмм? Шалти? Коцит? Клянусь, я уже где-то слышал это имя… я думаю… Нет, нельзя! Как в такой момент ты смеешь тратить время на подобные бесполезные мысли? Ну что за идиот."

Брейн сконцентрировал все свои мысли исключительно на способе победить.

Парировать нисходящий удар меча этого гиганта, несомненно, будет сложно. Если он столь же физически силён, как Шалти, то сам Брейн, приняв удар на свою катану, не сможет остановить его. Его голову, скорее всего, разрежет напополам, а катана сломается.

Значит, он должен попытаться увернуться от первого удара Коцита.

Нет, даже если ему повезет уклониться от первой атаки, его противник на этом не остановится. Наверняка, после первого последуют второй и третий удары. Стандартная стратегия — отклонить первый удар и контратаковать, пока противник восстанавливает равновесие. Однако против этого необычного врага понадобятся все силы Брейна, чтобы хотя бы нарушить его равновесие и стойку. А получается, что даже если ему это удастся, у него не останется сил на контратаку. Так что, Коцит, вероятно, просто закончит бой последующим ударом снизу-вверх.

Это означало, что…

"Мне нужно выбраться из практически безвыходной ситуации, да?"

Он запомнил то, что Вестур сказал ему.

Если он хотел победить Коцита, то ему ничего не остаётся, кроме как нанести удар за несколько миллисекунд быстрее него. Так что, даже если ему удастся пронзить тело или голову Коцита, направление клинка последнего не изменится. Схватка закончится, когда они оба ударят друг друга.

Поэтому он должен был нацелиться на запястье руки Коцита, которой он держит клинок.

Желание двигаться быстрее монстра, такого как Шалти, и отрезать его запястье было просто какой-то шуткой.

Но…

"Это мой единственный вариант, у меня даже выбора нет, есть только это…"

Брейн пригнул свою талию.

Он встал в стойку для техники, с которой он смог отрубить ноготь Шалти Бладфолен — Тайное Искусство Меча: Маникюрщик.

…Нет.

Это уже было не просто Тайное Искусство Меча: Маникюрщик.

Изначально "Маникюрщик" был просто приёмом, включавшим в себя такие боевые искусства: [Поле] — гарантирует попадание, молниеносно быстрая [Божественная Вспышка], и [Четырёхкратный Разрез Света]. И, чтобы отрезать ноготь Шалти, Брейну пришлось приложить все его силы, дабы последовательно использовать эти навыки. Конечно, отрезать её ноготь было уже огромным достижением… и не было бы даже странно, если бы это стало легендой, описываемой в истории. Однако Брейн не остановился на достигнутом, он продолжил двигаться вперед с единственной целью - достигнуть того же пика, что и она.

Именно поэтому Брейн стремился стать сильнее и зашёл так далеко, что попросил помощи у `него`, учителя Газефа Стронофа, бывшего авантюриста адамантитового ранга — Вестура Кроффа ди Леогана. Благодаря его помощи и непрерывным тренировкам он наконец смог использовать [Шестикратный Разрез Света]. Жаль, в понимании этого приёма он не смог сравниться с Газефом.

Так что, хотя он всё так же использует [Поле] и [Божественную Вспышку], вместо [Четырёхкратного Разреза Света] он применяет [Шестикратный Разрез Света], что делает это новой техникой.

Боевые искусства используют нечто похожее на концентрацию. И чем мощнее было боевое искусство, тем больше её требовалось. Среди воинов были исключения — воины более высокого уровня, и хотя они обладали бóльшим запасом концентрации, для них всё ещё было трудно использовать сразу несколько боевых искусств. Верно, у Брейна был бóльший запас концентрации, чем у среднестатистического воина, но он уже достиг своего предела, когда использовал "Маникюрщик" против Шалти.

Так что он не должен быть в состоянии использовать [Шестикратный Разрез Света], искусство более требовательное к концентрации, чем [Четырёхкратный Разрез Света], одновременно с остальными своими боевыми искусствами.

Была только одна причина, почему он мог сделать это, несмотря на всё вышесказанное.

Брейн Англаус, который стоит тут сейчас, уже превзошёл Газефа Стронофа, - он стал героем.

Кульминацией всего этого стала новая техника Брейна — Истинный Маникюрщик.

Коцит двинул ногу вперед, чтобы сократить расстояние между ними, которое было довольно небольшим.

Учитывая разницу в их силе, не было странным, что Коцит с легкостью мог бы преодолеть эту дистанцию, рубанув вниз своим мечём.

Зачем он это сделал?

Ответ прост — он хотел дать Брейну подходящую воину смерть.

Его уважение к Коциту, как к воину, вновь возросло, и Брейн принял стойку "Истинный Маникюрщик".

"Ещё… нет…"

"Вне… досягаемости…"

У Брейна были дарованные зельями магические усиления, они делали его значительно сильнее, чем когда он столкнулся с Шалти.

И даже так…

Человек по имени Брейн Англаус даже не мог и надеяться достичь той же силы, что имеют такие монстры, как Коцит.

Он ничего не мог с этим поделать. В конце концов, муравей ни за что не сможет победить дракона. С этим было трудно смириться, но он должен был это сделать.

И всё же он не хотел проигрывать. Что ему делать? Было бы неплохо уменьшить тот подавляющий разрыв в силе между ними, пусть и хотя бы немного, но как?

" …Я воин, так что я должен поступать как воин."

— …[Усиление Способностей].

Брейн активировал боевое искусство.

Он потратил все свои силы на технику "Истинный Маникюрщик", ему не должно было хватать на другие боевые искусства.

Однако… Глаза Брейна налились кровью, и кровь так же начала течь из его ноздрей. Его капилляры только что лопнули.

Раздался глухой звук, предвещающий изменения. Его физические способности поднялись на порядок.

Он активировал ещё одно боевое искусство.

Его физические способности вновь усилились.

Однако… "Ещё… нет…"

Даже так, он всё ещё не мог сделать это.

Тогда, что ему делать?

Был лишь один ответ.

Брейн активировал очередное боевое искусство.

— …[Великое Усиление Способностей].

И вот Брейн Англаус снова достиг чего-то невозможного.

Он и сам этого не знал.

Истинная природа его таланта заключалась в увеличении ёмкости концентрации, именно поэтому он смог применять боевые искусства для техники "Маникюрщик" и, подняв уровень, сумел применять боевые искусства для техники "Истинный Маникюрщик".

Но даже так, и у Брейна были свои лимиты. Он не сможет использовать ещё больше боевых искусств, то было ограничение, наложенное на него миром.

Но вдруг, в этот момент… Брейн снова нарушил правила этого мира.

Это уже второе чудо.

Первым было, когда он сумел отрубить ноготь Шалти.

А второе - сейчас.

Последствием нарушения законов стало то, что его тело начало саморазрушаться.

Его тело, возможно, не продержится и минуты.

Однако для сильных существ минута длилась долго.

Коцит наступал…

В радиусе поражения Брейна…

Императорский Клинок Богоубийца в агрессивной стойке…

Брейн обнажил свою катану и нанёс встречный удар…

А затем…

…Послышался звук рассечения плоти.

После этого Коцит взмахнул Императорским Клинком Богоубийцей, стряхивая с него кровь и жир, и вернул его на своё место. Он достал алебарду из земли и взглянул на труп человека, которого только что убил.

Он является… был отличным воином.

Коцит был невредим. Катана Брейна не смогла достать его, тем не менее, его навыки воина заслуживали похвалы.

"…Никогда. Я. Ещё. Не. Слышал. О. Таком. Превосходном. Воине…"

Было очень жаль, что ему пришлось убить его.

Если бы это было возможно, он бы хотел спасти его жизнь и позволить ему присягнуть на верность его господину. Он мог легко сломать меч противника, принять на себя его удар или сломать все его четыре конечности, но это не был путь воина.

Коцит почувствовал это, ещё когда только увидел его, стоящего вдалеке одного, и понял это ещё сильнее, когда встретился с ним лицом к лицу: это был воин, который решился.

Коцит не мог опозорить такого человека.

Он четко понимал выгоды от того, если он приведет его под своё начало, но всё равно убил его. Можно было бы даже сказать, что это было предательством Назарика.

Тем не менее.

Он хотел поговорить с ним столкновением клинков.

Если бы тут был Воин Такемикадзучи, он бы наверняка похвалил бы Коцита за его решение.

"По. Уровню. Он. Был. Примерно. 40."

Однако он чувствовал, что кроме этой единственной атаки в нём больше не оставалось сил. Возможно, эта техника была похожа на его "Удар Видья-раджи", или он использовал особые способности, чтобы усилить себя.

Он был незначителен в сравнении с Коцитом, но в этом мире он был силён.

Коцит поднял катану Брейна.

— Я. Возьму. Её.

Среди прочего оружия Коцита этот меч был исключительно слабым - для него он был практически бесполезен. Может, было бы лучше положить этот меч рядом с ним, чтобы отметить его могилу, но Коцит решил взять меч.

Он не особо хотел оставлять его тело таким, как оно есть.

— Вы. Все. Заморозьте. Этого. Человека.

Как только он отдал приказ Морозным Девам, тело человека по имени Брейн начало покрываться льдом.

Как только Коцит собирался перешагнуть через Брейна, он остановился.

Он посмотрел на замок позади Брейна.

— …

Коцит повернул свою голову в глубокой задумчивости.

Он свернул направо и пошёл по пути более узкому, чем предыдущий. Он шёл по дороге, пока не вышел на главную улицу, а затем снова повернул направо. Он шёл, держа замок в поле своего зрения, поворачивая направо на каждом повороте, который видел, пока снова не вышел на главную улицу.

Коцит посмотрел направо.

Останки Брейна теперь лежали довольно далеко.

Молча Коцит повернул налево… в сторону замка.

***

— При-иве-ет, не стойте у меня на пути-и-и…

Прокричала Аура испуганным солдатам на городской стене. Она воспользовалась неровностями укрепления, чтобы мгновенно по нему взобраться.

Хотя солдаты наверху и пытались атаковать её своими копьями, но она сделала что-то абсолютно невообразимое для человека - перепрыгнула через солдат и перевернулась прямо в воздухе…

— Але…

…а затем совершила мягкую посадку на парапете бойниц по другую сторону стены.

— …Оп!

Солдатам, выстроившимся в ряд, она показала руками V-образный жест.

Направленные на выглядящую ребёнком Ауру взгляды были наполнены страхом. Увидев её необычайно лёгкое тело в действии, наверняка никто из них уже не верил, что она была обычным ребенком. К тому же, дело было в ожидавших внизу магических зверях, которых она привела с собой.

Игнорируя людей, Аура не спеша вытащила листок бумаги из кармана на талии.

Солдаты шаг за шагом продвигались и окружали Ауру. Их копья были направлены прямо на неё, но она продолжала игнорировать их.

— Ла-адно, господа. Я ещё разок скажу-у… Не мешайте мне-е…

Аура развернула бумагу, чтобы сравнить столицу перед ней с тем, что было нарисовано на карте.

Если бы все ориентиры совпали, то её было бы гораздо легче читать.

Она быстро нашла Гильдию Магов - своё первое место назначения.

Теперь довольная Аура обернулась, чтобы взглянуть на окруживших её солдат. Наконечники нескольких копий были прямо перед её глазами, и, казалось, что при малейшем движении они коснутся их.

— Послушайте-ка. Пусть я и единственная, кто сюда забрался, но было ли действительно разумно сосредотачивать всё ваше внимание на мне? Вы же понимаете, что они тоже поднимутся сюда?

Солдаты переглянулись, и как ужаленные понеслись к наружному краю стены, но было уже слишком поздно. Один за другим магические звери Ауры взбирались по стене вверх.

Жалкие крики солдат эхом разносились по округе.

Аура обладала более высокой боевой мощью, чем они, и хотя внешность действительно может быть обманчива, они всё ещё не могли с этим смириться.

Солдаты, совсем потерявшие боевой дух, в панике стремились первыми сбежать от неё.

Некоторые солдаты всё еще считали, что они должны защищать эту позицию до последнего, но поскольку их остальные соратники предпочли бегство, им было сложно поддерживать свой боевой дух.

Городские стены были толстыми, поэтому проход между парапетами был довольно широким, но испуганные солдаты всё равно устраивали толкучку в своих попытках сбежать. Если бы они отступали организованно, то сделали бы это быстрее. Но суматошно отталкивающие друг друга спереди солдаты создали совершенный хаос при бегстве.

Хотя магические звери могли бы преследовать солдат и уничтожить их всех, они вовсе не были заинтересованы в этом. Их хозяйка пока не давала им приказ, поэтому все они позволяли солдатам сбежать. Все, кроме одного.

Это был магический зверь 71 уровня, самый огромный среди тех, которых она привела, - Радужный Тиран Василевс. Внешне он был похож на Тиранозавра Рекса, но ещё у него были плавники на спине. Как понятно из имени, он излучал резонирующий свет. Аура не знала деталей, но помнила, что говорил её господин: "изначальный дизайн был основан на Короле Монстров".

(П.П.: Речь о Годзилле.)

Радужный Тиран Василевс зарычал.

Его рёва было достаточно, чтобы задрожала земля.

Рёв был ни для запугивания, ни для выражения собственных эмоций.

Это была особая способность - Оцепеняющий Рык.

Для тех, кто имел бы схожий с ним уровень, либо сопротивления против ментальных эффектов, это было бы просто раздражающим рычанием. И бежавшие солдаты сейчас продемонстрируют то, что случится, если не будет выполнено ни одно из вышеуказанных условий.

Солдаты начали падать, а выражения на их лицах были искажены страхом.

Мгновенная смерть от страха.

Он сделал это не потому, что его забавляло убивать суетливых людишек, просто эта беготня перед глазами показалось ему раздражительной. Солдаты погибли из-за этого.

Однако Радужный Тиран Василевс тоже не остался невредим. Последствия использования такой силы были велики.

Возле Василевса находились пять из шести других магических зверей, которых привела Аура: Фенрир - 78 уровень, Гончая Дикой Охоты - 77 уровень, Кирин - 76 уровень, Амфисбена - 76 уровень, и Василиск - 74 уровень.

Сначала его сзади лягнула Кирин, а затем последовал пинок от Гончей Дикой Охоты. Остальные магические звери также по очереди принялись пинать Василевса.

Вероятно они пытались передать: "Слышь, ты слишком шумный!".

Даже не считая боевой мощи, над ним всё ещё издевались магические звери более высокого уровня. Василевс заскулил, чтобы хоть как-то вызвать сочувствие Ауры, но от этого удары других магических зверей лишь усилились.

Если раньше их удары можно было сравнить с тем, как старичок клуба школит новичка, то сейчас они действительно хотели проучить его.

Кстати, только один монстр не участвовал в этом избиении, - Алчная Лягушка Гагарцпур - 58 уровень.

Этот магический зверь словно вылез прямо из чьего-то кошмара, он выглядел как гигантская лягушка, но… ненормальная. Во рту у него был ряд пожелтевших зубов, а глаза - как у развратного старика.

— Всё-ё! Ребята, я не сержусь, так что хватит издеваться над малышом Радужкой.

Аура упёрла руки в боки и с полуприкрытыми глазами посмотрела на магических зверей. Те начали скулить.

— Ладно, ладно, на вас я тоже не сержусь.

После этих слов все магические звери, кроме Радужного Тирана Василевса, собрались вокруг Ауры и стали прижиматься к ней своими гигантскими телами.

— Миуу~

Аура издала прелестный вскрик. Хотя её физическая сила ничуть им не уступала, но она всё ещё издала такой звук из-за того, что их огромные тела облепили её со всех сторон.

— Эй, эй! Прекраща-айте!

Магические звери начали выстраиваться в шеренгу перед хлопающей в ладоши Аурой… однако, их тела были слишком большими, так что они не смогли построиться в один ряд. Каждый из них нашёл место, куда мог встать, и принял напряженное выражение лица. Теперь уже нигде не было тех игривых взглядов, как когда они тёрлись об Ауру.

— Прямо сейчас мы начнём вторжение в столицу, чтобы захватить несколько вот таких зданий. Однако, к сожалению, не все из вас, детишки, выйдут сегодня на главную сцену.

Речь шла про самого огромного из них, Радужного Тирана Василевса, который теперь выглядел подавленно.

— Для тебя у меня есть особое задание! Пройдись вдоль городских стен и раздави всех людей, которых заметишь.

— ГрОааа…

Рёв Василевса сотряс воздух и постепенно стих. Он низко опустил голову и опасливо посмотрел на остальных магических зверей и Ауру.

— …Ммм, отлично. Итак, ребята, приступить к выполнению операции! Живо!

Аура спрыгнула с городской стены и успешно проникла в столицу. Она приземлилась на крышу какого-то дома и продолжила бежать по крышам.

Затем за ней спрыгнули магические звери. Они следовали за Аурой, двигаясь так легко, словно были невесомы.

Оглянувшись, чтобы проверить своих спутников, Аура заметила, что Василевс размахивал своим длинным и толстым хвостом. Когда Аура помахала ему рукой, тот замахал своим хвостом с ещё большим пылом, случайно уничтожив несколько бойниц.

"…давай уже тоже приступай к заданию!"

Как только она отдала ему телепатический приказ, Радужный Тиран Василевс в секунду подскочил и с грохотом зашагал по стене.

Первым пунктом назначения Ауры была Гильдия Магов. Раз здесь было целое множество магических предметов, то здесь должен быть надлежащий уровень безопасности. И ожидается, что во всей столице именно это место окажет наибольшее сопротивление.

С боевой силой противника проблем не возникнет, но вот чтобы забрать оттуда все магические предметы, понадобится много времени. Возможно, ей придётся вызвать подкрепление.

Такие мысли возникали в голове у Ауры, пока она неслась через столицу по крышам.

Столица была просто огромной, но учитывая нешуточную скорость Ауры, её размеры не были проблемой.

Прошло не так много времени, с тех пор как Аура спрыгнула с городской стены, и вот она уже прибыла к месту своего назначения.

Никто из магических зверей не отстал от неё. Ну, не считая Гагарцпура, из-за его низкой скорости Василиску пришлось везти его на своей спине.

В окружении длинных стен находились три пятиэтажные башни. Гильдия Магов, по сути состоявшая из нескольких длинных и узких двухэтажных зданий, закрыла свои решётчатые ворота. По обе стороны от ворот находились две двухэтажные сторожки.

Снаружи людей она не обнаружила, но заметила их активность внутри. Люди были настороже.

Аура впрыгнула на территорию гильдии и взглянула на карту в своих руках, сравнивая внешний вид зданий.

— Хммм. Это здесь, значит мы на месте, верно?

Благодаря информации, полученной от их людей из Королевства, они смогли набросать примерный эскиз территории гильдии. Магические предметы могут быть где-то тут.

Однако они не были точно уверены в том, где располагались магические предметы, поскольку у них на примете было несколько мест их возможного хранения. Всё же у них не было возможности захватить в плен высокоуровневого мага для допроса, так что Ауре придётся искать самой.

Сколь это ни было утомительно, но, учитывая площадь территории Гильдии Магов, этот способ должен быть более эффективен, чем тактика "людской волны".

— Что ж, пошли.

Аура зашагала к воротам, и в то же время из сторожки к ней вышли несколько человек. Это были пять мужчин и одна женщина. Во главе их стоял старик.

"О", вдруг промелькнуло в голове у Ауры.

Если он занимает высокое положение в Гильдии Магов, то это сэкономило бы ей много времени, но как только она разглядела старика, то не могла не почувствовать разочарования.

Внешне этот старик походил на воина.

Он носил типичную одежду для школы боевых искусств — ниже пояса чёрное, а выше бирюзовое. С пояса у него свисали две катаны, а торс покрывал нагрудник.

Его голова была абсолютно седая, — ни пряди чёрных волос. Руки были достаточно тонкими, что не удивительно для старика, но в них всё ещё была сила. Они были тонкими, но крепкими, прямо как сталь.

Словно хищник, своим пронзительным взглядом он несколько раз сверху донизу оглядел Ауру. Его горделивая осанка говорила об абсолютной уверенности в своих способностях.

— Пожалуй, давай для начала убедимся. Парень, ты служишь Королю-Заклинателю, не так ли?

Аура окинула взглядом людей, стоящих позади старика. Хотя они носили одежду схожую с той, что была на старике, никто из них не имел при себе меча. Тогда, этот старик, наверное, - мастер некой школы боевых искусств, а остальные - его ученики.

Хотя она не понимала, какое отношение школа боевых искусств имеет к Гильдии Магов, но похоже их что-то связывало, раз они пришли защищать это место.

Пусть ей и казалось, что из них она могла бы вытянуть больше информации, чем из среднестатистического мага, но, скорее всего, это будет информация, которая ей не нужна.

— …Почему не отвечаешь? Чтобы ты знал, тебе не стоит ждать снисхождения, даже если ты простой ребёнок.

Он вёл себя так надменно перед Аурой с её магическими зверями, скорее всего, потому, что они ещё не проявляли враждебности или жажды крови. Или, возможно, просто их противники были смелыми, решительными и уверенными в себе.

— Хммм. Знаешь что? Если станешь моим проводником здесь, я тебя не убью. О, и эти малыши тоже не будут на тебя нападать.

Аура собиралась сдержать это обещание, так как Маре в любом случае потом всех их убьёт.

— Дерзкие слова, парень. Дальше тебе дороги нет. Я не могу позволить, чтобы тот призывающий демонов предмет попал в руки таких, как ты.

Не сдержавшись, Аура засмеялась.

Ей уже было достаточно знать то, что тот предмет всё ещё был здесь. Она должна захватить его и вернуть Демиургу.

— А-а, понятно. Так каков будет твой ответ?

— Я отказываюсь. Как бы то ни было, я, Вес…

Раздался глухой звук и старик рухнул.

Аура выпустила стрелу.

Голова старика, пронзённая молниеносной стрелой Ауры, взорвалась как гранат. Всё, что было внутри, разлетелось вокруг.

— У меня нет времени на болтовню… Ну, что ж, теперь вы… кажется, все вы согласны с этим, да? Раз так, не хотите ворваться туда и схватить для меня мага, выглядящего посильнее прочих?

Люди, стоящие позади старика, были ошеломлены. Ауре показалось, что ждать, пока их мозг перезагрузится, слишком сложно, так что решила отдать приказ своим зверушкам.

— Убить их всех.

Сказала она и пошла к воротам. Магические звери пронеслись мимо неё, словно вихрь, и набросились на остальных людей. После этого на земле остались только кровь и внутренности.

***

Маре сел на вторую по высоте башню замка и оглядел сверху столицу.

В битве, которая случилась за три дня до того, как он прибыл в этот город, Маре убил огромное число людей. Тем не менее большинство из них были мужчинами, он не заметил ни женщин, ни детей. В таком случае, тут остались лишь слабые.

Лицо Маре было переполнено печалью.

Он уже и не знал, сколько раз он прогонял эти числа в совей голове.

…он никак не мог понять.

— Что мне делать…?

Будь тут кто-то рядом, то Маре спросил бы у него, но никого не было. Ну, нет, тут были Ханзо, но они не будут показываться перед Маре. Да и спрашивать их было бы бесполезно.

"Эмм. Ч-что мне делать…? Как мне лучше всего разрушить такой большой город и уничтожить всех живущих в нём людей…?

Прежде, чем оказаться в столице, вместе со своим господином Маре уже уничтожил множество городов и имел некий опыт в этом деле. Поэтому он имел чёткое представление о том, насколько сложно уничтожить целый город… и насколько сложно истребить каждого его жителя.

Если вновь и вновь, постоянно использовать магию, можно разрушить все здания в городе и превратить его в руины, но было трудно гарантировать, что в нём будет убито всё живое.

К примеру, если магией вызвать землетрясение, то будут уничтожены как наземные строения, так и подземные сооружения. А люди внутри будут просто раздавлены насмерть, либо похоронены заживо.

Землетрясение, вызванное заклинанием, не могло повилять ни на что, что не попадало в радиус действия заклинания, так что не стоит опасаться, что люди, прячущиеся в домах в других местах, заметят землетрясение. Но вот звуки разрушающихся зданий и крики умирающих людей - уже другое дело.

Если люди услышать такие звуки, то многие из них могут выйти из своих укрытий, чтобы проверить, что происходит, или посмотреть в окно, и т.д.

Люди, закрывающие глаза и уши от страха были для него лучше всего, потому что если они забьются в угол у себя дома, веря, что всё скоро пройдёт, то тогда он может просто применить ещё одно заклинание и покончить с ними.

А вот проблемы доставляли те люди, которые были уверены, что они будут раздавлены следующими, или те, кто просто был слишком храбр. Ещё более проблемными были слабаки, которые от отчаяния теряли рассудок и начинали убегать в непредсказуемом направлении.

Такие выходки были заразительны.

Как только кто-то замечает убегающего, то они тоже начинают покидать свои дома, чтобы сбежать.

Ладно ещё, если бы они убегали к до сих пор не разрушенным зданиям. Нет же, испуганные люди начинают принимать нелогичные решения и прокладывать свой путь через разрушенные районы, или даже пытаются спасти попавших под завал. Они значительно усложняют дело.

"Как же я хочу, чтобы они не убегали…"

Если всё пойдёт именно по такому сценарию, то ему придётся ещё раз использовать заклинание, бьющее по площади, чтобы убить их - в два раза больше работы.

Если бы не нехватка времени, то двойная работа не была бы для него большим делом, но сейчас он выполнял операцию вместе со своим господином. Так что он ни за что не должен был позволить этому случиться.

Причина в том, что тогда он будет понапрасну тратить драгоценное время своего господина, а также ему было бы стыдно признать, что он не смог покончить со всем с первого раза.

В случае разрешения вопроса землетрясением, он не сможет гарантировать, что живых не останется. Выживших вообще окажется больше, чем бы он рассчитывал. И хотя он мог бы устроить пожар, чтобы убить всех оставшихся, огонь будет хорошо заметен тем, кто живёт вдалеке. Это также может вызвать у них первобытный страх, и сподвигнет к бегству даже бо́льшее число людей.

Какая сложная задача.

"Я должен больше практиковаться и стать искуснее!"

Букубуку Чагама подарила Маре возможность уничтожать целые орды врагов. Учитывая насколько масштабной была область, на которую Маре мог воздействовать, он был уверен, что ни один Страж Этажей не сможет сравниться с ним.

И если он не сможет успешно уничтожить город и убить всех его жителей, то это заставит его усомниться в уместности собственного существования.

Пожалуй, Чагама разозлилась бы, увидев она Маре таким.

— Ум, мхх…

Маре не мог не представить, как Букубуку Чагама отчитывает его, отчего он чуть не расплакался. Но прежде, чем у него потекли слёзы, Маре стёр их.

— Я должен сделать всё возможное… Владыка Аинз сказал так же.

Маре испытывал очень сильное уважение и благодарность к Аинзу.

Если бы Аинз не позволил ему попрактиковаться в уничтожении городов и набраться опыта, дав ему попробовать сделать это несколько раз, у него бы не было возможности расти так же, как сейчас.

Теперь, когда он об этом задумывался, то раньше, когда война только началась, он попросил разрешения уничтожить один небольшой город. Его успехи тогда были просто ужасны.

Этим он даже мог бы опозорить Букубуку Чагаму.

Но когда Маре получил шокирующий удар по своему эго, успокаивающие слова Аинза сделали его таким счастливым, что он чуть не расплакался.

Аинз тогда сказал ему, что понимает, что ему пока ещё не хватает опыта, и поэтому всё, что ему нужно делать, это тренироваться и стать лучше.

Если бы это кто-то из Стражей сказал ему такие слова, то они бы не оказали на Маре такого же стимулирующего эффекта. Однако тот, кто сказал ему это, был того же статуса, что и Букубуку Чагама, - Высшим Существом.

И тогда Маре принял решение.

Он сравняет с землёй ещё больше деревень, посёлков и городов. Он уничтожит ещё больше людей. Он станет тем, кем его задумывала Букубуку Чагама.

— Отлично!

Хотя его голос всё ещё был как у милого ребёнка, его тон теперь отдавал необычайной силой духа, чего не ожидаешь от Маре. Если бы остальные Стражи увидели его сейчас и сравнили с тем Маре, которого знали, то они бы полностью утратили дар речи.

— Я сделаю это!

Маре крепко сжал перед собой кулачки.

Так или иначе, сейчас он должен использовать на практике всё, чему до этого научился…

— Разрушить столицу и уничтожить всех её жителей… Эй-эй, охо-хо~

Маре высоко поднял крепко сжатые кулаки.

Ханзо, скрывающиеся за ним, тоже подняли кулаки.

***

Клайм стоял в коридоре, наблюдая за пейзажем через очень толстые стеклянные окна.

Реннер сказала ему, что займётся приведением себя в порядок на случай, если армия Колдовского Королевства прибудет раньше, чем она успеет встретиться с отцом, — для сохранения достоинства, — поэтому Клайма выгнали из комнаты. Также она дала понять Клайму, что должна сменить наряд, а это обычно занимает приличное время.

Он окинул взором коридор: пустой, безжизненный и тихий.

Рыцари, остававшиеся во дворце до самого конца, — все они сейчас готовились к последней схватке с армией Колдовского Королевства. Они покинули свои посты и собрались вместе, чтобы заблокировать вход во дворец.

Иной мог бы порицать их за, казалось бы, бесполезные попытки оказать сопротивление.

В отличии от группы воинов под предводительством Газефа Стронофа, большинство из этих рыцарей едва превосходили по силе обычного солдата. Если им предстоит сразиться с монстрами Колдовского Королевства, то весьма вероятно, что разбить их будет столь же просто, как сломать ветки на усохшем дереве. Но будучи рыцарями, посвящёнными королевской семьей, они желали показать свою преданность короне до самого своего конца. Они встали в строй без всяких жалоб. На самом деле, действительно жалок был бы тот, кто осмелился бы высмеивать их.

Честно говоря, полагаясь на свой опыт, Клайм не возлагал особых надежд на большинство из рыцарей. Он всегда считал, что едва запахнет риском для жизни, как все они побегут, словно цыплята. Клайм не мог не посмеяться над своими предубеждениями.

Ведь именно потому, что лояльность этих рыцарей к королевской семье была настоящей, они не могли терпеть уличную крысу, служащую так близко к королевской особе.

Клайм допустил грубую ошибку в своей оценке их преданности трону.

Его взгляд устремился в направлении входа.

Не должен ли он сражаться бок о бок с рыцарями? Клайм обдумал это и пришёл к выводу, что нет.

В прошлом не королевская семья спасла его. Тем, кто спас его, была именно Реннер.

Если Реннер прикажет, то он без всяких сомнений присоединится к рыцарям. Однако поскольку она такого приказа не отдавала, он должен оставаться рядом с ней. Если ему удастся своей смертью выиграть хотя бы одну секунду для Реннер, то сделать так — долг всей его жизни.

Его жизнь и душа уже давно принадлежали Реннер, с тех самых пор, как она спасла его.

Стоя в этом глухом, пустом коридоре, Клайм успел подумать о многих вещах.

Он размышлял о своей жизни до настоящего момента, о Реннер, о их гипотетическом будущем, и…

Клайм осмотрелся вокруг. Разумеется, он был один. Тот, кто служил вместе с ним, Брейн Англаус, уже давно покинул дворец.

Он не знал, куда исчез Брейн.

Если армия Колдовского Королевства уже прорывается к замку, то наверняка он уже мёртв.

Глубокая скорбь охватила Клайма.

Брейн был ему наставником, другом и братом. Он успел обучить Клайма многим вещам и довольно долго направлял его.

Клайм намного сильнее сблизился с Брейном, чем даже с Газефом. В сердце Клайма Реннер занимала самое важное, самое первое место среди дорогих людей; Брейн же был тем, кто стал вторым таким человеком.

— Почему всё закончилось именно так…

Шёпот Клайма растворился в пустующем коридоре.

Но в самом деле, почему все обернулось именно так?

Клайм думал, что их мирные времена продлятся долго, и что завтра, и послезавтра всё будет оставаться таким же. Однако, вспоминая об этом сейчас… внезапно двери в комнату резко распахнулись. Раздался грохот от удара.

Поскольку звук оказался намного более сильным, чем он мог себе представить, Клайм поспешно обернулся по направлению к открывшейся двери, за которой стояла Реннер. Она не сменила свой наряд, лишь лёгкий намек на румянец возник на её лице, настолько невзрачный, что он не был уверен, наложила ли она макияж вообще.

Она потратила так много времени там, но её внешность ничуть не изменилась в сравнении с обычной.

В её руках оказалось Лезвие Бритвы в ножнах.

Что-то произошло? Едва Клайм собрался спросить, как Реннер заговорила.

— Клайм, давай поспешим.

— Да!

Сказав это, Реннер побежала по коридору.

Клайм последовал за ней, спросив на ходу:

— Что-то случилось?

Реннер украдкой взглянула на него, а затем вновь устремила взор вперёд.

— Да. Я вспомнила кое-что, что нужно сделать. Можно назвать это маленькой местью Колдовскому Королевству. Вот почему нам стоит поспешить туда, где сейчас мой отец. Сперва нам стоит узнать, остался ли он в своей комнате!

По пути Реннер передала Лезвие Бритвы в руки Клайма. Он следовал за ней, пока они не добрались до королевских покоев.

Разумеется, здесь тоже не было рыцарей на страже.

Реннер не намеревалась ослаблять набранный темп, она всё так же с грохотом распахнула двери.

Внутри пребывал шокированный Рампосса lll.

— Реннер. Что за…

Внезапно оказалось, что источником такого шума была его собственная дочь. Вероятно, он решил, что кто-то другой ворвался к нему. Рампосса III на половине пути оборвал своё предложение.

Клайм ощутил, как взгляд короля сместился с Реннер на него, так что он немедля отвесил поклон в знак извинений.

— Ах, отец, вы всё ещё здесь! Я только что вспомнила кое-что действительно важное.

Реннер тут же заговорила.

Она бежала сюда всю дорогу, но её дыхание ничуть не сбилось. Клайм тоже не страдал одышкой, но он всё ещё поразился уровню выносливости Реннер, которую редко можно было увидеть бегающей. Однако она бежала не так уж быстро, так что едва ли стоило особо об этом беспокоиться. Клайм быстро отбросил эту мысль.

— Реннер, что случилось? Кроме того, к чему было так небрежно открывать двери?

— Я думаю, что это не так важно в текущей ситуации.

Реннер говорила несколько быстрее обычного, отчего на лице Рампоссы III возникла кривая улыбка.

— …Хорошо, в этом ты права. Итак, Реннер, что же не так? Ты упомянула нечто важное, что предстоит сделать?

— Да! Но прежде… — Реннер склонила голову в очаровательной манере, а затем продолжила: — Отец, зачем вы здесь?

— Меня заперло здесь то дитя, разве ты не в курсе?

— Да, это был многоуважаемый брат.

— Аааах, как же глупо со стороны Занака было заявлять, что вы двое покинете мир прежде меня. Это дитя…

Лицо Рампоссы III отражало гнетущую печаль. Каждый слышал о том, что армия, покинувшая столицу неделю назад, не вернулась. И хотя никто не мог описать их судьбу, не так трудно было представить причину, по которой они не вернулись.

— …а вчера, когда я наконец оказался освобожден, я подумал о том, что стоит провести некоторые приготовления к прибытию Короля-Заклинателя. Именно за этим я нахожусь здесь сейчас в одиночестве. Рыцари предлагали свою помощь, но я отослал их прочь. Интересно, куда они сбежали…

Клайм не мог заставить себя сказать ему, что рыцари стояли на входе, готовясь к последнему бою. То же самое испытывала и Реннер.

— Говоря о подготовке, вы имели ввиду это?

— Именно об этом.

В направлении их взглядов лежали различные сокровища, такие как корона и множество книг.

— …Итак, почему же ты, Реннер, всё ещё здесь? Неужели это дитя… не позволило тебе сбежать?

— Это… Разве мои причины разнятся с оными моего отца?

— Я не сбегу. Он был лишь принцем. Я должен был быть тем, кто возьмёт на себя эту ответственность. И тем не менее, это дитя… хммм? Разве это не меч…

Рампосса III заметил меч на поясе Клайма. Его взгляд упал на Клайма, а затем вернулся обратно к Реннер.

— Тот, кто служил тебе… воин, равный Газефу, что случилось с ним?

— Брейн покинул это место, чтобы вступить в битву с Его Величеством Королём-Заклинателем.

— …хоть я и не верю, что он мог победить Короля-Заклинателя, он должен был взять его с собой во чтобы то ни стало. Почему, почему он не взял этот меч с собой? Возможно, с этим мечом он мог бы…

— Я сомневаюсь… что это было бы возможно. В конце концов, это противник, которого не мог одолеть даже воин-капитан. Всё дошло до того, что даже если бы Король-Заклинатель был побежден, ничего бы фундаментально не изменилось.

— Вот значит как… действительно. Что верно, то верно. Если мы не можем потеснить армию Колдовского Королевства, всё остальное попросту не имеет смысла.

Рампосса III вдруг выглянул в окно и продолжил.

— Касательно того, почему я всё ещё здесь. Я верю в то, что на мне лежит долг передать историю нашей королевской династии завоевателям. Будучи Королём, я обязан продемонстрировать им наше достоинство.

Рампосса III рассмеялся так, словно он устал. Точнее, нет, он вероятно и правда уже был уставшим.

— …Клайм. Таков долг короля. Ты же возьми Реннер и беги. Хотя уже может быть слишком поздно, но во дворце есть секретные выходы из столицы. Когда армия Колдовского Королевства прибудет во дворец, воспользуйтесь этими проходами.

— …В этом нет необходимости, Клайм.

До этого момента, приказы короля никогда не пересекались с приказами Реннер. На сей раз всё было иначе.

Клайм задумался на мгновение, но ничего не предпринял. Он лишь сильнее сжал свои кулаки.

Действительно, Клайм не желал обрекать Реннер на смерть, но повиновение её приказам было важнее для него. В любом случае, если он действительно хотел повиноваться этому приказу, он позволил бы Эвилай забрать её ещё в тот раз.

— …Клайм.

— …Клайм.

Увидев что Клайм не пошевелился, они оба позвали его. Эмоции в их голосах, однако, были совершенно разными.

— Отец, Клайм мой. Он не будет слушать твои приказы.

— Действительно… похоже на то… но, Клайм… если ты действительно верен ей, я считаю что вы двое должны сбежать. Сделай это, даже если это всего лишь позволит немного продлить течение крови Вайсельфов. Если вы сбежите, то в качестве награды ты сможешь жениться на ней.

Глаза Клайма широко распахнулись.

Это предложение было крайне соблазнительным для него, оно заставило его сердце дрогнуть. Было бы ошибкой сказать, что он не мечтал об этом. Более того, он часто думал о Реннер, в том числе и чтобы "утешить" себя.

Однако он решил, что его судьба — умереть, будучи щитом для Реннер.

— Хоть награда и правда соблазнительная… но это слишком много для меня… позвольте мне отклонить ваше предложение…

Произнося эти слова, Клайм чувствовал себя так, словно его тошнило кровью.

Он на мгновение взглянул на Реннер и увидел невероятную улыбку на её лице. Конечно, это было похвалой за его верность.

— …В таком случае, теперь моя очередь сказать, для чего я спешила сюда… Отец. Пожалуйста, оставь корону мне.

— Зачем?

— Я считаю что мы не должны просто так отдать корону, сокровище, хранящее историю нашей семьи, Его Величеству Королю-Заклинателю напрямую.

— …Он тот, кто уничтожил нашу страну, поэтому символический жест передачи короны должен быть произведен. Кроме того, если такие вещи, как корона, продолжат передаваться дальше, история нашей семьи будет сохранена. Таково было моё рассуждение, поэтому я достал всё это из сокровищницы.

— Я думаю, что все эти вещи должны быть спрятаны в городе. Тогда мы могли бы сказать Королю-Заклинателю: "Вещи, символизирующие власть короля, были спрятаны внутри города, поэтому, уничтожая столицу, вы рискуете потерять их все.

— …Понимаю. Возможно, это… хороший план. Возможно, получение короны и заодно уничтожение столицы станет для них дилеммой. Хоть меня и не пощадят, если это может помочь людям, пусть даже совсем немного, это должно быть сделано.

Рампосса III снял корону с головы.

— Отец, есть ещё кое-что. Я считаю, что корона, используемая для церемонии коронации должна стать приоритетным объектом для сокрытия.

— Ах, действительно. Что верно, то верно.

— Кроме того, касательно остальных предметов, которые вы достали из сокровищницы. Посох, украшения для коронации и государственная печать. Не могли бы вы оставить всё, символизирующее власть и Королевство мне? В конце концов, чем больше карт мы сможем разыграть, тем лучше.

— …Хмм. Хорошо, я не против этого.

— В таком случае, Клайм. Могу ли я попросить тебя спрятать эти предметы?

— Конечно, госпожа Реннер. Но где я должен спрятать их?

— Да. Я обсуждала это с уважаемым братом ещё давно.

— Что? С Занаком?"

— Да, отец. На самом деле я взяла эту идею у него. Процедура сокрытия этих предметов уже была запланирована ранее. Однако из-за того, что он перенял эту идею у маркиза Рэйвена, я немного беспокоюсь насчёт этого…

— Правда? Это дитя планировало всё настолько далеко? Голос Рампоссы III затих, когда он пробормотал это себе под нос. Его глаза, казалось, слегка увлажнились.

— Итак, Клайм. Помнишь тот складской район, оказавшийся заброшенным после атаки Ялдабаофа? Там есть небольшой склад…

Слушая подробные объяснений Реннер, Клайм ощутил, что её инструкции достаточно запутанны, чтобы он засомневался в том, найдёт ли это место.

Реннер обошла вокруг Рампоссы lll, подойдя к столу, где она нарисовала легко читаемую карту на клочке бумаги. Карта выглядела очень простой, но теперь он обрёл уверенность, что не потеряется.

— Здесь находится скрытый подвал. Пожалуйста, спрячь предметы в нём.

— Да! Я повинуюсь вашему приказу!

— Когда ты закончишь с этим…

Клайм пристально смотрел на лицо Реннер, с надеждой, что она не скажет нечто вроде: "не возвращайся". "Прошу, позволь оставаться с тобой до самого конца", — достигли ли её эти мысли Клайма? После долгих колебаний, Реннер наконец заговорила.

— Пожалуйста… возвращайся невредимым.

Поскольку они не могли знать наверняка, как далеко зашла армия Колдовского Королевства, весьма вероятно, что враг уже ворвался в столицу и теперь расползался повсюду. В таком случае, покидать дворец сейчас крайне опасно. Однако Клайм не мешкал ни секунды. Раз его госпожа отдала приказ, он должен выполнить его.

— Да!

— Береги себя. Не ввязывайся в драку. Если увидишь врага, беги со всех ног. Ты понимаешь?

Она словно не сомневалась в его решимости, но не слишком верила в его способности. Реннер повторила сказанное вновь.

— Да!

Клайм тяжело склонил голову. После этого, Реннер, кажется, наконец расслабилась.

— …Хорошо. Итак, отец. С учётом текущей ситуации, для него непросто будет покинуть дворец… так не мог бы ты сказать Клайму?

— Ты хотела бы просить меня раскрыть тайные ходы из дворца в столицу, верно?

— Да.

— Я понимаю. Тогда я скажу ему.

Послушав объяснения короля, Клайм испытал шок. Он много раз ходил возле этого туннеля, но никогда не замечал признаков скрытого пути.

— Клайм, это не страшно, даже если ты немного задержишься. Сможешь остаться осторожным и не позволить этим предметам достаться врагу?

— Разумеется, госпожа Реннер! Я выполню свою миссию, даже если она станет для меня последней!

— Укрыв предметы, даже если произойдёт нечто волнительное, ты должен вернуться сюда так быстро, как только сможешь, во что бы то ни стало. Нельзя сказать, когда именно сюда нагрянет армия Короля-Заклинателя.

Хотя формулировка мысли в последнем предложении отличалась, она, вероятно, просто продолжала повторять свои прежние слова, чтобы глубоко вбить их в него. Это показывало, как сильно она беспокоится за него.

Поэтому Клайм, будучи единственным, кто мог хоть немного облегчить ей душу, выпрямился и утвердительно ответил.

— Конечно! Я буду бежать назад изо всех сил.

— …Хорошо, я полагаюсь на тебя.

На лице Реннер возникла её привычная улыбка. Прежде чем покинуть зал, Клайм заметил, как Рампосса lll передал несколько зелий Реннер.

Можно было только гадать, чем они были.

Клайм опустил голову и переступил порог. Он помчался к тайному ходу.

Затем, он использовал лаз, чтобы попасть в столицу.

Происходящее тут казалось нереальным. Всё выглядело так, словно все жители столицы просто исчезли. Настолько вокруг было тихо.

И тогда до него донесся рёв гигантского зверя, но отсюда он не мог видеть, что именно это был за зверь. Столица была обширна, и если бы он не нашёл удобного места для осмотра окрестностей, как замок или крепостные стены, то ему трудно было бы разобраться в происходящем.

Однако сейчас для Клайма это не представлялось необходимым. Всё, что от него требовалось, так это бежать на полной скорости к складу.

Он так никого и не встретил по пути к своей цели.

Хотя он спешил, место находилось довольно далеко. К тому же, двигался он весьма осторожно, и потому был вынужден провести в дороге весьма приличное время.

Склад не казался столь большим, как он представлял себе. Клайм подошел к дверям и заметил, что они не заперты.

Он вернул специально заготовленный колокольчик в сумку и пробрался внутрь.

Здесь не оказалось ровным счётом ничего, склад был пуст.

Запах пыли ударил ему в нос. Здесь не нашлось ламп, а окна были закрыты, так что в помещении стояла ужасная темнота. И всё же, лучи света проникали внутрь сквозь щели, так что мрак не был совсем уж непроглядный.

Клайм пошел вперёд, задержав дыхание. Всё его внимание сосредоточилось на звуках, доносившихся снаружи.

Он убедился, что за стенами склада ничего не слышно, и тогда подошёл к противоположной от входа стене, как было приказано.

Тут оказалось множество пустующих стеллажей. Он отсчитал третий справа и с силой его толкнул. Поначалу, ничего не происходило, но он вкладывал всё больше силы, пока не раздался щелчок. Стеллаж перестал сопротивляться натиску и покатился, словно отворяющаяся дверь.

За ним скрывалась тьма, комната без окон.

Клайм надел шлем.

С его зачарованием он мог рассмотреть окружающее пространство. В пустой комнате на полу размещалась конструкция, похожая на рычаг. Потянув за него, он открыл винтовую лестницу, уходящую вниз.

В конце короткой лестницы было маленькое помещение с единственным стеллажом.

Он оказался столь же пуст, как и остальные. Пыль толстым слоем покрывала всю комнату. Здесь он и оставил королевские сокровища.

С этим, его миссия была завершена.

Клайм вернулся на поверхность и покинул склад.

Сейчас ему требовалось бежать назад со всех ног.

Он повернулся в сторону замка и с его губ невольно сорвалось восклицание "Э?".

Замок окрасило белоснежно-белым цветом. Толстые стены, окружавшие замок, также побелели. Свет, падавший на них, отражался яркими переливами.

Для стороннего наблюдателя подобное зрелище радовало бы глаз, но для обитателя дворца этот вид предвещал беду…

— А! О-отлично, вас не раздавило… уммм… вам опасно оставаться здесь, вы знаете?

Рядом с ним раздался голос ребёнка.

Он обратил взор в направлении его источника. На крыше склада стояла девочка, смотревшая вниз на него. В руках она сжимала чёрный посох. Её кожа имела пепельный окрас, вероятно, она была из расы тёмных эльфов.

— Ты…?

— …э, ум, умм, уммм. Это место подлежит сносу… так что, умм, поскольку вы можете попасть под это, для вас лучше будет побыстрее уйти отсюда, хорошо?

Теперь, когда она сказала это, он понял.

Эта девочка несомненно представляла Колдовское Королевство.

Руки его потянулись к ножнам, но затем остановились.

Хотя внешне она и не казалась сильной, невозможно, чтобы она добралась сюда одна. Слишком опасно относиться к ней, как к обычной девочке.

Хотя он и может выиграть схватку, но если тут поднимется шум, который привлечёт к нему нежить Колдовского Королевства с округи, то он уже не сможет вернуться к Реннер. Его долг заключался не в уничтожении врага, но в служении Ей.

Кроме того, разве Реннер не повторила ему столько раз свои предостережения?

Он очень хотел ещё раз посмотреть на склад, но сдержал этот порыв. Поскольку он не мог тихо убить её, ему надлежало сделать все возможное, чтобы не вызвать у неё подозрений.

Клайм повернулся к ней спиной и побежал. Даже в сравнении со страхом получить удар в спину, его желание как можно скорее вернуться к Реннер оказалось намного сильнее.

И он побежал. В тот миг, как повернул за угол, он услышал грохот от рушащихся зданий. Ему потребовалось отбросить мысли о том, чтобы проверить, что произошло.

Но атака, которую он ждал, так и не случилась. Клайм невредимым добрался до потайного хода. Когда он обернулся проверить, не преследуют ли его, он заметил вздымавшиеся в небо клубы дыма.

— …Столица объята огнём?

Поскольку здания блокировали ему обзор, он не мог точно сказать, откуда шёл дым, но он был уверен, что источников этого дыма было несколько.

Значит та девочка являлась частью не авангарда, а основных сил армии Колдовского-Королевства, которые уже проникли в город и взялись за его разграбление.

Тогда почему он не слышал никаких криков…?

Клайм игнорировал возникающие у него вопросы.

На них у него просто не было времени. Он должен вернуться к Реннер и доложить об успешном выполнении его миссии. А затем он мог остаться рядом с Реннер до самого конца.

Клайм пробежал через проход и вернулся во дворец.

Внутри было тихо и спокойно. И он не понимал почему.

Раньше замок, казалось, был полностью покрыт льдом. Несомненно, это случилось в результате какой-то атаки, к которой прибегло Колдвоское-Королевство. А раз так, на защите тут всё ещё должны были находиться несколько рыцарей, пусть их оставалось и не так много.

И хотя это место было далеко от рыцарской линии обороны, он всё же должен был слышать хоть какие-то звуки, да даже хотя бы звуки столкновения мечей. Кстати о звуках…

"Здесь тише, чем прежде."

В сравнении с тем, что было раньше, тишина приносила даже больший дискомфорт. Не обращая внимания на дворец, испытываемое им сейчас одиночество заставляло его чувствовать себя так, словно он остался последним в мире человеком.

Направляясь в королевские покои, Клайм бежал, намерено стараясь шагать как можно тяжелее, чтобы создать больше шума. Возможно, ему следовало открывать дверь согласно правилам, но Клайма это больше не заботило. Он со всех сил распахнул дверь.

Но тут никого не было.

Клайм огляделся. Он не мог найти ни Реннер, ни Рампоссу III.

Королевские покои были соединены с другой комнатой, возможно, они были там. Только Клайм хотел уйти за порог, как заметил, что на столе лежал лист бумаги.

Эта бумага была похожа на ту, что Реннер использовала для начертания карты.

Он подобрал лист и взглянул на него.

Знакомым ему почерком Реннер на листе были написаны указания, чтобы он направлялся в тронный зал.

Клайм выбежал из комнаты в мгновение ока.

Приблизившись к тронному залу, он замедлился. По обе стороны коридора, ведущего в тронный зал, стояло несколько фигур. Раньше он в этом месте никого из них не видел.

Их лица была бледно-белыми - эти женщины явно не могли быть людьми.

Должно быть, они являлись подчинёнными Короля-Заклинателя. Они не выглядели враждебными к Клайму, который бежал в их сторону. Хотя нет, они скорее просто вовсе не были в нём заинтересованы.

Должен ли он достать меч, или нет?

Клайм никак не мог определиться. Одна из этих женщин заговорила.

— Пожалуйста, входите, последний человек этого двора.

Всё сказав, она безучастно закрыла рот.

После её слов Клайма объяло плохое предчувствие, по его спине пробежал холодок.

Он пробежал мимо этих женщин прямо в тронный зал.

В следующий момент в его мозг влилось столько информации, что у него случилась сенсорная перегрузка.

На троне сидел не Рампосса III, а скелет, излучающий непреодолимое давление, - Король-Заклинатель Аинз Оал Гоун. По обе стороны от него стояли мужчина с длинным хвостом, премьер-министр Колдовского Королевства Альбедо и монстр-инсектоид, который выглядел так, словно был высечен изо льда.

Недалеко от них на полу без каких-либо признаков жизни лежал Рампосса III. Его одеяния были открашены в тёмно-красный, а рядом с ним сидела Реннер, платье которой было пропитано кровью. Возле Реннер лежало Лезвие Бритвы.

Лезвие меча было покрыто кровью. Не было никаких сомнений, Рампосса III был убит этим оружием.

— Принцесса.

— Клайм.

"Хих", кто-то издал смешок. Наверняка это была издёвка.

Клайм встал между Реннер и ними и обнажил меч. Они оба, вероятно, тут и умрут. То, что он собирался защищать Реннер до самого конца, полностью показывало его преданность.

— В присутствии владыки Аинза ты держишь свою голову слишком высоко. [Склонись].

Клайм сразу же упал на колени. Он вообще не мог этому сопротивляться. Точнее было сказать, что он встал на колени быстрее, чем осознал это. Он заметил, что кое-кто за его спиной сделал то же самое.

Это была Реннер.

Когда в его сознании промелькнула картина, что сознание Реннер контролируют, всё начало приобретать ясность.

— Ты контролировал… контролировал госпожу Реннер точно так же?

Трагедия развернувшаяся перед троном: Реннер взяли под контроль и заставили убить собственного отца. Гнев вскипел внутри него, но он всё ещё не мог двигаться. Словно его тело больше не принадлежало ему.

— Аааа, я припоминаю. Я встречал его во время моей дуэли с Газефом Стронофом. Отмени мантру доминирования.

— Да! [Освободись].

Как только его ментальные оковы были сняты, Клайм прыгнул в сторону и подобрал с пола Лезвие Бритвы. Он быстро встал, выровнял дыхание и принял стойку. Его противником был Король-Заклинатель.

Конечно, против противника, способного убить воина-капитана так быстро, что он вообще не мог уследить за его движениями, это было бесполезно. И тем не менее, он был щитом Реннер. И какая тогда польза от него, если он не встанет между ними.

Король-Заклинатель поднялся с трона и неспешно пошёл в сторону Клайма.

— Ты должен быть благодарен такому королю, как я, что я согласился на личную дуэль с тобой. И да… если я одержу верх, то этот меч станет моим.

Король-Заклинатель шёл к нему без какой-либо осторожности, он вообще не остерегался его.

Злость Клайма охватила его тело и разум.

Это всё была его вина.

Если бы он не существовал, то мир бы продолжался, и никто бы не умер…

— …и принцесса бы не испытала такого горя!

Король-Заклинатель смотрел на него, словно насмехаясь.

Удар мечом не в состоянии достать его. Он подумал о том, как был убит воин-капитан. Как бы он поступил лучше всего?

Он сильнее сжал Лезвие Бритвы…

Король-Заклинатель сделал шаг, и в этот момент Клайм бросил Лезвие Бритвы изо всех сил.

Похоже, даже Король-Заклинатель не ожидал подобного.

Бросив меч, он потерял равновесие.

Клайм сократил дистанцию между ними, сжал кулак и ударил его.

Его кулак был нацелен на лицо Короля-Заклинателя.

— Клайм!

Он услышал, как Реннер жалобно выкрикнула его имя.

Скелетоподобные монстры имели слабость к дробящему урону - это знали все, но всё же по кулаку, которым он нанёс удар, пронеслась сильная боль.

Король-Заклинатель же, в свою очередь, вообще не понёс никакого урона.

— Будь это какая-то сказочка…

Король-Заклинатель с невероятной скоростью протянул руку и схватил Клайма за нагрудник. Он попытался высвободиться, но не смог даже ослабить его хват.

— …вспышка гнева пробудила бы дремлющую в тебе силу, с которой ты бы смог победить меня.

Король-Заклинатель поднял Клайма. Его сопротивление ничего не дало, словно он боролся с толстой стеной.

— Но… такова реальность. Ничего столь прекрасного не случится.

Его бросили. Тело Клайма пронеслось по воздуху достаточно долго, прежде чем упасть на землю.

Отдача от удара его спины о пол выбила из его лёгких весь воздух.

В панике, Клайм поднялся и посмотрел на Короля-Заклинателя. Бросив Клайма, он больше ничего не делал. Не было похоже, что он собирался проводить следующую атаку.

Он мог себе это позволить, потому что обладал подавляющей силой.

— Тут ты умрёшь… ты не заслуживаешь спасения. У тебя совсем нет ни таланта, ни способностей, ты не достоин спасения. Однако не отчаивайся.

Король-Заклинатель, казалось, смотрел на Клайма, и в то же время нет. Его взгляд словно бы устремился куда-то далеко-далеко.

— В этом мире нет равенства. Ты начинаешь ощущать это неравенство с самого рождения. Если кто-то рождается с талантом, это конечно же означает, что кто-то рождается без него. И не только это, окружения, в которых рождаются люди, тоже отличаются друг от друга. Есть богатые семьи, а есть бедные, даже характеры твоих братьев и сестёр тоже имеют значение. Счастливчики будут жить полной жизнью, а неудачники - нет. Но я повторюсь: не стоит отчаиваться из-за подобного неравенства. А всё потому… что перед смертью все равны. Другими словами — передо мной. И только милосердие, что владыка смерти дарует другим, может рассматриваться, как абсолютное равенство в этом неравном мире.

Клайм не мог понять о чём он вообще говорил, он, наверно, говорил ему покойся с миром, просто очень длинно.

Он не мог не быть подавленным его присутствием.

Он сама смерть, и ни одно живое существо не в состоянии противиться ему. Казалось, Клайм вот-вот будет проглочен одной лишь гордыней Короля-Заклинателя.

Разница между ними на биологическом уровне была слишком велика.

Конечно, Король-Заклинатель, который является главой государства и тем, кто владел магией, с лёгкостью уничтожавшей целые армии, полностью отличался от бездарного воина, коим был Клайм. Однако разница между ними состояла не только в этом.

Это было похоже на муравья, мечтающего о небесах. Такова была разница между их сферами бытия.

И даже так… пусть он прекрасно понимал, что не сможет победить, он принял решение отдать всего себя ради того, чтобы до самого конца быть щитом для Реннер.

Смелость обуяла его.

Его ослабевшее сердце вновь охватило пламя.

Да.

Всё это было ради Реннер.

Ради женщины, которая тем дождливым днём спасла его.

Ради той, кто видела в нём человека…

— …Понимаю. Эти глаза.

Король-Заклинатель сказал что-то странное.

Он, должно быть, заметил готовность Клайма сражаться. Король-Заклинатель показал свою беззащитную спину Клайму, поднял Лезвие Бритвы с земли и бросил ему.

— Вставай.

Король-Заклинатель протянул одну руку, и тут же в ней появился чёрный меч. Длинной клинок напоминал полуторный меч.

Клайм смотрел на Короля-Заклинателя, не принимая оборонительную стойку, пока не поднял Лезвие Бритвы. Он ничего не мог поделать со своими слабыми местами в этот момент. Он подумал о дуэли Газефа. Прежде чем их схватка началась, Король-Заклинатель сказал, что незачарованным оружием нанести ему урон невозможно, но также сказал, что этим мечом его можно убить.

Даже этим комплектом… этим комплектом доспехов, доставшимся ему от Реннер, на который было наложено множество зачарований, он не мог пробить его защиту. Это был удручающий факт, который он подтвердил благодаря тому удару.

— Клайм…

Реннер с беспокойством в глазах прислонилась к нему, и Клайм прошептал ей:

— Принцесса, я выиграю вам немного времени. Если… вы хотите, сделайте это как можно скорее.

Реннер поняла, что он имел ввиду, и кивнула головой.

Клайм немного отошёл от Реннер и взял меч наизготовку.

— Вы попрощались?

— У меня вопрос. После моей смерти, вы убьёте и принцессу тоже?

Король-Заклинатель сохранял молчание.

Клайм не мог не найти это странным.

Тут не было причин молчать. Ответом на его вопрос было "фу-фу", Король-Заклинатель издал лишь небольшой смешок.

— Как бы мне тебя помучить…? Возможно, лучше будет не отвечать на этот вопрос.

— Король-Заклинатель!!!

Он взмахнул Лезвием Бритвы, которое было с лёгкостью блокировано мечом Короля-Заклинателя. После нескольких ударов Король-Заклинатель продолжал стоять на своём месте.

Он не атаковал его, а вместо этого просто играл с ним, словно взрослый, пытающийся развлечь ребёнка.

Но для него это было даже хорошо.

Он вознёс Лезвие Бритвы высоко вверх и поставил всё на эту единственную атаку.

И как и прежде, Король-Заклинатель парировал его атаку своим абсолютно чёрным мечом.

Вот и настало время.

Чтобы выложить на стол всё, что у него было.

Клайм активировал свои боевые искусства. И в дополнение к этому он также ещё активировал способность кольца. В этот момент боевой потенциал Клайма существенно возрос.

А раз так… поскольку Король-Заклинатель привык к обычным движениям Клайма, то эта атака будет для него настоящей неожиданностью.

Он притворился, что использует все свои силы, чтобы атаковать, расслабил мышцы, и когда его меч был заблокирован он изо всех сил отдёрнул его назад. И одним ударом он уколол мечом в красную сферу в животе Короля-Заклинателя.

Он уже давно об этом думал.

Что это, вероятно, было слабое место Короля-Заклинателя.

И даже если это было не так, если ему удастся разрушить эту сферу, то разве нельзя будет считать это его местью, в каком-то смысле?

— …Ууууф.

— …Понятно. Какая впечатляющая атака.

Атака, в которую он вложил все свои силы, была намертво схвачена всего лишь одной рукой Короля-Заклинателя.

Клайм почувствовал жар в своём плече, и как от него начало распространяться влажное ощущение, а затем этот жар перетёк в сильную боль.

Он немедленно отпрыгнул, понимая, что его плечо было ранено.

Броня, подаренная ему Реннер, была с лёгкостью пронзена клинком Короля-Заклинателя. И тем не менее, не похоже, чтобы у этого меча была способность разрушения экипировки, потому что сама броня не была повреждена.

Он всё ещё мог двигать рукой, но проблема заключалась в том, что он больше не сможет провести ту же атаку, как только что.

Мысли, что он мог отомстить за павших, была всего лишь мечтой.

— …Может ли Лезвие Бритвы разрушить предмет Мирового Класса? Мне очень интересен исход подобного эксперимента. Если этот меч сможет повредить один такой предмет, то его ценность взлетит до небес. Но при всём при этом… — Король-Заклинатель отбросил свой меч, и тот исчез в воздухе, — …Я подожду с этим экспериментом, пока не убью тебя.

Судя по всему, Король-Заклинатель собирался активировать заклинание.

Клайм рассмеялся. Король-Заклинатель решил использовать магию против такого, как он, так что он не должен был давать своему противнику времени на сотворение заклинания.

Клайм ринулся вперёд. Когда он услышал слова [Хватка Сердца], он почувствовал резкую боль, как если бы его тело разрывали изнутри.

— Великолепно.

А затем…

Его поле зрения…

На самом деле…

Означало…

***

— А теперь прошу меня извинить, гав.

Рядом с собой он услышал незнакомый голос, за которым последовал звук закрывающейся двери. Из-за этого он проснулся резко, словно по спусковому крючку.

Что-то должно было случиться, но всё кажется таким иссушённым. Он чувствовал нечто похожее на то, как когда просыпаешься утром и забываешь свой сон.

Он ощущал себя так, словно его кости и мышцы растворились в жижу, как будто в нём вообще не осталось сил. Даже просто покрутить шеей требовало от него больших усилий.

Он приложил максимум сил, чтобы осмотреться.

В плане роскоши, самая лучшая комната, которую видел Клайм, была комната Реннер, но эта затмевала её. Даже обладая чем-то вроде фотографической памяти, он всё равно не припоминал, чтобы видел эту комнату во дворце.

Что с ним произошло?

Почему он… всё ещё жив?

И тогда… что случилось с его госпожой?

Хотя его тело не двигалось как следует, но он всё равно ощущал, что в комнате был кто-то ещё.

— А-а-ха…

Он пытался позвать их, но звуки, которые он издавал, не складывались в речь. Тем не менее, человек в комнате понял его и поспешил подойти.

— Клайм! Ты очнулся!

Клайм до сих пор не мог говорить, что было не удивительно. Ведь он всё ещё был слаб и не мог даже пошевелить своими голосовыми связками. Но не это послужило причиной тому, что он не мог говорить, — это из-за бури эмоций, бушующей в его голове.

Слёзы заливали его глаза.

Точно. Это был всего лишь кошмар.

То, что на Ре-Эстиз напало Колдовское Королевство, и то, что Реннер обязана была умереть — всё это было просто дурным сном.

— А-а, са-а…

— Угу, верно. Это я, Реннер. Клайм.

Её столь же обыкновенная улыбка.

Хотя нет, он видел её лишь краем глаза, но всё ещё мог сказать, что эта немного отличалась от обычной улыбки Реннер.

Что-то произошло?

Переведя взгляд, Клайм обнаружил нечто странное за её спиной.

Чёрные крылья.

Прямо как у летучей мыши.

Они захлопали, издавая звук "шух — шух".

Он хотел верить, что эти крылья искусственные, но они были слишком реалистичные. В любом случае, он не мог больше обманывать себя, чтобы успокоиться.

Кажется, она поняла причину его замешательства. Лицо Реннер стало хмурым.

— Это…? Я была изменена силой Короля-Заклинателя. Я больше не человек — теперь я демон.

Глаза Клайма расширились.

— СаааА…

— Это трагедия. Я оказалась единственной выжившей.

Он хотел сказать ей, что всё это неправда, но ему не хватало сил говорить. Он мог лишь стонать, издавая звуки "А-а.." и "Ооо…".

Полились капли слёз.

Реннер нежно вытерла их.

Со стоном Клайм задрожал от волнения. Неважно, сколь сильно она изменилась снаружи, внутри это была всё та же Реннер.

— Итак… тебе должно быть интересно, почему ты до сих пор жив, не так ли? Но прежде чем ответить, я спрошу… Клайм… ты выслушаешь мою эгоистичную просьбу? Я стала демоном, так что жизнь моя теперь будет длиться вечно. И провести эту вечность в одиночестве было бы невероятно трудно…

Реннер посмотрела на него.

— Клайм, не хотел бы ты тоже стать демоном?

Он не колебался, он давно решил отдать всего себя Реннер. Борясь со своим ослабшим телом, Клайм покивал головой.

— Спасибо… теперь я отвечу на твой вопрос. Правда заключается в том, что я уже присягнула на верность Его Величеству Королю-Заклинателю. В уплату за твоё воскрешение.

Клайм снова выпучил глаза.

— Прошу, не кори себя. Я не думаю, что это была плохая сделка. Хотя бы потому, что мне не придётся жить в одиночестве… Клайм, ты готов так же присягнуть на верность Его Величеству Королю-Заклинателю?

— Д…а.

И хотя он всё ещё был малость растерян, но раз Реннер выбрала клятву верности ради него, то он должен сделать то же. Нет, точнее было сказать, что у него не имелось другого выбора.

— Спасибо, Клайм. После того, как ты присягнёшь на верность Его Величеству, он, скорее всего, даст тебе несколько заданий, чтобы проверить твою преданность. Наверняка для тебя это будет мучительно. И меня это также очень огорчает…

— Этог… не… случ..тся.

— …Спасибо… Клайм, это всё, что я хотела тебе сказать. Отдыхай, а я позабочусь о тебе.

Продолжая улыбаться, она быстро покинула поле его зрения.

— Хорошенько отдохни, ладно?

С того направления, куда она ушла, он услышал звук открывания и закрывания двери.

Клайм расслабился.

Сразу после этого к нему вновь нагрянула сонливость.

Со слезами на лице Клайм потерял сознание, словно тонул в трясине. Эти слёзы были вызваны слишком сложными для него эмоциями. И даже сам Клайм не знал, от чего у него текли слёзы.

***

Реннер покинула спальню и направилась в комнату по соседству. Заметив кого-то на диване, она нервно преклонила колени.

— Госпожа Альбедо, — Реннер глубоко поклонилась, — Мне не удалось сразу же поблагодарить нашего господина, я очень сожалею. Пришлось побеспокоить Его Величество, ради подготовки ядов и того театрального представления в тронном зале. Я приношу вам мою глубочайшую благодарность.

— Фу-фу. Этого достаточно. Тут нет причин для беспокойства. "Если" это делается ради выдающихся талантов, то эти мелочи стоят затраченного времени.

— Я невероятно благодарна вам, госпожа Альбедо.

Реннер слегка вздрогнула, когда услышала часть предложения, в котором делался акцент на слове "если". Она не знала, видела ли другая сторона её насквозь и в этом плане. Альбедо ничего не говорила, но Реннер ясно ощущала её взгляд на своём затылке.

— …Фу-фу. Не нужно быть такой напряжённой в моём присутствии. После того, что случилось с Королевством, мы с Демиургом имеем отличное представление о твоих способностях.

Начиная с тех пор, с того момента, как она встретилась с демоном по имени Демиург, и до самого разрушения Королевства Ре-Эстиз, почти 90% плана было предложено самой Реннер. Она искусно манипулировала всеми сторонами, используя их тщеславие. И единственное, что вызвало у неё волнение, это когда вместо её плана было решено убить практически всё население Королевства. Она беспокоилась о том, что от неё в итоге избавятся. Но кроме этого, всё шло в соответствии с её планами.

— Такие исключительные способности должны проявить себя в полной мере в Назарике… под моим командованием.

— Разумеется, госпожа Альбедо.

— Владыка Аинз высоко оценил тебя. И я не допущу, чтобы ты разочаровывала его.

Совсем крошечное, она могла заметить совсем крошечное изменение в тоне Альбедо.

Реннер продолжала играть покорность. В данной ситуации, это, возможно, был самый умный выбор, который она могла сделать.

— Вот награда за твою службу, на тысячу лет вперёд.

Послышался звук, словно на стол что-то положили.

— Падшее Семя, которое я давала тебе прежде. Это ещё одно. Следующим шагом будет подготовка жертвы. Ты можешь начинать, как он восстановится. Хотя магия могла бы ускорить процесс восстановления, но раз уж ты того хочешь, мы не будем этого делать.

— Я очень благодарна вам, госпожа Альбедо. Прошу, передайте, пожалуйста, мою благодарность Его Величеству Королю-Заклинателю.

— Реннер. Я повторюсь… не разочаровывай меня. Это было дано тебе не потому, что ты имеешь ценность в качестве заложника. Ты заслужила это делом, а также благодаря доверию, которое сложилось между нами. Ты понимаешь?

Услышав её мягкий, но равнодушный голос, Реннер склонила голову ещё сильнее, чем раньше.

— …Да, госпожа Альбедо. Чтобы отплатить за вашу щедрость, я буду и впредь служить вам, нет, я буду стараться служить вам ещё лучше, чем прежде.

Произведя едва слышимый смешок, её начальница встала и ушла.

Реннер продолжала держать голову опущенной, пока не услышала звук закрывающейся двери. Она глубоко вздохнула с облегчением. В её дыхании ощущались небольшие нотки страха.

Она преодолела последнее препятствие.

Второй стороной беседы была безжалостная демоница, и было бы неудивительно, если бы она говорила всё это лишь для того, чтобы дать ей надежду и впоследствии разрушить её. Но ничего подобного не произошло. Для Реннер словно спала гора с плеч, но она ни в коем случае не должна позволять себе думать, что её положение абсолютно безопасно и надёжно.

Заслужить их доверие к ней… было невозможно. Лучше всего, если дела пойдут так, что её будут считать ценной пешкой, достойной их покровительства. Вот почему Реннер старалась принести как можно больше пользы. И если она не докажет, что достойна их милости, то всё быстро пойдёт наперекосяк.

В конце концов это было логово чудовищ, и они полностью знали, что она была абсолютно бессильна, что бы она не делала. Но даже этого им было недостаточно.

Поэтому Реннер должна показать им все свои слабости, и чем больше, тем лучше. Она фактически передала им другой конец поводка, тем самым показывая, что была для них преданным питомцем, а они были её хозяевами. Она должна была сделать отношения слуга-господин между ними как можно более прозрачными. Если бы не это, то они, вероятно, даже не попытались бы притвориться, что доверяют ей.

Вот почему они устроили то представление в тронном зале.

Клайм был величайшей слабостью для Реннер… и чтобы показать насколько он был важен для неё, она обсуждала его при её первом разговоре с Альбедо… так что, только когда эта правда была преподнесена этим монстрам, она надела ошейник.

Она показала им ценность Клайма для них в качестве заложника, но у неё также была и другая причина. Однако всё выглядело так, словно её видели насквозь, но поскольку дела сложились лучше, чем она ожидала, проблем не было.

Случилось кое-что, чего даже Реннер не могла предсказать.

Она и представить не могла, что Король-Заклинатель сам отыграет того персонажа.

"Какое же ужасающее Высшее Существо…"

Каждый раз, когда Реннер размышляла о существе по имени Аинз Оал Гоун, она не могла не содрогнуться.

Было бы достаточно, если бы премьер-министр Альбедо сама сыграла в этой сценке, но Король-Заклинатель самолично соизволил отыграть роль шута. Это, должно быть, значит, что он довольно высокого мнения о ней. "Другими словами правитель государства решил лично сыграть в твоей скучной пьесе. Ты же понимаешь, что это значит?", — должно быть это подразумевала своими фразами Альбедо.

Альбедо наверняка была против этого решения.

Реннер бы тоже оскорбилась, если бы кому-то, кем она восхищалась, пришлось бы выступать в подобном представлении. Иначе говоря, доброжелательность Альбедо к Реннер, из-за которой Король-Заклинатель выступал на той сцене, вероятно, иссякла.

"Если Его Величество Король-Заклинатель намеренно пошёл против уговоров госпожи Альбедо и выступил в этом спектакле, то для меня всё будет ещё хуже. Если бы они хоть на секунду подумали, что я им больше не пригожусь, то они бы тут же от меня избавились…"

Она планировала показать пока лишь часть своих способностей и скрыть, на что она действительно способна, но теперь, когда Король-Заклинатель лично решил поработать с ней, она оказалась в затруднительном положении.

"…Его Величество Король-Заклинатель, наверняка, уже предвидел всё это. Кажется, выдающийся начальник не всегда будет хорошей новостью для их подчинённых…"

Несмотря на всё это, Реннер по-прежнему улыбалась.

Её давняя мечта была совсем крошечной. Но теперь эта мечта стала такой чудесной, потому что она встретилась с ними.

Насколько же ей повезло, что ей удалось осуществить эту мечту, всего лишь предав и принеся в жертву Королевство?

Она хотела танцевать.

Она хотела петь.

Радость переполняла её сердце.

Она была очень-очень рада. Она была просто вне себя от радости.

Демоны жили вечно. Быть запертым здесь означало, что она только что нашла убежище в самом безопасном месте в мире.

А раз всё обстоит так… Реннер посмотрела на дверь позади неё. Нет, на кровать за этой дверью, где спит юноша.

— Клайм. Останься тут, со мной, навсегда~ Давай обменяемся нашими первыми разами сегодня.

Реннер почти растаяла, говоря это.

— Или я должна побольше ценить это… и держать себя сегодня в руках? Фу-фу. Я впервые встречаюсь с таким трудным выбором… Ааах, как же я счастлива.

Эпилог

Элиас Брандт Дейл Рэйвен покинул свой экипаж, только чтобы предстать ошеломлённым перед лицом развернувшегося зрелища.

Прямо перед его глазами раскинулась гора обломков.

Трудно представить, что это была столица. Правдоподобнее звучала бы идея об иллюзии, но дело было не в этом. Картина перед его глазами была истинным завершением битвы.

Маркиз Рэйвен скривился в лице от зрелища представшей ему трагедии.

Сколько человеческих сил и времени потребовалось бы, чтобы разрушить такой великий город, как столица, до самого основания?

Объём любого из двух казался для него невообразимым, и только один обладал силой для реализации подобного — Король-Заклинатель, которого можно было описать лишь бесчеловечным.

Шаги позади него приблизились и раздался голос.

— Маркиз…

Это был дворянин из его собственной фракции, спутник по дороге сюда. Хотя он и был всего лишь бароном, маркиз Рэйвен высоко ценил его способности. До такой меры, что он планировал повысить этого человека в титуле прежде всех остальных.

Лишь по этой причине, отвечая на вопрос подчинённого Короля-Заклинателя о персонах дворян, достаточно выдающихся для пощады, он назвал данного человека вторым. И даже такой выделяющийся человек не мог собраться с силами для разговора, поскольку он тоже не мог скрыть своего страха, так что они оба колебались. Тот человек должен был испытывать те же эмоции при взгляде на картину перед ними, что и сам Рэйвен.

Маркиз взглянул назад и удостоверился, что все двенадцать дворян снизошли со своих экипажей.

— Наша аудиенция ждёт.

Никто не возразил, как и было ожидаемо. Их призвали в это место по приказу Короля-Заклинателя, так что для них не было никакой возможности сказать что-то вроде: "давайте не пойдём". Они не могли даже собрать в себе достаточно смелости… нет, вернее сказать, среди них не было никого, столь глупого.

Проблемным было то, что им сказали прибыть в столицу без указания определённого места.

Маркиз Рэйвен огляделся вокруг и обнаружил всё ещё стоящее вдалеке сооружение — дворец. Замковый двор, служивший защитой дворца, также был обращён в руины.

Наверное, маркиз Рэйвен мог заметить его отсюда по причине того, что они специально расчистили руины вокруг него.

Единственная постройка посреди горы обломков. Рэйвен не задумывался об этом до того, но это не было спасением. Наоборот, это стало знаком, вызывавшим невыразимое и жестокое отвращение в каждом зрителе.

— Давайте двигаться.

Свита маркиза Рэйвена была сейчас на руинах бывших крепостных стен, так что дворец был от них на приличном расстоянии. Хотя для них и было бы быстрее проехать туда в экипажах, из страха неуважения они хотели избежать такого зрелища. В любом случае, они прибыли заранее, до назначенного часа, так что у них было достаточно времени, даже для путешествия пешком до дворца.

Маркиз Рэйвен спотыкался, идя вперёд.

— Что это была за улица…?

Он слышал чьё-то бормотание за спиной.

Главная улица в сторону дворца была свободна от обломков. Она была столь чистой, что её, скорее всего, заранее подмели.

Другими словами, единственной нетронутой вещью оказалась эта улица. Ни один дом или стена по сторонам улицы не уцелели. Выглядело так, словно они были снесены и затем сожжены начисто. На их пути к столице они также видели уничтоженные деревни и города, и всё же ничто из этого не могло сравниться с масштабом разрушений, увиденных в столице.

— Маркиз, жители столицы…

— …Ни слова об этом больше.

Они должны были быть обеспокоены безопасностью населения этого города. Однако Рэйвен не слышал о переселении жителей, так же, как и не видел беженцев снаружи столицы. В этом случае, их могла ожидать лишь одна судьба.

Маркиз Рэйвен посмотрел на руины по сторонам. Сколь многие люди были погребены под ними? Он даже ощущал, словно шёл по гигантскому кладбищу.

Рэйвен больше не дышал носом, не желая вдыхать едкий запах трупов. Но, чудесным образом, такого запаха вовсе не было. Единственные запахи, витавшие в воздухе, были наполнены непереносимым запахом сгоревших вещей и угольков.

Они шли уже некоторое время, но всё ещё были достаточно далеки от дворца.

Ослабели ли их сердца от зрелища подобной трагедии. Рэйвен слышал чьё-то бормотание.

— …безумный король.

Маркиз Рэйвен немедленно развернулся вокруг и прокричал:

— Ты, ублюдок!

Его острый взгляд кружил по дворянам, один из которых выглядел бледно, его лицо постоянно подёргивалось.

Жившие достаточно долго в статусе дворян должны были научиться подавлять свои эмоции, скрывать свои выражения лиц, и всё же зрелище перед ним заставило его сломаться внутри.

Маркиз мог посочувствовать им, но даже согласись он с этой мыслью, они были "здесь". Было бы неразумно делать себя "их" врагом, так что он должен был вербально упрекнуть своих спутников.

— Вы все здесь феноменально талантливы, именно поэтому я выбрал спасти вас… так что постарайтесь избежать разбазаривания моих усилий такими оплошностями… Не нужно извиняться или благодарить меня. Просто постарайтесь понять, почему я так говорю.

Не получив ответов, он всё же верил, что его намерения были донесены достаточно ясно.

— Господин маркиз. Ммм, если бы просто пойдём без разговоров, наши умы естественно будут заняты удручающими мыслями. Как насчёт того, чтобы поговорить по дороге о положительных вещах?

— … Это хорошее предложение. Тогда… поговорим о рождении моего второго ребёнка?

Дворяне поздравили его в унисон. В эти жалкие прошедшие месяцы, это было единственной хорошей новостью для маркиза Рэйвена, что смогло затмить собой всё плохое. Поэтому он говорил им об этой теме уже несколько раз.

Он бы превозносил своё дитя часами, но всё это было лишь бессмысленной болтовнёй.

Однако, задумываясь о факте того, что это может поднять дух людей вокруг хоть немного, он всё же сказал о своём ребёнке. Вернувшись к реальности, они уже прошли половину длинной дороги ко дворцу.

Возможно, он мог бы сказать чуточку — да, самую чуточку, — долгой.

Хотя он и мог ещё сказать многое, но знал, что для него было бы вовремя остановиться. Рэйвен намеренно сымитировал кашель.

Все, кто уже перестал обращать на него внимание, напряглись.

— Итак, мы должны поговорить больше о моём ребёнке по возвращению. Что мы должны предложить Королю-Заклинателю, чтобы наши дети могли жить счастливо в будущем?

Они уже обсуждали эту тему много раз до прибытия сюда, но сейчас настало время решения.

Маркиз Рэйвен осмотрел окружающие здания, чтобы удостовериться в отсутствии вокруг солдат Колдовского Королевства.

— Хотя это и вопрос, с которым мы должны столкнуться, Его Величество Король-Заклинатель являться нежитью, в конце концов. В отличии от живых существ, вроде нас, его правление будет вечным. Забудут ли наши внуки и правнуки об этой картине и сделают ли что-нибудь, вызывающее гнев Его Величества?

— Это вполне возможно. Хотя наши внуки могут быть в порядке, последующее поколение заставляет меня беспокоиться.

— В конце концов, идиоты могут унаследовать роль главы семьи.

— …Честно говоря, мы не должны брать на себя такую ответственность. Если дело дойдёт до столкновения, не должны ли мы просто позволить им сгинуть? Подарить им быструю смерть?

Речь, способная шокировать любого дворянина, гордого за свою родословную, исходила от леди, чья семья была повышена до лендлордов лишь в поколении её отца. Она находилась здесь, как представитель своего больного отца.

Поскольку это происходило из уст той, чьё благородство не было достаточно древним, многие выглядели неудовлетворёнными.

— Посмотрите перед собой, ничего не закончится лишь на гибели одной семьи, — слова Рэйвена заставили её опустить свой взгляд на землю, — …поэтому мы можем сделать лишь следующее: запечатлеть в рисунке эту трагическую сцену для потомков и рассказать нашим детям о том, что произошло здесь. Мы будем молить Его Величество Короля-Заклинателя сохранить это зрелище. .

— Разве мы не должны были построить новый город на этом месте?

Рэйвен услышал справа от себя вопрос, который был встречен опровержением слева.

— Отстроить то, что было разрушено до такой степени? Вы не считаете, что это чересчур сложно представить себе в уме?

Маркиз Рэйвен согласился с последним утверждением. Однако Король-Заклинатель обладал такой силой, какой ни он, ни вся человеческая раса не смогли бы достичь. Возможно, он желал построить свой идеальный город с пустого места, и именно поэтому поступил таким образом.

Однако если они продолжат думать в этом направлении, то это их ни к чему не приведёт.

— Помимо этого, а что насчёт ситуации с заложниками? Маркиз?

Самая ненавистная для него тема.

Рэйвен закусил нижнюю губу.

У них не было уверенности в том, что Король-Заклинатель не потребует от них заложников, однако, для них было бы благоприятнее самим предложить эту идею, чем ждать требования противоположной стороны. Маркиз Рэйвен напряг свой мозг и пришёл к заключению:

— Я буду тем, кто предложит идею Королю-Заклинателю.

Другими словами, он выступал за то, чтобы они добровольно передали заложников. Многие из дворян наверняка были несогласны с его решением в сердцах, но никто из них не высказался и не сменил выражения лица.

После того, как они окончательно договорились по разным вопросам, дворец в конце концов оказался перед ними.

Рэйвен и остальные увидели гору обломков, что по виду закрывала вход. Наверху восседало неживое существо.

Нежить беседовала с премьер-министром Колдовского Королевства, Альбедо. Возможно, они ощутили присутствие группы, поскольку повернулись к ним лицом.

Между ними всё ещё было некое расстояние, но Рэйвен со своей свитой перешли на бег.

Приблизившись, они в конце концов определили истинную форму горы обломков, на которой восседал Король-Заклинатель. Ну, было бы некорректно назвать это "истинной формой", поскольку это действительно была гора обломков, разве что с другой точки зрения это было не так.

На вершине её было нечто лучезарное: корона Королевства.

Таков был трон из обломков — произведение искусства, символизирующее конец Королевства.

Для них было трудно представить, что составлявшие трон обломки были из этого города. Возможно, их транспортировали сюда из некоего завидного места.

Ужасающе.

Способный на такую идею монстр, который ещё и мог воплотить её в таком виде — ужасен.

Они побежали со всей своей мочи и преклонились перед ним, буквально спотыкаясь. "Ооо, охохо…" — они услышали, адски задыхаясь.

— Мы здесь, чтобы выразить своё почтение Вашему Величеству Королю-Заклинателю.

Маркиз Рэйвен поклонился и почувствовал, что Король-Заклинатель посмотрел на его затылок.

— Рэйвен, верно? Вы прибыли сюда как раз вовремя. Кстати об этом, хмм… как бы мне это сказать, может отдышитесь сначала…? Вы весьма вспотели, в конце концов.

— П-представлять столь недостойное для вас зрелище… я должен сильно извиниться.

Его голос был пронизан такой проницательностью, что это шокировало Рэйвена. Именно потому он и был ужасен.

Разум кричал ему слово "западня". Их ситуация может лишь ухудшиться, если они сохранят свою неопрятность. Рэйвен вытащил платок, чтобы стереть пот со лба.

— …Я призвал всех вас сюда в конце концов, так что этикет требует, чтобы я приветствовал вас первым. Однако я недолюбливаю бесполезную болтовню, так что давайте будем краткими.

— Понял!

Собирался ли он рассказать Рэйвену и остальным то, что они ещё не обсуждали ранее?

— Моя… кхм, армия Колдовского Королевства уничтожила земли дворян к Западу и Югу от столицы. Она скоро начнёт возвращаться домой. Вы также должны отправиться к своим землям, как и положено. Хотя мы можем изменить распределение земель в будущем, пока мы не планировали делать этого… я прав, Альбедо?

— Да, всё так, как полагает владыка Аинз.

— Значит, так. Отныне, Альбедо будет сообщать вам о любых важных изменениях, которые мы можем применить к вашим владениям. А пока, вы должны следовать тем же законам, что и до сих пор.

Не только Рэйвен, но и другие дворяне выстроились, готовые ответить.

— У вас есть какие-то вопросы или предметы обсуждения, которые вызывают у вас путаницу?

— Никаких! Если это всё, то чтобы доказать верность меня и моих друзей-дворян, ваш преданный слуга хотел бы сделать несколько предложений.

Маркиз Рэйвен выплёвывал слова так, словно он кашлял кровью. Высказав то, что вызывало у него уныние, он увидел поворот головы Короля-Заклинателя в сторону чего-то отдалённого. Он мог думать что-то вроде: "Жалкие людишки смеют обращаться ко мне, вместо того, чтобы лишь отвечать на мои вопросы? Какая наглость".

Вызвал ли он его недовольство? Рэйвен ощутил, как его желудок наливается свинцом. Он бы выглядел так же, как и Король-Заклинатель, принеси ему какой-то подчинённый новую кипу документов ровно в тот момент, когда он уже готов был закончить тягостную работу. Рэйвен думал обо всех этих вещах в тщетной попытке сбежать от реальности.

После казавшегося вечностью мгновения, Король-Заклинатель лениво произнёс: "Хммм, неужели? Просто поговорите с Альбедо после этого".

— Таким образом, это завершает нашу беседу… Верно, чтобы позволить людям осознать, насколько глупо было бы противостоять мне и моей стране, это место будет оставлено в своём текущем состоянии. Кстати об этом, зародись здесь какая-то чума, это было бы довольно проблематично. По этой причине, после сожжения здесь всего мы будем применять магию снова и снова. Для избежания жертв, не допускайте в эти окрестности никого более.

— Понял!

— …Альбедо, призови Гурена и сожги здесь всё до основания. Однако прекрасный экстерьер дворца должен быть сохранён. Передвиньте мебель и прочее внутри в Э-Рантел.

— Поняла.

Хотя он и хотел узнать, кто такой Гурен, скорее всего, это не было предназначено для его ушей. Разделяя вещи на "должен знать" и "никогда не должен узнать", можно сказать, что всё, касающееся Короля-Заклинателя, относилось ко второму.

— Теперь, хотя Королевство и было полностью уничтожено… Рэйвен, я должен спросить. Истинный масштаб того, насколько идиотским будет сопротивляться мне, уже должен был стать общеизвестным фактом, не так ли?

— Да… Факт того, насколько насколько глупо сопротивляться Вашему Величеству, могучему Королю-Заклинателю, определённо станет общеизвестным фактом на целую вечность.

Из-за склонённой головы, он не смог бы определить выражение лица Короля-Заклинателя, — конечно, у того не было кожи, и, соответственно, не было и возможного выражения лица, — однако, он мог почувствовать признак радости в его ответе.

— Неужели? Тогда то, что мы проделали здесь, стоило того. Я достаточно удовлетворён этим.

Услышав мнение Короля-Заклинателя, того, кто вырезал 8 миллионов жителей Королевства, Рэйвен ощутил острый приступ рвоты. Он не мог надеяться, но лишь молиться.

Что в один прекрасный день герой убьёт этого короля демонов.

***

— Я всё делал правильно.

Филипп повторял одну и ту же фразу много раз за эту неделю.

Действительно, его действия определённо не могли зажечь огонь войны. Это всё было планом Колдовского Королевства. Размышляя так, всё чудесным образом обретало смысл.

Его использовали.

Возможно, причиной небольших урожаев на его землях, а также отклонения всех его предложений в парламенте были козни Колдовского Королевства.

"Они должны были или заплатить тем ребятам, или говорить плохо обо мне. Я знаю, что они каким-то образом играли против меня. Конечно, это должно быть так!"

Филипп встал со своей кровати и протянул руку в направлении тумбы. Он поднял с неё бутылку и покрутил вокруг, но по одному весу понял, что в ней не было воды.

— Пффф.

Филипп цокнул языком и осмотрел комнату.

Повсюду на полу были раскиданы пустые бутылки из-под ликёра. Хотя комната и могли быть заполнена сильным алкогольным запахом, нос Филиппа давно адаптировался к нему, так что не смог бы определить разницу.

Он случайно выбрал бутылку с пола и пригубил её, но ни одной капли не пролилось в его горло.

— Чёрт!

Он отшвырнул бутылку.

Со звуком ломающегося стекла, его раздражение лишь выросло.

— Эй! У меня кончилась выпивка!

Несмотря на его крик, никто больше не подаст ему алкоголя. Обычно здесь в комнате должны были быть наготове служанки, — люди Хильмы, — но когда он подумал об этом, он почувствовал, что не видел её уже довольно давно.

— Несите ещё выпивки!

Он прокричал снова.

Всё его тело заходило ходуном. "Ооох" — он вздрогнул, прислонив себя к кровати. Не столько из-за опьянения, сколько из-за того, что его тело ослабело от пребывания в этой комнате на протяжении многих дней напролёт.

Филипп медленно проковылял до двери.

— Эй! Где вы все, чёрт побери!?

Он выкрикнул, яростно открывая дверь. Без использования руки, впрочем, поскольку боялся повредить её.

Нет ответа. Он цокнул языком, открыл дверь, а затем выкрикнул со всех сил ещё раз.

— Вы все глухие!? Я же сказал, что кончилась выпивка! Принесите ещё!

Всё ещё не было ответа.

Филипп покинул комнату в гневе.

Его дом пребывал в тишине.

Отец и семья старшего брата переехали отсюда, поскольку Филипп захотел использовать главную часть поместья. Помимо него здесь остались лишь слуги.

Хотя это и было дворянским поместьем, но оно подходило по статусу лишь барону. Он мог легко достичь столовой со своей собственной комнаты.

Открыв дверь в столовую, глаза Филиппа превратились в блюдца.

Причиной тому была женщина в белом, восседавшая на одном из стульев.

— О, ты наконец проснулся? Это заняло так много времени, что я почти была готова направиться к тебе сама.

Премьер-министр Колдовского Королевства, Альбедо. Её улыбка осталась неизменной с тех пор, как он в первый раз встретил её. Она не выглядела разъярённой на Филиппа за то, что он сделал. Неожиданно, в его голове возникла мысль о том, что Колдовскому Королевству, скорее всего, было вовсе наплевать на то, что он сделал.

Действительно.

Будь они правды злы на него, они бы приступили к своему вторжению, начав с наказания Филиппа в первую очередь. Они всё ещё не сделали этого, так что, другими словами, они не были злы на него. Напротив, они должны быть благодарны ему за предоставление им причины для начала войны с Королевством. Возможно, она присутствовала здесь, чтобы выразить их признательность.

Нет, нет. Возможно, она всё ещё не узнала. Может быть, они не знали, что это Филипп затеял всё это.

Улыбка Альбедо выглядела заразительно, заставляя Филиппа улыбнуться в ответ.

— С-спасибо за ваш визит в такое захудалое поместье, госпожа Альбедо! Я не могу поверить, что вы были вынуждены ожидать здесь! Определённо, я выпорю тех нерадивых слуг позже.

Альбедо была ошеломлена на мгновение, прежде чем криво ухмыльнуться.

— Достичь такой степени… честно говоря, это впечатляет. Я почти что в трепете… хехе, я здесь, чтобы завершить то, что должно быть сделано, но перед этим, я принесла тебе подарок. Не желаешь ли открыть его?

На столе красовалась белая коробка, шириной не менее пол-метра.

Филипп огорчился тем, что оставался в постели столь долгое время, в то время, как он поднимал крышку коробки. Чудесный аромат цветов вызывал чесотку в его носе. Затаив дыхание от ожидания того, какой ценный предмет может находиться внутри, Филипп открыл коробку и заглянул внутрь.

Там находились головы барона Делвина и барона Рокерсона.

Испытывали ли они невыразимую боль перед смертью? Искажённые выражения их лиц заставили его почувствовать сильное отвращение.

— …Фууу!

Альбедо спокойно заговорила Филиппу, чьё тело всё ещё тряслось.

— Ты имел наглость опозорить меня? Мы планировали подготовить идиота, но никогда в своём уме я не могла представить существование кого-то столь глупого, как ты.

"Вью", — с таким звуком поднялась Альбедо.

Её лицо излучало улыбку, но теперь, когда дело дошло до этой точки, даже Филипп знал.

Она была в абсолютном гневе.

Если он не сбежит из этого места, дела для него хорошо не закончатся.

Филипп обернулся с намерением бежать, но в панике зацепил одну ногу за другую, что привело его к падению на пол с сильным звуком "бух".

"Тук, тук", — приближался звук шагов. Она уже подошла к нему.

— Итак… пошли.

— Нет! Нет! Я не хочу идти!

Применяя минимальное сопротивление, он свернулся калачиком.

— Ты серьёзно полагаешь, что ведя себя, как избалованный ребёнок, ты сможешь выйти из этой ситуации?

Его потянули за ухо, что вызвало такую сильную боль в его мозгу, что он чувствовал, как его ухо было готово оторваться.

— Больно! Больно! Прекрати!

— Тогда иди. Сейчас, вставай.

Филипп хотел оттолкнуть руку Альбедо, которая всё ещё держала его за ухо. Однако хотя её руки и были тонкими и хрупкими, как и полагалось для женщины, сила её хватки была значительно сильнее, чем у него.

— Больно! Больно!

Его вытянули в вертикальное состояние за ухо.

Взор был замутнён слезами, и всё же Филипп ударил в сторону лица Альбедо. Однако его кулак был с лёгкостью перехвачен, не достигнув цели, и затем…

— АААААААА!!

К его кулаку применили силу, достаточную для слома костей внутри, что захрустели в ответ.

— …Если ты просто пойдёшь, я не сломаю твои руки, как насчёт такого?

— Я понял! Я понял! Я пойду! Пожалуйста, не делайте этого снова! Хватка была снята с его руки — Почему…? Что я сделал?

Горестные слёзы Филиппа устремились вниз водопадом.

Во всех делах он пытался сделать всё, что мог, но не только никогда не мог достичь успеха, но и теперь с ним обращались столь немыслимым образом.

Почему он был жертвой такого насилия?

Почему никто не пришёл помочь ему? Был ли он продан Колдовскому Королевству ими в залог собственной безопасности?

Они все были трусами.

Целая свора трусов.

Альбедо не реагировала на рыдания Филиппа из-за его руки и уха. Она просто шла вперёд, словно его не существовало вовсе. Филипп двигался за ней без сопротивления, поскольку его ухо всё ещё было в её руке.

Они вышли наружу с главного входа.

— Фууу!

Филипп вскрикнул от зрелища перед его глазами.

Целый лес вырос напротив его поместья.

Но в отличии от обычного леса, этот не был сделан из травы и деревьев.

Большое число деревьев странной формы находилось здесь.

Похожие на колья с руками и ступнями.

Усаженные на кол.

Все жители деревни разместились на этих кольях.

Мужчины, женщины, старые или молодые — всем им нашли место на частоколе. Ни один из них не был пощажён.

Все они были проткнуты с заднего прохода до рта.

Страдания каждого отразились на их выражениях лиц, без исключения. Кровь разлилась из каждого отверстия их тел, и целые лужи сформировались у оснований кольев.

Когда они совершили всё это? Филипп не мог не заметить, как всё это происходило.

— Это… не сон. Я применила магию, чтобы сделать твою комнату звуконепроницаемой. Должно было быть довольно тихо, не правда ли? Ааах, будь ты хоть чуточку умнее, ты мог бы заметить, что что-то не так… но из того, что я видела, ты пребывал в совершенном неведении до сего момента.

Филипп снова попытался собраться с силами в руках, чтобы освободить ухо из хватки Альбедо. Альбедо же отреагировала, ударив его лицо, при этом продолжая говорить:

— Я раздумывала над тем, чтобы позволить деревенщине казнить тебя самим, но это было бы слишком скучно. Почитаемой мной владыка Аинз сильно акцентировал внимание на личном опыте и тренировках. Поэтому я хочу протестировать некоторые методы допросов для сбора информации на тебе. Ты будешь… несколько полезен для меня.

Увидев выражение лица Альбедо, — улыбку, что могла буквально проесть его лицо, — Филипп потерял сознание.

— Ааах… этот человек, серьёзно…? Эх, ну ладно. В конце концов, его отец просил меня так: "дай этому глупцу испытать боль каждого!". Я намерена сдержать моё обещание ему.

Филипп больше не мог слышать то, о чём она говорила.

***

Поскольку Альбедо сказала, что ей нужно покончить с некоторыми делами, он разошёлся с ней на полпути к этому месту. Аинз вернулся в свою комнату в одиночку и в серьёзному тоне сказал заботящейся о нём сегодня горничной на смене:

— Я собираюсь рассмотреть стратегии, которые Колдовское Королевство должно применить в будущем. Оставайся здесь и не допускай никого дальше.

Аинз увидел, как сопровождающая его горничная кинула взор в сторону двери в его комнату, к горничной, ответственной сегодня за его комнату. Она буквально говорила той: "Тогда я оставлю всё здесь на тебя, а сама буду ожидать почтенного владыку Аинза". Так они обычно работали, в конце-концов.

Аинз знал об это наперёд, так что сделал свой ход первым:

— Я буду размышлять о делах на годы вперёд. Любой вид движения может помешать моему ходу мыслей, ты понимаешь?

— Да! Я сделаю всё возможное, чтобы полностью скрыть своё присутствие от вашего взора.

Хотя Аинз и хотел сказать, что не имел в виду подобное, но не было ли это также приемлемо? По правде, чем больше он думал об этом, тем меньше он хотел думать об этом.

— Отлично. Итак, тогда поскольку ты не смогла бы скрыться от меня сейчас, тебе стоит просто оставаться здесь.

— Да, владыка Аинз.

Присматривающая за ним в этой смене горничная осталась в офисе. Сам же Аинз направился прямиком в свою спальню.

Его тело было в порядке, но разум совершенно истощён. Аинз раскинулся на кровати, словно ныряя в бассейн.

Мягкая кровать нежно приняла его тело.

Великолепное погружение.

Оцени кто-то время подготовки, расстояние прыжка, место приземления, позу и так далее, то его навыки ныряльщика объективно собрали бы хорошо заслуженные похвалы.

Такое умение он получил с помощью практики и опыта, поскольку он нырял в свою кровать при каждом нервном истощении.

— Ааааах!

Аинз облегчённо выдохнул в манере обыкновенного мужчины средних лет. Даже вздох был прекрасен. Тысяча из тысячи обозревателей сказали бы, что это настоящий вздох мужчины около 40 лет. Причиной тому, как и ранее, была многократная практика Аинзом этих вздохов.

После того, Аинз покрутился в своей кровати. Иногда налево, иногда направо.

До сих пор он находился в разрушенной столице, так что его тело было покрыто пылью и грязью. Хотя он и знал, что лучше бы сперва принять ванну со слизью, но у него уже не было сознательных сил на это.

"Так утомительно…"

Был ли он успешен в своей роли злодея? Правильно ли он управился с этим парнем в платиновой броне? Хотя было несколько вопросов, требовавших обдумывания и рассмотрения, он в итоге определил бо́льшую проблему.

…Нет.

Это был лишь первый успешный шаг в их великом плане, любой мог сказать, что дела дальше будут только усложняться. Говоря об этом, однако, они управились с бездумным разрушением, одной из простых задач плана. Дальше должны пойти разрушения меньшего размаха, — другими словами, точечная работа. Но самыми проблематичными были усилия по отстройке, которая начнётся после этого.

До сих пор, территория Колдовского Королевства была крохотной, — за исключением равнин Катц, — и всё же с большими странами в качестве вассалов. Однако теперь дела обстояли по-другому. Они только что заполучили большой объём территории, и исходящие от этого проблемы были очевидны.

Конечно, в основном внутренние дела были в руках Альбедо, но в случае возникновения чего-то серьёзного она определённо попросила бы совета насчёт этого у Аинза. Возможные проблемы в будущем должны были быть более критичными и сложными, нежели сейчас. Он совершенно не верил в себя, в плане того, что он вообще смог бы решить такие проблемы подобающе.

Кроме того, он не смог определить, оплошал ли он неким образом в этот раз. Теперь в рядах Назарика были не только лишь Альбедо и Демиург, два гения Назарика, но и эта умственно-компромиссная женщина по имени Реннер. Она вовсе не была связана с Иггдрасилем, настоящий чужак, некто не связанный описанием в настройках, и таким образом она могла анализировать Аинза с чисто объективной точки зрения. Проблемнее всего был её интеллект, который был на уровне двух гениев Назарика.

Действительно ли он сможет выступать и действовать в облике Аинза Оал Гоуна, который он создавал до сих пор, перед лицом такой, как она?

— …Я хочу сбежать.

Такова была правда — чистосердечная правда из глубины души Аинза.

Аинз говорил так, как будто натуральный работник совершил серьёзную оплошность, которая, скорее всего, будет выявлена на следующий день после его прихода на работу.

"Я чувствовал, что в тот раз достиг своего предела. Не пора ли дать всем знать, что я был бесталанным обманщиком всё это время? Не подготовил ли я себя морально для такого исхода?"

Но…

"Когда я задумываюсь о наступлении этого момента… мне страшно за реакцию, которую я получу в ответ от них… чёрт. Неужели этого недостаточно, чтобы вызвать подавление эмоций…?"

Словно способности Аинза говорили ему о том, что вовсе нет причин волноваться.

Аинз размышлял и обдумывал всё до тех пор, пока не пришёл к выводу.

— …Ладно, я сбегу.

Однако это было легче сказать, чем сделать. Никак не могло быть приемлемым сбежать, оставив всё позади. Словно он не подготовил документы для своего сменщика, но всё же хотел использовать весь оплаченный на месяц отпуск перед самим увольнением. Это определённо не было приемлемым способом уйти с работы.

Хотя он и мог сказать: "ладно, я сбегу", — и даже действительно сбежать, в его спину косо посмотрят.

Ему бы потребовалась подходящая причина для отсутствия.

Неужели у него не было ничего подходящего?

Аинз напряг свой несуществующий мозг.

"Точно!"

Идея вспыхнула в его голове.

Он уже рассматривал несколько планов оплаченных отпусков в прошлом, но все они были забыты. В таком случае, как насчёт того, чтобы он показал пример для них, уйдя в отпуск сам?

Дабы освободиться от оков Назарика даже ненадолго, ему придётся поручить работу по подготовке на Альбедо, что определённо будет вариантом понадёжнее, чем оставлять это на него.

Но всегда был шанс того, что она попросит Аинза, как верховного правителя Назарика, включиться в процесс планирования. Скажи она так…

— Я уже использовал оправдание, что они должны тренироваться для самодостаточности в случае моей смерти, так что это может быть вариантом и в данном случае. Я скажу им, что буду недоступен для сообщений; Альбедо будет во главе всего — с таким планом я сбегу.

Аинз сжал свой кулак.

Осталось только…

"Куда я должен податься?"

Он мог улучшить их отношения с Империей и свои собственные с Зиркнифом благодаря туру по Империи.

Или же он мог исследовать горную цепь, что служила домом государству Дварфов.

Святое Королевство…

"…точно нет, поскольку там нет ничего полезного в любом случае."

Все варианты мечтаний проявлялись в его уме, становясь всё более и более изощрёнными.

А затем, Аинз внезапно вспомнил кое-что.

"Как насчёт того, чтобы я отправил тех детишек завести себе каких-то эльфийских друзей?"

Аура и Маре. Он думал об этом ранее, насчёт того, перегружал ли он их работой? Хотя это было вполне в пределах нормы в том мире, Ямайко часто разглагольствовала в его сторону о том, что их способ ведения дел неправильный. В таком случае, ему следовало бы быть более снисходительным к этим детям.

Тогда что ему делать? Должен ли он взять этих двоих в путешествие?

"Звучит хорошо… нет, разве это не превосходный план? Сделай я так, это могло бы и быть примером оплаченного отпуска для Стражей Этажей, и экспериментом для Назарика в плане того, как хорошо они справятся в их отсутствие."

Он уловил проблему увеличивающейся нагрузки на Стражей Этажей задолго до того. Возможно таким образом он сможет определить решение этой проблемы?

— Хорошо!

Завершив некоторый объём работы, он должен был взять тех детей в Страну Эльфов с целью завести друзей.

Аинз поднялся и вышел из комнаты с этим чётко установленным в сердце планом.

Листы Персонажей

Персонаж №58

Реннер Тьер Шарделон Райль Вайсельф — Раса: Гетероморф

Золотая Принцесса

Профессия: [****] (в будущем)

Место жительства: Комната на 9-м этаже Назарика

Расовые уровни: Имп — 1ур.

Классовые уровни: Актриса(общий) — 4ур.

Гений — 5ур.

День рождения: 7-й день первого месяца Огня

Хобби: Зниматься ХХХ с Клаймом

Личные данные:

Счастливейшая женщина в мире, растоптавшая счастье множества жителей Королевства и достигшая своей мечты лучшим из возможных способов. Она не испытывает чувства вины за народ Королевства, но в целом относится к нему с благодарностью. Примерно с той самой, которую испытываешь к ингредиентам. Гений - это особый класс, который может заменить любой базовый или общий класс. Но за раз можно заменить только один класс (в настоящее время) и в данном случае он заменяет класс Принцесса. Это редкий класс, которым обладают единицы.

Персонаж №59

Занак Валлеон Игана Райль Вайсельф — Раса: Человеческая

Член королевской семьи Вайсельф; Последний король

Профессия: Кронпринц королевской семьи Вайсельф

Место жительства: Замок Ро-Лэнтэ

Классовые уровни: Король(общий) — 1ур.

Принц(общий) — 4ур.

Харизма(общий) — 2ур.

Боец — 1ур.

День рождения: 14-й день последнего месяца Воды

Хобби: Кушать, спать и бездельничать

Личные данные:

Его положение не было хорошим, поскольку по старшинству он уступал своему брату, который должен был стать королём. У него не было как поддержки среди дворян, так и друзей в королевском дворце. Тем не менее, он никогда не сдавался и был талантливым человеком, прилагавшим все свои усилия для дела, и упорно думал о будущем королевской семьи. Занак, Реннер, маркиз Рэйвен и Газеф. Если бы эти четверо всерьёз объединились, то смогли бы вновь сделать Королевство сильным и положить конец вторжениям Империи. Это кажется невозможным, но так бы всё и случилось, если бы Барбро умер, не став королём, а Назарик и вовсе не появился.

Персонаж №60

Азут Аиндра — Раса: Человеческая

Авантюрист-Актер

Профессия: Лидер «Алой Капли»

Место жительства: Элитная гостиница «Дыхание Дракона» в столице Совета Агранд

Классовые уровни: Боец — ??ур.

Снайпер — ??ур.

Мастер Атлет — ??ур.

Остальное…

День рождения: 15-й день последнего месяца Воды

Хобби: Пить вкусный алкоголь (Не слишком крепкий)

Личные данные:

Его официальное имя гораздо длиннее (потому что он обладает рыцарским титулом и другими почетными званиями), однако в этот раз он будет представлен с его любимым именем. Его личные боевые способности, наверное, самые низкие не только в его собственной команде, но и среди всех авантюристов адамантового ранга. К тому же, набор его классов предназначен для управления силовым костюмом, а сам он не очень могуч. Пусть он и полагается на силовой костюм, но назвать слабым его точно нельзя, ведь используя свой талант он смог достичь силы орихалкового ранга.

Персонаж №61

Цайндоркус Вайсион — Раса: Гетероморф

Платиновый Лорд-Дракон

Профессия: Однозначных нет (у него их много)

Место жительства: Однозначных нет (у него их много)

Классовые уровни: Первобытный Маг — ??ур.

Мировой Сопрягатель — ??ур.

Верховный Дракон — ??ур.

Почитатель Душ — ??ур. Остальное…

День рождения: В звёздную ночь

Хобби: Наблюдать за миром

Личные данные:

Лорд-Дракон, обладающий сильнейшими классами. Однажды он убил игрока. Хотя у него мягкий и доброжелательный характер, взглянув на обстановку в целом, он готов без колебаний пролить кровь. Несмотря на сотрудничество с группой существующих Лордов-Драконов по совпадающим в целом задачам, их конечные цели различаются, а потому отношения у них весьма натянутые. Экспериментируя, он повсюду создал множество организаций и опорных пунктов. Совет Агранд как раз является одним из его экспериментов. Наибольшие силы сосредоточены на востоке и правит там самый доверенный Лорд-Дракон. Так что если и будет решающая битва против Ца, то она будет на востоке.

Сорок одно высшее существо

Люци★Фер

11/41

Люци★Фер — гетероморфная раса

Кукла-Ангел, надоеда Назарика.

Личные данные:

Ему недоставало навыков общения, и он был довольно неуклюж в умении держать дистанцию с другими людьми. Испытывал сложности заговорить с теми, кого он мало знает, но если разговор затронет его хобби, то он начинал болтать без умолку и упрямо навязывал бы вам своё излюбленное мнение. Зачастую мог раздражать тех, кого считал своими друзьями, и думал, что даже после стольких его проделок они не станут на него злиться. Он делал это не со зла, но многие в гильдии не одобряли эту его черту характера. И даже Момонга в недоумении от его поведения пожимал плечами.

Послесловие

Давно не виделись, ребята, я Маруяма Куганэ. Следующий текст содержит немного спойлеров, так что считайте это предупреждением тем, кто ещё не читал данный том.

Тогда начнём. Я проверил и увидел, что 13й том поступил в продажу 27го апреля 2018 года, а этот том должен начать продаваться в марте… Когда я пишу это послесловие, на дворе всё ещё 2019 год, но поскольку книга выйдет в марте 2020го, то примерно 2 года прошло с выпуска последнего тома. Думая об этом, я чувствую, что должен поприветствовать вас с: "давно не виделись".

Может ли кто-нибудь почувствовать… усилия, приложенные мной на протяжении почти что 2х лет? Не можете? Вы не можете, эх… хех…

Откладывая в сторону старания Маруямы, два года — довольно длинный период времени. Многое должно было произойти со всеми вами на протяжении этих 2х лет, и это также применимо ко мне. Мы даже перешли в новую эру, из Хэйсэй в Рэйва.

Лично я был занят всеми родами занятий в этот период, так что не ощутил, как прошло то долгое время с выпуска последнего тома. Если все вы чувствовали, словно "ждали долгое время", тогда, в определённом смысле, это приносит мне огромное чувство радости.

Поскольку это значит для меня, как сильно мои читатели ожидали следующего продолжения Повелителя.

Итак, поговорим насчёт 14го тома. Королевство было сценой действия истории множество раз, начиная с 1го тома. Многие из его героев встретили здесь конец своих историй. Кто-то из них выжил, а другие погибли. Я чувствую, что их конец был предсказуем для большинства читателей, но в процессе написания этого тома, некоторые персонажи смогли избежать трагической судьбы павших.

Да, "эти персонажи". Хотя в процессе написания тома, я часто спрашивал себя: "умрут ли они столь дурацкой смертью?", — и именно поэтому дела обернулись так, как вышло. Изначально я планировал дать им всем умереть по независящим от них причинам.

Как прискорбно.

Откладывая в сторону мысли Маруямы, если все вы подумали: "ну, это был хороший конец их истории", — то это бы сделало меня невероятно довольным. В конце концов, чтобы покончить с ними так, как я сделал, мне пришлось использовать довольно много страниц.

Ну что ж, теперь мы достигли Эндшпиля.

Всем мои читателям, а также всем, кто поддерживал Маруяму — Спасибо вам!

Впереди нас ждут 3 тома. Если бы вы все смогли продолжить выказывать свою поддержку, Маруяма был бы чрезмерно рад.

Куганэ Маруяма

Декабрь 2019

Различные Комментарии Автора к Тому 14

В комментариях ниже вы можете заметить возмущённых людей, которые ещё не прочитали этот том, поскольку дальнейшие записи будут содержать спойлеры. Ваше удовольствие от тома может уменьшиться на пару процентов, если вы сперва прочитаете эти комментарии, так что прошу вас прочитать том перед этим!

Разобравшись с предупреждениями, давайте начинать.

В этот раз история также вышла весьма долгой.

Когда я редактировал том, я ощущал, что сколько времени над этим не работай, я никогда не закончу. Не могу не спросить себя: "почему ты пишешь такие долгие истории?" Выделяемое мной время для редактирования тома не увеличивается с ростом толщины книги, так что написание долгой истории лишь увеличивает мою загрузку и изматывает меня ещё больше.

С каждой ремаркой, сделанной красными чернилами (Маруяма вместо этого использует лишь синие), количество страниц лишь росло!

Первый круг редактирования добавил 40 страниц к книге и стал внутренней шуткой между мной и моим редактором. Я на самом деле хочу сделать следующий том тоньше. Было бы невозможно сделать это в пределах 300 страниц, но, надеюсь, я смогу удержаться в рамках 400!

Как насчёт вступления в 100 страниц, развития действия в 100 страниц, кульминация в 150 страниц и 50 страниц на развязку?

Честно говоря, когда я наконец взял книгу в руку, её было довольно тяжело читать. Именно поэтому я, честно-говоря, не хотел бы писать так много в следующий раз.

Дальше, давайте пока пропустим тему целей на будущее и поговорим об истории.

Королевство, которое была сценой действий истории прямо с 1го тома, по большей части, получило развязку своих точек конфликта.

Из-за количества представленных персонажей, толщина этой книги увеличилась пропорционально. Я задумываюсь о том, встретили ли всеобще любимые персонажи удовлетворительный конец?

Если ответом будет да, то я буду весьма счастлив.

Возможно, даже малые отклонения в личных историях могли бы изменить будущее для многих персонажей, и это именно то, как Маруяма предвидит конец истории Повелителя.

Если вы недовольны концом — пишите фанфики! Фанфики!

Увлечённо пишите свои собственные истории, с мыслью в голове: "оригинальная работа была ошибкой".

Маруяма одобряет!

Вернёмся к теме, страна главных героев нашей новеллы, по сути, знала лишь как защищать себя.

Похоже, что долгое время они пребывали лишь в одном режиме, готовясь встретить вторжение некоего враждебного государства… нет, возможно сам Маруяма этого не знает, может, у них было несколько идей в развитии.

Однако Оверлорд — творение Маруямы, созданное после убирания некоторых нежелательных для него элементов повествования: инфантильности. Поэтому история проактивная, агрессивная, и в целом связана с темой выживания сильнейшего. Управлять государством — не мешки ворочать, да и сам Назарик — не аналог миротворческой организации.

Честно говоря, по теме истории о выживании сильнейшего, та битва… не удовлетворила ничей вкус, верно? Она едва заслуживала проходной балл… верно? Но учитывая положение, для него было невозможно не появиться там…

Лично я думаю, что подумай кто-то о своих действиях перед их исполнением, они могли бы спасти себя и в случае провала, скорее всего.

Возможно, это одна из слабых сторон Повелителя. История слишком привязана к своей постановке, и таким образом не могла двигать сюжет плавно со старта. В то же время, говоря об этом, это Повелитель в конце-концов, так что многое из того допустимо.

Лично Маруяма желает видеть, как люди используют слабости истории Повелителя как начальную точку для создания работ, гораздо более продвинутых, чем она.

Поскольку нам осталось всего лишь 3 тома, Маруяма желает впоследствии наслаждаться в роли потребителя!

Лично я больше всего желаю увидеть работы в виде биотопа, такие я смотрю на YouTube в последнее время.

Ребята, пожалуйста, побольше творите во благо Маруямы!

Дальше мои разнообразные мысли насчёт персонажей:

Ца:

Ммм, был ли он добрым драконом?

В конце концов, он был на вершине власти в этом мире. У него был свои собственные цели и мотивации, так что он мог временами выглядеть отстранённым и бессердечным, но так от него и ожидалось.

Азут:

Силовой Костюм был силён! Однако он сам был всего лишь человеком.

Хотя я бы не назвал его слабым, но если судить по уровням, он действительно был очень слаб; по факту, он был слабейшим в своей команде.

Примечание: этот Силовой Костюм — собственность Азута, а не Ца.

Итак, почему него был этот Силовой Костюм? Наступит ли день, когда этот вопрос получит полноценный ответ?

Примечание 2: имя прошлого владельца Силового Костюма ещё не было упомянуто, но, возможно, я уже раскидал ключи к разгадке насчёт них?

Брейн:

Невозможные для ограничений мира Повелителя вещи (невозможные в системе) стали возможными с его помощью. Хотя что это значит?

Я думал насчёт того, чтобы раскрыть этот вопрос в прошлом, но вчерашний Маруяма, скорее всего, использовал бы другие способы для описания и пояснения этого.

Честно говоря, второй комментарий Брейна насчёт Коцита был ненужным, и, возможно, это было крупной ошибкой с моей стороны.

"Хмм? О чём он говорит?", — было бы обычной реакцией на это.

Если вы подумали: "Аааа, так он говорит об этом…", — и пришли к верному ответу — вы странный человек. Насколько же хороша ваша память…?

В любом случае, покойся с миром.

Думаю, не так уж много людей ненавидело его, так что он был хорошим персонажем, я думаю?

Реннер:

Эта иллюстрация должна была бы считаться опасным знанием, что даже…

Аааа! Если бы я написал её титул в виде Страж Области Одной Комнаты вместо Золотой Принцессы в конце. Как мог я забыть это, когда сам же предвещал это с того самого времени…?

Её профессия [****] предвещает… нечто. У меня абсолютно нет идеи, что это, но не волнуйтесь.

Маруяма уже держит в голове базовый план на последний том, так что для вас лучше не волноваться о нестоящих вещах. Вроде что насчёт дварфов, почему он просто не забрал тот меч, и что насчёт металла, который был увезён… Как много томов для меня бы заняло, чтобы раскрыть всё это? 21? Не правда ли?

А, в любом случае, мы же говорим о "ней".

Ммм, перечитав книгу, возникает ощущение, что некоторые её действия не выглядят чётко мотивированными… По какой бы причине вы так не считали, это будет самым правильным выводом!

Клайм:

Шут до конца. Однако если он живёт самой счастливой жизнью за всё время, то это было не такой уж плохой сделкой. Кстати об этом, его ожидает грубое пробуждение, но Реннер в любом случае будет с ним деликатна.

В: Как Клайм заполучил сердце Реннер?

О: Это что-то вроде терапии животных, но поскольку Реннер изначально была извращенкой, ей не может стать лучше! Так же, как Назарик — целый мир для Аинза, Клайм — весь мир для Реннер.

Занак:

Честно говоря, он был отличным персонажем. Даже несмотря на то, что броня не сидела на нём хорошо, он всё равно был хорошим персонажем. Из детей Рампоссы III, он, скорее всего, был самым лучшим. Или, иначе выражаясь, Реннер просто была слишком гадкой персоной.

Я действительно хотел бы увидеть, как выглядело бы то яркое будущее, упомянутое в описании его персонажа.

Примечание: Занак был холост по личным причинам. Лично он верил, что брак тянул за собой больше проблем, чем это того стоило, так что он вовсе не хотел жениться. Если бы он мог стать Великим Герцогом с помощью брака, то он, возможно, женился бы.

Рампосса III:

Король, выигравший у Альбедо. После сказанного в сторону Альбедо, она не смогла ничем парировать ему. Хороший король был. Если бы он только знал, как использовать Shin Beruwan Bao Zakeruga, то он бы смог стереть в порошок Аинза и остальных…

(П.П.: атака из Zatch Bell!)

Zatch Bell! был довольно увлекательным, но из работ мастера Райку, любимцем Маруямы остаётся Grief Warrior Hero Ba-Ban.

Синие Розы:

Я на самом деле хотел убить их…

Маруяма уже и так ненавидел истории, в которых спасались лишь женские персонажи. Когда я читал рассказы на Syosetu и видел, что очередной женский персонаж добавлялся в команду протагониста, я всегда говорил: "почему опять девушка?"

(П.П.: Syosetu — платформа, на которой публиковалась веб-новелла Повелителя)

Разве не лучше было бы собрать в команду уникальных персонажей?! Я хочу читать истории о том, как минотавры, орки, крысолюди и прочие собираются в команды, чтобы вместе идти в поисках приключений!

Мне правда хотелось их убить… Другими словами, я хотел убить их в 14м томе…

Прискорбно…

Однако использование силы автора для того, чтобы заставить персонажей делать то, что они бы не сделали исходя из их характеров, было бы совершенно непозволительно…

Хильма и Восемь Пальцев:

Склонись. Я полагаю, многие из вас посчитали картинку к первой главе смешной.

Таковой была триумфальная в прошлом группа.

Следовало ли мне сделать правилом то, что если люди просто склонятся перед Назариком, они будут спасены?

Ну, в обычной ситуации они, конечно, были бы спасены. В конце концов, не было никакой выгоды в том, чтобы убить их.

Обитатели Назарика:

В общем, им наплевать на людей. Если все смогут понять это, то Маруяма будет очень доволен.

Всё в порядке, пока Маре остаётся милашкой!

Они мягко обходятся со своими собственными друзьями, но строги по отношению к чужакам.

…мои извинения, это уже должно было быть тем, что все и так совершенно знают на сей день.

Филипп:

ОК, наконец пришло время для главного героя этого тома.

В Повелителе существует правило о том, что есть определённый уровень идиотизма, который нельзя пересекать. Однако это было исключением.

Конечно, в этом томе присутствовало достаточно детальное объяснение его глупости, но чтобы быть настолько тупым, человек должен был унаследовать это от родителей (и из-за образования, данного ему ими).

Благодаря эксплуатации со стороны Хильмы и многочисленных манипуляций за его спиной, его эго было значительно более уязвимо для непомерного роста. Так что, по-хорошему, вы не можете спустить на него всех собак.

Но он всё же был идиотом.

Я могу поделиться с вами секретом. В прошлом, Маруяма также задумывался, может ли кто-то на самом деле быть таким тупым?

Существует множество невероятно тупых людей в реальном мире, вроде персон без капли воображения. Честно говоря, действия этих индивидуумов должны казаться загадкой нормальным людям, не так ли? Это то ощущение, которое я пытался ухватить.

Но Филипп был противоположностью этим людям, в смысле того, что его вина состояла в слишком богатом воображении.

Вот и всё, правда? Поскольку у нас было множество персонажей, я хотел поговорить немного больше о них, но этого должно быть достаточно.

Вышеприведённое заключает мои различные мысли касательно 14го тома.

Всё, что осталось — 15й, 16й и 17й тома, и на этом история будут закончена!

Так что если вы, ребята, подержитесь со мной ещё немного, Маруяма будет вне себя от счастья.

Тогда увидимся в следующий раз!

Дополнительные материалы. Принцесса-вампир утерянной страны

Реквизиты переводчиков

Перевод: https://vk.com/translate_overlord

Благодарности переводчикам на русский:

Excelsior, Rumbis, real1st, Metrus, Baka, RedRain, pol.atreydes, hex.style, lsabakal, Fin,

Sauron777, Dead_Inside, Pukinator, kazbek_guru, dotka971, Qshex, RYZ7.

Редактура: Qshex, Pukinator.

Работа с иллюстрациями: Qshex

Пролог

В 2015г Маруяма в своём твиттере опубликовал небольшую историю с альтернативным сюжетом, называется Twitter Side Story. Она настолько понравилась фанатам, что он обещал выпустить продолжение.

И вот, 4 года спустя, мы видим это продолжение - Повелитель. Принцесса-вампир утерянной страны.

Сидя на троне, Момонга проигнорировал слабое удовлетворение и удвоенный стыд, который он на мгновение почувствовал, и начал осматривать интерьер комнаты, после чего увидел Себаса и горничных, стоящих без движения, словно статуи. Их неподвижный вид заставлял чувствовать себя немного одиноко.

Он вспомнил, что для такого были команды. Момонга пролистал в голове список виденных прежде команд, а затем протянул руку, и осторожно взмахнул ею сверху вниз.

— Преклоните колено.

Альбедо, Себас и шесть плеяд – все они преклонили колени перед ним так, как слуги преклонялись перед своим хозяином.

Это было хорошо.

Момонга поднял левую руку и проверил время.

23: 55: 48,49,50…

Как раз должно быть время.

Прямо сейчас, ГМы, вероятно, безостановочно вещали, а другие запускали фейерверки снаружи. Однако Момонга, который заблокировал все эти вещи, не знал о них.

(п.п.: GM – game master, координатор или модератор игры)

Момонга прислонился к трону и медленно поднял голову к потолку.

Он построил Назарик, самое сложное подземелье, со своими друзьями. По этой причине Момонга подумал, что какая–нибудь группа игроков захочет вторгнуться в этот последний день.

Момонга ждал.

Он поприветствовал бы всех претендентов как Гильдмастер.

Он разослал сообщения всем бывшим членам, но число людей, которые действительно прибыли, можно было пересчитать по пальцам одной руки.

Момонга ждал.

Он поприветствовал бы всех вернувшихся друзей как Гильдмастер.

— Пережиток прошлого, да…

Момонга думал.

Хотя сейчас от гильдии осталось одно название, в прошлом он потратил множество приятного времени здесь.

Он перевел взгляд на гигантские флаги, свисающие с потолка. Всего их было сорок один, столько же было и членов гильдии. На каждом флаге была эмблема. Момонга вытянул костлявый белый палец, указав на один из них, и дал пробудиться воспоминаниям в его голове… Но его рука остановилась в середине движения.

"Сейчас не время для таких вещей!"

Момонга подумал о некоем плане, который он подготовил на сегодня.

План восхитительного финала в конце.

Чтобы отпраздновать с друзьями, которые вернулись в последний день работы сервера, чтобы сделать что–то большое с ними в самом конце, Момонга отправился в торговый район, который он почти никогда не посещал, покупая огромное количество предметов, намереваясь использовать их для проведения мероприятия.

Однако, хотя несколько его друзей и вернулись в гильдию, к сожалению, никто из них не остался до самого конца.

Те немногие друзья, которые вернулись… конечно же, ставили свои настоящие жизни на первое место. Поскольку Момонга наблюдал, как многие его товарищи покидают гильдию по этой же причине, он мог предвидеть такой исход.

Несмотря на это, Момонга всё–равно чувствовал себя ужасно одиноким и, в то же время, ужасно разочарованным.

Именно потому, что эти две эмоции заполнили его сердце, он полностью забыл, что его первоначальное намерение состояло в том, чтобы принять участие в мероприятии со своими друзьями. Нет, возможно, потому, что он не хотел помнить это.

Возможно, всё могло бы быть по–другому – он забыл бы о запланированном событии и сидел бы на троне ожидая конца.

Тем не менее, он продолжал думать об этом.

В таком случае…

Момонга внезапно встал с трона.

"Мне нужно идти! Даже если буду только я! В конце я должен сделать весь этот великолепный финал, даже если буду только я!"

Времени ждать больше не было.

Момонга отпустил Посох Аинз Оал Гоун, который крепко сжимал, и сразу же активировал кольцо на правом безымянном пальце – Кольцо Аинза Оал Гоун.

Когда он воспользовался кольцом, появился список мест для телепортации.

Однако первым была его собственная комната. Почему, черт возьми, оно стоит на первом месте? Момонга ругнулся на то, что обычно никогда не беспокоило бы его, и пролистал список.

— Нашел!

Момонга не мог удержаться от восклицания.

Найдя ближайшое к поверхности место телепортации, Момонга уже собирался коснуться его, когда он на мгновение заколебался.

Глаза Момонги устремились к посоху Аинз Оал Гоун.

Будучи оружием гильдии, его уничтожение означало бы уничтожение самой гильдии. С этой точки зрения, оставить его было самым безопасным выбором, который он мог сделать.

Однако, разве Момонга ранее уже не задумался об этом?

"Правильно, пойдём со мной – ты доказательство того, что когда–то существовала Гильдия Аинз Оал Гоун".

Момонга крепко сжал посох и активировал силу кольца.

Телепортация произошла моментально, и он оказался в обширной комнате.

По обе стороны от него стояли два ряда узких каменных столов, на которые клали трупы, хотя сейчас они были незаняты. Пол был сделан из полированного известняка. Сзади был лестничный пролет, спускавшийся вниз к двойным дверям, ведущим на второй этаж Великой подземной гробницы Назарик.

Это было самое близкое к поверхности место, куда его могла перенести сила кольца.

Отображаемое название места указывало, что это был Центральный мавзолей Великой подземной гробницы Назарик.

"Мне нужно поторопиться!" – крикнул Момонга, подталкивая себя.

Он посмотрел на часы на левой руке, и время было …

23:58:03

У него почти не осталось времени.

Казалось, он слышит, как звук закрывающихся дверей поезда прекратился, сменяясь шипением газа изнутри.

Момонга применил заклинание [Полёт], чувствуя себя будто простым служащим бегущим вверх по лестнице

Несмотря на его панику, движения Момонги, когда он прокручивал консоль и выбирал заклинание полета, ни в коем случае не были медленными.

Каждое заклинание имело место на панели заклинаний.

Если бы он не знал этих вещей, если бы он делал какие–то ошибки, когда ему нужно было наложить заклинания, это влияло бы на такие вещи, как бой. По этой причине Момонга потратил больше года на запоминание позиции каждого заклинания на панели. Наряду с тем, что это усилие оставило других его товарищей по команде ошеломлёнными, Момонге всё равно никогда не удавалось победить Тач Ми хотя бы один раз, не зависимо от проделанного труда. Несмотря на это, Момонга всегда чувствовал, что его хороший послужной список в PVP объясняется его трудолюбием, и это, вероятно, было правдой.

Момонга изо всех сил летел к великому болоту, которое окружало Великую подземную гробницу Назарик.

Контролировать позу во время полёта оказалось неожиданно сложно. Он однажды слышал от кого–то, что это похоже на игру в воздушный бой.Тем не менее, если лететь по прямой, то простых движений достаточно. Точнее, вообще не нужно было ничего делать. Все что необходимо, это не касаться интерфейса управления.

Покинув наземную часть Назарика – другими словами, кладбище – позади него, он оказался в районе болота, заполненном туманом.

Очертания монстров проявлялись среди мглы, но прямо сейчас все активные мобы были переведены в неактивное состояние, так что они не нападут, если он не ударит первым.

Это переключение в неактивный режим было реализовано примерно неделю назад. В сочетании с частыми экскурсионными мероприятиями, это, по всей видимости, привело к многим новым открытиям.

Даже Момонга не смог сдержать восторженного вздоха, посмотрев видео с этими открытиями. И наоборот, относительно тех открытий, что не вызвали подобной реакции в нём, он проклинал в своих мыслях словами "Откуда, чёрт возьми, кто–то мог знать об этом, разработчики, вы тупые?"

"Я думал, что кто–то попытается вторгнуться к нам для осмотра достопримечательностей. В конце концов, они смогут пройти через болото Гренбера, не тратя никаких ресурсов".

Но никто не пришёл.

Конечно этому стоило радоваться, но вместе с тем, это заставляло его чувствовать себя одиноким, как будто он был полностью забыт миром. Что–то вроде того.

Момонга сощурил глаза – хотя выражение лица не изменилось.Он достиг своей цели – острова, плавающего на болоте.

Это был необычный маленький островок.

Не очень большой, но заполненный множеством цилиндрических предметов, достаточным для покрытия всей поверхности.

Момонга достал из карманного измерения похожий на палку предмет с кнопкой, и взял во вторую руку, которой не держал Оружие Гильдии

— Сейчас!

Громко воскликнув эти слова, которые он обычно не использовал, Момонга сильно нажал на кнопку.

В этот момент, цилиндры, размещённые так плотно, что не было пространства между ними, испустили шары света в небо. Они были настолько близко друг к другу, что это выглядело как гигантский шар света.

Это были фейерверки, проданные разработчиками ИГГДРАСИЛя – или, может, проектной группой – по низкой цене.

Момонга приобрёл около десяти тысяч фейерверков и разместил на этом острове. Однако, он не установил их все, потому что ему стало скучно на половине проделанной работы. Прямо сейчас у Момонги, вероятно, было как минимум четверть этих фейерверков в инвентаре.

— …Завтра мне нужно вставать к четырём, хах.

Момонга глядел на удаляющееся остаточное свечение в небе, угрюмо бормоча про себя и наблюдая, как шары света медленно поднимаются вверх. Изначально он намеревался насладиться этой сценой со своими друзьями, которые вернулись, чтобы отпраздновать последний день игры с ним. Однако сейчас рядом с Момонгой никого не было.

А потом мощный взрыв прогремел в небе. Свет перекрывался ещё большим количеством света – это больше не было фейерверком, но чем–то наподобие сверхуровневого заклинания [Падение небес].

Вспышки света окутывали Момонгу пока он летел.

"Ах…"

Момонга не знал, как это будет ощущаться, когда сервера DMMO отключат.

Потому что Момонга, нет, Сузуки Сатору не играл ни в какие игры, кроме ИГГДРАСИЛя. Но он был уверен, что это не закончится очень приятно. Он был уверен, что будет похоже на внезапный разрыв струны, и его с силой вытолкнет обратно в реальность.

Всё–таки…

"Может, будет лучше, если всё закончится, пока я окружён светом…"

Через несколько секунд он вернётся в реальный мир.

Всё–таки, этот момент будто создан ярко показать радость Сузуки Сатору.

А затем…

…Момонга впал в панику.

Он думал, что как только свет погаснет, он опять увидит привычную обстановку своей комнаты. В конце–концов ИГГДРАСИЛЬ собирались отключать. Однако, в действительности перед ним было совсем другое.

— …Что это?

Пробормотал сам себе Момонга.

Не от одиночества, а потому, что столкнулся с чем–то непонятным.

Первое, что предстало перед его глазами, было ночное небо. Сверкали созвездия, и медленно плывущие облака, казалось, пытались скрыть их свет. Вдалеке виднелись высокие вершины гор, а у их подножия под ветром колыхались тёмные леса.

Это был вид, который он не мог увидеть в реальном мире, создавалось ощущение, будто он и не покидал игру.

Он посмотрел вниз – и увидел, что парит в воздухе. Ну, это понятно, Момонга ведь только что использовал заклинание [Полёт].

Однако внизу под его ногами было совсем не болото.

Это были руины

Это не просто одно или два здания, это больше походило на поселение – нет, это было нечто большее. Вдалеке он увидел здание, похожее на замок, и стену, окружавшую город. Эти руины когда–то были довольно большим городом. Судя по многочисленным следам, его не завоевали, а по какой–то причине бросили.

Находясь в нескольких сотнях метров над городом, он не мог точно знать, что находится внутри города. Между тем, Момонга не мог не вспомнить заброшенный подземный город с автоматизированным заводом по производству кукол, Вилисиртерию.

"Нет, это не похоже на Вилисиртерию. Этот город выглядит иначе… что, чёрт возьми, это за место?"

С удивительным спокойствием Момонга посмотрел на часы на левой руке.

0:03:45, 46, 47…

— …Ха?

Момонга снова огляделся по сторонам. Пейзаж был незнакомым. Конечно, Момонга никак не мог знать каждый квадратный дюйм карты ИГГДРАСИЛя. Может быть, в каком–нибудь уголке игры есть такие пейзажи.

Но это был последний день игры. Серверы в полночь должны были быть выключены. Но это время уже прошло, и вряд ли часы сломались.

"Как, что это?"

Отключение ИГГДРАСИЛя отложили. Или, скорее всего, ему всё это показывают наподобие заставки, потому что он не вышел самостоятельно. В голове мелькали разные варианты.

"Они отложили отключение сервера?"

Наиболее вероятно, что какая–то определённая – неоспоримая – причина привела к задержке отключения серверов.

Если в этом дело, то ГМы должны были дать объявление. Момонга поспешил открыть коммуникационную консоль, которую он себе до этого отключил – и застыл на месте.

Консоль не открывалась.

"Что… случилось? Как это так?"

Смесь сомнений и тревоги наполняли его, пока Момонга пытался активировать другие функции.

Ни одна не работала.

Как–будто его полностью отрубили от системы.

"…Что происходит?"

Сейчас нужно думать что делать дальше. "Где интерфейс управления заклинанием [Полёт]?" – однако как только Момонга об этом подумал – он сразу понял что в нём нет необходимости.

Момонга медленно снизил высоту.

"Что происходит? Что всё это значит? Почему я могу использовать [Полёт]? Нет, стоп, это ещё не всё, так ведь?"

Момонга вдруг "осознал", что может спокойно сам управлять заклинанием [Полёт], как–будто для него это было совершенно естественно.

Это очень странная ситуация.

После этого Момонга посмотрел на свои руки.

Левой рукой он держал символ гильдии, Посох Аинз Оал Гоун. А в правой был пульт запуска фейерверка.

Ничего не поменялось. Без сомнений, эти костяные белые руки – те же самые, что были у него в ИГГДРАСИЛЕ.

Но восприятие отличалось. Точно описать разницу было немного сложно, но было сильное ощущение, что это его собственные руки. Хотя это были те же самые руки из ИГГДРАСИЛЯ, в них было совершенно естественное чувство, как будто он смотрел на свои собственные руки из реального мира.

Однако больше всего его испугала способность сохранять спокойствие, несмотря на то, что он находился в подобной ситуации.

Бессознательно, Момонга вспомнил слова своего друга:

"Тревога – это семя поражения, вы должны мыслить логически и всегда быть хладнокровным. Сохраняйте спокойствие, расширяйте свое видение, не увлекайтесь мелкими деталями и позвольте своим мыслям течь…"

"Ахх, да."

Первое о чём он должен был подумать – "что это за место"?

"Если бы тут я мог кого–нибудь спросить… нет, ведь лучше, чтобы тут никого не было, верно?"

— думал Момонга, спускаясь к земле. Возможно, ему следует разведать окрестности используя [Полёт]… или нет. Хотя город выглядел руинами, но в нём всё ещё было много сохранившихся домов. Там могут быть отряды лазутчиков. Казалось, что кто–то мог прятаться в маленьких переулках между разрушенными домами и смотреть на него.

Свободные пространства дают хороший обзор, но это, по сути, значило открыть себя врагу.

Хотя он и не думал, что ввиду последних необъяснимых событий кто–то вообще пожелает его заПКшить, и вообще вполне вероятно, что он тут единственный оказался, но он всё равно должен двигаться незаметно, пока не узнает, что тут происходит.

(п.п.: ПК – англ. PK, player killing, убийство игроков)

К тому же, Момонга держал в руках символ гильдии – Посох Аинз Оал Гоун. Это должно снизить вероятность быть заПКшеным.

Учитывая всё перечисленное выше, первым что он должен сделать –

[Совершенная Неизвестность]

Момонга использовал заклинание. Оно было высокого уровня и намного превосходило [Невидимость].

Теперь он должен стать полностью невидимым, за исключением использования противником какого–либо специального заклинания или способности. Хотя это не было серьёзным препятствием для определённой группы игроков, всё же это должно снизить шансы его смерти.

Момонга взглянул на свои костляво–белые руки и посмотрел вниз. Он всё ещё мог видеть себя, но не было значка, который говорил бы о его невидимости. В общем, он не был уверен в себе.

По мере того как он спускался, становились видны детали города. Жители, должно быть, оставили его довольно давно, так как можно было увидеть прогнившие, рухнувшие дома.

"Что случилось с этим городом? Более того, что сейчас происходит? Открытие ИГГДРАСИЛЬ 2? Или это скрытый ивент от разработчиков? Что–то вроде принудительной телепортации сюда, если ты не вышел из системы? Но в таком случае, как объяснить этот реализм?"

Как бы он ни мучился, ответа ему было не найти.

Спускаясь, Момонга задумался об использовании умения.

Было много хороших заклинаний, но использовать создание нежити будучи невидимым, не сделало бы ничего хорошего. Всё, что оно бы сделало – раскрыло его позицию. И хотя он мог использовать его, чтобы установить ловушку, в данной ситуации это могло бы обернуть кого–то потенциально дружелюбного против него.

"Должен ли я закрыть своё лицо? Нет, мне кажется, что люди, скрывающие свои лица, подозрительны … тьфу…"

Момнога активировал одно из своих умений. Возможность обнаруживать нежить.

В ИГГДРАСИЛе такие места часто содержали нежить. Поэтому Момонга использовал это умение почти подсознательно. Когда он это сделал, умение передало Момонге плохие новости.

[!]

(п.п.: Скилл заметил присутствие нежити, далее – сигнатура нежити)

Изначально Момонга спускался медленно, но теперь, он внезапно рухнул с большой скоростью и спрятался в двухэтажном здании с разрушенной крышей.

От его спуска поднялось облако пыли. Момонга торопливо махнул рукой, пытаясь опустить его, но тщетно.

Это была довольно просторная комната. Мебель внутри была раздавлена упавшей крышей, и под воздействием времени она полностью сгнила.

Он настроил [Полёт], чтобы его ноги не касались земли. Он принял во внимание то, что половые доски могут разрушиться под его весом. Если он сможет понаблюдать за ситуацией, у него получится узнать больше.

Однако, у Момонги были проблемы побольше –

"Что, чёрт подери, происходит? Почему вокруг столько нежити? Куда я телепортировался?!"

Дело в том, что Момонга осмотрел местность вокруг на наличие сигнатуры нежити, прежде чем нырнуть в этот дом, и он определённо увидел там фигуру, похожую на человека. Её несогласованные движения, скорее всего, не были движением живых.

Момонга неподвижно замер у стены и сосредоточился на наблюдении пространства снаружи. Даже если он может обнаружить нежить, он не может определить их силу. Среди самой могущественной нежити были и способные видеть сквозь [Совершенную Неизвестность].

Прямо сейчас Момонга мог сделать две вещи.

Первая – уйти, а точнее, – бежать как можно дальше отсюда, пока сигнатура нежити не пропадёт.

Вторая – попытаться разузнать уровень и прочую информацию о нежити, и, если она была бы относительно небольшого уровня, узнать где он сейчас находится

Значит, ему нужно выбрать одно из двух.

Однако, уйди он – не было гарантий, что он будет в безопасности. В таком случае, лучше остаться и исследовать сигнатуру нежити. В добавок, Момонга так же был нежитью, так что вполне вероятно, что его не атакуют, если не предпримет никаких враждебных действий.

"Ну, в конце концов, это ведь просто нежить."

Момонга вспомнил чувство использования [Полёта], и его переполнила уверенность.

"Всё будет хорошо. Не знаю почему, но я уверен, что я так же могу использовать атакующие заклиная без проблем… это на самом деле плохо. Я больше не чувствую себя собой… Нет. Подумаю об этом позже. Более важно, что у меня будет множество путей сбежать, если я смогу использовать [Телепортацию]."

Момонга посмотрел вокруг, потом на пол – укрытый остатками разрушенной крыши – а потом на обломки

— Надеюсь, не обвалится.

Разговор с самим собой был признаком беспокойства.

Игровой персонаж Момонги был бы в порядке, даже если бы на него обрушилась крыша.

Но, в конце концов, это было в ИГГДРАСИЛе, и даже если он сможет нормально использовать заклинания и навыки, не было никакой гарантии, что его тело будет функционировать так же, как и в игре.

"Но тогда, мои глаза. Я могу нормально использовать своё ночное видение. Значит ли это, что мои пассивные навыки так же работают нормально? Кстати, не является ли технический уровень здания немного устаревшим?"

В здании небыло стальной арматуры или бетона. Осколки, разбросанные у его ног было трудно разглядеть, учитывая, что они стёрты в пыль, но, похоже, они были из дерева и кирпича.

"Это ведь… всё ещё ИГГДРАСИЛЬ? Нет, хотя кажется, что ответ где–то рядом…"

Сколько бы он не думал, не было похоже, что это реальный мир. Но даже если это было бы так, многие вопросы оставались без ответа.

Момонга отложил этот вопрос на время и произнёс заклинание. Он начал с [Сообщения]. Он должен посмотреть, может ли он связаться с кем–то ещё, будь тот ГеймМастером или другим человеком.

Немного спустя он начал ворчать.

— Не могу соединится, хаа…

Он не мог ни с кем связаться и не мог выйти из системы. Как будто он был заперт в этом мире.

"Дальше… попробуем осмотреться и собрать информацию. В таком случае я использую…"

— [Удаленный Взор]

Он создал магический датчик и пустил его по воздуху.

Это была игра на удачу. Было бы неприятно, если существовала нежить способная видеть сквозь невидимость, но было бы ещё хуже, если у противника были способы сопротивляться разведывательным заклинаниям или даже контратаковать их.

Однако, Момонга впал в замешательство.

— Что это за…

То, что он видел, в корне отличалось от ИГГДРАСИЛя. В игре используя [Удалённый Взор] создавалось небольшое окошко в углу зрения. Можно было отрегулировать размер окна на усмотрение, но по факту оно будет отображаться как другое изображение.

Однако, в этот раз всё было по–другому.

Будто бы он открыл новую пару глаз, а в месте с ней – новый угол обзора.

Он не знал, считать ли это увлекательным или странным. Тем не менее, это не было проблемой. Для него это было естественно, и он мог использовать заклинание как обычно. Он даже чувствовал, что он полностью изменился.

Момонга проигнорировал небольшое замешательство и использовал [Удалённый Взор], чтобы посмотреть на нежить.

Нежить шла спотыкаясь.

Мутные глаза смотрели из под открытых век, и не похоже, что они моргали.

Он не был похож на высокоуровневую нежить. Скорее, на низкоуровневого зомби. Только внешность зомби обычно была ужасной, но не в этом случае. Не было похоже, что он сильно пострадал или сгнил. Он был похож на чистый, движущийся по округе труп.

"Такая нежить… если это был ИГГДРАСИЛЬ… нет, почему я думаю об этом, как будто это не ИГГДРАСИЛЬ? Возможно, это какой–то большой патч… но после закрытия серверов? Как такое возможно?"

Момонга внезапно кое–что понял, и он закричал так, чтобы не услышали зомби неподалёку.

— Это незаконно! Это незаконное удержание! Выпустите меня отсюда!

Если это действительно была игра, и если этим кто–то управлял, то очень вероятно, что эти слова будут записаны. В шлеме, который носил Сузуки Сатору, в соответствии с Законом о компьютерах, это также будет записано. Если компания заметит, они, вероятно, предпримут какое–то действие. Тем не менее, он не заметил ответа.

"Как я и думал… это ведь не ИГГДРАСИЛЬ? Я не думаю, что компания, умышленно выбрав меня целью преступления, что–то с этого выиграет… Но игра, ставшая реальностью – это невоз… или это не невозможно? Кроме того, чрезвычайно странно, что я использую навыки и заклинания, как будто они часть меня."

Момонга покачал головой.

Теперь очень важно было подвести итоги ситуации. Сначала он должен был защитить себя. Если он умрёт, закончится ли игра выходом из системы, или это будет просто конец, потому что теперь это реальность?

Момонга позволил созданному заклинанием сенсору проплыть мимо глаз зомби–мужчины.

Он не отреагировал.

Мужчина продолжал двигаться волоча ноги.

"Он не увидел … но можно ли быть уверенным, что это зомби?"

Наблюдая, как человек уходит, Момонга отправил [Удаленный взор] дальше по дороге.

На дороге он увидел ещё более десятка нежити, и все они были зомби.

И всё же, тут их наверняка целое множество.

Какие–то ходили кругами внутри своих домов, другие бродили по улицам.

Выглядело так, словно весь город заполонила нежить.

В ИГГДРАСИЛе такое не было странным. На самом деле, там было довольно много подземных городов, наполненных нежитью. В том числе и те локации, которые могли стать базами, если победить местных боссов. И хотя Момонге не довелось побывать в подобном месте, на опубликованных видео, можно было увидеть прекрасные райские города.

Вскоре Момонга закончил исследовать окресности.

Всё, что он узнал, так это то, что помимо зомби, другой нежити здесь не было, и что все окрестности – это одни сплошные руины, без выживших.

"Ха", выдохнул Момонга, не понимая, как его костлявое тело без легких могло это сделать, и деактивировал свои заклятия [Удаленный взор] и [Совершенная неизвестность].

Он волновался по поводу того, что следует делать, если ему вдруг встретятся Игроки, особенно ПКшеры, но, видимо, он зря беспокоился. К тому же, в зависимости от ситуации, при контакте с другой стороной он может просто поднять руки, чтобы выудить информацию о них.

Подумав немного, Момонга проверил, что он всё ещё может нормально телепортироваться, после чего решил покинуть дом и выйти на улицы.

Хоть он и не осмелился полностью поверить в свою силу, но если он сможет использовать те же заклинания, что и прежде, то никаких проблем возникнуть не должно. Нет, даже если все пойдет под откос, он все равно сможет сбежать.

По возможности, он хотел бы проверить свою силу, убив зомби, но это было слишком опасно.

Хоть это и были лишь его знания об ИГГДРАСИЛе, нежить с низким уровнем интеллекта, типа этих зомби, принимала Момонгу за своего и не нападала на него. Однако, совсем другое дело, если он начнет атаковать первым. И даже возможно, что зомби в округе начнут агрессировать на него словно по эффекту домино, пока каждый из них не станет враждебным.

К таким методам, что потратят его силы и увеличат количество его врагов, он прибегнет в последнюю очередь. А сейчас ему следует сфокусироваться на сборе информации.

Момонга покинул разрушенный дом.

Его первый шаг потребовал немало мужества и заставил его сердце биться, хотя у него и не было никакого сердца, но первый встретившийся зомби не был к нему враждебен и просто прошёл мимо Момонги, будто бы его тут и не было. Словно гора, давящая на Момонгу, сорвалась с его плеч.

Он обследовал близлежащие улицы и сделал выводы.

Для начала, местные технологии не были особо развитыми. Ни следа электроприборов, а современные способы строитесльства не использовали бы цемент и кирпичи не одинаковой формы. Возможно, под землей были закопаны линии электропередач, но тогда было бы абсолютно невозможно жить нормальной жизнью. Это было впервые, когда он видел печи за пределами ИГГДРАСИЛя. И еще…

"Это ИГГДРАСИЛЬ? Нет, это совсем на него не похоже. Неужели это правда возможно?"

Постепенно Момонга осознавал, что такого не может быть в игре.

Но тогда, что насчёт него самого?

Для начала, как тело, полностью состоящее из костей, могло двигаться?

У него не было ни мышц, ни нервов.

Он мог двигаться как будто он был таким всегда, такое бывает только в играх. Но, если задуматься, как насчёт этой невероятной силы – "магии"?

Момонга пошёл по главной улице. Все знания, что он накопил к сегодняшнему дню, были разбиты, и он не знал как это исправить.

— В любом случае, всё что я могу – продолжить собирать информацию.

Число бродячих зомби резко увеличилось, возможно потому, что это была главная улица.

Чтобы не толкаться с зомби, Момонга снова произнёс заклинание [Полёт] и продолжил двигаться на небольшой высоте.

Было похоже, что это главная дорога города, потому что, посмотрев прямо перед собой, он мог видеть широко открытые городские ворота.

В другой стороне стоял красиво выглядевший замок. Возможно, так казалось, потому что он был построен по–другому, но не похоже, что он пострадал так же сильно, как остальные дома.

"Я бы, вероятно, заметил какие–то повреждения от погоды, подойди я ближе. А если они есть, стоит предположить, что этот город заброшен довольно давно… не говорите мне, что люди этого мира (думаю, мне стоит думать о нём, как о другом мире) не могут победить простых зомби? Или тут как в тех зомби–фильмах, где всё живое вымерло?"

Неужели они даже не способны победить самую слабую нежить во всём ИГГДРАСИЛе? Или тут всё отличается от ИГГДРАСИЛя и все зомби чрезвычайно сильны?

Нужно было найти ответы на эти вопросы как можно скорее.

Как раз, когда Момонга размышлял над местным зомби–апокалипсисом и над тем, как так вышло, он внезапно что–то почувствовал.

"Что?"

Среди массы сигнатур нежити вокруг, одна из них постепенно удалялась от него.

— Что это такое?

Момонга прищурился.

Он ощущал определённую степень разумности в её действиях, чего не было у простых зомби.

— Это игрок? Я не позволю тебе уйти, ты – ценный источник информации!

Он медленно поплыл по воздуху. Учитывая отсутствие сомнений в выборе пути, можно сделать вывод, что она знакома с городом. Тем не менее, для того, кто использует [Полёт], застройка не играла роли.

Плывя по воздуху по прямой, Момонга заметил чью–то фигуру.

Маленькая фигура в плаще с капюшоном несколько раз оглядывалась назад, туда, где был Момонга, когда бежала по узким переулкам.

"Я использую подавление нежити… нет, это последнее средство. И, кроме того, вдруг мне не стоит подавлять её."

Подавление нежити считалось актом агрессии. Если фигура перед ним связана с этими зомби, то вполне вероятно, что он навлечёт на себя гнев всех зомби в городе. Если эта фигура является игроком, ему не было нужды беспокоиться, напротив, для неё он может стать более опасным врагом.

Момонга приземлился перед фигурой. Она как раз в этот момент оглядывалась назад и столкнулась с Момонгой. Это был легкий удар, и он ничего не значил для Момонги. Но крошечная фигура не выдержала столкновения и упала на задницу.

Он мог смутно разглядеть под капюшоном светлые волосы.

— …Добрый вечер. Сегодня поистине много звёзд на небе.

— Э–э–э…

Фигура не ответила на приветствие Момонги. Всё, что он слышал, это учащённое дыхание.

Они не могли говорить, или не понимали японский? Информации было недостаточно, чтобы сделать вывод, поэтому Момонга продолжал говорить.

— Я прощу прощения за это, но я сейчас в полном замешательстве. Есть несколько вещей, о которых я хотел бы спросить у вас. Не возражаете?

Другая сторона также могла быть игроком, как и Момонга, что могло значит, что их видимый и действительный возраст могли не совпадать. Поставив мысленную галочку, Момонга сделал запрос в вежливой форме. Конечно, он не забыл склонить голову в знак приветствия.

Момонга встретился взглядом с малиновыми зрачками из–под капюшона.

"Одета как ребенок? Это житель этого мира? И на НИП не похоже…хм?"

(п.п.: НИП – NPC, не игровой персонаж)

Момонга бессознательно вспомнил Великую подземную гробницу Назарик со всеми НИП, которые кланялись ему. Что с ними случилось? Из всего, что он успел понять, скорее всего, он потерял чудесное место, которое построил совместно с друзьями.

Однако… Момонга лишь покачал головой.

Прямо сейчас у него не было времени размышлять об этом.

Момонга изучал человека, стоящего перед ним, стараясь не показаться грубым.

Это была довольно молодая девушка, вероятно, старше 10 лет. Ее глаза, расширившиеся от шока, отдавали алым цветом свежей крови.

То, что он считал плащом с капюшоном, при ближайшем рассмотрении оказалось просто куском ткани, грубо закреплённым веревкой. Конечно, только нежить будет так небрежно привязывать что–либо к своей шее.

Одежда под плащом, изодранная и обесцвеченная от попадания грязи и песка, напоминала собой женскую, но свободные рукава были подвязаны верёвкой, а то, что когда–то представляло собой юбку, было завязано в некое подобие штанов. Абсолютно прагматичный наряд.

Эта девушка не источала запаха гниения вокруг себя, в отличие от других зомби, хотя он понятия не имел, как его костяное тело могло чувствовать запахи. Вероятно, вопреки потрепанному состоянию её наряда, отсутствие запаха было связано с тем, что у нежити нет метаболических процессов.

— …Повторю, я бы хотел узнать кое о чём. Ведь всё в порядке? Ааах, прошу прощения. – сказал Момонга, протягивая ей костлявую руку. Тем не менее, сидящая на земле девушка не показала никаких признаков желания взяться за неё. Она всё ещё настороженно относится к нему?

— В таком случае, вы не против, если задам вопрос?

Девушка кивнула в ответ.

Момонга был слегка удивлен, поняв, что они могли беспрепятственно общаться на одном языке. Раз они понимали один язык, значит ли это, что она – игрок?

— С чего бы начать… Я… Сузуки Сатору. Могу я узнать ваше имя?

Алые зрачки, казалось, сменяли форму на идеальные круги.

— А, у… а… а.

Девушка говорила очень хриплым голосом. Он не мог ничего понять из того, что она сказала.

"Это не Японский? Значит ли это, что она – житель другого мира? Или, нет, быть может она – игрок, который слишком увлёкся своей ролью? Не понимаю."

Момонга, нет, Сузуки Сатору ответил ей, старясь воспроизвести профессиональный, деловой тон.

— Я искренне извиняюсь. Кажется, ваш голос прозвучал слишком тихо. Не могли бы вы повторить, если вас не затруднит?

— …А, у… а… а.

В конце концов, ответ был тем же.

— Так тебя зовут Ауаа? Какое странное имя… хм?

Девушка замотала головой. Сейчас он был уверен – она действительно понимает японский.

— Разве нет? Тогда, может, ты не можешь разговаривать?

Она снова замотала головой.

Девушка изо всех сил старалась высказаться, но Сузуки Сатору не мог разобрать какой–либо смысл в её отклике.

— Тогда позволь сменить тему. Ты – Игрок?

На лице девушки появилось озадаченное выражение.

— Значит, ты не игрок? Понятно. В таком случае, твои родители…

Однако, посередине мыслей Сузуки Сатору внезапно вспомнил, что она являлась нежитью. У неё не могло быть родителей. Тем не менее, реакция девушки оказалась несколько странной.

Она покачала опущенной головой.

Такой ответ подразумевал, что они у неё были. Когда–то, но не сейчас.

"Что же мне делать?"

В таком случае, должен ли он просто извиниться и уйти? Тем не менее, она – ценный источник информации. Такая трата была бы ужасной.

Сузуки Сатору посмотрел на девушку, издававшую странные звуки, и погрузился в размышления. И лишь тогда он услышал очень мягкий голос.

— …но …срис Инве…

Слова, которые она повторяла, наконец стали достаточно различимыми, чтобы Сузуки Сатору мог их разобрать.

— Моё имя – Киино Фасрис Инверн.

Так звали девушку.

Глава 1: Встреча в Утерянной Стране

Часть 1.

И вот, Сузуки Сатору размышлял.

У него не было ни малейшей идеи о том, кем являлась эта девочка Киино. Так или иначе, она, несомненно, важный источник информации. Ему понадобится ослабить её настороженность, чтобы она была более заинтересована в общении с ним.

Для начала, судя по её реакции, она была не игроком, а жителем этого мира. Он хотел бы это проверить, но понятия не имел, как достичь этой цели.

Кроме того, он не мог сказать, заслуживает ли она доверия. Ведь можно было получить и поддельную информацию. Прямо сейчас он должен принять меры, чтобы завоевать её доверие.

Держа это в своей голове, Сузуки Сатору начал с улыбки бизнесмена, но затем понял, что не может сделать это в своем нынешнем состоянии. Поэтому он пытался смягчить свой тон. Его голос нельзя было назвать сладостным, не смотря на это, он старался говорить как можно мягче.

— Ох… Я… я уже представился, но давай попробуем снова. Меня зовут Сузуки Сатору.

— Господин… Сатору?

У Сузуки Сатору расширились глаза – хотя в этом теле выглядело это, как в глазницах вспыхнули огни. Он не ожидал, что она немедленно обратиться к нему по имени. "Она очень фамильярна", – подумал Сузуки Сатору. И она также уже назвала своё имя. Мне стоит его запомнить. Должно быть, она поступила таким образом, чтобы подчеркнуть этот момент.

— Можно просто на вы. Тогда… вы Киино, я прав?

Теперь настала очередь девочки выпячивать глаза. Сузуки Сатору задался вопросом, не сказал ли он что–то неуместное.

Киино Фасрис Инверн.

Киино, возможно, было её первым именем, а Инверн, вероятно, фамилией. Или, может быть, Фасрис–Инверн? Он не был уверен что есть что, и её удивлённое выражение лица, наверно, связано с тем, что она обратилась к нему по имени, а он, на самом деле, назвал её фамилию? Возможно, она подумала, что это отказ от её благих намерений.

(п.п.: у японцев принято обращаться друг к другу по фамилии, поэтому он посчитал её фамильярной, когда она назвала его имя. И наоборот, когда Момонга назвал её по имени, а она удивилась, он посчитал, что, вероятно, он ошибся, и Киино это её фамилия)

Или это потому, что он обратился к ней на Вы, несмотря на то, что она была ребёнком?

— Ах, д–да…

— В таком случае, поднимитесь пожалуйста. К тому же, для разговоров это место… а как вы его называете? Что же, да. Я, конечно, могу создать башню при помощи магии… но она будет выше окружающих зданий. Также у меня есть предметы с похожими способностями… но вы не хотите особо светиться здесь, верно?

Киино едва удалось удержаться на ногах после того, как Сузуки Сатору поднял её, а затем она робко кивнула.

Понятно – Сузуки Сатору сделал у себя в голове ментальный эквивалент суженых глаз.

Это означало, что Киино знала о магических предметах. Были ли это общеизвестные знания для жителей этого мира, или это были профессиональные знания, доступные только ей? Или она всё–таки была связана с ИГГДРАСИЛЕМ?

Тем не менее, ему было как–то не по себе пытаться найти какую–то характерную черту в девочке–нежити, которую он нашел в городе, кишащем зомби.

А что касаемо того, почему она не хотела привлекать внимания – это потому, что в этом городе были другие разумные представители нежити, помимо зомби, или потому что вокруг есть враждебные существа, и это место не безопасно? Звучит весьма вероятно.

— В таком случае, если вы знаете безопасное место, могли бы вы отвести меня туда?

Тело Киино дрожало.

Он мог понять, что она чувствовала.

Будь Сузуки на её месте, он не хотел бы привести кого–то, кто мог быть ПКшером – в данном случае подозрительным скелетом – в своё безопасное убежище. Поэтому он должен сдать назад и согласиться пойти в место, где они могли бы спокойно поговорить. Может быть, у Киино не было запасного убежища?

Можно было бы сказать "ты недостаточно осторожна", но, поскольку он не знал, через что прошла Киино, у него не было права говорить нечто подобное. Даже Сузуки Сатору не продолжил бы играть в ИГГДРАСИЛЬ, если бы не встретил друзей. Другими словами, действия человека основывались на его опыте и прошлом. Возможно, Киино не нужно быть такой осторожной в своей повседневной жизни.

Сузуки разговаривал с ней как с неопытным новичком из ИГГДРАСИЛя.

— Мне не нужно, чтобы вы отвели меня в своё основное убежище. Знаете ли вы какие–либо другие места, которые считаете безопасными? Какой–нибудь дом неподалёку, или что–то в этом роде?

Честно говоря, он действительно хотел знать, где находится её основное убежище. Но Сузуки Сатору был исполнен морального обязательства седого ветерана давать советы новичку, и поэтому он искренне предложил другую альтернативу.

Кроме того, Киино может оказаться не единственным жителем в этом убежище. Или это место было таким же важным для неё, как для Сатору его товарищи? Сузуки Сатору прекрасно понимал желание не подвергать опасности своих друзей.

— Если вы не можете принять решение самостоятельно, я не возражаю, чтобы вы вернулись после разговора со своим лидером. В таком случае я подожду поблизости … там, где нет нежити.

Он не хотел позволить ей сбежать, но и не хотел преследовать её для получения информации. Позволить ей доверять ему не так уж и плохо, Сузуки Сатору великодушно заявил в своем сердце, что его чувство долга как игрока высокого уровня было на первом месте.

Киино пошла с робким и застенчивым видом.

— Большое вам спасибо, Киино.

Плечи Киино дернулись, когда она услышала, как Сузуки Сатору произносит эти слова позади неё. Затем она поспешно повернулась, чтобы посмотреть на него.

— Хм? Что, в чём дело?

— Ах, нет, это н–ничего…

Киино тихо пробормотала это и пошла дальше.

Сузуки Сатору задавался вопросом, что происходит? Она просто была осторожна, или он действительно был таким пугающим?

На самом деле, Киино шпионила за ним из узкого переулка, хотя сама была нежитью. Должен ли он предположить, что они когда–то были врагами?

В таком случае, что она за нежить?

Было много видов нежити – даже Сузуки Сатору, в некоторой степени – которые имели красные глаза. Однако очень немногие из них выглядели так же презентабельно, как Киино. На ум пришли слова "вампирская невеста", но не похоже, что она была одной из них.

Именно в этот момент Сузуки Сатору онемел от своего явного невежества.

Если это действительно был другой мир, то вполне возможно, что он может содержать уникальную нежить.Однако он не мог сказать, что мир совсем не связан с ИГГДРАСИЛем. В противном случае никак не объяснить, почему Момонга мог использовать свои навыки и заклинания из игры.

Сузуки Сатору оставил дальнейшие размышления над этим вопросом. В конце концов, учитывая как мало ему сейчас известно, никакие мысли не дадут ему ответа.

К счастью, никто из них не встретил зомби, поскольку они шли в тишине несколько минут. Киино остановилась, достигнув окрестностей городских стен. Там был небольшой одноэтажный дом с лестницей, ведущей вниз. И в арку в конце пути была вставлена перекрестная решетка.

"Что это? Если он ведет к подземному погребу, то не должен ли он находиться внутри здания? Это подземный акведук? Или нет, я должен назвать это канализацией?"

Киино повернула голову.

— Ах, это тут, место.

Ее глаза были опущены, как будто ей было стыдно за то, насколько жалким было её жилые.

Это место действительно трудно назвать тем, где стоит оставаться девушке. Кажется, в мире Сузуки Сатору сбежавшие дети жили в подобных местах.

— Понимаю. Я слышал, что изменения температуры под землей намного менее экстремальные, чем на поверхности. Вы выбрали хорошее место.

Большинство нежити имели очень высокую устойчивость к холоду, и перепады температуры не причиняют им неудобства. Поэтому Сузуки Сатору некоторое время отчаянно размышлял, прежде чем неуклюже произнести эти слова.

— Кто–нибудь ещё живёт здесь, кроме вас?

Киино мягко кивнула в ответ на вопрос.

— Понятно… тогда, пожалуйста, покажи дорогу.

Киино отодвинула металлическую решетку в сторону. Похоже, она не использовала силу нежити, или какие–либо особые способности, или заклинания – она просто была открыта. И тот факт, что она знала об открытой решётке, также является доказательством того, что она относилась к этому месту как к своему основному убежищу.

Киино продолжала спускаться по лестнице перед ней.

Хотя лунный свет быстро пропал, это не повредило им обоим. В конце концов, вся нежить обладала способностями видеть в темноте.

Они достигли подножия лестницы, и, похоже, это действительно была канализация. Однако по дороге Сузуки Сатору понял, что здесь не было запаха канализации. На самом деле здесь вообще не было проточной воды, только небольшая влажность в воздухе.

Возможно, это потому, что прошло много времени с тех пор, как жители этого города стали нежитью. Дождевая вода временами попадала сюда, но свежие сточные воды не проходили через это место.

Вероятно, поэтому Киино не пахла сточными водами, несмотря на то, что её убежище находилось в канализации.

Приступ эмоций внезапно охватил Сузуки Сатору.

В его эпоху дождь был кислотным и дурно пахнущим. Однако на теле Киино не было кислого зловония, это означало, что дождевая вода этого мира всё ещё была такой же прозрачной и чистой, как и в прошлом.

— Возможно, Блю Планет почувствовал бы себя сентиментально, будь он здесь.

Киино обернулась, услышав, как Сузуки Сатору разговаривает сам с собой, и посмотрела на него с боязливым выражением лица.

— Извините, я просто разговаривал сам с собой.

— Ах, о, я понимаю.

По мере того, как слова Киино постепенно становились понятнее, Сузуки Сатору отчётливее слышал в них страх, испытываемый к нему.

"И всё это время я был так добр к ней." – Сузуки Сатору не смог удержаться от жалобы. Конечно, он не забыл о последствиях своей внешности скелета. Ведь первые впечатления было сложно изменить.

Пока он думал о том, стоит ли закрывать лицо, они достигли своей цели. Однако это было не потому, что он долго думал, а потому, что цель находилась недалеко от того места, где они вошли в канализацию.

Войдя в канализацию, они прошли примерно 20 метров, повернули налево, а затем прошли ещё 20 метров, прежде чем подойти к двери. Она толкнула дверь, видимо, сделанной из металла, и дверь со скрипом открылась.

— Это здесь, место.

Сузуки Сатору последовал за Киино в комнату.

Она была не очень просторной. И, вероятно, использовалась для хранения инструментов, необходимых для ремонта канализации, а в углу стояла куча кирок и других инструментов.

Перед ним было несколько грязных кусков ткани – не от пятен, а от времени – лежавшие на полу..

Здесь также были старые и простые стол со стулом.

Вот и вся мебель в этой комнате. Она вообще не выглядела подходящей для жизни. Комната, в которой не было чего–нибудь для развлечения или бытовых предметов.

Хотя он мог понять её образ мыслей, учитывая, что она нежить, но Сузуки Сатору никогда не захотел бы оставаться в таком одиноком и пустынном месте в течение длительного периода времени. Погодите минутку…

Неожиданная волна родственных чувств поднялась в нём. Подумать только, его дом в реальной жизни был почти таким же.

Однако в этой комнате его привлекла куча книг и свитков. На корешках книг были символы, которых Сузуки Сатору никогда раньше не видел. По правде, он в основном и не знал других языков, кроме японского.

— Вам нужна лампа или стул?

Он вынул из инвентаря лампу в западном стиле и открыл створки, позволяя белому свету освещать помещение.

Это был магический предмет, зачарованный заклятием [Вечный свет].

Конечно, у него были под рукой магические предметы более высокого качества для освещения. Однако Сузуки Сатору решил, что не нужно выставлять напоказ что–то более мощное. Сейчас не время раскрывать свои карты. Кроме того, один из них мог излучать свет, похожий на солнечный, что могло бы оказать негативное влияние на состояние вампиров. Если Киино была вампиром, она могла бы расценить это как враждебное действие. Таким образом, он ни при каких обстоятельствах не мог его достать.

Свет лампы освещал лицо Киино, но она не выглядела чересчур удивленной. Однако он не мог сказать, было ли это потому, что она уже видела магический предмет, подобный этому, или это потому, что она узнала заклинание [Вечный свет].

После этого Сузуки Сатору дважды использовал заклинание [Создание крупного предмета].

Изначально это заклинание было предназначено для создания оружия, но у Сузуки Сатору закралось подозрение, что в этом мире – если предположить, что он отличается от того, в котором он ранее жил – это заклинание будет иметь более широкое применение. Результаты заклинания совпали с его предсказаниями.

Как он и ожидал, появилась пара черных металлических стульев.

Глаза Киино расширились, как блюдца, когда она стала свидетелем такого чудесного события. Выражение её лица было удивлённым. Сузуки Сатору обратился к девушке своим самым заботливым тоном.

— Ах, это просто пара мелких вещей, которые я создал своей магией. Пожалуйста, присаживайтесь если хотите.

Киино окольными путями постаралась отказаться, но в итоге села на него. Только после того, как она это сделала, Сузуки Сатору сел на другой, потому что деловой этикет, утверждавший, что клиент занимает место первым, глубоко укоренился в нем.

Однако сразу после того как сел, он понял, что сделал ошибку.

Ощущение металла под его задом, исходящее от чего–то, что должно было быть стулом, вызывало дискомфорт, но он не выучил никаких заклинаний, которые позволили бы ему создать подушки.

До этого он подумал, что сидеть одному было бы ужасно грубо, поэтому он сотворил два стула. Вспоминая то, как он уговорил её сесть на этот холодный жёсткий стул, ему стало так стыдно, что он захотел найти дыру и заползти в неё.

Единственное спасение теперь заключалось в том, что он не начал с пустых любезностей, вроде того, что стулья в комнате выглядят довольно хорошо. Будь оно так, это, вероятно, разрушило бы любые отношения, которые он хотел построить между собой и Киино.

Сузуки Сатору поспешно достал из инвентаря мантию, что казалась достаточно мягкой, и разговаривая начал складывать его.

— Мне ужасно жаль. Стул действительно слишком жёсткий. Пожалуйста, используйте это как подушку.

Киино с тупым удивлением уставилась на мантию, которую ей предложил Сузуки Сатору, и затем она энергично замотала головой.

— Эм, но… такие великолепные одежды, в них нет нужды. Я, у меня есть одеяло, которое я обычно использую.

— Нет, нет, не нужно церемониться, это мелочь.

Мантия может и выглядела изысканно, но только и всего. Это был предмет, не содержащий никаких редких кристаллов данных.

Итак, между Сузуки Сатору и Киино произошел ещё один интенсивный обмен любезностями. В конце концов, Киино осторожно приняла добрые намерения Сузуки Сатору и присела на сложенную мантию.

— Теперь, пожалуйста, извините за то, что я перейду прямо к делу. Я хотел бы, чтобы вы рассказали мне, что случилось с этим городом, насколько это возможно, Киино. Конечно, я не собираюсь делать это односторонним взаимодействием. Я предъявлю Вам доказательство моей собственной искренности. Тем не менее, хотя я, как правило, обмениваюсь информацией равной ценности, с сожалением должен признать, что очень мало знаю о ситуации, поэтому вместо этого я намерен платить Вам магическими предметами или твёрдой валютой. Могу я узнать, что Вы думаете об этой сделке?

Киино закусила губу, а затем посмотрела на Сузуки Сатору с тем, что казалось ненавистью в её глазах.

Сузуки Сатору не мог сдержать своего удивления.

Он не ожидал такого ответа от неё.

Однако прежде чем он успел спросить её о причине, Киино, смотря на землю, начала говорить слабым и дрожащим голосом.

Часть 2.

Сквозь плотно закрытые веки она могла чувствовать падающие на неё лучи солнца, пробившиеся через двойную защиту из штор и балдахина из тонкого шёлка. "Доброе утро, пора вставать" и "Дай мне еще немного поспать" – эти две её половины боролись за контроль над её телом.

Пока она находилась в состоянии полудрёма, дверь осторожно приоткрылась, и кто–то вошёл. Хотя толстый ковёр и приглушал шаги, она всё ещё чувствовала чьё–то движение по комнате.

Этот человек подошёл и остановился у её кровати.

— Доброе утро, госпожа Киино. Погода сегодня отличная.

— У… мм… мхм…

Она лениво открыла глаза и увидела знакомую улыбку горничной Насташи.

Причина, по которой этой горничной дозволялось обращаться по имени к ней – принцессе этой страны – заключалась в том, что она была личной служанкой Киино.

Насташа была одной из высокопоставленных слуг в замке, и в её юности ходили слухи, что она станет следующей главной горничной. Её навыки были исключительны, и она даже углубленно изучала магию, можно сказать, что путь до её нынешнего положения прошел гладко.

Киино – единственная дочь своего отца, а этой горничной было дозволено стоять подле неё, что показывало насколько сильно горничная была оценена. Но Киино не думала, что Насташа станет главной горничной, потому что она, скорее всего, в конечном итоге выйдет за какого–нибудь дворянина и уйдет со своей должности.

Увидев, что Киино встала, Насташа подошла к окну и с силой открыла его. И как она описала ранее, ослепительные лучи утреннего солнца наполнили комнату.

Она только–только покинула сладкий мир грёз, а её глаза тут же болезненно опалило светом, так что Киино не смогла не зажмуриться снова. И лишь после того, как её глаза привыкли к солнечному свету, она медленно их открыла.

Теплый солнечный свет ворвался в комнату, словно говоря ей, что сегодня будет славный, мирный денёк, наполненный теплом.

— Хорошо, госпожа Киино. Сейчас я подготовлю вам воды.

На маленьком круглом столе стоял серебряный таз. И как только Насташа прочитала заклятие, он тут же заполнился чистой водой.

Насташа просто применила заклинание первого уровня, используемое в повседневности, также известное, как бытовая магия, под названием [Создать Воду]. Заклятия нулевого уровня могут создавать питьевую воду, но вода, созданная этим заклинанием, на вкус слаще.

Раз они оба требовали одинаковое количество магии, было распространено мнение, что та вода лучше, которая вкуснее, даже если и не создавалась для питья. Судя по всему, Насташа думает также.

Поскольку заклятие [Создать воду] было первого уровня, оно создавало воды больше, чем вмещалось в один таз. И хоть у него было ограничение по времени, но общий объём созданной воды – который зависел от навыков заклинателя – можно было разделять на несколько использований. Поэтому вода не полилась через край, не смотря на применение только для одного таза.

Кстати, максимальный уровень заклятий, которые могла использовать Насташа, был второй. В холодные дни она могла применить бытовое заклятие [Изменение температуры], чтобы изменить температуру воды до приемлемой или даже обогреть комнату.

Киино вычитала из книги, что существует бытовое заклятие [Горячий источник]. Видимо, оно имитировало заклинание друидов [Гейзер]. Автор книги писал: "Оно очень удобное", и поэтому Киино хотела сама попробовать его как–нибудь.

Но, к сожалению, ни одна горничная в замке не могла применять бытовое заклятие такого высокого уровня. Поэтому Киино оставалось узнавать об эффектах [Горячего источника] только из книг.

Хотя в замке и были заклинатели магии третьего уровня, они обычно изучали боевые заклятия, и у них не оставалось времени на бытовые.

"Тогда я сама всему научусь", сказала Киино окружающим её людям, особенно учителям магии. Тогда она была моложе и едва ли могла применять заклинания первого уровня. Нет ничего странного в желании маленькой девочки выучить заклинание третьего уровня – которые могли использовать только природно одарённые – обычно это расценивают как наивные заявления ребёнка.

Точнее, если бы тем самым ребенком была не Киино.

Её родители были чрезвычайно талантливыми, гениальными магами, отец был способен на магию четвертого уровня, а мать – пятого. И поскольку она была их дочерью, все считали, что с большой вероятностью она сможет оправдать те свои слова.

Поэтому уже через два часа, после этого заявления, её вызвали к отцу, где она получила строгий выговор. Существовало ограничение на количество заклинаний, которые каждый мог выучить, и, будучи королевской особой, она должна была выучить наиболее полезные заклятия.

Юная Киино ответила, что именно потому, что она была членом королевской семьи, ей не следовало изучать атакующие, защитные или разведывательные заклятия, а вместо этого изучать те заклинания, которые сделали бы всех счастливыми.

Но её отец сказал: "У нас не мирная страна. И нельзя сказать, когда эти тихие, мирные деньки подойдут к концу, и королю придется лично отправляться на поле боя. Поэтому любой, кто способен стать выдающимся заклинателем, должен изучить эффективную для боя магию".

Выслушав отца, Киино передумала изучать [Горячий источник].

Слова её отца были обоснованы, и она еще не была достаточно взрослой, чтобы полностью понять, что он имел ввиду. С одной стороны, ей не хватало смелости противиться суровому отцу, а с другой – она не была столь настойчива в своей погоне за горячими источниками.

Скорее всего, причина в том, что её отец говорил по–королевски, что напоминало ей истории о героических приключениях, которые Насташа когда–то читала ей. Он говорил совсем как те герои, что производило на неё огромное впечатление.

С тех пор Киино пожелала, что никому не расскажет, что однажды она станет сильной, как те самые герои из рассказов, или как её отец, и будет храбро сражаться за людей.

Девочка, хранившая эту мечту в своем сердце, встала с кровати, подошла к Насташе и принялась умывать лицо. Вода разбрызгалась вокруг, но её это не беспокоило вовсе.

Вода, созданная заклятием [Создать воду], и чья температура может свободно регулироваться в определенном диапазоне в соответствии с пожеланием заклинателя, полностью смыла сонливость.

Киино взяла протянутое Насташей полотенце, вытерла лицо и начала чистить зубы. Затем, набрав воды из стакана, прополоснула рот и сплюнула её в таз.

Как только Киино закончила, Насташа применила заклинание [Уничтожение воды].

Вода в тазу и та, что выплеснулась из него, исчезли, словно были лишь иллюзией.

Это заклинание первого уровня не относилось к бытовой, а принадлежало одной из четырех основных магических систем, также известной как элементная система, и могло быть использовано для нападения.

При использовании против живых существ оно наносит меньше урона, нежели другие заклятия того же уровня. Тем не менее, оно могло нанести довольно много урона Водным Элементалям и другим существам, тесно связанным с элементом воды. Версии более высокого уровня этого заклятия – третьего, так же могут в некоторой степени влиять на Слаймов. А заклятие четвертого уровня [Обезвоживание] может нанести большой урон вообще всем живым существам.

Слабые же версии этих заклинаний обычно использовались для устранения воды таким способом.

Ополоснув рот, Киино подошла к примерочному зеркалу, высота которого было примерно с её рост, и быстро переоделась в одежду, которую Насташа передала ей.

В обычных аристократических домах любая смена одежды было обязанностью вассалов, но семья Киино настаивала на самостоятельном переодевании. Это семейное правило было создано помочь научиться надевать доспехи самостоятельно, чтобы подготовиться к предстоящим битвам – однако им всё ещё приходилось полагаться на оруженосцев, дабы облачиться в полный комплект брони.

Тем не менее, было вполне приемлемо позволить кому–то помогать ей расчесывать волосы, пока она переодевалась. Намочив её завитые волосы при помощи [Создать воду], Насташа прижала их влажным полотенцем. Как только Насташа отпустила, волосы были выпрямлены.

И так, Киино Фасрис Инверн – единственная дочь Короля Фасриса – была готова.

В отражении зеркала она видела знакомую картину, представлявшую собой девушку, глазах которой переливались всеми цветами радуги.

Эти радужные глаза не были уникальными для Киино. Горничная Насташа, которая пристально смотрела на неё, проводя последние проверки, тоже была обладательницей подобных глаз. Их называли Радужными Глазами, что в стране радужноглазых людей было обычным зрелищем. Скорее, это люди, не обладавшие подобным, были редкостью.

— Теперь, пожалуйста, проследуйте в столовую, госпожа Киино.

— Сегодня они там вдвоём?

— Да. Они оба ждут вас, госпожа Киино.

Для Киино приёмы пищи были приятным времяпрепровождением, однако и они иногда оказывали давление на неё.

Потому что она могла увидеть там своего отца.

Её отец часто отправлялся в разъезды по делам – как в королевской столице, так и в других городах – из–за его стремления работать. Даже его дочь Киино не имела возможности увидеть его на протяжении многих дней. Поэтому она была очень рада встрече с отцом. Тем не менее, отец Киино был очень резок с ней и обычно ругал её всякий раз, когда они встречались, от чего ей было неспокойно.

И всё же, она не могла убегать от этого.

Следуя за сопровождающей её Насташей, Киино вошла в столовую.

Как Насташа и сказала, родители ждали её в столовой. Естественно, их горничные тоже присутствовали. В частности, старшая горничная и помощница старшей горничной стояли позади отца и матери.

У матери Киино было теплое и нежное выражение лица. И по правде, её личность почти соответствовало ему – у Киино было мало воспоминаний о том, как она когда–либо ругала её. Также она была заклинателем высокого класса в этой стране, хотя этого нельзя было сказать только по её внешности.

Ее отец, с другой стороны, был её противоположностью

Радужноглазые имели стройные тела и были одарёнными в обращении с четырьмя элементами, что приводило их к изучению соответствующих магических профессий. Поэтому, по сравнению с развитием физических способностей, отдавалось предпочтение улучшению магических навыков, отчего они не имели мускулистых тел. Однако отец Киино был исключением из правил. Не только могущественный огненный элементалист, его тело так же было самим воплощением силы и здоровья, а морщины на его лбу придавали суровости его строгому взгляду.

Не имело значения трапезничал он или нет, он всегда носил на своей левой руке наруч, напоминавший когтистую хватку грифона.

Это было национальное достояние, известное как Лапа Грифона–Лорда. Магический предмет, способный раз в неделю вызвать Грифона–Лорда на 24 часа. Поскольку даже будучи убитым вызванный Грифонов–Лорд мог быть призван вновь через неделю, поколения королей исторически использовали его для себя в качестве авангарда. Однако отец Киино был единственным, кто не применял его таким образом.

— Доброе утро, Отец, Матушка.

— Доброе утро, Киино.

В отличие от нежного приветствия её матери, отец просто нахмурился и кратко кивнул, что было для него обычным. Наоборот, встреть он с улыбкой, как её мать – Киино бы удивилась.

Насташа отодвинула стул назад, чтобы позволить Киино сесть, после чего был подан завтрак.

В этой стране процветала молочная индустрия, и поэтому королевская столица даже не нуждалась в свежем сыре. Особо примечательным был тот факт, что на обеденных столах королевской семьи были как минимум три разных видов сыра. К тому же, были сметана, напитки, приготовленные из молока, смешанного со свежевыжатыми соками четырех разных фруктов, и так далее. А ещё были толстые ломтики равномерно прожаренной ветчины. Тарелки с белым хлебом сопровождались восхитительно красивыми кусочками золотистого масла.

Киино – вместе со своими завтракающими отцом и матерью – посмотрела на кольцо на правой руке, но установленный в нём сапфирово–синий драгоценный камень не изменил цвет.

Приём пищи был местом для этикета, который уже давно стал её частью с тех пор, как она стала совершеннолетней.

Пока они молча ели, отец с тихим звоном положил вилку на стол. Она оглянулась и увидела, что отец взял свою салфетку вытереть рот.

— Итак, Энни. Насколько её магические способности улучшились?

Энни было именем матери Киино. Её звали Энни Фасрит Инверн.

Энни положила вилку и вытерла рот.

— Мой муж, в данное время этот ребенок, кажется, почувствовал второй уровень. Кто знает, может, она скоро сможет овладеть основами.

— Я слышал это две недели назад. Другими словами, улучшения не было, я не ошибаюсь? Киино, что ты думаешь? Ты чувствуешь себя сильнее, чем раньше?

Киино проглотила еду, положила вилку и вытерла рот, как это делала её мать. А в это время она думала о том, как ответить отцу, но правда заключалась в том, что она не чувствовала особой разницы между сегодняшним днём и двумя неделями назад. Никто не мог сказать насколько они вырастают за день, не измеряя свой рост.

Было правдой, что она почувствовала что–то странное, когда впервые стала способна творить заклинания первого уровня. Словно шестерёнки закрутились в её теле. Однако до этого никаких признаков не было.

Поэтому она могла ответить только честно.

— Я не уверена.

— Понимаю. Честность – это хорошая политика, но одного этого не достаточно. Ты мой первый ребенок. В будущем родятся твои младшие братья и сестры, и ты должна будешь стать примером для них.

— Мой Король… она еще молода…

— Молчать.

Отец холодно прервал надвигающуюся критику матери.

— Какой бы молодой она ни была, она всё ещё королевской крови.

Взгляд короля был резким, когда он повернулся к ней. Испуганная Киино умоляюще посмотрела на мать.

— Она девочка…

— Больше, чем девочка – она принцесса, она королевская особа. Нет необходимости превосходить всех остальных, но быть в тени проблематично. В конце концов, ты лучший заклинатель, чем я.

Ее отец отвел взгляд, чтобы посмотреть на пустое место и покашлял.

— Поэтому мы и поженились, не так ли? – пробормотал он. Затем он снова посмотрел на Киино своим суровыми глазами.

— По этой причине я отдал этого ребенка тебе – чтобы ты могла обучать её, но я думаю, что ты слишком мягка с её образованием. Реальный бой – лучшая форма обучения. Пока она ещё ребенок и не повзрослела, она определённо должна начать обучение оружию, не так ли? Важно понять, одарена ли она и в этой области.

Да, отец Киино уступал её матери как заклинатель. Однако, учитывая его способность сражаться копьём, он был лучшим бойцом.

— Я против этого. Судя по тому, что я видела, я не думаю, что этот ребенок наподобие вам талантлива в обращении с оружием. Пока она не пробудит склонность к одной из четырёх великих сил, мы должны продолжать тренировать её как заклинателя. Более того, я запрещаю ей принимать участие в таких опасных вещах, как боевые действия.

— Но раньше…

— …Всё было по другому. Вместо того, чтоб учиться писать двумя руками…

— …Быстрее научиться писать лишь одной – я знаю, что ты хочешь сказать. Но всё же, мы не знаем в чём заключаются её таланты. Ты не думаешь, что лучше дать ей испытать себя во всём? Я чувствую, что было бы лучше помочь этому ребенку подготовиться к её будущему.

— Тут я с тобой согласна. Тем не менее, я считаю стоит подождать, по крайней мере, пока она не достигнет второго уровня. Если ты хочешь, чтобы она приняла участие в боевом обучении, тогда нужно подождать, хотя бы пока её тело полностью не вырастет.

Они оба смотрели друг на друга, ни один из них не сдавался.

Некоторое время спустя её отец отвернулся.

— Я понимаю. Она останется на твоём попечении.

— Я глубоко благодарна, мой король.

— …Киино.

Киино подпрыгнула, услышав стальной голос своего отца. Он заметил это, но проигнорировал и начал говорить.

— Как королевская семья этой страны, мы наслаждаемся роскошной жизнью и преданностью многих людей. И всё это потому, что мы выполнили свой долг как королевская семья нации. Поэтому ты должна всему учиться, всё усваивать и эффективно применять свои знания. Это правда, что в нашей стране сейчас царит мир. Но кто знает, может на нас когда–нибудь нападут. Поэтому нам нужна здоровая нация и сильная армия.

— …Я не хочу нападать на других.

Её отец изменился в лице.

Был ли он зол, смеялся, или ему было грустно? Было трудно определить выражение его лица. Однако, в следующих словах не было строгости.

— Нет нужды нападать на других. Сильная армия это сдерживающий фактор. Однако запугивания приведут к конфликту. Долг лидера – собирать информацию о других державах, достигать баланса, и стремиться к росту силы своей страны. Или ты считаешь, что военная мощь не важна?

— Нет.

Киино замотала головой.

Их пяти миллионная страна – девяносто процентов населения которой составляли радужноглазые – не была слишком большой. Тем не менее, как раз из–за того, что соседние страны были примерно такого же размера, мог быть достигнут баланс. В последние полвека не было никаких масштабных войн. Однако это просто означало, что не было захватнических кампаний. Когда появлялись монстры, которые сами по себе были чрезвычайно сильными, решалась судьба нации… И в зависимости от обстоятельств, могло потребоваться создание альянса.

Например, когда появился Бегемот более 50 000 людей погибло, и память об этом всё ещё была свежа в сердцах многих. Киино прекрасно знала, насколько важно собирать сильных вместе, чтобы справиться с такими противниками.

— Не нужно делать всё самой. Собери людей которым доверяешь и позаимствуй у них силы. Среди многих королей за всю историю у меня исключительная сила, но даже у меня есть люди которым я доверяю.

Если взглянуть на историю королевской семьи, то найти людей сравнимых по силе с её отцом – что уже в шаге от царства героев – можно было только среди первого поколения.

— Поэтому, окружать себя сильными и искать такую силу, которой у тебя нет, может быть правильным решением. Но что это значит? Возможно, один из вариантов – изучать магию которая сделает всех счастливее. Тем не менее, это мой совет, как твоего отца. Ты не можешь пренебрегать своей силой. Люди чувствуют себя спокойнее под защитой сильных. Быть членом королевской семьи – это сила, что ведёт за собой массы. Естественно, для такой силы нужно обладать шармом, богатством и авторитетом. Но если пойти в крайности, то личная сила короля – это самая понятная сила из всех – и она лучше всего обеспечивает безопасность. В конце концов, шарм, богатство и авторитет не всегда обеспечивают безопасность.

— Да, отец. – сказала Киино.

— Хорошо – ответил Король, снова поднимая вилку. Другими словами, это означало, что он продолжит есть. Её мать и сама Киино также поспешили повторить за ним.

После того, как они закончили, горничные подали три светло–фиолетовых напитка. Это был пурпурный чай с добавлением капли молока. Всё это сопровождалось слегка подслащённым печеньем.

Все трое посмотрели на свои тарелки и не смогли удержаться.

Киино – у которой был чувствительный язык – потягивала остывший чай. Только тогда она поняла, что две пары глаз смотрят на неё.

Она нарушила какую–то форму этикета? Киино понятия не имела, что происходит. Однако, время от времени такое происходило – Киино могла молча есть, а они уставившись смотреть на неё. Чаще такое случалось с её отцом, с которым она редко встречалась.

Она попыталась взглянуть вверх, но он не выглядел сердитым. Так какого черта творится? Киино наклонила голову и выпила свой пурпурный чай. Он смыл сладкий вкус печенья, который задержался у неё во рту. Пить слишком много было бы жадно. Она не могла неправильно оценить баланс между чаем и печеньем.

Киино сосредоточилась на последовательной подаче печенья и чая в рот, и взгляд отца покинул её.

— Так, что ещё у тебя запланировано на сегодня, Киино?

— После этой трапезы мы будем изучать магию в моей комнате до обеда. После этого она, как обычно, будет заниматься с учителем Баленом.

— Понятно. В таком случае, давай я сегодня понаблюдаю, как ты будешь её учить. Мне очень интересно, как проходят уроки Киино.

Киино не могла не удивиться.

Это, должно быть, первый раз, когда отец действительно заинтересовался её обучением.

— Хехе.

Её мать улыбнулась и морщины между бровями её отца углубились.

— Что тут такого смешного?

— Мне было интересно, почему вы вдруг сказали что–то подобное. Хех …

— Просто пришло в голову. Нет никаких других причин.

— Хорошо, хорошо. Хехе…тогда я скромно буду оживать вашего прихода, мой Король.

— Нет никаких причин ждать меня. Я не хочу мешать образованию Киино.

— Я знаю. Тем не менее, я всё ещё думаю, что лучше всего сначала выбрать для Киино жениха. Уже немного поздновато для принцессы… даже для наследницы благородного рода. Я помню, мне тогда было восемь лет.

— Нет. Тебе было девять.

— Аа, разве? Не могу поверить, что вы ещё помните.

Её мать улыбнулась, а отец хмурился.

— Кхм! Я знаю, что ты пыталась сказать. Но Киино – единственная дочь с нашей родословной. В этом деле нельзя быть небрежным. Не следует ли нам подождать?

— Если мы не начнём думать об этом на раннем этапе, к тому времени все хорошие кандидаты уже найдут себе супруг. Тогда наш ребёнок станет старой девой, на которую никто не позарится.

— Не говори мне о сватовстве и незамужних… Побыть еще несколько лет ребёнком не проблема, не так ли? Я тщательно рассмотрю этот вопрос. Понятно? Вот и всё на эту тему.

— Да, да, да…

"Надо усерднее работать над этим." – услышала она шёпот матери. Её отец сморщил лоб, оглянулся на горничных, а затем потянулся к десертам.

После того, как десерт закончился, Киино вернулась в свою комнату, где взяла различные учебники, прежде чем отправиться в комнату своей матери.

Она постучала в дверь комнаты, и ответившей ей была личная служанка её матери, которая являлась помощницей главной служанки, а также служанкой номер два в замке.

Она зашла в комнату и начала обучение с матерью.

Независимо от того, какую магическую традицию изучали, главным для начинающего – почувствовать её. Большинство людей, которые научились использовать магию, сделали это благодаря ощущению контакта с миром. Любой, у кого нет такого опыта, не сможет произносить заклинания. Тем не менее, не было учителей, которые могли бы преподавать эту часть своим ученикам достаточно подробно, и множество людей спотыкались именно на этом месте.

Однако, Киино уже преодолела это препятствие. Она уже выучила то, что ей нужно будет знать для будущего профессионала.

Мать Киино была волшебницей, и поэтому она сосредоточилась на улучшении своей способности к мистической магии, а у Киино был талант колдуньи, поэтому полученные уроки были сосредоточены на улучшении её колдовских способностей.

По сравнению с волшебниками, колдуны больше полагались на чувства. Поэтому тренировка Киино была сосредоточена на том, чтобы закрыть глаза и своим сердцем почувствовать волны магии, которые её мать излучала при произнесении заклинаний.

Она не знала сколько времени прошло с начала занятий.

…Внезапно, Киино что–то ощутила.

Это чувство трудно было описать словами. Однако, оно было сильнее, чем от её матери – великая волна, что–то неподдающееся описанию.

Это было ощущением, которого она никогда не испытывала, и Киино открыла глаза.

Она увидела свою мать, которая удивилась своей дочери, внезапно открывшей свои глаза. И в этот момент…

Боль пронзила Киино.

Никогда прежде не испытываемая агония, лишённая всякого смысла.

Киино рухнула на землю от боли, будто бы с неё что–то содрали.

Боль была настолько сильной, что она не могла говорить. Киино не могла поверить, что в мире что–либо могло причинить такое.

От боли она плакала слезами. Своим затуманенном зрением она увидела, что две служанки также рухнули на землю, их лица были искажены болью и муками. Рядом с ней мать переживала то же самое.

Лицо её матери исказилось в агонии и лоб промок от пота. И не смотря на это…

— [Усиление брони].

Её мать произнесла заклинание над Киино.

Тем не менее, ощущаемая боль не изменилась. Оно не уменьшилось ни на малость. Должно быть, её мать заметила это по выражению лица Киино.

— [Защита от зла].

Киино лишь сжала зубы от боли и пыталась не стонать, и, как только она это сделала, то почувствовала, как её мать снова применила заклинание. Однако мучившая её агония осталась неизменной.

— Ду…ша? Или тело? [Форма Нежити].

Будучи продвинутой версией [Разума Нежити], это заклинание на короткое время наделяло свою цель различными свойствами нежити, как полезных, так и губительных. Это заклинание сейчас подействовало на Киино, но даже так, оно не смягчило боль.

— Оуугх! Лишь, это… дитя!

Её мать прокусила губу – тут же брызнула ярко–красная кровь – и схватила Киино за руку. Конечно, Киино бы простонала от боли, ведь её мать приложила слишком много сил. Но агония, испытываемая ей по всему телу, была слишком сильной, и Киино совсем не чувствовала боли в её руке.

Её мать шла к двери, волоча за собой Киино – нет, она её тащила. Вернее, неправильно говорить, что она шла – её мать отчаянно ползла вперёд на четвереньках.

— Уаааа…

Она услышала вой боли. Источником такого глубокого звука была Насташа.

— Уоооооо!

Она зарычала глухим и грубым тоном, затем встала, чтобы прислониться к двери, схватив дверную ручку и толкнув её. Однако сразу после этого Насташа тихо захныкала и рухнула.

Она не двигалась, будто бы лишилась сознания от боли, или словно умерла.

Ее мать приблизилась к крошечной щели, ради которой Насташа пожертвовала собой. Охватившая Киино боль, была достаточной, чтобы человек потерял сознание или даже умер, и была настолько сильна, что украла силы кричать или плакать. Однако её мать терпела ту самую боль, всё ещё прилагая усилия, чтобы взять её и сбежать.

Несмотря на то, что она пересекла несколько метров за бог знает какое количество минут, её мать не думала сдаваться.

Дверь начала открываться с другой стороны, остановившись лишь когда ударилась об голову Насташи.

Её мать подтянула руку Киино к себе и сжала покрепче.

Возможно, её мать подумала, что виновник сего непостижимого деяния вот–вот себя объявит, но этого не случилось.

Человеком, показавшимся из двери, был её отец.

Он выглядел так, словно в мгновение постарел на десятки лет. Используя своё копье в качестве трости, он двигался в сторону них двоих.

— Мой… король…

— Кии… в… порядке?

Похоже её отец также страдал. Но даже в таком состоянии ему удалось пройти весь этот путь, потому что его сила преодолела способности обычного человека.

— Через… город. Используй… телепортацию.

— Поня… ла.

Речь её отца была нарушена тем, что ему приходилось выдерживать огромную боль. Но мать Киино, казалось, полностью поняла значения слов её отца.

Отчаяние на лице матери сменилось ужасом. Это произошло не только из–за боли, охватившей её. Заклинания высокого уровня требовали огромной сосредоточенности. Естественно, заклинатель, умеющий применять вышеупомянутые заклинания высокого уровня, как правило, развивал столь же мощные способности к концентрации. Это не являлось проблемой в нормальных условиях. Но были случаи, когда им нужно было сосредоточиться даже в особых обстоятельствах, подобных этому.

Возможно, из–за боли, или из–за того, что ей нужно было сосредоточиться для применения заклинания, но на лбу её матери проступило больше пота. И затем…

Заклинание не сработало.

— Ооох. Нет… провал. Это… вмешательство!

— Что?..

Размытым взглядом Киино увидела, как выражение лица её отца сменилось недоумением, забыв о боли. После этого они напрыгнули на Киино, как будто пытались раздавить её.

Тяжело.

Но Киино осознала чувства этой пары.

Киино могла осязать, как сильно они её любили, а из её глаз полились слёзы – уже совсем не от боли.

Но агония никуда не делась. Не обращая никакого внимания на их любовь, она мучила Киино всё теми же страданиями, что и раньше.

Было настолько больно, что она потеряла всё своё чувство времени.

Она даже не могла почувствовать тяжесть их тел на себе. Её тело полностью лишилось чувств. Всё, что осталось – усиливающаяся боль.

Она должна была умереть.

Почему…

Зачем…

Что…

Кто…

Кто бы стал делать такую ужасную вещь?

Вопросы продолжали бурлить в её голове, но подобно пузырькам… они лопались. В то же время и её сознание тоже… в этот момент Киино почувствовала, что вступает в контакт с чем–то огромным. Это очень походило на тот момент, когда она произносила заклинание, но не совсем похоже.

Это ощущение почти невозможно было выразить словами. Однако, Киино могла ощутить своего отца, свою мать, Насташу и всех людей, работавших в замке.

И всё.

И после этого Киино потеряла сознание.

Она не знала сколько времени прошло к моменту её прихода в сознание

Боль исчезла, как будто все это было неправдой. Это даже заставило её задуматься, не приснилось ли ей все это.

Киино внезапно подумала: как её отец и мать?

Она перевела свой взгляд и сразу же заметила их.

Её мать и отец были там. Они оба стояли в комнате.

— Ма…

Киино успела выговорить лишь половину слова. Оставшаяся половина застряла в её горле, не смея выходить наружу.

Это потому, что она увидела странности своего отца, своей матери и двух горничных. Но терзающий её ужас был быстро потушен.

Киино сдержала глубоко неприятный упадок настроения и посмотрела на лица четверых.

Это не было слабоумием. Все четверо шатались при движении, как будто потеряли сознание. То, как они это делали, сильно напоминало некую нежить, о которой Киино узнала во время лекций про монстров.

Киино прикоснулась к своему лицу.

…Холодно.

Она проверила свой пульс.

…Его не было.

Она предположила, что просто проверила в неправильном месте и поэтому сместила палец к шее, но где бы она не проверяла, нигде не было пульса.

В панике Киино оглядела комнату и нашла гардеробное зеркало. Она посмотрела на себя. На первый взгляд казалось, что ничего не изменилось. И всё же было одно место, которое стало совершенно другим.

Её алые глаза.

Часть 3.

— Это моя… нет. Это история Красноглазой Нежити, Киино Фасрис Инверн. День, когда все случилось.

Киино наконец начала говорить ясно. Оказывается, когда они только встретились, она плохо разговаривала из–за того, что уже очень давно ни с кем не говорила. И всё же, поскольку она была нежитью, её тело не старело, и поэтому, она быстро восстановилась, как только выдался шанс поговорить.

"Ясно", ответил Сузуки Сатору, и Киино продолжила свою историю, начиная с того дня.

Осознав, что не только люди в комнате, но и во всем замке, и даже во всем городе, стали безмозглой нежитью, то есть зомби, у Киино было два возможных пути:

Первый – она покидает город и просит кого–нибудь спасти её людей.

Другой – она остается здесь и ждет помощи из других городов.

И, как можно догадаться, Киино решила остаться.

Хотя сама Киино и не испытывала ненависти к живым, но нежить, как правило, ненавидела живых. И как подобное существо вообще может просить живых о помощи? Если бы они увидели Киино, то без сомнений, они захотели бы уничтожить её и напали бы. А еще, даже став нежитью, она не может вот так просто бросить семью и уйти.

Что еще более важно, Киино была слабой и не могла противостоять атакам монстров и зверей, поэтому шансы на то, что она достигнет ближайшего города, были крайне низкими. К тому же, она всё ещё сохраняла мелкую надежду на то, что люди из других городов приедут для расследования, учитывая, что это была столица их королевства.

Однако… никто не пришел.

Спустя два, и даже три года, у городских ворот она так никого и не увидела.

Возможно, этот феномен, обративший всех в нежить, распространился на близлежащие города или даже затронул всю страну. Когда эти мысли возникли в голове Киино, она принялась усердно работать и начала изучать нежить, обитавшую в её стране, дабы разобраться в этом феномене, чтобы исцелить всех.

Помимо этих мыслей так же были и "Что я могу сделать? Я же всего лишь ребенок", но у Киино не было выбора.

Киино иногда покидала город и возвращалась с различными учебными книгами. Таким образом, она научилась более мощным заклятиям. Будучи нежитью, не требующей отдыха, Киино могла работать буквально день и ночь.

Минули годы, а может и десятилетия – этого было достаточно, чтобы она утратила счет времени. Похоже, Киино так и жила в одиночестве, ища способы вернуть всех в первоначальное состояние.

Однажды, вид пролетающих мимо птиц, не превращенных в зомби, придал ей уверенности в том, что во внешнем мире всё ещё остались живые существа. Однако, когда она наблюдала за городскими воротами, то всё, что она видела – это трупы различных животных, которых убили зомби. Она так и не встретила живых людей.

Послушав историю Киино, Сузуки Сатору наконец понял, почему существует такая огромная разница между взрослым поведением Киино и её юной внешностью.

Когда он спокойно все обдумал, то ситуация стала ему абсолютно ясна. Поскольку она была нежитью, то очевидно, что между её кажущимся возрастом и реально прожитыми годами будет несоответствие, если забыть о том, верно ли считать, что она 'прожила' их. Другими словами, телом она не изменилась, а вот разумом выросла. Нельзя было полностью избавиться от страха и других эмоций, и поэтому, со временем её разум также постепенно изменился.

"Но тогда, не будет ли грубо обращаться с ней как с ребенком", подумал Сатору. "Я просто подожду, пока она не выкажет свои пожелания", решил он. Из жизни он знал, что сегодня к женщинам лучше обращаться как к молодым, а не как к пожилым.

И вот, её история подошла к концу.

Раньше Киино проводила эксперименты в замке, но теперь живет в канализации.

Это произошло из–за того… что она сбежала.

Тогда она почувствовала, что за чертой города появилась сильная нежить, куда сильнее её самой или даже её родителей, и потом нежить вошла в город. Она не верила в свою победу, и поэтому, взяв всё, что только смогла унести, сбежала из замка сюда.

И теперь сегодня.

Как раз, когда Киино планировала отправиться в замок на поиски какой–нибудь связанной с магией литературы, она вдруг увидела в воздухе невероятно сильную нежить, Сузуки Сатору, что и привело к текущей ситуации.

— Понятно…

Теперь он понимал её нынешнее состояние и состояние города. Однако он понятия не имел, почему он появился здесь, или почему она и город оказались такими.

Тем не менее, похоже, этот мир не был создан из–за прибытия Сатору. Как и ожидалось, лучше поискать другие причины (хоть и не было ясно какие), почему Сузуки Сатору перенесло в этот мир.

Кстати говоря…

Сузуки Сатору уставился на Киино, эта нежить была в облике маленькой девочки.

"А мне и правда повезло, что мне встретился кто–то знающий, как устроен этот мир. И вдвойне, что это оказалась нежить."

Она говорила об этом в своей истории, но только когда он подробно расспросил её, он узнал, что нежить везде ненавидят, и не будет ничего удивительного в том, что её уничтожают при встрече. И поэтому ему будет весьма трудно получить помощь. Что означало, что Киино была для него очень ценна.

Это правда, что Сатору больше всего хотел узнать о своих старых друзьях и о Великой Подземной Гробнице Назарик. Но Киино было о них ничего неизвестно. Тем не менее, это не означало, что она теперь бесполезна. Всё же следовало ожидать, что она не знает о них. Куда разумнее было бы судить, что Сузуки Сатору прибыл в этот мир один, а все остальное исчезло вместе с игрой.

"Если получится, то я хотел бы заполучить её доверие и узнать побольше об этом мире. Мне хотя бы следует заполнить пробелы между тем, что я знаю, и тем, как работает этот мир… Это наверняка займет много времени. Если я возьму её с собой в мир людей, это сократит время, да и я наберусь опыта и знаний… Но как я могу требовать от неё столького?"

Пока Сузуки Сатору размышлял над этой проблемой…

— …Все, все они для меня очень важны.

Киино опустилась на колени и, положив ладони на землю, склонила голову.

— Прошу, умоляю вас. Пожалуйста, сделайте всех обратно такими, какими они были прежде.

— …Ээ?

Что она имела ввиду?

Даже если ты просишь – нет. Такова была первая реакция Сузуки Сатору.

В игре ИГГДРАСИЛЬ нежить Момонга был заклинателем мистической магии. Он должен обладать такой же силой в этом непонятном другом мире.

Однако у него не было возможности обращать нежить в людей.

Если горожане стали зомби из–за негативного эффекта, тогда, возможно, если убить и воскресить их магией, они станут людьми.

Хотя так нельзя было делать в игре, очевидно, в других играх, существовала такая тактика; скажем, убить того кто получил неизлечимый негативный эффект – грубо говоря, избить до полусмерти, а потом воскрестить чтобы убрать негативный эффект

Однако, посколько в игре такого небыло, то ни одно из заклинаний Сузуки Сатору не могло обращать людей ставших нежитью. Как бы странно это не звучало, но даже воскрещающие предметы или заклинания, которые можно было использовать на нежить с 0 ХП не делали их теми кем они были до того как стать нежитью.

(п.п.: 0хп – 0hp, health point, очки здоровья)

Тем не менее, у предметов, изменяющих расу, может получится. К сожалению, как только человек становится нежитью, большинство предметов, изменяющих расу, не смогут убрать статус нежити. Если бы это и было возможно, то только с Предметами Мирового Класса

Случись такое с игроком, проще было бы удалить персонажа и начать заново.

"У меня их и нет, а даже будь они при мне, я бы их не использовал, но возможно "Семена Мирового Древа" могли бы позволить нежити спокойно сменить свою расу, если предположить что Предметы Мирового Класса работают тут так же, как и в игре. Или смогло бы [Загадать Желание] обратить их, даже если не всех?"

В любом случае, Сузуки Сатору не собирался тратить свои козыри.

Пока он думал, Киино продолжила рыдать кровавыми слезами.

— Почему, почему Вы сделали это с нами? Я даже не догадываюсь. Может быть, это была моя вина. Я заплачу за свои грехи, поэтому, пожалуйста, пощадите всех!

— Хм? – Он услышал то, что не мог просто проигнорировать, пропустив мимо ушей. – Я сделал это с вами?

Неужели Сузуки Сатору превратили всех в городе в нежить не осознавая этого? Нет, он никогда такого не делал, даже в ИГГДРАСИЛе.

Растерянный Сузуки Сатору застыл в шоке. Киино немного подняла голову и посмотрела на Сузуки Сатору.

— …Извини меня. Честно говоря, я не очень понимаю о чём ты говоришь. Разве это я сделал что–то подобное?

— Хмм? – сказал он.

Сразу за Сузуки Сатору, Киино издала звук удивления.

— Хаа?

— Хаа?

Они оба смотрели друг на друга.

Девушка словно окаменела. Он подождал немного, но не похоже, чтоб она собиралась отвечать. Поэтому Сузуки Сатору начал говорить о себе. Очевидно, он не мог сказать, что он был из другого мира или ещё что–то. Поэтому он изменил свою историю, как будто он проводил магический эксперимент и его неожиданно телепортировало в воздух над городом.

— Итак, если ты живёшь в этом городе достаточно долгое время, я полагаю, что в произошедшем нет моей вины?

— Ах, хм, значит всё случилось не из–за вашей силы, господин Сатору?

— Под силой ты имеешь ввиду превращение всех в этом городе в нежить? Нет, об этом я ничего не знаю… ах, я правда не знаю, понимаешь? Тогда, моя очередь задавать вопрос? У тебя есть какие–то доказательства или основания полагать, что я сделал всё это?

По правде говоря, сознание Сузуки Сатору пробудилось только недавно. Если его тело неосознанно крушило всё вокруг, ему действительно нечего было сказать в свою защиту.

— …

Её реакция понемногу сменилась с шока на боль.

Прямо как дитя, она не могла скрыть перемены на своём лице. Даже если она уже столько прожила, слова Сузуки Сатору, не смотря на подавление эмоций нежити, сильно задели её.

— А–ах, когда я была одна в городе, появилась сильная нежить… Я испугалась и убежала.

Иммено из–за этой нежити, которую только что упомянула Киино, ей пришлось переместить базу из замка сюда. Он ещё не слышал деталей по поводу этой нежити…

— Аххх, я понимаю, так та нежить была очень похожа на меня… и это всё, так?

— Да.

Такой слабый, казалось бы, почти отсутствующий голос Киино, вместе с отражением понимания на её лице, сняли тяжёлое бремя с плеч Сузуки Сатору.

Это не Момонга, без ведома Сузуки Сатору, сделал всё это, что ещё больше уверило его – он только недавно переместился в этот мир. В то же время Сузуки Сатору не мог поверить, что Киино ему настолько поверила.

Конечно, Сузуки Сатору был очень откровенным и честным с ней, пытаясь расположить её к себе. Однако именно она примет окончательное решение доверять ли ему. Другими словами, она поверила словам нежити, которую только что встретила.

Если она так сильно доверяла ему, то он должен сделать то же для неё. Это необходимо для построения здоровых отношений между людьми.

— А–а, Вы злитесь? Простите, мне так жаль, я всё не так поняла, господин Сатору!

— Ахх, не нужно этого. Не волнуйся. Говоря об этом, ты уверена что эта нежить стоит за превращением горожан в нежить?

— Нет, я не уверена. Но, я думаю, тут есть какая–то связь, иначе она бы не появилась в городе.

— Понятно, в этом есть доля смысла.

И хотя на словах он с ней согласился, у Сузуки Сатору были кое–какие сомнения по этом поводу.

В теории было полно дыр.

Более вероятно, что эта нежить появилась бы сразу. Но, к моменту как она появилась, Киино почти потеряла счёт времени, значит прошли, по меньшей мере, годы. Не значит ли, что это скорее всего несвязанные события?

Кроме того, причина её появления, скорее всего, было в желании тут поселиться, не так ли? Будучи нежитью, её бы не атаковала низкоуровневая нежить, и живые обходили бы это место. Если отложить проблемы с нападением живых, не было бы это место самым комфортным для нежити?

Однако, он не сказал Киино о своих предположениях.

Не может быть, чтобы она не подумала о чём–то таком, что Сузуки Сатору предположил моментально.

Скорее всего, ей хотелось верить, что эта нежить стоит за всем этим. Вот почему она извинилась перед Сузуки Сатору за то, что приняла его за ту нежить.

Она хотела верить, что всё ещё можно было всех спасти.

Сузуки Сатору посмотрел на стопки книг в комнате. Все они были затасканы, что говорило об её тяжёлом труде. Однако, вероятнее всего, она просто цеплялась за каждое такое убеждение, потому что понимала, что не может их спасти, или потому, что её исследования не давали ей способа как это сделать.

"Её рассказ о том, что произошло в тот день, был очень подробным."

Первая половина её рассказа, её описание событий дня, был очень конкретным и она ясно описала ситуацию, настолько, что даже описала свои чувства. Напротив, вторая половина её истории – после того, как она стала нежитью – казалась смешанной. Возможно, в последующие дни для неё мало что менялось, поэтому и не было о чём рассказывать.

Но очевидно, что они отличались.

Последний раз она была человеком за завтраком.

Это были её самые яркие воспоминания, и только о них она могла говорить так долго и так детально.

Сузуки Сатору взял посох Аинз Оал Гоун в руки. Он услышал удивлённый вздох Киино, но не обратил внимания

Он чувствовал сильную досаду.

"Да, вот как всё обстоит".

Он понимал чувства Киино.

Киино испытывала по отношению к городу, в котором находились её родители, и который помог воспитать ее, те же чувства, что и Сузуки Сатору к гильдии Аинз Оал Гоун. Если бы был кто–то способный помочь Сузуки Сатору вернуться в былые блестящие дни, он бы с радостью пал ниц пред ним и просил помощи.

Чувство, что росло в нём было виной.

Было достаточно просто сказать, что она ошибалась, ожидая так много от Сузуки Сатору.

Однако…

— Ах, да, Киино – сказал Сузуки Сатору, покрепче сжав свой посох.

Он заметил, как плечи Киино дернулись, но Сузуки Сатору решил проигнорировать это и продолжил говорить.

— Если уничтожение этого неживого существа обратит преобразование людей в городе, тогда я с радостью помогу Вам.

Ранняя теория Сузуки Сатору была основана только на его знаниях из ИГГДРАСИЛЯ. Если эта нежить действительно была виновником, то можно было бы восстановить людей, победив его или прибегнув к другим способам.

Если всё живое в городе превратилось в нежить, то как можно было бы выяснить, "кто это сделал"?

— Если всё обстоит так, как Вы считаете, Киино, а враг – это некто, кто может обратить целый город в нежить, то, конечно, он не будет легким противником. По этой причине я чувствую, что захватить его живьём будет сложно, но уничтожить всё же возможно.

Сказав это Киино, Сузуки Сатору мысленно одернул себя: "Ты что Нарберал?"

В лучшем случае, нежить, похожая на Сузуки Сатору, будет Повелителем™. Если бы все его знания ИГГДРАСИЛя были применимы, он мог бы придумать способ справиться с ним. Однако, в этом мире, вполне возможно, местный эквивалент Повелителя был противником уровня 1000+

.

Тем не менее, кажется, маловероятно, что этот противник превзойдет ожидания Сузуки Сатору.

Причиной этому было описание Киино своих родителей. Её отец, восхваляемый в песнях и рассказах, был способен читать заклинания четвёртого уровня, в то время как её мать, которая могла использовать заклинания пятого уровня, считалась гением. С этой точки зрения, с ИГГДРАСИЛЯ мало что изменилось, точнее, здесь было больше слабаков, чем в игре.

И всё же, сможет ли он победить их – ещё предстоит выяснить.

Его насмешка над собой была направлена на глупые слова, что он сказал после того, как приравнял опыт игры к реальному боевому опыту, в дополнение к недостатку знаний.

По возможности, он хотел бы на некоторое время забрать Киино из этого города и связаться с людьми в этом мире, которые были хорошо знакомы с нежитью, чтобы получить как можно больше информации о своем враге, прежде чем подготовить безупречную стратегию, с помощью которой можно бросить ему вызов.

Для начала, он не знал силы своего противника. Возможно, Киино видела только одно неживое существо, но после этого враг мог продолжать улучшать свою боевую мощь в городе.

В таком случае, его первоочередной задачей становится сбор информации, и после этого ему придётся потратить ещё большее количество времени и усилий на подготовку.

Однако, он не думал, что Киино одобрит его идею. Несомненно, девочка, отказавшаяся покинуть город, полный ужасающей нежити, не согласится с простым предложением третьей стороны: "Давай свалим отсюда". И всё же, попытаться стоило.

— Тем не менее, я хотел бы, чтобы Вы тщательно обдумали это. Действительно ли стоит уничтожать его? Возможно, что даже если Вы уничтожите ту нежить, жители города не смогут вернуться в нормальное состояние, не так ли?

Киино покачала головой и вытащила книгу из груды литературы.

Сложенные сверху книги повалились вниз, но она даже не посмотрела на падающие книги, и принесла ту, что вытянула, и открыла страницу, чтобы показать Сузуки Сатору.

Первой его мыслью было: "Всё–таки это не японский".

Пока Сузуки Сатору нащупывал магический предмет, Киино указала на отрывок в книге и прочитала его.

— В этой части говорится, что для воскрешения убитого существа–нежити требуются чрезвычайно мощные заклинания воскрешения, и даже после воскрешения они все равно будут нежитью. Но если хозяин–нежить уничтожен, существует вероятность, что его жертвы могут быть восстановлены, если им повезёт. Вот что здесь написано.

По большей части, всё обстояло так же, как и в игре. Однако, чтобы ставший нежитью персонаж из ИГГДРАСИЛЯ снова стал человеком, понадобится предмет мирового уровня, хотя тут дела могут обстоять иначе. Чем больше он осознавал различия между двумя мирами, тем больше росла важность Киино.

"Черт возьми!"– подумал Сузуки Сатору.

Если бы Киино ответила: "Может быть они не обратятся", то Сузуки Сатору мог направить диалог в русло: "Тогда, давай не будем его уничтожать и найдём другой путь, почему бы нам не покинуть город ненадолго и собрать больше информации?" – вот на что он рассчитывал.

Этот план провалился. Что ж, ничего не поделаешь.

В этом случае ему просто придётся его уничтожить.

Уничтожить эту нежить.

Конечно…

"…если только я справлюсь".

— Понятно. В таком случае… ах, да, должна же быть оплата.

— Да.

— И платой будет… Я хочу знать всё обо всём. Я хочу знать всё, что знаете Вы.

Казалось, выражение лица Киино вопрошало "ха?".

— Вас это удовлетворит?

— Да. Я чувствую, накопленные вами знания к сегодняшнему дню, очень ценны.

Сузуки Сатору перевел взгляд с книги в руках Киино на стопки других книг в этой комнате. Ему нужна была основная информация о мире, но Киино может встревожиться, если он скажет об этом. Поэтому он представил ситуацию так, что это даст ей ошибочно решить, будто он ищет магических знаний. И судя по реакции Киино, она купилась.

— Х–хорошо, но все эти знания не смогут всех спасти, понимаете?

— Всё в порядке. Если и так, они все–равно ценны для меня.

— Большое спасибо – пробормотала Киино и склонила голову.

— В том числе было бы хорошо, если вы можете поделиться любыми деньгами или магическими предметами. – сказал Сузуки Сатору, небрежно доставая золотую монету ИГГДРАСИЛя. – Могу я использовать их в этой стране?

Киино взяла монету, повертела её туда–сюда в руках и вернула Сузуки Сатору.

— Да, можете. По крайне мере, могли бы. Но я не знаю точно, сколько она стоит, не проверяя содержание золота в ней…

— Понятно. Тогда я был бы счастлив получить больше золотых монет, как эта, которые можно использовать в окружающих землях.

— Я, Киино Фасрис Инверн, торжественно клянусь вам, что заплачу столько, сколько вы пожелаете, господин Сатору.

Сузуки Сатору тихонько втянул воздух.

Царственные, по настоящему королевские манеры Киино превзошли даже самого успешного продавца, которого знал Сатору.

— Раз так, я очень благодарен. Стало быть наше соглашение обрело форму. В таком случае…

Чтобы научиться использовать свою силу, ему нужно было узнать, как магия ИГГДРАСИЛя взаимодействует с магией этого мира.

— Кстати, Киино, я должен упомянуть, что могу использовать заклинания десятого уровня.

— …Понимаю.

Киино улыбнулась так, что проглядывалось легкое огорчение.

"Почему, почему ты так улыбнулась? Разве ты не считаешься гением, если можешь применять заклинания пятого уровня? Я могу в два раза больше, знаете ли! Почему ты так спокойна… это потому, что она нежить?"

Став нежитью, Сузуки Сатору на опыте испытал, как его эмоции будут подавлены, достигнув определённого уровня. То же самое творится и с Киино?

"Не говорите мне, что заклинания 10 уровня это ерунда. Что если уровни начинаются с десятого, и с ростом мощи номер уровня становится меньше? Подождите, разве это не делает меня заклинателем первого уровня?"

— А… здесь существует заклинание третьего уровня под названием [Огненный шар]?

— Ха? Да. Такое заклинание есть, хотя я не знаю, как его использовать.

— Твои родители были способны применять заклинания четвёртого и пятого уровней, значит для них не было проблемой использовать его, правильно?

— Мама могла и не выучить его, но мой отец мог применять это заклинание.

— Понятно. Случайно, заклинание [Молния] также третьего уровня, я не ошибаюсь?

Киино указала, что так и есть.

Итак, похоже, заклинания в этом мире занимали те же уровни, что и в ИГГДРАСИЛе. Другими словами, знания Сузуки Сатору о магии можно было применить напрямую.

Это была превосходная новость, но он должен убедиться в этом.

— Раз так, Киино, не могли бы вы применить одно из ваших заклинаний… как насчет такого, используйте заклинание первого уровня на мне? Лучше всего атакующее заклинание.

— Эээээ!?

Только увидев широко раскрытые глаза Киино, он понял, что не объяснил достаточно подробно.

— Ах, я хотел бы проверить, нормально ли работают мои силы. И хотел бы использовать ваши атакующие заклинания как индикатор, Киино.

В конце концов, было бы неприятно, если они похожи только по названию и уровню, но совершенно отличаются по эффектам и разрушительной силе.

— Э, а, ясно. Я понимаю.

Киино набралась решимости, встала, затем повернулась к Сузуки Сатору.

Её непоколебимость бросила Сузуки Сатору в дрожь. Несомненно, большинство людей на мгновение заколебались или встревожились бы, разве не так?

Было ли это тоже особенностью нежити? Пока он обдумывал этот вопрос, Киино применила её заклинание. Пара [Магических стрел] устремились к нему с теми же спецэффектами, как и в ИГГДРАСИЛе. А затем… они в тот же момент исчезли, коснувшись тела Сузуки Сатору.

— Ээээ!? – воскликнула в удивлении Киино.

Сузуки Сатору… нет, Момонга обладал способностью, известной как Высокоуровневый Магический Иммунитет. Это была сила, сводящая на нет все заклинания шестого и ниже уровней. Пока оно было активировано, простое заклинание первого уровня было совершенно бесполезно.

— Похоже, сила, защищающая меня, функционирует без проблем. Теперь попробуйте ещё. В этот раз я понижу свою защиту

Он деактивировал пассивный навык. По какой–то причине он ощущал себя, будто голым под дулом пистолета.

Один из членов гильдии как–то сказал, что боится, когда на него наставляют пистолет, даже если в него вживлены подкожные пуленепробиваемые волокна. Сейчас он мог представить, что они чувствовали. Яркие эмоции нежити будут подавлены, но эмоции не достигнувшие этого порога, похоже, остаются нетронутыми.

— Поняла. – сказала Киино, и без единого сомнения снова применила заклинание.

— [Магические стрелы]

Лучи света снова выстрелили и ударили в центр тела Сатору.

Было не больно. Нет, здесь было что–то, что можно расценивать как боль. Но называть это "болью" – позорить само слово.

Его чувства притупились, потому что он нежить? Подумав об этом, ему захотелось посмеяться над тем, как тело, состоящее исключительно из костей без плоти, нервов или даже кожи, может чувствовать боль. А ещё, как, чёрт возьми, тело без голосовых связок или лёгких вообще могло говорить?

То же самое было и с Киино, которая не дышала. Именно так вещи и работали, и у него не было выбора, кроме как принять это.

Он взглянул на неё, и лицо Киино – даже атаковав Сузуки Сатору дважды – оставалось спокойным. Вернее, похоже, её выражение лица говорило, что она ожидала такого с самого начала.

"Что это с ней…"

Как она могла без колебаний напасть на своего помощника Сузуки Сатору? Было ли это потому, что она была психопаткой, или потому, что она была нежитью, или просто этот мир так работал? Бесчисленные вероятности пронеслись в его голове.

"Не говорите мне… она считала, что это шанс убить меня? Или нет, она думала, если я умру, то "вот и всё, что ты из себя представляешь" – что–то беспощадное вроде этого?"

Вопрос, достаточно ли он силён, чтобы сотрудничать с ней, должно быть, очень важен для Киино. Вот почему она могла атаковать без колебаний.

"Тем не менее, я ведь её союзник… я думал, что некоторые сомнения вполне ожидаемы… ну ладно."

Никакие размышления не дадут ему ответа. Сейчас ему надо воспринимать её, как жуткую маленькую девочку. Он не мог позволить себе увлечься её юной внешностью и хорошеньким личиком. Она была девушкой, в которой было что–то опасное.

В любом случае, теперь он знал, что вступать в бой без проведения экспериментов, очень опасно. Если этот мир отличался от ИГГДРАСИЛя и смерть была окончательной, тогда ему нужно было знать, каково получать повреждения – испытывать боль. Страх боли может привести к проигрышу в бою, который он мог бы выиграть.

— Киино, вы говорили, что в прошлом могли использовать заклинания второго уровня, но что насчёт сейчас? Второй уровень до сих пор ваш максимум?

— Да… Я сосредоточилась на расширении своих знаний, а не на улучшении способностей к заклинаниям, так что…

— Понимаю. Это значит…

Хотя уровень и способности Киино были неизвестны, но независимо от того, как она будет пытаться атаковать известными ей заклинаниями второго уровня, она не сможет причинить ему никакой боли по сравнению с атакующими заклинаниями его противника – предположительно, уровня Повелителя. Она была совершенно бесполезна для этой цели.

— В таком случае, я приношу свои извинения, но я всё же хочу продолжить свои исследования. Мне нужно использовать атакующие заклинания, сосредоточенные на себе. Поэтому можете ли вы сказать мне, есть ли какие–либо открытые площадки, где это будет относительно безопасно?

Собственные заклинания Сузуки Сатору должны быть в состоянии нанести ему определенный урон. Кроме того, была одна вещь, которую он вынужден был уточнить.

Стоило узнать, действовал ли дружественный огонь. В зависимости от того, был ли ответ да или нет, менялся и его стиль боя. Например, использование заклинаний действующих по площади и так далее.

— Вы говорите, открытая площадка? Насколько большой она должна быть? Самое большое пространство, которое я знаю в канализационных трубах – да… около 50 метров в ширину.

— 50 метров, хм…

Ему придётся избегать заклинаний с эффектом атаки по площади и заклинаний, которые воздействовали исключительно на стены и другие объекты. Только в этом случае такой размер будет считаться адекватным.

Было бы разумнее телепортироваться за пределы города и провести там свои тесты. Однако он не ожидал, что ситуация обернётся таким образом, поэтому он не запомнил ни одного места назначения за пределами города.

В ИГГДРАСИЛЕ приходилось использовать маркеры, но в этом мире, похоже, достаточно просто запомнить место.

Что же творилось у него в голове после того, как он узнал об этом? Кстати говоря, у него вообще имеется мозг в этом теле? Начав обдумывать такое отклонение, Сатору покачал головой и изгнал эту бесполезную мысль из головы, прежде чем ответить Киино.

— Хм. Понятно. Можете отвести меня туда?

Место, куда его привели, в действительности было довольно просторным. Вероятно, то был центральный резервуар для сточных вод, протекающих через основной слив и ответвления канализационных линий. Однако теперь он был пуст, за исключением отметок, оставшихся десятилетия назад.

Он активировал свою способность, чтобы убедиться, что в округе нет зомби.

Могут возникнуть проблемы, если поблизости будут шнырять зомби–крысы. Если он вдруг попадет в такую и убьет, то в итоге может стать целью всех зомби в городе.

Слаймов, кстати, нельзя зомбировать. Хотя и можно было превратить в зомби или скелетов любую расу, существовали определенные исключения. Расы без костной системы не могли быть обращены в зомби или скелетов. Так было в ИГГДРАСИЛе, и после некоторых экспериментов с Киино подтвердилось, что так было и в этом мире.

Проведя несколько экспериментов, Сатору незаметно взглянул на Киино, стоявшую на высоте.

Не было похоже, что она хотела сбежать. Это из–за того, что она доверяла ему или же посчитала, что была полезна, а может потому, что не было никакого смысла бежать?

"…Что ж, приступим."

— [Призыв Великого Грома]!

Это заклинание девятого уровня было самым лучшим молниевым заклятием для атаки в одиночную цель. Да, заклинание огненного типа сработало бы не хуже, но он несколько опасался огня, всё же это была одна из его слабостей, и поэтому он выбрал молнию. Безусловно, он мог бы использовать что–то слабее, к примеру, заклятие пятого уровня, но он выбрал заклинание такого высокого уровня, потому что хотел знать, сколько урона нанесет ему заклятие девятого уровня, и насколько сильную боль он ощутит.

Кроме того, это было одно из заклинаний, которым обычно пользовались Повелители, и он хотел проверить сможет ли направить одиночно–целевое заклятие на самого себя.

Плотной колонной молнии рванули вниз, озарив изнутри всю канализацию слепящим светом.

И тогда… ощущая боль, Сузуки Сатору осознал, что она была терпимой.

Боль, видимо, оказалась подавлена. Был ли это побочный эффект от превращения в нежить?

Сатору не мог не рассмеяться.

Хотя он и оказался несколько шокирован тем фактом, что его тело стало скелетом, но именно благодаря этому телу Сатору теперь мог проявить все свои способности.

Если бы Сузуки Сатору остался прежним мешком мяса, который мог в полной мере ощущать боль, он наверняка куда сильнее опасался бы битв, или, быть может, даже предпочел бы избегать их.

Следом Сатору достал свиток из инвентаря. Он должен был проверить, сможет ли он нормально использовать свитки.

Он высвободил силу свитка, и палящее пламя вдарило ввысь.

Это было заклятие [Напалм].

Сначала по небу пронесся грохот.

А теперь поток обжигающего пламени.

Волнение и ужас охватили Киино Фасрис Инверн.

Слов "Колдун" или "Нежить" уже не хватало, дабы описать это. Это была сила, которую могло использовать только существо, превосходящее их обоих. Проще говоря, это была магия богов или сравнимых с ними существ. По крайней мере, Киино очень в это верила.

Королевская семья Инверн верила в На’Бэл, последователи этой веры были и в соседних государствах. Во главе божественного пантеона этой веры стояли бог солнца Бэй Ниала, держащий в руке самоцвет, и богиня луны Лю Кинис, держащая посох, украшенный драгоценностями.

Впрочем, всё же эта вера была рождена не благодаря внутренней набожности, ведь это была государственная религия. В этой стране помимо радужноглазых также жили и другие люди, и На’Бэл, будучи государственной религией, использовалась для укрепления связей между людьми разных национальностей. Более того, можно даже сказать, что они использовали религию для создания связей с другими странами.

Тогда Киино была молода и не знала этих вещей, поэтому она искренне верила в бога.

Но в тот день и все последующие дни боги не помогли Киино. Её вера рухнула. Однако сила богов заключалась в другом.

Существование сил богов доказывали заклинатели божественной магии. Поэтому Киино проводила исследования, чтобы попросить, отобрать или даже украсть силу у богов, дабы попытаться сделать всех снова людьми. Однако, всё, что она перепробовала, не возымело никакого эффекта – возможно, ей недоставало таланта в этой области – и поэтому она прекратила исследования.

Отказавшись от своих исследований и многих лет работы, Киино возвращала позаимствованные в храме книги, как раз тогда она и увидела ту самую нежить, входящую в город.

Это был чистейший скелет без единого куска плоти, он носил мантию и держал магический посох, они были похожи на мощные магические предметы. Скелет излучал ауру могущества, что исходила лишь от сильных, и, казалось, был куда сильнее её отца.

Всё ещё держа в руках несколько книг, Киино сбежала.

Добравшись до безопасного места, она начала жалеть о том, что сделала. Не должна ли она была попытаться договориться, чтобы спасти свой народ?

С тех пор она так и не перестала жалеть об этом. "Конечно, теперь уже слишком поздно, чтобы пытаться, не так ли?" – эта мысль не раз сдавливала её сердце.

И вот наступил сегодняшний день.

Но увидев сегодня плывущую по небу фигуру, она снова сбежала.

Даже с расстояния она могла сказать, что его непревзойденная мантия была пропитана магией. А потом, этот золотой посох – предмет, сделать который человеку не под силу. Одно лишь его присутствие, и от её горьких сожалений и решимости не осталось и следа.

Киино считала, что он – Сузуки Сатору – владел огромной мощью. Поэтому, когда он попросил её применить заклятие, она сделала это без единого колебания. Она считала, что её ничтожные заклинания не смогут даже поцарапать его – так все и случилось.

— Отец. Мама. Насташа. Должен быть способ, наконец, всех спасти.

До сих пор Киино тратила время впустую.

Она проштудировала всевозможные магические гримуары, проводила исследования, по полной пользуясь преимуществами своего не требующего сна тела. Хоть Киино и была самоучкой, наверняка она знала больше любого среднестатистического мага.

Возможно, Киино Фасрис Инверн не смогла бы спасти никого в этом городе, независимо от того, как бы сильно она ни старалась.

Но если это великое существо сможет спасти всех, то, будучи единственным выжившим членом королевской семьи этого королевства, она исполнит любое его желание, даже если оно будет означать её уничтожение.

"И всё же я не думаю, что у меня есть что–то, чем я смогу отплатить ему… он попросил знания, потому что пожалел меня? Я не понимаю. Но всё, что мне остается – это верить."

Киино Фасрис Инверн поставила всё, что у неё было на это могущественное существо.

Она не знала, окончится ли все триумфом или трагедией, а может, это будут воспевать в героической балладе, какой никогда прежде не видывал этот мир. В любом случае, в истории Киино началась новая глава

Глава 2: Двое отправляются в путь.

Часть 1

Прошло два дня с того момента, как Сузуки Сатору встретил Киино Фасрис Инверн.

Он потратил это время на изучение расхождений между его знаниями и способностями с этим миром, а также на проверку способностей предметов, которые он носил.

Утром, когда приготовления были закончены, они прибыли к окрестностям королевского замка.

Укрывшись за стенами заброшенного дома – что некогда был роскошной резиденцией, принадлежащей какому–то дворянину – они время от времени выглядывали, чтобы следить за ситуацией внутри замка.

Нежить обладала способностью видеть в темноте. Поэтому, хоть и лазутчики, и стражники были нежитью, ночь не была ничьим союзником. Однако некоторая нежить – например, вампиры – были бы ослаблены солнечным светом, что уменьшило их способности.

Если бы нежить, захватившая замок, на которую они охотились, была Повелителем, то он не имел бы слабости к солнечному свету, чего не скажешь о его миньонах. Имея это в виду, они решили атаковать днём.

В замке ничего не изменилось с того момента как они его вчера разведали. Это всё ещё могла быть ловушка, но если всего бояться – то ничего не сможешь изменить.

— Мы действительно собираемся войти с главного входа?

"Ты уже в пятый раз спрашиваешь об этом" – подумал Сузуки Сатору, и после ответил ей.

— Это первый шаг. Ну, нас скорее всего заметят. Тем не менее, то как поступит враг в данной ситуации будет ключом. Мы изменим наш собственный план действия в этой точке, для того чтобы соответствовать нашему настороженному врагу, находящемуся в замке, в то же время было бы лучше сразу точно определить местонахождение вражеского лидера и устроить засаду, чтобы быстро уничтожить его. В конце концов, шансы на провал растут тем быстрее, чем больше времени проходит между первым столкновением и уничтожением вражеского лидера.

Киино знала, что Сузуки Сатору может использовать заклинания десятого уровня, и, очевидно, она предполагала, что он атакует врага издалека с помощью мощного заклинания. Однако такое было невозможно, особенно если враг находился на уровне Сузуки Сатору. Он бы не пал от одного заклинания.

После этого, как только хозяин замка узнает, что к нему направляется убийца, он, вероятно, усилит свою охрану. В этом случае Сузуки Сатору, которому не хватало воровских навыков, было бы очень трудно проскользнуть самостоятельно.

Сузуки Сатору взглянул на Киино.

Она была экипирована различными предметами, которые позаимствовала у Сузуки Сатору. Самым ярким примером была перчатка с блестящим драгоценным камнем на тыльной стороне ладони.

То был превосходный пример тонкой работы под названием "Рукавица основных цветов".

Он был зачарован тремя заклинаниями:

[Тело сияющего берилла], которое уменьшало дробящий урон,

[Тело сияющего гелиодора], которое уменьшало рубящий урон,

и [Тело сияющего аквамарина], которое уменьшало колющий урон.

Таким образом, можно сказать, что перчатка уменьшала весь физический урон, нанесенный владельцу. Обычно эти три заклинания переписывают друг друга при зачаровании, и поэтому они не могут сосуществовать, но эта рукавица существовала в качестве исключения из правил. Более того, каждое заклинание может один раз полностью отражать урон, которому они противостояли, данный предмет также сохранил и эту способность.

Однако этот предмет был не настолько удобен, как это могло показаться.

Предмет сломался бы, если использовалась любая из способностей отражения. И всё же некоторые могли рассматривать вариант сбора большого количества таких перчаток и использования их в качестве одноразового предмета. В то же время он также имел критический изъян, заключающийся в том, что в течение четырех часов после его разрушения нельзя надевать любые другие предметы в этот слот. Кроме того, активация этих способностей не зависела от владельца – скорее, он будет автоматически активирован, если будет получено определенное количество урона. Честно говоря, игроки уровня Сузуки Сатору считали этот предмет мусором, поэтому штук десять завалялось в его инвентаре.

Вероятно, в сокровищнице Назарика было как минимум вдвое больше.

Подумав о Назарике, он вздохнул. Если бы только у него имелось больше предметов, ему стало бы доступно множество вариантов на выбор и он мог бы взять на вооружение стратегию, основанную на мощных заклинаниях.

"Ничего не поделаешь…"

Великая Подземная Гробница Назарик исчезла, когда игра закончилась. Остались только наследие этой гильдии – персонаж Момонга, Кольцо и Посох.

— А теперь, – сказал Сузуки, и, собравшись с духом, начал использовать [Призыв нежити: первый ранг], чтобы призвать зомби–животного, точнее зомби–собаку.

Зомби двигались медленно, и зомби этого города выглядели не так, как зомби, созданные Сузуки Сатору. В ИГГДРАСИЛЕ он не мог переодеть их в другую одежду, но здесь это не являлось невозможным. В общем, в конце концов, он всё же выбрал зомби–собак из–за их скорости.

После этого он использовал [Взор немертвого раба].

Таким образом, Сузуки Сатору мог видеть то, что видит зомби–собака.

Бестелесные Призраки могли проходить сквозь стены и были хороши для проникновения, но он не мог использовать [Взор немертвого раба] на них. Сузуки Сатору знал, что когда–то в игре это было возможно, но в какой–то момент это было исправлено. Вероятно, патч не имел влияния в этом мире, поэтому он проверил заклинание, но не сработало.

Возможно, было бы лучше учесть, что все способности Сузуки Сатору действуют в соответствии с правилами последних патчей.

В таком случае, что произойдет, если Киино использует [Взор немертвого раба]? Этот вопрос приходил ему в голову, он не мог проверить это, потому что она не могла произносить заклинания такого уровня. Однако магия ИГГДРАСИЛЯ и этого мира была довольна похожа, так что, возможно, она так же будет использовать заклинания последних версий.

"Да что не так с этим миром?"

Он не мог поверить, что это просто игровой мир, как бы он ни старался. Также он не мог поверить, что Сузуки Сатору столкнулся с несчастным случаем в реальном мире, и это был сон, который он видел перед моментом своей смерти.

Может быть, лучше сказать, что он был перенесен в другой мир… или переродился в нем. Пожалуй, это объяснение может быть похоже на правду.

"Ну, сейчас у меня нет времени думать о таких вещах, не так ли? Если мой враг окажется на уровне Повелителя, то потеря концентрации означает смерть для меня. Мне нужно полностью уничтожить его и не оставить ему путей для побега."

Наконец, он дал ему покупной предмет, чтобы зомби–собака держала его во рту.

Он назывался статуэткой рокировки.

(п.п.: такую же статуэтку Момонга дал Газефу при нападении теократии на деревню Карн)

И расстояние, которое прошел Сузуки Сатору, и тот факт, что Киино находилась рядом – всё было тщательно рассчитано с учетом этого предмета. Если бы он не мог использовать этот предмет, тогда не было нужды приводить Киино вообще.

На этом его приготовления закончены.

Он отдал мысленную команду "иди", и зомби–собака пошла вперед.

Лично ему бы хотелось, чтобы собака побежала, но он проверил и подтвердил, что зомби–псы в городе не бегали. По этой причине бег собаки был бы очень подозрительным, и поэтому он приказал ему идти.

Собака перепрыгнула разрушенную часть оборонительной стены замка и прошла прямо через ворота.

Сузуки Сатору думал, что появятся миньоны нежити. Он почувствовал себя немного разочарованным, когда их не оказалось.

По словам Киино, существо–нежить, захватившее замок, не привело с собой миньонов, когда она впервые его увидела. Однако, с момента захвата замка прошло много времени, и поэтому он мог набрать себе несколько миньонов, скорее всего, нежить.

"Ну, я думаю, мне повезло, что их нет… хотя я не могу быть уверенным, что их вообще нет."

[Взор немертвого раба] взял контроль над зрением зомби–собаки. Однако способность Сузуки Сатору видеть сквозь эффекты невидимости не работает. Таким образом, было возможно, что вокруг есть невидимая нежить. Но продолжая забиваться в угол от всего, ты ничего и не сможешь сделать.

Сузуки Сатору понял, что зомби–собака вошла в замок. Из внешнего наблюдения он уже знал, что по всему замку бродят зомби. Так как они были защищены от погоды, то были одеты лучше, чем другие зомби, что позволяло другим понять, что они – люди, работавшие в замке.

Эти зомби не проявляли враждебность к зомби–собаке, точно так же они относились к Сузуки Сатору, когда он впервые пришел в этот мир. Другими словами, они не находились под контролем таинственной нежити, что в замке.

Тем не менее, даже если они обладали такими же способностями, как у Сузуки Сатору, они наверняка не применили бы способности ограниченного использования на простой зомби–собаке.

— Зомби, и… Нет, здесь только зомби.

— Да. Внутри замка зомби… все до единого, кто там был, обращены в зомби.

Другими словами, он не мог рассматривать их в качестве оборонительных сил.

Когда зомби–собака продолжила движение, Сузуки Сатору начал озадачиваться.

Здесь должна была быть нежить высокого уровня, сторожащая входы и проходы. Но, конечно, здесь не было никого.

"В ИГГДРАСИЛе существовал максимальный предел суммы уровней всей подконтрольной нежити. В этом мире тоже такое правило должно существовать, поэтому возможно, он мог бы поместить могущественных существ нежити рядом с собой. Упоминая это… разве он не мог разместить хотя бы одно такое существо у входа в замок?"

Он продолжил продвигать зомби–собаку глубже в замок.

Ему никто не препятствовал, хотя повсюду бродили зомби.

Беспокойство Сузуки Сатору начало расти постепенно.

Это не должно было идти так гладко. Он начал задаваться вопросом, была ли это ловушка.

"Согласно руководству 'ПКшинг для чайников' от Пунитто Моэ, сейчас я должен отступить и оценить ситуацию, верно? Однако, это предполагает случаи, когда противник того же уровня, что и я, и имеет опыт ПК. Возможно ли, что у него нет опыта ПК, поэтому его защита полна дыр и ему, похоже, не хватает осторожности?"

Зомби–собака продолжала идти мимо бродивших зомби, в соответствии с планом проникновения. Её шаткая походка сейчас была рассчитана на то, чтобы заставить врагов думать, что это была обычная зомби–собака, которая случайно забрела сюда.

"Я не думаю, что от этого есть польза. Все же самая неразумная нежить – подконтрольный вид, который знает, как выполнять только простые приказы – вероятно, не заметит или не убежит рассказывать своему хозяину."

Вчера он спросил Киино: "Если вам нужно расставить часовых, где бы вы их расположили?" – и зомби–собака шла по пути, которая, по её мнению, была безопасной. Путь оканчивался в комнате отца Киино – большой и самой роскошной комнате в замке. Если тут есть вражеский лидер, то он, скорее всего, был бы найден здесь.

К счастью, пол и потолок не разрушились, и зомби–собака вскоре приблизилась к месту назначения. Если бы противник развернул на большую область эффект [Задержка Телепортации], тогда все его планы развеялись бы дымом; поэтому он также учёл максимальный радиус такого эффекта.

— Мы собираемся вступить в прямой контакт. Используйте кристалл в чрезвычайной ситуации.

— Поняла… Я рассчитываю на вас, господин Сатору.

Он запомнил окружение, которые видел глазами зомби–собаки, а затем отпустил её. Сузуки Сатору всё ещё мог поменяться с ним местами, используя покупной предмет, если он почувствует себя в опасности, поэтому он искренне надеялся, что он сможет успешно сбежать.

Затем он начал усиливать себя.

Он не забыл применить заклинание обнаружения. У зрения зомби–собаки были ограничения. Возможно, на пути действительно была невидимая нежить, и нельзя было сказать, следовала ли она за собакой. Такая осторожность была оправдана.

А потом была самая важная вещь – [Совершенная Неизвестность].

Также не было необходимости менять его снаряжение. Прежде чем прийти сюда, он уже был готов встретить этого некроманта.

В тот момент, когда Сузуки Сатору произнес [Великая Телепортация], он был перенесен в запомненное место.

Он оглянулся вокруг, чтобы увидеть, есть ли какая–нибудь нежить, которую пропустила зомби–собака.

… Никого.

Пока что он не мог расслабиться. Он был в напряжении, которое порождено страхом, заполонившим его костяное тело.

Мысль о том, что он находится в центре вражеской территории, заставила его несуществующее сердце биться. Однако, он не одеревенел от страха, вероятно, потому что он был нежитью.

Он двинулся вперёд без звука, используя полет, чтобы не касаться пола.

Он медленно приблизился к покоям короля.

Он был почти у комнаты. В этот момент дверь внезапно открылась, и за ним он увидел нежить.

Сузуки Сатору побледнел.

Это был один из худших сценариев.

Это была неожиданная встреча.

Внешний вид и снаряжение нежити, который он видел, были очень похожи на то, что описала Киино.

Вид нежити, похожего на Повелителя, не прибавил уверенности Сузуки Сатору. А скорее, уменьшил. Вспомнилось слово "отступление", но план заключался в разведке боем – как он мог уйти, не увидев ни одного из козырей противника?

Переговоры с противником не были вариантом с самого начала. Поэтому, подобно убийце из тени, Сузуки Сатору произнес заклинание.

— [Тройная Предельная Магия: Рассечение Реальности]!

Он начал с самого разрушительного заклинания. Это был хороший ход, который позволил ему игнорировать сопротивление противника. Но это не позволит ему получить много информации. Тем не менее, он не заботился о поиске сопротивлений врага, и у него не было времени использовать заклинание [Остановка Времени] и подобные ему, чтобы распознать его слабости.

Заклинание, известное как самое разрушительное из заклинаний десятого уровня, поразило нежить, которая покачнулась.

Сузуки Сатору сразу обдумал свой следующий шаг.

"Я не могу уничтожить Повелителя одним ударом. Тогда как насчет повторения того же заклинания? Нет, враг может телепортироваться и вернуться с подкреплением. Тогда я должен заблокировать его телепортацию? [Совершенная Неизвестность] была рассеяна, когда я атаковал, должен ли я снова использовать его, а затем убежать? Если подумать, почему он показался в одиночестве перед незваным гостем, который мог забраться так далеко на территорию могущественной нежити? Где его приспешники? Он относится ко мне легкомысленно?"

Пока он быстро соображал, его внезапно осенило.

Это была ловушка, созданная для того, чтобы разделить Сузуки Сатору с Киино.

— Тц!

Сузуки Сатору не мог удержаться от восклицания, когда тревога охватила его.

Это очень похоже на правду.

А затем нежить, распластавшаяся на земле, рассыпалась в прах, как будто прошло много времени, оставив только свое снаряжение кататься по земле. Среди них была важная вещь, о которой упоминал Киино – хрустальная палочка.

— Он… он мертв?

"Невозможно", – подумал Сузуки Сатору. Та единственная атака не могла победить Повелителя.

"Может, это иллюзия?"

Сузуки Сатору сразу же исключил это предположение. Всё, кроме особых иллюзий, создаваемых специальными классовыми навыками, было бесполезно против нежити, вроде него. Поэтому, скорее всего, это не было иллюзией.

"Нет, погоди, может, это что–то уникальное для этого мира – Повелитель, специализирующийся на иллюзиях? Что–то, чего нет в ИГГДРАСИЛе? Если мы руководствуемся основным принципом потери чего–то, чтобы получить нечто взамен, тогда возможно ли, что он потерял способность доминировать над другой нежитью в качестве цены за свои способности? Это ведь не исключено, правда?"

Конечно, у Сузуки Сатору также возникали сомнения в том, что ”Киино переоценила силу противника, и они на самом деле были очень слабыми". Однако любые потери, вызванные переоценкой противника, должны быть легче потерь, понесенных в результате их недооценки.

В первом случае это был бы пустяк, но если тут второй вариант – то всё уже не так просто. Поэтому Сузуки Сатору отверг возможность того, что он переоценил своего врага.

Учитывая нынешние обстоятельства, остается только один ответ.

— Это ловушка!

Какова была цель этой ловушки?

Почему противник заменил свое снаряжение на такое непримечательное? Он действительно вышел из комнаты по чистой случайности? Если дело было не в этом, то противник уже знал о его планах.

"Произошла утечка информации? Тогда, это может быть ловушка для меня или Киино… или даже для нас обоих"

Если ловушка предназначалась только для Сузуки Сатору, то это могло быть местом где он встретит свою роковую судьбу, и с каждым мгновением что он упустил опасность становилась всё больше. Но что если Киино была их целью? Или они оба?

Оглядевшись, он не увидел никаких признаков того, что противник начал атаку.

"Ах!"

Вполне вероятно, что эта ловушка была нацелена на Киино. Как–никак, Сузуки Сатору появился всего лишь несколько дней назад.

" … Нет! Стоп! Возможно ли что эта нежить призвала меня в этот мир? Но… может ли это быть правдой? Иначе говоря, это должно быть ловушкой для Киино."

Или возможно этот замок скрывал какой–то секрет и поэтому он искал Киино, что была ключём к нему. Возможно, он наблюдал за всем, что делали Сузуки Сатору и Киино, так же, как Сузуки Сатору наблюдал за противником. Враг, вероятно, ждал своего шанса отделить Киино от её козырной карты, Сузуки Сатору.

"Это возможно!"

Считая, что это вполне вероятно было ловушкой, Сузуки Сатору сердечно поздравил своего врага.

Возможно, он всё это время был словно на ладони у своего противника.

Если он сейчас отправится проверить Киино, вполне вероятно, что он попадёт в смертельную засаду, устроенную основными силами противника, и приготовленную заранее. Сузуки Сатору… нет, Пунитто Моэ поступил бы таким же образом.

Если бы это затеял он, то он, возможно, использовал Киино в качестве заложника, чтобы начать переговоры с его противником.

Убить двух зайцев одним выстрелом.

Прямо сейчас лучшим курсом действий для Сузуки Сатору было бы телепортироваться в безопасное место. После этого, если Киино будет схвачена врагом, ему предстоит найти способ спасти её. И если бы у него действительно не было способа сделать этого, тогда это означало бы прощание с ней.

Не убивать Сузуки Сатору, с точки зрения противника, объяснялось тем, что они попросту остерегались его. Если бы Сузуки Сатору убежал бы прямо сейчас поджав хвост, его бы не преследовали. По крайней мере до тех пор, пока они не получат информацию от Киино.

— Тцк.

Сузуки Сатору цокнул языком и выглянул наружу, затем решил телепортироваться в воздух.

Его поле зрения внезапно изменилось, как в начале, когда он вторгся в замок. Казалось бы, не было никаких мер по блокировке телепорта. Наихудший сценарий, которого Сузуки Сатору хотел избежать, заключался в том, что он смог бы телепортироваться в замок, но не сумел бы уйти тем же способом.

Нельзя было телепортироваться внутрь или наружу из Великой Подземной Гробницы Назарика, также в игре было много подземелий, которые запрещали побег при помощи телепортации.

При наблюдении с неба, внешние стены дворянской усадьбы, где скрывалась Киино, можно было увидеть сразу. Улучшенным зрением игрового аватара Момонги, было видно с воздуха, что до и после его вторжения не было никаких изменений. Как бы внимательно он не смотрел, он не мог обнаружить врагов вокруг Киино.

"Он… использует Киино в качестве наживки? Понятно. Возможно, его план в том, что я попадусь и он схватит нас обоих. Хорошо сыграно."

Сузуки Сатору улыбался.

Это была улыбка того, кто полностью видел планы своего противника.

Сузуки Сатору использовал [Совершенную Неизвестность] и наблюдал с неба.

Когда противник заметит меня в небе и попытается что–то предпринять действуя на земле, появится хороший шанс спаси Киино.

Сузуки Сатору наблюдал за Киино с воздуха в надежде предугадать намерения своего противника.

Итак, прошло три минуты.

За исключением звуков ветра, бегающего по воздуху, ничего больше не ощущалось, ничего не летало, и ничто не атаковало Киино.

"Что, что происходит? Почему враг ничего не делает! Может ли… он ждет, когда я сделаю свой ход, а затем уже нанесёт удар?"

— Проклятье! Вы очень хороши! – пробормотал Сузуки Сатору.

Противник довольно умен. Они знают, что мы тоже не хотим умереть. В таком случае… сделаем это.

Сузуки Сатору решил сделать ход и переломить ситуацию.

Он свяжется с Киино при помощи [Сообщения] и сменит место сражения.

— Киино, это я, Сатору. Я наблюдаю за тобой с воздуха. Твоё текущее местоположение опасно. Направляйся в своё убежище в канализации прямо сейчас.

— [Обманщик!]

После этого [Сообщение] прервалось.

— Чего!?

Что всё это значило? Нежить Сузуки Сатору запаниковал от совершенно непонятной реакции Киино.

"[Сообщение] было ложью? … Не говорите мне, что Киино уже была под заклинанием врага? Но она нежить, верно? Она не должна подвергаться влиянию разума. Нет, это только мои знания из ИГГДРАСИЛЯ. Неужели нежить в этом мире уязвима и для умственных воздействий? Я не понимаю! Киино была в союзе с врагом все это время? Но она была тем, кто показал мне своё укрытие, не говорите мне, что враги поступают подобным образом… что мне делать?"

В справочнике ПКшинга не было ситуаций подобных этой, и Сузуки Сатору не имел информации на которую он мог бы ссылаться.

"Может мне стоит просто забыть обо всем этом и сбежать"– подумал Сузуки Сатору. Он наблюдал за окружением Киино полных семь минут и ничего не поменялось.

Устав слушать свист ветра Сузуки Сатору тихо сказал.

— …Вообще нет никаких признаков движения.

Бессмысленное ожидание уничтожило волнение от участия в битве не на жизнь, а на смерть.

Нет, это тоже ловушка врага. Время ничего не стоит для нежити…проще говоря ожидание тяжело вынести, но это не проблема. Враг, должно быть, ждёт, пока я забеспокоюсь и поспешу.

Голос в его сердце сказал: "Вероятно дело в этом", – и Сузуки Сатору отбросил свои планы о побеге. Вместо этого он продолжил ждать.

Прошло десять минут.

"…Очень странно. Что–то определенно было не так. В любом случае, я начну, задействовав зомби–собаку… ах. Но тогда зомби–собака с покупным предметом может исчезнуть… И я вряд ли смогу найти этот предмет. Ургх…"

Он также не мог заставить её доставить что–либо Киино.

Он не мог призвать или создать нежить.

"Мне нужно принять во внимание, что противник сбежал от нас и ушёл в канализацию, а затем разместил там мощную нежить. Если я уничтожу эту нежить сейчас, то мне нужно будет беспокоиться о том, устроил ли противник засаду пока отступал."

Подумав об этом, он переключил своё внимание на зомби–собаку, которую он вызвал избытками маны. Собака уже вернулась к воротам замка и стояла в ожидании.

"Теперь должен ли я отправить собаку к Киино, чтобы показать ей дорогу?"

Возможно, враг не атаковал, потому что он обнаружил Сузуки Сатору в воздухе. Поэтому, если Сузуки Сатору исчезнет, враг может перейти к активным действиям.

Учтя этот момент, Сатору снова применил заклятие [Великая Телепортация] и телепортировался во двор дома, неподалеку от места, где была Киино. Убедившись, что из замка его не видно, он отправил зомби–собаку к Киино.

Видимо, Киино использовала [Невидимость], так как зомби–собака не видела её. Однако, когда зомби–собака пришла к месту, которое Сатору видел с воздуха, внезапно появилась Киино.

Зомби–собака потянула за край платья Киино.

Киино, кажется, сразу поняла и побежала за зомби–собакой туда, куда она вела её.

Затем, когда Сатору наконец вышел из укрытия, то увидел Киино, которую привела зомби–собака. Однако, расслабляться было рано. Нежить с высокоуровневыми навыками вора была редкостью, но всё же существовала. И кто–то такой вполне сможет атаковать скрытно.

— Господин Сатору! Вы в безопасности!

Времени прошло больше, чем планировалось, и она, вероятно, сильно волновалась. Киино очень обрадовалась, но сейчас не было времени на это.

— Сюда!

Сатору выскочил и схватил Киино за руку. Киино широко раскрыла глаза, но не было времени все ей объяснять. Он сразу же активировал [Великую Телепортацию] и забрал Киино вместе с зомби–собакой на их базу в канализации.

Попав на место, он осмотрел окружение, особенно вход. Не похоже, что дверь была открыта. Глазной Мертвец, парящий в воздухе, также не был поврежден. Он мог быть уверен, что здесь безопасно.

— Хух.

Только вернувшись сюда, Сатору позволил себе вздохнуть с облегчением. А затем он вспомнил, что ему еще нужно все объяснить Киино.

Забрав покупной предмет, Сатору изгнал зомби–собаку и взялся за объяснение. Сперва он рассказал, что уничтожил нежить, о которой говорила Киино, но этот скелет оказался слишком слаб, поэтому вполне возможно, что это мог быть двойник или нечто подобное. И поэтому он решил отступить.

— Нет, я так не думаю. Господин Сатору, вы не считаете, что победили его с такой легкостью, потому что вы – могущественный заклинатель?

— Если бы это был Повелитель, такой как я, то конечно, он не умер бы так быстро.

— Разница в силе между нами была слишком велика, поэтому я смогла бы лишь сказать, что он был очень силен. Это возможно?

— Я тоже думал об этом… в таком случае, я пойду один и проверю еще раз.

Опасное решение, но это был и единственный путь.

Сатору мог чувствовать нежить, но не уровень их силы. Поэтому у него не было иного выбора, кроме как оценить все самому.

— Большое спасибо!

— На осмотр может уйти один–два часа, поэтому вам придется подождать здесь.

Приказав Глазному Мертвецу защищать Киино, Сатору снова телепортировался в дворянское поместье. Оттуда он следил за внутренней частью замка, но не заметил ни суеты, ни признаков увеличения уровня боеготовности.

Активировав заклятие [Призыв Нежити: 10 ранг], он сотворил мощную нежить и отправил её в замок. Однако сражения не последовало. Теперь Сатору стал достаточно решителен, чтобы проследовать за ним.

Он прошел по следам зомби–собаки до тронного зала.

На своем пути он встретил лишь зомби, другой нежити не было.

Дверь в тронный зал всё ещё была открыта. По земле были разбросаны роба и снаряжение этого скелета.

"Быть не может… неужто он и вправду оказался настолько слаб? …Ах, плохо дело, я ошибся. Наверно это действительно был двойник, а оригинал тогда сбежал, посчитав, что не сможет меня победить. Это, безусловно, возможно. Если бы я тогда об этом знал, то не лучше было бы начать с [Запирание Измерений] или какого–нибудь другого заклинания контроля поля боя, а не атакующего?"

"Я сделал плохой ход", – корил он себя, отправляя находящуюся рядом с ним нежить в комнату. Сигнатура нежити не реагировала ни на кого внутри, но Сатору не мог исключать того, что там могла быть охрана, не являющаяся нежитью.

Увидев, что его миньон не подвергся нападению, Сатору подошел ко входу в зал и заглянул внутрь.

Внутри было много столов, и многие из них были перенесены сюда из других комнат. Они были завалены книгами настолько, что их можно было назвать миниатюрной горой.

Это походило на комнату ученого или бюрократа, занимающегося бумажной работой.

— Вся информация здесь… но тут никого нет?

Сатору поместил все предметы, что были на земле, в свой инвентарь.

Он практически перевернул в замке все верх дном.

Спустя два часа он сложил руки и принялся думать.

"Я нигде не могу найти его! Он сбежал.… Нет, вряд ли. Одно дело, если бы он сбежал один, но быть не может, чтобы он сбежал вместе со всеми своими миньонами прямо у меня из под носа. Более того, он оставил здесь все эти вещи, похожие на документы. К тому же, судя по всему другие комнаты не использовались… в общем, можно делать вывод, что противник был слишком слаб."

Сатору был обескуражен тем, сколько времени и нервов ушло впустую. Это можно было назвать абсолютным провалом, причиной которого стало то, что он начал битву, не спланировав все заранее.

"Если бы Пунитто узнал об этом, то он бы еще долго не давал мне покоя, говоря: "Это тебе еще повезло, что все прошло так хорошо" и т.д."

"Но дело в том, что было бы куда хуже, если бы враг не оказался таким слабым. Это уже не игра. Возможно, у меня даже есть только одна жизнь… я ведь так и не узнал о принципах работы магии воскрешения… Так что мне следует быть осторожнее."

Вновь все обдумав, Сатору вернулся к Киино.

— Ну вот… Зомби так и остались зомби… как и думала, вернуть их будет не просто. Но именно поэтому это так важно… но когда дойдет до дела, вы правда сможете спасти всех?

Из своего инвентаря Сатору достал жезл, который недавно подобрал. Он взглянул на него и, положив обратно, телепортировался.

Часть 2.

Сатору вернулся в замок вместе с Киино. На этот раз он планировал более тщательно обследовать его изнутри. Он одолжил Киино предмет, позволявший владельцу использовать заклятие [Полет], и оба они, активировав [Полет], принялись исследовать замок. Киино должна была только показать на то, что тут поменялось с тех пор, как она жила в нем. И даже так, проверка такого огромного замка заняла довольно много времени.

В конце концов, они не нашли ничего особенного. Киино заперла своих родителей в комнате матери. Пока они являются нежитью, с ними ничего не случится. Кажется, того скелета ничего не интересовало, он лишь сделал тронный зал своей исследовательской лабораторией.

И вот, ненадолго они вернулись в канализацию. Затем, когда магия Киино восстановилась, они вновь применили [Полет] и направились в тронный зал для более тщательного осмотра.

Солнце зашло, и ночь медленно опустилась на город.

Тронный зал состоял из трех комнат: первая, комната с дверью, была завалена книгами, вторая была завалена сокровищами, собранными со всего города, а в последней комнате та нежить устроила лабораторию. Там было несколько любопытных растворов, и стояло зловоние, которое не собиралось уходить.

Выслушав, что об этом думает Киино, Сатору решил переместить все предметы в свой инвентарь, поскольку там они ничего не весили, и положил их в случайную ячейку.

Изначально Киино предложила вернуться в её комнату, но Сатору отказался. Если бы они собирались осмотреть её в первую очередь, то им не стоило применять заклятие [Полет].

Тогда они решили посетить комнату, когда–то принадлежавшую горничным. Когда Сатору был там в первый раз, он и его нежить–миньон вот–вот собирались войти, но вместо этого они получили в лицо белой пылью. Сейчас же тут было менее пыльно.

— Как же тут пыльно…

Сатору был морально готов к этому, и все, что он мог сделать в ответ на жалобу Киино, лишь пожать плечами.

— Ну, здесь ведь уже давно никто не жил.

Пол покрывала пыль, а значит, тут уже давно никого не было. Поэтому, увидев это, они вошли не задумываясь.

Первой вошла Киино. Она прошла на другой конец комнаты и открыла окно.

Образовавшийся сквозняк поднял тонну пыли. Если бы там были живые существа, которым нужно было дышать, они наверняка бы закашлялись. И всё же, оба они были нежитью без подобных потребностей, поэтому максимум, что им могла сделать эта пыль, немного мешать.

— Могу я прибраться в этой комнате?

"Тебе не нужно спрашивать у меня разрешения", подумал Сатору и ответил.

— Я не против. Однако, как на счет того, чтобы убрать эту комнату по–моему?

Сатору достал свиток. Будучи ужасным скрягой, он не тратил расходные предметы по пустякам. И всё же, этот предмет был низкого уровня, и у него было много куда более лучших аналогов, поэтому этот свиток для него ничего не стоил.

В свитке находилось заклятие [Призыв Монстра: 1 ранг].

С помощью этого свитка можно было призвать низкоуровневого Малого Элементаля Воздуха. Ему не нужно было ничего приказывать, поскольку у призванного существа со своим мастером было нечто вроде телепатической связи, и таким образом мысленно ему можно было отдавать приказы.

Элементаль начал вращаться и разом выдул всю пыль из комнаты наружу.

— Киино, в этом свитке тоже есть заклятие, не хотите с его помощью попробовать призвать Элементаля Воды?

Сатору дал ей свиток. Киино, активировав заклятие, призвала Малого Элементаля Воды, как он и сказал.

— Благодарю, господин Сатору.

— Нет необходимости быть столь формальной. Не бери в голову. Элементали, вызванные свитком первого уровня, просуществуют совсем недолго. Пожалуйста, придерживайся приоритетов при уборке в комнате.

— Хорошо!

— Да и еще, теперь можно деактивировать заклинание [Полет].

— Поняла!

Хоть их положение и не изменилось, но, возможно, из–за того, что она вернулась домой, Киино заметно повеселела. Видя явные перемены в настроении Киино, Сатору сохранял спокойствие, что удивило даже его самого.

Он дал Киино свиток не просто так.

Проведя множество испытаний с тех пор, как он пришел в этот мир, он впервые использовал расходный предмет, типа того свитка.

"Понятно… значит, жители этого мира могут использовать свитки ИГГДРАСИЛя. А что если попробовать наоборот? Кстати, элементали, вызванные свитком, существуют недолго, но, видимо, она не посчитала это чем–то странным. Значит, мои знания о свитках ИГГДРАСИЛя также применимы и в этом мире… верно?"

Хотя он и спрашивал Киино об этом раньше, но теперь у него были доказательства. Не то чтобы он не доверял ей, просто лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.

Как он и сказал, оба Элементаля вскоре исчезли, но к тому моменту комната уже была достаточно чистой.

— С чего мы теперь начнем осмотр?

— Я бы взглянула на ту стопку пергаментов.

Что тому скелету тут было нужно?

И кто это вообще был такой?

Какова цель всего этого?

И самое главное, действительно ли существовал способ вернуть людей, ставших зомби?

Эти вопросы, ни на минуту не дававшие ей покоя, вселяли слабую надежду, что она сможет найти ответы в этих пергаментах, и именно поэтому она хотела начать расследование отсюда.

В тот момент, когда Киино собиралась развернуть один из скрученных пергаментов, заподозрив неладное, Сатору остановил её.

— Что–то не так, господин Сатору?

— Позвольте мне напомнить вам, что для начала следует проверить их на предмет скрытых ловушек. Вы сделали это? Разве не может один из этих свитков оказаться магической ловушкой?

— …Ээ?

— Некоторые ловушки можно замаскировать под свитки. И когда кто–то попытается использовать такой предмет, он взорвется, или нечто в этом роде.

— З–значит и такое бывает?

— Хм? Хотите сказать, не бывает?

Они уставились друг на друга.

— А, эм, господин Сатору, так, значит, вы знаете, что нужно делать?

— Я плох в обезвреживании ловушек. Полагаю, будет лучше, если я создам какую–нибудь нежить и дам ей развернуть свиток.

Сказав это, Сатору создал Рыцаря Смерти.

Он приказал Рыцарю Смерти выйти из комнаты, отойти на некоторое расстояние и развернуть пергамент. Но была одна проблема. Если случится взрыв, то остальной пергамент тоже может сгореть, поэтому он должен был вынимать каждый свиток и проверять его безопасность по одному.

Провернув это с каждым пергаментом, они взялись за книги.

Пока Рыцарь Смерти делал свое дело, Киино просматривала пергаменты, которые уже были проверены на безопасность.

Но внезапно выражение на лице Киино вдруг застыло.

— Простите, господин Сатору. Я не могу прочесть, что тут написано…

— Хм…

Ранее он слышал, что в этом мире существовало множество языков. Сатору встал позади Киино и заглянул в пергамент. Ого, быть не может, это же японский…. на самом деле – нет. То, на что он так надеялся, не случилось.

— Тогда…– Сатору достал из инвентаря монокль, – Возьмите пока это. Он должен помочь в прочтении других языков.

Сатору не стал использовать его сам, потому что не был уверен, что сможет понять, о чем идет речь в этих исследованиях.

Будучи настоящим взрослым, ему следовало бы проверить, нет ли там каких непотребств, но это всё же лучше, чем пялиться в пергамент и говорить: "Это слишком узкопрофильная область, в которой я не разбираюсь", и поэтому предоставил это Киино.

Видимо, не заметив, что глубоко внутри Сатору принизил себя, Киино поблагодарила его. Затем она надела монокль и начала читать.

Кажется, монокль работал, ведь Киино начала бегать взглядом по содержимому пергамента.

Молча прочитав первый пергамент, она потянулась за следующим. Чтобы не мешать Киино, Сатору отошел в сторону.

Поскольку он никогда не относился к магии как к науке, он бы ничего не почерпнул из этих свитков. Иногда Киино поднимала тему о принципах магии… но для Сузуки Сатору она была слишком запутанной. Он не строил из себя умника и просто отвечал "Я не знаю".

Хотя Сатору создавал впечатление, что действительно ничего не знает, Киино, похоже, ему не верила.

Все же, по факту он продемонстрировал свою невероятную мощь, и существовали некоторые классы, что управляли магией с помощью чувств, а не теоретических знаний. Должно быть, она приняла его как раз за такого заклинателя, полагающегося на чувства.

Глядя на задний оборот небольшой книги, что держала Киино, Сатору начал раскладывать предметы, которые обнаружил на полу.

Он использовал заклятие, чтобы увидеть, какая магия сокрыта в этих предметах. Первым он обследовал небольшой жезл.

Увидев магию, что была внутри жезла, он, чувствуя растерянность, позвал Киино.

— Извините, но не могли бы вы подойти и взглянуть на этот предмет?

— А? Конечно!

Киино быстро обернулась.

— На счет этого….

— …Ах!

Киино вскочила с места и подбежала к предметам, среди которых она и нашла жезл.

— Это он! Мы нашли его!

Киино была очень рада, хотя и казалось, что в какой–то момент она становилась прежней, но неосознанно вновь начинала улыбаться.

— Так значит это тот воскрешающий предмет, о котором вы говорили ранее?

Его мысли подтвердились. Это был предмет, что остался от той, пришедшей в город, нежити.

Этот жезл являлся одним из национальных сокровищ, среди которых были и Маска Ирубии Хордан, Роба Первого Инверна и Лапа Грифона–Лорда (рукавица).

Прозрачный жезл, который вырезали из огромного кристалла, а после обработали.

Он назывался Исчезнувший Белый.

Если она сказала вчера правду, то Сатору рассчитывал, что внутри этого жезла будет заклятие пятого уровня [Оживление Мертвого]. Но по результатам его недавно проведенных исследований, заклинания работали немного по–другому. Точнее, даже если он выглядел как жезл, и его можно было использовать как жезл, но, по сути, он может оказаться предметом другого типа.

Ему показалось немного стыдным использовать его как жезл.

Но, хоть у Сатору и были предметы с высокоуровневой магией воскрешения, до вчерашнего дня он не планировал использовать их.

Одна из причин была такова, что он не был уверен, работала ли магия воскрешения в этом мире по тем же принципам, что и в игре. Но также верно и то, что он скрывал, что владел подобными предметами.

Сатору не был таким толстокожим, чтобы честно рассказать об этом. Хотя о какой коже теперь может идти речь.

— Да! Теперь точно можно будет всех…

Киино прикусила губу, вероятно, потому что невозможно было спасти всех предметом с ограниченным количеством использований. Нет, было очевидно, что такой сильный предмет будет иметь какие–то ограничения. Сейчас Киино пришлось бы решать кого ей спасти.

— Даже если так, нужно их уничтожить перед тем, как обращать в людей.

— И как мне вернуть их к жизни?

— Хмм, как насчёт убить их, пока они зомби, и попробовать воскресить их этим предметом?

— Понятно… в таком случае, мы не сможем сделать это в замке. – Сатору объяснил озадаченной Киино.

— Хотя мои знания могут отличаться от того, как всё на самом деле, но если мы уничтожим зомби здесь – извини, если мы здесь кого–нибудь убьём – вполне возможно навлечём на себя всех остальных зомби. Чтобы этого избежать, нужно отвести тестовго зомби как можно дальше, куда–то где убийство не вызовет столько враждебности. Однако, я понятия не имею насколько далеко. У тебя есть идеи?

— Хаа? Ах, да, так вот как всё работает?

— А разве нет?

Они уставились друг на друга.

Не столько из–за того, что у них было разное понимание мира, сколько они оба были не до конца уверены, в чём проблема. Следовательно, им стоило обсудить плюсы и минусы такого плана.

В конце концов, они решили сначала дать Киино дочитать все книги. Решение в надежде, что какая–то из них даст ответ, доверив свою удачу небесам.

После того, как Киино подняла свои книги снова, Сатору продолжил изучать предметы оставшиеся от нежити.

Сузуки Сатору поднял серебряное ожерелье и нахмурил свои несуществующие брови.

"Это не магический предмет… это зачарованное ожерелье. Что–то вроде аксессуара?"

Нельзя носить несколько магических предметов в одном слоте. Хотя на шею можно было надеть много магических предметов, Сатору слышал от Киино, что только одетый последним предмет возможно использовать, так что, похоже, в этом мире были те же правила, что и в ИГГДРАСИЛе. ,

Хотя, и не было ничего такого, будь эта нежить одним из тех кто наряжается бессмысленными украшениями, похоже это не так. У него не было никаких других немагических предметов, кроме этого ожерелья.

В этом должен быть какой–то смысл.

В ожерелье был круглый серебряный объект. Он выглядел довольно изношенным, но было ясно видно что–то похожее на вырезанные символы и буквы.

"Есть ли в них какой–то смысл? Или это ключ к чему–то? Нет, это может быть какой–то святой символ для нежити. Или это был какой–то ключевой религиозный предмет? Кажется, сзади есть что–то похоже на… значок гильдии … ах! Значит ли это, что он принадлежит какой–то организации?"

Он сомневался в их предназначении, поэтому можно было лишь догадываться. Однако было бы плохо, если нежить принадлежал какой–то группе.

"Это вполне возможно, поэтому я так насторожен… Надеюсь, Киино знает, что значит та эмблема."

Киино читала, быстро пролистывая книги.

Со стороны он увидел её напряженное испуганное лицо. Вероятно, хороших новостей он не услышит.

— Киино, извини, что отвлекаю тебя, не могла бы ты взглянуть на это ожерелье?

— А? Ах, да … давайте посмотрю, не похоже на буквы. Это … метки?

— Ясно. А как у тебя идут дела?

Было две кучи книг: одна с прочитанными, вторая те которые она ещё не читала. Он спросил, потому что первая куча была куда больше второй. Киино тяжело вздохнула. Вздох, как у сотрудника которому ещё работать всю ночь. Совсем не такой вздох который должен быть у маленькой девочки.

— Во–первых, эти книги связаны с различными видами магии. С другой стороны, в пергаментах, были вещи которые изучала та нежить – беспорядочно написанные исследовательские заметки. Но они слишком сложные, поэтому в той или иной степени, я могла их неправильно понять.

Киино опустила плечи. Её голос звучил угрюмо.

— Просто… та могущественная нежить, как я думала, связана с превращением всех в городе в нежить, но похоже это не так

"Как я и думал", – промелькнуло в голове у Сатору.

Нежить была слишком слабой для того, чтобы превратить целый город в зомби.

— Я нашла что–то похожее на дневник, там сказано, что та нежить, которую Вы убили, была так же озадачена вопросом, как все в городе превратилась в зомби, и то что он хотел бы разобраться в этом, будь у него время. А ещё…

Киино уж собиралась что–то сказать, но потом передумала.

— … Это всё. Эта нежить была ни при чём.

— Вот как? И что собираешься делать?

— … Даже если так, я всё ещё хочу узнать можно ли их обратить.

Киино сказала это голосом полным решимости. Она, наверное, знала, что это бесполезно. В конце концов, именно она сказала, что всё можно исправить, если устранить виновника, а теперь она говорит Сузуки Сатору что та нежить которую он убил, была ни при чем. Тем не менее, даже если она всё понимает, всё равно стоит попробовать.

Сузуки Сатору посмотрел на девушку, и подумал об огне.

Даже оставшись одной, не нужно было пытаться тушить огонь, приготовленный для других.

— Раз так… в таком случае, мы не используем твоих родителей. Проведём эксперимент на одном из стражей.

Лицо Киино скривилось, от слова "эксперимент". Однако она ничего не сказала, потому что знала, что красивые слова не изменят ситуации.

Для начала, Сатору открыл окно и выпрыгнул в него, и используя [Полёт] завис в воздухе. Оттуда, он запомнил локацию далеко на горизонте, за городом, и телепортировался туда. Как только он это сделал, он осмотрелся используя свою способность, и, убедившись, что вокруг нет нежити, использовал [Великую Телепортацию] чтобы вернуться к Киино.

После этого, они оба вышли из комнаты. Киино отвела его к стражу, который при жизни, должно быть, был довольно сильным, и Сатору использовал [Врата].

Он схватил стражника за броню, но так чтобы тот не принял это за атаку, и затащил его во [Врата].

Итак, все трое оказались за пределами города.

Не успела Киино сказать "Я сделаю это", как Сатору убил зомби, одним ударом, молча.

Он не разбил ему голову в дребезги дробящим оружием. Вместо этого он отрубил его голову магически–созданным мечом.

— Теперь, можешь использовать тот предмет?

— Х–хорошо…

Чисто белый свет переместился с жезла к трупу зомби–стража.

Труп медленно поднялся на ноги, но это не значило что он ожил. Это был обычный зомби, который вновь двигался.

Киино опустила голову, и Сузуки Сатору, который волновался о нападении, позволил своей осторожности угаснуть. Зомби бесцельно ходил, не проявляя признаков враждебности, видимо, вся агрессия исчезла вместе с его смертью.

— Что будем делать? – спросил Сатору. После непродолжительного молчания, Киино подняла голову и посмотрела ему в глаза.

— …Господин Сатору. Думаете я смогу всех спасти, если достаточно сильно постараюсь над своими исследованиями?

Её голос звучал тяжело и был поникшим.

Это голос человека, не верящего в себя. Голос человека надежды которого разбились вдребезги.

Сузуки Сатору ненадолго задумался. Он мог утешить её, или просто замылить ситуацию. Он так же мог попробовать перевести разговор в другое русло. Однако несколько дней назад он уже смирился со своим новым имиджем, и отбросил все эгоистичные мысли.

Он глубоко вдохнул, после чего встретился с Киино взглядом и заговорил.

— Я бы не сказал, что шансов ноль. Хотя я не учился магии в академии, я думаю, в этом мире есть кто–то знающий, что тут случилось. Если мы попросим его о помощи, возможно, нам удастся найти решение. Однако… это будет очень сложно.

— … Я тоже так думаю.

Нежить не могла плакать. Она физически не могла.

Однако, Сатору знал что Киино плачет.

— На самом деле, я давно уже это поняла. Тут не выйдет никакого хеппи энда, где все просыпаются с восходом солнца. В конце концов, у меня не вышло никого спасти, я не смогла ничего для них сделать…

— Ты не можешь быть так уверена, что их не выйдет спасти.

— Но так же я не могу быть уверена, что их можно спасти, да?

Сузуки Сатору молча согласился. Однако, всё было основано на его знаниях из ИГГДРАСИЛя.

— …Как я и говорил, нельзя точно сказать, что шансов нет.

Сузуки Сатору посмотрел на небо, и лица его бывших друзей проступили на нём. Окончательно решив, Сузуки Сатору выдохнул.

— …У меня есть подруга Ямаико. Она часто говорила, что дети – это сокровище. Прямо сейчас, я выполню её волю.

Сузуки Сатору достал Кольцо Звездопада которое ему подарила Ямаико. Честно говоря, он не хотел так его тратить. Но Ямаико отругала бы его, не используй он его сейчас.

"В конце концов, я смогу использовать два других желания на что угодно."

Странное ощущение охватило Сузуки Сатору, когда он активировал кольцо.

Он понял, как использовать заклинание [Загадать Желание].

Он мог бы пожертвовать несколько уровней опыта, чтобы загадать большее желание. Однако он планировал потратить опыт всего лишь одного уровня. Другими словами, загадывая желание, был больший шанс исполнения маленького желания нежели большого. Но если не удастся, опыт сгорит, и ничего не произойдёт.

Он догадывался, что "Вернуть родителей Киино к норме" осуществится с большей вероятностью, чем "обратить всех в городе в людей". Тем не менее …

— Я ЖЕЛАЮ! Узнать способ обратить всех в городе обратно в людей!

Вот и всё.

Как только он узнает способ, он сможет его осуществить.

Однако, после того, как одна из трех падающих звезд, вырезанных на кольце, исчезла, единственное, что почувствовал Сузуки Сатору – разочарование. А потом он засомневался, что ответить Киино, которая смотрела на него пустым взглядом.

Он несколько раз кашлянул, и посмотрел на Киино утружденным лицом.

— Я только что использовал предмет который исполняет желания. И я кое–что понял… Киино, я перейду к сути. Зомби в городе – то есть жителей – невозможно обратить в людей.

Таков был ответ. Сатору навсегда утратил одно желание ради него.

В ИГГДРАСИЛе, желание нужно было выбирать из списка случайных вариантов, так как всё же лучше? Сузуки Сатору поторопился продолжить.

— Тем не менее! Эту информацию я получил с помощью своей магии. Может существовать другой способ. Поэтому… Давай исследовать мир вместе. Мы найдём кого–нибудь, кто намного, намного лучше нас, попросим их о помощи, и посмотрим что можно сделать.

— Существуют ли такие люди?

— Я думаю да.

Хотя одна его часть удивлялась тому, что он зашел так далеко, чтобы подбодрить её, Сатору не забыл о родстве, которое он недавно чувствовал к ней.

Киино смотрела на Сузуки Сатору, а затем кивнула.

— Хорошо… я верю, что такие люди вправду есть. Но всё ли в порядке?

Сатору спросил у Киино, что может быть не в порядке, и она ответила.

— Пойти исследовать мир вместе. Разве нормально мне сопровождать Вас?– Киино посмотрела на свои маленькие ручки. – Я имею ввиду, что просто буду мешать Вам.

— … Не будешь.

— А?

— Мне так же нужна твоя сила. Кроме того… копийка грывню бережет, как говорится. – По крайней мере, пока она не сможет путешествовать сама. – В противном случае, я думаю, Ямаико и Тач Ми не простили бы мне. Киино Фарсис Инверн. Давай… да, давай путешествовать вместе.

Киино взяла протянутую руку Сузуки Сатору.

— С–спасибо… большое… господин Сатору.

Киино опустила голову и задрожала. Хотя она и не могла плакать, она рыдала без слёз

Тем не менее, не стоит так сильно его благодрить. Ведь у него были свои скрытые мотивы.

"Ладно, проехали", – подумал Сатору. В конце концов, она потеряла всё. Если я ей немного помогу, хуже не будет.

В любом случае, у него не было своих целей. То, что он должен был защищать – исчезло, все связи, которые он должен был поддерживать, также пропали. Всё, что у него осталось – это кольцо и посох, просто как сувениры.

— Тогда поторопимся закончить все приготовления, и уйдём. Мне кажется, что у нас осталось не так много времени.

Киино озвучила свои сомнения, но Сатору объяснил что имел ввиду.

Если та нежить пренадлежала какой–то организации, они могли с ним поддерживать связь. То бишь, если связь прервётся, они что–то заподозрят, поэтому он догадывался, что вполне вероятно, они отправят подкрепление. Хотя он, вероятно, убил бы их всех, если сила этого существа была хоть сколько–то значимой, нельзя было утверждать что не было никого сильнее его самого. Таким образом, лучшим вариантом было взять всё, что они могли унести, и уйти как можно скорее.

Поэтому он подготовил несколько сюрпризов в разных местах, чтобы информация не утекла.

После того, как он увидел, что Киино всё поняла, они снова вернулись в замок.

Часть 3.

— Итак, мы собираемся путешествовать, Киино, у вас есть опыт путешествий, простите меня, я имею в виду, за границу?

— Я извиняюсь, господин Сатору. Когда я была моложе… моложе, чем сейчас… думаю, я ездила по разным местам внутри страны, но сейчас я едва помню это.

— Понятно… в таком случае, вы не знаете, что взять с собой.

— Мы нежить. Нам не нужно есть или спать. Конечно, было бы здорово ничего не иметь, верно?

— Что ж, это так. Но согласно тому, что вы сказали, Киино, нежить – враги всех живых существ, и они должны быть уничтожены на месте, я прав? Жить открыто в мире, полном врагов… ну, я не уверен, что это считается жизнью, но даже если мы просто существуем, я думаю, что нам понадобится маскировка?”

— Маскировка? Ты имеешь в виду, носить маски, как принц Фении, да?”

Глаза Киино зажглись светом. Впервые с тех пор, как они познакомились, он видел её такой.

Она позволила себе расслабиться? Она почувствовала себя менее стесненной? Или это предвкушение внешнего мира? Это не было плохо, поэтому он не стал комментировать, но кто был этот Принц Фении? И у него было такое чувство, что, если он спросит её об этом, она ему все уши прожужжит. Все возникшие вопросы он ещё успеет задать во время путешествия, а пока он принимал всё как есть. Только позже он узнал от неё об этом короткий рассказ.

— Ах, нет. Люди заподозрят, что мы замышляем что–то нехорошее, если наденем маски… может быть, это не так уж плохо… нет, они заподозрят нас.

— Вот как?

Выражение детского восторга на лице Киино исчезло, чему впервые удивился Сузуки Сатору, но он скрыл свои чувства и продолжал говорить.

— Хоть маскировка подразумевает изменение внешности, это также влечёт за собой отказ от некоторых действий, что может вызвать подозрения у других. Ты не думаешь, что люди заподозрят неладное, если ты не поешь с ними?

Конечно, существовали средства, чтобы объяснить подобное, но если им придётся растолковывать всё каждому встречному, они могут случайно сорвать своё прикрытие. Вместо этого лучше вообще не вызывать подозрений.

— Мы притворимся, что едим и спим, как другие путешественники, но самое главное – принимать паровую баню, чтобы очищать себя от дорожной грязи.

— Паровая баня? Вы имели в виду сауну?

— Ах, у них тоже есть такие? Тогда, сауна или баня.

У нежити не было метаболизма, поэтому они не производили отходов, но грязь, пыль и тому подобное всё ещё могли испачкать их кожу. Хотя это и не доставляло ему особых неудобств, он чувствовал себя лучше, когда чист.

— Но сможем ли мы войти в город, господин Сатору?

Сузуки Сатору прикоснулся к её лицу.

— Мне нужно подумать об этом. В любом случае, я ищу знающих людей. Я уверен, что мы сможем найти способ проникнуть в город, не вторгаясь в него с помощью магии, и налаживая дружеские контакты с ними.

Киино несколько раз одобрительно кивнула.

— Поэтому… ну, я думаю, нам нужно что–то на дорожные расходы и пошлины. Разумеется, у меня есть свои деньги, а также драгоценные камни и предметы, которые можно продать.

Сузуки Сатору не спеша вынул драгоценный камень из своего инвентаря. Киино сглотнула, увидев рубин размером с её ладонь. Симпатичное личико Киино на миг помрачнело, но перемена была такой незаметной, что Сузуки Сатору показалось, будто ему померещилось. Кстати, почему такой большой драгоценный камень делает её мрачной?

— И всё же я не знаю, хватит ли этого.

— Мы не знаем, сколько времени займет это путешествие, и, вероятно, придется дарить подарки, когда мы встретим этих знающих людей, а также, возможно, придется покупать дорогие вещи. Это все?

— Да. Итак, если это возможно, возьмём все богатства этой страны или этого города? Конечно, распоряжаться этим будете вы, Киино. Мы можем оплачивать дорогу самостоятельно.

— Все это?

— Да. Я извиняюсь за сказанное мной, но этим людям, которые теперь нежить, не нужны деньги, не так ли? Кто знает, может быть, какая–нибудь страна пошлет свои войска, чтобы захватить все богатства здесь. Поэтому мы должны эффективно воспользоваться этим… – Сузуки заметил расстроенное выражение на лице Киино. – Вам это не нравится?

— Эх? Ах! Я очень извиняюсь. Это не то, что я имела в виду. Если вы так думаете, тогда я соглашусь с этим, господин Сатору.

Выражение лица Киино сразу же сменилось на очаровательную улыбку.

— Киино.

Тело Киино задрожало.

— Ах, ах, пожалуйста, простите меня, господин Сатору.

— Ах, все хорошо, я не сержусь, Киино. Мы вместе путешествуем, и раз уж мы вместе, то мы должны быть честны с друг другом. Вот и всё. Вы знаете, что можете высказать свое мнение по любому вопросу?

Однако после этих слов Киино опустила голову.

Это было довольно неприятно для Сузуки Сатору. Киино лучше понимала, как устроен мир, поэтому, если она не заговорит сразу, это может привести к фатальной неудаче.

— В чем дело, Киино?

Киино на мгновение заколебалась, но потом её лицо напряглось, и на нем появилось расстроенное выражение.

А потом она тихо сказала. Как будто время повернулось вспять, и она заговорила так же, когда они впервые встретились. Однако острый слух Сузуки Сатору всё же сумел уловить речь.

— Я… я вам не ровня, господин Сатору… я не имею права говорить, учитывая, что я полагаюсь на вашу милость, господин Сатору.

Действительно, так оно и было.

Получение знаний о мире были платой Сузуки Сатору за уничтожение нежити в городе. Это больше не может служить условиями обмена. К тому же, путешествуя больше одного года, он накопил бы достаточно знаний. После этого у него больше не будет причин помогать Киино, и в этом не будет ничего зазорного для него.

Другими словами, у Киино не было ничего, что она могла бы предложить ему за помощь. Увидев огромный драгоценный камень, который только что достал Сатору, она поняла, что одних денег недостаточно, чтобы впечатлить Сузуки Сатору.

— И всё же… я больше не хочу быть одна. По сравнению с этим… я бы предпочла вообще ничего не говорить.

На этот раз Сузуки Сатору затаил дыхание.

Временами ему казалось, что эта девушка лишь немного похожа на него. Но, увидев её несчастное лицо, он понял, что она точно такая же, как и он.

Разве он не чувствовал себя так же, как и она, заходя ИГГДРАСИЛЬ, и пребывая в Назарике в одиночестве?

Сузуки Сатору встал на одно колено, так что его глаза оказались на одном уровне с глазами Киино.

— Давай дадим обещание. Киино. Я не брошу тебя ради личных… нет, ради моих собственных причин.

Да.

Я хотел, чтобы кто–нибудь сказал мне это.

Я хотел, чтобы кто–то оставался со мной до самого конца.

Он мог видеть разнообразные эмоции в глазах Киино.

— Это, это все взаправду?

— Ах, как я уже говорил, мы путешествуем вместе. Так что… давай путешествовать. Да, в путешествие, чтобы открывать неизвестное. Не надо нам никаких "еще чуть–чуть". Давай найдем способ спасти твоих родителей.

Наступило молчание, и Киино низко склонила голову. Затем она снова и снова повторяла “Спасибо, спасибо".

— А теперь не могли бы вы поднять голову?

Сузуки Сатору достал золотую монету и показал её Киино, которая взглянула на монету только после того, как он трижды попросил её об этом.

— Во время нашего путешествия будут моменты, когда мы не достигнем согласия в чем–то. И конечно, будут моменты, когда мы не сможем определить, кто прав, даже после того, как обменяемся мнениями. В такие моменты…

Сузуки Сатору бросил монету пальцем и позволил ей упасть на ладонь. Он был поражен тем, как монета так удачно упала на его костлявую руку. Своё удивление тому, что это получилось очень естественно, стоит сохранить в секрете.

— Мы бросим монету. Мы используем результаты броска монеты, чтобы определить, по чьему мнению мы пойдем. Что думаешь?

— Как я могу! Если возможно…

— Всё в порядке. В конце концов, мы путешествуем вместе… да, мы друзья.

Когда он произнес слово "друзья", перед ним внезапно возникли лица его бывших товарищей по гильдии.

"Друзья", – снова и снова повторяла Киино.

— Как насчет этого?

— Я поняла, господин Сатору.

— Можно Сатору. В свою очередь, я буду называть тебя Киино.

— Но ведь к старшим… – Киино начала заикаться, – Гос…Сатору, а сколько ва… тебе лет?

— Мой возраст, хм… – С точки зрения прожитого времени, Киино, несомненно, превосходила его. – А, я буду звать вас просто Киино.

Она должна понять это. На лице Киино появилось сложное выражение, и она пробормотала: "Мне не нравится это", прежде чем надуть щеки и шлепнуть их.

— Значит, Сатору и Киино.

— Эээ? То есть обращаться по имени, но на Вы, – не годится?

— Ну, можно и так! Но мы ведь всё же друзья, так что нам следует обращаться друг к другу более фамильярно. Итак, Киино. Я спрошу ещё раз. Ты недовольна моим предыдущим предложением?

Киино немного подумала и кивнула.

— Под всем богатством ты имеешь в виду и все деньги в домах?

— Да, именно это я и имел в виду.

— Гос… Сатору? Пожалуйста, не делайте этого. Ведь оно принадлежит всем.

Она сказала это, потому что верила, что все могут выздороветь и быть теми же людьми, как раньше? Или она говорит как принцесса, стоящая выше простого народа? Сатору не знал, какая из причин, но, по правде говоря, тратить время на мелочь определённо не стоило.

Лучше покинуть это место как можно скорее.

— Вот как. Я понял. Тогда я соглашусь с этим. Но как насчет денег в замке? Как думаете, взять их будет нормально?

— Гм… наверное?

Похоже, она задала этот вопрос себе, а не Сузуки Сатору. Поэтому Сузуки Сатору ничего не ответил, но подождал, пока Киино придет к собственному выводу. А потом, минутой позже…

— Да, думаю, все будет хорошо.

Возможно, её жесткая манера говорить объяснялась тем, что она не могла определить расстояние между ними. Сатору сам находил очень раздражающими таких людей, которые немедленно сокращали дистанцию и вели себя с ним дружелюбно.

Более того, с точки зрения Сатору, даже если клиенты, покупающие продукты его компании, скажут: "Мы друзья, верно?" – это не особенно расположит его к ним. Только время могло решить эту проблему.

— Тогда мы это сделаем. Давайте возьмем все деньги и вещи из сокровищницы… ах, да, как насчет мебели?

— Э?

— Я показывал вам несколько раз, что я могу хранить предметы в карманном измерении. Конечно, для этого есть ограничение по весу, но можно разместить в нем шкафы и кровати. Я не против, если ты возьмешь их с собой. Конечно, мы не сможем использовать их в нашем путешествии…

Он подумал о Назарике, что теперь в прошлом.

Это была замечательная база, которую он построил вместе со своими друзьями, и которую он наполнил всевозможными товарами из магазинов.

Он говорил Киино, что всё в порядке, потому что не хотел, чтобы она чувствовала ту же пустоту, что и он.

— Нет, в этом нет необходимости. Эм, ладно. Я хочу взять с собой несколько небольших вещей, которые должны быть в сохранности, хорошо?

— Хорошо. Тогда идем в сокровищницу.

Кивнув, Киино пошла, показывая путь в сокровищницу.

Пока они шли, Сузуки Сатору начал думать.

В ИГГДРАСИЛе золотые монетки укладывались в стопку и не имели веса. Так было, ввиду того, что это была игра, но это свойство сохранялось и сейчас. Но будет ли такое правило работать на валюту этого мира? А если вес каждой монеты будет складываться? Это было бы неприятно.

Хотя он мог бы взять камни и обменять их на деньги и предметы, всё может отличаться от того, каким это было в игре, и ему, возможно, придется приложить усилия для переговоров.

Сокровищница, в которую его привели, была по меркам ИГГДРАСИЛя крошечной.

Монеты были сложены не в объемную кучу, как в Назарике, а в отдельные мешки. Кроме этого были картины, чья ценность ускользала от Сузуки Сатору, множество столового серебра, украшений и тому подобного. Также тут находилось большое количество оружия, которые с виду уже использовались. Они поразили его – в качестве экспонатов музея – в сравнении с художественной галереи.

Красочный образ Сокровищницы ИГГДРАСИЛя, рожденный в голове Сузуки Сатору, исчез.

— Итак, Киино. Все это теперь принадлежит тебе, как принцессе.

— Э? Разве вам не нужно это, господин Сатору, то есть Сатору? Это все сокровища королевской семьи, и я готова предложить их, эм, я хотела сказать, подарить их… нет, не так…

Сузуки Сатору улыбнулся Киино, запутавшейся в своих мыслях.

— Тебе не нужно утруждать себя столь сложными речами, знаешь ли.

— Как бы там ни было, это богатства твоей семьи, накопленные за долгие годы. Учитывая обстоятельства, они должны перейти тебе, как единственной сохранившей свои чувства, разве не так? Собери их все в этот рюкзак. Это магический предмет, позволяющий нивелировать вес предметов до пятисот килограммов. Я дам тебе один.

— Ээ? Но разве это не высококлассное оборудование? Я не могу себе позволить такое, Сатору.

"Разве?" – Сузуки Сатору всерьез задумался.

Эта вещь не считалась особенно ценной в ИГГДРАСИЛе. Скорее, было обычным делом использовать несколько таких рюкзаков для организации содержимого своего инвентаря.

— Нет, не волнуйся об этом. Если ты все равно беспокоишься, считай, что я его тебе одолжил. Если он станет тебе не нужен – да, если нам нужно будет расстаться, верни его мне.

— Ч–что если мы будем вместе навсегда?

— Тогда ты можешь оставить его при себе навсегда, разве нет? Хорошо, теперь бери.

Сузуки Сатору заставил Киино взять рюкзак.

Он, вероятно, должен был сперва проверить его содержимое, прежде чем передавать. Это было нормальным делом для игроков ИГГДРАСИЛя – забыть предметы из убитых монстров, сохраненные в рюкзаке.

Увидев, что она приняла его без возражений, Сатору сделал вывод, что обитатели этого мира не обладают местом под хранение инвентаря. Однако, она не была удивлена эффекту магического предмета, поскольку когда–то слышала о существовании подобного.

"Похоже, что я мог бы стать кем–то вроде торговца, если бы придумал подходящее применение своему инвентарю."

Однако, все может быстро осложниться, если он использует силу, которой не обладает никто более, для получения прибыли.

Даже кто–то не слишком осведомленный, как Сузуки Сатору, быстро понял бы как лучше использовать инвентарь после недолгих размышлений. Конечно, иные люди, более умные, могли бы желать подобного. Он мог бы продавать информацию как брокер, но тогда с большой вероятностью он выдал бы себя как нежить – врага всего живого. Поэтому, он должен изо всех сил избегать использования этой способности для сбора вещей.

С нежностью во взгляде он наблюдал за тем, как она бережно кладет в сумку предметы. Предметы внутри не могли столкнуться или повредить друг друга, даже если бы их сумбурно закидывали внутрь. Но, разумеется, ребенок, не знавший о таком, складывал их подобным образом.

Даже пожелай он помочь ей, это всё ещё были её фамильные ценности. Это не касалось посторонних, не так ли? Он, разумеется, помог бы, если бы она попросила, но Киино также нежить. Ее тело не знает усталости, потому, очень маловероятно, что она ожидает помощи.

— Киино. Что ты намерена делать с этим оружием?

Сузуки Сатору применил заклинание, позволяющее различить магию, наложенную на предметы. Все они были посредственными, всех их можно было классифицировать как низкоуровневые предметы в ИГГДРАСИЛе. Хотя все они по сути были бесполезны, они оставались магическими предметами этого мира и в глазах Сузуки Сатору представлялись редкими.

Кстати, тот наруч уровня национального сокровища была редкого класса. Хотя разброс характеристик предметов, попадавших в эту категорию, был очень велик, эта вещь относилась к верхушке своего уровня.

— Можем ли мы… забрать их?

— Тебе решать. Но поскольку они источают магическую силу, они должны быть магическими предметами. Если не возражаете, я бы провел оценку.

После получения разрешения от Киино, он использовал [Оценку Магического Предмета] для проведения более подробного анализа.

Как он и думал, они не представляли собой ничего особенного. Броня была зачарована на увеличение защиты, оружие – на увеличение атаки, и тому подобное. Все эти вещи казались очень скучными.

— Киино, эти предметы содержат зачарования, повышающие их эффективность как боевого оружия. Что же касается их стоимости, я затрудняюсь ответить точно.

Сказав это, Сузуки Сатору поднял меч и взмахнул им. И тогда – меч выпал на землю.

Он видел как Киино в шоке уставилась в направлении, откуда донесся звук звенящего металла.

— Ч–что…

— В чем дело, господин Сатору! Что–то не так с этим мечом?

Могла ли её манера речи вернутся к прежней из–за этого меча?

— Это, это не важно, прошу прощения. Похоже, что моя рука соскользнула. Ха–ха–ха, должно быть, у меня ладони вспотели!

"Как, черт его дери, могут вспотеть костяные руки" – подшутив над самим собой, Сузуки Сатору небрежно вернул меч на стол.

"Меч выскользнул из рук прежде чем я осознал это. Может ли быть такое, что мое тело не способно использовать мечи? Что происходит?"

— Ах, Киино. Не могла бы ты взять – нет, подержать его, не так. Не могла бы ты взмахнуть им?

— Эм? Этим мечом?

— Да, это верно… но он выглядит немного крупным для тебя, Киино…

Киино немедля подняла меч.

Затем, она со свистом рассекла им воздух.

Киино, чьи пропорции тела соответствовали ребенку, размахивала мечом в собственный рост, идеально сохраняя баланс.

— Он кажется очень легким. Все дело в магии, уменьшающей его вес?

— Нет… Киино, ты всегда была очень сильной?

— А?

Выражение лица Киино сказало ему, что это было не так, и глядя на неё, Сузуки Сатору подумал "я понял". Все вставало на места, если допустить, что она получила такую силу после превращения в нежить.

Существовали ограничения для всякого человеческого существа на приложение физической силы, предположительно, это была защита от разрыва собственных мышц. Были ли сняты эти ограничения, после становления нежитью?

Это было правдоподобно, но вероятно, была иная причина за этим.

— Киино, какой расой ты стала после превращения в нежить? Люди в городе низкоуровневые зомби, но ты совсем не похожа на них. Ты сохранила рассудок и не подвержена разложению. Например, я отношусь к расе Повелителей, но твое тело не сложено из костей как мое.

— Я, я не знаю…

— Не считаешь ли ты, что выявление твоей расы могло бы прояснить ситуацию? Говоря об этом, могу я попросить тебя ответить на несколько вопросов?

Хотя он не имел представления о том, насколько его знания из ИГГДРАСИЛя применимы к этому миру, узнать расу Киино отнюдь не казалось плохой идеей.

Проведя небольшой опрос, он подошел к казалось бы верному ответу.

Она была Вампиром.

Однако –

"Вампиры ИГГДРАСИЛя смотрятся более отвратительно, так… или же она как Шалти, созданная Перорончино? Или она уникальна для Вампиров этого мира? Она совсем не изменилась внешне после превращения, может ли её случай быть особенным?"

Вампиры ИГГДРАСИЛя стандартно были бойцами передовой – воинскими классами.

Возможно, именно по этой причине сила Киино так возросла, однако, тот факт, что её рост не поменялся становился существенным недостатком. Очень невыгодно было иметь короткие руки.

"Быть может, ей стоит стремиться стать Фехтовальщиком… будет ли ошибкой позволить Киино самой выбрать свой путь развития?"

Сузуки Сатору был бойцом арьергарда, Киино же бойцом передовой. Однако, было немного неловко использовать ребенка в качестве щита. Конечно, в такой игре как ИГГДРАСИЛЬ о подобном бы не задумались –

"Честно. Раньше я не относился к тем людям, которые беспокоятся всякий раз, как встречают трупы уличных сирот, в конце концов, они появляются так часто, что перестали быть редкостью, но сейчас…"

Изменился ли он сам, или же он стал волноваться за Киино?

— …Я проверю это позднее. Прости, что отвлек тебя. Тебе стоит поторопиться и собрать всё из сокровищницы.

Сузуки Сатору в это время разнес пыль по сокровищнице, скрыв факт того, что здесь кто–то побывал.

— Итак, мы разобрались с сокровищницей. Есть ли что–то еще, что ты хотела бы взять?

— Да. Помимо этого, я хотела бы взять несколько небольших вещей из своей комнаты.

В определенный момент, она снова вернула свою манеру вежливой речи. Сатору подумал о том, что она могла бы быть более расслаблена в диалогах, а затем ответил:

— Я верю, что ты осознаешь, что мы вскоре покинем это место. Однажды, некто может заявиться сюда, с намерением прибрать все в замке к рукам или даже разрушить здесь все.

Сейчас, он всё ещё был не уверен в причине обращения всех людей в городе. Вероятно, случилась некая болезнь, способная обращать людей в нежить. Если мыслить подобным образом, то прибывшие сюда люди могут быть намерены сжечь все здесь, устранив угрозу.

Хотя она уже задумывалась о подобном ранее, сейчас, услышав это из уст Сузуки Сатору, Киино явила шокированное выражение на своем лице.

— Никто не хотел бы подвергнуться атаке нежити, верно? Тогда становится вероятным исход, при котором они решат, что вся нежить в городе должна быть уни…– Он уже было собирался сказать "уничтожена", но в этот момент осознал, что такое выражение может показаться слишком резким, и тогда Сузуки Сатору решил подобрать иное слово, – должна быть устранена. Это обычный ход мыслей, не так ли? В конце концов, для живых, это была бы возможность предотвратить угрозу нападения нежити из этого города.

— …М… Думаю, я понимаю.

— Поэтому… раз уж мы собрались уходить, я бы хотел чтобы ты морально подготовилась к такой возможности. В конце концов, это может быть последний день, когда ты видишь этот город. По этой причине, Киино, поскольку есть лишь ограниченный набор вещей, что ты могла бы взять с собой, тебе следует быть уверенной в том, что не пожалеешь о своем выборе. Сейчас я затрудняюсь сказать, но если воспоминания нежити однажды могут исчезнуть, если это всё же случиться, тебе следует понимать, что ты можешь также позабыть это, а потому, тебе следует бережно отнестись к вещам, которые ты решила сохранить. Тогда, пока они остаются с тобой… мм, они станут твоими незабываемыми воспоминаниями.

Сузуки Сатору вынул картинку.

Это была памятная фотография, сделаная когда Великий Склеп Назарик всё ещё был подземным склепом – другими словами, когда он впервые был покорен.

Это был снимок всей их группы.

— Да, такое никогда не забудется.

— Что это?

— Это мои друзья. Это наша совместная фотография, – Сузуки Сатору мысленно улыбнулся, услышав вопрос Киино, – Ах, да, если нам выпадет случай во время нашего путешествия, я расскажу тебе о приключениях, которые были у меня вместе с моими друзьями.

— Конечно!

Сузуки Сатору усмехнулся её веселому ответу.

— Хорошо! Тогда давай соберем некоторые вещи, которые ты бы сохранила в качестве своих воспоминаний, Киино… к сожалению, твое тело теперь никогда уже не вырастет, поскольку ты нежить, если только ты не особая нежить, что я еще не встречал. По этой причине, ты сможешь носить свою одежду очень долго.

— Конечно! …Эм? Но стоит ли мне радоваться этому?

— Разве вечная молодость не мечта всех женщин?

— Но я была бы рада подрасти еще немного…

— Это важно?

— Это не важно?

Как мужчина, Сузуки Сатору не до конца понимал такие вопросы.

"Наверное, она может противиться тому, чтобы выглядеть как ребенок и никогда не расти снова"

— Итак, почему бы тебе не начать с выбора одежды?

— Хорошо! Так и сделаю!

"По правде говоря, я не представляю, чтобы у принцессы оказалась одежда, подходящая для путешествий. Что же по поводу меня, ну, очевидно, что у меня подходящей нет"

В ИГГДРАСИЛе было обычным делом видеть людей, расхаживающих тут и там при полном вооружении и в броне, но её облик и внешность той нежити, что он встретил в городе – другими словами, внешний вид нормальных для этого мира жителей – говорили о том, что его роба будет слишком выделяться. В таком случае, ему стоило бы переодеться в одежду, которая бы позволила ему лучше вписываться в городское окружение, но у него не было никакой скромной, обычной одежды.

Даже окажись при нем такая, это было бы низкосортное оснащение с маленьким количеством данных. Он мог бы оказаться под угрозой, если использует его в битве.

Другими словами, он нуждался в чем–то с приемлемой защитой и прочностью, но простым на вид. А с учетом Киино, ему потребуются два комплекта подобных вещей.

После проверки значения очков здоровья Киино при помощи [Эссенции Жизни], он мог сказать, что они очень низки. Она вполне может погибнуть, оказавшись сметена волной от массового заклинания.

"По правде говоря, я не хотел бы принимать участие в битве достаточно масштабной, чтобы она оказалась втянута"

К сожалению, Сузуки Сатору не обладал магией предсказаний, и пускай он мог поддерживать определенный уровень бдительности с помощью магии, он не был уверен, что способен предотвратить внезапную атаку на все 100%.

Вероятно, лучше всего было просто дать ей несколько предметов для защиты. Однако, если он предоставит ей высокоуровневый предмет, и это сделает её целью врага, эффект окажется прямо противоположным желаемому.

"Слишком много того, что я должен продумать. Может мне стоит подготовить два набора вещей, одни для прогулок по городу, другие для походов за его стенами… нет, если я не ошибаюсь, у меня должна была заваляться мантия с эффектом быстрой смены вещей… забудь, не хочу думать об этом сейчас"

— Пойдем в твою комнату, Киино.

— Хорошо… эм, но… такого рода вещи, ах, нет, эм, возможно, я должна спросить. Принимая риск вас обидеть, но вы ведь мужчина, не так ли, Сатору?

— Разумеется. Пусть даже внешне это определить сложно.

"Я, очевидно, говорю голосом Сузуки Сатору. Почему ты вдруг задаешь такой странный вопрос? Неужели в этом мире есть женщины с голосом как у меня?"

— Ох, немного грубо говорить такое своему благодетелю, но в мою комнату не допускали мужчин, кроме моего отца… кхм, было установлено такое правило.

"Хм?" – Сатору был несколько удивлен.

Она, может, и ребенок, но всё же она была принцессой, однако эти правила, кажется, всё ещё были довольно строгими.

— Понятно. Ну, правила есть правила. Тогда я просто подожду снаружи, ладно… ты же сможешь справиться со всем сама, верно, Киино?

Он подумал о зомби в униформе горничной. Должна была быть горничная, которая помогала Киино с её повседневными задачами.

— Хм, это не проблема… о, точно, поскольку вы мой спаситель, будет нормально пригласить вас в мою комнату. Нет, прошу, входите… или вы не хотите?

Когда Киино спросила, она потянула за край робы Сатору.

— Ох, нет. Мне нет причин отказываться.

Он сказал, что не войдет, только потому, что Киино рассказала, что посторонним входить запрещено. На самом деле, Сатору не было особо важно, войдет он или останется снаружи.

Он использовал [Полет], чтобы добраться до комнаты Киино, и проследовал за ней внутрь, чтобы взглянуть. Её комната была гораздо богаче, в сравнении с комнатой Сатору, но в тоже время она меркла на фоне личных покоев Момонги.

Но как только Киино открыла свой шкаф, он увидел внутри целое множество платьев. Это определенно походило на комнату принцессы. Однако расцветка и декор нарядов был куда проще, чем в ИГГДРАСИЛе; или точнее, одежды ИГГДРАСИЛя были намного более роскошны.

Киино рылась в платьях – хотя некоторые уже облиняли – и затем обернулась к Сатору, чтобы задать вопрос.

— Как думаете, какое из них подойдет наиболее всего?

"Кто же однажды сказал, что вопрос: "Что тебе нравится больше?",– заданный женщиной, является одним из самых сложных вопросов в мире? Не ТачМи ли?"

Сатору очень хотел сказать: "Мое чувство прекрасного как у картошки, прошу, не спрашивай меня". Но она спросила его, потому что доверяла ему, так что он должен ответить ей на полном серьезе.

— Хотя я считаю, что все они тебе очень идут, если мы возьмем их все, то могут возникнуть проблемы. К примеру, что если та нежить состояла в организации, то они могут отправить подкрепление и узнать о твоем существовании. И поскольку мы собираемся в путь, то разве кто–то будет так наряжаться в долгое путешествие?

— Вот в чем… нет, правда так может быть?

Сатору не понимал общих реалий этого мира, поэтому мог лишь ответить: "Скорее всего". Однако он чувствовал, что, возможно, это не так уж далеко от истины.

— Кроме того, если ты хочешь оставаться незаметной, то тебе не стоит расхаживать в одежде, как у членов королевской семьи… да, кстати, Киино. Прости, но у меня возник вопрос. Могут ли люди из других городов или даже стран узнать твое лицо?

— Я не совсем уверена. Может быть, кто–то меня и помнит, ох, наверно. Члены королевских семей из других стран должны знать меня. Я помню, как однажды мы обменялись портретами.

— Вот значит как… хотя тебе, вероятно, и следует быть осторожной, но прошло уже много времени с тех пор, как ты стала нежитью. А значит, вероятность, что ты встретишь таких людей, должна быть очень невелика. Ладно, остановимся пока на этом. Опустив вопрос о платьях в путешествии, или о чем мы уже поговорили, тебе следует взять что–то на память, то, что тебе хотелось бы сохранить. В любом случае, если мы вернемся сюда через несколько лет, и никто к тому времени не обчистит это место, то мы сможем забрать все с собой. А пока просто выбери несколько платьев, которые тебе больше всего нравятся, и пошли.

Неважно как, но очевидно они не могли приглядывать за этим местом столько лет.

Киино потребовалось некоторое время, немного больше, чем ожидал Сатору, чтобы выбрать четыре платья, а затем она принялась приводить в порядок мелкие вещи в своей комнате.

Поскольку, если что–то передвинуть, то останется след, подсказывающий, что на этом месте что–то было, она решила подвигать все в комнате, чтобы скрыть эти следы.

— Это все, что ты решила взять? Тогда мы закроем твоих родителей и горничных в комнате в канализации. Так они не будут попадаться на глаза каждому, кто решит приехать в этот город.

— Хорошо… это наверно… лучший выбор.

— Если знаешь способ получше, чтобы избежать внимания посторонних, ищущих укрытия, мы можем воспользоваться твоим вариантом.

Киино покачала головой.

Значит, лучшего выбора не было, поэтому они должны были просто сделать то, что решили.

— А теперь, Сатору.

— Мм?

— Поскольку мы собираемся в путь, не могли бы вы помочь мне подстричься?

— Э?

Тема сменилась так внезапно, что Сатору неуклюже ответил.

— Хм, дело в том, прошу взгляните, – активировав заклятие [Полет], Киино пролетела к другому концу комнаты и ловко достала книгу с книжной полки, – Это третий том "Хроники Принца Фении". В этой книге, когда принцесса отправляется в путешествие, она подстригает свои длинные волосы.

Киино выглядела несколько смущенной, но сияние в её глазах было ярким.

— Кхм. Ладно, я не против…

Пока Сатору размышлял, стоит ли из–за этого стричься, Киино вернулась к нему с ножницами.

— Тогда, прошу, окажите мне честь!

— Я, ох… я никого никогда раньше не стриг, и поэтому для начала давай расставим точки над "и". Я не совсем уверен, что смогу сделать тебе красивую прическу. Быть может, если бы у меня была машинка для стрижки волос, то я и смог бы сделать что–то сносное… Но прежде я хотел бы кое о чем сказать.

Сатору взял ножницы и отстриг прядь волос Киино. Отрезанные волосы упали на его ладонь. Они начали стариться и седеть, словно для них прошло несколько сотен лет, пока вовсе не превратились в прах, который исчез так же, как исчезает нежить, когда их уничтожают.

— Киино, я наложу на тебя заклинание. Не сопротивляйся, ладно?

— Э? Хорошо. Все нормально.

Он вернул ей ножницы и, всё ещё удерживая прядь волос Киино, применил атакующее заклинание [Луч Негативной Энергии]. Негативная энергия наносит урон живым, но исцеляет нежить.

После магической "атаки" волосы Киино, а именно прядь в руке Сатору, восстановили свою изначальную длину.

Так все и было.

Когда кто–то становится нежитью, то его внешность останется неизменной. Тогда, что станет с людьми, ставшими нежитью, если до этого у них не было конечностей, или они были искалечены как–то иначе? Этот вопрос возник в голове Сатору, но он не мог придумать ответа, да и это все равно не имело бы смысла, поэтому он выбросил эту мысль из головы.

— Киино, кажется, стрижка волос, считается для тебя повреждением.

— Ээ? Правда!?

Ему хотя бы не придется убирать стриженные волосы.

— Так что, даже если я что–то испорчу, то смогу начать заново… Поэтому на этот раз я позволю себе быть неосторожным.

— Неосторожным!?

Сатору проигнорировав удивленный вскрик Киино и применив заклинание [Эссенция Жизни], он отстриг её длинные волосы по самые плечи.

— Хорошо. Урон настолько мал, что ты в состоянии его игнорировать.

— Э? Эээ!?

И только когда она вновь почувствовала позади себя волосы, то успокоилась.

— Сатору! Когда вы сказали, что позволите себе быть неосторожным, это было моим самым большим потрясением в жизни!

Услышав упрек в голосе Киино, Сатору подумал: " А? Тогда не стоит ли мне извиниться?" – и всерьез размышлял над этим вопросом. Нет ничего хорошего в разрушении отношений со своим будущим спутником.

— Киино, я виноват.

— Ах, нет, все нормально, кхм… теперь все нормально…

"Тогда почему ты только что так хотела обвинить меня?", Сатору едва удержался, не сказав этого.

"Киино же просто ребенок… А? Ребенок? Она же не старая тетка, верно?"

Сатору вдруг начал думать об этом… но в итоге перестал. Как бы то ни было, он подстриг её волосы примерно до плеч. Затем он одолжил гребень, – хотя, если честно, то он абсолютно не был в себе уверен, – чтобы причесать её.

— Готово. Точнее… я думаю, что готово.

Киино встала перед зеркалом, но оно было все в пыли, поэтому она не видела себя в отражении. Она собиралась вытереть зеркало, но её рука остановилась на полпути, когда она вспомнила, почему всё ещё использовала заклятие [Полет]. Затем Киино развернулась и спросила Сатору.

— Как оно смотрится?

— Тебе к лицу. Да, смотрится отлично. – ответил Сатору.

— Правда? Я так рада.

Киино одарила его очаровательной улыбкой.

Кажется, она была в приподнятом настроении. Сатору ничего не смыслил ни в красоте, ни в таких вещах как женские прически. Но, кажется, сказанное им, отлично сработало.

— Т–теперь давай приступим к следующему шагу.

Заперев родителей Киино и горничную в комнате в канализации, которая была её базой, Сатору заковал дверь ржавыми цепями, чтобы она не открывалась.

Зомби, нежить без интеллекта, не смогут открыть дверь сами, но на всякий случай будет лучше, если она будет заперта.

У Киино были смешанные чувства, когда она смотрела на дверь комнаты, и Сатору заговорил с ней.

— Хорошо, что ж… Киино, каким способом ты хочешь путешествовать?

— Хм?

— Мы – нежить. Мы не устаем, нам не нужно есть или спать. Мы можем отправиться прямо сейчас, налегке. Но таким образом, когда мы войдем в город, люди станут что–то подозревать. Я бы хотел сделать что–нибудь, чтобы не вызывать подозрений.

— Например, возьмем с собой большой багаж?

— Разве это не вызовет у людей подозрений? – на самом деле, Сатору понятия не имел, как путешествуют люди в этом мире. Поэтому он и не понимал, как им избежать подозрений.

Киино повернула голову в сторону, сказав, что не знает.

— В таком случае, вариант взять повозку или пойти пешком, какой тебе больше нравится?

— Мне без разницы… оба устраивают. Мы ведь не устаем в конце концов. Ох, но хожу я очень медленно, поэтому…

— Все нормально, не волнуйся. Киино, я сбавлю скорость до твоей.

Тем не менее, раз они были нежитью, разве они не могли все время бежать на полной скорости? Но увидев, что взрослый бегает вместе с маленькой девочкой, мало ли чего дурного могут надумать люди.

— Тогда я пойду искать повозку…

— А что насчет лошадей… Эм… где мы достанем хоть одну?

— Да… верно. Лошади…

Сатору выглянул в окно. Лошадей он не увидел, одних лишь зомби. Хотя, даже если лошади и были бы, то они наверняка оказались бы уже зомбированы, да и если запрячь зомби–лошать в повозку, то люди уж точно не позволят им проехать в город. Такой вариант абсолютно не годится. И именно в этот момент у Сатору вдруг появилась мысль.

— Не волнуйся. На счет лошадей я что–нибудь придумаю. Просто расслабься и предоставь это мне. Сейчас надо решить вопрос с повозкой. Мы возьмем крытую повозку, или грузовую повозку, а может карету? Кем мы вообще собираемся стать в нашем путешествии?

— Э?

— Мы будем "Принцесса и её маг–прислужник"? Если да, то на моей родине было нечто вроде тыквенной кареты. Она наверняка подойдет нам лучше всего.

Сатору сказал это в несколько шуточной манере, но Киино, заволновавшись, ответила:

— …А как на счет, "Милосердный маг и его прислужник"?

— …Так, я на всякий случай хочу уточнить. Значит я буду милосердным магом, а ты моей прислугой?

— Да.

— Тогда предложение отклоняется.

Сатору не думал, что сможет в полной мере использовать Киино, как свою прислугу. "Тогда…", – сказала Киино и задумалась. Затем она рассеяно заговорила.

— Тогда, может, "Друзья"?

— Друзья, хм… то есть мы – "Путешествующие соратники"… Ладно, значит, наша легенда будет состоять в том, что мы друзья?

Обратив внимание на разницу в возрасте, большинство людей посчитают странным тот факт, что они друзья. Однако Сатору так не думал. В прошлом на работе среди сотрудников он часто видел детей, только–только закончивших начальную школу, а в ИГГДРАСИЛе вообще было очень трудно определить возраст другого игрока.

На самом деле, даже гильдию, соперничавшую с Аинз Оал Гоун, возглавлял ребенок. И наоборот, были игроки, которые выглядели как дети, но на самом деле были в пару раз старше самого Сатору. Когда он однажды услышал, как они говорят о внуках, то на мгновение встал в ступор. Он всё ещё вспоминал те дни с ностальгией.

Для Сатору не было странностью относиться к Киино,

как к своему другу.

Да, Сатору знал, что Киино слабее него, поэтому они, вероятно, были защитником и защищаемой.

И всё же, в ИГГДРАСИЛе очень часто опытные игроки брали в группу новичков, чтобы помочь им набрать уровни, и небоеспособных ремесленников, чтобы дать им проветриться.

— Когда мы окажемся в городе, нам всё ещё понадобится разъяснение, чтобы убедить людей, что мы друзья. Но, полагаю, с этим можно пока повременить и обдумать все в дороге.

— Хорошо… но, когда ты упомянул тыквенную карету, то имел ввиду съедобную тыкву? Эту карету можно использовать на крайний случай, если нас будет одолевать голод?

— Эм, нет, это просто форма выражения…

Посчитав, что объяснить будет слишком сложно, Сатору полез в инвентарь.

— Думаю, у меня должно быть…

Он достал фотоальбом, где были он и его друзья.

Сатору быстро пролистал его.

Из–за вызванных фотографиями воспоминаний его объяло ностальгией. Хотя отчасти он хотел побольше посмотреть на фото, но всё же заставил себя дальше листать страницы.

Фото, которое он искал, тут не оказалось. Сатору взялся за другой альбом, а затем за третий.

— Вот оно. Киино, взгляни на эту картинку. На этом фото одна моя подруга вместе с той самой каретой.

Киино подошла сбоку, и тут её челюсть отвисла.

— Слайм в платье… женщина? Она – Принцесса–Слайм?

Подняв высоко щит, принцесса в белом платье стояла на карете… это была Букубукучагама. Фотографию делали, чтобы отметить завершение транспортировки, но в итоге Букубукучагама стала главным объектом внимания на фото. Это также указывало и на то, кто тут был наиболее поразителен.

— Ха–ха–ха, как–нибудь в пути я об этом расскажу. Вот, чуть ниже карета в форме тыквы. Я слышал, что такую форму все девочки видят во сне. Поэтому она такая довольная.

Хотя, брат Чагамы однажды пробормотал: "В таком возрасте её уже нельзя называть девочкой…".

— …, – с озадаченным лицом Киино посмотрела на Сатору, – Ты хотел сказать: "в ночном кошмаре"?

— Хахаха… что? – Сатору вдруг оказался шокирован.

Ему правда было весело, вот он и рассмеялся, но он резко почувствовал дискомфорт, когда его радость была подавлена.

"Вот только не говорите мне, что эмоциональное подавление нежити воздействует не только на отрицательные эмоции. …Нет, если подумать, то все верно. Мне не нужно есть и пить, с одной стороны это не плохо, но с другой, я не могу есть еду, дающую усиливающие эффекты. У этого есть свои плюсы и минусы…"

— Что–то не так? Сатору?

Его беспокойство внезапно ушло, возможно, поэтому Сатору мягко ответил ей: "Все в порядке".

"И всё же мои чувства не были полностью подавлены. Походу я всё ещё могу получать удовольствие от жизни."

— Ладно, нам нужно найти повозку. В идеале, это должна быть старая дорожная повозка, которая не вызовет подозрений.

— Да!

— Киино, ты ведь говорила не брать чужие вещи, разве тогда не будет плохо, если мы заберем чью–то повозку?

Киино немного подумала и ответила:

— Мы за неё заплатим, так что все будет в порядке.

Затем она подняла свой рюкзак.

— Понятно… что ж, Киино, могу я тогда занять у тебя немного денег?

— Э?

— Как я и говорил, денег у меня достаточно. Но мои золотые монеты не были вовлечены в оборот в этой стране. И я считаю, что будет опасно использовать их.

— Правда? Ну, если ты так считаешь, то я одолжу… нет, я дам тебе немного.

— Нет, Киино, правда не стоит. Ведь эти деньги в некоторой степени являются наследием твоих родителей. Ты не можешь просто так отдать их кому–то.

— Я–ясно.

— Хотя в этой ситуации ты, возможно, не сможешь согласиться со мной, но это касается и реликвий твоих предков. Тебе не следует тратить их вот так просто, ясно?

— Я понимаю.

Может, Киино так и сказала, но по выражению её лица можно было ясно понять, что она не совсем поняла. Возможно, Сатору просто навязывал ей свои взгляды.

— …И поэтому, могу я занять у тебя немного денег? Когда продам самоцветы, которые у меня сейчас с собой, я верну долг.

— Хорошо!

— Прекрасно. Итак, мы разделим стоимость повозки. Мы же друзья, и поэтому мы заплатим поровну.

— Конечно!

— Отлично! Теперь вперед, искать повозку!

— Да!

Сатору энергично развернулся на ответ Киино, и оба они двинулись по улице.

Пока они шли, Сатору положил монеты, что он занял у Киино, в свое карманное измерение.

Хотя они и хранились отдельно от монет ИГГДРАСИЛя, они, кажется, не имели веса. Если бы имели, то он бы не смог ничего хранить в своем инвентаре. Это было прекрасное дизайнерское решение для игры, но ведь теперь он в реальном мире.

"Это и вправду удобно, но подобные моменты как бы ломают реализм … я правда не в игре?"

Хотя его тело нежити и подтверждало, что он находится не в игре, удобство его инвентаря заставило его в этом усомниться. Такое неприятное ощущение, словно игра переписывала реальный мир.

Ну, в конечном итоге, сколько бы Сатору не задумывался об этом, к ответу он так и не приблизился.

Что важнее…

"Есть еще много всего, о чем стоит подумать."

Они нашли несколько повозок, но обе они больно поизносились и выглядели так, словно сядь на неё, и она тут же развалится. Он не хотел тратить много времени, но разделяться было слишком опасно, поэтому он взял Киино с собой.

Прошло много времени до того, как они нашли исправную крытую повозку в маленьком сарае, пристроенном к большому дому. Странно было то, что в подвале этого сарая оказалась какая–то тюрьма, где находилось огромное множество зомби женского пола.

Чтобы проверить повозку Сатору толкнул её со своей нечеловеческой силой. Она заскрипела, но не было похоже, что оси вот–вот сломаются. Кажется, важные места этой повозки были зачарованы.

"Они не зачаровали её целиком. Почему?"

Все же, задумываться об этом не имело смысла. Сатору создал [Врата] перед повозкой и принялся её толкать. Киино подошла к нему, чтобы помочь. У неё возникла идея призвать Грифона–Лорда, но Сатору попросил её поберечь силы.

Хотя было сложно сказать, была ли сила Киино большой помощью, ну, они вместе вытолкали повозку за город. Он оставил [Врата] открытыми и, прежде чем деактивировать заклинание, схватил за рубаху всё ещё бродящего поблизости охранника и потащил, чтобы протолкнуть за [Врата].

— Итак. Я подготовлю замену лошади.

Сатору достал величественную статуэтку лошади, стоящей на дыбах. Статуэтка животного: Боевой Конь; он поставил её на землю, и она мгновенно превратилась в могучего коня.

— Ого! Какой потрясающий конь! У нас в доме даже и близко ничего подобного не было! Сатору, ты удивителен!

Улыбка на лице Киино, кажется, впервые соответствовала её внешности. Увидев её искреннюю реакцию, Сатору самодовольно усмехнулся.

Он скомандовал голему–коню подойти к передней части повозки, где Сатору запряг его с помощью веревок.

Он сел на место кучера и приказал двигаться вперед, голем–конь подчинился.

И только теперь Сатору почувствовал облегчение.

Он был рад, что лошадь, созданная из предмета, годилась, чтобы запрячь её в повозку.

Раньше Сатору никогда не сидел на лошади и даже не трогал её, поэтому он просто не смог бы заставить обычную лошадь тянуть повозку. Но, к счастью, эта проблема была решена. Сатору никак не мог нарадоваться своему быстрому мышлению.

— Что ж, Киино, давай для начала посетим соседний город и посмотрим, как там дела. Так мы когда–нибудь узнаем, почему все стали зомби, и найдем способ всех спасти!

— Да! Рассчитываю на вас, Сатору!

Глава 3: Пятилетняя подготовка.

Часть 1.

Ночными Личами называли существ, которые поглотили огромное количество маны, а затем вышли за область Старших Личей. Такое происходило крайне редко за всю историю, и в том была удача для всего живого.

Так было сказано по той причине, что Ночные Личи были чрезвычайно могущественны.

Эти создания свободно использовали высокоуровневые заклинания, превосходившие предел человеческих способностей – так называемый шестой круг. Их боевой потенциал был сравним со взрослой особью Дракона. Кроме того, они владели множеством особых навыков, собирали вокруг себя орды нежити, полагались на свой непревзойденный интеллект и огораживались от мира многоуровневыми неприступными бастионами.

Они способны были даже править государствами, становясь королями нежити.

Вообще говоря, было известно о трех Ночных Личах –

Ночной Лич Дракон, Гуфандера=Аргорос.

Ночной Лич Титан, Саен.

Безымянный Ночной Лич, владыка теней, известный как Страх.

Их владения по размерам походили на небольшие государства, окружающие же народы видели в них воплощения ужаса.

По этой причине, имя "Ночные Личи" всегда произносили тихо, дрожащим голосом. Можно было сказать, что их воспринимали как мифических существ, походивших на природное бедствие.

И прямо сейчас, пред одним из этих пугающих созданий –Ночным Личом, – тем, который уединился от мира, скрывшись во тьме – Кунивелой – внезапно возникла пара фигур, появившись буквально из ниоткуда.

Один из незнакомцев был одет в робу. Второй также носил робу, но их телосложение сильно различалось, делая их похожими на взрослого и ребенка.

Даже нежить Кунивела оказался сбит с толку происходящим, когда этот таинственный дуэт возник прямо перед ним, ничем не предупредив свое прибытие.

Его исследования были плодотворными, он обладал большими магическими знаниями, став весьма известным в своей области. Он понимал много вещей, о которых другие даже не слышали – возможно, он даже смог бы сотворить заклинание девятого круга. Но даже он понятия не имел, что произошло.

Кунивела обустроил свое логово в доме разрушенного города, выкопав под ним подвал.

Никто, даже члены организации, не должны были знать про это место. Кроме того, миньоны нежити были разбросаны им по городу. Как им удалось избежать обнаружения и всех расставленных магических ловушек? В конце концов, Кунивела даже прибегнул к магии предсказаний чтобы укрыться.

Однако, Кунивела вообще никак не смог обнаружить их приближение, прежде чем эти двое возникли прямо перед ним.

Но его недоумение быстро уступило. Страх сменил его.

Во всем мире, Ночные Личи входили в число сильнейших существ. Как верховное существо, способное взирать на прочих свысока, он не мог быть напуган кем либо. Это было особенно верно для тех, кто был знаком с его подавляющей силой.

Но, стоило принять во внимание случай годовалой давности.

Мысль проскочила в сознании Кунивелы.

— Мысль о том, что "они пытаются убить меня!"

Он не намерен был вести разговор с этой внезапно возникшей парой. Кунивела незамедлительно произнес заклинание. Он не прибегнул ни к атакующей, ни к защитной магии, но использовал [Телепортацию]

Он предпочел покинуть город и телепортироваться в отдаленное укрытие, которое счел безопасным – хотя и свое прошлое убежище он также считал безопасным – без всяких колебаний.

Сражение не рассматривалось как вариант. Он точно не мог позволить себе такой выбор. На самом деле, только полностью безмозглый мог бы подумать о таком.

Пусть даже ни один из них не источал ауры силы. Даже признаков маны на их телах он не ощущал.

Но именно это делало их столь пугающими.

В обыденной ситуации, он поприветствовал бы чужаков атакующим заклинанием, подарив глупцам, решившим к нему приблизиться, незабываемый урок.

Однако, эта пара проскользнула сквозь систему наблюдения Ночного Лича Кунивелы. Это наводило на мысль, что эти неизвестные настолько превзошли уровень Кунивелы, что он даже не мог ощутить их приближения.

Несомненно, организация нежити стала бы насмехаться над Кунивелой, который бросил все, решив немедля бежать. Однако, такая реакция была бы ожидаема лишь год тому назад.

Теперь же, члены организации абсолютно точно поддержали бы выбор Кунивелы, назвав его неоспоримо верным решением.

[Примечание английских переводчиков 1:

Ночные Личи записаны на японском как ナイトリッチ, что при чтении звучит как или K (читается одинаково). В силу контекста, решено было оставить название Ночные Личи.]

Существовала организация с именем "Тело Бездны"

Она представляла собой группу нежити, наделенной способностями заклинателей. Первоначальной целью этой организации стала работа на общие интересы и избегание конфликтов.

Последнее было особенно важно для нежити – существ вечных – ступающей по одному пути изучения магии, без возможности избежать столкновения интересов.

Лишенная трех великих побуждений, нежить открывала для себя свои собственные, мощные желания, а в случае нежити–заклинателей, они обычно имели тенденцию жаждать знаний. Таким образом, если конфликт за получение знаний начинался, он неминуемо продолжал расти. Ни одна из сторон не могла остановиться, покуда всё не перерастет в разрушительную битву на уничтожение.

Если бы три великих побуждения живых существ оказывались собраны в одной точке, то несомненно, это единственное желание стало бы неуправляемым. Это было характерным явлением для нежити, когда вступив в непрекращающуюся вражду, обе стороны наносили друг другу такой урон, что появлявшиеся затем живые могли уничтожить обоих, поглощенных своей борьбой.

По этой причине, наконец, возникла нежить, осознавшая разумность заключения сделок и сотрудничества, предпочитая этот путь битве, способной лишить их и знаний, и магических предметов. Так появился список имен.

Он представлял собой лишенную чар каменную табличку с именами участников, нанесенными неизвестной магией, которая позднее получит название "Начертания Гранайл"

В то время лишь четыре имени Ночных Личей и три имени Старших Личей значились на ней. Был набор из нескольких правил, нарушители же могли оказаться атакованы объединенными силами всех остальных. Такими были их расплывчатые отношения.

Но двести лет спустя, постепенно образуется полноценная организация.

Благодаря росту числа членов, список имен пополнит еще сорок восемь, которые сформируют крупную организацию с пятьюдесятью пятью членами, семь из которых по "рангу опасности" достигнут отметки сто пятьдесят.

В то же время, лишь несколько человек будет знать о существовании этого сообщества.

В организацию входило два вида нежити.

Один из них наращивал свое влияние среди живых, используя их для достижения своих целей. Другой не имел с ними дел вообще, работая тихо.

Очень немногие среди нежити рисковали действовать как первая категория существ, прочие же члены организации относились ко второму случаю. В результате, их дела почти не вызывали волнений в обществе живых.

Что же касается тех, кто планировал наращивать свое влияние среди живых, то вместе с тем они увеличивали и число своих врагов. В частности, поскольку нежить считалась врагом всего живого, иногда возникали даже международные союзы против неё. По этой причине членов первой группы стало еще меньше. Конечно, всё ещё оставались те, кто пустил корни глубоко во тьме мира живых, но столь искусных представителей нежити оказалось немного, они оказались разбросаны далеко друг от друга.

В итоге, "Тело Бездны" стало организацией, существовавшей лишь по слухам. И три упомянутых ранее известных Ночных Лича не приглашались в организацию, дабы избежать привлечения лишнего внимания.

Вот почему прошло так много времени, прежде чем обнаружилась проблема.

Первым заметившим неладное был один из старейших членов внутреннего круга. Входивший в число основателей организации, Бенжели Анзис, также известный под прозвищем "Бездна".

Шестирукий двуглавый Ночной Лич, знакомый с шестым кругом тайной магии, а также шестым кругом заклинаний иных школ, чудовищное существо, за пределами человеческого воображения. Пожелай он стать известным, пугающий список Ночных Личей вырос бы до четырех.

В тот день он направлялся в крепость Гранца Локка, члена внутреннего круга, практикующего восьмой круг магии.

Преподнеся щедрые дары, он намеревался вызнать у Гранца как тот достиг восьмого круга. Но Гранц не появился в тот день. Тогда, Бенжели посетил его убежище.

Не было особенно удивительным, когда бессмертная нежить забывалась в своих исследованиях. Ожидая подобного от Гранца, Бенжели поспешил на место назначения. Однако, спешившись со своего Дракона–Нежити, его телохранителя и ездового животного, Бенжели замер на месте, ощутив странную атмосферу вокруг замка Гранца.

У Гранца на страже стояли десятки Старших Личей, которых тот гонял словно своих слуг. Обычно, один из них сразу же пребывал навстречу Бенжели, предлагая показать дорогу, но сейчас никто не появлялся, даже когда он немного подождал.

Бенжели призвал своих приспешников и осторожно проник в крепость, где он немедленно осознал случившееся.

Всё забрали. Исследования и сокровища пропали бесследно.

Нежить была врагом живых созданий, потому, не было странным видеть уничтоженную нежить. Даже столь могущественная нежить могла пасть от руки еще более сильного живого существа. Но странность заключалась в отсутствии следов битвы. Словно обитатель замка просто внезапно вышел на улицу.

Гранц был Ночным Личем. Другими словами, он находился на вершине нежити. Мог ли подобный ему пасть без возможности оказать сопротивление?

Со странным чувством беспокойства на душе, Бенжели проверил статус членов организации.

Именно тогда – организацию потрясло.

Из пятидесяти пяти членов, двадцать один не выходили на связь. Среди них были не только члены внешнего круга, но даже некоторые из внутреннего круга.

Прежде чем кто–то смог это осознать, сорока процентов всего состава группы не стало. Словно холодок пробежался по их спинам, заставив бессмертных созданий ощутить настоящий страх – те, кто способен уничтожить целые нации, пропали, даже не имея возможности оставить сообщение, словно их стерли с лица земли, не позволив дать никакого отпора.

Как могущественные личности, каждый из них мог организовать падение целого государства самостоятельно. Привыкшие быть высокомерными, они редко работали сообща и никогда прежде не функционировали как организация. Однако, более такой роскоши у них не было. Каждый предоставил доступ к своим источникам информации, собрав с остальными силы. Некогда многие члены отсутствовали годами на собраниях, но теперь каждый месяц можно было видеть всех.

Даже так, их число продолжило сокращаться.

Никому неизвестное создание неспешно, но целенаправленно, отслеживало и уничтожало членов организации.

Эти существа, впервые за свою вековую жизнь, прониклись ужасом.

В этот момент их более не волновали лицо или репутация.

Увеличив частоту встреч сначала до месяца, по мере сокращения числа уцелевших, они стали собираться каждые два дня. Вид того, что все прибыли, успокаивал их, но если кого–то вдруг не хватало, то оставшиеся лишь еще больше проникались страхом, ожидая, что они станут следующими. Некоторые из них даже стали заселяться вместе.

Несмотря на все их усилия по сбору информации, им так и не удалось поднять завесу тайны.

Они не знали даже причины нападений на них. Могли ли мотивом послужить эмоции, такие как ненависть или жажда мести? Или же некто интересовался плодами их исследований, а может быть богатствами? Но ключевым вопросом был –

— Кто стоит за всем этим?

Цели отходили на второй план. Лучшим курсом действий для них представлялась безоговорочная капитуляция, попытка вымолить себе пощаду любой ценой. Сперва некоторые предлагали сражаться, но в данный момент среди уцелевших более не витало таких мыслей.

Организация Ночных Личей, именуемая "Телом Бездны", попала во власть террора со стороны неизвестных.

При таких обстоятельствах Кунивела решил использовать заклинание [Телепортация].

Он предпочёл сейчас не сдаваться, не потому, что мог сбежать. Скорее, потому что ему нужно привести его мысли в порядок для переговоров с ними. Помимо этого, он не хотел говорить с ними лично. "Лучшим решением будет сначала отступить, а затем сдаться всем вместе." – подумал Кунивела.

Однако через мгновение после того, как [Телепортация] начала действовать, Кунивела замер.

Он всё ещё стоял перед парой таинственных личностей. [Телепортация] не возымела эффекта. Скорее всего какое–то заклинание отменило её.

Кунивела, один из нежити, сегодня стал свидетелем многих вещей, которых он никогда ещё не встречал. Чувство страха возросло ещё раз, и его глаза расширялись, пока он изучал пару перед ним.

Высокая фигура в мантии протянула руку.

Это была рука скелета.

В его сознании мелькали множества имен скелетов заклинателей, но все они были чудаками. Никто из них не смог бы победить ночного лича Кунивелу. "Так что же это за существо?" – в тот момент, когда его мысли достигли этой точки, они застыли.

Его разум находился под контролем.

Он даже не мог сопротивляться.

Кунивелу, ночного лича, на самом деле подчинили, будто низшую нежить. Его разум как и его душа уже признали существо, стоявшее перед ним, его повелителем, его господином. Тот, кого можно было воспринимать максимум как равного себе, стал его хозяином, которому он теперь обязан быть верным.

(п.п.: тут имеется ввиду, что скелеты обычно слабее личей, а тут один такой смог себе подчинить лича)

Он мог сказать, что это было умение доминировать над нежитью, которым он также обладал. Однако этот навык был эффективен только на нежити слабее, чем он сам – значит, его господин был значительно сильнее его самого. Оказавшись под контролем, Кунивела не будет в состоянии избавиться от этого до тех пор, пока другая сторона не захочет отказаться от подчинения. Всё, что ему оставалось, это умолять его Господина проявить милосердие.

Господин откинул капюшон, скрывавший лицо.

Показался костлявый череп. Судя по костлявой руке, которую он протянул мгновение назад, это была не маска, а его настоящее лицо.

За намерением не убивать Кунивелу, но подчинить его, таился какой–то смысл. Если так, то это хорошо, потому что он считал, что быть убитым будет позорно – лучше всего, если ему сохранят жизнь – размышлял контролируемый Кунивела.

— Итак, начнем с того, что вы предоставите все свои исследовательские записи, а также сокровища.

— Давай их сюда!

Меньшая фигура сбоку также сняла капюшон.

У неё были светлые волосы и красные глаза.

Она выглядела как человеческое дитя, но она несомненно была нежитью. Учитывая её ум и внешность, он заключил, что она была вампиром, порожденным из человека. Поскольку она была компаньонкой его господина, он не мог заставить себя испытывать к ней враждебность.

— Слушаю и повинуюсь. Тогда я начну с моих сокровищ.

Кунивела открыл ключом сокровищницу в своей комнате и вынул оттуда все мешки.

В общей сложности там было 15 мешочков. Каждый из них содержал тысячу золотых монет, на общую сумму 15'000 монет, весом в 150 килограммов. Нежить не нуждалась в деньгах напрямую, но были времена, когда живые были готовы заключить сделку, как правило это были люди с тёмной стороны общества. Выполнение их заказов вознаграждалось золотом, которое являлось ценным товаром при сделках с ними, поэтому, естественно, он накопил много золота.

Кроме того, в дополнение здесь был мешочек с драгоценными камнями. На столе так же находились свитки заклинаний, зачарованные палочки и другие магические предметы.

— Так же еще у меня есть три убежища. Вторая половина моих сбережений находится там.

Поскольку он был подчинен, он правдиво раскрыл место нахождение всех спрятанных им сокровищ, чтобы максимизировать выгоду для своего господина.

— Хо–хо, это довольно много.

— Это действительно так!

— … Захватчик дома №2… тебе не кажется, что ты должна проявить немного сдержанности? Ты в самом деле себя распустила, не так ли? Я думал об этом некоторое время… Я должен сегодня это сказать. Разве ты не должна вести себя как принцесса? Как тогда, при первой нашей встрече.

— Номер Один. Мы путешествовали вместе в течение пяти лет, знаешь ли? После стольких испытаний даже нежити свойственно в какой–то степени изменится.

— Кхм. Что–то я сомневаюсь на этот счет. Логически рассуждая, нежити не свойственно меняться на ментальном уровне – означает ли это также, что они не смогут развиться? Значит ли это, что твоя личность всегда была такой, Номер Два?

— Мне так не кажется… и если уж на то пошло, это всё из–за тебя, Номер Один. Вся эта невообразимая магия, магические предметы, каждый из которых превосходит по стоимости целое королевство, и призываемые монстры, которые выглядят так, будто способны в одиночку стереть целое государство…

Не обращая внимания на болтовню девушки, Господин открыл мешок и достал из него несколько золотых монет.

— …Значит они ведут сделки с помощью денег? Это поможет мне во многом. В конце концов, обменять большую сумму денег довольно проблематично.

Вычисление содержания золота в монетах различных государств было весьма трудоёмко, и поэтому для облегчения торговли, Кунивела использовал только эти монеты.

— Именно поэтому вы всё это время использовали переделанные монеты ИГГДРАСИЛя, Номер Один?

— Вы видели их раньше, не так ли? Именно так, Номер Два. В таком случае перейдем к сути дела. Мой первый вопрос: каковы дальнейшие действия вашей организации? Насколько они опасаются меня?

— Мы, конечно, опасаемся вас, но в этот момент все готовы сдаться безоговорочно. Кажется, некоторые из них также покинули группу.

— Назовите их.

Кунивела прочитал список бывших членов клуба, которые сбежали. Всего их было шестеро.

— Что ты думаешь, Номер Два?

Девушка взглянула на листок бумаги, находящийся в руке, и кивнула.

— Похоже, двум удалось сбежать. Что мы будем делать, Номер Один?

— Их нужно выследить и убить. Если мы не устраним проблему в корне, мы никогда не сможем хорошо выспаться.

— …Это великолепно, Номер Один! Твоё чувство юмора стало намного лучше! Видишь, нежить так же может развиваться! Теперь нам нужно поработать над твоим стилем именования!

— Это не было шуткой.

— Ух, хм…

Господин ничего не ответил. Девушка прикусила губу и взглянула на Господина.

Грубость в отношении Господина была невыносимой, тем не менее Кунивеле не было дозволено атаковать.

А кроме того…

"Повезло или же нет тем двоим, что бежали? Исходя из направления разговора, вряд ли их ждет пощада…"

— Неужели подбираемые мной имена столь плохи?

— …Честно говоря, так и есть. Ах, но Гетероморфный Зоопарк был хорош. Это звучало забавно.

— Забавно, хех…

— Все же, Блонди было ужасным!

Девочка сложила руки на бедрах.

— Те стражники тогда так косо смотрели на меня, и это так смущало!

— Но они все время молчали…

— Это потому, что значения имен различаются у разных рас, и не будет странным оказаться убитым, высмеяв чье–то имя. Люди более трепетно относятся к таким вопросам в крупных городах со смешанным населением. Но они все равно не могут скрыть то что думают…

— Но мы не возвращались туда после того –

— Простите, Господин? – Кунивела нервно спросил. Оба его глаза – Кунивелу заботило лишь то, чтобы взгляд его Господина был направлен на него, – Все заклинатели нежить, входящие в "Тело Бездны", намерены сдаться вам, Господин. Устраивает ли это вас?

— Ах, да, давайте сперва разберемся с этими вещами. Пусть даже отвечать вопросом на вопрос считается дурным тоном, я всё же переспрошу: почему я должен принять это?

Кунивела сглотнул, услышав выказанное Господином "сомнение".

— Это все пустые слова. Почему я должен щадить вас? Лишь вырвав вас с корнями, я избавлю себя от будущих проблем.

— Мы никогда не посмеем совершить ничего такого. Мы не смеем даже бросить вам вызов…

— Ах, я устал слушать это. А что произойдет, узнай вы наши слабости?

Он не мог ничего скрыть, отвечая на вопросы Господина.

— Если это позволит нам сокрушить нашего врага, то узнав о его слабостях, мы это сделаем.

— Вот видишь?

— При всем уважении, приняв в расчет те элементы, что Господин сочтет вредными, сделав из нас вассалов, нам точно можно будет найти полезное применение. Я могу гарантировать, что как мозговой центр по работе с информацией, мы превзойдем любого, покуда будем вместе, и, разумеется, нас можно использовать как солдат против врагов Господина; хотя ваша сила несравненна, число иногда также дает преимущество.

Кунивела отчаянно пытался показать, чего он стоит.

— Хм, это правда. У меня есть тема для исследования. Но по словам ваших коллег, от которых я избавился ранее, никто не способен на такое. Так ли это?

Каждый имел приблизительное представление о том, кто и что изучает в группе. Они делились информацией, дабы избежать борьбы за ресурсы и дублирования усилий. Однако, не было никаких гарантий, что каждый из них говорил правду. Даже сам Кунивела имел свои секретные исследования.

Возможно, подобные секретные материалы можно использовать как повод для переговоров. Если он ответит "каждый из нас располагает тайными исследованиями", тогда Господину придется расспрашивать каждого, что потребует от него усиления атак на организацию. Вероятно, остальные также подумали об этом, поэтому предпочли умереть, ничего не сказав, и именно поэтому Господин не сомневался по этому поводу.

— Тогда, как насчет того, если мы будем подносить установленную сумму каждый год? Располагая огромными деньгами, вы могли бы привлечь на свою сторону больше живых для поиска своего ответа…

— Я не нуждаюсь в деньгах.

— Мм.

Девочка рядом кивнула.

— Тогда, тогда почему вы велели мне вскрыть свою сокровищницу в самом начале?

"Разве это не странно?"

В ответ на вопрос Кунивелы, Господин небрежно пожал плечами.

— Я просто высматривал редкие предметы среди твоих запасов. Ах, я также пытался насладиться духом искателя приключений, собирающего сокровища после зачистки подземелья.

Кунивела был озадачен вложенным смыслом в слова "дух искателя приключений"

Неужели он решил истребить их всех ради подобного?

Конечно, он сражался бы изо всех сил, не будь над ним контроля. Разумеется, это не более чем бессмысленная фантазия.

— У меня есть еще вопросы к тебе. Покуда ты попал под мой контроль, придут ли другие члены организации спасать тебя, или же эта крепость самоуничтожится позднее – я хочу сказать, есть ли для нас неудобства оставаться здесь?

Трудно было объяснить, в чем могли заключаться эти неудобства.

Исчезновение Кунивелы заставит остальных подумать, что с ним что–то произошло. Но кто вообще станет рисковать в подобной ситуации? Вероятно, все они придут, но не с целью спасти Кунивелу или нападать на Господина. Скорее, они огласят свою сдачу и попросят переговоров.

При любом исходе, ничто не сможет обернуться неблагоприятно для Господина. Однако, нельзя упускать из виду возможные трудности, последующие за этим.

— Таковых нет. Однако, это верно на ближайшие пару дней или около того. Когда минует несколько дней – когда пройдет больше времени, весьма вероятно, что кто–то заподозрит неладное. Кроме того, на этой базе всё ещё присутствует управляемая нежить. Что станет с ней? Если они продолжат расхаживать по округе, то могут атаковать.

Кунивела находился под контролем, но только он. К прочим неживым созданиям здесь сейчас это не относилось. Вероятно, они исполнят приказ убить незваных гостей, встретив Господина.

С другой стороны, сейчас, когда Кунивела пребывал под контролем, прочая нежить, которую Кунивела контролировал ранее, освободилась. Эти создания, должно быть, сейчас пытаются убежать и едва ли проявят враждебность.

— Ах, если вопрос лишь в нежити здесь, я могу легко о них позаботиться, даже если она нападет вся единовременно. Не стоит беспокоиться об этом.

— Господин!

Кунивела склонил голову.

Он уже понял это ранее, но услышав как легко его Господин говорит о своем могуществе, Кунивела потерял слова.

— Итак, теперь перескажи свои открытия Номеру Два; поспеши.

— Понял.

Исследования нежити – членов "Тела Бездны", заключались в их основной цели получить могучую магию. Хотя он сомневался, что девочка поймет, он все равно рассказал.

В это время Господин собрал все сокровища в магическое карманное измерение.

— …И на этом все.

— Хорошо, спасибо тебе за труд. Итак, следующий вопрос: расскажи мне все о членах организации. Их способности, местоположение, область работ и так далее.

Вот оно как происходило. Он использовал эту силу доминировать над другими, а затем заставлял их рассказать все, прежде чем уничтожить одного за другим.

В прошлом, все они действовали независимо, но теперь каждый обменивается информацией о своем положении с другими, они все словно оказались связаны незримыми нитями. И вместо утомительного процесса сбора урожая, когда добыча проглотит наживку, Господину останется только потянуть за нить и вытянуть всех разом.

Он не желал говорить, но Кунивелла рассказал обо всем. Благодаря Подавлению Нежити, он не мог чего–либо утаить или обмануть.

Девочка иногда вставляла уточняющие вопросы по ходу разговора. Вероятно, так они сверялись с данными, полученными от уже мертвых членов.

— Благодарю.

Хотя Господин выразил признательность Кунивеле за честность, возможно, его слова имели иное значение.

— Наконец, последний вопрос…

Прозвучавшее "последний вопрос" привело Кунивелу в панику. Он еще никак не доказал свою полезность, и если все продолжиться в этом духе, назревает худший конец.

— Достаточно, Номер Один.

Девочка прервала его тоном, выказывающим усталость или истощение жизненных сил.

— Этого достаточно, Номер Один. В конце концов, я сама успела провести не мало исследований, теперь я понимаю… ты ведь знаешь, что я имела ввиду тогда, сказав что уже два года как я перестала следовать пустой мечте?

— …Это по поводу Священной Девы Солнца? Но это ведь не только для тебя, Номер Два. Я уже говорил тебе не один раз, здесь есть и мои личные интересы. Это не для тебя, но для меня.

Выражение на лице девочки было странным; оно являло собой одиночество и счастье единовременно. Кунивела не понимал что это значит.

— Итак, я спрошу. Известно ли тебе что–либо о том, как пала страна Инверия и все её жители обернулись зомби?

Он тщательно перебрал все свои воспоминания по слову Инверия, но всё, что он знал, что это была далекая страна.

— Нет, мне не известно ничего.

— Вот как… Тогда, известно ли тебе хоть что–то о возможности вернуть кого–то из состояния зомби в нормальное, то есть сделать обратно живым? Не важно, сколь это маловероятно.

Почувствовав, что пришло его время набить себе цену, Кунивела, тем не менее, ничего не знал об этом вопросе. Не будь над ним полного контроля, он наверняка попытался бы сделать что–то для своего спасения, или солгал бы о намерении начать исследования на эту тему.

— Нет, не знаю. Но, говорят, легендарные существа, такие как Лорды Драконы могут знать о таком.

— Это имя всплывает часто. Большинство из этих существ парят в небесах, как Сияющий Лорд Дракон.

— Кроме того, есть также…

Он огласил имена всех Лордов Драконов, о которых знал. Но он не мог ни добавить, где они сейчас, ни даже существуют ли они вообще.

Кунивела чувствовал, что это его шанс и отчаянно пытался продать себя.

— Если вы дадите мне время, я немедля отыщу местоположение Лордов Драконов.

— Хорошее предложение, но я все равно собираюсь уничтожить тебя.

Ответ последовал незамедлительно.

— Но, но почему? Разве я не могу быть полезен?

— Потому, что позволить другим знать о нас, слишком невыгодно. И потому, что ты ничего о нас не знал, ты не мог придумать как нам противодействовать.

— Но невозможно предать вас, если вы используете способность к подавлению над каждым.

— Действительно, так и есть. Но как ты знаешь, есть пределы для Подавления Нежити, как в наивысшем уровне, так и в общем количестве. Слишком много недостатков будет, если я позволю себе такую роскошь, как контроль над тобой. Также, нет никаких гарантий, что однажды ты меня не предашь.

— Мы никогда не предадим…

— Разве я не объяснил тебе это только что?

Кунивела проглотил слова.

Ему было нечего более продемонстрировать бессмертному существу перед ним, чтобы изменить его решение.

— Итак, давайте положим этому конец.

Часть 2.

Сатору и Киино продолжили поездку в своей крытой повозке.

Это была не та крытая повозка, которую они "купили" в Королевстве Инверия, где жила Киино, а та, которую они купили около года назад. Кстати, это уже четвертая такая повозка: первая была уничтожена, вторая сожжена, а третью им пришлось оставить.

Сидя вдвоем на месте кучера, Сатору держал поводья, а Киино рядом была с магическим томом на коленях, они болтали о пустяках, так обычно было, когда их путь пролегал через тихие равнины.

Волосы Киино, опущенные до её тонкой, хрупкой шеи, развевались на ветру.

Когда она попросила Сатору постричь её, он считал, что ей будет лучше надеть капюшон. Все потому, что не было уверенности, что волосы не пропитаются запахом грязи и пыли в воздухе.

Однако, он ни за что не сказал бы этого вслух.

Ведь Киино была в трудном возрасте.

Если бы Сатору поднял эту тему, то она, надув щеки, ответила бы лишь "Хмпф…". Настроение Киино было лучше, когда Сатору не относился к ней как к ребенку, поэтому он старался не заводить подобных разговоров.

Сорок лет она была одна, и еще пять они были вместе. Её склад ума должен был повзрослеть. Однако она вовсе не казалась хмурой.

Он взмахнул поводьями и ударил по заду лошади.

Это действие было абсолютно бессмысленным. Запряженная в повозку лошадь, была тем же големом, что тащил их повозку и раньше. Но все это было частью их образа. Они оба много репетировали во время путешествия.

Верно, они являлись нежитью, и у них был голем–конь. Им не требовался сон, и они могли видеть в темноте. И всё же, они по–прежнему ставили палатки на ночь, чтобы избежать подозрений. Да, и поскольку им не нужно было спать, они обычно сидели в палатках и болтали до самого рассвета.

Хотя по факту Киино и была старше Сатору, у неё не было большого жизненного опыта, ведь она никогда не покидала своего родного города. Следовательно, у неё довольно скоро закончились темы для разговоров, и она могла лишь вновь говорить о науках, которые изучала.

С другой стороны, рассказы Сатору очень заинтересовали Киино. Не его истории о реальном мире, где жил Сатору, мире полностью затянутом облаками, а рассказы об ИГГДРАСИЛе.

Поскольку эта девочка жила в мире мечей и магии, приключения Сатору в ИГГДРАСИЛе взбудораживали настолько, что её глаза начинали прямо сиять.

Сначала было довольно много всего, в чем Киино сомневалась. Ей эти рассказы казались слишком надуманными и смешными. Но у Сатору были доказательства. Хотя это и не могло описать всего, но в его фотоальбоме были снимки того, о чем он говорил.

Киино не знала, что такое фотографии, и поэтому считала их изысканными картинами. Но увидев фотографии себя и Сатору, сделанные вскоре после их отъезда, она согласилась, что они были точными изображениями вида.

Затем все было просто.

Эти фото доказали, что пугающие Киино приключения уже были пережиты Сатору. Проще говоря, приключения великого мага Сузуки Сатору были правдой.

Сатору видел, как восхищение в глазах Киино вскоре переросло в сияющее уважение. Это очень сильно подняло ему настроение, от чего его рассказы уже стало не остановить. Вскоре Киино знала о приключениях Аинз Оал Гоун как свои пять пальцев.

Так они провели пять лет.

И сегодня также история закончилась, когда повозка покачнулась.

— И так, каждый из Аинз Оал Гоун дал начало еще одной легенде. Ты невероятен Сатору.

— Хаха~. Ничего особенного, Киино. С такими товарищами достигнуть всего этого было проще простого. Вот фото тех времен.

Сатору отпустил поводья и отдал устный приказ голему–лошади.

Уже свободными руками он достал альбом и, бормоча "Где же оно", пролистал его. Он нашел их фотографию, где они сразили Сурта, Огненного Гиганта–Лорда.

— Ого! – вскликнула Киино в восторге, – Ты просто невероятен… Поверить не могу, что тебе удалось победить такого могучего гиганта… Ммм, нет. Такое стало возможно благодаря всем в Аинз Оал Гоун… Всё же, кто как ни вы смогли бы победить Гиганта–Лорда, у которого был такой мощный огненный посох?

— Да… может ты и права.

Забрав и убрав фотографию, он вспомнил, сколько раз они убивали Сурта.

Это было не особо сложно, так как его стихийное сопротивление было максимально сконцентрировано на одном элементе. Но Сатору не хотел разочаровывать её, так что он не стал говорить этого и разрушать её девичьи фантазии. Поэтому он просто улыбнулся.

— Именно! Сатору, ты и твои друзья, вы просто невероятны!

Настроение Сатору поднялось, и он просто поддался взбудораженности Киино.

— Верно! Думаю да! Было просто прекрасно, что всем удалось избежать смерти и продержаться даже после того, как он отбросил свой меч и выхватил Леветайн.

— Ага! Все были потрясающими! Они смогли победить благодаря тебе, Сатору!

— Ты так думаешь? Ахахах!

Сатору был в очень хорошем настроении и рассмеялся.

— Сатору, ты со своими друзьями правда повторял все эти невероятные приключения?

— Это правда. Но, разве теперь мы не отправились тоже в большое приключение?

Киино горько улыбнулась.

— Правда? Но что–то это не похоже на какое–нибудь фантастическое приключение.

— Разве все не зависит от того, как на это посмотреть? Уже пять лет прошло, с тех пор как мы покинули твою страну. Мы ведь побывали во многих странах и увидели множество разных таинственных вещей, разве нет? Знаешь, сражение – это еще не все.

Получать удовольствие от неизвестности.

Отправиться в путешествие и своими глазами увидеть мир – разве не такое приключение должен был предоставить ИГГДРАСИЛЬ? Теперь он понимал, что чувствовали исследователи миров.

Конечно, не было неправильным играть в игру для того, чтобы вместе с друзьями сражаться против сильных противников. Но Сатору был уверен, что его путешествие с Киино было тем самым путешествием, которое им следовало совершить.

— Я… полагаю. Семикратно Опаленная Равнина и Чистое Озеро были обе довольно удивительны.

— А мне Равнина не понравилась, но вот Чистое Озеро было очень красивым. Оно выглядело прямо как стекло.

— Ага! Это невероятно!

Оба они и дальше вспоминали об этом прекрасном зрелище, продолжая путь.

— Хотела бы я снова посмотреть на это.

— Мы можем еще раз сходить туда, если смотреть уже будет не на что. Мы бессмертны, в конце концов.

— Верно, – ответила Киино.

— Кстати… Киино, ты стала сильнее чем раньше. Хочешь попробовать победить сильного врага?

Путешествия и сражения были неразрывно связаны. И речь идет не о безопасности; когда кто–то отправлялся в малонаселенные места, обязательно появлялись монстры, считающие его добычей, и если посещать живописные места, то есть шанс встретить сильных врагов. И всё же, Сатору встретил только одного противника, которого посчитал сильным. Но было множество врагов, способных убить Киино в мгновение ока, будь она одна.

Сатору отвечал за сражения, а Киино занималась умственным трудом, но она всё ещё должна быть в состоянии противостоять атаке сильного существа.

— Просто… просто я не хочу… ох! Я знаю, что ты волнуешься обо мне, Сатору, и я рада! И еще ты одолжил мне несколько невероятных предметов! Как ты это называешь? О, прокачка, тебе не кажется, что она не действует? В смысле, я не хочу брать палку и вновь и вновь избивать умирающего дракона с отчлененными конечностями… дело не в твоем плане, а скорее в том, что ты проигнорировал его мольбы о пощаде, эм, да, это немного ужасает… нет, все не так. Конечно, я понимаю, что тебе такое тоже не по душе, и ты делаешь все это только ради меня. А еще я очень боюсь испачкать эту красивую одежду, что ты одолжил мне. Я просто думаю, что в следующий раз, может, можно будет сделать это как–то по–другому?

Киино выдавила эти слова в чрезвычайной спешке.

Кажется, ей не понравился тот случай, когда она тренировалась на драконе. Ну, заставлять девочку делать такие вещи было немного бесчеловечно, и Сатору сожалел об этом.

"Может, в следующий раз мне следует подыскать ей соперника, на которого она не будет против напасть. Воров и прочих, недостойных милосердия, возможно, стоит использовать попозже, так как они умеют говорить. Может, какое–нибудь неговорящее существо или даже лучше какой–то предмет?"

Сатору начал перебирать у себя в голове разных монстров.

"Как по мне, то нечто вроде гигантского насекомого неплохо подошло бы."

— Я тебя понял, Киино. Для следующей тренировки я все спланирую лучше.

Он улыбнулся и показал "класс" большим пальцем. Киино ответила на это выражением, которое было сложно описать словами. Он любил этот взгляд, и мог увидеть его лишь раз в год. Нет, когда они только начали свое путешествие, то он, кажется, видел это выражение чаще, но он не совсем был уверен в своих воспоминаниях пятилетней давности.

— Хм. И всё же, я не знаю насколько изменились твои очки кармы. И поскольку у меня они отрицательны, дабы компенсировать это, я надеюсь, что твои станут положительными. А значит, тебе нужно убивать противников с отрицательной кармой.

— А, чего? Нет, это, э… Сатору, давай поговорим об этом в другой раз. Смотри, уже видно город. Он и правда очень бросается в глаза.

— Ахх, так оно и есть.

Сатору видел впереди город. Он знал о нем из слухов, но это был довольно большой город–крепость. Слово "Большой" в данном случае подразумевает не его масштабы, а в прямом смысле сами здания и городские стены были большими. Особо следует отметить огромные скалы по обе стороны от ворот. Они были примерно ста пятидесяти метровые или около того. Скалы были поставлены по обе стороны от ворот и стали частью городских стен.

Эти скалы были поставлены так не для того, чтобы сформировать городские стены, просто, гиганты, что обитали поблизости, притащили их из мест, где они жили, в качестве дружеского жеста. После этого, благодаря дружеским отношениям с этими гигантами, некоторые части города, как, например, здания, городская планировка и так далее, были изменены в размерах для того, чтобы гигантам не пришлось испытывать дискомфорт, ну или, по крайней мере, об этом слышал Сатору.

"Сколько же гигантов потребовалось, чтобы притащить их, и каким способом они это сделали?"

Поразмыслив с растущим интересом над этим вопросом, Сатору указал Киино в капюшоне сменить кольцо.

Поскольку Киино является вампиром, на неё воздействуют штрафы от солнечного света. Однако, надев кольцо сопротивления солнцу, она сможет избежать их. Указание заключалось в том, чтобы она заменила это самое кольцо на какое–то другое. Даже в капюшоне она не защищена от штрафов, и все равно будет чувствовать усталость, но если она хотя бы немного не потерпит, могут возникнуть проблемы.

Он одолжил Киино четыре кольца: "Кольцо ослабления штрафов от солнечного света", "Кольцо сопротивления контролю и изгнанию нежити", чтобы даже Сатору не смог подчинить её, "Кольцо блокировки разведывательной магии" и "Кольцо невосприимчивости к связыванию и другим видам контроля, ограничивающего перемещения". Он даст ей и другие, если того потребуют обстоятельства.

И сейчас она наденет "Кольцо блокировки разведывательной магии" и "Кольцо сопротивления контролю и изгнанию нежити", оба они были очень важны при входе в город.

Сатору же, напротив, не пытался скрыть своего костяного облика. Ведь он в течение этого пятилетнего путешествия, можно сказать, тренировался входить в город, не скрывая лица. К тому же, ему было сказано, что лучше показывать лицо, пытаясь войти в город. Если бы он был более прямолинеен и не скрывал свой облик, то ему было бы проще обманом прокладывать себе путь.

Раньше он пытался использовать иллюзии, чтобы замаскироваться, но из–за одного несчастного случая он больше на них не рассчитывает.

— Кстати, Сатору.

— М?

— Зачем мы сюда возвращаемся?

Родные земли Киино были совсем не далеко от этого места. За последние пять лет Сатору не приводил её сюда.

— Хм? Мы побывали уже во всем мире, но мы же так и не были тут. Разве не было бы здорово взобраться на вон те горы, что едва видны вдалеке?

— Я поняла.

Судя по тону её голоса, эта причина, кажется, не особо убедила Киино. Учитывая, что они провели вместе уже пять лет, Сатору мог ей рассказать. Но он не собирался объяснять Киино смысл приезда в этот город.

Повозка, запряженная големом–лошадью, без промедлений понесла их к главным воротам. Может он выбрал удачное время, но у ворот не было никого кроме Сатору.

Стража собралась у ворот, и в воздухе повеяло опасностью. Каждый из них держал копье наготове. Сатору взглянул на стены и увидел собравшихся там лучников. Не нужно было говорить, что все они было насторожены по отношению к нему.

— Стоять!

Их окликнули суровым голосом. Он, кажется, принадлежал какому–то капитану стражи. Сатору равнодушно проигнорировал это и ответил громко и четко.

— Эй, хорошая сегодня погодка.

Среди стражников мгновенно распространилось недоумение, но вскоре они вновь вернули своё суровое отношение.

— Что тебе тут надо, нежить!?

— Нежить? Где?

Сатору осмотрелся, словно нарочно.

— Что за бред ты не…

— …Так это вы меня приняли за нежить!?

Он прервал рев солдат и прокричал в ответ.

— Я не нежить. Я Сатору из расы Древнекостных!

— Древне… костные?

Солдаты переглянулись и покачали головами. Он слышал, как они спрашивали друг у друга: "Ты слышал раньше о таких?", "Кажется, я впервые о них слышу".

— Не кажется ли вам, что ошибочно принять Древнекостного за нежить – это вопиющая грубость? Да вы оскорбляете мою нацию!

Стражники у ворот снова переглянулись. Капитан, так пока будем его называть, ответил очень рассеянным тоном. Но он даже и близко не опустил оружия. Все же этого следовало ожидать.

— Говорите, вы не нежить?

— Я же уже сказал. Я Сатору из славной расы Древнекостных.

— Нет, ох, мои извинения. Простите моё невежество, но я раньше никогда не слышал о Древнекостных.

— Что!? Ты никогда не слышал о великих и могучих Древнекостных? Что за захолустный городок…

Гордые стражники, естественно, обиделись на то, как их назвали. Хотя они и были недовольны этим, кажется, они ослабили бдительность.

В этом мире было множество рас. И помимо человеческих, было много разных полулюдей и гетероморфов со странной внешностью. Расовая дискриминация может вызвать гнев всей его нации. Если это приведет к войне, то может случиться так, что одна из сторон будет уничтожена. На самом деле, таким образом уже было уничтожено несколько стран.

И поэтому стражников у ворот попросили адекватно реагировать в подобных ситуациях. Чем больше будет рас, с которыми их страна установит контакт, тем быстрее национальная стража научится их распознавать.

Проще говоря, они не станут действовать опрометчиво, если будут думать, что он не нежить, а часть расы Древнекостных.

И ключевым моментом теперь было то, что он должен воспользоваться путаницей и взять ситуацию под свой контроль.

— Кажется, я должен сообщить этой невежественной нации о величии Древнекостных. Я Сатору, родом из Великого Токио, национальной столицы Древнекостных. Я прибыл сюда… в поисках чего–нибудь ценного, хотя, видимо, здесь моему глазу зацепиться будет не за что.

— …Вы торговец?

— В точку. И всё же, я не смогу ничего купить, если ничего не увижу.

— Для начала нам следует проверить ваш багаж, но прежде нам правда нужно… эм… как же это… ох… обыскать вас. Вы же понимаете, верно? Если вы согласны, то… прошу вас подождать тут. Я позову священника.

Тон капитана по отношению к Сатору постепенно сменился на уступчивый.

— Понимаю. Хотя мне очень интересно, каким дикарем нужно оказаться, чтобы принять Древнекостного за нежить, но мы невероятно снисходительны.

— Что там за девочка?

— Она мой спутник, и так же является одной из Древнекостных.

— Э?

Капитан в шоке посмотрел на Киино, а затем принялся сравнивать её с Сатору. Было слышно вопросительный шепот, типа: "Он сказал, что она Древнекостная?", "Они же вообще не похожи".

— Весьма похожа, разве нет?

— …А, эм.

Капитан опустил взгляд, кажется, он был в замешательстве.

Вскоре Сатору увидел солдата, который вел за собой священника. Тот был толстый и, кажется, небольшой бег заставил его уже задыхаться.

Когда он пришел, то вытер носовым платком пот со лба и тяжело дышал, словно боролся за каждый вздох.

Капитан сказал: "Извините", и подошел к священнику.

— Благодарю, что Ваше Преподобие проделало весь этот нелегкий путь.

— Ну что вы, Капитан. Это наш долг. И всё же, я надеюсь, что в следующий раз вы не будете меня так сильно торопить. Не хотелось бы на полпути к вам отправиться на небеса.

Когда священник отвечал, его дыхание было похоже на всхлипывания.

Оба они старались быть как можно тише, но даже находясь в отдалении, Сатору их слышал.

— В храме все так же нет лошадей?

— О чем вы, Капитан? Вам не жалко лошади, которая будет везти меня?

— Ваше Преподобие… вам лучше обучиться верховой езде.

— Моему заду и бедрам будет больно, так что я пас, если вы не возражаете, – сказал священник и, проигнорировав ответ капитана: "Но ведь у вас есть магия исцеления", уставился на Сатору, – Что ж, хорошо. Я сделаю то, зачем меня сюда позвали. Я прогоню нежи…

— Нет, они утверждают, что являются Древнекостными. Кажется, они не нежить.

— Что? Древнекостные? …Но, как по мне, они похожи на нежить.

— Правда? Тем не менее, могут возникнуть серьезные проблемы, если они действительно окажутся не нежитью…

— Хм… ладно. В конце концов, плохо прогонять тех, кто способен пожертвовать нашему храму, но кто знает, как верха меня осудят. Если я в итоге стану деревенским попом, то… кхем!

— Нет, это не проблема, Ваше Преподобие.

— Нет, это проблема, Капитан. Это место находится во владениях Маркиза. Даже если он в некоторой степени предоставил нам самоуправление, нас изгонят, если будем делать все, что заблагорассудится, не считаясь с интересами страны. Более того, инцидент обострится, если мы оскорбим кого–то из высокопоставленных представителей другой расы. Капитан, вы же не хотите, чтобы о вас вспоминали в истории как о глупце, спровоцировавшем уничтожение страны? А я, конечно же, нет. Кроме того, если такое случится, то всевозможные неприятности затронут всех!

— …Так вы поняли. Значит, могу я просить вас проверить, действительно ли они не являются нежитью?

— Это очень проблематично, вы не можете просто пропустить их? Пусть кто–то из солдат присмотрит за ними в качестве эскорта, или типа того.

Они оба переглянулись, но в итоге священник пораженчески опустил плечи.

— Ладно, ладно, я сделаю это.

Ворча о том, что ему придется бесплатно применять заклинание, священник подошел к Сатору и поприветствовал его бодрой улыбкой.

— Приветствую, почетный гость из нации Древнекостных. Я служитель городского храма. И хотя я верю вашим словам, мне всё же нужно наложить заклинание, чтобы развеять сомнения других. Молю вас, не противьтесь этому.

Тот факт, что он даже не назвал своего имени, показывал, как сильно он пытался избежать неприятностей. Можно сказать, что все шло по плану Сатору.

— Я понимаю. Пожалуйста, продолжайте, Ваше Преподобие.

— [Обнаружение Нежити] …понятно. Действительно, Капитан, он не является нежитью, поскольку никакой реакции не последовало. И еще… Ийааа!

Священник поднял руку. Сатору почувствовал некую силу, толкающую его. Вероятно, это была какая–то уничтожающая нежить способность. Но она была абсолютно неэффективна против Сатору и Киино. И хотя одной из причин этого была их разница в уровнях, но главной причиной неэффективности этой способности были их магические предметы.

— Как я и думал, реакции не было. Он не нежить.

— Правда?

— Я же говорил. Я Сатору, Древнекостный. И меня раздражает то, что вы относитесь ко мне как к нежити.

Он увидел, как стражники вокруг опустили копья. И хотя они всё ещё окружали его, напряжение в воздухе растворилось.

— Значит, я выполнил свой долг, верно? Ахх, где бы вы нашли такую спокойную и дружелюбную нежить? Еще до того, как прибыть сюда, я уже знал, что он не может быть нежитью, – сказал священник, обведя взглядом всех стражников, – И вы все равно позвали меня сюда. Я ведь могу подумать, что вы пытались меня оскорбить!

Священник закончил шутливым тоном. Капитан посмотрел на своих людей и ответил таким же беззаботным образом:

— Молодцы, что заставили Его Преподобие бежать сюда! Я всегда думал, что его размеры – это проблема. В следующий раз так же используйте эту возможность, чтобы заставить его побегать!

Капитан и священник посмеялись. Их смех был как будто сквозь зубы, словно на самом деле они думали о чем–то другом.

Они прекратили так, будто им просто надоело смеяться. Священник отвернулся от Сатору и направился в город, а капитан снова встал перед Сатору.

— Мои извинения, господин Сатору, торговец нации Древнекостных. Теперь прошу, позвольте нам осмотреть ваш багаж.

— Непременно. Однако, мой багаж практически пуст, поскольку я приехал делать покупки.

Сатору и Киино спешились, и, в свою очередь, несколько людей, что внешне немного отличались от стражников у ворот, приступив к работе с полной серьезностью, залезли в повозку. Это были специалисты по оценке грузов, они отвечали за проверку багажа и взимали налог за проезд.

Повозка была загружена лишь на десятую часть, и девяносто процентов груза составляло зерно. Даже исходя из объема, налог на такое количество зерна будет очень мал.

Сатору и Киино прошли через небольшой обыск, чтобы убедиться, что они не проносят контрабанды. В этот момент вернулись специалисты, которые обыскивали повозку. Один из них нес маленький сундук.

— Не могли бы вы отпереть этот сундук с сокровищами?

— Безусловно.

Когда Сатору открыл его, полилось сияние золота. В сундуке находились 500 золотых монет пригодных для торговли. Еще внутри была кожаная сумка со множеством драгоценных камней. Это большая сумма, но для торговца издалека она не была чем–то особенным.

Специалист закатал рукав и протянул руку, чтобы проверить внутреннюю часть сундука.

— …Ничего. В повозке тоже нет скрытых отсеков. Только стоит отметить, что лошадь – не живое существо.

— Это голем–конь.

— …Древнекостные правда могут управлять подобным?

— Конечно. Голему–коню не требуется сон и еда. А ужасному монстру не напугать его. Разве они не идеальны для грузоперевозок? …Тот факт, что у вас таких нет, говорит о том, что вы деревенщины.

Сатору продолжал насмехаться над ними, словно хотел, чтобы ему сказали угомониться. Это так же было частью его образа, и в мыслях он извинился перед ними.

Услышав это, специалисты собрались для обсуждения. Вероятно, они определяли размер налога за голема–лошадь, поскольку раньше такого не случалось. После короткого разговора они решили, что сейчас объем налога будет такой же, как и за обычную лошадь, а позже они обсудят остальное с Маркизом.

Оплатив пошлину за Сатору, Киино, лошадь и зерно, они получили разрешение на въезд в город.

Когда Сатору взялся за поводья и собрался погнать лошадь, к нему обратился Капитан.

— Э, да. Я должен это сказать. Торговец нации Древнекостных… я скажу прямо. Лучше вам не показывать своего лица в этом городе.

— Почему это… а–а, потому что ты думаешь, что люди примут меня за нежить? Чтобы МЕНЯ спутали с нежитью…

— Аххх, я понял, понял.

Капитан отмахнулся от Сатору, когда тот резко повысил голос.

— …Было бы плохо, если бы меня перепутали. Тем не менее… хотя ничего удивительного, что мы испытываем ненависть по отношению к нежити, но, кажется, ваша реакция немного чрезмерна. Что–то случилось?

— Ох, да. Но это было более двадцати лет назад. Орды нежити однажды вторглись в нашу страну, это прозвали Бедствием Нежити. Тот случай нанес большой ущерб, а этот город непосредственно оказался под ударом, и у нас всё ещё остались люди, которые потеряли тогда семью и друзей. …Понимаете?

— Бедствие Нежити говорите?

"Судя по всему, это было связано с тем, что произошло в стране Киино, где все превратились в зомби."

Это случилось не только в стране Киино. Зомбирование затронуло все в пределах двухсот пятидесяти километров. За годы исследований Сатору сделал вывод, что это привело к гибели четырех наций.

"Но ведь эта страна была далеко оттуда, и между ними находилась еще одна страна. Зомби из тех стран просто бродили по округе. Почему они стеклись в эту страну?"

Видимо, еще было слишком рано делать какие–то выводы.

— И это еще не все. Если отправитесь на северо–запад отсюда, то увидите столько же или даже больше нежити. Кажется, их и сейчас там слишком много, чтобы разобраться со всеми.

Он показал в сторону противоположную той, откуда пришли Сатору и Киино, в том направлении находилась страна Киино.

— Хм… – Сатору задал деликатный вопрос, – Думаю, должна быть причина, из–за чего появилась вся эта нежить. Велась какая–то масштабная война? Обычно трупы, оставленные на поле битвы, начинают шевелиться.

Капитан покачал головой.

— Я не совсем в этом уверен. Я знаю только то, что нежить появилась внезапно. Ходят слухи, что это случилось из–за какого–то заклятия, вышедшего из–под контроля… но, это всего лишь слухи. Я слышал, что для защиты от нападений соседние страны разместили свои войска вдоль границы.

Сатору не знал что ответить. Правительство этой страны было достаточно умным, раз не воспользовалось этой возможностью, чтобы вторгнуться к соседям, которые сдерживали для них нежить. Нет, нежить была их общим врагом, поэтому вполне вероятно, что они послали бы свои войска в качестве поддержки.

— В любом случае, вот почему мы так осторожны с нежитью. И поэтому я надеюсь, что вы не сделаете ничего, что заставит других неверно вас понять.

— Хорошо… кхм, мои извенения, – Сатору слегка кашлянул, – Я понимаю, что вы имеете ввиду. В таком случае я скрою лицо под маской… но не могли бы вы сделать мне одолжение?

— Какое?

— Если вы порекомендуете мне высококлассную гостиницу, могу ли я просить вас послать человека, который поможет кое с чем? И пусть он скажет, что торговец нации Древнекостных придет, чтобы поселиться у них. Это избавит нас от многих проблем. В конце концов, большинство гостиниц не принимают подозрительных гостей в масках.

На мгновение лицо капитана стало несколько удрученным. Он, вероятно, не хотел, чтобы стражи ворот были на побегушках у простого торговца.

— Знаете, если поможете мне, это улучшит наше мнение – мнение Древнекостных – об этой стране.

— …Ох, ну, хорошо. Что поделать. Пусть это будет извинением за то, что принял вас за нежить. Эй! – крикнул он ближайшему стражнику, – Иди в гостиницу "Балдахин".

Получив приказы, солдат побежал.

Услышав, что капитан рассказал солдату, как пройти в гостиницу, Сатору достал кожаный мешочек и дал золотую монету капитану.

— Премного благодарен. Вот, возьмите, купите выпить своим парням.

— Понятно. Вы, Древнекостные, действительно не похожи на нежить. И вы, маленькая ле… кхрм, я хотел сказать, госпожа, берегите себя.

— Спасибо.

Киино, которая все это время молчала, кивнула ему, и повозка пересекла городские ворота.

Часть 3.

Гостиница была огромной.

И речь не о площади помещения, а о размерах всего здания – каждая дверь была не менее четырёх метров высотой. Однако гостиница всё равно не смогла бы вместить такие крупные расы, как гиганты, и поэтому, грубо говоря, их попытки угодить всем не увенчались успехом.

Сузуки Сатору толкнул тяжёлые двери.

Вопреки ожиданиям, двери легко распахнулись. Он не потратил много сил – даже ребёнок мог бы их открыть.

Это, похоже, гостиничный ресторан, учитывая людей вокруг, сидящих и пьющих в середине дня. Они выглядели удивленными, посмотрев на маску Сатору.

Он не обращал внимания на их реакцию, а затем заметил бармена. "Понятно, не удивительно, что гостиницу построили такой гигантской." – пробормотал Сузуки Сатору.

Барменом был массивный мужчина, ростом более двух с половиной метров, и у него был крупный рог, торчащий из его лба, и направленный в небо.

Мускулистый, с хорошо развитой грудной клеткой, выпирающей из белой униформы. Он походил не столько на владельца, сколько на вышибалу, и, честно говоря, вполне может так и оказаться.

Рядом с ним Сузуки Сатору выглядел всё равно, что ребенком. Он направился прямо к нему, и с некоторым усилием взобрался на табурет у стойки.

— Мне нужна комната для двоих, на одну ночь. Это не будет проблемой?

— Вовсе нет, и мне стоит извиниться, маленький человек, наши стулья здесь не слишком подходят для невысоких.

"Он высмеивает меня?" – подумал Сузуки Сатору. Однако по его лицу было видно, что это не так, а значит он был искренен.

— Всё в порядке, не беспокойтесь об этом.

— Учитывая размеры вашего маленького друга, я мог бы порекомендовать вам несколько других гостиниц, но они тоже не слишком подойдут вам, маленький человек. Также есть гостиницы для больших парней, но подходящих и для вас… только они будут пониже стандартом. Если не возражаете, я могу рассказать о них.

— У меня нет никаких намерений снижать качество своего жилья.

Во время путешествия было много способов развлечь себя, но жизнь в роскоши была ценной для них, раз они не могут наслаждаться хорошей едой, поэтому они всегда останавливались в гостиницах высшего класса, когда пребывали в город.

— Вот как. Тогда, как насчёт одноместной комнаты? В ней даже одной кровати будет достаточно для вас двоих, и выйдет даже дешевле.

— В этом нет необходимости. У меня нет недостатка в деньгах. Дайте мне двухместный номер.

Владелец гостиницы присвистнул.

— Я бы тоже хотел поступать так, как мне нравится. Тогда вперёд, скидывайте мне денег и продолжим. Так, посмотрим… – Хозяин наклонился, а когда поднялся, в руке у него был ключ. – Держите это. Ах да, могу я спросить, как двое почётных гостей прибыли сюда?

— Мы взяли крытую повозку. Солдат, подошедший ранее, позаботится о ней. Наш товар – всего несколько мешков зерна.

— О, а что насчёт зверя, запряженного в вашу повозку? Корм оплачивается дополнительно, и у нас есть конюх, который может этим заняться.

— Это лошадь–голем. Ей не требуется питание.

— Хах! – внезапно воскликнул владелец. – И такие вещи существуют. Похоже, в этих делах я отстал от времени. Здорово.

Сузуки Сатору почувствовал, как посетители, поначалу спокойно выпивавшие, сейчас сосредоточились на нём. Привлекла ли их тема голема, или они бессознательно обратили на него внимание, в ответ на повышенный голос хозяина?

"Они не отвернулись спустя некоторое время, значит, должно быть, первый вариант." – подумал Сатору.

Если бы второй, то они быстро потеряли бы интерес. Поскольку они не отводили взгляда, можно было подумать, что они что–то знают о големах.

Это потому, что здесь в городе работают големы, или все путешественники слышали о таких вещах?

— Покупка этой лошади–голема обошлась мне в солидную сумму. Ох, сколько будет плата за номер? И да, не могли бы вы исключить стоимость еды? Мы планируем прогуляться и попробовать местные деликатесы.

Хозяин гостиницы на момент проявил подозрительность, но тут же принял его объяснения. Возможно, он вспомнил, как охранники описывали Сузуки Сатору.

— А, так вот как оно всё планируется, маленький человек. Эх, да, возможно, это и к лучшему. Может, ты и сможешь вместить всё в себя, но мне кажется, что твой маленький друг с этим не справится.

— Не справится?

— Ну, наших порций достаточно, чтобы набить свои животы. Большая порция где–то около двух кило. Сможешь с таким разделаться?

— Невероятно.

— Ха–ха–ха. – громко рассмеялся хозяин, услышав быстрый ответ Сузуки Сатору. После этого он назвал цену, что оказалась весьма низкой, по сравнению со всеми остальными, с которыми им пришлось столкнуться во время их путешествия.

Осталось только выяснить, справедливая ли эта цена. В конце концов, цены варьировались от города к городу, а также зависели от предоставленной комнаты. Всё могло стать даже сложнее, будь это крупный город во владениях Маркиза. И тем более, в элитных гостиницах на территории столицы страны обычно очень мало свободных номеров, и расходы на ночлег в одной из них будут в пять–десять раз больше, чем здесь.

После вопроса, почему цена такая низкая, был получен ответ: "Это без стоимости еды".

Кажется, эта гостиница не только предоставляла большое количество еды, но также они были уверены в качестве их кухни. Сузуки Сатору вдруг почувствовал укол сожаления из–за неспособности кушать. Нет, если быть честным, он чувствовал это всякий раз, когда посещал новую страну, новый рынок, или новую площадь.

— Киино.

— Да.

Одного слова было достаточно для Киино, чтобы понять мысль Сузуки Сатору. Она достала кошелёк и протянула запрошенную сумму.Нет необходимости говорить, что это всего лишь задаток.

— Обращайтесь ещё!

Хозяин гостиницы вручил Сузуки массивный ключ и кратко рассказал о расположении комнаты. А затем, Сузуки Сатору и Киино поднялись по лестнице, ведущей в их комнату на втором этаже.

Каждая отдельная ступенька была очень высокой, и Киино было труднее подниматься по ним, чем Сузуки Сатору. Тем не менее, они оба были нежитью, и этого пути по лестнице недостаточно, чтобы утомить их. Их комната была весьма просторной, и первым они заметили очень высокий потолок. Затем они обратили внимание на две огромные – размерами больше королевских – кровати, которые были установлены прямо посередине комнаты, а после они увидели исключительно большой шкаф и скамейки.

Киино воскликнула от восторга и бросилась на кровать, а затем – трудно было описать выражение её лица. Вероятно, она ожидала, что кровать её подкинет вверх после прыжка, но внутри не оказалось пружин, а взамен её встретило жёсткое ощущение.

Тем не менее, одни только чистые белые простыни более чем заслуживали похвалы.

— Итак, когда мы сходим на рынок, Сатору?

Для них стало традицией каждый раз по прибытии в новый город посещать рынки. Это не только удовлетворяло требованию приобретать необходимые для путешествий предметы, но и позволяло им исследовать рынок.

— Ну, насчёт этого… приятно пройтись по улицам города, да и нам нужно найти рынок и прочувствовать обстановку, пока зерно ещё не сгнило. Тем не менее, я надеялся узнать больше о соседних странах. В конце концов, твои знания устарели, Киино.

Киино слегка прищурилась, услышав это.

"Я и мой большой рот". – Причитал Сузуки Сатору, увидев её реакцию. Однако извинения сейчас, вероятно, сделают только хуже, так что лучше притвориться, что ничего не заметил.

— В таком случае, не будет ли бард предпочтительнее торговца?

— Верно. Бард больше подходит.

Кажется, она не особо рассердилась. Услышав её ответ, Сузуки почувствовал, как у него отлегло от сердца.

Путешествующий купец, или бард, или какой–нибудь другой торговец, вероятно, лучше знают окрестности. Наёмник скорее обращает внимание на ситуацию в близлежащей стране, а торговец может владеть слухами о том, что произошло в более отдалённых землях, но в то же время барды могли приходить из ещё более далёких мест.

Выбирая между ними, торговцы были лучше в области точной информации, но с точки зрения общих тем – барды выступают на первом месте.

Поскольку необъективная информация может привести к огромным потерям, торговцы обычно тратят много усилий, чтобы обеспечить надёжность своих новостей. В свою очередь, барды ищут истории из более отдалённых мест, и их не слишком заботит достоверность – достаточно быть интересной. Однако были случаи, когда некоторые истории – интересные лакомые кусочки из далёких мест – казавшиеся фальшивыми, действительно происходили.

Короче говоря, так как Сузуки Сатору и Киино хотят знать больше, очевидно, что они выберут барда.

Даже если полученные новости окажутся фальшивкой или просто слухами, это встретят лишь вздохи сожаления: "Ах, какой позор, похоже, весь путь проделан зря. Куда теперь мне идти?" Всё потому, что они нежить – обладая бесконечной продолжительностью жизни, они могут позволить себе эту легкомысленность.

Можно даже сказать, что они могут вкушать удовольствие от ситуации, так как они нежить.

Удовольствие от бесплодных усилий.

Кроме того, была другая причина выбрать барда.

Они считали, что повествование историй – это работа. И барды охотно делают это, если им заплатить.

С другой стороны, торговцы относились к тому типу людей, чья информация касалась их интересов. Иногда могло быть трудно получить что–нибудь от них, и они не могли честно поделиться знаниями с Сузуки Сатору и Киино, поскольку те были незнакомцами. Если они пытались войти в гильдию торговцев, то одна проблема заключалась в том, что гильдий было столько же, сколько и самих товаров, а другая – члены гильдии обычно были холодны с посторонними, ссылаясь на такие причины, как соглашения о секретности, правила гильдии и тому подобное. Обычно это заканчивалось очень хлопотно.

У бардов тоже были свои гильдии, но их структура руководства была далеко не такой, как у гильдий торговцев. Конечно, у некоторых из них были строгие правила, но опытным странникам из далеких земель – другими словами, бардам более высокого уровня – обычно было легче в гильдиях. Однако Сузуки Сатору и Киино не интересовались такими деталями.

— Тогда наймём барда. К тому же, мы получили целую кучу сокровищ с последнего дела, достаточно для трат в течении нескольких жизней, так что мы будем более щедрыми с вознаграждением.

Он ухмыльнулся про себя, и, похоже, Киино этого не заметила. Но она наморщила лоб и горько улыбнулась по некоторой другой причине.

Сузуки Сатору почувствовал, что её выражение лица скрывает какой–то другой смысл, и решил выслушать её оценку его шутке про жизнь.

— Около тридцати очков?

— Действительно… Ты уверена, что не занижаешь сейчас?

— Я подумала, что вполне как раз. Шутка не была особо забавной или запоминающейся.

— Ээх…

Он и не ожидал, что это будет очень смешная шутка, но всё жё было разочаровывающе получить такой низкий балл. Если бы это была оценка производительности или какая–то цель отдела, Сузуки Сатору, вероятно, начал бы торговаться со своим боссом.

— Ну ладно, давай поднимем настроение и найдём барда. Сначала спросим об этом хозяина гостиницы.

После уплаты предварительного взноса хозяину, мужчина быстро привел барда, которого ранее рекомендовал. Он был представителем гуманоидной расы с четырьмя глазами, родом из земель, несколько отдалённых отсюда, и одетый в наряд, такой же причудливый, как и сама гостиница. Короткая беседа с ним показала, что он довольно много путешествовал – другими словами, был бардом довольно высокого уровня. Тем не менее, он не был в состоянии сравнится с Сузуки Сатору.

Конечно, во время своих странствий он столкнулся только с одним существом, сравнимым с ним по силе.

Это, должно быть, существо, восседающее на вершине, которую люди назвали бы высочайшей на континенте, могучий враг, повелевающий великой силой, известной как Дикая Магия – Сияющий Лорд Дракон, чьё противостояние с Сузуки Сатору может закончиться ничьей.

Сузуки Сатору и Киино слушали рассказы барда.

Они понятия не имели почему, но в этом мире иностранные языки при разговоре автоматически переводились на распознаваемую форму. Определённые существительные сохранили своё первоначальное произношение, но прочая лексика переводилась. Вопросы – кто это сделал и как им удалось это сделать – оставались неразгаданной тайной. Логика перевода текста песен была сомнительной: слова певца низкой квалификации походили бы на бессмысленную, исковерканную нелепицу. Также умение исполнителя не было единственным критерием – аудитория тоже нуждалась в определенной культуре и понимании. По словам Киино, умение точно понимать песню было признаком социального статуса в верхних слоях высшего общества, и на самом деле для таких вещей были специальные классы.

В любом случае, такой обыватель, как Сузуки Сатору, который не только не имел вкуса, но и был некультурен до мозга костей, был способен только думать "Что за хрень этот парень поет", независимо от того, насколько искусным был певец. Конечно, он мог бы понять слова, если бы их автоматически не переводило – то есть, если кто–то пел их на японском языке. Однако за все прошедшие годы он никогда не слышал, чтобы кто–нибудь говорил по–японски.

Однако делать вывод, что никто здесь никогда не использовал языки мира Сузуки Сатору, будет поспешным решением.

Части их культуры передавались из поколения в поколение, и Сузуки Сатору лично мог наблюдать предметы, доказывающие их существование.

Поскольку мысли Сузуки Сатору были сосредоточены на подобных вещах, песня барда входила в одно ухо и выходила через другое, но для Киино, получившей королевское образование, это было совсем другое дело. Она затерялась в прекрасной музыке, и поэтому Сузуки Сатору также сделал вид, что слушает песню.

Он понятия не имел, что поет бард, но аплодировал вместе с Киино в конце каждой песни. Хотя он находил это невероятно скучным, но не позволял этому показаться на своём лице, как часть базового этикета служащего.

После нескольких песен пришло время для разговора, которого Сузуки Сатору так долго ждал.

Сузуки Сатору не терял времени и начал расспрашивать его о слухах из соседних стран и о том, что он видел по дороге сюда.

Примерно через три часа Сузуки Сатору почувствовал, что он достаточно многое узнал от барда, и поэтому он ненадолго покинул свое место. Вернувшись, он положил на стол кожаный мешочек.

— Боже мой! Все эти деньги для меня?

Не скрывая удивления, бард достал из кошелька золотые монеты.

— Вы не ошиблись с суммой?

В ответ на вопрос барда Сузуки Сатору своей позой показал откровенную щедрость.

— Лично я думаю, что этого недостаточно для твоего чудесного голоса…

Кивнув, Киино издала возглас одобрения. Если бы Сузуки Сатору заплатил незначительную сумму, вероятнее всего, она достала бы собственный кошель, что бы отплатить ему – Сузуки Сатору давно заметил её желание вознаградить его.

Содержимое собственного кошеля Сузуки Сатору не вызывало сомнений, в то же время кошель Киино так же был полон. Они поровну разделили средства полученные от различных членов "Тела Бездны". Изначально Киино отказывалась, но поскольку они путешествовали вместе, это подразумевало, что они были равными партнерами.

Тем не менее, Сузуки Сатору отвечал за большую часть украденной суммы, а Киино отдавал драгоценные камни и тому подобное. Для этого была определенная причина, и Киино, похоже, не испытывала недовольства по этому поводу.

— Вы слишком добры, я не думала, что мое выступление будет так хорошо воспринято. Спасибо!

Бард так широко улыбался, что не мог закрыть рот.

Сумма, только что выплаченная барду, хотя и больше, чем обычно, но пока делаешь вид, что это признание его навыков, такое количество не вызовет подозрений.

В обмен на признательность от Сузуки Сатору другая сторона проявляла дружелюбное отношение. Пример того, как подходящий денежный подарок может открыть сердца других – урок, который они усвоили во время своих путешествий.

Естественно, десять золотых монет были мелочью для Сузуки Сатору. Если бы он захотел, то даже заплатив в несколько сот раз больше, он и бровью не повел бы. Однако, это не то, как должны вестись дела. Переплата, особенно намного превышающая рыночную цену, обычно привлекала внимание нечестных и расчетливых людей и все неприятности, которые они приносили с собой.

— Она высоко оценила ваше пение, а я был впечатлен вашими знаниями. Мы останемся здесь на несколько дней. В течении этого времени, я надеюсь, вы будете продолжать собирать информацию; если это доставит мне удовольствие, я продолжу вам платить.

Глаза барда загорелись, когда он услышал это.

Сузуки Сатору полагал, что лучше сэкономить усилия на выискивании различных личностей и вытягивании информации, и вместо этого передать эту задачу барду. У торговцев барды вряд ли вызовут подозрения, и так же ему будет легче судить о том, насколько достоверна их информация.

Другими словами, Сузуки Сатору только что заплатил большую сумму, что бы привлечь барда на свою сторону и убедится в том, что он полностью посвятил себя задаче сбора информации.

— Хорошо. В таком случае позвольте откланяться.

— Отлично. Ах, да, учитывая, что вы схожего с нами роста, могу я узнать, где вы остановились?

— О! Ну, действительно, большинство гостей этого города, как правило, имеют свойство быть большими. Я живу в гостинице, управляемой гильдией.

— Тогда, очевидно, мы не сможем туда попасть. Понимаю. Раз так, могу я пригласить вас сюда снова через три дня?

— Несомненно! Оставьте это на меня!

Бард покинул гостиницу в приподнятом настроении. Люди с глубокими карманами делали его походку изрядно легкой.

Закрыв дверь в номер, Киино оживлённо посмотрела на Сузуки Сатору.

— Посмотри, как он был уверен! Он действительно хорош!

— Да, он был.

Раз Киино так сказала, скорее всего, так оно и было.

"…Не уверен, от того ли это,что я стал нежитью, но я не чувствую себя тронутым произведениями искусства."

Впрочем, Киино – что также была нежитью – осталась под впечатлением от прошедшего, так что, вероятно, причина не в этом. Тем не менее, Сузуки Сатору не мог до конца отклонить этот вариант. Киино продолжала говорить, не замечая Сатору, впавшего в задумчивость. Возможно, нормальная Киино и почувствовала бы, что гложет её спутника, но сейчас она была слишком взволнована, чтобы обращать внимание на подобные вещи.

— Хотя я в предвкушении новой встречи через три дня, я не думаю, что он достигнет той же планки, что и сегодня, если успеет написать новую песню.

— Хмм, наверное.

Это, возможно, прозвучало как согласие, но Сузуки Сатору совсем не понимал этих песен. Киино прищурилась и посмотрела на него.

— Лжец.

— Кгх!

— Забудь, на этот раз спущу это тебе с рук. Ну так, мы собираемся позже прогуляться по южным улицам?

— Таков был изначальный план, но… – Сузуки Сатору посмотрел в окно, в которых были толстые стёкла, что пропускали не так много света. – Солнце уже село. Мы довольно долго слушали его.

— Извини меня. Всё потому, что я…

— Не, не, не! Не пойми меня неправильно, Киино, я не жалуюсь. Возможность раствориться в такой замечательной музыке это удовольствие, которое редко тебе достаётся. Всё что я хотел сказать, что было бы лучше, если мы будем аккуратнее следить за временем. И кроме того, если уже поздно, это всего лишь значит, что ты не можешь выйти.

Киино надула щёчки и поджала губы.

— Это потому, что я ещё не выросла? …Я знаю это, а что насчёт соврать, будто я из другой расы и уже совершеннолетняя?

Теоретически, это возможно. В конце концов, как есть расы больших существ, так есть и маленьких. Невозможно было определить, что Киино ребёнок, основываясь только на её росте, но и блефовать было невозможно с её тонкими, изящными чертами лица. Несомненно, её план может вызвать много проблем. Стражники у ворот, может быть, и не стали бы уделять внимание этому вопросу из–за чувства вины за то, что перепутали Древнекостного с нежитью, но если они не представят себя в надлежащем образе, они могут снова заподозрить неладное.

А также, можно было по лицу понять, совершеннолетний ли это перед ним, даже если и маленького роста. Хотя, обычно отличия во внешности могли определить только кто–нибудь из похожей расы. Например, если получеловек улыбнётся, это может быть воспринято гуманоидом как запугивание.

В любом случае, если они будут настаивать на совершеннолетии Киино, полулюди, возможно, ничего не скажут, но большинство гуманоидов, скорее всего, на это не купятся.

— В этом городе довольно много гуманоидов, так что это не сработает.

— Тогда, что если надеть маску?

— И насколько ты хочешь быть подозрительной?

— Тоже верно…

Ношение маски может вызвать подозрительные взгляды от прохожих, если только не проходит какой–нибудь религиозный фестиваль. Собственно, внешность Сузуки Сатору уже привлекла много глаз, и если бы не тот единственный раз, когда он сделал попытку и провалился, использовав иллюзию, чтобы скрыть свои черты, он бы тоже предпочёл ходить вокруг не открывая своё лицо.

— Мы можем попробовать в следующий раз, когда отправимся в место, где мало или вообще нет гуманоидов. Полагаю, это можно будет расценивать как эксперимент, купятся ли люди на это оправдание.

Взгляд Киино будто расцвёл.

— Но не в этот раз.

И лицо Киино снова стало угрюмым.

— У–у–у… а–а, Сатору…

— Я на это не куплюсь. Кроме того, как люди будут смотреть на меня, если я приведу с собой ребёнка ночью на главную дорогу?

На самом деле слова Сузуки Сатору были не совсем верны,ведь если пройтись в район нищих, там можно увидеть толпы бездомных детей. И единственное на что там смотрят, это на степень изношенности твоей одежды.

Но учитывая, что Киино была одета в чистую одежду, это привлекло бы много внимания. Даже если охрана на главных улицах была хорошей, ночью всё становилось иначе.

К тому же, если Киино напялит лохмотья, то это вызовет ещё больше проблем. Когда какой–нибудь ребёнок разгуливает в обносках рядом с прилично одетым взрослым, последнего могут принять за выродка, который купил себе ребёнка для собственных утех.

Естественно, Сузуки Сатору не хотел, чтобы его восприняли как такого человека. Определённо нет!

Но в таком случае, как он мог позволить Киино свободно разгуливать по ночным улицам?

Решением будет, если Сузуки Сатору и Киино оба оденутся в потрепанные вещи.

Таким образом, люди из нищих районов, возможно, не будут на них реагировать.

Однако они договорились встретиться кое с кем сегодня вечером, так что этот вариант тоже отбрасывается. И поэтому он не мог пойти вместе с Киино.

Значит, учитывая обстоятельства, им обоим нужно будет перемещаться отдельно.

Переодеваясь в поношенное, Киино могла гулять ночами по улицам без привлечения внимания. И не смотря на то, что Киино была маленького размера, она всё же оставалась вампиром. Её физические данные намного превосходят возможности среднего взрослого человека. В сочетании с прогрессом в её магических способностях за последние пять лет, она должна быть в состоянии справиться с чем угодно. Плюс, у неё есть магические предметы, которые ей одолжил Сузуки Сатору, так что она всё равно сможет убежать, даже если столкнётся с кем–то более сильным.

Тем не менее, никто из них не хотел притягивать неприятности.

Нежить была врагом живых – если возникает проблема, их никто не станет слушать.

— Но…

— Я понимаю, что ты чувствуешь, и знаю, что тебе это не нравится. Но я всё равно должен настоять, чтобы ты осталась тут, пока солнце снова не взойдёт.

Сузуки Сатору знал, о чём думала Киино. Нежити трудно проводить скучные ночи, раз им нет необходимости спать или отдыхать. Вдобавок, ночи в городе выглядят довольно интересно – можно увидеть много сцен, которые кардинально отличаются от дневного времени. Иногда это бывает весьма опасно, но это только делало их более захватывающими – особенно, когда упомянутые опасности были совершенно несущественны для них двоих, и испытывать эти острые ощущения было всё ещё очень весело.

— Киино, разве я не говорю тебе об этом постоянно? Всякий раз, когда мы приезжаем в новый город, мы должны оставаться на ночь, прежде чем выясним обстановку.

У Киино может быть и достаточно боевой мощи для своей защиты, но противостояние врагу уровня героя всё ещё очень опасно.

Всё это время он заставлял её оставаться на месте, пока не убедится, что в городе нет ничего с чем она не справилась бы.

— Тогда ты должен остаться и поговорить со мной, Сатору.

Последние пять лет они проводили ночи, когда солнце отсутствует на небе, разговаривая.

Отсутствие потребности в отдыхе означало, что они вдвоём проводили больше времени – с точки зрения обычных человеческих отношений, это как если бы они путешествовали друг с другом десять лет.

Это так же было причиной прибегнуть к такому плану действий.

Возможно, в обычный день он бы согласился, но сегодня Сузуки Сатору был непреклонен, и покачал головой.

— Это тоже хорошая идея, но я займусь тем, что делаю всегда – соберу информацию с ночных улиц.

— Ха? Разве ты не изучаешь обстановку днём?

— Да, обычно я бы так и сделал, но сегодня мне было очень скучно.

— Ты жульничаешь!

— Вот почему мне нужно, чтобы ты осталась и присмотрела за домом, маленькая мисс Киино. Ты понимаешь?

— …Ладно, я поняла. Пойду почитаю какие–нибудь записи, которые мы забрали. Если мне придется проводить какие–то эксперименты, ты должен мне помочь, хорошо?

— Ну конечно.

Исследования, которые они изъяли у "Тела Бездны", были направлены на повышение их способности доминировать над более мощной нежитью, изучение заклинаний более высоких уровней, улучшение атрибутов нежити, и так далее. Поэтому Киино взяла на себя роль поддержки Сузуки Сатору в надежде, что завершение одного из направлений может привести к его усилению.

К сожалению, ни одна из попыток не привела к успеху.

Однако, дело было в Сузуки Сатору.

Самой Киино это принесло пользу. Похоже, она стала немного сильнее. На самом деле, она – у которой не было способностей доминировать над нежитью – теперь им обладала. Исходя из расовой системы ИГГДРАСИЛя, и его системы классов рабочих, это было невозможно.

В таком случае, почему это не сработало на Сузуки Сатору?

Возникают две возможности.

Первая – Сузуки Сатору больше не может изучить новые умения, другими словами, он был завершён.

Другая заключалась в том, что некто на уровне Сузуки Сатору нуждался в куда более глубоких исследованиях для своего усиления.

В любом случае, исследования не могли быть закончены самим Сузуки Сатору, и поэтому Киино с удовольствием погрузилась в эту работу.

Сказав: "Старайся как следует." – что, похоже, сделало её безрадостной – Сузуки Сатору оставил Киино и покинул номер.

Часть 4.

Придя к месту назначения, Сузуки Сатору – которому ничего не оставалось, кроме как переодеться и скрыть лицо иллюзией – открыл указанную дверь, ведущую в магазин, и слегка удивился.

Это был бар.

Тем не менее, это место не походило на ночной ресторан в таверне, и так же его нельзя было назвать забегаловкой, а скорее местом, где посетители могли продегустировать изысканные вина в спокойной обстановке – иными словами, высококлассное заведение.

Крайне изысканное место, а атмосфера – просто нечто.

"Ясно." – Сузуки Сатору понял, почему ему назначили встречу именно здесь.

Он никогда не бывал в местах подобно этому во время их странствий. Сузуки Сатору, как бессмертному существу, не нужно было ни есть, ни пить, естественно, не было нужды в таких местах, не говоря о том, что бы взять с собой Киино, которая на вид была ребенком. Даже в своем прежнем мире он бывал в подобных местах всего несколько раз, что бы развлечь клиентов.

Иначе говоря, Сузуки Сатору понятия не имел, как вести себя здесь. Тем не менее, шоу необходимо продолжаться. Будет очень плохо, если он опозориться здесь. В тот момент, когда Сузуки Сатору был в замешательстве, к нему подошел стильно одетый сотрудник.

— Добро пожаловать.

Сотрудник поклонился.

Прежде чем мужчина подошел к нему, Сузуки Сатору почувствовал, что тот оценивает его наряд. Если бы он не прошел проверку при входе в бар, его, вероятно, вежливо попросили бы удалиться. Другими словами, первую проверку он прошел.

Из предосторожности он переоделся после того, как услышал об атмосфере внутри этого места. И похоже, это было верным решением.

Тем не менее, он, вероятно, должен молчать о переодевании посреди улицы под прикрытием [Совершенной Неизвестности].

Он посмотрел во тьму бара – это не могло быть проблемой для Сузуки Сатору, который являлся нежитью – и увидел человека, машущего ему с дивана.

Он был человеком с острым пристальным взглядом, а его одежда ясно показала его мускулистое тело. На его голове красовался единственный кристаллический рог. Этот человек принадлежал к расе гуманоидов, известных как Остророги.

Сузуки Сатору притворился, что не сразу заметил мужчину, и некоторое время продолжал осматриваться, прежде чем подойти.

Он сел на диван напротив мужчины.

— Долго ждете?

Он решил принять высокомерное отношение как демонстрацию силы. Мужчина, казалось, не возражал, но этого и следовало ожидать. Работодатель – или, скорее, деньги – были боссом; это оставалось неизменным, независимо от того, в каком мире он находился.

— Нет, нет, вы пришли вовремя. Я просто пришел слишком рано.

На столе перед мужчиной не было стаканов, но, судя по запаху алкоголя, он уже выпил несколько. Этот человек пришел пораньше, потому что это было заведение высокого класса, а счет оплачивал Сузуки Сатору. Конечно, это еще не все.

Он был лидером опытной группы наемных разведчиков. Видимо за этим скрывалась другая причина, помимо выпивки.

Эти разведчики не походили на отряды наёмников, которых насчитывалось несколько десятков или сотен. Для начала, их было меньше десяти, все элитные, в их группе. Они брались за работу, не будучи связанными национальными обязательствами. Задания, которые они принимали, включали в себя войны между нациями, исследование руин, считавшихся логовищами монстров, очистку от монстров и различные другие задачи, связанные с насилием. Если быть вежливым, их можно назвать элитными наемниками. Если нет, то это банда головорезов.

Более месяца назад Сузуки Сатору нанял их в соседнем городе для проведения расследования. Сегодня он пришел сюда, что бы узнать результаты их работы.

— Ну что ж, говори.

— Ой–ой. Я думал об этом некоторое время, но вы ведь не пьете? Знаете, мне будет плохо, если я буду пить в одиночестве. Употребление алкоголя также может упростить переговоры.

Мужчина, казалось, использовал какую–то пословицу, но Сузуки Сатору никогда ранее о ней не слышал. Конечно, Сузуки Сатору знал, что ему не хватает знаний, так что, наверное, это нормальный способ разговора. Мужчина подозвал официанта и тот спокойно подошел.

— Дайте пожилому джен… … ах, мои извинения. Подайте моему щедрому работодателю что–нибудь выпить.

"Нет необходимости." – Сузуки Сатору холодно возразил.

Это был спектакль, как и прежде. Что бы не приходилось отказываться от различных предложений, ему было легче действовать таким образом. С точки зрения взрослого, если бы кто–то отказывался от приглашений пойти выпить, то в конце концов люди перестали бы его приглашать.

— Ах, да мне все равно, пей, если хочешь.

— Как я только что сказал… – мужчина замолчал, почёсывая затылок. – Ээх, в таком случае я возьму Клэр.

— Отлично. Какой год?

Восьмой. Ничего не добавляй.

— Конечно.

Сузуки Сатору проводил взглядом официанта, после чего мужчина понизил голос и заговорил.

— А теперь … я расскажу вам о наших находках. Город, который нам сказали исследовать, был захвачен зомби. Неизвестно, живет ли там кто–нибудь.”

— Понятно.

Такой исход он и ожидал, поэтому голос Сузуки Сатору был спокоен. Возможно, мужчина был недоволен этим, потому что он изменил свой тон. Хотя он мог и притвориться. Он был из тех людей, которые не позволяли себе проявлять свои истинные чувства даже в пьяном состоянии. Поэтому он, вероятно, пытался подчеркнуть, что он чувствовал.

— Это уже третий наводненный зомби город, который вы заставили нас проверить, понимаете? …Самое время рассказать нам почему, не так ли? По какой причине вы не позволите нам пойти в города и провести подробное расследование? Чего вы добиваетесь?

Хотя не было необходимости отвечать на этот вопрос, будет не хорошо, если они решат вмешаться по собственному желанию. Будет лучше, если он ответит так, что бы не выдавать своих намерений и устранить их интерес к этому вопросу.

— Тогда я отвечу вопросом на вопрос. Я установил железное правило: "вы не должны входить в город". Вы вошли?

— Нет.

— И по какой причине я должен верить вам?

— Мы подчиняемся указаниям нашего нанимателя. Я лично это гарантирую. В конце концов, вы нам так много платите.

Это не заслуживало доверия. Сумма, которую согласился выплатить Сузуки Сатору, выглядела бы сущим пустяком, если бы они проникли в город и разграбили его сокровища.

Еще не пришло время, что бы узнать правду с помощью заклинаний контроля над разумом. Это был не лучший выбор; когда заклинание закончится, начнутся неприятности. Он мог схватить его и применить [Управление Памятью] на нем, но он не был уверен в своей способности корректировать воспоминания с помощью магии.

На то, чтобы добиться успеха в этих переделках, уйдет очень много времени, а его практика будет включать превращение человека в овощ. Учитывая, что он не обладал надлежащей базой операций, это был нереалистичный курс действий.

Должен ли он заставить его замолчать или довериться ему?

Сузуки Сатору хотел заткнуть его навеки

Если они истребят зомби и разграбят городские сокровища, вероятнее всего это будет значительной угрозой государству Киино. Для независимых групп это совершенно естественно, чьи действия очень сложно контролировать.

Похоже, что страны вокруг Инверии не посылали свои армии, чтобы зачистить эти города.

Тем не менее, этим странам уже должно быть известно, что все граждане их соседей стали зомби. А некоторых из этих стран то же самое могло случиться и с их народом. Ещё предстоит выяснить, решили ли эти страны принять военные меры или только готовятся к ним.

К сожалению, проверить это было невозможно. Путешественник наподобие Сузуки Сатору не смог бы узнать такие государственные тайны, сколько бы он ни заплатил. Тем не менее, он мог бы назвать несколько причин, по которым окружающие страны ещё не приняли мер.

Нежить были врагами всех живых существ, но не было никакой прямой выгоды в их уничтожении.

Даже если они уничтожат зомби и освободят город, все, что они получат – это землю без рабочей силы. Такая земля для них бесполезна.

Возможно, она стала бы полезна, если бы у них нашлись лишние рты и достаточная рабочая сила. Но если у них нет столько населения, то захват и удержание ненужной территории обернётся только бременем, так как по мере роста территории требовалось бы больше гарнизонных сил.

Но если они оставят нежить в покое, это может привести к появлению более могущественной нежити, так что в конце концов им придется послать свои армии. Однако переговоры понадобятся для того, чтобы не волновать соседей при перемещении своих сил, и тогда дворяне будут перекладывать ответственность за участие в истреблениях и так далее друг на друга. На это уйдет очень много времени.

Другая загвоздка – пока причина произошедшего неизвестна, отправка их войск может привести к тому, что они тоже станут нежитью. Любой, у кого есть мозги, может такое предположить.

В силу этого, свободные люди, предоставленные сами себе, движимые желаниями, были здесь более угрожающей стороной.

Следовательно, ему нужно развеять их намерения с помощью превентивных мер, даже если это предполагает ложь.

— Понятно… это хорошо, – сказал Сузуки Сатору, намеренно понизив голос. – Послушай, как ты думаешь, почему люди в городе стали нежитью?

— Вы хотите сказать, что это не из–за появления монстра? Знаете, как например пожиратель душ? Я слышал, что много людей погибло, когда этот монстр появился в некой стране.

"Ну да, много людей погибло бы, разгуливай такой по улицам, да ещё с активными способностями." – Сузуки Сатору горько улыбнулся про себя. Конечно, такая нежить не представляла для него ничего особенного, но, похоже, они были очень сильны в этом мире.

"Я помню, среди членов Тела Бездны был воин–маг верхом на пожирателе душ, но он был невероятно слаб. Ну что ж…"

— Я так не думаю. Мы считаем, что это результат какой–то чумы или проклятия.

Выражение лица мужчины не изменилось, когда он услышал “Мы". Сузуки Сатору, не обращая на него внимания, продолжал: "И, вероятно, это не яд. Если бы существовало ядовитое облако, которое могло покрыть целый город – конечно, вместо облака, превращавшего существ в нежить, могло быть что–то другое – но я никогда раньше не слышал ни о чём подобном.”

— Так, это и не чума, значит?

— Нет, чума более вероятна, чем яд. В конце концов, есть разные виды чумы, уникальные для нежити. Возможно, эта зомби–чума представляет из себя нечто очень заразное, распространяемое воздушно–капельным путём, и которую нельзя убрать [лечением болезни]… Проклятая болезнь.

— А, а… понятно. Как в случае с демонической лихорадкой, получается. Вот почему вы не хотели, чтобы мы вошли.

Похоже, он проглотил наживку.

— Я рад, что ты понимаешь. Обычно инфекционные организмы должны были уже умереть после столь долгого времени, но, похоже, тут всё не нормально. Эта особая болезнь отличается от других и может скрываться в телах зомби. Кроме того, они могут быть не обычными зомби, а новым видом – инфецированными зомби.

Мужчина молча слушал, а Сузуки Сатору продолжал ткать свою сказку.

— Мы не знаем причины всего этого, но то, что один из вас мог бы заразиться, вполне вероятно. Было бы довольно скверно, превратись вы в зомби прямо там на месте, но самый худший сценарий – если есть фиксированный инкубационный период. Это было бы проблематично. Инфекция может распространиться на этот город и окрестные деревни.

— Эй, эй, эй, эй, босс. Вы должны были заранее рассказать нам об этой опасности, верно?

— А если бы я сказал об этом, кто бы взялся за работу? К тому же, смерть бы доказала безопасно ли в городе или нет. В любом случае, я не потеряю и минуты сна, если ты умрёшь, потому что не смог следовать инструкциям.

Взгляд мужчины стал жёстким.

— Так мы канарейки, значит…

Сузуки Сатору холодно улыбнулся, но ничего не ответил.

— Тогда позволь мне спросить ещё раз. Вы входили туда?

— Нет. Я придерживаюсь своих соглашений… и я клянусь, что продолжу следовать своему слову в будущем.

Ответ пришел мгновенно. Увидев, что он не колеблется и нет нервозности, Сузуки Сатору был уверен, что мужчина не лжёт.

— Что ж, какая жалость… Ах, я имел в виду, что вы упустили шанс раздобыть большую сумму, то есть собрать богатство целого города.

Мужчина, будто нарочно, нахмурился.

— Вы хорошо платите, но вы ужасный босс.

— Неужели? Будь я действительно ужасным боссом, разве я не убедил бы вас войти в город? Я бы соблазнил тебя какой–нибудь редкостью, не так ли?

Человек, казалось, принял эти слова.

В этот момент официант принес вино.

Мужчина набрал полный рот и громко выдохнул насыщенный алкоголем воздух.

— Ладно, спасибо за работу. Тогда мы возьмем плату, как договаривались.

Сузуки Сатору бросил на стол небольшой мешочек. Далее он положил рядом большую сумку, издав бряцающий звук.

Мужчина открыл мешочек поменьше, убедился, что внутри четыре больших драгоценных камня, и снова закрыл его.

Поскольку золотые монеты были слишком тяжёлыми, крупные сделки обычно совершались с драгоценными камнями и тому подобным. Некоторые страны использовали драгоценные камни для изготовления чрезвычайно дорогой валюты, называемой самоцветными монетами, или изготавливали монеты из мифрила или адаманта, или делали “золотые пластины”, которые имели ценность выше их веса, но эта страна такого не делала.

— А… это?

Мужчина уже открыл сумку и увидел золотые монеты внутри. Там лежала большая сумма.

— Эти два мешка вместе – плата за работу. Возьми их.

— Вы бы могли просто использовать драгоценные камни для обоих мешков. Трудно нести это домой, когда ты пьян.

— Извини за это, пожалуйста, но придется смириться. Этих денег недостаточно для драгоценного камня. – Сузуки Сатору далее пробормотал про себя: "С финансами у меня тоже туго…"

Возможно, не было никакого смысла в этой выдумке, но попробовать стоило. Если это поможет хоть немного задержать человека, то всё в порядке.

— Тогда мы вместе сходим к оценщику. Стоимость драгоценных камней…

— …Ах, в этом нет необходимости. Не поймите неправильно, но я вам доверяю. В конце концов, вы наняли нас уже в третий раз, и ни разу не надули с оплатой и не попытались поторговаться в цене. Если после такого я буду в вас сомневаться, это будет довольно бессовестно с моей стороны.

— Нет, не имеет значения, даже если ты мне не веришь. Чтобы не допустить неприятностей, нам нужно убедиться, что между нами нет никаких проблем.

Мужчина взорвался смехом после этих озвученных слов.

Недолго посмеявшись, он далее обратился к Сатору, на его лице все ещё оставалось веселье.

— Это ведь Вы нам не доверяете, верно? Что же, ничего не поделаешь. Ха–ха! Тогда позволь мне прояснить. Я не захотел с вами уйти отсюда, потому что это шикарное место, и у меня нет возможности часто сюда приходить, поэтому я хотел, чтобы вы купили мне ещё немного вина.

"Понятно… другими словами, он хочет, чтобы я оплатил счёт. Ладно, пускай так…"

— Что ж, тогда на этом всё. Я уйду первым.

Сузуки Сатору поднялся со своего места, мужчина поднял бокал и проводил его взглядом.

— Пожалуйста, продолжайте заботиться о нас.

Но будет ли следующий раз? С этой мыслью Сузуки Сатору многозначительно улыбнулся.

Использование одних и тех же исследователей могло вызвать подозрения, поэтому он больше не хотел нанимать команду этого человека. Вот почему он заплатил ему золотом.

Заплатить драгоценными камнями было бы достаточно просто, но он не сделал этого, потому что хотел переложить золото, украденное у Тела Бездны, в его руки.

Он вспомнил, что некоторые заклинания прорицания могут определить местоположение помеченных предметов. Чем выше уровень заклинания, тем точнее они могут отследить место. Однако, в этом мире сам он не мог поставить такую метку, пока предмет не имеет четкого отличия от другим массово производимых вещей.

Например, если он хочет проследить слиток, он должен иметь явные отличия от других слитков – поэтому всякие мелочи, такие как заметная царапина на нём или какой–нибудь другой след, очень важны.

Однако, если используется заклинание не очень высокого уровня, то его нельзя будет найти, как только предмет будет помещён в запечатанный контейнер или в какое–то другое место – например, в его инвентарь. Даже высокоуровневые заклинания не смогут обнаружить его сквозь соответствующую магическую защиту.

Тем не менее, приняв во внимание опасность хранения чего–либо, имевшего даже слабую возможность отследить его положение, Сузуки Сатору решил распространить эти монеты повсюду. Он держал это в секрете от Киино.

Естественно, когда он брал под контроль нежить из Тела Бездны, он несколько раз спрашивал их, можно ли использовать предметы в качестве отслеживающего объекта. Но никто из них не слышал, чтобы кто–то делал такое. Тем не менее, если даже Сузуки Сатору мог придумать такую ловушку, кто мог быть уверен, что нечто подобное не придёт в голову членам Тела Бездны?

"То, что могу я, могут и другие… кто знает, где–то там может жить существо, способное контролировать меня с помощью [подавления нежити]."

И он, и Киино, оба были экипированы предметами, улучшающими их сопротивление к подавлению нежити, но это ни в коем случае не было гарантией защиты. Даже Сузуки Сатору, в высшей степени специализированный некромант, не мог этого утверждать. Более того, корни знаний Сузуки Сатору берутся из ИГГДРАСИЛя.

Правда, последние пять лет показали, что большая часть его игровых знаний оказалась верной, и это оказало большую услугу Сузуки Сатору. Но было также верно и то, что некоторые вещи – например, функционирование заклинания [Загадать Желание] – были изменены. В этом случае, вероятно, существовал и способ подавить такое существо, как нежить сотого уровня..

Легкомыслие – удел глупцов.

Сузуки Сатору не стал бы беспокоиться, даже если Тело Бездны захватили бы этого человека для допроса.

Этот человек не знал истинного лица Сузуки Сатору, и сказанное им в большинстве своём было ложью. Всё, что они могут узнать от него, в итоге наоборот только защитит Сузуки Сатору.

Проблемой не окажется, даже если они узнают, для чего их нанял Сузуки Сатору. Если члены Тела Бездны попытаются использовать это в своих схемах, это только сыграет ему на руку. Ведь в результате их действий он может напасть на них, и только больше получить информации.

"…Но с ними пока ничего не случилось. Я заплатил им уже дважды… что ж, я ничего не потеряю, даже если мои усилия будут напрасны. Но ситуация в которой я оказался… разве это не похоже на отмывание денег?"

Пока он рассеянно размышлял обо всём, Сузуки Сатору заплатил бармену втрое больше того, что тот мужчина успел выпить.

Невозможно было сказать, сколько ещё мужчина выпьет, но, поскольку он уже дал ему так много, он мог заплатить и за остальное из собственного кармана, если этого всё ещё недостаточно. С этой мыслью Сузуки Сатору покинул бар.

Мужчина – Бэз Ку Бровэн (Бэз, сын Бровэна, из племени Ку) выпил довольно много, и он чувствовал, как алкоголь циркулирует внутри него. И всё же этого было недостаточно, чтобы он оказался нетвёрд на своих ногах. Но в самый раз, если это просто замедлит ход его мыслей. Будучи наёмником, нажившим себе немало врагов, Бэз никому не показывал своих слабостей.

Хотя бывали моменты, когда он действительно напивался, чтобы выманить врага, но тогда с ним были друзья. А сегодня – с ним не было друзей.

"Может, я бы и хотел, чтобы они следили за клиентом… но, в действительности, делать это было бы глупо."

Инстинкт наёмника подсказывал ему – это всё равно что наступить на хвост дракону.

Бэз махнул официанту.

— Счёт, пожалуйста.

Во внутреннем кармане у него лежал мешочек, так туго набитый, что с ним было трудно ходить. По сравнению с тем, что заплатил ему клиент, его расходы здесь были ничтожны.

— Нет, в этом нет необходимости.

Услышав, что сказал подошедший официант, Бэз весело рассмеялся.

— О, прошу прощения.

Он просто пошутил тогда про покупку вина, но, учитывая, каким образом его клиент оплатил за него, и даже не заказал выпить себе, похоже, его наниматель не имеет никаких трудностей с финансами.

Хотя ему очень хотелось сделать тост за клиента в знак благодарности, но стакан перед ним был пуст, а он был не в настроении заказывать ещё.

"Тогда потопали." – подумал он. Только поднявшись на ноги, он понял, что официант ещё не отошёл от него.

По какой–то причине, когда официант начал говорить, грозный взгляд появился на лице мужчины.

— Уважаемый клиент. Могу я узнать, кто был тот гость?

— Хм?

Бэз нахмурил брови в неудовольствии: подумать только, он на самом деле спрашивал личную информацию о клиенте – чему, чёрт возьми, в этом месте обучают своих людей?

Возможно, он бы не возражал такому вопросу, будь это какая–нибудь дыра среди городских таверн. Но это место было другим. Должно было быть уважение к частной жизни клиентов, соответствующее тем суммам, что текли здесь из рук в руки. Вероятно, за этим местом стоит какая–то могущественная гильдия. Необходима определённая степень влияния, чтобы отвадить всякий сброд отсюда. Возможно, они имели связи с нелегальными организациями, чтобы легко справляться с трудными клиентами.

— Я чрезвычайно извиняюсь. Этот клиент был одет в изысканную одежду, поэтому я задавался вопросом, какого сорта этот человек. О очень заинтересован в этом.

Официант проговорил всё это, не смотря на молчание Бэза. Другими словами, это говорило: "Мы тоже поделимся с вами информацией, поэтому, пожалуйста, откройте нам что–нибудь."

— А, его одежда, ах…

— Фасон, покрой, материал – это всё отменное. Он, вероятно, один из самых хорошо одетых клиентов, которые у нас были за это время – фактически, самый лучший. По правде говоря, я даже понятия не имею, из чего сделана его одежда.

Если даже работники этого элитного заведения не знают, то это, должно быть, нечто удивительное.

Бэз первый раз посещает это заведение, но он слышал, что это место пользуется покровительством от граждан высшего круга. Возможно, сюда могут приходить вожди племён на уровне королей.

"Эй эй эй, он же и правда был очень круто одет, хм… но, серьезно, откуда этот парень?"

"Значит, он будет даже круче главы племени?", хотел бы он спросить, но это может быть воспринято как согласие на обмен информацией. Бэз не собирался ничего рассказывать, а потому пожал плечами.

— Я слышал, что он торговец, – звучало невероятно фальшиво, но он все равно сказал это, – Поэтому я полагаю, что его одежды сделаны из тканей далекой страны. Кто знает, может в той стране такой материал используется повсеместно.

— Ой, да вы шутите. Если бы все было, как вы сказали, значит, он торговал с очень развитыми нациями… в этом регионе таких нет.

— В таком случае, разве это не означает, что он приехал из реально далекого места?

Хоть он так сказал, на самом деле Бэз и сам был крайне заинтересован в своем клиенте.

Бэз сказал, что его клиент был торговцем, но ему показалось, что это было не так уж и далеко от истины. Это потому, что он не почувствовал враждебности со стороны клиента… он казался обычным человеком.

Когда он нанимал команду Бэза в первый раз, то один его друг, Зверь–воин, фыркнул, почитав, что победить его будет просто. Но при их второй встрече он начал сомневаться.

Для начала, если хорошенько подумать о деталях его миссии, то она покажется странной. Было похоже, что их клиент посылал разведать место, зная, что там можно что–то найти. И еще, какая вообще клиенту выгода от этих разведданных?

Как будто он намерено способствовал утечке информации.

Похоже на то, что он принимал меры предосторожности, чтобы не дать Бэзу сунуть нос куда не следует, но также было похоже, словно он обманывал его. Если верно первое, то все подозрения Бэза развеялись бы, но возможность второго варианта никак не давала ему покоя.

Однако…

— Сожалею. Но клиент, который гасит чек и не жалуется, да еще и платит за мою выпивку, – лучший клиент, о котором можно только мечтать. Так что я больше ничего не скажу.

Он не хотел наступать дракону на хвост.

Богатств целого города… нет, трех городов, хватало, чтобы он пустил слюну. Но если за его клиентом стоит страна, то лучше его не злить.

Казалось бы, забрать сокровища да и сбежать в другую страну, но все было не так просто. Иногда ненависть может породить невиданную силу. Бэз не хочет всю оставшуюся жизнь отбиваться от элитных ассасинов, нанятых какой–то страной.

Пока его не предадут, не предаст и он. В этом заключался успех Бэза.

— Вот как? Тогда, прошу прощения.

Официант достал сумку с кучей денег. По глазам Бэза было видно, что он спрашивает: "Что это?", и официант ответил:

— Выпивка была за счет заведения, так что я возвращаю деньги. Приходите еще, и, пожалуйста, поблагодарите своего клиента от нашего имени.

Возможно, это было в качестве извинения от бара, за то, что он любопытствовал о его клиенте, или же это взятка за его молчание.

Бэз чуть не отказался. Но он решил, что это будет плохим решением, из–за которого между ним и баром могут возникнуть враждебные отношения.

Хотя он не думал, что угроза его жизни возникнет сразу, но это будет зависеть от того, какие планы у этого бара на его клиента. Если они хотят сохранить отношения с его клиентом, то с Бэзом может произойти что–то, прежде чем он наговорит своему клиенту лишнего.

И чтобы не навлечь на себя проблем, он должен принять деньги.

"Так, значит, лучше не задавать вопросов."

Несколько раздраженный Бэз вырвал у него сумку

— Я еще зайду.

Быть вежливым не повредит.

— Всегда рады видеть вас.

Услышав за спиной слова официанта, Бэз вышел.

По пути он заглянул в сумку, что дал ему рабочий бара, и увидел среди золотых монет драгоценный камень. Его наниматель, вряд ли заплатил бы им за выпивку, так что, кажется, всё же лучше отнестись ко всему этому как к взятке за молчание.

У Бэза не было столь острого чутья, как у рейнджера или вора, но у него было собственное чутьё, отточенное после множества сражений. Он полностью сконцентрировался и, чтобы проверить, нет ли за ним слежки, пошел окольным путем обратно в свою гостиницу.

На первом этаже гостиницы была секция столовой, и его друзья собрались, чтобы выпить, в самом её углу.

— Здаров.

Взглянув на этикетку бутылки, он понял, что это вино было получше, чем обычно… лучшее в этой гостинице. И конечно, оно и близко не стояло с тем, что подавали в баре, где только что пил Бэз.

— С возвращением… видать, все прошло гладко. Выглядишь навеселе, вернулся поздно и от тебя несет спиртягой.

Это сказал человек, который был 120 см ростом. Нет, он не был ребенком, это настоящий взрослый. Он был человекоподобной расы, известной как Холмовые Дворфы. Хотя они и были родственниками обычных Дворфов, всё же они были больше предрасположены к профессии Рейнджера и имели острые органы чувств.

— Ведь случись чего, ты бы вернулся раньше.

Теперь говорил человек, чьё копье стояло у стены. Не человек, но получеловек. У него была змеиная голова, а все тело покрывала чешуя. Его раса называлась Людозмеи.

— Ааххх, он заплатил, как и обещал. Правда, без надбавки.

— Ха! Да если б она и была, ты бы пропил все напрочь. Я не переношу спиртного, так что не бери на это деньги из общака.

— А как много свежего мяса ты сожрал? И был вовсе не прочь взять денег оттуда, не так ли?

Человек, который говорил сейчас, был человекоподобной расы. Его раса была родственной с Орками. Из–за его крепкого телосложения он казался в пару раз больше Бэза. Хотя его расу и можно назвать родственной с Орками, они больше похожи на высший вид Орков, прямо как Хобгоблины для Гоблинов.

Меч на его поясе был длиной более двух метров и назывался Одачи. Имея класс Ронин, он мог умело орудовать им.

Помимо этих трех, у Бэза были еще два товарища, которые сейчас отсутствовали.

— Ладно, ладно. Ну, давай посмотрим сколько там. Бэз, доставай драгоценные камни.

Бэз передал сумку с драгоценными камнями Холмовому Дворфу. Тот вынул содержимое на стол и начал оценивать их под светом лампы. На каждый камень ушло по минуте, прежде чем он закончил. Другие к тому времени уже посчитали золотые монеты и сообщили сумму.

— Все верно. Столько, на сколько и договаривались. Цена на камни будет варьироваться от покупателя к покупателю, но это уже не проблема клиента.

Людозмей повернул голову так, как обычный человек не смог бы, и посмотрел на Бэза. Даже если Бэз и привык к его безэмоциональному взгляду, от этого ему всё же стало несколько не по себе.

— Так почему он заплатил столько за такую простую работу? Ты что–нибудь выяснил, после того, как выпил с ним несколько раз?

Вот зачем он устраивал встречу с клиентом в столь дорогом заведении.

От них требовалось всего–то разведать город, и хотя там водилась нежить, это были лишь низкоуровневые зомби, так что, учитывая все вышесказанное, вознаграждение оказалось до смешного щедрым. Поэтому Бэз был крайне заинтересован в реальных целях своего клиента.

Однако…

— Ничего.

Бэз пожал плечами. Он так поступил, поскольку считал, что будет безопаснее не влезать во все это.

— Эй, эй… а может случиться так, что на нас натравят чистильщиков?

— Без понятия, – "чистильщики", так называемые ассасины, – Мы нормально справились со своей работой. Думаешь, он скорее прикончит нас, чем будет использовать?

— Ну, если б нам сразу дали еще работы, то мне было бы поспокойнее.

— Жалость какая. Я сделал все, чтобы показать нас, но клиент не дал нам нового поручения немедленно. Может он обсуждает все со своим боссом?

Удостоверившись в серьезности взглядов своих друзей, Бэз принялся рассказывать им о их разговоре в баре и о своих предположениях на этот счет.

— Хм… раз так, полагаю, твои выводы попали прямо в точку, Бэз. То есть, мне даже нечего добавить.

— Ага. Он, должно быть, из какой–то страны. Ох… разграбить сокровища трех городов, да это просто мечта…

Холмовый Дворф согласился со словами Орка. Наемники Бэза были профи, они абсолютно уверены, что не проиграют местным солдатам. Но, как и Бэз, никто из них не хотел провести остаток своих дней в бегах.

— Так и что будем делать? Мы тут много где успели поработать. Нас уже начинают ненавидеть.

— Согласен. Возможно, стоит переметнуться в Собу? Я слышал, Царь восточных стран вербует способных наемников. Может, это правда не плохая идея. Короче, в первую очередь стоит подготовиться к переезду.

Услышав одобрение своих товарищей, Бэз кивнул.

***

Сатору вышел из бара и, немного пройдясь, завернул в небольшой переулок.

Убедившись, что никого нет, он активировал заклятие [Совершенная Неизвестность].

Он прождал почти минуту, но никто в этот переулок так и не вошел.

Кажется, он мог быть уверен, что за ним не было слежки. Как показывал его опыт, Сатору знал, что в этом мире было очень мало существ, достаточно могущественных, чтобы видеть сквозь магию такого уровня.

Сначала Сатору активировал заклинание [Полет], а затем [Великая Телепортация], именно в таком порядке.

Его пункт назначения находился в километре над городом.

Шум ночного города не был слышен на такой высоте. Здесь царило лишь мягкое сияние лунного света.

Прямо в воздухе Сатору ловко сел, поджав ноги, и достал карту из инвентаря, которую положил на колени.

"Так… значит там тоже всех превратило в нежить. Выходит…"

Он взял ручку и отметил города, в которых побывали наемники.

У Киино глаза на лоб полезли бы, увидь она её. Карта была невероятно точна и изображала страны, соседствующие с её родиной. Она была нарисована за счет огромного количества золотых монет, что были забраны у "Корпуса Бездны". Если высокопоставленные лица соседних стран увидели бы её, то не пожалели бы денег, чтобы её заполучить.

За последние пять лет, с тех пор, как они отправились в путь, Сатору провел много времени в исследованиях и обнаружил, что зомбирование затронуло очень большую территорию. И хотя он не был уверен, когда именно происходил каждый случай зомбирования, но, изучив собранную им информацию, он смог предположить, что разница во времени между всеми случаями была не слишком большая.

Вопрос в том, кто это сделал, и цель всего этого до сих пор была неясна, но, кажется, это происходило не для того, чтобы напасть на Киино, и очень маловероятно, что это дело рук "Корпуса Бездны". Если в этой организации был маг, способный вызвать подобное явление на столь обширной территории, то их бы не вышло так просто выловить одного за другим.

И вероятность того, что это было сделано не собственными силами членов "Корпуса Бездны", а с помощью какого–то предмета, полученного неизвестно откуда, так же была очень мала. Так что, наверно, лучше не говорить Киино, что они охотились за "Корпусом Бездны" только для того, чтобы раздобыть ресурсов и забрать их исследования, на которые эта нежить потратила так много времени.

Он не говорил об этом Киино и потому, что она была слишком мягкосердечна.

Сатору плевать на всех, кроме себя самого и Киино. Он действовал лишь в своих личных интересах. Но она бы не смогла относиться к этому так просто. Так что, он не рассказывал ей и для того, чтобы она не чувствовала собственной вины.

"Что ж… какое место наиболее подозрительно? Согласно собранной информации, кажется, феномен зомбирования не вышел дальше вот этой области."

Сатору указал пальцем на безопасные города, которые не были отмечены.

"А значит…"

Он забегал глазами и остановил взгляд в углу карты.

Есть определенная точка на горном хребте, из центра которой и исходит этот феномен зомбирования.

Об этом горном хребте ходила одна легенда.

Где–то в горах находится источник мудрости, и искупавшись в нем можно было обрести эту мудрость. Но на пути к нему стояло множество испытаний. И говорили, что еще никому не удалось вернуться оттуда живым.

И даже так, этот горный хребет был еще и логовом для сильных монстров, таких как Виверны. Поэтому весьма вероятно, что эти монстры прикончат тебя прежде, чем ты успеешь отдать свою жизнь на испытании. Хотя, может, это и было одним из испытаний.

Возможно, было бы забавно проверить эту легенду, если бы у него было время, но пока что ему есть чем заняться.

Сатору прошептал название самой высокой вершины этого горного хребта.

— Кейтениас, значит.

У него не было доказательств, что именно это место и есть источник феномена. Он просто вспомнил Сияющего Лорда–Дракона, который жил на самой высокой горной вершине на континенте.

И всё же, учитывая масштаб карты, погрешность может оказаться очень большой, даже несмотря на то, что он ищет эпицентр откуда расходился феномен.

Но если предположить, что источник действительно там. Если причиной феномена был магический предмет, который спровоцировал зомбирование в тот момент, когда его перевозили, то тут нечего было бы поделать. Искать его все равно, что искать жемчужину посреди пустыни.

И даже если феномен вызвало какое–то существо, то наверняка оно уже давно сбежало.

Если подумать об этом… то быть не может, чтобы мудрецы соседних государств не смогли заметить того, что смог заметить даже Сатору.

Но это было всё ещё возможно.

Да, такое правда возможно.

Видимо, никто не отправлял отряды для расследований.

Сатору использовал [Великую Телепортацию] для путешествий между соседними странами, потратил много ресурсов и нанял людей для проведения расследования, пусть даже они и не приносили немедленных результатов.

Если бы кто–то сделал бы тоже самое, что и Сатору, он, вероятно, пришел бы к тем же выводам. Однако, судя по всему, никто до сих пор этого не сделал. Но даже если бы кто–то захотел подтвердить достоверность своей информации, то им понадобилось бы куда больше времени, чтобы получить информацию того же качества, которой располагает сейчас Сатору.

В общем, Сатору, вероятно, был ближе всех к разгадке этой тайны.

А значит, он мог найти в тех горах хоть какую–то подсказку.

Однако, взобраться на неё будет весьма трудно. Ведь он не может телепортироваться туда, где никогда раньше не был. Ему оставалось только телепортироваться в ближайший к горе город, и уже оттуда идти пешком. Естественно, это займет много времени, и поэтому ему придется рассказать Киино о многом. Ему до сих пор с трудом удавалось вешать ей лапшу на уши, и от всех этих мыслей у Сатору разболелась голова.

Два года назад был день, после которого Киино не говорила о своём родном городе.

Раньше она искала способ, которым можно исцелить зомби, чтобы помочь своим людям. Но с того самого дня… нет, спустя несколько дней после, она больше не поднимала эту тему. С тех пор, она, кажется, была счастлива, что отправилась в приключение вместе с ним.

"Она правда смирилась со всем, или же просто скрывает это?"

Сатору не мог сказать, что из этого было верным. Возможно, это Киино хорошо скрывала свои чувства, а может, это Сатору плохо читал сердца других. Но быть слишком дотошным тоже не очень хорошо, поэтому–то они и пробыли вместе так долго.

"…Думаю, было бы неплохо спросить её. И всё же, я ничего не сделал. Это из–за того, что я не хотел чувствовать беспомощность от неспособности облегчить страдания своего товарища по путешествию?"

Единственные, кто так долго был с ним в его путешествиях это его согильдийцы, и за столь долгий срок Киино превзошла даже их. Поэтому он решил не соваться в это дело, дабы сохранить свои чувства в комфортной среде.

"От меня правда никакого толка… но что мне теперь делать?"

Он собирал всю эту информацию в основном только потому, что ему было это интересно. Но заодно он должен был найти способ облегчить боль Киино, пусть даже немного. Однако, даже собрав столько информации и определив подозрительное местоположение, он начал сомневаться.

Он не знал, какая будет выгода от всего этого. Однако на ум сразу же пришло немало недостатков.

Если там окажется виновник этого феномена; тот, кто вызвал широкомасштабное происшествие, обернувшееся трагедией для всех без разбору, не может быть обычным человеком. Если Сатору действительно столкнется с ним, то, конечно же, битвы будет не избежать.

Были ли у него шансы на победу против того, кто способен воздействовать на столь обширную область, которую даже магия ИГГДРАСИЛя не способна покрыть.

Скорее всего, этот феномен больше не повторится, но даже если это и случится, то очень маловероятно, что он повлияет на Сатору и Киино.

И если это превращение может зомбировать даже Повелителей и Вампиров, то куда безопаснее было бы избегать таких опасных людей.

"Если этот феномен случился из–за неправильной работы предмета, то починить его – звучит, как хороший план… Мне бы определенно хотелось заполучить неизвестный предмет Мирового Класса. Но если кто–то намеренно вызвал это явление, то с какой целью?"

Возможно он смог бы найти ответ, если бы знал цели своего соперника, но сейчас он знал слишком мало.

Сатору коснулся предмета Мирового Класса, что находился у него в животе.

"Опаснее будет оставить все как есть, или же провести расследование?"

Если кто–то действительно что–то замышляет в тени, то давать ему время – худший вариант.

Если они окажутся на уровне Сияющего Лорда–Дракона, а он продолжит вот так сидеть и смотреть, как они становятся сильнее, то в итоге ему не останется ничего, кроме как бежать и прятаться.

"Кажется, Лорды–Драконы враждуют с игроками ИГГДРАСИЛя… если кто–то подобный продолжит становиться сильнее, то я не смогу с ним справиться, верно? Я вышел на равных против Сияющего Лорда–Дракона… нет, это едва ли была ничья, все потому, что я сбежал… Ну, если тогда он выложился на полную, то в следующий раз я, возможно, смогу победить его."

Он не был упрямым или неумеющим проигрывать достойно.

Оба они в тот раз скрывали свои козыри и позволяли противнику наносить удары, потому что готовились к следующей схватке.

В ИГГДРАСИЛе во время ПВП Сатору всегда так делал. Из–за правила "до двух побед", он спокойно сдавал первый раунд. Но ничего не поменялось, даже в его первой битве насмерть.

Плюсы от такого стиля боя никуда не девались, даже когда он сражался в экстремальных условиях, например, когда не был уверен, что воскреснет.

Победоносная стратегия, которой его однажды научил старый друг, работала даже сейчас.

…Нет.

Именно потому, что он сражался в такой экстремальной ситуации, он должен был еще больше верить своим старым друзьям.

И всё же, Сатору не хочет снова столкнуться с противником такого уровня. Лучше всего было держаться подальше от опасностей.

Разумно было сражаться только тогда, когда ты уверен в своей победе, а если уверенности нет, лучше сразу сбежать.

Сатору взглянул на этот мир.

Даже когда этот ночной мир был окутан молчанием, он всё ещё сиял ослепительным блеском.

Быть может, его старые друзья сказали бы нечто вроде: "Я хочу защитить этот прекрасный мир!". Но Сатору не испытывал подобных чувств.

Однако.

— Это больше всего злит меня. – тихо пробормотал он.

Верно.

Сейчас Сатору был невероятно зол.

Глава 4: Сверхсущества

Часть 1.

— Скажи, Сатору, зачем мы сюда прибыли?

Тот подозрительный горный хребет был точкой назначения этого путешествия.

Особого внимания заслуживал город вблизи горного хребта Кейтениас.

Это был город Лиги Айна, располагавшийся у гор, – иными словами, сосед Инверии – Селюк–3

Хотя он и не был столицей Лиги Айна, это был один из крупнейших городов в окружающих странах, имевший численность населения свыше 400.000 человек.

Оба путешественника тряслись в крытой повозке на пути к городу уже более четырех дней. Киино не могла сдержать себя и задала этот вопрос.

Прошло пять лет с тех пор, как они покинули Инверию.

До сих пор они даже не приближались к ней, и вот, внезапно – сильно отклоняясь от их изначального направления пути – двинулись в сторону Селюка–3, так что было тяжело винить Киино за такую реакцию.

По правде, у него не было причины продолжать скрывать правду от Киино. Ему стоило лишь сказать: "Этот горный хребет может содержать причину твоего превращения в нежить, так что я хотел проверить его."

Даже так, Сатору не мог заставить себя сказать это.

Потому что сам бы он не смог объяснить причины своего прибытия сюда.

С его точки зрения, любопытство служило наибольшей мотивацией для Сатору в походе туда, но если он вправду сказал бы так, Киино накинулась бы на его объяснение с разных сторон, а затем заставила бы его сменить направление повозки в другую сторону. Скажи Киино так: "У тебя нет причины подвергать себя опасности, Сатору" – тогда он смог бы лишь только ответить: "Ну да."

Другой причиной было его нежелание обнадёживать Киино.

Чем выше взлетят чьи–то надежды и ожидания, тем большим разочарованием будет их крушение. Именно так, как когда Сузуки Сатору цеплялся за надежду на возвращение его согильдийцев, а после впал в отчаяние от осознания того, что никто не пришёл.

Три года назад он видел, как Киино делала вид, что рассталась с надеждой. В таком случае, что бы случилось, верни ей Сатору надежду сейчас?

Он явно чувствовал себя нелегко, мельком взглянув в прошлое, – когда он впервые встретил Киино.

Поэтому Сатору сделал всё, чтобы провести её.

— Хм? В этом нет особой причины.

— …Правда?

Киино обернулась глянуть на лицо Сатору, но он не был испуган. Скелетное лицо было безэмоциональным, и ему не приходилось волноваться о биении своего сердца.

Иными словами, вероятно, он мог бы лгать без возможности быть пойманным.

Однако то, как Киино сузила свои глаза и продолжала рассматривать Сатору, заставило его чувствовать себя немного неловко. Хотя его тело и не могло потеть, он всё же вытер об робу руки, державшие поводья.

И после этого она вынесла вердикт.

— Врууууун.

— Я не вру.

Сатору ответил немедленно. Он обманывал сам себя, вот в чём дело. Вот почему он сумел ответить так быстро. Даже хотел похвалить себя.

Его слова были составлены безукоризненно, и он не выказывал никаких эмоций. Любой слышавший их, определённо, подумал бы, что Сатору говорит правду. Однако…

— Да, ты врёшь, Сатору. Ты, должно быть, в каком–то затруднении. Я путешествовала с тобой на протяжении пяти лет – даже если это не отображается на твоём лице, я могу определить, когда ты врёшь.

— …

В словах Киино присутствовала сила, и он мог почувствовать её твёрдую уверенность. Она была убеждена в том, что Сатору имел некую иную цель в уме. Он хотел сказать, что она себя накручивает, но она видела его насквозь.

Сатору бессознательно ощутил своё лицо. Оно было холодным, твёрдым и костистым, без всякого признака выражений, – как, чёрт возьми, такое лицо могло выказывать эмоции, которые Киино могла бы прочесть?

— "…Неплохо вышло, Киино," – Сатору вздохнул, как бы сдаваясь. "Ухуху," –

она радостно хихикнула.

— Прошло пять лет. Я могу приблизительно догадываться, о чём ты думаешь. В конце концов я была с тобой всё это время.

— …Прошло пять лет, ух. Действительно, возможно после столь долгого времени ты способна определять моё настроение, просто смотря на моё лицо.

Выражения лиц персонажей не могли меняться в ИГГДРАСИЛЕ. Лишь только по голосу можно было определить, как кто–то другой себя чувствовал. Вырабатывать нормальный голос и минимизировать случаи отклонения не было уникальным умением Сузуки Сатору. Некогда он был подавлен, и кое–кто другой так же мог видеть сквозь его принудительно весёлый вид.

Слова, сказанные этим человеком, до сих пор держались в его сердце: "Мы всё же друзья. Наверное, поэтому я могу понять."

— …Действительно, это так, Киино.

— Хм? Что не так? Ты чувствуешь себя одиноким? … Очень счастливым? Сатору?

— Ах… это так. Киино, твоя способность понимать мои чувства определённо вызывает не одиночество. Если бы я выразил это словами… я бы назвал это признательностью.

Сатору выпустил поводья из рук.

Он принял решение.

Он подготовил себя к этому.

Он был переполнен непоколебимой решимостью.

По этой причине, Сатору высказал заранее подготовленную ложь.

— Нашим местом назначения является город Лиги Айна, Селюк–3. Я узнал, что там находился редкий предмет, и нашей целью в этот раз будет заполучить его.

— Ты же… врёшь? Я не слишком уверена, но всё ещё чувствуется, что ты врёшь. Ну ладно, не бери в голову. Ты что–то скрываешь, но ты должно быть переживаешь за меня, правда, Сатору?

Сатору колебался над тем, не должен ли он переживать, но сделав так, он бы выдал ей свою ложь.

— Всё в порядке, Сатору. Не волнуйся об этом. Просто поехали.

— Ах, спасибо тебе, Киино.

Приблизившись к границам Лиги Айна, они обнаружили, что их путь заблокирован длинной защитной линией. Она была сделана не из тяжёлых каменных блоков, а лишь из простого деревянного заграждения.

Нетрудно было представить, что она была построена для остановки распостранения зомби. Таких защитных конструкций было достаточно, чтобы справиться с зомби, но настоящая угроза от зомби состояла в их численности. Если зомби целой страны – миллионы – хлынут одновременно, она будет совершенно бесполезна. Однако, нескольких лет было недостаточно для того, чтобы построить многокилометровое заграждение вокруг границ государства.

Несколько поотдаль он остановился и использовал [Полёт] для быстрого осмотра местности, но нигде не обнаружил ничего, напоминающего точку досмотра. Все дороги, ведущие к Многорасовой Лиге Айна, были перекрыты. Кроме того, он обнаружил патрули.

Он знал, что они, скорее всего, не позволят им проехать, даже в случае просьбы: "Пожалуйста, пропустите нас". Поэтому он использовал [Врата], чтобы телепортировать себя с повозкой вперёд.

После этого они направили повозку дальше по неиспользованным дорогам. Они чувствовали, что не было нужды притворяться, делая привал на ночь, так что поддерживали скорость и путешествовали днём и ночью.

Они проехали через несколько городов, заполненных скитающимися зомби и были менее чем в дне пути от Селюка–3. Однако почувствовали, – что–то было не так.

— Это странно.

— Действительно, очень странно.

Они видели все виды зомби в стране Киино. Не все из них прежде были людьми. Казалось, всё живое больше определённого размера превратилось в зомби. В дикой природе они встречали зомби бродячих животных. Так же было в Многорасовой Лиге Айна.

Однако их нигде не было видно при приближении к Селюку–3.

Возможно, кто–то изничтожил зомби, но обычно они бы также истребили зомби животных снаружи.

Проблема была именно в этом.

Сатору глядел прямо вперёд. Селюк–3 располагался далее по дороге перед ним, а за городом находилась гора Кейтениас.

Если этот феномен ограничен окружающей местностью, здесь должна была быть какая–то связь.

После этого не было происшествий, и они прибыли к главным воротам Селюка–3. Затем нисходящий от горы Кейтениас горный хребет медленно появился в поле зрения.

Ворота обозначали размер и великолепие города.

Многорасовая Лига Айна изначально была страной, созданной союзом многих рас. Среди них были высокоинтеллектуальные Гиганты. Скорее всего, зацепка была именно здесь.

Однако нигде вокруг не было видно зомби.

В некоторых городах можно было увидеть зомби, вываливающихся из городских ворот, но здесь их не было видно. Определённо, это не было бы вопросом, будь ворота закрыты.

Но ворота были распахнуты настежь.

"…Мог ли город иметь какой–то вид защиты, препятствовавший превращению в зомби?"

Сатору немедленно отмёл эту возможность.

Население Селюка–3 составляло 400.000 человек.

Конечно, так много выживших создали бы немалый переполох. Если бы они не покинули город, они бы остались внутри, используя обширные защитные приспособления.

Однако ни единого шороха не было слышно от Селюка–3, не говоря о системах безопасности.

Истинно то, что они всё ещё находились на некотором расстоянии. Но было слишком тихо, даже на такой дистанции.

Там не было ни обитателей, ни зомби. Казалось, будто город был заброшен.

"Пришёл ли кто–то сюда и вычистил зомби? Такое не было совершенно невозможным, но тогда почему они не освободили и остальные города по пути? Или же все они были

взяты под контроль нежитью с определённой силой, вроде "Тела Бездны"?"

Несомненно, это место было довольно хорошим местоположением, рассматривая расстояние от городов живых и окружавшим заражением нежити. Поскольку это был крупный город, он должен был содержать магические предметы и книги для исследований.

— …Такое место вполне подошло бы по вкусу магу нежити.

Пробормотав себе это, Киино в его мыслях начала поучать его, так что у Сатору не было выбора, кроме как сконцентрироваться и думать серьёзно.

Однако им не хватало информации. Казалось, у него не было выбора, кроме как войти в город.

— …Скажи, Сатору. Ты собираешься в город? Чем ближе мы подъезжаем, тем меньше зомби мы видим… мы в первый раз видим такое.

— Хотя я не добирался сюда по этой причине… похоже, мне необходимо провести некоторые расследования.

Сатору растерялся, не зная, что поручить делать Киино.

Стоило ли ему использовать [Создание Крепости] снаружи города для возведения крепости и дать ей остаться там? Или ему стоило бы взять её в город с собой? Хотя он хотел бы иметь возможность опираться на её знание, ему следовало оставить её в безопасном месте.

Селюк–3 был не более чем базовым лагерем для исследования горного хребта. Он прибыл сюда лишь из–за удобства телепортации.

Он не ожидал здесь чего–то такого аномального. Спокойно размышляя об этом, он понял, что ни разу не рассматривал возможности того, что виновник и причина всего могли исходить не из гор, а из этого города. Раздражающая ошибка.

— Я тоже хочу пойти. А, возможно, ты мог подумать, что это опасно и собираешься оставить меня здесь саму, но мои магических знания обширнее твоих. Следовательно, я иду с тобой, и если возникнет стычка – ты защитишь меня, не правда ли, Сатору?

— …Ах, да. Я защищу тебя. Такова моя работа – ты занимаешься интеллектуальной деятельностью, в то время как я разбираюсь со всем, требующим применения насилия.

По правде, он бы чувствовал себя лучше с Киино поблизости в случае нахождения существующих улик.

В таком случае, мог бы Сатору, как человек ответственный за грубую силу, защитить Киино, находясь под угрозой?

Это должно было быть возможным.

Ему удавалось держать Киино в безопасности даже когда его оппонентом был Сияющий Лорд–Дракон, самый могущественный противник, попадавшийся ему до сих пор. Если быть точным, он достаточно оттянул время, чтобы сбежать. Однако только дурак действовал бы слепо и заносчиво. Он должен был аккуратно наметить свой курс ради будущего и не мог быть беспечным и в этот раз.

— Киино, я даю тебе обычный кристалл. Если я подам сигнал или ты будешь атакована, тебе следует использовать его без промедления, хорошо?

Предмет, извлечённый им из своего инвентаря, был запечатывающим магию кристаллом, наполненный [Великой Телепортацией].

Запечатывающие магию кристаллы были одними из редчайших магических предметов. В свою очередь, их было очень легко использовать, и даже на высоких уровнях они применялись в больших количествах. В результате, Сатору не имел много экземпляров с собой, как и почти не было их в вещах, оставленных ему друзьями.

Он доверил этот ценный предмет ей во имя безопасности.

Сатору мог уничтожить Киино одной атакой. Следовательно, встреть он противника своего уровня, тот мог бы сделать так же.

Единственно уместным было принять обширные меры предосторожности, чтобы они могли справиться с такой стычкой.

В то время как Сатору передавал кристалл, он задумался, было ли встроенное в него заклинание подходящим?

[Совершенная Неизвестность] могла бы быть более полезна для бегства, но [Великая Телепортация] была лучшим выбором, если он хотел увеличить шансы на выживание Киино.

Использование Киино [Совершенной Неизвестности] может быть недостаточным, чтобы гарантировать удачный исход.

Хотя у него были свитки, содержащие [Совершенную Неизвестность], низкоуровневый заклинатель вроде Киино не смог бы использовать их. Жезлы не могли содержать это заклинание, так что у Сатору не было такого. Захоти он заполучить подобное, потребовался бы предмет Мирового Класса, позволяющий делать запросы к разработчикам. Возможно, Киино могла бы использовать посох, но, к сожалению, у Сатору не было посохов, зачарованных [Совершенной Неизвестностью].

[Совершенная Неизвестность] на первый взгляд выглядело очень эффективным заклинанием, однако невозможность применения его к другим означала, что его удивительно редко использовали в групповой игре. Хотя сидящие в засаде и могли его использовать, Сузуки Сатору и враги уровня Момонги имели немало заклинаний или способностей, чтобы видеть сквозь него.

В худшем случае ты мог оказаться невидимым для друзей, но не для врагов, а это значило, что ты не мог быть исцелен или поддержан своими друзьями.

Проще говоря, многие игроки считали [Совершенную Неизвестность] личным заклинанием против низкоуровневых или многочисленных противников.

Следовательно, обычный игрок не изучал это заклинание, а вместо этого использовал расходуемые предметы для компенсации недостатка.

Сатору был противоположностью. Имея возможность использовать много заклинаний, он избрал учить их самому вместо того, чтобы полагаться на расходуемые предметы. Поэтому, сейчас он не мог дать ей никаких соответствующих предметов.

Не мог он предположить, что эта практика станет помехой в такие времена.

— Ммм, поняла. Стоит ли мне установить точку телепортации на обычное место?

Сатору выразил одобрение.

В городе на расстоянии более 2000 километров был небольшой дом, который был назначен одним из их пунктов телепортации.

После этого Сузуки передал Киино предмет класса "Наследие", известный как Плащ Гилли.

Хотя он и выглядел как изодранный плащ со свисающими тканями и нитками, он являлся предметом, обладавшим исключительными способностями сокрытия.

Несмотря на то, что он был почти бесполезен без навыков скрытности, он обладал дополнительными эффектами, и эти эффекты были достаточно хороши.

Как только Киино надела бы его, даже Сатору 100–го уровня увидел бы её расплывчатой, – как будто она сливалась с ландшафтом. Это было очень эффективно против противников с низкими способностями восприятия.

По случайности, Сатору забыл, у кого он его купил, и у него был только один экземпляр, поэтому он сохранил его в первоначальном состоянии.

Он сказал Киино, которая была размытой и нечёткой благодаря силе Плаща Гилли, использовать [Полёт] и [Невидимость].

Сверху вниз, они оба смотрели на город.

Отсутствие препятствий значило, что их противники также будут иметь ясное представление о них, поэтому весьма вероятно, что они будут атакованы. С другой стороны, это также означало, что собирать информацию во время полета будет легко.

Взвесив одно с другим, Сатору решил, что последнее важнее. Конечно, он также использовал [Задержку Телепортации] и прочие подобные заклинания для своей защиты. Если на них нападут, он сможет защитить и Киино, будучи рядом с ней. Такова была сила его рукавиц, предмета класса "Наследие", называемых Герои–Хранители.

Когда они осмотрели город, аномальность этого места стала еще более очевидной.

— Сатору… здесь вообще никого нет.

— Да, здесь никого нет, и к тому же… вокруг нет никаких зомби.

После проверки окрестностей, он размышлял о странности этого города, спускаясь с Киино на уровень земли.

Пришедшая ему в голову возможность состояла в том, что кто–то вторгся в город, а затем уничтожил 400.000 зомби.

Но это наверняка должно было быть очень сложно сделать.

Не по той причине, что они бы потерпели поражение от зомби, слабейшей нежити, но по крайней мере они должны были оставить трупы.

Трупы исчезали со временем в ИГГДРАСИЛЕ, то же происходило и с трупами зомби. Но в этом мире трупы зомби должны были остаться навсегда после того, как их убили. Конечно, мертвые зомби начинали гнить, и через некоторое время они становились скелетами, а после этого кости разрушались.

Кроме того, движущиеся зомби не будут гнить или вмещать личинок, поскольку они были оживлены негативной энергией. Однако потеря негативной энергии после поражения означала, что они будут гнить как обычно, мухи могут откладывать в них яйца, а маленькие животные будут грызть их.

Прошло уже более 40 лет с того происшествия.

Возможно ли, что кто–то похоронил или кремировал 400.000 трупов…

— …Киино, считаешь ли ты, что армия вторглась в это место, убила всех зомби, похоронила их, и затем ушла?

— Я сомневаюсь в этом. Хотя и можно взять около 10.000 солдат, чтобы выкопать большую яму, и затем похоронить всех там, это было бы слишком заметным, а здесь сейчас нет признаков такого.

— Что насчёт кремации?

— Звучит ещё менее вероятно. После убийства зомби, его можно просто кинуть в дом и сжечь вместе с ним. Но в целом, я не вижу никаких следов горения.

На данный момент, Сатору также не видел похожих признаков.

Было предельно ясно, что Киино осмотривала местность внимательнее его, но от такого не стоило тревожиться. Это стало ясно определённым фактом на протяжении их пятилетнего путешествия.

— Если бы был способ сделать это, то наверняка собранием высокоуровневых жрецов, одновременно обращающих нежить, верно?

— Понимаю…

Это уничтожило бы зомби и объяснило бы их отсутствие. Однако было дневное ограничение на количество использований обращения нежити, и священники низкого уровня не могли часто использовать эту способность. Поэтому, вероятно, было бы невозможно уничтожить кружащую вокруг орду из 400.000 зомби без выделения значительных сил для выполнения такой задачи.

Хотя новости просачивались бы легче, чем больше людей принимали бы участие, Сатору не слышал ни о чем подобном, хотя он и содержал шпиков, слушавших всё и повсюду.

— Или это могло бы быть "сверхуровневое заклинание", вроде тех, что ты использовал, Сатору? Конечно, существование заклинания с таким радиусом действия было бы совершенно другим вопросом, но мы бы не смогли понять, не войди мы в город, правильно?

— Это верно. В таком случае, мы будем действовать с осторожностью.

— Ага!

Они оба вошли через городские ворота.

Тогда как [Фазовая Дверь] могла бы сделать вход в город более безопасным, они должны были обнаружить, что произошло, и прятался ли кто–нибудь внутри, используя себя в качестве приманки.

Естественно, Сатору был бы в порядке даже если бы на него напали изнутри города, поэтому он подошел к Киино, чтобы заблокировать линию огня в её сторону. Хотя это было бы бессмысленно при атаке противником по области, он был бы для неё отличным щитом от точечной атаки.

Они прошли через городские ворота без происшествий и увидели широкую улицу.

Это была, вероятно, самая большая улица в городе.

Не было никаких признаков зомби в том месте, где должно было быть живо и шумно. Они не могли услышать ничего, несмотря на напряжённый слух. Осталась лишь только тошнотворная тишина.

Выглядело, словно все жители города покинули его. Однако было не похоже, что они это сделали по своей воле. Хоть и протухшие и ржавые, но все товары в магазинах были на своих местах, и после проверки даже деньги внутри были нетронуты.

В то время как жители города явно покинули его не по своей воле, было не похоже, что в него вторглись извне.

"Нет… возможно ли, что целью вторгшихся в город были не деньги?"

Магические предметы были ценнее гор золота и серебра. Если в городе был могущественный магический предмет, то он мог быть ценнее, чем все богатства этого города вместе взятые.

Однако эта версия также была подозрительной. Если такой предмет действительно существовал, то было много более легких путей его получения. К примеру, послать в город кого–то с навыками вора и т.д.

— Точно, Сатору, ты же можешь контролировать нежить? Ты бы смог использовать эту способность на зомби и приказать им выйти наружу?

— Я бы смог, но у этой способности есть несколько нюансов. К примеру, есть предел тому, сколько нежити можно контролировать одновременно и насколько сильную нежить можно подчинить. Если весь город превратился в зомби, то повторять процесс вывода их наружу было бы утомительно.

— Даже так, будь они нежитью, то им ведь не будет важно, как много времени это займет?

— Ты имеешь ввиду совет нежити–заговорщиков, вроде "Тела Бездны"? Хоть такое действительно возможно… думаешь, что они бы ходили вокруг и раз за разом подчиняли нежить в этом городе? Я бы на их месте оставил все как есть, так как они тоже нежить и не будут атакованы… хм, но если кто–то и правда сделал это, то сложно не восхититься их усердием.

— Может, это следствие использования какого–то предмета?

— Насколько я знаю, не существует безлимитных предметов для такого рода занятий.

Если бы настолько несбалансированный предмет действительно существовал, то он бы был предметом Мирового Класса, не меньше.

— …Хм. Как бы много я не думал, не могу выйти за пределы воображения. В конечном счёте, нам действительно нужна информация.

— Тогда может обследуем замок?

Киино указывала на замок маркиза, что управлял этими землями. Он был расположен на маленьком холме, и взгляда на него было достаточно, чтобы увериться в прочности его стен.

Сатору согласился с этим предложением.

Если кто–то и оставил за собой следы, то они найдут их в замке. В конце концов, это было самым роскошным зданием в городе, что делало его отличной базой. К тому же, в замке было несколько высоких башен, идеально подходящих для обзора города.

Они использовали [Полет] и направились прямиком к замку.

Под ними был опустошенный город, в котором не было даже мелких животных. Как ни странно, вид слоняющихся вокруг зомби был бы менее пугающим.

— Здесь всё ещё нет никакого движения.

Хотя он спокойно сказал что–то про движение, Сатору не был уверен в сказанном. Однако справедливым было то, что некоторые монстры обладали ошеломляющей аурой присутствия. Пока что сильнейшим существом, которое он встречал, был Сияющий Лорд–Дракон.

— …Был ли этот город разрушен чем–то иным… хм?

— Чума? Яд? Но это было бы странным, верно? Будь это чума, им бы пришлось сжигать жертв, но в городе нет и следа этого.

Они нашли что–то вроде районов нищих при осмотре города с высоты, но не было ничего похожего на остатки костров.

Как только Сатору начал восхищаться сосредоточенностью Киино, она продолжила.

— Раз в районах нищих с наибольшим шансом распостранения болезни нет никаких её признаков, то можно вычеркнуть этот вариант.

Сатору не задумывался так далеко наперёд. Он решил просто довериться Киино.

— В таком случае… может уничтожение города привело к некой цепной реакции обращения в зомби? К примеру, монстр с аурой мгновенной смерти расхаживал по городу или что–то вроде того?

— Но тогда разве не странно, что вокруг нет трупов? Больше похоже на то, что все внезапно испарились. Тем более странно было бы для жителей покинуть город, оставив все свои ценности…

Сатору и Киино озадаченно покачали головами.

Достигнув замка, они без промедления прошли внутрь.

Киино взялась за руку Сатору.

В такой опасной ситуации, это было ошибочным движением.

Сражаться, держась за чью–то руку, крайне невыгодно. Но Сатору лишь покрепче сжал руку Киино без лишнего шума.

В конце концов, они быстро обыскали замок, но не нашли никаких следов. Конечно, ни Сузуки Сатору, ни Киино не обладали навыками обнаружения, так что они не смогли бы заметить любых высокоуровневых воров, прячущихся здесь. Однако было доказательство, заставившее их сменить предположение.

— Много пыли. Похоже, что замок пустует уже долгое время, и с тех пор в него никто не заходил.

Выглядело, словно его покинули еще до процесса превращения всех в зомби, или же это произошло в одно время.

— Что будем делать?

— После поверхностного осмотра, мы не нашли ничего, что объяснило бы ситуацию. Сперва, нужно осмотреть сокровищницу. Там могут быть могущественные предметы.

— Хорошо.

Они выломали крепкую дверь и обезвредили все магические ловушки с помощью магической сопротивляемости Сатору, а затем начали расхищать сокровищницу. Но это было не ради денег, а ради интереса в получении редких вещей для Сатору.

Они оценивали вещи прямо на месте, поэтому оценка закончилась быстрее, уже через час после конца грабежа.

— Ничего стоящего.

— Да. Хоть тут нет могущественных предметов, похоже есть несколько исторически ценных.

Он знал, что это были аксессуары или вроде того, но на этом его познания заканчивались. Киино же, ответственная за умственный труд, была знакома с искусством, высшим магическим обществом и так далее, но её опыта не хватало, чтобы оценивать историческую ценность той или иной вещи. Все, что она знала, так это что они выглядели ценными.

— Мы же не сможем их продать, верно?

— Да. Ну я бы в любом случае их не продал, так как денег у нас достаточно. К тому же, продажа исторически ценных вещей может привести к назойливым проблемам.

Киино звонко рассмеялась.

— Тот предмет из ИГГДРАСИЛЯ, что ты продал, поднял немало шума, Сатору.

Сатору не мог не смутиться. Сейчас это лишь случай, послуживший хорошим уроком, но он все равно хотел извиниться перед Киино за ту проблему, которую он ей доставил ранее.

— Я не повторю подобную ошибку снова. В конце концов, выделяться из толпы – не самая лучшая идея, особенно для нежити вроде нас.

Этот мир основывался на аксиоме о враждебности нежити ко всем живым существам. За желание войти в мир живых, они двое были еретиками, практически предателями.

— Тем не менее, нам удалось вытащить кого–то из беды в результате продажи этой вещи, не так ли, Сатору? Я думаю, что твое решение было правильным.

Казалось, Киино что–то неправильно поняла. Его совершенно не заботила судьба незнакомых ему людей. С тех пор как его тело стало таким, он не чувствовал ни любви, ни других чувств к своим знакомым и кому–либо еще. Сатору важны были лишь его друзья.

— …Мм? Что–то не так, Сатору?

— Нет, все в порядке. Нам нужно показать эти предметы оценщику. Если они происходят из очень далеких земель, это снизит их историческую ценность. Сложная задачка…

— Хоть я и говорила это раньше, ты же не забыл, что тебе не нужно заботиться о моей доле, верно? Как–никак, ты отдал мне столько разных вещей..

— Не волнуйся об этом. В конце концов, для старшего естественно заботиться о младшем.

Будучи нежитью, им не приходилось тратиться на бытовые нужды. Продажа исторически ценных аксессуаров отнюдь не была жизненно важной для них, однако это были предметы, полученные в результате совместных приключений, поэтому отдать половину Киино было его моральным долгом.

Он серьезно относился к разделу трофеев даже среди членов гильдии и потому не мог позволить себе расслабиться.

— Более того, наши издержки в дороге были полностью оплачены тобой, не так ли, Киино? Эти вещи должны быть разделены поровну. Думаешь, я сделал бы нечто столь глупое, как удержание полученных нами денег? Только давай не будем говорить о том, на ком лежит большая ответственность, ладно? Мы разделили нашу работу на физическую и умственную… мм? Значит жалование оперативного труда у нас есть, а управленческого нет?

Киино взглянула на Сатору с непонимающим выражением лица, словно говорящим: "Что ты несешь?"

— Кхм, в общем, поэтому мы должны разделить ценности пополам. Поняла?

— Эм… хорошо. Спасибо тебе, Сатору.

— Нет, тебе правда не стоит благодарить меня. В конце концов, мы – команда, и временами я нуждаюсь в твоей силе, Киино.

— Но я не понимаю, чем я помогла…

— Ну, ты превосходишь меня в знании искусства, а теперь еще и в знании магии, верно? Нам нужно смотреть в будущее. Иными словами, это инвестиция.

— Поняла. Я буду стараться!

Он бы не возражал, даже если бы она не работала на полную. Киино и без того была крайне полезна, однако, отвергнув её решимость, он бы нанес ей душевную травму, поэтому лучшим решением было принять её.

— Думаю, у нас все получится, Киино.

Видя её восторг, Сатору вспомнил причину, по которой он пришел сюда.

— А теперь давай продолжим исследовать замок и все–таки найдем причину отсутствия нежити в этом городе.

— Что нам следует сделать?

— Ах, да, можно пойти наверх или вниз. Давай сначала осмотрим нижнюю часть.

— Тюрьму? Учитывая, что этот большой замок не должен был быть крепостью, скорее всего её бы разместили в другом месте, не думаешь?

— Разве в твоем замке не было тюрьмы, Киино?

— Да, была. Однако она использовалась не для обычных людей, а лишь для временного содержания оных с высоким статусом. Впрочем, не похоже, чтобы она была использована хоть раз с моего рождения.

— Возможно, тут тоже есть подобная тюрьма. Давай посмотрим. Если здесь не найдем, то пойдем в город и проверим камеры на постах охраны.

Вскоре они нашли тюрьму. Пустую. Внутри она была покрыта толстым слоем пыли, едва ли кто–то был там в последнее время.

— Как жаль. Ну, пошли тогда обратно наверх. Осматривая замок снаружи, я видел несколько башен, давай изучим окрестности оттуда.

— Ага!

Вероятно, самая высокая башня использовалась как посадочная площадка для летающих монстров. Она была очень широкой и крепкой, защищенной от атак и вторжений.

— Вау~

Киино ахнула от открывшегося ей панорамного вида на город.

Сатору подумал: "Ты видела это все с воздуха, используя [Полет], почему этот вид так удивляет тебя?" К счастью, он был достаточно умен, чтобы не произносить это вслух.

Ступив на вершину, Сатору и сам был удивлен тому, сколь большое пространство охватывал открывшийся ему вид. Но что действительно оставило глубокое впечатление, так это последовавшее за ним зрелище.

Он увидел, как Киино возбужденно бегала по кругу и смотрела по сторонам. Такое проявление инфантильности, столь подходящей к её внешности, вызвало у него улыбку.

Сатору решил начать изучение города. понимая, что из них двоих хотя бы кто–то должен делать то, ради чего они пришли в этот город, пусть даже в одиночку. И тут он нашел то, что вызвало у него беспокойство.

Хотя все ворота, ведущие в городскую часть города, были на месте, те из них, что вели в сторону гор, были буквально расколоты.

— Киино, посмотри на это. Как думаешь, что это значит?

— Мм… это выглядит так, словно ворота были сломаны не снаружи, а изнутри. Хотя… если они не были уничтожены какой–то невероятной силой… как это объяснить?

— Не хочешь взглянуть?

Получив её одобрение, Сатору применил [Полет], и они отправились прямо к воротам. А затем…

— Сатору, это…

— Да, ты права. Что–то странное произошло здесь… нет, в городе тоже.

Одна из створок ворот была накренена, произошло это явно не из–за её возраста. Кроме того, Сатору мог видеть здесь городских жителей.

Нет, наверное лучше сказать, что когда–то они были ими.

Бесчисленные кости были разбросаны перед воротами, внутри и за ними. Они выглядели так, словно были растоптаны в щепки.

Он не был уверен, можно ли назвать это стечением обстоятельств, но вероятно даже большее количество оных было превращено в пыль под действием внешней среды и унесено ветром.

А так как они были раздроблены, способа узнать причину смерти их владельцев нет.

— Полагаю, нет сомнений, что однажды они были жителями этого города?

— Да… произошла ли тут какая то чрезвычайная ситуация, которая привела к тому, что им пришлось спасаться бегством? Или же они превратились в зомби, были подчинены и убрели наружу?

— Скорее всего последнее. Я не могу увидеть раскиданного вокруг багажа, только кости и одежду.

Во время исследования кучи костей они нашли кольца и прочие аксессуары, но не было драгоценных камней или прочих вещей, которые обычно забирают с собой при бегстве.

Сатору взглянул за ворота – туда, куда скорее всего направлялись зомби этого города.

— …После использования [Создания Нежити], призванная нежить должна будет находиться под контролем призывателя…

После осознания того, что хотел сказать Сатору, выражение шока застыло на лице Киино.

Перед ней была высокая, крутая гора.

Гора Кейтениас.

Ее вершина была укрыта за облаками, и она не могла увидеть ее.

Сатору вытащил карту и проверил, куда должна была вести большая дорога от городских ворот.

Похоже, она шла вокруг подножия горы Кейтениас по направлению к другим городам. Идя по ней, можно было добраться до соседних стран.

— И теперь… жди здесь, Киино.

— Эмм, может не надо? Все точно будет в порядке?

Киино говорила так, будто была испугана. Скорее всего, она уже поняла настоящую причину их приезда в этот город.

— Все будет в порядке, Киино. Мы ведь охотились за "Телом Бездны" именно из–за этого. Ты ведь сама слышала? Разумная нежить остается живой даже после смерти её создателя. Даже после того, как я уничтожу виновника превращения людей в зомби, это на тебя никак не повлияет, Киино.

— Нет, ты не понял! Я волнуюсь за тебя, Сатору!!!

— А?

— Ведь это существо, способное превратить стольких людей в зомби! Это не нормально! Даже ты на такое не способен, Сатору!

— Ах, хм. Да, я бы не смог провернуть что–то такое.

— Тогда! Тогда…

Лицо Киино исказилось в агонии, но она быстро приняла свое обычное выражение перед тем, как оно снова изменилось.

— Разве это не означает, что ты можешь потерпеть поражение, Сатору?

Это было правдой и он должен был признать ее. Он не мог сказать "Этого не случится".

— Сатору, тебе нравилось путешествовать со мной?

— …Да. Я чувствовал, будто вновь нахожусь рядом с моими товарищами. Да, я определенно был счастлив.

Он наконец понял, почему эти Исследователи Мира занимались тем, что он считал бессмысленным. Он также понял чувство наслаждения от изучения мира, которое разработчики игры хотели передать игрокам.

Его путешествие с Киино было очень приятным.

— Тогда, может продолжим путешествовать? Мы оба нежить, поэтому мы можем путешествовать вечно, верно? Давай увидим весь мир! Там столько мест, которых мы еще не видели! Давай просто забудем об этом, ладно?

— …Я мог бы. Неправильно делать то, что не понравится моим друзьям. Пытаясь оказать медвежью услугу, можно лишь досадить им.

— Д–да. Давай, давай просто путешествовать вместе, ладно? Только мы вдвоем. Мы ведь нежить! Прошу, не делай ничего опасного и просто путешествуй со мной…

Верно.

Сатору не вправе решать за Киино. Если она счастлива просто путешествуя с ним, то есть лишь одно правильное решение. Однако…

— Киино Фасрис Инверн! – вскрикнул Сатору, и Киино отшатнулась от него.

— Д–да… Прости, Сатору. Пожалуйста, не злись…

— Я не злюсь… Быть принцессой – это ведь тоже работа, верно?

— Что?

Рот Киино глупым образом распахнулся. Всем своим видом она показывала, что не понимала причины резкой смены темы. Сатору посмеялся над собой в душе. Эх, этого не избежать.

— Как я и сказал, быть принцессой – это ведь тоже работа?

— Д–да? Я никогда так не думала…

— Тогда короли и королевы – безработные? Разве это тоже не своего рода работа?

— Ну если думать в этом ключе, то все так… не правда ли?

— Что же, двигаясь к следующему вопросу: нужно согласие больше половины членов гильдии – ну, в ней остался лишь один человек, поэтому засчитаем это как больше половины.

Озадаченный взгляд появился на лице Киино.

— К тому же, Киино, ты – Вампир, а это гетероморфная раса. То есть, ты выполнила все требования. Итак, Киино Фасрис Инверн. Я признаю тебя как члена гильдии Аинз Оал Гоун. Теперь ты сорок второй член гильдии. Или, может, мне следует сказать, второй член гильдии Новая Аинз Оал Гоун?

Сатору достал из инвентаря кольцо Аинз Оал Гоун и передал его Киино.

Эмоции страха на лице Киино сменились обычным выражением, а затем удивлённым.

Она бесчисленное множество раз слышала от Сатору о том, насколько важно для него это кольцо. Это так тронуло её, что активировалось подавление эмоций.

— Могу ли я…!?

— Да. Киино, теперь ты член семьи, член Аинз Оал Гоун. Ты по праву можешь носить это кольцо.

Конечно, оно было бы по–настоящему полезным лишь в Назарике. А без него это кольцо только лишь доказывало её членство в гильдии.

"…Ну вот, теперь в Аинз Оал Гоун есть два участника… кто знает, может неплохо было бы найти еще пятьдесят восемь членов из этого мира."

— Сатору, спасибо тебе!

Киино с наслаждением надела кольцо, словно уже позабыла, что сейчас произошло.

Наблюдая за ней, Сатору изобразил кашель и заговорил.

— Итак, Киино. Есть кое–что, что я не буду ни в коем случае терпеть. Я ни за что не прощу того, кто, причинив боль моему согильдийцу, до сих пор находится на свободе.

— Нет, это ведь лишь небольшие невзгоды. Путешествие с тобой…

Сатору прервал её, не дав закончить предложение.

— …Я, возможно, смогу сделать твоих зомбированных родителей снова людьми.

Киино застыла, а её глаза задрожали.

— …Киино, разве ты на это не надеялась? Хочешь же остаться нежитью и вернуть родителей, или я не прав? Или ты хочешь стать человеком вместе с ними?

— Т–ты правда сможешь сделать это?

— Я не знаю. Но ведь ничто не сможет осчастливить тебя больше, верно?

Посмотрев по сторонам, Киино опустила голову и тихо ответила.

— Да.

Таким образом… цель Сузуки Сатору была определена.

Вполне естественно, что глава гильдии будет сражаться за своих согильдийцев.

— …Киино.

Киино резко подняла голову, услышав стальной голос.

— Не позволяй своему чувству вины сковать тебя. Не нужно этого. Сначала я пойду один и посмотрю, что же явилось причиной всего этого, а потом, в зависимости от обстоятельств… мне очень жаль, Киино, но ты должна остаться тут.

После нескольких секунд колебания Киино кивнула.

Она не была глупой и понимала, что будет ему лишь обузой.

— Теперь я использую заклятие [Создание Крепости], чтобы построить крепость неподалеку. Подождешь меня в ней, ладно?

Часть 2.

Оставив Киино в сотворённой крепости, Сузуки Сатору взглянул на гору Кейтениас – её склоны были скудны, лишь с небольшой порослью. Пришло время сменить план.

Первой задачей было определить пункт назначения, куда направились жители города.

Он бы мог использовать [Полет] для её решения, но в случае нахождения рядом врагов, его было бы гораздо проще заметить, чем если бы он шёл по земле. Хоть он и мог использовать [Совершенную Неизвестность] вместе с [Полетом], по некоторым причинам Сатору не хотел так поступать.

"Лучше всего сработал бы спокойный и рассудительный подход."

Хотя ему и стоило использовать [Полет] для обнаружения врага с воздуха, но Сатору был уверен, что рядом есть сильный противник.

Конечно, он не мог быть полностью уверен в собранной информации, но то, что за всем этим стоит некое разумное существо, было неоспоримо.

Его главной целью была победа над противником и спасение Киино и её родителей от превращения в нежить. В идеале, он бы мог восстановить всех жителей страны Киино.

Шанс того, что он не сможет договориться со своим противником, был до раздражения высок. Особенно после всего ущерба, что тот нанес. По меньшей мере, он был таким же существом, как и Сатору, не имевшим привязанностей к другим.

Но маленький шанс, что они смогут пойти на сделку, все таки был. В таком случае, проблемой будут условия второй стороны.

Для начала, вторая сторона определенно не потребуют никаких материальных ценностей, вроде сокровищ. Ведь если бы его целью были именно они, то он бы мог приказать подконтрольной нежити добыть все это, будучи их создателем и повелителем. Но все ценности города были на своих местах.

Тогда, может он сумеет победить врага и заставить его обернуть превращения в обмен на его жизнь?

"Возможно ли это? Я действительно смогу его одолеть?"

Сатору уже признал своего врага равным себе по силе. Нет, на самом деле он считал, что противник может быть даже сильнее его. Но было сложно представить такое существо.

Во время своего пятилетнего путешествия, он собрал информацию о многих яростных существах. Неважно, была ли добыта эта информация с помощью денег или же грубой силой, все соглашались с тем, что самыми могучими существами в этом мире были Лорды–Драконы. Он уже удостоверился, что один из них имел такую же боевую мощь, как и у него.

Но нельзя было сказать, что он был намного сильнее Сатору.

В таком случае, используя стратегию и тактику, он сможет одолеть своего врага, будь он хоть Лордом–Драконом.

"Всё же не покидает чувство, что я направляюсь в логово врага. Это дает ему преимущество удобной территории. После этого…", – Сатору вспомнил уроки из "ПК для Чайников" – "После выхода обновления… да, похоже, это было бы верным временем, а когда сильные игроки нападают малыми группами – они едины. Что же будет в этот раз? Не знаю. Но… это определенно будет авантюрой."

(п.п.: Автор использовал идиому из труда Мэн–цзы [天时地利人和] – "Нападай в нужном месте, в нужное время, с нужными людьми.")

Конечно, все это было основано на том предположении, что виновный за обращение в зомби сможет повернуть все вспять, или хотя бы знает, как это сделать.

Но если это не так…

— …То он поплатится за свою глупость.

Сатору сменил экипировку.

Он снял все вещи из ИГГДРАСИЛЯ, и надел вещи, полученные от "Тела Бездны", оставив лишь кольцо божественного класса на левой руке.

После этого, он надел символ "Тела Бездны" на шею, с запечатанным внутри кристаллом с заклинанием.

По правде говоря, сейчас Сатору был слабее, чем недавно. Не считая ослабления его атакующей и защитной мощи, его сопротивляемость была полна изъянов.

Хоть его здоровье соответствовало его уровню, он не мог слишком на него надеяться. К тому же, он должен был избегать атак, которые могут убить его моментально.

"Есть еще кое–что, но как мне это сделать? Похоже, нужно еще немного подготовиться перед отправкой в путь."

Сатору отправил [Сообщение] Киино, и передал, что ему понадобится немного больше времени.

После этого, он телепортировался к своей цели.

Закончив с приготовлениями (занявшими немного больше времени), Сатору вернулся обратно и начал двигаться с помощью [Полета]. Он направлялся к горе, не слишком отрываясь от земли – будто бы скользя по ней, и раздумывал над своей стратегией.

Случайно разбросанные кости указывали ему путь. Хоть они были раздавлены в порошок и унесены ветром, обнаженная гора бросалась в глаза.

У Сатору не было способностей для слежки, но он летел по ясным следам вверх по горе. Будто бы кости вели Сатору для мести тому, кто сотворил с ними такое.

Он взобрался на гору и вскоре…

"Ну вот мы и здесь. Значит, нежить, да?"

Его способность обнаружения нежити была вроде всестороннего радара. И на этом радаре горела точка.

Сатору взглянул в этом направлении.

— Он здесь? Виновник всего этого действительно здесь?

Своей способностью он мог лишь почувствовать присутствие нежити, но узнать её личность или оценить способности он не мог. Хоть это было в большей степени предположением, но существо, которое превратило жителей города в зомби и привело их сюда, должно было быть там.

Применив [Полет] на себя, Сатору сделал шаг вперед и остановился.

Несмотря на то, что его лицо не могло сменить выражение (возможно, Киино всё же могла различать его), сейчас оно ожесточилось.

Потому что с каждым шагом сигналы присутствия нежити неуклонно росли.

"Что это…"

Множество точек были расположены друг на друге, превратившись в огромный шар света.

Сатору остановился и поглядел вперед. Местность была довольно скалистой, поэтому он не смог разглядеть местоположение шара света.

"Неужели оно приманило к себе всех зомби, собрало их вместе и что–то с ними сделало? …Что же мне делать? Может, отправить вперед зомби, а после выяснения личности моего противника поразмыслить, что делать дальше?"

У этого варианта был один минус.

Если его противник был достаточно разумным или же обладал магическими знаниями, то это было плохим ходом. К тому же… Сатору вздохнул. "О чем ты думаешь в такой ситуации", – упрекнул он себя.

Сатору развеял [Полет] и начал идти пешком.

На поддержание [Полета] не уходило много маны, но при использовании других способностей, его восполнение маны могло уйти в минус. Более того, показывая своему противнику, что он может использовать [Полет], он мог поставить себя в невыгодное положение.

Сатору продолжил идти.

С каждым шагом, он чувствовал возрастание силы сигналов нежити вокруг.

— Ааа! У меня нет доказательств, но я примерно догадываюсь, что это, – пробормотал Сатору. В ИГГДРАСИЛЕ была нежить, выглядящая согласно его представлению, но на радаре она показывалась как единое существо.

— А теперь – [Ложные Сведения – Жизнь], [Ложные Сведения – Мана].

Сатору применил на себя два заклинания.

Затем он перешел в ПВП режим.

…Нет.

Он перешел в ПК режим.

Местность у пункта назначения была на удивление открытой. Эта часть горы была неёстественно плоской во всех направлениях. Она была примерно два километра в длину и ширину. Это определенно было являнием неёстественного происхождения.

Без всякого сомнения, это было сделано с помощью магии.

Затем перед глазами Сатору появился причудливый объект, созданный из некогда живших в том городе.

Гигантская округлая масса состояла из бесчисленных трупов, сваленных друг на друга. Её размера было достаточно, чтобы повергнуть наблюдателя в шок. Только подумать, что что–то столь большое можно было создать, собрав вместе 400.000 людей…

Значит, его враг собрал всех зомби только ради такого? Сатору не мог вникнуть в ход мыслей своего противника. Нет, если бы его целью было создание "этого", то оно определенно должно было иметь возможность двигаться.

— Это что–то вроде доспеха? Или, возможно, часовой?

Сказав это, Сатору мысленно обдумывал различные варианты действия, смело идя по площади к объекту, который он решил ориентировочно назвать "Большой Шар Нежити".

Хоть расстояние между ними быстро сократилось, Большой Шар Нежити не спешил действовать. Может, Сатору всё ещё был вне радиуса его атаки, или же ему было приказано не атаковать? Возможно, его разум был таким же, как и у обычного зомби, и он не атаковал Сатору, считая его одним из них? Или же…

"Кто же это сказал? Ах да, это был Люци★Фер. Как там было? Если долго вглядываться во врага, то враг начнет вглядываться в нас. Какая удивительная фраза. Как бы сказать, она очень многозначительна. Все–таки Люци★Фер был крайне умен."

Сатору улыбнулся, ностальгируя по словам своего друга, а затем крикнул Большому Шару Нежити:

— Ладно, ладно, так зачем ты собрал здесь всех этих зомби?

В ответ ему вокруг лишь тихо подул горный ветер.

Это больше не простое отсутствие реакции – он определенно игнорировал Сатору. Все равно, что разговаривать со стеной. Было бы крайне неловко, если бы Большой Шар Нежити вообще не имел разума.

— …Что такое? Молчишь, потому что боишься меня? Как же скучно. Я – Ночной Лич Момон. Величайший заклинатель из всех подобных! Посмотри на себя, настолько напуган, что не можешь сказать ни слова. Но я тебя не виню. Любой бы потерял дар речи от страха при виде магических предметов, надетых на мне.

Но Большой Шар Нежити и не шевельнулся.

Это что–то вроде охраны? Это значило бы, что противник собрал множество зомби и приказал им соответственно реагировать на любые нападения, чтобы заблокировать вход в какую–то пещеру.

Или же никакого могущественного врага не существовало, и всех зомби собрал какой–то предмет, застрявший в середине этого шара?

Чтобы проанализировать своего противника, он должен хоть что–то делать. Если он никак не реагирует, то у Сатору не оставалось никаких вариантов. Атаковать, чтобы выудить хоть каплю информации, было крайним средством.

— Да что же такое… похоже, тебе следует преподать урок за то, что не поприветствовал меня как следует. [Призыв нежити: третий ранг]!

Сатору призвал Скелета–воина.

Затем, он приказал ему идти к Большому Шару Нежити.

Со стороны было ясно, что он настороженно относится к действиям своего противника, но входить в радиус атаки врага было довольно страшно. К тому же, это не входило в его планы.

"Но он всё ещё не атакует… если он собирался использовать все эти трупы, чтобы раздавить любого, кто приблизился бы, то расстояние для него не имеет значения. Или это действительно просто предмет?"

Если это просто куча трупов, то это вполне мог быть Гигант–из–трупов. Но он был почти уверен, что это орда зомби. В таком случае, это вполне могла быть нежить, уникальная для этого мира, о которой Сатору ничего не знал. Может, ему следует называть это Комбо–Зомби? Сатору приказал Скелету–воину подойти ближе к Большому Шару Нежити.

— …Да чтоб тебя, так это просто кучка зомби, собранных вместе. Подумать только, я принял это за что–то действительно сильное.

Большой Шар Нежити начал покачиваться. Затем, будто бы вылупляясь из яйца, он начал постепенно менять свою форму.

— Неужели это… Дракон?

У него была длинная шея, лицо, как у рептилий, и крылья. Ног у него было шесть, а хвост был стройным, словно плеть. Он напоминал дракона в западном стиле.

Но его шея была значительно длиннее, чем у обычного дракона. К тому же, из–за чрезмерно тонкого хвоста он выглядел как микс Западного и Восточного дракона. Точнее, он выглядел, будто кто–то приделал шесть ног и крылья змее. Он был уродлив, без намека на красоту, свойственную драконам. Возможно, это из–за того, что он был сделан из зомби.

Кроме того, он был слишком большим.

В нем было по меньшей мере 150 метров с головы до пяток. Даже по меркам ИГГДРАСИЛЯ он был огромным.

Сатору уже понял, что это другая форма Большого Шара Нежити. Иными словами, это был дракон, собранный из 400.000 зомби. Но когда он вновь оглядел его с ног до головы – для этого ему пришлось вытянуть шею – действительно ли 400.000 зомби было достаточно, чтобы сделать тело длиной в 150 метров? К тому же, оно определенно не пустое внутри…

— Сперва я собирался игнорировать столь глупое существо, как ты, но забудь. Для нежити среднего уровня у тебя довольно большой рот.

Пасть дракона медленно раскрылась и басистый голос звучал эхом по всем сторонам.

То, что он называл пастью, было лишь кучей зомби, сложенных воедино. Определённо, голос принадлежал кому–то другому. Но откуда мог идти этот голос, звучавший будто все зомби говорили одновременно?

"Может, его настоящее тело в его пасти?"

Она была достаточно большой, чтобы с легкостью проглотить Сатору, поэтому вполне вероятно, что кто–то размером с Сатору мог находиться у него в голове.

Наблюдение издалека не дает много информации, но у Сатору не было выбора.

Пасть дракона состояла не только из зомби–гуманоидов, но также и из зомби–зверей.

Это объясняло, почему по дороге сюда он не видел животных. Все звери на этой горе скорее всего были обращены в зомби и поглощены Большим Шаром Нежити. Похоже, что Большой Шар Нежити – или же зомби–дракон – все таки состоял из больше чем 400.000 зомби.

Но было кое–что более важное, соскользнувшее с языка противника.

По его реакции стало понятно, что ему известно о Ночных Личах. К тому же, он не знал, что Сатору на самом деле был Повелителем.

Другими словами, все шло по плану Сатору, но было не время расслабляться.

"…Это может быть блефом. Я бы сделал вид, что купился на этот трюк, даже разгадав ложь врага. Похоже, нужно узнать побольше о козырях, скрытых в рукаве противника…"

Отступив на шаг назад, Сатору не перестал оценивать и анализировать происходящее.

— Ч–что ты, что ты такое? Ты не простой Гигант–из–трупов…?

Драконья морда шевельнулась. На самом деле шевелились зомби, но ими очень хорошо управляли.

Если предположить, что противник может контролировать не только тех зомби, что управляют его мордой, но и остальные 400.000, составляющие его тело, то его навык контроля нежити должен был быть гораздо выше, чем у Сатору.

Если так – то остаётся другой вопрос.

Почему же враг не попытался сразу подчинить Сатору?

Уж не потому ли, что уровень Сатору слишком велик, чтобы его получилось подчинить? Или же у самого подчинения есть какие–то условия, например, подчинена может быть лишь собственноручно обращенная нежить?

Пока Сатору думал, морда Дракона вновь шевельнулась. Непонятно, можно ли было назвать эту морду выразительной, или же дело было лишь в контроле над зомби, но было очевидно, что она насмехалась над Сатору.

— Что? Ты не знаешь обо мне… и смеешь насмехаться надо мной со своим жалким знанием? Как глупо с моей стороны тратить на тебя время.

— Для Гиганта–из–трупов, принявшего форму дракона, у тебя слишком много гонора. Ты мог обрести разум благодаря огромной набранной массы, но так и остался слеп, и не можешь осознать, насколько я сильнее тебя!

Драконья морда вновь шевельнулась, открыв пасть.

— Ахахаха! Подумать не мог, что ты так меня развлечешь! Не думал, что издеваться над глупцом может быть так забавно. Ахахаха!

Смех неожиданно прервался.

— Эх, мелкая, жалкая нежить, ты… не станешь ли ты моим шутом? Даже делать ничего не придётся. Просто стой там и развлекай меня. Хоть обычно для роли шута и требуется определённый ум, похоже, в этом мире есть прирождённые клоуны!

— Что? Что в этом смешного? Я – нежить, что вселяла ужас в сердца народов по всему миру!

— Ахахаха! …Эх, нет–нет–нет, всё ,что ты говоришь, настолько забавно. Ладно, теперь о том, что ты хотел… подзабыл твоё имя, я ведь всё равно собирался тебя уничтожить… Неважно, забудь. Ночной лич. Будешь служить моим шутом? Ты ведь понимаешь, что я и пощадить тебя тебя могу в случае твоего согласия, не правда ли?

— …Не желаю, чтобы надо мной смеялось неживое существо, которое не может набраться смелости даже назвать своё имя.

Гигантское тело вновь зашевелилось.

— Понимаю. Хоть представляться нежити такого мелкого масштаба и кажется глупым – я Кюр Илим, XX Лорд–Дракон.

— Что?

— А, да… Точно! Меня называют… Лорд–Дракон Древнего Гроба!! (см. пр. 2)

— Понятно…

Так значит это Лорд–Дракон. Другими словами, он был наравне с Сияющим Лордом–Драконом. Проще говоря, он был очень силён.

Сатору пронзила боль.

Теперь любой неверный шаг может обернуться катастрофой.

Но вот загвоздка… действительно ли Кюр Илим в этой штуке? Или он дёргает за ниточки издалека?

— Конечно же даже слабак вроде тебя должен знать истинную суть Лордов–Драконов?

— Поверить не могу, что жалкая кучка зомби зовёт себя Лордом–Драконом. Похоже, ты сильно продвинулся. Или же это Лорды–Драконы так низко пали? Как бы то ни было, тебе точно не стоит красоваться перед столь великой и могучей нежитью, как я, не считаешь?

— Ахахаха! Ну что за превосходный шут! Воистину, ты занимательный!

Атмосфера около Кюр–Элима резко изменилась.

— Всё же… нежить действительно раздражает меня. Даже стоя предо мной, на грани исчезновения, ты не знаешь страха.

Передняя лапа Дракона внезапно вздулась, и огромное количество зомби рванули вперёд, словно верёвка. Стянув Скелета–Воина, они затащили его под драконью лапу.

Скелет–воин попытался вырваться, но из–за численного превосходства врага, его поражение было неизбежно.

Скелет–воин исчез под драконьей лапой, и Сатору услышал вдалеке хруст его перемалываемых костей. Вместе с этим он почувствовал, как его связь со Скелетом–воином была разорвана.

— Понятно… Ты неплох.

Использовав [Полёт], Сатору отступил.

— Неплох? …Ахахаха, ты на самом деле забавен. Правда, ты прирождённый шут.

— …П–ф–ф. Думаешь, разрушив призванную мной низшую нежить, ты победил? [Огненный шар]!

Заклинание третьего уровня поразило зомби, принявших форму дракона, и во все стороны разлетелись волны пламени.

Да, на фоне огромного тела дракона, взрыв казался очень незначительным. Но Сатору всё равно прищурился, осматриваясь. Дело в том, что он увидел, как именно поражённые зомби разрушались и выпадали.

Как только поджаренные зомби разлетелись вокруг, на их место изнутри вылезли новые.

— Ч–что это? И там тоже зомби?!

— [Огненный шар]… искажённая магия, распостранённая этими проклятыми ублюдками. Ты не только жалкий, но и приводящий в ярость… кстати, это должно быть достаточно низкоуровневым заклинанием. Ночной Лич, попробуй магию уровнем повыше… ведь я хочу убедиться в завершенности этого тела.

— Да ка–ак ты! Да как ты смеешь использовать меня для своих опытов!

Будь Сатору живым, он бы взбесился до пены на губах, но Кюр Илим лишь залился смехом.

— Ну, я так и планировал. Даже своей пустой черепушкой, думаю, ты должен это понимать.

— …Понятно. Так ты обратил людей этого города в нежить, чтобы защитить себя? Броня из зомби поверх твоего хрупкого тела, так?

— Возможно.

Может быть, лишь потому, что Кюр–Элим считал Сатору значительно слабее себя, он и решил поболтать. Или же всё это время говорить ему было просто не с кем.

— Нет, моя цель не настолько тривиальна. Души людей этого города – и не более – были использованы мной лично.

— Эх, и как же ты это сделал? В чём твоя цель?

— У меня нет причин тебе отвечать.

— …Конечно, ты можешь рассказать мне это в виде прощального подарка, прежде чем я отправлюсь в мир иной?

"Я этим одержим?". Так подумал Сатору. Однако, простой руганью и колкостями ничего не добиться. Вспомнив про Киино, и поняв, что его оппонент всё ещё был разговорчив, он решил узнать максимум из возможного.

[Примечание английских переводчиков 2: По каким–то причинам, автор не объясняет, что титул Лорда–Дракона Древнего Гроба перед обращением в нежить потерял своё значение в этом мире, так что эффект автоматического перевода не сработал на Сатору. Это останется загадкой вплоть до конца книги, пока автор это не объяснит. Похоже, ЛДДГ знает, что его старое имя больше не работает, поэтому и придумал новое на ходу.]

(п.п.: в соц.сетях был комментарий о том, что это может иметь некий смысл на уровне привязанности демонов к своим именам.)

— А много ли ты объясняешь низшим формам жизни… муравьям, ползающим по земле? Если так – ты весьма щедрая душа. А, нет, ты прирождённый шут. Возможно я уже давно раскрыл это, сам об этом не подозревая.

— …Тц. Хм. Раз ты зовёшь себя Лордом–Драконом, то я должен быть Лордом–Нежитью? У меня, знаешь ли, сотни слуг, но я сделаю исключение, и сражусь с тобой один на один. Ты должен быть благодарен.

— Муахахаха! Ну разумеется! Лорд–Нежить! Ахахаха!"

— Что смешного?

— А то, что ты не понимаешь, насколько это всё потешно!

Атмосфера изменилась. Сатору всегда был обыкновенным существом. Хоть у него и был опыт касательно "присутствия силы" и "жажды крови", полученный за пять лет путешествия, всё же эти вещи оставались ему непонятны. Тем не менее, он явно чувствовал боевой дух Лорда–Дракона.

Однако, сложно было назвать это серьезным отношением.

— Хоть я и могу просто подставиться под твой навык, но, думаю, было бы плохо настолько поддаваться тебе, господин Повелитель Нежити. Возможно мне тоже стоит выдать атаку? Попытайся уклониться, чтобы тебя не убило, ладно?

Кюр Илим сделал свой ход.

И пусть его движение было достаточно неуклюжим и медленным, но дистанция между ними сократилась поразительно быстро.

С подозрением, Сатору сразу понял причину такой удивительной разницы. Зомби под лапами Кюр Илима, касающиеся земли, зашевелились после первого его шага, двигая тело как тележку по рельсам.

Если бы этому удалось обмануть его, Кюр Илим был бы уже прямо перед ним.

Сатору прищурился.

Кюр Илим поднимал правую лапу издалека, замахиваясь, будто собирался сделать быстрый пинок.

С такого расстояния ему ничего не угрожало. Он не понимал, почему Кюр Илим сделал это, но инстинкты Сатору подсказывали, что всё не настолько просто, из–за чего он решил пригнуться, уклонившись от атаки.

И в этот момент лапа растянулась, словно рулон бумаги.

Массивная лапа из зомби пролетела над головой Сатору, который пригнулся настолько низко, что почти встал на колени.

Скорость взмаха не была большой. Даже Сатору, чьи навыки были близки к воину тридцатого уровня, мог уклониться. Но он не знал, что Кюр Илимом намеренно замедлил свой удар.

— Ахахахахаха! Отлично увернулся! Но выглядишь при этом жалко!

Сатору понял смысл атаки Кюр Илима, как только услышал громкий смех. Тот хотел показать своё превосходство, заставив Сатору упасть на землю. Сатору поднял голову, и гневно крикнул.

— Да как ты посмел заставить меня ползать по земле!

— Ахахахаха!

После удара, лапа свернулась, словно змея, и её тень упала на Сатору. Возможно это из–за того,что она состояла из зомби, но инерции в её быстрых движениях не ощущалось. Зомби, находящиеся в суставах, хрустели и хлюпали, как будто их перемалывало во время движения.

Сатору отчаянно пытался выйти из радиуса атаки Кюр Илима. У него даже не было времени на [Полёт], пришлось убегать на своих двоих.

С глухим звуком лапа опустилась на то место, где только что был Сатору. Раздалось хлюпание, так как множество зомби оказались раздавлены.

Он всё ещё не действовал всерьез.

Эта атака, заставившая конечности зомби растянутся, как рулон бумаги, могла задеть его. И лишь по одной причине она этого не сделала.

Это больше походило на игру кошки с мышью.

— [Молния].

Сатору направил заклинание на лапу Кюр–Илима, что стояла на земле.

Бело–голубой разряд [Молнии] пронзил огромную, толщиной со ствол дерева, лапу.

Однако это принесло даже меньший результат, нежели недавний [Огненный шар]. Несколько зомби упали, но изнутри сразу вылезли новые, словно забивая протечку.

Всё выглядело так, будто тела зомби просто выплюнули. Он не знал, было ли это работой Кюр Илима, или же происходило само по себе. Но, с учётом, что тело противника состояло более чем из 500.000 зомби, не похоже, что каждого из них можно контролировать отдельно, так что второй вариант выглядит реалистичнее.

— Муахахаха!

Лапа вновь сдвинулась, как только Кюр Илим начал смеяться.

— Иииих!

Часть передней лапы, что стояла на земле, вытянулась, и выстрелила в направлении Сатору.

Более десяти зомби протянули к нему руки, словно желая его тела. Зомби растянулись, как связанные верёвкой, и оказавшиеся позади держали тела находившихся впереди. Таким образом им удалось растянуться на несколько метров, не касаясь земли.

Именно эта атака уничтожила Скелета–воина.

Сатору разобрался с ней в спокойной, неспешной манере.

Он немного отлетел назад с помощью [Полёта]. Зомби, которым не удалось схватить его, медленно вернулись к лапе Кюр Илима.

По сравнению с тем, как они тянули Скелета–воина, они стали намного медленнее. С чего бы это?

— Что ты сделал?! Никогда не видел, чтобы кто–то так использовал нежить! Как ты это сделал?"

— Нежити твоего пошиба такого не понять. На это способен только я.

— С чего бы! [Ледяной шар]!

Хоть это и был навык, сравнимый по площади и силе с [Огненным Шаром], ледяные навыки сами по себе слабы против нежити. Так что зомби он не нанёс особого вреда. Кюр Илим даже не потрудился отвечать на него.

Похоже, это была игра в поддавки. Ну, раз так, можно делать что угодно.

— [Кислотная Стрела]!

Он активировал точечное заклятие второго уровня.

Поражённый им зомби упал.

— В чем дело, шут? Чтобы меня убить, тебе понадобятся десятки тысяч заклинаний такого уровня. Ты же Ночной Лич, не так ли? Так давай же, используй на мне своё мерзкое заклятие более высокого уровня. Или хочешь сказать, что… ты не можешь?

— Нгх!

— Тогда мы сейчас это проверим.

Кюр Илим атаковал вновь. Теперь он нацелился на Сатору.

Как и ожидалось, это был удар, но урон оказался настолько ничтожен, что надетое на нем сейчас снаряжение полностью его поглотило. Однако, кинетическая энергия никуда не делась. Сатору несколько раз кувыркнулся по земле и остановился.

Пошатываясь, он поднялся на ноги.

— Что–то случилось, шут? Мой эксперимент еще не закончен, так что смотри не умри там.

Кюр Илим тем же отвратительным образом вновь сократил дистанцию с Сатору. На этот раз он поднял левую переднюю лапу. Затем, он повторил свою обширную атаку по площади.

От неё было просто уклониться, но этой атакой все не ограничилось.

Его передняя конечность пронеслась мимо и вытянулась, став похожей на длинные и толстые щупальца. Они открыли пасти и, вцепившись в Сатору, обвили его.

Сатору принял их за змей, но потом понял, что ошибся.

"…Это драконы!!!"

Он не мог уклониться от огромной пасти зомби–дракона, и тут челюсти сомкнулись, закусив его от правого плеча по самую грудь. Зубы впились в его лопатки и, заскрипев, нанесли ему урон. Может это и был зомби, всё же он был драконом.

И хотя он знал о существовании зомби–зверей, он не ожидал, что даже дракон может стать зомби, что стало его очень большой ошибкой.

Сила зомби зависела от существа, из которого он был создан. Конечно, зомби из дракона будет в несколько раз сильнее, если не в десятки раз, чем зомби из человека. И большее количество очков здоровья означало, что для убийства одного такого ему не хватит одного лишь заклинания третьего уровня.

Хотя они не представляли опасности для Сатору, но существование зомби–драконов означало, что у него в запасе могут оказаться и более могущественные зомби–монстры. Нет, следует сказать, что они определенно были где–то там.

Сатору вдруг пришла в голову мысль.

Он не забрал жителей страны Киино, потому что они были ему не нужны.

Четыреста тысяч зомби размером с человека из города Селюк–3 было достаточно. А затем он обратил в зомби более мощных существ и спрятал их в этом теле.

"Это весьма вероятно… нет, это единственная возможность."

— …Только подумать, что ты будешь использовать себе подобных!

— Подобных? Муахахаха! Какой же ты шут. Да чтобы я относился к этим низшим формам жизни, как к себе подобным!?

Чем больше был дракон, тем он был сильнее. Можно ли так сказать про него? Или Лорды–Драконы были существами абсолютно другого рода? Сатору не знал. Однако, раз этот Лорд–Дракон смог обратить нескольких драконов в зомби, то часть боевой стратегии против него следовало бы изменить.

Что–то подняло Сатору.

Тело дракона начало возвращаться в переднюю ногу Кюр Элима, затаскивая Сатору с собой.

Сбежать было довольно просто. Может, это и был дракон, но всё же это был просто зомби. Сатору просунул руки в щели между зубов, впившихся в его плечо, и с силой раздвинул их.

Нижняя челюсть открылась. Сила Сатору превзошла мощь дракона, а это означало, что он не успел вырасти полностью.

Пока он думал, что таким образом он сможет потихоньку освободиться, появилась огромная рука.

— Что!

Рука, превосходящая размеры таковой у обычного человека в несколько раз, схватила Сатору.

— Еще и гиганты!?

Гигант появился из–за дракона и схватил Сатору. Он не мог определить вид этого гиганта, но он, вероятно, обитал где–то неподалеку.

Скорость затаскивания внезапно возросла, и Сатору оказался втянут в переднюю лапу Кюр Илима.

Подавления нежити, которого он опасался больше всего, не происходило. Конечно, чтобы защититься от этого, он никогда не отключал своё Высшее Сопротивление III. Кажется, его не пытались контролировать, а просто поглотили.

Это означало, что подавление нежити происходило лишь с зомби, которых он поднял собственной силой.

Пасть, кусавшая его за плечо, и рука гиганта, державшая его за торс, отпустили хватку. А вместо них рука, размером с человеческую, схватила и прижала его.

Вокруг него было так много зомби, что он не видел внешнего мира. Однако, он чувствовал, словно его несло течением. Или, если сказать точнее, то движение создавали окружавшие его зомби.

Пока он задавался вопросом, куда же его несут, его голова вдруг оказалась снаружи.

"Умело же ты управляешь нежитью", – Сатору взаправду восхищался Кюр Илимом.

Снаружи место, где он оказался, было похоже на плечо Кюр Илима. По–видимому, сюда его протащило с самого низа внутренностей.

Та же голова, только теперь она была в несколько раз меньше, смотрела на него сверху вниз.

Нет, она выглядела иначе.

Эта голова никак не могла быть сделана из зомби.

Это был истинный облик Кюр Илима. Ранее завернутый в зомби, Кюр Илим теперь показал настоящего себя.

Сатору видел только голову, и она очень походила на ту, что была сделана из зомби. Однако эта была красивой. Его яркие чешуйки струились, словно были живыми. И хотя Кюр Илим был утоплен в куче зомби, своим обнаружением нежити Сатору мог ощутить основную часть его тела. Это огромное существо перед ним тоже было нежитью.

Кроваво–красные глаза с вертикальными зрачками смотрели прямо на него.

Когда Сатору увидел эти глаза, ему вдруг вспомнилась Киино… он старался скрыть беспокойство изо всех сил.

— Аииииеее!!!

Сатору закричал.

Это был противный крик, который и следовало бы ожидать от того, кто осознал, что не сможет победить.

— Муахахаха, – Кюр Илим прищурился и изогнул шею, – Какой восхитительный крик. Похоже, даже нежить способна издавать подобные звуки, осознав, что конец близок.

— П–подожди! Лорд–Дракон. Нет, господин Лорд–Дракон! Я, я был неправ! Молю, примите мои извинения! Вы… вы невероятно сильны, и теперь я понял это. Я оказался неправ, поэтому прошу, сжальтесь!

— Хмпф! И только теперь ты, наконец, понял.

— Да! Вы – наимогущественнейший Лорд–Дракон! А я был неправ!

— …Вот как. Что ж…

Сатору мог предсказать, что дальше скажет Лорд–Дракон. Вот почему зомби, удерживавшие его правую руку, усилили хватку. Зомби, вероятно, прикладывали много сил. Когда их мышцы рвались, то издавали хлюпающие звуки, и Сатору прямо чувствовал, как гниющие жидкости брызжут на него. Но это было не важно. Он притворился, что его левая рука застряла. И тогда, достав свой скрытый предмет, он приготовился в любой момент использовать его.

— Так исполняй же свою роль шута до самого конца. Так исполняй же свою роль шута до самого конца. Позволь мне насладиться криками глупой нежити, пока её давят в лепешку!

— Не-е-е-е-е-ет!

Это чувство сдавливания лишь росло, и Сузуки Сатору завопил в совершенно нехарактерной манере. Одновременно с этим он поднял кристалл, который держал в руке, чтобы Кюр Илим мог его увидеть, и активировал заключенное в нём заклинание.

— [Великая Телепортация.]

Он очутился у главных врат Селюка-3, запомненных им ранее, что и дало возможность телепортироваться к ним.

Сузуки спокойно прошел через врата и скрылся, чтобы Кюр Илим не смог его увидеть. Он навострил уши и внимательно осматривал окресности. Вымерший город, как и горы, был совершенно тих.

Не похоже, чтобы его побег привёл Кюр Илима в ярость, и погони за ним явно не было.

Это из-за неповоротливости столь огромного тела, или же противник не счёл нужным гоняться за мелкой сошкой? Потратив немного времени на наблюдение, Сузуки Сатору счёл второй вариант более подходящим.

— Итак…

Поведение Сузуки Сатору вдруг изменилось. От его недавнего жалкого образа не осталось и следа, взамен же появилась спокойная рассудительность, будто он делал выводы, анализируя результаты опытов.

Сузуки Сатору активировал анти-разведывательные заклинания. Теперь он сразу поймет, если противник попытается найти его с помощью магии.

Но Дикая Магия, которой мог пользоваться его противник, совершенно отличалась от навыков, которыми владел сам Сузуки Сатору. Нельзя было исключать, что эта магия сможет пробить все его защитные заклинания. Поэтому ему нужно действовать аккуратно, будто всякое его действие уже известно оппоненту.

Сузуки Сатору прищурился.

Он потратил столько времени на приготовления именно потому, что рассчитывал на это.

Проанализировав произошедшее в битве, он направил взор в направлении Кюр Илима.

— А ты и правда сильный.

Не хотелось признавать, но даже слов "Могучий противник" было бы недостаточно, чтобы описать это. Было сразу понятно – враг безумно силён.

Как и Сияющий Лорд-Дракон, тот тоже был силён, но Кюр Илим оказался ещё сильнее, и…

— И какой же проблемный…

Прежде всего, тот факт, что настоящее тело Кюр Илима было нежитью.

Сузуки Сатору (а точнее его персонаж Момонга) владел огромным числом разных навыков, как и полагалось нежити-магу. Но на этот раз он сражался с оппонентом, подобным себе, так что набор его эффективных защитных мер был очень ограничен.

Можно быть уверенным в том, что Кюр Илим окружил себя огромным количеством зомби. Хоть зомби и были самым слабым видом нежити, но разобраться с таким их числом – это большие затраты и времени, и маны. Что ещё хуже, там были не только зомби-люди, но и зомби-драконы. Даже если он разделается с ними, после этого Сузуки Сатору, потратившему всю свою ману, придется столкнуться с невредимым Кюр Илимом. Его положение было незавидным.

Но если судить по заклинаниям, которыми он пользовался прежде, похоже, особых зомби там не было, да и пробить высокоуровневое сопротивление физическому урону, которым обладал Сузуки Сатору, у них не вышло. Поэтому он мог игнорировать опасность получения урона и сосредоточиться на сохранении достаточного количества маны, позволив им бить его сколько угодно… Но всё было не так просто.

Когда чья-то броня ломается, естественно ожидать, что он отступит, восстановит броню и тогда уже сразится снова. Будь это так, они бы сбежали. Но не похоже, что Кюр Илим вообще думал о побеге. Хотя и возможно, что он остаётся там по какой-то особой причине, но это выглядит не особо правдиво.

Если у Кюр Илима есть способ собрать всех зомби с окрестностей, хотя Сатору не был уверен, сколько зомби находилось в соседних странах, вполне возможно, что их там десятки миллионов. И если он позволит дракону сбежать, то, в конечном итоге, чтобы добраться до Кюр Илима, ему, возможно, придется прогрызаться через всех этих зомби.

И если это случится, то такая же тактика дважды не сработает.

Чем больше они будут воевать, тем ниже будут шансы Сузуки Сатору на победу.

В этот раз ему удалось сбежать, но перед следующим боем лучше убедиться, что его высокоуровневое сопротивление физическому урону будет эффективно.

Анализировать полученную информацию, и попытаться предугадать и предотвратить действия противника – это естественно. Кюр Илим наверняка сделает ровно то же. Только глупец посчитает глупцом своего врага.

И, кстати, надо учитывать и то, что противник может попытаться помешать твоим собственным планам. Ведь он был Лордом-драконом, как Сияющий Лорд-дракон, а значит, мог владеть Дикой Магией – несравненной силой, которой в ИГГДРАСИЛЕ просто не было.

Нет… ему придётся учитывать это.

Лучше переоценить своего врага, чем его же недооценить.

Кстати, позволять ему сбежать тоже нельзя, ведь в худшем случае он объединит силы с Сияющим Лордом-драконом и атакует Сузуки Сатору снова.

Даже если Сатору удастся снять с него зомби-доспех, то, окажись его противник равным ему по силе, тот наверняка попытается сбежать.

Произойди такое, и удаче Сузуки Сатору был бы конец.

Иными словами…

— В следующем бою я должен победить и убить Кюр Илима.

Он не знал, сможет ли он это сделать.

Но иного выбора у него не было.

Прежде всего, надо уничтожить многослойную броню из зомби. Иначе настоящему телу Кюр Илима не нанести урон. Но чем больше времени он затратит на это, тем выше будет риск. Он даже не знал радиуса действия способности противника призывать зомби, и если её будет достаточно, чтобы тот смог восстановить свою зомби-броню, у Сузуки Сатору не будет и шанса.

В таком случае был нужен навык, что смог бы и пробиться глубоко внутрь, и одновременно поразить достаточно большую площадь.

В таком случае, оставался ещё один вариант…

— Сверхуровневая магия.

Сузуки Сатору задумался о самых мощных заклинаниях, что были ему доступны. Было ли среди них то, что было способно уничтожить разом всех зомби Кюр Илима?

Несколько вариантов пришли на ум сразу, но ни в одном из них не было полной уверенности.

Кстати, ведь даже если всех зомби удастся уничтожить, он не знал ничего о силе истинной формы самого Кюр Илима, так что битва всё равно была рискованной.

Удовлетворит ли Сатору добыча, или, скорее, сам факт победы?

И, рассуждая об этом, он внезапно рассмеялся.

— О чём я вообще думаю? Ведь награда за этот бой в любом случае бесценна. Я же делаю это ради Киино.

Сузуки Сатору, а точнее, его персонаж Момонга, может, и был гильдмастером, но на самом деле основная масса его усилий была направлена на создание приятной для всех атмосферы. Он не был лидером, что стоял бы над всеми и указывал им путь.

Поэтому сейчас сердце Сатору ликовало, переполненное эмоциями.

Ведь он сражался на передовой ради своего друга.

И ради счастья этого друга он жертвовал собой.

— Кюр Илим, сегодня твоя история завершится.

Голос Сузуки Сатору был тих и спокоен.

Но эти слова таили за собой огромный вес.

Часть 3.

Сатору начал сменять экипировку. Открыв раздел колец в своем инвентаре, его взгляд остановился на Кольце Аинз Оал Гоун.

Но лишь на мгновенье.

Сегодня он лично будет сражать на передовой, как гильдмастер, поэтому должен быть уверен в своей победе. Раз от кольца не было толку, то стоит отложить его, даже если оно символизирует гильдию.

Без раздумий, Сатору поменял кольца на те, что, согласно собранной информации, были наиболее эффективны в предстоящей битве против Кюр Илима.

Он поставил десять колец перед собой и использовал покупной предмет. Затем, он начал надевать их одно за другим.

Теперь эти десять колец, что были наиболее действенны против Кюр Илима, были закреплены за ним. Покупной предмет, что он только что использовал, позволял менять закрепленные кольца, и у Сузуки Сатору было лишь две его копии. Использование такого редкого предмета могло показаться глупым, но умереть, не сделав этого, было бы намного глупее. На данный момент самым главным было увеличение шансов на победу в предстоящей битве.

Наконец, он надел пару кожаных перчаток. Они не были магическими предметами, но позволяли спрятать кольца.

Ходили слухи, что у драконов есть способность обнаружения сокровищ.

Даже не зная уровень этого Лорда–Дракона или сохранилась ли у него эта способность, лучше было подготовиться и к такому ходу событий. Если его враг сильнее него, то повышение шанса на победу на 1% или даже на 0.1% было бы отлично.

Затем он открыл окно экипировки и выбрал ту, что была особенно эффективной против нежити или драконов.

Наконец, он достал свою козырную карту – Посох Аинз Оал Гоун.

Посмотрев на посох у себя в руке, Аинз улыбнулся от всего сердца.

Использовать Оружие Гильдии в настоящем сражении, чего раньше никогда не случалось, было за гранью его самых смелых мечтаний. Скорее всего, его товарищи даже не задумывались о подобном.

— Ты – доказательство существования нашей гильдии. Сделаем это.

Словно отвечая на слова Сатору, черный дым повалил из посоха, олицетворяя его намерения.

По пути сюда, Сатору задумывался об одной вещи: после прихода в этот мир посох вполне мог обрести разум.

— Собери всю накопленную ярость от долгого заключения и выплесни её в этой битве! Докажи вместе со мной, что Аинз Оал Гоун непобедимы!

Он разговаривал сам с собой, поэтому никто ему не ответил. Но Сатору всё же почувствовал странное удовлетворение.

Конечно, они были непобедимы лишь на словах. В прошлом их не раз постигали неудачи. Порой, охотясь на других игроков, они сами становились добычей. Но гильдия не знала поражения, способного пошатнуть их. С их точки зрения, ты не проиграл, если можешь восстановиться.

Он вернул посох обратно в инвентарь, вытащил обычно носимый им предмет Мирового Класса и надел его. Теперь его защита была идеальной.

Если Кюр Илим может использовать ту же магию, что и Сияющий Лорд–Дракон, – а именно, Дикую магию, – то он будет бессилен против неё без этого предмета.

На этом его приготовления завершились.

Сатору взглянул на сотворенную им крепость. Должен ли он что–то сказать Киино перед битвой с Кюр Илимом?

Он покачал головой.

Говорить было нечего.

Совсем ничего.

От него требовалось лишь победить и вернуться к ней целым.

Но было кое–что поважнее.

Сатору отправил [Сообщение], а затем дал указания предмету, который мог сообщать время голосами его друзей из гильдии.

Теперь уж точно закончив с приготовлениями, он вернулся на тропу, ведущую в горы.

Он мог использовать [Полет] или же телепортироваться, но он этого не делал. Отчасти из–за того, что ему нужно было идти строго по графику, восстановить ману и много других причин, но еще из–за того, что Сузуки Сатору было немного страшно.

Раньше он сражался, считая, что всегда может убежать, поэтому он продумал множество путей отхода.

Но не на этот раз.

В отличии от ИГГДРАСИЛЯ, сейчас на кону была жизнь Сатору.

— Я лишь единожды сразился с Сияющим Лордом–Драконом и еще не привык к такому.

Сатору остановился и взглянул на свои белесые, костяные руки.

Воображение играло с ним злую шутку, или же они действительно тряслись?

— …Мне страшно.

Он только что собрался с мыслями раз и навсегда, он был настроен сражаться за товарища по гильдии, и всё же теперь он стоял на грани.

Сатору мог лишь посмеяться над собой.

— Ладно… [Хранитель Дыхания].

— [Полет].

— [Бич Драконов].

— [Благословление Заклинателя].

— [Бесконечная Стена].

— [Эссенция Жизни].

— [Эссенция Маны].

— [Великий Полный Потенциал].

— [Свобода].

— [Сквозное Зрение].

— [Паранормальная Интуиция].

— [Великая Сопротивляемость].

— [Мантия Хаоса].

— [Неукротимость].

— [Усиление Чувств].

— [Великая Удача].

— [Усиление Магии].

— [Драконья Мощь].

— [Великое Укрепление].

— [Божественная Аура].

— [Поглощение].

— [Почитание].

— [Сопротивление Природному Оружию].

— [Великий Магический Щит].

Он накладывал усиления одно за другим.

Судя по обнаружению нежити, Кюр Илим все это время не двигался.

Сатору взволновался. Может, он недооценил Лорда–Дракона?

Могло ли все это быть ловушкой? Может, его противник предугадал все его действия и сейчас полноценно готовится убить его? Может, ему давно стоило оставить Большой Шар Нежити там и сбежать куда–нибудь подальше?

Его тревога росла с каждой секундой. Он все искал причины для бегства.

Сатору не смог сдержать смешок.

Он смеялся над своей слабостью.

Сатору устремил глаза вперед, поднял правую ногу и сделал шаг.

И еще один левой ногой.

Теперь он не остановится.

Множество причин уйти всплыло у него в голове, но он отверг их все.

Он был близок к свой цели.

Затем Сузуки Сатору, гильдмастер Аинз Оал Гоун, встал лицом к лицу с Кюр Илимом.

— Мне казалось, что ты убежал, шут, но вот ты вновь стоишь передо мной. Вернулся, чтобы поклясться мне в верности? Но… что это на тебе надето?

Сатору прищурился от его слов.

Не было причин с ним разговаривать. Нанести удар заклинанием первым выглядело намного разумнее. Но атаковать магией он мог в любое время, а сделать кое–что он мог только сейчас. Не было гарантии, что это сработает, но нужно было хотя бы попытаться, вне зависимости, насколько мал этот шанс.

Сатору крикнул:

— На сей раз мы сразимся по–настоящему! Либо умру я, либо ты, Лорд–Дракон!

В отличии от Кюр Илима, который беспечно смеялся, Сатору встал в позу, в которой его кристалл был на виду.

— Хм, так это и есть источник твоей уверенности? В этот раз ты не уйдешь!

Тонкая, перепончатая субстанция расширилась и, казалось, покрыла всю гору. Она была огромной, с площадью не менее чем два километра.

Сатору не знал её названия, но он знал, для чего она была нужна.

Это был барьер, блокирующий телепортацию. Такую же Дикую магию использовал Сияющий Лорд–Дракон.

Другими словами, все шло, как он и рассчитывал.

Но было бы хлопотно, если бы они лишь выглядели похоже, а действовали совершенно по разному. Сатору тихо отдал приказ [Сообщением], а затем крикнул:

— Что ты наделал?!

— Разве не ты хотел сражаться до смерти? Тогда тебе нельзя убегать, как в прошлый раз.

Сузуки Сатору использовал заклинание из кристалла. Это был далеко не самый эффективный способ его использования, но сейчас это было необходимо.

Этим заклинанием было [Расширенная Магия: Акулий Циклон]. Обычно, магию высокого уровня нельзя было поместить в кристаллы, но Расширенная Магия была исключением.

Появился торнадо шириной в 100 и высотой в 200 метров. Черный ураган, охвативший землю, разделил их.

Кюр Илим начал передвигаться.

Его взор заслонял торнадо и он не видел Кюр Илима, но способность Сатору обнаружила массу сигналов нежити за торнадо.

Когда Кюр Илим решил прорваться сквозь торнадо, Сатору бросился на него первым.

"Он не насторожен и не пытается уклоняться… В какой он стороне?"

Тени, плывущие по торнадо будто по океану, были шестиметровыми акулами, которые разрывали зомби на мелкие куски. Но это было незначительно, по сравнению с массивным телом Кюр Илима. При вхождении в торнадо немного зомби было уничтожено, но этим все и закончилось. На поверхности Кюр Илима было их бесчисленное количество. Огромная разница в размерах позволяла ему спокойно пройти сквозь торнадо, отделавшись потерей нескольких зомби.

Огромный Кюр Илим мог посчитать это заклинание лишь бессмысленным сопротивлением. Было странно для Сузуки Сатору выбирать именно его, но он должен был в кое–чем удостовериться.

Он начал быстро думать.

Почему Кюр Илим решил прорываться сквозь торнадо?

Найдя ответ, он ответил: "Понятно".

Надевая кольцо, он задавался вопросом, в чём была причина, но теперь все стало понятно.

Обычно, у драконов прекрасное зрение. Порой они могут даже видеть, что происходит за песчаным штормом. В таком случае, ему не нужно было прорываться сквозь торнадо. Он мог просто отправлять зомби с его конечностей в атаку, находясь при этом в безопасном расстоянии от торнадо. У надменного Кюр Илима не было причин нападать лично.

Но почему же он решил действовать так?

Ответом было то, что как и при [Взоре Немертвого Раба], Кюр Илим смотрел через глаза зомби. Может он и использовал для этого магических зверей с невероятным зрением, но после обращения в зомби большинство их способностей терялось. Поэтому зрение этих зомби могло быть лишь выше среднего, и Кюр Илим, скрытый тысячами зомби, не мог видеть сквозь это торнадо.

Вполне вероятно, что он мог видеть и глазами зомби с его крыльев или ног, но его движения и то, как он двигал головой, чтобы захватить цель, ясно давали понять, что он использовал зомби с головы – а точнее, с области глаз.

У Сатору был план на этот случай.

Он вытащил Оружие Гильдии из инвентаря и выпустил его.

— Вперед, Посох Аинз Оал Гоун! Запустить режим автоматического перехвата!

Посох, повинуясь приказу, начал двигаться сам по себе.

В то же время Сатору воспользовался брешью в обороне противника.

Козырь, который могли использовать лишь игроки, прокачавшие класс Затмение.

Этот уникальный навык назывался [Цель Всей Жизни – Смерть].

Часы, предвещающие смерть, появились позади Сузуки Сатору, и он использовал мощное заклинание на Кюр Илима, прорывающегося сквозь торнадо.

Словно второй Сатору, посох использовал наиболее подходящее заклинание.

В посох было вставлено семь драгоценных камней божественного класса, соответствующих элементам Солнца, Луны, Земли, Огня, Ветра, Воды и Времени, с возможностью использовать заклинания каждого из камней.

Сперва он использовал заклинание Камня Огня.

Это было божественным заклинанием областного типа [Огненная Буря].

Волшебное пламя окутало голову Кюр Илима. Зомби, служившие ему глазами, были уничтожены и зомби изнутри начали занимать их места.

Но он уже предвидел это. Ему было нужно лишь ослепить Кюр Илима на мгновенье.

В то же время, его ноги слегка замедлились, видимо из–за слепоты, что не могло не радовать.

Сатору с посохом сошли с траектории Кюр Илима, чтобы он не раздавил их при разбеге, и использовали свои заклинания.

Огромный магический круг образовался возле Сузуки Сатору.

Это означало, что он читает сверхуровневое заклинание.

Сузуки Сатору использовал покупной предмет и сократил время его чтения.

И затем…

— [Подношение Тёмного Урожая (Йа Шаб–Ниггурат)]!

Что–то похожее на черный ветер пронеслось мимо него. И хоть торнадо тоже подымало ветер, эти заклинания были принципиально разными. Черный ветер не имел физического воздействия и физические средства не могли ему противодействовать.

Сверхуровневое заклинание [Йа Шаб–Ниггурат] не было особо устрашающим. Оно имело ауру мгновенной смерти, поэтому было бесполезным против нежити, големов и других безжизненных существ. Будучи эффективным против живых игроков и противников в целом, было сложно представить кого–то на уровне Сузуки Сатору без иммунитета к мгновенной смерти.

Откровенно говоря, маленькое странное заклинание, которое имело лишь ауру мгновенной смерти. Но с помощью умения класса Затмение, оно превратилось в злобную, ужасную магию.

Часы за Сатору пробили двенадцать, и, с прочтением заклинания, стрелки начали двигаться.

В это время Сатору уже начал приготовления к следующему шагу.

Он не мог дать Кюр Илиму времени на размышления. Сейчас все решится. Если он позволит противнику хоть немного укрепить свою защиту, или же [Йа Шаб–Ниггурат] будет прерван, то это будет неминуемым поражением Сузуки Сатору.

Он бы мог использовать [Остановку Времени], но она была неэффективна в битве против Сияющего Лорда–Дракона, значит и не сработает с настоящим телом Лорда–Дракона Кюр Илима. Однако нельзя было сказать того же про зомби вокруг него. Если бы их защита была на том же уровне, что и у Кюр Илима, то все предыдущие атакующие заклинания не возымели бы эффекта, и сейчас бы не было столько поверженных зомби.

Другими словами, у них не было никаких магических предметов.

Надетые магические предметы наделяли владельца своими способностями и имели схожую с ним сопротивляемость. Например, надетое на Сатору ожерелье имело бы одинаковую прочность с таким же, лежащим на земле, но его было бы значительно сложнее сломать.

В нынешней ситуации защита Кюр Илима не распространялась на его зомби. Они считались не снаряжением, а скорее подконтрольной нежитью, висящей на его теле.

Проще говоря, они были обычными зомби. Если он использует [Остановку Времени], то это сработает на всех зомби, даже если сам Кюр Илим не будет ей подвержен. Они станут тюрьмой, сдерживающей его внутри.

Это казалось ему отличным ходом, но кое–что не давало ему покоя.

А именно, какова природа сопротивляемости к остановке времени у Сияющего Лорда–Дракона?

У самого Сатору она была особенностью экипировки, но было не похоже, что на Сияющем Лорде–Драконе было что–либо надето. Значит, это была врожденная сопротивляемость?

Если это так, то хорошо. Но можно ли распространить её на других, скажем, каким–нибудь защитным заклинанием?

Безусловно, заставить противника использовать подобное заклинание было бы весьма неплохо, но проблемы возникнут, если оно также сработает против козыря Сузуки Сатору.

Именно поэтому он не решался использовать [Остановку времени].

Вместо этого, он произнес другое заклинание.

Первым делом нужно выиграть время.

Было бы плохо, если противник начнет игнорировать его и углубится в защиту, поэтому сперва следовало сбить его с толку. Его противник, как и подобает нежити, не поддался бы эмоциям, но если он будет использовать различные атаки, заставив его забыть о защите, то этого будет достаточно.

В то же время он отменил [Акулий Циклон]. Это было не самое подходящее время, но Сатору обнаружил собаку–зомби, которая все это время находилась позади Кюр Илима. Она находилась так далеко, что без сверхзрения нежити, он бы вряд ли заметил её.

— [Армагеддон – Силы Зла]!

Тьма, закручиваясь в вихрь, сгустилась вокруг Сатору.

Пространство вокруг него пузырилось, издавая булькающие звуки, и из бездны родились демоны.

Первыми возникли Низшие Демоны с уровнем ниже 10. Всего их было 128. Нет слова более подходящего им, чем "уроды". Раздутая голова, левая рука была неёстественно тощей, тогда как огромная правая состояла из скрученных воедино щупалец, а ноги были разного размера. У них не было отличительных половых признаков, а из многочисленных отверстий в теле вытекал желтый гной.

Все их существо говорило, что они рождены, чтобы осквернить этот мир.

Демоны, рожденные для убийства и разрушения, не были под контролем Сатору и нападали на все без разбору. Так уж случилось, что рядом с ними оказался Кюр Илим, который и стал их мишенью.

И вся орда демонов ринулась в атаку.

— Прочь с дороги! Жалкие слабые демоны!

Рев Кюр Илима вызвал улыбку на лице Сатору.

Вот и все.

Как только Кюр Илим восстановил зрение, его тело начало извиваться, а слой зомби, покрывавших его голову, сформировали толстые щупальца. Более 20 конечностей в миг обрушились на демонов.

Демона нельзя одолеть одним ударом. Однако зомби–щупальца хватали демонов и засасывали их внутрь тела Кюр Илима. Одному низшему демону было сложно сопротивляться силе десятка зомби.

Поглощенных демонов скручивали и терзали, пока их останки не превратились в кашу, а затем вернулись в преисподнюю.

Тем не менее, все было в порядке.

Даже хорошо, что все обернулось именно так.

Было бы проблемно, если бы победа над ними заняла у него много времени.

Так случилось, что призванные существа были крайне слабыми. Было бы крайне неприятно, если бы Кюр Илим не знал, что это всего лишь демоны, и воспринял бы их как сильного противника. Не без удовольствия подтвердив это, Сатору не позволил проявиться насмешливой улыбке на своем лице.

Из черной воронки вокруг него вновь проявились пузыри, породившие демонов в районе 20 уровня – Адских Жнецов.

Эти демоны были похожи на смесь человека, богомола и прочих существ. Их гигантские косы были покрыты ядом и сверкали стальным блеском.

Всего их было 64 демона.

Расправив свои богомоловые крылья, они, как и Низшие Демоны, направились к Кюр Илиму.

Возможно, запаниковав, тело Кюр Илима начало извиваться, пульсируя изнутри. А затем, щупальца, состоящие из Драконов и Гигантов, бросились на демонов.

Одно из них потянулось к Сатору.

— [Стена Скелетов]!

Щупальце врезалось в возникшую стену. Это была невероятно быстрая и мощная атака, словно машина, ехавшая прямо на него на полном ходу.

Стена из костей не могла устоять перед такой подавляющей силой и была разрушена. В то же время куски плоти зомби, что составляли щупальце, раскидало во всех направлениях после удара о стену.

— Что?!

— Ты опоздал. Время вышло.

Как только Сатору, который все это время тихо отсчитывал в своей голове, произнес это, часы, предсказывающие смерть, завершили оборот, и их обе стрелки вновь указывали на небо.

И в этот момент – мир умер.

Земля обратилась в пустыню. Даже воздух казался мертвым.

Все виды зомби, которых определенно оказалось больше 400.000, а может и более миллиона, рухнули на пустынную землю. Сатору подлетел обратно, сократив огромную дистанцию между ними.

Это заклинание также прикончило и демонов, которым для жизни был необходим воздух. Но это ничего не значило для Сатору. Все потому, что теперь истинная форма Кюр Илима была раскрыта.

Вся эта куча нежити действительно имитировала тело Кюр Илима. Но хоть они и были похожи, всё же истинная форма выглядела более изящно. Настоящее тело Дракона–нежити было похоже на кошачьего хищника, чьи хвост и шея были очень длинными.

В то же время вокруг него вновь образовались черные пузыри, из которых появились демоны порядка 30 уровня – Гниющие Демоны. Они были ростом более двух метров, а их черная смолистая кожа напоминала бурлящее болото. Пузырьки поднимались вверх и лопались на поверхности, выпуская желтый газ, вызывающий гниение. Несмотря на то, что Сатору был окружен ими, газ был для него безвреден, так как он был нежитью.

Всего появилось 32 демона.

Сатору пожал плечами.

— Ты уменьшился, Лорд–Дракон.

— Так ты ублюдок Императора–Дракона? Это заклинание… это мощное снаряжение… Я никогда не забуду это…

В его голосе читалась искренняя ненависть. Сатору вспомнил, что Сияющий Лорд–Дракон тоже сказал что–то в этом духе, и не отрываясь смотрел на Кюр Илима. Конечно, он также не забыл нажать кнопку на браслете, где был запечатан голос его друга.

— Тебе не кажется, что ты запоздал с выводами?

— …Твой шутовской акт выдался на славу. Я был полностью обманут твоей шарадой.

Черные пузыри снова возникли, и из них в этот раз появились демоны 40 уровня – Молельщики. У них были женские тела и голубовато–белая кожа. С первого взгляда и не скажешь, что это демоны. Однако их глаза, носы и рты были зашиты нитками, а руки были сшиты вместе, будто моля богов о милости. Их было восемь.

Кюр Илим передней лапой смел Гниющих Демонов, бросившихся на него, убивая их одним ударом.

Призванные демоны разом напали на Кюр Илима, словно ожидая этого момента. Однако Кюр Илим направил свой взор на Сатору, будто бы подчеркивая, что только тот был для него противником. Он взмахнул своими передними лапами, крыльями и хвостом, уничтожая демонов одного за другим.

На Кюр Илима не действовало ни "оханье" Молельщиков, ни "гниющий газ" Гниющих демонов. Вероятно, не только потому, что он был нежитью, но и из–за наличия сопротивления к ним.

Демоны стали атаковать с помощью магии, но из–за различий в их уровнях урон оказался незначительным.

Сатору, наблюдая за этим, как обычно сохранял спокойствие. Изначально он поставил Кюр Илима вровень с Сияющим Лордом–Драконом. Для такого могущественного существа истребление подобных демонов было бы детской забавой. Если бы такую комбинацию атак принял на себя Сатору, то даже он получил бы ощутимый урон.

Но конечно, он не собирался позволять подобному случиться.

Появилось еще больше черных пузырей и появились демоны примерно 50 уровня – Дьяволы Войны. Это были демоны в полном комплекте латных доспехов, выглядящие как воины. В руках у них были мечи, объятые черным адским пламенем, а их черные крылья прорывались сквозь броню. Их было четверо и они правда выглядели весьма круто.

Обычно это заклинание призывало двух 60–уровневых и одного 70–уровневого демонов, но вместо этого Сузуки Сатору решил призвать побольше низкоуровневых демонов. Поэтому, тут было вдвое больше демонов с уровнем от 10 до 30.

На этом эффект заклинания закончился.

Дьяволы Войны использовали способность, которая работала как командирское усиление, улучшающее способности всех призванных демонов. Но столь незначительное усиление не имело значения против высокоуровневого дракона, который крушил демонов своим длинным хвостом, когда они читали свои заклинания.

Кюр Илим выглядел необычайно спокойным, аккуратно истребляя всех этих демонов.

"Это нехорошо", – подумал Сатору. Лучше бы он продолжал смотреть на него свысока, как до этого.

— Пришло время тебе умереть. Твоя…

— Погоди–погоди, зачем так спешить? У меня есть к тебе просьба, как же это называлось… умереть, ни о чем не жалея? Разве так сложно проявить хоть немного милосердия ко мне?

— У меня нет ни капли жалости к тебе подобным, что загрязняют собой этот мир.

Кюр Илим со свистом свернулся.

Драконы напоминали кошачьих хищников, к примеру, своими грациозными движениями. Поза Кюр Илима означала, что он собирается наброситься на свою добычу – Сузуки Сатору.

Он собирался игнорировать всех демонов вокруг, что было верным решением. Встреться Сатору с существом, способным ему навредить, и существом, которое не может, вполне очевидно, кого он будет больше опасаться.

Решив, что он больше не сможет потянуть время, Сузуки Сатору начал провоцировать Кюр Илима. Хоть он и старался вывести его из себя, было ощущение, что это не сработает, так как его противник был нежитью.

— Муахахаха, куда делась твоя улыбка? Что стало с твоим пренебрежением? Не торопись…

Глаза Кюр Илима сузились в ненависти.

— …И прочувствуй своё уничтожение, ублюдок Императора Драконов!

Затем, словно это было заклинание, Кюр Илим начал бежать, давя зомби на своих ногах. Но это его нисколько не замедлило.

Летающие между ними Дьяволы Войны попали под его атаку и были далеко отброшены. Хоть это их не убило, из–за полученных травм они были практически мертвецами.

— Ой–ой, – посмеялся Сатору приближающемуся Кюр Илиму, – Я еще не закончил атаковать.

Черная сфера всплыла в воздухе.

А затем упала на землю, словно ожидая приказа Сузуки Сатору.

Неожиданное развитие событий заставило Кюр Илима отскочить назад, сохраняя дистанцию с Сузуки Сатору. Как ему удалось так резко отступить, сведя на нет набранную скорость, несмотря на инерцию?

Упавшая сфера разорвалась, как мешок воды или плоды фруктов при столкновении с землей. Изнутри вылилась черная, смолистая субстанция, не отражающая свет, которая выглядела, будто окрасит все, к чему прикоснется, в черное.

Она поглотила всех зомби.

Черная грязеподобная субстанция пропитала его ноги, но Сузуки Сатору не боялся.

Он следил за Кюр Илимом, уничтожавшим демонов. Сузуки Сатору не предпринимал попыток атаковать его и вел себя довольно расслабленно.

Между ними выросло дерево.

Сперва оно было одно, затем их число стало расти. Два, три, пять, десять… это были щупальца, раскачивающиеся даже без ветра.

— МММЕЕЕЕЕЕЕЕ!!!

Внезапно послышалось приятное блеяние козы. И она была не одна – их было словно стадо.

Словно вытягиваясь за этим звуком, жидкость испустила глухой стон, и из неё что–то появилось.

Эти существа были ненормальными, слишком ненормальными.

В высоту они были почти 10 метров, но это не считая их щупалец.

Они были похожи на репу с бесчисленными черными щупальцами вместо листьев. Их плотные корни напоминали комки плоти, и у них было пять козьих копыт.

Часть с корнем, то есть комкообразная часть, была разломана и расколота в нескольких местах.

Даже Кюр Илим настороженно наблюдал за всем этим. Не похоже, что он собирался атаковать.

Это напомнило ему Лорда–Дракона, с которым он сражался ранее.

"Ах, так вот оно что. Они… никогда раньше не сражались с существами такого уровня, по крайней мере, не очень часто."

Почуяв возможность, Сузуки Сатору улыбнулся, а затем…

— МММЕЕЕЕЕЕЕЕ!!!

Приятное блеяние исходило из этих разломов.

Это были пасти, сочившиеся слюной.

Эти пять внушающих страх монстров назывались "Тёмные Младые".

Это были монстры, появившиеся в количестве пропорционально количеству жертв [Йа Шаб–Ниггурат].

У них не было никаких особых способностей, но они обладали исключительной защитой и их уровень был свыше 90.

— Хохо, это новый рекорд… Кюр Илим, похоже, все люди, которых ты пожертвовал ради своего глупого плана, жаждут твоей смерти!

Это было невозможно. У мертвых нет своей воли.

Но это могло быть возможно в этом мире. Мысль, что Тёмные Младые вобрали в себя последние желания умерших, не покидала головы Сузуки Сатору.

Их щупальца были чрезвычайно длинными, и похоже, что они ожидали приказа Сатору. Возможно, дело было в этом.

— Ладно, вперед!

Тёмные Младые заблеяли и рванули на Кюр Илима.

Кюр Илим ударил хвостом прямо по корпусу Темного Младого и вырвал из него кусок тела, вызвав извержение смолянистой крови. Однако тот задрожал лишь на мгновение, а затем его толстые ноги крепко встали на землю, без видимого замедления в скорости передвижения.

— Что!?

Возможно, он предполагал, что Темный Младой будет отправлен в полет, или просто исчезнет, как прочие демоны. Но тот сблизился с Кюр Илимом в момент его замешательства и они столкнулись.

Кюр Илим пошатнулся от удара.

Тёмные Младые окружили его и нападали, ударяя Кюр Илима своими щупальцами бесчисленное количество раз, иногда даже приближаясь для укусов.

— Не смотри на меня свысока!

Окруженный Темными Младыми, Кюр Илим крутился и уворачивался в стиле кота, используя свои крылья, хвост, ноги и клыки для контратаки.

Только теперь Сатору применил на него заклинание. Ему больше не нужно было притворяться надменным. На сей раз он закроет пути действий для своего оппонента и приведёт его к тому, что был заготовлен.

Он использовал заклинание [Односторонняя Дуэль].

Заклинание третьего уровня, оно привязывало заклинателя к цели таким образом, что когда цель пыталась сбежать с помощью телепортации, оба оказывались в одном и том же месте.

Такой эффект мог игнорировать даже использование целью [Задержки Телепортации] и телепортировать их обоих в обозначенную зону. Однако у заклинания был фатальный недостаток. Если цель телепортировалась к своим друзьям, заклинатель также появлялся там благодаря их связи, и оказывался окружённым.

Такой была причина нахождения вроде бы полезного заклинания в пределах третьего уровня. До одного из обновлений, его можно было использовать на члене команды и телепортироваться вместе с ним, но после патча его можно было применить лишь на врагов.

Разумеется, если бы Кюр Илим решил телепортироваться к Сияющему Дракону–Лорду или к подобному по силе Дракону–Лорду, главным приоритетом станет немедленный побег. Как и подразумевало название [Односторонняя Дуэль], заклинание предоставляло преимущество того, что если заклинатель телепортировался прочь, его противник не перемещался вместе с ним, что делало бегство тривиальной задачей.

Затем посох гильдии также применил заклинание.

Им было заклинание восьмого уровня, [Запирание Измерений].

Хотя демоны, ангелы и прочие аутсайдеры часто использовали эту способность в форме умения, одноимённое заклинание имело ту же функцию. Оно предотвращало моментальное перемещение с помощью телепортации наружу своей зоны действия, но не ограничивало физические передвижения. Для избежания этого, Сатору следовало зорко следить за каждым шагом Кюр Илима.

Тот находился внутри зоны [Запирания Измерений]. Попытайся он покинуть зону и телепортироваться снаружи, [Односторонняя Дуэль] возымела бы эффект.

Сатору с посохом гильдии соорудили магическую темницу. Тёмные Младые служили физической темницей.

Похоже было на то, что Тёмные Младые находили нападавших на них демонов раздражающими.

Хотя они и были призваны одним заклинателем, демоны, вызванные с помощью [Армагеддона – Сил Зла] были доступны как приемлемые цели. По этой причине призванные одним и тем же заклинателем монстры могли сосуществовать.

Поскольку он не мог отдавать приказы демонам, не находящимся под его контролем, у него не было выбора помимо приказа Темным Младым мириться с этим.

Сатору приказал Темным Младым "мириться с этим, поскольку демоны не повредят вам, даже если не будете защищаться", а затем применил заклинание.

— [Тройная Предельная Магия: Рассечение Реальности].

Атакующее заклинание высшего ранга впилось в тело Кюр Илима.

Скорее всего, это был самый большой объём урона из полученных им среди всех битв до сих пор, и глаза Кюр Илима словно пытались прожечь Сузуки Сатору насквозь.

Посох гильдии применил заклинание, запечатанное в Камне Солнца – [Сияющий Взрыв].

Это было заклинание с воздействием на площадь, наносившее дополнительный урон злым существам и нежити, тем сильнее, чем ниже было значение их кармы. В свою очередь, с увеличением кармы цели, урон по ней снижался или обнулялся.

Разумеется, Тёмные Младые так же были бы под ударом, поскольку Кюр Илим находился между ними. Но поскольку значение их кармы равнялось 0, несмотря на их внешний вид, они не получали много урона.

Демоны же получали урон по площади и начали воспринимать посох гильдии как врага. Однако поскольку демоны были связаны единым правилом: "не нападай на своего призывателя", – они не атаковали посох, считавшийся частью снаряжения их призывателя.

То, как демоны удвоили интенсивность атак на Кюр Илима и Темных Младых могло выглядеть, будто они выплёскивали своё раздражение.

— Аааааааааах! Чёрт бы тебя побрал! Чёрт тебя побери, ты, ублююююююдок!

Голос Кюр Илима звучал стеснённо. Шах и мат. Мелкая разница в уровнях ничего не значила теперь, когда последняя фигура вступила в игру.

Всё было бы совсем иначе, будь Кюр Илим определённым исключением, о котором знал Сатору. Он не ослаблял атак, поскольку знал монстров типа "танк", не позволявших нападавшему определить, насколько сильно они были повреждены.

— [Тройная Предельная Магия: Рассечение Реальности].

Он продолжал применять сильнейшее известное ему атакующее заклинание поскольку он был настроен не давать врагу времени перевести дыхание и победить его здесь и сейчас. В то же время, посох гильдии применил своё заклинание.

[Призыв: Первородный Огненный Элементаль].

Пламя взвылось в небеса, достигая шести метров в высоту, а затем медленно сгустилось в гуманоидную форму.

Лучший возможный ход для укрепления преимущества.

Хоть Сатору и желал сделать это сам, к его сожалению, он не мог.

Призванный Первородный Огненный Элементаль проделал свой путь между Темными Младыми и ударил Кюр Илима пламенными кулаками.

— [Тройная Предельная Магия: Рассечение Реальности].

Посох гильдии применил заклинание девятого уровня, божественного ранга, [Разлом Земли].

Как только Кюр Илим был поранен [Рассечением Реальности], земля разверзлась и трещина поглотила ногу Кюр Илима, оставляя его застрявшим в ней, как животное в медвежьей ловушке.

Эффект мгновенной смерти не активировался, как Сатору и ожидал. Однако эффекты урона со временем и препятствия движению должны были примениться.

Хотя он и не мог понять, как трещины в земле могли возникнуть в пустыне, таков был принцип заклинания.

"Я победил… да нет же."

Сатору моментально напрягся в момент расслабления.

Истинно то, что Кюр Илим должен был лишиться вариантов действий в таких обстоятельствах. Даже Тач Ми не смог бы, наверное, выбраться из такого. Но дело бы обстояло совсем иначе, имей Кюр Илим козырь в рукаве. Это очень походило на битву с Сияющим Лордом–Драконом… Лорды–Драконы такого уровня имели супер умение в виде Дикой магии. Он всё ещё не мог терять бдительность.

Пока посох гильдии применял свои атакующие заклинания, Сатору осмотрел корпус Кюр Илима, его правую сторону, затем верхнюю от неё, и нацепил на себя браслет. Как хорошо сможет адаптироваться к обстоятельствам его собственный туз в рукаве, и как сыграет его оппонент? Это должно было стать моментом, определяющим победу и поражение.

"…Киино… Я вернусь к тебе в безопасности…"

"Почему?", – думал Кюр Илим в глубине своего хаотичного разума.

Почему он был доведён до такого отчаянного положения, несмотря на его безукоризненное планирование? Ублюдок Императора–Дракона… почему он, наиболее самоотверженный из шести Драконов, готовившийся уничтожить заразу этого мира, был загнан в такую ситуацию?

Ответ был очень прост.

Кюр Илим знал о существование врагов своего уровня, но никогда не сражался с ними.

В прошлом, он избегал существ уровня Сузуки Сатору. Не потому что он был слаб, но поскольку его интеллект подсказывал ему, что их невозможно победить.

Из–за особенности своего ума, Кюр Илим потерял шанс к пониманию и изучению. Важность предварительной подготовки, правильное использование силы, необходимость откинуть гордыню и работать с другими – он не понимал ничего из этого.

Сузуки Сатору и Кюр Илим.

Таковы были различия между этими могучими существами.

Во время игры, Сатору накопил обширные объёмы опыта в битвах с равными себе и понимал необходимость сражаться вместе с друзьями. Кюр Илим же не знал об этом ничего.

Имей Дракон подобный опыт, он бы не был принижен до такого состояния. Он мог бы быть способен убить Сатору.

Однако… он не смог.

Таким образом для Сатору, анализировавшему способности врага и делавшему приготовления для гарантии превосходства, было естественным выйти победителем.

Но лишь в теории. Нельзя было так просто решить это в реальности.

Существовала разница в личной силе.

Точно так же, как муравей не мог надеяться даже потревожить слона, без разницы от уровня подготовки. Различие в личной силе могло бы стать предельной преградой. Драконы всё же были мощнейшими существами даже после превращения в нежить, поскольку их базовые способности сильно превосходили таковые у Сузуки Сатору.

Все Истинные Лорды–Драконы также обладали определённой могущественной силой. В случае Кюр Илима, он оттачивал эту силу, готовясь разделаться с Игроками.

По этой причине Кюр Илим сделал себя таким.

Дикая магия.

Дикая магия Кюр Илима считалась самой зловещей из всех заклинаний, которые могли применить Лорды–Драконы.

Естественно, она требовала уплаты огромной цены за своё использование.

Но поскольку Кюр Илим чувствовал, что будет уничтожен, продолжи всё так идти, он применил заклинание.

Кюр Илим открыл свою пасть.

Это происходило не так, как змея бы заглатывала свою добычу. Его пасть разверзлась, пока щель не достигла диаметра его шеи. Разделённая часть отвисла, как будто гигантская пасть в несколько дюжин метров шириной собиралась поглотить всё.

И затем оно изверглось из этого массивного рта.

"Дыхание Душегуба".

Заклинание Дикой магии, считавшееся равным по мощи предмету Мирового Класса "Лонгину". Это была неотразимая сила, способная отделить душу у любого, к кому она применялась.

Необычайно зловещая сила поглотила всё вокруг.

Киино не могла отвести глаз от черной сферы, парящей над горой.

Даже с такой дистанции она осознала, насколько это штука огромна.

Но что это такое? Какого черта там вообще происходит? Вопросы сменялись новыми вопросами, но по настоящему важным был лишь один: "Что за сила могла сотворить такой ужас?"

Была ли это секретная техника её спутника Сузуки Сатору? Или то было творение его противника, того самого существа, что отнял у Киино её страну, её семью и всё, что ей было дорого?

Чем бы ни была вызвана эта аномалия, ясно было лишь одно – подобная мощь лежала далеко за пределами способностей Киино. Подобное по силам лишь стоящим на вершине мироздания.

Если это дело рук Сатору, то все в порядке. Хотя нет… это не так.

Ведь если так, то это означает что Сатору, способный играючи сокрушить любого противника, кроме Сияющего Лорда–Дракона, столкнулся с кем–то, потребовавшим использовать такую силу.

Иными словами – Сузуки Сатору встретил равного себе.

Могущество Сатору было несомненно.

Кинно провела с ним пять лет. Дольше она знала только своих родных. И за годы странствий Киино хорошо изучила своего спутника.

Он был далеко не идеалом.

У него был ужасный вкус, когда дело доходило до названий, он с пренебрежением относился к живым, мог мгновенно выдумывать самые невероятные небылицы, с легкостью пожертвовал бы жизни других ради себя… и ради Киино. Он был жестокой личностью.

Но при этом у него имелось множество достоинств.

Он всегда и со всеми был вежлив. Он был очень любопытен. Он всегда с нетерпение ждал встречи с неизведанным. Он даже научился правильно расчесывать ей волосы. Сатору всегда относился к ней как к равной, несмотря на то, что Киино было слаба и лишь обременяла его. И самое главное – он был очень добр.

Киино обняла себя за плоскую, детскую грудь, которая уже никогда не вырастет.

Ведь Сатору был тем, кто защищал её, сражаясь с невероятными монстрами, даже с самим Сияющим Лордом–Драконом. Более того он смог выжить и благополучно отступить в том бою. Он наверняка к ней вернется, верно же?

Но неважно как она убеждала себя в этом, Киино не могла не чувствовать страх перед лицом такой силы.

— Ты ведь вернешься, верно? Ты целым и невредимым вернешься ко мне, правда ведь?

Именно Сатору спас её, когда она лишилась абсолютно всего.

И Киино верила, что он продолжит быть её спасителем.

Киино Фасрис Инверн обрела вечную жизнь. Теперь она – ненавистное живыми существо, и даже если она заведёт живых друзей, в конечном итоге время заберет их всех.

И тогда, когда она чувствовала себя похожим образом, пришла та ночь.

Как же ей повезло встретиться с ним в мёртвом городе…

Сатору смог бы шагать с ней навстречу вечности. Он бы никогда не позволил ей вновь познать одиночество брошенного в этом мире. Их встреча была предопределена судьбой.

— …

Но сейчас его не было рядом. Сатору мог отказаться от неё и сбежать в любой момент. Это беспокойство без остановки терзало Киино.

Но она хорошо знала, что Сатору пошёл на битву ради неё. И Киино была благодарна.

— Сатору, постарайся…

Киино молилась.

Когда–то она верила в богов, но после обращения в нежить боги в её сердце умерли вместе с ним. Киино осознала, – Боги никогда не отвечали мольбам.

Поэтому она возносила молитвы лишь ему одному.

Она молилась тому единственному, кто смог облегчить её боль.

Она молилась Сузуки Сатору.

"Пожалуйста, береги себя и вернись ко мне."

***

Он мог видеть что–то чёрное в пасти Кюр Илима, нечто настолько зловещее, что даже такая нежить, как Сатору испытала холодок по телу. Нечто настолько ошеломительное, что его природные инстинкты самосохранения были на пределе.

Слишком опасно, слишком жутко.

Столкнувшись лицом к лицу с чем–то затмевающим его собственную силу, Сатору потерял хладнокровие и выкрикнул:

— Тёмные Младые, блокир…

С приказом всё было в порядке. Но было уже слишком поздно.

Кюр Илим изверг нечто похожее на массивный и плотный луч тьмы.

Луч поглотил всё перед собой.

Мгновение спустя Сатору почувствовал (благодаря своей связи с призванным монстром) как Тёмный Младой был уничтожен, едва только луч света коснулся его тела. Огромная туша, чей уровень превышал девяностый и защита превосходила таковую у Сатору, была уничтожена.

Вероятно, это был не эффект мгновенной смерти, поскольку Тёмный Младой отражал такое воздействие.

Тогда что же это… Сатору думал о своём козыре, который он только что использовал. Было ли это нечто подобное?

Но чёрный луч, выпущенный Кюр Илимом, не был скован недостатками козыря Сатору.

Было ли это улучшенной версией его умения?

Чёрный луч дико прыгал по целям вокруг себя благодаря кручению Кюр Илимом своей длинной шеи, и уничтожил очередного Тёмного Младого. Первородный Огненный Элементаль также не сумел избежать моментального искоренения. За ним последовали третий и четвёртый Тёмный Младой, вместе с демонами. А затем…

Сатору вспомнил один видео клип. На видео игрок, собиравшийся уходить из игры, отдал свой ценный предмет важному НИП. Посреди шторма проклятий наподобии "Чёрт побери!", "Дерьмовый гад!", "Чёртовы гуманофобы!" и т.д., он вспомнил название предмета…

Это был…

— Лон… [Стена Скелетов]!

В это время, посох применил [Покров Луны].

Обе защиты развернулись перед ним в один момент. Это была двухслойная защита, состоявшая из физического и нематериально–магического барьеров.

Однако краем своего ума он спокойно принимал тот факт, что защитные барьеры были бесполезны против предмета Мирового Класса типа "Лонгина".

На деле луч с лёгкостью прошел сквозь барьеры, будто их и вовсе не было, продолжив поглощать всё на своем пути.

Луч тьмы, направлявшийся к нему, не нёс в себе никакой очевидной разрушительной силы или давления.

Однако это был смертельный удар.

Когда все досадные помехи были устранены, Кюр Илим вытащил лапу из расщелины.

Хоть и было небольшое ощущение боли от ноги, это ничего не значило. Возможно, будь он живым, необработанная рана могла бы навлечь замедление скорости передвижения из–за повреждённой конечности, но такой негативный эффект не действовал на нежить.

К тому же, нежить не страшилась боли.

Это и стало одной из причин почему Кюр Илим, который когда–то был трусом, решил стать нежитью.

Дракон посмотрел перед собой и в его алых глазах пылала ненависть. Перед ним лежал мир, превратившийся в пустыню, абсолютно чуждую всему живому. Здесь же была стена из костей и мерцающая разными цветами завеса, будто бы созданная из тончайшей ткани.

Его острое драконье чутьё подказывало ему.

Загрязнитель мира все ещё был здесь. Как будто они ждали, пока Кюр Илим осознает это, две стены исчезли, словно растворились в воздухе.

Заклинатель, что довёл Кюр Илима до предела, спокойно стоял перед ним. Позади него левитировал посох.

Хоть у него и не было причин сомневаться в своих чувствах, его противник не был никоим образом повреждён.

Подобные стены не могли остановить Дыхание Душегуба. В таком случае, как его оппонент смог сделать это?

Возможно, он телепортировался за пределы заклинания, пока линия взгляда Кюр Илима была преграждена. Барьер Искривления Мира, которым Кюр Илим начал бой, лишь взаимодействовал с телепортацией через барьер. Телепортация внутри барьера не блокировалась. Он мог просто перенестись к границе барьера и затем пройти прямо сквозь сам барьер.

Мог ли он избежать действия луча таким образом? Нет, не мог.

Было невозможно избежать его таким способом. В таком случае, был лишь один способ, чтобы остановить эту атаку.

— Дикая Магия…

Лицо Кюр Илима исказилось чистой злобой. В результате того, что он был нежитью, сильные эмоции были взяты под контроль, однако его бурлящие внутренние порывы не могли принять такого. Они воспламенялись, успокаивались, а затем воспламенялись снова и снова.

— Уничтожу! Тебя! Ублюдок! Даже костей твоих не останется…

Только теперь, его враг протянул руку. Он словно пытался сказать: "постой, погоди немного."

— …Кюр Илим. Меня зовут Сузуки Сатору.

Что ещё он мог сказать в такой момент? Лицо Кюр Илима скривилось.

Не было нужды узнавать это. Или же он пытался вручить своё имя противнику перед тем, как уничтожить его, в виде некоего трофея?

Это вызвало лишь больше недовольства.

Если бы его оппонент был равным ему, тогда обозначение имени стоило бы того, чтобы его запомнить. Однако просто хранение в уме имён, и даже их частей, этих жалких наростов вызывало в нём рвотные порывы.

— Называешь ли ты каждый кусок дерьма на своём пути по имени по имени? Ты, загрязняющий мир ублюююююююдок!

Его гнев перешёл в могучий рёв. Взрыв гнева, казалось, потряс сами основы земли. Однако его враг просто пожал плечами. Такое хладнокровие заставило Кюр Илима быть ещё более насторожённым по отношению к нему.

Его оппонент был цел, в то время как его собственные силы были почти исчерпаны. Потому ли он был так спокоен? Или же он расставил какую–то ловушку?

— …Должны ли мы теперь заключить сделку?

Кюр Илим был застигнут врасплох этими словами. На мгновение, он не мог разобрать, что они значат.

— …Что. Ты. Говоришь!? Мы так долго боролись и ты всё ещё пытаешься!?

— Моей целью не было уничтожить тебя. На самом деле, я просто пришёл сюда выяснить, что произошло, есть ли способ развеять твоё заклинание превращения в нежить. Ты ведь знаешь? Окружающие страны назначили большую награду за это. Понимаешь?

Он не мог быть уверенным, было ли это правдой. Однако было возможным то, что эта заражённая чернь могла пытаться сделать что–то с результатом магии Кюр Илима.

Однако это лишь сильнее разозлило Кюр Илима.

Борьба за такой совершенно бессмысленный мотив, как деньги, невероятно приводила в ярость.

Кюр Илим в тишине смотрел на своего врага.

Прошло несколько секунд, нет, почти минута прошла. Его оппонент, по видимому, ощутил, что Кюр Илим не желает говорить, так что он продолжил свой монолог.

— Деньги очень важны, и было бы просто замечательно, если бы я мог получить их без необходимости убивать тебя… поскольку твоё уничтожение послужило бы дополнительным источником дохода. Другими словами, я бы хотел получить двойную оплату за ту же работу… Ах, да, у меня есть другой вопрос. Все известные мне Драконы собирают огромные кучи сокровищ по мере своего усиления. Касается ли это и тебя тоже? Если я убью тебя, это будет значить, что я смогу наложить свои руки на огромную кучу сокро…

Внезапно, несколько заклинаний врезалось в тело Кюр Илима.

Это были высокоуровневые заклинания силового типа.

Они с лёгкостью пробили барьер, защищавший его тело и нанесли значительный урон. Их использовала группа довольно высокоуровневых заклинателей.

Кюр Илим в спешке свернул свою шею в поисках источника заклинаний, и нашёл их позади себя.

Там было несколько неживых существ. Его драконье чутьё подсказывало, что посохи этой нежити содержали в себе великую силу.

А с шей этой нежити свисали… Кюр Илим повернулся для взгляда на врага.

— Не договаривались ли мы о том, что это будет схватка один на один!?

Демоны, эти чёрные монстры, и этот посох. Кюр Илим не имел возражений на их счёт. Всё, что ты можешь призвать своей собственной силой, было частью тебя. В конце концов, Кюр Илим собрал 1.200.000 зомби. Однако это был иной случай. Нельзя было приводить с собой подкрепление на бой один на один. Конечно любой почувствовал бы себя, как Кюр Илим, с какой стороны не посмотри.

Однако его враг лишь легко пожал плечами и беспечно ответил:

— А–а–а? Мы же пытаемся убить друг друга, не так ли? С чего это я должен подчинять такому правилу? Всё сгодится для победы. Для моей победы.

На мгновенье его разум затуманился…

— Ах ты ублюююююдок!

Кюр Илим резко рванул вперед. Но его целью был не противник перед ним, а нежить, читавшая заклинания за его спиной.

Было понятно, кого легче устранить. Стоило уменьшить число отвлекающих факторов.

— Презренная сволочь!

Предыдущий диалог служил лишь для того, чтобы выиграть время до прибытия подкрепления.

Попасться в такую ловушку и сковать себя правилом битвы один на один было действительно глупо. Вернее будет сказать, что позорно было не ожидать подобных грязных трюков от противника.

Как и ожидалось от ублюдка.

И поверить в такую откровенную ложь ублюдка было действительно глупо.

Даже будучи нежитью, Кюр Илим не мог сдержать гнева, и бросился на отряд нежити с самой большой скоростью, на которую он был способен.

Несколько высокоуровневых заклинаний полетело в него, снижая здоровье Кюр Илима.

А затем последовала высокоуровневая магия ублюдка Императора–Дракона. Это мерзкое заклинание с ошеломляющей мощью могло разорвать его тело тремя невидимыми ударами. Но он понял, что заклинания отряда нежити уничтожат его раньше, чем он сможет убить хотя бы одного врага, поэтому ему оставалось только игнорировать их.

Его драконьи чувства говорили ему, что дует сильный ветер. Этот ветер взмывал высоко в небеса.

Он осмотрелся и увидел могучего Элементаля Ветра, похожего на недавнего Элементаля Огня. Должно быть, его противник пытается завладеть воздушным пространством и зажать Кюр Илима в клещи.

Внезапно, в мыслях Кюр Илима всплыло слово "отступление". Но оно было немедленно забыто, так как он увидел перед собой отряд нежити, размахивающий посохами.

— Прочь с дороги, прихвостни ублюдка!

В отличие от ублюдка, эта нежить не была сильной. Но на всякий случай он применил Дикую магию и увеличил разрушительную мощь своего хвоста.

Устранив помеху, он мог сосредоточиться на противнике. Когда придет время, Кюр Илим использует эту магию на свои когти и клыки, и закончит сражение в ближнем бою, не давая ему улететь. Он прижмет его когтями к земле и раздавит его на кусочки своими клыками.

Возможно, ему следовало расширить Стену Разделения Миров, чтобы предотвратить появление новых подкреплений со стороны врага. Но на это уйдет много сил, поэтому он предпочел этого не делать. Однако, в зависимости от ситуации, у него могло не остаться выбора.

Достигнув приспешников ублюдка, он взмахнул длинным хвостом, чтобы смести их всех силой ветра.

— Что!

Кюр Илим был шокирован. Что–то определенно было разрушено его хвостом, но почти половина нежити оказалась нетронутой.

Кюр Илим не считал свои удары хвостом мощнее всех прочих. Он и рядом не стоял с хвостом Лорда–Дракона: Мастера Меча, но для нежити невозможно было уцелеть.

Они как–то заблокировали ту атаку? Или… они такие же сильные, как и ублюдок Императора–Дракона?

Это было невозможно. Если это действительно так, то ему следовало драться и с ними. Но если нет, то какие еще могут быть причины?

Заклинания оставшейся нежити настигли Кюр Илима и ещё больше ослабили его. Враги позади также прочитали два заклинания. Элементаль Ветра не собирался спускаться.

"Что мне делать?"

"Как мне перевернуть ситуацию в свою сторону?"

Кюр Илим задумался.

В конечном итоге, он мог лишь сражаться, или бежать.

Часть его хотела сбежать, так как у него почти не осталось сил. В сложившейся ситуации, будет крайне сложно победить противника. Было самое время отступить и привести себя в порядок для следующей битвы.

Но вторая его часть сказала:

"Вновь собираешься бежать? После высвобождения накопленных душ и использования Дикой Магии, тебе больше нечего показать? Хочешь, чтобы всё так и закончилось"?

"Точно!"

Кюр Илим уже попрощался со своей слабостью характера.

Он уже не такой, каким был раньше.

Он поклялся уничтожить ублюдка Императора–Дракона, здесь и сейчас.

Поставив перед собой цель, Кюр Илим использовал свою самую сильную атаку.

Даже если она не сработает на его заклятом враге, она обязана сработать на нежити перед ним.

Поэтому…

Из пасти Кюр Илима выстрелил черный луч.

Сатору убедился в этом, использовав [Полет] чтобы подобраться поближе.

Члены "Тела Бездны", которых заставили сражаться, были уничтожены. Даже Первородного Воздушного Элементаля, охранявшего небо на случай бегства Кюр Илим, постигла та же участь.

Естественно, Сатору тоже попал под атаку, но благодаря защите от предмета Мирового Класса она была бесполезной.

Будь он всё еще в игре, он бы уже кричал "чёртовы разработчики" за то, что такую нечестную атаку можно было использовать дважды подряд. Однако в настоящем сражении он мог лишь принять это.

Сатору вздохнул с облегчением.

Факт того, что его противник выбрал сражение вместо побега делал его счастливее, чем то, что он смог свести на нет его атаку.

Это и было причиной его провокации. Но, принимая во внимание особые качества нежити, было вполне вероятно, что враг сбежит как только ситуация окажется для него безнадежной. На его месте, Сатору поступил бы так же. У него не было причин этого не делать. Поэтому, Сатору несказанно повезло.

Однако было странно, что его противник не позвал своих друзей. Если не можешь победить в одиночку, то следует напасть группой.

Сатору напряг мозги в поисках решения этой загадки.

Может, дело в гордости или вроде того?

Если это так, то можно было только посмеяться.

Высокомерие сильных – наслаждение слабых.

Члены "Тела Бездны" испарились, и луч Кюр Илима остановился.

Сатору от всей души поблагодарил его. Кюр Илим повернулся и заговорил неожиданно спокойным голосом, полутон которого, тем не менее, был пронизан адским огнём.

— Один раз. Я могу использовать это ещё один раз.

Это было ложью.

Сатору насмехался над словами Кюр Илима. Где это видано, чтобы кто–то раскрывал свою слабость перед врагом?

— Этот день… все мои усилия ради этого дня! Подумать только!

Не было необходимости отвечать. Вместо этого он запустил в него заклинание. По правде, посох уже сигналил Сатору идею "надрать ему задницу", но он не мог не ответить Кюр Илиму.

— …Ты разрушил жизнь моего друга и втянул её в бездну несчастья! Дело всей твоей жизни заслуживает сгинуть в пустоте, сукин ты сын!

Больше не нужно слов.

— [Тройная Предельная Магия: Рассечение Реальности]…

— …[Тройная Магия: Стена Скелетов].

Глаза Сатору расширились.

Стена костей внезапно появилась перед Кюр Илимом, преграждая [Рассечение Реальности].

За стеной, разрушенной [Рассечением Реальности], был Кюр Илим, готовящийся к выпаду.

"Он не использовал уровневые заклинания до этого момента. Неужели у него ещё остались силы для сражения?"

Сатору начал паниковать.

Здоровье его врага почти иссякло, но мана была полной.

Он почувствовал вопрос от посоха: "Можем мы его наконец завалить?" – и ответил: "Погоди секунду."

— [Тройная Магия: Вечное Пламя].

Как только проявился эффект этого заклинания пятого уровня, сцепленные клыки и когти Кюр Илима засверкали бело–голубым пламенем. Заклинание добавляло урон огнём и негативной энергией.

Сатору завершил на протяжении последних пяти лет все запланированные эксперименты. Однако было похоже на то, что данный эффект был изменён. Попавшая под заклинание нежить более не получала бесконечное лечение, как это происходило раньше из–за ошибки в игре.

В таком случае, он, должно быть, планировал добавить урон огнём к своим естественным атакам. Подобное использование заклинания делало его ещё менее ценным.

"…Неужто он находится в каком–то режиме, где может использовать лишь специализированные заклинания некромантии?"

Сатору размышлял, может ли это быть причиной, но недостаток информации не давал возможности прийти к выводу.

Он не применил никакого заклинания к Кюр Илиму, а вместо этого отдал приказ посоху: "Действуй!"

Посох использовал заклинание под названием [Призыв: Первородный Водный Элементаль].

Вырвавшаяся из земли вода приняла форму массивного гуманоида. В этот момент, Кюр Илим рванул вперёд без промедления. При виде этого, Сатору не мог не испытать облегчения.

Его противник определённо пытался добиться победы в ближнем бою, не желая быть втянутым в перестрелку на дистанции. Проще говоря, враг решил, что не справится с Сатору в битве заклинаний. С данной точки зрения, даже противник с обширным запасом маны не сможет использовать её под натиском.

Тогда как противник сделал свой выбор в пользу ближнего боя, Сатору уже вызвал свой щит.

"Зачем же он ждал так долго, прежде чем использовать уровневые заклинания?", – задавался вопросом Сатору, прежде чем прийти к достойному ответу.

Кюр Илим не желал использовать магию так называемого "ублюдка Императора–Дракона". Так что он нарушил своё табу и прибёг к этому, как к последней мере, будучи доведённым до предела отчаяния.

"Э–эх, ну и идиот."

Сатору высмеял в душе глупость Кюр Илима.

По правде, Кюр Илим мог бы победить.

Из–за разницы в их размерах, он мог просто раздавить Сатору. Однако его легкомысленность, невежество и, что важнее всего, гордыня привели его к поражению.

Даже перед лицом безрассудной самоубийственной атаки, Сатору не расслаблялся. Поскольку он заподозрил в этом лишь видимость, рассчёт был на попытку врага улизнуть.

"Кто знает, он может просто сбежать с поля боя."

Размышляя о такой возможности, он подготовил достойный ответ в виде заклинания. По этой причине он ничего не делал, а лишь наблюдал за рывком Кюр Илима.

Посох применил одно из своих заклинаний с использованием раз в сутки, [Алую Нову], опаляя им плоть Кюр Илима.

Однако это не замедлило его скорость ни на йоту. Потому ли, что нежить не чувствовала боли, или же его решимость превзошла её?

"Это уже не имело значения."

Действительно.

Ничего из этого уже не имело значения. Не было нужды изучать душевное состояние Кюр Илима. Так же, как и не было нужды задумываться о мыслях того, кого невозможно спровоцировать. Всё, что оставалось, – лишь измотать его до смерти.

Перед Кюр Илимом встал Первородный Водный Элементаль, служивший щитом для Сузуки Сатору.

Он не пытался прорвать сквозь преграду, а вместо этого схватил Первородного Элементаля за глотку.

Возможно он планировал использовать свой вес, чтобы опрокинуть призванного монстра, но Первородный Элементаль сопротивлялся подобным действиям. Как и у всякой нежити, атаки Кюр Илима могли нанести различные негативные эффекты. Однако Первородный Элементаль так же обладал высокой сопротивляемостью к таким атакам. Он был практически неуязвим для негативных эффектов.

В то время, как Кюр Илим впился в его шею и яростно раздирал его своими острыми когтями, высокоуровневый элементаль всё ещё имел достаточно здоровья, чтобы держаться. Как и ожидалось от превосходного слуги, атакованного драконом со значительно большей силой.

"Э–эх, ну что за идиот. У тебя же был ещё один выстрел, следовало бы использовать его."

Разорвав глотку Элементеля, Кюр Илим направил связанные ненавистью алые глаза на Сатору.

Дракон почти что лишился сил. Огромные запасы его здоровья практически иссякли, как свечка на ветру.

Высокоуровневые заклинания посоха и Сузуки Сатору (заключившего, что его оппонент не намерен бежать) впивались в Кюр Илима, пока тот боролся с Первородным Элементалем.

Огонь в его алых глазах горел ярко… а затем погас.

— Чёртов ты… чёртчёрт… чёртоооов тыыы… чёртов… чёрт… ты…

Всё ещё выплёвывая проклятия своей глоткой, разрушенное тело Кюр Илима начало исчезать и расслаиваться на куски. В этот момент Первородный Элементаль хлёстко ударил со взрывной силой и разломал тело Кюр Илима пополам. Как кусочки стекловолокна, останки Кюр Илима разлетелись по ветру и исчезли, растворяясь в воздухе.

Не осталось ничего… самая невыгодная победа. Сатору мог бы извлечь какой–то толк из останков, если бы осталось хоть что–то. Случилось ли так потому что это был Дракон–нежить? Или же он приберёг своё последнее Дыхание для того, чтобы не оставить ничего победителю?

У Сатору не было идей на этот счёт.

— …Из праха вышел и в прах обратился, хех.

Воздвигнутый вокруг них барьер испарился, и все сигналы нежити пропали. Просто на всякий случай, он проверил окружающую территорию, чтобы удостовериться, – противник полностью уничтожен. Хотя он и встречал много разновидностей нежити, он ни разу не слышал о такой, что смогла бы восстановиться после уничтожения. Всё же он не отметал данную возможность.

"Фууууух…", – Сатору вздохнул с облегчением.

— У меня не представилось возможности использовать ядерную мину, Рыцарей Смерти и Повелителя: Генерала Нежити.

Остались ещё две неразыгранные карты, а также он обладал преимуществом на протяжении всей второй битвы. Хотя и приходилось быть на волоске на протяжении этого боя, в конце концов, его противник вполне мог иметь пару тузов в рукаве. Но так уж вышло, что он сумел полностью блокировать все действия противника и таким образом победил с лёгкостью.

Именно по этой причине Сатору так не любил сражаться с оппонентами, о которых у него было мало информации.

Он желал отпраздновать свою победу, но испытывал так мало радости, что это было жалким ощущением.

Победа досталась ему не из–за личной боевой мощи, а благодаря использованию тактики и стратегии, что привели к победе в конце. Провались любая часть плана, и Сузуки Сатору стал бы тем, кто был уничтожен и развеян по ветру. Стань он небрежным из–за этой ошеломительной победы, вполне может быть уничтоженным в следующем бою. С этой мыслью в голове, Сатору стал ещё более осторожным в душе.

В определённом смысле, он проиграл.

"Я не сумел найти способ спасти родителей Киино, эх."

Он беспокоился о том, что удели он больше внимания информации, Кюр Илим наверняка использовал бы это против него и вырвал бы победу. В конце концов, показывая свои слабости, вы даёте шанс использовать их против себя.

В итоге тогда это закончилось его цоканьем "тц", поскольку он знал, что потерял свой единственный шанс собрать информацию.

Сатору окинул взглядом безлюдную пустыню вокруг себя.

Поскольку он не знал, когда прибудут подкрепления Кюр Илима, было бы лучше просканировать окрестности в поисках подходящей информации. Но перед этим, было кое–что, что он должен был сделать.

— Итак, теперь я должен отправить ей [Сообщение].

***

Должна ли она говорить, что всё было так, как она и ожидала? Прежде чем дверь открылась, вид цепей на дверной ручке выдал ей всё. Даже так, Киино тихо закрыла свои глаза, и затем медленно открыла их.

Ничего не изменилось. То, что она видела перед собой, было не каким–то обманом или иллюзорным ландшафтом, а реальностью.

Она находилась в канализации Инверии. Киино открыла скрытую комнату, закрытую ею пять лет назад, но находившиеся внутри трое людей были всё теми же безмозглыми зомби.

Как она и думала, ничего не решилось легко.

— Киино…

Позади неё стоял самый могущественный заклинатель в мире, и по совместительству попутчик Киино. Он с волнением позвал её. Киино обернулась, позаботившись улыбнуться.

— Ммм. Не стоит беспокоиться, Сатору. Меня это не тревожит. Я просто подумала о том, какой это был путь в конце концов.

— Так ли это…

— Ммм… Насташа, Папа, Мама…

Она посмотрела на трёх стонущих людей в комнате, и обратилась к ним.

— Сатору отомстил за всех.

Вероятно, они бы не были счастливы от такого известия, поскольку не обладали достаточным интеллектом. Она знала, что ничего не случится, но пронзающая сердце Киино боль немного смягчилась.

— …Киино.

— Я в порядке. Всё нормально, Сатору. Тебе не стоит волноваться. Мир велик. Следовательно… возможно, где–то может быть предмет, способный помочь всем, ты так не думаешь?

— Конечно!

Лицо Сатору было невыразительным, но его голос подсказал ей, что он был весьма счастлив.

Определённо, любой человек с таким отношением к близким должен быть очень добр.

— Именно так, мир широк. Давай повидаем всё в этом мире… вместе.

— Да! Я знаю, что могу обременить тебя немножко, но… я буду под твоей опекой, Сатору.

— Эх, это должен был сказать я, Киино.

Она оглянулась назад, на своих членов семьи в этой камере.

Будет ли нормальным оставлять их вот так?

Киино сжала руку в кулак.

Не будет ли милосердием убить их и освободить их души от этих безобразных тел? Возможно, их души до сих пор страдают.

Но один человек не может решать судьбы других, даже если бы это было правильным делом. Слишком высокомерный ход мыслей. Однако, был лишь один человек, способный принять такое решение, – Киино.

Она чувствовала, что не сможет найти способа вернуть свою семью в нормальное состояние, даже обыскав весь мир. Поэтому она оставила эту мысль. Однако теперь, когда Сатору уничтожил виновника этой катастрофы, у неё появилась нить надежды.

Она могла понять, что Сатору волновался о её душевном состоянии. Решение нужно было принять прямо сейчас, в ином случае, даже Сатору станет переживать из–за этого.

В этот раз, Сузуки Сатору сражался за неё. Так что…

— …Пора снова отправиться в путь. Поехали, Сатору.

— Ааа–ах, хорошо. Если ты считаешь, что так нужно, Киино.

Она помахала троим людям внутри и вышла с Сатору.

Киино решила оставить проблему позади.

Изначально она решила прикончить всех трёх собственноручно и не подвергать Сатору опасности из–за этого в будущем. Таким образом она хотела поблагодарить того, кто проявил к ней столько доброты. Однако она не смогла заставить себя сделать это, даже сейчас.

Киино оглянулась на канализацию, скрытую в темноте… на комнату с её семьёй… в последний раз.

Вернувшись сюда в следующий раз, сможет ли она спасти их, или же уничтожит?

Киино отвернула глаза в сторону спины Сатору, туда, куда она смотрела вот уже почти пять лет.

Затем она ускорилась, пока они не поравнялись бок о бок, и взяла его за руку. Они шли вместе. Как много времени прошло с тех пор, как она вела себя столь по–детски?

Она чувствовала, что это из–за того, как Сатору на неё смотрел.

Но она ничего не сказала ему, как и он не сказал ей. Их руки… их объятые ледяным холодом руки, не выдававшие ничего человеческого… казались тёплыми для Киино.

Затем, они оба отправились в путь.

Эпилог

Существовала пустыня слегка к юго–западу от центра континента.

Она называлась пустыня Долор, или пустыня Ди Гаворса, в соответствии с названием великой империи, однажды располагавшейся здесь.

Хоть это и была весьма обширная пустыня, в определённые сезоны случались ливни, так что разнообразные расы (включая монстров) обитали в этом регионе. Здесь располагалось Великое Королевство людей–скорпионов Пабилсаг, небольшая страна джинов Слутарн, а также религиозная группа, почитавшая Дракона Чистого Света как верховное божество (вера в него была широко распостранена среди кочевников), содержала здесь главное святилище.

На границе пустыни существовал гигантский торнадо, возникавший раз в тридцать лет. Он был больше тысячи метров в ширину и неимоверно высок.

Существовали небольшие погрешности в точном времени его появления, но торнадо всегда появлялся в одном и том же месте.

Таков был сухой остаток проваленного магического ритуала великой империи, когда–то существовавшей здесь. Столица её ныне проступала из песков. Феномен был вызван невероятно сильным магическим предметом, известным как Скипетр Песков, а произошёл этот инцидент после рождения и первого полёта Мушуссу. Торнадо было вратами, ведущими в другой мир, и всасывало всё вокруг. Было много толкований его природы, но никто из тех, кто вошёл в торнадо для раскрытия его загадки так и не смог вернуться.

Многие люди исследовали место появления торнадо до его прибытия, но не обнаруживали абсолютно ничего необычно, не было даже признаков того, что там что–то было. Поскольку можно было предсказать день появления торнадо, многие люди планировали дождаться его в месте возникновения, в самом центре урагана. Но, как и ожидалось, они так и не вернулись назад. Прочие пробовали проникнуть в него с воздуха, но и они исчезли.

Таким образом, ни у кого не было идей о том, почему торнадо появилось или что находилось в его центре.

В итоге, со временем, наблюдение за гигантским торнадо с расстояния стало событием, которым занимались все окружающие жители каждые 30 лет.

***

Буря ударила по его телу.

В местах с осложнённым передвижением, вроде пустыни, было нелегко противостоять сильным ветрам, они сбивали с ног. Человек мог легко упасть по небрежности.

"Если бы я мог использовать [Созидание]; кто знает, как облегчился бы мой путь?"

Подавив пустынный торнадо с помощью [Созидания], он мог и не докопаться до разрешения загадки циклона. Эта глупая идея пришла в голову Сузуки Сатору только потому, что его текущее состояние было несколько обременительным, и поэтому он сразу же отмёл её.

Сатору выкрикнул так, чтобы перекричать порывы шторма.

За ним шли двое компаньонов, держась вместе с помощью мифриловой цепи.

Он начал кричать тому, о ком больше всего беспокоился.

— Киино, ты в порядке!?

Голос подобной громкости раздался позади него.

Он принадлежал занимавшей Второе Место в Новой Аинз Оал Гоун, Киино Фасрис Инверн.

— Я в порядке!

Хотя голос девочки был сильным, он не мог не предположить, что возникнут проблемы.

Стоило лишь сравнить их. Хоть Сатору и состоял лишь из костей, он был значительно тяжелее её. Таким образом, Киино с большей вероятностью могла быть унесена ветром.

Разумеется, он поручил Киино нести различные вещи, дабы утяжелить её. Но если бы она несла слишком много, то увязла бы в песках пустыни.

— Киино! Ты должна была ждать в таверне, в конце–то концов! Я отправлю тебя обратно с помощью телепортации как только мы достигнем цели!

— Ты всё ещё говоришь так, даже зайдя настолько далеко, Сатору!?

Киино ответила, как будто у неё было нечего сказать по существу.

— Ты хочешь сказать, что планируешь пройти всё путешествие на своих двоих, верно?

Сатору горько улыбнулся.

Был случай, когда они взбирались на горную вершину, известную своей высотой на всём континенте.

Несмотря на то, что они не сумели увидеть так называемое "золотое собрание", память о разговоре, когда они стояли на вершине мира и взирали вниз, до сих пор была яркой.

— Конечно. В тот раз, мы говорили именно так! Я до сих пор помню, как нас в это время накрыла лавина!

— Да уж! Весьма удивительно вышло, правда?

Этот случай произошёл на полпути к вершине.

Используя [Полёт] можно было всё значительно упростить, но это бы сделало затею скучной, так что они оба решили использовать свою сверхчеловеческую силу, чтобы взобраться на скалу напрямую.

Затем произошла затмившая их взоры лавина.

Повреждение от холода не грозило им, но дробящий урон от лавины всё ещё был серьёзным. Конечно, они ожидали подобный исход и применили на себя защитные заклинания. Тем не менее, этот случай оставил глубокое впечатление.

Даже будучи погребёнными под лавиной, их неуязвимость к помехам передвижению позволила им вынырнуть из снега в тот же миг, как они оказались под ним, что было довольно забавно.

Сильные эмоции были моментально подавлены особыми свойствами нежити и превратились в лёгкий юмор. Сатору тогда же и пожурил Киино, а та лишь была настроена решительно на приключения.

Сузив глаза от ностальгии, Сатору услышал голос позади себя.

— Ешшшли бы этттто быыыыл я. Заааавидуууую. Хххотел быыы я тожжжже эттто увввидет.

Андрогинный и весьма выразительный (хоть и немного искажённый) голос раздался позади Киино.

Хоть Сатору и не мог увидеть его из–за мощной песчаной бури, там должен был быть гетероморф, выглядящий как комок песка.

Четвёртое Место в Новой Аинз Оал Гоун, Нурунуру.

Он был мутантом–отпрыском из расы Веревочников под названием Стадные Веревочники. Они обладали коллективным сознанием, но некоторые из них могли родиться отделёнными от него. Таким был Нурунуру. Когда Сатору, Киино и Скрея обнаружили его, он выразил желание путешествовать вместе с ними.

Сатору назвал его Нурунуру, поскольку сам он не обладал личным именем. Поначалу лишь временное имя, оно тем не менее прижилось.

Его (или её) голос производился двумя щупальцами с отверствиями на концах, называемых голосовыми нитями. Из–за этого в таких шумных местах его голос сильно забивался шумом окружения. Однако используя заклинания он не полагался на вербальные или соматические механизмы, так что применял их моментально без необходимости делать что–либо. Воистину загадочно.

— Хаха! Нуру, я понятия не имею, что ты говоришь!!

Этот голос раздался изнутри мантии Сатору.

— Я тож… буэ!

А этот голос оборвался посередине фразы, скорее всего из–за того, что владелец наглотался песка в процессе.

Им владел Пятое Место в Новой Аинз Оал Гоун, Кристал из расы Гнатор.

Представители этой расы были не длиннее 20 сантиметров, с полупрозрачными крыльями, напоминающие крылья Фей, но скорее походили на насекомых. Они использовали свою схожесть с Феями при охоте на них, так как были хищниками.

Сатору не думал, что они как–то связаны с феями, но заклинания, действующие только на гуманоидов и полулюдей, на них не работали, поэтому его посчитали гетероморфом и разрешили присоединиться к группе. Однако заклинания против гетероморфов также на нём не работали, поэтому Сатору всегда сомневался, был ли он действительно таковым.

Нурунуру был заклинателем духовной магии, а Кристал имел воровской класс – а именно, убийца. После одного случая они были не в ладах друг с другом, но после другого случая они стали друзьями.

— Помолчал бы, Кристал. Неужели прошло настолько много времени, что вы уже начали ностальгировать по этому случаю?

— Так уже лет 40, верно!?

— Серьёзно? Это было так давно…

Пробормотал Сатору и взглянул вперед.

Неживое тело Сатору могло видеть в темноте, но когда торнадо взметнул песок в воздух, он лишился обзора. То же самое и с Киино. У Нурунуру не было глаз, но он мог получать информацию об окружении с помощью вибрации.

— …Если подумать, мы и правда где только не были!

— Точно! Мы были в… – счастливый голос Киино резко прервался. – Буэ! Песок залетел мне в рот!

Конечно же Киино надела маску перед входом в бурю. Это была столь любимая Сатору Маска Зависти. Он одолжил Киино маску, которую она считала безвкусной, в основном с целью пошутить.

Вероятно, песок залетал ей в рот даже с надетой маской из–за того, что при разговоре между маской и лицом открывался зазор.

Сатору тихо захихикал, чтобы никто не услышал, но Киино смогла разобрать этот смех сквозь свирепую бурю и ответила недовольным тоном:

— Так нечестно, Сатору! К тебе он не залетает!

— Точно… буэ!

Кристал горько улыбнулся, отвечая Киино.

— Нет, у меня всё же есть странное чувство, что что–то туда попадает. Всё же неясно, настолько ли это неприятно, чтобы упоминать, или можно не обращать внимание…

— Шшшушшшушушу.

— …Нуру, я понятия не имею, что ты там говоришь!

— И всё же это несправедливо! Вот если бы у меня было такое тело, Сатору!

— А разве у тебя хуже? Если хочешь мое мнение, твое тело куда лучше, Киино. Из–за него ты не встреваешь во всякие неприятности!

— Все потому, Сатору, что, как только ты показываешь свое лицо, так сразу начинается очередная заварушка…

Зачастую так и происходило, всё же нежить ненавидели повсеместно.

— Тем не менее, Киино, ты сама по себе доставляешь немало хлопот!

Порой Киино встревает в истории, когда в одиночку собирает информацию. Особенно в небезопасных районах. Несмотря на то, что она являлась самым слабым членом Новой Аинз Оал Гоун, она всё ещё была сильнее обычного человека и с легкостью могла поставить на место какую–нибудь самоуверенную шпану.

Но главные проблемы подстерегали её в местах с хорошей безопасностью и исходили от приличных людей, которые пытались узнать её получше.

Если бы у них были злые намерения, то это всегда можно было решить насилием, однако с их добрыми намерениями было трудно справиться.

Гетероморфы, что хотели мирно путешествовать, зачастую сталкивались с подобными проблемами.

— Похоже, люди всегда доставляют проблемы… даже когда мы скрываем свою внешность, они все равно норовят проявить любопытство…

Положение людей среди прочих рас крайне низкое. Поскольку они гораздо слабее остальных, им куда легче попасть в неприятности.

Как только они вздохнули, у их ног послышался стук. Нет, этот звук был больше похож на удар.

Сатору наклонился, чтобы найти источник звука. Он выудил камень из песка. Хотя этот заостренный кусок руды выглядел куда прочнее простого камня. Должно быть его сдуло сюда сильным ветром.

Сатору напряг свой слух.

— Шуууооошуууушууууннн!

— Что ты говоришь… кха–кха!

— Берегись! Это не два–три камешка! Их впереди целая туча!

Среди шума ветра до них доносились звуки бесчисленных камней, рассекающих воздух.

Было очень трудно избежать летящих в них камней, особенно с такой плохой видимостью. Вероятно, они могли бы уцелеть, если бы носили чрезвычайно тяжелые доспехи, но с такими в пустыне особо не походишь.

Определенно, такая атака могла уничтожить любую экспедицию.

— Все! Защищайтесь и идите вперед! Киино, ты в порядке?

Нельзя сказать, сколько потребуется времени, чтобы выбраться отсюда, однако поскольку эти камни вызваны торнадо, останавливаться и делать укрытие было бессмысленно.

— Я в порядке! Не останавливаемся!

— Шуууооон!

Киино ответила утвердительно. Также ответил и Нурунуру, по крайней мере так казалось по его тону.

Пока Нурунуру накладывал на себя защитное заклинание, Киино использовала силу Бога, предка вампиров.

Она получила эту силу, изучив разграбленные исследования Тела Бездны. Однако эта сила была доступна лишь для могущественных сущностей. И поскольку она получила её имея столь слабое тело, эффект был значительно снижен. Так что следует называть её скорее силой Выродившегося Бога.

Если бы возникли какие–либо трудности, он думал дать ей магический предмет, который сделал бы её невосприимчивой к обычным незачарованным снарядам, но, как оказалось, в этом не было необходимости.

Длинная мантия Сатору защищала тело Кристал от всего, кроме песка.

Сам Сатору был невосприимчив к любым атакам ниже 60 уровня.

— Сатору!!

— Что случилось, Киино!?

— Становится довольно интересно!!

Это не было шуткой или сарказмом. Звучало так, будто она наслаждалась этим от всего сердца.

— Верно, Киино!!

Сатору чувствовал то же самое.

Именно такие трудности делали их двоих… нет, всех членов Нового Аинз Оал Гоун счастливыми.

Заводить друзей и путешествовать с ними по всему миру. Раскрывать всевозможные тайны и идти туда, где раньше не ступала нога человека. Именно поэтому они с такой охотой преодолевали очередное испытание.

— Ну погнали!! Ни шагу назад!!

— Ага!!

— Шшшуууу!!

— Да… губфф!

Летящие осколки попадали по ним снова и снова, но никто, казалось, и не думал отступать.

— Сатору!! Держись! Кажется, заклинание скоро исчезнет!!

— Киино!! Я рассчитываю на тебя!!

— Хорошо!!

Киино вытащила из сумки свиток, стараясь, чтобы его не сдуло ветром.

— [Массовый Компас]!

Заклинание второго уровня было многоцелевой версией первоуровневого заклинания [Компас]. По этой причине группа могла безошибочно двигаться в своём направлении – к глазу урагана.

— Спасибо, Киино!!

— Шууууооон!

— Не за что, Сатору, Нуру!! Как я понимаю, мы близки к нашей цели!!

— А–а–а! Так и есть!!

Каждый член Новой Аинз Оал Гоун имел собственную долю ответственности.

Среди них, Второе Место (Киино), Шестое Место (Брандона) и Седьмое Место (Муки) отвечали за сбор информации. Естественно, у остальных также были свои обязанности.

Это не решалось в результате обсуждений и никто не был принуждён делать что–то определённое. Скорее они занимались тем, что знали и умели делать. В дальнейшем, трое упомянутых членов разделили свои обязанности и внутри своей сферы деятельности.

Между прочим, сам Сатору, занимавший Первое Место, был ответственнен за координацию усилий и бои с неприятелями.

Они проигнорировали постоянно возрастающее число летящих камней и их растущую силу, вместо этого продвигаясь без промедления.

— Всего лишь ещё немного!!

— Ууууух!!

— Шуууун!

— Ах… –кхе!

И в конце концов…

— Вау!!

…Их взор прояснился.

Киино вскрикнула от радости.

Ветер внезапно стих. Когда они оглянулись назад, увидели будто бесконечные чёрные стены, раскинувшиеся вверх и вниз, вправо и влево.

Смотря вокруг, казалось, что они вошли в гигантскую трубу.

Всё, что виднелось – обширное и спокойное пространство чистейшего белого песка. Кое–где омрачённая небольшими участками случайной ряби, местность была совершенно белой.

— Эй! Смотрите на небо!!

Словно привлечённые голосом Киино, – Сатору, Кристал (вытянувший голову из–под мантии Сатору) и, возможно, Нурунуру – все смотрели на небеса.

Ночное небо предстало перед их взором, но оно было необычным. Звёзды находились буквально прямо перед ними.

Как в детских сказках – огромные, ярко сияющие звёзды выглядели так, словно ты мог приблизиться и потрогать их.

Это вызвало память о прошлом, когда они стояли на вершине высочайшей горы континента, но сейчас расстояние до неба казалось даже более близким, чем тогда.

— Но почему? Почему же звёзды кажутся такими близкими к нам?

— Возможно, это из–за атмосферного преломления?

Голосовые нити Нурунуру вибрировали во время объяснения. Сатору просто кивнул в ответ.

— А?

— Я предполагаю, что атмосфера здесь была искажена, сформировав нечто вроде гигантских линз. Возможно, так произошло из–за торнадо? Причина может быть в этом.

— Нуру, что ты только что сказал?

— Другими словами, над нашими головами может быть нечто вроде телескопа?

— Теле… скопа? Это одна из тех штук, изобретённых с помощью той странной технологии под названием "наука"?

— "Наука" бестолковая, созданные ею вещи не могут сравниться с магическими предметами.

Кристал не был ни капельки смущён, сказав это. По правде, сам факт того, что магия могла создавать что–то из ничего значил, что не зазорно говорить о превосходстве магии над наукой.

Такова была гипотеза, но Сатору полагал, что все знакомые ему технологии могли быть повторены с использованием магии. Однако изучение магии требовало наличия таланта, и навыки у всех разнились. Кто–то мог изучать магию, а кто–то нет.

Слова Кристала предполагали, что он относился к первой группе.

Сатору похлопал, чтобы привлечь внимание.

— Теперь пойдём исследовать причину этого феномена до того, как торнадо исчезнет.

— Конечно, но не похоже, что мы что–то выясним. Причина явления до сих пор загадка.

— Ммм, я также не чувствую никакого возмущения элементов вокруг. Лидер, что насчёт подхода с магической точки зрения?

Сатору применил заклинание и посмотрел далеко вперёд.

— Также ничего. Думаю, причиной этому было не заклинание.

Киино взлетела на определённую высоту и затем спустилась к земле.

— Я не вижу здесь вокруг ничего, даже напоминающее здание… что это, чёрт возьми, такое?

— Естественное явление? Только так мы можем объяснить это, верно?

Услышав, что сказал Сатору, остальные ответили согласием. В подобной манере, как существовали обратные водопады, в которых вода поднималась вверх, в этом мире было немало удивительных вещей в виде природных явлений.

— В любом случае, пойдём к центру торнадо и посмотрим. В конце концов, мы немножко порасследуем, и если ничего не найдём, посмотрим на звёзды по крайней мере.

Никто этому не возразил, и группа во главе с Кристалом направилась к центру торнадо. А затем…

— Здесь ничего нет.

— Ничего, а?

— Но здесь же ничего и не должно быть, верно?

— Как жаль.

Таков был результат бурного поиска.

— Что нам теперь делать, Лидер? Продолжать искать?

Сатору пожал плечами на вопрос Нурунуру.

— Я полагаю, в этом нет нужды. Не можем найти, значит не можем найти. Без разницы. К тому же, нашей целью было пройти туда, где ранее никто никогда не бывал, и поскольку мы сделали это, все могут заниматься чем угодно до тех пор, пока торнадо не стихнет.

— Тогда я пойду прогуляюсь по этой местности с Нуру.

— Со мной? Ну, неплохая идея. Понял тебя. Пойдём вперёд.

— Вы правда пойдёте? Тогда потрудитесь не уходить слишком сильно!

Они оба выразили своё понимание перед тем, как покинуть группу.

Несмотря на то, что сказал Сатору, он не волновался об их безопасности. В рамках ИГГДРАСИЛЯ, они бы с лёгкостью были выше 40 уровн. В этом мире, они были одними из самых мощных существ на свете, и оба обладали превосходными сенсорными способностями. Даже попав в засаду, они были достаточно умелы, чтобы вернуться живыми.

— Сатору, тогда что мы будем делать?

— Не хочешь тоже пройтись вокруг?

— Ещё бы!

Киино перешла на бег.

Её следы покрыли чистый белый песок. Сатору следовал по следам, лишь немного растягивая шаги по сравнению с тем, как он шёл вместе с ней. Всё же, Сатору это нравилось.

В конце концов, Киино уселась на песок и медленно вытянулась на нём. Сатору присел рядом с ней, и затем тоже улёгся.

— Звёзды такие огромные.

— Да, они правда очень большие.

Если бы только его товарищи… его друзья из Аинз Оал Гоун могли увидеть это восхитительное зрелище.

Эти воспоминания примерно 200–летней давности… с каждым путешествием с Киино и остальными, они постепенно исчезали.

Но когда он вспомнил лица своих единственных друзей, Сузуки Сатору посмотрел на загадочное зрелище с ностальгией в сердце.

— Всё же, это воистину поразительно.

— Да, наше путешествие не было напрасным, раз мы смотрим на такие вещи.

— Да…

Они оба лежали на песке в тишине, наблюдая за этим чудом света, завесу тайны которого никто другой не мог приоткрыть до сих пор.

А затем… звёзды постепенно сжались, или скорее медленно вернулись в норму. Сатору выровнялся и увидел, как стены торнадо вокруг них медленно исчезали.

— Эх, всё закончилось.

— Да, подходит к концу. Пройдёт ещё 30 лет до того, как мы сможем увидеть что–то подобное. Итак, теперь… не хочешь передать остальным, что мы видели здесь?

Сатору спросил Киино, а та поднялась и потрясла головой.

— Как ты можешь увидеть радугу, не пройдя сквозь шторм?

— В этом есть смысл, верно подмечено. Видишь ли, на сей раз у меня вышло превзойти тебя.

Сатору улыбнулся.

— Ого, а вы двое выглядете весьма счастливыми! Что–то особенное случилось?

— Нет, ничего особенного.

Двое их спутников скорее всего увидели ослабление торнадо, так что они вернулись. На руках у них не было никаких находок, так что скорее всего, они всего лишь блуждали вокруг некоторое время.

— Тогда отправляемся назад в таверну.

— Ага. Полагаюсь на тебя, Сатору. Но перед этим, давайте стряхнём с себя песок. Его не так уж много, но не охота заносить его с собой в нашу комнату.

Все вывернули свои одежды и вытряхнули песок. Нурунуру одевал одолжённый у Сатору предмет и помог остальным почистить их вещи.

После этого, Сатору применил [Врата], и группа вернулась в их комнату в таверне.

***

— Ну мы тогда пойдём.

— Спасибо, народ.

— Спасибо, спасибо.

— Неплохо постарались, ребята. Доброй ночи.

Нурунуру и Кристал (сидящий у того на голову) покинули комнату.

"Я тааааак устала", – высказалась Киино. В этом, конечно, не было смысла. Они оба были нежитью, и не накапливали усталость. Но Сатору понял её. Усталость возникла не от тела, но от разума.

— Ты тоже устала, да, Киино?

Сатору сбросил свою мантию и мгновенно сменил её на другую одежду, поскольку мантия обладала эффектом быстрой смены вещей. Киино также сменила одежду подобным образом.

Сатору откинулся на софу и взял в руки ручку и бумагу из своего инвентаря.

Это был его дневник.

Он не вёл записи каждый день, но лишь если случалось что–то особеное. Таким образом, он был лишь на своей четвертой книга после 200 лет.

Он перевернул страницу, планируя записать увиденное им сегодня, но затем знакомый вес налетел на него.

— …Киино, ну почему ты не пошла принять ванную? Я хотел сделать запись в своём дневнике…

— Ну так пиши.

— …Это не то, что я имею в виду. Как я должен писать дневник, когда ты лежишь на мне?

— Хм, тогда ты можешь писать его на обратном пути.

В душе, Сатору потряс головой и вздохнул.

— …Ладно–ладно–ладно, как прикажет моя Принцесса.

— Ммм, очень хорошо, мой Рыцарь.

"В прошлый раз я был её придворным магом", – подумал Сатору, закрывая свой дневник. Хотя он мог бы просто проигнорировать её и продолжить писать в дневнике, это бы вызвало проблемы в будущем. Хоть интенсивные эмоции нежити и подавлялись быстро, позволяя мелким обидам накапливаться делало их сильнее.

— Что ты теперь планируешь делать? Куда мы направимся?

— Я думал… в прошлом, мы проходили через центр континента, где располагались крупные государства. Возможно, мы могли бы устроить там базу для себя с целью путешествий по округе. Может быть нам стоит заглянуть в заброшенный город.

Существовало много государств в центре континента, где представители гуманоидного вида были внизу пищевой цепи. Все эти страны представляли проблему для существ, вроде Киино, имевших гуманоидный внешний вид. Хотя они и предоставляли определённые права для путешественников, это ни в коей мере не гарантировало безопасность.

Например, однажды на рынке страны Орков её приняли за сбежавшую еду.

А в землях Минотавров, кто–то заявил: "Давайте посмотрим, кто лучше относится к своим рабам", и она получила "опыт" так называемой рабской жизни. Подобные проблемы приходились на её участь.

В первом случае, она замазала дело, поломав пару рук и несколько рёбер. Во втором случае, она позволила им самим испытать рабскую жизни, а затем спросила, как им понравилось.

— Заброшенный город… ты имеешь ввиду тот, где множество людей погибло из–за появления Пожирателей Душ? Кажется, весь город был сохранён в целости…

— Именно. Вход запрещён, но мы может пойти туда, если захотим, не правда ли?

— Да, пойти туда звучит очень хорошей идеей.

Сатору рассмеялся.

На протяжении многих лет, они были в местах, недоступных обычным людям. Или скорее, услышав о неком святилище или божественном месте, они принимали на себя задачу отправиться туда. Говоря о причинах, однажды им удалось даже обнаружить там предмет Мирового Класса.

Таким образом Киино получила свой предмет… Мандалу Двух Миров.

Они видали и другие предметы Мирового Класса на протяжении своего путешествия.

Однако у них были владельцы, так что ничего не вышло. Сатору изначально хотел забрать их, но в итоге отказался из–за Киино, находившейся вместе с ним. В конце концов, оне не хотел заниматься такими нелицеприятными вещами, как грабежом людей в её присутствии.

Мандала Двух Миров была национальным сокровищем, но служившая ей пристанищем страна была уничтожена, а на её месте возникло новое государство. Таким образом, они притворились, что предмет был бесхозным. В качестве компенсации они оставили немало предметов, огромные драгоценности и т.д., так что смогли обойти эту скользкую ситуацию.

— Но я хочу отправиться на запад.

— На запад? А что там?

Он проглядывал в своей памяти, но не мог вспомнить ничего стоящего внимания на западе.

— Ну, это информация, полученная от Му. Он сказал, что три страны пали на севере континента. Следовательно, я хочу направиться на запад и посмотреть, что происходит.

Поскольку эту информацию предоставил Седьмое Место, она должна была быть верной.

Он выглядел совершенно не соответствующим милому прозвищу Му, но скорее всего он казался таким для своей матери… или, возможно, сестры. Сатору пока отбросил вопрос о его внешности и начал вспоминать карту мира.

— Северо–западные… границы…

Он вспомнил, что 200 лет назад там существовало несколько человеческих государств, но поскольку это были внутренние районы континента, он не сильно задумывался об этом.

— Ну, для стран подвергнуться уничтожению – не редкость, но чтобы три из них пали одновременно…

В мире существовали невероятно сильные монстры, и иногда они проявляли себя, уничтожая одну–две страны, а затем новые государства занимали их место. Наверняка, некоторые крупные страны не могли быть уничтожены так легко, но часто случалось так, что подобные вещи вызывали внутренние распри или вторжения, со временем приводящие к гибели страны. Но на его памяти не было случая, чтобы несколько стран было уничтожено в одно и то же время.

— Что, чёрт возьми, произошло?

Когда Сатору думал повернуться и посмотреть на Киино (примостившуюся на его спине), он услышал её милый вскрик "Ай!" перед тем, как она слетела с него.

— Жадина! Не двигайся так сильно!

— …Конечно, конечно.

Сатору снова плюхнулся на стол, и Киино снова оседлала его.

— Ну, я думал, что он говорил нечто о появлении логова воистину могучих демонов.

— Логова? Могучих демонов?

— Ммм. Как оно называлось? …Великая Подземная Гробница Назарик?

— …Что?

Это имя звучало довольно знакомо.

КОНЕЦ

Персонажи

Киино Фасрис Инверн

Принцесса–вампир Утерянной страны

2–е место в Новой Аинз Оал Гоун

Место жительства: Постоянного нет(ходит за Сатору)

День рождения: 41–й день Синего Цвета

Хобби: Путешествовать по миру в компании, чтобы увидеть много всего интересного.

Расовые уровни(всего – 11):

— Истинный Вампир = 7ур.

— Выродившийся Бог(предок вампиров) = 4ур.

Классовые уровни(всего – 23):

— Принцесса–вампир = 3ур.

— Колдун = 8ур.

— Мудрец = 5ур.

— Высший Мудрец = 7ур.

В этом рассказе была показана лишь возможность того, как могла сложиться жизнь девушки по имени Ивилай. Кстати, данные этого листа показывают её состояние на момент эпилога. Сузуки Сатору очень сильный, и поскольку он защищал её, уровень Киино гораздо ниже, чем у Ивилай, и нельзя даже сказать, получила ли она такие же классы. Так случилось из–за того, что она решила отправиться в приключения с Сатору.

Помимо этого, её хобби тоже изменилось, так что она не создавала никаких особых заклинаний.

Ну, взамен она получила классы, которые компенсировали недостатки Сатору (например, классы, связанные со знаниями), поэтому он очень оберегал её. И конечно, еще одной причиной такого отношения к ней было то, что она являлась членом его гильдии.

Её талант можно охарактеризовать как: "Она запоминает любое увиденное заклятие, или которое было наложено на неё, а затем использует его как свое собственное". И это работает даже со Сверхуровневой и Дикой Магией.

Все условия к уровням для запомненного заклятия автоматически считаются соблюдены. Однако, мощь этого заклинания будет соответствовать её способностям, и все требования к компонентам такого заклятия всё ещё должны быть соблюдены (п.п: Компоненты заклинаний – это стоимость магии, время на активацию, необходимые катализаторы, и т.д). К примеру, возьми она сверхуровневое заклинание [Низвержение], оно все также будет требовать времени на активацию, но из–за того, что Киино слабее Аинза, заклятие окажется менее разрушительным.

Кстати, о недостатках. Она не может избавиться от запомненного заклинания по собственному желанию, а лишь единожды использовав его. Но именно ей решать, какое заклятие запоминать. Как уже упоминалось в эпилоге, она вряд ли когда–то использует эту способность.

Причина, по которой она стала вампиром, а не зомби, заключается в том, что тогда она, неосознанно использовав свой талант, случайно скопировала и активировала Дикую Магию Кюр Илима. Она высосала души всех людей в округе и превратилась в нежить, которой хотел стать Кюр Илим… превратилась в еще одного Кюр Илима.

Тем не менее, даже будучи нежитью, она сохраняет свой рассудок из–за того, что эта магия постоянно активна (точнее говоря, её заклинание отличается от такового у Кюр Илима). Поэтому талант больше нельзя использовать. Но если она сделает это и деактивирует Дикую Магию, то тут же станет безмозглым зомби.

Хотя у неё и самые низкие уровень и боевые способности, она всё же занимает второе место в Новой Аинз Оал Гоун. Благодаря знаниям, накопленным за многие годы, её уважает каждый член гильдии, и к ней относятся как к мудрецу. И поскольку она сильнее всех поддерживала чудовищного Сатору, в их команде именно она была заместителем лидера.

Кюр Илим Лос Мальвар

Раньше: Лорд–Дракон [*****]

Сейчас: Лорд–Дракон Древнего Гроба

Место жительства: Гора Кейтениас

День рождения: Неизвестно

Хобби: Накапливать силы

Расовые уровни(всего – 51):

— Дракончик(Дитя) = 10ур.

— Юный = 10ур.

— Взрослый = 10 ур.

— Старый = 10ур.

— Старейший = 5ур.

— Древний = 5ур.

— Дракон Истинный Вампир = 1ур.

Классовые уровни(всего – 44):

— Примитивный Заклинатель = 10ур.

— Некромант–дракон = 10ур.

— Мировой Сопрягатель = 9ур.

— Повелитель–дракон = 10ур.

— Осквернитель Душ = 7ур.

— Колдун = 1ур.

Лорды–Драконы разделились на тех, кто вступил в альянс и накапливал силы, и тех, кто этого не делал. Сначала, когда альянс только сформировался, в него входило шесть Лордов–Драконов. Если бы они сражались с игроками сотого уровня, исход битвы был бы под вопросом.

Кюр Илим, состоя в этом альянсе, создал заклятие [Душегуб], которое является мощнейшим и ужаснейшим среди заклинаний Дикой Магии. Есть только пять заклинаний Дикой Магии (не будем говорить, существуют ли они в данный момент), которые могут поравняться с ним. На самом деле есть некоторые сомнения по поводу того, правильно ли называть его ужаснейшим, но это лишь небольшое замечание, так что не будем зацикливаться на нем.

Заклятие [Душегуб] создавалось на основе Дикой Магии Лорда–Дракона Глубокой Тьмы, правда, получилось более чудовищным. Любой, кроме горстки существ с защитой мирового уровня, будет убит этим заклятием без возможности сопротивления. Жертва этого заклинания лишается души, и поэтому обычное воскрешение не способно оживить её. Но оно чрезвычайно истощает своего пользователя, так что даже нежить Кюр Илим может использовать это заклятие лишь три раза.

Как правило, после смерти… точнее, став нежитью, Лорд–Дракон теряет способность использовать Дикую Магию. Тем не менее, Кюр Илим, применив свою Дикую Магию, поглотил великое множество душ и использовал их, чтобы компенсировать недостатки превращения в нежить, так что он сохранил способность использовать Дикую Магию. Однако использование этой магии в его случае похоже на то, как если бы он использовал обычные уровневые заклинания, и при этом без восполнения Очков Магии. Каждый раз, когда он использует Дикую Магию, она безвозвратно уничтожает определенное количество собранных душ. Как только он потратит все свои души, то станет безмозглым Зомби–драконом. И именно по этой причине, когда он понял, что магия не сработала, то больше не использовал её. Тем не менее, он может использовать низкоуровневую Дикую Магию как обычно.

Хотя Лорды–Драконы не способны применять уровневую магию, но Кюр Илим больше не Лорд–Дракон, а нежить, так что теперь он в состоянии использовать уровневые заклятия некромантии. И он воспользовался этой лазейкой, чтобы усилить себя.

Ему не хватало боевого опыта, он недооценивал ранговую магию, не считался с важностью сбора информации, а также не сотрудничал со своими собратьями, что и привело его к поражению. Однако чтобы победить Кюр Илима, нужно быть в состоянии нанести достаточно урона, чтобы сначала убить по меньшей мере миллион зомби, и единственные, кто на это был способен, это, вероятно, другие Лорды–Драконы или же обладатели Мировых Предметов. Можно сказать, что кому–то в одиночку победить его практически невозможно, но даже если против него будет сражаться группа, то он мгновенно уничтожит их [Душегубом].

Учитывая вышесказанное, Сатору в наибольшей степени является для него сложным соперником.

И еще кое–что. В живом состоянии Кюр Илим не сможет использовать [Душегуб]. Но захоти он для этого пожертвовать своей душой… возможно, на разок бы хватило?

Послесловие

А вот и уголок для излияния автора, более известный как "Послесловие"… Я напишу тут о том, чего не написал там! И раз я с той же радостью пишу тут, как и там, то, пожалуйста, проявите понимание, если заметите тут какие–нибудь опечатки!

Хм? В отличие от предыдущих, это послесловие написано в ином стиле? Хм. Может и так. Я ведь даже не написал финальные благодарности, как это делал раньше. Возможно, все мои размышления писались так всегда!

…Итак, для меня это 14–я книга. Поэтому я извиняюсь перед теми людьми, которые с нетерпением ждут 14–го тома, но по моим личным ощущениям, я будто бы уже закончил 14–й том. Значит, следующий будет 15–м…

Что скажете теперь, когда прочитали этот спин–офф?

Считаете ли, что Сузуки Сатору, как главный герой романа, отличается от того Повелителя, что мы видели прежде?

Сцена битвы в этой книге, возможно, показалась вам запутанной. Может, ранее стоило бы объяснить "вот почему он сделал то–то и то–то", но я намерено опустил это. Данное произведение действительно будет тяжелым для читателя. Возможно, я потерпел неудачу, как писатель романа, но, как я уже много раз говорил, лично я думаю "ничего страшного, даже если вы не особо понимаете написанного”.

Кстати, зачастую мой редактор говорил мне: "Сделай это проще для понимания", но последнее время я от него этого не слышал. Как, например, я не хотел напрямую употреблять термин "мужчина" по отношению к Маре. И я использовал свои собственные придуманные термины, думая: "Кто знает, тот поймет, верно?". Но затем мой редактор отговорил меня от этого. Эх, воспоминания. Такая маленькая закулисная история о создании первого тома.

Это издание подразумевалось как эксклюзивный бонус, но я эгоистично настоял, чтобы они опубликовали его как книгу. Как думаете, она достойна стоять на одной полке вместе с остальными томами? Если да, то я буду невероятно счастлив. Я еще сначала хотел добавить в конце историю о Первом из Тринадцати Героев, но мне показалось, что это испортит тон эпилога, так что я вырезал её. Такое ощущение, что Overlord закончится, так никогда и не затронув эти истории!

Итак, мои мысли о персонажах:

Сатору: Он такой человек, который будет использовать любые грязные приемы для победы. Вы же помните, насколько "честен" он был в сражении с Шалти. С учетом вышесказанного, этот Сатору, в целом, открывается нам как хороший парень. Не будь с ним Назарика, он, пожалуй, таким бы и был. Может, по–вашему, он чуть–чуть похож на кого–то другого? Но он должен иметь такой же искаженный характер, как у его воплощения из оригинальной сюжетной линии.

Киино: Обрела ли она счастье в этой истории…? Ладно, ну… кхм!

Касаемо того, как все будет идти после эпилога – у меня есть смутное представление об этом. Но, пожалуйста, все вы можете фантазировать на этот счет, как вам нравится. …Но как же все будет развиваться? Будут ли они сражаться? Или сбегут? Или они встретятся? Или, может, всё обернется совсем по–другому? Мне будет очень приятно, если перед сном вы поразмыслите над этим в стиле: "Вот если бы писал я, то…" Мне кажется, что если Сатору поделится своими знаниями со всеми из Новой Аинз Оал Гоун, то с отрядом Плеяд они смогли бы справиться и сами. Эти ребята даже могли бы стать командой мечты мирового уровня. Ну, до тех пор, пока другие могущественные существа не присоединятся к битве.

Кюр Илим: Если вы видели его лист персонажа в конце книги, то должны знать, что он на пять уровней ниже Сатору. И если вы думаете, что Сатору, очевидно, может победить его, то вы ошибаетесь. Даже беря одинаковые уровни, если сравнить по силе ТачМи с персонажем, имеющим сотню классов первого уровня, то они будут отличаться как небо и земля. С другой стороны, будучи драконьей расы и имея мощные классовые уровни, Кюр Илим, на самом деле, более могущественен, чем подразумевают его 95 уровней. Конечно, поскольку присутствует корректировка урона из–за разницы в уровнях, его шансы на победу ниже. Существует ли он в оригинальной сюжетной линии, пока остаётся секретом. Но если существует, то его 200 лет изучения и накопления сил означают, что у него будет меньше слабостей, чем в этой книге.

Что ж, вот что я думаю обо всём этом. Ну, я с нетерпением жду встречи с вами в следующем томе, который выходит в середине этого года по календарю Маруямы.

Пока–пока.

Апрель, 2019.

Золотой Маруяма.

Дополнительные истории

Один день из жизни плеяд

Отрывок 1, Часть 1

1

Юри Альфа – одна из боевых горничных и заместитель командующего Плеяд – зорко наблюдала за каждым движением, но изнутри её терзало сомнение.

...Есть те, кто на её месте справился бы гораздо лучше.

Она – боевая горничная. Первым делом "боевая", и только потом "горничная".

В обычных обстоятельствах эту задачу возложили бы на ту, кого Юри могла бы назвать своей подругой – Пэстонию Ш. Ванко.

Но она прекрасно понимала, что сейчас это невозможно.

Подруга Юри находится в заключении, в Морозной Темнице на Пятом Этаже. Там вечно царит жестокая, пробирающая до костей стужа, но Юри не особенно тревожилась за Пэстонию. Она понимала, что это заключение ни что иное как проявление милосердия Высшего Существа.

Ведь Пэстония посмела самовольно исказить волю того, кто собрал воедино всех высших существ, безраздельного владыки Великой Подземной Гробницы Назарик, Айнз Оал Гоуна.

Кара за подобное неповиновение должна была бы быть ужасной.

Там же содержалась и Нигредо, совершившая тот же проступок. В каком-то смысле они с Пэстонией стали близки, словно родные сёстры. А ещё шерсть Пэстонии обладает сопротивляемостью к холоду, так что Нигредо не рискует получить серьёзные обморожения. Вот если бы их поместили на Седьмой Этаж, вот тогда, возможно, появился бы повод для волнения.

И всё же, не лучше ли было бы поручить это обычной горничной? Нет, Себас-сама ни за что бы не пошёл на такое. И всё же... Юри покосилась на стоявшего сбоку несгибаемого дворецкого. Почему такой вариант невозможен? Из-за её положения? ...Хм.

– Стоп. Вертикальная ось симметрии твоего тела чуть сместилась. Постарайся мысленно представить разницу в силе между опорной и толчковой ногой, и попробуй ещё раз вон оттуда.

– Поняла,

– ответила девушка в униформе горничной.

То, что она – чистокровный человек – находится в Назарике, является исключением из исключений. Её имя Цуаре.

Её доставили в Назарик из столицы Королевства Ре-Эстиз, и поместили под непосредственное начало Себаса. Впрочем, хотя прежде ей и доводилось выполнять обязанности горничной, официального опыта работы в этом качестве у неё нет, поэтому в данный момент она проходит курс обучения.

Тренировки, включающие в себя умение поддерживать подобающую осанку и исполнять обязанности обычных горничных, длились уже солидный промежуток времени, и, по личному впечатлению Юри, Цуаре справлялась удовлетворительно. Иными словами, ей уже пора начинать получать практический опыт и совершенствоваться как горничной.

Однако стоящий сбоку мужчина не дозволял этого.

И поэтому они строго и непрерывно тренировали Цуаре, ожидая что она достигнет новых высот.

Юри тихо смотрела, как Цуаре вернулась на исходную позицию и зашагала снова.

"...Видимо, она устаёт"

На лбу Цуаре поблескивали бисеринки пота.

Ничего неожиданного. Практика длится уже час. Даже обычной непрерывной ходьбы в течении часа достаточно, чтобы вспотеть. Что уж тут говорить про Цуаре, вкладывающую в ходьбу всю себя, концентрируясь на положении кончиков пальцев и носков ног? Это изнурительная работа, не только в физическом, но и в душевном смысле.

Для обычного человека это должно быть тяжким испытанием.

"...Почему Себас-сама подвергает её всему этому? Она уже вполне удовлетворяет необходимому минимуму... Или же он ожидает, что она достигнет уровня обычной горничной? Бедняжка".

Обычная горничная Назарика с лёгкостью выполнила бы все те упражнения, которые сейчас проходит Цуаре. Но ведь они созданы Высшими Существами. Естественно, для них это пустяк.

И точно также естественно то, что Цуаре – не созданная Высшими Существами – на такое неспособна.

Но обстоятельства требуют иного.

Согласно приказам Высшего Существа, Цуаре в будущем предстоит служить в качестве главы горничных-людей в Э-Рантэле. Следовательно, как будущий носитель воли Высшего Существа, она должна демонстрировать выдающиеся достижения.

Но если верить ходящим среди обычных горничных слухам, вышеупомянутые горничные-люди не будут прислуживать Высшему Существу. В их обязанности будет входить лишь уборка и всякие вспомогательные работы в бывшей резиденции мэра Э-Рантэла. А раз так, зачем предъявлять к ней такие высокие требования? Юри не понимала.

Она проследила глазами маршрут Цуаре.

25 метров, от противоположной стены и до того места, где стоят они с Себасом.

Девушка уже много раз проделала этот путь, и повторяла это ежедневно.

"Она такая усердная"

Юри, сохраняя внешнюю холодность, едва заметно улыбнулась.

– ...Я полагаю, она справляется вполне удовлетворительно. Что скажете?

Она обернулась к дворецкому.

– Нет. Ей ещё очень далеко до оценки "удовлетворительно". Рано прекращать тренировки.

– ...Себас-сама, мы ничего не добьёмся если взвалим на неё слишком много. Не пора ли закончить на сегодня?

Себас покачал головой.

– Как ты и сказала, ускоренное обучение не даст хороших результатов. Но время на исходе. Несколько дней назад Владыка Аинз официально уведомил Цуаре о дате, начиная с которой она приступит к исполнению своих обязанностей. Цуаре примет на себя должность главной горничной, и будет управлять горничными людьми. Любая её ошибка, будь то сейчас или в будущем, бросит тень на репутацию Назарика.

– Да, но... Вы ведь тоже отправитесь вместе с ней, Себас-сама. Разве вы не сможете поддержать и направить её, если что-то случится?

– Рассуждать так значит совершить ошибку. Разумеется, я постараюсь удержать её от оплошностей, но постоянно присматривать за ней я не могу. Кроме того, ей поручают руководящую роль. Её долг – быть примером для подчинённых, той, на кого равняются и кем восхищаются.

Весомый аргумент. Перевешивающий любые возможные доводы против.

По правде говоря, Юри чувствовала то же самое. Как старшая из Плеяд, она работала каждый день не покладая рук чтобы не предстать в дурном свете перед своими младшими сёстрами.

Слова Себаса уже убедили Юри, но он ещё не закончил.

– Пожалуйста, подумай о владыке Аинзе.

– О владыке Аинзе?

В памяти сбитой с толку внезапным упоминанием Высшего Существа Юри всплыло белоснежно-белое лицо их владыки.

- Как у Всевышнего, ему нет необходимости вмешиваться лично. Все потому что мы были созданы чтобы служить ему подобно рукам и ногам, дабы выполнять задания возложенные на нас не взирая на любые трудности.

Это было естественно.

Обитатели Назарика существуют чтобы получать приказы и безошибочно выполнять их. Нет, можно было бы сказать, что им позволено существовать только для того, чтобы выполнять их. Никто здесь не думал иначе.

– Само собой разумеется. Но при чём здесь это?

– А что происходит сейчас? Владыка Айнз действует лично. Как предполагаю я – из желания показать нам, что значит быть властителем.

Юри согласно кивнула.

– ...И есть ещё одна возможность, ужаснейшая из возможностей, пугающая меня до такой степени что я боюсь и задуматься о ней...

Юри хотела спросить, что он имеет в виду, но Себас продолжил:

– Владыка Айнз одолел в бою сильнейшую из Стражей Этажей, Шалти-сама. Своей волей он объединил Высших Существ. И даже два величайших ума Назарика, Альбедо-сама и Демиург-сама, восхищаются его мудростью. Таким образом, он являет нам образ идеального повелителя, обладающего всеми необходимыми качествами – могуществом, харизмой и интеллектом. Раз так, то не должны ли мы следовать его примеру?

– Понимаю...

– Разумеется, надеяться достичь недостижимых высот владыки Айнза не просто неуважительно, но и до крайности глупо. Но я считаю что мы должны стремиться приблизиться к этому идеалу, пусть даже на один единственный шаг. А значит, даже если я и совершаю ошибку, подвергая её столь тяжёлым тренировкам, но в то же время это необходимо, если ей предстоит занять руководящий пост.

Юри глубоко вздохнула. Идеальное объяснение.

Здесь нечего добавить.

– И всё же... Это единственная причина?

Себас посмотрел на Юри и заговорил так тихо, что даже она, стоящая рядом с ним, почти не различала слов.

– Владыка Айнз сказал, что Цуаре может остаться в Назарике как гость, но она сама попросила взять её на работу в качестве горничной. Кто-нибудь может счесть, что она тем самым принизила обязанности горничных. И если в этих обстоятельствах Цуаре допустит хоть малейшую ошибку, исполняя приказы владыки Айнза, то наверняка уронит себя в его глазах. Восстановить испорченную репутацию очень тяжело, и поэтому я хочу уберечь её от самой возможности оступиться, какими бы жестокими не казались мои методы.

Юри мысленно нахмурилась.

Называть такую причину суровых тренировок – всё равно что обвинять обитателей Назарика.

Хотя Высшее Существо и объявило, что Цуаре принята в Назарик как равноправная коллега, между ней и обычными горничными, как сообщала Люпус Регина, всё же пролегала едва заметная трещина. Обычные горничные видели в ней пришлую, пытающуюся перетянуть на себя их драгоценные обязанности. И хотя благодаря отданным приказам они не позволяли себе относиться к ней с холодностью или презрением, но изредка в общении с Цуаре из-под их масок проглядывали истинные лица. Я заметила, потому что это я, заявила младшая сестра Юри.

Возможно, Пэстония смогла бы устранить эту трещину, но находясь в заключении ничем не могла помочь.

Словно бы у горничных отобрали Пэстонию и заменили её Цуаре. Возможна, причина их недовольства в этом.

Юри было нечего ответить Себасу, но всё же она высказала предложение:

– Понимаю. Однако, возможно, лучше всё-таки позволить ей отохнуть. "Излишняя зубрёжка непродуктивна", как сказала однажды Ямаико-сама.

– Ямаико-сама правда так говорила?! Вот оно что... Мы могли бы нейтрализовать усталость нашими способностями... Но если таково изречение Ямаико-сама... Хорошо. Цуаре, перерыв. Сядь вон на тот стул и отдохни.

– Да.

Юри и Себас проследили, как Цуаре шагает к стулу.

– Теперь она движется гораздо элегантнее.

– Большое спасибо. Это всё благодаря тебе, Юри.

– Что вы, что вы. Это плоды её собственной усердной работы. Кстати говоря, какая тренировка предстоит ей дальше?

Юри просили помочь практиковать походку, а с другими тренировками помогал кто-то ещё.

– Уборка и чистка, под руководством Эклера.

– А-а, вот кто за это отвечает.

В том, что касается обучению уборки, это идеальный кандидат. Юри почувствовала укол сожаления.

Ей нравилось обучать других. Она не стала бы делать чужую работу, но просьбы об обучении принимала с радостью.

"Ямаико-сама наверняка ожидала от меня именно этого".

В настоящее время Юри не могла созерцать восхитительный образ своей создательницы, но вопрос, касающийся сотворившего её Высшего Существа тронул и согрел её сердце.

Тем временем, Себас достал из нагрудного кармана часы.

– Юри, у нас ещё есть некоторое время до прихода Эклера...

– Я думаю, стоит пока остановиться на этом. Если заставим её продолжать, пока она устала, то есть риск что она подхватит дурную привычку. И если привычка закрепится, то все наши усилия пройдут прахом.

Юри пожала плечами.

– ...А ведь дурные привычки очень тяжело преодолеть, не так ли?

– ...Ты права. Что ж, тогда на сегодня всё. Спасибо что пришла помочь ей.

Себас благодарно кивнул. Юри услышала, что Цуаре пытается встать, и протянула руку, останавливая её. Цуаре тоже склонила голову, выражая признательность.

Юри смотрела на её перчатки.

Они выглядели точь-в-точь как те, что носил Себас. Если совпадает не только внешний вид, но и качество, то это магические предметы, понижающие урон от элементальных атак, таких как огонь, кислота и так далее. Может это и расходный предмет, но сам факт того, что Себас поделился с Цуаре предметом, которым его наделили Высшие Существа, демонстрирует степень его заботы о ней.

Нет. Юри тут же отвергла собственную мысль.

Судя по тому, как он беспокоился об отношении к Цуаре остальных обитателей Назарика, он уже долгое время о ней заботится.

Но потому ли, что так ему приказало Высшее Существо? Или есть другая причина?

Юри заметила, что из кармана униформы Цуаре выглядывает кончик белого платка. Она поджала губы.

Спрашивать будет верхом бестактности.

Отрывок 1, Часть 2

2

Юри вернулась в свою комнату...или, вернее, она вернулась в одну из комнат, назначенных Боевым Горничным. Эта комната была номером люкс, состоящим из спальной, гостевой, ванной, туалета и других такого рода удобств. Легче было думать об этом месте, как о сжатой версии комнаты Высших Существ.

Спальня не чувствовалась тесной даже с тремя двуспальными кроватями в ней. Гостевая имела обеденный стол и кресло, также как и стулья - шесть в общей сложности.

В этой экспансивной комнате жили трое Боевых Горничных.

Ими были Юри Альфа, Люпус Регина Бэта и Наберал Гамма.

Соседней к этой комнате была другая такого же размера, в которой проживали CZ2128 Дэльта, Солюшн Эпсилон и Энтома Василиса Дзэта. Впрочем, несмотря на то, что Cизу и Энтома имели другие личные комнаты, помимо тех, что на 9 этаже, они нередко оставались с Солюшн, или Юри, ведь спать вместе гораздо веселее.

Юри прислонилась к стильному креслу и сознательно попыталась избежать обеспокоенного вида - хотя, так, как она была нежитью, её беспокойство изначально не было таким уж сильным.

"Что же делать... У меня больше нет никакой работы... Что делать..."

Обучение Цуаре было её единственным заданием на сегодня, и она только что закончила его.

Юри пролистала свой ежедневник, но никаких других поручений не обнаружила. Разумеется, ничего такого она не планировала. Иными словами, в ближайшие несколько часов её ожидает лишь адская скука.

Причём нельзя сказать, что сегодняшний день выдался каким-то особенно свободным. Нет, в жизни боевой горничной Юри Альфы случались длинные промежутки времени, в течении которых ей было нечем заняться.

Хотя нет, она солгала бы, заявив что ей нечем заняться.

Основная обязанность боевых горничных Девятого Этажа, созданных защищать Десятый Этаж Великой Подземной Гробницы Назарик – это патрулировать и поддерживать постоянную готовность отразить нападение. Таково главное предназначение, вложенное в них создателями.

Но всё же...

Никому в этом мире не под силу достичь Девятого Этажа.

Разумеется, ведь даже во время массового нападения равных Высшим Существам врагов никому не удалось прорваться в эту святая святых. Назарик – неприступнейшая из неприступных крепостей. Стоять на страже здесь равносильно безделью.

Откровенно говоря, Юри чувствовала некоторую неудовлетворённость нынешним положением дел.

"Сплошное безделье... То есть, сплошное ожидание... Нужно найти какую-нибудь работу"

Из всех задач, выполняемых боевыми горничными, исполнение обязанностей в выстроенной из брёвен хижине на поверхности занимало больше всего времени и приносило наибольшее удовлетворение. Но из-за чередования смен – сегодня, кстати, очередь Энтомы, – такое задание выпадает нечасто. Юри закончила свою смену два дня назад, так что теперь должна ждать ещё два дня (две Плеяды освобождены от этой обязанности) прежде чем снова настанет её очередь.

Таким образом, Юри пыталась подыскать дополнительное занятие чтобы провести свободное время с пользой, но, к сожалению, не смогла обнаружить ничего подходящего на Девятом Этаже.

Например, казалось бы, она может патрулировать коридоры. Но в настоящее время охраной коридоров занимается личная стража Коцита. Таким образом, действия Юри могли бы быть расценены как недоверие к подданным Коцита, и даже как косвенное оскорбление его самого.

Она понимала, что это говорит её эгоизм, но она ощущала стремление работать в поте лица – впрочем, нежить не может потеть.

"Неужели мне действительно нечем заняться... Как же я завидую обычным горничным..."

Раз в рамках своего основного предназначения – "боевая" – ей нечем заняться, то нужно просто выполнять свою вторичную роль, роль горничной.

Но тогда возникла бы серьёзная проблема.

Помимо боевых горничных, в Назарике присутствуют также и обычные.

И для них работа горничной – основное занятие. И именно они должны её выполнять. А значит, нельзя поручать такие задания кому-то ещё. Причина проста и понятна любому: именно таков изначальный замысел Высших Существ.

Иначе говоря, даже если Юри и найдёт какую-нибудь работу, скорее всего эти обязанности окажутся уже назначенными кому-либо. А если нет, то, наверное, тому есть какая-то особая причина.

А значит, выполняя работу горничной, Юри попросту отнимет работу у обычных горничных. Разумеется, они ничем не выкажут своего недовольства если Юри и в самом деле так поступит. Но поставив себя на их место, попытавшись представить, как она сама восприняла бы ситуацию, когда её дело выполняет кто-то другой, Юри теряла всякое желание поступать так.

Она снова задумалась о тех двоих, содержащихся под стражей.

Если отдавать всего себя ради блага Назарика можно назвать высочайшим наслаждением, то предавать его значит ужаснейшую пытку. Какая ирония – Юри, находясь на свободе, так хорошо понимает чувства находящихся в заключении Пэстонии и Нигредо.

– Ха-а...

Юри издала долгий выдох, выпуская скопившееся внутри недовольство.

...Хрум хрум.

– Ойойой, что такое, сестрица Юри? Животик болит?

Этот беззаботный вопрос задала ни кто иная как одна из её сестёр, Люпус Регина Бета.

Она улыбается своей обычной улыбкой, но так как прекрасно знает, что Юри нежить, то наверняка задала вопрос чтобы поддразнить её.

Юри сузила глаза и строго уставилась на Люпус Регину.

И снова вздохнула при виде её невинной, чистосердечной улыбки.

– Ува-а... Какая ты злюка, так вздыхать видя милое личико младшей сестрёнки...

– Я завидую тебе...

Казалось, над головой Люпус Регины словно появился знак вопроса.

Юри завидовала вовсе не её беззаботному характеру, а обязанностям, которые ей поручены.

Люпус Регина – одна из самых занятых боевых горничных. В её обязанности входит защита деревни Карн – впрочем, Юри не была уверена что столь разросшееся поселение по-прежнему можно называть словом "деревня". Также помимо прочего Люпус Регина должна наблюдать за происходящим и предотвращать любые возможные утечки разрабатываемых в деревне технологий.

"Наверняка она считает свою работу очень ответственной"

Юри перевела взгляд на ещё одну сестру, также имеющую весьма ответственные обязанности.

Её младшая сестра, Нарберал Гамма, сидела полуоткрыв рот.

Она сидела на диване, не шевелясь, и безучастно глядя в потолок. Убранные в хвост волосы, обычно бодро торчащие, безжизненно обвисли.

...Хрум хрум.

– Нар-тян, что с тобой?

– Да всё с ней в порядке, просто тупит, как обычно.

Нарберал, не обращая внимания на обращённые к ней слова, продолжала упорно смотреть куда-то в пустоту, словно видя что-то, невидимое для остальных.

Юри моргнула.

Боевая горничная обязана вести себя подобающе, даже отдыхая в собственной комнате. Но прежде чем Юри успела высказать упрёк, заговорила Люпус Регина.

– Ну, её можно понять. Она же всё-таки отдыхает.

– С ней такое часто бывает?

– Нар-тян ведь охраняет владыку Айнза. Находясь снаружи она не может позволить чтобы кто-то грубил владыке Айнзу, она должна постоянно принимать решения, заслуживает ли грубиян казни на месте, кроме того должна быть постоянно готова к отражению нападения врагов, так что это, разумеется, выматывает. Лишь здесь, в безопасности, она может расслабиться, так что тут ничего не поделаешь. А ещё для представителей её вида это, наверное, естественное выражение лица.

Юри вспомнила лицо Стража Сокровищницы. И правда, сейчас Нарберал чем-то на него похожа.

Она мысленно представила, как лицо Нарберал превращается в лицо Актёра Пандоры, но постаралась обуздать воображение.

"Кстати говоря, если уж упрекать Нарберал за неподобающее боевой горничной поведение, то разве я, продолжая вздыхать, не веду себя ещё более неподобающе? Я несправедлива к ней"

Как совсем недавно сказал Себас, тот, кто стоит выше других, должен являть собою пример для подчинённых. Как старшая сестра и заместитель командующего, она должна быть образцом для младших сестёр.

Раз уж Высшие Существа создали её старшей сестрой, то Юри обязана выполнять свою роль в полной мере. К этому взывает как её верность Назарику так и желание отплатить за доброту своей создательнице, Ямаико.

Но... Как именно она должна себя вести?

...Хрум хрум.

– Сестрица Юри, ты как-то подозрительно затихла. О чём задумалась?

Юри задумалась, стоит ли отвечать откровенно, но всё же решила воспользоваться вопросом и высказать всё, что у неё на душе. Пусть Люпус Регина подаст руку помощи... Или лапу, неважно.

– ...У меня нет никаких заданий.

– А-а...

Взгляд Люпус Регины напоминал взгляд сытого и довольного обывателя, смотрящего издалека на голодающего беженца.

Брови Юри дёрнулись, но она подавила импульс. Люпус Регина трудится на благо Высших Существ. Её нынешнее безделье не идёт ни в какое сравнение. Юри должна знать своё место.

– Сестрица Юри, ты же сопровождала владыку Айнза в Сокровищницу?

– ...Всего однажды.

– А потом?

– ...Совершенно ничего.

– А...

Люпус Регина уставилась в пустоту. Как ни странно, они с Нарберал теперь смотрели в одну точку.

"Хм, хм... Может, то на что они смотрят невидимо для безработных?"

...Хрум хрум.

– ...Чем ты хрустишь всё это время?

– А, это? Картофель тонко нарезают, жарят, и посыпают солью. Я попросила повара приготовить. Очень вкусно.

Люпус Регина вытащила ещё одну горсть чипсов, поднесла ко рту и принялась жевать.

Хрум хрум.

Они издавали жизнерадостный хруст.

По правде говоря, Юри и сама знала, что ест Люпус Регина. Она не могла употреблять пищу, но готовить умела. Её кулинарные навыки не превышали среднего уровня, и она не могла готовить блюда из специальных ингредиентов, имеющие особые эффекты, но в том, что касается обычной пищи могла приготовить почти всё.

Тогда зачем же она спрашивала...

– ...Ты выглядишь неприглядно, когда вот так жуёшь стоя, а ещё повсюду сыплются крошки. Не забудь потом прибраться.

Обычные горничные не убирали в этой комнате. Обитательницы комнаты занимались этим по очереди. Впрочем, в основном эта задача выпадала Юри, так как Нарберал и Люпус Регина были заняты работой. Они не пускали сюда обычных горничных не потому, что дорожили своей обязанностью убираться здесь, а скорее просто их гордость не позволяла допускать, чтобы кто-то другой убирал за ними их собственный беспорядок.

Таким образом, совершенно естественно приказывать убраться той, кто намусорил. Даже если она постоянно занята, выполняя приказы Высшего Существа.

Кроме того, Юри чувствовала, что сердита на Люпус Регину, хрустящую чипсами пока она сама страдает. Словно бы к ней относятся с пренебрежением.

Так что её распоряжение было также и высказыванием недовольства той, кто заставил её, нежить, чувствовать себя столь неуютно.

– Ла-адно...

...Хрум хрум.

Юри ощутила, как в ней нарастает раздражение.

"...Ну погоди, я в тебя серебряный кинжал метну".

Люпус Регина – оборотень, она уязвима к серебру и подобным металлам, но также обладает сопротивляемостью к оружию из всех прочих материалов.

Например, серебряное оружие нанесёт ей примерно на 25 процентов урона больше, но в то же время оружие из других металлов нанесёт на 10 процентов меньше. Окончательный урон высчитывается, вычитая показатель брони и всё в таком роде, так что если окончательный результат окажется равен нулю, то и серебряное оружие не причинит вреда. Лёгкий бросок серебряного кинжала точно не нанесёт раны.

Однако, Люпус Регина попросту ненавидит серебро. Ей неприятно даже просо прикасаться к нему. Так что это лучший металл для того, чтобы наказать её.

Люпус Регина торопливо заговорила, возможно, уловив настроение Юри своим навыком Звериный Инстинкт.

– П-подожди! Ну что ты, я же на отдыхе, не будь так строга. Перед владыкой Айнзом я буду вести себя как положено, я же всё-таки способная женщина, как-никак.

Способная женщина. Юри собралась было нахмуриться, услышав такое от Люпус Регины, но вспомнив что та трудится усерднее неё самой, промолчала.

"Я тоже хочу работать... Нет, Юри. Как ты можешь так ревновать к ней?"

Юри подавила Тёмную Юри в глубине своей души. И в тот же момент ощутила контакт, и услышала что в голове раздался чей-то голос.

[...Юри Альфа]

Голос, который никто в Назарике ни при каких обстоятельствах не спутал бы с чьим-нибудь другим.

– В-владыка Айнз!

Юри преклонила колени, приняв подобающую позу приветствия.

Разумеется, её господин в настоящий момент отсутствует и, скорее всего, не наблюдает за ней. Но всё же она не могла повести себя непочтительно к голосу господина.

[...У меня есть просьба к тебе. Зайди в мои покои... Кхм, в мои покои в Назарике]

– Просьба ко мне?! – её великому господину не нужно ни о чём просить Юри Альфу. Ему достаточно просто приказать, – Сейчас же приду!

[...Хорошо. И поспеши]

И с этими словами Сообщение окончилось.

– Это был владыка Айнз?

– Да, он сказал что у него просьба ко мне.

Напряжение и страсть, охватившие Юри, так поразили её саму, что её лицо напряглось.

Она нежить, и её сильные эмоции должны бы подавляться, но сейчас её переполнял энтузиазм.

Сейчас она напоминала самой себе Шалти.

Почему-то та, даже будучи нежитью, могла чувствовать возбуждение. Может, причиной тому был какой-то особый эффект статуса, вроде Жажды Крови, но Юри не могла с уверенностью заключить что дело в этом.

Даже нежить можно разделить на тех, кто способен ощущать сильные эмоции, и на тех, кто лишён этого. Желая убедиться в этом, Смотритель Стражей Альбедо по собственной инициативе решила провести эксперимент.

Она собрала сильнейших неживых монстров-наёмников, нежить, созданную Высшими Существами, а также автоматически поднимаемую внутри Назарика нежить, чтобы собрать как можно больше информации. Юри тоже принимала участие в эксперименте.

Однако, всё началось со особого эксперимента специально для Шалти, и всё это вылилось в невероятную свару между Шалти и Альбедо, быстро вышедшую из-под контроля. В конце концов, эксперимент был прекращён, и чего-либо определённого узнать так и не удалось. По словам Альбедо – которую наказали, приказав убираться половой тряпкой, – отсутствие информации о высшей нежити этого мира не позволяет придти к однозначному выводу, так что этот план отложили до лучших времён.

Юри смутно помнила слова Демиурга насчёт того, что если бы исследование проводилось в каком-либо другом месте, возможно, нежить смогла бы чувствовать сильные эмоции.

В таком случае, смогла бы она более полноценно выразить свои чувства?

И стоило бы это делать?

Юри не знала, чем вызвано её возбуждение – беспокойством или предвкушением, но решила отставить в сторону личное мнение. Вскоре ей предстоит оказаться пред лицом Высшего Существа, нужно собраться.

– ...Итак, я отправляюсь. Не думаю, что в моё отсутствие что-нибудь случится, но полагаюсь на тебя, если что.

– А-га...

– Я поняла. Удачи, сестрица Юри.

Нарберал оборвала Люпус Регину, собравшуюся показать Юри большой палец, масляный от чипсов.

Расслабленное настроение Нарберал исчезло без следа.

Теперь она улыбалась своей обычной слабой улыбкой. Собранные в хвост волосы по-прежнему свисали несколько устало, но в целом она выглядела нормально. Она знала цену времени, проведённого в обществе Высшего Существа.

– Эй, эй, она это мне говорила!

Игнорируя голос сестры за спиной, Юри зашагала вперёд.

Своими действиями она вовсе не пыталась на что-то намекнуть.

Просто её призывает Высшее Существо, так что каждая секунда разговора с сёстрами это излишняя трата времени. То, что улыбка младшей сестры раздражает Юри, совершенно определённо не при чём.

Отрывок 1, Часть 3

3

Юри Альфа стояла у дверей, ведущих в покои Высшего Существа. По обе стороны входа неподвижно стояли инсектоиды, назначенные Коцитом стражники. Каждый из них превосходил Юри уровнем, но не это беспокоило её. Она сконцентрировалась на толстой, тяжёлой двери перед собой.

Юри вдохнула – разумеется, она не нуждалась в дыхании, так что это было просто символическое движение – и выдохнула. Потом повела плечами, словно сбрасывая напряжение.

Её напряжение было вызвано не чем-то хорошим, вроде предвкушения от предстоящей встречи с Высшим Существом. Она беспокоилась.

Юри никак не могла понять, почему из всех обитателей Назарика, среди которых найдутся как более сильные так и более умные, призвали именно её. Скорее всего потому, что дело касается её самой как заместителя предводителя Семи Сестёр Плеяд. Но Юри полагала, что скорее всего Высшее Существо намерено сделать ей выговор за праздность.

Дурные предчувствия продолжали скапливаться в мозгу Юри, тяжёлым грузом ложась на плечи. Впрочем, ответ, каков бы он ни был, ждёт её по ту сторону двери.

Юри протянула руку, чтобы постучать.

Тут же наружу выглянула Декремент, одна из обычных горничных. Видимо, сегодня Высшему Существу прислуживает именно она.

Декремент – жизнерадостная горничная с короткой стрижкой.

У неё сияющие, чистые и невинные глаза, а милые жесты, напоминающие движения маленького животного, всегда вызывают у Юри улыбку. Также как и Инкремент, созданная той же, кто создал её саму, обладает привычкой выпрямлять спину за чтением, от чего на душе Юри всегда становится теплее.

Но сейчас окружающая Декремент аура бодрости исчезла без следа. Будет преуменьшением заявить, что она нервничает. Зеленоватый оттенок лица отчётливо выказывал её страх.

Юри ощутила, как по спине пробежал холодок. Неподвижное сердце дрогнуло.

Какая беда случилась здесь?

Однако, как только Декремент увидела Юри, в её глазах проскользнуло облегчение, и она чуть приободрилось. Но что могло заставить обычно сдержанную горничную выказать эмоции?

Выражение лица Декремент намекало, что ситуация диаметрально отличается от предположений Юри.

Что бы ни случилось, с прибытием Юри Декремент испытала облегчение. А значит, Юри, явившись, спасла её.

– Юри Альфа, прибыла по вызову владыки Айнза.

– Поняла. Пожалуйста, подождите немного.

Как и ожидалось, в голосе тоже чувствуется намёк на облегчение.

Дверь перед Юри закрылась. Разумеется, Декремент ожидала разрешения ждущего внутри господина.

Юри громко сглотнула, готовясь к тому, что может её ждать.

Декремент снова открыла дверь.

– Владыка Айнз дозволяет. Прошу, входите.

Необычно напряжённый голос Декремент словно бы подгонял её. Юри вошла.

Она остановила взгляд на господине, после чего, не двигая зрачками, осознала интерьер комнаты – ситуация крайне скверная. Лицо Юри на мгновение дёрнулось, когда она осознала, что могло стать причиной её вызова.

Теперь она понимала, почему Декремент так напряжена. Они созданы одним Высшим Существом, и, естественно, мыслят похожим образом.

Тем не менее, стараясь игнорировать это, Юри вошла и встала перед господином.

– ...Ваша слуга, Юри Альфа, явилась на ваш зов, владыка Айнз.

Юри преклонила колени, и Айнз тут же ответил, словно желая чтобы она встала как можно скорее.

– Хорошо. Ты как раз вовремя, Юри.

Её господин сплёл пальцы перед лицом.

– Ты понимаешь, почему я вызвал тебя?

– Если вы дозволите вашей слуге догадаться...

Юри подавила желание покоситься в один из углов комнаты.

– ...Вот как. Что ж, это упрощает дело.

Юри знала, что взгляд господина покинул её, переметнувшись в том направлении, куда она не отваживалась смотреть.

Она укрепила решимость, и заговорила.

– Ваш вызов касается этого вопроса?

– Именно так.

В углу комнаты находилась сестра Юри, Солюшн Эпсилон.

Она почему-то стояла на коленях.

Раз она стоит в такой позе в присутствии Высшего Существа, значит, совершила что-то, заслуживающее наказания.

Юри, хоть и нежить, ощутила как её внутренности вдруг напряглись.

– ...Ч-что наделала моя сестра?

– Хм...

Высшее Существо медленно поднялось и повернулось к Юри спиной. Некоторое время Айнз изучал потолок, после чего обернулся и заговорил.

– Солюшн забрала моего Миёши-куна, то есть, Миёши... Не уверен, в курсе ли ты, так что я коротко объясню: он Сапфировый Слайм, которого я использую в определённых целях, и Солюшн где-то его спрятала. Она отказывается отвечать на мои вопросы. Так что я вызвал тебя.

– И-и-и-и!

С губ Юри сорвался странный вскрик.

Это поистине кошмарный грех. За такое она вполне заслуживает казни. Нет, даже полное уничтожение не будет чересчур жестоким наказанием. Юри даже не может просить о милосердии за столь ужасное преступление.

Она собрала в кулак все свои силы и заговорила.

– ...Если необходимо допросить её, то ваша слуга осмелится предложить кандидатуру Нейрониста-сама.

Юри отчаянно пыталась сдержать слёзы, хотя она, как нежить, теоретически должна была быть неспособна плакать.

Она должна разрубить их сестринскую связь. Лишь такое отношение возможно по отношению к той, кто проявил подобное неуважение к Высшему Существу.

– ...Я не сделаю этого. Если бы я нуждался в серьёзном изучении вопроса, то мог бы просто прочесть её воспоминания.

– Да!

И верно. А значит, её призвали чтобы она, как старшая сестра, взяла на себя ответственность и заставила Солюшн признаться, даже если для этого придётся прибегнуть к жестоким методам.

– ...Поняла!

Юри ожесточила сердце.

Солюшн – слайм. А значит, она устойчива к физическим атакам, в частности, её сопротивляемость к режущим и колющим ударам очень велика. Однако дробящие удары причинят ей боль.

Юри активировала рукавицы, закрывшие её кулаки. И шагнула к Солюшн.

– ...Подожди.

На этот раз её господин отдал приказ.

– Могу я спросить в чём дело, владыка Айнз?

– Что ты намерена делать, Юри?

– ...Ваша слуга собирается допросить Солюшн.

– ...Ясно. Тогда, тогда зачем ты закрыла кулаки рукавицами?

Юри застыла, поняв намерение господина. Своим вопросом он давал ей понять, что она должна выполнить всё голыми руками. Она собственной кожей ощутит, как её кулаки ударяют плоть младшей сестры, и испытает неизбежные при этом мучения.

– П-поняла. Как пожелаете, владыка Айнз.

Юри деактивировала рукавицы, вернув их в положение ожидания. Её господин удовлетворённо кивнул, но потом наклонил голову.

– Хм?.. Такое чувство, что мой вопрос остался без ответа, но раз ты всё поняла, то ладно. Забудем. Ну, приступим. Добейся ответа от Солюшн, Юри.

– Слушаюсь!

Юри встала над Солюшн. Та, вероятно понимая что случится дальше, не поднимала взгляд от пола. Юри высоко занесла кулак, готовая нанести удар.

– ...Стой!

Ощутив тревогу в голосе господина, Юри застыла и обернулась.

– Ты... Что ты собираешься сделать?

Юри не знала что ответить. Она не понимала, что имеет в виду господин.

– Нет, эм, согласно вашему приказу, ваша слуга собирается заставить Солюшн дать ответ...

– ...Эм, хм?.. Может, я ошибся? Позволь я спрошу ещё раз. Как именно ты намеревалась добиться ответа?

– Ваша слуга собирается избить её до полусмерти, и заставить дать ответ пока её разум затуманен.

Услышав это, господин внезапно застыл. И пристально уставился на Юри.

Она что-то сказала не так? Пока Юри терзалась сомнениями, господин снова отвернулся.

Спустя несколько показавшихся вечностью секунд, он снова заговорил.

– Юри. Мой приказ не подразумевал этого. Возможно, Солюшн спрятала моего Миёши потому, что подчинялась какому-то приказу, вложенному в неё Херохеро-саном. Чему-то, о чём она не может рассказать мне. Вот почему я подумал, что ты, возможно, можешь помочь мне получить ответ.

– М-мои глубочайшие извинения!

Юри торопливо упёрлась руками в пол и низко поклонилась.

Разумеется, в таком случае Солюшн винить нельзя. Точно так же как Пэстонию с Нигредо простили за следование вложенным в них Высшим Существом качествам. Однако, одно дело дозволять такое, и другое – одобрять.

– ...Всё в порядке. Кстати, полагаю, ты заблуждаешься. Я вовсе не сержусь на поступок Солюшн. Скорее, я нахожу его занимательным.

Юри заметила, что облегчение испытала не только она сама, но также и Декремент и даже Солюшн.

Но почему? Однако господин заговорил прежде, чем она успела задать вопрос.

-...Солюшн.

-...Д-да, Владыка Аинз.

Впервые с того момента, как вошла в комнату, Юри услышала речь её сестры. Её голос сильно отличался от той Солюшн, которую она знала.

Её господин прошел рядом с Юри, обойдя стол, и встал перед Солюшн. После этого, её хозяин достал кристал данных. Казалось, будто он знал какие способности имел кристал, просто держа его, но почти все кристалы данных разделяли одинаковый внешний вид, и только определенные профессии могли различить их лишь по внешности.

-Приказываю, хотя нет сомнений, что этот предмет принадлежит мне...уничтожь его.

-Х-хотя это и ваша воля, п-пожалуйста простите меня, Владыка Аинз...

Солюшн отказала дрожащим голосом.

-Понятно. Тогда, продолжим.

Её господин указал на лампу на потолке.

-Этот светильник - часть моей комнаты, но ты должна уничтожить его.

-Н-но...

-Починка ущерба, нанесенного Великому Склепу Назарика требует платы. Однако, можно починить некоторый суммарный урон без взимания платы каждый день. В частности, верхние этажи были разработаны в особенности дешевыми, учитывая то, что злоумышленники часто пытались вторгнуться, так что даже ремонт целого этажа не является большой затратой...С другой стороны, вещи на 9 этаже довольно дороги. Ну, предметы в королевских апартаментах довольно дороги; в мире оно часто так получается.

Её господин развел свои руки.

-Даже так, починка единственной лампы - небольшая затрата, и оно должно подпадать под количество каждодневного бесплатного ремонта. Очень хорошо...действуй.

-...Действительно ли все в порядке?

-Это мой приказ, так что все хорошо. Действуй.

Солюшн поднялась, прошла под лампу и удлинила руку. Вязкая рука озватила лампу и через некоторое время послышались звуки растворения и дробления.

С одним сломанным светильником интерьер комнаты стал слегка темнее.

-Понятно, понятно. Так я должен считать, что можно приказать нанести поврождения базе гильдии, до тех пор, пока оно не приводит к фактической потере для Гильдии? Солюшн, почему ты сломала его? Или, вернее, почему ты смогла его сломать?

У Солюшн было удивленное выражение лица.

-...Понятно, по-видимому то, как я задал вопрос создало проблему. Не ообращай на это внимания. Тогда...если можно наносить ущерб до тех пор, пока это не посчитается, как потерч для Гильдии, какая степень повреждений квалификацируется, как "потеря"?...Интуиция творца? Или потому, что я приказал? Чем отличаются призванные монстры? Есть ли разница между Аурой и Маре? Хм, а это интересно.

Её господин, казалось, был в своем собственном мире, как будто в его глазах не было никого другого.

– И всё же, сама возможность уничтожить лампу возникла лишь из-за появившейся возможности вредить союзникам, так что могло ли это изначально учитываться как ущерб? Если что, сражение внутри Назарика может стать проблемой... Нужно как следует всё изучить. Прекрасно, Солюшн. Если бы ты не спрятала Миёши-куна, я бы об этом даже не задумался.

На этом её господин обернулся и посмотрел на Солюшн.

-Ты предоставла мне довольно интересную тему исследований. Молодец.

-М-моя глубочайшая благодарность, Владыка Аинз.

Юри хорошо понимала замешательство Солюшн. Причина того, что она заслужила похвалу Высшего Существа была слишком загадочной для их скудного разума.

-В таком случае я продолжу исследования. Юри, отдай свою собственность Солюшн.

Юри без колебания передала её драгоценные рукавицы - которые были сделаны её создательницей - Солюшн.

-Теперь уничтожь их.

-М-молю вашего прощения, Владыка Аинз.

Солюшн опустила голову.

– Хм-м-м. Полагаю, это означает что ты не можешь уничтожить собственность Юри. В таком случае...

Неожиданно перед её господином появился Рыцарь Смерти.

-Уничтожь это.

Солюшн покачала всё еще опущенной головой.

-Ты не можешь уничтожить вызванного мной Рыцаря Смерти? Тогда, можешь проглотить его, не нанеся ему ущерба?

-Если только это.

Солюшн приблизилась к Рыцарю Смерти и прижала нему голову.

Её голова раздулась, словно шар, и волосы потеряли свою ложную форму, открыв истинную природу слайма, пока она целиком глотала Рыцаря Смерти. После чего голова Солюшн вернулась в прежнюю форму, а стоявшая перед ними массивная фигура исчезла без следа.

– Хм-м... Если сейчас я развею Рыцаря Смерти, это причинит тебе какой-либо вред?

– Нет, совершенно никакого.

– Вот как. Что ж, так и сделаю. Ладно, хм, понятно... Иначе говоря, суть в том что просто прятать можно? А значит, важно чтобы объект сохранял первоначальный вид? Или нет? Может, суть в принадлежности?.. Или это какая-то системная причина? Но ведь вредить соратникам по-прежнему можно, так? Может, всё дело исключительно в нежелании... хм. Как я и думал, вопрос требует тщательного изучения. Впрочем, я провёл множество экспериментов, но толком так и не обдумал. То, что я могу перепроверить свои выводы это тоже великолепный резуль...

Бормотание господина внезапно оборвалось. Он хлопнул в ладоши и посмотрел на Юри.

– ...И чем я занимаюсь? Я ведь вызвал сюда Юри чтобы узнать у Солюшн где же Миёши-кун. Прошу прощения. Кажется, я забылся в своих размышлениях.

– Я не смею винить вас, владыка Айнз. Ваша слуга прекрасно понимает важность ваших размышлений.

Само собой разумеется, что её господин обдумывает сложный и запутанный вопрос. Возможно, будь здесь кто-либо из двух ярчайших умов Назарика, то они, возможно, сумели бы объяснить частицу рассуждений господина. Но, к сожалению, обоих здесь нет. В результате, она могла лишь понимать что рассуждения господина великолепны, не понимая в чём именно это великолепие заключается.

Юри чувствовала слабое недовольство собой.

– Итак... Поговори с Солюшн и выясни, почему она так поступила.

– Да! Слушаю и повинуюсь!

Юри хотела спросить, почему ей нельзя поговорить с сестрой в обычной обстановке, но мысленно покачала головой. Господин, должно быть, имеет на то причины.

Она вспомнила слова Себаса.

Как предводитель Высших Существ он наверняка прекрасно понимает причины поступков её младшей сестры. А значит, его цель в чём-то ином.

Юри снова повернулась к Солюшн, снова вставшей на колени.

– Прежде чем я спрошу, где ты спрятала Миёши-куна-сама, ответь мне. Почему ты так поступила? Миёши-кун-сама – собственность владыки Айнза. Ты не могла этого не знать.

Солюшн моргнула.

Чтобы та не уклонилась от вопроса, Юри сжала её лицо обеими руками, заставляя встретиться с собой взглядом.

Солюшн, не имеющая постоянной формы, смогла бы с лёгкостью освободиться от хватки. Тем не менее, она этого не сделала. Её зрачки, кстати, тоже подделка, так что встречаться с ней взглядом бессмысленно. В конце концов, она воспринимает окружающее не зрением. И всё же, понимая чувства Юри, Солюшн посмотрела ей в глаза.

Они смотрели друг на друга.

Наконец, губы Солюшн шевельнулись.

– Сестрица Юри... Я... Я не могу смириться с этим.

С чем ты не можешь смириться? Но Юри, поняв что Солюшн не закончила, промолчала. Она отпустила хватку и отступила.

– ...Владыка Айнз!

Солюшн перевела взгляд с Юри на господина.

– Почему! Почему, скажите! Я тоже слайм! Я могу чистить вас лучше, чем Миёши-кун-сама! Почему! Почему вы не дозволяете мне принимать ванну с вами и дочиста вылизать ваше великолепное тело?!

Их господин отвернулся.

На лице Солюшн, вероятно ощутившей отрицание в этом жесте, отразилось отчаяние. Юри хорошо её понимала, и краем глаза видела, что и Декремент разделяет её чувства.

"Почему всё так случилось... Если это не то, чего желало Высшее Существо... То моя возлюбленная сестра совершила страшный грех..."

Это тяжкое преступление, заслуживающее высшей меры наказания. Нет, смертная казнь попросту единственное возможное наказание.

Как долго их господин стоит, отвернувшись? Юри показалось, что прошло уже очень много времени, хотя на самом деле, наверное, лишь несколько секунд. Когда он отдаст приказ казнить её сестру?

Наконец, прозвучал вопрос.

– ...Это единственная причина?

– А какая ещё тут может быть причина?!

Солюшн всхлипнула, отвечая – хотя её слёзы и были лишь частью тела, и излившись из глаз просто впитывались подбородком.

Юри понимала её очень хорошо, но...

– Солюшн Эпсилон! Как ты смеешь!

Юри желала хотя бы свершить казнь собственными руками, руками старшей сестры. С этой мыслью, она сжала кулаки...

Отрывок 2, Часть 3-4

-...Всё хорошо. Юри, успокойся...

Она оглянулась на голос ее господина и её глаза встретились с красными точками света, уставившихся на неё. Нет, не так. Его пристальный взор мог казаться застывшим на Юри, но это совсем не так. Как будто бы он смотрел на что-то далекое, очень, очень далекое.

"Что-то случилось?" подумала Юри, остановив любое движения, и тогда она услышала слабый голосок, говорящий что-то в духе "Без...башенная..."

Голос был очень мягким, так что она не услышала его ясно. Смотря на её ошарашенный вид, господин Юри кашлянул, почистив горло.

-Нет, Юри. Ах...нет нужны бить её. В любом случае, я ведь не зол, разве нет?

-Поняла! Моя глубочайшая благодарность!

Глаза Юри не могли не увлажниться от правления её господина и его мелосердного сердца, что могло простить даже неуважительное поведение Солюшн. Нет, не будь она нежитью, она бы точно обильно рыдала.

– Э, эм... кхм. Итак, Солюшн. Мне понятны твои чувства. Похоже, я был недостаточно внимателен. Что же до того, почему я не приказываю тебе мыть меня, то одна из причин – я не твой создатель. Я не могу поступить так из стыда перед Херохеро-саном.

-Господин ХероХеро?

Возможно потому, что он упомянул Высшее Существо, создавшее её, но Солюшн издала звук, который даже сложно вообразить исходящим от неё в обычных обстоятельствах

- Эмм. В самом деле, это так. Позволение кому-то, вроде тебя -- по сути дочери ХероХеро - сана -- делать такое эм, что, ну, такого рода вещи, определённо выставило бы меня в дурном свете.

Солюшн опустила голову, и вскоре снова подняла взгляд.

– ...Владыка Айнз, умоляю, примите мои искреннейшие извинения. Ваша слуга готова принять любое наказание, какое вы сочтёте нужным.

– Что ж, как я и сказал касаемо этого вопроса, проблема, видимо, в недостатке моей предусмотрительности. Ничего бы не случилось, если бы я с самого начала объяснил тебе всё как следует... Солюшн, я не буду наказывать тебя за эту милую шалость... случившееся сегодня должно остаться тайной между нами четверыми. Возражений нет?

Разумеется, никаких возражений попросту не могло быть.

Юри в душе облегчённо выдохнула.

Хорошо, что её сестру не казнят.

– Итак... Где мой Миёши?

– Здесь, – рот Солюшн широко раскрылся, и из него вытек синий слайм, – Вот он.

– О...

Взяв слайма в руки, Солюшн почтительно протянула его Айнзу. Однако их господин не протянул за ним руку.

– Отнеси его обратно, туда, откуда взяла. И не забудь погрузить в воду.

Намерения их господина понятны. Солюшн должна самостоятельно и полностью исправить свой проступок.

Если подумать, то иного нельзя было и ожидать.

Пока Юри проникалась стыдом за свою неспособность сразу заметить столь очевидное, Солюшн поднялась и вышла из комнаты.

– ...Владыка Айнз, я не в силах выразить свою благодарность за ваше милосердие к Солюшн.

– Хм? – её господин, провожавший взглядом Солюшн, видимо, решил приободрить Юри, – Нет, я просто не смог оценить ситуацию в целом. Мне нужно было постараться взглянуть на всё с точки зрения Солюшн... Впрочем, я ни при каких обстоятельствах не намерен позволять ей мыть меня.

– И всё же, моей благодарности нет предела.

– Хм-м... Кстати говоря, кто-нибудь из вас, боевых горничных, чувствует какое-либо недовольство нынешним положением дел?

– Могу я спросить, что вы имеете в виду?

– Я не заметил недовольства Солюшн. Я, как её господин, совершил ошибку.

– Но это же...

Господин поднял руку, обрывая Юри.

– Будь добра, дослушай. Я хочу, чтобы ты помогла мне узнать, чувствует ли ещё кто-то из боевых горничных недовольство чем-либо. Некогда я поручал Рыцарю Смерти спросить о том же Стражей Этажей. Впрочем, тогда я выяснял лишь, нуждаются ли они в чём-нибудь. Итак, Юри Альфа.

– Слушаю!

– Я поручаю тебе задание. Встреться с другими боевыми горничными, и выясни, всё ли их устраивает в нынешних условиях работы и отношении к ним.

– Поняла. Ваша слуга немедленно примется за исполнение.

– ...А ещё, я предупреждаю тебя. Встретив незнакомого врага, ты ни за что не должна произносить что-нибудь вроде "Давайте сначала их стукнем, а о том, справимся ли, можно будет побеспокоиться потом", ты поняла меня?

– Д-да. Поняла.

Секундное замешательство, охватившее Юри, заставило промедлить с ответом. Она не имела не малейшего представления, почему господин говорит ей это. Однако, это всё же приказ Высшего Существа, а значит, ей остаётся лишь повиноваться.

Ей запрещено бить врагов а потом рассуждать, удастся ли их победить.

Юри сделала мысленную заметку насчёт этого.

4.

Покинув покои господина, Юри задумалась: куда направиться теперь?

Ей нужно встретиться с Сизу и Энтомой. Встречу с Люпус Региной и Нарберал Высшее Существо проведёт лично.

Разумеется, всё существо Юри восставало против мысли о том, чтобы беспокоить господина столь незначительной задачей, но раз таково его желание, то ей остаётся лишь смириться.

"А-а... Прошу вас, только не наделайте глупостей"

Если после всего, что натворила Солюшн, ещё и Люпус Регина опять выкинет какую-нибудь свою глупость, то репутация Плеяд наверняка рухнет. Нет, им ещё повезёт если они отделаются лишь потерей репутации. Юри, хотя и нежить, ощутила как заныл живот.

– Нужно закончить как можно скорее.

Если она поторопится и вернётся к тем двоим, возможно, удастся предотвратить неприятности.

Однако, она знает лишь местоположение Энтомы. Сизу ещё нужно найти.

Так что Юри активировала предмет, которым владела лишь она как заместитель командующего.

– Ты меня слышишь?

[...О-о, сестрица Юри. Что случилось?]

В её голове раздался спокойный, мягкий голос.

– О-тян, прости что беспокою, но у меня просьба. Ты не поможешь мне найти Сизу?

Она говорила с одной из Семи Сестёр Плеяд, Ореол Омега.

Ореол Омега – Страж Области в Святилище Цветущей Сакуры. Как правило, она в курсе всех перемещений Семи Сестёр.

[Сестрицу Сизу? Понятно... А, она на Шестом Этаже. ...Одна из моих прислужниц Ука-но-Митама может проводить тебя, хочешь?]

Ука-но-Митама – монстры 85-го уровня, специализирующиеся на заклинаниях, воздействующих на разум. Могут принимать две формы: коротко стриженой девочки в лисьей маске, и звериную форму, находясь в которой жертвуют магическими способностями в обмен на значительное повышение способностей рукопашного боя.

В Святилище Цветущей Сакуры есть также ещё один вид прислужников – юноши в напоминающей солнце маске, Оотоши.

(П.П.: Ука-но-Митама-но-ками – японская богиня плодородия, иногда ассоциируется с Инари. Оотоши-но-ками – её старший брат. Если вы смотрели аниме Inari, Konkon, Koi Iroha, то наверняка знаете этих двоих)

– Нет, не нужно. Я просто спрошу Стражей Шестого Этажа, Ауру-сама или Мара-сама, и узнаю у них.

[Хорошо. Ну а если они тоже не знают, то свяжись со мной снова, ладно?]

– Да, если что я снова попрошу твоей помощи. Кстати, Ука-но-Митама твои прислужницы, и несут священную обязанность защищать твою область, разве нет? Тебе правда можно одолжить мне их, пусть даже и всего одну?

[Да. Когда владыка Айнз одарил меня своим визитом, я получила разрешение отправлять двух прислужников за пределы Святилища Цветущей Сакуры]

– Вот как? Значит, всё хорошо.

Её младшая сестра сейчас на Восьмом Этаже, и может свободно туда перемещаться. Даже с помощью Кольца Айнз Оал Гоун нельзя телепортироваться в Святилище Цветущей Сакуры напрямую, оно позволяет переместиться лишь на некоторое расстояние от него. А значит, у Стража Святилища должно быть достаточно времени, чтобы отступить, пока прислужники задерживают врагов.

[Спасибо за твоё беспокойство. Но помимо Ука-но-Митама у меня есть и другие защитники, так что всё в порядке]

– Понятно, – с учётом всего уже сказанного, дальнейшие расспросы будут просто невежливы, – Раз так, буду рассчитывать на тебя, если что.

[Да, пожалуйста, обращайся]

Раздался смех, напомнивший Юри как самая младшая из её сестёр мило улыбается, прикрывая рот рукой.

Чувствуя, как её беспокойство развеивается и улыбаясь сама, Юри закончила разговор.

– Итак... пора идти.

Она позволила демонам проводить её через пыщущий жаром мир Седьмого Этажа, и прошла через телепортационные врата, ведущие на Шестой.

Сразу за вратами перед входом на арену её ждал Тёмный Эльф.

Точнее, Тёмная Эльфийка. Аура.

Отрывок 3, Часть 4

Стражи этажей могли чувствовать тех, кто входил на этаж, за который они ответственны.

Однако, точнее будет сказать, что они могли чувствовать активацию телепортационных врат, но были условия, которые нужно выполнить и некоторые запреты.

Узнав Юри, Аура замедлила шаг. Впрочем, она всё-таки НИП 100-го уровня, так что даже неторопливыми по её меркам шагами перемещалась быстрее Юри.

– Ого, что случилось, Юри? Как обычно, по работе на Первый Этаж? Или пришла в гости?

– Нет, сегодня я пришла к тебе, Ау...

Юри заставила себя поправиться.

– К вам, Аура-сама.

Брови Ауры дёрнулись. Перемена в обращении означала, что Юри пришла не по личному делу, а с каким-то поручением.

Аура, Мар, Пэстония, Эклер и Юри находились в достаточно близких отношениях чтобы называть друг друга вне работы на "ты" и по прозвищам. Причина в том, что сотворившие их Высшие Существа были приятелями, и они чувствовали то же самое друг к другу. Время от времени все они собирались на этом Этаже. Но раз сейчас Юри использует формальное обращение, значит...

– Понятно. То есть, сегодня по делу? Мимоходом или у тебя какое-то поручение здесь? А, и Мара сейчас, к сожалению, нет.

Юри стало любопытно, почему отсутствует Мар – очень редко выходивший наружу – но первым делом нужно было выяснить другое.

– Я пришла найти Сизу. Насколько я знаю, она должна быть здесь.

– ...Сизу? А-а-а, да, она тут.

Тон, которыми были произнесены эти слова, омрачил настроение Юри.

Неужели и эта её младшая сестра доставляет другим неудобства?

Юри снова ощутила, как заныло в животе. Сколько уже раз за последний час она испытывает это чувство? Возможно, стоит собрать всех сестёр вместе и отчитать их как следует.

"Да... Нужно быть построже!"

Усилием воли стараясь не хмуриться, Юри, изо всех сил изобразив улыбку, обратилась к Ауре. Она не хотела спрашивать, но должна была задать вопрос. И быть готова, как старшая сестра, принести извинения если Сизу что-то натворила.

– Э, а, ч-что-то случилось?

– Хм-м, ну, думаю, нам есть о чём поговорить. Не сходишь со мной кое-куда?

Не хочу, подумала Юри, шагая за Аурой.

Они покинули Колизей и вошли в лес.

Шагать по буйным джунглям было невероятно неудобно. В частности, Юри постоянно приходилось замедлять шаг, чтобы её длинная юбка ни за что не зацеплялась. Конечно же, будучи магическим предметом её униформа горничной не разорвётся, даже если Юри решит продираться через подлесок напролом. Но всё же она считала себя обязанной заботиться об одежде, которой наделила её создательница, Ямаико-сама.

Аура, видимо, понимая это, шагала медленнее обычного.

"Всё было бы гораздо проще, если б мы ехали на Фенфене..."

Могучий зверь с удобной шкурой благодаря которой он имеет возможность проходить сквозь землю, с этой способностью он не увязнет на колючих путях или в среде подобной этому лесу, также эффект распространяется и на его наездников и их имущество. Она думала об этом, но не сказала, потому что посчитала это слишком эгоистичным.

В конце концов она привела её к окраине леса, где находилась форма жизни, похожая на белый меховой шар около двух метров в диаметре, лежащий тени дерева. Там не было никаких признаков Cизу вообще. Там не было ничего, кроме живого пушистого шара . Тем не менее, Аура привел ее сюда, а это означает, что тут было что-то, что был связано с Cизу.

Нет...

Если бы это Cизу, возможно ли, что она может прятаться? Или она невидима?

Cизу не была на уровне профессионала, но она могла скрывать свое присутствие и становиться невидимой. Кроме того, существует также...

Юри сняла свои декоративные очки и сменила их на другую пару.

Благодаря этим очкам можно видеть сквозь невидимость.

- Гхх!

Глаза Юри расширились, когда она увидела Cизу.

Аура должно быть видела выражение Юри. Она выдала "Мм, мм" и кивнула, выражение ее лица будто говорило "вот так вот".

- Я искренне прошу прощения, - извинилась Юри.

Сизу была верхом на белом пушистом шаре - Иглошёрсте. Она глубоко зарылась лицом в шерсть, похожую на такую у ангорских кроликов. Если кто-нибудь принял Сизу, с растопыренными ногами и руками, за огромную руку, то сейчас эта рука держала в крепкой хватке этот белый пушистый шар.

- Да, так оно и есть. Бедняжка звал на помощь, говоря "Ааааа, она опять это делает" или что-то наподобие.

- Опять? О нет, неужто она постоянно таким занимается?

- Да. Хотя настолько она крепко вцепилась в первый раз.

- Я немедленно подниму её.

Юри потянулась к ней, хватая Сизу за шиворот и планируя вытянуть её из густой шерсти Иглошёрста. Но она не смогла даже сдвинуть её. Сизу никак не выпускала зверушку, хоть и всего лишь обнимала её.

- Сизу! Отпусти сейчас же!

- Отказ. Отказ. Отказ.

- Что ты имеешь ввиду под "Отказ"?

Хотя она хотела силой вытянуть её, она случайно зацепила шерсть Иглошёрста и волшебный зверь взвизгул от боли.

- Ммм, больно же.

- Да неужели...

Юри отпустила, услышав разговор Ауры от лица зверя.

- Сестрица Юри, злюка.

- Я серьезно. Я скажу ей, что тебе больше нельзя сюда приходить.

– ...Владыка Айнз рассердится на твоё самоуправство.

-Я пришла увидеть тебя по приказу Владыки Аинза. Полагаю, что ты понимаешь мои намерения?

Сизу спрыгнула с Иглошёрста в мгновение ока.

Она явно неверно истолковала намерения господина. Но Юри, хотя и сама стала тому причиной, не видела необходимости её разубеждать.

Сизу прикоснулась к шарфу и деактивировала заклинание невидимости.

Её шарф был предметом легендарного класса, пропитанный несколькими заклинаниями, специализированных на маскировке и засаде. Оно даже могло наложить невидимомость на короткое время.

В момент, когда с него спрыгнула Сизу, Иглошёрт убежал, как бы говоря "Прощайте, я сваливаю".

Сизу смотрела, как он уходит с сожалением в глазах. Хотя, её выражение лица и не сильно изменилось, Юри, будучи её старшей сестрой, уловила минутное изменение.

-...Сизу, зачем ты это сделала?

-...

Она посмотрела в сторону, как ребенок. Казалось, она даже не намеревалась отвечать.

"И что же мне делать?" подумала Юри, но кое-кто протянул ей руку помощи со стороны.

-Ну, Сизу часто приходит сюда и липнет к магическим зверям. Они тебе нравятся?

-...Мм,- после тех слов Ауры, Cизу посмотрела прямо в глаза Юри. -Они милые, так что они мне нравятся.

-Да, в этом вся ты.

Такой уж девушкой была Сизу. Ей нравилось все милое и пушистое.

- О... Я так и думала... Ну, мне показалось, что все именно так...

- Я хочу себе зверушку. Эклер в последнее время убегает, как только меня увидит.

- Угу.

Юри подняла взгляд в небо. На девятом этаже не было милых созданий.

На мгновенье ей захотелось попросить Эклера пожертвовать себя Сизу, но это было бы слишком жестоко.

Как насчет чего-то, похожего на питомца Владыки Айнза, Хамсуке? Хоть её шерсть и твердеет при ударе, говорят, что при обычных условия она довольно мягка. Да, в этом случае, как только я доложу Владыке что случилось здесь, он несомненно сможет что-то придумать!

В таком случае с одной проблемой мы разобрались.

Недовольство Сизу росло из-за нехватки милых питомцев.

Все точно в порядке? Она задумалась, стоит ли её задавать вопросы, относящиеся к работе, как например спрашивали со Стражей, но она никак не могла придумать, как успокоить расстроенную Сизу, поэтому все, что она могла сделать - обратиться к своему Повелителю за помощью.

- Я поняла. Я обсужу этот вопрос с Владыкой Аинзом.

- Ааа, тогда все хорошо. Если этим займется сам Владыка, то тогда все точно будет хорошо.

- ...Хм.

Имя высшего существа имело сильную власть. И хотя она не изменилась в лице, кажется её настроение улучшилось.

Отрывок 4, Часть 4-5

-....Владыка Аинз. Тогда, я хочу Хамске.

- Понимаю, должно быть у неё великолепный мех.

- ...Мм

Хотя Хамске - большая редкость в Назарике, во внешнем мире может быть много ей подобных.

- ... После того как Владыка Аинз закончит то, чем он сейчас занимается, я тоже смогу выйти наружу

- С нетерпением жду этого. Может, когда придет время, все вместе посетим город, которым правит Владыка Аинз?

Улыбнувшись своей выглядевшей взволнованной младшей сестре, выражение Юри стало серьезным.

- Идем со мной, Cизу

-... Куда мы пойдем?

- К Энтоме... Аура-сама, я приношу извинения за беспокойство, причиненное Вам Cизу.

- Хм? Ох, да ерунда. Не то что раньше, когда она обклеила все своими наклейками.

Юри вздохнула, - Хаааааах

- Пожалуйста лепи наклейки, показывая что тебе это нравится, на свои вещи... Похоже она и тогда доставила вам неприятностей. Я действительно сожалею.

- Все нормально, больше она так не делала. Эти штуки не отдираются даже с водой. Я думала будет просто, но они меня удивили.

- ... Специально сделаны Профессором. Исчезают после использования, но Владыка Аинз сказал, что запустит их производство для меня.

- Вот оно что, как мило.

Владыка Аинз действительно добр, подумала Юри, вздохнув, и заметила такой же взгляд на лице Ауры. После чего, похоже, Аура заметила на себе её взгляд, потому что в итоге они уставились друг на друга.

- Владыка Аинз поистине сострадателен.

- Мм, я думаю он самый хороший, после Букубукучагама-сама.

- ... Разве не после Ямаико-сама?

- ...Букубукучагама-сама

Юри впилась взглядом в Ауру и та ответила тем же.

- ... Аинз-сама самый хороший из всех Высхих Существ, оставшихся с нами.

Они молча уставились на сказавшую это Cизу. Никто не мог возразить ей.

- В самом деле

- Ага, э-э-м - хм? Похоже кто кто прошел через врата с верхнего этажа. Я не получала уведомлений о нарушителях, значит это кто то из Назарика, что означает, что я могу проигнорировать.... Но будет не правильно заставлять их ждать, так что я лучше пойду взгляну. Что насчет вас двоих? Энтома сегодня на поверхности, верно? Может отправимся вместе?

Возражений на предложение Ауры не было.

Обе кивнули и последовали за Аурой. Взглянув за дверь, что вела на 5й этаж, стало ясно что кто-то --- что-то -- было там.

- А-ра~ давно не виделись, Аура. И вы, Юри и Cизу, тоже.

Хотя тон, в которым это говорилось, мог навести на мысль, что каждое предложение оканчивалось сердечками, голос был хриплым и трудно было понять был он мужским или женским. Это создание воистину заслужило, чтобы его называли "чудовищем".

У "этого" было человеческое тело, но голова напоминала искривленного кальмара. Из неё росли шесть корчащихся и дергающихся щупалец, достававших до бёдр

Тело напоминало труп утопленника, распухшее и мертвенно-бледное, оно было завернуто в большое количество черных кожаных ремешков, заменявших одежду, и глубоко врезавшихся в кожу, как веревка, которой обматывают куски мяса.

У чудовища на каждой руке было по четыре пальца с перепонками между ними. Они оканчивались очень длинными ногтями, покрашенными симпатичным лаком и украшенными причудливыми узорами.

Это был Особый дознаватель Великого Подземного Склепа Назарик - известный как Нейронист Пэйнкил.

- А-ра~ не каждый день увидишь тебя здесь, Нейронист. Что-то случилось?

- Уфуфу, кто-то сказал, что Худшие скоро соберутся здесь, и я пришла. Думаю, Кьёфку тоже скоро подойдет.

- Фу-у-у-у~

Лицо Ауры выразило чистое отвращение.

- Худшая работа, Худшая личность, Худшая область, Худшая внешность и Худшая распутность?

- Верно. Юри, прямо в точ -- ку.

Нейронист заморгала желеобразными глазами. То же самое движение в исполнении кого-либо выглядящего лучше можно было бы назвать красивым трепетанием ресниц.

- ... Что это у тебя?

- А-ра~ Cизу, тебе интересно? Уфуфу, это очень важная вещь для леди. Это парфюм~

Нейронист помахала маленьким мешочком в левой руке.

- Правда вот этот - для мужчин. Ты заметила, что Gashokukochuuou построил новый дом? Это подарок на новоселье.

- Парфюм важен для леди? Разве он не для вонючих людей?

Юри скрыла улыбку от ребяческого ответа Ауры.

- Фуфуфуфуфуфу, тебе все ещё слишком рано для такого, Аура. Но настанет день, когда тебе это понадобится и сестренка лично поделится с тобой всеми знаниями, необходимыми для леди. Этот отвратительный урод такому научить тебя не сможет.

- Правда? ...ах.. эм, не совсем понимаю, но это сделает людей счастливыми?

- ...Ара. Сделает счастливыми кого? Фуфуфу, похоже становится интереснее. Скажи, Аура. Не хочешь поболтать с сестричкой? ...Ещё есть немного времени перед встречей.

Нейронист придвинула свое массивное лицо ближе к дернувшемуся лицу Ауры. Аура протянула руки к Юри и остальным и побежала сверкая пятками. Оставшимся осталось только изумляться её скоростью, чего и следовало ожидать от Стража Этажа.

Нейронист никак не могла бы догнать её, поэтому она сложила подбородок на свои тонкие пальцы и пробормотала.

- Ара-ара~, меня бросили.

Произнеся это голосом, который нельзя было назвать разочаровавшимся, Нейронист пожала плечами в сторону Юри и Cизу.

- ... Что ж, мне пора идти. Увидимся в следующий раз.

- Да, увидимся в следующий раз.

Они все ещё смотрели на Нейронист, когда она слега помахала, поворачиваясь, чтобы уйти и затем Cизу задала вопрос.

- ... Нейронист андрогин и поэтому не имеет пола, но почему она зовет себя "сестренкой"?

- Кто знает? Возможно, Высшие Создания решили, что так и должно быть.

- ...Ясно, это я могу принять

5

После этого они отправились искать Энтому, и Юри повела Cизу с четвертого этажа на второй. Сперва они отправились на третий этаж, от туда спустились на первый через второй. В конце концов они достигли поверхности. И хотя они использовали кратчайшие пути, все же им пришлось пройти приличное расстояние.

Если бы они попросили Шалти, Стража Этажа, то могли бы укоротить свой путь, но Юри всегда была плоха во взаимодействии с ней, быстро удалившись сразу после короткого приветствия.

Она не могла не чувствовать себя неудобно, когда на неё смотрят как на добычу.

На поверхности, Юри увидела бревенчатую хижину.

Самым важным заданием для Плеяд, несущих здесь службу, было встречать своего Владыку, возвращавшегося из внешнего мира без Кольца.

Второстепенной задачей было предсказание намерений противника в случае вторжения. В дополнении - если враг был слишком силен - им полагалось погибнуть, не оказывая сопротивления. Подобная жертва даст Назарику моральное преимущество, а так же, позволит понять насколько противник будет уступчив на переговорах.

К примеру, противник может заявлять о справедливости своих поступков и у него может быть достаточно сил, чтобы противостоять Назарику. В таком случае, они могут потребовать противника возместить потерянные предметы и затраты на воскрешение погибшей Боевой Горничной, и уже отсюда судить о позиции врага. Если противник и в самом деле достаточно силен и способен противостоять Назарику, тогда, в зависимости от обстоятельств, они могут отказаться от требований о возмещении и попытаться предложить мирное соглашение. Если же они изначально не рассматривали переговоры и поиск компромисса, то все может вылиться в полномасштабную войну, и в конечном итоге, полную выгоду от этого столкновения получат сторонние наблюдатели.

Юри вспомнила стальной тон её Великого Владыки, когда он отдавал эти приказы.

Приказы были отданы Господином, возглавлявшем тех двух - Смотрителя Стражей Альбедом и Демиурга с седьмого этажа.

Однако, Юри не могла понять почему её Господин должен был сказать "простите".

Погибнуть за своего Господина, Высшее существо, было высшей честью в Назарике. Поэтому Юри и остальные очень завидовали Стражам Этажей и Областей, павшим славной смертью в битве с захватчиками прошлого, чьи силы могли соперничать с силой самих Высших Существ.

Боевым горничным, последней линии обороны, не выпало шанса сражаться, но это так же означало, что у мерзких захватчиков не было шанса ступить на десятый этаж. Юри была этому рада, но в то же время немного печальна.

И, в конце концов, когда кто то вежливо заходит в хижину, последней задачей горничных было вежливо дать им последнее предупреждение - что было несказанной щедростью со стороны обитателей Назарика.

В тишине на поверхности не было и следа чьего-либо присутствия. Хотя слуги, куда более сильные чем Юри и Cизу, постоянно патрулировали это место, в данный момент их здесь не было.

Смотритель стражей Альбедо разработала схему патрулей намеренно оставив в ней очевидные прорехи чтобы создать возможности, удобные для вторжения.

Так было сделано потому что считалось - враг немедленно набросится на любые слабости в системе безопасности, как только они будут обнаружены и разработает планы, основанные на их использовании. Конечно, любые пробелы в патрулях Назарика находились под постоянным удаленным наблюдением, что означает отсутствие слабостей как таковых. Другими словами, это была стратегия, заставляющая противника считать что он использует слабость только для того, чтобы заманить его в ловушку.

Отрывок 5, Часть 5

Юри подошла к двери бревенчатого домика и постучала, она почувстовала движения Энтомы внутри.

Однако, Энтома не открыла дверь а суетилась из-за чего то внутри.

Юри сузила лаза и толкнула дверь.

Она не была заперта.

Внутри по-простому оформленного домика она увидела Энтому, судорожно заталкивающую что то под подбородок в том месте, где у человека должно быть лицо.

Удивившись, выражение лица Юри стало серьезным.

Сперва Люпус Регина, теперь она...

И почему все Плеяды такие прожорливые? Юри, будучи нежитью, лишенной потребности в пище, никак не могла этого понять.

В случае с Cизу - та любит напитки.

- C-cсетрица Юри, что-то случилось? Ещё рано для пересмены, да и следующая смена - не твоя, сестрица.

Может быть сперва ей стоит разобраться с попыткой её младшей сестры сменить тему.

- Да, ты права.

- Тогда почему? - Энтома наклонила голову.

Настоящее лицо Энтомы было скрыто, вместо него был жук. Он не отражал никаких эмоций и было невозможно понять о чем она думала по тонким изменениям выражения лица.

Поэтому иногда ей приходится использовать язык тела, чтобы выражать что она имела в виду, к примеру, пожимая плечами или наклоняя голову в бок.

- К тому же -- Энтома повернулась чтобы взглянуть на Cизу -- Разве это не наша младшая сестрица ?

Юри услышала треск, как будто что-то сломалось.

- ...Не верно, Энтома. Ты - младшая сестра.

В её голове вновь раздался треск.

Члены Плеяд называли друг друга сестрами, но, к сожалению, они не были настоящими сестрами, так как у них были разные создатели. Они были созданы чтобы вести себя подобным образом.

Однако, Юри могла с уверенностью сказать, что они любили и заботились друг о друге, как истинные сестры.

Среди их, Высшими Существами, Юри Альфа была определена как старшая сестра и Люпус Регина Бета как вторая по старшинству. Но все было не так ясно, когда дело касалось остальных. Солюшн Эпсилон и Нарберал Гамма обе считались третьими.

Если бы они были созданы двойней, как Аура и Мар, то на этом споры бы и окончились. Однако, всё было не так.

Возможно, впрочем, Солюшн и Нарберал действительно двойня, так как воспринимали то, что обе третьи по старшинству, как "такие же близкие и заботливые как одногодки". Эти две сестры не спорили друг с другом о старшинстве.

Под вопросом оставались только двое.

- Ты младшая сестра.

- ... Нет, ты.

Обе впились друг в друга взглядами.

Ни одна не знала кто из них старшая.

Даже единственное оставшееся Высшее Существо не знало, поэтому время от времени они спорили об этом.

Они умоляли Владыку Аинза принять решение, но он ответил: - Мои старые друзья, возможно, не решили по какой то причине. Я не могу так просто принять решение не зная подробностей. - на этом все и закончилось.

Однако они обе постоянно спорили подобным образом потому что ни одна не хотела быть младшей сестрой.

Энтома угрожающе подняла в верх руки.

Она пыталась казаться больше, чтобы запугать своего противника, но это движение не обладало какими либо особыми свойствами. Для Cизу, цели запугивания, это было чуть меньше чем положение тела.

В противоположность, Cизу подняла кулаки к подбородку в боксерской стойке. Однако она была стрелком и не обладала навыками ближнего боя. В реальном бою Cизу не смогла бы даже дотронуться до Энтомы.

Они просто напросто играли друг с другом.

Юри понимала это. Поэтому она ничего не сказала и не пыталась вмешиваться.

После длительного обмена взглядами, их глаза - в случае Энтомы все лицо -- повернулись в сторону Юри.

Зная что у них на уме, Юри вздохнула про себя и сказала:

- Вы двое, достаточно. Или вы не заметили, что я начинаю злиться?

- Что ж, раз сестрица Юри говорит так. Я отпущу тебя в этот раз.

- ...Хмпф. Поблагодари сестрицу Юри. Тебе повезло.

- Что?

- ...Что?

Юри втиснулась между ними двумя, когда те начали свирепо смотреть друг на друга. Если бы она не сделала этого, в конечном итоге, она бы выступала в качестве рефери...

"Лучше бы было не устраивать споров совсем", подумала Юри и покачала головой.

- Энтома, мы пришли сюда не просто так. Владыка Аинз приказал узнать, есть ли что-то чем Боевые Горничные не удовлетворены.

- Не удовлетворены?

Энтома вновь наклонила свою голову.

- Я всем довольна. В добавок я могу вкусно поесть.

Несмотря на то, что она понятия не имела, о какой пище говорила Энтома, Cизу молча закрыла рот рукой.

Юри внутренне нахмурилась.

"Если бы не эта её привычка..."

Вернее, было бы лучше сказать, что она ела странные вещи ...

Пока Юри боролась с желанием указать, что не нужно есть фамильяров Кьюхаку, Энтома продолжала:

– Они такие ломкие, снаружи хрупкие а внутри мягкие.

Юри ещё могла терпеть рассказы о предпочтениях Энтомы.

Но неужели обязательно рассказывать о еде, держа при этом эту самую еду в руках?

Юри решила не думать об этих странных вещах. Все это можно обсудить позже. Она не могла менять свои приоритеты. Юри была здесь по приказу Всевышнего.

- ...Энтома.

-... Да.

- Я спрошу тебя снова, есть ли что-то чем ты недовольна?

- Нет, ничего.

- И все? Тогда я сообщу это. Но ты не обязана быть настолько формальной.

- ... В таком случае, не могла бы ты спросить Владыку Аинза, могу ли я плести паутину?

- А разве у тебя уже нет паутин на нескольких этажах?

- Нет, просто они временные.

В Назарике есть несколько крупных паутин. Например, на Третьем и Шестом Этажах. Юри знала, что Энтома захаживает в эти места, да и вообще одну из этих паутин создало то же самое Высшее Существо, что создало Энтому. Юри думала, что для Энтомы это нечто вроде личных покоев, но, видимо, ошибалась.

– Для начала, возле терриории Нашей Госпожи... То есть, Грант.

Грант – одна из редких Стражей Области, чей уровень уступает лишь Стражам Этажей, и защищает районы разбросанные по разным этажам.

– Хотя я и уверена, что это разрешат, плести сети на территории Матушки не могу.

– Понятно...

– В конце концов, мне хочется... – живот Энтомы начал совершать пульсирующие движения, – Я не могу всё время лишь есть, я хочу ещё и плести сети чтобы ловить добычу.

Если она хочет ловить добычу, значит, плести сети собирается не под землёй, а на поверхности.

– Ты имеешь в виду, что хочешь плести сети здесь, в этой хижине?

- Да.

– ...Я передам твою просьбу, но не думаю что это разрешат. Этим местом ведь пользуются и другие Плеяды.

– И правда... – сказала Энтома с ноткой сожаления в голосе, – Мне хотелось бы побольше переделать обстановку под свои вкусы.

– ...Паутина липнет к волосам. Раздражает.

Юри разделяла мнение Сизу.

Тем не менее, она обязана передать господину просьбу Энтомы.

– Хорошо. Я передам это владыке Айнзу. Если на этом всё, то я пойду.

– М-м...

Энтома немного подумала, и покачала головой.

– Нет, больше никаких просьб нет.

Отрывок 6, Часть 6

6.

– Благодарю за усердие.

Юри торопилась обратно так быстро, как только могла, но её господин уже закончил разговаривать с оставшимися двумя. На обратном пути она получила Сообщение, вызывающее её в личные покои господина.

Встреча с Люпус Региной и Нарберал не оставила у него плохих впечатлений, значит, всё прошло удачно.

Мнение Юри об обеих несколько повысилось.

И, стоило Юри подумать что работа, похоже, окончена, как её господин заговорил.

– А теперь, расскажи что думаешь ты.

Должно быть, она неосознанно позволила удивлению отразиться на лице.

Её господин заговорил снова, на этот раз в его словах чувствовалась усмешка:

– Ты ведь тоже одна из Плеяд. Разве я не должен выслушать и твоё мнение тоже? Расскажи, доставляет ли что-либо тебе неудовольствие?

– Н-нет, я всем довольна.

– Хм-м, вот как. Тогда я задам другой вопрос. У тебя много дел в последнее время?

Как ответить? Любой ответ – много дел или мало дел – казался крайне неуважительным.

Юри попыталась найти слова, но не смогла.

– ...Ну что такое. Я попробую сформулировать вопрос иначе. Юри, я собираюсь поручить тебе новое задание. Сможешь ли ты найти время на его выполнение?

– Ради исполнения вашего приказа, владыка Айнз, я найду столько времени сколько потребуется.

– Понятно. Итак, твоё... Нет, ко мне поступило предложение. И говорилось там...

Её господин развернул лежащий на столе свиток.

– "Я полагаю, нам понадобятся детские учебные заведения, где мы сможем выделять и взращивать талантливых личностей. Это может послужить на пользу Назарика. Даже если нас постигнет неудача, мы всё равно сможем использовать полученный опыт в собственных целях, что также пойдёт на пользу в деле укрепления Назарика". Что-то в этом роде.

Это предложение было хорошо знакомо Юри.

В конце концов, это она сама подала его.

– Это хорошее предложение. Обсудив его с Альбедо, я принял решение. Юри Альфа.

– Да!

– Ты назначаешься ответственной за детский приют, который мы построим в Э-Рантэле.

– Д-детский приют?

– Именно. Там будут обучаться дети. Я поручаю тебе организовать приют и взять на себя управление им. Детали обсудишь с Альбедо. ...Итак, по силам ли тебе эта задача?

– Да! Я не подведу вас! – тут же ответила Юри. Её глаза полыхали решимостью.

– Отлично, – её господин кивнул.

– Ты будешь отвечать за это, и я гарантирую тебе полную поддержку Великой Подземной Гробницы Назарик. Построй приют твоей мечты – можешь передать Альбедо, что это мои слова. Не ограничивай себя ни в чём. Однако, как я только что сказал, у нас будут и другие цели, так что исполнить твои желания полностью мы, возможно, не сумеем. Однако, мы не добьёмся ничего хорошего если будем бросать дело не взявшись за него. Ты понимаешь, что я пытаюсь сказать?

– Да!

Юри понимала намерения господина. Однако, она не понимала зачем он объясняет ей всё так подробно и такими простыми словами.

– Далее... Для управления приютом тебе потребуется помощь способных подчинённых. Если ты знаешь кого-то в Назарике, подходящего для этой работы, то можешь выбирать на своё усмотрение. Разумеется, за исключением тех кто уже занят чем-либо... У тебя есть кто-нибудь на примете?

Юри моргнула, неспособная разгадать намерения господина. Сумело ли Высшее Существо, обладающее безупречными разумом и интуицией, разгадать её замешательство?

Юри решила, что должна уточнить, даже если её вопрос сочтут неуважительным. Когда она уже собралась заговорить, на неё снизошло вдохновение.

– Д-дозволено ли мне также выбирать тех, кто находится в заключении?

– Разумеется. Они могут быть даже освобождены из заключения, если потребуется.

Иначе говоря, можно выбрать и тех двоих тоже. Юри почтительно поклонилась, изо всех сил стараясь сдержать улыбку и сохранить невозмутимое лицо.

– Я поняла, о Великий Владыка!

Осознав сделанную ей огромную ошибку, Юри сделала мысленную заметку:

"...Господин предо мной столь же добр как и Ямаико-сама"

***

Проводив глазами пышущую энтузиазмом Юри, Айнз обратился к стоявшим в углу комнаты:

– Можете развеять заклинание.

– Слушаюсь, господин. Мои извинения.

Взгляду открылись две боевые горничные.

Нарберал Гамма и Люпус Регина Бета.

– Мы глубочайше благодарны вам за поручение нашей сестре Юри столь важной задачи.

Айнз посмотрел на говорившую за обеих Люпус Регину.

– ...Я и сам подумывал поручить Юри руководство приютом. Исполнить вашу просьбу было очень легко. Итак, есть ли у вас другие пожелания?

– Нет, господин.

Могло показаться, что Айнз изучает выражение лица Люпус Регины, но он не слишком-то хорошо умел разгадывать чужие мысли. Он видел лишь всю ту же честную улыбку девушки, так искренне просившей его поручить старшей сестре какую-нибудь работу.

– Хм... – Айнз откинулся в кресле, – ...Что ж, если что-нибудь случится или вы что-нибудь заметите, извещайте меня сразу.

Выслушав утвердительные ответы, Айнз отпустил Плеяд.

Когда обе вышли, он обернулся к стоявшей рядом Декремент, и сказал, словно желая поделиться мыслями:

– Как же замечательно, когда сёстры ладят между собой. Поистине... просто прекрасно.

Драма трёх дам

В прошлом, создавая Великую Гробницу Назарика, члены гильдии, известные как сорок одно Высшее Существо, снабдили каждый этаж своим, уникальным дизайном. Например, лес на одном из уровней, ледник на другом. Они словно заперли десять уникальных миров в Великой Гробнице.

Так какова была уникальная тема девятого уровня?

Лучшим сравнением, приходившим в голову, был священный замок.

На этом уровне находилась комната той, кто надзирал над всеми Стражами Великой Гробницы — НИПа высочайшего ранга, «Белоснежного Суккуба», Альбедо. Её покои были одними из немногих апартаментов высочайшего класса, зарезервированных для Высших Существ. Однако, сейчас оста- лось лишь одно из них. Её жилище было бы правильнее называть не комнатой, а домом.

Величественный концертный рояль стоял в углу гостиной, интерьер украшали разнообразные растения.

Покои также включали несколько кухонь и спален, а также две ванные комнаты.

От великолепных произведений искусства до обоев, дизайн комнаты был изящен, но не подавля- ющ.

Любой, увидевший это, был бы столь поражён, что вздохнул бы в восхищении. И всё же, впечатлить совершенно каждого было невозможно.

Особенно истинным это утверждение являлось в настоящий момент, когда возле покрытого белой скатертью стола сидела девочка со скрещёными руками и подбородком, упирающимся в столешницу. Её настроение было каким угодно но не радостным.

Её полуоткрытые глаза холодно сияли, но сквозь красоту явственно просвечивала депрессия.

Войдя в комнату, вампир, Страж первых трёх уровней, Шалти, задала вопрос своей неподвижно сидящей коллеге.

— Аура, в чём дело? Ты выглядишь словно один из тех тараканов, что пошли против воли владыки Айнза и оказались раздавлены.

Ей ответила не тёмный эльф, Страж шестого уровня, к которой был адресован вопрос, а хозяйка комнаты, Альбедо.

Она ласково смотрела на Ауру, её жёлтые глаза лучились нежным светом.

Хотя взгляд Альбедо и выглядел так, словно она находилась в присутствии богини, Аура не выглядела счастливой.

— Она, должно быть, устала. В отличии от демона вроде меня, Аура тёмный эльф, так что сон  ей необходим, верно?

— Вот оно что! — Шалти, не понимавшая причин поведения Ауры, согласно кивнула.

— . . .

— Всё ясно, Аура ещё ребёнок, неудивительно что она так плохо выглядит после бессонной ночи. . . кстати, Альбедо, демоны не нуждаются в еде или сне, но ты можешь делать и то и другое если захочешь. Почему так?

— Чревоугодие и лень. . . Мы всегда были способны предаваться семи смертным грехам древности.

Впрочем, толку от этого немного.

— Усиливающие эффекты от пищи не действуют на демонов. Из каких бы ценных ингредиентов она не была приготовлена, всё будет впустую.

— . . .Эх.

Аура вздохнула так громко, что они обе её услышали.

Шалти и Альбедо, разговор которых отклонился от темы, одновременно повернулись к Ауре. Она неодобрительно смотрела на них сквозь полуопущенные веки.

— Пусть сейчас полночь, но я вполне бодра. Я думала о другом. Недавно я встретилась с Деми- ургом, и он сказал «Аура, держи этих двоих в узде, чтобы они не выкинули чего-нибудь эдакого». Как странно.

Аура изобразила серьёзный тон Демиурга, и образ этого строгого Стража седьмого уровня — дьявола, часто работающего вне Назарика, выполняя приказы владыки Айнза — возник перед их мысленными взорами.

— Ага, очень странно.

— Верно?

Альбедо кивнула в знак согласия.

— Единственный кому можно взнуздать меня это владыка Айнз∼

— . . .Хах?

Подозревая, что плохо расслышала, Аура навострила свои длинные эльфьи уши чтобы быть уве- ренной.

— Аах, ты права∼

Игнорируя замешательство Ауры, Шалти высказалась в поддержку Альбедо.

— Держа хлыст в одной руке и сидя сверху, это лучше всего∼ И тут хлыст ударяет. . . А! Ещё должен быть кляп во рту∼

“Их разговор пошёл в каком-то странном направлении, извращенка спевшаяся с другой извращен- кой, это наверняка закончится плохо. Может кто-нибудь сделать что-нибудь с ними, пожалуйста?”

“Этим кем-то, вероятно, должна быть я”, — мрачно заключила Аура, и заговорила, прежде чем краснеющая и отводящая глаза Альбедо успела ответить.

— . . .Вы всё не так поняли! Точнее, он имел в виду то, что я должна присматривать за вами обеими. Но почему я?

— Верно, разве не странно взваливать такую ответственность на тебя, самую молодую из нас? Знаю, как насчёт поручить мне эту задачу? — выпятив грудь, произнесла Альбедо. Шалти, словно возражая ей, поступила так же.

Глядя на пышный бюст, не соответствующий видимому возрасту Шалти, Аура, поняв его истин- ную природу, почувствовала жалость к ней.

— Эм. . . он, наверное, неудобный?

— Неудобный?

Задавшая вопрос Аура опустила плечи, вздыхая словно стареющий мужчина.

— А, не обращай внимания. Как бы то ни было, почему ты позвала нас сюда?

— Верно, я тоже не знаю. Что случилось?

— Честно говоря.. . я хотела кое-что обсудить с вами обеими.

Предполагалось, что НИП высочайшего ранга, Смотритель Стражей, будет призывать Стражей Этажей лишь по очень важным поводам.

Однако, эта мысль пришла бы в голову лишь тому, кто не был с ней знаком.

Аура, хорошо зная характер Альбедо, отвела взгляд и потянулась к трехслойному торту, сияю- щему серебристым светом на углу стола.

Она запихнула большой кусок приготовленного шеф-поваром торта в рот, чтобы отгородиться от реальности. Зная, что путешествие в комнату Альбедо окажется пустой тратой времени, Аура таким образом утешала себя.

— Постой, Аура, ты слушаешь?

— Да, да, слушаю, выкладывай уже.

Аура продолжала наполнять свою тарелку кусками торта, заботясь чтобы ни один из них не смялся. Она не хотела, чтобы крем выдавился на тарелку.

— Ты совершенно несерьёзно это воспринимаешь. . .

Голос Альбедо звучал сердито, и Аура остановилась, обратив внимание на подруг. Разумеется, дело было вовсе не в том что её тарелка уже наполнилась до отказа.

— Ты могла бы обсудить это и с одной Шалти. . . Вот заноза, честное слово. Ну, в чём дело?

— По правде говоря, речь о моих доспехах.

— Доспехах? Что с ними не так?

— Прежде чем я начну, я хочу понять, насколько хорошо вы знаете мои доспехи. Быстро переглянувшись, Аура и Шалти сказали:

— Это броня, созданная Высшими Существами?

— Я слышала, что это единственный предмет божественного класса, которым ты владеешь.

Магические предметы подразделялись в зависимости от объёмов хранимых в них данных — иными словами, магической силы этого мира. Начиная с низших, средних, высших и заканчивая одним из наивысших классов, божественным.

— Да, вы обе правы. Моя броня, «Гермес Трисмегист», это предмет божественного класса. Одна- ко. . .

Альбедо извлекла из воздуха крепкий и солидно выглядящий комплект чёрных доспехов. С негромким лязгом металла доспех встал возле неё.

— Шалти, ты можешь использовать заклятье оценки предметов, верно? Не применишь его к моим доспехам?

— Нет проблем∼

Шалти встала со своего места и подошла к доспехам. Она активировала заклятье и нахмурилась.

— Что за. . . — она кашлянула — это предмет божественного класса, но его характеристики. . . может быть, она зачарована заклятьями, сбивающими магию?

— Нет. . . моя броня специализируется на физической защите, но не имеет никаких дополнительных свойств.

Аура почувствовала, что это действительно проблематично.

Поскольку Альбедо исполняет в бою роль того, кто принимает удары врагов на себя, она должна быть способна выстоять под атаками и поэтому фокусируется на защите. Однако, отсутствие других способностей являлось проблемой. Например, сопротивляемость к огню или холоду, или защита от магии в общем. Существуют также и другие полезные способности, вроде увеличения силы или снижения потребления маны. По сравнению с чистым увеличением характеристик, эти способности были бы сильнее, но. . .

— В чём дело, Альбедо? Жаловаться на броню, которой наделили тебя Высшие Существа. . . Не шути так. Непочтительность к Высшим Существам непростительна.

Когда Аура договорила, глаза Шалти приобрели острое и опасное выражение.

— Нет, не поймите меня неправильно. Я этого не говорила. Для начала, эта броня прекрасно мне подходит. Это моя козырная карта — нет, у меня есть кое-что другое, что можно назвать этим словом. Поднимаясь по уровням класса и выполнив невероятно сложные для этого условия, можно вы- учить уникальный навык. Такие навыки были известны как козырные карты. Например, Шалти

обладала способностью создать аватара с теми же способностями, что и у неё самой.

Кстати, Аура не обладала достаточным для этого уровнем, и у неё не было подобной козырной карты.

— Моя козырная карта это особый навык, направляющий получаемый мною урон на броню. Ис- пользовав его, я могу избежать одной атаки, какой бы мощной она не была. Да, я могу остаться неповреждённой даже попав под одно из наимощнейших заклятий высшего уровня, которыми обла- дает владыка Айнз. Однако, вместо этого урон получит моя броня, и под этим ударом она может разрушиться, даже будучи усилена укрепляющими заклятьями.

— Хммм, этот навык очень сильный, но какой-то странный.

Обычно, магические предметы, такие как броня, не разрушаются если не подвергаются воздей- ствию направленных именно на это заклятий. Также, металл устойчив и обладает высокой сопротив- ляемостью против чисто энергетических атак, таких как молния, огонь или холод. Поэтому, метал- лическую броню очень сложно уничтожить. Это означало, что сделанная из металла броня обладает высокой защитой, но небольшим запасом очков здоровья.

Раз так, в случае если Альбедо направит урон на броню, атака проигнорирует защиту брони, а следовательно разбить её окажется невероятно просто.

Её защита резко снизится когда броня будет уничтожена, что сделает её легкой мишенью. Может навык и называется козырной картой, но по сути это просто бесплодная попытка выиграть время. Вот что Аура думала обо всём этом.

— Да, мой боевой потенциал резко упадёт, если броня окажется разбита. Однако Шалти, оценивав- шая эту броню, должна была понять. Она создана с учётом этого навыка. Кроме того, большинство козырных карт можно активировать раз в день, но моя может быть использована трижды в день.

— Хммм? Укрепив броню магией, ты сможешь увеличить её очки здоровья, но три атаки она не выдержит, верно?

Шалти среагировала быстрее чем Альбедо, собиравшаяся ответить на вопрос Ауры.

— Ясно, так вот оно что∼

Аура, внезапно ощутившая озноб при виде хихикающей Альбедо, быстро повернулась к Шалти.

Та, понявшая в чём дело, пустилась в объяснения.

— Это может выглядеть как один доспех, но на самом деле это три доспеха один в другом. Можно назвать это трехслойной бронёй.

— Ааа — пробормотала Аура, наконец-то поняв. Это значит, что лишь после третьей атаки броня окончательно разрушится.

— Всё именно так, Аура. Я рада, что ты поняла.

— Ясно, броня созданная специально для козырной карты Альбедо. Как и ожидалось от предмета, изготовленного Высшими Существами.

Внезапно Аура вспомнила о проблеме.

— Так что с ней не так?

— Как я и сказала, подожди. Мы как раз к этому подходим. Но для начала, позвольте рассказать об этой броне. Внутренний слой это жидкая броня, идеально подстраивающаяся под моё тело и усиливающая мои физические возможности. Далее, слой полностью закрывающей тело брони, вроде подкольчужника. И наконец, внешний слой скрывает нижние и усиливает защиту.

— Ясно.

— Итак, они разрушаются от внешнего слоя к внутреннему. . .

Альбедо набрала полный рот воздуха, и Аура сглотнула. В чём же может быть проблема?

— . . .Моя броня не становится более открытой по мере того как разбивается! Аура задалась мыслью, не ослышалась ли она.

Игнорируя Шалти, отозвавшуюся «Понятно», Аура наклонилась вперёд, чтобы быть уверенной что слух её не обманывает.

— Вы понимаете, верно? Разбиваясь, броня должна с каждым разом открывать больше кожи! Я не хочу демонстрировать свое тело этим тараканам, но для того, кто сражается рядом с владыкой Айнзом на переднем крае, возникает множество шансов встать на его защиту. Раз так, мне необходима броня которая в бою становится всё более открытой, чтобы таким образом соблазнить владыку Айнза!

Альбедо продемонстрировала глупую сторону своего характера.

— Великолепно! Альбедо, ты совершенно права! В комнате стало на одну идиотку больше.

Аура укорила прежнюю себя.

“И почему я так серьёзно к ним отнеслась? Вот дуры.”

Она сузившимися глазами смотрела на этот дуэт тупиц, словно наблюдая за ними издалека.

— Это единственная броня, которая у меня есть. У меня нет ничего вроде бронебикини или брони в обтяжку.

— Ну, у меня есть что-то подобное среди той одежды, что создал для меня Пэроронтино-сама. . .

Однако, я не думаю что такая одежда хороша в плане защиты∼

Альбедо резко втянула воздух, на её лице отразилась странная эмоция, в которой смешались страсть и профессионализм.

— Это неприемлемо. Хотя мы и предоставляем «фансервис» для владыки Айнза, в то же время мы должны служить ему защитой. Броня должна удовлетворять обоим этим требованиям.

Её идиотизм вернулся не успев исчезнуть.

— Ты понимаешь, Шалти? Твоя броня тоже недостаточно открытая. Мы должны стремиться к сексуальности и практичности, броне которая послужит двум этим целям одновременно!

Это не имеет значения, но отзовётся проблемами в будущем если Аура не вмешается сейчас. Она должна как можно скорее прекратить это.

— Такая броня. . . неважно что это за броня, атака направленная в открытую часть нанесёт се- рьёзный урон.

— Но! Если броня будет выглядеть как бикини-стринги, это увеличит мои шансы родить ребёнка от владыки Айнза!

Альбедо подняла руку в победном жесте.

— Это не броня. . . просто что-то что выглядит как броня.

— Тогда как насчёт взглянуть на проблему под другим углом∼! Невидимая броня отлично подой- дёт. Просто прикрыть важные части и всё будет в порядке∼

— Пойдёт!

“Куда вы двое собрались идти? Нет, это кончится плохо куда бы они не зашли.” — подумала Аура, встряхнув головой и тихо вздохнув. Она хотела лишь умыть руки и забыть об этой теме.

— Раз так, пусть Шалти займётся этим.

Молясь в глубине души чтобы её отсутствующий товарищ пришёл на выручку, Аура погрузила вилку в торт, лежащий на тарелке перед ней.

Сладость плавившегося во рту куска увлекла её, унося прочь скопившуюся в мозгу усталость.

— Ах, вкусняшка.

Её подруги, переключившиеся с разговора о создании брони на жаркий спор о теории доспехов, растворились из поля зрения Ауры.

Однако, она всё же сочувствовала кузнецу, которому придётся изготавливать эту броню.

— Неужели никто не может вложить хоть чуточку здравого смысла в мозги этих двоих? Ааа, всё без толку, а просить владыку Айнза будет грубо.

Прикончив кусок торта в три укуса, Аура потянулась за следующим.

Дополнение 1: Вводная информация о заклятьях.

Заклятья в ИГГДРАСИЛе делятся на четыре типа, в зависимости от навыков заклинателя.

Эти четыре категории — Мистическая, Божественная, Ментальная и Альтернативная. Магия, характерная для западных представлений о волшебстве, относится к Мистической, целительная и восстанавливающая магия клириков — Божественная, восточная магия талисманов — Ментальная, и всё остальное — Альтернативная.

В каждой из этих категорий существует дальнейшее разделение по системам, таким как защитная магия, некромантия, элементальная, магия перемещений, и так далее.

Кроме того, заклятья делятся на десять уровней в соответствии с их мощью, плюс дополнитель- ный сверх-уровень, стоящий над остальными. Существует более шести тысяч заклятий.

Айнз способен использовать 718 из них. Обычный игрок сотого уровня может использовать лишь 300, так что он — исключительный случай.

В ИГГДРАСИЛе заклятья уровнем выше восьмого считались нормой в битве между игроками сотого уровня. Однако, в новом мире где оказался Айнз, опытные заклинатели способны использовать лишь магию до третьего уровня включительно.

Те, кто способен использовать магию пятого уровня, считаются стоящими наравне с героями. Обычные люди неспособны использовать магию седьмого уровня. Слэйновская Теократия с огром-

ным трудом может её применять, и лишь при поддержке широкомасштабных ритуалов.

Молния Заклятье третьего уровня, создающее прямолинейный разряд молнии в направлении, ука- занном пальцами заклинателя. Очень эффективно против врагов в металлической броне.

Поднятие Нежити  Заклятье третьего уровня, создающее зомби.

Ангельский Зов III Заклятье третьего уровня, призывающее ангелов. С помощью него возмож- но призвать Архангела Пламени. Существуют версии этого заклятья других уровней, способные призывать более могущественных ангелов. Например, версия седьмого уровня призывает Доминион Власти, ангела высокого ранга.

Цепная Драконья Молния Разряд белой молнии в форме дракона, летящий в направлении, указанном пальцами заклинателя. Это заклятье пятого уровня. Эффект схож  с заклятьем Молнии   в том, что оно хорошо работает против врагов в металлических доспехах.

Святой Удар Заклятье седьмого уровня, используемое Доминионом Власти. Окутывает цель ко- лонной очищающего света, наносит дополнительный урон злым существам.

Хватка Сердца Заклятье девятого уровня, сокрушающее сердце цели, одно из множества некро- мантских заклятий Айнза, и одно из его излюбленных. Даже если цель оказывается способна устоять перед причиняющим немедленную смерть аспектом заклинания, она всё равно подвергается эффекту оцепенения.

Эмиссар Короля

Часть 1

Пространство исказилось, и вид перед его глазами сменился.

Оказавшись у себя в комнате, возле величественного письменного стола, Айнз вздохнул с облегчением. Он телепортировался уже много раз, и это перемещение также должно было пройти без проблем, но прошло всего несколько дней с того момента, как он оказался в этом неизвестном мире. Страх того что однажды он телепортируется в какое-нибудь странное место ещё не отпустил его.

Он погладил кольцо Айнз Оал Гоун на пальце и осмотрелся.

Вокруг никого не было.

Хорошо. Он не желал чтобы кто-нибудь видел то, чем он собирался заняться.

Айнз шагнул к столу, но остановился и взглянул вверх. Его усиленный магией взор, способный видеть сквозь заклятья невидимости, различил фигуры Восьмиклинковых Кинжалопауков-Убийц на потолке.

Их глаза встретились.

Нет, по их фасеточным глазам Айнз не мог определить направление взгляда, но непохоже что чувства обманули его. Он ощутил беспокойство, почувствовав на себе чужой взгляд, хотя это, возможно, была лишь его застенчивость.

- Вы все, оставьте меня.

В ответ на слова Айнза, один из Кинжалопауков - вероятно, их предводитель - произнёс:

- Простите мою дерзость, владыка Айнз. Возможно, какой-нибудь нарушитель захочет совершить покушение на вашу жизнь. Как бы маловероятно это не было, пожалуйста, позвольте нам остаться и защищать вас. Прошу вас, передумайте.

- Нарушители? Здесь? Я могу понять это только как оскорбление всех тех кто стережёт восемь этажей надо мной.

- А! Этот смиренный слуга не это имел в виду! Пожалуйста, простите мой проступок. Однако, если что-то случится с последним Высшим Существом, оставшимся с нами, ответственность ляжет на всех нас. Учесть все возможные угрозы и защищать Высшее Существо это долг всех здесь. Мы заткнем свои глаза, рты и уши, и защитим вашу великую особу, прячась в тенях.

Он упомянул что-то про тени и скрытность, но с точки зрения Айнза паукообразные монстры просто свисали с потолка, сразу бросаясь в глаза.

Ему было понятно их желание служить, но он не мог позволить другим видеть то, что должно было здесь произойти.

Хмм? Он внезапно понял, что чувствует что-то наподобие того, что чувствует четырнадцатилетний подросток, мечтающий о том, чтобы дверь его комнаты запиралась на замок.

- Отказано. Я намерен провести здесь тайный ритуал. Это секрет среди секретов, который никто не должен видеть. Я доверяю всем вам, но хочу уменьшить риск того, что информация просочится... Это мой приказ как правителя Великой Гробницы Назарика, вы поняли?

- ... Слушаю и повинуюсь. Мы не можем противиться, раз такова воля Высшего Существа.

Кинжалопауки спустились с потолка. Они отцепились от поверхности за которую держались и попадали на пол.

Бесшумно приземлившись, они разом встали.

- Мы оставим вас незамедлительно.

После кивка Айнза они покинули комнату, выстроившись дисциплинированным строем. Почему-то это напомнило Айнзу документальный фильм о природе, который показывал ему Блу Планет, демонстрирующий колонну марширующих муравьёв.

Последний из них, поклонившись Айнзу из коридора, аккуратно закрыл за собой дверь.

Айнз вновь осмотрел комнату. В том числе, разумеется, и потолок.

Больше никого не было. Теперь комната действительно пуста.

Кроме тех дверей, через которые вышли Кинжалопауки, в комнате были ещё одни. Эти двери связывали кабинет с другими комнатами - личными покоями Айза, состоящими, словно, королевские апартаменты отелей, из нескольких соединенных воедино помещений - спальни, гардеробной и ванной.

Айнз подошёл ко внутренним дверям и открыл их. Он просунул голову в проём и заглянул внутрь.

Не было признаков чьего-либо присутствия. Как бы внимательно он не вслушивался, он никого не слышал.

Он думал, что, возможно, одна из горничных убирает другие комнаты, но, видимо, это было не так.

Нет, расслабляться было рано.

Айнз, отбросив в сторону облегчение, вновь насторожился.

Он пересёк комнату и открыл дверь, ведущую в коридор. По бокам от входа стояли двуногие насекомоподобные монстры, назначеные Коцитом нести стражу. Кинжалопауков нигде не было видно. Они не могли уйти далеко, но здесь их уже не было.

- ...Вы двое.

- Да! Владыка Айнз, что прикажете?

Остановив стражей, собиравшихся преклонить перед ним колени в знак преданности, Айнз спросил их:

- Как долго вы несёте стражу здесь?

- Да! Двадцать пять часов - нет, двадцать пять часов и сорок минут.

Айнз моргнул несуществующими глазами.

- Да?

Он видел, что стражи смущены. Он не сомневался в этом.

Это не могло считаться причиной для радости, но его опыт в чтении выражений лиц насекомых быстро рос. Будь это вызвано улучшением его наблюдательности, это было бы хорошо, в ином случае это бесполезный навык.

Нет, коль скоро под его началом есть и насекомоподобные монстры под предводительством Коцита, этот навык в любом случае полезен для правителя Назарика.

...Эти мысли, возникающие в углу его, возможно, вообще не существующего мозга, незамедлительно оказались развеяны гневом.

Сейчас не время размышлять об этом. Вместо этого, он должен побеспокоиться о бесчеловечных условиях, в которых работают его слуги.

Он издал слабое "угу", и попытался скрыть его за неловким кашлем. После этого, Айнз спросил стражей:

- Я спрошу вновь, вы говорите что стоите здесь уже сутки?

- Так и есть. Уже сутки прошли с тех пор, как нам была поручена честь охранять комнату владыки Айнза.

- Вот как... сутки... Вы подчиняетесь Коциту, я полагаю?

- Так точно, Аинз-сама.

Стоять на страже круглые сутки без передышки. Такое устыдило бы любую, сколь угодно мало заботящуюся о своих работниках организацию. Задумавшись о Коците, Айнз лишился слов. Прощании с Хэрохэро ещё не истёрлось из его памяти. Он мог бы стоять сейчас рядом с Айнзом, если бы не был так физически и психологически утомлён своей работой.

Как он может заставлять своих собственных подчинённых испытывать то, что так вымотало Хэрохэро?

Работа Айнза отнимала большую часть его времени, но он всё же успевал играть в виртуальные игры.

Многие члены гильдии бросали игру из-за крутых перемен в своих жизненных обстоятельствах. Хэрохэро не удалил свой аккаунт, но фактически покинул игру - иначе почему он оставил всё своё игровое имущество Айнзу, сказав что тот может поступать с ним как ему вздумается.

Молча кипевший от злости Айнз объявил:

- Исполнять свои обязанности так долго без передышки, должно быть, изнурительно. Ваши усилия заслуживают похвалы. Я позволяю вам передать пост другой смене, вернуться к себе и отдохнуть. Если Коцит будет спрашивать, скажете что это мой приказ.

Однако, реакция подчинённых оказалась полностью неожиданной.

- Не-неужели мы допустили какую-то оплошность?

- Что? Нет, всё в порядке...

Их голоса дрожали, но не из-за замешательства, а по какой-то другой причине. Айнз в глубине души нахмурился.

Неужели Коцит так строг? Пока Айнз размышлял об этом, стражи продолжали:

- Если так, то почему вы приказываете нам сдать пост и уйти?

Униженные мольбы стражей вновь озадачили Айнза.

- Почему? Неужели вам непонятно? Стоять на страже в одной и той же позе двадцать пять часов подряд должно быть утомительно, разве нет?

- Ничего подобного. Это ни капли не утомляет нас. Быть назначенными охранять комнату владыки Айнза это всё равно что оказаться в раю.

Вы уверены, что вот-вот не вознесётесь в рай, умерев от переутомления?

- Нет, это... кхм. Вы не сможете сохранять концентрацию так долго. Я полагаю, регулярно сменять стражей будет надёжнее, верно?

- Пожалуйста, не беспокойтесь. Назначив нас на этот пост, Коцит-сама наделил нас предметом, позволяющим не испытывать потребность во сне. Мы счастливы, что несём столь важный долг как охрана комнаты владыки Айнза, и ни за что не позволим себе расслабиться.

Айнз почувствовал решимость в их словах.

- Вот, вот как? В таком случае, рассчитываю на вашу усердную службу.

Хотя и потрясённый, Айнз кивнул величественным, подобающим повелителю движением.

- Примите нашу глубочайшую благодарность, владыка Айнз.

Ему подумалось, что это он должен благодарить их, но сказать это, будучи их повелителем, Айнз не мог. Однако, кое-что нужно было сказать.

- Благодарю вас, и успешной работы.

- Да!

Благодарю вас и успешной работы.

Тот, кто неспособен в подобающих случаях использовать эту фразу, несомненно, может считаться несостоятельным как член общества.

- Прежде чем вы продолжите нести стражу, я хочу спросить. Пока я отсутствовал, кто-нибудь заходил внутрь?

- Сегодня никто. Себас-сама, горничные, а также Альбедо-сама были здесь, но, узнав о вашем отсутствии, уходили. Они не оставляли никаких сообщений.

Он задумался, зачем они вообще приходили, но это не было текущей проблемой.

- Ясно, я спрошу ещё раз, чтобы быть уверенным, никто не входил в комнату, верно?

- Да.

Значит, внутри безопасно. Он спросил обо всём, что хотел узнать.

- Не переусердствуйте, и продолжайте в том же духе.

Айнз закрыл дверь, слыша их энергичный ответ. Он снова прошёл по комнате и уселся в кресло.

Айнз снова осмотрелся.

Пусть и зная, что вокруг никого нет, он всё же действовал осторожно. То, что он собирался сделать, было очень важно, и он не мог позволить кому-либо увидеть происходящее.

Немного сожалея что не выучил больше информационных заклятий, Айнз начал накладывать защитные заклинания.

Он чувствовал, что, вероятно, беспокоится излишне много, но дело требовало максимальной осторожности.

Завершив приготовления, Айнз открыл окно предметов - или, точнее, пространство где хранил свои вещи - и вынул то, что хотел.

Проникнув ранее в библиотеку, он, воспользовавшись множеством скрывающих присутствие заклятий, в абсолютной тайне вынес оттуда несколько книг.

Он достал одну, и положил её на стол.

Он достал одну, и положил её на стол.

Он достал одну, и положил её на стол.

Он достал одну, и положил её на стол -

Он повторил это дюжину раз. Все тома были довольно толстыми, и образовали на столе башню.

- Это... я не рассчитал.

Осознав свою ошибку, Айнз издал тихий вздох сожаления.

Их слишком много. Спрятаться от Старших Личей или Главного Библиотекаря было довольно просто. Но от Владык, нежити высочайшего класса, скрыться невероятно трудно. Для Айнза, не обладавшего какими-либо особенными навыками скрытного перемещения, встреча с кем-либо из пяти Владык означала немедленное обнаружение.

Поэтому он воспользовался редким шансом и вынес все эти книги разом. Однако, прочтение их займёт много времени.

- ... Итак, что делать... Мне негде их хранить, будут проблемы если их обнаружат...

Спрятать лист бумаги было бы просто, но гора книг - другое дело. С момента прихода в этот мир прошло не так уж много времени, так что стол Айнза не был в таком беспорядке, как рабочий стол Сузуки Сатору. Стол содержался в чистоте и порядке, на нём лежали лишь нужные вещи.

Собравшись открыть ящики стола и положить книги внутрь, Айнз остановился.

Никто из подчинённых не должен шарить в столе Айнза, но действительно ли это так?

Из опыта служащего Сузуки Сатору он знал, что существуют грубые люди, способные беспечно открывать чужие ящики.

Тогда, где ещё хранить книги?

Он подумал о том, чтобы хранить их в спальне, гардеробной, ванной - во всех комнатах, но оставался шанс что их найдёт горничная во время уборки.

Его мать умерла рано, так что он не испытывал чего-то подобного раньше, но некоторым членам гильдии случалось, вернувшись в свою комнату, испытать шок, увидев свою коллекцию порножурналов аккуратно разложенной на столе. Судя по их рассказам, худшим во всём этом было то, что позже их матери ни одним словом не упоминали об этом, даже сидя лицом к лицу за обедом.

Пусть и слышавший те рассказы со стороны, Айнз понимал что они чувствовали. Хотя его тело скелета и было устойчиво к психологическим атакам, он не желал подвергаться подобным страданиям.

- Аах, раз так, остаётся только поместить их сюда.

Айнз открыл пространство инвентаря и вернул книги туда. Учитывая, что книги являлись предметами очень низкого уровня, для обладающих воровскими навыками или способных использовать информационную магию будет просто прочесть заголовки. Поэтому Айнз не хотел носить книги с собой, но это, похоже, всё-таки был наиболее безопасный способ.

Он убирал книги одну за другой, и в конце концов на столе остались лишь две.

Их заголовки гласили -

"Секреты Построения Доверительных Отношений с Подчинёнными"

"Недоработки Ненавистных Боссов"

Эти две.

Эти книги были опубликованы более семидесяти лет назад, и авторские права на них утратили силу.

Айнз сел за стол, взял одну из книг и принялся перелистывать страницы.

Содержание этих книг о бизнесе произвело сильное впечатление на служащего Сузуки Сатору.

- Я понимаю...

- Верно..

- Если бы только начальники были такими...

Айнз бессознательно произносил всё это пока читал. Сконцентрировавшись на поглощении заключенной в книгах мудрости, он восхищённо вздыхал.

- Великолепно. Подумать только, что здесь нашлась такая хорошая книга о бизнесе.

Сузуки Сатору почти не читал книг о бизнесе. Ему не слишком-то нравилась работа служащего, и у него никогда не было подчинённых. Разумеется, у него не было причин пытаться понять, как мыслят начальники.

Однако, теперь он являлся не мелкой сошкой в крупной компании, а повелителем Великой Гробницы Назарика. Опираясь на опыт руководителей компаний своего мира, он должен научиться управлять своей организаций подобно президенту.

- Готовый взять на себя ответственность. Открытый и честный. Добродушный и спокойный. Скромный и прислушивающийся к чужому мнению...

Идеальный начальник.

Но это легко лишь в теории. Те, кто действительно воплощал в себе эти качества, были редки и немногочисленны. Поэтому достойных начальников, несмотря на наличие таких прекрасных книг, очень мало.

Айнз, хорошо знавший существ, называемых начальниками, горько улыбнулся.

В действительности они, как правило, сильно отличались от идеала.

Айнз, почти погрузившийся в глубокое раздумье, встряхнул головой, изгоняя из разума мысли о несовершенстве мира. Сейчас не время сожалеть о разнице между идеалом и реальностью.

Вместо этого он, в качестве Айнз Оал Гоуна, должен заслужить доверие НИПов и приложить все усилия, чтобы быть для них достойным правителем.

Айнз, с этой новой мыслью в голове, вновь опустил взгляд на книгу.

Он не мог за один присест проглотить её солидное содержание. На это потребуется много времени. Только так Айнз сможет стать идеальным начальником.

Однако, это слишком долго. Для голодающего десять тысяч иен прямо сейчас гораздо лучше, чем сто миллионов через несколько лет.

- Так что же мне делать?

Об этом ещё рано было говорить, но будучи нежитью, Айнз не нуждался во сне или отдыхе. Ещё сохраняя остатки человечности, он был способен ощутить усталость ума, но всё-таки мог при необходимости работать сутки напролёт. Это значит, что посвятив время лишь чтению, он сможет закончить книгу за один день. Однако, проглядывая по десять строк за раз он, скорее всего, пропустит какие-либо идеи.

Хорошей идеей было бы ознакомиться с содержимым книг прежде чем предпринимать какие-либо действия.

— Однако.

Действительно ли он способен прочесть всё это за один день?

К сожалению, у Сузуки Сатору не было возможности получить высшее образование, и поэтому он обладал лишь обрывочными знаниями, полученными из разговоров с другими людьми. Сможет ли кто-то вроде него, прочтя десять книг за день, осознать вложенные в них идеи?

Пока он справлялся, но он ещё не полностью прочёл даже те две книги что лежали перед ним. Если он прочтёт их все, могут возникнуть ситуации, в которых содержимое одной книги будет противоречить другой. С этим он не сможет справиться. Не лучше ли будет сделать что-нибудь сейчас, прежде чем он окончательно запутается?

Айнз посмотрел в потолок, заблудившись в лабиринте мыслей.

Он хотел действовать немедленно, и прямо сейчас попробовать то что уже изучил.

Но тогда возникал другой вопрос.

Какую часть которой книги должен он использовать, и как ему поступить с этими знаниями?

Айнз быстро пролистал страницы книги, которую держал в руках.

Достигнув некоторой страницы, Айнз ощутил как вдохновение ударило его подобно молнии, наэлектрефицировав его несуществующий мозг.

Он торопливо вернулся к этой странице и принялся усердно читать.

Текст на странице рассказывал про общение с подчинёнными, описывал плюсы и минусы разговоров с ними об их тревогах и заботах. Некоторые подчинённые держат подобные вещи в себе, не желая обсуждать их с вышестоящими. Поэтому начальник должен сам сделать первый шаг и спросить об их проблемах.

Аинз кивнул, обнаружив что нашёл путь.

Это оно.

Это определённо оно.

-... Разговор по душам. Я должен спросить, беспокоит ли их что-нибудь.

Не стоит доводить ситуацию до того, что кто-то впадёт в депрессию, держа в себе свои проблемы. Это вновь напомнило Айнзу изнурённую фигуру Хэрохэро, с которым он распрощался незадолго до прибытия в этот мир.

Возможно, НИПы сейчас чувствуют себя неуверенно, ведь они тоже недавно в этом мире.

В ИГГДРАСИЛе существовал отрицательный эффект под названием "страх". Следовательно, его можно исцелить магией. Однако, не существовало эффекта под названием "беспокойство". Раз так, его, вероятно, магией вылечить нельзя. Неизвестно, существует ли вообще такой эффект, но он должен планировать и действовать, держа в уме худший сценарий.

...Он не желал чтобы НИПы уподобились Хэрохэро.

Решившись, Айнз начал обдумывать свой следующий шаг.

Население Назарика велико и разнообразно. Даже исключив служителей низкого ранга и автоматически зарождающихся монстров, всё равно остается большое количество НИПов. Разговор с ними со всеми займёт слишком много времени.

Нет, даже так, он должен сделать это ради них.

Как последний оставшийся член гильдии, Айнз должен взять на себя обязанности своих согилдьийцев.

Он попробует поговорить с несколькими НИПами, оценит результаты, и позже поговорит с остальными.

Далее необходимо было выбрать тех, с кого он начнёт, и Айнз нашёл ответ немедленно.

Кто, кроме Стражей Этажей, отвечающих за самые разные важные дела, кто подойдёт для этого лучше них?

Что до личности того, с кем он будет говорить первым, у Айнза уже был кое-кто на примете.

Он поднялся с кресла и приказал стоявшим снаружи стражам вызывать эту персону.

Часть 2

В кабинет Айнза вошёл старик. Однако, его спина выглядела прямой как шомпол, он словно был выкован из стали. Даже сквозь его одежду любому наблюдателю стало бы очевидно, что его тело крепко и находится в хорошей физической форме.

То был дворецкий, Себас. Айнз поприветствовал его широко раскрыв руки.

- Спасибо что пришёл, Себас. Ты раньше чем я ожидал. Был неподалёку?

- Нет, но раз меня призвал владыка Айнз, я явился со всей поспешностью.

От его позы и звуков его голоса веяло силой. Айнз позвал именно его, потому что Себас лучше всех был знаком с девятым этажом - местом, похожим на прежний реальный мир, пожалуй, больше любого другого в Назарике. По сравнению с обитателями залитого лавой седьмого уровня или промёрзших пустошей пятого, знания и опыт Себаса, вероятно, лучше всего соответствуют опыту Сузуки Сатору.

Так он идеально подходил для первого эксперимента.

- Вот как? Что ж, ты хорошо потрудился... я чувствую неловкость за то что заставил тебя торопиться. Прости за то что отвлёк от дел.

- Что вы говорите, владыка Айнз? Для меня, служителя Назарика, нет более важной задачи чем выполнять приказы владыки Айнза.

- Мои...

- Пожалуйста, не надо благодарить нас. Всё так как и должно быть.

- Вот как - ответил Айнз. Он сглотнул, хотя и не обладал горлом.

Он не воспользовался заклятьем "Сообщение", и вместо этого отправил за Себасом посыльного.

Дело было в том, что он хотел выиграть ещё немного времени и порепетировать реплики, которые намеревался сказать. Разумеется, ему приходила мысль сначала закончить практиковаться и лишь потом вызвать Себаса, но проблема заключалась в том, чтобы определить когда именно пора заканчивать репетиции. Возможно, потребуется год чтобы в совершенстве освоить роль владыки Айнза.

Честно говоря, он просто тянул время чтобы собраться с духом.

Айнз повернулся к Себасу и заговорил с ним в наиболее расслабленном и при этом величественном тоне, на который был способен. Этот голос, как он полагал, более всего подходил его статусу правителя.

- Испытываешь ли ты какие-либо трудности, о которых желал бы мне сообщить? Не стесняйся высказать всё что у тебя на уме.

- Ничего подобного нет, владыка Айнз.

Вслед за быстрым ответом Себаса последовало несколько секунд тишины.

Айнз понял свою ошибку. Нельзя задавать такие вопросы с позиции правителя. Собеседник, разумеется, не захочет отвечать, подавленный его властью.

Айнз подавил желание повесить голову от стыда за своё упущение. Он вновь обратился к Себасу. На этот раз, он проявит мягкость и сочувствие.

- Незачем цепляться за формальности. Мой долг сделать ваши жизни счастливее. Даже - верно. Можешь говорить мне обо всём, даже о самых незначительных вещах.

- Нет, у меня нет никаких проблем, владыка Айнз. Великая Гробница Назарика, в которой властвуете вы, владыка Айнз, является для нас ничем иным как благословленным оазисом. Жизнь здесь ничуть не обременяет нас.

Айнз опустил взгляд, и ответил с улыбкой

- Вот как... похоже, всё так и есть. Себас, я рад слышать это.

- Ваша радость наполняет меня счастьем, владыка Айнз. Могу я спросить, зачем вы вызвали меня?

...Я позвал тебя чтобы задать эти вопросы. Вот и всё.

Разумеется, он не мог это сказать. Должно быть, что-то подобное ощущает комик, выдав свой лучший номер и не получив никакой реакции от публики. Именно это чувствовал сейчас Айнз.

Себас ждал ответа. Однако, Айнз понятия не имел, что сказать. Он уже собирался было ответить "это всё", как словно луч света пробился сквозь сгустившиеся в его сердце тучи.

Айнза озарило вдохновение, и, собравшись с мыслями, он заговорил.

- ... Себас, мне известно что ты приходил сюда в моё отсутствие. Вероятно, это было какое-то срочное дело, так что я призвал тебя предстать передо мной.

- Оо, подумать только, я заставил владыку Айнза беспокоиться о столь незначительной проблеме. Прошу вас принять мои глубочайшие извинения.

Айнз, подняв руку, прервал Себаса, продолжавшего рассыпаться в извинениях.

- Ну, ничего страшного. Так в чём именно дело?

- Слушаюсь. Я приходил чтобы утвердить у вас назначения горничных и слуг.

- Плеяд? Они, как боевые горничные, намного превышают уровнем слуг. Стоит ли распределять им задачи таким образом?

- Ах, нет, простите, я неясно выразился. Горничные, которых я имел в виду, это обычные горничные под началом Старшей Горничной Пестонии. Задачи, о которых я говорю, это ежедневные обязанности по уборке на девятом и десятом этажах.

- Аа, так вот о чём речь...

Хотя Айнз относился к вопросу серьёзно, у него не было в уме какого-то плана.

Члены гильдии, создавшие горничных, думали что-то вроде "будет жаль, если в таком просторном месте не будет горничных". В их сотворении не было никакого особого смысла. Дело в том, что дотошность, с которой их создал Вайтбрим-сан - человек, проникший в индустрию с помощью дополнительных рисунков горничных, и ставший впоследствии издаваемым мангакой - явно демонстрировал, что горничные, хоть и являвшиеся по существу просто фоновым дополнением, были очень дороги для него.

Почувствовав ностальгию, Айнз улыбнулся, и ответил Себасу:

- Ну, предполагалось что горничными будете заниматься вы двое. Нет никакой необходимости получать моё разрешение для выполнения вашей работы...

Айнз оборвал сам себя. Он вспомнил кое-что из прочитанных только что книг. Тихо кашлянув, Айнз задал вопрос.

- ... Нет, ты не пришёл бы ко мне без причины. Если тебя не затруднит, объясни мне всё в деталях.

- Как это может быть затруднительным? Я лишь не хотел тратить время владыки Айнза на столь незначительные проблемы... Я понял. Итак, позвольте мне изложить суть дела.

Себас приступил к рассказу о том, кому какая задача будет поручена и какие причины стояли за каждым назначением.

Слушая его речь, всё о чём мог подумать Айнз это "Хмм, вот как.." Однако, поскольку его череп не мог демонстрировать различные выражения, посторонний мог бы подумать что он внимательно вникает в то что ему говорят.

Объяснения Себаса становились всё более и более энергичными.

Если так пойдёт и дальше, он не сможет ответить просто "Вот как" или "Хмм".

Айнз поднял руку, прерывая монолог Себаса.

- Себас, я понимаю что ты хочешь сказать, но у нас очень мало горничных. И разве это правильно, так загружать их всех работой?

- Да. Вы совершенно правы. Однако, все горничные снабжены предметами, сводящими усталость на нет. Поэтому не возникнет никаких проблем, как бы долго они не работали.

- Это неправильно, Себас. Мы должны предоставить им свободное время, возможность отдохнуть и обдумать, как лучше выполнять свои задачи. Если бы мы нуждались в куклах способных лишь выполнять что им скажут, мы могли бы обойтись низкоуровневой нежитью с первого уровня.

Глаза Себаса расширились.

- Оо! Как и ожидалось от владыки Айнза! Я осознал свою ошибку! Всё именно так как вы сказали! Горничные это специально созданные гомункулы. Я должен учитывать их характеры и предпочтения!

- А, нет, не обращай внимания, Себас. Итак, не мог бы ты продолжить объяснения?

- Да! Я воспользуюсь великим советом, которым наделил меня владыка Айнз, и найду способ более эффективно использовать их способности!

Объяснение продолжилось.

Временами, Айнз вставлял вопрос, и Себас отвечал. В конце концов, хотя Айнз не слишком-то вник в детали, они, похоже, сумели создать план работ, удовлетворивший Себаса.

- Моя глубочайшая признательность, владыка Айнз. Теперь я смогу распределить обязанности идеальным образом.

- Вот как? Что ж, раз ты так говоришь, то проблем быть не должно. Я предоставляю вам с Пестонией заняться этим вопросом. Себас, ты свободен.

- Понял.

Проводив глазами удовлетворённого Себаса, Айнз, осознав собственную глупость, схватился за голову.

- Я не получил ответов на свои вопросы...

Он ничего не достиг по совершенно очевидной причине. Как он ухитрился не заметить такую простую вещь?

Ответ заключался в обстоятельствах разговора.

Если глава департамента крупной корпорации внезапно вызовет рядового работника и заявит "Расскажи мне о своих проблемах", кто на самом деле решится высказать свои претензии? Очеведно что работник попытается уклониться от вопроса, или скажет "В настоящий момент мне ничего не приходит в голову" в попытке выйти из ситуации.

- Не могу поверить, я даже не подумал об этом; может, я и вправду не подхожу на роль лидера? Нет...

Он собрался с духом и вытащил себя из болота, в которое было провалился.

- ... Для начала, я знал что ещё не готов. Поэтому нужно постараться и продолжить работу над собой. Эта ошибка станет мне уроком.

Вкратце, проблема была в том, что он пытался напрямую обратиться к Себасу.

Айнз обдумал, не использовать ли вместо этого "Сообщение". Однако, он счёл что работник не станет изливать свои проблемы начальнику даже и посредством телефона, и потому бросил эту мысль.

В конце концов, похоже что ему придётся поручить эту задачу кому-то другому. Обращаясь к предыдущему примеру, глава департамента может добиться больших успехов, если работник вместо него будет общаться с секретарём. Он гораздо охотнее поделится своими проблемами с коллегой чем с начальником.

Это вызывало к жизни вопрос - кто должен стать заместителем Айнза?

В голову пришло несколько кандидатур, но если они спросят о причинах поручения, Айнзу придётся объясниться. Он желал избежать этого.

Айнз уже начал утомляться на тернистом пути своих размышлений, но тут его озарило вдохновение.

Ослепительность идеи заставила Айнза задуматься, не подвергся ли он атаке магическим светом.

Он указал в пол, и активировал навык.

Явился Рыцарь Смерти.

Использование человеческого трупа позволило бы Рыцарю Смерти существовать неопределённое время, но задача которую Айнз намеревался поручить была недолгой.

- Ты понимаешь мои намерения?

Рыцарь Смерти, издав стенание, кивнул.

Призванные монстры наделялись частью мыслей и знаний призывателя, и поэтому могли сразу же действовать в соответствии с желаниями хозяина. Они, разумеется, могли отличать друзей от врагов. Иначе Рыцарь Смерти в деревне Карн не смог бы понять намерения Айнза из нескольких произнесённых слов.

...Хотя то, что он сразу же кинулся исполнять, было неожиданно.

Именно поэтому Айнз призвал нежить.

Он будет действовать в соответствии с немерениями Айнза, не нуждаясь в подробных объяснениях.

Кроме того, разговаривая с остальными он не будет так устрашающ как Айнз.

Такой метод обладал множеством преимуществ.

- Хорошо. Теперь иди. Доложишь, что узнаешь от Стражей всех этажей. Начни с Шалти. Она сильнейшая из Стражей, и ей поручена первая линия обороны от нападающих. Она самая важная персона в Назарике. Любые её просьбы должны обладать наивысшим приоритетом.

Он уже почувствовал направленную на него верность Стражей Этажей, когда собрал их всех в Колизее, но улучшить их отношения не повредит. Кроме того, если придётся выбирать, кому направить ресурсы, ей или кому-то другому, то он вероятно отдаст предпочтение Шалти.

- Итак, когда получишь ясную картину ото всех, вернись и доложи мне. Эти детали помогут улучшить ежедневные операции Назарика - они будут полезны в будущих встречах со Стражами..

Рыцарь Смерти прорычал и выбежал из комнаты. Глядя в его удаляющуюся спину, Айнз вспомнил сцену в деревне Карн.

Рыцарь рванулся вперёд так словно даже не собирался утруждать себя открытием двери - но в последний момент остановился, осторожно открыл дверь, вышел в коридор и побежал снова.

Вновь оставшись в одиночестве, Айнз закрыл глаза.

- Рыцарь Смерти... Рыцарь Смерти... может, я поручил дело не тому человеку... не той нежити?

Среди нежити, которую он мог призвать, присутствовало множество человекоподобных - если их можно так называть - существ.

Поэтому он задался вопросом, не было бы лучше создать кого-то другого.

Так всё-таки, почему Рыцарь Смерти? Айнз не мог придумать никакого повода. Наверное, дело было в том что он недавно использовал Рыцаря Смерти в деревне Карн, и его образ ещё был свеж в памяти.

Как бы то ни было, уже поздно что-то менять.

Когда Рыцарь Смерти вернётся от Шалти с докладом, можно будет обдумать, не заменить ли его кем-нибудь ещё.

- Рыцарь Смерти, беспокоиться не о чем. Я верю, что всё пройдёт как надо. Раз я сам создал тебя, то не сомневаюсь в твоей способности без проблем выполнить эту задачу.

Произнеся это, Айнз, подавив беспокойство, посмотрел вслед Рыцарю Смерти, уже покинувшему комнату. Часть его полагала что это очень хорошая фраза, так что он сделал мысленную заметку. Похоже, эти слова можно будет с успехом использовать в общении.

- Фразы, ха... это может пригодиться в будущем. Может, стоит заняться их подбором...

Часть 3

Рыцарь Смерти бежал.

Со всей доступной ему скоростью он нёсся по девятому этажу Великой Гробницы Назарика.

Намереваясь быстро исполнить приказ хозяина, он бежал, концентрируясь лишь на своей цели.

Бег существа вроде него, ростом превышающего два метра и с ног до головы облачённого в тяжёлую латную броню, напоминал гигантский катящийся булыжник. И тут его казалось бы неостановимый бег оказался прерван одним лишь криком.

- ... Эй!

Сбоку раздался женский голос.

Гадая, был ли этот крик обращён к нему, Рыцарь Смерти продолжил движение, преодолев ещё десять метров.

- Эй! Ты что творишь? Куда так несёшься? Я ведь и разозлиться могу, знаешь ли!

Оглянувшись, он увидел что к нему обращается горничная.

Из памяти, доставшийся от хозяина, он знал что она относится к обычным горничным.

- Это девятый этаж, обитель Высших Существ! Почему ты позволяешь себе устраивать такой грохот? Почему ты бегаешь - нет, не бегаешь - буйствуешь тут как тебе вздумается!

Рыцарь Смерти обдумал её слова, и осознал что она права. Хотя его хозяин, властвующий этим местом, и отдал ему прямой приказ, создавать такой шум было грубо.

Видя, как Рыцарь в извинении склонил голову, горничная удовлетворённо кивнула.

- Очень хорошо. Запомни, в некоторых местах допустимо бегать, а в некоторых нет. Раз ты извинился, я не сообщу об этом твоему хозяину. Тебе повезло, что встретил меня. Будь на моем месте кто-нибудь построже, у твоего хозяина могли бы возникнуть проблемы. Веди себя осторожнее в будущем!

Горничная легко коснулась подбородка указательным пальцем и склонила голову.

- Хотя... я никогда тебя раньше не видела... ты нежить, так что ты, наверное, один из прислужников Шалти-сама?

Рыцарь потряс головой, и выражение горничной застыло. Она побледнела, её лоб покрылся потом.

- Тогда... чей же ты подчинённый...

После того как Рыцарь Смерти назвал имя своего хозяина, горничная мертвенно побелела.

- Я... я... я что-то сделала не так?... Э... тогда... владыка Айнз отдал срочный приказ?

Неудивительно, подумал Рыцарь Смерти. Для его господина, владыки этого места, все правила были лишь простыми советами, которые он мог менять по своему капризу. Если бы Рыцарь действительно спешил выполнить его срочное повеление, наказанием за непочтительные действия горничной была бы, самое меньшее, смерть.

Когда она поняла это, на её лице отразился страх.

Но действительно ли это так?

Он чувствовал укрытые в своём сердце намерения хозяина. Однако, раз тот не произнёс ничего такого, это не считается за приказ.

Самое важное в этом... Рыцарь Смерти покосился на дрожащую горничную и задумался.

Дело не только в ней. Он чувствовал, что его хозяина боготворит каждое из обитающих здесь существ. Просто исходя из положения его господина, даже столь ничтожное призванное существо как он сам обладало статусом выше их всех.

Рыцарь объяснил горничной, что не получал срочного приказа, и бежал просто потому, что хотел как можно скорее исполнить волю хозяина.

Горничная моргнула, облегченно вздохнув. На её лицо начал возвращаться цвет.

- Хааа....

Она заметна осела, словно марианетка, нитки которой отпустил кукловод.

- Что ж, это прекрасно. Просто прекрасно...

Она кашлянула.

- Прости за это. Не могу поверить, что я была так груба с подчинённым владыки Айнза. Прими мои глубочайшие извинения.

Рыцарь помахал рукой, демонстрируя что не считает себя оскорбленным. Честно говоря, он сам был виноват в неподобающем поведении в этом святилище. Однако, горничная, похоже, будет не в состоянии принять его извинения в этих обстоятельствах.

Инцидент, очеведно, был исчерпан, но горничная не собиралась отворачиваться. Для нижестоящих естественно провожать глазами вышестоящих пока они уходят. Однако, Рыцарь Смерти полагал, что его статус гораздо ниже чем её, и с трудом выдерживал взгляд горничной.

Они оба ждали что другой первым начнёт действовать, и смотрели друг на друга напряжённо, словно два фехтовальщика перед дуэлью.

Ситуация может стать щекотливой, если они так и продолжат стоять здесь, глядя друг на друга.

Как тот, в результате чьих действий они оказались в этом положение, он, вероятно, должен сделать первый шаг.

Рыцарь Смерти издал стон, уходя и чувствуя что взгляд горничной буравит его спину. Он шагал, не желая обрести проблемы, если ещё одна горничная накричит на него за бег по коридору. Хотя бы этому он мог обучиться.

Без дальнейших инцидентов он достиг телепортационных врат, ведущих на следующие этажи.

С их помощью он переместится на седьмой, шестой, пятый и четвёртый уровни, направляясь к резиденции Шалти Бладфолен на втором этаже. Пеший путь туда займёт много времени, но другой дороги нет.

Он не пройдёт через восьмой уровень, потому что вход туда запрещён, и существует обходной путь, позволяющий миновать его.

Кто-нибудь, возможно, захотел бы пропустить все этажи и сразу оказаться на втором уровне, но лишь один из обитателей Назарика мог совершить такое. И этим одним был создатель Рыцаря Смерти, Айнз Оал Гоун, предводитель гильдии. Точнее, даже для хозяина Рыцаря это было бы невозможно без кольца Айнз Оал Гоун, так что ему самому не было смысла и мечтать об этом.

Рыцарь шагнул в сверкающие огни телепортационных врат. Нечасто нежить использовала их самостоятельно, и Страж Святилища Цветущей Сакуры - ответственная за врата телепорта - проводила его взглядом, но не стала вмешиваться, и Рыцарь Смерти благополучно прибыл к месту назначения.

Он прошёл через адский мир седьмого этажа.

Он прошёл через Колизей на шестом этаже.

Он прошёл по заледеневшей пустоши пятого этажа.

Он прошёл через подземное озеро четвёртого этажа.

И наконец, он достиг места, заслуженно называющегося "гробницей".

Выйдя из врат телепорта, Рыцарь Смерти очутился в лишённой окон подземной часовне. Возможно, некогда эта комната сияла драгоценностями, но сейчас здесь остались лишь гниющие кости. Единственным содержащимся в чистоте объектом был алтарь, в котором должна была бы стоять статуя бога. Вместо неё, в алтаре находился флаг гильдии Айнз Оал Гоун.

Часовня была почти сотню метров шириной и полностью погружена во мрак. Не будь Рыцарь Смерти способен видеть в темноте, его окружала бы столь полная темнота, что он не смог бы рассмотреть собственную руку даже поднеся её к лицу.

Во тьме бродило несколько дюжин скелетов. Не чувствуя тепла живого существа, они не проявляли враждебности.

Рыцарь покинул часовню через единственную дверь и вышел наружу.

Перед часовней находился старый, заброшенный верёвочный мост, подвешенный на канатах, выглядевших так словно они вот-вот порвутся. Доски под ногами производили впечатление полностью сгнивших, некоторые узлы развязались и планки отвалились, оставив после себя пустое место. Ветра не было, но мост легко покачивался, издавая скорбный скрип.

Под мостом виднелись силуэты бесчисленных зомби, стонущих и тянущих руки вверх.

Человека это зрелище оставило бы приросшим к земле от ужаса. Однако, нежити вроде Рыцаря Смерти бояться здесь было нечего. Ветхость была лишь показной - на самом деле, мост весьма крепок. Даже столь массивное существо как он может без опаски его пересечь, заботясь лишь о том чтобы не наступить туда, где в покрытии моста не хватает досок.

Не обращая внимания на причитания гниющих досок под ногами, Рыцарь пересёк мост.

За мостом лежал пункт его назначения.

Путь закончился у невзрачной каменной двери.

Кому-то постороннему было бы сложно об этом догадаться, но эта дверь вела в личные покои Шалти Бладфолен.

Рыцарь Смерти постучал в дверь. Раздался звук, характерный для удара не по камню, но по металлу. Дверь была сделана из металла, и лишь выглядела каменной.

Подождав несколько секунд, он постучал вновь.

Дверь открылась, и вампирская невеста, одна из прислужниц Шалти, высунула голову наружу.

- Ох! Ты?..

Поскольку он пришёл со стороны телепортационных врат, ведущих с нижних этажей, она могла быть уверена что перед ней не враг. Однако, она всё же охнула, увидев нежить незнакомого ей вида, поскольку Рыцарей Смерти обычно не было в Назарике.

Автоматическая система порождения монстров создавала лишь существ, уровень которых не превышает тридцатый. Рыцарей Смерти, обладающих тридцать пятым уровнем, она произвести не могла. Кроме того, система наемничества, призывающая существ в обмен на золото из ИГГДРАСИЛя, не позволяла призыв Рыцарей Смерти. Неудивительно, что вампирская невеста оказалась в замешательстве.

Рыцарь представился, желая избежать ситуации наподобие той что произошла у него чуть раньше с горничной, когда они просто продолжали смотреть друг на друга в удивлении и смущении.

Глаза вампирской невесты расширились, когда он объяснил что его хозяин - полновластный владыка этого места - поручил ему поговорить с управительницей этого этажа.

- В, вот как? П-простите что заставила ждать! Шалти-сама сейчас принимает ванну, она скоро - нет, грубо будет заставлять вас ждать. Прошу, входите!

Рыцарь Смерти был не против подождать и снаружи, но отказываться значило проявить неуважение.

Поэтому он легко кивнул, и вошёл внутрь.

Воздух заполнял густой сладкий аромат. На нежить он не воздействовал, но Рыцарь понял что живые, оказавшиеся неспособны устоять перед этим запахом, будут подвергнуты некому негативному эффекту. Густые ароматы вроде этого, словно въедающиеся в кожу, являлись широко распространённым видом ловушек в логовах нежити.

С потолка ниспадал полупрозрачный розовый покров, затуманивающий обзор. Откуда-то издалека раздавался женский смех и игривое постанывание. Обстановка полностью отличалась от остальной гробницы, создав у Рыцаря такое впечатление, словно он оказался в каком-то совершенно другом мире. Вести здесь командный бой будет как минимум непросто.

Эротичную атмосферу комнаты разбили вампирские невесты, поднявшие лихорадочную беготню. Они, похоже, помогали одеться Шалти, заканчивающей своё купание.

- Одежду...

- Высушить волосы Шалти-сама...

- Посланец владыки Айнза ждёт...

- Пусть он и нежить, но мы должны предложить ему напитки хотя бы из вежливости...

- Сначала приготовьте для него сиденье...

Эти выкрики затопили Рыцаря Смерти, сопровождаемые звуками поспешных приготовлений.

- П-прошу, сюда.

Вскоре, перед ним появилась другая вампирская невеста, и проводила его в комнату с небольшим белым столом, сервированным для двоих.

Перед каждым сидением стояло по изящной фарфоровой чашке, наполненной ярко-красной жидкостью, в воздухе витал аромат чая.

- Шалти-сама вскоре подойдёт, пожалуйста, подождите немного...

Поклонившись, вампирская невеста ушла.

Рыцарь Смерти сел, беспокоясь, выдержат ли тонкие ножки стула его солидный вес. Хотя чай, вероятно, был только что заварен специально для него, он, ожидая прихода Шалти, не притронулся к чашке. Чай ничуть не навредил бы ему, но если он выпьет, жидкость может просочиться сквозь его тело и вылиться на пол. Он не хотел пачкать чужую комнату.

Спустя несколько минут к нему вышла Шалти, сопровождаемая двумя вампирскими невестами. Похоже, даже это поспешное появление было ускорено, учитывая то, что её длинные волосы, по-прежнему не до конца высушенные, не были подколоты и свободно спадали ей на спину.

Рыцарь поднялся со стула, приветствуя Шалти. Её глаза расширились, она молча преклонила колено.

- Страж Этажа Шалти Бладфолен, к вашим услугам. Прошу прощения за задержку, о посланец владыки Айнза.

Видя, как Шалти приветствует его, невзирая на собственный ранг, Рыцарь Смерти высказал свою надежду, что она не станет придерживаться такого отношения. Наоборот, это он должен склоняться перед ней.

- Но, как я могу позволить себе проявить неуважение к представителю владыки Айнза!

Услышав её отказ, Рыцарь вновь призвал её отказаться от таких церемоний. Однако, Шалти, похоже, не желала принимать его слова. Вероятно, она считала что любая невежливость, проявленная по отношению к посланнику владыки Айнза, равносильна невежливости по отношению к самому Айнзу.

После нескольких раундов просьб и отказов они пришли к компромиссу. Демонстрируя взаимоуважение, она будут разговаривать друг с другом неофициально.

Достигнув согласия, они улыбнулись друг другу.

- Итак, скажи же, зачем ты пришёл? Я не получала посланий через посыльного с тех пор как Альбедо собрала нас в Колизее, вместо этого всегда использовали магию. Должно быть, это что-то важное, так что я надеюсь что ты позволишь мне выслушать твоё сообщение, пусть и в столь невзрачной комнате.

Шалти посмотрела на сопровождавших её вампирских невест.

Похоже, дело требовало конфиденциальности.

Когда Рыцарь Смерти подтвердил, что их разговор должен пройти в секрете, Шалти дёрнула подбородком в сторону двери. Вампирские невесты, поклонившись, покинули комнату.

- Тогда... давай присядем и поговорим.

Хотя они оба, являясь нежитью и не уставали, разговаривать стоя было бы глупо, особенно учитывая приготовленные для них напитки.

Подгадав время, они одновременно уселись.

Их глаза на секунду встретились, и Шалти заговорила приглушённым голосом:

- Ну, расскажешь мне?

В её словах слышалось возбуждение и предвкушение. Вероятно, она думала что Рыцарь Смерти собирается доверить ей какое-то задание, с которым способна справиться лишь Страж Этажа Шалти Бладфолен. Разгорающийся огонь её возбуждения казался словно физическим давлением - или не казался.

Согласно поручению хозяина, первым вопросом, который он задаст Стражам, должно быть "Хорошо ли ты себя чувствуешь?"

Когда он произнёс это, Шалти удивлённо моргнула и задумчиво покачалась из стороны в сторону. Наконец, словно признав поражение, она заговорила.

- Этот вопрос вызван чем-то определённым? Случилось что-то необычное?

Заботиться о здоровье очень важно, так что его хозяин решил что такой вопрос поможет завязать разговор. В конце концов, занимаясь деловыми переговорами, важно найти общие интересы чтобы оживить беседу.

Хотя намерения, вероятно, были таковы, результат оказался противоположным. Шалти удивлённо подняла брови.

- Как владыка Айнз, несомненно, знает, я нежить и иммунна к большинству влияющих на статус эффектов, а следовательно нахожусь в добром здравии. Впрочем, я знаю что некоторые специфические эффекты способны поражать нежить. Произошло что-то в этом роде?

Нежить полностью иммунна ко сну, отравлению, болезням и другим эффектам, воздействующим на метаболизм живых существ. Однако, некоторые атаки всё же могут преодолеть этот иммунитет.

На такое как правило способны враги Мирового класса.

Например, заклятье "Пять Небесных Смертных Мук" принадлежащее "Пяти Радужным Буддам", или "Дыхание Трупного Яда", выдыхаемое одним из Восьми Драконов, или "Семь Смертных Грехов" Владык Семи Грехов.

Даже тридцать игроков сотого уровня, подготовившись и всё спланировав, не могут гарантировать себе победу над врагом Мирового класса. Если появилось одно из таких существ, то само существование Назарика может оказаться под угрозой.

Рыцарь Смерти отрицательно покачал головой. Ничего подобного не произошло, а кроме того, Шалти об этом узнала бы одной из первых.

- ... Вот, значит, как.. Хотя это и вопрос от владыки Айнза... Это определённо не то чего я ожидала.

Вслед за этим Рыцарь Смерти сказал ей, что должен задать этот же вопрос и остальным Стражам.

- Ясно, теперь я поняла. Хотя я не думаю что кто-то из Стражей ведёт нездоровый образ жизни, может дело в этом?.. Нет, не может быть.

Шалти оборвала себя, отвергая собственные слова.

- Не может быть чтобы такое укрылось от владыки Айнза. Наверное, он ожидает что мы как следует подготовимся ко всем неожиданностям, и задаёт этот вопрос просто убеждаясь, что всё так и есть. Как и ожидалось от владыки Айнза, наш господин не из тех про кого можно сказать "беспечный".

Хотя и не уверенный в том, что именно таково было намерение его хозяина, Рыцарь Смерти подтвердил её правоту.

- Тогда... Ты посетил в первую очередь меня просто потому что я нахожусь дальше всех от владыки Айнза? Дело просто в расстоянии?

Дело было не в этом.

Рыцарь Смерти передал ей слова хозяина о том что "Шалти самая важная персона в Назарике".

Её настроение моментально изменилось.

Рыцаря словно окатил вал горячего воздуха.

Шалти внешне не изменилась - нет. Её алые зрачки светились подобно раскалённой лаве.

- ... Прошу пощения. Мой слух, кажется, подвёл меня на мгновение, и я не расслышала того что ты сказал. Прости. Не мог бы ты ещё раз повторить мне слова владыки Айнза?

С трудом верилось в то что нежить, иммунная к негативным биологическим эффектам, может оглохнуть. Но у него не было причин отказывать в этой просьбе.

Рыцарь повторил.

Уголки рта Шалти поползли вверх.

- ...Ха! Хахаха! Ааах, если бы только здесь была Альбедо, если бы она это слышала! Хахаха!

Отсмеявшись, Шалти продолжила задавать вопросы.

- Сказал ли владыка Айнз что-нибудь про Альбедо?

Услышав, что Айнз не упомянул её ни словом, Шалти пришла в наилучшее расположение духа.

- Вот как, вот как. Действительно... ну же, посланник-доно, каким был его следующий вопрос?

Следующим вопросом было, "Беспокоит ли тебя что-нибудь?"

- Насчёт этого...

Шалти, сведя брови и приложив палец к щеке, уставилась в потолок.

Несколько секунд спустя она снова посмотрела на Рыцаря Смерти.

- Меня совершенно ничего не беспокоит.

Видя кивок Рыцаря, Шалти, понукаемая подозрениями и сомнениями, спросила

- Я ответила неправильно? Неужели я не поняла истинных целей владыки Айнза?

Разговор это что-то вроде пасов в баскетболе. Обмен заканчивается после пары раундов только если что-то пошло не так.

Рыцарь Смерти уловил мысли хозяина в момент своего создания, но даже так, он получил лишь грубый намёк на его истинные намерения, а не полное их понимание. Поэтому он ничем не мог развеять беспокойство Шалти.

Видя её замешательство, Рыцарь задал последний вопрос - "Чего ты хочешь?"

Шалти, пленительно улыбаясь, ответила.

- Я желаю любви владыки Айнза. Я не хочу сказать, что должна быть единственной. В конце концов, совершенно нормально для столь великого мужчины обладать многими женщинами. Для любой женщины не будет ничего странного в том, что она не сможет устоять перед абсолютным великолепием владыки Айнза. Однако, я хочу занимать первое место в его сердце.

♦ ♦ ♦

Рыцарь Смерти покинул жилище Шалти и направился обратно к вратам телепорта, чтобы вернуться на девятый этаж. Ему придётся вновь пройти через все этажи, чтобы вернуться к своему господину, но он, будучи нежитью, не может устать телом или разумом, так что долгий путь не представлял проблемы.

Внезапно, он ощутил приказ хозяина, громко прозвучавший в голове. Призванные существа обладают мысленной связью с теми кто их призвал, и даже без заклятья "Сообщение" могут получать приказы и передавать общие мысли.

Подчиняясь приказу, Рыцарь остановился.

Путь перед ним был очевидно пуст, и всё же он увидел фигуру хозяина, материализующуюся из воздуха. Должно быть, тот воспользовался магией невидимости, чтобы скрытно приблизиться.

- Хотя я и приказал тебе вернуться, это, вероятно, будет тратой времени. Хотя тебе и всё равно сколько раз ходить туда и сюда, я могу потратить своё время с большей пользой. 「Отторжение Нежити」.

Айнз применил заклятье, создающее барьер, отражающий низкоуровневую нежить. В обычной ситуации Рыцарь Смерти тоже попал бы под его действие, но, находясь под прямым контролем хозяина, не отшатнулся от Айнза.

- Пойдёт. Итак, расскажи о разговоре с Шалти.

Рыцарь Смерти, кивнув, приступил к докладу. Он начал с вопроса о здоровье.

Выслушав, Айнз посмотрел вверх.

- Что ж, это верно. Шалти нежить, нет смысла спрашивать о её здоровье. Нет... то же самое верно и для остальных Стражей. Они все способны защитить себя от болезней и ядов. Что ж, это в любом случае предназначалось просто для завязки беседы, так что неважно. Итак, расскажи про следующий вопрос.

Услышав ответ, Аинз нахмурил несуществующие брови.

- И всё? Или она просто проявила вежливость?

Рыцарь Смерти покачал головой.

- Нет? Нет... может, она неправильно поняла вопрос? Мы здесь недавно, может, они просто ещё не столкнулись с проблемами. Я спрошу что-нибудь другое.

Немного поразмыслив, Айнз обратился к Рыцарю Смерти.

- Давай изменим второй вопрос... В следующий раз... Хмм, что спросить. Есть идеи?

Рыцарь недоуменно закряхтел. Он не мог бы высказать хороших идей, даже если его и спросили.

- А, да, верно. Извини. Что ж, глянем в наставление.

//Библия записывалась бы с большой буквы.

Вынув из воздуха книгу, Айнз пролистал её и остановился на одной из страниц.

- ... Понятно. Отлично, это подойдёт. "Межличностные отношения. Кто вам ближе всех и от кого вы дальше всего". Разве есть вопрос важнее этого?

Алый свет в глазницах хозяина загорелся ярче.

- Межличностные отношения важны. Даже в непорядочных организациях можно удержаться на плаву обладая хорошими связями. В порядочных же, недостаток в общении между коллегами может закончиться массовыми увольнениями. То же самое применимо и к Айнз Оал Гоун.

Он не обращался к Рыцарю Смерти. Похоже, Айнз разговаривал сам с собой.

Его голос звучал всё тише, пока полностью не вышел за пределы слышимости. Огонь в глазницах переместился, он словно смотрел куда-то вдаль.

- Верно, межличностные отношения. Взаимоотношения между Стражами Этажей очень важны. Ты понял, Рыцарь Смерти? Начиная со следующего раза, задавай этот вопрос... Очень хорошо. Теперь, о последнем вопросе.

Услышав ответ Шалти, Айнз безвольно обмяк.

Он обратился к Рыцарю Смерти.

- ... За исключением Айнза. Добавь это к последнему вопросу в следующий раз, когда будешь его задавать. Понял?

Часть 4

Морозный ветер дул со всех сторон сразу. Обычно здесь также присутствовало поле, наносящее со временем урон магией холода, но в данный момент его деактивировали, так что было просто очень холодно. Впрочем, Рыцарь Смерти не ощутил бы каких-либо неудобств, даже будь поле включено.

Почти вся нежить иммунна к холоду, но уязвима к огню. поэтому, как бы низко не опустилась температура, на нежить это не влияло, и будучи невосприимчивы к негативным эффектам воздействующим на метаболизм, нежить также прекрасно функционирует и при высоких температурах, хотя и получает дополнительный урон от магических огненных атак.

Между тем, Рыцарь Смерти, хоть и полностью иммунный к магии холода, при этом не обладал уязвимостью к огню.

Его шаги замедлял лишь снег.

Под весом полного латного доспеха ноги Рыцаря проваливались по колено. Живое существо на его месте давно бы выбилось из сил.

Спустя некоторое время Рыцарь Смерти наконец прибыл к большому снежному шару, в котором жил Коцит.

Вокруг шара возвышались шесть кристаллических сосулек.

Рыцарь Смерти продолжал идти вперёд, и внезапно у входа в снежный шар появилась фигура Коцита.

Их глаза встретились.

- Гость?... Это. Ты. Активировал. Телепорт? Я. Получил. Доклад. Что. Нежить. Назарика. Проходит. Мимо. Но. Ты. Выглядишь. Незнакомо.

Когда Рыцарь объяснил что создан Айнзом, насекомоподобное лицо Коцита приняло удивлённый вид. Нет, клацанье его гигантских нижних мандибул было признаком шока. Вероятнее, это слово правильнее всего описывало его состояние.

- Оо! Я. Я. Был. Слишком. Непочтителен. Подумать. Только. Вы. Посланец. Владыки. Айнза!

Рыцарь Смерти дёрнулся, останавливая собравшегося преклонить колени Коцита, и поведал ему о событиях в комнате Шалти.

Однако, объяснить собеседнику что он ниже его рангом было бы трудно, так что он решил для начала добиться общения на равных.

- Понятно. Так. Ты. Также. Посетил. И. Шалти... Понимаю. Тогда. Продолжим.

Дело в его воинской натуре? Или причина в том, что он мужчина? Как бы то ни было, он, похоже, принял это гораздо быстрее чем Шалти.

- Это. Неподходящее. Место. Для. Приёма. Гостей. Особенно. Посланца. Владыки. Айназа. Если. Ты. Не. Против. Может. Зайдём. В. Мой. Дом?

Тело Рыцаря Смерти не могло устать, он мог бы и остаться стоять снаружи. Однако, отвергать приглашение не было причин. Кроме того, как и сказал Коцит, уважением он был обязан не только своему хозяину. Отвергнув приглашение, он произведёт плохое впечатление о них обоих.

Он последовал за Коцитом внутрь снежного шара.

Стены, потолок и мебель выглядели изготовленными изо льда. Это, вероятно, было дизайнерским решением. За исключением этого, обстановка почти не отличалась от обычного дома.

Однако, помещение было просторным - настолько, чтобы Коцит мог без проблем совершать взмахи своими мечами. Вероятно, интерьер спроектировали с расчётом на бой в помещении.

Они вошли в то что выглядело как комната для совещаний.

Рыцарь Смерти отказался от предложенных напитков. Ему предлагали их и у Шалти, но он чувствовал неловкость, вынуждая других готовить напитки специально для него.

- Прости. Что. Тороплю. Тебя. Но. Не. Мог. Бы. Ты. Задать. Мне. Те. Вопросы?

- Заговорил Коцит с противоположного Рыцарю Смерти края стола.

- Владыка. Айнз. Не. Применил. "Сообщение". Но. Вместо. Этого. Отправил. Посланца. Нежить. Это. Вероятно. Очень. Важно. В. Чём. Дело?

Рыцарь знал, что его хозяин хотел бы, чтобы он начал разговор со слов "Извини, дело не очень важное", но также понимал, что для Стражей важно всё, касающееся владыки Айнза. И всё же он знал, что это не то чего желает хозяин.

- Что. Ты. Хочешь. Сказать. Говоря. "Это. Не. Важно" Владыка. Айнз. Тот. Кто. Собрал. Высших. Существ. Тех. Кто. Создал. Это. Место. И. Всё. В. Нём. Что. Может. Быть. Важнее. Чем. Его. Слова? Должен. Быть. Предел. Скромности. Даже. Для. Тебя.

Слова Коцита нашли громкий отклик в душе Рыцаря Смерти, он глубоко кивнул, соглашаясь.

Они вновь обменялись взглядами. Их глаза встретились лишь на мгновение - исчезающе короткое время - но этого хватило. Их краткое безмолвное общение не нуждалось в столь грубых вещах как слова.

Оба поднялись со своих мест, и, непроизвольно протянув руки, обменялись крепким рукопожатием.

Воины, твёрдо верящие в верность, честь и усердие в служении, они увидели друг в друге родственную душу.

- ... Рад. Встрече. С. Тобой.

Рыцарь Смерти негромко рыкнул, соглашаясь.

Неохотно, каждый не желая первым разрывать рукопожатие, они вновь уселись.

- Итак. Перейдём. К. Основной. Теме. Встречи. Что. Сказал. Владыка. Айнз?

Рыцарь Смерти спросил Коцита о его межличностных отношениях; о тех, с кем он общался ближе всего и тех с кем был меньше всего знаком.

Коцит моргнул - впечатляющее достижение для обладателя фасеточных глаз.

- Знаком. Ближе. Всего. И. Меньше. Всего... Сложный. Вопрос.

Коцит подогнул две из своих четырёх рук.

- Под. Ближе. Всего. Подразумеваются. Те. С. Кем. Я. Дружнее. Всех? Или. Что-то. Иное.

Рыцарь Смерти ответил, что подразумевалось первое. Погрузившись в размышления, Коцит рыкнул.

- Знай. Я. Намерения. Владыки. Айнза. То. Мог. Бы. Ответить. Лучше. Если. Речь. О. Стражах. Этажей. То. Я. В. Хороших. Отношениях. С. Демиургом. Если. Включить. Всех. Стражей. То. Также. С. Кьюхаку. Кроме. Того. Я. Поддерживаю. Отношения. С. Грантом. И. Гашокукочууо.

Рыцарь Смерти понимающе кивнул, ожидая ответа на вторую часть вопроса.

Коцит немного подумал и потряс головой.

- Если. Подумать. Об. Этом. То. Среди. Творений. Высших. Существ. Нет. Никого. С. Кем. Бы. Я. Не. Ладил. Однако. С. Большинством. Я. Лишь. Разговаривал. Ни. Разу. Не. Встречавшись. Лицом. К. Лицу. Подобно. Тому. Как. Встречался. Со. Стражами. Областей. С. Разрешения. Владыки. Айнза. Я. Бы. Хотел. Выделить. Время. На. Визиты. Им. И. Углубление. Нашей. Дружбы.

Рыцарь пообещал, что передаст сообщение. Учитывая недавнюю встречу, есть немалый шанс что хозяин встретит его сразу же как только он покинет снежный шар. Возможно, удастся выполнить обещание быстрее ожидаемого.

- Также. Хоть. Это. И. Не. Имеет. Отношения. К. Вопросу. Я. Хотел. Бы. Получить. Разрешение. На. Спарринг. С. Себасом. И. Альбедо. Практика. Настоящего. Боя. - Особенно. С. Сильными. Противниками. - Несомненно. Будет. Выгодна. Владыке. Айнзу.

Это предложение звучало подобающим для мастера, концентрирующегося на оттачивании своего искусства. Рыцарь Смерти понимал чем вызвана просьба Коцита, и пообещал передать её господину.

Далее, Рыцарь смерти задал вопрос "Что ты хочешь... за исключением владыки Айнза".

Это добавление, похоже, вызвало ухмылку Коцита.

- ... Понятно. Кто-то. Просил. Об. Этом. Должно. Быть. Альбедо. Или. Шалти.

Не желая портить репутацию Шалти, Рыцарь Смерти промолчал.

- Хотя. Я. И. Не. Знаю. Кто. Из. Них. Просил. Такого. Если. Подобный. Ответ. Допустим. То. И. Я. Отвечу. В. Том. Же. Духе. Я. Хочу. Чтобы. Владыка. Айнз. Обзавелся. Наследником.

Коцит поднял руку, останавливая Рыцаря Смерти и показывая что не договорил.

- Я. Знаю. Что. Просить. Такого. От. Владыки. Айнза. Неуважительно. Однако. Я. Чувствую. Что. Нам. Нужен. Наследник. Для. Того. Чтобы. Трон. Назарика. Не. Опустел. Без. Наследника. Я. Чувствую. Беспокойство. О. Будущем. Мы. Стражи. Подчинимся. Приказу. И. Примем. Наследника. Даже. Если. Он. Будет. Происходить. Снаружи. Однако. Подчинение. Кому-то. Кто. Не. Потомок. Нашего. Господина. Вызовет. В. Нас. Эмоциональные. И. Идеологические. Конфликты. Но. Если. Бы. У. Владыки. Айнза. Был. Наследник. Мы. С. Радостью. Служили. Ему.

Рыцарь Смерти не мог ничего ответить Коциту, стоявшему выпятив грудь. Это было чувство которого он, созданный подчиняться своему создателю, не мог понять.

- Аа.. Наследник... Моя. Кровь. Кипит.

Коцит, похоже, думал о чём-то странном.

Наконец, он удовлетворённо кивнул.

- ...Наследник. Владыки. Айнза. Несомненно. Будет. Выдающимся. Заклинателем. В. Таком. Случае. У. Меня. Не. Будет. Шанса. Обучить. Его. Фехтованию. Ожидается. Что. Его. Мать. Будет. Воином... Нет. Это. Не. Так. Поскольку. Он. Заклинатель. Ему. Понадобится. Могучий. Воин. В. Роли. Телохранителя. Так. Что. Я. Возьму. На. Себя. Эту. Роль. Я. Обучу. Его. Как. Справляться. С. Бойцами. Ближнего. Боя. - Нет. В. Моём. Присутствии. Никто. Не. Сможет. Приблизиться. Достаточно. Близко. Чтобы. Угрожать. Ему.

Фасеточные глаза Коцита, похоже, взирали на какое-то светлое будущее, видное лишь ему одному.

- Оо... Верно. Я. Очень. Силён. И. Не. Позволю. Подобным. Врагам. Подобраться. К. Юному. Господину. Хмф. Подходите. Если. Не. Дорога. Жизнь!

Длинные руки Коцита двигались, уничтожая орды воображаемых противников.

Он пришёл в себя лишь тогда когда Рыцарь Смерти поблагодарил его за уделённое время.

- .... Кхм! Ахем. Тогда... Я. Полагаю. Это. Важно. Прошу. Сообщи. Владыке. Айнзу. О. Проблеме. Престолонаследия.

♦ ♦ ♦

Как Рыцарь Смерти и ожидал, стоило ему покинуть снежный шар как в его разуме эхом отдались слова хозяина.

Следуя приказу, он зашагал быстрее. Нет, он ускорил шаг просто потому, что между указанным местом и его нынешним местонахождением пролегало большое расстояние, и он не хотел тратить время Айнза. С могучим рёвом Рыцарь сорвался в бег. Он рвался сквозь снег, подминая и разбрасывая его, стремясь как можно быстрее оказаться возле хозяина.

Как только он достиг назначенного места и принялся оглядываться, белый пейзаж запятнала непроглядно-чёрная фигура. Точнее, поскольку Рыцарь Смерти также был чёрен, правильнее было бы сказать что тьма усилилась.

- Прости что заставил спешить, и постарайся сильно не шуметь, это привлекает внимание.

Услышав слова хозяина, Рыцарь торопливо захлопнул рот.

- Жилище Коцита окружают его прислужники, называемые Морозными Девами, они способны видеть сквозь заклятье невидимости, так что ждать там я не мог. Аах, это было рискованно. Что ж, выслушаем твой отчёт.

Рыцарь Смерти начал рассказ, и Айнз, слушая, солидно кивнул.

- Ясно. Что ж, я вижу сходство между Коцитом и Демиургом, и понимаю почему они ладят друг с другом. Что же до причины, по которой он не упомянул Энтому... вероятно, дело в том что горничные Себаса как правило работают отдельно от него. Хотя, Грант, Кьюхаку и Гашокукочууо тоже находятся на других этажах... ну, нет смысла слишком беспокоиться об этом.

Видя, что хозяин понял его, Рыцарь продолжил, передав не относящуюся к делу просьбу Коцита. Айнз несколько раз согласно кивнул.

- Даже среди Стражей Назарика этих троих можно назвать сильнейшими из воинов. У Коцита есть преимущество перед Альбедо, но не перед Себасом. Себас сильнее Коцита, но не Альбедо. Альбедо, вероятно, победит Себаса, но проиграет Коциту. Эта просьба о тренировке поистине отражает личность Коцита... Хотя, можем ли мы и в самом деле стать сильнее? Если они сильны просто потому что так сказано в их настройках, не значит ли это что пределы их сил также определяются этими данными?

Его хозяин умолк и посмотрел на свои руки. Чувствуя, что эти слова обращены не к нему, Рыцарь Смерти стоял молча.

- Эти руки могут носить, но не держать двуручный меч. Не подтверждает ли это мои слова? Если предел уже определён, нам стоит быть осторожнее, так как мы не знаем возможного источника опасности.

Рыцарь не знал, как помочь беспокоящемуся хозяину, и промолчал. Разумеется, тот и не ожидал что Рыцарь Смерти что-либо скажет.

Айнз перевёл взгляд обратно на него.

- Если б я мог, я хотел бы раздобыть где-нибудь возникшего естественным путём Рыцаря Смерти, и тренировать его совместно с призванным, чтобы увидеть, будут ли результаты отличаться... Ах, но существуют ли вообще дикие Рыцари Смерти? Впрочем, если да, то я мог бы провести множество экспериментов... Как я и думал, жизненно необходимо сначала собрать информацию. Ах, прости. Вернёмся к разговору. Что насчёт следующего вопроса?

Когда Рыцарь упомянул про ребёнка Айнза, на лице хозяина расцвело замешательство.

- ...Э? Что-что?

Предположив, что его просят повторить, Рыцарь так и сделал.

- Дети...

Айнз посмотрел на свою талию и склонил голову.

- Каким образом, по его мнению, я вообще могу зачать ребёнка? Создать его магией? Возможно, магия сверхвысокого уровня и способна на такое...

Рыцарь Смерти смотрел как его хозяин держится за голову, неспособный ему помочь.

- Нет, это слишком расточительно, незачем даже и обсуждать. Дети... Что ж, пока нет причин беспокоиться об этом. Хотя, он беспокоится о том что не останется никого... ха. Что ж, я определённо понимаю что он чувствует. Действительно понимаю. Если бы остался кто-то ещё... да, всё могло бы быть иначе.

Эти слова не были обращены к Рыцарю Смерти. Он видел, что хозяин смотрит куда-то вдаль, в другое место и время. Айнз встряхнул головой и посмотрел на Рыцаря.

- Хорошо. В дальнейшем, скажи им не просить ни о чём относящимся ко мне.

Рыцарь Смерти низко кивнул, демонстрируя что понял приказ.

- Итак, следующими будут тёмные эльфы-близнецы. Поскольку их двое, ты, возможно, не успеешь задать им вопросы, но я думаю что всё будет в порядке. Предоставляю это тебе.

Глядя, как его хозяин активирует кольцо и исчезает, Рыцарь Смерти, рыкнув, направился к следующему этажу.

Часть 5

Покинув замёрзший ледяной мир, он очутился в великом лесу.

Он прошёл по вымощенной камнем дороге, покинул Колизей, и перед его глазами раскинулось выглядящее бескрайним море зелени.

Влажность и температура этого места благоприятствовали жизни, в насыщенном кислородом воздухе чувствовались запахи природы. Разумеется, будучи нежитью, Рыцарь Смерти не дышал и все его знания об этом месте ограничивались тем чем наделил его хозяин.

Рыцарь зашагал в направлении самого заметного дерева в области видимости.

Дерево было гигантским.

В глаза бросалась не высота а ширина ствола, его можно было бы описать как низкое, но толстое.

Как только он подошёл к основанию дерева, сверху раздался высокий детский голос.

- Ээй! Рыцарь Смерти, я здесь~

Взглянув вверх, он увидел фигуру Ауры, одной из стражей этого этажа, более чем в двадцати метрах над собой. Она висела вниз головой на одной из веток, держась за неё согнутыми в коленях ногами, напоминая с виду летучую мышь. Её волосы под воздействием гравитации свисали вниз, открывая лоб.

- Так значит тем, кто активировал врата телепорта, был?..

Рыцарь Смерти подтвердил Ауре, что речь именно о нём.

- Снизу вверх и сверху вниз. Два раза. Это был ты?

Рыцарь Смерти не сомневался в этом, и Аура изобразила глубокую задумчивость, выпятив маленькие губы словно утка.

- Хм-мм. Рыцарь Смерти... Разве у Шалти есть такие подчинённые?.. Но если это не Шалти... Оооо! Вот оно что~!

Аура качнула тело и, используя инерцию, кувыркнувшись в воздухе, приземлилась на ветку и уселась на неё. Она не носила своих туфель, и он видел маленькие пальцы её ног.

- Тогда, зачем ты пришёл сюда... чего ты хочешь?

Рыцарь Смерти объяснил ей, что пришёл по приказу хозяина чтобы задать несколько вопросов. Аура от удивления потеряла равновесие.

Падение с такой высоты не причинило бы Ауре вреда, но Рыцарь Смерти решил перестраховаться, и протянул руки чтобы поймать её, однако тут же осознал что всё его тело покрывают шипы. Оставшись стоять под ней, со всеми этими штуками торчащими из его тела, он лишь ухудшит ситуацию. И всё же он чувствовал неловкость из-за своей неспособности что-либо сделать.

Такова распространённая проблема призванных монстров; получив приказ, они действуют быстро, но их самостоятельные поступки медленны и нерешительны. Существа обладающие достаточным интеллектом могли решать проблемы нестандартным образом, но Рыцарь Смерти, к сожалению, не был настолько умён.

Пока Рыцарь Смерти колебался, не зная как поступить, Аура восстановила равновесие.

- Айяйя, это было опасно~ Так значит, вас направил владыка Айнз? Я так и знала! Просто, э-э, п-подождите немного.

Аура поднялась на ноги и прыгнула вверх. Она отталкивалась от веток, словно камень прыгающий по воде, быстро и легко перемещаясь в кроне гигантского дерева.

Спустя некоторое время, поднявшись почти на двадцать метров верх, она исчезла в боку дерева, словно её засосало внутрь. Должно быть там располагалась скрытая дверь, впустившая её внутрь ствола.

Рыцарь Смерти прислушался, и различил как Аура издала что-то вроде рыка.

- Мар! У нас гость! Это посланец владыки Айнза! Посмотри на себя, ты выглядишь как чёрт знает что, пойди умойся!

Вскоре после этого часть дерева открылась, словно окно. Собственно, она и было окном, и благодаря этому Рыцарь услышал другой, мягкий детский голос, определённо не принадлежащий Ауре.

- П-понял... Я скоро буду готов, так что Сестрица, иди первой...

- Только попробуй снова уснуть, я тебе врежу!

- Д-да...

Звук громкого удара заставил Рыцаря Смерти задуматься, что кто-то наверное ненавидит дверь раз так сильно её пинает. Последовал звук сбегающих вниз по лестнице шагов.

Вскоре раздался ещё один громкий звук, открылась ещё одна дверь.

- Простите за ожидание!

Часть древесного ствола распахнулась, открыв проём в форме двери.

Заглянув внутрь, Рыцарь Смерти увидел что гигантское дерево внутри пустое. Большую колонну в центре ствола обивала винтовая лестница. Она вела вверх, туда где жили близнецы.

- Что ж, размеры интерьера жёстко заданы и не могут меняться, там что не мог бы ты сначала надеть вот это?

Некоторые подземелья разрабатывались такими, что в них мог войти любой, двери и помещения в таких подземельях автоматически подстраивались, позволяя находиться в них высоким и крупным существам. Таким образом, внутри могли находиться большие монстры, а также исчезал шанс того, что эти монстры застрянут где-нибудь и будут медленно забиты до смерти с безопасного расстояния. Некоторые дизайнеры уровней использовали этот принцип, в качестве шутки помещая нескольких гигантов в одну тесную комнату, но Рыцарь Смерти и хозяева этого места ничего про это не знали.

И разумеется, некоторых игроков привлекали преимущества больших размеров - радиус атаки увеличивался, а наносимый урон возрастал в зависимости от того насколько нападавший крупнее своего врага.

В ответ на это, разработчики наложили запрет на изменение размеров подземелья в зависимости от размеров монстра, так что даже если крупное существо и войдёт внутрь, размер комнаты не изменится.

Однако, эксплуатируя это правило, кто-то может сделать слишком маленькие для кого бы то ни было проходы, превратив тем самым базу своей гильдии в неприступную крепость. Система "Ариадна" затруднилась бы распознать такую ситуацию.

Решение было простым - надеть предмет, позволявший проходить в любые, сколь угодно низкие и узкие проходы.

Один из таких предметов в настоящее время был надет на палец Рыцаря Смерти, постепенно уменьшающегося в размерах. Этот предмет, который можно было купить за игровую валюту, наделял своего носителя временным классом Минимумом, и теперь Рыцарь лишь на голову превосходил стоящую рядом с ним Ауру.

- Ну, идём?

Рыцарь Смерти уже сказал Ауре о своём желании общаться с ней на равных. Как и остальные Стражи Этажей, она не сразу согласилась, но несколько раз моргнув, всё же сказала "Ладно".

- Ммм... тогда, пусть так. Ты тоже можешь не утруждаться с титулами и церемониями.

Рыцарь последовал за Аурой вверх по винтовой лестнице.

Лестница вела к жилищу близнецов.

Это был уютный дом, обставленный деревянной мебелью. Лишённые краски или обоев стены также были деревянными, как и пол с потолком. В доме чувствовались уют и спокойствие. Комнаты были снабжены незаметными на первый взгляд, тщательно замаскированными окнами, пропускавшими тёплый солнечный свет, освещавший внутренние помещения.

Ступени привели их в гостиную, из которой вёл проход на кухню, и в другие комнаты. Винтовая лестница вела дальше, кроме того здесь же находилась дверь наружу, через которую Аура вошла внутрь дерева.

- Видишь что-нибудь интересное? Или просто впервые в подобном месте?

Рыцарь Смерти подтвердил правильность последнего предположения, и Аура кивнила, говоря "Вот как~"

- Тогда, я по-быстрому расскажу тебе. Наш дом... ну, если считать это первым этажом, то он трёхэтажный. На втором этаже наши комнаты и подсобные помещения, на третьем - комнаты для гостей и балкон. На этом этаже расположена кухня, ванная, туалеты и всякое такое, так что мы живём в основном на первом и втором этаже. Впрочем, хотя моя комната и на втором этаже, я предпочитаю проводить время снаружи, а не внутри дерева. Я имею в виду, вместо того чтобы спать на кровати, я предпочитаю призывать кого-нибудь из своих питомцев и спать с ними. Их мех очень приятно щекочет. В общем, единственный кому больше нравится жить в дереве... да где он там копается?!

Аура вздохнула.

- Не присядешь тут? Похоже Мар ещё не готов, эх, говорю тебе, этот ребёнок...

После того как Рыцарь Смерти спросил в чём дело, Аура села, на её лице появились признаки раздражения.

- Этот мальчишка... когда ему нечего делать, он просто спит и спит и спит, и снижает температуру в своей комнате донельзя, укутывается в своё одеяло и лежит не двигаясь. Когда моя очередь стоять на страже, он просто дрыхнет у себя в комнате весь день! Для него встать рано значит встать в полдень, и точно так же он ведёт себя во время патруля по лесу, хотя, конечно, у ночных прогулок по лесу, может, и есть свои плюсы... он всё не идёт? Я пойду и задам ему хорошую...

Как только Аура сказала это, сверху донесся звук открывающейся двери, и вслед за этим - лёгкие шаги.

Мар наконец показался. Его волосы всё ещё были всклокочены, а глаза открыты лишь наполовину. Углы глаз Ауры поднялись ещё выше.

- П-п-простите за опоздание...

Рыцарь Смерти ответил, что это было неизбежно, ведь он не предупреждал о себе заранее и пришёл без приглашения.

- Н-но, я-я заставил ждать посланца владыки Айнза... это.. это..

- ... Хаа. Мар. Он уже сказал что всё в порядке. Вместо того чтобы тратить его время, иди сюда и садись.

- Ууу... угу.

После того как Мар сел, Рыцарь Смерти вежливо отказался от напитков и объяснил, что прибыл по поручению хозяина чтобы задать несколько вопросов.

Лица близнецов немедленно приняли серьёзное выражение, их длинные уши медленно подёргивались. Видя, что они настроились не упустить ни единого слова, Рыцарь Смерти задал первый вопрос.

- ...Эх?

- ...Эх?

Голоса мальчика и девочки наложились друг на друга. Будто вопрос застал их врасплох. Впрочем, так оно и было.

Рыцарь Смерти кивнул в ответ на непонимающий вопрос Ауры.

- В,в, вот как? Т-тогда, Сестрица... насчёт этого...

- Мхм. Речь о владыке Айнзе, так что он наверняка планирует что-то крупное. Может, хочет произвести широкомасштабную перестановку или что-то в этом роде. А, я отвечу первой. Что ж, если не считать Мара, тогда... хмм, если не считать Мара, то мои звери тоже не считаются. Тогда остаётся Альбедо и... Шалти, я полагаю.

- Э-это, насчёт этого, я-я, у меня нет...

- А, ну, Мар предпочитает запираться в комнате и читать книжки. Почему бы тебе не выходить время от времени наружу, проветриться?

- Я-я не очень-то люблю выходить наружу... вот. А ещё... ещё... ещё мне нравится в моей комнате...

- Гляньте на него, сложно поверить что он второй среди Стражей, верно?

Каждый из Стражей Этажей специализируется на чём-то своём.

Сред них, Шалти считается сильнейшей из-за её способностей в целом.

На втором месте стоит Мар Белло Фиор, способный производить разрушительные атаки по большой площади.

Третье место принадлежит Коциту за его навыки и способности в обращении с оружием, вслед за ним идёт Себас, специализирующийся на рукопашном бое, и далее Альбедо, обладающая сильнейшей защитой.

Далее, на шестом месте располагается Аура Белла Фиора, сильнёйшая в групповых схватках, и следом Демиург в его третьей форме - самой опасной из Дявольских Форм в Айнз Оал Гоун, превосходящий всех в плане физической силы.

И в самом низу находится Виктим. К сожалению, его нельзя назвать сильнейшим в чём бы то ни было, хотя при необходимости подобрать характеристику его можно было бы назвать лучшим в замедлении врагов.

Во всём Назарике лишь двое могли надеяться одолеть Мара в бою - Шалти Бладфолен и Альбедо. И всё же даже его сестра-близнец раздражённо хваталась за голову при виде разительного противоречия между его силой - второй среди Стражей - и его жалкой манерой вести себя. Рыцарь Смерти, будучи неспособной испытывать эмоции нежитью, мог оценить ситуацию спокойно, что являлось своего рода облегчением.

- Как бы то ни было, иди и заведи себе друзей!

- Э, но, но как мне подружиться с кем-нибудь?

- Не думай об этом слишком много. Просто прицепись к кому-нибудь, сядь рядом, рано или поздно ему надоест молчание и он заговорит с тобой. Позволяешь всему идти своим чередом, и готово - у тебя есть друг!

- Эээ...

- Я же тебе говорила, достаточно просто сказать привет. После этого они заговорят с тобой. Кроме того, лишь очень общительный парень может поддержать беседу с несколькими собеседниками разом, так что этого я тебе не советую. И пока ты в Назарике, ты можешь встречаться с кем хочешь когда хочешь, верно?

В ответ на "У, уу, хорошо..." Мара, Аура, произнеся "Хмф", кивнула, и её лицо приняло напыщенный вид.

- А, хм. Что ж, сообщи владыке Айнзу. Начиная с этого дня, Мар приложит все усилия к тому чтобы завести друзей, так что волноваться незачем. Ааа, начни с Библиотекаря, у вас с ним хотя бы есть общие интересы.

- А, уу, угу... Если это Библиотекарь то всё должно быть в порядке, верно?

Рыцарь Смерти пообещал, что передаст сообщение.

- Хотя сейчас у тебя почти что нет близких знакомых, по прошествии времени ситуация улучшится. Верно, Мар?

Рыцарь Смерти согласился, видя как её брат быстро кивает головой.

- Тогда, тогда, насчёт, насчёт следующего вопроса, он последний, верно? Только два, верно? Тогда, тогда, может, может ли это быть из-за какой-то нашей недоработки?

- Это потому что у Мара нет друзей, верно?

Рыцарь Смерти успокоил их, сказав что задавал всем Стражам те же самые вопросы.

Убедившись, что его поняли, Рыцарь задал вопрос.

- Что я хочу? Ну, я хочу нового магического зверя! Обещаю, я буду хорошо о нём заботиться!

- ... Сестрица, сестрица, я думаю, думаю он имеет в виду то, что нам нужно для защиты этого этажа...

Рыцарь Смерти не успел вмешаться, как Аура, покраснев, парировала.

- Я знаю! Поэтому и прошу о новом звере, в этом же нет ничего плохого, верно? Так я смогу ещё больше усилить охрану!

- А, у, угу. В-верно. П-прости.

- И если можно, я бы хотела летающего зверя. Кстати, Мар, что насчёт тебя? Что ты хочешь?

- А, это, э, насчёт этого, я... я был бы рад каким-нибудь растительным монстрам. Я буду заботиться о них и не дам им завянуть.

- Видишь, разве это не то же самое?

- Уу, но, но кроме этого, они ведь тоже могут защищать этаж...

- Как я и сказала, наши просьбы почти одинаковые, верно? Может позже ты и придумаешь что-то другое, но сейчас они одинаковые, верно?

- Мм, да, похоже что так...

Эти двое, похоже, вели какой-то свой, понятный лишь им двоим разговор. Рыцарь Смерти уже сказал всё что должен был, а значит его работа здесь окончена.

Сообщив им что уходит, Рыцарь поднялся с места. Близнецы тоже встали, чтобы проводить его.

Он последовал за ними вниз по лестнице, и, выйдя наружу, вернул кольцо.

Помахав на прощание машущим ему вслед близнецам, Рыцарь направился к Колизею. Там располагались ведущие на седьмой уровень врата телепорта.

Прежде чем он вошёл, в его разуме вновь раздался голос хозяина.

Подбежав к одному из залов арены, Рыцарь увидел его, прислонившегося к стене и читающего книгу.

- ... Ты вовремя.

Айнз убрал книгу в бездонный карман и кивнул.

- Нет нужды в приветствиях. Расскажи, что узнал.

Это был уже третий раз, и Рыцарь Смерти научился докладывать кратко и по существу.

- Понятно. Для Ауры это Альбедо и Шалти, вот как? Что ж, они все Стражи, в конце концов. Но она не включила ни Юри Альфу, ни Пэстонию Шорткейк Ванко, ни Эклеа Эклер Эклейю?

Рыцарь смерти покачал головой.

- ... Вот как. Я думал они сдружатся, потому что всех их создали женщины... ну, хотя бы насчёт Шалти всё ясно. В конце концов, её создал Пэроронтино-сан. Однако, Альбедо... Если их дружба началась после прибытия в новый мир, но она может и саморазрушиться изнутри, если мы не будем за ними присматривать, верно?

Рыцарь Смерти безмолвно наблюдал за хозяином, прикрывающим рот рукой.

Из-под ладони до него доносились обрывки речи.

Но в конце концов, всем что ему удалось различить было "Нас совсем недавно заброслио в Новый Мир, нет смысла беспокоиться об этом, я всё равно ничего не придумаю. Нужно просто держать это в уме и наблюдать за ситуацией".

В каком-то смысле, он просто тянул время.

Спрошенный про Мара, Рыцарь Смерти ответил, и Айнз пробормотал "понятно".

- Ну, поскольку Мар работает над этим, нет нужды говорить слишком много. Кроме того, незачем принуждать того, кто любит одиночество, выходить и общаться с другими. Эти вопросы в любом случае предназначались лишь для выяснения, не испытывает ли кто-нибудь чрезмерный стресс. Если мой вопрос, вместо этого, сам окажет на него давление, это будет всё равно что ставить телегу впереди лошади. Ну, я присмотрю за этим, и кто знает, может лучше будет мне самому инициировать инциденты прежде чем они произойдут сами по себе... возможно, стоит поговорить с Главным Библиотекарем прежде чем Мар отправится завязывать дружбу с ним. Это может помочь.

Наконец, выслушав о желаниях близнецов, Айнз принялся повторять "Ну разве это не прелестно?"

- Именно это я и желал услышать. Ясно, новые магические звери, значит. И их даже можно использовать для усиления Назарика, неплохо. Что ж, Мар хочет того же самого, так что насчёт этих двоих я могу не беспокоиться. Следующий Демиург. Помни, не говори лишнего, я рассчитываю на тебя.

Рыцарь Смерти поклонился телепортировавшемуся Айнзу и направился к следующему этажу.

Часть 6

Воздух этого места выглядел докрасна раскалённым.

Алая лава текла подобно реке, бесчисленные пузыри, возникающие в её потоках, громко лопались, достигая поверхности.

Здесь должно было быть поле, наносящее урон огненной магией, но посколько его временно отключили, это место было просто очень жарким. Однако, несмотря на слово "просто", живым здесь пришлось бы нелегко. Обжигающий воздух за несколько секунд иссушил бы влагу в горле и на коже.

Даже пот, едва проступив, испарился бы, вызывая непрерывное накопление усталости.

Этому месту, полностью враждебному живым существам, идеально соответствовало описание "адский мир". Но всё же здесь жило множество существ, подданных Великой Гробницы Назарика.

Например, демонов.

Многие демоны обладают невосприимчивостью к огню. Даже опасная среда вроде этой никак на них не влияет. И действительно, очертания нескольких демонов можно было разглядеть в облаках дыма, низко и грузно висящих в воздухе.

Кроме них, здесь присутствовали проклятые духи огня, называемые мефитами, монстры, также невосприимчивые к огню. Далее, здесь также можно было найти обладающую мощной сопротивляемостью к огню нежить. А ещё -

Река лавы текла извивающимся потоком. Рыцарь Смерти следовал её течению, шагая по гребню дамбы. Время от времени, он оглядывался на лаву.

В этот момент гигантское, извивающееся существо, двигавшееся вровень с Рыцарем - хотя он не мог сказать, плывёт оно или идёт, учитывая что не мог ясно различить его под лавой - удалилось, вероятно потеряв к нему интерес.

Это был Страж Области - Пламенной Реки седьмого этажа, гигантский слайм бездны - Гурен.

Как существо, оптимизированное для сражений, в том что касается боевых навыков он с лёгкостью мог соперничать со Стражами Этажей.

Если бы Рыцарь Смерти был врагом, он оказался бы затянут в подобную зыбучему песку лаву щупальцами Гурена и атакован практически невидимым противником. Проще говоря, Гурен представлял гораздо большую угрозу чем Страж этого этажа, Демиург. Не нуждаясь в дыхании, он мог спрятать своё тело в магме, почти лишая врагов шанса уничтожить себя обычными методами.

Хотя он не думал что Гурен действительно может напасть, и всё это скорее всего было просто шуткой, Рыцарь хорошо понимал, что даже игривый шлепок Гурена может уничтожить его.

Чувство облегчения было абсолютно чуждо нежити, но Рыцарь Смерти, видя удаляющегося Гурена, смог понять эту эмоцию.

Рыцарь продолжил путь. Вскоре, он увидел впереди группу беспорядочно разбросанных колонн. Некогда это место, похоже, было великолепным храмом в древнегреческом стиле, но сейчас колонны были разбросаны, словно их жестоко ударяли друг о друга, а статуи различных богов были осквернены и разбиты. Осколки разбитого потолка увязли в земле.

Это напоминало руины, оставшиеся после того как демоны свергли богов с их небесного престола. Пейзаж пронизывало опустошение.

И среди всего этого виднелись фигуры демонов намного, намного превосходившие Рыцаря Смерти.

То были Лорды Зла, демоны примерно восьмидесятого уровня.

В их глазах виднелась эмоция, напоминающая любопытство. Естественная реакция, учитывая появление прежде невиданной ими нежити. Однако, они всё же поняли что Рыцарь Смерти на их стороне, и не поддались основному инстинкту демонов - причинять другим страдания.

Они предельно вежливо спросили у Рыцаря Смерти, кому из Стражей Этажей он служит.

Его ответ вызывал у них как минимум драматическую реакцию. Они уважительно поклонились Рыцарю, и в максимально самоуничижительных выражениях поинтересовались причиной его прибытия.

Услышав, что он прибыл для того чтобы поговорить со Стражем этого этажа и задать ему несколько вопросов, один из них тотчас же отошёл, и почти сразу вернулся с ещё одним демоном.

Он носил грязный белый капюшон, скрывающий черты лица, тело было искривлённым и бугристым. Выглядел он так, словно одним звуком своего шёпота мог заставить человека деградировать в демона.

На его шее висел крупный золотой амулет, гравированный какими-то таинственными письменами.

- Прошу вас, сюда.

Рыцарь Смерти последовал за провожатым.

Пройдя через поруганный храм, они, похоже, прибыли к центру этажа. Бледно-белый трон возвышался на неровной, слегка кочковатой земле, а на троне сидел тот, кого искал Рыцарь Смерти.

Он чувствовал, как глаза-щели Демиурга изучают его.

- Демиург-сама. Я привёл посланца владыки Айнза.

- Благодарю за старания. Оставь нас.

Демиург медленно поднялся на ноги.

Рыцарь Смерти почти незамедлительно вставил, что в церемониях нет нужды.

- Понятно. Ты... понятно. Как я и думал... всё именно так. Всего около часа назад, кто-то проходил по седьмому этажу; это был ты?

Несомненно, всё было именно так. После утвердительного кивка Рыцаря, Демиург улыбнулся.

- Итак - какой приказ желает отдать мне владыка Айнз?

Улыбка Демиурга словно светилась предвкушением.

Первый вопрос, разумеется, был тот же что и в прошлый раз.

- Вот как. Таковы намерения владыки Айнза. Что ж... Полагаю, ради выполнения своей задачи я смогу сотрудничать с любым из Стражей. Однако, я считаю себя кем-то вроде мастера на все руки, так что в бою вряд ли смогу как следует взаимодействовать с ориентированной на командование Альбедо. Думаю, лучшим партнёром для меня был бы Коцит, но как я и сказал, если того пожелает владыка Айнз, я подстроюсь под любого из Стражей или их подчинённых... Разумеется, даже при том что я почти несовместим с Себасом, я сомневаюсь что он предпримет что-либо, противоречащее тому что прикажет владыка Айнз.

Хотя к этому времени Рыцарь Смерти уже пообщался с несколькими другими Стражами, впервые он встретил того, что действительно заявил что не ладит с кем-то ещё. Возможно, будь он живым существом, Рыцарь углубился бы в тему, задав больше вопросов, но будучи нежитью, он не придавал значения подобным пустякам. Видя, что Демиург не собирается продолжать, он задал следующий вопрос.

- ... Мои желания, значит. Что ж, непростой вопрос...

Демиург поправил очки.

- ... Могу я узнать о причинах этого вопроса? О, мои извинения, отвечать не нужно... долг безупречного слуги - разгадать подлинные намерения господина и сделать всё возможное для их исполнения. Впрочем, по моей оценке, истинные мотивы, побудившие этот вопрос, можно свести к двум вариантам, но какой же из них верен? Или может, третий...

Демиург обладал иммунитетом к огню, и всё же на его лбу проступил пот. Рыцаря Смерти освободили от необходимости отвечать, но он, для начала, и не смог бы ответить. Наконец, бормочущий и шепчущий Демиург вздохнул, прерывая свои размышления.

- Должно быть, причина одна из этих двух. Первое, это то что владыка Айнз желает знать, какой областью его слуга желает управлять ради него после завоевания мира, и тогда я попрошу разрешения править от его имени небесами.

Рыцарь Смерти кивнул. В конце концов, лишь его господин может решить, кто получит небеса.

- Другая возможная причина, это то что он желает знать, что требуется мне для усиления Назарика, и тогда мой ответ будет - ничего. Я не уверен, сможешь ли ты во всей полноте передать моё сообщение нашему владыке, но надеюсь что ты осмотришь подвластную мне территорию.

Демиург распростёр руки.

- Эти земли, эти владения, продумал и создал для меня Ульберт-сама, и они содержат всё, что нужно мне для выполнения моих функций. Разумеется, для тебя это может выглядеть просто как руины, и центр, в котором мы стоим, может казаться лишь бесплодной пустошью, но многое прячется за этим фасадом. Эти обветшалые руины есть подлинное выражение любви Ульберта-сама.

Демиург широко улыбнулся.

- И всё же, такой ответ будет поистине скучным. Если владыка Айнз пожелает исполнить мою просьбу, то пожалуйста, передай ему, что я хотел бы знать ответ на один вопрос. Изначально, предполагалось что в моём подчинении будет двенадцать демонов, но сейчас осталось лишь семь. Для меня будет честью узнать причину этого.

Демиург перечислил имена отсутствующих демонов - Гарира, Йабель, Белиас, Кайнон, Абиреция.

- Я надеюсь, что ты спросишь у хозяина, находятся ли эти демоны по-прежнему в Назарке. Итак, что-нибудь ещё?

Рыцарь Смерти покачал головой.

- Вот как. Раз так, позволь проводить тебя к телепортационным вратам.

Рыцарь Смерти обозначил что не нуждается в подобной свите. В конце концов, он ясно понял желание хозяина остаться незамеченным Стражами.

На этом, Рыцарь Смерти распрощался с Демиургом и в одиночестве направился к вратам телепорта.

На этот раз, хозяин не заговорил с ним.

Пройдя вратами и вернувшись на девятый этаж, он услышал голос господина. Ему было приказано вернуться в кабинет Айнза, и он, возможно, побежал бы, но тут ему вспомнилась встреча с горничной.

Вместо этого он пустился тихой трусцой, не вызвавшей бы нареканий, и поразмыслив о своих периодических непроизвольных завываниях, он прикрыл рот обеими руками в качестве контрмеры.

После нескольких поворотов коридора он наконец увидел стражей, охраняющих покои хозяина. Они помнили Рыцаря покидающим комнату, так что немедленно расступились, пропуская его.

Когда дверь открылась, Айнз испуганно подскочил и спрятал под столом что-то, что Рыцарь Смерти не разглядел. Видя, что дверь открыл Рыцарь, Айнз облегчённо вздохнул и поднял правую руку.

- ... Ха? Так это ты. На секунду я вспомнил, что такое удивление... ну, в следующий раз, стучи прежде чем войдёшь.

Айнз, засовывая книгу в правой руке в свой бездонный карман, бормотал укоры осторожно закрывающему дверь Рыцарю.

Обычно, хозяин чувствовал бы присутствие и местонахождение Рыцаря Смерти. Вероятно, его удивление было вызвано тем, что всё его внимание поглотила книга, которую он только что убрал.

- Ну что ж. Расскажи мне об ответах Демиурга.

Когда Рыцарь Смерти заговорил о тех, с кем Демиург был в самых лучших и в самых худших отношениях, Айнз - за неимением лучшего слова чтобы описать это - улыбнулся, несмотря на то что его череп скелета и не обладал выражением лица.

- Понимаю. Что ж, если я представляю на их месте тех кто их создал, это определённо работает. Тач-сан и Ульберт-сан. Ах, вот было время...

Из бездонного кармана Айнз извлёк серебряную табличку чуть больше ладони размером. Он произвел несколько манипуляций, и на ней появилось изображение.

На изображении были запечатлены более тридцати гетероморфных существ, и Айнз указал на двоих из них.

- Эти двое никогда по-настоящему не ладили до создания Айнз Оал Гоун. Кроме этих групповых фото, ты почти нигде не увидишь их вдвоём на одном изображении. Я полагаю, все подобные фотографии можно пересчитать по пальцам одной руки, включая ту что мы сделали после покорения Назарика. И правда... эти двое никогда не ладили.

Хотя казалось что он объясняет это всё Рыцарю Смерти, тот знал что на самом деле его хозяин говорит сам с собой. Поэтому, Рыцарь Смерти не отвечал ничего. Он чувствовал, что хозяин не ждёт ответа.

- Так дети всё-таки перенимают черты своих родителей...

Айнз, похоже, очень дорожил этой пластиной, учитывая его удовлетворённый вид.

- Как их отцы... хм? Как их родители?

Айнз нахмурил несуществующие брови.

- Что ж, этот приятель, похоже, довольно бодр, наверное мне стоит его навестить... или нет. Даже простой взгляд на него заставляет меня чувствовать.. хм, что я чувствую? Я чувствую себя... неуютно? Хмм... неуютно, да. Ха, что ж, расскажи остальное.

Ответ "небеса", похоже, удивил Айнза.

- Он действительно так сказал?

Рыцарь Смерти глубоко кивнул.

- Небеса, ха... ну, он поистине не мелочится... какой неожиданно романтический жест. Или он пришёл к этой мысли после того как мы с ним смотрели на ночное небо? Какой неожиданно интересный персонаж этот Демиург. Это можно было бы даже назвать невинным желанием... Ну, как бы то ни было, я не могу дать ему небеса, но смогу дать кое-что достаточно близкое к этому.

Другой ответ, "Мне ничего не нужно для усиления Назарика", вызвал шокированный вид на лице Айнза. Рыцарь Смерти передал хозяину остаток слов Демиурга, и услышав их, Айнз вздохнул.

- Он совершенно прав. Каждый из Стражей живёт в месте, наполненном нашими общими чувствами. И всё же я - думая, что могу превзойти их создателей - решил спросить их, что им нужно. О чём я только думал? Единственным ответом, который они могут дать, может быть лишь то что они ни в чём не нуждаются. Ранее, создавая Актёра Пандоры, я также сделал для него полностью оборудованное жилище. Хотя это и должна была быть наша секретная база... а, это так стеснительно, каким же я был глупым. Я... действительно ли я гожусь для правления, для управления этим местом?

На мгновение над ними зависла тишина.

В воздухе повисло угрюмое и тяжёлое настроение, но Рыцарь Смерти не мог произнести никаких утешительных слов, поскольку это не было ему позволено.

Хозяин вновь взглянул на него, горько улыбнувшись.

- Раз это было моим решением, я должен довести дело до конца. В конце концов, это также и урок, напоминающий мне о собственной глупости. Итак, последней должна быть Альбедо. Ступай.

Но Рыцарь Смерти не сдвинулся с места. Он не мог сдвинуться.

Причина была в том, что он ничего не знал о месте своего назначения.

Что же до причины -

- Что не так? Почему ты стоишь? Для начала, комната Альбедо... действительно, где она?

Часть 7

Призванные монстры могут быть изгнаны несколькими способами - по истечении времени призыва, получив слишком большой урон, или когда хозяин сам освобождает их. Когда монстр оказывается изгнан, получив слишком большой урон, обычной тактикой было призвать ещё одного такого же.

Изгнав Рыцаря Смерти, Айнз применил "Сообщение". Как при соединении телефонного вызова, Айнз заговорил едва почувствовав образовавшуюся связь.

- Альбедо.

『...Да, владыка Айнз? Что я могу сделать для вас?』

- Нет, ничего важного, я хочу лишь поговорить с тобой. Где ты сейчас?

『А, поговорить! Вам нужно лишь приказать, и я сразу поспешу к вам!』

- Незачем так утруждать себя. Я хочу поговорить в твоей комнате. Где ты сейчас?

『М-Моей! В моей комнате?!』

Пронзительный вскрик радости внезапно превратился в безрадостный, хмурый голос.

『Я в тронном зале..』

- Ты хочешь сказать, что патрулируешь тронный зал?

Ответ запоздал на мгновение.

『Нет, не то... если вы позволите мне это неуважение, это, в некотором смысле, моя спальня...』

Айнз мысленно представил себе тронный зал, и умолк. Это помещение было несомненно роскошным, но в качестве жилища определённо неподходящим.

Лихорадочный ответ на его мысли пришёл от Альбедо, похоже, истолковавшей его молчание совершенно неверным образом.

『М-мои глубочайшие извинения, подумать только, я сочла великолепный тронный зал владыки Айнза собственной спальней! Если это вызывает отвращение у владыки Айнза, я немедленно покину это место!』

Аинз ничего не сказал, но активировал своё кольцо.

Оказавшись в комнате с куполообразным потолком с выстроившимися вдоль стен големами, он немедленно распахнул гиганские двери, покрытые барельефами в виде ангелов и демонов.

Двери медленно распахнулись, открывая взору величественный тронный зал.

- Альбедо!

Айнз прокричал имя Смотрителя Стражей.

Альбедо в панике застыла возле трона, и даже с такого расстояния он видел, что её прекрасное лицо окаменело.

- Альбедо! Прости меня!

Айнз, извиняясь, шагал вперёд.

- Я назначил тебя в эту комнату. Это моя вина, что не предоставил тебе подобающего жилища. Прости меня.

Точнее, вина лежала на Табуле Смарагдине. В конце концов, это он должен был обеспечить Альбедо жилищем. Но следовало понимать, что до того как их перенесло в этот Новый Мир, Альбедо была не более чем набором данных. Нельзя было ожидать, что он предвидит такое развитие событий и создаст для неё комнату, даже учитывая его обсессивно-компульсивное расстройство.

Разумеется, Айнз и создатели других Стражей создавали комнаты для своих творений, но это сложно было назвать нормальным. Хотя Табула Смарагдина и был одержим настройками, создавая невероятно длинные листы описаний созданных им персонажей, его воображение, вероятно, не выходило за пределы нормы.

Если кого и обвинять, то Айнз видел лишь одну кандидатуру.

И это - Айнз Оал Гоун.

Имя единственного - насколько он знал - игрока, прибывшего в этот новый мир.

После прибытия в этот мир, НИПы обрели свободу воли. Тогда, ранее, он должен был изучить положение каждого и убедиться что все они живут в подобающих условиях, позволяющих им без проблем выполнять свои обязанности.

Подумать только, в этом месте...

Айнз, шагая, с силой топтал ярко-красный ковёр, скрипя зубами. Пол был покрыт белым мрамором, а подняв взгляд к потолку можно было увидеть обширное пустое пространство.

Ничто здесь не предполагало, что в этом зале кто-то может жить.

Подумать только, ей приходилось спать здесь!

Он вспомнил о жалобах Хэрохэро.

... Нам приходилось спать прямо в офисе, в спальных мешках, и я в конце концов купил сразу два. Когда один отдавал в чистку, использовал второй. Хахаха...

Айнз чувствовал себя так, словно его ударили по голове дубинкой. Ему хотелось рухнуть на колени и, склоняясь и рыдая, просить прощения.

"Ты столько говорил о том, что не позволишь никому из обитателей Назарика закончить как Хэрохэро-сан... Айнз, ты совершил страшный грех, непростительную ошибку!"

Хотя сила, подавляющая его эмоции, сработала уже несколько раз, Айнза всё ещё одолевало чувство вины.

- О чём вы говорите? Высшие Существа назначили мне это место. Поэтому я должна использовать его, чтобы исполнить их намерения со всей...

- Ни слова больше, Альбедо.

Айнз, наконец достигший ступеней ведущих к трону, поднял руку, останавливая Альбедо.

- Причина лежит в моей небрежности. Я немедленно приготовлю для тебя комнату. Есть ли у тебя пожелания относительно места проживания?

Взгляд Альбедо метнулся вправо и влево. Айнз, поняв это как знак задумчивости, молча и спокойно смотрел на неё.

После долгой паузы, вероятно означавшей её глубокие размышления над вопросом, Альбедо наконец ответила.

- Может, это прозвучит несколько бесстыдно, но пока я могу оставаться с владыкой Айнзом, любое место подойдёт. В конце концов, я лучшая в обороне среди Стражей. Никто не подходит для роли телохранителя владыки Айнза лучше, чем я. Однако, если меня не будет подле него, то владыке Айнзу могут причинить вред, как бы ни была мала вероятность этого. Поэтому, я была бы счастлива, если мне даруют угол где-нибудь в комнате владыки Айнза...

Быстро проговорив свой ответ, Альбедо отчаянно склонилась, её крылья громко хлопали.

Хотя он и собирался любой ценой выполнить её желание, совместное проживание всё же могло вызвать некоторые проблемы.

Его тело не испытывало сексуального влечения, и он лишился разных необходимых для этого частей, так что был уверен что не сделает с ней ничего низкого. Однако, если она поселится с ним, он больше не сможет в уединении читать свои книги, и ему придётся непрерывно поддерживать образ правителя, что лишь усилит психологический стресс, которому он подвергается.

- Мои покои, конечно, просторны, но я, к сожалению, должен отклонить твою просьбу.

- Вот как...

Крылья Альбедо обвисли. При виде этого сьедавшее Айнза чувство вины усилилось.

- Кроме того, я верю что Стражи Этажей не позволят никаким нарушителям, рискнувшим пробраться в Назарик, эту великую крепость, проникнуть в мою спальню. Разве я неправ?

- Всё именно так, как вы говорите.

При виде расстроенной Альбедо Айнз лихорадочно размышлял. Если подбирать ей жилище среди комнат десятого и девятого этажей, то десятый этаж нужно исключить сразу, так как все его помещения предназначены для других целей, что ограничит его девятым этажом. Единственные пустые комнаты этого этажа, о которых он знал, были те что принадлежали его прошлым товарищам.

Пусть он лишь выдаёт желаемое за действительное, но, каким бы мизерным не был шанс встретить в новом мире других членов гильдии, поселив в одной из этих комнат Альбедо, он никогда не сможет избавиться от мысли, что лишил комнаты одного из товарищей.

Вместо одной из их комнат лучше предоставить её какую-нибудь из пустующих.

- Итак, Альбедо. Я предоставлю тебе в личное пользование одну из комнат девятого этажа. Это пустая комната, из тех что были созданы на случай того, что в гильдии появятся новые члены. Разумеется, я постараюсь подобрать комнату как можно ближе к моей собственной, так что если что-то случится - да, когда настанет такое время, я могу на тебя рассчитывать?

- Да! Конечно! Это само собой разумеется, Аинз-сама!

Её крылья внезапно распахнулись.

Айнз был тронут, видя сияющие глаза и сверкающую улыбку Альбедо. Чтобы скрыть это, он громко кашлянул.

- Итак, я провожу тебя в твою новую комнату. Собери вещи и мы идём.

Сказав это, Айнз задумался, есть ли ей что собирать.

НИПы должны обладать бездонными карманами для хранения своего снаряжения, такими же как и Айнз. Для других это, вероятно, выглядело так, словно они суют руку в пустоту, но на самом деле это больше напоминало использование смартфона. Хотя игроки - обладающие доступам к покупным предметам - могли хранить в инвентаре гораздо больше чем НИПы, но даже и те могли хранить в своих инвентарях всё своё снаряжение.

Вероятно, всё имущество Альбедо также хранится в её инвентаре. Оно, наверное состоит из восстанавливающих здоровье и ману предметов, а также свитков, позволяющих ей использовать магию.

- Ясно. Тогда, я извиняюсь за задержку, но не могли бы вы немного подождать?

- А, ааа...

Получив неожиданный ответ, Айнз на секунду замялся.

- Это должен был сказать я. Раз так, собирайся, Альбедо.

- Да.

Громко хлопнув крыльями, Альбедо взлетела.

Её крылья суккуба были не просто украшением.

Взлетев на высоту, приблизительно равную трёхэтажному дому, она произвела какие-то манипуляции с частью стены, и извлекла сумку, настолько большую что вынуждена была нести её, обхватив обеими руками. Будучи Стражем, она обладала достаточной физической силой чтобы с лёгкостью её держать. Из-за этого Айнз не мог предположить, что там внутри.

- ... Это твои вещи?

- Да. Это то, что оставил мне Табула Самарагдина-сама. Желаете взглянуть?

- А? Аааа. Кстати говоря, Табула Смарагдина, он... хм. Не против, если я посмотрю?

Хотя Табула Смарагдина и не снабдил Альбедо комнатой, он всё же оставил ей эту сумку. Любопытство Айнза относительно содержимого сумки усилилось.

Там могут быть специальные предметы внутри... или нет.

Если там действительно что-то редкое... Айнз с трудом мог контролировать свой инстинкт коллекционера.

- Пожалуйста, смотрите.

Он расстегнул молнию и заглянул внутрь. Обьём внутренности сумки соответствовал её внешним размерам, и внутри, похоже, не было каких-то особенных предметов. Также там не было и купающегося в собственной крови трупа, взирающего на него полными ненависти глазами, и ничего в таком роде.

Он увидел аккуратно сложенные наборы одежды, все из них представляли из себя самые обычные женские платья. Ничего из этого не заинтересовало Айнза. Однако, под одеждой находилось множество разноцветных свёрнутых объектов. Не заметить их было невозможно. Зная, что Табула Смарагдина являлся фанатом фильмов ужасов, Айнз не имел ни малейшего представления что он может обнаружить далее. Смесь страха и любопытства подогрела его интерес.

- А это... носовые платки?

- ... Нет, это не они, владыка Айнз. Почему бы вам не вынуть один из них и не взглянуть поближе?

Альбедо стояла спокойно, с загадочной улыбкой на лице.

Любопытство Айнза выросло вновь.

"Да, они, может, все связаны друг с другом каким-нибудь трюком..."

С возбуждением в сердце, Айнз потянулся к свёрнутому комку ткани и развернул его.

После этого наступила тишина.

Даже Аинз знал, что это такое.

Это нижнее бельё. Женское нижнее бельё.

- Это ведь... как бы в таком случае поступил Пэроронтино-сан? Как бы это сказать... похоже, я узнал много лишнего о своём друге...

Плечи Айнза обвисли, и он вспомнил что ещё не принёс извинений той, перед кем стоило извиниться.

- ...Прости меня, Альбедо.

Альбедо, наблюдавшая за Айнзом, покраснела, её дыхание стало прерывистым.

Чувствуя себя не в своей тарелке, Айнз попытался свернуть трусики обратно, но у него ничего не вышло. Так что Альбедо помогла ему, аккуратно свернув их.

- Я не Пэроронтино-сан, меня не возбуждают предметы одежды, если они не надеты на ком-то.

Пытаясь скрыть своё смущение, Айнз попытался выпутаться с помощью слов, значение которых сам не слишком-то понимал. Внезапно, он вспомнил что понятия не имеет, что сталось с коллекцией эротических картинок, полученной в подарок от бывших товарищей по гильдии.

- Тогда... вы желаете, чтобы я надела их для осмотра?

Потрясённый Аинз покосился на Альбедо, чьи глаза излучали непристойное сияние.

- А, постой, Альбедо. Для начала, давай решим вопрос с твоей комнатой. Я отведу тебя туда с помощью кольца, идём.

- Ясно, Аинз-сама.

Как только Альбедо придвинулась, окутывая Айнза своим ароматом и щекоча дыханием, он активировал кольцо.

Эпилог

Комната, которую она получила, была роскошной. Нет, от комнаты, достойной Высших Существ, меньшего и нельзя было ожидать.

Позади стоящего в центре комнаты стола находился сияющий флаг Айнз Оал Гоун.

Она проводила своего господина радостной улыбкой, но вскоре выражение её лица заледенело, став холодным словно зима.

- Хм.

Взяв флаг, Альбедо открыла дверь во внутренние помещения.

Дверь вела в спальню верховного владыки Назарика.

Зайдя в комнату и удостоверившись, что дверь должным образом заперта, она отбросила флаг в сторону.

Роскошный флаг упал на пол.

- Бросившие нас Айнз Оал Гоун... бесит.

Когда её возлюбленный взял себе это имя, Альбедо переполнял восторг, но он превратился в беспокойство, когда она осознала, что это также имя тех, кто так злит её.

С дьявольским выражением на лице Альбедо приблизилась к лежащему на полу флагу, и подняла ногу чтобы наступить на него.

- ... Дерьмо! Как эти отбросы смеют пятнать имя моей любви!

Альбедо сыпала проклятьями, топча флаг. Беспорядочно дыша, она, похоже, заметила что-то и подняла взгляд, её черты расслабились.

Открыв свой инвентарь, Альбедо вынула ещё один большой флаг. С блаженным выражением она зарылась в него лицом, а когда этого ей оказалось недостаточно - стала тереться о него всем телом.

Флаг, который она держала, был одним из тех сорока одного, что висели перед троном, флагом Момонги, который он сам сорвал.

Альбедо быстро спрятала флаг обратно.

- Ааах, Айнз-сама. Нет, Момонга-сама. Лишь вы мой истинный господин. Я позабочусь, чтобы никто кроме вас не правил Назариком. Во всех остальных нет нужды. Только вы, и лишь вы будете править вечно...

Словно её господин и вправду находился здесь, Альбедо протянула эти слова страстным, жарким голосом.

- Да, так и будет. Если кто-то попытается остановить вас, я уничтожу его, даже если против вас обернётся один из Стражей. Я ваша истинная слуга, ваша верная рабыня. Поэтому, пожалуйста, снизойдите в своём милосердии до моего тела...

Её рука медленно скользила вниз по животу.

Алтина - Владыка

● Стратег Аинз ●

Эта сцена разворачивалась на севере Империи Белгэрия, где находилась Алтина ―

Граница "Туонвэл"

Небо было покрыто черными тучами.

Ледяные ветра холодили воздух.

Как командир пограничного полка и принцесса, Алтина пришла приветствовать определенную особу.

Она таила большие надежды на этого человека. Рожденный в семье простолюдина с низким воинским званием, прошел слух о талантливом стратеге, которого сослали к границам. Возможно он смог бы стать стратегом Алтины.

Её текущая ситуация могла быть описана словом "закрыто"

Она была сослана из имперской столицы, поставлена во главе этого пограничного гарнизона, и её подчинённый, генерал Джероме, смотрел на неё свысока из-за того что она женщина.

Хотя солдаты и обращались к ней как к принцессе... они не видели в ней своего командира.

И силы, развёрнутые с крепости в линиях фронта, не будет достаточно, чтобы как-то воздействовать на империю.

Это северная граница, подобна лишь клетке для Алтины.

Поскольку она имела желание стать императрицей, ей нужен был стратег, чтобы советовать ей, что бы не случилось.

Хоть он был ей нужен, она всего-навсего узнала об этой особе через слухи и никогда не видела его; его характер и способности были тоже неизвестны.

Чтобы узнать его характер, Алтина замаскировала себя как водителя повозки, чтобы забрать его.

Кто-то, кого она некогда не видела, стоял посреди улицы.

С книгой у его груди, он был добрый молодой мужчина, который даже мухи не    обидит -- Нет. Это был человек, который носил длинный халат и маску по неизвестным причинам.

Этот человек был Владыка Смерти, Аинз.

Алтина, которая не знала этого, со странным выражением обратилась к нему.

- Эм... Вы ...?

-  ...... Меня зовут Аинз.

Тяжелый голос.

Наверное это из за маски, голос звучал немного приглушенно.

Алтина подумала, не может же он быть тем парнем, не так ли?

Скорей всего, ее сомнительно выражение лица было очевидным, это побудило Аинза, продолжить.

-- Не волнуйтесь, это может показаться странным, но у меня есть отличная идея о том, как мы должны поступить.

-- Что?

-- Вы ищете стратега, верно? Хорошо рассуждаете,  но не будем говорить об этом здесь.

Он перевел взгляд на людей, идущих по улице.

Алтина широко открыла глаза от удивления.

Она слышала, что он хорош, но это было не к добру!

-- Вас на самом деле перевели сюда из имперской столицы?

-- Перевели ... Если вы имеете в виду "изгнан из другого мира", то вероятно, да.

●

Повозка проехала сквозь город Туонвэл

-- Зовите меня просто Алтина.

Хотя никто из её окружения не обращался к ней таким образом, она всё же назвала ему прозвище которое ей очень нравилось.

-- Хорошо.

Аинз признал.

Затем он осмотрел площадь своей маской.

-- ... Пейзажи этого мира, выглядят примерно так же.

По обе стороны дороги можно увидеть много полей кукурузы. Всё же шла зима, и поля были коричневого цвета. Пейзаж разделялся на два цвета, с серым вечерним небом над горизонтом.

Пассажиры, как правило, сидели в кузове, но Алтина сидела по середине водительского сиденья, а Аинз сел справа от неё.

Причиной такой расстановки  было то, что таким образом легче общаться.

Даже посмотрев в его сторону, она не могла увидеть выражение лица Аинза, что было спрятано под странной на вид маской, которая не пойми что изображала, то ли гнев, то ли плач.

-- Я думаю, что здешний пейзаж сильно отличается от имперской столицы ... вы говорите о месте, где родились?

-- Город в котором я жил был полон небоскребов, нельзя было даже увидеть горизонт.

-- ... Небоскребы?

-- Что-то вроде башни. Пейзаж этого места, больше напоминал ... то другое место .

-- Эм ... Я слышала, нормальный человек не в силах понять речь гения, так это правда.

-- Ну, я не вру.

Аинз пожал плечами.

Белая тень мелькнула перед глазами Алтины.

Начал идти снег.

-- А так ... мы спешим, поэтому держитесь крепче и старайтесь не упасть!

-- Я вижу, не проблема.

Алтина пришпорила лошадь.

В тот же момент произошла авария -- из-за снега их занесло и фургон едва не опрокинулся.

Вместо этого лошадь вывихнула ногу.

Алтина спрыгнула с водительского сидения, и принялась поглаживать голову лошади, чтобы та успокоилась.

-- Для неё это будет трудно ... можно продолжить двигаться ... но если ноге станет хуже она может упасть.

- На самом деле, я должен был воспользоваться "вратами" с самого начала.

0% шанс неудачи, на предел расстояния. Для Аинза, который мог бы использовать самый высокий уровень заклинания телепортации, встречи с такими инцидентами простая трата времени - Он просто сопровождал Алтину, чтобы понять этот мир лучше.

Не было никакой возможности, Алтина узнала бы это.

Аинз спустился от места водителя.

Он протянул руку из его черной одежды.

Алтина спрыгнула.

Это напоминало кости.

Человеческие кости

И это не было точной копией. Скелетоподобная рука, удерживающая тонкую флягу, тянулась к задней ноге лошади.

Он налил зеленой жидкости из колбы на травмированную область.

Белый свет, который отличается от освещения масляной или газовой лампы, окутал ногу лошади.

Алтина потерла глаза.

Аинз уже спрятал свою руку под мантию.

- Оно исцеляет.

- Хаххфф

Просто подобно тому, что он сказал, правая задняя нога, которая очевидно распухла, повернула обратно к нормальному состоянию в мгновение.

Алтина взволнованно приблизились к Аинзу.

- Ч-что, что ты сделал !?

- Ничего особенного. Просто низкоуровневое исцеляющее зелье. Я не могу использовать магию исцеления. В общем восстановление может быть слабым, но это приведёт простых людей и животных на грани смерти - обратно в полное здравие.

Аинз сказал, что тема исчерпана и вернулся обратно в повозку.

Алтина не могла понять, что он сделал.

- ... Магия?

- Кажется, её не существует в этом мире

- Похоже, в рассказах ... вы, вы действительно можете использовать ... волшебство?

Алтина уставилась на Аинза смесью страха и любопытства.

Он говорил спокойно как будто бы он потерял свои эмоции.

- Так, что я могу использовать это ... хммм?

- А!?

Алтина повернула голову назад.

С ветром, становящимся сильнее, снег превращал в снежную бурю. В этом белом тумане снега, группа серых зверей появилась.

Тыльная сторона девушки задрожала.

- Серый Волк!

// с французского

Пять рычащих волков, окружили повоз в полукруге.

Беспечно сказал Аинз.

- Животные милые ... время двигаться дальше?

- Ч-что вы говорите !? Люп Гри свирепые звери, даже рыцарь будет иметь проблемы с..!

- ... И что?

Аинз не понимает вообще.

Алтина сказала в отчаянии.

- На нас вот-вот нападут!

- Я вижу! Я не заметил. В этом мире без волшебства и боевых навыках воина, даже дикие животные могут стать угрозой. Говоря об этом, это, кажется, средневековье.

- Достаточно! Прекратите говорить, что я не понимаю!

- Хорошо, мы сможем ехать дальше после уничтожения этих зверьков.

- ... Ха?

Алтина, кто не понимал, что он говорил была ошарашена.

Аинз, который казался довольно хрупкий, небрежно махнул правой рукой.

- "Драконья Молния"

Покрытие напоминающее дракона, сформировалось на руке Аинза. Он летел из его выпрямленного пальца.

Громкий взрыв, столь же громкий как гром.

Крупнейший волк безжизненно упал на землю и перестал двигаться.

●

С этим ударом, волки которые видели, что его лидер безжизненно упал, побежали в панике.

Аинз спрятал руку в мантию.

Угроза пропала. Нет, это не представляло угрозы Аинзу вообще.

- Будет ли этого достаточно?

- Тьфу!

Алтина взимается в водительском сиденье с горящими глазами и схватила одежду Аинза.

- Что вы наделали!

- ...Что?

Она была очевидно сердита.

Аинз был озадачен.

Будучи спасенной от опасности, она должна быть благодарна, так, почему же  она разозлилась.

Я что-то перепутал, потому что не привык к этому миру? Аинз задумался ―

Его беспокойство не было доведено до Алтины.

Аинз не мог выразить это через своё лицо.

И он был в маске.

Алтина, схватившая его за одежду, пристально посмотрела глубоко в его глаза.

Глаза позади маски - так темно, казались бездонными. Как и ожидалось, он не был человеком. Тем не менее, это не смутило энергичную девушку.

- Ты сильный.

- Хмм?

- Я действительно не понимаю этого, но если вы пользуетесь этим волшебством, вам не придется волноваться о волках, угрожающим вашей жизни правильно!?

- ... Это так.

- Тогда, вы можете убить их?

- То, что  Люп Гри будут нападать на людей. Это означает, что они являются вредными существами. Для солдат, защищающих эту землю, уменьшая их числа -  должно быть хорошо, правильно?

- Люп Гри может нападать на людей, но они также охотиться на животных, которые повреждают засевы. Если нет зверей в лесу, тогда он станет убежищем для преступников.

- Это - только один волк.

-Самое главное, что это так жалко! Это территория зверя вы понимаете? Укладка дороги и культивирование полей только заимствование нами земли. Было бы хорошо, если бы он находится в городе или деревне, но не убивать же без разбора

на дорогах!

- Хммм.

Аинз думал об этом.

Он понял то, что она подразумевала.

Ее размышление не было нелогично.

Для того, чтобы достичь миссии здесь и возвратится к его первоначальному миру ―, где был Великий Склеп Назарика. Он не может позволить Алтине бросить его.

Аинз хотел, чтоб Алтина убрала руки от мантии.

- Вы не можете понять эту логику !?

- Нет...

Воин самого высокого уровня в ММОРПГ - П Иггдрасиле мог разнести городскую стену с одного удара. Даже относительно более слабый Аинз смог поднять повозку одной рукой.

Алтина казалось сильнее, чем большинство девушек, но Аинз должен быть сильнее.

Тем не менее, он не мог вытащить руку из под мантии.

- ... Я понимаю, что вы чувствуете, впредь буду  обдумывать перед тем как использовать свою атакующею магию .

Люди и звери этого мира были слишком слабы.

Он может убить их случайно даже самой низкоуровневой магией в его арсенале.

Для  успокоения ситуации - ему придется наблюдать за собой.

Он не хотел по пустякам тратить ману.

Алтина отпустила одеяние Аинза.

И внезапно улыбнулась.

- Спасибо за ваше понимание, и спасибо за то, что спасли меня.

- Всё нормально.

Пока только Аинз почувствовал, что её характер был прямой, но он не имел возможности оценить её красоту ―

Даже Аинз, потерявший почти все свои человеческие эмоции мог сказать, что улыбка Алтины действительно очаровательная.

Конечно, с точки зрения стиля и совершенства, она не могла сравниться с НПС Альбедо кропотливо созданным членом его гильдии.

Он не ссылался на этот вид красоты, но энергичной улыбкой, которой она ярко сияла...

Она склонила голову.

- Хм? Что-то случилось?

-... Нет, нет никаких проблем. Я отвлекся.

Услышав ответ Аинза она села рядом и взяла поводья.

Она крикнула и натянула поводья, лошадь, шокированная молнией и Люп Гри начала медленно идти.

Снова стал слышен звук колес.

-Кстати говоря - Магия это потрясающе! Мощно и практично. Прям как пушка!

- ... Я не знаю, насколько сильны каноны этого мира, но, безусловно, ничто не может сравниться с ядерным оружием. Даже самая высокоуровневая магия и рядом не стояла.

- Ядерным? Я не понимаю, что вы имеете в виду. Где вы изучили магию, Аинз? У вас есть учитель?

- Учитель ...

Аинз вспомнил членов в его гильдии.

Изучение навыков друг у друга и обмен информацией, так они получали большое количество очков опыта.

- ... Их больше нет тут.

- Я вижу... Извините за вопрос.

- Не бери в голову, все в прошлом.

- Могу ли я тоже использовать магию?

-Если у тебя профессия заклинателя то ты вскоре этому научишься, если продолжишь зарабатывать очки опыта... Но у тебя лицо воина.

Подождите ... !? Обучение магии зависит от вашего лица !?

Аинз просто шутил, но Алтиа, казалось, принимала его всерьез.

Магия не существует в этом мире, Алтина, являющаяся частью этого мира, вероятно, не может использовать магию.

- Это не так... Но Алтина одна из тех, кто действует прежде чем подумать, верно?

- Как грубо. Думаю я из тех, кто осторожничает, кто думает, прежде чем сделать.

- Из нашего недавнего "общения", как ты осторожничала? Ты видела эту молнию и все же схватила мою одежду без всяких раздумий.

Это даже заставило его задаться вопросом, была ли она психически нормальной.

На самом деле она была из тех, кто не учитывает последствия.

Алтина покраснела.

-Угххх...

- Вот почему вам нужен стратег ...

- Как ты это узнал?

- Конечно я знал. Поэтому я пришел в этот мир.

- Значит... Вам известны и мои цели...?

Лицо Алтины выражало беспокойство.

Это был высший уровень секретности.

Аинз пожал плечами.

- Я не слышал о них... Но я могу предположить какие они. Определенно не поиск кого-то для игры в шахматы.

Она вздохнула.

Не было понятно, сделала ли она это от облегчения или разочарования.

- ...Это знания, связанные с магией?

- Даже если я объясню, ты, кто из этого мира, не поймешь.

- Все нормально. Моя цель заключается в освобождении граждан от тиранического правления. Для достижения этой цели я хочу стать императрицей!

- Не проблема ... Хотя я не уверен, что твое становление императрицей освободит граждан.

●

Аинз сдержал свое обещание.

Он избегал свободного использования наступательных заклинаний.

Форт Сирк ―

Здесь базируется Беилшмитский Пограничный Полк под командованием Алтины.

Тем не менее, это было номинальным званием командира, так как всем полком руководил генерал Джером.

Четырнадцать лет принцесса Алтила была просто украшением, что нужно быть под охраной.

Аинз повернул голову.

- Для меня не составит труда победить генерала Джерома... Но в таком случае остальным будет тяжело принять тебя как командующего.

- Да уж, легко? Может он выглядит так, но сир Джером очень силен.

- Действительно, его физические способности и боевой опыт близки к высшему пределу воина. Но я уверен, что без экипировки и предметов, это даже нельзя будет назвать состязанием. Если обе стороны достигли высшего уровня, остальное

будет зависеть от силы и эффектов усиливающих заклинаний.

- Снова магия...?

- Он будет фактически безоружен, когда я буду полностью вооружен. Если я проиграю при таких обстоятельствах, то я больше не смогу соответствовать мастеру гильдии.

У Аинза также были высокоуровневое пассивное умение, которое аннулировало физические атаки.

Эта способность сводила на нет низкоуровневые оружие и магические атаки.

Даже если пользователь обладал превосходными навыками, он не смог бы причинить вред Аинзу оружием этого мира.

- Его ментальная сила выглядит внушительно. Очаровывающие заклинания будут немного... и время действия эффекта будет коротким. Давай используем магию поддержки.

- Хммм?

Аинз встал и применил заклинание на Алтину.

Большая сила.

Физическая защита повышена.

Ускорение.

Окруженная загадочным свечением,лицо Алтины выглядело обеспокоенным.

-Эмм... Я думала, если дело в этом... Я должна использовать свои собственные силы...

- С тех пор как вы наняли меня как своего стратега и я ваш подчиненный, вы должны смотреть на мою магию как на свою собственную.

Алтина выглядела встревоженно.

- Эммм... Все точно в порядке?

- Все будет хорошо. И учитывая огромную разницу в мастерстве, маловероятно что другая сторона будет ранена.

Как и предвидел Аинз, битва закончилась прежде, чем толпа успела изумиться.

После усиления высокоуровневой магией Аинза, Алтина была на совершенно ином уровне силы.

Лишь одним ударом она заставила Джерома страдать от боли.

- Угх.. как это могло произойти? Это невозможно для людей!

- Да, ты прав. Моя магия недоступна людям. Ну, по определенным причинам я не могу использовать летальные заклинания на людях.

На парадной площади перед Фортом Сирк.

Аинз положил руку на на победоносную Альтину и заявил:

Я решил поддержать этого человека на пути к власти. Если есть солдаты, желающие помочь нам, то добро пожаловать. Если нет, то, пожалуйста, покиньте форт.

- Не говори, что любой может уйти, если ему заблагорассудится, Аинз.

- Хмм? Но нет смысла удерживать людей, способных затронуть наше единство.

В конце концов, пока воюющие силы заинтересованы, их число не имеет значения.

Алтина высоко подняла свой меч.

- Так или иначе, я командующий этого пограничного полка.

- Ку... Это бесполезно. С момента, как я проиграл, я признаю тебя. Даже если ты победила используя подозрительную магию!

Внезапно, колокол просигналил о вражеской атаке.

●

Теми, кто атаковал Форт Сирк под прикрытием бури были варвары.

Они были немногочисленны, но они были профессионалами в скрытых атаках.

Аинз поднялся на вершину крепостной стены.

Алтина и Джером стояли рядом.

- Что мы должны предпринять? Мы не можем атаковать и сражаться на такой дистанции.

Они обнаружили их слишком поздно, в результате варвары достигли стен и пускали в них стрелы.

При помощи магиии Аинза, стрелы отражались невидимой стрелой, что создавало безопасную область.

Джером фыркнул.

- Хммм, не мог бы ты сделать что нибудь своей подозрительной магией?

- Могу ли я?

- Ну... Если так и продолжится, мы потеряем много солдат, но я хотела бы избежать убийств варваров.

Безропотно сказала Алтина.

Джером несчастно ответил.

- Нонсенс! Мы должны убить всех варваров!

С тех пор как Аинз стал подчиненным принцессы, то что говорила Алтина имело высший приоритет.

С группой варваров в качестве цели.

- Тогда я  буду избегать их убийств.

- Гравитационная Граница.

В пределах установленных границ он сотряс землю толчком, как от землетрясения.

Они, вероятно, некогда не знали о землетрясениях и это привело к хаосу.

Они носились туда-сюда небольшими группами.

Джером и солдаты смеялись видя это, но Алтина выглядела встревоженной.

- Это нормально для нас, делать это...?

- Отлично, что дальше?

Когда они услышали о могущественном стратеге, нанятом Алтиной, имперская столица послала им приказ атаковать Форт Волкс.

И хотя Аинзу было бы быстрее пойти в одиночку—

Инспектор также увязался, поэтому им пришлось взять с собой половину подразделения для экспедиции.

Она вздохнула, увидев крутые скалы и оружейные платформы.

- Тяжело будет атаковать форт.Он оправдывает имя неуязвимой крепости Волкс—хотя я услышала об этом от Джерома лишь вчера.

- Если разрушить это не проблема, то лишь одно...

- Если ты поступишь так, разве это не приведет к огромным потерям?

-Хмм. И нам нужно будет использовать форт как базу, после захвата. Тогда давай войдем туда нормально, я подниму флаг над оружейной платформой часом позже. И тогда атакуй — за эту атаку форт будет завоеван.

- Подожди...!? Я, я тоже пойду!

- Ничего страшного в том, чтобы взять с собой еще одного человека, я применю магию отражения физических атак высокого уровня.

После того как Аинз закончил произносить заклинание, тело Алтины окутало белым светом.

Затем он слегка взмахнул рукой.

- Врата.

Они внезапно очутились в офисе командующего Фортом Волкс.

Их собрание, где осуждались необходимые меры против наступления Белгарии, было в самом разгаре.

Вспыльчивый молодой рыцарь — Зечмеистер выхватил меч.

- Кто ты!?

Он крикнул и сделал выпад мечом перед собой.

Он попал по телу Аинза, что заставило Алтину вскрикнуть.

Даже клинок, изготовленный по последней технологии не имел магических эффектов. Естественно, урон был аннулирован.

Это было необходимо для того, чтобы сражаться с низкоуровневыми противниками не убивая их.

- Что ж, я могу сделать лишь это, под такими ограничениями.

Аинз использовал Заклинание "Затведевание" для превращение Зечмеистера в статую.

Вражеские штабисты вскрикнули.

Среди них был пожилой человек в форме, который стоял, опираясь на стальную трость.

Его волосы посидели, но взгляд остался острым.

- Я командующий Форта Волкс из княжества Варден.

- Я командующий Беилшмитского пограничного полка из Белгарии, Мари Кватре Аргентина.

- Хммп. Я слышал отчеты о том, что Белгария наняла короля демонов, но  отклонил их как шуточные... Так это правда.

- Я не король демонов. Я просто не много сведущ в магии.

Алтина подняла свой меч.

И, конечно же, из-за баффов от всех заклинаний поддержки, она с легкостью победила.

Остатки солдат были поражены "Массовым Параличом" Аинза и не могли пошевелиться.

они взяли форт Волкс намного раньше, чем ожидали.

Аинз достал жезл со странной аурой из своей мантии.

- Куда дальше? Нет, сражения в мелких стычках наскучило. Давай сразу разрушим Имперскую Столицу.

- Хмм!? Но первая армия это...

- Первая армия или вторая, они не сосавят проблем для меня. Ну, давайте!

После падения столицы империи Белгария, Алтина стала новой императрицой.

Будь то дворяне, простолюдины и даже иностранные государства - все боялись новой императрицы, которая получила силу короля демонов—

●

- Угххх... Нет, ты не можешь... Алтина!

Регис закричал, подняв свою голову.

Девушка ударила по голове своей рукой.

- Ты единственный, кто не может! Если хочешь спать, ложись в постель. Ты можешь простудиться!!

Похоже что Регис уснул, читая книгу. Из-за того, что он спал в причудливой позе, у него разболелась спина.

- Хах...У меня был странный сон.

- Ты в порядке? Мы уезжаем в столицу завтра, верно?

- Ахх, я уже все подготовил. Ну, это не могло быть так просто...

В столице на них свалятся все возможные проблемы, но похоже что могущественное существо, которое могло решить все их проблемы магией не появилось.

И хотя он был разочарован, но в то же время чувствовал облегчение.

Алтина надела свое пальто криво улыбаясь.

- О чем был твой сон?

- ... Казалось, это сон о том как ты становишься императрицей с помощью магии короля демонов.

- Хах, звучит интересно. Чего магия смогла достичь?

Алтина сказала это, предложив ему стакан теплого молока.

Регис взял стакан и показал книгу в черном переплете, которую он дочитал недавно.

- Она достаточно могущественная, чтобы изменить мир... Эта книга называется "Overlord"—

— Написано автором Алтины, Юкия Мурасаки

Пролог

Часть 1

Массивная дверь заскрипела, медленно открываясь. Истязающий уши звук не исчезал, как бы он не смазывал петли.

Причина этого была очевидна - металлические части двери искорёжились и не поддавались никакому ремонту.

Заменив их новыми, можно избавиться от скрипа, но он - Сузуки Сатору - не видел в этом необходимости.

Тратить деньги на дверь, которую он использовал лишь приходя с работы и уходя на неё, казалось ему излишеством.

Кроме того, он считал этот жуткий звук чем-то вроде приветствия, и некоторым образом привязался к нему.

И самое важное, звук мог послужить своего рода сигнализацией - предполагая, что какой-нибудь грабитель на самом деле заинтересуется этой ветхой квартирой.

Никому и в голову не придёт, что за дверью, издающей такой скрип, может находиться что-то ценное.

В конце концов, кто-то собирающийся совершить ограбление наверняка выберет своей целью дом побогаче.

Реагируя на сигнал сенсоров движения в потолке зажглись белые лампы, и древний очиститель воздуха затарахтел, оживая.

Ощущение пустоты, холода и темноты осталось невзирая на зажжённый свет. Сцена за дверью представляла из себя картину одиночества и унылого запустения. Однако он видел эту картину ежедневно.

Он закрыл дверь и запер все три замка, но даже так любой вор, наверняка, смог бы пробраться внутрь.

- Электронный замок... ха?

Возможно, ему стоит поставить что-то посерьёзнее.

Однако быстро прикинув в уме Сузуки Сатору заключил, что нет смысла тратить свои ограниченные средства на защиту от воров. Вероятность что квартиру ограбят крайне мала, и, сочтя что от усилий не будет пользы, он отверг идею тратить на это деньги.

Честно говоря, он не был так уж беден. Доходы его были невелики, но он всё же жил над чертой нищеты. На его банковском счёте лежала солидная сумма, но он понятия не имел на что её потратить.

Он заставлял себя экономить, потому что полагал что не должен транжирить. Он считал что однажды у него появится шанс использовать эти сбережения в своё удовольствие.

Он отбросил в сторону свои стоптанные ботинки, и внезапно его шаги по прихожей приобрели лёгкость, словно всю тяжесть его движениям до этого придавала обувь.

Рядом с прихожей располагалась почти пустая кухня. Для начала, там совсем не было кухонной утвари. Сузуки Сатору вымыл руки, после чего достал полотенце и намочил его. Далее он открыл небольшой старый холодильник - почему-то он сожалел что тот ещё работает - и вынул свой ужин.

Питаться важно. Голод может снизить его умственные способности, и он станет обузой для своих товарищей. Миновав три двери - в туалет, ванную и спальню - он открыл самую дальнюю, ведущую в небольшую комнату.

Чёрная рамка около метра в ширину располагалась на чём-то вроде подставки. Перед ней стояло комфортное, шикарное кресло, с подставкой для ног. Сбоку на двухуровневом столике на колёсиках располагалась панель управления и электрические кабели. Кроме этого в комнате не было ничего, не считая календаря на стене.

Мебель была сосредоточена в центре комнаты. Нищета обстановки могла бы заставить постороннего решить что хозяин комнаты - пустая человеческая оболочка, лишенная каких-либо жизненных интересов. На столе располагалось одинокое свидетельство его человечности - фотография счастливого семейства с младенцем.

Сузуки Сатору подошёл к креслу и поставил свой ужин на стол. Далее он развязал галстук и бросил его на пол. После этого, одним движением снял маску с воздухофильтром и защитные очки.

Вслед за этим последовали рубашка и пиджак. Он сорвал их, одно за другим, на его лице отразилось расцвётшее в нём чувство освобождения.

После он сбросил брюки. Оставшись в своём обычном наряде из сорочки и трусов, он вытер себя полотенцем. Хотя он и собирался позже принять паровую ванну, терпеть дискомфорт липкого тела он не желал.

Обтираясь, он поддевал ногой одежду на полу и собирал её в небольшую кучку в углу комнаты. Пусть и загрязнённые наружным воздухом, эти вещи всё ещё были его собственностью, за которую он заплатил деньги, так что позже он выстирает свою одежду и смоет с неё грязь. Однако, этим он займётся позже - сейчас у него не было желания этим заниматься.

Он сконцентрировался на вытирании лица и рук, тех частей тела которые вступали в непосредственный контакт с воздухом снаружи, после чего положил почерневшую ткань на стол. И практически упал в кресло. Кресло было новёхоньким, произведённым одной из транснациональных корпораций Большой Восьмёрки. Возможно, оно являлось самым дорогим предметом во всём его жилище. Несмотря на хрупкий внешний вид, оно даже не заскрипело под весом взрослого мужчины, в разительном контрасте со входной дверью.

Он глубоко вздохнул и уставился в потолок пустыми, безэмоциональными глазами. Потом перевёл взгляд на календарь.

- А, ещё так долго...

По-прежнему была середина недели. Его следующий выходной казался невыносимо далёким.

- А. А. А. А.

Размышляя о количестве оставшихся дней, Сузуки Сатору издал несколько странно модулированных и совершенно невнятных звуков. После - словно игрушка, заряд батареи которой иссяк - он умолк.

Потом на его лице расцвела улыбка.

- А, ладно, наплевать.

Именно. Одной мысли о том что вскоре произойдет было достаточно чтобы забыть даже болезненные мысли вроде этих.

Сузуки Сатору взял ужин, который только что поставил на стол.

Он вставил соломинку в пахнущую мясом жидкость и вобрал её в себя.

Это было чем-то вроде липкого желе со вкусом мяса. По правде говоря такая еда была отвратительна, но он не видел смысла в стремлении питаться идеально. В конце концов вся еда становится экскрементами, так что тратить на это деньги бессмысленно. Главное что она наполняла желудок, а что до питательности то для этого существовали таблетки.

Сузуки Сатору проглотил несколько таблеток с мультивитаминами и питательными веществами, после чего запил это глотком оздоравливающего напитка.

Таков был его ужин за 220 иен. Обедал он обычно снаружи, что было дороже тех дешёвых блюд что он обычно предпочитал, так что он экономил на завтраках и ужинах.

Подкрепившись, Сузуки Сатору наконец начал действовать подобающе человеку.

В отличие от неуклюжего мямли, которым он был едва вернувшись домой, сейчас его глаза сияли и движения приобрели уверенность.

Он поднял чёрный кабель, соединённый с розеткой в стене.

Сузуки Сатору снял защитную пластиковую крышку на конце вилки примерно в три сантиметра диаметром. Серебристый блеск смешался с водянистыми бликами защитной жидкости.

Он взял кабель одной рукой, а другой убрал вверх волосы. Тускло блеснул рукотворный предмет, встроенный в тыльную сторону шеи.

Лёгким, привычным движением он открыл трёхсантиметровую крышку на шее. Скользящее движение продемонстрировало спрятанный под ней разьём.

Не колеблясь он вставил вилку на место.

- Оох...

Одновременно с этим лёгким вздохом он чувствовал как по телу распространяется свет, словно его кровеносные сосуды вдруг засияли.

Комната осталась той же, но то что он видел претерпело изменения.

Перед его глазами возникло несколько окон, демонстрируя сведения о встроенном в мозг процессоре.

Он принялся отдавать команды ЦПУ.

Кто-нибудь из прошлой эпохи взглянул бы косо на странные жесты, которые он производил в воздухе. Однако встроенный в череп ЦПУ считывал слабые электрические сигналы в его синапсах - другими словами, читал его мысли - и преобразовывал их в данные.

Посредством кабеля его мысли достигли суперкомпьютера, и телевизор пробудился. Включилось питание, и в чёрной рамке появился экран.

Появившаяся на нём японка в деловом костюме читала новости.

-... Начавшийся в прошлом году конфликт между второй и третьей Европейскими Аркологиями...

//Аркология - гипотетическая концепция города будущего как единой замкнутой самодостаточной структуры, минимизирующей воздействие человека на окружающую среду.

Он отдал команду на невидимой консоли и переключил канал.

- ...В отношении трёх мегакорпораций в столице, Нью-Киото...

Он снова переключил канал.

- ... Арестованные за продажу нелегальной кибернетики в Нью-Киото, Хачиджо...

На экране быстро сменились несколько каналов, но новостей на которые он надеялся не появлялось. Сузуки Сатору повёл рукой и выключил телевизор.

- Ну - начнём.

Он взял шлем, закрывавший, согласно компьютерному законодательству, почти всю голову, подключил к своей шее другой кабель, подсоединил его к шлему, после чего надел его на голову.

Хотя тот и закрывал всё лицо, наружная камера передавала изображение снаружи прямо ему в мозг, так что он продолжал видеть окружающее.

В шлем была встроена система, автоматически записывающая всё что происходит в виртуальной реальности. Запись сохранялась в течении месяца, после чего автоматически удалялась.

Многие предпочли бы обойтись без этого шлема. Естественное желание, учитывая что это было сродни тому чтобы выставить свою личную жизнь на всеобщее обозрение.

И всё же почти все использовали шлемы.

Не только потому что этого требовал закон.

Но потому, что шлемы защищали людей.

Нейрональный наноинтерфейс встроенный в человеческий мозг позволял ему функционировать как суперкомпьютер - невероятно высокопроизводительный персональный компьютер. Он был необходим в повседневной жизни, но иногда становился объектом атаки преступников.

В частности, хакеры могли использовать чужие мозги в качестве средства для совершения преступлений.

Поэтому такие шлемы могли доказать невиновность хозяина, даже если тот оказывался вовлечён в преступление. Можно сказать, это было страховочной сеткой компьютерного мира. Отсутствие шлема могло намного увеличить шансы попасть под суд, будучи вовлечённым в преступную деятельность, так что лишь немногие рисковали отказаться от них.

Услышав слова, отмечающие начало записи, он отдал команду консоли висящей рядом с его рукой. Он открыл несколько окон рядом, потом подвёл одно к своей руке и нажал на него.

В окне, на которое он нажал, было написано слово - ИГГДРАСИЛ.

Вскоре, реальная жизнь Сузуки Сатору должна начаться. Однако...

Внезапно в его ушах раздался предупреждающий сигнал. Слышать его мог лишь он.

На его лице отразилось разочарование.

Возникшее окно сообщило: "Расход внутричерепных наномашин 85%. Просьба восполнить наномашины"

- Хаа...

В ответ на задержку своих развлечений Сузуки Сатору преувеличенно громко вздохнул. Поблизости, разумеется, никого не было, но он не мог избежать желания выразить свои чувства.

- Ладно, ладно, понял я, понял...

Сузуки Сатору свернул окно, издающее надоедливые предупреждающие сигналы.

- Я знаю. Я не хочу чтобы из-за ошибки меня выкинуло посреди игры, так что посиди там и подожди...

Бормоча себе под нос, он взял безболезненный инъектор.

Поднеся выглядящий словно печать инъектор к руке, он нажал. Подобно ощущению, возникшему когда он подключил провод к голове, по его телу разлилось сияние.

Начавшись с рук, оно подобно лесному пожару распространилось по всему телу.

Опорожненный инъектор он аккуратно положил на стол. В клинике он сможет дёшево обменять его на новый, но заменить его в случае поломки будет дорого. Поэтому он обращался с ним осторожно чтобы избежать ненужных трат.

Сообщение о том, что количество черепных наномашин в его теле восстановлено, появилось и автоматичеси исчезло.

На этом приготовления были завершены.

Это должно быть всё. Больше ничего не должно встать у него на пути.

Никто не позвонит ему, так что отключать встроенный мобильный телефон не было нужды.

С глазами, горящими словно у подростка в парке развлечений, Сузуки Сатору щёлкнул по окну с надписью ИГГДРАСИЛ.

...Мир преобразился.

Наномашины в его черепе приступили к расчётам, искажая его поле зрения и беря под контроль соматическую нервную систему, и всё изменилось.

//Соматическая нервная система отвечает за органы чувств и управление движениями тела

Во все стороны простиралась пустота - нет, в ней было что-то, сверкающее подобно звёздам - словно космос. Среди всего этого парило кажущееся всеобъемлющим гигантское древо.

Часть его поля зрения вспыхнула, и повернув голову в сторону он увидел что-то.

Монстра.

Скелетоподобный монстр с тёмно-красными огнями в проёмах глазниц.

Его ни капли не испугал и не встревожил нечеловеческий облик, появившийся из ниоткуда. Естественно, ведь это существо было его вторым я, с которым он был близко знаком.

Он протянул руку - и как только коснулся скелета, его поле зрения вновь изменилось.

Бесчисленные линии программного кода пролетали перед его глазами, и тут же исчезали. Вероятно, они несли какой-то смысл, но поскольку он ничего о них не знал, для него они были совершенной тарабарщиной. Кроме того, неумение их читать нисколько не доставляло ему неудобств.

Однако, была одна строка которую он мог прочесть.

Пока число на верхней строке, справа, не достигнет 100%, его приключение не начнётся.

Бездеятельно ожидая, он взглянул на свои руки. Теперь они были лишены плоти, остались лишь нечеловеческие костяные кисти.

Он сжал кулаки и вновь раскрыл их. Чувства были притуплены, но близки к реальным.

Число в верхней строке достигло 100% которых он ждал, и появилось несколько иконок. Та что он выбрал представляла собой треугольник над квадратом.

Другими словами, кнопка HOME.

Когда он щёлкнул на неё, она приняла вид полоски, демонстрирующей состояние зоны ожидания.

Надпись 18/30 говорила, что из максимальных 30 человек 18 уже были там. Он чувствовал, как под его неподвижным лицом скелета растёт возбуждение и прикоснулся к нему костяной рукой. Далее, он нажал ДА в появившемся окне, спрашивающем "Вы уверены?"

"Начинаю вход"

"Пожалуйста, подождите"

Женский голос раздающийся в его ушах был мелодичен и напоминал человеческий. Разумеется, он генерировался на компьютере.

Даже люди с хорошим слухом не заметили бы разницы. Он знал, что лишь немногие, вроде его друга обладающего идеальным слухом - который тот называл "бесполезным талантом" - могли бы почувствовать разницу. Он узнал это от сестры своего друга, очень подробно рассказывавшей ему об этом.

Хотя он и был рад рассказу, она не скрывала своей ненависти к тем, кто воровал её работу, так что ту тридцатиминутную лекцию - скорее, даже жалобу - он вспоминал с легким ужасом.

Хотя люди, разбирающиеся в таких вопросах, и говорили что это бессмысленно, он всё же верил в ходивший по миру онлайн-игр слух - что попросив голос поторопиться можно быстрее попасть в игру. Поэтому, он произнёс "Скорее, впусти меня"

Часть 2

Мир тьмы залил свет.

Это было странное чувство - даже закрыв глаза, он всё равно видел свет - но когда всё прошло, он обнаружил что стоит посреди комнаты. Легкая дезориентация, возникшая пока его мозг подстраивался к виртуальному миру, быстро прошла.

Он внимательно осмотрелся.

Комната с высоким потолком была построена из какого-то серого неорганического материала, выглядящего словно бетон. Явные источники света отсутствовали, однако потолок светился белым светом.

- Йо~ Момонга-сан. Спасибо что пришли.

Кто-то позвал его.

Сузуки Сатору - Момонга - заходил в ИГГДРАСИЛ бесчисленное множество раз, но никто раньше не заговаривал с ним в этой комнате, так что он почувствовал секундное замешательство. Однако, поскольку голос был знакомым - или потому, что это был голос одного из тех членов его клана с которыми он был ближе всего знаком - его настроение мгновенно переменилось, и он ответил:

- А, Пэроронтино-сан, добрый вечер. Рад что вы пришли.

Обратившийся к нему голос принадлежал человеку с головой кровожадного зверя и крыльями на спине. Он носил комплект сияющих золотых доспехов.

- Ух, и напугали вы меня. Вы первый, Момонга-сан, кого я когда-либо встречал здесь.

- И я тоже! Похоже, мы вошли почти одновременно.

- Ну, такое бывает. Скорее, удивительно что этого ни разу не случалось до сих пор. В конце концов, сейчас должно быть множество тех кто возвращается с работы и сразу заходит в игру, примерно в одно и то же время.

Его друг - Пэроронтино - зашагал к нему.

С каждым шагом Пэроронтино с его брони срывались золотые пушинки и растворялись в полёте. Купаясь в их свечении, он встал в показушную позу.

- Я впервые вижу этот эффект. Что это? Может, это с кристалла данных, добытого из монстров в недавно открытой зоне?

- Не-а~

Лицо Пэроронтино не изменилось. Удручающей неполноценностью было то, что аватар персонажа не мог изменить выражение лица в соответствии с голосом игрока. И всё же голос звучал совершенно отчётливо, и в нём звучала несомненная радость.

- Это эффект персонажа, с покупного предмета.

Момонга ощутил будто под ним разверзлась земля. Обычно он продемонстрировал бы это эмотиконом, но сейчас был не в настроении для этого. Вместо этого, он зашагал к Пэроронтино.

- Не может быть! Почему? Пэроронтино-сан, как вы могли так предать меня? Как вы могли предать нашу дружбу! Разве мы оба не поклялись играть без покупных предметов?

Именно. Хотя и зная что можно побеждать, покупая снаряжение за деньги, они образовали Союз Без Покупных Вещей, горя идеей компенсировать слабость снаряжения собственными навыками. Более того, Пэроронтино и Ульберт первыми предложили эту идею. То, что Пэроронтино первым же и предал её было абсолютно непростительно.

- Момонга-сан, я сожалею!

Пэроронтино свёл ладони вместе в извиняющемся жесте, но сожаления в его голосе не ощущалось.

- Вы же собирались невзирая ни на что укрепить свою броню всеми теми защитными эффектами, но взгляните сейчас. Разве ваша броня не ослабела?

В ИГГДРАСИЛе игроки могли изменять своё снаряжения по собственному усмотрению, включая и его свойства. Однако, дополнительные особенности нельзя накапливать сколько вздумается, вместимость предмета определялась его конструкцией и материалами из которых он изготовлен.

В отличие от способностей, специальные эффекты занимали гораздо меньший объём данных, так что совершенно обычным делом было добавлять их в предмет чтобы заполнить оставшееся место.

Однако, Пэроронтино принадлежал тем игрокам, кто старался сделать своего персонажа как можно более сильным. Он относился к тем, кто был одержим навыками и стратегиями развития персонажа, так что тратить даже крупицу данных на специальный эффект было расточительством.

- Ну, я знаю...

Момонга кивнул и слегка сменил тон. Он всё равно высказывал свои обвинения не всерьёз.

- Пэроронтино-сан, вы всегда стремились к оптимальному развитию персонажа...

- Именно. Я бы не встроил бесполезные данные в свой доспех.

Пэроронтино пытался собрать сборный предмет "Солнцепад", для которого требовался строго определённый набор из множества кристаллов данных, а также доспехи и оружие в которые эти кристалы должны быть вставлены. Но пока что его усилия не привели к особым успехам - он смог воссоздать лишь внешний вид предмета.

- Поэтому у меня не было выбора кроме как установить этот эффект в свой аватар посредством покупного предмета! Вы ведь понимаете, верно? Мне тоже не нравится идея использовать покупной предмет. Если бы я мог вставить этот эффект в свою броню, то не пришлось бы опуститься до такого. Ну, ничего не поделать. Как же я завидую Тач-сану, его эффекту взрыва и эффекту при приземлении. Я бы тоже хотел обладать такими.

- А. Эти. Да, довольно броские.

Речь шла о лидере их клана, и тому перед кем Момонга был в долгу. Он обожал меняющих облик героев, и стоило только зайти разговору был более чем счастлив обсудить героев в масках, чей образ зародился в программах беспроводного радиовещания более полутора сотен лет назад.

Так что, можно было сказать что таков был его стиль. Один из его особых эффектов был запрограммирован автоматически вызывать безвредный взрыв у него под ногами, как только он принимал определённую позу. Другой же...

- И всё же, взрыв это одно, но те слова... Когда я в первый раз увидел их, честно говоря, понятия не имел как реагировать. Ну, то есть, они...

- Правда? А мне они даже нравятся.

...Правосудие Прибыло. Эти слова появлялись за его спиной когда он вставал в соответствующую позу.

- Э? Правда? Пэроронтино-сан, вы восхитительны. Правда восхитительны.

- Восхитителен?

- Ну, среди нас всех лишь вам нравится такое.

- А, верно, моя сестра тоже говорила что не в восторге от этого... Постойте, это что, значит что у меня одного тут странный вкус?

- ... Если я соглашусь с вами, это отразится также и на вкусах Тач-сана, так что я воздержусь от комментариев.

- ... Разве это не то же самое что и просто согласиться со мной?

Хотя выражения их лиц и не изменились, в комнате определённо повеяло печалью. Ну, на самом деле всё не было так уж мрачно. Скорее, они просто подшучивали друг над другом.

Момонга рассмеялся.

Почему-то он чувствовал себя счастливым после разговора обо всех этих мелочах.

Он чувствовал, что может продолжать болтать так целую вечность, но это стало бы обузой для его друга Пэроронтино, да и он хотел повидать остальных своих друзей тоже.

Момонга указал на туннель.

- Не стоит говорить здесь. Давайте пойдём к месту сбора.

- Да, да, хорошо.

Они двинулись вперёд, подлаживаясь под шаги друг друга.

Стены туннеля были сделаны из того же материала что и стены комнаты, что производило впечатление тюрьмы, и простирался прямо вперёд. Хотя по обеим сторонам коридора были двери, они оба игнорировали их и продолжали шагать вперёд. Все двери, кроме той к которой они направлялись, были декорациями и они не смогли бы открыть их даже если б захотели.

- Кстати говоря, чем мы планируем заняться сегодня?

- В письме не было сказано, но наверное мы возьмём несколько человек для повышения их уровня. Я хочу сказать, эти новички все несколько низкоуровневые. Впрочем, они тоже могут сражаться, пусть и с разницей в два или три уровня.

- Ну, было бы неплохо если мы сможем и сами обогатиться в процессе.

В ИГГДРАСИЛе с побеждённых монстров, как правило, можно было добыть много денег. Дело в том, что в игре было множество производственных классов. Большинство из них создавали свитки или посохи или волшебные палочки, которые часто использовались и заклинателями, и ими самими.

Если бы добывать деньги было тяжело, изготовление магических предметов усложнилось бы, и полагающиеся на магию классы были бы вынуждены осторожничать и избегать приключений предполагающих тяжёлые битвы. Это противоречило философии игры, предполагающей что игроки будут свободно исследовать мир. Так что ИГГДРАСИЛ был гораздо щедрее своих игр-конкурентов в плане добычи денег.

- Что вы имеете в виду? Кристаллы данных? Или деньги?

- Деньги, конечно. Впрочем, от некоторых кристаллов я бы тоже не отказался...

Двое шли бок о бок.

Оба носили полный набор снаряжения и шагали плечом к плечу, и им двоим требовалось много место. Однако, размеры этого туннеля были созданы переменными, ширина коридора автоматически подстраивалась к размерам присутствующих. Поэтому они шагали без затруднений.

- Кристаллы данных, нужные вам для создания оружия к дизайну мечты, верно?

Дизайн мечты.

Создание второго персонажа в ИГГДРАСИЛе было запрещено. Так что с целью выжать как можно больше из своего единственного аватара средний игрок прорабатывал своего персонажа методом проб и ошибок. Большинство стремилось сделать персонажа как можно сильнее, или раскрыть во всей полноте способности небоевого класса, вроде кулинарии или алхимии или чего-нибудь в этом роде.

Но среди них были те кто шёл своим путём, к дизайну мечты.

Так называли тех кто гордо заявлял о своей романтической жилке, кто отвергал стремление к силе и старался вжиться в роль.

Например, с целью создать варвара с песней бросающегося в битву, такие игроки не брали уровни в классе подходящих варвару бойцов авангарда, а вместо этого повышали навыки в классах вроде Драконьего Жреца или Барда, что считалось расточительством.

Кстати, большинство относилось к дизайнерам мечты с презрением.

В ИГГДРАСИЛе максимальный создав рейда был пять команд по шесть человек в каждой, или 30 человек всего. За исключением особых случаев, вроде битв между гильдиями или сражений с врагом Мирового Класса, те кто выходил за лимит 30 человек могли получать урон от дружественных атак. Иными словами, сражаться с боссами приходилось не более чем тремя десятками игроков одновременно. Если среди них оказывался созданный для отыгрыша роли персонаж, это ещё более ограничивало боевую силу отряда.

Поэтому среди таких дизайнеров мечты обычным делом было создавать гильдии единомышленников.

Тогда, что насчёт Момонги?

Его клан не состоял из одних любителей отыгрыша, но в то же время его члены были достаточно добросердечны чтобы давать приют таким людям.

- Да. Поэтому мне трудно убедить других пойти туда. Я не знаю, можно ли в том подземелье добыть кристаллы данных которые нужны другим... ну, с другой точки зрения, не придётся ни с кем спорить из-за трофеев.

- Откуда у вас информация об этом?

- С Няру-чан

Услышав от Момонги название знаменитого сайта, занимающегося сбором информации, Пэроронтино, хоть его лицо и не шевельнулось, продемонстрировал эмотикон выражающий неуверенность.

- С Няру, хм. На этих открытых сайтах вечно множество ложных новостей. Вероятно, они в сговоре с платными сайтами, так что лучшим способом раздобыть полезную информацию это заходить туда. Знаете, были случаи когда они намеренно распространяли ложные сведения чтобы отвадить людей от мест где можно добыть редкие кристаллы.

Существовало множество вебсайтов с ложной информацией об ИГГДРАСИле, особенно среди тех где участники могли свободно редактировать размещённые сведения.

Всё это было из-за того, что знания в ИГГДРАСИЛе были силой. В результате, многие игроки скрывали свои находки от тех, кого они не знали и кому не доверяли. Так что если кто-то находил в сети то что выглядело ценной, очень полезной информацией, то можно было не сомневаться что за всем этим стоит какая-то махинация.

- А, я тоже это знаю. Но те сведения выглядели правдивыми. Вы знаете про ту гильдию, одну из сильнейших, Серафим, в которую принимают только игроков ангельских классов? Говорят, информация пришла от них.

- А. Ну, раз так, то ей и правда можно доверять, в конце концов...

На этих словах они подошли к двойным дверям в конце коридора.

Момонга открыл двери и пропустил Пэроронтино в перёд. Это было естественным проявлением вежливости, ожидаемой от офисного служащего. Повторись такая ситуация вновь, то, согласно этикету, придёт очередь Пэроронтино открывать дверь.

- Благодарю вас.

После того как Пэроронтино, произнося эти слова, прошёл внутрь, Момонга последовал за ним.

Помещение по ту сторону дверей было из бетона. Будь это база гильдии, она, возможно, не была бы отделана столь бедно, но учитывая что это место было арендовано за внутриигровую валюту, они не могли позволить себе роскоши тратить данные на бесполезные вещи. И всё же, у столь безвкусного интерьера были свои плюсы. Поскольку количество затраченных кристаллов данных было чрезвычайно невелико, саму комнату удалось сделать очень большой.

Здесь находилось множество диванов и кресел, разбросанных по комнате, с множеством гетероморфных существ - всего их должно было быть 18 - сидящих на своих излюбленных местах в своих излюбленных позах. Когда двое вошли, их встретила волна приветствий и улыбающихся эмотиконов.

Момонга вызвал несколько собственных смайлов в ответ.

- Куда бы нам сесть?

- Как насчёт туда?

Момонга и Пэроронтино уселись, подтащив пару кресел и поставив их друг напротив друга.

- Итак, на чём мы остановились?

Услышав вопрос Пэроронтино, Момонга вспомнил их предыдущий разговор.

- А, мы говорили о достоверной информации.

- Да, точно! Точно! Как я и сказал, необходимо самому убеждаться в том, можно или нельзя доверять тем или иным сведениям. Вот что я вам скажу, если сегодня у нас не будет каких-нибудь общеклановых дел, я схожу туда с вами.

- Э? Вы действительно не против, Пэроронтино-сан?

- Конечно, Момонга-сан! Моя сестра говорит что тоже пойдёт - ну, может её пока что тут и нет, но мы можем взять её с собой. Всё равно нам понадобится танк.

- Большое спасибо, Пэроронтино-сан.

- Ничего, ничего. Для вас с радостью, Момонга-сан. Впрочем, в следующий раз вы должны будете составить мне компанию на охоте.

- С радостью!

- Ну, раз так, у нас уже есть Атакующий, Танк и Джокер. Для идеальной партии нужны ещё трое - Лекарь, Охотник и ещё один Атакующий.

- О, и где это вы двое собрались охотиться?

Они обернулись на звук третьего голоса, увидев лидера клана.

- Оо, Тач-сан. Добрый вечер~

- Добрый вечер.

- А, добрый вечер.

Перед ними стоял воин в серебре. Под его доспехами паладина скрывалось тело инсектоида.

Он носил красную накидку, выглядящую словно шарф.

Хотя воздух в комнате и был неподвижен, она всё равно развевалась словно под дуновениями ветра. Однако, Момонга давно перестал задаваться вопросами о причинах этого. Должно быть, эффект какого-то покупного предмета. Сейчас он чувствовал лишь восхищение - и желание тоже иметь такой развевающийся красный плащ если он когда-либо наденет доспехи.

Человек называвший себя Тач Ми уселся рядом с Момонгой, издав кряхтение словно старик. По его команде плащ перестал развеваться. Возможно, он счёл что тот мешает.

- Лидер, мы сегодня идём куда-нибудь?

Лидер гильдии назывался бы Гильдмастер, но они были не гильдией, а образованием ступенью ниже - кланом. Тач Ми носил титул лидера клана..

- Нет, в общем-то. Мы ещё ничего не запланировали. Впрочем, я считаю что нам нужно провести собрание, как обычно.

Клан Момонги проводил регулярные еженедельные собрания. Хотя тех, кто не участвовал - или не мог участвовать - было немного, их всё равно просили ознакомиться с доской объявлений клана.

- О, то есть, у вас есть планы, верно?

Собрания предоставляли шанс большинству игроков сойтись в месте, а потому были хорошие шансы организовать какие-нибудь крупномасштабные действия вроде охоты. Если же на собрании и не обсуждался такой план, они всё равно оставались лучшим местом для того чтобы набрать людей в свою команды, так что они планировали поговорить ещё с несколькими товарищами и предложить им присоединиться.

В ответ на вопрос Пэроронтино Тач Ми просто хмыкнул и взглянул в потолок.

- ... Ну, не совсем, есть кое-что, то да сё, что я хотел бы поменять...

Момонга и Пэроронтино переглянулись, пока Тач Ми погрузился в бормотание.

Это было совершенно непохоже на него. Он был очень прямолинейным человеком, открытым и в словах и в поступках.

Едва Момонга собрался задать ему вопрос, краем глаза он увидел как открылась дверь и в комнату вошла Букубуку Чагама.

Старшая сестра Пэроронтино, она выглядела словно розовый слайм. Хотя она и называла себя отвратно-милой, никто не соглашался с ней. Все были уверены, что в этих словах кроется ловушка.

Момонга, Пэроронтино и следом Тач Ми обменялись с ней приветствиями.

С тех пор, как прибыли Момонга и Пэроронтино в комнату вошли ещё несколько игроков. Момонга старался приветствовать каждого смайлом, но, погружённый в разговор, иногда забывал. Однако, её прибытие он не мог не заметить. Всё-таки розовый слайм особенно выделялся, даже в их состоящем из гетероморфных существ клане.

Тело Букубуку Чагамы, колыхаясь, подтекло к Момонге и остальным. Она, хоть и слайм, могла передвигаться довольно быстро.

По её словам, двигаться в этом теле было всё равно что ходить на собственных ногах, но при этом путаясь в длинной юбке.

Подойдя к Момонге и его собеседникам она тут же уселась. Хотя её тело и было лишено женственных изгибов, всё равно можно было приблизительно понять расположение её талии исходя из того, как она искривила тело.

- Йо. Вы тут, похоже, говорите о чём-то серьёзном. Что происходит?

- Ничего особенного. Просто решаем, чем заняться сегодня.

- Хаха, ну, всё как и говорил мой брат. Тач-сан, чем займёмся после сегодняшней встречи?

- Ну, если подумать, пора. Все... о, отлично. Все здесь.

Поражённый словами Тач Ми, Момонга осмотрелся. Он увидел 27 других гетероморфных существ разных видов - похоже, собрался весь клан. Это было довольно редко, даже для еженедельного собрания.

Их клан отличался от большинства прочих тем, что состоял исключительно из взрослых, работающих людей. Вследствие этого, их свободное время редко пересекалось, и их трудно было назвать хорошей гильдией. То, что все члены собрались вместе было очень необычно.

- Эй, Яма-чан, добрый вечер~

Букубуку Чагама помахала рукой из слизи, и уродливый гигант помахал своей здоровенной рукой в ответ.

- А, добрый вечер, Букубуку Чагама-сан

Раздался приятный женский голос.

Это была Ямаико, нефилим. В отличие от гигантов, относящихся к полулюдям, нефилимы не могли скрыть своего уродства, как бы ни пытались замаскироваться. Сложно было представить что в этом теле находилась единственная кроме Букубуку Чагамы женщина в их клане.

В прошлом она говорила, что, возможно, сменит расу своего персонажа, но раз до сих пор не сделала этого то, вероятно, находила это тело удовлетворительным, как бы странно это не звучало.

Грациозно сидящая Ямаико медленно поднялась и протопала к ним тяжёлыми, медленными шагами.

- Яма-чан~ называй и меня -чан, а? Ну, давай~

- Э-э?

Ямаико продемонстрировала удивлённый эмотикон и погрузилась в размышления. После, она ответила:

- ... Буку-чан?

Букубуку Чагама застыла. Ямаико, поняв что имя той не нравится, попробовала другое.

- Тогда, Букубуку-чан?

Получив ещё одно прямое попадание, Букубуку Чагама осела бесформенной кучей и тусклым, деморализованным голосом произнесла:

- ... Прости. Пожалуйста, не называй меня Буку-чан

Благодаря своей профессии она могла выдать поистине выразительное представление если решала вложить себя в это. То был голос страдающей, побеждённой души.

- А... прости, Чагама-чан

- Неплохо, но, хм... звучит недостаточно мило.

Её брат произнёс что-то вроде "посмотри на себя", но Момонга и Тач Ми промолчали.

Они знали что мудрее будет не говорить ничего.

- Ладно! Тогда, зови меня Казеччи.

- Казеччи? Я думала ты хочешь -чан?

- Я и хочу~ Яма-чан~

Оживившись, Букубуку Чагама быстро просочилась к Ямаико.

Как и Ямаико, Момонга и Тач Ми понятия не имели, почему она просит называть её Казеччи. Они обернулись к единственному из присутствующих, кто мог пролить свет на загадку.

- А, сестрица... у неё есть малоизвестный сценический псевдоним, Казеуми Куми. Старые фаны по привычке зовут её Казе-чин. Она несколько раз меняла псевднонимы, но этот любит больше всех.

- Понятно.

В мгновение ока розовый слайм принялся крутиться кругами вокруг нефилима. Хоть это и могло быть чем-то вроде танца, это гротескное, невероятное зрелище производило на свидетелей впечатление какого-то нечестивого ритуала. Разумеется, в клане гетероморфов это было совершенно будничной сценой.

- Итак, леди, простите что прерываю ваше веселье, но раз все собрались, нам пора начинать. Точнее, чем быстрее начнём тем быстрее закончим. Эй, народ, совещание начинается.

Тач Ми повысил голос и встал, поднялись и все остальные. Присутствующие собрались за круглым столом, один за другим выбирая себе место и садясь.

- Итак, начинаем собрание. Есть кое-что, что я хочу чуть позже обсудить со всеми вами, так что, я надеюсь, вы уделите мне немного времени. Далее, кто-нибудь обнаружил что-нибудь на этой неделе? Есть чем поделиться?

Эти собрания можно было назвать конференциями, предназначенными для общения. Они представляли из себя организованный способ делиться информацией и запрашивать помощь. Впрочем, новая информация доставалась непросто.

Согласно сайту разработчиков, ИГГДРАСИЛ являлся игрой с акцентом на исследование мира, поэтому многое в нём было загадкой. Новичкам лишь объяснялось управление, после чего они предоставлялись сами себе. Хотя уже было собран впечатляющий объём информации, большинство сведений относились к подземельям и другим подобным локациям, и согласно прикидкам лишь 30% девяти миров было картографировано.

Например, существовали предметы Мирового Класса, известные также как "поехавшие" Предполагалось что всего их 200, но если верить разработчикам, лишь 50 из них было найдено. Многие игроки безрезультатно прилагали огромные усилия чтобы обнаружить их.

Будучи работающими взрослыми, члены клана играли в свободное время, и не могли заниматься обстоятельными исследованиями. Поэтому, обычно они не обладали информацией которой имело бы смысл делиться.

Однако, сегодняшний день отличался.

- Да.

В ответ на обращённый к клану вопрос Тач Ми поднялась рука.

Если назвать заговорившего одним словом, то этим словом было бы "ниндзя". Он носил стереотипный костюм нидзя и странную маску, на его поясе висели два меча. Назвать его как-то иначе было бы ложью.

Это был один из старейших товарищей Момонги - Нишки Энрай.

- Нишки-сан. Что-то случилось?

- Именно, Тач-сан. Это поистине невероятное открытие.

При этих словах все охнули в любопытстве и предвкушении.

- ... Я обнаружил необследованное подземелье.

Изумление взяло вверх над восторгом и любопытством, и многие члены клана издали ещё более громкие звуки восхищения.

Все забросали Нишки Энрая вопросами. Момонга, Пэроронтино и Тач Ми не отставали. Единственными кто не выказал возбуждения были девушки, Ямаико и Букубуку Чагама.

Игровое пространство ИГГДРАСИЛя состояло из девяти отдельных миров. Каждый из них был огромен, в каждом существовали трудные для исследования места. Например, обширные болота, огромные пространства лиственных джунглей, иссушающие пустыни и всё в таком роде. Для исследования подземелий в таких местах требовалось специально снаряжение, продуманная стратегия и готовность рискнуть своим персонажем. Но несмотря на всё это, находилось множество желающих попытаться.

Дело было в том, что в таких труднодоступных подземельях встречались монстры, с которых можно добыть ценные кристаллы данных. Любой почувствовал бы восторг при обнаружении ранее неизвестного подземелья, это было всё равно что напасть на золотую жилу.

Кроме того, обнаружение подземелья влияло на общемировой рейтинг гильдии. Так что минусов у такой находки не было.

- Где именно вы нашли его?

Этот недоверчивый вопрос от имени членов клана задал не лидер Тач Ми, а человек, выбравший своим аватаром демона с головой козла - Ульберт Алайн Одл.

Он принадлежал к классу под названием Мировое Бедствие. В ИГГДРАСИЛе количество людей, которые могли взять этот класс, было ограничено - потому что требованием для взятия этого класса было убийство предыдущего обладателя. Этот класс специализировался на разрушительной магии, и он обладал сильнейшей огневой мощью в клане.

Прежде чем открыть рот, Нишки Энрай - чьё лицо было таким же невыразительным как и у остальных - кинул взгляд на Тач Ми.

- ... Вам известно о гигантской ядовитой трясине в топях Хельхейма?

- Вы имеете в виду гигантское поселение невосприимчивых к яду Тувегов? Это ядовитое болото?

- Его. Я нашёл подземелье в тех болотах.

- Восхитительно. Но как вам это удалось? Многие проводили там воздушную разведку, но никто не сообщал об обнаружении подземелья. Я видел их записи, они не лгали.

Эту тихую реплику произнёс один из интеллектуальной элиты клана, Табула Смарагдина.

Его жуткий гетероморфный аватар, носящий снаряжение, вызывающее у видящих его мысли об орудиях пыток, был разработан им собственноручно.

- Мы не сомневаемся в вас~

Продолживший разговор также принадлежал к интеллектуалам клана, человек известный по прозвищу Чжугэ Кунмин, Пунитто Моэ.

//Чжугэ Кунмин (Чжугэ Лян) - китайский полководец и государственный деятель эпохи Троецарствия

Его тело состояло из растений известных как Лоза Смерти.

- Замечая посторонних, Тувеги поднимают крик и оповещают весь клан. Поэтому они очень сложный противник, так как нам будет непросто оставаться незамеченными пока мы не доберёмся до подземелья.

- А, оно довольно глубоко в болотах. Я нашёл его когда искал кое-что другое, так что не могу сказать насколько оно далеко по прямой.

- Кто-нибудь путешествовал вместе с Нишки-саном?

В ответ на вопрос Пунитто Моэ все покачали головами.

- Тогда, вы взяли с собой большую группу НИПов-наёмников? Нет, тогда вас бы обнаружили и одолели числом. Там очень тяжело, поэтому все и ограничиваются разведкой с воздуха. Ну, если бы мы все отправились туда, то наверняка бы справились, но, полагаю, всё было иначе. Раз так, как вам удалось найти подземелье, Нишки-сан?

Пунитто Моэ почесал висок лозой, выглядящей словно палец. Вероятно, этот жест нёс какой-то смысл, но Момонга, к сожалению, не знал какой именно. Однако, этот вопрошающий стиль речи не походил на обычного Пунитто Моэ.

Впрочем, его актёрская игра позволила быстро распространить информацию среди прочих членов клана.

- Полицейский-сан, вы совершили фатальную ошибку - заявил ниндзя в маске, смеясь - Достаточно просто незаметно подобраться к Тувегу и лишить его головы одним ударом. Таким образом он не сможет оповестить своих друзей.

Возразить на это было нечего.

Таким образом, игра в угадайку закончилась.

- Хехе, видите ли, для меня проще простого убить кого-нибудь одним ударом сзади. Таким образом я и проник вглубь болот. Впрочем, там были какие-то червеподобные монстры ориентирующиеся на вибрацию почвы, но я уверен в своих способностях замаскироваться от них.

- ... Нишки-сан, меня кое-что интересует. Всё это, даже для ниндзя... как вам удалось создать персонажа, способного на все эти поразительные вещи?

- огорошенно спросил Пунитто Моэ, и Нишки ответил со смехом:

- А, вы не знаете? Это просто скрытая атака. Есть мультипликатор урона, применяющийся за удары из скрытности. Моя защита слаба, и я погибну если меня обнаружат... но мне нравится этот риск. Я всегда предпочитал персонажей типа "стеклянная пушка", полагающихся на высокую скорость перемещения. Можно сказать, это мой дизайн мечты. Кстати говоря, Пунитто Моэ-сан, вы ведь тоже играете в Аберэйдж, верно? Какая у вас машина? У меня именно такая что я описываю.

Они говорили об игре в которую Момонга не играл. В ней нужно было разрабатывать силовые доспехи и сражаться в них друг против друга.

- А, у меня сбалансированный тип со средней бронёй. План был создать универсальный тип, способный сразиться с кем угодно.

- Звучит в вашем стиле. Как я и сказал, у моего просто картонная броня, высокая скорость и огромная огневая мощь. Я даже снял радар и полагаюсь только на собственное зрение чтобы перемещаться быстрее.

- ... Это весьма необычно.

- И всё же, Пунитто-сан. Моя машина занимает верхние строчки в рейтинге, с Фиолетовым титулом.

Царь Зверей Меконгава, сидящий рядом с Нишки Энраем, внезапно воскликнул:

- Эээ?! Что вы сказали? Но ведь это значит, что вы игрок сверх-топ-класса?.. Я лишь Зелёный. Может, мне стоит бросить Аберэйдж...

- Нет, нет, пожалуйста, не говорите так. В следующий раз присоединяйтесь ко мне.

Смотреть на то, как члены твоего клана возбуждённо обсуждают что-то, тебе неизвестное, было довольно одиноко. Чувство одиночества Момонги начало перерастать в боль, и тут раздались несколько хлопков в ладоши.

- Ладно, ладно, мы отвлеклись. Нишки-сан, расскажите нам об этом подземелье.

- Ааа, да, Тач-сан, извините. Итак, в самой глуби ядовитых болот есть остров - точнее, участок твёрдой земли, и посреди него находится вход в подземелье.

Нишки Энрай рассказал, что оно называется Гробница Назарик.

- Почему никто не нашёл его раньше во время разведок с воздуха?

В ответ на эти слова откликнулся Пунитто Моэ:

- Полагаю, это подземелье из тех, что можно обнаружить только при определённых обстоятельствах.

Некоторые подземелья можно было найти лишь при выполнении заданных условий. Например, вход в подземелье посреди цветочной поляны в лесной чаще мог открываться лишь при полной луне. Знаменитым примером был Ледяной Город в Нифельхейме, войти в который можно было лишь во время метели.

Пусть это и была лишь гипотеза, Табула Смарагдина продолжил:

- Возможно, Великая Гробница Назарик появляется лишь перед теми, кто пересёк ядовитые болота пешком? Или, может, её нельзя увидеть поднявшись выше определённой высоты?

После того как ответы "Ясно" или "Наверное, так и есть" отзвучали, Нишки Энрай продолжил говорить.

- Тогда - у меня предложение. Почему бы нам не отправиться туда после того как закончим собрание?

Ответы были более вялыми по сравнению с реакцией на новости об обнаружении подземелья.

Будучи неизвестным, оно могло таить в себе опасности, предугадать которые не смог бы никто. Это могло быть очень сложное подземелье, что в свою очередь повлекло бы гибель всей команды исследователей. Подземелья ИГГДРАСИЛя были не из тех, что сообщали, на какой уровень персонажа они рассчитаны.

Но всех заставили передумать слова женщины, про которую говорили что вместо мозгов у неё мускулы.

- Это интересно, верно ведь? Это неисследованное подземелье, правда? Нужно просто попробовать, невзирая на уровень сложности.

- Я тоже согласен. Пусть оно и опасно, но великая награда ждёт тех кто покорит его. Я хотел бы использовать преимущество первооткрывателей и попытаться методом проб и ошибок выработать стратегию его зачистки. Неизвестные подземелья доставляют множество хлопот. Нам стоит постараться собрать информацию о прохождении этого подземелья до того как другие игроки обнаружат его.

Большинство присутствующих чувствовали, что согласны со словами Ямаико и Ульберт Алайн Одла.

Момонга также поддержал идею.

За первое прохождение подземелья давался бонус, сундуки с сокровищами встречались примерно на 10% чаще. Кроме того, после того как подземелье зачищалось впервые, появлялся большой сундук с предметами экипировки, уровень которых был на 10-20% выше обычного.

Будет весьма прискорбно если они не смогут заполучить эти сокровища и предоставят другим игрокам найти их. Как они могут позволить другим опустошить находящуюся прямо перед ними золотую жилу?

- Похоже, большинство за. Раз так, после собрания мы отправимся туда. В конце концов, мы очень редко собираемся все вместе - в ответ на слова Тач Ми раздались крики согласия. Даже те немногие кто был против оказались захвачены эмоциями остальных.

Собравшихся за столом членов клана переполняло возбуждение.

- Так, есть кто-нибудь ещё кто желает чем-нибудь поделиться?

На этот раз вопрос Тач Ми остался без ответа.

- Хорошо. Тогда, хоть мы ещё и не закончили, я хотел бы кое-что сказать.

Тач Ми осмотрелся, и сообщил сенсационную новость.

- Во-первых, я намерен распустить этот клан.

Поначалу все онемели от изумления.

После, комната погрузилась в панику и замешательство. Крик Момонги шёл от самой глубины его сердца. Да, это очень маленький клан, и именно Тач Ми был его основателем, но клан стал таким как он есть сейчас благодаря совместным усилиям всех присутствующих. То, что один человек мог принять такое решение, огорчало и злило.

Тач Ми поднял руку, видимо пытаясь сказать что-то ещё, но тут раздался голос, прорезавший окружающий хаос.

- Он ушёл из-за твоего проклятого эгоизма.

Воздух застыл.

Эти слова произнёс Ульберт. Его недавняя вежливость исчезла без следа; нет, правильнее было бы сказать что его скрытые эмоции наконец поднялись на поверхность. Он говорил от всего сердца, учитывая что тот, кто был ему ближе всех, покинул игру.

Персонажи в ИГГДРАСИЛе не могли менять выражение лица, но лицо Ульберта словно закрывала искажённая ненавистью тень.

- Сукин сын.

- Ульберт-сан, вы забываетесь.

Момонга не мог не произнести это. Ульберт повернулся к нему, но враждебности в его глазах не было. Его плечи поднялись и опали, словно он вздохнул. После, подавив пылающую злобу, он заговорил вновь, спокойным, ищущим примирения голосом.

- Момонга-сан... вы правы, я зашёл слишком далеко. И всё же, разве вы несогласны что он ведёт себя эгоистично? Сначала выгоняет его, теперь это. Раз так, не стоило ли ему распустить клан раньше?

По правде говоря, Момонга был отчасти согласен с Ульбертом.

При основании клана возник серьёзный спор, в результате которого один из основателей покинул игру. Это оставило глубокий шрам на сердце Момонги. Словно пятно, очерняющее славные воспоминания об их гильдии близких, дорогих ему друзей.

И всё же Момонге было что возразить Ульберту.

Вражда между этими двумя могла бы быть разрешена, окажись они в состоянии спокойно поговорить друг с другом. Если он предоставит Ульберта самому себе, ситуация может повториться вновь.

- Я полностью понимаю ваши чувства, Ульберт-сан, и когда тот человек покинул игру я был шокирован... Может, это не очень хорошо звучит, но я знал его дольше чем вы. Однако, я думаю что лучше сначала выслушать Тач-сана. Как насчёт этого, Тач-сан? Можем мы выслушать всё что вы имеете сказать?

- Спасибо, Момонга-сан. Э... Я прошу прощения за то что встревожил вас, дело в том что я плохо подобрал слова. Я уже некоторое время размышлял о том, что раз наш клан вырос, старое название больше нам не подходит. Поэтому я планировал распустить клан и воссоздать его как официальную гильдию.

По комнате разнеслись выдохи облегчения.

В отличи от клана, гильдия предоставляла множество преимуществ. Однако, прежде чем основать гильдию необходимо было многое обсудить. Дело в том, что существовали решения, которые нельзя было отменить в случае ошибки.

В частности, две вещи заслуживали особого внимания:

Название гильдии и гильдмастер.

Их клан не преобразовывался в гильдию по этим двум причинам.

Присутствующие начали успокаиваться, послышался голос Ульберта - "Ну, ему стоило именно так и сказать". Тач Ми, увидев что время пришло, повысил голос.

- ... Есть ли возражения по поводу роспуска клана и воссоздания его в качестве гильдии?

Возражений не было. Этого и стоило ожидать - в конце концов, каждый из них хотел бы быть членом гильдии. Однако, Момонга почувствовал укол одиночества.

Дело было в том, что причина по которой он так погружался в игру - причина, по которой он так усердно трудился и создал множество драгоценных для него воспоминаний - название клана, должно было исчезнуть. С другой стороны, он и подумать не мог что однажды название перестанет соответствовать положению дел. Он не представлял что кто-то может оказаться недоволен названием.

Их клан назывался Nine’s Own Goal.

//own goal - гол в свои ворота, то есть Nine's Own Goal - что-то вроде "Поддавки Вдевятером"

//九人の自殺点, буквально "самоубийство девятерых"

Он был основан в те времена, когда в самом разгаре была охота на гетероморфных существ. Причина этой охоты заключалась в том, что существовали сильные классы для взятия которых было необходимо убить определённое количество игроков гетероморфных рас. Из-за этого такие игроки прятались в мирах, предоставляющих им преимущество - Нифельхейме, Хельхейме и Муспельхейме - и отказывались покидать их. В конце концов, миры были достаточно велики чтобы играть не покидая их.

Однако, Тач Ми и другие основатели - включая Момонгу - отличались. Не желая ограничивать свои амбиции, они отважно путешествовали по другим мирам. Сколь многие игроки смогли взять тот сильный класс благодаря победам над Момонгой и остальными? Таково было их самоуничижительное название для группы самоубийственных идиотов, действия которых лишь позволяли их противникам стать сильнее.

Теперь количество членов клана возросло до такой степени, что пальцев обеих рук не хватило бы их пересчитать. Кроме того, одного из основателей больше не было среди них. Он покинул и клан и игру.

Так что сменить название было бы естественно.

Хоть Момонга и пришёл к такой мысли, его сердце всё равно ныло при мыслях об отсутствующем друге, о том, с кем он играл с самого начала, том, кого с ним больше не было.

Пока Момонга погружался в воспоминания, разговор вокруг него продолжался. Наконец, Тач Ми заговорил, начав с "И последнее"

- В этот раз, я сложу с себя обязанность лидера клана - то есть, гильдии. Мне неудобно говорить это при том что меня даже ещё не выбрали, но надеюсь что все поймут меня.

Члены клана молча переглянулись. Он серьёзно? Что он хочет этим сказать? И кто займёт пост Тач Ми? В их глазах отражались терзающие сердца вопросы.

- Тогда, кто будет следующим лидером - следующим гильдмастером? Хочет ли кто-нибудь занять эту позицию, или порекомендовать кого-нибудь?

Момонга был согласен с тем, кто произнёс эти слова. Никто не сможет заменить столь выдающегося человека. Ему было жаль того, кого выберут на эту роль.

Тач Ми посмотрел на каждого, и следующие его слова выбили Момонгу из равновесия.

- Лично я хотел бы порекомендовать Момонгу-сан.

- Уэээ!

Момонга непроизвольно произвёл этот странный вскрик.

Он не понимал, почему в этом разговоре всплыло его имя.

Оглядываясь вокруг в поисках поддержки, он вместо этого слышал хор голосов, произносивших "Неплохо" и "Да, можно поручить это Момонге-сан"

Каким бы невозможным это не казалось, не слышалось ни одного голоса против. Это заставило его думать, нет ли здесь какого-нибудь заговора.

- Вы серьёзно?! Вы все что, правда думаете что я справлюсь?!

В ответ на вскрик Момонги Тач Ми предпринял великолепный финт, достойный сильнейшего из воинов.

- Ну, я вывалил это на вас так внезапно, и даже не получил согласия Момонги-сан, так что может быть кто-то ещё хочет сделать рекомендацию? Кто-нибудь хочет вызваться?

Вопросы Тач Ми остались без ответа.

Плохо.

Хотя его тело не могло потеть, он всё равно чувствовал что спина намокла. Такая ситуация регулярно повторялась на собраниях в компании. Если он будет бездействовать, его изберут.

Взглянув на Тач Ми - могучего воина, подсечкой лишившего его равновесия и нанёсшего смертельный удар - Момонга решил укрепить оборону.

- Эй, эй, эй, эй, эй, постойте, подождите. Правда, постойте, Тач-сан. Это всё слишком внезапно; все наверняка сбиты с толку. Нельзя решать всё так быстро. Дайте мне немного времени.

На протест Момонги ответил не Тач Ми, а Ульберт.

- Я так не думаю. Лично я считаю Момонгу-сан прекрасным кандидатом. Он регулярно заходит в игру, он педантичен и у него нет никаких странных привычек. Кроме того, он нейтрален и не склоняется ни на чью сторону.

И ты, Брут!

Откровенно говоря, это не было предательством. Просто рекомендация от товарища по Альянсу Без Покупных Вещей вызвала среди окружающих возгласы согласия, так что он почувствовал себя преданным. Хотя он и ощущал лёгкую гордость от того что никто не возражал против его кандидатуры, сейчас было не время для такого.

- Нет, постойте, минутку! Ульберт-сан! Я, я не уверен что смогу возглавлять всех столь же выдающимся образом как Тач-сан. Разве нет никого, кто лучше подходил бы для этого?

- Все здесь уважают вас в этом смысле. В этом клане нет никого кто отказался бы помочь вам, Момонга-сан.

Тач Ми раз за разом повторял "Всё хорошо, всё в порядке"

Момонга огляделся, все вокруг кивали.

Момонга впервые в жизни чувствовал себя так тревожно.

Как он может быть Гильдмастером? Было множество причин отклонить его кандидатуру. Кроме того, как кто-то вроде него может заменить такого человека как Тач Ми?

Пока Момонга обдумывал как отклонить свою кандидатуру, в углу его поля зрения возникло новое окно. Он получил сообщения от трёх человек. Любая связь не использующая внутриигровую магию требовала использования покупных предметов, так что эти сообщения, вероятно, были очень важны.

Двигая руками под столом, от открыл сообщения.

То, что сообщения пришли от трёх разных отправителей удивило Момонгу, но спокойно обдумав это можно было заметить, что все сообщения были отправлены почти одновременно.

Отправителями были Пунитто Моэ, Табула Смарагдина и Беллривер.

Он быстро просмотрел сообщения пока остальные возбуждённо обсуждали нового Гильдмастера. Хотя формулировки отличались, суть всех сообщений была одинаковой.

Если кто-то кроме Момонги займёт позицию Гильдмастера, то гильдия - иными словами, этот клан - наверняка распадётся сама собой. Так что они хотели присоединиться к какой-нибудь другой гильдии вместе с Момонгой.

Так что Момонга должен был стать Гильдмастером.

Очевидно, что эти трое не сомневались с том что гильдия развалится, но мнения всех троих различались. Наибольшим отличием было то, в чью сторону они склонялись.

Поскольку игроки приходили в игру ради развлечений и удовольствия, для гильдий было совершенно естественным распадаться из-за разногласий. Но поскольку собрать нужное количество человек было бы тяжело, правильным было бы держаться всем вместе и всем вместе развлекаться.

Сам Момонга предпочитал последний вариант.

Поскольку каждый из троих, отправивших ему сообщение, был умён и образован, скорее всего за их действиями стоял какой-то скрытый мотив. Однако, Момонгу это не касалось.

В конце концов, решать ему.

Момонга задумался.

Вывод был очень прост.

Это игра. Один из его друзей уже покинул её, и может настать день когда все остальные последуют его примеру из-за того, что реальный мир более важен чем игра. Однако это случится не сегодня. Кроме того, Момонга хотел и дальше играть вместе с этими людьми.

Так что ответ мог быть лишь один.

Разумеется, Момонга беспокоился, и спрашивал себя "Действительно ли я справлюсь?". Он нервничал из-за того, что может доставить проблем своим товарищам и опасался, что не сможет справиться с теми многими проблемами что могут возникнуть в будущем.

И всё же - хотя он и чувствовал некоторую нерешительность, решение было уже принято.

- Хорошо. Если других желающих нет, я приму эту роль.

Все посмотрели на него. Ну, у некоторых из присутствующих не было лиц, так что они, скорее, повернулись в его направлении. И всё же Момонга ощущал их взгляды на себе, и внезапно очень хорошо понял образное выражение про тяжёлый взгляд.

Подвергшийся внезапному давлению Момонга подумал о том чтобы взять свои слова назад, но его рот произнёс слова, совершенно отличающиеся от тех что крутились в его мозгу.

- К, конечно, только в том случае если все согласятся помогать мне.

Все члены клана безмолвно выразили свою готовность поддержать Момонгу.

Раз так - он собрался с решимостью и встал со своего места.

- Итак... хотя я и не слишком надёжен и могу создать вам проблемы, я займу должность Гильдмастера. Давайте и дальше работать вместе.

Под гром аплодисментов Момонга поклонился.

- Как будущий Гильдмастер, я перейду сразу к делу. Каким будет название нашей гильдии? Нужно ли мне придумать его?

После этого последнего предложения Момонги воздух в комнате словно подёрнулся дымкой. Значило ли это что все испытали дискомфорт?

Персонажи в ИГГДРАСИЛе не могли выразить эмоции на лице, но он чувствовал неловкость присутствующих. Это было даже тяжелее чем их взгляды.

- Нет, незачем, не надо беспокоиться об этом...

- заговорила Букубуку Чагама, и её слова прогнали повисшие в воздухе токсичные облака.

Раздались несколько соглашающихся с ней голосов. Они все звучали паникующе, хоть и пытались замаскировать это.

Момонга понятия не имел причин этого, и тут заметил что его друг нервно поднял руку.

- Прошу, Пэроронтино-сан.

- ... Я бы хотел узнать, просто для информации, гипотетически, для сравнения... какое бы имя вы, Момонга-сан, выбрали для гильдии?

Момонга поразмыслил над вопросом.

- Сейчас у меня нет идей.

- Ну, любое имя подойдёт.

И почему они так настойчивы? - пробежала мысль в мозгу Момонги, в то время как он принялся придумывать хорошее название.

- Как насчёт "Зоопарк Гетероморфов"?

Это звучало как достойное имя. Кто-то из присутствующих пробормотал:

- Зоопарк Гетероморфов, ха? На удивление неплохо, и подходит под наш образ. Только... как бы, оно звучит так словно мы какие-то мелкие мошки.

- Несколько экзотическое название, но неплохое... Хотя, звучит как название тех организаций что появляются на один эпизод какой-нибудь манги. Ну знаете, в турнирах.

- Да, как одна из тех команд что появляется в списке участников, но проигрывает не получив даже шанса появиться в сюжете. Я бы назвал такие комады именно так, чтобы читатели подумали - о, эти ребята сильны, - но они бы проиграли на следующей же панели.

- А мне, впрочем, оно даже нравится, в нём ощущается такая приятная злодейская нотка.

- Лично я считаю, что это звучит как название кучки слабых монстров, так что мне оно не нравится. А, простите, Момонга-сан.

Посреди обсуждения Ямаико пробормотала себе под нос:

- И всё же, мне жаль полностью отбрасывать наше старое название. Было бы здорово подобрать новое имя таким, чтобы оно было как-нибудь связано с нынешним.

В комнате внезапно воцарилась тишина, раздались голоса выражающие согласие с Ямаико.

Момонга был согласен с этим предложением - хотя она, наверное, не собиралась что-то предлагать. Закрыв глаза, он вспомнил приятные времена проведённые с товарищами. Ему казалось, что сменив название гильдии, он лишится этих незабываемых воспоминаний, и ненавидел саму мысль об этом.

- Nine's Own Goal. Девять самоубийц? Есть ли что-нибудь, относящееся?...

- Раз так, как насчёт Тамплиеров? В конце концов, Тач-сан несколько напоминает Гуго де Пейена. Ну... впрочем, одного человека нам не хватает.

//Гуго де Пейен - рыцарь из Шампани, вместе с другими восемью рыцарями основавший Орден Тамплиеров и ставший его первым великим магистром.

Момонга понятия не имел о чём говорит Табула Смарагдина, но полагал что это имеет какое-то отношение к оккультизму. В конце концов, тот довольно глубоко увлекался такими вещами. Обо всём этот Момонга не имел ни малейшего понятия.

- Тамплиеры звучит совсем непохоже на Nine's Own Goal.

- Табула Смарагдина-сан постоянно говорит о каких-то непонятных вещах.

- А, да, простите.

- Что насчёт бейсбола? В бейсбольной команде девять человек.

- Даже и с футболом можно что-нибудь придумать. Но не забывайте, мы обсуждаем это именно потому, что нас уже не девять человек. Нужно придумать что-то, не относящееся к числу девять.

Воин Такемиказучи, нефилим, не принимал участия в обсуждении. Вместо этого он, погрузившись в размышления, что-то писал в своём блокноте, и наконец заговорил.

- Можно убрать букву N... Как насчёт "Айнс"? Убрав N из начала "Nine's" получаем "Ine's" , что произносится как Айнс.

- Неплохо. То есть, это означает конец нашего нынешнего клана и его новое начало под именем Айнс?

- Звучит несколько надуманно, но из всех предложений это определённо пока что лучшее. ... Айнс... Оно ведь так звучит, верно? Или Айнз?

- И так и так подойдёт, наверное. Это не особо важно. Давайте лучше попробуем придумать способ использовать Own и Goal.

- Ну раз так - произнёс Пунитто Моэ - Как насчёт Ooal Gown? Goal превращается в Ooal, а G переходит к Own и они меняются местами.

- Ооо! Идеально... хм? Тут дополнительное O, откуда оно взялось? Без неё будет Oal? Ainz Ooal Gown? Хм...

- Ну, не слишком часто выдается шанс поиграть с анаграммами.

- Для начала, Ooal произносится как "Оул", верно?

//Уул, на самом-то деле

- Точно. Как в назании одного из видов слаймов - ooze.

//произносится как [уз] - трясина.

Это заявление прозвучало от Херохеро, слайма.

- N, W и G... Север, Запад... уход.

//Игра слов, похоже Gown - gone

Разговор полностью переключился на придумывание анаграмм названия, но голоса постепенно утихали, словно все начали уставать.

Слушая эти горячие споры, Момонга заключил что лучших идей, вероятно, не будет. Тщательно обдумав предложенния и убедившись что других нет, он посмотрел на остальных членов клана и объявил о своём решении.

- Итак, в качестве названия новой гильдии мы объединим предложения Такемиказучи-сана и Пунитто Моэ-сана. Есть возражения?

- Не-а~

Все поддержали заявление Букубуку Чагамы.

Раз так -

- Значит, новым именем нашей гильдии будет Гетероморфный Зоопарк!

Тут же раздался смех и подколки в адрем Момонги. Он поднял обе руки ладонями вперёд, демонстрируя что всё понял, и кашлянул.

- Ну, это была глупая шутка. Итак - Айнз Оал Гоун?

Все поддержали единогласно.

- Тогда, кто возьмется за квест для создания гильдии? Есть желающеие помочь? Если все заняты, я буду постепенно выполнять его в свободное время...

Для регистрации гильдии необходимо было выполнить задание. Существовало восемь типов квестов, но выполнить нужно было лишь одну. Момонга задумался, какую из них будет проще выполнить.

Но выяснилось, что в этом нет нужды.

- Всё в порядке, Момонга-сан. Дело в том, что я уже выполнил задание и принёс с собой нужный предмет, так что мы можем использовать его.

Эти слова произнёс Тач Ми.

- Правда?

- Конечно. Я сдался на полпути, так что это меньшее что я могу сделать.

Момонга взял свиток у Тач Ми.

Когда он развернул его, перед ним открылось новое окно.

Это была форма запроса на создание гильдии.

Следуя инструкциям и введя нужную информацию, он сможет основать гильдию.

- Итак, я распускаю клан.

Со стороны Тач Ми донеслась мрачная, скорбная музыка.

Она звучала примерно минуту, после чего перед всеми появились уведомления о выполнении запроса Тач Ми. Момонга принял сообщение о роспуске, нажав Enter на консоли перед собой.

Тут же коротко взревели фанфары.

- Друзья, я создал гильдию. Сейчас я вышлю вам всем приглашения, подождите пожалуйста.

Создав достаточное количество свитков с приглашениями в Айнз Оал Гоун он разослал их. Перед всеми тут же появились окна с сообщениями.

Момонге показалось довольно забавным то, как все одинаковыми движениями раскрывали свитки и вводили данные.

Непрерывный колокольный звон отмечал всё увеличивающееся количество членов гильдии. Наконец, все члены Nine's Own Goal стали членами Айнз Оал Гоун.

Итак, прошлый клан исчез, и родилась новая гильдия.

Его окно статуса демонстрировало, что территория принадлежавшая клану под названием Nine's Own Goal была передана гильдии, называющейся Айнз Оал Гоун.

В произошедшем не было ничего особенного.

В ИГГДРАСИЛе постоянно возникали новые гильдии, почти с той же частотой как старые исчезали. Однако, в своём сердце Момонга ощущал какое-то странное чувство.

Когда он только начал играть, Тач Ми спас его от охотников на представителей гетероморфных рас. Он получил приглашение в Nine's Own Goal и узнал насколько весёлой может быть игра. Потом число членов клана возросло, и он наслаждался игрой вместе со своими новыми друзьями.

И теперь тот клан, что был источником столь многих радостей, перестал существовать.

Однако, чувство одиночество исчезло в тот же момент.

Новосозданная гильдия продолжит дело прежнего клана.

Именно, это был не конец, а начало. Однако, он чувствовал не только счастье.

На его спину свалился тяжёлый груз.

До сих пор он был полностью счастлив возможности играть со своими товарищами по клану и был только рад помогать им. Однако теперь он, как Гильдмастер, обязан помочь всем получать удовольствие от игры.

Глядя, как все обсуждают чем заняться дальше, Момонга ощутил как чувство долга невыносимо давит на него. Он вдохнул и поднялся.

Заключив из поведения нового Гильдмастера что он хочет что-то сказать, все немедленно замолчали.

В тишине Момонга изложил свои мысли.

- Итак, в качастве нашего первого совместного действия как гильдии Айнз Оул Гоун я предлагаю покорить то подземелье в болотах, которое недавно нашёл Нишки-сан.

Со всех сторон раздались одобрителные возгласы. Посреди этого возбуждения Момонга сглотнул, борясь с зудящим напряжением нарастающим в нём.

Из-за того, что он собирался сказать далее, его вполне могут заклеймить несостоятельным Гильдмастером.

Но прежде чем он заговорил, кто-то поднял руку:

- Гильдмастер, у меня вопрос. Так как это неизвестное подземелье, нам стоит сначала произвести разведку. Когда мы всерьёз попытаемся зачистить его? От этого зависит насколько мы успеем подготовиться и подогнать снаряжение.

Словно небеса ниспослали ему этот вопрос.

Это была точка невозврата. Если он хочет остановиться, то делать это нужно сейчас. Однако, Момонга заставил себя принять решение.

- Нет. Вообще-то, у меня есть идея - Момонга кашлянул, и повысил голос - Прошу всех выслушать меня.

В комнате повисло напряжение.

Прогоняя невыносимое давление от которого к горлу подступала тошнота Момонга изложил свою мысль.

- Пожалуйста, послушайте. Я надеюсь зачистить это неисследованное подземелье за один заход.

Смятение.

Его слова произвели смятение. Этого стоило ожидать.

Момонга прекрасно понимал, насколько непробиваемо глупы его слова.

В неисследованных подземельях их могут поджидать неизвестные монстры, и нет никаких сведений о типах ловушек, которые там можно встретить.

Поэтому нужно было предпринять несколько атак на подземелье. Таким образом они могут определить эффективный способ расправиться с монстрами и кратчайший путь к центру подземелья, а также способ одолеть босса. Нет, как правило подземелье нельзя пройти не применяя подобную тактику.

- И всё же это невозможно. Мы не знаем на какой уровень персонажа оно рассчитано, и пытаться зачищать подземелье, даже низкоуровневое, вслепую будет сложно.

Тем, кто произнёс это, был Беллривер, гетероморфный рыцарь-маг, выглядящий как покрытая ртами гора мяса.

Некоторые другие также принялись возражать, поддерживая разумное замечание Беллривера.

Естественно, Момонга прекрасно понимал что они чувствуют.

Однако, он хотел предпринять это.

Разумеется, идея отметить создание гильдии Айнз Оул Гоун походом в это подземелье не могла не вызвать недовольство. Мудрее было бы выбрать какое-нибудь более простое занятие, которое оставило бы приятные воспоминания и укрепила их товарищество.

Это может оказаться дурным началом, если они потерпят неудачу.

Однако, огромные трудности также могут оставить после себя крепкие воспоминания. Момонга считал, что тяготы сплотят гильдию, совсем как враги могут стать друзьями в отчаянной ситуации.

Он ощутил предчувствие, что если ему не удастся объединить их сейчас, гильдия рано или поздно распадётся сама собой. Вероятность этого была очень высока, учитывая сообщения которые послали ему трое его мудрых согильдийцев. Это не произошло до сих пор лишь благодаря Тач Ми и тому чувству товарищества, которое они все питали к Nine's Own Goal, клану, за который они сражались до сих пор.

Сейчас же узы между ними начали ослабевать. Так что Момонга должен вновь скрепить их воедино, пусть даже для этого придётся использовать своё положение Гильдмастера.

Как и ожидалось, нашлись те кто решительно противился неожиданно нетерпеливому предложению Момонги. Безмолвный подсчёт выявил, что примерно треть присутствующих не согласны с ним.

Момонга прекрасно понимал причины.

Они считали, что выгоды слишком малы по сравнению со штрафами за гибель всей их группы.

Смерть влекла за собой два вида потерь.

Первой была потеря очков опыта и, как следствие, потеря уровней, впрочем, размер потерь зависел от способа воскрешения.

В ИГГДРАСИЛе это не было такой уж большой потерей, так как опыт, в отличии от других игр, мог быть быстро восстановлен. Даже если уровень на какое-то время и снижался, его можно было быстро восстановить.

Тем, что каждый из них ненавидел, был второй вид потерь - потеря одного из экипированных предметов, выбранных случайным образом.

Оружие и доспехи в ИГГРДАСИЛе создавались путём вставки кристалла данных в поверхность предмета. Очень мало кто мог остаться равнодушным к потере созданного лично для себя элемента снаряжения.

В случае, если подземелье оказывалось слишком сложным, можно было лишиться одного или нескольких предметов. Из-за этого игроки иногда использовали второсортное снаряжение, такое, которое не жалко было бы потерять. Однако, со второсортным снаряжением вряд ли получится зачистить подземелье с первого захода., так что в этот раз придётся использовать лучшее что у них есть. Кроме того, игра была разработана так, что вероятность потерять элемент снаряжения прямо зависела от его ценности, что означало высокий шанс потерять предмет, играющий ключевую роль в своей игровой стратегии.

Всё это вызывало беспокойство.

Это беспокойство уже готово было передаться остальным двум третям гильдии -

- Давайте сделаем это. Разве вам не кажется что это будет весело? - произнёс Воин Такемиказучи.

- Ну, я не хочу сказать что Тач-сан неправ или что он труслив, но спланированные им походы в подземелья были не слишком-то интересны. Я хочу принять участие в этой дурацкой экспедиции и крушить всё направо и налево как идиот. Момонга-сан, вы то что надо. Я знал, что вы отлично подходите на роль Гильдмастера.

- Если нас всех перебьют, мы действительно станем идиотами.

Пунитто Моэ до сих пор не озвучивал своего мнения. Едва он договорил, Воин Такемиказучи хихикнул.

- Это же игра. Игра. Смерть всей группы это часть развлечения. В конце концов, Nine's Own Goal был кланом, основанным идиотами. Почему, как вы думаете, он был назван именно так? Разве не совершали мы все глупости в прошлом? Игроки человеческих рас насмехались над нами как над идиотами, а наши товарищи-гетероморфы ненавидели наз за наши бессмысленные поступки. Мы начали приобретать уважение лишь когда количество членов клана возросло. На самом деле, нет, помните как первый предмет Мирового Класса что мы нашли был украден? И я повторюсь, Тач Ми всё делал правильно, но... но я всё же хочу снова подурачиться как идиот.

В тишине заговорил один из их товарищей, бывший с ними с момента основания Nine's Own Goal - Древний.

- ... Я согласен с чувствами Таке-сана. Вам не кажется, что это прекрасно? Это будет впечатляющим началом для нашей гильдии. В конце концов, разве не мы те самые глупцы что добыли предмет Мирового Класса? Или, почему бы не рассмотреть всё с основ. Игра предполагает что игроки будут бросаться навстречу опасностям. А раз так, зачистка неизвестного подземелья это и есть то, что от нас требуется. Давайте станем гильдией, занимающейся подобными делами.

- Что насчёт снаряжения, которое мы потеряем? Я не хочу полагаться на покупные вещи...

- А, верно. Беспокойство Беллривера-сан небезосновательно. В конце концов, потеря снаряжения это кошмар для нас, тех кто так долго был мишенью для других игроков. Но среди нас есть и те, кто пытается подавить свой гнев на эту несправедливость.

Воин Такемиказучи гордо посмотрел на свою катану.

- Ну, мне будет жаль потерять эту малышку. Однако, всё что от меня потребуется это создать клинок ещё сильнее, верно? Я не знаю всего об этой игре, так что не могу утверждать что моё снаряжение лучшее из возможного. Чем больше я узнаю, тем лучшее снаряжение смогу сделать. То же касается и моего Mk 6. Я непрерывно улучшал его, начиная с версии Mk 1. Мм. Если я сделаю катану ещё сильнее, я назову её Зеро или Ультимейт или Пустота или что-то в этом роде.

Воин Такемиказучи поскрёб голову. Он не устал, лишь смутился из-за собственных слов.

- А.. что я несу? Снаряжение это просто снаряжение. Вы не думали, что это слишком грустно, лишать себя мира - удовольствия от игры - из-за того что мы слишком боимся потерять его?

- Я думаю, каждый наслаждается игрой по-своему, и не стоит навязывать другим свою точку зрения.

- Уваа, я не ожидал услышать это от Момонги-сан. Мой товарищ ударил меня в спину.

Извинившись перед Воином Такемиказучи, Момонга посмотрел на членов гильдии и сказал:

- Честно говоря, идея зачистить неизвестное подземелье за один заход это моё собственное своеволие. И вы правы, задумываясь "Стоит ли это испытание риска потерять наше снаряжение, в создание которого вложено наше время и силы?" Беллривер-сан прав, а я нет. Однако, я всё же считаю что нам нужно сделать это. Я чувствую, что члены нашей гильдии относятся к тем людям, что назначат идиота своим лидером, а когда этот идиот попросит их о какой-нибудь глупости - засмеются и тут же примутся за дело. Не поможете ли вы мне с этой глупостью, о которой я прошу? Пожалуйста.

Момонга слегка опустил голову.

Спустя несколько секунд прозвучал первый ответ.

- Ну, раз это просьба моего товарища Момонги, я буду рад помочь.

Голос принадлежал Ульберту.

- Как Гильдмастер, я бы поставил на первое место безопасность... но как игрок я хочу как следует развлечься.

Вслед за ним заговорил Тач Ми.

- Я с самого начала собирался сделать это. Я промолчал просто потому что Такемиказучи заговорил первым.

- Как член гильдии, я должна поддерживать нового Гильдмастера, знаете ли.

Брат и сестра, Пэроронтино и Букубуку Чагама озвучили собственные мнения. Пришёл черёд Беллривера.

- Я не слишком-то рвусь заниматься этим, но раз Момонга просит, я в деле. Но прошу заметить что я был против.

Хотя он и говорил подобно капризному ребёнку, согласие Беллривера словно бы разожгло пожар, и те кто был против один за другим выразили согласие.

- Благодарю вас - поклонился Момонга - Итак, наша следующая цель - сразить босса в глубинах этого подземелья!

- О! - прозвучал чистосердечный крик согласия членов гильдии.

***

Здесь собралось 27 человек.

В ИГГДРАСИЛе команды состояли из шести человек, а рейд мог состоять максимум из пяти команд.

Судя по количеству присутствующих, три места были вакантны.

Отсутствие трёх человек было серьёзным снижением возможностей команды, так что они намеревались заполнить вакантные места НИПами-наёмниками.

Плюсом НИПов-наёмников было то, что их существование позволяло игроку-одиночке создать команду, но их ИИ был не слишком хорош, и они были слабее даже плохо снаряженного игрока того же уровня. Из-за этого в сложных подземельях НИПы становились обузой для недостаточно опытных игроков.

Момонга задумался, кому лучше поручить руководство НИПами.

Выбор был между силой Тач Ми и хитростью Пунитто Моэ. Размышляя об этом, он осознал что допустил фундаментальную ошибку.

Вместо того чтобы поручать их всех одной команде, ему стоит распределить их между двумя.

- А, прошу прощёния. Пунитто-сан, Тач-сан. У меня к вам просьба.

Эти двое были самыми надёжными из всех присутствующих.

Тач Ми был прекрасным воином, а Пунитто Моэ - талантливым командиром. Они, вероятно, смогут найти НИПам хорошее применение.

- Аа, Момонга-сан. У меня есть предложение. Вы не могли бы подойти ненадолго?

У Момонги не было причин отказывать Пунитто Моэ в его просьбе.

Они отошли в угол комнаты.

- Я предлагаю разместить стражей у входа в подземелье.

Стражами была команда, которую оставляли сторожить вход в подземелье, наблюдать, не попытается ли кто-нибудь приблизиться и, в зависимости от обстоятельств, уничтожать посторонних.

Момонга вздохнул и отверг это предложение. Это их совместное дело, и они должны зачищать подземелье все вместе. Он не хотел никого оставлять на пороге.

- Нет, я не согласен. Я не хочу чтобы меня прихлопнули.

"Прихлопнули" было термином, который Пунитто Моэ изобретал для метода охоты на игроков, при котором едва начавшая зачистку подземелья группа оказывалась атакована сзади. Загнав противников глубже в подземелье, нападавшие вынуждали жертв сражаться одновременно с монстрами и атаковавшими их сзади игроками. Это было разновидностью взятия в клещи.

Хоть это и было тактикой которую он сам использовал с огромным успехом, но, вероятно, он предлагал это так как прекрасно знал насколько она действенна.

Однако...

- Вам не кажется, что вы слишком параноидальны? Никто ведь ещё не знает про это подземелье, верно?

Пунитто Моэ отразил фразу Момонги кратким "Как наивно"

- Мы не можем ни в чём быть уверенными пока не окажемся на месте. Из всего что мы знаем это может оказаться ловушкой или чьими-нибудь охотничьими угодьями.

- Ну, раз так... разве мы не сможем воспользоваться той иконкой которая появляется когда мы приближаемся и демонстрирует, было ли подземелье исследовано ранее? Это никак нельзя замаскировать, так что всё должно быть в порядке, верно?

- Это тоже наивно, Момонга-сан. Неисследованное и необнаруженное это не одно и то же, хоть и звучит похоже. Я бы остановился буквально в одном шаге перед подземельем, помеченным как неисследованное, так что любые игроки, обнаружившие его - это, разумеется, всего лишь гипотеза - войдут внутрь без опаски.

- ... Пунитто-сан, вы очень страшный человек. Вы самый жутки человек во всём нашем клане, то есть, гильдии. Но вы правы, лучше быть настороже.

- Самый жуткий, хе. Ну, я не столь осторожен сколь труслив.

- Но я не считаю вас трусливым. В конце концов, в тот раз...

- О! Момонга-сан, пожалуйста, не упоминайте это. Ну, давайте пока отложим это. Я прекрасно понимаю что разделять силы опасно, но это ведь наш первый бой как гильдии. Мы же не хотим потерпеть неудачу из-за глупой маленькой ошибки, верно?

- Ну, это так...

- Худшим, что случится а нами во время этого предприятия, будет гибель от рук других игроков. Момонга-сан, я понимаю что вы хотите чтобы мы все вместе вошли в подземелье. Однако, важно оставить кого-то охранять вход. В конце концов, вы ведь не хотите чтобы нас всех победили, вы хотите полностью зачистить подземелье, верно?

- Разумеется.

- Тогда вы должны понять.

Момонге было нечего возразить на слова Пунитто Моэ.

Хотя он ещё пытался смириться с этой мыслью, умом он уже согласился что это правильно.

Он станет обузой для всех если позволит себе поддаться эмоциям. Стоящий перед ним товарищ знал что Гильдмастер должен был бы держать себя в узде, и всё же решил помочь и использовать свою мудрость на пользу этому предприятию. Момонга глубоко сожалел, что доставил всем проблем с этой трудной задачей по зачистке неизвестного подземелья.

Гильдмастер должен действовать рационально. Он понятия не имел, что может натворить поддавшись возбуждению.

Он вспомнил одиночество, которое ощутил когда один из его товарищей покинул игру, и кивнул Пунитто Моэ.

- Понятно. Позже я подниму этот вопрос.

- Рассчитываю на вас.

Момонга уже подумал о не скольких кандидатах на роль тылового заслона. Разумеется, эту задачу лучше всего будет поручить игрокам с производственными классами.

- А, прошу вас упомянуть что это моё предложение.

Он понятия не имел зачем, но всё же согласился.

- Э? А, ладно. понял. Однако, это так в вашем стиле, Пунитто Моэ-сан. Я даже не подумал о возможности нападения других игроков.

- Ну, сражения между игроками ведь очень популярны в этой игре. Большинство других игр ограничивают или вовсе запрещают такое.

- Вот как? Я никогда не играл в другие игры, так что ничего не знаю про это.

- А, тогда почему бы нам не попробовать другую игру вместе? Есть одна которую я очень хотел бы попробовать.

- Мм, звучит как неплохая идея, но не стоит ли нам сначала пройти ИГГДРАСИЛь?

- Разве можно пройти эту игру? Ну, наверное можно, затратив несколько лет.

О чём забыли разработчики ИГГДРАСИЛя так это о том, чтобы сделать игру дружественной к игрокам. Сам факт что такая шутка существовала демонстрировал, сколь мало информации об этой игре. Кроме того, существовало множество вещей, проверить которые было нельзя невзирая на самые усердные попытки игроков. Даже сейчас, несколько лет спустя запуска игры, не было ничего удивительного в том что в ней было много загадок.

Что за лунатик сможет пройти эту игру, засмеялся Пунитто Моэ.

- Раз так, мне понадобится снабдить вас знаниями о тактике боёв с другими игроками, Момонга-сан. Я также думаю написать книгу "Охота на игроков для чайников"

- Снаружи?

Снаружи - иными словами, в реальном мире.

- Нет, нет, как я могу? Я имел в виду здесь, в этом мире.

В ИГГДРАСИЛе можно было хранить рукопись в форме книги и читать её так же как книгу в реальном мире.

В игре находились те, кто оформлял произведения, авторские права на которые истекли, в форме книг и продавал их по дешёвке.

- Понятно. Тогда, не могли бы вы показать мне это руководство когда закончите его? Уроки о нападении могут оказаться полезными и при обороне.

- Разумеется. Когда придёт время, пожалуйста, во что бы то ни стало.

- С нетерпением жду этого! Хаха. Я обязательно скопирую его и раздам другим.

- Момонга-сан, как вы можете так говорить?

Издав этот смущённый вскрик, Пунитто Моэ погрузился в глубокие раздумья, после чего тихо сказал Момонге:

- ... Вы уверены? Если это руководство увидит много людей, вы потеряете своё преимущество. Незачем делиться знаниями со всеми. Лишь нескольким избранным нужно это знать. Знания ценны своей редкостью. Когда вы распространяете их, они становятся бесполезны.

- С этой точки зрения, вы правы.

- Верно! Вы, Момонга-сан, мой друг, а также мой Гильдмастер. Вот почему я обучаю вас.

- Кроме того, вы скрываете своё тёмное прошлое потому что слишком стесняетесь его, верно?

- Да, обычно причина в этом. Это вроде того как вас цепляет какая нибудь песенка, и вы записываете её себе на диск или ещё куда-нибудь, а потом, несколько лет спустя, слушаете её и хотите убить себя.

То был возглас отчаяния. Однако, лицо Пунитто Моэ осталось бесстрастным.

В этом было неудобство ИГГДРАСИЛя.

Было бы интереснее, если бы выражение лица могло изменяться в соответствии со словами.

Подумав это, Момонга также осознал что это невозможно.

Для людей играющих за человекоподобные расы сделать такое было бы несложно, но создать анимацию движения лиц полулюдей и гетероморфов было бы невероятно трудно. Кроме того, нужно было учесть его собственное костяное лицо. Движущиеся со скрипом кости вероятно выглядели бы невероятно отталкивающе.

- А, прошу прощения. Я открыл дверь в своё жестокое прошлое, к которой ни в коем случае нельзя прикасаться. Если и нужно открыть какую-то дверь, то я предпочёл ту, что ведёт в более тёплые времена - да, Момонга-сан, что вы хотели обсудить со мной? Это что-то насчёт НИПов-наёмников?

- Угу. Скольких я могу вверить вашему командованию?

- Хм, думаю я смогу без проблем управиться с тремя.

- Большое вам спасибо. Возможно, мне не придётся поручать вам так много, в зависимости от того, сколько человек останется охранять вход. Ну, я рассчитываю на вас.

Момонга оставил Пунитто Моэ, и после того как попросил о том же самом Тач Ми, вернулся в центр комнаты и прокричал:

- Простите что повторяюсь! Прошу всех выслушать меня!

Как и в прошлый раз, он почувствовал как внимание всех присутствующих сконцентрировалось на нём.

Да, хотя выражения лиц в игре и не менялись, он к своему удивлению мог почувствовать настроение своих товарищей. По словам Тач Ми в бою воин мог мгновенно чувствовать намерения соперника, что позволяло избегать атак. Что-то похожее, видимо, происходило и с ним. Однако, Момонга был не столь чувствителен. Возможно, лишь обладатель класса Воин был способен на такое.

- Я собираюсь распределить вас по командам. Как обычно, мы разделимся на тех кто наносит физический урон, магический, защитников, лекарей и остальных. Также нужно назначить разведчиков...

Момонга сделал короткую паузу.

- Предлагаю также назначить охрану входа. Есть возражения?

Это было решение которое он, Гильдмастер, принял на основании предложения члена гильдии. Упоминать его имя казалось неправильным.

Все потрясли головами. Хотя Момонга на мгновение встретился глазами с Пунитто Моэ, тот лишь пожал плечами и горько улыбнулся.

- Раз так... ну, мы поступим как обычно.

-... Возражений нет.

-... Сойдёт.

Несколько человек поддержали, и никто, похоже, не возражал.

- Раз так, далее мы назначим охрану входа... Сколько нам потребуется?

- Я не против остаться сзади.

Первым руку поднял алхимик Аманомахитоцу. Потом вызвались ещё двое, тоже принадлежавших к ремесленным классам.

Их клан никогда полностью не концентрировался на зачистке подземелий и охоте на других игроков. Многие играли ради удовлетворения жажды приключений. Их переполняло желание открывать неизведанные земли и находить неизвестные вещи. Разумеется, даже игроки ремесленных классов не проводили в своих мастерских дни напролёт, и набирали уровни в базовых боевых классах чтобы в определённых пределах быть способными справляться с любой проблемой. При этом, поскольку их персонажи обладали и ремесленными классами, во время штурмов подземелий они чувствовали себя обузой.

Момонга прекрасно понимал почему они вызвались услышав его предложение. И именно потому что он знал, он сожалел об этом. Однако, Момонга поклонился этим троим.

- Прошу прощения, но не могли бы мы предоставить это вам?

- Что вы, Момонга-сан. Поднимите голову, пожалуйста. Это мы будем вести праздные разговоры пока остальные сражаются.

- Я также хочу создать новое оружие. Я только что открыл технологию обработки редких металлов, так что хочу опробовать её.

- Мы просто займёмся своими делами у входа в подземелье. Не беспокойтесь об этом.

После ответа Аманомахитоцу, два других игрока быстро последовали его примеру.

И всё же Момонга вновь кивнул им.

- Тогда, Нишки-сан, я прошу вас поделиться картой с остальными. Вы ведь не против, верно?

- Конечно. А, кстати, я только что закончил сбор информации о монстрах, появляющихся на болотах. Никто не против если я распространю её, да?

Возражать причин не было.

Нишки Энрай извлёк из воздуха несколько свитков - по одному на каждого - и принялся трудиться над ними.

Из свитков вырвалась вспышка света.

Каждый из игроков протянул руку и взял свиток. Момонга последовал общему примеру.

Как только он развернул свиток, появилась надпись "Получена новая информация"

Проигнорировав исчезнувший во вспышке света свиток Момонга прикоснулся к надписи. Тут же появились строки текста.

Первая часть сведений относилась к местности.

В самом центре болот стоял крест. Его помечала неряшливо сделанная от руки надпись "Подземелье Здесь". Помимо этого на карте было три символа, помеченных "База жаб". Кроме того, присутствовало несколько других значков помеченных "Куча склизких тварей", "Ядовитый газ", "Босс уровня" и так далее. В дополнение на карте были линии помеченные "Вероятный маршрут патрулей"

"Понятно", задумчиво пробормотал Момонга, переваривая информацию. Далее он прикоснулся к символу открывающему следующую часть данных.

Далее шли сведения о монстрах.

Там были размытые изображения монстров, их названия, уровни и другая информация.

Уровень 64 Гренбера Дьявольская Пиявка

Уровень 74 Гренбера Пурпурный Червь

Уровень 78 Гренберианский Владыка Болот

Уровень 80 Безумный Пожиратель

Уровень 80 Болотная Нага

Уровень 80 Гренбера Тувег

Уровень 83 Гренбера Тувег Воин

Уровень 83 Гренбера Тувег Жрец

Уровень 84 Гренбера Тувег Рыцарь

Уровень 85 Гренбера Тувег Военный Вождь

- А ещё...

Слова Нишки застигли Момонгу за чтением списка монстров, и он повернулся к нему.

- ... Это те, кого я встретил. Я визуально подтвердил их присутствие, но есть ещё монстры с которыми я не встречался, так что будьте осторожны. Кроме того, я видел и более сильных тварей вдалеке, но они находились рядом с помеченными на карте базами. так что я не приближался проверить.

- Хм. Уровень 80 может означать, что максимальный уровень монстров внутри подземелья примерно 90 Идеально.

Большинство членов Айнз Оал Гоун были 90 или около того. Он чувствовал, что они смогут без проблем зачистить это подземелье.

- Таке-ян. Беспечность запрещена. Всем известно, что подземелья сложнее чем окружающая их местность.

Разумеется, верным может быть и обратное, но они ещё ни разу не встречали примеров такого.

- И всё же, удача будет решающим фактором. Зачистить подземелье девяностого уровня за один проход вполне возможно. Раз так, давайте войдём внутрь во всеоружии. Пора использовать наши покупные вещи.

- В таком случае это будет превосходное зрелище.

Комнату заполнила идея, что они, вероятно, смогут сделать это, и Момонга почувствовал как у него сводит желудок.

Если бы они считали это невозможным, то могли бы успокоить себя в случае поражения, сказав "Такого и следовало ожидать". Но если они потерпят неудачу будучи уверенными в победе, удар будет гораздо сильнее.

Момонга пожалел о своём глупом заявлении.

Попытка сдержать их возбуждение призывами к осторожности будет проявлением пораженческого мышления. Однако, осторожность может оказаться полезной.

И всё же он, как организатор, не мог сказать этого.

И тут пришла помощь.

- ... Прошу вас всех, не будьте самоуверенны. Вы знаете, насколько низки шансы пройти неизвестное подземелье с первого раза? Фактический уровень подземелья поднимается на несколько пунктов когда вы в нём впервые.

Эти слова произнёс Ульберт.

Разумеется, эти слова подпортили всеобщее веселье, но благодаря им все успокоились.

В то же время, ушей Момонги достиг звон. Это была магия "Сообщение", а вызывал его Пунитто Моэ.

『—Удачи, Момонга-сан.』

Момонга зашёл на выделенный канал "Сообщения" и применил заклятье. Теперь его голос услышит лишь собеседник в "Сообщении"

- Спасибо.

『Не за что, но помните что паника несёт в себе семена поражения, так что сохраняйте спокойствие и мыслите логически. Не волнуйтесь, следите за тем что вокруг вас и не тратьте сил на несущественные детали, Момонга-сан. Беспечность ваш злейший враг. Однако, я тоже планирую зачистить подземелье с первого захода. Ну, удачи!』

Сказав всё что хотел, он прервал "Сообщение".

- Отлично! Итак, мы выступаем к нашей цели через полчаса. Прошу всех подготовиться!

Часть 3.

Бывшие члены клана Nine's Own Goal, ныне ставшего гильдией Айнз Оул Гоун, собрались на окраине Хельхейма, примерно в сотне метров от ядовитых болот, на Равнинах Пронзающих Кристаллов.

Ядовитые болота являлись опасным местом, но и находиться на Равнине, где росли растения с бритвенно-острыми ледяными листьями, способными пробивать даже доспехи класса Реликт и наносящими урон при каждом движении, также было небезопасно. Бродившие по равнинам кристаллические монстры доставляли большие неприятности тем, кто не обладал дробящим оружием.

Какой мир не возьми, но в особенности - три родных мира гетероморфных рас, Нифельхейм, Хельхейм, и Муспельхейм, по мере удаления от центра и приближения к окраинам возрастала и опасность. Не только из-за монстров, сама местность превращалась в смертельную ловушку.

Однако, для членов Айнз Оул Гоун такая опасность была пустяком. Предприняв необходимые предосторожности, они, пусть и временно, могли бы даже бегать по Равнинам в полную силу. Сейчас, усевшись на землю, они готовились выступать.

Но это вовсе не означало, что все вели себя беззаботно и беспечно.

Было развёрнуто множество защитных заклинаний, за окрестностями велось наблюдение посредством магических глаз. Кроме того, собравшихся укрывал экранирующий купол - заклинание иллюзий высшего уровня, Зеркальный Мир.

Купол не мешал обзору для тех, кто находился внутри него, но совершенно скрывал их от взгляда снаружи, проецируя на внешнюю поверхность изображение с противоположной стороны. Таким образом, заклинание не только крайне усложняло их обнаружение, но и могло, до некоторого предела, отражать атаки, выполняя также и защитную функцию.

Все эти предосторожности были предприняты не столько для защиты от монстров, сколько из-за опасения подвергнуться нападению со стороны игроков, таких же как они сами.

Не существовало никаких пенальти за уничтожение игрока гетероморфной расы. Наоборот, из этого можно извлечь выгоду. Поэтому, хотя в последнее время охота на гетероморфов начала затихать, опасность быть обнаруженными сильными врагами сохранялась. Так что проявлять беспечность, пусть и находясь в своём родном мире, было бы глупо.

Момонга провёл рукой по консоли с именами всех членов гильдии, активированное им заклинание отобразило список с маной и здоровьем каждого из них.

Там были имена Тач Ми и тех, кого он пригласил - Нишки Энрая, Виш III, Воина Такемиказучи, Момонги, Древнего, Флатфута, Аманомахитоцу - восьмерых первых членов клана. Следом шли имена остальных - Пэроронтино, Букубуку Чагама, Херохеро, Блу Планет, Ульберт Алайн Одл, Гарнет, Беллривер, Вариэйбл Талисман, Нэарата, Нуб, Генджиро, Ямаико, Вайтбрим, Пунитто Моэ, Табула Смарагдина, Царь Зверей Меконгава, Тигр Евфрат, Тенпаранс, Суратан - девятнадцать человек.

Всего - 27 игроков. Вся гильдия Айнз Оал Гоун.

От одного лишь вида всех этих имён в груди поднималось какое-то трудноописуемое чувство.

Даже те, кто принадлежал к производстенным классам и предпочитал действовать в одиночку, вроде Аманомахитоцу, даже они были здесь, не желая пропустить событие, отмечающее формирование их гильдии.

Признательность, наверное, или, точнее, он был тронут до глубины души.

Однако кроме радости Момонга ощущал и тяжесть ответственности.

Если их первый совместный рейд закончится неудачей, нет гарантии что когда-нибудь в будущем удастся собрать всех снова. От одной мысли об этом сводило желудок. Момонга восхитился прежним главой клана, Тач Ми, постоянно нёсшим подобный груз.

Провал недопустим.

Собравшись с духом, Момонга украдкой вздохнул, погасил экран консоли и, стараясь говорить спокойно и собранно, обратился к одному из товарищей.

- Нуб-сан, какова ситуация?

- М? А, всё в порядке. Пока что я не ощущаю чьих-либо следящих заклинаний.

Раз это утверждал Нуб, носивший прозвище "Глаза Nine's Own goal", то это означало, что слежки и вправду нет. Персонаж Нуба был разработан с упором на разведку, и если и нашёлся бы игрок, способный обмануть его глаза, то он должен был бы принадлежать к какому-то секретному, неизвестному до сих пор классу.

- Ещё одно. Физического наблюдения за нами также не ведётся, Момонга-сан, - доложили Флатфут и Нишки Энрай, проводившие разведку окружающей местности.

Хотя эти двое, ассассин и ниндзя, и не были так хороши как специализированные разведчики, но ни одному полагающемуся на скрытность игроку пока что не удалось спрятаться от них.

Судя по этим докладам, их сбор в этом месте, вероятно, не привлёк ничьего внимания.

Момонга окинул взглядом собравшихся.

Существа жутковатого вида сидели кругом, словно проводя какой-то злой ритуал. Но у Момонги не возникло таких ассоциаций - он видел перед собой лишь собрание игроков-ветеранов.

- Итак, друзья! Все готовы?

Все одновременно продемонстрировали эмотиконы с поднятым большим пальцем.

Сигнал готовности. В конце концов, тут собралось тридцать человек, так что опрашивать каждого по отдельности слишком долго. Чтобы избежать задержек, они использовали этот сигнал, ещё тогда, когда гильдия была кланом.

- Тогда, выступаем. Передовая группа, прошу вас.

- Ок-ке! - ответил за всех предводитель разведчиков, Нишки Энрай.

Все, поменяв каждый своё снаряжение на дающее полную невосприимчивость к яду, вошли на болота.

Среди болот там и сям были разбросаны ядовитые трясины, вероятно, чтобы затруднить путь к подземелью. Однако, так как обходить трясины было бы слишком долго, они решили идти напрямик. У каждого были дела и в реальном мире, так что тратить время впустую они не могли. Даже в выходной у кого-то могли найтись обязанности, например необходимость присутствовать на семейном торжестве чтобы избежать убийственных насмешек родни.

Возникло системное сообщение.

"Болото Гренбера."

Эти буквы всплыли в поле зрения как Момонги, так и каждого из его товарищей, входивших в зону болот.

"Это большое ядовитое болото, населённое невосприимчивыми к яду Тувегами."

Пересекая границу новой зоны, можно было получить дополнительную информацию, обладая соответствующими навыками. Например, алхимик или лекарь, обладающие навыком травника, могли получить сведения о растущих в этой области травах.

- Хм... Практически ничего нового. Просто информация о населяющих это место монстрах - почти то же самое, что рассказал нам Нишки-сан. Никаких новых сведений... И никакой информации о чём-то необычном... Может, данные намеренно скрыты, как вы думаете?

- Не вижу иной причины, так что наверное, так оно и есть. Это грязное болото, населённое вонючими Тувегами, любой решит обойти стороной. Но наш рейд, я надеюсь, даст результаты. Может, тут найдутся какие-нибудь неизвестные травы, которые позволят создать новые зелья... Да уж, эта игра просто повёрнута на крафте. Мы уже открыли около двухсот рецептов, но и близко не подобрались к пределам возможного.

- Это верно не только для зелий, так ведь? Также и с теми шахтами. Сопроводительный текст явно намекает на семь цветов радуги, но ещё два рудника мы пока не обнаружили.

- Лично я сказал бы, что разработчики несколько переборщили со всеми этими загадками. Разумеется, при таком количестве контента игра ещё долго останется интересной, но я подозреваю, что корпорация, владеющая игрой, рано или поздно решит переключиться на другой, более дружественный к игрокам проект.

- Наверняка. Кстати, о корпорациях... Ещё совсем недавно если какой-нибудь парень желал уволиться из корпорации, на него смотрели как на отброс общества...

- Оу, простите, но давайте не будем об этом. Просто для меня, весь этот разговор про увольнения... Может, не будем внутри гильдии обсуждать работу? Я залогинился лишь несколько десятков минут назад, и не готов вновь погружаться в проблемы реального мира, - Момонга прервал зашедший далеко от темы разговор.

Его замечание встретило всеобщее одобрение. Незачем вспоминать о работе. Неприятности завтрашнего дня могут подождать до завтра.

Отгоняя неприятные мысли, Момонга навострил уши, прислушиваясь к другому разговору, затрагивающему игровые темы.

- ...Навыки обращения с информацией? Я подумывал сменить специлизацию на них. Мне почти удалось открыть класс, позволяющий использовать берсеркерские атаки, как у некоторых монстров. Если вкладываться в него, то, похоже, можно увеличить DPS.

DPS - сокращение от Damage per second.

Иными словами, сколько урона в секунду наносит персонаж. Теоретически, чем больше кристаллов данных встроено в оружие, тем больше урона оно наносит. Но такой метод имеет свои недостатки - подобным образом усиленное оружие сильно снижает маневренность и скорость атак, следовательно, урон в секунду будет низок. Поэтому игроки, намеревающиеся увеличить DPS, не полагаются на такой прямолинейный подход.

Кроме того, высокоуровневые монстры могут обладать множеством особых способностей, снижающих получаемый урон. Всё это вызывает необходимость подбирать оружие и навыки под конкретного врага.

- Но не слишком ли опасно использовать эти берсеркерские атаки?

- Я думаю, недостатки можно будет скомпенсировать атрибутами оружия.

- Хм, неплохая идея. Но разве для этого не потребуется оружие класса минимум реликвии? Такое непросто достать.

- Вот как... Да, не выйдет. Я хотел бы поэкспериментировать, но, похоже, это слишком затратно...

В ИГГДРАСИЛе, игре, где создание альтернативного персонажа запрещено, такие жалобы можно было услышать нередко. Желавший провести эксперименты оказывался вынужден смиряться с риском гибели своего персонажа, что влекло штраф за воскрешение.

Пусть восполнить потеряннный опыт в ИГГДРАСИЛе было сравнительно проще, чем в других играх, но всё равно для этого требовались значительные затраты времени и сил. Поэтому к экспериментам со своим персонажем не стоило подходить легкомысленно.

Момонга тоже хотел бы иметь второго персонажа. Он тоже считал, что администрация слишком жадничает, запрещая создание альтернативного аккаунта.

Он хотел бы попробовать стать воином, таким же как Тач Ми.

Ходили слухи, что рефлексы воина в игре зависят от моторных рефлексов в реальном мире, но, вероятно, существенную роль это играло лишь для чемпионов, занимающих высокие строчки в рейтинге.

(Мне нравится шарф Тач-сана, но сам я предпочёл бы развевающийся ярко-красный плащ... И стильно размахивать здоровенным мечом, как Такемиказучи-сан...)

По правде говоря, Момонга выучил заклинание трансформации в воина, но оно не было особо полезно, так что он им почти не пользовался. В команде каждый должен идеально исполнять свою роль, а у Момонги лучше всего получалось поддерживать своих товарищей сзади, атакуя магией.

Нарушать слаженную командную игру он не хотел.

Будь он один - тогда да, при одиночной игре в некоторых случаях выгоднее было бы стать воином. Но...

Момонга посмотрел на своих товарищей по гильдии, безмолвно шагавших через ядовитые болота. Они прекратили досужую болтовню, двигаясь к цели.

Внезапно его охватило ощущение одиночества.

Когда эта гильдия ещё была кланом - до совсем недавнего времени, в общем-то - в неё принимали лишь работающих людей, и собираться они могли лишь по вечерам. Были среди них и те, чья профессия не требовала ежедневного присутствия на работе - например, сейю Букубуку Чагама - но они работали по неравномерному графику, и в результате, по будним дням в помещении гильдии было пусто.

Временами, возвращаясь с работы и сразу заходя в игру, Момонга прибывал раньше всех. В таких случаях он призывал нежить, НИПов-наёмников и играл в одиночку. Так что одиночество не было непривычным для него.

Однако, потому что он ожидал, что вскоре залогинится кто-нибудь ещё, именно потому, что он не сомневался в этом, в одиночку он не чувствовал себя таким уж одиноким. Но что, если все они исчезнут, если больше никто не залогинится вслед за ним - что останется ему?

Покинуть эту гильдию, присоединиться к другой?

Попытаться набрать новых членов?

Обе этих мысли отчего-то вызывали отторжение. Вряд ли дело в застенчивости. Например, со своими товарищами по работе он вполне поддерживал отношения - хотя те, наверное, считали его асоциальным из-за отказов участвовать в совместных выпивках.

И всё же такие мысли были ему неприятны.

Не на рассудочном, на эмоциональном уровне. Так что переубедить себя он не в силах.

- Что такое, Момонга-сан? Получили сообщение о недостатке наномашин?

Это Херохеро, двигавшийся рядом с ним.

- Нет, всё в порядке. Я сделал себе инъекцию сегодня перед входом.

- А, хорошо раз так. Мы ведь не знаем, как долго будем зачищать подземелье - и не узнаем, пока не окажемся там. Не хотелось бы лишиться такого ценного члена команды. У меня в реале есть один знакомый, он играет в другую игру, и во время общегильдийского рейда был вынужден разлогиниться. Когда он смог вновь вернуться, их рейд закончился поражением, и его обвинили в этом, хотя он и был не виноват.

- ...Как-то жестоко.

- Ну, наша гильдия ведь совсем другая. Мы, как бы это сказать, больше всего ценим развлечения. Было бы неприятно, будь наша гильдия такой же зацикленной на достижении чего-нибудь. Игра ведь должна приносить радость... О, что это я? Как-то подозрительно себя веду, похоже, поддался влиянию Тач-сана...

- Подозрительно, а? Бедный Тач-сан... - Момонга натянуто улыбнулся, - Нам предстоит атаковать подземелье, а я беспокоюсь, подхожу ли на роль гильдмастера...

- Ха-ха-ха. Для начала, вы чересчур волнуетесь. Честно говоря, найти редкие кристаллы данных или артефакты уже будет достаточно для того, чтобы достойно отметить создание гильдии, разве нет? Хотя, конечно же, если сможем с первого раза зачистить всё подземелье, то такое воспоминание станет сокровищем превыше всего остального.

- Да уж. Это станет поистине незабываемым воспоминанием.

Их разговор прервали внезапно раздавшиеся поблизости звуки. Отвратительные шлепки по воде, словно кто-то шагал по болоту в резиновых сапогах.

- О, похоже, видимость несколько ухудшилась.

- Э?

- Видимо, опустился небольшой туман. Переключите режим обзора, Момонга-сан, гляньте.

На Момонгу было наложено заклинание "Расширенная Магия - Полный обзор", позволяющее ясно видеть всё сквозь туман в радиусе двухсот метров вокруг, так что никаких помех зрению он не видел.

Незачем ухудшать собственное зрение, но он сейчас в окружении друзей, так что ничего плохого не будет, если он последует совету Херохеро.

Момонга потянулся к консоли, деактивируя заклинание.

И тут всё вокруг застлали облака.

- Уо!

Внезапная перемена застала его врасплох.

- Ха-ха, удивлены? Честно говоря, всё вокруг уже давно было застлано белым туманом.

Херохеро прямо излучал веселье, словно отмочив удачную шутку.

-Не издевайтесь, пожалуйста, - коротко ответил Момонга, натянуто улыбнувшись. Его испугала не столько внезапная потеря видимости, сколько то, что в тумане он потерял из виду остальных, словно оставшись совсем один.

Он отдал команду на консоли, возвращая себе зрение.

Его товарищей, похоже, туман мало беспокоил. Чего и следовало ожидать. Чтобы достичь того уровня, на котором они все находились, нужно пройти через множество приключений и выработать контрмеры на любой случай. Они смогут справиться с любой неожиданностью.

- И всё же, Херохеро-сан. Откуда вы знаете, как это выглядит для меня? - поинтересовался Момонга, озадаченный.

Персонаж Херохеро представлял из себя живую слизь. Слаймы видят мир иначе, совсем не так как люди. Вместо глаз они обладают обострённым осязанием, позволяющим как бы всем телом ощущать окружающую обстановку.

- А-а, это благодаря одному из предметов моей экипировки. Осязание хорошая штука, но его радиус ограничен всего сотней метров, и это довольно жутковато, скажу я вам. Будет очень неприятно, если меня атакуют дальнобойным оружием из-за пределов области видимости, так что я всегда ношу с собой предмет, позволяющий видеть всё вокруг человеческим зрением.

- Похоже, любая сильная способность в этой игре имеет какой-нибудь существенный недостаток, правда?

- Сила и слабость идут бок о бок, именно так и достигается баланс, я полагаю... О, я ощущаю движение поблизости.

Херохеро протянул чёрное щупальце, указывая на островок среди болот. Там показалась гигантская змея.

Её блестящее, скользкое на вид туловище более чем в десять раз превышало по толщине корпус человека.

Эти твари предпочитают держаться группами, так что если змея их обнаружит, будут проблемы.

Все разом остановилсь. Заклинатели приготовились атаковать магией, воины взяли наизготовку метательное оружие.

Если змея заметит их, то они разом атакуют, чтобы убить её до того как она позовёт сородичей.

В консоли Момонги уже были заготовлены атакующие заклинания, чтобы в любой момент использовать их для самозащиты. Основной его ролью в командных сражениях была магическая поддержка, но в случае, если того требовала ситуация, он мог и ослабить врагов боевой магией.

Несколько секунд спустя змея, видимо, так и не заметив их, уползла, погрузившись в трясину.

- Прятаться и скрываться не в моих привычках. Я предпочёл бы проложить себе дорогу силой. - послышалось приглушённое замечание Ульберта.

- Ульберт-сан, пожалуйста, поберегите ману. Она пригодится нам на босса подземелья.

Класс Ульберта назывался Всемирная Катастрофа - его персонаж, жёстко специализированный на использование огненной магии, обладал несравненной боевой мощью. Во всей гильдии лишь пятеро могли сравниться с ним по чистой силе, но были у него и недостатки. Он обладал огромным запасом маны, но его магия потребляла ману в огромных количествах, вследствии чего он быстро выдыхался.

Сложность финальной битвы может очень сильно зависеть от того, сбережёт ли Ульберт свою ману до встречи с боссом.

- Да нет же, я просто шучу. Разве я когда-нибудь так поступал? Тем более сейчас - первый рейд гильдии Айнз Оал Гоун! Разумеется, я приложу все усилия к тому, чтобы он увенчался успехом!

Ульберт стиснул правый кулак, бурно жестикулируя. Столь несвойственный ему энтузиазм поразил Момонгу.

- Впрочем, можно ведь и передавать ману от других. Тогда её хватит и на продвижение с боем, и на сражение с боссом.

- М? Это вы обо мне?

Ямаико была лучшим заклинателем магии веры в гильдии, одним из целителей. Она могла перераспределять свою ману, делясь ей с другими.

- Звучит как неплохая мысль. Если что, так и поступим. А лечить можно посохом или волшебной палочкой.

- Посохов и палочек будет недостаточно в битве с боссом. А если Ямаико-сан будет делиться с другими маной, её собственный запас быстро истощится.

Ямаико являлась целителем-защитником, её навыки обороны и самовосстановления позволяли ей выполнять роль танка. Она могла одновременно отвлекать на себя врагов и лечить раненых товарищей.

Впрочем, основной её ролью было всё же исцеление.

Её основное оружие - гигантская перчатка - наносило сравнительно немного урона, но взамен отбрасывало врагов далеко назад, позволяя разрывать дистанцию и тем временем лечить согильдийцев.

Недостатков у неё было два.

Первый - запас маны. Его, разумеется, было достаточно для лечения, но на всё остальное, например на усиливающие заклинания, уже не хватало. Второй - атакующие возможности. Из-за узкой специализации в целительстве её персонаж был довольно слаб.

Можно сказать, она представляла из себя последний оплот обороны. В случае, если враги сомнут их, она сможет защитить уцелевших, исцелить раненых и воскресить погибших.

- Но, почему мы разговариваем шёпотом?

- И правда... - Ульберт и Ямаико непонимающе переглянулись.

Вообще, для того, чтобы избежать обнаружения, нужно стараться говорить как можно тише. Каждый монстр обладает способностью ощущать - видеть, слышать, чувствовать запах и заклинания. Поэтому необходимо стараться не попадаться им на глаза и не шуметь.

Однако, это верно лишь для низкоуровневых персонажей. Существует высокоуровневое заклинание магической маскировки, способное укрыть под собой целый отряд. Как раз такое, что развёрнуто сейчас, так что шептать нет никакой необходимости.

Даже если бы кто-нибудь, столкнувшись с недавней змеёй нос к носу, заорал "ей, я тут!", размахивая оружием, она всё равно бы не заметила.

- Наверное, дело просто в том, что мы находимся на окрытой местности.

- А, точно, точно. У меня такое чувство, будто я стою в одних трусах а дверь открыта нараспашку, - еле слышно произнёс Ульберт, но Момонга различил его слова.

- Угу, я тоже ощущаю нечто подобное, хоть и не в точности это.

- А я совсем не поняла, о чём вы.

И так, продолжая переговариваться шёпотом, они шагали дальше, углубляясь в болота.

По дороге им встречалось довольно много тувегов, и они обходили их далеко стороной, стараясь не попасть в поле зрения этих зорких монстров, внешне напоминающих прямоходящих лягушек. Никакого противоречия со сказанным ранее не было - тувеги относились к тем монстрам, что способны заметить их даже сквозь маскировку, так что приходилось вести себя тихо и скрытно.

На обходные пути, пусть даже и с использованием повышающей мобильность магии, ушло приличное время. Но наконец, впереди на болотах показались очертания чего-то инородного.

Вход в подземелье. Одиночный островок, поднимающийся из болота.

- Это же...

Судя по составленной Нишки Энраем карте, это то самое место.

Расслабляться не следовало - в любой момент могут появиться монстры-охранники. Разработчики часто использовали такой приём, размещая выскакивающих из-под земли монстров-стражей.

ИГГДРАСИЛь разрабатывали очень коварные люди, так что может появиться даже вождь тувегов, и постепенно всё их племя явится сюда и заполонит всё вокруг. Фактически, Момонге уже случалось видеть как подобным образом погибали целые рейды.

Именно поэтому так важна разведка.

Момонга убедился, что его аура нежити никого не заденет.

После чего из горячих клавиш на консоли - помеченных числами от 1 до 10 - выбрал 8, вызывая заклинания восьмого уровня.

Развернулось многоуровневое кольцо команд. На одном уровне располагалось двенадцать заклинаний. Всего колец было четыре, то есть суммарно в них хранилось сорок восемь заклинаний.

Простой подсчёт показывает, что такая система позволяет быстро вызывать до четырёхсот восьмидесяти заклинаний.

Как правило, обычный заклинатель сотого уровня может выучить триста заклинаний. И ещё сотню слотов под заклинания можно купить. То, что система быстрого доступа к заклинаниям содержала больше слотов, чем можно изучить, большинством игроков воспринималось как вызов со стороны разработчиков.

Впрочем, такой дизайн в виде кольца был очень практичен - с точки зрения лёгкости и удобства использования заклинаний, подобное расположение позволяло заклинателю использовать свою магию без проблем.

Как представители воинских классов зависели от своих физических возможностей в реальном мире, так и заклинатели зависели от своей памяти.

Момонга управлял консолью ловкими и точными движениями руки.

В разгар боя он бы не мог себе этого позволить, но пока спешить было некуда. Он пролистывал заклинания, разыскивая нужное.

Он прикоснулся к краю четвёртого кольца.

Двенадцать иконок заклинаний на этом кольце увеличились, Момонга выбрал одно из них прикосновением пальца.

<Удалённый Обзор>

Усиливать заклинание он не собирался, так что в других иконках пока потребности нет.

Согласно названию, это заклинание усиливало способности к обнаружению. Каждый из присутствующих и так активировал какую-нибудь усиливающую восприятию магию, так что Момонге, казалось, не было нужды её применять. Однако он, будучи лучшим в гильдии специалистом по обнаружению нежити, всё же на всякий случай направил своё заклятье на островок.

Отдавая правой рукой команды на консоли, левой он управлял заклинанием, поместив увеличенное изображение в центр поля зрения. Из-за сузившегося угла обзора беспокоиться не было необходимости - вокруг стояли надёжные товарищи.

Часть островка на болотах отгораживала стена, покрытая мхом и частично развалившаяся она уже не могла служить преградой. Сквозь щели в ограде Момонга заглянул внутрь.

Старое, заброшенное кладбище.

Растрескавшиеся от времени надгробия. В центре - руины како-то крупного здания, вероятно, усыпальницы. Вряд ли монстры могут прятаться где-то помимо этих руин, не первый взгляд других укрытий видно не было.

Момонга сконцентрировался на увиденном.

В играх, как правило, на кладбищах встречались монстры-нежить, и ИГГДРАСИЛь не был исключением. Именно поэтому магическую разведку проводил Момонга.

Никакой нежити не укрыться от него.

Умело управляя консолью, он обвёл магическим зрением весь островок, но никаких признаков присутствия нежити не обнаружил.

- Ни тени монстров. Не отбрасывающих тени монстров тоже нет.

- У меня тоже ничего. Я не ощущаю какого-либо движения над поверхностью земли.

- Никаких признаков нежити...

- Для начала, значит, непохоже что нас там поджидает босс?

- Или ловушки? Было бы неприятно нарваться на какую-нибудь систему оповещения.

- Как бы то ни было, не хотелось бы тратить наш доступный лишь четырежды в день козырь, поэтому во что бы то ни стало старайтесь избегать магических ловушек.

Каждый из них, независимо от остальных осматривавший цель, пришёл к одному и тому же выводу. На секунду переглянувшись, они двинулись к островку. Остальные двинулись следом, на расстоянии, готовые в случае чего помочь разведчикам.

-...Может, настоящая битва начнётся когда мы войдём вон в то здание?

- Нет, наверное, когда пройдём мавзолей и спустимся на нижние этажи. Мы всё ещё слишком близко к болотам.

- Как всё сложно. Ну, думаю, нам стоит начать покорение подземелья с мавзолея, так что надо подняться на этот островок. Прошу, Момонга-сан. Первый кусок пирога ваш.

- Что ж...

Когда он шагнул с болот на остров, в поле зрения, как и недавно, всплыла надпись. Но на этот раз она гласила "Подземная гробница Назарик", и её сопровождала иконка, обозначающая подземелье.

- Назарик, значит... Это из какого-то мифа?

- Нет, никогда раньше не слышал этого названия, - тут же отозвался шедший позади Табула Смарагдина. Члены разведывательного отряда нагнали их, рассыпавшись вокруг, чтобы в случае появления врагов иметь возможность тут же встать в боевое построение.

- Непохоже, что это слово из латыни или греческого языка. Ну, многие названия в ИГГДРАСИЛе не взяты ни из какого языка, так что тут, наверное, то же самое. Название, похоже, не несёт в себе никакой информации.

Нуб, которому было поручено обеспечение безопасности, выдвинулся вперёд и активировал свои заклинания.

- Чисто, Момонга-сан. Я просканировал мавзолей, никаких следов врагов, - доложил он несколько секунд спустя.

- Хм, то есть эта зона определена как безопасная?

- Ну, это не значит что тут не может быть прописано какой-нибудь дряни, происходящей по таймеру.

Большинство присутствующих поддержало его. Разработчики ИГГДРАСИЛя часто преподносили игрокам такие сюрпризы.

- Итак, команда разведки, всё в порядке? Раз под мавзолеем нас ждёт подземелье, может, пора перестроиться и выпустить вперёд штурмовой отряд? - предложил Пунитто Моэ, предводитель атакующей группы.

- Тогда, я создам укрытие. - вызвался друид Блу Планет и взялся за лопату.

Его заклятие магии веры, <Природное Убежище>, вырыло в земле бункер.

Массивная дверь в укрытие с лёгкостью отворилась.

Сразу за дверью оказалсь огромная комната с прозрачным потолком.

- Сколько не вижу это, каждый раз беспокоюсь, что нас могут заметить сквозь потолок.

- Да уж, кажется, что мы тут как на ладони. Неуютно. Однако, даже сверх-уровневая магия не пробьёт потолок с одного удара.

- А, тогда ладно. Но мне попадалось видео, где такое укрытие разбивают <Дамокловым Мечом>.

- А, космическое оружие? Ну, это ведь исключение, верно? Специальная сверх-уровневая магия против зданий. Плохой пример. Это заклятие ведь редко используют.

- Так, друзья, прошу внимания! - позвал Пунитто Моэ.

Все замолчали.

- Итак, предлагаю изменить порядок следования и пропустить вперёд штурмовую команду...

Табула Смарагдина поднял руку, возражая.

- Постойте! Куда вы так торопитесь? Лучше двигаться в том же порядке, пока возможно. Изменив порядок команд, мы окажемся вынуждены отменить заклинания и потерять впустую ману. И главное - разведчики и сами вполне боеспособны. Уж с мидбоссами-то они смогут управиться.

- Но разве не полезнее вести себя осторожнее осторожного? А если разработчики задумали тут очередную свою дурацкую шуточку, что-нибудь типа внезапно выскакивающего на нас рейдбосса?

В дискуссию между Пунитто Моэ и Табулой Смарагдиной включились и остальные, высказывая каждый своё мнение. Однако, для слушавшего со стороны Момонги был понятно, что предложения различаются в несущественных деталях и фактически спор по-прежнему идёт между двумя противоположными мнениями.

Вскоре дискуссия зашла в тупик, и Пунитто Моэ обернулся, уставившись на Момонгу.

- А вы что думаете, Момонга-сан, как нам поступить? Поменять порядок следования, или рискнуть продолжать как есть?

Момонге досталась сложная подача. Оба предложения резонны. У каждого свои плюсы и минусы. Это, вероятно, понимают и остальные, а значит его решение, скорее всего, будет определяющим.

Проблема в том, каков будет результат. Хорошо, если удастся принять верное решение, но от одной мысли о том, что всё может пойти наперекосяк, сводило желудок, плечи давил груз ответственности.

Этот груз прилагался к позиции гильдмастера, и Момонга хотел бы отказаться от него. Но это, разумеется, невозможно.

Он погрузился в раздумья.

Прежнему лидеру клана, Тач Ми, как-то удавалось успешно вести за собой остальных. Значит, Момонга может попробовать подражать ему.

Однако, его грудь сдавило беспокойство.

Тот спор, из-за которого один из основателей покинул клан.

При всём уважении к лидерским качествам Тач Ми, Момонга никак не мог избавиться от упрямо засевших в его сердце воспоминаниях о том случае. Нет, наверняка Тач Ми тоже терпел нечто подобное. Поэтому он и не стал предлагать себя на роль гильдмастера, предложив кандидатуру другого человека.

- ...Я предлагаю проголосовать. Те, кто за то, чтобы перегруппироваться, встантье по правую руку от меня. Те, кто считает что лучше продвигаться дальше тем же порядком - по левую.

С лёгким шумом все встали согласно своим предпочтениям.

- Большинство за то, чтобы продолжать как есть, - подвёл итог Момонга. - Так и поступим. И ещё одно. Я предлагаю в будущем все возникающие разногласия разрешать голосованием. А в случае, если голосов будет поровну, то внёсшие предложения решат всё игрой в камень-ножницы-бумагу... ну, для некоторых из нас это будет непросто, но мы что-нибудь придумаем. Все согласны? Есть у кого-нибудь другие предложения?

Все промолчали.

Это молчание согласия или нежелания решать этот вопрос?

Совсем как на работе. Такое же безразличное отношение. Как правило, дело не в отсутствии собственного мнения, а в нежелании принимать на себя ответственность за решение, или выступать против кого-то в споре.

Момонга подумал, что на будущее лучше обсуждать такие вопросы с каждым наедине.

Но сейчас им нужно продолжать рейд.

- Итак, друзья, выступаем.

Все, так или иначе продемонстрировав утвердительные жесты, двинулись к выходу.

Проигравшая сторона, может, и была недовольна, как обычно и бывает при принятии решений голосованием, но никто не капризничал. В конце концов, здесь ведь собрались взрослые, разумные люди. Но нет, дело не в этом.

Люди бывают очень разные. Бывают и такие, кто даже повзрослев сохраняет в себе немного ребячества. За то, что таких среди них не оказалось, следовало бы поблагодарить Тач Ми и его чутьё в выборе друзей.

Момонга ещё сильнее ощутил давящий на него груз ответственности.

- Огоо! Подумать только, Флатфут-сан, мы с вами, оказывается, единомышленники! - донеслось вдруг до него.

- Да нет же, мне нравятся просто плоскогрудые, необязательно лоли.

- Но вы же назвали своё оружие "Гладкая дощечка"... Флат-сан, вам что, нравится мужская грудь?

- Да почему сразу мужская?

- А что, нет? Что вы тогда можете сказать в своё оправдание, а, голубок?

Пэроронтиноо! едва не завопил Момонга. Он почувствовал себя полностью выбитым из колеи. Хобби - или, точнее, одержимость его друга была ему хорошо известна. И то, как Пэроронтино при каждом удобном случае сводил разговор к одному и тому же, было вовсе не смешно.

Нужно немедленно взять себя в руки и выручать Флатфута.

Но, пока Момонга колебался, раздался другой голос.

-...Даже и в обществе друзей, ты не думаешь, что с этими своими выкриками заходишь слишком далеко? Мы тут не выпить и повеселиться собрались, в конце концов...

Букубуку Чагама. Тембр её голоса произвёл на Момонгу довольно жутковатое впечатление. Тихий и низкий. Пэроронтино, однако, почему-то не заметил этой перемены.

Зато её заметил Флатфут, и слегка отшатнулся от Пэроронтино.

- Сеструха тоже плоская. Для мужчины она...

- Эй.

Её голос прозвучал смертносно-холодной сталью.

- Эй, сопляк. Помнишь, что ты вытворил когда тебе было двенадцать лет? Хочешь, чтобы я всем рассказала?

- ... я нижайше прошу прощения.

- Я ведь говорила тебе завязывать с этими твоими шуточками, а? А?

Чувствуя нарастающее напряжение, Момонга встал между ними.

- Чагама-сан. Чагама-сан, ну хватит, хватит...

- А, Момонга-сан...

Букубуку Чагама слегка снизила тон. Но это не озачало, что она успокоилась. Скорее, это затишье перед бурей. Так что Момонга торопливо продолжил.

- Ну, это. Мы же вот-вот начнём атаку на подземелье. Давайте все успокоимся, ладно? - сказал он, умоляюще сложив руки. Букубуку Чагама - наверное - опустила плечи.

- Верно, верно. Мы понимаем ваши чувства, Чагама-сан, пожалуйста, успокойтесь - поддержал его Флатфут, тоже кланяясь ей. Букубуку Чагама, поклонившись им в ответ, издала вздох, словно выпуская накопившийся пар.

- Вы двое совершенно не виноваты. Это моя вина, что так глупо разозлилась, простите.

Она повернулась к Пэроронтино.

- Слушай сюда, мой недалёкий братец. Даже в компании друзей стоит соблюдать приличия, в особенности это касается твоих пошлых шуточек. Я конечно, понимаю, что наш общий поход тебя несколько перевозбудил, но всё же постарайся не позориться. Понял меня?

- ...Да.

- Не хочешь поблагодарить Момонгу-сан и Флатфута-сан?

- Да. Спасибо вам. И извините меня, я несколько увлёкся. - сказал Пэроронтино безжизненным голосом, покорно, словно побитый пёс.

Выслушав извинения брата, Букубуку Чагама вышла наружу.

Оставшиеся трое проводили её глазами.

- Ну и жуткая у тебя сестра... По-правде, жуткая. Я боюсь её сильнее чем нашего директора. Как она так меняет голос... - прошептал Флатфут.

- Но она, в общем-то, не злой человек. Может, она умеет делать голос таким страшным, потому что она сейю. Или дело в том, что в ИГГДРАСИЛе не может меняться выражение лица, и из-за этого голос кажется страшнее.

- Всё равно страшно, Момонга-сан. - Флатфут приложил руку к груди. У игровых аватаров, разумеется, нет пульса, но он словно пытался унять трепыхающееся сердце.

И тут Момонга осознал.

ИГГДРАСИЛь очень реалистичная игра. Настолько, что иногда возникает иллюзия, что это и есть реальность.

Но, разумеется, здесь нет ни запахов, ни выражений лиц, так что эта иллюзия сразу развеивается.

- Ну, не настолько уж. Словно стою перед строгим боссом - отозвался Пэроронтино.

Оба усмехнулись.

- Ну, идёмте! Мы с вами последние! - поторопил их Момонга.

Часть 4

Оглядываясь по сторонам, они поднялись по разваливающейся лестнице в мавзолей. Интерьер выглядел неожиданно впечатляюще, взоры всех привлекли пять высоких статуй с каменными табличками у ног. Прочесть надписи от входа не представлялось возможным. Разумеется, можно было бы использовать усиливающую зрение магию, но всем было не до того.

Момонгу охватило дурное предчувствие.

Ему уже случалось видеть такой дизайн подземелья.

Его недавний энтузиазм исчез без следа.

- А, Момонга-сан, похоже, это подземелье с параллельной зачисткой. И, судя по всему, самое сложное, тут нужно пять отрядов одновременно. Ну, наверное стоит радоваться что это не одно из тех подземелий, где нужны отряды по 36 человек и объединённые усилия двух гильдий. Те просто кошмарны.

Момонга тихо простонал, когда Табула Смарагдина подтвердил его опасения. Окружающие его согильдийцы тоже забеспокоились.

Многие ненавидели подземелья параллельной зачистки, также называемые "пойди и сдохни сам". Для зачистки такого подземелья требовалось, чтобы несколько отрядов одновременно продвигались по нескольким маршрутам.

Разумеется, в совместной работе ради общей цели нет ничего плохого. Однако, необходимость разделяться раздражала.

Это новое, ещё никем не открытые подземелье.

То, что они ничего о нём не знают, подпитало их гнев на разработчиков и вдохнуло надежду на обнаружение редких кристаллов данных. Если они не смогут пройти его вместе, разделив все трудности и радости, то лишатся тем самым половины веселья - нет, может, даже хуже.

Хоть и не будучи суеверным, Момонга не мог избавиться от неуютного ощущения, осознав, что первый совместный рейд их гильдии окажется именно таким.

И всё же, он не мог позволить себе раскисать. В конце концов, это ведь была его идея, атаковать это подземелье, и все собрались здесь потому что поддерживали его. Он, как гильдмастер, должен вести себя подобающе.

Пунитто Моэ принялся предлагать варианты перераспределения команд, словно игрорируя шок Момонги.

- Как поступим дальше, Табула-сан? Придётся отклониться от первоначального плана, нам теперь нужно пять отрядов.

- Верно. Вопрос в том, как нам разделиться. Наверное, стоит обсудить это вместе со всеми. Стоит пригласить и тех, кого хотели назначить в охрану тыла - на нас и так будут давить со всех сторон.

В ИГГДРАСИЛе типичный отряд из шести человек состоял из двух танков, двух атакующих, одного лекаря, одного разведчика и одного джокера - игрока, способного подстраиваться под разнообразные ситуации.

Нужно равномерно распределить силы между пятью отрядами, что выглядело как весьма непростая задача.

Для выполнения её необходимо хорошо знать способности и предпочтения каждого. Небрежно собранная команда неизбежно потерпит неудачу. А значит, ключ к успеху их похода лежит в правильном подборе людей в каждый отряд.

Вопрос в том, как именно нужно зачищать подземелье.

Обычно подобные подземелья разрабатывались таким образом, чтобы все проходящие их команды сошлись в зале с боссом и могли атаковать его одновременно.

Если это так, то отряды должны быть сбалансированы.

Например, две команды сильнейших членов гильдии всё равно не смогут зачистить всё подземелье без проблем. А значит, лучше отправить четыре команды, чтобы они одновременно напали на босса и победили его. Сила есть также и в количестве. При небольшой разнице в способностях 24 человека всегда лучше чем 12.

Даже Воин Такемикадзучи - один из сильнейших членов Айнз Оал Гоун - скорее всего проиграет в схватке с двумя равными по уровню противниками. В ответ на каждый нанесённый им удар он получит два. Разумеется, существовали мастера, способные выйти победителями из схватки с двумя противниками, но такие игроки редки и малочисленны.

Следовательно, самое важное - не потерять никого и достичь сердца подземелья.

Пунитто Моэ, выйдя вперёд, обсуждал со всеми их назначения.

Момонга не вмешивался. Пунитто Моэ - лучший стратег их гильдии, так что лучше предоставить всё ему. Остальные, скорее всего, согласны с этим. Никто, наверное, не спорил бы даже если бы он начал раздавать приказы.

В большинстве игр отряд можно реорганизовать лишь в безопасной зоне или в специально предназначенной для этого локации. Однако в ИГГДРАСИЛе состав команды можно изменить когда и где угодно. Это позволяет гибко менять их состав, и преодолевать любые трудности.

Однако, эффекты заклятий и навыков, действующих на отряд, исчезают при роспуске отряда. Этот недостаток необходимо учитывать при перегруппировке. В тяжёлой ситуации такой приём ничем не поможет.

Момонга обвёл взглядов своих согильдийцев. Некоторые меняли снаряжение. Некоторые ненадолго вышли из игры, чтобы сделать перерыв. Некоторые возбуждённо беседовали с Пунитто Моэ.

Хотя каждый с виду делал что-то своё, Момонгу посетило странное чувство всеобщей скоординированности.

Постепенно Танки, Лекари, Атакующие - маги и воины, Разведчики и Джокеры получали свои назначения.

Момонга относился к "Джокерам"

Джокер не являлся необходимым членом команды. Редко кто брал на себя такую роль, но их гильдия - Айнз Оал Гоун - отличалась. Они рассматривали роль Джокера - игрока, способного адаптироваться к самым разным обстоятельствам - как трудное, но интересное испытание.

Момонга обладал способностью изучать заклинания, используя трупы других игроков, что позволило ему выучить множество самых разнообразных заклятий. Благодаря этому во время рейдов на подземелья его часто назначали на роль Джокера.

Разумеется, он заслужил эту позицию не тем, что знал много разных заклинаний, а тем, что умел использовать нужную магию в нужный момент.

Поскольку ему поручали столь тяжелую работу, Момонга имел приоритет при доступе к трупам игроков, которых убивала их гильдия. Это был своеобразный знак веры в него от его товарищей.

В обмен на это, Момонга вкладывал в игру всего себя, и его товарищи не сомневались, что он сделает всё от него зависящее.

Наконец, Пунитто Моэ объявил составы отрядов.

Команда Момонги состояла из:

Атакующий Маг: Ульберт Алайн Одл

Атакующий Воин: Воин Такемиказучи

Танк: Букубуку Чагама

Лекарь: Ямаико

Разведчик: Нишки Энрай

И Момонга в роли Джокера.

Прочитав список, он издал удивлённый возглас.

В гильдии были люди, способные с лёгкостью зачистить подземелье, и больше половины их оказалось в одной команде с ним.

Первый - Ульберт Алайн Одл, обладающий несколькими классами, усиливающими мощь его заклинаний. Своими заклинаниями он мог нанести просто невероятный урон.

Следующий - Воин Такемиказучи, развивавший атакующие классы, вроде Мастера Меча и подобные. Он, как и Нишки Энрай, обладал слабой защитой, но его физические атаки были сильнейшими во всей гильдии.

Танк, Букубуку Чагама, концентрировалась на защите. Ей даже дали прозвище "Непотопляемая"

Лекарь, Ямаико, использовала расовую особенность Нефилимов, позволяющую достичь очень высоких величин в двух атрибутах, но крайне низких - в трёх других, чтобы максимизировать свои выносливость и дух. Кроме того, всё её снаряжение было подобрано с упором на защиту. В сочетании со своими регенеративными способностями она обладала живучестью, далеко превышающей среднего танка.

Персонаж их разведчика, Нишки Энрая, был полностью ориентирован на боевые навыки, и мог действовать как неплохой своего рода атакующий. Его удар из режима скрытности по мощи превосходил даже атаки Воина Такемиказучи.

Каждый член команды идеально подходит на свою роль.

Фактически, если распределить их между другими командами, это может серьёзно поднять общую боеспособность.

- Э? Вы уверены?

Услышав вопрос Момонги, Пунитто Моэ повернулся к нему.

- Момонга-сан, что-то не так?

- Мм. Честно говоря, мне кажется, что отряды несколько несбалансированы. Все в нашей команде - очень сильные игроки, их лучше будет распределить в отряды с НИПами, чтобы компенсировать недостатки своими способностями.

Момонга осмотрелся.

Отсутствующие, вероятно, отправились в город чтобы по-быстрому купить нескольких НИПов-наёмников. Потом они смогут телепортироваться к своим союзникам, им не придётся заново проделывать весь путь по болотам.

- Я тоже думаю, что назначив Букубуку Чагаму-сан и Воина Такемиказучи-сана в другие команды, можно добиться более равного распределения сил. Однако, мы ничего не знаем об этом подземелье. Поэтому я думаю, что лучше иметь две сильные команды чем распылять наши силы.

И члены второй команды?...

Момонга посмотрел на сильнейшего игрока в их гильдии, Тач Ми, и получил ответ. Должно быть, вторую команду поведёт он.

Судя по сопровождающим его игрокам, так оно и есть. Сильнейшие члены Айнз Оал Гоун собрались вместе.

Пунитто Моэ, поняв, куда смотрит Момонга, кивнул.

- Верно, это они. Если случится худшее, Момонга-сан, пожалуйста, одолейте босса вместе с ними. Я понимаю, что для дюжины человек сразить босса рассчитанного на рейд из трёх десятков будет крайне сложно, но лучше быть готовым к такому раскладу сил.

- Раз так, не лучше ли заменить меня на кого-нибудь другого?

Момонга не сомневался в своей способности играть роль Джокера, но не был уверен, может ли считаться сильнейшим игроком гильдии.

- Ну конечно же нет, - рассмеялся Пунитто Моэ, прежде чем объяснить.

- Момонга-сан, этот рейд в Подземную Гробницу Назарик, в это никем ещё не тронутое подземелье, это ведь результат вашей настойчивости? Значит, именно вам, как гильдмастеру, и полагается зачистить его. Покажите нам, как это делается.

Момонгу бросило в жар.

Пунитто Моэ прав. Это его эгоистичное желание привело их всех сюда, так что он не может отступиться. Как может он отказаться от зачистки подземелья вместе со всеми остальными?

- Будет сделано!

- Вот это верный настрой! Кроме того, вы ведь очень хороший Джокер, разве нет, Момонга-сан? Честно говоря, я думаю, что вы лучше кого угодно из нас способны приспосабливаться к неожиданностям, поэтому и выбрал вас. Отряд из узких специалистов быстро распадётся если дела пойдут плохо, так что ваша гибкость может оказаться незаменимой, Момонга-сан. Позвольте мне сказать прямо - ваша команда лучшая потому, что в ней вы.

- Нет, нет, дело в других а не во мне.

- Снова вы за своё. Поверьте в себя хоть чуть-чуть. Фактически, Нишки Энрай скорее атакующий чем разведчик, так что разведку вам тоже придётся взять на себя. Так что... приведите их к боссу в целости и сохранности, Момонга-сан.

Теперь, когда Пунитто Моэ так расхвалил его, Момонга не мог позволить себе выказать слабость.

- Понял. Пожалуйста, примите мой скромный вклад.

- С нетерпением жду этого.

***

Разбившись на отряды, они подошли к каменным статуям. И тут, словно по сигналу - или, скорее, они активировали какой-то скрипт - что-то произошло.

- Как смеете вы осквернять Подземную Гробницу Назарик, о жадные глупцы. - раздался мужской голос.

Тут же ему вслед прозвучал женский.

- Или, может, храбрецы.

- Глупцы или храбрецы, мы испытаем вас. Мы, стоящие перед вами, Пять Владык.

Третий голос, низкий, мужской, отличался от трёх предыдущих.

- Да, босс - пробормотала Букубуку Чагама где-то рядом с Момонгой.

- Вы, что жаждете заполучить это место. Одолейте нас, и покажите свою настоящую силу.

Каменные плиты засветились. Вероятно, определённые действия активируют какую-то разновидность телепортации.

- ...Последний голос - это Лорд Хельхейма. Забрался аж сюда, путь неблизкий. Если это вон тот бородач, вам не кажется, что он выглядит несколько подозрительно? Может, жахнем по нему Лонгинием?

- Не обращай внимания. Я надеялся, что они используют этого сейю где-то ещё. Говорят, они снизили качество выигрышных лотерейных предметов, чтобы высвободить средства для найма новых сейю.

- Лично я только за то, чтобы они наняли ещё людей. Я могла бы поучаствовать, взяла бы себе ещё один псевдоним. Некоторые из них я ещё ни разу не использовала.

Пэроронтино обернулся к Момонге. Должно быть, он слышал слова сестры.

- Ну, неважно. "Вы, что жаждете заполучить это место". Он ведь это сказал? Похоже, это подземелье может служить базой гильдии.

- Неожиданный приз.

Зачистка подземелья приносила много разных предметов, от редких кристаллов данных до артефактов. Однако, зачистка подземелья-базы просто предоставляла права собственности на него. Кроме того, гильдия не может владеть двумя базами одновременно. Если они захотят захватить себе другое подземелье, первое придётся освободить.

Для гильдий, не заинтересованных в новой базе, такой приз вряд ли можно назвать привлекательным.

- ...Кто-нибудь хочет создавать базу в такой глуши?

- Вряд ли. К тому же, мы не знаем что это за база.

Неизвестно, каков суммарный уровень НИПов, которых можно создать здесь. Вдобавок, существовала ещё одна проблема.

Так называемое "банкротство репопуляции"

Подземелье автоматически, за определённую цену возрождало монстров, чей уровень не превышал 30. Для нежити она равнялась нулю, но за возрождение живых монстров необходимо было платить цену, пропорциональную их размерам. Другими словами, база с большим количеством крупных живых существ потребует огромных затрат на её содержание. Если доход с базы не сможет покрывать затрат, членам гильдии придётся самим зарабатывать остаток. Кроме того, активация ловушек и призыв монстров тоже влетали в копеечку. Атака враждебной гильдии может вылиться в огромные расходы и принудить к банкротству.

- Не узнаем, пока не захватим это место.

- ...Ну, всегда можно просто продать информацию.

Энтузиазм слегка схлынул. В итоге, даже захватив это место, им придётся бросить или продать его - то, что вся их гильдия с таким трудом завоюет.

Тач Ми, чувствуя всеобщее настроение, заговорил.

- И всё же, друзья. Нам ведь нужна подходящая база для нашей гильдии, верно? Не арендуемое помещение, как сейчас, но такое, которое мы сможем перестраивать и улучшать как нам заблагорассудится.

- Ну, если речь о создании того, чего нам бы захотелось, я подумывал заняться кое-чем если удастся где-нибудь обустроиться. Однако, мы выберем это место?

- Даже если это подземелье нам и не подходит, я согласен с Тач-саном - нам нужна наша собственная база. Я имею в виду, сейчас мы ведь не можем оставить наше снаряжение, потому что постоянно боимся нападения, верно? И нам не придётся постоянно быть настороже, возвращаясь в пустое съёмное помещение.

Раздался хор соглашающихся голосов.

- Думаю, можно будет использовать это место для тренировки в создании базы гильдии, так что стоит захватить его. Я читал на сайте разработчиков о том, как работает система гильдийских баз, но в игре, похоже, всё несколько иначе.

- Тренировочная Гробница Назарик, ха. Если это место станет лишь пробой нашего дома, что же мы выберем в качестве настоящей базы?

- Ну, думаю, незачем жадничать. База трёхтысячного уровня сойдёт.

- Это чересчур~

- Невозможно.

Все расхохотались.

Момонга смеялся вместе со всеми.

Таких гигантских баз существовало девять - по одной на каждый мир - но удержать такую практически невозможно. Даже если они и смогут овладеть такой, их слабая гильдия тут же окажется вовлечена в сложные межгильдийские войны, и сохранить эту базу за собой будет крайне тяжело.

- Даже захватив такую, мы тут же разоримся на отражении постоянных нападений. Почему бы не выбрать место поскромнее? Не придётся слишком тратиться на содержание.

- В городской базе мы смогли бы собирать налоги, что помогло бы оплачивать её содержание.

- В базах-городах суммарный уровень НИПов не слишком велик, верно? Максимум 700, если не ошибаюсь. Эти чёртовы разрабы всё создают по такому принципу. Чем сложнее найти место, тем выше уровни.

- Хмм, значит, в этом подземелье уровень может оказаться неожиданно высоким? В конце концов, его до сих по ещё никто не нашёл.

- Ну, стоя здесь и болтая мы точно ничего не узнаем... давайте просто сделаем как говорит Момонга-сан и зачистим это место. Сможем обсудить всё когда захватим базу, не стоит делить шкуру не убитого медведя.

Все согласились с этими словами.

Вскоре они вступят на неизведанную территорию, в ещё никем не обследованное подземелье.

Зачистка неизвестного подземелья, уровень которого не слишком сильно уступает рекомендуемому, было неслыханным событием для ИГГДРАСИЛя.

Их ждёт тяжелый бой.

Момонга ощутил, что всё легкомыслие оставило его спутников.

Вместо них его окружали серьёзные, настроенные на победу игроки, способные преодолеть любые препятствия.

Момонга почувствовал ни на чём не основанную странную уверенность, что эти люди смогут покорить подземелье, которое видят в первый раз.

Находились люди, заявляющие, что те, кто слишком сильно погружается в игру, странные и примитивные. Это же просто игра, зачем придавать ей такое значение?

Однако, в увлечении игрой нет ничего плохого.

Кто сказал, что игра на фортепиано и балет - это достойные, высококлассные хобби, а игры - для простолюдинов? Те, кто утверждает такое, не осознают что просто пытаются навязывать другим собственные ценности.

Момонга ощутил глубокую признательность своим товарищам, неустанно обсуждавшим, как зачистить это подземелье.

- Как думаете, удастся сохранить наши поддерживающие заклятья? Может, наложить сейчас те, у которых длительный срок действия?

- Вряд ли разрабы будут так добры. Скорее всего, все эффекты спадут с нас как только пройдём через двери.

- Чёртовы разрабы.

Все непроизвольно рассмеялись.

Таково было доверие к разработчикам ИГГДРАСИЛя. 100% игроков не сомневались, что те - настоящие садисты.

Фактически, их бы забеспокоились, не обнаружив каких-нибудь зловредных ловушек.

Когда происходило нечто непредвиденно, поднимался дружный крик "чёртовы разрабы". В общем-то, прозвище "чёртовы разрабы" было, отчасти, способом показать привязанность.

...Впрочем, бывало и так, что они проклинали разработчиков от всего сердца.

- Итак, почему бы наш возлюбленный гильдмастер Момонга-ши, предложивший этот поход в неизведанное подземелье, не выйдет вперёд и обратится к нам? Ну же, Момонга-сан, скажите что-нибудь.

- Э? - нервно пискнул он в ответ на слова Пунитто Моэ, но взгляды всех присутствующих - хотя выражения их лиц и не изменились - сошлись на нём, и он заговорил.

- Друзья! Я ваш новоизбранный садист-гильдмастер, Момонга!

Под звуки хихиканья он продолжил.

- Это первый поход гильдии Айнз Оал Гоун! Мы покорим это сложное, неизведанное подземелье! Пусть чертовы разрабы скрипят зубами в бессильной ярости! Мы сделаем то, что никакой нормальной гильдии не под силу! Вперёд!

- Оооо! - дружный клич эхом отдался в зале.

Часть 5.

Они прошли через крайнюю правую из пяти дверей перед статуями. За дверью перед ними раскинулось типичное кладбище.

Всё вокруг, за исключением редких пятен магического света, заполняла непроглядная темнота.

Все они много раз бывали в самых разных подземельях. Бояться нечего. Однако...

...Момонга видел в темноте, но нигде не видел никого из остальных команд. Похоже, их телепортировало куда-то в другое место. В конце концов, раз есть несколько дверей, логично что есть несколько точек назначения.

Момонга расстался с зыбкими надеждами. Он надеялся, что они встретятся внутри. Однако, как и говорила хладнокровная часть его разума, это невозможно.

- Фух, какое облегчение. Как бы зловредны не были эти разрабы, даже они не пошли на такую подлянку как разделение команды. Ну, знаете, раскидать нас поодиночке и заставить искать друг друга.

- Кен-ян, но если бы, как ты говоришь, каждый из нас, ориентированных на свою роль, был вынужден действовать поодиночке, тогда мы бы вообще никак не смогли пройти это подземелье.

-...Я бы не удивилась, если б чёртовы разрабы и правда так поступили.

- Мм, я согласна с тобой, Буку-чан. И правда, иногда мне кажется, что разработчики слишком жестоки. Так и вижу, как они смотрят и приговаривают "Фигово быть вами"

- Уваа~ Яма-чан издевается...

- Те-хе~

Возможно, в реальности это хихиканье и звучало бы мило, но здесь она выглядела как жуткий монстр. Приятный голос лишь добавлял жути.

- Казеччи! Повторяй-за-мной! Ка-зеч-чи!

- Казеччи!

- О-о! Отлично, прекрасно, лучше некуда!

- Итак, Буку... Казеччи, ты, похоже, ощутила прилив сил, так что идём.

- Яма-чан, злюка...

Болтая и пересмеиваясь, они готовились двигаться вперёд. Нужно бьло о многом позаботиться. Воины переднего края, например, должны были активировать долговременные навыки и применить поддерживающие предметы.

- Реакция на нежить, со стороны... а, неважно, отовсюду. Вот, посмотрите сами.

Момонга, неизменный игрок тыловой поддержки, применил заклятье, позволяющее всем в его отряде обнаруживать нежить.

- Хм, ну, этого и стоило ожидать, но и правда, нежить... Что ж, мне несколько неуютно атаковать в лоб, но, полагаю, это тоже сработает. Управлять злобой непросто, знаете ли, - брюзжала Букубуку Чагама, глядя на заполонившие поле зрения красные точки.

Монстры, нападая, выбирали своей целью "тех, кого хотели ударить сильнее всего". Эта величина выражалась численно, и называлась злобой. Злоба по отношению к игроку увеличивается если он наносит урон, исцеляет, накладывает или развеивает поддерживающие заклинания, или же использует провоцирующие навыки. Когда монстр наносит удар по игроку, его злоба в отношении этого игрока снижается. Всё это вызывает сильные колебания злобы в течении боя, так что танк должен постоянно учитывать её значение, не допуская, чтобы монстры переключали внимание на бойцов второй линии.

Для контроля големов и нежити, иммунных к воздействию на разум, танкам приходилось применять специализированные навыки управлени злобой. Разумеется, для Букубуку Чагамы это не представляло проблемы.

- Итак, куда нам идти?

Их телепортировало в какой-то склеп, со всего одной дверью.

- Потайных дверей, похоже, нет.

- Тогда, значит, вперёд... верно? В любом случае надо понять, что там за нежить снаружи.

За дверью виднелись четыре красные точки, изображающие обнаруженную нежить. Если враги того же уровня что и они сами, то можно обойтись без заклятий поддержки, но уровень монстров только предстояло определить, а кроме того, там могли быть другие враги, помимо нежити.

Нишки Энрай и Воин Такемикадзучи подняли свое оружие, в то время как танк Букубуку Шагама двинулась вперед, держа два щита. Причина, почему Букубуку Чагама не взяла оружия, состояла в том, что у слаймов, к виду которых она принадлежала, была плохая сила, и они не подходили для того, чтобы наносить физический ущерб. В свою очередь, однако, у них было чрезвычайно высокое сопротивление тому же самому физическому повреждению.

Чтобы за слайма наносить урон, нужно иметь специализацию в классе ассасина, который может убить за один удар.

Судя по тому, что она не активировала свои мощные навыки, в её намерения входила лишь разведка.

- Хорошо, как обсуждалось ранее, Вы будете нашим командующим, Букубуку Чагама.

- Ла-а-дно~ Поняла~

- И почему ты вечно пытаешься говорить как миленькая девочка? Твой голос в роли Казеччи и так неплох, зачем это?

- Яма-чан... Кажется, я влюбилась...

- А, прости. Я не заинтересована в таких отношениях.

- Ч, что? Меня отшили? С ходу! У-у-у...

Букубуку Чагама издала горький плач отчаяния.

Разумеется, все понимали что это притворство.

Но она всё-таки работала сейю, озвучивающей персонажей в играх, где эмоцию можно было передать лишь голосом. Так что её слова звучали довольно-таки реалистично.

- В прошлом, не знаю, может из-за того что я как-то неправильно себя повела, мне и в правду призналась в любви одна моя младшая коллега. Так что, пожалуйста, не надо.

- О, правда?

- спросила Букубуку Чагама у Ямаико; страдальческие нотки в её голосе исчезли без следа.

- Да. Если подумать... из этого ничего хорошего не вышло. Она создавала одни проблемы... и вечно ссорилась с моей младшей сестрой. Одна головная боль.

- И вам теперь неприятно слышать слова, напоминающие о ней?

- Вы так думаете, Такемиказучи-сан?

- А-а, даже если это и казалось пустяком тогда, несколько лет спустя хочется избавиться от таких воспоминаний. "И зачем я только на такое пошёл" и всё в таком роде.

Момонга просто мысленно хмыкнул, не обладая подобным опытом. Это ошибки чьей-то юности. Но он уже взрослый человек, и не сомневался, что подобных ошибок не совершит.

- Ну, хорошо бы если б это получилось. Как знать, может, та девушка вышла замуж, стала женой и матерью.

Мужчины посмотрели на розовый слайм.

- Давай не будем о замужестве, Яма-чан. Я - всеобщий идол Чагама-сан, разговоры о любовниках и свадьбах под запретом.

С чего она так разволновалась? Слова Букубуку Чагамы вызвали в Момонге желание поддразнить его.

Хорошо, что Пэроронтино-сан не с нами, подумал он.

Иначе он наверняка не упустил бы такого шанса.

- Ну, может, вы достаточно поболтали о своём о девичьем? Нужно идти. Не хотелось бы оказаться последними.

- Ла~адно. Ну, начнём как обычно. Нишки-сан, здесь есть ловушки?

- Определённо нет.

- Идём, раз так? Поддерживающие заклинания, прошу вас. Продлённые для меня.

- Начинаем, Момонга-сан.

Момонга и Ямаико принялись накладывать заклятья. Будь здесь враги, как знать, сколько злобы они бы сгенерировали?

- А, честно говоря, количество ваших заклинаний поражает. Даже с покупными вещами можно выучить лишь 400. Было бы здорово получить уровни в чём-то, дающим навык сродни Тёмному Знанию. Сила заклинателя ведь измеряется количеством известных ему заклинаний.

- Разве? Я думаю, главным показателем является всё-таки мощь, разве нет? Лично я всегда завидовал силе ваших заклятий, Ульберт-сан.

- Я недавно обдумывал этот вопрос, и мне пришла мысль - если нужен урон, то не лучше ли с этим справятся бойцы ближнего боя? Заклинатель должен знать магию поддержки.

- Однако, заклинатели, хоть и ограничены в запасе маны, но урона в секунду наносят больше, пока их мана не иссякнет, верно? Думаю, сила заклинаний всё же важна - о, я закончил.

- А-га~ Ну, теперь мой черёд. Для начала, открою дверь и впущу монстров внутрь. Мы вступим в боя как только они войдут, ладно?

Услышав подтверждения от остальных, Букубуку Чагама проскользила вперёд и отворила дверь, после чего сразу отступила. Атаковать врагов пока они толпятся в проходе, может, и неплохо, но сражаться надёжнее на сравнительно открытом месте.

Внутрь проникли четыре монстра-нежити. Кроме них никого не было видно.

Их кожа была цвета трухлявой древесины, и покрыта трупными пятнами. Они были запелёнуты в какие-то тряпки. Кисти свисающих рук выглядели странно, словно шары покрытые заострёнными шипами. Пасти широко распахнуты, демонстрируя длинные торчащие клыки.

Интерфейс игры отобразил перед Момонгой название монстров, и судя по цвету надписи можно было заключить, что они ниже его по уровню. И всё же, находясь в неизвестном подземелье, стоит соблюдать осторожность. Нельзя исключать возможности, что это какая-то местная вариация этих монстров. Пусть они и выглядят знакомыми, но в их название включено название локации, а значит они могут оказаться сильнее обычных монстров этого же вида. А тем игрокам, что из беспечности или высокомерия сражаются с неизвестными монстрами не разузнав ничего о них, игра неизменно преподаёт болезненный урок.

Остальные тоже, несомненно, видят название монстров, так что, похоже, всё что им удастся узнать из этих надписей - это их приблизительный уровень.

- [Распознать Врага]!

Это заклятье было не таким действенным как навыки классов вроде Мудреца, но в нежити Момонга разбирался лучше прочих.

Возникло ещё одно окно, отобразившее, среди прочего, уровень монстров.

- Восемьдесят третий!

- Ха! Ради такого пустяка не стоило и утруждать вас двоих!

- О-о-ра-а-а!

Нишки Энрай и Воин Такемиказучи атаковали монстров. Будучи всего восемьдесят третьего уровня, они не представляли особой угрозы, так что применять мощные навыки, доступные лишь ограниченное количество раз в день, нужды не было. Этот бой можно с лёгкостью завершить обычными навыками, восстанавливающимися после краткого отдыха.

- Похоже, ты не получаешь особого урона. Помощь нужна, Казеччи?

- Хмм... ну, такие повреждения быстро регенерируют сами, так что нет. - ответила Букубуку Чагама, умело управляя злобой врагов и принимая на себя нацеленные в остальных атаки.

Нишки Энрай подобрал золото и кристаллы данных, оставшиеся после победы над нежитью.

- Итак, всё кончено.

- Пора в путь, Момонга-сан.

Разумеется, Момонга понимал о чём говорит Букубуку Чагама.

- Понял, - ответил он, активируя свои заклинания.

- [Продлённая магия - Благословение Титании]

- [Продлённая магия - Проводник Ятагарасу]

Перед ними появилась крошечная фея. Голову её украшала корона, сама она была ростом с мизинец. По взмаху её бабочковых крыльев фигурку феи окутала сфера света, и она проплыла вперёд, повиснув перед группой.

Второе заклинание создало трёхлапую ворону. В отличие от обычных ворон, эта производила впечатление строгости и величия. Хлопнув крыльями, она тоже вылетела вперёд, рядом со светящимся шаром.

Ятагарасу проведёт их по кратчайшему пути к сердцу подземелья, а королева фей - по наименее опасному.

Они решат, за кем следовать, исходя из затраченных ресурсов, а также встреченных им по пути ловушек и монстров. Однако, ни одно из этих заклинаний не показывает скрытые проходы. Кроме того, существуют магические ловушки, специально созданные чтобы сбивать с толку подобные заклинания, так что нужно быть настороже.

- Ха, подумать только, вы знаете прогнозирующие заклинания девятого уровня. Как же я завидую вашему Тёмному Знанию.

- Ну, в остальном я - узко специализированный некромант. Я был бы просто обузой, если б не мог этого.

- Полагаю, ваш дизайн мечты, фактически, весьма практичен.

- Вот как, - усмехнулся Момонга.

После такой похвалы от своего друга он не удержался от улыбки.

- Ну, ведите нас, Нишки-сан~

- Есть, командир-доно.

Они отправились вслед за провожатыми. Первым шёл Нишки Энрай, за ним Воин Такемиказучи, Букубуку Чагама, Момонга, Ульберт, и последней Ямаико. Бывай они здесь раньше, тогда, возможно, отправились бы прямо к центру подземелья без лишних задержек. Однако, об этом месте они ничего не знают, так что нужно остерегаться ловушек.

Момонга больше всего ценил такие моменты, когда он со своими товарищами, болтая о том о сём, продвигался по подземелью, не забывая посматривать вокруг. Каждый наслаждался игрой по-своему, но Момонга самым приятным в ней находил возможность общения.

Насколько он понимал, дело в том, что на работе он говорил лишь на деловые темы, и ему очень не хватало непринуждённых бесед.

Момонга бесцельно покрутил в голове эту мысль.

- Хм, похоже, самое обыкновенное подземелье-гробница. Ничем не выделяется. Может, тут какая-то уловка?

- ... Или какая-нибудь подлая ловушка. Например, сражение с врагом, которого мы никак не должны были бы ждать тут? А может, все гадости закончились на том, что нас вынудили разойтись с остальными при входе в подземелье.

Остальные в сомнении покачали головами, слушая слова Нишки Энрая.

- Нет, тут наверняка что-то есть. Разработчики наверняка что-нибудь приготовили. Я не удивлюсь, если эти элементальные подземелья задуманы для того, чтобы вызвать в нас искушение собрать команды, оптимизированные для их прохождения.

- Да уж, разработчики наверняка на ткое способны.

- И правда, с чего бы чёртовым разрабам позволять нам зачищать подземелье с первого захода?

- Нишки-сан, вы недооцениваете разработчиков... хм? А может... Момонга-сан...

Букубуку Чагама обратила к Момонге то что, скорее всего, было её лицом.

- Простите, но не могли бы вы связаться с моим братом посредством "Сообщения"? Я хочу кое-что перепроверить.

- Ладно.

Не имея причин отказываться, Момонга отправил "Сообщение" Пэроронтино. Спустя небольшую, около десяти секунд, паузу, тот ответил.

- Йо~ Можете говорить?

- Ага. Ну, мы закончили бой, так что пока всё в порядке.

- Как ваши дела? Мы сейчас движемся по гробнице.

- ...Я так и знал, эти чёртовы разрабы!

- Ч-что случилось?

- Нас телепортировало на что-то типа лавовой равнины. Тут сплошные огненные монстры. И что-то напало на нас из магмы, оно доставило нам хлопот.

- Правда?

Момонга сообщил своим спутникам о происходящем с командой Пэрэронтино. Их ответы все звучали в том смысле, что этого и стоило ожидать.

- ...Как думаете, удастся с помощью телепортации реорганизовать наши отряды?

- Ну, попробовать стоит, но вряд ли разрабы были настолько добры. Мы на разных этажах, так что телепортация, скорее всего, не сработает. Иначе зачем те двери у входа?

- ...В худшем случае, нас затянет куда-нибудь ещё через телепортационные ловушки.

Момонга снова обратился к каналу "Сообщения".

- Как ваши дела? Сможете прорваться?

- Пока справляемся. Да уж, если бы мы решили, что раз это гробница, то тут везде нежить, и приготовили атакующее огнём оружие, нам настала бы крышка. Оставалось бы лишь бежать и прятаться. Вот чёртовы разрабы.

- Понял. Удачи вам.

- Вам тоже.

Момонга попробовал связаться с остальными отрядами.

Поговорив со всеми, он выяснил, что подземелье, в которое они вторглись, состоит из пяти зон, или этажей - ледника, лавовой равнины, подземного озера, леса и гробницы в которой находился Момонга со своей командой. Монстры в каждой зоне отличались, и, похоже, нежити не было нигде кроме гробницы.

- Ого, как и следовало ожидать от нашего нового гильдмастера! Мы правильно сделали, что не взяли специализированное снаряжение!

Если бы они, решив что в подземелье не будет ничего кроме нежити, вооружились оружием, наносящим огненный или божественный урон, большинству команд пришлось бы туго.

Однако, так как они впервые в этом подземелье, было принято решение взять самое разное снаряжение, основываясь на собранной ими противоречивой информации. Иными словами, они оказались способны приспосабливать своё снаряжение под меняющиеся обстоятельства, и, таким образом, получили шанс продвинуться вглубь подземелья.

- Не то что наш прошлый лидер! Отлично сработано!

Момонга нахмурился, услышав восклицание Ульберта. На этот раз то, что в игре не отображается выражение лиц, пошло на пользу.

- Однако, вот чёртовы разрабы. Я не устану так их называть каждый раз как разговор зайдёт о разработчиках.

-...Вы поняли это только что? Это как с Лонгином, та же фигня. Или с теми невыполнимыми квестами...

Пока остальные выпускали пар, понося разработчиков, Момонга отправил "Сообщение" подошедшему поближе Ульберту.

- В чём дело, Момонга-сан. Что-то не так?

- Нет, всё в порядке. Я пока не заметил никаких ошибок.. ну, я просто хотел поговорить с вами наедине - честно говоря, я уже некоторое время задаюсь этим вопросом. Ульберт-сан, вы действительно так ненавидите Тач-сана?

Он мог бы и дальше игнорировать это. Момонга не очень-то хотел наступать на такую мину. Но она могла рвануть в любой момент в будущем. А значит, он должен знать, в чём дело и угрожает ли это существованию гильдии. В конце концов, если худшее произойдёт сейчас, урон будет минимален.

Словно издеваясь над решимостью Момонги, Ульберт молчал.

Наконец, когда Момонга уже готов был сдаться, прозвучал тихий ответ.

- Он мне неприятен. Хотя я и понимаю, что это лишь бессмысленная зависть.

- Вот как...

- Момонга-сан, мне правда жаль это говорить, но вы ведь такой же неудачник как и я, правда? Неважно, как бы вы не старались, ваша жизнь всё равно останется непростой.

- Ну, для начала, я не так уж и стараюсь, так что, наверное, получаю то что заслужил. Кроме того, я не выношу скуку. Я получаю зарплату, и не прочь спускать свои деньги на ИГГДРАСИЛь.

- ...Да, наверное, в этом есть смысл. Раз так, вы, наверное, лишь отчасти неудачник. Лично мне удалось закончить лишь начальную школу. Вы ведь такой же, верно, Момонга-сан?

Насколько помнил Момонга, Ульберт определённо упоминал об этом и раньше. Действительно, его отношение к Ульберту изменилось после этого. Поначалу он жалел его, но сейчас чувствовал что-то вроде родства.

- Верно. Однако, найти работу имея лишь начальное школьное образование не так уж плохо, верно?

- Не научившись элементарным основам в начальной школе вы не смогли бы даже стать подчинённым у тех, кто рождён победителем по жизни, так что начальная школа сделана простой... Честно говоря, то, что в зависимости от своего происхождения человек оказывается в одной из двух крайностей, просто смехотворно. Мир просто до безумия несправедлив. Улучшать своё положение через усердный труд? Не смешите.

По сравнению с переполняющим, вязким отвращением Ульберта к современному обществу, его неприязнь к Тач Ми казалась в лучшем случае смехотворной. Момонга восхитился его умением ненавидеть.

- Ульберт-сан...

- Мои родители погибли ужасной смертью. Работали в таком опасном месте... знаете, они даже не нашли их костей. И компенсация за гибель рабочих просто крошечна. Поэтому они и не остановили конвеер. Это ведь принесло бы гораздо большие убытки. Таких неудачников, как мы, они просто используют на износ, а потом выбрасывают.

Момонга внезапно вспомнил собственную мать.

- ...Так вот что случилось. Вот как всё произошло с вашими родителями, Ульберт-сан? Моя мать перетрудилась до смерти. Проснувшись утром, я обнаружил её лежащей на кухне. Даже умирая от усталости, она заставляла себя готовить моё любимое блюдо. Если бы только она не беспокоилась так об этом и отдохнула... Может, она всё ещё была бы жива... Когда я нашёл её, её тело уже заледенело... по крайней мере, так я помню. Моя память о том событии несколько размыта.

После секундного молчания Ульберт ответил, словно заставляя себя произносить слова.

- ...Простите, что затронул столь неприятную тему.

- Не беспокойтесь, я сам едва это помню...

-... И всё же, простите... в общем, я терпеть не могу победителей. Хотя, конечно, Тач-сан не сделал ничего плохого...

- Понимаю. Однако, как бы это сказать?.. Происходящее здесь не имеет отношения к тому, что происходит там. Видите, я ведь тоже развлекаюсь. Так что... как бы это сказать... было бы здорово, если бы и вы смогли наслаждаться происходящим, Ульберт-сан. Ведь, если я не ошибаюсь, вы вовсе не против общаться с остальными, верно? Так что, эм, как бы это сказать...

- А... вы прав. Простите за всё это беспокойство, Момонга-сан. Я постараюсь больше не устраивать истерик.

- Полагаюсь на вас. Полагаю, можно закрыть на этом тему.

- Понял. Впрочем, что до самой этой игры, она...

- Кстати, Чагама-сан, не пора ли мне призвать нежить для поддержки?

- Хм? Ну, вам стоит поберечь навыки, активация которых стоит очков опыта, до самого конца, так что пока сойдёт Мёртвый Дедушка или Мёртвая Бабушка, верно?

Разумеется, монстры назывались совсем не так. Это просто было прозвищами монстров, известных как Мёртвый Император или Мёртвая Императрица.

- Верно. Итак, Бабушка или Дедушка? Наши бойцы так бодро прорубаются через врагов, так что, наверное, лучше Дедушка?

- Ну, они, похоже, развлекаются вовсю...

Громко обзывая своих противников ничтожествами и мелкими мошками, Нишки Энрай и Воин Такемиказучи осыпали нежить градом мощных ударов. Врпочем, атаковать столь безоглядно они могли, скорее всего, благодаря Букубуку Чагаме и её искусству управлять злобой врагов.

- В конце концов, у нас ещё полно ресурсов. Э-э-эй, Яма-чан, Яма-чан~

Сдерживая удары нежити и выжидая момент для активации своих навыков Букубуку Чагама позвала Ямаико, стоящую позади с исцеляющей волшебной палочкой.

- Да, Чагама-сан?

- Казеччи~

-... Опять? Ну, в чём дело, Казеччи?

- Как твоя мана? Ты ещё можешь лечить нас?

- Всё в порядке. На самом деле, сейчас я лечу волшебной палочкой.

Даже палочки, заряженные самыми мощными заклятьями, лечат наполовину так эффективно, как могла бы сама Ямаико. Однако, этого пока хватало, что демонстрировало, насколько хорошо трое бойцов переднего края выполняют своё дело.

- Понятно~ Тогда, Момонга-сан, может, пока не призывать дополнительного атакующего?

- Понял. Тогда, подожду ваших инструкций.

- А-а~ Нет, не нужно. Доверяю в этом вам, выберите момент сами, Момонга-сан.

- Постараюсь, но сообщите мне, если я оплошаю.

- М-м, конечно. Но я полагаю, что вы вполне умелы, так что всё будет в порядке, Момонга-сан. Потренировавшись, вы могли бы стать лучше - ой, управление злобой, управление злобой...

Она, похоже, применила увеличивающий злобу навык. Нежить, заколебавшаяся было, вновь накинулась на Букубуку Чагаму.

Негативные эффекты, которые могла причинить нежить, вроде яда или паралича, на неё не действуют.

Иными словами, она идеальный танк.

Разумеется, Момонга не мог просто стоять и любоваться её работой.

Он применил заклятье десятого уровня, направив его на Букубуку Чагаму.

- [Абсолютные Помехи]

Технически, нет никакой необходимости произносить название заклятья, но если накладывать его молча, товарищи могут не понять, что именно происходит. Поэтому хорошим тоном для заклинателей считалось объявлять, какую магию они используют.

- Спасибо~ и теперь...

Благодаря тому, что Момонга придерживался этих правил хорошего тона, Букубуку Чагама теперь может сразу начать действовать.

Его заклятье резко подняло сопротивляемость Букубуку Чагамы к магии, так что злоба, которая должна была бы нацелиться на Момонгу, вместо этого адресовалась ей.

Она весьма умелый игрок. Её способность принимать решения быстро и точно, являющаяся следствием большого игрового опыта, несомненно делала её одной из лучших игроков в ИГГДРАСИЛь.

В частности, примечательно было её умение управлять злобой - что представляло из себя непростую задачу из-за того, что этот параметр нигде не отображался. Не было никакого способа узнать, сколько именно злобы вызовет то или иное действие, за исключением личного опыта. Накопить такой опыт в переполненном данными ИГГДРАСИЛе можно лишь пройдя долгие часы боевой практики.

Момонга восхищался ею.

- Да уж, если бы можно было накладывать это заклинание на врагов, заклинатели были бы бесполезны, - пробормотал Ульберт, колдуя посредством собственной волшебной паолчки.

[Абсолютные Помехи] являлись заклинанием, значительно повышающим сопротивление к магии союзного игрока, но ценой лишения его способности колдовать. Очевидно, что оно могло бы полностью нейтрализовать вражеского заклинателя, если бы игра позволяла такое.

- Ну, вряд ли удастся провернуть такой трюк - заметила Ямаико, накладывая волшебной палочкой исцеляющие заклятья.

Но в отличие от неё Букубуку Чагама согласно хмыкнула.

- Никогда не говори никогда, Яма-чан~ нам удаётся открывать новые возможности благодаря таким как Ульберт-сан, постоянно пробующим что-нибудь новое. Иногда им удаётся найти какую-нибудь лазейку, забытую чёртовыми разрабами.

Тем временем бой с нежитью закончился, оставив впечатление лёгкой стычки.

- Если чёртовы разрабы знают значение слова "баланс", то здешний босс наверняка очень силён.

- Нет, если так рассуждать, то местный босс очень слаб. С чего бы разработчикам знать о балансе? Они ведь много раз демонстрировали это в прошлом, разве нет?

Согласно рассмеявшись, они вновь последовали за своими магическими провожатыми.

Спустя несколько лёгких сражений, продвигаясь по гробнице...

- О-оп, осторожно!

...они резко остановились, услышав внезапное предупреждение Нишки Энрая.

- Телепортационная ловушка. Сложность обезвреживания, похоже... красная.

Красная сложность означает, что шанс удачно обезвредить ловушку крайне низок. Обычно с такими ловушками разбирались с помощью навыка, кратковременно повышающего шансы на успех, или использования специализированных предметов, или применения обезвреживающего ловушку заклятья.

- Ну, полагаю, мой черёд.

Однако, у их команды есть ещё один способ. Этот метод полагается на грубую силу и называется обезвреживание воинами или обезвреживание призванными существами.

Момонга создал низкоуровневого монстра-нежить - скелета.

- [Взгляд Неживого Раба]

Когда он применил это заклятье на созданного скелета, открылось небольшое окно, позволяющее ему видеть то же, что и призванная им нежить. После чего Момонга направил скелета туда, куда указывал Нишки Энрай. Тот, пройдя вперёд, внезапно исчез.

Он увеличил окно.

Скелета телепортировало в просторную погребальную камеру, над ним нависла фигура огромного монстра. Так как Момонга смотрел посредством скелета, имя монстра и его уровень не появились, но он и так знал что это за существо.

- ...Да, далеко забросило моего скелета. Это, похоже, нежить 95 уровня, Великий Погост. О, он погиб.

Взмах гигантской руки погасил окно, заклинание прервалось.

-... Прошло 20 секунд. Телепорт закрылся... значит, ловушка временно неактивна. Подождём ещё немного.

Минуту спустя, Нишки Энрай сообщил о реактивации ловушки.

- Попробуем ещё раз.

Момонга создал ещё одного скелета, наложил на него то же самое заклятье и вновь отправил в ловушку.

Скелета телепортировало в ту же самую камеру, охраняемую тем же самым монстром.

- То же место. Можно считать, что у телепорта в ловушке только одна точка назначения? - спросил Момонга, после того как окно вновь потемнело.

- Разумеется~

Момонга и его спутники, сильно сомневаясь в том, что правильный путь ведёт через телепортационную ловушку, торопливо прошли вперёд пока она не активировалась снова.

- Если в нашу гильдию вступит кто-то ещё, неплохо было бы, если б он умел обезвреживать ловушки. Наши нынешние игроки воровских классов больше ориентированы на бой.

- Верно. Однако, не думаю что нам стоит капризничать. Полагаю, достаточно чтобы новичок был гетероморфом. Я не хочу, чтобы мы уподобились другим гильдиям, с их пробными периодами длиной в несколько недель, всякими требованиями и прочим. В конце концов, как и сказал Пунитто-сан, игры предназначены для развлечений.

- Вы правы, Момонга-сан, я согласен с вами. Полагаю, с нашей стороны эгоистично мечтать о новом воре.

- Нет, нет, Ямаико-сан. Я просто думал, что было бы неплохо получить такого члена. Никто не говорит, что нужно запретить вступление любому кто не вор.

- А, вот как? Простите, Такемиказучи-сан.

- Ничего, ничего, не беспокойтесь. Я сам виноват, что недостаточно ясно выразился. Ну, мы прошли ловушку, хотя и пришлось потратить ресурсы. Если что, всегда можно призвать НИПов-наёмников.

- Хватит разговорчиков, приближается враг. Будьте наготове, пока не увидим его.

Подчиняясь приказу Букубуку Чагамы, Момонга изготовился к бою. Беспечность перед лицом неизвестного врага опасна.

Едва заметив краем глаза тёмный силуэт монстра, Момонга и Ульберт тут же атаковали его бьющими по площади заклятьями из волшебных палочек.

Часть 6

Добравшись до помещения, выглядящего как сердце подземелья, они обнаружили статую и светящийся магический круг перед ней. Похоже, зайдя в него, они телепортируются к боссу.

Вряд ли даже чёртовы разрабы решили устроить поток бесконечно возрождающихся монстров, атакующих тех кто добрался сюда, так что у Момонги и его спутников есть возможность не спеша сменить снаряжение с учётом предстоящей схватки с боссом. Впрочем, никто не питал особого доверия к разработчиками. Нишки Энрай внимательно следил за окружающей обстановкой, заклинатели проверили, нет ли где скрытых проходов.

Момонге было особо нечего менять, так что он закончил первым. После чего связался с остальными посредством "Сообщения".

Это заклятье позволяло общаться лишь один на один, так что обмениваться информацией с остальными было непросто. Существовали командирские классы, чьи навыки позволяют общаться на расстоянии сразу группой, но в гильдии Айнз Оал Гоун никто такими навыками не обладал.

Поговорив со всеми и обсудив новую информацию с Пунитто Моэ, Момонга вернулся к товарищам, заканчивавшим свои приготовления. Он ощущал чувство вины человека, знающего нечто неприятное и вынужденного вывалить это на тех, кто помог ему.

- Как дела, Момонга-сан? Остальным командам удалось прорваться?

- спросила Букубуку Чагама, лидер их отряда.

- Да, остальные четыре команды достигли центральных комнат своих подземелий. Им пришлось потратить часть ресурсов, но все в отличном состоянии и готовы к бою.

Их спутники издали радостный возглас. Однако, добраться до сердца подземелья, победив обычных мобов и обойдя препятствия - это лишь 40% сложности рейда, остальные 60% - победа над боссом. В каком-то смысле, они не прошли ещё и половины пути.

С другой стороны, можно сказать, что они идеально прошли без малого половину дороги.

- И всё же, есть две... три пробелмы. Две команды уже вступили в бой со своими боссами. Судя по всему, каждый босс отличается своими способностями, внешним видом и местностью, где происходит бой. Босс лавовой равнины - что-то вроде дракона с молниевым дыханием, а отряд, проходивший подземное озеро столкнулся с белоснежной летучей мышью.

- Понятно... значит, информация от остальных команд ничем нам не поможет. В чём вторая проблема?

- На входе в комнату босса звучит объявление, и судя по его содержанию, боссы становятся сильнее в порядке встреч с ними. Иными словами, та команда, что атакует своего босса последней...

Игроки-ветераны сразу поняли, о чём говорит Момонга.

- Ясно... было бы просто, если б все боссы оказались равны по силе, но здесь сильный босс после нескольких атак может стать ещё сильнее, так ведь?

- Ну, эти чёртовы разрабы наверняка создали боссов так, что те становятся сильнее, пока не станут непобедимы. "Сколько бы раз заставить их сражаться прежде чем позволить победить?", я так и вижу, как они спрашивают это с мерзкими ухмылками.

- ... И не имея конкретной информации, мы не можем создать план битвы. Хм, кажется, я понял, к чему вы ведёте, Момонга-сан. Давайте, выкладывайте.

Понукаемый остальными, Момонга решился высказаться прямо.

- Простите. Я хочу, чтобы короткая соломинка досталась нашей команде. Могу я попросить вас взвалить на себя этот груз?

Остальные ответили без колебаний.

Они единодушно согласились. В их словах не звучало ни нежелания, ни вынужденности - лишь предвкушение.

- Не поймите неправильно, Момонга-сан. Вы не взваливаете на нас груз - мы единственные, кто может взвалить на себя такое. Вы же понимаете - в плане физического урона, защиты, магического урона, исцеления и поддержки мы, вероятно, лучшая команда в Nine's - нет, в Айнз Оал Гоун. Если бы я собирала команду для атаки на босса, я, наверное, тоже выбрала бы такой состав.

Вслед за Букубуку Чагамой заговорил Воин Такемиказучи:

- Я пришёл сюда потому, что сам этого хотел. О большем я не могу и мечтать. Я всегда хотел сразиться с врагом, не имея ясного плана победы, и превзойти его тактически. Кроме того, с вашей поддержкой я, наверное, смогу осуществить тот свой приём...

- Ооо! Комбо Видья-раджа? Наверное, нет, наверняка удастся, Кен-ян! - возбуждённо воскликнул Нишки Энрай.

(Заметка переводчиков: Согласно буддийским представлениям, видья-раджи являются гневными ипостасями будд и защитниками буддизма.)

- Букубуку Чагама-сан может управлять значениями кармы, а сверх-заклинание Ямаико работает на цели с положительной кармой! Давайте, Момонга-сан, попробуем!

Атакующий и разведчик практически вопили от радости.

Момонга слышал про Комбо Видья-раджа. Если удастся провести этот приём, их DPS взлетит до небес. Комбо действительно может оказаться решающим, но его можно применить лишь раз в день, и урон здоровью босса разъярит его. Если они неправильно выберут момент, провести комбо не удастся.

- Также нужно будет быстро нанести как можно больший урон здоровью босса. Вы ведь сможете помочь в этом, Ульберт-сан?

- Конечно. Вы позволили мне сохранить ману, так что я потрачу всю её, атакуя босса... но, конечно же, я последую указаниям Букубуку Чагамы-сан в том, что касается управления злобой.

- Рассчитываю на вас~

- Хорошо, и последнее...

- продолжил Момонга, когда все начали успокаиваться.

- ...И, вероятно, самое важное. Мы не сможем отступить из боя.

Всех охватила мимолётная нервозность. Победить нужно с первого захода. Всё решит первая атака.

Как правило, битвы с боссами происходят на отдельной локации, и из некоторых подобных локаций можно отступить. Большинство игроков так и поступали, если чувствовали, что бой складывается не в их пользу. Разумеется, босс при этом восстанавливал здоровье, так что лучше было не тратить особо мощные и доступные ограниченное количество раз в день навыки во время такого пробного захода.

- Да уж, они явно не хотят, чтобы кто-то покорил это подземелье с первого прохода.

- Ну, всё равно почти никто не смог бы пройти его вслепую.

- Итак, Момонга-сан, у меня два вопроса. Кто-нибудь лишался наложенных на них поддерживающих заклятий при входе в локацию с боссом?

- Ничего такого не происходило.

- Понятно... у нас будет время наложить эти заклинания, когда мы окажемся внутри?

- Нет. Босс появляется сразу и атакует.

- Значит, придётся сражаться без подготовки и разведки? Будет непросто.

-...Исход битвы предрешён ещё до её начала.

- О-о! Вы говорите совсем как он, Момонга-сан!

Эти слова сопровождались хихиканьем.

- Возможно. Расклад сильно не в нашу пользу. Однако, я думаю, мы справимся. Верно ведь?

Заявление Букубуку Чагамы встретило дружный возглас согласия.

Момонга, с благодарностью в голосе, объявил:

- Что ж, я сообщу остальным, что мы атакуем последними.

- Благодарю. Итак, есть ещё одна проблема - мы не знаем, как наш враг будет атаковать... Хотя, раз на пути сюда мы встречали лишь нежить, босс может оказаться существом какого-то другого типа, верно? Нет, чёртовы разрабы наверняка так и сделают.

- Раз мы ничего не знаем, думаю, не стоит накладывать те или иные элементальные заклятья... Наверное, лучше что-нибудь послабее, но универсальное? Как бы то ни было, мы ничего не узнаем, не получив удар. Плюс, нужно иметь в виду сброс злобы...

- Можно будет воспользоваться пищей для повышения базовых параметров. Не поделитесь со мной чем-нибудь, повышающим сопротивляемость?

- Я не буду создавать нежить атакующего типа, но призову защитную, когда понадобится. Пусть примут удары на себя, но не нападают.

Они обсуждали предстоящий бой, пока Момонга не получил сообщение. что оставшиеся две команды атаковали своих боссов.

- Итак... приступим?

Букубуку Чагама проскользила вперёд, со щитом в каждой руке.

Внутри её розового тела плавали различные предметы экипировки. Когда слаймы надевали на себя что-то, предметы - за исключением тех, что держат в руках - отображались как находящиеся внутри их тел.

В ИГГДРАСИЛе существовали следующие слоты экипировки: голова, лицо, туловище, три украшения, не считая колец, поддоспешник, руки, кисти, левое и правое кольцо, талия, ноги и ступни. Даже полный латный доспех считался как занимающий только слот туловища.

- Итак, выступаем. Нас ждёт битва с боссом - одна шестая рейдбосса.

- Не начинайте атаку сразу, пусть атакует первым. Я буду управлять злобой, так что, пожалуйста, слушайте мои команды. Ну, вы ведь и так понимаете, верно?

Ответом на провокацию Букубуку Чагамы были пять эмотиконов со злобными ухмылками.

Они много раз играли вместе. Все знали, что нужно делать, а чего делать не стоит.

С Букубуку Чагамой во главе отряд вошёл в магический круг.

Они очутились в напоминающем колизей помещении. Высокие стены загибались внутрь, образуя купол. Раз тут есть крыша, значит, вряд ли их атакуют летающие монстры.

Далее они осмотрели пол. Похоже, обычная почва, никаких признаков ловушек.

И всё же стоит быть бдительными. Типичная тактика рейдбоссов - изменение рельефа местности.

Нужно быть готовыми ответить на любой вражеский трюк. Если бы они знали, на что способен их противник, то могли бы предпринять определённые шаги чтобы нейтрализовать действия босса, или даже обратить их себе на пользу.

Можно было бы также применить сверхуровневое заклинание "Сотворение", чтобы непосредственно изменить обстановку в свою пользу, но между двумя применениями любого сверхуровневого заклинания должно пройти определённое время, так что использовать эту козырную карту можно лишь тогда, когда иного выхода не останется.

Момонга и его спутники дружно обернулись к центру комнаты, где возвышалось огромное существо, выглядящее как статуя гневного Нио.

(примечание переводчиков: Нио - японские божества войны, охраняющие Будду. Они, как и Видья-раджи, имеют жестокое обличье)

То был босс, ростом почти в пять метров и с шестью руками, напоминающий кого-то из асур. Судя по изысканным доспехам, он обладает сильной защитой от атак.

(примечание: асуры - полубоги в буддизме)

В четырёх руках он держал оружие ближнего боя - меч, топор, копьё и дубину, каждое окутано аурами огня, льда, молнии и кислоты соответственно. Две оставшиеся руки держали лук. Из всего этого следует, что босс атакует физическими атаками с разнообразными элементальными эффектами. Хоть это и не нежить, но всё же босс, а значит, обладает множеством сопротивлений к разнообразным видам урона. Он явно не из тех врагов, которых можно сразить одной атакой.

Как правило, по внешнему виду монстров в ИГГДРАСИЛе можно понять, как этот монстр будет атаковать. Однако, действия большинства врагов, как правило, предугадать было сложно. И всё этот босс, похоже, особенным.

Большинство монстров генерировалось по тем же правилам, что и персонажи игроков. Они даже использовали такие же заклинания. И их параметры такие как здоровье, точно таким же образом зависели от базовых атрибутов.

Большинство рейдбоссов ИГГДРАСИЛя создавались по двум возможным шаблонам.

Основной сложностью в создании боссов ИГГДРАСИЛя являлось то, что игроки нападают на босса втридцатером на одного. Если они будут обладать одинаковыми навыками и заклинаниями, то босс, даже с повышенными параметрами, всё равно окажется задавлен числом - то есть, не сможет оказать достойного сопротивления, и окажется скучным противником.

Так что было придумано два способа преодолеть эту проблему.

Первый - бороться многими против многих. Иногда босса сопровождали подручные, а иногда - в локации с боссом непрерывно возрождались монстры. В таком случае босс, как правило, оказывался не слишком силён. Его здоровье лишь в несколько раз превышало здоровье персонажей игроков.

Другой способ - босс-одиночка, но сгенерированный иначе, не так, как персонажи игроков. Как правило, способности такого босса представляли из себя серьёзную проблему для впервые встретивших его игроков, и он мог непрерывно их использовать.

Судя по всему, этот босс относится именно к последней категории.

- О глупцы, напавшие на нас последними, познайте мощь тех, кто становится лишь сильнее с каждой снятой печатью.

- ...Прошлые боссы ничего не говорили про печать. Ну, вперёд!

Букубуку Чагама прыгнула вперёд. Она кружила вокруг босса так, чтобы он не мог ударить никого, кроме неё.

Босс ткнул вперёд огненным мечом, и под Букубуку Чагамой возник тёмно-красный круг, означающий, что атака направлена на неё. Судя по тому, как круг следовал за ней, увернуться от этой атаки невозможно.

- [Солнечная Вспышка]

- всплыли слова, и активировался уникальный навык босса, недоступный для изучения игроками. Букубуку Чагаму окутал огненный взрыв.

С такими боссами, обладающими множеством уникальных навыков, сражаться очень трудно. С ними никак нельзя знать заранее, какие атаки и заклинания окажутся эффективны. Кроме того, у них нет времени выяснить это методом проб и ошибок, так что остаётся лишь использовать все трюки, которым они научились за долгое время, проведённое в игре.

Судя по полоске здоровья Букубуку Чагамы, она не получила серьёзного урона. Но это лишь из-за того, что она и рассчитывала принять на себя этот удар. Пренебрегая атакующими возможностями, Букубуку Чагама вместо этого обладала огромной сопротивляемостью ко всем возможным элементальным атакам.

И всё же, босс рано или поздно сомнёт её, если сконцентрируется на ней. Разумеется, обычным монстрам такое не под силу, но босс, созданный как воин-одиночка - другое дело. Он совершенно особенное существо, не такое, как обычные враги. Так что не стоит пренебрегать даже несущественными ранениями.

Так что Ямаико применила свою целительную магию.

Босс погнался за Букубуку Чагамой, Момонга же, тем временем, зашёл ему за спину. Босс ударил Букубуку Чагаму своим гигантским мечом, но она безупречно заблокировала удар своими двумя щитами.

Высокоуровневый игрок может не только заблокировать удар босса, но и ответить собственной контратакой. Букубуку Чагама, однако, не была на это способна. Единственным членом Айнз Оул Гоун, кто мог совершить такое, был Тач Ми. Такой игрок экстра-класса, как он, мог действовать как танк, даже и принадлежа к атакующему классу.

Двое бойцов переднего края приблизились. Словно растянутая до предела и отпущенная пружина, они мгновенно сократили расстояние с боссом.

- "Теневые Оковы", "Путы"

- "Бритвенное Лезвие", "Ракшаса"

Как только над их головами возникли эти надписи, к боссу понеслись тёмные клинки - так выглядело заклинание, снижающее скорость перемещения и способность уворачиваться от атак. После чего, Воин Такемиказучи осыпал предположительно ослабленного босса градом яростных атак.

На теле босса появилось множество ран, и Момонга, благодаря своему заклятью "Эссенция Жизни", увидел, как здоровье босса уменьшается. Однако, тот получил меньше урона, чем они ожидали, что уверило их в том, что перед ними действительно рейдбосс.

- "Отсечение рук", "Обезглавливание"

- "Ракшаса", "Вихрь"

Новые надписи возникли над головами атакующих, и на босса обрушилась серия ударов.

Сражаясь с обычными монстрами, они ещё могли позволить себе переговариваться, но в бою с боссом на это не оставалось времени. Однако, их командное взаимодействие пострадает, если они не будут знать что именно делают остальные, так что был создан макрос, демонстрирующий название применяемого навыка в виде всплывающей над головой надписи.

(тут переводчики на английский объясняют, что такое макрос. Можно подумать, кто-то не знает.)

На Нишки Энрая опустилась покрытая кислотой дубина. Из-за нанесённого им урона злоба босса на него вышла из-под контроля Букубуку Чагамы.

Хотя удар явно попал по нему, никаких чисел, демонстрирующих полученный урон, не появилось. Должно быть, Нишки Энрай применил какой-то из навыков ниндзя.

- Следите за злобой! Прекратите атаку!

- R!

- R!

(примечание переводчиков: - R здесь - сокращение от ryokai (了解) - понял.)

Букубуку Чагама, защищаясь щитом в левой руке, атаковала босса, нанося удары щитом, который держала в правой.

Над её головой возникли надписи - "Атака Щитом", "Оглушение Щитом", "Мощный Удар". Эта серия атак, намного повышающая злобу по отношению к применившему её, называлась Комбо Злобы,

Далее последовал "Вызов на Поединок". Как правило, злоба увеличивается пропорционально нанесённому урону, но удары Букубуку Чагама были довольно слабы. В результате, она не могла быстро генерировать злобу, так что компенсировала свой недостаток навыком, благодаря которому злоба возрастала вдвое быстрее обычного.

Босс снова нацелился на Букубуку Чагаму, возобновив атаки на неё.

Двое атакующих одновременно напали на босса, а Момонга и Ульберт применили заклинания.

- "Усиленная Магия - Магическая Стрела!"

- "Пробивающая Магия - Замедление!"

Первоуровневое, но временно усиленное заклятье Ульберта полетело в босса, оставляя за собой белый след в воздухе.

Слишком большой урон затруднит управление злобой, а следовательно, и контроль за ходом боя. Так что он решил использовать слабое заклинание.

Момонга, как обычно, применял ослабляющую магию. Пробиться сквозь защиту босса будет непросто, но если всё же удастся, то его замедляющее заклинание сильно поможет команде.

Сражение протекало благополучно. Бойцы переднего края сдерживали босса, Ульберт и Момонга изматывали его. Начало положено успешное, но расслабляться рано. И как раз тогда, когда в голове Момонги всплыла эта мысль, перед его глазами появилась иконка "Сообщения".

Вы же знаете, что я сражаюсь с боссом, пробормотал он, щёлкая по иконке и выходя на связь.

- Простите что отвлекаю вас во время боя, Момонга-сан.

Голос принадлежал Пунитто Моэ.

- Ну, ничего, бывает. Я вызову вас чуть позже...

- Как долго это займёт?!

Откуда мне знать? Хотя Момонга и хотел потребовать, чтобы Пунитто Моэ не мешал ему сконцентрироваться, он также чувствовал растущее напряжение в голосе собеседника.

Момонга применил семиуровневое заклятье, "Сфокусированная Магия", нацелив его на Ульберта. Теперь следующее заклинание, которое применит Ульберт, нанесёт в два раза больший урон. Кроме того, вырастет лишь злоба, направленная на Ульберта, так что Букубуку Чагаме будет легче справиться с ней.

Так что у Момонги появился момент для передышки. Следя за действиями босса, он продолжил разговор с Пунитто Моэ.

- Ещё довольно долго, мы ещё и на четверть не уменьшили его здоровье.

Обычно команде требуется от десяти до пятнадцати минут чтобы победить босса. Не прошло и четверти этого времени.

- Не могли бы вы немного поторопиться? Три команды уже победили своих боссов и переместились на шестой этаж...

Момонга не поздравил Пунитто Моэ. Его охватило плохое предчувствие в отношении того, что тот собирался сказать дальше.

- Их атаковала орда непрерывно возрождающихся монстров, они все сейчас сражаются. Возможно, им придётся биться до тех пор, пока все не переместятся на шестой этаж.

Какого чёрта?!

Момонга сдержал позыв выкрикнуть это во всё горло. Положение команд на шестом этаже отчаянно. Потратив ману и навыки на битву с боссом, они теперь вынуждены сражаться с бесконечным потоком монстров.

Вероятно, при создании этого подземелья предполагалось, что игроки выяснят, кто из боссов в каком порядке становится сильнее, после чего одновременно нападут на них и одновременно победят.

Момонга мысленно проклял разработчиков. Они что, ненавидят тех, кто пытается пройти подземелье с первой попытки? Нет, это из-за подобных ловушек первое прохождение настолько трудно.

- Так что, пожалуйста, поторопитесь!

- Прикончите его, скорее! - прокричал Момонга, завершив "Сообщение" с Пунитто Моэ.

- R!

- его спутники ответили единодушно, не спрашивая о причинах внезапной спешки.

- Ува, пора потратиться! Чёртовы покупные вещи!

- Три тысячи иен! Не более трёх тысяч! Чертовы разрабы, наверное, специально так подстроили, чтобы вынудить нас тратить реальные деньги!

- Мне тоже придётся использовать покупные предметы, - сквозь выкрики Нишки Энрая и Воина Такемиказучи до Момонги донеслась жалоба Ульберта.

Момонга понимал его. Сейчас, вероятно, лучше положиться на покупные предметы Они ведь команда, так что быть для остальных обузой не годится.

Хотя он и не знал, что за предметы задействовали бойцы переднего края, здоровье босса начало падать быстрее. Из-за этого, босс применил новую атаку - он поднял над головой морозный топор.

- "Гроза Нептуна"

Поднимающийся от топора морозный пар образовал над боссом сферу бело-голубой энергии.

Должно быть, это какая-то особая атака. Решив так, Момонга тут же бросился к Ямаико. Во все стороны от бело-голубого шара брызнули лучи. Большинство, похоже, было нацелено случайным образом, но некоторые, видимо, подчинялись какому-то принципу. Разумеется, с первого раза разгадать этот принцип невозможно.

Один из лучей попал в Момонгу, но урона не нанёс. Как и ожидалось, атака элементом холода. Момонга обладал стопроцентным иммунитетом к такому типу повреждений, так что не получил также никаких негативных эффектов. Однако...

- "Ускорение"

Момонга наложил заклятье на бойцов переднего края.

Все трое находились под негативным эффектом "Замедление" - вероятно, вызванным попавшими в них лучами. Раз так, он может скомпенсировать этот эффект противоположным, усиливающим заклинанием. Игроки их уровня могут нейтрализовать большинство негативных эффектов навыками или приобретённой сопротивляемостью, однако создать полностью неуязвимого персонажа невозможно. Неизбежно приходится оставлять прореху в защите.

Похоже, бойцы переднего края оставили себя уязвимыми к "Замедлению", доверяя способности Момонги помочь им. Момонга, в свою очередь, не обманул этих ожиданий. В этом и заключается истинная командная работа.

Стоило им подумать, что опасность миновала, как босс начал новую серию атак.

Уменьшающийся интервал между активацией навыков означал, что босс ускоряет темп.

- "Венерианский Муссон"

Над головой босса сгустились тяжёлые облака, заволакивая всё поле боя. Босс воздел кислотную дубину. Похоже, он собирается вызвать кислотный дождь.

- "Губительный Циклон"

Момонга вызвал к существованию гигантский смерч, но он не смог развеять собравшиеся облака.

- Дерьмо!

Момонга бормотал "чёртовы разрабы" снова и снова, словно какую-то мантру.

Если бы босс применил какое-нибудь известное игрокам заклятье, то, возможно, Момонге удалось бы как-нибудь нейтрализовать его. Но в случае этого навыка, оставалось лишь гадать.

И на этот раз, он не угадал.

Следовало применить какое-нибудь защитное заклинание, но было слишком поздно. Такой враг не даст ему второго шанса.

Всё вокруг залила стена ливня. Она напомнила им о кислотных дождях реального мира. Однако, так как они находились в игре, дождь тут же иссяк. Оставшиеся на земле лужи не причиняли игрокам никакого вреда.

Атака оказалась на удивление слабой. Обладая сопротивляемостью к кислоте, Момонга не получил особого урона. Разумеется, прочность его снаряжения уменьшилась, но это не представляло проблемы. Вероятно, эта атака принесла бы больше проблем, находись они под влиянием эффекта "Замедления".

Ямаико подбежала к нему, и как только она прикоснулась к Момонге, в его поле зрения возникла надпись "Высшая Убийственность". Это заклинание наносило урон негативной энергией, но на Момонгу оказывало противоположный эффект.

Его прикосновение тоже могло наносить урон негативной энергией, но лечить нежить он не мог. В первую неделю игры нежить могла лечить другую нежить прикосновением, но первым же патчем эту способность убрали. Луч надежды, озаривший было игроков-заклинателей, играющих за нежить, угас, словно его никогда и не было.

- Спасибо!

- Всегда пожалуйста.

Ямаико направила свои лечащие заклинания на сражавшихся на переднем крае, чьё здоровье уменьшилось почти наполовину. Букубуку Чагама пострадала не так сильно, так что Ямаико сконцентрировалась на остальных двоих.

Босс поднял молниевое копьё.

Его здоровье таяло очень быстро, так что и паузы между атаками намного уменьшились. В этом были как плюсы так и минусы, но так как Букубуку Чагама молчала, то, видимо, всё в порядке.

Судя по оружию, которое поднял босс, сейчас последует атака электричеством. Раз так...

- Ямаико-сан! Ульберт-сан! Поднимаемся!

Времени ждать их ответа не было, Момонга применил "Великую Телепортацию", перенесясь в небо. Едва вид перед его глазами сменился...

- "Буря Юпитера."

...По земле зазмеились белые молнии. Простое заклинание "Полёт" не смогло бы вовремя увести их из-под атаки.

Как правило, летающий персонаж становится более уязвим. Однако, Момонга решил взлететь, так как предыдущая атака босса пришла сверху. Он предположил, что вряд ли две атаки одна за другой придут с неба.

И угадал.

- Спускаемся.

- Ага!

Они мыслили одинаково. Есть хороший шанс, что следующая атака босса рассчитана на поражение летающих целей. Разумеется, Момонга не желал падать, так что аккуратно опустился вниз, используя "Полёт". Ступив на землю, он деактивировал заклинание. Лишь немногие могли сражаться и летать одновременно, остальным "Полёт" лишь мешал.

Впрочем, заранее спланировав несложный курс и позволив заклинанию автоматически нести игрока по нему, можно сражаться и летая. Приземляться, например, было довольно просто.

Разряд, вызванный взмахом оружия босса, рассёк воздух вокруг него. Однако, урон получила лишь Букубуку Чагама. Двое воинов, судя по появившимся надписям, применили какие-то навыки, позволяющие нейтрализовать урон и продолжить атаку.

Когда Момонга, Ульберт и Ямаико спустились, босс поднял все четыре своих оружия, и использовал какой-то навык.

- "Великие Руды Меркурия!"

Похоже, босс применил какое-то усиливающее заклинание.

- Твёрдый!

- выкрикнул Воин Такемиказучи. Его урон упал до одной десятой прежнего.

- Метеоритная Черепаха! - Букубуку Чагама выкрикнула имя босса, с которым они однажды сражались. Момонга сразу понял, что она имеет в виду. Одним из приёмов Метеоритной Черепахи было усилить свою защиту, взлететь вверх и рухнуть вниз, подобно метеориту, в честь которого она и названа, нанося сокрушительный урон всем, оказавшимся в зоне поражения.

Возможными контрмерами против этого приёма было - заставить босса потерять равновесие, выведя его из защитной стойки; взлететь, и получить лишь половину урона; или использовать защитные заклинания и навыки, чтобы пережить атаку.

Воин Такемиказучи и Нишки Энрай принялись использовать сбивающие равновесие навыки, Момонга и остальные помогали им заклинаниями.

В воздухе повисло напряжение - 15 секунд спустя босс взмахнул оружием, словно вспомнив, что надо было атаковать, пока его защита возросла. Чувство облегчения от того, что они смогли предотвратить атаку босса, сменилось тревогой - босс всё же собирался ударить.

- "Меч Луны"

Взмахи оружия босса породили прорезавшие пространство рассекающие волны. Неважно, находились ли они на земле или в воздухе, увернуться от этих ударов было невозможно.

- "Стена Иерихона"

Защитный навык Букубуку Чагамы создал стену, за которой все смогли спрятаться. И всё же, она получила тяжёлые повреждения. Неясно, помогло ли им то, что они заставили босса потерять равновесие, получить меньше урона, или нанесённый урон распределялся равномерно между членами группы, или они получили урон потому что не смогли избежать атаки.

Пока его здоровье восстанавливалось, Момонга просматривал консоль, изучая свои заклинания и обдумывая, как продолжать бой, учитывая только что проведённую атаку босса. Теперь, потеряв довольно много очков здоровья, тот атакует более агрессивно. Есть шанс, что он может непрерывно атаковать этим навыком.

Тем временем, здоровье босса продолжало неуклонно снижаться. Каким бы большим запасом он не обладал, атакующие не уступали в своей способности наносить урон.

Внезапно, босс натянул свой лук, нацелившись вверх. Он впервые решил использовать лук, так что игроки не могли знать, какая атака их ждёт на этот раз. До сих пор им удавалось мешать ему, заставляя сражаться с бойцами переднего края.

Возможно, стоило проверить элемент лука? - подумал Момонга, цокая языком.

- "Метеор Сатурна"

Босс выстрелил вверх. Стрела понеслась к потолку, где внезапно появилась непроглядно-чёрная дыра - словно пустота космоса - поглотившая стрелу без остатка.

Дыра внезапно расширилась, накрыв собой всё поле боя. Похоже, эта атака, как и предыдущая, наносит удар по всей площади арены.

Момонга торопливо выбрал на консоли "Костяную Стену", разместив её над собой подобно зонтику.

- Момонга-сан, впустите и меня!

Ульберт, специализирующийся на атакующей магии, должен экономить каждое очко маны. Так что он подбежал под защиту Момонги. То же было верно и для Ямаико.

- "Силовое Поле"

- "Заповедный Приют"

Ямаико и Момонга, не зная, что за атака сейчас последует, добавили ещё по одному защитному заклинанию.

Тут же воздух разорвал душераздирающий визг, и на них обрушились бесчисленные метеоры.

Первый же удар разбил "Костяную Стену", усиленную "Заповедным Приютом". Взрывная волна смела "Силовое Поле" и нанесла урон Момонге, гораздо больший, чем предыдущая атака "Меч Луны". Его только что полное здоровье уменьшилось до половины.

Однако, атака на этом закончилась, а Момонга всё ещё был жив. Никто не погиб, и у Букубуку Чагамы оставалось больше половины здоровья.

Если танк в порядке, то всё в порядке.

Ямаико применила мощное заклинание, позволяющее вылечить весь отряд сразу. Однако, на Момонгу это не распространялось - обычные методы исцеления на нём не работали.

Кроме того, это заклинание распределяло лечение между целями, так что добавлять Момонгу не было никакого смысла.

Получив ещё один удар босса, Момонга погибнет. Так что, внимательно следя за движениями босса, он создал Рыцаря Смерти. Если босс атакует, Рыцаря можно будет использовать как щит.

- Я вылечу вас, Момонга-сан!

Исцелив остальных, Ямаико сообщила бойцам переднего края о своих намерениях и применила "Высшую Убийственность" на Момонгу. Пока его здоровье восстанавливалось, атакующие перестали наносить удары боссу и приняли защитные стойки, восстанавливая свои раны зельями, чтобы не усложнять управление злобой.

Всё оружие босса внезапно взлетело вверх, кружась вокруг него.

Судя по всему, готовилось что-то особенное.

- Подумать только, как далеко удалось вам зайти! Похоже, я недооценил вас! Явитесь, слуги мои!

Парящее в воздухе оружие образовало пятиконечную звезду и вонзилось в землю. Появилось пятеро монстров.

Уровень 87: Первородный Элементаль Огня

Уровень 87: Первородный Элементаль Воды

Уровень 87: Первородный Элементаль Воздуха

Уровень 87: Первородный Элементаль Земли

Уровень 90: Первородный Звёздный Элементаль

Каждый из монстров не уступал в размерах боссу, а уровень их равнялся уровню Момонги и его спутников.

Шестеро таких врагов, считая самого босса, несомненно, растопчут отряд игроков.

Момонга рассмеялся.

Он не ожидал, что босс окажется настолько силён.

Должно быть, мы не угадали с последовательностью. Этот босс не поддастся до конца.

- А вдруг остальные боссы так же сильны? Раз так... то мы приняли правильное решение.

Словно в ответ на бормотание Момонги раздался громкий крик:

- Да вострубит глас запретного могущества! Да снизойдёт беспросветное отчаяние! Да изольются слёзы ужаса и горя! - "Всемирная Катастрофа!"

Эта речь, совершенно непохожая на обычную манеру разговора Ульберта - кстати, содержание её менялось при каждом новом применении заклинания - представляла из себя неприкрытое выражение его души.

Овладев классом "Всемирная Катастрофа", Ульберт Алайн Одл получил силу, превосходящую даже сверхуровневые заклинания. Это величайшее заклинание разом сжигало 60% его маны.

Опавшие листья мирового древа несли в себе собственное проклятие, и теперь оно обрело физическую форму. Поле боя затопила чистая разрушительная энергия.

Пять элементалей, обладающих, по идее, полным здоровьем, погибли моментально. Сам босс лишился огромной части здоровья.

Ульберт тут же побежал к боссу.

Применение "Всемирной Катастрофы" создало столько злобы, что босс не остановится, пока не ударит Ульберта хотя бы раз.

Словно меняясь с ним местами, Букубуку Чагама торопливо отступила.

Как только удар босса достиг Ульберта, Букубуку Чагама - отбежавшая назад - мгновенно поменялась с ним местами.

Над ней возникла и исчезла надпись "Рокировка"

Оружие босса вернулось в его руки.

Возможно, босс не смог бы пользоваться оружием, пока жива соответствующая элементаль. Раз так, то стоило бы оставить пару подходящих элементалей в живых - одну для оружия правой руки и одну для оружия левой - но, разумеется, при первом прохождении они никак не могли знать, верно ли это предположение.

- "Солнечная Вспышка"

Босс атаковал Букубуку Чагаму тем навыком, с которого начал бой.

- Скорее, убьём его! Он пошёл по кругу! - закричала Букубуку Чагама.

Теперь, когда Ульберт потратил свою козырную карту, они не смогу быстро убить элементалей, если враг снова призовёт их. Иными словами, они проиграют. А значит, нужно победить до того, как босс снова их призовёт.

Больше сдерживаться незачем.

- "Тройная Усиленная Магия - Разрез Реальности"!

Момонга почувствовал, что босс нацеливается на него, приобретя дополнительную злобу. Впрочем, этого и стоило ожидать после того, как враг получил тройной удар максимизированным десятиуровневым заклинанием.

Босс быстро приближался, но Букубуку Чагама предвидела его действия. Естественно ожидать от противника, что он атакует того, кто только что нанёс ему урон.

Доказательством этого было то, что Букубуку Чагама не поспешила наперехват, но вместо этого принялась обновлять иссякающие защитные заклинания. Она твёрдо верила, что Момонга сможет справиться сам, и поступит так, как и должен любой игрок.

- Рыцарь Смерти!

Момонга активировал макрос Рыцаря. Взревев, тот принял на себя направленную на своего хозяина злобу.

В тот же момент, подчиняясь своим приказам, Рыцарь побежал к Букубуку Чагаме.

Босс замешкался, и повернулся к нему.

Его удар опустился на Рыцаря Смерти.

Разумеется, при такой разнице в уровнях Рыцарь должен был погибнуть на месте.

Именно это должно произойти, когда монстр девяностого уровня атакует монстра тридцать пятого уровня. Однако, Рыцарь Смерти активировал свой навык. Он принял на себя удар и выжил, оставшись с одним очком здоровья, продолжив бежать вперёд. Точнее, попытавшись - следующий удар босса смёл Рыцаря Смерти.

Однако, Рыцарь исполнил своё предназначение.

- Отлично, Рыцарь Смерти-кун! А теперь смотри сюда, сукин ты сын!

Букубуку Чагама подняла свои желеобразные руки, вероятно, пытаясь заставить босса атаковать себя. Босс, собиравшийся атаковать других, переключился на неё.

Всё это было одним из приёмов переключения атаки, которые Момонга прекрасно умел выполнять.

- Атакует!

- R!

- R!

Босс поднял морозный топор, и применил уже знакомую им "Грозу Нептуна". Момонга заслонил собой Ульберта с Ямаико, и нейтрализовал отрицательные эффекты на атакующих.

Босс начал атаковать в полную силу.

До сих пор он заполнял промежутки между применением навыков обычными атаками, но теперь навыки шли один за другим.

Это из-за того, что у него осталось мало здоровья?

Судя по всему, использовав каждый из навыков по разу босс снова призовёт Первородных Элементалей. Иными словами, время на исходе.

Успеют ли они убить босса?

Несмотря на растущее беспокойство, Момонга управлял консолью быстро и чётко. Вот что означает поговорка игроков "Бой на переднем крае - спортивное соревнование, на заднем - театральное действо"

Единственная ошибка может сбить его с ритма и разрушить всё.

Момонга простонал, вспоминая атаки босса и наблюдая за его действиями. Они могут не успеть.

Одако...

-... Как насчёт того приёма? Этого хватит, чтобы убить его?

- Я в зоне досягаемости! У нас получится! Внимание, исполняем Комбо Видья-Раджа!

- О-о-о! Полагаюсь на вас!

- Поняла! Тогда, я начинаю! "Жертва!"

Босс ударил Букубуку Чагаму, широко распахнувшую руки. Она получила огромный урон, несмотря на свою невероятную защиту. В то же время, босса окутал чёрный туман.

Букубуку Чагама активировала навык "Эгида". Ямаико должна была бы восстановить её здоровье, но времени на это не оставалось. Букубуку Чагаме оставалось лишь минимизировать получаемый ею урон и попробовать выжить с оставшимся здоровьем.

Момонга нацелил своё заклятье на Нишки Энрая.

- "Конфликт Кармы!"

Ямаико, дождавшись пока Момонга применит заклятье, раздавила в руке песочные часы - покупной предмет, позволяющий тут же применить её сверхуровневое заклинание.

- Суд Осириса!

//ненужный коммент от переводчиков на английский

Над головами всех присутствующих на поле боя возникли весы.

На одной чаше лежало сердце, на другой - перо.

Весы Ямаико, Нишки Энрая и Такемиказучи склонялись в сторону пера. В отличие от них, на весах Момонги, Ульберта, Букубуку Чагамы и босса перевешивало сердце. Возникший из ниоткуда зверь пожрал эти сердца.

Момонга не получил урона.

Однако, его значение кармы рухнуло, мгновенно достигнув числа -1000.

Это сверхуровневое заклятье изменяло значения кармы - уменьшало отрицательную, и увеличивало положительную.

Значения кармы влияли на урон, наносимый некоторыми заклинаниями и навыками. Так что причина, по которой Ямаико применила своё заклинание, была очевидна - чтобы максимизировать эффект комбо, полагающегося на разницу в карме.

Воин Такемиказучи радостно начал Комбо.

- Начнём! "Ачаланатха"! "Фудо Кенсак"!

За спиной Воина Такемиказучи возникла фигура Непоколебимого, Фудо Видья-раджи, и метнула лариат.

Первый удар Комбо Видья-раджа, "Ачаланатха", обладал двумя атакующими компонентами. Первый, "Меч Курикары", наносил тем больший урон, чем ниже кармический уровень врага. Без подходящей защиты этот удар может оказаться смертельным. Второй, "Фудо Кенсак", снижает подвижность целей с низкой кармой, пропорционально её значению.

Возможно, карма босса изначально была отрицательной, но навык Букубуку Чагамы гарантировал это.

"Жертва" намного уменьшает защиту применившего этот навык, но карма атаковавшего того, кто находится под эффектом "Жертвы" сильно понижается. А заклинание Ямаико опустило карму босса ещё ниже.

- "Трайлокйавидьяраджа"!

За спиной Такемиказучи возник Гозанз Видья-раджа, Покоритель Трёх Миров, и пронзил босса своим копьём.

- "Ямантака"!

Материализовался Победитель Смерти, Дайтоку Видья-раджа, и поразил босса своей гигантской дубиной.

- "Кундали"!

Хранитель Райского Нектара, Гундари Видья-раджа выпустил из своей руки змея, внезапно метнувшегося вперёд и обвившего босса своими кольцами, ещё сильнее приковывая его к месту. Не сделай они этого, враг мог бы ускользнуть в промежутке между ударами.

- "Ваджраякша"!

Пожиратель Демонов, Конго-Яша Видья-раджа, рассёк босса своим молниевым мечом-ваджрой.

И тут, пока босс не мог увернуться, пятеро Видья-радж атаковали его. Окружив его, они дружно направили на босса ладони правых рук.

Любой враг, карма которого хотя бы на единицу меньше ноля, окажется парализован этой атакой.

- Ошша!

Нишки Энрай сменил оружие.

То был его туз в рукаве, Сусано. Это оружие, длиной превышающее три метра, из-за многочисленных пенальти наносило удар очень медленно. Однако, если цель парализована, это не имеет значения. Было ли это дырой в системе, или осознанным решением разработчиков, но мощь удара этого гигантского ниндзято намного превосходила даже атаки таких уникальных существ как боссов.

Едва этот медленно движущийся клинок коснулся босса, появились пугающие числа нанесённого урона, словно вызванные множеством одновременно проведённых атак.

Момонга непроизвольно рассмеялся, видя как падает здоровье босса.

И тут...

... По всему телу босса побежали трещины.

Они засветились изнутри, последовал оглушительный взрыв.

Застывший на мгновение Момонга издал идущий от самого сердца крик радости.

Пусть это игра, но восторг от преодоления невообразимых трудностей универсален. Радовался не он один. Его спутники также ликовали.

Там, где стоял босс, теперь парил шар. Непохоже, что это кристалл данных или артефакт. Наверное, нужно взять его чтобы перенестись на шестой этаж. Момонга хотел было протянуть руку, но замешкался. Можно ли ему, не внёсшему существенный вклад в победу, поступать так?

- Момонга-сан, от босса остался какой-то предмет.

- Раз так, атакующие могут...

- Момонга-сан, всё не так, - сказала Букубуку Чагама.

- Мы победили, потому что каждый исполнил свою роль. Атакующие должны наносить урон боссу. Танк - управлять злобой и принимать на себя атаки. Целитель - лечить раны отряда. И, конечно, джокер использует усиливающие и ослаблающие заклинания, управляя ходом боя.

Запыхавшись, она перевела дыхание.

- Так что, каждый просто делал то, что должен!

Со стороны Ямаико раздалось что-то вроде "Так и есть"

- Момонга-сан, вы ведь защищали нас много раз, верно? Не только бойцы переднего края действовали блестяще, вы согласны, Нишки-сан, Такемиказучи-сан?

- Верно, Ямаико-сан. Однако, мне несколько неловко слышать, как вы говорите что я действовал блестяще. Мы, атакующие, просто полагаемся на вашу поддержку и концентрируемся на атаке.

- Ага, ага. Ну же, возьмите это, Момонга-сан. Разве вы не говорили, что нужно торопиться?

- сказал Нишки Энрай вслед за Такемиказучи.

В ИГГДРАСИЛе не отображаются выражения лиц. Однако, Сузуки Сатору знал, что его друзья улыбаются.

- Спасибо вам, друзья! Ну раз никто не против!..

Момонга потянулся к висящей в воздухе сфере - и прикоснулся к ней.

Тут же всё вокруг потемнело.

Когда к нему вернулось зрение, он обнаружил себя на открытом пространстве, совсем непохожем на арену где они только что сражались. Похоже на какие-то руины. Они, похоже, на каком то возвышении, на вершине каменной лестницы. Руины, похоже, находились посреди пустошей, но находящийся в небе источник света позволял рассмотреть местность на расстоянии лишь 200 или 300 метров.

Снизу донеслись звуки аплодисментов.

Опустив взгляд, он увидел остальных согильдийцев. Все держали оружие - похоже, они только что закончили сражаться.

- Непрерывно возрождающиеся враги исчезли, так что я был уверен, что вы и ваш отряд победили босса, Момонга-сан.

- Йощаа! До чего ж мы хороши, зачистив неизвестное подземелье с первого захода! Ну что, выкусили, чёртовы разрабы?!

- Эй, эй, эй, если кто-то хочет сделать перерыв на туалет, лучше сделать это сейчас! Вы не захотите пропустить то, что произойдёт следом!

Слыша все эти выкрики, Момонга внезапно осознал, что они совершили, и рассмеялся. Честно говоря, он и так смеялся всё это время, неспособный остановиться.

Момонга и его отряд спустились по лестнице, купаясь в похвалах своих согильдийцев. Таковы их почести за победу над сильнейшим боссом.

- Ну, Момонга-сан. Вставьте это туда.

Посмотрев, куда указывает Тач Ми, Момонга увидел каменyю плиту. В неё было вставлено четыре шара наподобие того, что держал Момонга, и одна выемка оставалась пустой. Явных указаний не было, но он сразу понял, что нужно сделать.

Момонга подошёл к плите, и вложил шар в последнее углубление. Шар, словно втянутый внутрь, крепко врос в выемку, и все шары засияли неярким светом.

Момонга сглотнул.

С неба прямо к нему падал свиток. Плита исчезла, на её месте возник трон, высеченный из цельного гигантского кристалла.

Свиток, несомненно, являлся документом владения, а значит, трон - какой-то артефакт. Как правило, наградой за прохождение подземелья было либо то, либо другое, но это, похоже, особый случай. Артефакт такого класса может оказаться весьма полезным. Даже если и нет, его наверняка можно выгодно продать.

Однако, некоторые артефакты обладали весьма странными свойствами, так что Момонга взмолился, чтобы этот оказался не из таких.

- Ха.

Беспокоясь о троне, он смотрел в небо. Светящийся свиток с почти невыносимой неспешностью падал вниз.

Хотя такая вымученная торжественность обычно раздражала, на этот раз он чувствовал благодарность.

Момонга протянул руку, и поймал свиток в воздухе.

Он тревожился, что будет выглядеть до ужаса глупо, если проявит неловкость в такой момент, так что постарался скрыть от остальных своё облегчение, когда смог успешно поймать свиток.

- Поздравляем! Покорив Великую Гробницу Назарик, вы получаете права собственности на Базу Гильдии: Великую Гробницу Назарик.

Словно подбодренный спокойным мужским голосом, Момонга развернул свиток, демонстрируя всем его содержимое.

При виде описания территорий и доходов гильдии у всех вырвались крики удивления.

- Что!... Суммарный уровень НИПов 2750?!

- Э? Правда? Это правда!

- Почему так много?

Все, включая Момонгу нетерпеливо перечитали содержимое. Момонга потянулся к консоли, вновь проверив уровни НИПов. Когда он понял что происходит, его глаза расширились.

Лишь девять баз в игре позволяли больший уровень НИПов - 3000. Эта база, выходит, почти наравне с ними? Её обнаружили только сейчас, так что, может, это что-то вроде накопленных баллов?

Может, тому есть какая-то причина? Если да, то эта информация может оказаться полезной. Они снова просмотрели детальную информацию о базе, и первый обнаруживший это вновь воскликнул:

- Базовое значение 2250, и бонус - 500... вы слыхали раньше о таком?

Все помотали головами. И тут кому-то пришла идея.

- Может, максимальный уровнеь НИПов увеличивается, если подземелье удаётся зачистить с первого прохода?

Все дружно замолкли, и кто-то злобно завопил:

- Уоооо! Чёртовы разрабы! Как будто кто-то попытается провернуть такое!

- Будьте вы прокляты, чёртовы разрабы!

- Вы это имели в виду, предлагая искать знания под страхом смерти, ублюдки?!

Момонга тоже присоединился к выкрикам, пытаясь скрыть переполняющую сердце радость. По правде говоря, те, кто уже выпустил пар, теперь смеялись.

Фактически, все смеялись.

Они хлопали друг друга по спине, трепали по плечам и голове, все отмечали их с друзьями общую победу. Краем глаза Момонга заметил, как даже Ульберт с Тач Ми хлопают друг друга по спине.

- ...Итак, это артефакт?

Пунитто Моэ смотрел на трон.

- Как мило с их стороны предоставить нам трон. Ну, займите достойное вас место, Гильдмастер Момонга-сама. Давайте сфотографируемся на память с ним в центре!

- Отлично придумано! Ну же, ну же! Гильдмастер, садитесь!

Слова Нишки Энрая и Воина Такемиказучи встретили всеобщее одобрение.

Упираться больше нельзя. Момонга сделал, как ему говорили, и уселся на трон. Тут же раздался слышимый лишь ему голос:

- Поздравляем! За покорение с первой попытки подземелья уровня 80+, вы получаете в награду предмет Мирового класса, Престол Королей!

Момонга, впитывая только что услышанное, ощутил как его сердце замерло и съёжилось.

У него перехватило дыхание от шока.

Он сидит на одном из величайших сокровищ ИГГДРАСИЛя.

Подозревая, что ослышался, он коснулся консоли дрожащей рукой. Посмотрев на окно статуса, Момонга убедился, что голос не был порождённой его собственным разумом галлюцинацией.

В окна статуса виднелся знак усиливающего эффекта. Такой же, как в тот раз, когда они заполучили предмет Мирового Класа, но после лишились его.

Этот эффект - МИР. Весь мир, и несокрушимая защита, которую он даёт.

- Что-то не так, Момонга-сан?

Даже в мире, где каждый лишён выражения лица, любой заподозрил бы что-то неладное, когда кто-то замирает и не двигается.

- Сообщение о недостатке наномашин?

- Нет.... это... это предмет Мирового класса.

Выстроившиеся для памятного фото члены гильдии замерли. Никто не понял, что говорит Момонга.

- Эй, это правда. Похоже, награда за зачистку подземелья с первого прохода.

Спокойный голос Момонги удивил его самого. Он просто был не в состоянии выразить охвативший его шок.

Среди остальных членов гильдии поднялась суматоха. Кто-то обронил слова "предмет Мирового класса", и тут же это переросло в громогласные вопли радости.

Отовсюду вновь неслись выкрики "чёртовы разрабы!"

- Я знал с самого начала. Зачистка такого подземелья принесёт нам предмет Мирового класса.

- Да откуда тебе было знать?

- Круто! Ну, как вам это, ублюдки Серафы?!

- Я-хоо~!

Все принялись странным образом пританцовывать. Момонга решил освободить трон, чтобы каждый мог посидеть на нём. Он отошёл в сторону, подальше от шума и суматохи.

Вскоре к нему подошли Тач Ми и Ульберт.

- Ну, это было невероятно, Момонга-сан!

- Верно! Гильдмастер, захвативший предмет Мирового класса в первом же рейде - безумие же, верно? Верно?

Задумавшись, можно ли считать слово "безумие" похвалой, Момонга кивнул им.

- О чём вы говорите, всё благодаря тому, что каждый из нас не пожалел сил и средств на этот поход.

- Незачем так скромничать. Такемиказучи-сан прав. Я не смог бы поступить настолько сумасбродно. Я побоялся бы потерпеть неудачу на первом совместно походе, и выбрал бы какую-нибудь охоту на монстров попроще. На такое способны лишь вы, Момонга-сан.

- Но...

Момонга хотел сказать, что чудо свершилось благодаря их совместным усилиям. Он чувствовал вину, когда хвалили лишь его.

Остальные его друзья всё щупали трон, споря, чья следующая очередь посидеть на нём.

Всё благодаря им.

- Нет-нет-нет, Момонга-сан. Не скромничайте. Если бы поход провалился, именно вам бы пришлось терпеть всеобщее разочарование и расстройство, верно? Раз так, то и похвалы за успех принадлежат вам. Так только честно, вы согласны?

Ему было непросто согласитсья со словами Ульберта.

- А, пожалуйста, не надо об этом. Я столько раз сожалел, что согласился. Я представить себя не могу в роли гильдмастера, который должен всех координировать, направлять, управлять обменом информацией, и делать кучу других странных дел.

- признался им Момонга бесконечно утомлённым голосом.

Ульберт и Тач Ми, похоже, сочли это забавным, но в их смешках не слышалось издёвки.

- Понятно. Ну, насколько нам известно, это ваше отторжение и делает вас хорошим гильдмастером. Хотя, лично я хотел бы, чтоб вы были более напористым человеком...

- О чём вы? Разве это не достоинство Момонги-сана? Ведь мы и следуем за ним потому что он именно таков, разве нет?

- Верно... да, действительно. вы правы, - задумчиво протянул Тач Ми.

Он сейчас вспоминает их прежнего товарища, покинувшего игру?

- Эй, эй, о чём вы там шепчетесь? Идите сюда! Мы делаем фото!

- Сюда, сюда! Гильдмастер! Сядьте на трон!

Нишки Энрай и Такемекизучи практически затолкали его на трон. Все остальные уже построились и ждали.

- Отлично! Снимаем!

Все встали в позы. Движениями тел они пытались компенсировать отсутствие выражений лиц. Момонга, прикоснувшись к консоли, выбрал улыбающийся эмотикон.

- И - раз, два, три!

Парящая перед ними шарообразная камера - покупной предмет - издала щелчок. И тут же в ушах Момонги раздался звон вызова.

Он не глядя мог угадать содержимое сообщения - изображение гильдии Айнз Оал Гоун и приза, завоёванного в их первом совместном рейде.

Момонга улыбнулся.

Он позволил своим мыслям свободно блуждать, представляя то, чем он и гильдия Айнз Оал Гоун займётся сейчас, и в будущем...

******

КОНЕЦ

Table of Contents

Том 1: Король-нежить

Начальные иллюстрации

Пролог

Глава 1. Конец и начало

Глава 2. Стражи этажей

Интерлюдия

Глава 3. Битва у деревни Карн

Глава 4. Столкновение

Глава 5. Властелин смерти

Эпилог

Персонажи

Послесловие

Реквизиты переводчиков

Том 2: Темный воин

Начальные иллюстрации

Пролог

Глава 1. Два искателя приключений

Глава 2. Путешествие

Интерлюдия

Глава 3. Мудрый Король Леса

Глава 4. Два меча смерти

Эпилог

Персонажи

Послесловие

Реквизиты переводчиков

Том 3: Кровавая валькирия

Начальные иллюстрации

Глава 1. Стая хищников

Глава 2. Истинный вампир

Интерлюдия

Глава 3. Замешательство и понимание

Глава 4. Перед смертельным поединком

Глава 5. Игровой персонаж против неигрового

Эпилог

Персонажи

Послесловие

Реквизиты переводчиков

Том 4: Герои людоящеров

Начальные иллюстрации

Пролог

Глава 1. Отбытие

Глава 2. Собираемся, ящеры

Интерлюдия

Глава 3. Армия смерти

Глава 4. Рассвет отчаяния

Глава 5. Бог мерзлоты

Эпилог

Персонажи

Послесловие

Реквизиты переводчиков

Том 5: Люди в Королевстве

Реквизиты переводчиков

Начальные иллюстрации

Пролог

Глава 1. Чувства мальчика

Глава 2. Синие розы

Интерлюдия

Глава 3. Подбирающие и подбираемые

Глава 4. Мужчины встретились

Глава 5. Истребление, первые искры огня

Персонажи

Послесловие

Том 6: Люди в Королевстве (часть 2)

Начальные иллюстрации

Глава 6. Преддверие беспорядков в королевской столице

Глава 7. Подготовка к нападению

Глава 8. Шесть Рук

Глава 9. Ялдаваоф

Интерлюдия

Глава 10. Величайший козырь

Глава 11. Последняя битва беспорядков

Эпилог

Персонажи

Послесловие

Реквизиты переводчиков

Том 7: Нарушители в Великом Склепе

Начальные иллюстрации

Пролог

Глава 1. Приглашение на смерть

Глава 2. Бабочка в паутине

Глава 3. Великий Склеп

Интерлюдия

Глава 4. Проблеск надежды

Эпилог

Персонажи

Послесловие

Том 8: Два лидера

Начальные иллюстрации

Глава 1. Энри и её суматошные, беспокойные будни

Глава 2. Один день Назарика

Эпилог

Послесловие

Реквизиты переводчиков

Том 9: Маг-разрушитель

Реквизиты переводчиков

Пролог

Глава 1. Война слов

Глава 2. Подготовка к битве

Интерлюдия

Глава 3. Другая битва

Глава 4. Резня

Новая глава

Послесловие

Иллюстрации

Том 10: Владыка заговора

Пролог

Глава 1: Колдовское королевство Аинз Оул Гоун

Глава 2: Королевство Рэ-Естиз

Интерлюдия

Глава 3: Империя Багарут

Эпилог

Послесловие

Реквизиты переводчиков

Иллюстрации

Том 11: Мастера дварфов

Пролог

Глава 1: Подготовка к путешествию в неизведанные земли

Глава 2: Поиски Королевства Дварфов

Интерлюдия

Глава 3: Надвигающийся кризис

Глава 4: Переговоры

Глава 5: Повелитель Ледяных Драконов

Эпилог

Послесловие

Иллюстрации

Том 12: Паладин Святого Королевства. Часть 1

Иллюстрации

Глава 1. Архидемон Ялдабаоф

Глава 2. В поисках спасения

Глава 3. Начало Контратаки

Послесловие автора

Реквизиты переводчиков

Том 13: Паладин Святого Королевства. Часть 2

Начальные иллюстрации

Реквизиты переводчиков

Глава 4: Осада

Глава 5: Смерть Аинза

Интерлюдия

Глава 6: Стрелок и Лучник

Глава 7: Спаситель нации

Эпилог

Персонажи

Послесловие автора

Том 14. Ведьма разрушенной страны

Иллюстрации

Реквизиты переводчиков

Пролог

Глава 1: Неожиданный ход

Глава 2. Начало погибели.

Интерлюдия

Глава 3: Последний король

Глава 4: Расставленные ловушки. Часть 1

Глава 4: Расставленные ловушки. Часть 2

Эпилог

Листы Персонажей

Послесловие

Различные Комментарии Автора к Тому 14

Дополнительные материалы. Принцесса-вампир утерянной страны

Реквизиты переводчиков

Пролог

Глава 1: Встреча в Утерянной Стране

Глава 2: Двое отправляются в путь.

Глава 3: Пятилетняя подготовка.

Глава 4: Сверхсущества

Эпилог

Персонажи

Послесловие

Дополнительные истории

Один день из жизни плеяд

Драма трёх дам

Эмиссар Короля

Алтина - Владыка

Пролог