Глава 1

— Ты можешь стать моей дочерью?

Мне не следовало принимать его руку. Даже император не мог обращаться с ним опрометчиво, канцлером империи, Великим Герцогом Франш. Проблема заключалась в том, что в этой просьбе нельзя было отказать.

Я была удивлена, что я являлась единственной, кто могла заменить Веронику, умершую от лихорадки.

Если бы я тогда отказалась, то могла бы избежать такой ужасной смерти. В итоге это выглядело нелепо. Какой смысл быть на вершине общества, быть предметом зависти дам и быть объектом ухаживаний мужчин? Какая польза от украшенных платьев и украшений, сделанных ремесленниками? Какой смысл быть Первой Королевой?

Принцесса Вероника, которую я считала мертвой, жива и здорова. Теперь, когда она вернулась, мое существование в этом мире осталось незамеченным.

— Ты…собирался сделать это с самого начала…

Всякий раз, когда я выплевывать слова, металл, застрявший в моём животе, рычал. Мои внутренности скрутило, кровь запачкала платье и покрыла пол.

— Не обижайся на меня. Я только протянул руку, это ты взяла её. — сухо возразил Великий Герцог Франш.

Я напрасно смеялась над его умным способом обвинять меня. Было слышно, как Вероника, стоявшая рядом с ним, что-то сказала:

— Мы долго работали над этим планом. И из-за этого я притворилась мёртвой и нуждалась в замене. Ты отлично справилась.

Я подняла голову и посмотрела на Веронику.

Ах! Это, как если бы я смотрела в зеркало, я видела сходство с принцессой. Печаль обрушилась на меня дождем. Когда я умру, она, естественно, займет мое место. Не только статус королевы, но и отношения между мной и Его Величеством, и даже новорожденный мог вырасти, называя Веронику «матерью».

Нет, я уверена, что это произойдет. Это было так несправедливо, что от гнева полились слезы.

— Ты что, плачешь? Не грусти так сильно. Я милосерднее, чем кажусь. В качестве утешения за твою тяжелую работу я подумываю сделать кое-что для тебя.

Вероника поманила его, рыцарь за ее спиной передал завернутого в шелк младенца. Девушка показала лицо спящего ребенка, словно она и правда была великодушна.

— Детка, попрощайся в последний раз с мамой. Она скоро умрет.

«…..!»

Вероника подняла руку плачущего ребенка и помахала ей. Она действительно выглядела более жестокой, чем дьявол.

«Я ... Йен!»

В отчаянной борьбе я поползла к Веронике. Металл растоптал мои внутренности, я не могла перестать бороться с болью. Зеница моего ока, сын мой. Меня сводило с ума – видеть Йена в ее объятиях.

— Не старайся слишком сильно. Я не планирую ничего делать с ним прямо сейчас. Я собираюсь услышать, как он зовет меня «мама», и увидеть, как он хорош собой. К тому времени у меня, будет ребенок от короля, верно? Я пошлю его на вашу сторону тогда.

— Ты ... ты дьявол! — Мои руки и губы дрожали от гнева.

— Ты слишком задерживаешься, Вероника.

— О, я потеряла счет времени из-за предстоящего развлечения. Пойдем.

Великий герцог Франш взглянул на меня и холодно отвернулся. Девушка последовала за ним.

— Я даже не могу попрощаться, потому что не знаю твоего настоящего имени. Но скажу тебе, что, по крайней мере, ты хорошо поработала, фальшивая Вероника.

Глядя на далекую спину, я изо всех сил протянула ей руку. Несмотря на то, что я уже знала, что все тщетно, отчаяние не давало мне сдаться.

— М-малыш… — Однако из моего тела вытекло так много крови, что оно очень ослабло.

Послышался глухой звук. Мои руки безвольно опустились. Последнее, что я помню, — это далекая спина Вероники.

Глава 1. Начало мести.

— Елена!

Девушка, которая окунала ноги в низкий ручей на склоне холма, остановилась, услышав, что кто-то зовет ее. Волны, которые распространялись по поверхности воды, затихли, и изображение Елены было спроецировано на спокойную воду.

С чего ей следует начать объяснение? В отражении воды она казалась совсем юной. Особенно выделялись ее молодое лицо и отвесные щеки. В нем была свежесть бутона, ожидающего полного расцвета где-то между девушкой и женщиной.

В это трудно поверить, но Елена вернулась. Взойдя на трон в качестве Вероники, она вернулась в возрасте 16 лет перед церемонией совершеннолетия.

Сначала девушка не могла смириться со всем этим. Предательство, которое отняло все, чего она добилась, выдавая себя за Веронику. Едкое ощущение железа в животе. Вероника вернулась, когда уходила с Йеном. Яркое воспоминание удерживало ее от тех дней.

Особенно когда она вспоминала о Йене, ее сердце разрывалось. Было невыносимо думать о том, что ребенку придется страдать одному, без настоящей заботы матери.

Почему она вернулась пять лет назад? Если бы Елена вернулась туда год или три месяца назад, то не была бы беспомощна перед ними. Йена можно было бы защитить.

Первые десять дней она жила как дух. Нелегко было сузить и признать пропасть между реальностью и прошлой жизнью. Но время шло, и пламя эмоций, горевшее глубоко в сердце, постепенно остывало.

Конечно, нигде в этом мире не было никакого Йена. Они не смогут встретиться, даже если она обыщет весь континент, потому что он не родился, так что его не существует, верно? Только после принятия этого факта Елена смогла похоронить своего малыша глубоко в сердце. И не только это. Она больше не могла оставаться в прошлом, но смотрела в лицо настоящей жизни. Девушка понимала, что может выбрать будущее, которое ждет ее впереди.

— Елена! — Снова раздался громкий голос мужчины средних лет. Она повернула голову, когда он подошел ближе.

— Вот ты где.

— Отец.

Елена слегка приподняла подбородок, чтобы посмотреть ему в глаза. Барон Фредерик был джентльменом с аккуратно уложенными волосами и в очках. Когда-то он был признанным администратором в столице, но бизнес его деда потерпел крах, он потерял все состояние и был изгнан на периферию. В настоящее время мужчина работает администратором в поместье виконта Клода и получает зарплату, но также и наполовину дворянин, который изо всех сил пытается выжить.

— Что значит, ты не хочешь пойти на церемонию совершеннолетия? О чем ты вообще говоришь?

Речь Барона была ясна, как никогда. Настойчивость в его поведении можно почувствовать, когда он проделал весь этот путь сюда, чтобы найти свою дочь в то время, когда он должен был видеть свои официальные обязанности в своей официальной резиденции. Напротив, Елена была абсолютно спокойна.

— Как я уже говорила тебе сегодня утром. Я не хочу такой грандиозной церемонии.

— Но, Елена, это хорошая возможность. Хотя он спонсируется Господином, ты официально дебютируешь на светской сцене. — Баронет Фредерик отчаянно пытался убедить ее. Дебют Елены в обществе был практически невозможен при плотном зеленом свете.

Но тут подвернулась неожиданная возможность. Виконт Клод предложил спонсировать расходы, необходимые для ее дебюта в обществе на церемонии совершеннолетия Елены. Он уже не хотел упускать эту возможность, потому что чувствовал себя виноватым, потому что его некомпетентность, казалось, препятствовала браку его дочери.

— Мне очень жаль. Я знаю, что ты беспокоишься, но я не хочу заходить так далеко в общество.

— Это для твоего же блага. Ты можешь не знать, так как еще молода, но дебют формально в обществе влияет на чувства твоего будущего мужа. Ты знала об этом?

Взгляд Елены стал напряженным. Как всегда, честный и целеустремленный отец выдвинул политическую теорию. На первый взгляд в этом не было ничего плохого. Если вы можете доказать свою аристократическую репутацию и показать свою красоту в обществе, за вами могут ухаживать благородные мужчины.

— Разве это не странно?

— Что ты имеешь в виду? — Баронет Фредерик поднял брови.

— Спонсорство, о котором ты говоришь. Неужели это просто спонсорство? Я так не думаю, отец.

— Что ты хочешь этим сказать?

Елена прищурилась.

— Допустим, я дебютировала в светском обществе. Но что, если меня пошлют наложницей к старому дворянину или купцу под предлогом пожертвования? Поскольку именно я получила спонсорскую помощь, могу ли я отказаться?

Услышав слова дочери, мужчина подпрыгнул:

— Наложница! Он не такой человек.

— Ты не можешь этого знать.

«Потому что люди могут спрятать меч, за улыбающимся лицом».

Елена испытала это болезненно. Несмотря на ее опасения, Баронет Фредерик не сдавался:

— Я понимаю, о чем ты беспокоишься. Просто расслабься. Я вмешаюсь и остановлю его.

Выражение лица Елены почти не изменилось, несмотря на его надежные слова. Не потому, что он ненадежен, а потому, что она знает, что он не может этого сделать.

«...Ты не сможешь остановить это. Они свяжут не только меня, но и всю мою семью.»

Это тщательно спланированная ловушка. В прошлой жизни это покровительство превратилось в долг. Долг превратился в оковы и лишил семью возможности что-либо делать.

Однако барон Фредерик, который не знал этого, испытывал разочарование, разговаривая словно со стеной.

Глава 2

— Елена, он не такой злой, как ты думаешь. Возможно, он действительно пытается тебе помочь. Я думаю, ты забегаешь вперед.

— Может быть и так, но....

Девушка затуманила следующую фразу и проглотила слова, которые не могла произнести в данный момент.

«А что, если это не Виконт устроил ловушку?»

Виконт Клод - всего лишь марионетка. Он не был достаточно компетентен, чтобы создавать такие ловушки. Этот мужчина настолько прост, что его легко прочитать. Это не будет ошибкой, потому что это были глаза Елены, которая стояла на вершине социального круга империи заговоров. Девушка подумала о женщине, что пряталась за улыбающейся марионеткой.

«Лайбрик».

Окончила с высшими оценками в истории Императорской Академии, интриганка при финансовой поддержке Великого Князя. Она была искусна в обмане, чтобы играть умами людей, тем самым, сталкивая их друг с другом. Девушка сыграла важную роль в том, чтобы распространить общественное мнение о том, что положение Виконта может выйти за рамки Императорского.

«Ты сделала такое со мной. Я должна видеть шипы, спрятанные в ярких цветах».

Тем более что имперское общество было подобно джунглям, слабые становились добычей сильных. Происхождение Великого Герцога не было абсолютным преимуществом в том месте, где свирепствовали заговоры и интриги. Он был загнан в угол и прошел через бесчисленные опасности, которые едва не привели его к гибели.

Именно Лайбрик научила Елену управлять обществом как королева. Она прибыла сюда, чтобы отвезти девушку, похожую на Веронику, в Большой Дом.

«Теперь все будет не так, как ты хочешь. Теперь я буду тем, кто изменит ситуацию.»

Чего хочет Лайбрик, от Елены. Даже если Вероника жива, это говорит о том, что герцог все равно возьмет девушку, так что ситуация неизбежна. В противном случае, ей не пришлось бы проделывать весь этот путь.

Пока это была известно, она не умрет так трагически, как в своей прошлой жизни. Но девушка не могла не сожалеть, что не узнала этого раньше.

— Ты уверена, что не пожалеешь об этом?

— Я не пожалею об этом. — Ответ Елены был тверд.

Если бы она собиралась пожалеть об этом, то не приняла бы этого решения с самого начала. Она больше не поддастся на уговоры. Она намеревалась прожить свою жизнь без вмешательства Великого Князя. Чтобы сделать это, Елена хочет сделать худший выбор, а не лучший.

«Я собираюсь перевернуть эту ситуацию.»

Глаза Елены холодно блеснули.

* * *

За последние несколько дней лицо Барона Фредерика было полно сожаления. Он еще раз попытался переубедить Елену.

— Дорогая, если ты беспокоишься о чем-то постыдном от Господина, ты могла бы заключить письменное соглашение. Почему тебе не передумать?

— Прошу прощения, отец. Мое решение остается неизменным. — Елена покачала головой, откладывая ложку. — Какой эффект может иметь простой документ?

Если Господин нарушит договор, будет ли он нести за это ответственность? Осуществить это было тяжело. Даже если влияние лорда утверждается несправедливым в периферии, это условие трудно осуществить.

— В кого ты такая упрямая…? — Барон Фредерик застонал от решимости дочери, которая даже не дала ему шанса.

— Дорогой, не заставляй себя и уважай желание Елены.

Его жена Чесана принесла салат на тарелке и встала на сторону дочери. В молодости она выглядела поистине прелестно, но по мере того, как женщина страдала от жизненных невзгод, ее морщины увеличивались. Ей было трудно справляться со всеми домашними делами без горничной.

— Но это очень плохо……

— Не будь слишком нетерпеливым. Наша дочь, она идеальна во всем. Она сможет встретить хорошего партнера, даже если не дебютирует в обществе. — Чесана утешила Барона Фредерика добрыми словами и слегка подмигнула девушке.

Это был скорее сигнал Елене.

— Я позабочусь, чтобы он понял это. Не волнуйся слишком сильно.

Она слышала, как сердце Чесаны шепчет ей на ухо. Елена слегка улыбнулась и сказала: «Спасибо» в ответ.

— Более того, Елена, я стирала белье, которое было покрыто пылью и грязно. Это выглядело так, словно оно было поймано колючей лозой.

— Я ходила на гору Роуз.

— Опять? Дорогая, почему бы тебе впредь не быть осторожнее с восхождением на нее? В последнее время часто наблюдаются горные животные, и я беспокоюсь, что ты можешь столкнуться с плохими вещами, поднимаясь на гору в одиночку.

Даже Барон Фредерик, который молчал, вышел и помог своей жене:

— Чесана права. Этого не случится, но осторожность не помешает.

— Я не буду этого делать. Больше нет причин идти туда. — Елена, что оставила многозначительный ответ, отодвинула свой стул и встала. — Я пойду первой и отдохну. Спокойной ночи.

— Да, спокойной ночи.

Вернувшись в комнату, девушка заперла дверь и села за свой стол.

*Скрип*

Она вынула из книжки листик, аккуратно засунутый между учебниками. Открыв блокнот, похожий на дневник, она увидела неряшливую карту, которая, казалось, была не напечатана, а написана.

— Хорошо, что я закончила ее вовремя.

Хотя изображение карты было неуклюжим и кривым, она была более точной, чем любая другая карта гор, которая продается на рынке. Потому что география и горы немного изменились по сравнению с картами, которые были проданы десять лет назад с рынка.

Елена достала из чернильницы красную ручку и взяла ее в руки.

Не колеблясь, она нарисовала кривую вдоль гор и географическую карту Маунт-Роуз. Красная линия, которая не пересекала гору, а вела к каньону вдоль склона холма, не останавливалась, пока не достигла реки ИГИС, протекающей за горой Роуз.

— Лайбрик не сможет предсказать такой маршрут. — Осмелилась возразить Елена. Это было идеальное спасение. — Мама, Папа. В этой жизни я защищу вас обоих. Это уж точно.

Глаза Елены наполняются глубоким сожалением. В прошлой жизни она не заботилась о своих родителях, когда уезжала к Великому Герцогу. Ее обманули слова Лайбрик о том, что она может избежать жизни наложницы, девушка думала только о себе. То, что ею воспользовались, она поняла после того, как ее бросили. В ту ночь, когда она покинула поместье, ее родители были убиты собственными руками Лайбрика.

Глаза Елены наполнились злобой. Теперь, когда их намерения известны, она больше не будет подвергать своих родителей опасности.

* * *

На рассвете девушка открыла глаза. Даже если ее никто не будил, на этот раз ее тело отреагировало само. Привычки действительно пугают. Будучи первой Королевой, Елена проводила все время во дворце, поэтому, привычки, что она выработала сохранились по сей день.

Девушка медленно приподняла верхнюю часть своего тела. Она выглядела такой опрятной, что трудно было представить ее лежащей в постели совсем недавно. Это была манера поведения, от которой она не могла избавиться за все годы, пока была королевой. Елена завязала волосы и вышла из комнаты, глаза Чесаны расширились, когда она готовила завтрак.

— Почему ты не в постели?

— Я проснулась рано и теперь не могу уснуть. Я помогу.

— Пожалуйста.

Елена ловкими руками помогала накрывать на стол. Выпеченный хлеб вынимали из печи и нарезали на небольшие кусочки, а суп из брокколи, обладающий пикантным ароматом, переносили на тарелку.

— Отец, завтрак готов.

Когда девушка постучала, Барон Фредерик, одетый в военную форму, вышел из комнаты и сел за обеденный стол.

Возможно, он ворчал на Чесану всю ночь, но сейчас мужчина больше не настаивал на спонсорстве. Благодаря этому они могли спокойно завтракать каждый день.

— Милый, не слишком ли шумно на улице?

— Может быть, мимо проезжает карета. — Несмотря на вопросы Чесаны, Барон Фредерик не придал этому особого значения и начал есть суп.

Дом расположен рядом с дорогой, поэтому было неудивительно. Но время шло, и шум становился все громче и громче. Конечно, это было слишком шумно, чтобы просто игнорировать.

— Я выйду на улицу.

Барон Фредерик отложил ложку и встал из-за стола. Тук-тук . Как раз когда он собирался открыть дверь, раздался быстрый стук.

— Барон, это Грейс.

— Грейс?

Грейс был дворецким, отвечающим за все хозяйственные и домашние дела, связанные с личной резиденцией его светлости, виконта Клода. Редко можно было встретить Фредерика, коллегу по работе.

— Что привело тебя сюда?

Когда дверь открылась, Грейс вежливо поклонился:

— Извините, я на минутку.

Парень, который искал одностороннего понимания, оглянулся и махнул рукой. Затем носильщики, ожидавшие за дверью, вошли с коробками, набитыми высококачественным шелком, и начали складывать их в кучу.

— Что все это значит?

— Господин послал подарки.

— Подарки?

Поскольку Барон Фредерик никак не мог понять, что происходит, он был озадачен. Там было много подарочных пакетов, сложенных в изобилии, чтобы получить простой подарок. Когда все ящики были перенесены, Грейс выгнал носильщиков.

— Эти подарки от виконта были от всего сердца.

— Какого сердца? Мне нужно знать причину, по которой я должен принять это.

Грейс достал конверт, что держал в руках. Шелковая ткань с золотой нитью была роскошной на первый взгляд.

— Он велел мне доставить это.

Барону Фредерику вручили конверт и тот сразу вскрыл его. Лицо мужчины медленно застыло, когда он прочитал слова, написанные на тончайшем пергаменте, который казался дорогим.

— Заберите это обратно сейчас же. — Тон был вежливым, но гнев в нем был велик. Дрожащая рука, похожая на осиновое дерево, заставила его догадаться, как сильно он сдерживает свои эмоции.

Глава 3

— Пожалуйста, не волнуйтесь...

— Я приказал тебе вернуться.

— Мне очень жаль, но я не могу исполнить то, что вы сказали.

— Ты слышал, что я говорю вообще? Я не буде повторять это дважды! Забери все немедленно!! — Голос барона Фредерика, который едва сдерживал свое недовольство, повысился из-за непослушания Грейса.

— Милый, что это? — Чесана нервничала, когда ее муж, который всегда оставался благородным, сердился.

— Тебе это не нужно знать и видеть. — Рука мужчины, в которой был пергамент, напряглась. — Что ты делаешь?! Почему ты не возвращаешься?!

— Мне очень жаль, но я не могу этого сделать. Я оставлю все здесь и просто вернусь.

— Грейс!

Стюард Грейс не сдвинулся с места, хотя и получил пощечину. Хотя у него нет собственной территории, Барон Фредерик тоже дворянин. Возможно, оскорбленный непослушанием дворецкого, он покраснел.

— Можно мне взглянуть?

— Тебе не нужно на это смотреть!

Несмотря на резкий ответ, реакция Елены была спокойной:

— Разве это мое дело?

— Что?

— Я спросила, не обо мне ли идет сейчас речь.

— ... — Барон Фредерик заколебался, не в силах ничего ответить. Елена была уверена в его ответе.

— Пожалуй, я права.

— Милая.

— Я должна знать. — Елена осторожно взяла смятый пергамент из рук отца.

Он казалось, колебался, но, когда девушка молча посмотрела на него, он ослабил хватку.

Елена просмотрела на записку и сразу расхохоталась. Этот пергамент-предложение руки и сердца. Связка пакетов была отправлена в подарок, чтобы закрепить предложение. Другими словами, чтобы стать наложницей Герцога.

«Забавно».

Если бы это была Елена в прошлом, новость, как гром среди ясного неба, она бы заплакала и запаниковала. Наложница? Она чувствовала бы себя так, словно в отчаянии потеряла весь мир. Но такого больше не будет.

«Я в это не верила, но это не выходит за рамки моих ожиданий».

Лайбрик. Это она. Девушка хотел, чтобы Елена потеряла надежду. Таким образом, она приблизится к комфорту и протянет руку помощи, быстро схватив ее. И если потребительная стоимость истощается, и она становится бесполезной, то её убьют.

«Если бы это было в прошлом, я бы держала тебя за руку. Но теперь уже нет. То, что ты сделала со мной, я верну обратно.»

Глядя на дочь, которая молчала, Барон Фредерик сказал:

— Елена, не выходи вперед. Это одностороннее и несправедливое предложение. Я увижу Лорда и поговорю с ним. — Закончив говорить, он вошел в комнату, надел пальто и вышел. — Я сейчас же встречусь с ним и откажусь от этого предложения.

— Дорогой, пожалуйста, расскажи мне немного. На самом деле это не так. — Даже Чесана вышла вперед, чтобы помочь Барону Фредерику, который пытался начать переговоры.

В голове Елены зазвенел сигнал тревоги:

— Я не могу позволить отцу пойти туда!

Ловушка Лайбрик началась с преследования семьи. В ее прошлой жизни Фредерик был заключен в тюрьму за протест против лорда, который заставил ее выйти замуж в качестве наложницы под предлогом спонсорства.

«Я должна завязать узел на ее веревочке».

Елена должна была иметь сильное сердце.

— Все в порядке, отец.

— Что?

— Е-Елена. Что значит, «все в порядке»?

— Я позабочусь об этом. Пожалуйста, подожди здесь. — Девушка, которая искала одностороннего понимания, быстро отвернулась. — Вы можете передать мое сообщение?

Когда Елена внезапно подошла и заговорила с ним, Грейс, который стоял там, казалось, удивился.

— Что мне ему сказать…

— Скажите ему, что подарки, которые он мне прислал, — Ее глаза изогнулись, как полумесяцы. Именно эта улыбка околдовывала общество империи. — я получила с благодарностью.

«...!»

— Елена!

Это было почти одновременно с тем, как Барон Фредерик и Чесана испытали шок. Это был обычай герцогства, что получение подарка рассматривается как принятие предложения. Поспешные слова и действия Елены ослабили дух мужчины.

— О чем, черт возьми, ты говоришь? Елена, ты будешь наложницей всю свою жизнь!

— ... С этим ничего не поделаешь. — Девушка все еще улыбалась. Однако родители не знали, что она означает. — Если я откажусь, то знаю, что случится что-то страшное. Я не хочу, чтобы это случилось.

— Ты ….

Честные мысли Елены шокировали пару. Хотя они могут быть гордыми полу-падшими аристократами, и их гордость — это то, что она не могла потерять при жизни, откровенность дочери была просто душераздирающей.

— Это ведь очень хорошо. Ты хотел, чтобы я нашла хорошего мужа в обществе, не так ли? Я приму это предложение.

«Мне очень жаль, мама, папа».

Твердость слов Елены не оставляла места для компромисса. Это было похоже на уведомление.

— Ох, Милая. — Баронет Фредерик сильно закусил губу. — Но все же, есть ли какая-то причина быть наложницей?

— Все будет хорошо.

— Ты действительно…

Елена склонила голову и попросила понимания:

— Мне очень жаль.

«...»

Губы супругов были плотно сжаты, так что они не могли ничего сказать. Это было болезненно, что это был выбор Елены, чтобы признать свою ситуацию из-за их беспомощности так спокойно и принять ее как судьбу.

Таким же образом, резкие слова лились из девушки, и ее сердце было неспокойно.

«Я сожалею о своем своевольном поведении. Я сделаю это только сегодня. Чтобы наша семья могла жить».

Сохраняя самообладание, дворецкий Грейс тайком отступил в сторону:

— Я поспешу сообщить Лорду хорошие новости.

После его ухода в доме воцарилась тяжелая тишина. Счастливый и безмятежный завтрак был похож на ложь и сейчас был поглощен печальной атмосферой.

— Елена, независимо от того, что ты думаешь об этом, я не считаю, что это правильно. Чего тебе не хватает... — Чесана не могла вымолвить ни слова. Жизнь дочери в качестве наложницы старого лорда была такой жалкой, что ее глаза начали слезится.

— Пожалуйста, не плачь.

«Мне очень жаль».

— Я буду жить счастливо. Так что, пожалуйста, не плачь.

Елена, напротив, крепко держала Чесану за руки. Она знает, что теплое общение может быть большим утешением, чем десять слов.

— Но ты ведь этого не сделаешь? Верно же? — Беспомощность и отчаяние нахлынули на Барона Фредерика при его бормотании. Казалось, он совершенно не способен принять реальность. — Я встречусь с Господином прямо сейчас. Мы не хотели, чтобы ты выросла наложницей.

— Это не твоя вина, Пап. Это мой выбор.

— Еще не поздно. Мы, родители, будем вмешиваться и исправлять неправильный выбор нашего ребенка.

Елена покачала головой:

— Не делай этого. Если ты действительно любишь меня, то, пожалуйста, доверься мне и следи за мной.

— Ты…

Просьба Елены стала гвоздем и глубоко засела в сердце Барона Фредерика. Если бы ее родители были ненадежными, ее разум разрушился бы, и она захотела бы взвалить на плечи все свое поведение.

— ... Пойду немного подышу свежим воздухом...

— Милый…

Барон Фредерик, который больше не был уверен, что увидит лицо Елены, вышел из дома. На сердце у девушки было тяжело, когда она смотрела, как отец уходит.

— Я немного отдохну.

Чесана печально кивнула. Зная, что никакие слова не могут быть утешительными, Елена не могла избавиться от боли, возвращаясь в комнату.

*Глухой удар*

Девушка, которая заперла дверь и прислонилась к ней.

«Я причинила вам обоим слишком много боли».

Она сожалела, что пришлось зайти так далеко.

«Давайте не будем оглядываться назад. Давайте просто смотреть вперед».

Елена, которая крепко держала свой ослабевший разум, подошла к стене с решительным выражением лица. Она прошла сквозь занавески, которые были задернуты для защиты от зимнего ветра. К открытой стене был прикреплен Блокнот размером с ладонь.

Будущее на ближайшие пять лет! Эти заметки представляли собой хронологию значительных событий, которые произойдут в будущем. Осмелюсь сказать, что история будущего протекает так, как она здесь написана. И в центре всего этого будет Елена, которая изменилась. Елена достала записку, прикрепленную сверху. Она осмелилась сказать, что будущая история идет так, как написано здесь.

[Семья Фредерика приглашена на банкет герцога Розетта.]

Это была главная причина, по которой Лайбрик так торопилась забрать Елену. До этого важного события осталось всего два месяца.

«Это был первый день, когда я предстала перед всем миром, притворяясь Вероникой».

В течение многих лет в столице широко распространялись нехорошие слухи. Веронику не видели в светских кругах, потому что она сбежала со слугой, и из-за этого герцог отпустил рыцарей, чтобы захватить свою дочь.

Таким образом, честолюбивому великому герцогу не оставалось ничего другого, как с уважением относиться к репутации Вероники, ставшей императрицей. Необходимо было как можно скорее положить конец слухам, и самым верным способом было показать аристократическому обществу честность принцессы Вероники.

— Жду с нетерпением. Я следовала вашим приказам, ничего не зная тогда...Но теперь у меня нет причин делать этого.

Елена имеет преимущество на доске. Даже Джокер, который мог перевернуть доску в любой момент, был у нее в руках.

«Теперь твоя очередь.»

Глава 4

Елена подумала об объектах ненависти. Великий герцог Фридрих, Лайбрик, Принцесса Вероника — эти три человека сотрудничали и вступили в сговор, чтобы основательно обмануть её. Словно этого было недостаточно, они убили барона Фредерика и Чесану, что были невиновны, и даже пытались убить её сына, принца Йена. У девушки не было намерения вести ту же жизнь, что и тогда.

Око за око, зуб за зуб. Она собиралась вернуть столько же, сколько выстрадала сама. Елена собиралась забрать у них всё. Чем больше у них будет, тем больше они потеряют. Месть коснется бы не только Великого Дома. Она собиралась полностью уничтожить их волю к жизни.

Елена зажгла спичку в пустом стакане. Она бросила записку, которую только что достала, над маленьким огнем. В одно мгновение вспыхнул огонь и поглотил её. Девушка снова посмотрела на стену.

[Поступление в Пограничную академию.]

[Смерть императора Ричарда.]

[Попытка убийства великого герцога Фридриха.]

[Церемония избрания наследной принцессы.]

…

Каждый листок бумаги, на которой были написаны будущие события были сожжены. Ценность записки была исчерпана, так как она глубоко запечатлелась в её памяти и сердце. Не было никаких причин оставлять след. С последней сожжённой бумажки, которая превратилась в пепел, будущее стало исключительной собственностью Елены.

— Я уничтожу вас… всех вас.

***

— Елена.

Чесана жалобно посмотрела на свою дочь, которая рано вечером вышла из комнаты. У неё не было выбора, кроме как притвориться равнодушной, зная, что никакие слова не будут утешительными или ободряющими.

— Ты хочешь чего-нибудь поесть? Что насчет твоего любимого стейка? Мама тебе приготовит.

— Мам, тебе не нужно так напрягаться. Я действительно в порядке. — Елена улыбнулась и направилась к входной двери. Подарки, которые были высланы ей в качестве предложений были разложены так же, как носильщики складывали их утром. — Давай откроем их. Мне интересно, что он отправил.

— Но, если ты откроешь… — Чесана беспокоилась, что если они откроют подарки, то не смогут их вернуть.

— Не сожалей. Бежать уже слишком поздно.

Елена, которая спокойно сдалась, открыла каждый подарок, завернутый в шёлк. Первой коробкой, которую открыли, было платье с кружевами. Это был дизайн с колоколообразной линией, но материал был плохим, да и отделка такой же. По крайней мере, аксессуары стоили того, чтобы их использовать. Поскольку оно было произведено традиционными способами, в других странах оно было классифицировано как фирменное и получило бы высокую оценку.

— Мама, подойди сюда на минуточку.

— Что случилось?

Елена протянула руку и нацепила жемчужное ожерелье, которое только что обнаружила, на шею Чесаны. Блеск серебряной жемчужины прекрасно гармонировал с её стройной длинной шее.

— На тебе оно очень красиво смотрится. Это тебе.

— Что? Всё в порядке. Мне это не нужно, можешь оставить себе.

Женщина выглядела серьёзной. Ей было жаль, что она не смогла помешать дочери стать наложницей, поэтому не понимала, о чём та говорит.

— У тебя не было приличного ожерелья всё то время, пока ты меня растила. Я действительно хочу подарить это тебе.

— Как я вообще могу…

— Да ладно тебе… Если продолжишь в том же духе, мне станет грустно.

Елена настаивала несмотря на то, что знала, что Чесана этого не хотела. Для этого была веская причина.

«Когда я покину вас, вам понадобятся деньги. Подумай о том времени и сохрани его при себе.»

Девушка думала только о будущем, а не о настоящем.

Это украшение будто говорило Чесане, что это плата за продажу её дочери, но, когда придет время, ожерелье станет полезной стоимостью жизни.

— Папа опаздывает.

— Да… Ну, ты же знаешь о его зрении по ночам.

Глаза Елены расширились, когда она посмотрела в окно, за которым сгущалась тьма.

«Надеюсь, всё в порядке».

*Скрип*

Как раз вовремя она услышала, как поворачивается дверная ручка. Мать и дочь рефлекторно повернули головы.

— Я дома!

— Дорогой!

Только убедившись, что барон Фредерик открыл дверь наполовину, Елена почувствовала облегчение.

— Почему ты так поздно? Ты скорее всего проголодался, не так ли? Садись. Я разогрею суп.

— Подожди минутку, милая. Со мной гость.

— Гость?

Чесана, которая как раз направлялась на кухню, остановилась и обернулась. Он никогда никого не приглашал в дом с тех пор, как поселился здесь. Женщина не могла поверить, что он вдруг пригласил гостя. Она была очень смущена внезапным поведением своего мужа.

— Заходите, хоть здесь немного убого... — вежливо предложил мужчина, словно он обращался к своему начальнику.

Большой плащ, который спускался до лодыжек полностью прикрывал тело гостя. Тем не менее, по тонкой линии плеч и чистой белой коже, которая сияла под капюшоном, можно было сделать вывод, что это была взрослая женщина.

— …! — Глаза Елены расширились.

«Только не это.»

Она старалась притвориться, что всё в порядке, но знакомое чувство несовместимости всколыхнуло её эмоции. И неуверенность постепенно превратилась в уверенность.

— Дитя, нет безвыходных ситуаций. — Когда Елена молча посмотрела на него, барон Фредерик многозначительно улыбнулся. — Ты скоро поймешь, о чём я говорю. Позвольте мне представить вас. Это...

— Извините, что прерываю, но не могли бы вы дать мне возможность представиться? Это из вежливости. — Женский голос был чётким, когда та внезапно прервала его. Чувство, которое было яснее росы, обладало магической силой, которая нарушала бдительность.

— О, если вам так удобно, то всё в порядке. —радостно откликнулся мужчина.

— Благодарю за понимание.

Взгляд женщины остановился на Елене. Он был скрыт её капюшоном, так что девушка не могла хорошо видеть её глаза, но это был взгляд, который впивался в противника.

Плащ с ее тонкими запястьями был стянут с ее головы. Прекрасная, но умная красота казалась нетронутой. Она устремила свой манящий взгляд на Елену.

— Приятно познакомиться, я Лайбрик Де Фландре. Дворянка из империи Вецилия.

Это было худшее воссоединение.

***

Сердце Елены, которая узнала её с первого взгляда, остыло. Какой сюрприз. Вопреки ожиданию, что её кровь разгорится от ненависти и мести, её разум был ясен. Здесь не было места для вмешательства чувств. Ледяное спокойствие полностью овладело ею, и оно непрерывно шептало: «Задержи дыхание и жди подходящего момента. Когда придёт время, сразу укуси за загривок».

— Я Елена.

Девушка спрятала свои коготки за неловкой улыбкой. Она когда-то была на вершине имперского общества, поэтому хорошо умела скрывать свои истинные чувства под маской.

— Я знаю. Я наслышана о мисс Елене. Я её очень хорошо знаю.

— Вы меня хорошо знаете?

Лайбрик мягко улыбнулась. Это была теплая улыбка, которая заставляла зрителя чувствовать себя комфортно, совсем как у ангела.

«Отвратительная женщина.»

Елена почувствовала тошноту и на мгновение скрутилась. Эта улыбка когда-то обманула её. Девушка тогда верила, что эта благосклонность была искренней. Результатом стал удар мечом в живот и трагическая смерть. Но теперь всё было по-другому. Она знала правду, так что её больше не обманут. Она могла только притвориться обманутой.

— Это правда, Елена.

— Папа?

— Она проделала весь этот путь, чтобы увидеть тебя.

Барон Фредерик разделял её благосклонное отношение. Он заранее вступил в контакт с Лайбрик, и она догадалась, что в разговоре был достигнут некоторый прогресс.

— Дорогой, что это всё значит?

— Она обещала спасти нашу Елену. Ей вовсе нет необходимости становиться наложницей.

— Что, правда?

Чесана была застигнута врасплох кратким ответом мужа. У неё было странное предчувствие, но она не знала, что, откуда и как это принять. Елена притворилась, что ничего не знает и не понимает.

— Спасти? Меня?

— Тебе не нужно становится наложницей, дорогая. — Глаза барона Фредерика были полны жизни. — Она хочет забрать тебя в империю.

— …!

Елена выглядела слегка удивленной. Она также не забыла взглянуть на Лайбрик с надеждой и тревогой. Женщина, которая ждала, ответила лихорадочной улыбкой.

— Прежде чем объяснить ситуацию, вы бы поверили, если бы мисс Елена выглядела так же, как кто-то другой?

— В это сложно поверить.

Лайбрик с улыбкой достала кулон. Сразу бросился в глаза фамильный герб и слова на крышке. Х-образные мечи и копья, вырезанные над парой золотых орлов, были удивительно красочными. Великий герцог Фридрих. Это было незабываемое имя для Елены. Крышка открылась, когда Лайбрик нажала кнопку на боковой стороне кулона.

— Ох, Боже мой! — Чесана переводила взгляд с портрета на Елену и обратно, её глаза снова и снова расширялись.

— Это разве не ты?

— …

Девушка на фотографии в точности походила на неё, как будто была прототипом Елены. Они были так похожи, что легко было бы догадаться, что они близнецы. Единственная разница заключалась в том, что у девушки на портрете были великолепные, красивые светлые волосы, в отличие от Елены, у которой были рыжие, золотистые волосы.

— Это та леди, которой я раньше служила. Она была элегантна и принадлежала к классу, не похожему ни на одного другого дворянина в этой империи.

— Она жива или мертва...

— Три месяца назад она заснула в объятиях богини Гайя.

Вероисповедание Гайя было государственной религией империи Вецилия. Религия, которая поклоняется этой богине земли и верит, что люди засыпают на небесах, созданных Гайей после смерти.

— Да благословит её Богиня.

Елена положила руку на грудь и тщательно оплакала её смерть. Её обеспокоенное выражение лица и пристальный взгляд, казалось, указывали на то, что она действительно опечалена её смертью. Это было удивительное и потрясающее представление, но с тех пор, как она проходила через имперское общество, даже это было просто естественной частью её повседневной жизни.

Глава 5

— Благодарю вас за соболезнования. Я не сомневаюсь, что юная леди обрела покой рядом с богиней Гайей. Просто нам, остальным, трудно жить и залечивать боль.

— Вы были близки?

— Да, мы были как сестры. Я всё ещё стараюсь унять боль от потери в своем сердце, и потихоньку восстанавливаюсь. О чём я больше всего волнуюсь, так это то, что её отец за 3 месяца всё ещё не может принять смерть своей единственной дочери.

Чесана с тоской кивнула.

— Каждый родитель вёл бы себя также. Если такое случится с нашей Еленой, мы бы тоже так себя чувствовали.

При словах своей жены, лицо барона Фредерика посуровело, будто он даже думать о таком не хотел. Для родителей, потеря своего дитя несравнима с болью потери всех пяти органов.

— Тот, кто сказал, что в этом мире нет ничего, чего он бы не имел, и ничего, чего он не мог бы попытаться получить, плакал. Он сказал, что если бы он мог хоть раз увидеть свою дочь, то больше ничего не пожелал бы.

— Я боюсь, что это…

— Я знаю, это желание, которое никогда не исполнится. Невозможно воскресить умершего человека, я сама так же думаю. Когда я услышала от торговца о вашей дочери, что живет в другой конце континента, не могла поверить своим ушам.

Глаза Лайбрик были прикованы к Елене. Это был момент, когда запутанная история наконец достигла своей сути.

— Мисс Елена, вы будете его дочерью?

— …!

Шокированная ее просьбой, девушка не могла вымолвить и слова. У Чесаны была та же реакция. Барон Фредерик никак не реагировал, будто заранее знал всю эту историю. Положив руку на грудь, Елена глубоко вздохнула, и ответила:

— Я даже не знаю, что сказать.

— Я понимаю, что это неожиданно. — женщина откровенно призналась. В то же время она также не забывала грамотно давить на Елену, чтобы принудить её сделать выбор. — Я понимаю, но я тебе это предложила, потому что не хочу, чтобы ты стала наложницей и была несчастной...

— Наложница… — Елена медленно пробормотала. Произнося это, её лицо стало мрачным.

— Я бесчисленное количество раз видела, как плохо заканчивали наложницы дворян. Я бы не хотела, чтобы мисс Елена пошла по тем же стопам, что и они.

Девушка опустила взгляд, сжав губы. Она также не забывала демонстрировать признаки противоречия с помощью сложных выражений лица.

— Уезжай с ней.

— Д-дорогой?

Елена подняла голову, и уставилась на барона Фредерик. Выражение лица отца уже полностью было понятно дочери.

— Я уже видел эту закономерность раньше. Такая разоренная дворянская семья, как мы, даже не смеет говорить. Для тебя будет намного лучше, чем сейчас, ты не будешь ни в чем нуждаться.

— Папа...

— Уезжай. Иди и живи новой жизнью, Елена.

Чесана, которая была смущена внезапным развитием событий, также изменила своё мнение об активной позиции барона Фредерика.

— Да. Делай то, что ты хочешь, милая.

— Мама...

Женщина притворялась спокойной, стиснула зубы, чтобы не разрыдаться. Она думала, что если Елена увидит её слезы, то откажется от светлого будущего, что обещает мисс Лайбрик.

— Мама, папа!

Елена кусала свои губы. Она была разбита горем от искренности своих родителей, которые говорили ей уйти, потому что сами не могли защитить своего ребенка.

— Я думала, что быть наложницей тоже неплохо. Если я всё равно не смогу это изменить, то просто сдамся.

— Елена.

Разбитое сердце Елены, которое осторожно выплеснулось наружу, ещё раз разбило сердце пары. Они думали, что причина, по которой она стала более зрелой в последнее время, заключалась в том, что она приняла реальность, которую не могла изменить, поэтому она чувствовала себя такой жалкой и обиженной, что они не могли этого вынести.

— Я поеду. — В глазах девушки была надежда, что она сможет убежать из этой ужасной жизни. — Как я буду жить, если стану его дочерью?

— Эта жизнь, которую невозможно описать простыми словами. Но я точно могу пообещать, что мир будет крутиться вокруг тебя, мисс Елена. Ты достигнешь всего, что хочешь.

— Всего?

— Всего.

У Елены было растерянное выражение лица.

— Ты можешь менять и носить лучшие платья по несколько раз в день, а также редкие драгоценные камни с севера. И балы, чаепитие, банкеты… Это совсем другая жизнь, поэтому трудно перечислить их по отдельности. Позвольте вас заверить в том, что это определенно выходит за рамки воображения. — Лайбрик преднамеренно всё описала, и пробудила воображение и желании, которые могли возникнуть у молодых умов того возраста. Думая, что Елена, у которой было бедное детство, восхитилась бы жизнью этого аристократического духа.

— Это за гранью воображения…

Девушка, которая на некоторое время потеряла дар речи, притворилась осторожной и произнесла слова о том, что она пытается воспользоваться шансом.

— Могу ли я тогда принять клятву рыцаря?

— Клятва в верности? — Уголки рта Лайбрик растянулись в улыбке.

Наличие почетного объекта среди светских дам было украшением, которое выделяло их и было предметом общей любви. Они часто сопровождали престижных рыцарей на сборища, и эмоциональная борьба между дамами приводила к дуэлям между мужчинами, которые иногда ставили под сомнение их превосходство.

— Я думаю, я знаю, чего хочет мисс Елена. Вы хотите, чтобы рядом с вами был благородный рыцарь как из книги «Песнь Роланда», не так ли?

— Да, это так.

Встретившись взглядом с Еленой, Лайбрик любезно улыбнулась.

— Это привилегия мисс Елены, выбрать благородного рыцаря, для своей защиты.

— Что… правда? — девушка широко раскрыла глаза.

Она выглядела удивлённой и радостной, как будто никогда не ожидала такой благосклонности. В то же время она прибавила сил своей ладони, сжимающей под столом подол её юбки.

«Смотри. Как обещание предоставить мне самой выбрать рыцаря будет сдерживать тебя.»

Она знала, что Лайбрик не сдержит свое слово. Это обещание, которое, так легко дала Лайбрик, в будущем поможет ей во многом.

— Правда. Величайший рыцарь в семье будет иметь честь служить мисс Елене.

— Я так рада, что не знаю, что сказать.

Елена была переполнена радостью. Эта была самонадеянная улыбка в глазах Лайбрика, но девушка не собиралась скрывать восхищение этого момента сейчас. Она желала уничтожить их.

— Но что будет с моими родителями после того, как я уеду? Я беспокоюсь, что виконт может навредить им... — Тревога Елены была оправдана здравым смыслом. Было весьма вероятно, что лорд, с которым она разошлась, потеряет свою гордость и разозлится. — Из-за меня, у вас будут неприятности… Я не могу уехать.

Выражение лица барона Фредерика, который спокойно слушал, внезапно ожесточилось:

— Не стоит беспокоиться. Твой папа позаботится обо всём.

— С нами всё будет хорошо. Просто позаботься о себе.

Елена пропустила мимо ушей слова родителей. Глядя на Лайбрик, она надеялась, что так или иначе та найдет решение. Гостья улыбнулась, словно беспокоиться было не о чём.

— Я уже приготовила место, куда можно будет их отвезти.

— В самом деле? Ха, наконец-то я чувствую облегчение.

Елена почувствовала, как волна облегчения захлестнула ее грудь. Несмотря на то, что она притворялась, её, должно быть, считали почтительной дочерью. Возможно, из-за некой привычки, Лайбрик достала из своей руки дорогой шелковый мешочек, который выглядел тяжелым, и положила его на стол. Когда Чесана открыла мешочек, то сильно удивилась.

— Э-это золото, не так ли?

— Мы будем служить вам без ограничений, но я даю это вам ради мисс Елены, которая беспокоится о вас двоих. Считайте это малой толикой искренности и сохраните его. — Лайбрик улыбнулась, как будто говорила с семьёй, о которой так заботилась.

Елена, которая была удивлена, слегка поклонилась и поблагодарила её за проявленное понимание. Она также никогда не забывала, как выразить свою благодарность улыбкой. Однако хоть её губы и улыбались, но глаза - нет. Лайбрик была женщиной, которая вонзит меч ей в спину, как только она покинет свою семью.

— Нет, мы не заслуживаем это. Заберите это обратно.

— Я не могу это взять. Нет, я не возьму это.

Супруги с серьезным видом размахивали руками.

— Почему вы не можете взять это ради мисс Елены?

— Пожалуйста. — Когда Елена умоляла с серьезным видом, барон Фредерик неохотно согласился.

— Ладно, мы это возьмем.

Только тогда девушка действительно почувствовала облегчение. Это самое необходимое для её родителей, которые будут жить далеко от империи.

Как только беседа в какой-то степени закончилась, Лайбрик вытащила из рукава часы и проверила их.

— Пора возвращаться.

— Мы уже уезжаем? Прямо сейчас?

Лайбрик спокойно ответил на растерянный вопрос Елены.

— Лорд этого места придет сюда с рассветом. Теперь, когда вы приняли предложение, нет причин медлить. Мы должны уехать сегодня вечером. Это единственный способ избежать слежки за границей.

— Это так неожиданно...

В тот момент, когда она посмотрела на Лайбрик, у неё возникло слабое предчувствие, что ей, возможно, придется уехать сегодня. Тем не менее, знание головой и принятие сердцем были разным делом. Насколько острее чувство, когда родителям приходится отпускать своих детей, не имея времени на подготовку?

— Всего один день. Разве мы не можем провести время с дочерью до рассвета. — Чесана также в отчаянии умоляла, потому что ещё не была готова попрощаться со своим ребенком.

— Мисс.

— Я знаю, знаю… Но я не уверена, что могу отпустить её.

— Мама. — услышав слова женщины, Елена расплакалась.

После того, как время обернулось вспять, и она вернулась, девушка знала, что этот день наступит. Потому она хотела разделить многие моменты со своей семьёй, чтобы не осталось никаких сожалений. Елена хотела приятно и счастливо провести время, прогуляться и выпить чаю. Она думала, что всё будет хорошо, но это было не так. Она не могла избавиться от своих давних чувств.

— Мне очень жаль, мэм. Мы уезжаем сегодня вечером. — Лайбрик сразу отказалась, не уступив ни дюйма места.

Она оправдывалась тем, что не хотела, чтобы лорд узнал об этом, но правда заключалась в том, что ситуация с великим герцогом была не так хороша, как она рассказала. Даже в таких обстоятельствах необоснованные слухи подрывали репутацию Вероники. В такой суматохе Лайбрик не могла допустить, чтобы Елена осталась без присмотра.

Глава 6

— Как я могу отпустить тебя? Как…? — Сердце Чесаны сжалось от мысли, что она позволит Елене, которая была ещё молода, уйти.

— Мама… — Девушка чувствовала то же самое. Смотря на грустное лицо женщины, ей захотелось провести с ней ещё один день.

«Мне не стоит так себя вести. Ведь я к этому давно уже готовилась, разве нет?»

Елена сдерживала себя изо всех сил. Она не хотела показать свои настоящие эмоции перед Лайбрик. Если бы она это сделала, Лайбрик могла бы заподозрить её в чём-то. На данный момент лучше всего притвориться, что она не сможет победить и со всем смириться.

Елена не собиралась так просто уйти. Поэтому, она добавила, — Дайте мне 3 часа, чтобы провести время со своей семьей. Нет, мне хватит и двух часов. Пожалуйста.

Лайбрик, которая постукивала пальцами по столу, приняла предложение.

— Даю тебе два часа, не больше.

— Спасибо большое! Этого достаточно.

Найдя компромисс, Лайбрик покинула дом, сказав, что будет готовиться к отъезду. Между тремя членами семьи воцарилось странное молчание. Зная, что у них и так мало времени, они не знали, с чего начать прощаться.

— Когда моя малышка так выросла… — тихо произнесла Чесана, погладив по голове Елену. Её красные глаза были серьёзными, словно из них вот-вот хлынут слезы. Голос барона Фредерика, который пытался притвориться строгим, слегка дрожал:

— Не волнуйся о нас, думай только о себе. Поняла, Елена?

— Мама, отец...

Девушка стиснула зубы в минутном замешательстве. Не будь слабой. Было трудно не дрожать. Сейчас, каждая минута была драгоценна, если она потратит время на ненужные эмоции, то всё будет впустую.

— Сейчас, слушайте меня внимательно, — мрачно начала Елена. — Уходите отсюда, пока не вернулась Лайбрик.

Услышав неожиданные слова от Елены, пара моргнула в замешательстве.

— Уйти? Куда? Зачем?

— Разве мы не решили доверять ей? Что это за капризы?!

Как Елена и ожидала, убедить будет нелегко, поэтому она решила зайти издалека, и спокойно убедить их.

— Разве это не странно? Лорд, который предложил покровительствовать простым падшим дворянам, был странным, но, когда мы отказались, он попросил меня стать его наложницей. Что ещё более удивительно, Лайбрик появилась перед нами, словно она ждала этого момента.

— Ты хочешь сказать…

— Может быть, всё это было заранее запланировано. — закончила Чесана предложение барона.

Пара была потрясена. В этом не было ничего особенного, но, когда они начали предполагать, здесь было много подозрительных случаев. Но это не означало, что они так быстро примут «предположения» Елены за факт. В их глазах, всё что сказала их дочь, было предположением, и не объясняло, почему Лайбрик подошла и выбрала именно Елену. Елена подтвердила, чтобы убедиться, что это не вопрос.

— Очевидно одно, что я нужна Герцогу Фридриху.

— Ты, ты… Как ты узнала, что это Великий Герцог? — Барон Фредерик был так удивлен, что запнулся. Он никогда не упоминал, что этот человек был великим герцогом.

— Я знала это с самого начала.

— …!

— Подождите минутку, у меня есть кое-что для вас обоих.

Елена извинилась и вышла, а затем направилась в свою комнату. Когда она вернулась в гостиную, в её руке был запечатанный конверт.

— Я знаю, у вас много вопросов. Я уверена, что есть много вещей, о который вы хотите спросить. Я написала здесь ответ на каждый ваш вопрос: почему вы должны уехать, куда и как вам двоим жить дальше.

— Когда ты это сделала…

Пара была озадачена. Они не знали, как к этому отнестись. Елена казалась знала обо всём заранее, иначе они не понимали, как это объяснить.

— Уйдите через черный ход, идите прямо к Маунт-Роуз по тропе. В 50 шагах справа от дерева зелкового в середине горы протекает ручей. Следуйте вдоль водоема по горному склону, и вы увидите реку Рональп.

— Ты, ты…

— Вниз по течению будет лодка. Возьмите лодку и следуйте по течению, чтобы пересечь границу.

Пара была ошеломлена, услышав, что она даже приготовила шлюпку. Теперь они были в этом убеждены: Елена знала, что это произойдет, и что она подготовилась заранее.

Как, чёрт возьми, она узнала? Кроме того, было ли это возможно? Если подумать, Елена, возможно, и была милым ребенком, но умом не блистала.

Однако, она поменялась два месяца назад, и с тех пор, её поведение и мысли изменились. Кроме того, знание, которое неосознанно всплыло, было трудно понять паре. Они должны были это заметить это ещё тогда.

«Как отец, я провалился. Как я не знать о собственной дочери?»

Барон Фредерик сожалел о том, что пытался судить и подгонять Елену по своим собственным критериям. Должно быть, Елена была расстроена, потому что человек, который видел только одно дерево, пытался подстраивать под себя человека, который видит лес.

— Я уйду. — губы барона Фредерика были плотно сжаты.

— Дорогой!

— Но ты пойдешь со мной.

Елена вздернула подбородок, чтобы встретиться взглядом с мужчиной. Несмотря на опасения, барон Фредерик, который беспокоился о своей дочери, был ошеломлён тем фактом, что не мог отпустить её.

— Нет. Я не могу пойти с вами.

— То, что ты сказала, было невероятно! Что, если они причинят тебе вред? Давай пойдем вместе. — даже Чесана пыталась убедить её пойти с ними, но девушка была непреклонна.

— По какой-то причине, я им нужна. Поэтому, они не причинят мне вред. Но мама и папа совсем другие. Я уверена, что они не оставят вас в живых. Если они и оставят вас в живых, то скорее, как средство контроля и подавления меня.

— …!

Мрачное выражение лица Елены заставило пару широко открыть рот. Контроль, заложники, угнетение. Ни одно из этих слов не было неприемлемым по своей природе без достаточного объяснения. Елена продолжала свои слова, не останавливаясь.

— Я должна остаться. Мне нужно кое-что сделать.

Месть. Месть начнется, как только ненависть, которая едва затихла поднимется снова. Тогда, она использует себя и уничтожит тех, кто погубил её в страданиях.

— Что ты собираешься… Что ты хочешь делать?

— Не волнуйтесь обо мне.

— Елена…

Пара чувствовала, что их сердца вот-вот разорвутся на части. Это было ужасное чувство — бросить своего единственного ребенка и убежать. Елена сказала, что у неё остались дела в империи, но им было так жаль, что по их вине они не смогли уехать вместе.

— У нас заканчивается время. Она скоро будет здесь.

— Елена, позволь задать мне один вопрос. — в глазах барона Фредерика, который пристально смотрел на свою дочь, было глубокое сожаление. — Мы подвергли тебя опасности?

— Нет. – ответила девушка так, будто ей не нужно было думать. Она знала, что мужчина чувствовал за этим встревоженным взглядом. — Это было неизбежно. Как ливень в разгар лета.

Как можно избежать дождя и черных туч, которые без предупреждения закрывают ясное небо? Стоит только найти место, где можно укрыться от дождя, прежде чем всё тело промокнет. Барон Фредерик беспомощно опустил голову.

— Я сделаю так, как ты хочешь.

В итоге родители направилась к выходу, чувствуя себя так, словно срезают собственную плоть. Легкая одежда, золотые монеты и конверт – вот всё, что осталось от их багажа. Они остановились перед задней дверью их дома. Они знали, что, если откроют эту дверь, и выйдут за пределы затемненных ворот, они могут больше не увидеться.

— Иди сюда.

Чесана крепко обняла Елену полу рыдающим голосом. Барон Фредерик обнял жену и дочь.

— Моя Елена, моя единственная дочь …

Девушка затаила дыхание и стиснула зубы, чтобы не разрыдаться.

Елена, Елена, Елена.

Это имя останется в сердце, а не в ушах. Для того, чтобы не забыть свое имя, которое скоро будет вычеркнуто также, как и её неизвестная личность, о которой никто ничего не слышал.

— Прощайте. — Недолгие и спокойные напутствия были проникнуты невообразимой несправедливостью. — Берегите себя, мы скоро встретимся, хорошо? — открыв заднюю дверь, посмотрев на Чесану, Елена без слов изобразила печальную улыбку.

— Дорогой, пошли. — женщина пошла дальше по склону холма, словно её подтолкнул барон Фредерик. Даже в середине пути всё дальше, она не думала, что её взгляд оторвется от Елены.

— Вы должны быть в безопасности.

Елена поправила себя, запечатлев образ пары, удаляющейся всё дальше друг от друга. Она сложила руки на животе, почтительно и вежливо поклонившись, попрощалась в последний раз. Она надеялась увидеть их снова и молилась, чтобы ветер достиг неба.

Когда шорох в кустах затих, Елена подняла голову. Когда она не смогла найти двух людей, скрытых в темноте, и тогда слово «расставание» тронуло её сердце.

«Слезы… Это только начало».

Девушка пробормотала про себя клятву. Когда она наконец успокоилась и опустила рукава, взгляд её глаз был холоден, как лёд. Елены, дочери падшего дворянина, больше не было в этом мире. Всё, что осталось — это женщина с железной кровью, которая смотрела на всех свысока одиноким взглядом и управляла социальными кругами империи.

Закрыв за собой дверь, Елена заперла ее. Она поправила свои растрепанные волосы и не забыла почистить подол своей мятой юбки и рукава одежды. Акт ухода за собой был способом справиться с её эмоционально насыщенной личной жизнью.

Глава 7

Елена бросила взгляд на пустой дом. Подойдя, она похлопала по обеденному столу. Её рука провела её через спальню, полную воспоминаний, в гостиную, полную семейного смеха и счастья. На короткое мгновение лицо девушки стало ещё более умиротворенным, когда она вспомнила прошлое. Елена была одна на своём одиноком пути, и не было ничего лучше, чем час с семьёй, которая придавала ей сил и энергии для жизни.

К обещанному времени Лайбрик без колебаний постучала в дверь.

— Пора уходить, мисс Елена.

— Я сейчас выйду.

Елена, которая поднялась со стула, сложила руки на груди и пару раз глубоко вздохнула. Затем она пробудила чувство расставания, что было глубокого запрятано. Вспоминая момент из прошлой жизни, когда ей пришлось распрощаться с родителями, её захлестнули эмоции. Елена подошла к входной двери только после того, как увидела, что её глаза покраснели. Она вышла через приоткрытую дверь и прикрыла рот руками, чтобы скрыть слегка налитые кровью глаза и рыдания, отчего выглядела жалкой и несчастной.

— Идёмте.

— Как там твои родители?

— Мы еле расстались, поэтому вышла только я. Я не думаю, что смогу уйти, если увижу их снова, поэтому хочу уйти сейчас, пока не передумала.

Последние слова Елены были похожи на мольбу. Казалось, она вот— вот упадёт в обморок, поэтому Лайбрик слегка кивнула.

— Сэр.

По её зову мужчина, стоявший за ее спиной, шагнул вперёд. Несмотря на его мешковатую одежду, он обладал крепким телосложением, которое невозможно было скрыть, а единственный меч на поясе наводил на мысль, что его статус был рыцарским.

— Когда мы уйдем, пожалуйста, позаботься об этих двоих. Будьте вежливы и обходительны, чтобы мисс Елена не волновалась.

— Да.

— …!

Знакомый голос заставил Елену вздохнуть. Когда она без тени сомнения взглянула ему в лицо, её охватили невыносимая ненависть и негодование.

«Я не знала, что ты тот сопровождающий, который приехал за мной, сэр Лоренц.»

Рыцарь, который когда-то преданно защищал её. Рыцарь, которому была дорога честь она держала рядом, даже после того, как стала королевой. Однако после того, как Вероника ожила, он безжалостно вонзил меч в живот Елены.

Верность, в которой он поклялся перед девушкой, была ложной, клятва была лицемерием, а честь, о которой он кричал, была ничем иным, как притворством. Она всё ещё не забыла. Она ясно помнила, что он сказал.

[Я никогда, ни одну минуту своей службы не считал вас своей леди. Теперь, когда моя госпожа действительно вернулась, я убью тебя собственными руками и попрошу прощения у настоящей королевы.]

«Ах!»

Его истинные чувства были более жестокими, чем боль от железа, впившегося в её плоть. Чувство предательства и потери, которое она испытывала, было столь же велико, как и глубина доверия. Это невозможно было выразить словами. Теперь, когда она увидела его, она поняла, что это он убил её родителей. Естественно, её ненависть удвоилась.

«Не будем зацикливаться на прошлом. Теперь он всего лишь шахматная фигура.»

Елена опасалась, что из-за ее старых чувств может что-то пойти не так. Однажды он заплатит за её презрение, но пока рано. С точки зрения стремления свергнуть великого герцога, она не могла поддаваться мелочным эмоциям.

— У меня есть экипаж за пределами поместья. Нам придётся тайно перебраться туда.

Елена тихо последовала по стопам Лайбрик, которая шла впереди. Когда Елена обернулась, Лоренц молча поклонился. Хотя это должно было бы показать добродетели рыцаря, в глазах Елены, девушка знала, что он скоро отправится за ее родителями, так что это было не что иное, как лицемерие.

— Поторопись, мы опоздаем.

— Да.

Елена отвела взгляд и ускорила шаги, сокращая расстояние до Лайбрика. Когда она прошла через темный лес зелкова, они вышли на дорогу, ведущую в южную часть территории. В углу за кустами стояла роскошная карета.

— Садись.

Как только она села, всадник щёлкнул кнутом.

*Ржание*

Когда фырканье лошади разорвало тишину, колеса начали вращаться. Почувствовав вибрацию в бедрах, Елена бросила взгляд за окно, которое визуально изменилось.

— …

Пристальный взгляд девушки сосредоточился на залитом лунным светом пейзаже. Это была ночь, которая ничем не отличалась от любой другой. Единственное, что изменилось, - это мышление Елены, и мир выглядел по-другому.

— Не волнуйся слишком сильно. — Лайбрик, словно желая успокоить её, протянула руку. — Пока мисс Елена будет его дочерью, ею не будут пренебрегать. Я позабочусь о тебе.

— Благодарю вас. Спасибо. Теперь я могу немного расслабиться.

Елена улыбнулась и крепче сжала руку Лайбрик. Выражение доверия, что она поверила в неё, поступок, который казался искреннее, чем сотня слов. Лайбрик была убеждена, что она попала под её контроль.

— Не благодари меня, мы ведь как сёстры, не так ли?

Елена сдержала неосознанный взрыв смеха. «Сёстры?» Она с нетерпением ждала, как долго продлятся эти мнимые отношения.

***

Лоренц поднялся со стены, на которой сидел. Учитывая расстояние до кареты, размах женщины и её походку, к этому времени уже пришло время уходить. Мужчина, у которого больше не было причин откладывать, вспомнил об этой миссии.

— Убить биологических родителей Елены.

Стоит заранее срезать бутоны, которые могут беспокоить в будущем. Лайбрик сказала, что это всё ради безопасности Великого Герцогства, в таком случае, Лоренц был готов сделать это без колебаний. Во славу Великого герцогства. Эта ценность была единственной гордостью, которая заставляла его дышать как рыцаря.

Лоренц вытащил меч из- за пояса. Лезвие, освещенное луной, блестело от холода. Скоро этот новый белый меч будет окрашен в красный цвет.

*Клиик*

Выражение лица мужчины, переступившего порог, посуровело.

— …!

Он не чувствовал никого внутри. Мужчина инстинктивно осознал, что что-то было не так, и бросился через комнату. Барона Фредерика и Чесаны, которые должны были быть там, нигде не было видно.

— Ха, вы что, сбежали?

Лоренц был раздосадован. Они были здесь совсем недавно, но они сбежали, как гром среди ясного неба. Как будто они испарились. Он не понимал, как они поняли об угрозе, которая надвигалась на них.

— Сейчас не время беспокоиться об этом. Мне нужно отследить их.

Глаза Лоренца заблестели, когда он искал их следы в темноте.

Глава 2. Не уходи.

Карета, покинувшая территорию, проехала без отдыха.

— Тяжело, не так ли? Пожалуйста, потерпи, пока мы не приедем.

— Благодаря вашему вниманию, я совсем не устала. — Елена мягко улыбнулась. Это была естественная улыбка, у которой не могло быть никаких других мыслей. — Мне очень интересно, куда я еду?

— Тебе любопытно?

— Ох, нет. Вам не обязательно говорить мне.

Елена покачала головой и провела кончиками пальцев по кушетке. Она была поражена ощущением тончайшей кожи и не выпускала её из рук.

— Эта карета мягче и удобнее, чем моя кровать. Я никогда в жизни не ездила в таком красивом экипаже.

— Эта карета, о которой я позаботилась особенно тщательно, чтобы забрать мисс Елену.

Тем временем глаза девушки были затуманены, словно во сне. Она была ослеплена дорогими вещами, и у неё, казалось, не было времени подумать о своем положении или будущем. Лайбрик рассмеялась от души, глядя на Елену, тщеславную и ослепленную желанием. Какая жалкая женщина. Она не знала, что была всего лишь марионеткой, которую можно использовать и выбросить, но она была так счастлива, что её ввели в заблуждение собственные личные обстоятельства. Лайбрик чувствовала, что с ней действительно легко справиться.

Это именно то, к чему стремилась Елена.

«Ты должна видеть во мне самую невежественную и жалкую женщину в мире.»

Ошибочное суждение. Чем более жалкой Елена становилась в глазах Лайбрик, тем лучше. Потому что чем меньше она соответствует стандарту, тем менее бдительной Лайбрик будет, и тем больше она будет игнорировать Елену. Она собиралась намеренно казаться невежественной и высокомерной, чтобы заставить Лайбрик ослабить внимание. Елена будет продолжать держаться до тех пор, пока не наступит этот день.

— Ты сказала, что тебе не любопытно, так что давай оставим его на некоторое время и поговорим о чём-нибудь другом.

— Я слушаю.

— Ты же помнишь, что он до сих пор не может принять смерть своей дочери?

Елена кивнула.

— На самом деле, он не был на похоронах своей дочери больше двух месяцев.

— Что?

— Он слишком привязан к ней и не может её отпустить. Очень немногие люди знают о смерти этой леди.

— Т-тогда…

Лицо Елены исказилось, когда она подстраивалась под ситуацию, не в силах ни смеяться, ни плакать. Смерть леди, о которой официально не было объявлено. Одержимость, выходящая за рамки привязанности и её собственного положения. Выражение её лица отражало противоречивые и сложные условия в её сознании.

— Я знаю, о чем ты беспокоишься. Я уверена, это не плохо для мисс.

Елена посмотрела на Лайбрика встревоженными глазами. На губах женщины появилась многозначительная улыбка.

— У тебя есть шанс стать его настоящей дочерью, а не приемной, и нет причин отказаться.

Елена широко раскрыла глаза.

— Н-настоящей дочерью?

— Да. Настоящей дочерью, самой Принцессой Вероникой.

Глава 8

— П-принцесса? Вы сейчас сказали «принцесса»?

Лайбрик кивнула. Даже если бы Елена была очень невежественна, можно было предположить, что раз её называют принцессой, она смогла бы сделать вывод, что она была семьёй герцога.

— Я… собираюсь стать настоящей принцессой… — Говоря это, Елене пришлось вспоминать свои глупые воспоминания из прошлой жизни, когда она мечтала стать высокопоставленной дворянкой.

Ей тогда казалось, что нет никакой разницы между тем, чтобы жить как его собственная дочь и быть усыновленной просто из-за её внешнего сходства. Девушка вспомнила, как трепало и наполнялось радостью ее сердце при мысли о том, что она тоже сможет стать частью благородного рода, когда впервые столкнулась с этими словами.

«Но всё это было обманом».

Елена проглотила свой отвратительный гнев. Вместо этого она вспомнила свой прошлогодний день рождения с семьей, счастье того дня, и радость разлилась по ее лицу, как снежинка. Чтобы обмануть Лайбрик, Елена постоянно контролировала свои эмоции и действия.

— Это ещё не всё. Каждый год в светском обществе принцессу Веронику обсуждают в качестве партнерши Его Высочества Наследного Принца.

— Вау, Наследный Принц? – Лайбрик разжигала ненасытное жгучее желание Елены. – Принято говорить, что мечта остаётся мечтой. Но если Елена согласится, мечты станут реальностью. Таково положение принцессы Вероники в Империи.

— Ах… Ах.

Елена засмеялась, как будто не умела скрывать свою радость, обнажив дёсна. Она полагала, что Лайбрик принижает её легкомысленную внешность и считает её жалкой.

— Хи-хи.

Лайбрик тихо рассмеялась. Она мельком увидела желание Елены через улыбку, достаточно яркую, чтобы увидеть дёсны девушки. Этого было всего лишь немного, но она уже была ослеплена. Лайбрик лучше всех знала, как обращаться с таким человеком. Но она даже не знала, насколько смертельной была эта её уверенность.

— О, мне очень жаль. Я была довольно неуважительна.

Елена прикрыла рот руками и улыбнулась, притворяясь пристыженной. Она также не забывала о своей способности справиться с ситуацией, пытаясь скрыть своё смущение.

— С другой стороны, я тоже волнуюсь. Что, если они заподозрят, что я не настоящая дочь великого герцога из-за моего невежества?

Лайбрик махнула рукой, как будто не беспокоилась об этом:

— Ты сможешь сделать так, чтобы они в этом не сомневались.

— Как?

— Я научу тебя. Я сделаю из тебя королевой общества с элегантной, изысканной и бесстрашной властью.

Словно ее сердце было переполнено этими словами, девушка ответила, сложив руки на груди:

— Я постараюсь. Я безусловно это сделаю.

Она выглядела взволнованной, как будто уже стала наследной принцессой. Лайбрик оставила её на пике её заблуждения, к её радости. Когда разговор закончился, Елена перестала вести себя глупо и выглянула в окно кареты.

«Папа, мама, вы благополучно ушли?»

Внезапно она вспомнила о своих родителях. Если бы они ехали по речным порогам на пароме, как планировалось, они бы уже проехали северную часть королевства и достигли границы Королевства Роуйер. Более вероятно, что они направлялись на восток, пользуясь пересечённой местностью северного горного региона и редкой труднодоступностью прохода.

«Они должны отправиться в Империю...»

Свет под лампой был темным*. Её родители отправятся в Вецилийскую империю через Королевство. Это было нелёгкое путешествие, но это был самый верный способ уйти от преследования Лайбрика. Они начнут всё сначала. С новой личностью, новым именем и новой семьёй. И она проведёт неизбежную встречу через пять лет.

(п/п: «скрытый на виду», т.е. незаметно)

«Вы должны жить… Если нарушите обещание о встрече… Я никогда вас не прощу.»

Елена желала этого снова и снова, надеясь, что никакой обиды на ее родителей не будет.

***

Независимый город Сайленс. Как портовый населенный пункт, расположенный в юго-западной части континента, был независимым автономным городом, который не принадлежал ни одной стране. Управляемый губернатором, это был самый красивый порт на континенте, где уже сотни лет не было войн.

Как только она приехала в домик, то сразу распаковала вещи и не могла оторвать глаз от моря за окном.

— Какое чудо, не правда ли? Глядя на океан, я испытываю благоговение.

— …

Елена ничего не ответила. Когда Лайбрик озадаченно обернулась, девушка тихо всхлипывала.

— Простите… Я просто вдруг вспомнила родителей.

— Мисс Елена.

— Я ничего не смогла для них сделать… Я только что приехала сюда, и я так сильно сожалею об этом… Я должна была, по крайней мере, попрощаться с ними. — Лайбрик дружески обняла Елену за плечо, утешая. — Пожалуйста, позаботьтесь о них как следует. Сестренка – единственная, кому я сейчас могу доверять.

Глаза Лайбрик сузились от этого титула. Она не помнила, чтобы разрешала называть себя так. Елена, обессилевшая, оперлась на неё.

— Пожалуйста, зови меня Лив. Это моё прозвище.

Елена уставилась на неё с красными трепещущими глазами. Лайбрик лицезрела, как сильно та зависела от неё прямо сейчас, по её дрожащим глазам.

— Положись на меня, прямо сейчас я не могу, но через некоторое время я позабочусь о том, чтобы твоё письмо с наилучшими пожеланиями было доставлено в целости и сохранности.

— Я даже не знаю, как Вас отблагодарить, Лив.

Лайбрик тихо обнял её, Елена не сказала «нет». Внешне она была такой нежной, что её можно было принять за настоящую сестру. Но взгляд двух, которые прикасались друг к другу, содержали противоречивые чувства друг к другу.

Лив рассмеялась над жалкой Еленой. У неё даже была злобная замысел о том, как использовать ее сыновнее благочестие. Напротив, глаза Елены были настолько рациональными, что в них не было места эмоциям.

«Ты начнёшь сомневаться во мне уже сегодня или самое позднее - завтра.»

Рано или поздно она узнаёт о побеге родителей и, конечно же, заподозрит Елену. Сегодняшние слёзы и титул "сестра" - путаница для того времени. Насколько она была искренней и лживой? Была ли она действительно зависимой или притворялась таковой. Елена рассчитала так далеко. Среди расплывчатых слов и поступков существовала тщательная договорённость, и ни один из них не был потрачен впустую.

«С этого момента, мы с тобой враждуем.»

До этого момента, Елена была на уме Лайбрик.

***

Закат заходил в Сайленсе. Заходящее за горизонт солнце окрасило небо в красный цвет, а затем исчезло. Вскоре пустоту заполнила непроглядная тьма.

— Они ушли? — Лайбрик не поверила своим ушам. Ей показалось, что она неправильно расслышала.

— Когда я прибыл, дом был уже пуст. Я шёл по их следам, но, когда достиг середины склона горы, их следы оборвались, так что дальнейшее отслеживание было невозможно. - Лоренц, стоявший у стены, ответил мрачным тоном.

Было трудно заметить, что там находился человек, если не приглядеться повнимательнее в тени, куда не мог проникнуть лунный свет.

— Расскажи мне поподробнее, ты сказал, следы обрываются?

— Похоже, что они достигли середины склона горы и пошли вдоль ручья.

Брови Лайбрик дернулись.

— Вдоль ручья?

— Они, казалось, не оставили и следа.

— Хм… — Женщина была потрясена. Было трудно поверить, что пара сбежала, однако они стёрли следы, как будто предвидели погоню.

— Я нашёл и проследил влажный песок, но путь был полностью отрезан от переправы через каньон.

— Они что, сбежали на шлюпке?

— Это всё, что я могу сказать. Я пытался выследить их, но течение было слишком быстрым. Мне очень жаль.

На протяжении всего доклада Лоренц не поднимал головы. Это произошло потому, что он не выполнил своих обязанностей рыцаря.

— Это не твоя вина, тут моя ошибка.

Лайбрик ещё раз подумала о ситуации.

«Вы сбежали, и даже следов не оставили?»

Ты можешь пойти на сотню компромиссов и смыться. Потому что родители – те, кто готов прыгнуть в огонь, если они посчитают, что могут быть обузой для своих детей. Способ побега был тщательно продуман. Умелый специалист выбрал бы путь, настолько оптимизированный, что его невозможно было отследить. Может ли она списать это на совпадение? Она никак не могла отделаться от впечатления, что они предвидели опасность и сбежали.

«Что-то тут не сходится».

Вопрос не в том, что не было вообще никаких сомнений. Тем не менее, было нелегко сделать выводы, потому что ничего не было ясно.

«Было странно. Я не могу поверить, что её родители даже не вышли попрощаться со своей дочерью».

Те, кто так сильно беспокоились о своей дочери, не проводили её, это был спорный вопрос.

«Есть два вида семей».

Тот факт, что пара оставила Елену в одиночестве, объяснялся тем, что они хотели выиграть время для побега.

«Елена, возможно, знала, что родители сбежали, но притворилась, что не знает об этом в моём присутствии».

Лайбрик вспомнил, как Елена плакала, когда приехала в Сайленс. Она сказала, что у неё есть только она - старшая сестра, и умоляла её позаботиться о своих родителях. Если бы она была сообщницей, то не было бы никаких причин делать это.

«Что, если… Что, если слёзы были предназначены обмануть меня?»

Лив сильно потрясла головой, чтобы избавиться от источника своих мыслей. Елена не была столь умна и не настолько сообразительна, чтобы обмануть Лайбрик. Кроме того, она жила как падшая аристократка, поэтому у неё было сильное чувство ущербности.

— Перестань их выслеживать.

— Отдавайте мне свои приказы. Я обязательно обыщу весь континент в их поисках. И как-нибудь я их уничтожу… — Лоренц хотел восстановить свою запятнанную честь, но Лайбрик не позволила ему этого.

— Я не хочу сожалеть потом об этом, но не думаю, что они будут проблемой прямо сейчас. Пожалуйста, отступи.

— Я понял.

— Спрячься на несколько дней и садись на корабль. Будет проблематично, если столкнёшься с мисс Еленой просто так.

Лоренц неохотно кивнул и ушёл в неизвестность. Он уже ушёл, она даже не слышала его шагов, когда он уходил. Лайбрик вздёрнула подбородок и посмотрела в ночное небо.

«В этом нет ничего приятного».

Должно быть, что-то было, но она была расстроена тем, что не знала, что это было. Такого раздражения женщина не испытывала уже много лет.

«Мне нужно проверить. Ты действительно пытаешься обмануть меня или я слишком остро отреагировала?»

Глава 9

Перед рассветом карета, в которой ехали Елена и Лайбрик, проехала по морозным улицам Сайленса.

— Мисс Елена, я получила информацию о ваших родителях.

— В самом деле? Что случилось? Они благополучно выбрались отсюда?

Елена становилась любящей дочерью, когда услышала о новостях своих родителей. Она была в таком отчаянии, что Лайбрик не могла поверить, что это игра.

— Они в безопасности за пределами земли.

— Вот это удача. Спасибо вам, Лив. Спасибо вам за вашу заботу.

Лайбрик нахмурилась.

— Но я слышала, что у твоей матери плохое здоровье, возможно, она была подавлена…

— Что? Ах, что не так с моей мамой? Ей очень больно? Где у неё болит? Это моя вина. Она так убита горем, что её тело… — девушка нерешительно засуетилась и тут же закивала. Капли воды падали ей под голову и пропитывали дорогу. — Мама, мама… угх, мама. — печально всхлипнула Елена, её голос повысился от ностальгии и беспокойства. Было больно, как ребенку, разлученному с матерью.

— …

Лайбрик сузила глаза. Она намеренно дала ей ложную информацию, надеясь, что та отреагирует каким-либо странным образом, если она была причастна к побегу пары. Но какой сюрприз. Девушка была слишком опечалена, что даже думать о побеге не могла.

«Похоже, ты ничего не знаешь.»

Лайбрик кусала свои губы.

— Не плачь. Врач сказал, что это временная лихорадка и что ей скоро станет лучше, ей просто нужен отдых.

— Ей должно стать лучше. Иначе мне не хватит смелости жить в Империи.

— Конечно.

Елена постаралась успокоиться и вытерла глаза носовым платком.

— Должно быть, они оба уже прибыли на Марианские острова.

— М-Марианские острова – земной рай?

— Да, говорят, что это лучший остров на земле.

Лайбрик нагло лгала. Марианский архипелаг называли “раем на земле” в сказках и романах, но в действительности всё было совсем по-другому. Острова кишели пиратами, а волны были такими сильными, что рыбачить было нелегко. Елена казалась счастливой, притворяясь, что не знает этого.

— Я тоже об этом слышала. Мне становится легче, если они там. Я надеюсь, что им не нужно будет бороться и будут жить в комфорте.

— Конечно!

Глядя на Елену, которая испытывала наивное облегчение, у Лайбрик не было другого выбора, кроме как сомневаться в своих подозрениях.

«Это её уровень, и я единственная, кто чувствительна, не так ли?»

Елена постоянно демонстрировала нестандартное поведение. Тем не менее, женщина сходила с ума от того, что сомневалась в ней. Внутри Елена почувствовала облегчение, увидев взволнованную Лайбрик.

«Лайбрик подозревает меня… Значит, родители благополучно сбежали.»

Она была рада, что у Лив возникли сомнения. Было ясно, что её родители успешно ускользнули от погони. В противном случае у Лайбрика не было причин сомневаться в Елене.

Когда они прибыли на складскую пристань за пирсом, они вышли из экипажа. Затем рыцарь средних лет, который управлял каретой, повёл их к лодке, что была пришвартована. В тумане они удалялись всё дальше от земли. Лодка подошла к корме огромного и красочного парусника.

— Мы поднимемся наверх?

Лайбрик, Елена и рыцарь средних лет поднялись по трапу и прибыли на борт корабля. Возможно, было ещё рано, но на палубе не было ни одного члена экипажа. Возможно, именно поэтому их никто не беспокоил. Лайбрик прошла по палубе и вошла в корабль. Она шла, пока не добралась до каюты в дальнем конце коридора, где трепетали свечи.

Клик.

Открыв скрипучую деревянную дверь, Елена очутилась в просторной каюте, обставленной довольно роскошно. На первый взгляд это выглядело как роскошная каюта, которой мог бы пользоваться аристократ высокого роста или член королевской семьи. Войдя в каюту, Лайбрик плотно заперла дверь

— Ты останешься здесь со мной на следующие десять дней.

Елена заставила себя улыбнуться, едва сдерживая расстройство желудка.

***

— Тебе не разрешается покидать каюту в это время. — Это было одностороннее уведомление. — Питание три раза в день, его будут подавать снаружи.

Таким образом, даже не оставалось возможности для возражения.

— Ты можешь воспользоваться ванной в каюте.

Поведение Лайбрик по отношению к Елене изменилось. Прежняя её манера исчезла невесть куда, и она обращалась с ней как со своей подчинённой. В свободное время Лив преподавала основы культуры и истории империи.

«Я знаю всё».

Елена скорректировала своё развитие по неоспоримым направлениям. Если бы она была слишком проницательной, Лайбрик заподозрила бы неладное. С другой стороны, если бы она вела себя слишком глупо, то та непременно начала бы жаловаться и оскорблять её.

Прошло девять дней с тех пор, как они отплыли. Корабль вошёл в воды империи.

— В чём состоит долг дворян?

— Благородство.

— Подражай этим словам, и в будущем мисс Елена станет дворянкой, которую будут уважать остальные. Это твой долг как принцессы и законной дочери великого герцога Фридриха.

— П-подождите… Великий Герцог? — Елена запнулась в конце и подняла голову. Она была смущена, словно это было невозможно, даже если бы это было правдой.

— Принцесса Вероника - единственная наследница великого герцога Фридриха, главы четырех великих семей Империи. Это также новая личность мисс Елены.

— О, Боже мой. — На мгновение рот Елены приоткрылся. — В-Великий герцог… Это гораздо больше, чем я могу себе представить.

Несмотря на то, что она пыталась притвориться, что это не так, Лайбрик убедилась, увидев, как рот Елены приоткрылся, будто собирается разрыдаться, что она была снобкой, ослеплённой желанием.

— На сегодня достаточно.

— С-сейчас?

— Мы покидаем корабль.

Елене разрешили выйти из каюты почти через десять дней. Наконец, она почувствовала себя немного лучше, после того как провела некоторое время с Лайбрик, Елена позволила морскому бризу унести негодование, накопившееся в каюте.

Они перелезли через перила, поднялись по трапу и поднялись на шлюпку, точно так же как они сделали, когда поднялись на борт парусника. После трех с лишним часов гребли они прибыли на пляж вдоль побережья. Ступив на скользкий песок, они выбрались с пляжа и сели в экипаж, спрятанный в кустах.

— Лив, куда мы едем?

— В безопасный дом.

— Вы не едете?

— Это очень уединенное место. Даже в резиденции великого герцога мало кто знает о нём.

Лайбрик отвернулась к окну. Таким образом, дала понять, что не хочет продолжать разговор. Елена также скрыла свой вопрос. В любом случае, это был вынужденный вопрос, и у неё, которая уже знала место назначения, не было причин задавать его.

Карета действительно мчалась, не переставая. Вопреки тому, что дорога не была отремонтирована, экипаж не остановился, несмотря на трудности с определением, куда ехать из-за темноты без единого лунного света.

Наконец они добрались до особняка, который, как она думала, не был её домом. Он был расположен в секретном месте, настолько скрытом, что его никогда нельзя было проведать, если не знать дороги, так как со всех сторон его окружал лес. Выражение лица Елены стало холодным, когда она посмотрела на внешний вид особняка, вырисовывающегося перед ней.

«Вот место, которое привело меня к гибели.»

Как бы она ни старалась сохранять спокойствие, сердце Елены бешено колотилось от безумной эмоции. Как она будет выглядеть, когда увидит его? Как она сможет противостоять кипящему гневу перед ним? Множество мыслей и неконтролируемых эмоций постоянно сталкивались в голове девушки.

Карета остановилась как раз вовремя. Как только она вышла из экипажа вслед за Лайбрик, её встретила горничная.

— Это Джейн, сделай шаг вперед. Она не может говорить, потому что глухая, так что, если вам что-нибудь понадобится, вы можете записать это в блокнот и показать ей.

Обменявшись взглядом с Джейн, Елена последовала за Лайбрик в особняк. Роскошная гостиная, отделанная мрамором, открылась, когда великолепные люстры шли прямо через угол справа от главного зала.

— Он находится за пределами этого места.

— Он?

— Как только он услышал, что приезжает мисс Елена, то сбежал из столицы.

Лайбрик осторожно положила руку на дверную ручку и толкнула мраморную дверь. Сердце Елены забилось быстрее. Неуправляемая буря эмоций закружилась внутри, как это было, когда она впервые столкнулась с Лив.

— …!

Вдалеке стоял мужчина. Будучи человеком средних лет, он был довольно благороден, чтобы не обращать внимания на свой возраст, и обладал достаточным достоинством, чтобы считаться образцом аристократии.

Елена узнала его с первого взгляда. Как она могла забыть? Она всё ещё помнила, как он смеялся над умирающей Еленой.

— Т-ты… Действительно…

Он увидел Елену и не смог сдержать слез. Его дрожащие глаза и губы, выражение его лица, которое колебалось между радостью и отчаянием, как у святого, наблюдающего чудо у себя на глазах, было слишком неприятно. Более того, у неё мурашки побежали по коже, когда она поняла, что это является проявлением лицемерия и обмана.

— Ты вернулась к жизни… Дочь моя?

Тот самый инициатор, который довёл Елену до краха. Человек, способный это пережёвывать. Это был великий герцог Фридрих, идущий ей навстречу.

Елена крепко прикусила коренные зубы. Её кулак сжался, и неподъемная ярость затряслась как желудь. Она всё ещё видела его лицо, насмехающееся над ней из-за её смерти. Мысль о том, что он был настолько ненавистен, что хотелось его убить, была у неё в голове.

«Мне надо с этим смириться. Не стоит слишком увлекаться этими мыслями.»

Елена постоянно подавляла себя. Убить этого человека, чтобы облегчить свое негодование, было плохой идеей. То, чего хочет Елена — это не только великий герцог Фридрих, но и полное уничтожение Лайбрика и Вероники. До этого дня она будет злиться и вилять хвостом, как их верный пёс.

— Ты в самом деле Вероника? — спросил великий герцог Фридрих и не отрывал взгляд от Елены.

— Ну, я…

Девушка, стоявшая перед ним, опустила глаза, даже не глядя ему в лицо. Мужчина протянул руку Елене, которая была в растерянности. Та отпрянула, когда тыльная сторона его ладони коснулась её щёки. От этого у неё мурашки побежали по коже. Было неприятное ощущение, словно по её лицу полз жук.

Глава 10

Великий герцог Фридрих провёл тыльной стороной ладони по её щеке, не обращая внимания на то, что Елена была удивлена внезапным контактом.

— Я очень скучал по твоему теплу, поэтому не выдержал.

— …

— Спасибо, что позволила мне почувствовать, словно я вновь встретил свою умершую дочь.

Ей захотелось поаплодировать отвратительному выступлению великого герцога Фридриха. Как он мог так бессовестно говорить о живой Веронике?

— Я правда не мог позаботился о ней, потому что всегда волновался только о том, что происходит вокруг. Я потерял жену и дочь. Потеряв драгоценных мне людей, у меня не осталось ни богатства, ни власти.

Елена молча слушала его признание, в котором не было ни капли правды.

— Моя дорогая. — Услышав тихий оклик, Елена подняла голову.

В глазах мужчины было невидимое презрение. Должно быть, ему, который ценил благородство своего происхождения, было отвратительно, что ничтожная девушка была взволнована, притворяясь благородной принцессой великого герцога.

— Будешь ли ты моей дочерью? — ласково заговорил Великий герцог Фридрих с Еленой, у которой дрожали глаза, — Живи за Веронику. Если бы я мог наблюдать за незаконченной жизнью дитя через тебя, меня бы не мучили сожаления. Ты справишься с этим?

— К-конечно! Если только вы того пожелаете! — Елена беззастенчиво хотела занять место наследницы.

«Я должна выглядеть как женщина, которая ослепла от счастья. Только в таком случае ты меня будешь недооценивать.»

— В самом деле, я не чувствую себя чужой в вашем присутствии. Я стану дочерью без всякого позора, отец.

Когда Елена с достоинством добавила слово «отец», лицо великого герцога Фридриха на короткое время перекосилось. Мужчина был человеком, преисполненным аристократической гордости и авторитета знати. Он был оскорблён и унижен просто тем, что привёл непристойную женщину, которая открыто желала занять место его дочери в благородной семье…

— Довольно поздно. Должно быть, тебе было трудно добраться сюда, так что иди наверх и отдохни.

Как только Елена кивнула, Лайбрик жестом пригласила следовать за ней. Когда Джейн открыла дверь в дальнем углу второго этажа, там была спальня, обставленная высококачественной деревянной мебелью.

— Отдохни немного. Прикажи ей, если тебе что-нибудь понадобится.

— Хорошо, спокойной ночи, Лив.

Как только Лайбрик исчезла за углом холла, Елена махнула рукой и велела Джейн уходить. Ей нечего было делать, поэтому сейчас она хотела побыть одна.

Послышался глухой звук.

Елена, которая осталась одна в комнате после того, как закрылась дверь, расплылась в улыбке, которую так долго сдерживала. Вспоминая искажённое лицо великого герцога Фридриха, она почувствовала, как утихли старые боли в теле.

В своей прошлой жизни Елене не терпелось увидеть взгляд великого герцога Фридриха. Когда он взглянул на Елену, которая была неадекватна, потому что не получила должного образования, он не смог встретиться с ней взглядом и склонил голову, как будто она была преступницей.

Ах, зачем она это сделала? Если бы она подумала об этом, то вещь, которую держала в руке Елена, была так же хороша, как и у них. Она была просто глупа и не смогла надлежащим образом с этим справиться.

«С нетерпением жду, когда я увижу тебя на последнем издыхание с этим именем и статусом, которые ты мне дал».

***

Несмотря на то, что репутация принцессы Вероники была запятнана, образование стало причиной, по которой Елену доставили в безопасное поместье вместо того, чтобы сразу отправиться в резиденцию великого герцога. Развить базовые навыки, чтобы притвориться принцессой Вероникой.

По утрам она узнавала в основном о манерах аристократов, манерах за столом, речи, походке и приветствиях.

Вторая половина дня была посвящена пониманию и изучению национальной особенности империи, начиная с имперского языка, истории, литературы и культуры. Занятия заканчивались перед ужином.

— Не вздумай отдыхать. Проанализируй и ознакомься с тем, что ты узнала сегодня. Разве это слишком много? Тогда иди и учись, даже если тебе придется спать меньше часов.

Елена была вынуждена оставаться в своём кабинете до поздней ночи. Нет, было бы правильно сказать, что она была погружена в изучение по собственной воле.

«Я знаю будущее, но у меня нет способностей или возможностей в полной мере использовать его».

Елена провела время, для того чтобы восполнить пробел в своих знаниях.

<История знаменитых картин>

<Искусство и философия>

<Континент, на котором господствуют Торговцы>

<Ценность денежных средств>

<Алхимия декоративной косметики>

***

Выбранные Еленой книги были в основном сосредоточены на искусстве и коммерции.

— Скоро в сфере живописи Империи произойдут перемены.

Елена обратила внимание на Возрождение, которое разнесётся по всему государству. Ренессанс был временем культурных изменений в области философии, литературы, искусства, архитектуры, естественных наук и музыки, которые можно было использовать для накопления огромных богатств.

Эпоха перемен непременно будет сопровождаться трудными испытаниями. Она понимала, какое это имеет отношение к мести, но семья великого герцога была не из тех семей, которых так легко можно уничтожить. Ведь если бы это было так, то эта семья не была бы лучшей в Империи в течение сотен лет.

«Я должна использовать течение времени, чтобы встряхнуть Великое герцогство изнутри и снаружи».

Во-первых, она намеревалась поступить как принцесса Вероника и разделить Великое герцогство. Она бы отрезала источники финансирования и обнаружила бы замешательства, которые можно было бы предать огласке. В то же время она планировала оказать давление извне. Она планировала возглавить эпоху как женщина с третьим именем «Л» и стать уважаемым человеком среди интеллектуалов и знати империи.

Найдя опору в общественном уважении, репутации и доводов, она раскроет злодеяния, совершенные великим герцогом, и изолирует его с помощью критики и давления. Только Елена, которая выдавала себя за принцессу Веронику и была глубоко вовлечена в дела великого Герцога, могла это сделать. Конечно, это не так просто, как кажется. Но Елена была уверена в себе. План был завершен после сотен проверок, и подробная схема уже была готова в ее голове. Она уже с нетерпением ждала этого.

Время пребывания в тайном доме составляло по меньшей мере три недели, и она была рада как можно скорее переехать в резиденцию великого герцога и завершить план своей мести. И три недели прошли очень быстро.

***

В столовой с люстрой на высоком потолке было тихо. Сидя в конце длинного стола, Лайбрик и Елена изящными движениями рук разрезали стейк и клали его в рот. Не было слышно ни звука жевания, и челюсть не открывалась дальше определенного интервала. Каждый поочередно использовал четыре вилки, чтобы съесть блюдо. Это были идеальные манеры за столом.

— Теперь ты выглядишь вполне аристократично. — вытирая рот салфеткой, Лайбрик прокомментировала застольные манеры Елены.

— Это благодаря Лив, которая учила меня от всего сердца.

— Также, ты хорошо умеешь отвечать с похвалой и одобрением на комплименты других людей.

Вначале Лайбрик очень часто критиковала и унижала Елену, но со временем та казалась такой аристократичной, что Лайбрик больше не находила никаких недостатков, которые не заставляли бы ее раздражаться.

— Правда? Я рада, что Лив сказала мне об этом.

Лайбрик уставилась на Елену, когда та изящно сделала глоток вина. Истинная ценность этикета проявляется тогда, когда он освоен настолько естественно, что человек даже не осознает этого. Вот почему дочери аристократических семей воспитываются с раннего возраста, и поэтому у них есть постоянные учителя, которые напоминают им об этикете.

«Всего за три недели… Она справилась сама. Это больше похоже на выдумку.»

Несмотря на то, что она изначально была аристократкой, она являлась павшей, которая жила так же, как простолюдины. Учитывая, что даже ее основные манеры должны были быть неуклюжими, Елена теперь была совершенно другим человеком. Она была не просто хороша в этикете; она делала это так, чтобы ее физическое обаяние выделялось. Это было не слишком много и просто вышло естественно. Такую элегантность нельзя было найти даже в светских кругах. Она, должно быть, хорошо разбиралась в этикете Империи.

«Единственный недостаток, что она не очень умна в своих привычках.»

К сожалению, Елена не была выдающейся личностью. Она должна была только соответствовать уровню обучения, требуемому Лайбрик.

«Ну, этого вполне достаточно, я ожидала худшего.»

Прошел всего месяц. Этого времени было далеко недостаточно, чтобы превратить Елену, которая, будучи дочерью падшего дворянина, жила как простолюдинка, в настоящую аристократку. Учитывая это, можно было предположить, что она стала больше походить на благородную Леди.

— Если ты закончила есть, давай поднимемся наверх.

Она последовала за Лайбрик, миновав центральный холл, поднялась на второй этаж. Они прошли прямо по высококачественному ковру, дабы попасть в библиотеку, но по какой-то причине просто прошли мимо неё.

— Мы прошли мимо библиотеки?

— Сегодня мы идём в гостиную.

Елена, шедшая позади, без труда догадалась о смысле ее слов.

«О, сегодня тот день, когда мы должны были запоминать портреты и детали личной жизни знати».

Разглядывание портретов аристократов, влиятельных в социальной и имперской политике, запоминание их лиц и понимание их личности означали, что осталось не так много времени до того, как она столкнется с ними лицом к лицу.

Насколько она помнила, она поехала в резиденцию великого герцога, предварительно запомнив личную информацию в течение двух дней.

Войдя в гостиную и усевшись на диван, Лайбрик не дотронулась до нагроможденных портретов и личных деталей.

— Это список имперских и столичных дворян, которые активны в имперском социальном мире.

— Т-так много?

— Некоторых убрали, и список отфильтрован.

Лайбрик сказала правду. Число дворян, официально пожалованных императорской семьей, составляло почти половину населения всего герцогства.

— Запомни всё. От имен и лиц, написанных здесь, до семейного происхождения, семейных отношений и пути следования, запиши всё это. Потому что каждый раз, когда ты с ними встретишься, они будут воспринимать тебя как друга и семью, с которыми ты провела долгое время в разлуке. Ты ведь справишься, не так ли?

— Да, я постараюсь.

Лайбрик принесла с собой портрет мужчины средних лет с усами поверх стопки бумаг с описанием его личных данных.

— Этот человек - герцог Уит. Он является главой рода герцога Бэкингема, одного из четырёх великих семейств Империи. Он очень близок с великим герцогом и с детства лелеял принцессу Веронику, как родную дочь. Ты меня понимаешь?

— Да, я запомню его.

— Нет, ты совсем не понимаешь. — Взгляд Лайбрик стал пронзительным.

— Слушай внимательно. Чем дольше принцесса Вероника и ее семья будут жить порознь, тем более настороженными будут люди. Если ты когда-нибудь столкнешься с таким человеком, он может узнать, что ты являешься лишь заменой, так что будь начеку.

— О, я понимаю, о чём вы говорите. Я буду осторожна.

Лайбрик больше не повторяла одно и то же, как будто ей очень нравилась бдительность Елены.

Глава 11

Было очень утомительно и трудно запоминать каждый портрет и его личные данные в списке, который состоял из нескольких сотен биографий. Как добавила Лайбрик: «Тебе нужно многое запомнить». Тем не менее, Елена не думала, что это имеет большое значение.

«Еще труднее найти лицо, которого я не знаю».

Елена правила как светский цветок и поднялась на вершину как королева. Это было обычным делом - встречаться с королевской семьей или дворянами лицом к лицу из этого списка, так что не узнать их было невозможно.

— Давай двигаться дальше. — Лайбрик протянула руку и выложила на стол следующий портрет и личные данные.

«…!»

Глаза Елены резко дрогнули, опасаясь еще одного аристократа.

— Кладиос де Сиан. Наследный принц, который в будущем унаследует трон Империи.

В ушах Елены не было ни звука. Она не могла оторвать взор от портрета, ее глаза были полны неописуемой радости и печали. На изображении был мужчина, которого она когда-то любила больше, чем себя. Но тот никогда не делился своим теплом и всегда винил себя в появлении ребенка. Несмотря на то, что он сделал потомка, который унаследует королевскую семью, девушка все еще не могла забыть, как Клавдий отчаивался и корил себя.

«Моя минутная ошибка в конечном итоге отправила империю тысячелетия в ад».

Вскоре после родов Елена разрыдалась от горя, как только услышала его причитания. Она все еще была в крови! Она знала, что сам император не испытывал к ней никакой привязанности, но как он мог говорить такие жестокие вещи женщине, которая родила его собственного ребенка?

После того дня Елена держалась подальше от Сиана. Она больше не жаждала любви этого мужчины. У нее не было таланта терпеть ненависть и обиды.

«Почему я была такой? Мы с ним не могли жить вместе с самого начала. Я даже не знала этого, была одержима им и ненавидела его.»

После своего регресса она, наконец, поняла, почему Сиан прогнал ее и заставил ненавидеть его.

Он пытался укрепить свою императорскую власть. Великий герцог даже произвел на свет Королеву, из-за чего его власть стала так велика, что достигала небес. Эти два политически разных человека находятся в противоречии друг с другом, что делает невозможным их сосуществование. Ослепленные собственными амбициями, великие герцоги Фридрих и Лайбрик сделали то, чего им никогда не следовало делать.

«...Они отравили императрицу, чтобы сделать меня супругой».

Это был варварский акт, вызванный опасением, что императрица может родить законного наследного принца.

В то время Елена даже не знала, что это была работа великого герцога. Она даже не могла догадаться о настоящих мыслях императора, который был разгневан смертью императрицы и смотрел на нее так, словно хотел убить.

Все это можно было узнать, только если оглянуться назад на череду событий более беспристрастно с момента ее регрессии. В особенности причину, он так сильно ненавидел и обижался на Елену. Чем ближе становилась правда, тем лучше она могла контролировать себя, успокоив свои эмоции того дня, которые были наполнены любовью и ненавистью.

«Ваше величество, я никогда больше не буду стоять рядом с вами».

Это была череда плохих отношений, которые не оставили ничего, кроме боли и ненависти друг к другу. Она считала правильным перерезать веревку, а не повторять ту же ошибку.

— Ты меня слушаешь? — Елена пришла в себя под взглядом острых глаз Лайбрик.

— О, мне очень жаль. Когда я увидела Его Высочество Наследного принца, то потеряла самообладание. Он такой красивый, будет ли в жизни он выглядеть еще краше?

— Ты скоро увидишь его, так что сама и узнаешь.

— П-правда? О, я так взволнована. Я уже с нетерпением жду этого дня.

Лайбрик взглянул на Елену, которая была застенчива, как девочка, и рассказала всю личную информацию наследного принца, которую знала.

— Чтобы сделать это, ты должна быть знакомы с наследным принцем, верно? Убедись, что ты понимаешь каждое слово. — Елена безучастно кивнула.

Они провели несколько лет вместе как муж и жена, несмотря на их плохие отношения. Сиан не интересовался ею, дочерью политического оппонента, но Елена, которая жаждала его привязанности в одностороннем порядке, не была в неведении о каждой мелочи. Но тот факт, что ее взгляд так часто падал на него, вероятно, был вызван безответной любовью, которую они разделили, пусть и ненадолго.

К закату осталось всего несколько толстых портретов.

— Это последняя страница.

Елена, которая неохотно посещала занятия, притворяясь увлеченной, посмотрела на лицо оставшегося портрета.

— Это... — Несмотря на то, что она выглядела восторженной, гнев, который копился глубоко в сердце Елены, рос.

«Это ты сукин сын?»

Рен Басташе. Этот человек, больше подходящий для ублюдка, чем его собственное имя, был преемником знаменитого виконта Басташе и троюродным братом Вероники. Согласно генеалогии, он был внуком внучатого племянника принцессы Вероники, который был младшим братом ее деда.

Хотя они и были родственниками, строго говоря, семья Басташе была прислугой. Ее дед, тогдашний великий герцог Фридрих, заключил столетний договор с семьей слуг, по которому они могли быть независимыми при условии, что будут выполнять грязную работу великого герцога. Конечно, в настоящее время договор все еще действовал, и они подчинялись Фридриху. По этой причине они были полны источников неприятностей.

Рен был самым опасным слугой в мире, если бы у него был шанс убить своего хозяина, он бы это сделал.

«Подожди, если подумать, Рен подозревал меня с самой первой встречи. Почему?»

Внезапно у нее возник вопрос. Как Рен мог быть уверен, что Елена была фальшивой Вероникой менее чем через десять минут после того, как он впервые встретил ее?

«Неважно, насколько вы были молоды, вы бы не виделись так много раз».

Елена вспомнила свою первую встречу с Реном. Она оглянулась, чтобы посмотреть, не пропустила ли она чего-нибудь.

«Сначала он, конечно, не подозревал, что я лишь замена».

Должно быть, было что-то, что Елена пропустила, что укрепило его подозрения, ясные как день. Если бы только она знала, что это было…

«Что если?...»

Девушка невольно погладила себя по задней части уха. Пушистая и гладкая кожа передавалась кончикам ее пальцев. Конечно, у нее не было шрама, который должен был быть у Вероники.

«Я слышала, Вероника никогда не укладывала волосы в хвост. Она боялась, что шрам за ухом будет виден. Точно».

Шрам был не более чем позором для дворянки. Было понятно, что нужно быть чувствительным и скрывать отметину, даже если это находилось в таком неприглядном месте.

Так вот почему? Уголки рта Елены были слегка приподняты. Если бы не Лайбрик, она бы свободно рассмеялась, но жаль, что не могла.

«Я больше не собираюсь поддаваться влиянию этого сукина сына. Я могу просто сделать шрам».

Рен был человеком, с которым не следовало связываться. В результате было бы трудно заподозрить, что Елена может быть заменой.

— Рен Басташе. Наследник семьи, независимой от Великого герцогства, родственник принцессы и ее троюродный брат.

— Если бы они были родственниками, значит, они были близки?

— Нет, они на самом деле не ладили. Просто запомни, что тебе не следует подходить к нему близко.

Лайбрик тоже настороженно относилась к Рену. Это было потому, что он был амбициозным и опасным человеком, чтобы быть связанным Столетним договором. Все цифры были обозначены подсказками и рекомендациями об опасностях этого парня.

— Запомни все к завтрашнему дню. Не должно быть ни малейшей путаницы. Незначительные ошибки в человеческих отношениях необратимы.

— Я-я постараюсь.

Лайбрик добавил несколько слов Елене, которая не была уверена в себе, но проявила энтузиазм.

— Я не допущу ошибок. Отныне все реально, так что пути назад нет.

— Если это так, то не говорите мне...

Лайбрик спокойно продолжила, наблюдая, как Елена нервничает из-за всего, о чем она могла догадаться.

— Через два дня мы уезжаем отсюда и отправляемся в великое герцогство.

Раздел. 3 Хурелбард

Стоя у окна, Елена смотрела вниз на четырехколесный экипаж, припаркованный у входа в особняк. По бокам кареты, которую вели четыре белые лошади, был блестяще выгравирован орел, символизирующий Великое герцогство. Высокомерие этой птице, которая обладала властью убить даже императорскую семью, витало в воздухе.

«Мне придется пойти в гнездо, чтобы свернуть орлу шею».

Елена встала перед зеркалом и оделась. Ее светлые волосы ниспадали водопадом, а яркая серебряная вышивка на платье идеально гармонировала с ней. Но когда дело дошло до этого, именно атмосфера сделала Елену похожей на благородную даму. Ее сострадательная честность, одиноко поднятый подбородок и тривиальные жесты излучали авторитет, которому нельзя было противостоять.

*Тук-тук*

Еще до того, как раздался стук, дверь открылась, и вошла Лайбрик.

— Подъехала карета. Мы можем отправляться?

— Да. — Елена ответила и вышла из комнаты.

Когда они проходили по коридорам и выходили из особняка, ожидавшие их шоферы сдержанно кланялись. Девушка поблагодарила их в ответ несколько неуклюжим движением подбородка и села в четырехколесную коляску. Вскоре послышалось грубое ржание лошадей, и четыре круга покатились по земле.

— Ты не нервничала и хорошо поработала. Они рыцари, но все же уступают принцессе. Ты не обязана отвечать.

—Какое облегчение. Я волновалась из-за неловкости... — Елена выглядела обеспокоенной, как будто она все еще носила одежду, которая не подходила ее телу.

— Тебе нужно контролировать свои выражения, Елена. Ты знала об этом?

— Да, Лив.

Когда Елена рефлекторно отреагировала, глаза Лайбрик стали свирепыми. Девушка была похожа на цыпленка, которого ловили бесчисленное количество раз.

— Снова и снова. Почему я должна всегда поправлять тебя? Вчера умерла девочка по имени Елена. Ты что, забыла, кто ты такая?

— Я... мне жаль, я больше не повторю ту же ошибку.

— Помни о том факте, что ты принцесса и не нервничай.

Лайбрик усилила давление на случай, если она совершит ошибку. Тем не менее, добавила, что все горничные, которые обслуживали покойную Веронику, были изгнаны, так что все было в порядке. Она пыталась контролировать Елену с помощью правильного кнута и пряника.

Глава 12

Даже не зная, что она была полностью обманута Еленой.

— Как я уже говорила, у нас банкет по случаю дня рождения герцога Розетт, который является одним из основателей Империи и первым великим герцогом за последние десять дней. А до тех пор будь идеальной принцессой.

— Да, я постараюсь.

Страдая от придирок Лайбрик, которые были под предлогом советов, карета пересекла столицу тысячелетия империи и добралась до особняка. Когда она пересекла сад, Елена увидела особняк в готическом стиле. Прошло совсем немного времени, прежде чем дверь кареты открылась.

— Добро пожаловать, Принцесса. — Дворецкий, слуги и горничные, стоявшие в одном ряду, приветствовали её в один голос.

— …

Елена надменно вздернула подбородок и посмотрела на них поочередно. Никто и подумать не мог о том, чтобы поднять голову под властным взглядом, от которого волосы вставали дыбом.

— Вероника!

Она услышала взволнованный голос великого герцога Фридриха в особняке. Выйдя из здания быстрой походкой, он приветствовал Елену с распростертыми объятиями. Ей удалось сдержать смех от этого манерного представления.

— Было нелегко вылечить тебя, но я так рад, что ты вернулась здоровой.

— Спасибо за вашу заботу.

Великий герцог Фридрих громко рассмеялся, когда Елена ответила соответствующим тоном.

— Каким образом это связано с моим беспокойством? Это благодаря богине Гайе. Ну же, не стой так. Давай зайдём внутрь.

— Да, отец.

Елена и великий герцог Фридрих, которые вели себя так дружелюбно, словно они впервые за много лет воссоединились, перенесли место встречи в гостиную. Лайбрик тихо последовала за ним и села. Наслаждаясь горячим восточным чаем, все трое начали разговор.

— …Ты довольно сильно изменилась. Я вижу это по твоему внешнему виду.

Нынешняя атмосфера вокруг Елены довольно сильно удивила Великого герцога Фридрих, ведь она сильно отличалось от их первой встречи. Это было не просто из-за сходства лиц, а из-за величия дворянина, появившегося на свет с самого начала.

— Мне еще предстоит пройти долгий путь, чтобы оправдать ожидания отца.

— Я горжусь тобой. Опять же, ты мне как родная дочь. Этот великий дом теперь твой, наслаждайся.

— Как скажете, отец. – ответила Елена мягким тоном и проявила покорность.

Всего месяц понадобилось, что герцог был доволен. За это время она из невежественной и неуклюжей девушки превратилась в благородную дворянку.

— Ничего страшного в том, чтобы поздороваться, но ты, должно быть, устала от долгого пути, так что отдохни.

— Спасибо за ваше внимание.

Когда Елена встала с дивана, Лайбрик не забыла дать ей совет:

— Ты же помнишь внутреннюю конструкцию дома? Иди в свою комнату.

— Конечно, не беспокойтесь, Лив.

Елена, которая ободряюще улыбнулась, была вежлива и вышла из гостиной. Великий герцог Фридрих, наблюдавший за этой сценой, через некоторое время заговорил:

— Как и ожидалось, ты меня не разочаровала. Тебе не кажется, что она благородная маленькая аристократка?

— Это всего лишь видимость. У неё нет никаких основных знаний, поэтому даже небольшой разговор всё раскроет.

Великий герцог Фридрих был впечатлён заботой Лайбрика.

— Тогда разве это не важное дело? Скоро приём в честь дня рождения.

— Я собираюсь использовать болезнь как предлог, чтобы максимально ограничить общение с аристократами, настолько, насколько это возможно.

— Я понял. Ты прекрасно справишься сама. — Великий герцог Фридрих вяло сел и ответил. Он так доверял Лайбрик, что никогда бы ничего не сказал, что что-то вверил ей в руки.

— Более того, ваше превосходительство, процесс движения к дворцу необычен.

— Они, должно быть, снова рыщут вокруг, как щенки во время гона. Расскажи мне подробности.

Состоялся обстоятельный обмен мнениями по поводу рассмотрения накопившихся повесток дня. Поскольку большинство из них напрямую связаны с действиями великого герцога, ни одно из них не было важным.

В это время Елена вышла из гостиной, а служанки выстроились в ряд и склонили головы. Она опустила глаза и проверила, и все четверо были знакомыми лицами.

«Джейн, Миса, Лунарин и…»

Глаза Елены, которые перемещались от каждого имени в ее памяти, были прикованы к веснушчатой девушке, стоящей в конце.

«Энн.»

Ее взгляд в этот момент стал суровым. Энн, которой еще только предстояло выйти из девичества, была той служанкой, которой Елена отдала свое сердце в прошлой жизни. Несмотря на то, что она молода, была сообразительна и говорила сладкую ложь, которая всегда удовлетворяла Елену.

«От кого угодно, но от тебя я не ожидала предательства.»

Как она узнала позже, Энн была шпионкой, посланной Лайбрик. Елена это поняла только тогда, когда бандиты похитили её по приказу великого герцога. В тот момент, Энн спокойно стояла в стороне, когда ее «госпожа» просила о помощи. И только тогда Елена поняла, что Энн не была её собственной служанкой. Предположительно, именно эта горничная оставалась рядом с ней, следила за каждым её шагом и докладывала об этом Лайбрик. Стоя перед Энн, она снова вспомнила это чувство.

«С нетерпением жду того дня, когда я заставлю тебя чувствовать то же отчаяние, что и я».

Елена, которая предупредила, что не может говорить, молча уставилась на неё. Энн, что была подавлена её пристальным взглядом и молчанием, осторожно проговорила:

— Я Энн… — представившись, она нерешительно поджала губы. Это было потому, что взгляд Елены, устремленный на неё, был слишком холодным. Энн затаила дыхание. Поскольку она была служанкой, которая жила своими глазами, она чувствовала, что что-то не так.

— Что-то я не помню, разве я разрешала тебе говорить?

— Я-я сожалею.

— Опять? Я не уверена, сможешь ли ты мне служить, потому что как я вижу, у тебя не так много способностей.

Энн, которая была смущена, быстро заткнулась.

Она не знала, как с ней обращаться, и заранее чувствовала себя уверенной. Елена не думала, что почувствовала бы себя лучше, даже если бы ударила её по щеке, учитывая то предательство, которое она чувствовала в то время.

«Лучше остановлюсь на этом.»

Елена опустила руку, которая продолжала подниматься. Не было необходимости оправдывать подозрения Лайбрика, делая больше, чем необходимо. Добро следовало сохранить. Она не должна пересекать черту и ходить по натянутому канату. В этот момент считалось бы, что вернувшаяся принцесса усвоила дисциплину нижеприведенных вещей. Обернувшись, Елена почувствовала, что нервозность Энн немного ослабла. Когда она шла по коридору, горничные последовали за Еленой. Она пересекла холл и оказалась на этаже перед комнатой Вероники.

— На что уставилась? Открой дверь.

Энн, чьи плечи сотрясались от её холодного тона, быстро выбежала и открыла дверь. Проходя через просторный мраморный проход, Елена взглянула на знакомую мебель, шторы, ковры, полки и картины. На мгновение её охватило неприятное чувство.

«Ты хочешь, чтобы я пользовалась тем, что пользовалась Вероника до меня?»

От одной мысли об этом её реально передергивало и бросало в дрожь. В своей прошлой жизни она списывала эти вещи на «нравится», ничего о них не зная, но не сейчас. Елена отвернулась и подошла к шкафу. Энн встала и открыла рот, взволнованная своей поспешностью, но быстро открыла дверцу шкафа. Внутри были развешаны платья.

— Убери всё это.

— Что?

— Мне надо дважды повторять? Убери всё, я сказала.

Взволнованные горничные поспешно вытащили платья и сложили их на ковре посреди комнаты. Поскольку их было почти 20, они были настолько толстыми, что доходили им до талии.

— И снимите эти ажурные шторы с занавеской. Избавьтесь от этой уродливой картины.

Служанки сделали всё так, как им велели. Они удивлялись всему этому, но не смели спросить, была вероятность оскорбить свою хозяйку.

— Сожгите их прямо сейчас.

— Н-но… Да, я сделаю так, как вы велели.

Лунарин, старшая из служанок, собиралась что-то сказать, но быстро сглотнула. Она присоединилась к Великому герцогству четыре месяца назад после работы в другом благородном доме. По её опыту, чем капризнее хозяин, чем больше он жалуется и чем больше говорит, тем злее становится.

— Энн, скажи дворецкому, чтобы он нашёл портного, который сошьет мне платья, и лучшего плотника в столице. Прямо сейчас.

— Да? Да! — Энн уже собиралась в спешке развернуться. — Я еще не закончила.

— Ох, п-простите.

Горничная была обеспокоена строгим поведением Елены.

— Передай и это дворецкому, пусть принесёт все платья, расшитые занавески и ковры из магазинов до захода солнца.

— Да, я передам ему.

Когда Энн поспешно вышла из комнаты, Елена перешла в приемную на втором этаже, словно у неё больше не было никаких дел. В особняке было более ста комнат, но девушке нравилась эта гостиная, которая была соединена с террасой и выходила в задний сад.

Елена сидела на террасе и наслаждалась черным чаем и печеньем, которые подала Лунарин.

— В следующий раз, чай должен быть «Эрл Грэй», а первую чайную воду нужно вылить. И не делай печенья таим сладким.

— Да, мисс.

Елена вдруг уставилась на ухоженный сад.

— Много лилии, они довольно незаметные. Там ведь есть еще живые цветы по типу маргариток и тюльпанов.

— Я слышала, что вам нравятся лилии, я ошиблась?

— Нет, мои вкусы изменились. Я обязана тебе все рассказать?

— Н-нет. Я исправлюсь. Я передам садовнику ваши слова.

— Хорошо.

Елена взяла чашку с чаем и наслаждалась мягким ароматом. Вот почему возраст и опыт нельзя было игнорировать. Так было и раньше, однако, даже если она не повторила дважды, Лунарин пошевелилась, потому что знала, что имела в виду.

«Но рано или поздно Энн раздавит тебя».

Та была молода и сообразительна, поэтому быстро училась. Кроме того, в отличие от искренней Лунарин, она была хитрой и льстивой, что делало её любимицей Елены. Когда она вошла в Императорский дворец, то назначила Энн, а не Лунарин, главной фрейлиной, что должно было показать, насколько она ей доверяет.

«Скоро мне понадобится надёжная горничная.»

В представлении Елены с самого начала существовала горничная, которая помышляла о мести.

«Враг моего врага – мой друг».

Всего три года спустя империя была разрушена. Горничная осмелилась совершить покушение на великого герцога Фридриха, и даже Лайбрик не справилась с тем, насколько детальным был план. Хоть все провалилось, если у неё хватило смелости спланировать и совершить покушение, она заслуживает быть рядом с Еленой.

Глава 13

*Тук, тук*

Лунарин быстро отреагировала на дверной стук в гостиной, и оповестила об этом.

— Мисс, портной Люсьен пришел.

— Скажи ему, пусть войдет.

Получив разрешение, помощница, которых привел с собой портной, начали переносить платья, занавески и ковры в гостиную. Елена вошла в комнату только после того, как все уже было здесь.

— Приветствую Ваше Высочество принцессу.

— Спасибо, что пришли. Я слышала от дворецкого, что вы ответственны за платье для вечеринки по случаю дня рождения?

— Да, и на самом деле надо взять мерки.

— Давайте для начала посмотрим на дизайн.

Портной Люсьен кивнул и велел помощнику принести чертежи одежды. Елена, которой вручили дизайнерскую записку, посмотрела на неё мрачным взглядом. После такой сухой реакции мужчина занервничал.

— Вам не нравится?

— Линия прекрасная, но кружево нестандартное. Кроме того, очень классические.

— Так ли это? Если у вас есть стиль, который вы хотите, мы будем его воплощать.

Если бы он изменил дизайн сейчас, было бы чрезвычайно трудно изготовить его до банкета по случаю дня рождения. Несмотря на это, он не подал виду, так как это был приказ принцессы Вероники.

— Все, что мне нужно, — это платье, соответствующее моему положению светской львицы. Знаешь, как Млечный Путь в ночном небе, ощущение звездного света.

— З-звездный свет? – спросил портной, нахмурив брови. Это была слишком абстрактная просьба, чтобы её удовлетворить.

— Когда он освещен, то становится более красочным. Платье, которое выделяет меня, как пятицветный Млечный Путь в ночном небе.

— Галактика, млечный путь.

— Завораживает просто представить себе платье с захватывающим звездным светом.

— О! У меня есть приблизительное представление о том, каково это. Я сделаю все возможное.

Елена молча улыбнулась, наблюдая за Люсьеном, который, казалось, был настроен решительно.

«Не стоит так сильно стараться. Всё, что тебе нужно сделать, это взять с собой ультра-дорогое платье с дорогими украшениями, такими как рубины, сапфиры и жемчуг.»

Было ясно, что этого будет далеко недостаточно. Времени будет мало, и гармонии не будет из-за платья, которое стремится только к роскоши.

«Для меня это не имеет значение».

Она не хотела, чтобы её заметили в этом платье, и не собиралась привлекать к себе внимание. Елена разработала разумный план. Поглоти богатство великого князя! От одной только мысли об этом все ее тело затрепетало. Елена потратила ограниченную сумму денег под контролем Лайбрика. Как пособие. Она приняла это по глупости, думая, что это естественно.

Почему? Она фальшивая Вероника. Она - замена.

Но сейчас, когда она взглянула на это, не было никакой причины вообще. Начиная с вечеринки по случаю дня рождения, все дворяне Империи будут принимать её как принцессу Веронику. Елена была настолько хороша, настолько реальна, насколько её признавало общество. Как только она поняла это, у неё не было намерения тратить деньги под контролем Лайбрика.

Елена планировала стать лучшей роскошной женщиной на континенте. Богатства великого герцога, которые не иссякнут, останутся сухими. А платье, украшения, обувь и аксессуары, которые она купила, будут распроданы отдельно. В частности, платья с недорогими украшениями имели стоили дешевле.

Другими словами, предметы роскоши, приобретенные как часть состояния великого герцога, будут распроданы и полученные деньги станут секретным фондом, которым Елена могла бы управлять тайно.

— О, я чуть не забыла, только никому, кроме меня, не говорите, что вы изменили дизайн платья. Я хочу удивить не только своего отца, но и аристократов, которые пришли отпраздновать день рождения.

— Я буду держать рот на замке.

Елена сменила тему только после того, как выбрала еще несколько платьев.

— На этом, пожалуй, все, что касается платьев. Давайте посмотрим на занавески с вышивкой.

— Да, это занавески, на которых вышиты снежинки на шелке.

После того, как ей все объяснили, Елена выбрала шторы и ковры, которые ей понравились, и повесила их в своей комнате. Вскоре после завершения её обязанностей её посетил плотник.

Мужчина, который делал мебель из двух, казалось бы, невероятных предметов из мрамора и старого дерева, был одним из лучших мастеров в империи. После запроса на изготовление кровати тумбочек, шкафов для одежды и шкафов, которые отражают вкус Елены, плотник вернулся к работе.

«Лайбрик задерживается? Я думаю, что самое время ей прийти».

Елена сидела на террасе, наслаждаясь чаем и закатом.

— Миледи, виконтесса Лайбрик здесь.

— Пусть войдёт.

Официально, у Лайбрик была Виконтессой. В империи, где права женщин были выше, чем в других странах, они также могли носить титулы. Когда Лайбрик вошла в гостиную и увидела Елену, сидящую на террасе, то её глаза расширились.

— Мне нужно поговорить с принцессой Вероникой, поэтому оставь нас одних.

— Да.

Как только Лунарин ушла, женщина вошла на террасу, с которой дул холодный воздух.

— Лив, вы пришли? Садитесь. Вкус черного чая, когда пьешь его, любуясь закатом, просто превосходный.

Выражение лица Лайбрика стало еще суровее от приглашения девушки, которая сидела легко и непринужденно.

— Что ты делаешь?

— Да? Что? — Елена, слегка слащённая резким вопросом, поставила чашку, которую держала в руках.

— Я ведь предупреждала тебя, чтобы ты не действовала самовольно. Ты не только сожгла свои платья и занавески, но и привела портниху и плотника? Я предупреждала тебя. Я желаю, чтобы ты посоветовалась со мной и спросила разрешения на все.

— …Было ли это чем-то, на что мне нужно было разрешение?

Глаза Елены наполнились слезами и посмотрела на Лайбрик невинным выражением лица, Лайбрик подавила свое раздражение с нечеловеческим усилием.

— Ты думала, что тебе не нужно разрешение?

— Я полагала, что эта мелочь может быть решена по моему усмотрению без разрешения Лив.

— Что?

Елена плакала:

— Я знаю. Я думала, что Лив всегда занята, и в лучшем случае я не могла расспрашивать её о каждой мелочи, связанной с переодеванием или мебелью. Я что-то сделала не так?

— Тебе следовало спросить. Ты не думала, что тебя могут заподозрить?

Выражение лица Елены стало озабоченным при словах о сомнении.

— Почему меня должны заподозрить? Я не понимаю. Лив, что я сделала не так? Пожалуйста, скажи мне, и я постараюсь более не совершать такого, хорошо?

— …

Лайбрик на мгновение потеряла дар речи, когда её снова спросили. Были сомнения, но никто в Великом герцогстве не заподозрил бы, что Елена - фальшивка. Это потому, что она выгнала всех тех, у кого были небольшие отношения или кто помнил Веронику. Поведение Елены было бы просто расценено как каприз.

— Нет ничего страшнее всяких сплетен. Контакт с посторонними может стать причиной пожара.

— О, вот почему. Мне жаль. Я попрошу разрешения, даже если это будет мелочью. Так что прости меня за мою сегодняшнюю ошибку, Лив.

Лайбрик неохотно кивнул в ответ на искреннюю просьбу. Несмотря на то, что женщина, безусловно, была той, кто проявил инициативу, это казалось неправильным, потому что она каким-то образом чувствовала, что её остановили.

Елена, напротив, была очень довольна. Это было потому, что она ловко избежала допроса Лайбрика, и в то же время было за что зацепиться.

«Ты хочешь, чтобы я просила у тебя разрешение? Ладно, все будет так, как хочешь ты».

Если она собиралась последовать её примеру, она искренне последовала бы за Лайбрик.

«Но это ничем хорошим не закончится».

Она не собиралась прислушиваться к тому, чего желает Лайбрик.

***

Лив всегда не хватало времени. Она всегда была загружена, так как в Империи не было еще места, где не распространялась бы власть великого герцога Фридриха, в империи власть великого герцога Фридриха не имела себе равных. Трудно было найти что-либо вне её досягаемости, от главных торговых вопросов до частных встреч аристократов на периферии.

Лайбрик сняла очки и потерла рукой затуманенные глаза.

«Слишком много времени уходит на дорогу в Герцогство и обратно».

Однако это был вынужденное решение. Отсутствие принцессы Вероники стало большим ударом по наследственному составу Великого герцогства. В частности, Сэр Рен из Дома Басташе, который стал независимым от боковой линии, был молод по годам, но он не был простым человеком.

К настоящему времени великий герцог Фридрих был жив, здоров и дышал, но как только отсутствие принцессы Вероники затянется, велика вероятность того, что он внезапно станет преемником великого герцога, ссылаясь на свою “родословную”. Чтобы предотвратить это заранее, ей пришлось самой отправиться на другой конец континента и заняться хлопотами по доставке Елены.

Это был лучший вариант для Лайбрика, но завал документов для оформления и повестки дня, которую нужно было обработать, было достаточно, чтобы даже умная женщина устала и стала чувствительной.

«Тук, тук»

Стук в дверь заставил Лайбрика вздрогнуть. Она была уверена, что приказала никого не впускать.

— Это я, Лив. — Елена открыла дверь без разрешения и наклонила голову. — Простите меня, я знаю, вы сказали никого к вам не впускать.

— Нет, не стой там, заходи.

Заметив её недовольный тон, Елена тихо вошла в комнату.

— Вы мне вчера сказали, чтобы я просила у вас разрешение даже на всякие мелочные решения.

— Да, я помню.

— На самом деле у меня нет обуви, которую я могла бы носить, так что, похоже, мне придется обратиться к сапожнику и заказать их отдельно. Будет ли это нормально?

— Да.

Лицо Елены просветлело, когда Лайбрик с легкостью согласилась.

— Правда?

— Ты сообщила, что тебе нужно. Скажи дворецкому, чтобы привел одного из лучших мастеров столицы.

— Большое вам спасибо за вашу заботу, Лив.

Выходя из офиса, Елена взмахнула юбкой, как будто не могла скрыть своей радости.

Лайбрик снова перевела взгляд на стопку бумаг. Внезапный визит нарушил ход работы, но она не чувствовала себя в безопасности, не контролируя каждый шаг Елены, которая все еще была непонятной заменой.

А может быть, через час или около того?

«Согласно отчету, виконт Бьянка поддерживал неофициальный контакт с Императорской семьей…»

Она только начала думать об этой проблеме…

«Тук, тук»

Елена высунула голову, Лайбрик рефлекторно подняла голову на стук.

— Извините, что прерываю с работы, Лив. У меня есть вопрос.

— Что случилось? — спросила женщина, сдерживая раздражение.

— После переодевания у меня не было ни ожерелья, ни сережек, чтобы надеть.

— Скажи дворецкому, чтобы он привел ювелира из столицы.

— Мне правда так можно? — Елена сверкнула глазами.

— Есть еще что-нибудь, о чем ты хочешь поговорить?

— А? Нет.

— Тогда, выйди.

Кивнув, Елена покинула кабинет.

Глава 14

Лайбрик, которая стала чувствительной после того, как её уже дважды отвлекли от работы, снова вернулась к документам. Несчастный случай, в который она погрузилась довольно глубоко, зашел в тупик, поэтому она потратила значительное количество времени, чтобы снова продолжить размышления.

*Тук, тук*

Но вторжение Елены, которое, как она думала, должно было закончиться, только начиналось.

— Извините, что мне приходится каждый раз беспокоить вас, но Лив, драгоценности стоят дорого. Сколько я могу купить?

— Купи столько, сколько тебе надо.

Голос Лайбрик стал нервным. Это происходит потому, что ее концентрация продолжает нарушаться, а эффективность обработки данных была разрушена. Елена сказала, что понимает, и пообещала больше не вмешиваться. Но вскоре, снова кто-то постучался в дверь.

— Сколько именно вы сказали? Я никогда в жизни не покупала столько, сколько мне было нужно…

— Купи сама. Столько, сколько ты хочешь. Тебе обязательно всё мне докладывать?

— Хорошо!

«Она больше не потревожит меня».

Не потребовалось много времени, чтобы понять, что это была иллюзия. Елена навещала Лайбрик без перерыва, как ребенок, которому нужно разрешение матери.

— Горничные сказали, что сейчас натуральная косметика в моде. Я бы хотела купить себе немного, можно мне? - Не прошло и часа, как Елена снова вернулась, она выглядела как ребенок, которой нужно разрешение матери. Действительно, начиная с небрежной просьбы.

— Ванильный чай пахнет так вкусно, но его нет в особняке. Я очень хочу его попробовать…

Даже спрашивая разрешения на личные и незначительные вещи.

«Она что, играет со мной?»

Терпение женщины достигло предела. Она хотела предупредить её, дав ей пощечину, но не могла. Через десять дней должен был состояться день рождения Великого Герцога. Первое, что нужно было сделать, это срочно потушить пожар, но сложно было оставить царапину на лице Елены или создать незначительные помехи.

Лайбрик стиснула зубы.

«… Я сделаю это, после мероприятия».

На следующий день, на рассвете. Чтобы закончить монотонную работу, Лив с утра пораньше закрылась у себя в кабинете. Ей нравилось эти спокойные часы, когда все еще спят. Тихое утро -лучшее время для максимальной концентрации. Её мозг также работал быстрее, от чего, обработка информации тоже ускорилась.

*Тук, тук*

Пока она не услышала стук, который вызывал у неё нервоз.

— Я проснулась раньше, и решила прогуляться, но увидела, что свет был включен. Я пришла поприветствовать вас, не помешала?

— …

Лицо Лайбрик, у которой нарушили внутренний баланс стало выглядеть холодным, как лед. Оглядываясь назад, можно спокойно сказать, что это впервые, когда кто-то так сильно испытывает её терпение. Даже великий герцог Фридрих, который утверждал, что управляет империей, давал ей волю и уважал её.

«Как ты смеешь, маленькая девчонка!»

Лайбрик сильно прикусила губы. Во рту у неё был легкий привкус крови. Это было сделано для того, чтобы сохранить терпение, которое уже достигло предела.

Елена, чувствовав, что атмосфера стала необычной, испугалась, потому что не знала, куда девать глаза.

— М-мне очень жаль. Я вернусь позже.

Лайбрик, которая едва набралась терпения, которое чуть позже было прервано этим словом «вернусь», заговорила:

— Входи.

— Мне можно?

— Я только что приготовила чай, так что не думаю, что он остыл. Я просто разберусь с этим документом, а потом мы сможем поговорить.

Елена села на диван напротив стола. Лайбрик написала что-то на пергаментной бумаге, смакуя чай из теплой чашки, и поставила её на стол.

— Ч-что это?

— Это руководство, с которым нужно ознакомиться внутри дома.

Пристальный взгляд Елены обратился к пергаменту. В нем были указаны права, которые могут быть осуществлены в пределах резиденции, объем которых и соответствующая строка, которую не следует превышать.

Примерно так выглядело основное положение.

1. Вам не нужно разрешение, чтобы встретиться с торговцами, портными, плотниками и т. Д. Встретиться можно только с теми, кто договорился через дворецкого.

2. Каждые 10 дней вам будет разрешено использовать максимум 20 000 франков.

3. Сообщайте о расписании каждое утро и двигайтесь в соответствии с ним или с разрешения. Однако никогда не нарушайте заведенный распорядок дня.

4. Найдите меня только на условиях, которые не подпадают под эти пункты. В противном случае, поступайте согласно рекомендациям, изложенным в данной статье.

(п/п: т.к. это все же документ, поэтому я и перевела в 3 лице)

Пункт 1 в сторону, Елена фыркнула, отметив пункт 2.

«Я принцесса, и ты хочешь, чтобы я тратила всего 20,000 франков?»

За такие деньги можно купить десять лошадей хорошей породы, что эквивалентно расходам на проживание простых людей в течение нескольких лет. Общая стоимость вышитых занавесок, ковров и обуви, которые купила Елена, составила бы примерно 20,000 франков. Это были большие деньги, которые большинство дворян не могли заплатить, если смотреть на них как на роскошь в течение 10 дней. Однако таков был стандарт всего дворянства, а это был великий герцог. Уважаемый всеми дворянами и великим герцогом!

Богатство и имущество великого герцога были колодцем, который никогда не иссякал, сколько бы ни тратил. Это действительно был Великий герцог, куда стекается больше богатства и товаров, чем расходует Елена.

«Сколько это было? Я думаю, что израсходовала почти 100,000 франков в течение десяти дней, чтобы сохранить достоинство прямо перед тем, как стать королевой-консортом».

Это была примерно та сумма денег, которую она тратила, чтобы поддерживать свое благородство в условиях, когда её упоминали в качестве кандидата на престол. По сравнению с тем временем это была чрезвычайно маленькая сумма.

«Ну, я все равно могу это проигнорировать».

Это было бессмысленное ограничение. Несмотря на то, что лимит был установлен, если бы она внесла его на счет великого герцога от имени принцессы Вероники, ему пришлось бы заплатить. Возможно ли было, чтобы светская львица принцесса Вероника превратилась в недобросовестного должника, который не платит за товары? Если это так, то репутация принцессы Вероники резко упадет, и в то же время престиж великого герцога упадет до самого дна. Это было связано с тем, что честь принцессы Вероники была напрямую связана с телом великого герцога. Так что не было никаких причин беспокоиться о ограничении.

Елена обратила внимание на третий пункт. Составление отчетов по своему расписанию. В своей предыдущей жизни Елена переехала с разрешения после того, как отчиталась перед Лайбрик о каждом шаге на этом пути. Это было сделано для того, чтобы контролировать и следить за Еленой, которая была неуклюжей по отношению к Веронике.

«Я обязательно воспользуюсь этим пунктом».

Не нарушать правила, предписанные Лайбрик. Это только усилило бы ненужную враждебность и бдительность. Она должна была тщательно притворяться внутри. Просто интерпретировать и использовать правило таким образом, чтобы это было выгодно для Елены.

— Ты все запомнила?

— Да.

Лайбрик поднесла пергамент к свече и сожгла его. Разлетелся черный пепел.

— Повторяю, пожалуйста, воздержись от расспросов о личных действиях.

— Я чувствую себя более комфортно с этими рекомендациями. Я знаю, что делать, а что – нет.

Впервые за долгое время это было идеальное предложение для Лайбрик. Она надеялась на Елену, которая хороша только в том, что ей говорят делать.

— Так, как я уже здесь, я получу разрешение на свое расписание. Более, не хочу тревожить Лив.

— Да, сделай так.

«Все должно быть именно так.»

Лайбрик пожалела, что не контролировала её с помощью ограничений с самого начала.

Елена держала ручку на столе и думала. После долгих размышлений пергамент был разделен на утреннее и дневное расписание.

— Утром ты должна встретиться с ювелиром, а днем отправиться на прогулку, верно?

— Сад на заднем дворе был таким большим, что я подумала, что на осмотр уйдет весь день.

Лайбрик кивнула. Казалось, не было необходимости беспокоиться о чем-то особенно тревожном.

— Я дам тебе разрешение.

— Вы знаете, Лив… — Елена заколебалась и округлила глаза.

— У тебя есть еще что сказать?

— Назначение рыцаря, о котором я говорила ранее. Когда…

— Я думала об этом.

— Действительно? О, мое сердце уже бешено колотится. Так когда же я смогу увидеть своего рыцаря?

Елена выглядела взволнованно, как инфантильная девочка.

— Скоро. Я ищу того, кто подойдет принцессе.

— Он правда подойдет мне?

— Он многообещающий рыцарь даже в пределах Великого герцогства. Он превосходно владеет мечом, поклоняется рыцарству, и больше всего на свете он хочет, чтобы рядом с ним была прекрасная принцесса.

— «Прекрасная принцесса»? Он правда так сказал?

— Да.

Елена развила мечту о восторженной любви. Когда реакция, казалось, прошла половину пути, Лайбрик вбила клин.

— В мире много прекрасных рыцарей, но я осмелюсь сказать, что именно он подходит нашей принцессе.

— Можно мне узнать его имя?

— Это Сэр Лоренц.

— О, у него прекрасное имя! Жду не дождусь встречи с ним!

Лайбрик удовлетворенно кивнула.

— В этом нет ничего плохого. Давай выпьем по чашечке чая сегодня днем.

— П-правда? Тогда, увидимся скоро, Лив.

Елена взволнованно повернулась, закончив свои действия.

«Лоренц - хороший рыцарь для меня? Только в тому случае, чтобы присматривать за мной».

Выражения застенчивости нигде не было видно. Она чувствовала себя неловко, потому что было так очевидно, что она пыталась представить Лоренца как массовый продукт и пристроить его рядом с Еленой.

«С нетерпением жду этого. Я назначу лучшего рыцаря, которого ты даже представить себе не можешь».

Елена тихо покинула кабинет.

****

Во второй половине дня Елена вышла из особняка в легкой одежде.

— Я хочу прогуляться под солнечными лучами.

В сопровождении своих ближайших помощников Елена спокойно прошла по залу. Сад на заднем дворе выглядел совершенно иначе, чем в предыдущем. В то время как сад казался искусственно ухоженным, задний сад был сохранен в своем естественном состоянии с озером в центре.

«Я была очень разочарована, увидев сад на заднем дворе дворца».

Дело было не в том, что его ухоженность была плохой. Покровительство великого герцога было слишком велико.

Елена долго шла по спокойному озерному пейзажу и безоблачному, высокому, ясному небу. Шаги девушки имели в виду определенную цель. Тренировочная площадка за лесом зелкова. Расположенный на окраине района попечительства, он представлял собой своего рода физическую тренировочную площадку, построенную для повышения базовой физической силы и выносливости рыцарей, помимо основной тренировочной площадки, где в основном практикуется фехтование.

— Ха! Хэй!

Огибая угол зелкова леса, она услышала крики рыцарей. Пересекая густой лес, Елена с первого взгляда увидела открытую тренировочную площадку.

— В-вы разве не принцесса?

Один местный рыцарь неловко склонил голову. Другие тоже были смущены внезапным визитом принцессы.

Глава 15

— Джеймс, глава 2-го рыцарского подразделения, приветствует вас. Как принцесса попала в это скромное место? — мужчина средних лет с красивыми усами спросил Елену о причине ее здесь пребывании.

— Я просто шла и оказалась здесь. Я вам помешала?

— Возможно ли это? Это просто незапланированный визит...

Елена улыбнулась ему.

— Идите вперед и заканчивайте свою работу. Я спокойно выпью чашку чая и вернусь.

— Вы имеете в виду, что у вас здесь есть время для ч-чаепития?

Вместо ответа, слегка кивнув, Елена жестом указала под роскошно густую елку. Затем горничные расправили скатерть и поставили чай и печенье, которые они принесли. Девушка, грациозно сидя, наслаждалась горячим напитком и смотрела на выражение лиц четырех женщин.

— Вау.

— Ох, ох...

Рты всех четырех служанок были полуоткрыты. Физическая выносливость рыцарей, которые снимали свои верхи и тренировали свои гладкие мышцы, возбуждала женщин, что глазели на противоположный пол.

— Энн, разве за этим не приятно наблюдать?

— Что? О-о чем вы говорите

Елена ответила, смакуя чай:

— Ты ведешь себя так дерзко. Как ты объяснишь покраснение своего лица?

— Это... это... — горничная запнулась и растерялась, не понимая, что делать. Она не знала, что Елена спросит об этом так прямо.

«Какой смысл подшучивать над самим собой?»

Елена, поставившая чашку, посмотрела на тренирующихся мужчин:

— Твои глаза выглядят хорошо. Эй, ты видишь рыцаря, держащего дерево? Его тело выглядит очень желанным. А как насчет пресса? Они все так мило выглядят.

— В-вы правы. Они все красивые.

— Правда же? Что ж, Энн, на этот раз говори ты. Кто из них выглядит лучше всего?

Служанка поколебалась и указала на рыцаря:

— Т-тот, что в углу. Он похож на скульптуру.

— Он не так уж плох. У тебя довольно хороший вкус на мужчин.

Фрейлинами тоже были женщины. Точно так же, как у аристократов и четырех великих герцогов был роман, служанки могли представить, что такое могло произойти и с ними, глядя на рыцарей.

«Хватит завязывать глаза».

Хороши были мужчины или нет, Елену это не интересовало. Это было просто замечание, сделанное для того, чтобы показаться снобистской женщиной, которая пыталась украсть тела рыцарей.

«Я уверена, что ты принадлежал ко 2-му Рыцарскому отряду...»

Елена с тревогой кого-то искала.

«Ледяной рыцарь Хурелбард».

Через три года он станет самым молодым командором Второго Ордена и будет известен как лучший рыцарь в Империи, как для себя, так и для других. Помимо его превосходного владения мечом, его холодная и эмоционально непроницаемая внешность принесла ему титул «Ледяного рыцаря» в глазах публики. Всего два года спустя Хурелбард был назван одним из трех мечей, защищающих империю.

Первый меч, Варисса, меч-основатель, передаваемый по наследству в Императорской семье.

Второй Меч, Рыцарь Льда, Хурелбард. Третий меч, дикий волк, Рен.

Учитывая, что первый меч —настоящий, это не имеет значения. Можно с уверенностью сказать, что Хурелбард, наряду с Реном, являются лучшими фехтовальщиками империи. Елена усердно работала, чтобы заполучить его.

«Он должен быть здесь. Почему я не могу его увидеть?»

Девушка пила чай, чтобы утолить свою жажду от нервозности.

— П-посмотри на это. Что это за лицо такое?

Женщины, добравшиеся до того места, куда указала Энн, широко раскрыли глаза.

— …!

Елена сделала короткий вдох. Белая кожа, которая не загорела на солнце, темно-зеленые волосы, выглядел немного молодо, но он точно соответствовал ее воспоминаниям о Хурелбарде.

— Мне жаль это говорить, но он великолепен. До такой степени, что я ревную как женщина.

— Действительно. Я думаю, что он отлично подходит к выражению «красивый».

Она не могла оторвать глаз от искренней признательности Энн. Елена не могла отрицать этих слов. На самом деле, у Хурелбарда был более подходящий внешний вид, чтобы просто сказать, что с ним все в порядке.

Елена поставила чашку на стол и встала. Она грациозно вышла из тени дерева и пересекла середину плаца. Рыцари не могли оторвать глаз от девушки, которая внезапно ворвалась на их тренировку.

Она подошла к безымянному мужчине, который тренировался поблизости.

— В-ваше высочество принцесса. — Сбитый с толку рыцарь быстро стал вежливым.

— Я не могла сидеть спокойно, наблюдая за тобой издалека.

— Что? Что вы имеете в виду? — не понимающий мужчина, медленно поднял глаза.

И сделал вдох, даже не осознавая этого. Елена достала носовой платок с вышитым символом Великого Дома и вытерла пот с его лба рыцаря.

— Благодаря вашему энтузиазму Великий Дом все еще существует по сей день. Я от всего сердца хочу сказать вам спасибо за это, — сказала девушка, глядя на рыцаря, стоящего с покалывающим взглядом.

Тот был так тронут, что не мог говорить. Прикосновение Елены, искренность слов были переданы так, что его сердце затрепетало. Она вытерла пот со лбов и подбородков некоторых рыцарей, а затем подошла к Хурелбарду.

«Ты не представляешь, как сильно я скучала по тебе, ледяной рыцарь».

Ей хотелось пожать ему руку, потому что она была рада его видеть, но сдержалась. Вместо этого девушка заменила непереводимое приветствие очаровательной улыбкой, которая потрясла светский мир.

— …!

Лицо парня, когда он встретился с ней взглядом, смутилось. Он смотрел поверх глубокого взгляда Елены, уголков ее губ и глаз, которые, казалось, впитывали его. Хурелбард был в замешательстве от этой обольстительной улыбки. Он был совершенно не в своем уме.

«Ты еще молод».

Было ли это потому, что он был на три года моложе своей прошлой жизни? Хурелбард был каким-то незрелым. Она не могла избавиться от этого ощущения. С другой стороны, улыбка Елены была роковой.

«…»

Хурелбард не знал истинной природы пламени, которое изливалось глубоко в его душе, подобно действующему вулкану. Он был ошеломлен биением сердца и замешательством из-за противоположного пола. Тем не менее, было очень впечатляюще видеть, как парень крепко прикусил свои коренные зубы, чтобы не упасть в обморок. Возможно, произошел кратковременный срыв, но он проявил готовность не терять самообладания.

Елена наслаждалась реакцией Хурелбарда, который на мгновение встревожился. Казалось, она подглядывала за той стороной ледяного рыцаря, о которой другие не знали.

«Я пока уйду».

К сожалению, девушка обернулась с улыбкой в глазах. Чрезмерное внимание неизбежно приводило к отравлению. Лучше было воздержаться от действий, которые могли бы вызвать подозрения Лайбрик, пока она не станет полностью самостоятельной личностью.

— Хоть это был случайный визит, но я была очень впечатлена вами всеми сегодня. Есть много сильных, благородных, преданных рыцарей. Итак, я приняла решение. — Елена положила свои изящные руки на грудь, глубоко вздохнула, как будто успокаивая свое ошеломляющее выражение лица, и снова посмотрела на рыцарей. — Уже поздно, но я думаю, что назначу встречу в течение нескольких дней.

— Н-наконец-то!

На анфас рыцарей возлагались большие надежды. Кем была принцесса Вероника? Она была наследницей Великого герцогства, которое в будущем может стать великой Императрицей. Быть прямым рыцарем такой Вероники было очень славным и почетным делом, поэтому у любого мужчины не было другого выбора, кроме как желать этого.

— Мне было так жаль... что у меня не было возможности узнать, какие вы все замечательные люди, потому что я плохо себя чувствовала.

Атмосфера рыцарей стала торжественной. Принцесса, которая вернулась после нескольких лет борьбы с болезнью, была жалкой, но ее сердце - очень добрым.

— Я хочу выяснить это сейчас. Поэтому, пожалуйста, приходите на церемонию. Таким образом, я смогу увидеть и судить своими собственными глазами, а затем я смогу назначить себе рыцаря.

— В-вы имеете в виду, что будете делать это самостоятельно?

— Да, я сделаю это сама.

Твердый ответ Елены немного смутил Джеймса. Ее заявление было неординарным. Основные вопросы, такие как назначение прямого рыцаря, решаются в соответствии с особой процедурой. Даже если это была церемония посвящения в старшие классы, это было просто формальное мероприятие, и прямые рыцари часто решались заранее.

— Я уже в восторге от того, кто будет моим рыцарем. — Глаза Елены, которые широко улыбались, были устремлены на Хурелбарда. Как будто она целилась в него. И бесстрастное лицо парня, что не понимало значения этого взгляда, слегка исказилось.

***

Без помех со стороны Елены Лайбрик справлялся с работой с пугающей скоростью.

«Я не могу поверить, что мне потребовалось два дня, чтобы сейчас закончить менее, чем за сутки. Если бы это было по расписанию, я бы уже проверила дату дня рождения».

Великое герцогство было занято подготовкой к банкету по случаю дня рождения Герцога Розетты, который должен был состояться через неделю. Поскольку это был праздник в память об основателе 1000-летней империи и самой знатной семьи в нынешнем государстве, было на что обратить внимание.

*Тук-тук*

Лоб Лайбрик был нахмурен.

— Это Лоренц.

— Войди. — женщина прижала руку к виску. Казалось, она стала неосознанно чувствительной из-за невыносимого поведения Елены. — Садись.

Когда он сел на диван, Лайбрик сразу перешла к делу:

— Лорд Лоренц, пожалуйста, станьте рыцарем принцессы.

— Это как раз то, чего я хотел. — мужчина сказал, что сделает это без колебаний.

Для него, гордого рыцаря, было нелегким решением служить Елене как мастеру, хотя знал, что она была заменой. Тем не менее, Лоренц активно принял ситуацию, потому что хотел восполнить пропажу ее родителей.

— На первый взгляд, тебе придется проявить лояльность к принцессе. И, возможно, придется следить за каждым ее движением, а иногда и контролировать ее.

— Не волнуйтесь. Могу я попросить вас об одолжении, прежде чем я выполню задание?

— Это неожиданно. Лорд Лоренц сделал все, о чем я просила. Говори.

— Позвольте мне смыть мою запятнанную честь в тот день, когда моя леди принцесса Вероника... вернется на свое место.

Он служил фальшивке. Если бы мужчина не знал, то смог бы это сделать. Работа для Великого Дома была выполнена, но этот приказ был весьма позорным для рыцаря. По этой причине Лоренц надеялся когда-нибудь убить фальшивую принцессу собственными руками.

Глава 16

Лайбрик улыбнулась:

— Я обещаю. Ты возьмешь имя рыцаря Лоренца.

Говоря о смерти Елены, ни один из них не чувствовал вины или сожаления. Эта девушка была для них просто игрушкой. В конце кукольного представления не было смысла тратить время на марионетку из дров, которых было достаточно, чтобы превратить их в пепел.

— Давай поужинаем с принцессой сегодня вечером, будем ковать железо, пока оно горячо. Церемония пройдет в спокойной и неформальной обстановке в течение двух дней.

Все нервы Великого Дома были на банкете по случаю дня рождения. Здесь нет места для грандиозной церемонии отбора, поэтому не было необходимости сажать Елену, которая не была знакома с Вероникой, за официальный стол.

— Тогда вынужден откланяться. — Лоренц как раз собирался вставать с дивана.

*Тук-тук*

Еще до того, как стук прекратился, дверь кабинета открылась.

— Мне жаль. Я знаю, это грубо, но это срочно...

— Лорд Беллоу? Заходи.

Найт Беллоу вошел в кабинет, тяжело дыша.

— Ее Высочество принцесса была на тренировочной площадке.

— Что?! — Голос Лайбрик стал резким. Что ты имеешь в виду под тренировочными площадками? У нее было зловещее предчувствие, что Елена могла совершить неожиданный поступок.

— Она нанесла незапланированный визит и заявила, что через несколько дней у нее будет важная церемония назначения рыцаря.

— Что за...

— Она даже приказала позвать рыцарей, чтобы они увидели и представили себя на этом мероприятии. Это беспрецедентно, ничего страшного?

Лайбрик стиснула зубы. Это не могло быть хорошо. Елена сделала противоположное ее плану. Как будто для того, чтобы испортить ей жизнь. Самая большая проблема заключалась в том, что исправить ошибку Елены было нелегко. Это был не просто что-то незначительное, а разговор перед рыцарями, которые ценят честь. При таких обстоятельствах было бы нехорошо менять свои слова.

Помимо отсутствия доверия среди рыцарей, существовала высокая вероятность серьезного ущерба репутации принцессы Вероники, которая уже страдала от различных слухов из-за своего долгого отсутствия.

С точки зрения Лайбрик, то и это стало невозможным.

«Я предупреждала тебя, чтобы ты следил за своим языком. Ты хочешь смертного приговора?»

Впервые почти за много лет женщина почувствовал чистый гнев по отношению к человеческому существу.

«Я была такой спокойной, когда мне действительно нужны были меры контроля».

Это была ошибка. Этого бы не случилось, если бы она хотя бы держала поводья в руках.

— Лорд Беллоу, приведите принцессу сюда. Прямо сейчас!

— П-понял. — Повинуясь ледяному приказу Лайбрик, Беллоу в спешке выбежал из кабинета.

***

Захватывающая дух тишина воцарилась между Еленой и Лив. Женщина, которая вызвала ее в свой кабинет, держала рот на замке по меньшей мере полчаса.

Если бы это была Елена в прошлом, у нее были бы булавки и иголки, и она была бы занята, пытаясь не высовываться. Однако такого рода давление никак сейчас на нее не повлияло. Многие ожидали, что скажет Лайбрик, и она подготовила разумные контрмеры на это.

Елене даже наскучило это время. В конце концов, девушка, которая ненавидела бессмысленную трату секунд, прервала свое молчание с очень сожалеющим лицом.

— Что еще я сделала не так?

— Ты действительно спрашиваешь, потому что не знаешь? — В низком голосе женщины послышался холодок.

Елена подняла голову и осторожно заговори, глядя на лицо Лив.

— Мне жаль. Честно говоря, я не знаю. Я просто прогуливалась по патронажу, а когда добралась до тренировочной площадки, встретила рыцарей и сказала им несколько слов.

— Сколько слов ты сказала?

Елена вздрогнула в ответ на резкий ответ Лайбрик.

— ...Я вспомнила о твоем обещании мне. О том, что я могу сама назначить благородного рыцаря. Мое сердце колотилось как сумасшедшее, из-за того факта, что для меня найдется личный страж. Вот почему я заговорила об этом. Я собираюсь назначить своим рыцарем самого благородного человека в Великом герцогстве. Неужели это так плохо?

Речь Елены была умной. Она переложила всю ответственность на Лайбрик. Девушка даже не упомянула ни о каких сомнительных проблемах. Что было более впечатляющим, так это выражение ее лица. Она даже показала свое разочарование из-за того, что на самом деле не знала, что сделала не так, и даже заплакала.

(п/п: продолжай, моя девочка)

— Ты! Ты... — Лайбрик сдержала свой гнев. — Разве ты не понимаешь? Я расстроена тем, что принцесса сказала, что пригласит рыцарей на церемонию, даже не обмолвившись об этом со мной ни словом.

— Это было неправильно? Тогда мне очень жаль, Лив. Я не знала. Когда я изучала литературу, «Песнь о Роланде» или «Церемония Империи», знала только, что другие рыцари собрались на церемонию, чтобы подтвердить клятву... — Елена оправдывалась в свою пользу. Тем не менее, она не забыла выразить нотку раскаяния после того, как осознала свою ошибку.

«Ха, это единственная причина».

Испытывая невыносимый гнев, Лайбрик больше не могла быть подозрительной. Девушка изначально была тщеславным человеком. В частности, клятва рыцарей была одной из мечтаний Елены еще до того, как она уехала в герцогство. Это была также вина Лайбрик, что она упустила это из виду, хотя и знала об этом.

— Мне жаль, Лив. Мне было бы нечего сказать, даже если бы у меня было десять ртов. Я этого не знала. Я буду осторожна в следующий раз.

Когда Елена извинилась в сдержанной манере, женщина прикусила свой коренной зуб и успокоила свой гнев. Рот принцессы предвещал важную церемонию назначения. Десятки рыцарей слышали об этом, и к настоящему времени это настолько распространится, что вся общественность узнает об этом. Поиск слов, чтобы оправдать Веронику, которая впервые за два года не появилась в социуме, вызвал бы еще один скандал.

Лайбрик отдавала приоритет назначению Лоренца непосредственным рыцарем Елены для достижения намеченной цели. Если она была достигнута, то не имело значения, будет ли это частная встреча или открытая церемония.

— Если так будет продолжаться и дальше, у нас нет причин ждать.

— Л-Лив.

— Не забывай о своем решении.

Желание Елены сказать, что она никогда больше этого не сделает, на этот раз закончилось. Несмотря на то, что холодная атмосфера немного разрядилась, девушка смотрела на ее лицо и опускала голову. Лайбрик, что промокнула горло глотком чая, спросила:

— Принцесса, ты помнишь, я сказал, что собираюсь представить тебя рыцарю?

— Да, я ждала этого.

— Он уже некоторое время ждет в гостиной.

Елена была удивлена.

— С-сейчас? Я ужасно выгляжу после прогулки.

— Не беспокойся. Он даже восхищается этим образом принцессы. — Лайбрик, сидевшая на диване, достала книгу полки на стене.

*Кууунг*

Стена, на которой были выставлены картины рядом с книжным шкафом, открылась потайная дверь, ведущая в гостиную и коридор. Елена округлила глаза, как удивленный кролик.

«Умная женщина».

Она была в очередной раз удивлена лидерством Лайбрик. Ранее Елена сказала, что сама выберет своего рыцаря на церемонии назначения, с нюансом, что того не предлагали. Между тем, проведя частную встречу с Лоренцем, который был рыцарем, она осознала, что существует вероятность, которая может вызвать несправедливость в отношении процесса назначения внутри компании.

«Ты в своем глазу бревна не замечаешь».

К сожалению, эта карта оказалась бесполезной. Вместо этого Елена смогла натянуть поводья своего разума, которые почти ослабли.

Послышалась болтовня. Через потайную дверь подошел Лоренц, одетый в серебряные доспехи, и был почтительно вежлив.

— Приветствую Ваше высочество, я рыцарь Лоренц.

— Подними голову.

Глаза мужчины с его подбородком были устремлены на Елену. Взгляд этих двоих встретился, и они уставились друг на друга.

«Во-первых, веди себя как застенчивая девочка».

Елена покраснела и избегала зрительного контакта. Однако она украдкой взглянула на лицо Лоренца и смутилась, отчего уголки его рта поползли вверх. Это был короткий момент, но он обнаружил, что нравится этой девушке.

— Я много слышала от Лив. Ты гораздо красивее, чем я когда-либо видела, и к тому же, великий рыцарь.

— Это большая честь, ваше высочество. Если позволите, простите мою грубость.

— Прошу прощения?

Лоренц смело подошел к Елене и опустился на одно колено. Затем он протянул руку и поцеловал тыльную сторону ее ладони.

«Отвратительно».

Рефлекторно взмахнув рукой, она чуть не ударила мужчину по лицу. Это была последняя жизнь, но он был рыцарем, который предал Елену и пронзил ее тело мечом. Было мерзко видеть ненавистного человека вблизи и ощущать его поцелуй на тыльной стороне своей ладони.

«Он.... Просто...»

Елена запнулась, как будто ей было неловко, и так естественно покраснела. Технически, это было из-за гнева, который вскипел в данный момент, но это каким-то образом хорошо сочеталось с текущей ситуацией.

— Как ты себя чувствуешь?

— Что? Если вы спросите меня, что я должна сказать...

Лайбрик улыбнулась и сказала:

— Я уверена, что в Великом Доме нет рыцаря лучше, чем лорд Лоренц.

— Я.… это и правда выглядит так. Я никогда в жизни не видела такого замечательного рыцаря, как лорд Лоренц. — Елена мельком взглянула в его глаза в знак признательности. Затем улыбка на губах мужчины стала шире. На самом деле это было блестящее лицо, и один только взгляд на него расстраивал девушку.

— Я же говорила тебе, не так ли? Я уверена, что он идеальный рыцарь для принцессы.

На самом деле у Лоренца было красивое лицо. В светском мире за ним ухаживало довольно много дам, и эта изящная внешность сыграла большую роль в том, что в ее прошлой жизни Лайбрик рекомендовала назначить его личным рыцарем.

Глава 17

— Он ничего не упускает. Ты не найдешь никого подобного ему, даже если промоешь глаза в Большом доме. И он больше всех восхищается принцессой.

Елена сумела удержаться от чуть не вырвавшейся усмешки.

«Кто-то может подумать, что это даму, которая участвовала в бале, представляют рыцарю, а не наоборот».

Роль Лайбрик теперь заключалась в посредничестве.

Елена каким-то образом прониклась симпатией к Лоренцу и усердно работала над тем, чтобы назначить его личным рыцарем.

«Если ты так сильно этого хочешь, я притворюсь, что влюблена в него».

Здесь можно было вести себя как кукла, которую хочет Лайбрик.

— Я хотел бы посвятить свой меч, свою честь и свою жизнь вам.

— Лорд Лоренц. — проговорила Елена с непонятным оттенком эмоций. — Вот о чем вы говорили. Лив, большое вам спасибо. Если бы не Лив, я бы не нашла такого человека, как лорд Лоренц. Я чувствую, что моя мечта сбылась.

— Рада это слышать.

Впервые за долгое время Лайбрик была довольна. Она уверена, что Елена влюбилась в мужчину, потому что не могла отвести от него глаз.

***

Служанки и слуги семьи Великого Герцога страдали от непрекращающихся дел. Самым грандиозным ежегодным событием семьи Фридрих был день рождения первой семьи, однако сейчас было все гораздо сложнее, потому что была добавлена незапланированная церемония назначения рыцарей.

Елена мысленно улыбнулась во весь рот Великому Герцогу.

«Я больше не действую так, как ты рассчитывал».

Елена в своей прошлой жизни была пассивной. Когда Лайбрик велела ей есть, она ела, когда велела ей что-то надеть, то та надевала это, запоминала слова без единой ошибки, и разговаривала со знатью, как попугай. Тогда у девушки не было другого выбора, кроме как сделать это. Если она окажется фальшивкой, Лайбрик будет угрожать ее жизни.

Что особенно важно, женщина грозилась лишить жизни родителей Елены всякий раз, когда та пыталась вырваться из-под контроля. Но в то время уже никого не было на этом свете. У Елены не было другого выбора, кроме как следовать словам врага, что убил ее родственников, не зная об этом.

Девушка считала, что ее родители благополучно покинули страну, хотя она ни разу лично не слышала это донесение. Слова, которые были намеренно произнесены Елене перед приходом в Большой дом, были теми же самыми, и тот факт, что Лайбрик, которая была очень осторожна, до сих пор не предприняла никаких значительных шагов, подтверждал эти обстоятельства. Это означало, что женщина не могла контролировать или арестовывать Елену, заботясь о безопасности ее родителей.

— Энн, моя челка растрепалась.

При словах Елены, сидящей со скрещенными ногами, служанка испугалась и поправила ее растрепанные детские волосы.

— Лунарин, обувь.

Девушка поставила ноги на туфли, украшенные стеклянными каплями, и приподняла талию. Все тело Елены отразилось в зеркале, когда ее волнистые рыжие светлые волосы упали за спину. Она была похожа на розу: платье с открытыми плечами, которое открывало ее вырез и линию плеч, и макияж, что делал ее глаза похожими на этот прекрасный цветок.

— В-вы такая красивая.

— Правда? — неискренне переспросила Елена в ответ на неподдельное восхищение Энн.

— О, Лив ждет снаружи?

— Да, она здесь уже некоторое время.

— Боже, у меня совсем вылетело это из головы. Скажи слугам, чтобы они попросили ее войти.

Елена заставила Лайбрик, которая искала ее, стоять в коридоре уже довольно продолжительное время.

— Лив, ты долго ждала, не так ли? Мне жаль. Сегодня важный день, так что я слишком увлеклась, чтобы выглядеть красиво. — Девушка выглядела огорченной, когда увидела Лайбрик, которая выглядела так, словно она бежала. Вот каково это - давать бутылочку и лекарство*. (п/п: скорее всего тут имеется в виду, что когда Лайбрик наконец увидела Елену, у нее отлегло от сердца, что все было в порядке)

— Ты готова?

— Да. Лив, как я? Я хорошо выгляжу? Надеюсь, я буду красива в его глазах…

Елена, отражавшаяся в глазах Лайбрик, была похожа на юную девочку, влюбленную в своего рыцаря. Она не смогла бы избавиться от своего жалкого девичества, даже если бы ей сказали: «Не теряй достоинства, которое соответствует положению принцессы Вероники».

Однако это может облегчить ее управление. С таким желанием и тщеславием ей было бы нелегко с сэром Лоренцем.

— Я гарантирую это.

— Спасибо. Я так взволнована, что мое сердце вот-вот взорвется. У меня такое чувство, что я сплю.

— Как все прошло вчера?

Последние четыре дня Елена пила чай с Лоренцем. Это был план - притвориться влюбленной в него и показать идеальную игру.

— Это было очаровательное время. Все, что мне нужно было сделать, это выпить чашку чая.... Мне нравилось, когда он стоял рядом со мной, не говоря ни слова. Он такой надежный и практичный.

— Лорд Лоренц - счастливый рыцарь. Его выбрала принцесса.

— Так вот как это работает? — Широкая улыбка появилась на губах Елены.

— Убедись, что ты принесешь свою клятву лорду Лоренцу сегодня. Ты не должна быть плохой девочкой, которая игнорирует восхищение благородного рыцаря.

— Ч-что вы имеете в виду под «плохой девочкой»? Я никогда не смогу предать его искренность. — Елена сказала, что ненавидит этот термин и что этого никогда не случится. Как будто это заслуживало доверия, Лайбрик больше не поднимала эту тему.

— Прошло много времени. Пойдем, принцесса. — женщина отошла и пропустила Елену вперед. Каждый раз, когда девушка двигалась дальше своими шикарными и элегантными шагами, Лайбрик и дамы вежливо следовали за ней.

Вся эта процессия, наконец достигла Главного тренировочного центра, где проходила официальная церемония назначения Великого герцогства. Около сотни рыцарей выстроились в линию колоннами. Они были в серебряных доспехах с символом Великого Дома на груди и выглядели более достойно, чем когда-либо.

— Принцесса, иди наверх. — Когда Лайбрик попросила ей подняться на помост, Елена слегка приподняла юбку и пошла по лестнице. — Я предупреждаю, что я не допущу никаких неожиданных действий. Делай так, как мы репетировали.

Размышляя о таком, почти антиугрожающем совете, девушка поднялась на возвышение, что достигало высоты плеч взрослого мужчины.

— Приветствуем Принцессу Веронику! — Джеймс, глава 2-го дивизиона, возглавил солдат, стоявших чуть ниже, от имени 1-го Рыцарского Ордена, что не смогли присутствовать из-за своего задания.

*Щелк, щелк*

Рыцари дисциплинированным жестом вытащили свои мечи и подняли их над головами. Серия действий, выполненных без единой ошибки, была примером подчиненного, который обещает вечную верность и послушание Господину. Елена ответила на приветствие, сложив руки вместе и проявив вежливость.

Девятая линия, третий слева.

У Елены, которая смотрела на лица рыцарей, на губах появилась улыбка облегчения. Она беспокоилась, что он может не прийти, но это было просто беспокойство. Парень был здесь. Прямо здесь, в Главном учебном центре.

Елена, спустившаяся с помоста, подошла к выстроившимся в ряд членам рыцарского ордена. За ним сразу же последовали Лайбрик и Джеймс. Лидер второго дивизиона рыцарей представил девушке, рыцаря, перед которым она остановилась.

— Это лорд Хэмел. Он сильный человек в 1-м рыцарском звании и мастер стенографии. Он рыцарь, у которого хватает мужества всегда быть на передовой на поле боя.

— Ты выглядишь таким же храбрым, как всегда.

Елена шла медленно и несколько раз останавливалась перед интересующимися солдатами, и ей представляли их. Круг за кругом туфли девушки, наконец, встали перед Лоренцем.

— Что насчет этого парня?

— Это сэр Лоренц. Он самый сильный человек во всем ордене, его называют белым львом из-за красивой внешности.

Лайбрик, которая до сих пор молчала, тоже сказала свое слово:

— Он рыцарь, за которым и Великий Герцог наблюдает.

— Отец? — Елена расхаживала перед Лоренцем. Это было проявление интереса. Судя по мастерству этого мужчины в «Рыцарях», в его назначении не было ничего странного.

Девушка, которая колебалась, повернулась и прошла мимо.

— …!

Самым неловким был Лоренц, который верил, что его выберут. Его нехарактерно дрожащие глаза выдавали его смущение. Такая реакция мало чем отличалась от реакции Лайбрик.

— Ты, ты… что ты делаешь?

Это было совершенно неожиданное развитие событий. Как было условлено заранее, Елена должна была указать на Лоренца и принести присягу на месте. План был на грани срыва.

Девушка обращала внимание на других членов Рыцарей, которые даже не смотрели на нее.

«Ни за что».

Ладони Лайбрик вспотели от нахлынувшей нервозности. Эта церемония была обширной, а также являлось официальным назначением, в процессе которой нельзя было ничему препятствовать ни при каких обстоятельствах. Все члены Рыцарского Ордена, участвовавшие в этом, были свидетелями. Елена все продолжала двигаться между солдатами.

Шаги девушки, которая, казалось, вряд ли остановится, наконец достигли своей цели.

— Ты можешь представить его мне?

Внимание Елены притупило взгляд Лайбрик. У нее не было шанса узнать его, потому что он был новым рыцарем, который мало что показал.

— Это сэр Хурелбард из 2-го рыцарского полка. Он новый рыцарь, которого назначили всего 10 дней назад.

Елена вздернула подбородок и уставилась на парня. Было ли это потому, что первая встреча оставила сильное впечатление? Откровенный взгляд девушки почувствовал, как тело Хурелбарда слегка затряслось.

— Ты можешь рассказать мне больше?

— Он с Восточного фронта, так что он очень хорош в верховой езде… Кроме этого, он просто... —

Джеймс, казалось, мало что знал об этом рыцаре, хотя тот был членом 2-го Рыцарского ордена.

Хурелбард тоже был новичком, но он не испытывал к нему никакой привязанности по сравнению с тем, когда он представлял других рыцарей.

— Прошу прощения, Ваше Высочество принцесса, сэр Хурелбард простолюдин и еще не прошел обучение, поэтому ему все еще не хватает добродетелей, навыков, изощренности и мастерства владения мечом, чтобы быть рыцарем. Так что я не думаю, что он достаточно хорош, чтобы быть вашей личной охраной.

— Правда? — Елена посмотрела на Хурелбарда с печальным выражением лица. Джеймс обесценил его в его присутствии, но выражение парня лица ничуть не изменилось.

«Вот почему его называют рыцарем Льда».

Хурелбард стал мечом Великого герцога и начал приобретать известность в Империи после поражения Северных повстанцев в конце этого года. Предполагая, что его навыки владения мечом не улучшились за последний месяц или два, однако он уже был сильным рыцарем.

«Может быть, он скрывает свой талант. Если он будет выделяться, то это привлечёт ненужное внимания со стороны рыцарей из аристократии».

Это означает, что Великий Герцог не распознал талант Хурелбарда.

Глава 18

Елена почувствовала невыносимое напряжение. Когда она представила себе месть, которая завершится тем, что покажет миру талант Хурелбарда, о котором знала только она, ее наполнила радость.

«…»

Девушка подняла глаза и посмотрела на Лайбрик. Как только их взгляды встретились, она опустила взгляд и проявила признаки конфликта, нагнетая атмосферу.

— Я приняла решение. — Джеймс и Лайбрик обратили внимание на осторожный, но упрямый голос. — Лорд Хурелбард, опустите свой меч.

— …!

— В-ваше высочество принцесса. — Джеймс был в растерянности, не понимая, что делать. Рядом с ним Лив уставилась на Елену с дьявольским выражением лица.

Рыцари, собравшиеся в тренировочном лагере, тоже были шокированы. Хурелбард, которого они не признали равноценным товарищем, казалось, не был уверен в том, что именно его назначили личной охранной. Среди них шок Лоренца был более чем в два раза сильнее, чем у других. Он не мог избавиться от жалкого чувства, что его бросили, ведь Елена была убеждена в его добрых намерениях, которые он продемонстрировал ей за последние несколько дней.

Так или иначе, саму девушку это совсем не интересовало.

— Лорд Хурелбард, как долго ты собираешься оставаться в таком состоянии? — При словах улыбающейся Елены парень запоздало опустил меч и зафиксировал его так, чтобы острие было обращено к земле.

Залог клятвы. Процесс признания этого назначения завершили всю церемонию.

— Ваше высочество, могу я задать вам грубый вопрос?

— Да, лорд Джеймс.

Мужчина собрался с духом. Он не мог понять эту ситуацию, для того чтобы двигаться дальше.

— Прошу прощения, но здесь есть несколько великих рыцарей, которые более опытны и способны, чем сэр Хурелбард.

— И что?

— Я.… я не сомневаюсь в решении принцессы, но могу ли я спросить, что вы увидели в сэре Хурелбарде и сделали такой выбор? — спросил он окольным путем, так как не понимал, почему она выбрала именно этого парня. Ему нужно было объяснение. Такие же мысли были и у других рыцарей, которых не выбрали.

— Да, я скажу.

— Так почему?

Когда Джеймс спросил снова, все сосредоточились свои уши. Тогда Елена сказала, не колеблясь ни секунды:

— Потому что он красивый.

— Ч-что? Можно еще раз?

— Это невежливо с твоей стороны спрашивать меня снова. Если ты не услышал, что я сказала, то это твои проблемы.

Однако ответ был настолько шокирующим, что они не смогли от него избавиться.

«Он просто красивый». Это вульгарное, некультурное слово в твоих устах...» — Лайбрик вздрогнула от ответа Елены, который не соответствовали статусу принцессы. Знала ли она, насколько непристойные слова могут опорочить достоинство и репутацию принцессы Вероники?

Все старались не показывать этого, но на лицах рыцарей было написано неописуемое разочарование. Некоторым даже стало стыдно за то, что о достоинствах рыцаря судили только по внешнему виду, отодвигая навыки на второй план.

Хурелбард был среди них. Когда Елена выбрала его, он отнесся к этому скорее подозрительно, нежели радостно. Но оказалось, что причина была в том, что он просто красив. Парень не мог избавиться от неприятного ощущения.

— Как долго ты собираешься держать меня в замешательстве, лорд Хурелбард?

— …!

Елена вновь показала ту обаятельную улыбку, которая пленила Хурелбарда при их первой встрече. Тот опустился на одно колено, как будто одержимый этой странной атмосферой.

— Рыцарь великого герцога, Хурелбард клянется служить леди Веронике фон Фридрих. Я клянусь, посвятив свою жизнь этому мечу. — парень поднял оружие обеими руками, словно доказывая свои слова.

Елена, опустив глаза, вытащила из рукава носовой платок, на котором был вышит герб великого Герцога, и положила его на лезвие.

— Лорд Джеймс.

Мужчина, который стоял, не одобряя низкий призыв Елены, вытащил свой меч длиной до пояса и приставил рукоятку к задней части носа.

— ...Рыцарь Джеймс де Робертс выступает свидетелем этого.

Доказательство присяги. Это ритуал, в котором рыцари подтверждают клятву. Солдаты, что не были выбраны, неохотно присоединились к Джеймсу.

— Рыцарь Уильям Финн доказывает это.

— Рыцарь Педро фон Герас доказывает это.

На лицах мужчин читалось чувство дискомфорта, которое невозможно было скрыть, даже если бы попытались. Они не могли быть счастливы видеть в качестве рыцаря Хурелбарда, простолюдина, который понятия не имел, что происходит. Однако, как бы ни была важна гордость, они не могут опровергнуть выбор принцессы Вероники.

Церемония закончилась, когда все рыцари, собравшиеся на тренировочной площадке, подтвердили назначение.

Хурелбард встал и вложил носовой платок в доспехи, чтобы тот не помялся. Это означало готовность всегда помнить о клятве, храня драгоценную ткань ближе всего к сердцу.

Елена украдкой взглянула на лицо Лайбрик. Есть поговорка, что люди становятся спокойными, когда они слишком злы. Именно так оно сейчас и было. За ее холодным выражением лица горел огонь.

«Что ты можешь сделать? Оно уже случилось».

— Пожалуйста, позаботься обо мне, мой рыцарь. — В ближайшем будущем один из трех мечей, которые должны были поддерживать империю, находился в руках Елены.

***

Сидя на террасе с видом на сад, девушка расслабилась и наслаждалась чаепитием. Черный чай «Эрл Грей» был мягким на вкус, и чем дольше она видела садовника, который не спал и сажал тюльпаны вместо лилий, тем свежее себя чувствовала.

«Если я соберу их все, сравнится ли это с той радостью, которую я сегодня получила?»

Глаза Елены, когда она смаковала чай во рту, направились к Хурелбарду, что стоял рядом. Учитывая, что кожа рыцарей, которые тренировались на открытом воздухе, была обожжена, то у этого парня она была очень чистой. Он был скорее благородным духом, нежели рыцарем. Кроме того, спокойная и неосознанно холодная атмосфера удерживала ее взгляд на нем.

— У меня что-то на лице? — спросил Хурелбард, потому что чувствовал себя неловко из-за таких откровенных взглядов.

— Я бы предпочла, чтобы это так и было. Потому что я хотела бы перекинуться еще несколькими словами с моим рыцарем.

Елена пила чай с улыбкой на лице. Увидев ее, Хурелбард растерялся, не зная, что делать.

— Если у вас есть какие-либо вопросы, спрашивайте меня о чем угодно.

— Нет, давай узнаем друг друга получше самостоятельно. К чему такая спешка?

— …

Хурелбард не знал, что делать с леди, у которой непонятно что творилось в голове. Пленительная улыбка первой встречи запечатлелась в его памяти. Помимо ее статуса, это было не то выражение лица, которое могли изобразить только аристократы. Он подумал, что девушка уже забыла об этом.

На церемонии она выбрала Хурелбарда своим личным рыцарем, потому что он был красив. Шок все еще сохранялся от того, насколько это было вульгарно, потому что исходило из уст принцессы Вероники.

А леди, которую парень сейчас видел на террасе, была такой достойной, что он не мог даже смотреть на нее. Хурелбард постоянно удивлялся ее меняющемуся поведению. Изящные жесты рук, высокомерный, но уважительный взгляд, игривый, но не переходящий черту и т.д. Он почувствовал элегантное достоинство поклона.

— Сэр, пожалуйста, выйдите. — Елена тихо поставила чашку на стол. — У нас скоро будет посетитель. Так что у тебя более нет причин оставаться здесь.

— Вы имеете в виду гостя? — Как только Хурелбард переспросил, раздался стук.

— Это Лайбрик, принцесса.

— Я оказалась права, верно?

Елена улыбнулась и подмигнула. Удивленный такой ситуацией, Хурелбард покинул террасу, предположив, что у Леди была назначена встреча заранее.

Лайбрик, которая пересеклась с рыцарем, выходящим из комнаты, не обратила на него никакого внимания. После того, как он ушел и дверь закрылась, Елена, что еще недавно сидела на террасе, грациозно попивая чай, исчезла.

— Я-я сожалею. Лив, это моя вина. Пожалуйста, прости меня хотя бы раз. — девушка, подошедшая прямо к Лайбрик, сложила руки в молитвенном жесте. В жалкой и раболепной манере Елена, которая отказалась от своей собачьей гордости, изо всех сил старалась выказать какие-либо признаки раскаяния. — Я.… я не могла этого вынести. В тот момент, когда я увидела сэра Хурелбарда, я словно задохнулась. Я просто хотела, чтобы он был рядом со мной как рыцарь. Мне жаль. Должно быть, я была не в своем уме.

— … — Лайбрик не открывала своего плотно сжатого рта, стояла и смотрела на Елену колючим взглядом, как будто это была пытка.

— Я.… мне действительно жаль. Я приму любое наказание.

Елена пресмыкалась, называя себя грешницей. Перед отъездом из герцогства девушка никогда не поднимала эту историю, хотя ей было обещано право назначить рыцаря самостоятельно. Вместо того чтобы прослыть умной, она хотела остаться аутсайдером, который подчиняется Лайбрик.

— Грех? Все в порядке. Не надо так извиняться.

— Верно, я чувствую себя такой виноватой, что хочу умереть… Что? Лив, что ты сказала?

Елена смотрела широко открытыми глазами. Лайбрик протянула руку и заправила волосы девушки за уши.

— Принцесса не сделала ничего плохого. Назначение рыцаря - это ее право, не так ли?

— Н-но….

— Так что не волнуйся слишком сильно. Я уважаю принцессу.

«Уважение?» Елена сдержала смех.

— Спасибо, Лив. Я больше не буду ничего делать без твоего разрешения.

— Тебе лучше сдержать это обещание. Твои родители на Марианских островах хорошо чувствуют?

— …!

Женщина жестоко улыбнулась, откровенно провоцируя. Это была явная угроза.

«Вот как ты на самом деле выглядишь, Лайбрик».

Это была угроза, которая когда-нибудь все равно вышла бы наружу. Самый надежный способ контролировать Елену - это жизнь ее родителей. Она так много страдала в моей прошлой жизни, поддавшись этой провокации.

«Эта угроза больше не действует».

Однако девушка должна притвориться, что это не так.

— Я... т-такая...

Улыбка Лайбрик стала еще шире, поскольку Елена даже не могла нормально говорить и отвести от нее встревоженных глаз. Женщина увидела, что угроза сработала должным образом.

— Забудь обо всем и сосредоточься на подготовке к своему дню рождения. Хорошо, принцесса?

Глава 19

— Что вы думаете, Лив? Хорошо ли это смотрится на мне? — Елена похвасталась своим платьем, которое наденет завтра на вечеринку по случаю дня рождения.

Лайбрик ответила неохотно:

— ...Это слишком пафосно.

— Я попросила портного обратить на некоторые детали особое внимание, но оно намного красивее, чем я думала.

Как и просила Елена, портной Люсьен привез с собой платье, напоминающее Млечный путь. Оно было украшено дорогими камнями от плеч до самого подола. В результате этого, вы не сможете стереть красочное, но грубое впечатление от этой одежды.

— Принцесса, я думаю, тебе лучше надеть это платье на следующий банкет.

— Ч-что с ним не так, Лив?

— Вечеринка по случаю дня рождения — это трепетное празднование в честь первого главы семьи Фридрихов. Боюсь, это платье слишком модное, чтобы надевать его на этот банкет.

Елена была готова заплакать, когда Лайбрик облила ее холодной водой.

— Что мы можем сделать, Лив? Я действительно хочу надеть это платье...

— Делай, как я говорю. — женщина решительно оборвал ее, как бы желая прекратить поднимать эту тему. Затем она достала из шкафа простой, но элегантный наряд. — Это прошлое платье, сшитое портным Люсьеном. Оно идеально подходит, так что надень его.

— …

— Принцесса, не ответишь? — Взгляд Лайбрик изменился.

— Что? Да. Мне тоже нравится это платье. Я надену его. — Елена неохотно кивнула, сказав, что так и сделает, как бы это ни было прискорбно.

Цель состояла в том, чтобы снять и утилизировать драгоценности, украшавшие платье, которые не нужно было надевать на банкет. Если бы у нее было достаточно денег, чтобы сбежать с глаз Лайбрик, этого было бы достаточно.

Энн и Лунарин, ее служанок, привели в комнату, чтобы они помогли принцессе переодеть платье. Они также сменили ее обувь и украшения, чтобы все соответствовало элегантному стилю.

— Я думаю, что наконец-то нашла наряд для тебя. Держу пари, что главной героиней завтрашнего банкета будет принцесса. — В комплименте, который звучал неискренне, Лайбрик специально выделила слово «банкет» и продолжила, — Во-первых, не вступай в полемику как можно дольше. Во-вторых, не действуй самостоятельно. В-третьих, никогда не сталкивайся с Реном. Избегай неизбежных встреч.

Первые две вещи текли своим чередом. Сейчас это была не та история для Елены.

Девушка обратила внимание на последнее упоминание о Рене Басташе. Даже если Лайбрик не давала советов, она хорошо знала об опасностях этой встрече. Рен был непредсказуем. Такой человек, как он, которого никогда не приручали, как только обнаружилось, что Елена фальшивка, бросился на нее как на свежий кусок мяса.

«Я не знаю, что еще можно сделать, но я должна быть осторожна с этим сукиным сыном».

Он может стать камнем преткновения на пути мести Елены. Этого следует избегать.

— Всегда держи это в своей голове. Небольшая ошибка может привести к тому, что ты потеряешь все, чем наслаждаешься сейчас. Теперь иди отдыхать, принцесса, тебе завтра рано вставать.

Лайбрик создавала напряжение в комнате до самого ее ухода. Елена, переодевшаяся в повседневную одежду, велела горничным подать прохладительные напитки. Сидя на террасе и наслаждаясь чаепитием, она увидела экипажи, которые без перерыва въезжали в дом через сад.

— Завтра…

Это был день, когда Елена впервые дебютировала в роли принцессы Вероники. Она вспомнила остальные свои нервные ошибки.

— О чем думает сэр Хурелбард, когда видит эти экипажи?

Несмотря на то, что парень был смущен внезапным вопросом, он хорошо владел мимикой, чтобы соответствовать престижу рыцаря льда.

— Я думаю, в Империи много аристократов.

— Да, их очень много.

Хурелбард молча уставился на Елену. Девушка, почувствовавшая на себе пристальный взгляд, оглянулась:

— Почему ты так на меня смотришь?

— Прошу прощения. — Хурелбард быстро извинился, восприняв это как выговор.

— Если тебе жаль, продолжай так на меня смотреть.

— Что?

— Это наказание.

Эта неконтролируемая прихоть леди привела Хурелбарда в замешательство. А Елена наслаждалась реакцией, попивая черный чай. Рыцарь, который наблюдал за ней, не говоря ни слова, наконец сказал то, что лежало у него на сердце:

— ...Невозможно понять, о чем думает принцесса.

Иногда ему казалось, что он смотрит на снобистскую, тщеславную и бессмысленную аристократку своего возраста. Однако иногда она проявляла властность, которой нельзя было сопротивляться, и благородство, что можно было уважать.

— Это комплимент? Или это проклятие за инсинуации*? (*синоним обман/клевета)

— Проклятие? Абсурд. Я говорю Вам это, потому что думаю, что вы для меня непостижимы.

Елена улыбнулась, наблюдая за Хурелбардом, что беспокоился, что она может неправильно понять. Это была чистая улыбка, которой она никогда раньше не улыбалась.

— Тогда я продолжу пытаться дальше. Ведь Леди, у которой ты можешь читать мысли, не привлекательны.

— …

Снова. Хурелбард пытался скорее принять ее, чем понять. Елена внезапно бросила в него чье-то имя.

— Рен Басташе, ты когда-нибудь слышал это имя?

— Я помню его как наследника семьи Басташе, которая стала независимой от Великого герцогства.

Елена кивнула:

— Идеальный бандит.

— Что вы сейчас говорите...

— Он человек, который не может следить за манерами. Очень грубый и отвратительный человек. Или высокомерный. Есть ли другое выражение, более подходящее, чем это?

Хурелбард потерял дар речи от вульгарных слов, слетевших с уст Елены, которые свидетельствовали о ее аристократическом благородстве.

— Он придет ко мне завтра. Без предварительной записи.

— ...Ваше высочество принцесса?

— Сэр, с этого момента имей в виду, что я говорю. Не сопротивляйся ему, что бы он ни делал. Ты понимаешь?

Парень, который не понимал истинного значения этих слов, переспросил:

— Это приказ?

— Да.

В ответ на короткий и решительный ответ Елены Хурелбард хотел спросить почему, но он был всего лишь рыцарем, поэтому просто заткнулся.

— Я последую за вами.

Губы Елены поползли вверх, когда парень ответил, что послушно сделает это.

«Пожалуйста, пойми, что я хочу спрятать тебя еще дальше».

Ей было неприятно это признавать, но Рен был сильным. Он был признан одним из трех мечей, которые поддерживали империю. Не было необходимости затевать ссору с ним и раскрывать существование Хурелбарда.

— Сэр, могу я открыть тебе секрет?

Хурелбард опустил подбородок и посмотрел девушке в глаза, которые изогнулись, как полумесяц. Это была такая очаровательная улыбка, что у него упало сердце.

— Сэр - моя единственная гордость.

— …!

Выражение лица Хурелбарда было странно искажено комплиментом. Он догадывался, что все из-за его внешности, но ему было горько от этого. Парень даже не знал, что это было лишь его недопонимание.

***

Семья Фридрихов, с ее долгой и гордой историей, проводила бесчисленные ежегодные мероприятия. Среди них годовщина рождения герцога Розеттского, первого лорда семьи и участника открытия Вецилийской империи, рассматривалась как самое грандиозное событие в семье, цель которого состояла в том, чтобы восхвалять достижения героя, открывшего двери империи. И в этом году масштаб празднества лишь увеличивался.

Принцесса Вероника. Это было связано с тем, что по столице распространились слухи о том, что она вернулась в Великое герцогство.

У сердца императорской власти и главы четырех великих семей, герцога Фридриха, была только одна дочь. Поскольку женщины также могли наследовать титул, принцесса Вероника была преемницей Великого герцогства как на словах, так и на деле. Вполне естественно, что дворяне нервничали по поводу ее возвращения на светскую сцену по случаю годовщины рождения первого главы семьи.

Несмотря на то, что был запланирован официальный банкет, особняк был переполнен знатью, что прибывала со вчерашнего дня без перерыва. Даже сейчас по улицам столицы продолжалась процессия экипажей аристократии, ожидающих въезда в особняк после опознания.

В гостиной были груды дорогих подарков, которые дворяне преподнесли в знак поздравлений. Среди них были редкие произведения искусства, драгоценности, лучшие автомобили(?) из-за моря с Востока и шелка с севера. Даже если бы они избавились от этих подарков в одиночку, у них все равно было бы более чем достаточно денег, чтобы купить целое поместье за единовременную сумму.

В то время сын аристократа прогуливался по резиденции великого герцога, как будто это был его собственный дом. На нем была рубашка, которая на вид не походила на вечерний наряд, и поскольку он застегнул ее не до конца, его грудь была видна. Волосы парня были растрепаны, и он даже присвистнул, словно ему было все равно, что подумают люди. Этот человек выглядел как дворянин, но его неаристократическая внешность придавала ему бунтарский вид и привлекала внимание.

— Кто он такой? Его не должно быть здесь...

— Он дворянин, не так ли?

— Ты так не думаешь? Между нами, он выглядит немного по-бунтарски для благородного.

— Он немного кривоват.

Это было время, когда служанки подняли много шума, увидев человека, свободно разгуливающего по главному зданию, а не по пристройке, что являлась местом для встречи дворян.

Парень, проходивший мимо служанок, внезапно обернулся. Девушки вздрогнули, когда он приблизился к ним с силой в глазах и пригрозил им:

— Эй, если вы хотите что-то узнать, то вам придется спросить. О чем вы так открыто шепчетесь? Я от этого чувствую себя плохо.

— Я-я сожалею. — Служанки были смущены и попытались уйти.

Медленно. Парень спокойно вытянул ногу, отчего девушки, которые поспешно двигались вперед, зацепились и попадали одна за другой, как костяшки домино.

— Кто сказал вам идти? Я услышал плохое слово и получил неизгладимую рану в груди.

— Я... я совершила грех, достойный смерти. Пожалуйста, простите меня еще раз.

Служанки просили и умоляли, не зная, что их колени были исцарапаны. Они видели бесчисленное множество себе подобных, которых выгнали из домов, потому что были ненавистны в глазах знати, поэтому у них не было другого выбора, кроме как склонить головы и молить о пощаде.

Глава 20

— Вы хотите, чтобы я простил вас?

— Пожалуйста… Умоляем…

— Повторяйте за мной: «Ваш дядя - сукин сын».

— Что? В-ваш дядя - сукин сын. — Служанки находились в состоянии неопределенности. Когда он сказал, что простит их, они просто сделали так, как им было сказано, не зная почему.

Парень с довольной улыбкой хлопнул в ладоши:

— Здорово. Низшие в эти дни учатся очень быстро. Идите.

— Спасибо вам! — девушки начали спешно уходить, испытывая облегчение от того, что чудом спаслись.

— Ой! Вы же не знаете, кто мой дядя, не так ли?

— ?

Служанки остановились и оглянулись. Парень злобно улыбнулся и заговорил тихим, но четким голосом, чтобы они поняли:

— Мой дядя - владелец этого особняка. Другими словами, вы оскорбили своего хозяина. Вы сможете справиться с последствиями этого?

— …!

Лица служанок стали белыми, как чистый лист бумаги. Это потому, что единственным владельцем горничных является великий герцог Фридрих.

— Увидимся. — парню, которому понравилась реакция скорбящих девушек, шел по залу, размахивая руками. Он спокойно передвигался по этому зданию, словно оно и правда было его собственным домом, держа путь к двери, отделанной первоклассным мрамором.

Это случилось, когда парень собирался войти, игнорируя мужчину, что охранял вход, как броненосец.

— Извините, вы не можете пройти. Пожалуйста, сначала назовите себя. — Рыцарь Хурелбард, преградил парню путь и вежливо спросил. Конечно, это была обычная практика, но тот, казалось, не желал следовать процедуре.

— Я? Ты не должен говорить со мной так небрежно.

— Я повторю для вас еще раз. Во-первых, вы... — Слова Хурелбарда внезапно прекратились.

Его голова откинулась назад, когда он получил удар кулаком в лицо от человека, который бросился вперед, чтобы застать его врасплох. Парень ухмыльнулся рыцарю, щека которого была красной и опухшей.

— Почему ты затеваешь драку? — он уже схватился за дверную ручку и как раз начал открывать дверь.

— Я повторю свою просьбу. Пожалуйста, назовите себя. — Хурелбард не давал этому человеку проходу.

— Эй, зачем зря рисковать своей жизнью? Это раздражает. — Парень убрал волосы со лба.

— Я повторю. Пожалуйста, назовите себя... — Следующий кулак полетел быстрее, чем того ожидал рыцарь. Размашистое движение в сторону противоположной щеки, по которой он ранее нанес удар, было ловким.

*Бах!*

Глухой пульсирующий звук яростно распространился по коридору.

— Хууух. — Удивительно, однако, что кулак парня не коснулся лица Хурелбарда. Это потому, что правая рука стража крепко перехватила удар.

Кулак парня и рука Хурелбарда, которая остановила его, дали преимущество, не уступив ни на дюйм. Но ни один из них не смог одержать верх, они были резко настроены против.

В глазах этого человека было зверство, которое невозможно было укротить:

— Ты спросил меня, кто я, не так ли? Сбей меня с ног. Тогда я дам тебе знать.

— …

— А что, тебе это не нравится? О! Это потому, что тебя уже побили раньше? Тогда давай начнем с честного удара по мне. Что ты об этом думаешь?

Парень не затыкался, словно наслаждался моментом. Он, казалось, забыл, что сегодня было важное событие для великого герцога Фридриха, и выглядел человеком, который думал только о том, как уничтожить Хурелбарда.

— Сэр, отойдите назад. — Это был голос с мягкой, но непреодолимой властностью, который в один момент снял напряжение, как четко очерченный меч.

Елена вышла из мраморной двери, что была плотно закрыта. Ее аккуратная, но элегантная прическа и простое, но такое же прелестное платье создавали ощущение красоты.

— Вы все еще грубы, брат Рен. — В словах девушки были шипы, и яд в ее взгляде был осязаем.

Когда он услышал имя этого человека, брови Хурелбарда дернулись. Так как о нем предупредила Елена, он смутно предполагал, что это был Рен Басташе, но даже не думал, что это так и окажется.

— Эй, я плачу, потому что я так рад тебя видеть. Как давно это было? Ты много думала о своем братике?

— Конечно! Ведь каждый раз, когда мы встречаемся, вы производите такое хорошее впечатление! — Елена подмигнула, холодно отвечая. Хурелбард понял, что она имела в виду, и отстранился. Затем он извинился за то, что вызвал эту ситуацию.

— Извините, нужно было просто представиться...

— Я знаю. Рен, должно быть, был груб.

Она надеялась, что Хурелбард не будет связываться с Реном, но это уже случилось.

— Нам продолжать стоять здесь или все же зайдем внутрь?

— Именно это я и говорю. Давай присядем.

Рен последовал за Еленой и вошел в комнату. Он похлопал рыцаря по плечу, охранявшего дверь, а потом почесал свой живот.

— Да, леди очень сердита. Раннее ты должен был действовать лучше.

— … — Несмотря на провокацию, Хурелбард не изменился в лице и проигнорировал его.

Парень вошел в комнату с тихим восклицанием «О-о-о».

Елена и Рен сидели лицом к лицу на диване, а между ними был стол.

— Почему ты не смотришь на меня ласково? Мы же двоюродные брат и сестра.

— Разве ты не поймешь меня неправильно, если я посмотрю на тебя с большей нежностью? Поскольку мы кузены. — Манера девушки говорить изменилась. Почтение исчезло и из ниоткуда появилось неофициальное обращение.

— О, ты говоришь свысока?

— Нет никаких причин, по которым я не могу это делать, верно?

Острый разговор шел взад и вперед. Они были связаны узами двоюродных родственников, а также находились в одном пространстве, однако казались встревоженными, потому что не могли съесть друг друга.

«Мне не нужно бояться. Я официально принцесса Вероника. И я знаю привычки этого ублюдка, верно?»

Когда хулиган признает, что его противник слабее, он будет мучать его до тех пор, пока не убьет, высушив его кровь. Это привычка бандита, что никогда не меняется. Елена знала Рена лучше, чем кто-либо другой.

«Я раньше так страдала, что у меня дрожали зубы».

Он постоянно издевался над Еленой с того момента, как заметил, что она была заменой. Парень, не колеблясь, пригрозил раскрыть ее личность, если та не расскажет ему об основной информации или планах великого герцога.

«Ты больше не влияешь на меня. С этого момента я буду использовать тебя».

Рен был явно враждебен Великому Дому. Конечно, это было старое чувство к наследнику семьи Басташе, у которого не было другого выбора, кроме как жить как слуга великого герцога из-за Столетнего договора. Елена собиралась умело использовать эту враждебность. Было еще рано, но со временем он станет полезной картой.

— Вау, аплодисменты! — Рен хлопнул в ладоши. — Эй, как я могу не радоваться, когда моя двоюродная сестричка так выросла?

— Ты просто собираешься сказать, чего ты хочешь, не так ли?

— Прошло же всего лишь три минуты с тех пор, как мы сидим лицом к лицу?

— Ты тоже не можешь этого вынести? — Елена ответила, не потеряв ни единого слова. Рен окинул девушку с головы до ног насмешливой улыбкой. Это был жуткий взгляд.

— Я слышал, ты была очень больна. С тобой все в порядке?

— Мне уже лучше. — Елена ответила коротко и твердо. Затем Рен улыбнулся странной улыбкой.

— Ты полностью выздоровела ко дню рождения? Какое странное совпадение.

— Ты просто придираешься ко всему. С каких это пор ты так интересуешься мной?

Хотя она почувствовала значительный нюанс в манере речи Рена, Елена пропустила его мимо ушей без особого значения. Если бы она обращала внимание на все, то могла бы сбиться с ритма и пошатнуться.

— Ты думаешь, мне это не интересно? Ты и твой друг там, снаружи.

— …! — Выражение лица Елены мгновенно посуровело, когда он указал подбородком на Хурелбарда за дверью.

— Ты сказала, что выбрала его, потому что он был красив. Я только что узнал о вкусах моей дорогой сестренки.

— Если ты все узнал, хочешь еще что-то добавить?

— О, я добавлю кое-что. Вот.

— ?

Рен показал свои распухшие руки, как будто у него шла кровь.

— Все еще покалывает.

— И что? Ты хочешь пожаловаться?

— Эй, эй. Ты ведешь себя глупо. — Глаза парня странно опустились. На первый взгляд он выглядел сонным и скучающим, но внутри чувствовалось упорство зверя, почуявшего дичь. — Почему бы тебе не перестать играть словами? Я все понимаю, но этот твой брат не очень терпелив.

— …!

Рен, что медленно поднялся с дивана, открыто заявил о своих убийственных намерениях. Волосы Елены встали дыбом, и она почувствовала, что задыхается. Холодный пот пробежал у нее по спине.

«Я должна терпеть».

Парень, который стоял прямо перед девушкой, протянул руку и слегка взял ее за подбородок.

— Это потому, что я давно не видел свою любимую сестру? Ты выглядишь как-то незнакомо.

— А мы должны были разговаривать и смеяться?

— Я не могу с этим поспорить.

— Тогда убери свою руку. — В отличие от предупреждения, голос Елены слегка дрожал.

— А если я не хочу?

Рен наклонился, ухмыляясь, прямо перед глазами девушки. Они были так близко, что могли слышать дыхание друг друга. Елена боролась с желанием закричать. Как бы парень ни старался, он ничего не мог сделать ей. Единственное, на что он был способен, это угрозы.

Медленно. Кисть Рена прошлась по ее подбородку и задела щеку. Рука, которая касалась спинки дивана, повернулась и обвилась вокруг шеи Елены.

— ...Убери от меня свои руки.

Так или иначе, Рен стал еще ближе. Он взял лицо девушки так, словно касался щеки, и крепко обнял ее, обхватив рукой за шею. Елена неохотно уткнулась подбородком в плечо Рена. С другой стороны, голова парня прошла мимо щеки Елены и была обращена к ее уху.

— …!

Глаза Рена сузились, когда он заглянул ей за уши. Секундное колебание убедило Елену.

«Как и ожидалось, хорошо, что я заранее сделала шрам».

Девушка уже знала, что наступит такой день, как сегодня. Это было причиной, по которой она намеренно сделала рану на задней части уха во время своего обучения в доме.

«Это позволит избежать подозрений».

Можно было с уверенностью сказать, что Елена добилась того результата, на который надеялась. Одно только устранение недоверия Рена рассматривалось как шаг, приближающий к завершению мести. Теперь он был вынужден поверить, что она была настоящей принцессой Вероникой, а не заменой, что означало, что ненормальное поведение Рена будет ограничено.

— Ты что, не слышал меня?

Когда Елена грубо оттолкнула его, Рен выпрямился и отступил назад. Он выглядел неожиданно смущенным, но все же был не настолько беспечен, чтобы выдать свои сокровенные мысли.

Глава 21

Елена свирепо посмотрела на него:

— Ты и дальше будешь продолжать, верно? Есть предел тому, с чем я могу мириться.

— О, как страшно. — Рен пожал плечами, пригладил волосы и внезапно придвинул свое лицо достаточно близко, чтобы дотянуться до кончика ее носа. Елена, которая ни на мгновение не подозревала, что все так обернется, от удивления затаила дыхание. — Не провоцируй меня слишком сильно. Пока я не перешел черту.

— Что ты можешь сделать? — девушка не проиграла и свирепо посмотрела на него. Не было никаких причин давить на нее, если только ее не поймали в качестве замены.

Рен вышел первым в состязании гляделок, которое, казалось, вряд ли закончится:

— Ты права, что я могу? Я никогда не думал об этом. Так что начну исправлять свое упущение с этого момента.

— Если ты собираешься размышлять об этом, не мог бы ты это делать где-нибудь на улице?

Когда Елена указала на дверь своим тонким указательным пальцем, Рен рассмеялся, как будто это было абсурдно.

— Хорошо, я пойду туда, куда вы хотите, леди. — парень преувеличенно попрощался и повернулся. Шаги удалялись, и вскоре дверь открылась и с глухим стуком закрылась.

Девушка смогла расслабиться только после того, как повернула голову, чтобы убедиться, что Рен действительно ушел.

— Ох... — Стон вырвался из маленьких губ Елены. Она так нервничала, что все ее тело было полностью истощено, а тело болело. — Ты сукин сын.

Девушка выплюнула то, что хотела сказать еще сотню раз. Хотя Елена не могла сделать это перед его лицом, все же почувствовала облегчение после такого крика. Ей казалось, что она расчищает большой камень, который преграждает ей путь.

«Я выше этого. Давай просто подумаем о будущем».

В это время Рен спускался по лестнице в пристройку, где располагался банкетный зал.

«Это необычно. Чем больше я думаю об этом, тем страннее это кажется».

Шаги парня не прекращались даже в разгар аварии, как будто он знал внутреннюю структуру главного здания.

— Ты, очевидно, была отравлена... — Глаза Рена, бормочущего что-то себе под нос, были глубже, чем когда-либо. — Как, черт возьми, ты очнулась?

Было известно, что яд после отравления не поддается расшифровке. Можно было предотвратить распространение токсичности, но это был предел. Чтобы остановить этот процесс, нужно было спать весь день. Однако в этом случае, вы будете существовать, а не жить.

— Они нашли противоядие? — У него не было другого выбора, кроме как прийти к такому выводу. Вероника жива и здорова. Рен посмотрел на свою распухшую руку и несколько раз сжал кулак.

— Ты не просто красивый, не так ли?

Несмотря на удар, который неожиданно парень, Хурелбард поймал его. Он даже показал свою силу, чтобы удержать кулак Рена. Это была не способность простого рыцаря. Точная его сила не будет известна, пока они не встретятся лицом к лицу, но Басташе должен набраться терпения.

— Это будет весело. — Рен ухмыльнулся, словно наслаждаясь текущей ситуацией.

***

К пристройке Великого Герцога не следует относиться просто как к обычному крылу. Это здание было больше и величественнее, чем Сальвия, где Императорский дом проводил свои официальные мероприятия. Такая пристройка была битком набита дворянами, которым некуда было ступить.

Это был предел, а также факт, что во внутреннем зале было слишком мало места, поэтому стеклянные стены были сняты, а внешняя платформа фонтана была использована в качестве банкетного зала. В очередной раз она осознала, что выражение «Великий Герцог стоит выше Императорской семьи» не было ложью.

Елена смотрела вниз из окна зала ожидания на втором этаже на аристократов, которые пришли на празднование. Хотя она была наследной принцессой и останавливалась в Императорском дворце и посещала ряд государственных мероприятий, никогда прежде Великий Герцог не устраивал таких грандиозных и гламурных банкетов, как этот, что указывало на то, что достоинство Рода Фридрих было выше, чем у Императорской семьи.

«Великий герцог». — Елена равнодушно посмотрела сверху вниз на хозяина зала и этого застолья.

Бесчисленные дворяне собрались вокруг него, изо всех сил пытаясь установить связь, продолжая льстить и уговаривать его.

— Подожди меня. Однажды я спущу тебя вниз.

*Кииик*

Дверь приемной открылась, и вошла Лайбрик.

— Время пришло. Тебе нужно спуститься на празднование.

— Лив, я нервничаю. — Елена съежилась и задрожала.

— Я буду стоять сзади выйду в случае неприятностей, так что расслабься.

— Хорошо, я просто доверюсь Лив.

— Давай спускаться. — Елена поднялась со стула, и Лайбрик сделала знак. Анна и Лунарин быстро вошли и разгладили ее платье.

Девушка, закончившая последние приготовления перед зеркалом, вышла из приемной и встала перед лестницей, ведущей вниз. Поскольку в этом углу было слепое пятно, Елену в холле, на верхнем этаже, не было видно.

Когда горничная подошла к дирижеру, игравшему симфонию в зале, и что-то сказала, он кивнул и остановился. Затем быстро сменил мелодию и снова сильно взмахнул дирижерской палочкой. Песня была «Сверкающая ночь». Это была музыка, прославляющая красоту и благочестие королевы, а мелодия скрипки и виолончели выделялась на общем фоне.

— Входит принцесса Вероника.

Люди в банкетном зале повернулись к лестнице, ведущей на второй этаж, затаив дыхание при мощном крике дворецкого, который отвечал за обслуживание зала.

Так, так, так.

Елена, которая ждала, повернула за угол и вышла на ступени. Ее надменный подбородок, особенный властный взгляд и светлые волосы - символ великого герцога. Грациозная походка девушки, подчеркивавшая даже ее, казалось бы, однообразное платье, с первого взгляда привлекла внимание аристократов.

Никто не заметил, что она была заменой. Сходство было поразительным с головы до ног. Атмосфера от Елены, которая даже поднялась до ранга королевы, была несравненно более достойной, чем сама Вероника.

*Хлоп, хлоп, хлоп*.

В зале, наполненном тишиной, за исключением выступления, аплодисменты дворян продолжались. Большинство из них были аристократами, имевшими связи с великим герцогом, поэтому они приветствовали возвращение принцессы более яростно.

До сих пор ходило много сплетен о пропаже Вероники. Великий герцог был не из тех, кого можно поколебать одним слухом, но длительное отсутствие своей дочери не оставляло иного выбора, кроме как распространять множество молвы о преемнике Фридриха. В частности, семья Басташе, которая была независима от Великого Герцога, имела высокую вероятность добиться изменения структуры власти, поскольку титул мог передаваться из поколения в поколение. Тот факт, что Елена все еще жива и здорова, должен развеять все подобные опасения.

— Ты пришла? —Фридрих подошел к последней ступеньке и сопроводил ее.

— Да, отец.

Девушка взяла его за руку и широко улыбнулась. Мужчина был доволен выступлением Елены. Отец и дочь встали на сцене, глядя на дворян в банкетном зале. В руке Великого Герцога был бокал для коктейля, который ему передала его горничная.

— Сегодня очень счастливый день. Не только я, но и моя драгоценная дочь можем выразить свою благодарность в годовщину нынешней семьи Фридрихов. — обратился к толпе мужчина, глядя на Елену теплым взглядом.

Гости зааплодировали. Великий герцог поднял бокал с коктейлем.

— Также благодаря собравшимся здесь дворянам мы смогли продолжить процветание нынешней семьи Фридрихов, основанной нашим предком, герцогом Розетта. Давайте вместе поднимем бокалы и отдадим дань уважения. За герцога Розеттского!

— За Герцога!

Все аристократы высоко подняли свои бокалы с напитками и залпом осушили их. Начальное празднование на этом закончилось. Но это было также началом настоящего банкета.

— Ты еще не в хорошей форме, так что действуй осторожно.

Великий герцог Фридрих показал дворянам, что он отец, который заботится о своей дочери, и в то же время сделал предлог, чтобы Елена, которая не умела вести себя как Вероника, могла пораньше уйти из банкетного зала.

— Да, отец. — девушка приподняла подол юбки и изобразила покорную дочь.

«Теперь пришло мое время».

Елена никогда не тратила впустую ни минуты своего времени. Особенно сразу после того, как она приехала в Великое герцогство, у нее был тщательный план. И сегодняшний день не был исключением. Елена не упустила бы такой возможности. Это действительно был банкет под руководством великого герцога. Мероприятие в честь годовщины рождения был днем, когда собирались все выдающиеся дворяне империи. Это была прекрасная возможность для аристократов, которые не были свободны от политических отношений, углубить свою дружбу и найти брачного партнера для своих детей. Елена намеревалась воспользоваться этим в полной мере.

«Есть кое-что, что я должна сделать до этого».

Елена оглянулась. Конечно же, Лайбрик застряла у нее за спиной, как пиявка. Она выйдет вперед и попытается контролировать ее.

«Будет легче, если я сначала сниму ее».

Девушка не была нетерпеливой. Это было потому, что она могла совершить ошибку, если бы поторопилась.

— Приветствую Ваше Высочество принцессу. Меня зовут Серена Уильямс.

— Я Дейзи. Ваше высочество помнит меня?

— Как вы можете быть такой красивой, даже спустя столько времени?

В мгновение ока аристократы окружили Елену. Всем им не терпелось поговорить с ней и произвести на нее благоприятное впечатление. Девушка ответила улыбкой.

— Я слышала о прекрасной молодой леди под началом графа Уильямса. Вживую вы еще красивее.

— О, вы меня знаете.

Елена повернула голову:

— Как я могу забыть Дейзи?

— Вы помните меня?

— Конечно. — Елена, которая когда-то имела репутацию королевы, невозмутимо встретила большинство.

«До такой степени, чтобы Лайбрик перестала сомневается во мне».

В то же время девушка не забывала казаться неловкой, чтобы не выглядеть слишком опытной.

— Разве это не так?

— Хм? Вы не можешь вспомнить, что сказали?

— Это... Это... — Когда Елена показала свое смущение, Лайбрик, что молча стояла позади нее, вышла.

— Ее высочество, похоже, забыла об этом. Невежливо продолжать говорить об одном и том же.

— Я-я сожалею. Я просто... — Дама, которая пыталась поговорить о прошлом, ушла, не сказав ни слова.

В середине этого толпа, окружавшая Елену, расступилась, словно разверзлось море. С другой стороны к девушке подошла группа людей во главе с женщиной с коротко остриженными волосами.

«Авелла».

Она была старшей дочерью семьи Рейнхард, которая, как и великий герцог, является одной из четырех великих семей Империи. Ее политическое чутье и проницательность схожи с чутьем герцога Хрома, ее непревзойденного отца, и, несмотря на свой юный возраст, она пользовалась огромным влиянием в общественных кругах.

Во время отсутствия Вероники в течение последних двух лет все дамы, которые следовали за ней, находились под ее влиянием. В будущем они с Еленой боролись за контроль над социальной сценой и даже во многом соревновались в финальном испытании за назначение наследной принцессой. Девушка горько улыбнулась.

Страница книги Тень императрицы в интернете

Table of Contents

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

О книге