Annotation

Я родилась в семье военных. Мой отец – маркиз и герой страны. Внезапное убийство матери заставило меня задуматься об обучении искусству меча. Я решила последовать по стопам отца и вступить в армию, чтобы трагедия больше не повторилась. Несмотря на свой пол, я начала учиться сражаться. Тогда я ещё не знала о том, к чему меня приведёт тот день, когда я решила взять в руки меч...

- Reia

- Благосостояние воительницы

- Глава 1. Иррациональная реальность

- Глава 2. Следы героя (часть 1)

- Глава 3. Следы героя (часть 2)

- Глава 4. Повышение квалификации

- Глава 5. Мои треки (часть 1)

- Глава 6. Мои треки (часть 2)

- Глава 7. Мои треки (часть 3)

- Глава 8. Мои треки (часть 4)

- Глава 9. Мои треки (часть 5)

- Глава 10. Плач отца (часть 1)

- Глава 11. Плач отца (часть 2)

- Глава 12. Плач отца (часть 3)

- Глава 13. Подарок от отца

- Глава 14. То, от чего мне плохо (часть 1)

- Глава 15. То, от чего мне плохо (часть 2)

- Глава 16. Моя первая битва (часть 1)

- Глава 17. Моя первая битва (часть 2)

- Глава 18. Встреча отца (часть 1)

- Глава 19. Встреча отца (часть 2)

- Глава 20. Мое разочарование (часть 1)

- Глава 21. Разочарование (часть 2)

- Глава 22. Разочарование (часть 3)

- Глава 23. Разочарование (часть 4)

- Глава 24. Мое решение

- Глава 25. Вопрос сэмпая

- Глава 26. Сожаление отца

- Глава 27. Моя вспышка гнева

- Глава 28. Желание старшего брата

- Глава 29. Слезы

- Глава 30. Прощание с матерью

- Глава 31. Его чувства

- Глава 32. Мой мир

- Глава 33. Слезы отца

- Глава 34. Моя клятва

- Глава 35. Клятва маленькой девочки

- Глава 36. Моя повседневная жизнь

- Глава 37. Восхищение премьер-министра

- Глава 38. Совместный ужин

- Глава 39. Наше обещание

- Глава 40.1. Визит гвардейского корпуса

- Глава 40.2 Визит гвардейского корпуса

- Глава 41. Вечеринка

- Глава 42. Мое путешествие

- Глава 43. Боевая решимость

- Глава 44. Спринт отца

- Глава 45. Моя мечта

- Глава 46. Моя миссия

- Глава 47. Напряженность и победа

- Глава 48. Наше рандеву

- Глава 49. Экономия красоты

- Глава 50. Обычная я

- Глава 51. Мой матч мести

- Глава 52. Учения отца

- Глава 53. Разочарование

- Глава 54. Его вопрос

- Глава 55. Слезы отца

- Глава 56. Реальность, брошенная мне моим отцом

- Глава 57. Мой конфликт

- Глава 58. Желание старшего брата

- Глава 59. Моя помолвка (часть 1)

- Глава 60.1. Моя помолвка (часть 1)

- Глава 60.2 Моя помолвка (часть 2)

- Глава 61. Мои занятия

- Глава 62.1. Конфликт отца

- Глава 62.2. Конфликт отца

- Глава 63. Содержание моего урока

- Глава 64.1. Свидание с ним

- Глава 64.2. Свидание с ним

- Глава 65. Начало любовной истории отца и матери

- Глава 66. Моя тренировка после долгого перерыва

- Глава 67. Тайная беседа жениха и свекра

- Глава 68. Моя встреча со своим личным помощником (часть 1)

- Глава 69. Моя встреча со своим личным помощником (часть 2)

- Глава 70. Моя встреча со своим личным помощником (часть 3)

- Глава 71. Свидание со своим женихом

- Глава 72. Личный разговор отца

- Глава 73. Наш с братом перерыв

- Глава 74. Мое прощание с бабушкой

- Глава 75. Личный помощник, охранник и учитель

- Глава 76. Личный помощник, учитель и охранник (часть 2)

- Глава 77. Личный помощник, учитель и охранник (часть 3)

- Глава 78.1 Личный помощник, учитель и охранник (часть 4)

- Глава 78.2. Личный помощник, учитель и охранник (часть 4)

- Глава 79.1 Личный помощник, охранник и я

- Глава 79.2. Личный помощник, охранник и я

- Глава 80. Новичок и мой матч

Reia

Благосостояние воительницы

Благосостояние воительницы

Автор: Reia

Я родилась в семье военных. Мой отец – маркиз и герой страны. Внезапное убийство матери заставило меня задуматься об обучении искусству меча. Я решила последовать по стопам отца и вступить в армию, чтобы трагедия больше не повторилась. Несмотря на свой пол, я начала учиться сражаться. Тогда я ещё не знала о том, к чему меня приведёт тот день, когда я решила взять в руки меч...

Новые главы искать там: https://ranobe.me/ranobe232

Глава 1. Иррациональная реальность

Зазвонил колокол.

Торжественный и мрачный похоронный звон.

— Мама...

Я позвала маму, спящую в гробу.

Однако она никогда не сможет ответить мне.

Несмотря на то, что я знала о том, что моя мама только выглядела спящей, я надеялась, что ее веки поднимутся от моего крика.

Но, как и ожидалось, глаза матери не открылись.

Сколько бы я не плакала и не цеплялась за нее, я не могла повернуть время вспять... Я больше никогда не увижу улыбку матери и не услышу ее голос снова.

Меня переполняли слезы от той реальности, что предстала передо мной.

Мое тело, невольно двигаясь, приближалось к матери, пытаясь прильнуть к ней.

Прикосновение к холодному телу матери заставило меня понять, что это не сон.

…

Меня зовут Мелиса.

Мелиса Риз Андэрсон.

Единственная дочь маркиза Андэрсона.

Отцу — герою, ставшему главой Дома маркиза Андэрсона, страна предоставила территорию, называемую Королевством Тасмерия.

Даже отец, всегда смеявшийся от души, показывал признаки депрессии.

Старший брат тоже рыдал в стороне.

«Мальчик из гордого воинского Дома Андэрсона не плачет из-за чего-то подобного».

Той, кто всегда так громко ободрял его — мамы, здесь больше нет.

…Поскольку она во сне, от которого никогда не проснется, — это естественно.

Из окрестностей были слышны звуки рыданий.

Мать была добрая и красивая.

Она была той, кто прислушивался к любому человеку, той, которая свободно распространяла свою доброту вокруг.

Несмотря на это, почему?..

Почему маме пришлось пережить что-то подобное?..

Пока мне, с одной стороны, было грустно, с другой — сильный гнев наполнял моё сердце.

Этот мир иррационален.

Это то, что я поняла.

Нет, меня заставили понять...

Отчаянно сдерживаясь, я прикусила свои губы, чтобы удержать импульс и не закричать. У меня во рту распространился привкус железа.

— …Милли. Прямо сейчас ты не могла бы подумать о своей матери?

Слова отца вернули меня к реальности.

Интересно, отец прочитал мои мысли?

Несмотря на возникший вопрос в моей голове, в данный момент меня не волновала такая мелочь, как эта, потому что я снова обратила все свое внимание на маму.

— …Мама… — тихо бормотала я.

Ответа на мои слова, естественно, не было.

Слезы бесконечно текли.

…Тихо: я закрыла глаза и помолилась.

О мамином счастье в загробном мире.

Вдруг, когда я открыла глаза, передо мной появилась фигура отца.

В то же время я заметила, что у него, который никогда не показывал нам свои слезы, по щеке катилась одинокая капля.

Глава 2. Следы героя (часть 1)

Королевство Тасмерия, в котором я жила, начало воевать с соседней страной Товаир всего десять с лишним лет назад.

Товаир находится к северо-западу от Тасмерии и владеет землей, на которой очень трудно производить зерновые культуры. Поскольку они также не имеют каких-либо ценных минералов, то считаются довольно бедной страной.

Поэтому, стремясь к плодородным землям нашей страны, Товаир и начал нападение.

Без единого объявления войны они внезапно напали.

Естественно, Королевство Тасмерия не смогло с этим справиться, и в результате многочисленные территории были захвачены.

Вследствие разгрома дислоцированных войск из армии и частной армии феодала территория графа Сезуна была полностью оккупирована вражеской страной.

Примерно в то же время, когда они приближались к соседней территории, принадлежащей графу Монро, на двух фронтах — северном и западном, их войска попали в невыигрышное положение.

Отряду моего отца было приказано вернуть бывшую территорию Сезуна.

Отец, являясь командиром Первого армейского корпуса Королевства, привел свою армию на передовую.

Если вы спросите, почему мой отец, наследник Дома маркиза, был оправлен на место такой кровавой битвы, получите ответ — причиной являлось занятие моего отца.

Обычно роль защиты капитала и королевской власти отводилась Рыцарскому Ордену, к которому были прикреплены сыновья знати.

Однако, как правило, стремились присоединиться к Рыцарскому Ордену вторые или третьи сыновья, надеющиеся на некоторые военные достижения. Вряд ли кто-нибудь из старших сыновей решал вступить в него.

Несмотря на разговоры отца о том, что аристократическое общество было слишком жестким, он вступил в армию, а не в Рыцарский Орден. А также, несмотря на то, что он был наследником своей семьи.

Королевская Армия приветствовала всех, — это организация, состоящая в основном из простых людей.

Они функционировали главным образом для защиты границ Королевства и поддержания общественного порядка в стране.

У Королевской Армии и Рыцарского Ордена били такие же отношения, как у нефти и воды. Орден Рыцарей смотрел на Королевскую Армию, и считал, что они просто группа мускулистых людей без всяких мозгов. Королевская Армия смотрела на Рыцаря свысока. Порядок мышления был таков: «Группа молодых мастеров, не знающих истинного боя».

…Это действительно заставляет задуматься. Поразительным является то, что отец, бывший не только дворянином, но и наследником Дома маркиза, попытался войти в вооруженные силы через Королевскую армию.

На самом деле, я слышала, что когда он впервые вступил в армию, ему было довольно сложно.

Похоже, что в Королевской армии существовала оппозиция против присоединения к ним благородных лиц, и Дом маркиза также был в значительной степени против этого.

В частности, такое продолжалось до того момента, пока Дом маркиза считал отца лишенным наследства.

Тем не менее благодаря силе его натуры, похоже, положение отца в армии неуклонно стало расти.

Независимо от своего статуса, Королевская Армия приветствовала всех.

Не заботясь о своем звании, можно сказать, что это военная организация, придерживающаяся доктрины, основанной на истинной силе.

Следовательно, несмотря на возможности отца, противодействие его зачислению длилось недолго.

Глава 3. Следы героя (часть 2)

Проблема была со стороны Дома маркиза.

В конце концов, они не отреклись от него, но забрали его право наследовать дом и передали его второму сыну.

Отец не особо заботился о своей позиции, поэтому принял это решение без каких-либо возражений. Дедушкино суждение было верным.

Причина в том, что, пока вы были привязаны к Королевской Армии, вы никогда не знали, когда могли потерять свою жизнь.

Несмотря на то, что отец был из Дома Воинов, а вступил в армию вместо Рыцарского Ордена, его репутация как преемника среди других дворян была плохой.

…Это было бы применимо только в том случае, если бы у отца не было такой силы.

Отцу удалось вернуть бывшую территорию Сезуна силами всего одного отряда. Он оставил свою защиту другим отрядам, прибывшим впоследствии, прежде чем сам отправился на восток.

Он встретился с находящимися под давлением солдатами графа Монро, а также с силами, направленными Королевской Армией. Таким образом у него получилось совершить большой подвиг, отразив врага.

Неизвестно, сколько голов вражеских командиров собрал отец.

Вот так, благодаря многочисленным военным подвигам, его хвалили как героя.

Естественно, что в Королевской Армии, хоть он и был благородным, по причине своих военных подвигов и природной харизмы в качестве командира, отец стал объектом обожания, даже в Ордене Рыцарей… Итак, история продолжается.

В семье таких воинов, как в Доме маркиза Андэрсона, просто не могли не обратить на это свое внимание.

Отец был вновь восстановлен в качестве следующего феодала.

Можно было бы подумать, что по этому поводу возникли какие-то споры, но звание «герой» было для них настолько важно, что они приняли такое решение.

С другой стороны, главным инцидентом стал его брак с матерью.

Мать была дочерью барона.

Она не рассказывала мне подробности того, как они встретились, но все закончилось тем, что, полюбив друг друга, дали обещание пожениться.

Было бы хорошо, если бы он остался лишенным наследства, но он стал редким героем и был следующим главой Дома маркиза.

Их семейные статусы не совпадали.

Все звания героя, наоборот, работали против них.

По всей стране бесчисленное количество дворянских семей хотели установить связь с отцом через брак.

Даже в Доме Андэрсона было большое количество несогласных.

В конце концов, отец просто сказал: «Если я не смогу жениться на Мерильде, я уйду из армии», таким образом положив конец всей этой шумихе.

В то время уже было ясно, насколько сильно отец влюблен в мать. Между ними постоянно были сердечные и довольно щекотливые сцены.

Наконец, охваченные такой огромной страстью, они оба были связаны друг с другом… Даже когда мой старший брат и я, как само собой разумеющееся, родились, они продолжали глубоко любить друг друга.

Иногда до такой степени, что мы с братом хотели отвести взгляд.

Мой хамоватый отец вел себя мило только с моей матерью… Глядя на его, совершенное иное поведение, нежели в армии, даже верный слуга отца, барон Месси, был совершенно сбитым с толку.

Мама была по-настоящему прекрасной женщиной. Спокойной и нежной.

Несмотря на то, что она, несомненно, должна была пережить много трудностей, выйдя замуж за члена Дома маркиза, она всегда невероятно нежно улыбалась.

Такое поведение, возможно, следует ожидать только от той, кто была в положении жены отца — у нее было немало смелости.

Однажды увидев окровавленного отца, забрызганного кровью его жертв, после подтверждения того, что он не пострадал, она лишь, просто улыбаясь, сказала:

— Арара, маа! Мы должны немедленно приготовить горячую ванну и принять ее!

Ее реакция удивила и моего брата, и меня.

— Нет-нет, было бы лучше, если бы отец смыл брызги крови на военных объектах… — вот что ответил мой брат.

Поскольку в этот день была годовщина их свадьбы, отец хотел провести время с мамой и взял выходной.

Но так как все из военнослужащих цеплялись за него в слезах, он неохотно ушел… И как только миссия закончилась, он оставил отчет, который должен был сделать после возвращения к своим подчиненным и отправился домой, но… Где во Вселенной вы найдете мужа, возвращающегося праздновать годовщину свадьбы выпачканным в крови?

Это было что-то совершенно естественное для нашего дома.

Там был отец, там была мама и старший брат.

Несмотря на то, что мы были в Доме маркиза, не было никакого чувства формальности, это был очень счастливый дом.

…До этого дня.

Глава 4. Повышение квалификации

Я открыла глаза.

В тот же момент мои мысли вернулись к реальности.

Пришло время моей очереди, поэтому я встала и взяла в руки меч.

Как и ожидалось, на тренировочном поле один из мужчин рухнул, и судья выкрикнул имя победителя.

…Зрителей не было, поэтому и не было возгласов одобрения, победивший торжествующе встал.

Человек, действующий в качестве рефери, как будто пытаясь изменить атмосферу, назвал мое имя.

А затем имя моего противника.

Не спеша, но при этом не заставляя противника томиться в ожидании, я поднялась на тренировочное поле.

Передо мной стоял высокий мужчина. Несмотря на то, что мои мускулы благодаря тренировкам достаточно выросли, по сравнению со мной он был крупным мужчиной: почти в два раза больше меня.

Я вытащила свой тренировочный клинок — меч с тупым острием.

Не обращая внимания на то, что ему противостояла такая молодая девушка, как я, мой противник не проявлял никаких признаков желания уступить мне и выхватил свой меч.

Одновременно с тем, как мы встали в стойку, судья объявил начало матча.

— Лязг-лязг-лязг! — раздавался звук ударов тупых лезвий тренировочных клинков.

Удары противника были мощными. Наша борьба напоминала фехтование, основанное исключительно на силе.

Я внимательно наблюдала за движениями противника и чувствовала его дыхание.

Затем я предсказала его действия в следующий момент и справилась с ними.

Стоя в углу поля, я всегда помнила о том, что нужно избегать меча противника и контактировать с ним.

Наши мечи ударились друг о друга.

Продолжая сталкиваться с ним мечом, я бы потеряла власть над ним, поэтому я немедленно отступила.

Затем, снова нацелившись на грудь противника, я побежала. В этот момент он уронил свой меч. Воспользовавшись этим временем, я взмахнула мечом, как будто бы собиралась ударить его.

На мгновение у моего противника появилось довольно удивленное выражение лица, но вскоре оно исчезло, когда он начал тратить все свои силы на размахивание мечом.

Это было быстрое и тяжелое оружие.

Я парировала силу противника, не останавливая удар.

— Яяяяях...!

Благодаря парированию позиция противника рухнула. Войдя в его грудь, я еще раз взмахнула мечом, чтобы добить его.

Затем, когда он лежал вниз лицом к земле, я положила меч на его шею.

— …Вот и все! Победитель, Мэл!

В момент объявления судьи о моей победе я вложила меч в ножны.

С тех пор как мама умерла, прошло уже 3 года. Быстро пролетело время или нет, я не знаю.

Но каждый день я не забывала тщательно полировать свой меч.

Глава 5. Мои треки (часть 1)

Я не могу забыть тот день, когда умерла моя мама.

Мы с братом с нетерпением ждали ее возвращения из столицы.

…Но этому желанию не суждено было сбыться… Вместо мамы нас встретил посланник с серьезным выражением лица.

И тогда мы узнали правду.

Наша мать подверглась нападению бандитов и была убита.

Вначале я не понимала, что говорит нам посланник. Причиной этому был не мой юный возраст, а то, что я просто не могла в это поверить...

Почему мама должна была умереть?

Поскольку я родилась в семье военных, ко мне рано пришло понимание сути жизни и смерти.

Каждый раз, отправляясь на миссию, наш сильный духом отец напоминал нам о том, что никто никогда не знает, что может случиться во время битвы. При этом мы всегда понимали, что именно он имел в виду.

Он не хотел выглядеть пессимистичным, а просто гордился своей жизнью ради страны.

Однако почему... Почему мать умерла?

Она должна была умереть?

Прискорбным было также то, она была убита одним из граждан, которых отец защищал всю свою жизнь.

Были ли они бандитами или нет, абсолютно не имело никакого значения. Большое значение имел тот факт, что они являлись народом нашей страны.

Почему отец... С какой целью он защищал эту страну?

Заметив уныние отца, я высказала предположение.

Этот мир иррационален.

Это я поняла.

Нет... Меня заставили понять.

Я росла сорванцом и находилась под влиянием у моего старшего брата. Вместо изучения правильных манер благородных девиц, я не носила платья, лазила по деревьям и с ног до головы в грязи бегала по гигантскому Дому Андэрсона.

Тем не менее моя мудрая мама, которая всегда приветствовала моего отца с улыбкой на лице, когда он возвращался домой в крови, хоть и была обеспокоена моим поведением, но всегда точно так же, как и его, встречала ласковой улыбкой.

…Я должна была проводить больше времени с мамой.

Если бы я занималась вышивкой или имела другие девчачьи увлечения, я уверена, что так оно и было бы.

Но после смерти матери, вместо того чтобы пытаться оживить ее в памяти, увлекаясь тем же самым, что и она, я выбрала совершенно другой путь.

Тот сложный путь, который привел меня к нынешней ситуации.

После похорон матери я плакала до тех пор, пока мои слезы не высохли.

Я плакала и плакала… Внутри моего сияющего, и в то же время опустошенного сердца снова возникли чувства, которые обитали в нем для этого единственного случая во время церемонии прощания.

Проще говоря… Опасность и ненависть.

Желая отомстить, я поняла насколько я слаба для этого, мне не хватало мощи.

Проклиная иррациональность реальности, мне стало стыдно за свою беспомощность.

Вот почему я умоляла своего отца тренировать меня.

Отец ничего не спрашивал.

Взамен он просто сказал:

— Если ты этого действительно хочешь, учти, что я буду строг с тобой в этом деле.

И со следующего дня я приступила к тренировкам.

Глава 6. Мои треки (часть 2)

— Итак, Милли, прежде чем мы начнем тренироваться, давай проверим уровень твоей выносливости.

Прежде чем начать полноценную тренировку, отец решил проверить уровень моих физических возможностей.

— Ты выносливее, чем я думал, — сказал отец, оценивая результаты проверки.

Благодаря тому, что я бегала по территории поместья, моя физическая подготовка, в сравнении с моими сверстниками, была довольно хороша. То, что я играла в густом лесу за особняком, помогло научиться преодолевать преграды и препятствия без проблем.

И, возможно, из-за того, что я охотилась за дикими животными, мое кинетическое зрение и рефлексы также были отличными.

— Твоих хороших результатов недостаточно для прохождения обучения. Нужно сделать кое-что еще.

Программа тренировок, врученная мне, была адской. Я даже не предполагала такого.

Я должна была проснуться до рассвета и бежать три круга вокруг особняка.

Несмотря на то, что всего три круга, осуществить это вокруг такого огромного особняка было непросто.

Закончив бег, мне стало до такой степени плохо, что меня стошнило.

После этого я выпила воды, содержащей немного соли, и сделала небольшой перерыв. Затем я снова возобновила свою тренировку.

После бега пришло время пешего исследования леса на территории особняка.

Внутри леса были все виды ландшафтов, довольно симпатичные взлеты и падения.

Небольшой ручей, не имеющий моста для его пересечения, был расположен между скалами высотой с рост двух вместе взятых людей. Для того чтобы перейти через него, было необходимо спуститься вниз, а затем снова подняться.

Видимо, причиной того, что лес до сих пор оставался нетронутым, была личная тренировка отца.

— Тссс...

Карабкаясь по скале, к несчастью, я ударилась рукой о камень. Моя ладонь стала ярко-красной.

Я решила спуститься к ручью и помыть в нем руки.

Прозрачная вода сверкала благодаря осыпающему ее солнечному свету. Из-за того, что вода смешалась с небольшим количеством моей крови, на ней появилась красная уходящая полоска.

Оторвав часть своей сухой одежды, я намотала ее на ладонь и снова взобралась на скалу.

Затем я занималась тем, что повторяла движения, которым меня научил отец, размахивая мечом.

Несмотря на то, что вначале он казался легким, после того, как я несколько сотен или тысяч раз взмахнула им, моя рука онемела от его веса.

Прежде чем почувствовать это, я снова и снова повторяла махи мечом.

Пережив боль и все-таки взобравшись на скалу, я продолжила бежать.

Закончив путешествие по лесу, пришло время полуденного перерыва.

Если бы у меня не было аппетита, и я не поела, моих оставшихся сил не хватило бы даже для того, пошевелиться. Так что я с удовольствием пообедала тем, что мне дали с собой.

После небольшого перерыва я продолжила размахивать мечом до заката. Я занималась этим до тех пор, пока за мной не вернулся отец.

Покончив с ужином, как будто потеряв сознание, я упала на кровать.

Таким был мой каждый день.

— Я буду с тобой строг.

Отец не хотел слышать ни одной моей жалобы.

Даже увидев, как меня рвало, он бы просто беззаботно наблюдал за этим.

Казалось, если бы я сказала хоть одно жалобное слово, он бы немедленно прекратил тренировки.

Однако я не могла этого допустить.

Я ходила на тренировки с душераздирающим рвением.

В итоге, я была девочкой, не достигшей десяти лет, которая вместо детских игр и шалостей от восхода солнца и до глубокой ночи продолжала тренироваться.

Я хотела стать сильной, я хотела отомстить. Я тренировалась только ради достижения этой цели.

Весь день и всю ночь я была занята только тренировками.

Глава 7. Мои треки (часть 3)

Интересно, сколько времени мне потребуется для того, чтобы достичь необходимой физической силы для упражнений с мечом на качелях?

Наблюдая за тем, как я тренируюсь, отец вдруг сказал:

— Смотри! — и встал передо мной.

До этого момента он наблюдал за мной, не давая каких-либо советов. Интересно, что изменилось сейчас?

Прежде, чем я задала себе этот вопрос, отец стал демонстрировать свое мастерство владения мечом.

Я полагаю, он хотел, чтобы посмотрев, я запомнила это?

Несмотря на множество вопросов в моей голове, я освежила свои мысли и сосредоточилась на движениях отца.

Чтобы запечатлеть каждый его ход, я внимательно смотрела на него, забывая даже моргать.

— Практикуйся в этом, — сказал отец и закончил представление.

Оставшись одна, я вспомнила увиденные движения и многократно пыталась повторить их, двигая своим телом.

Однако получалось совсем не так, как я себе это представляла.

Мое тело не могло работать в унисон с изображениями, возникающими в моем воображении.

Поскольку мои ходы были неловкими и незавершенными, я устала от своих собственных действий.

— Почему я не могу это повторить? — задав себе этот вопрос, я почувствовала раздражение.

Возможно, так как я мысленно могла представить движения, к которым я стремилась, эта ситуация меня раздражала еще сильнее.

Будет лишним, если я скажу, что после наблюдения за движениями отца, попытки их повторения мною были включены в ежедневную программу тренировок.

— Тсччч... — появился пузырь.

Деревянная ручка меча, находившаяся в моей руке, слегка окрасилась в красный цвет.

Я разорвала полотенце, приготовленное для рук, и обернула ним ладонь.

Мне не было больно.

Мне не было сложно.

Потому что я знала, как может быть действительно больно и когда действительно тяжело.

С другой стороны, эта боль и страдание заставляли кружащуюся во мне бурную ненависть разгораться еще сильнее.

Вот, почему я не остановлюсь. Я не могу остановиться.

И вот, я продолжила разминаться.

Я ничем не занималась, кроме того, что повторяла тренировку снова и снова.

Примерно тогда, когда движения, которым я пыталась научиться, уже врезались в мое тело, меня заставили принять участие в фиктивной битве с моим старшим братом.

Мне казалось это прекрасной идеей, так как в дальнейшем это поможет мне усовершенствовать движения моего тела.

Как и ожидалось, столкновение с кем-то отличалось от самостоятельных занятий.

Во время боя я поняла, что подобная тренировка была необходимой для того, чтобы сделать нас сильней.

Поэтому, обменявшись ударами с братом, я продолжила тренироваться.

— Хааа... хааа...!

Вытирая пот, я обратила внимание на свою ладонь. С каждым днем волдыри на ней становились все тверже. Моя рука перестала быть похожей на руку девушки.

Так как это являлось результатом моего успешного обучения, я была искренне счастлива.

Слегка улыбнувшись, я посмотрела на брата. Он выглядел измученным.

— Милли, в будущем, ты будешь драться со мной, — сказал отец.

Услышав эти слова, я на мгновение растерялась.

Однако в следующий миг, осознав значение сказанного, я рефлекторно рассмеялась.

Наконец-то я достигла уровня, позволяющего мне обмениваться ударами с отцом.

Благодаря этому я ощутила не испытываемое раньше чувство удовлетворения и счастья.

А также немного нервозности и страха.

— Пожалуйста, будьте снисходительны ко мне!

Наконец, битва один на один с отцом началась.

На мой взгляд, отец безжалостно избил меня.

— Неужели, это все на что ты способна?

Рухнув, я заметила свысока глядящего на меня отца.

Я была уже совершенно не в состоянии продолжать борьбу.

Несмотря на мои мысли о том, что я стала немного сильнее после битвы с братом, перед отцом я была еще слишком слаба.

Честно говоря, осознавать это было неприятно.

Лежа на земле, я посмотрела на отца.

Между нами был очевидный разрыв.

Будь-то опыт или скорость, мне не хватало всего.

Учитывая это, я должна была принять какие-то меры для восполнения этого пробела.

Даже отец потерял что-то важное, осознав иррациональность реальности.

В таком случае, насколько сильной я должна стать, чтобы приблизиться к его уровню?

Насколько сильной я должна стать, чтобы исполнить свое желание?

Я не знаю...

Однако, по крайней мере, я знаю, что нужно делать для того, чтобы отец не смотрел на меня свысока.

Прижав дрожащую руку к земле, я снова встала.

— Этого недостаточно.

И вот я снова вступила в борьбу с отцом.

Глава 8. Мои треки (часть 4)

Несмотря на то, что я снова и снова поддавалась избиениям, я отчаянно продолжала размахивать своим мечом.

Со временем я могла выиграть у отца каждый пятый матч.

— Хорошо. С завтрашнего дня ты начнешь принимать участие в тренировках гвардейского корпуса.

— Хааа....

Услышав внезапное решение отца, я непреднамеренно дала нерешительный ответ.

Частное войско Дома маркиза Андэрсона было известно как Корпус Гвардии.

Они являлись воинами, подчиняющимися главе Дома маркиза Андэрсона, который был высоко оценен благодаря их военному искусству.

Чтобы не стыдить имя Дома маркиза Андэрсона, начнем с того, что каждое поколение его сыновей будет продолжать усовершенствовать свое боевое искусство.

Для того чтобы стать членом гвардейского корпуса необходимо владение определенным уровнем подготовки.

Естественно, их истинная сила была, в подавляющем большинстве, выше, чем у частных войск других территорий.

Поэтому, вход в Корпус Гвардии Дома маркиза Андэрсона, было большой честью для меня.

Это обязывало меня к тренировкам днем и ночью.

Каждый человек, являющийся членом гвардейского корпуса, гордился фактом своего членства и уровнем своего боевого искусства.

Для обучения мальчиков, в главной резиденции Дома маркиза Андэрсона была оборудована чрезвычайно просторная арена.

Отец считал, что без постоянных тренировок его тело ослабеет, поэтому он снес старый двор особняка столицы и сделал там тренировочное поле.

Я не могла поверить, что буду участвовать в этой долгожданной тренировке. Эта мысль заставила меня невольно улыбнуться.

До сих пор моими партнерами по обучению были старший брат и отец.

Несмотря на то, что я была довольна и этим, я все равно хотела испытать себя в борьбе с другими людьми.

Прежде всего, я хотела проверить уровень своей силы.

Конечно, переживания по этому поводу никогда не покинут меня.

Встречая много разных людей на ринге, я буду становиться все сильней.

Я не могла перестать думать об этом, так как это доставляло мне удовольствие.

Отец сказал, что выражение моего лица тешит его.

На следующий день, в приподнятом настроении я направилась к тренировочной площадке.

Прибыв туда, я заметила, что меня окружали мужчины в один или два раза больше меня.

Естественно, я выделялась среди них.

— Ой, почему этот ребенок здесь?

— Кто же знает... Иди поговори с ней.

— Эх, нет. Мои разговоры с детьми заканчиваются их слезами.

— С точки зрения обычного ребенка, ваше лицо выглядит злым, и, вероятно, он испугался вашего внешнего вида, — еле слышно пробормотала я, глядя на говорившего человека.

— О-дзё-чан, почему вы здесь? Тут опасно, поэтому, вероятно, вам следует быстро уйти.

— Я рада вас видеть. Меня зовут Мэл. С сегодняшнего дня буду тренироваться здесь с вами. Я заранее благодарю вас за вашу поддержку и руководство, — стараясь произвести наилучшее впечатление, я поприветствовала окружающих меня мужчин.

Имя, которым я представилась, не являлось сокращенной формой моего полного имени. Я использовала его по указанию отца.

Как и ожидалось, он не решился сообщить всем о том, что его дочь участвует в тренинге.

— Всем внимание! — повысил голос один из членов корпуса.

Шокирующий барабанные перепонки голос заставил меня на мгновение опешить.

Однако, поскольку члены корпуса уже привыкли к нему, немедленно отреагировав, они вошли в строй и, выпрямив спину, стояли с прекрасной осанкой.

— Прибыл голова.

После этих слов, появился отец.

Взглянув на лица членов корпуса, я увидела их горящие глаза. На секунду мне показалось, что они были мальчиками моего поколения.

— Приятно видеть, что все сегодня полны энергии, — сказал отец и рассмеялся.

Однако, спустя мгновение, улыбка исчезла, и выражение его лица стало суровым.

— Несмотря на то, что она уже представилась, я еще раз поясню. С сегодняшнего дня Мэл будет участвовать в тренировках. До прибытия сюда я уже кое-чему ее обучил, поэтому можете не сдерживаться по отношению к ней. Используйте всю свою силу в поединках с ней.

Услышав это, мое тело мгновенно вздрогнуло.

Испугалась? Нет.

Мое тело дрожало от волнения.

Серьезность отца передалась и мне.

Таким образом, я находилась в предвкушении сражений во время будущих тренировок.

— Пожалуйста, позаботьтесь обо мне!

Сказав это голосом, исходящим из нижней части моего живота, я заметила, как отец слегка рассмеялся.

— Ну что, начнем тренировку!

Глава 9. Мои треки (часть 5)

Тренировка, которая началась после этого, была легче той, к которой я привыкла.

Возможно, мне так казалось потому, что в последнее время я добавляла к программе отца кое-что, придуманное самостоятельно.

Когда разминка закончилась, мы начали практиковаться на качелях.

Сверху вниз.

Каждый раз, размахивая мечом, лишние эмоции исчезали, и ощущение того, что мое сердце успокаивается, давало мне возможность хорошо себя чувствовать.

Это ощущение полностью пронизывало меня.

Во время того, как я находилась под впечатлением от этого, данная практика тоже закончилась.

Затем мы закончили с лонжеронами один на один.

Имена назывались парами, и эти два человека, противостоя друг другу, обменивались ударами мечей.

Будто бы пожирая, я смотрела на их движения.

«Понятно, что есть и такой способ передвижения...» — мысленно отмечала я.

Возможно, я тоже смогу воспроизвести подобные движения, хотя, учитывая мое телосложение, скорее всего мне будет трудно с этим справиться. В тот момент я думала о своем поведении, если бы мой оппонент совершал такие же движения.

— Дальше Мэл и Ларда!

Наконец, одним из последних, назвали мое имя.

Моим оппонентом был человек, наиболее удивившийся моему присутствию там.

— Ну, тогда начнем! — услышала я голос человека, выступающего в роли рефери и инструктора.

Однако Ларда не сдвинулся с места.

Казалось, он был озадачен тем, что ему нужно бороться с таким противником, как я.

Я долго ждала, но он так и оставался обездвижен.

Таким образом, первой начала двигаться я.

— Яях!

Отразив мой удар, глаза Ларды расширились от удивления.

Однако из-за этого его позиция рухнула.

Воспользовавшись этим моментом, я заставила его упасть и поднесла меч к его глазам.

— Победитель Мэл!

Обстановка на арене стала шумной.

Все закончилось слишком быстро...

Казалось, они были удивлены моей победой.

Однако внутренне мне хотелось цокнуть языком.

Это было совсем не похоже на борьбу.

Видимо, он все-таки подвел свою команду.

— Ларда. Я разве не сказал, что эта девушка уже обучена мной? Ты расслабляешься, думая, что твой соперник слабее тебя. В этом твоя глупость. На поле битвы... нет, где бы то ни было, нет сильных или слабых. Все, что тебя должно волновать, это то, как ты победишь своего врага. Тот, кто последует этому совету, станет сильнее. Избавься от этой наивной привычки.

— Да, приношу свои самые глубокие извинения, — опустив голову, сказал Ларда, услышав резкие слова отца.

— Мэл, ты все еще хочешь драться?

— Да.

— Тогда следующий Ганз. Иди!

Подчиняясь словам отца, другой мужчина занял место Ларды и подошел ко мне.

— Итак... Ганз против Мэл! Начинаем!

После слов судьи, мы одновременно начали движение.

Судя по его действиям, он не подводил свою команду.

Отлично.

Получив его острое фехтование, я широко улыбнулась.

Тем не менее, как и ожидалось, по сравнению с отцом, его движения были медленными, а сила, передаваемая через его меч, слабой.

Это не было странным, так как я его сравнивала с таким человеком, как мой отец.

Было забавным иметь противника, движения мечом которого отличались от фехтования отца.

После нескольких ударов я вошла в его грудь и отбросила его меч.

Затем, обезоружив его, я сунула меч за спину.

Все замерли.

Никто не осмелился открыть рот. Они были не способны издать малейшего звука.

— Победитель Мэл! — нарушив тишину, нервно объявил инструктор.

— Теперь вы понимаете уровень подготовки Мэл... Есть еще кто-то, кто против ее участия в тренировках?

После этого вопроса ни один человек не повысил голос, все молчали.

Меня смешило то, что меня проверяли.

— Отлично. Ну что же, на сегодня закончим на этом. Хорошо делать, как захочешь!

После этих слов обучение закончилось.

Несмотря на конец тренировки, я задавалась вопросом, что же делать мне?

Честно говоря, я не испытывала чувства удовлетворения.

Хотя произошедшее и было познавательным для меня.

Поскольку я впервые боролась против кого-то, кроме отца и брата, я все еще находилась во взволнованном состоянии.

На этой ноте, не оставляя меча, я побежала, чтобы мое тело продолжало двигаться.

Глава 10. Плач отца (часть 1)

— Генерал, где вы нашли такого ребенка?

Услышав слова командира гвардейского корпуса Гария, я скривился.

— Какого? Тебя это волнует?

— Да, очень.

— Это невозможно. Ее уровень способностей выше, чем у парней из гвардейского корпуса в таком же юном возрасте, — сказал после Гария Шурей, работающий заместителем командира гвардейского корпуса.

Несмотря на то, что Шурей был еще молод, он же имел возможность работать в качестве вице-командира.

Гария и Шурей, самые влиятельные люди Первого гвардейского корпуса, находившиеся под моим руководством, всего спустя один день похвалили и признали способности моей дочери.

Подсознательно я вздохнул.

— Если бы это было чем-то обыденным, то, вероятно, это не показалось бы забавным этим парням. Видя ее самостоятельную практику после тренировки, кажется, что их чувства находились в смятении. Нескольким людям это казалось интересным, поэтому они остались понаблюдать за ней. Лица всех без исключения побледнели. Бледнели так же те, кто и слышал о ее способностях потом. Эта ситуация напомнила мне тренировочный лагерь после призыва.

Тренировочный лагерь после зачисления в армию по какой-то причине назывался адским крещением.

Содержание тренировки было лично продумано и реализовано мной.

Возможно, я действительно сделал ее немного сложней, чтобы сломить гордость тех, кто превозносил себя за свою силу.

«Действительно, они настолько побледнели?» — думал я, наклонив голову.

— Я заранее вам скажу, что учебное содержание, которое я впервые ей дал, состояло только из половины этого. Представляете?

Более важным было то, что я старался предоставить своей дочери более мягкую программу тренировок.

Вспомнив об этом, я стал еще более неспособен понять их реакцию.

— Думаю, даже половина из этого, это слишком много, — серьезным тоном ответил Гария, услышав мои слова.

Стоящий рядом с ним Шурей криво улыбнулся.

— Неужели, такой милый ребенок, как она, находясь в столь юном возрасте, не хочет играть? Почему она так отчаянно тренируется?

После этих слов Шурея, я вспомнил свою дочь.

Даже без предвзятого взгляда своих родителей, моя дочь прекрасна.

Несмотря на ее молодость, в ее теле уже было полное чувство красоты.

Платиновые светлые волосы и прозрачные, словно аквамариновые камни, голубые глаза.

Когда она вырастет, какой же красивой женщиной она станет. Даже сейчас, она обладает внешностью, способной очаровать любого.

Она была ребенком, развитие которого я ждал с искренним нетерпением.

Девушка, тело которой покрыто ранами, тренировалась, смешиваясь с парнями.

Для дочери дворянина, тем более в таком юном возрасте, это было совершенно невозможным.

Тем не менее главной причиной прохождения обучения ею являлось то, что я обнаружил ее природный талант.

Конечно, потеряв жену, я также хотел, чтобы она научилась некоторым приемам самообороны.

Однако если бы я руководствовался только этим, то я не смог бы быть с ней так строг.

Если бы я предоставил ей более легкую и удобную для нее программу тренировок, то на этом бы все и закончилось.

Причиной, по которой я не сделал этого, являлось то, что я хотел развить ее талант.

Пока он не угас.

Во-первых, начало всего этого было связано с тем, что произошло во время похорон моей жены Мерильды.

Во время панихиды я почувствовал еще большее горе, увидев своих горюющих детей.

Однако на похоронах возник еще один важный момент.

Я почувствовал холод, заставивший мое тело разразиться мурашками.

Таковым было предупреждение моего инстинкта, когда я видел сильного человека.

Это приводило к ощущению мурашек на своей коже.

Задавшись вопросом о том, откуда появилось такое ощущение на похоронах, почувствовав опасность, я стал искать его источник.

Осознав, что это исходит от моей собственной дочери, честно говоря, я усомнился в своем здравомыслии.

Я чувствовал что-то вроде ауры, исходящей от моей пятилетней дочери.

Имея знакомства с многочисленными стойкими людьми, я испытал опасность именно от нее.

Обратив внимание на свою дочь, я заметил, что в какой-то момент ее слезы прекратились. Вместо этого она кусала губы, словно пытаясь разорвать их на части, и пламя ненависти пылало в ее глазах.

То, о чем она думала, было очевидным. Это было заметно лишь по одному ее взгляду.

И тот факт, что эмоции, появившиеся в результате подобных размышлений, являлись причиной звонка его инстинктивной тревоги, также был очевиден.

— Милли. Прямо сейчас, ты не могла бы подумать о своей матери? — сказал я ей.

Мелиса, мгновение назад кажущаяся безучастной, вернула свое внимание к моей жене, и снова начала печально проливать слезы о ней.

Окутанная горем панихида слишком быстро закончилась. После этого мои будни стали похожи на бушующие волны.

Стараясь убежать от чувства потери, я посвятил себя своей работе.

Эта рана никогда не затянется.

Я уверен, что она будет со мной до конца моей жизни.

Однако по прошествии нескольких дней я начал приходить в себя, и, спустя еще некоторое время, я пришел к тому, что обязательно уничтожу бандитов.

Мелиса умоляла меня заняться ее обучением.

Глава 11. Плач отца (часть 2)

Честно говоря, на мгновение я растерялся.

Несмотря на то, что я услышал желаемое.

Я ждал этих слов с тех пор, как почувствовал, что хочу, чтобы Мелиса практиковалась в искусстве самообороны.

Но ее глаза говорили о другом.

В них мерцало пламя ненависти.

Вот почему я находился в недоумении.

Мне было и одному хорошо идти по кровавому пути мести.

Однако, в то же время, желание развить в ней этот талант нарастало.

Еще не успев осознать этого, я согласился.

Вначале я думал, что в скором времени она сдастся.

Вернее, я даже хотел, чтобы так произошло.

Однако она завершила обучение, не озвучив не единой жалобы.

И даже после этого, ее глаза не стали гореть менее ярко, она просто продолжала идти по этому пути.

Уже прошло столько лет с тех пор, как она попросила меня тренировать ее... С того момента до принятия ею участия в этой тренировке прошло, кажется, семь лет.

В течение всего этого времени, девушка, как сказал Шурей, находившаяся в полном расцвете лет, вместо игр выбирала тренировки, не теряя интереса к ним и не позволяя языку пламени ненависти погаснуть.

Я бесчисленное количество раз высмеивал себя за противоречивые поступки.

Я знал, что должен был остановить ее, и лучшим способом для этого было прекращение обучения.

«Вот бы было хорошо услышать от нее хоть одну жалобу. Ведь тогда у меня бы появился хороший повод для прекращения тренировок», — думал я бесчисленное количество раз.

Я видел горящие, устремленные вперед манящие глаза моей дочери. Она продолжала тренироваться даже больше, чем ей было поручено.

Я не мог предвидеть то, насколько сильной она станет в будущем.

Таким образом, незаметно для самого себя, я перестал пытаться пресечь свое желание.

Затем я обучил ее технике меча.

Вначале это не походило на фехтование.

Однако постепенно ее движения становились все острее и быстрее.

Было забавным наблюдать за происходящим.

Ей удалось догнать своего старшего брата, начавшего тренироваться за три года до нее, и она пыталась сражаться с ним.

Ее рост, длина конечностей, а также скорость очень разнились с моими. Тем не менее она всегда пыталась уколоть меня.

Если этой девушке не хватало сил, то она компенсировала их нехватку техникой и манерой передвижения.

В конце концов, столкновения с ней заставляли меня ощущать дрожь до мурашек на своем теле.

То же самое чувство я испытывал во время похорон.

«Я действительно не ошибся», — подумал я и засмеялся.

В моих глазах она, безошибочно, была гением.

Это проявлялось не только в способности схватывать все на лету, а и в том, что даже не будучи обученной этому мастерству, она наперед умела просчитывать шаги соперника.

В этом был ее талант.

Глава 12. Плач отца (часть 3)

— Милорд?

Заметив то, что я, невольно погрязнув в воспоминаниях, не проявляю никакой реакции на его присутствие, повысив тон, Гария окликнул меня.

Услышав его голос, я пришел в себя.

— Приношу свои извинения. Я просто задумался... Где она берет силы? Наверное, там же, где и я.

— Там же, говорите?

— Да уж. Нечто важное для нее было украдено. Поэтому, проклиная свою слабость, она пришла к решительности.

— Другими словами, она хочет отомстить? Несмотря на это, генерал решил обучать ее?

— Как я сказал ранее, мы одинаковы.

После моего ответа, они душераздирающе посмотрели на меня.

— Кроме того, меня очень тешило то, что я обнаружил ее талант, — сказал я как можно бодрее.

Услышав мои слова, они оба явно почувствовали облегчение.

— Следите за этим ребенком как следует. И если сможете, направляй ее. Потому что я не квалифицирован для этого. Конечно, я тоже буду заботиться о ней.

— Конечно.

— Понял.

Два человека утвердительно ответили на мою просьбу в унисон.

— Приносим свои глубочайшие извинения за столь длительный визит, — сказав это, они вышли из комнаты.

Провожая их взглядом, я вышел из комнаты, чтобы отправиться на тренировочное поле.

Увидев около него Паркса, я остановился.

За его фигурой я заметил Мелису.

Как будто очарованный, он с нежностью в глазах наблюдал за ней.

Паркс также проходил обучение у меня, поэтому считался на одну голову выше остальных в своем поколении.

Мое такое мнение не являлось родительским, это было чистой правдой.

Но даже учитывая это, его сила не могла сравниться с силой Мелисы.

Сам Паркс, вероятно, хоть и не хотел, но понимал это.

Несмотря на это, он постепенно принимал эту реальность.

Увидев, с какой нежностью он смотрит на нее, я наклонил голову.

— Тебя не раздражает это? — спросил я у Паркса.

Паркс ошеломленно посмотрел на меня, как будто бы не ожидал услышать такой вопрос.

— Действительно, являясь членом Дома маркиза Андэрсона и вашим сыном, я понял, каков мой собственный предел, — сказав это, он улыбнулся.

— Что за разговоры о пределах, перестань об этом думать...

— Отец, вы правы в том, что глупо ставить себя в рамки и сдаваться. Однако разве не прекрасно иметь возможность точно измерить уровень своих способностей?

Изначально, что может показаться возмутительным с моей стороны, я никогда не думал о том, что смогу победить взрослых, обучающихся у вас. А то, что мне бы пришлось прийти к этому в одиночку, вообще невообразимо для меня. Ведь правда, что наблюдая за настоящим гением, ревновать глупо, не так ли?

Услышав от сына такие слова, сказанные безразличным и спокойным тоном, я мысленно застонал.

Конечно, мой сын по-своему пришел к осознанию этого.

Это отличалось от храбрости и безрассудства.

Обозначив уровень своих собственных возможностей, он осознал, что существуют моменты, когда он должен отступить.

Даже если кто-то пытался выбить равновесие из-под его ног, он сохранял самообладание, рассуждая не так, как ребенок десяти лет.

Когда я понял, что у моего сына также есть интересный талант, эмоции переполнили меня.

Как сказал Паркс, он ни в коем случае не был слабым.

Он просто не сумел достигнуть надлежащего уровня для того, чтобы стать достойным соперником для моих подчиненных доверенных слуг, в отличие от Мелисы. Но при этом он мог одержать победу над теми, кого совсем недавно начал тренировать я, генерал Газель.

Я надеялся, что этого уровня будет достаточно для того, чтобы в будущем стать военным командиром.

Однако мысль о том, что настоящий талант Паркса может быть в другой сфере, преобладала над этой надеждой.

По сравнению со мной и этой девушкой его боевой дух и искренняя привязанность к военному искусству были слабыми.

С другой стороны, вернее, кроме того, он постоянно был сосредоточен на анализе своего военного потенциала.

Я чувствовал в нем талант, присущий офицеру штаба, принимающего командование на поле боя.

— Послушай Паркс, почему бы тебе не попробовать освоить тактику боя?

Осознав это, я небрежно прощупал реакцию Паркса на такую идею.

— Это было бы хорошо!

Услышав мое предложение, глаза Паркса загорелись.

Увидев реакцию, соответствующую его возрасту, я мысленно улыбнулся.

— Честно говоря, я подумывал о том, чтобы поговорить с вами об этом. Еще ранее, обратив внимание на разговоры военнослужащих, приходящих к вам, у меня появился интерес к этой теме, и я хотел бы поприсутствовать на вашей следующей встрече.

— Да? Тогда я постараюсь как можно скорее пригласить их. Как только будет решена дата встречи, я сообщу тебе.

— С нетерпением буду ждать этого.

— Договорились.

Поглаживая опущенную голову Паркса, я продолжил свой путь к тренировочному полю.

Разве это не интересно?

Линия фронта могла бы быть под руководством моей дочери, а мой сын мог бы выполнять обязанности штабного офицера в тылу. А я, как генерал, контролировал бы все в целом.

Такая реальность казалась сном.

Поскольку моя дочь была женщиной, боевое формирование никогда бы не позволило реализовать это.

Тем не менее, думая об этой идее, я чувствовал волнение.

— Может быть, мне тоже потренироваться, — как будто для собственного успокоения, пробормотал я.

Ребята из гвардейского корпуса, находящиеся в стороне в режиме ожидания, услышав мои слова и увидев мое выражение лица, отступили на два, а затем на три шага. Такая реакция была нормальной.

Несмотря на то, что я еще пьян от своих несбыточных идей, почему я не испытываю удовольствия?

Глава 13. Подарок от отца

— Милли, у меня есть к тебе разговор. Зайди ко мне в кабинет, — сказал отец после того, как я закончила разминку и тренировку по улучшению физической силы.

Интересно, о чем он хочет поговорить со мной?

Находясь в смятении, я направилась в кабинет отца.

Прошло много времени с тех пор, как я последний раз заходила в особняк во второй половине такого солнечного дня, как сегодня.

Большую часть своего времени я находилась вне дома, занимаясь независимой практикой или тренировками. Дождливые дни я проводила на тренировочной арене в помещении, также тренируясь.

Полноценная тренировка проходила два или три раза в неделю.

В другие дни отец был занят, поэтому я самостоятельно занималась независимой практикой.

Мой день был расписан с утра до вечера — начиная от базового укрепления заканчивая подтверждением позиций и другими различными задачами.

Раньше я тренировалась вместе со своим старшим братом, однако, с недавних пор, после окончания тренировки он запирался в своей комнате и занимался учебой.

Кажется, что помимо изучения многих тем, которые ему было положено знать как следующему главе Дома, старший брат также изучал тактику ведения боя.

Когда я попросила его не работать так усердно, он смущенно рассмеялся, указывая на мои раны, и сказал:

— Ты тоже!

С тех пор, как умерла мама, мы все были такими.

Как будто часть наших сердец замерзла.

И чтобы хоть как-то это скрыть, каждый из нас увлекся каким-то делом.

Для меня этим увлечением были тренировки.

Сколько времени прошло с тех пор, как я смеялась от души?

Даже спустя время после потери матери, ни одна из наших ран не затянулись, и мы продолжали терпеть боль потери. Казалось, будто бы наши раны начинали медленно гноиться.

Зайдя в кабинет отца, я увидела его суровое лицо.

— Я заставила вас ждать, отец...

— Нет, все хорошо. Извини, что побеспокоил тебя во время тренировки.

— Ничего страшного. Какое у вас ко мне дело?

— Я думал о том, чтобы дать тебе это.

После этих слов, он передал мне меч.

Осмотрев его, я заметила, что его лезвие было не похожим на тупое лезвие тренировочного меча. В остром кончике чувствовался определенный вес.

На рукоятке была гравировка с изображением вершины Дома маркиза.

— Этот меч...

— Я горжусь тем, что узнала от отца и других старших людей, которые учили меня до сих пор, а также горжусь тем, что изучаю искусство фехтования. Я возьму на себя ответственность за то, чтобы не испачкать свою гордость, и клянусь с достоинством владеть этим мечом.

— Ты хорошо сказала... Никогда не нарушай этих слов.

Подняв меч, я поклонилась отцу.

Глава 14. То, от чего мне плохо (часть 1)

Даже получив меч, я, как и раньше, продолжала использовать тренировочный меч во время моих ежедневных тренировок.

Время от времени, для того, чтобы мои руки привыкли к нему, я, в лучшем случае, просто размахивала им.

Поразмыслив, я поняла, что для пассивного солдата, вроде меня, было совершенно очевидным и естественным отсутствие навыков владения ним.

Тем не менее я еще пуще прежнего увлеклась тренировками.

Несмотря на частое отсутствие отца, в связи с его отъездами в столицу, у меня всегда было много тренировочных противников. Это было связано с тем, что я находилась под сопровождением гражданского корпуса.

Каждый из них имел свою сильную сторону и, поскольку все они были разными, даже просто наблюдение за ними было познавательным. Возможность наблюдать за ними позволила мне перенять хорошие моменты из их стилей борьбы. Находясь в спарринге с ними, я думала о контрмерах против их стилей, что также являлось для меня довольно таки полезным опытом.

После возвращения отца, я всячески пыталась встретиться с ним один на один.

Кстати, отец довольно быстро возвращался домой. Это было связано с тем, что обратный путь он преодолевал не в карете, а верхом на лошади. Так как его скорость была довольно высокой, количество охранников было сокращено, и его сопровождала проворная группа.

Несмотря на то, что я уже много раз спарринговалась с отцом, я все равно еще не видела реальной возможности одержать победу против него.

Даже если я выигрывала у него во время тренировки, то это было потому, что отец поддавался мне.

Мне еще предстоит пройти долгий путь.

Каждый раз, обмениваясь ударами с отцом, он обращал мое внимание на все моменты, в которых я вела себя неправильно. Он делал это только потому, что для меня это действительно было важно. Мне было важно понять, над чем мне нужно еще поработать, чтобы одержать победу над ним.

— Фух...

Завершая сегодняшнюю тренировку, я вытерла пот полотенцем.

Был уже полдень.

— О-дзё-сама, О-дзё-сама...!

— О, бабушка! Что случилось? — с любопытством крикнула я, увидев бегущую мне на встречу бабушку. Посвятив Дому маркиза достаточно много лет, она заслуживала такого обращения к себе.

— Для благородной дамы не учиться манерам — это…!

Несмотря на ее жалобы, на мое нежелание обучаться манерам, она ничего не имела против моих тренировок.

Без преувеличения можно сказать, что сцена, в которой бабушка пыталась сделать все возможное для того, чтобы я начала брать уроки этикета, была ежедневной в нашем доме.

— Сегодня я обязательно заставлю тебя взять урок.

— Зачем, бабушка? Ведь я в ближайшее время все равно не планирую посещать чаепития. Взамен им, я предпочитаю тренировки.

— Я, как человек, служащий в Доме маркиза большую часть своей жизни, соглашусь, что твое усердие О-дзё-сама — это чрезвычайно чудесное качество. Тем не менее пропустить тренировку придется, так как тебе, О-дзё-сама, пришло очередное личное приглашение на важное чаепитие.

— О боже, бабушка... Куда я пойду с такой внешностью? Пожалуйста, придумайте любую причину для отказа им.

Начав тренироваться, я заметила, что длинные волосы мне очень мешали, поэтому я быстрым движением лезвия обрезала их. Если мне не изменяет память, то первой, кто увидел меня с новой стрижкой, была бабушка. Мой внешний вид заставил ее визжать от негодования…

Даже сейчас я регулярно укорачивала отросшие волосы.

Каждый раз после этого бабушка кричала от недовольства и, как обычно, пыталась пригладить мои неприглядные волосы.

Моя стрижка выглядела мужской, и вообще, по правде говоря, моя внешность была не уместна в обществе благородных людей. Поэтому, я считала правильным отклонять все приглашения.

Несмотря на это, достаточно много благородных домов продолжали стремиться наладить связи с семьей «героя».

— Возможно, нашему Дому и пошло бы на пользу, если бы я навестила несколько из них, — сказала я, боясь расстроить своими частыми отказами отца.

— Да, это было бы хорошо, но только если ты не против, — высказал свое мнение отец.

Я была с ним солидарна.

После того, как я отклонила все приглашения, в обществе, в котором мое положение ослабло, стали выдвигаться различные предположения возможных причин моих отказов.

— Видимо, она еще потрясена после смерти матери…

— Нет ничего плохого в ее трауре, но уже пора смириться с утратой…

Это было идеальным оправданием для моих отказов, поэтому, используя домыслы общественности, я говорила, что была физически нездорова.

Я надеялась, что такое оправдание будет уместным и в этот раз…

— Нет, О-дзё-сама. На этот раз ты приглашена самой Королевой. Отказать ей будет довольно сложно…

— Королевой…? Почему именно она…? — думала я.

— О-дзё-сама, я вижу, ты обеспокоена? Не волнуйся, мы скроем твои раны одеждой, а из обрезанных тобою волос я сотку тебе шиньон. Все будет хорошо, — прервала бабушка мои размышления.

Мой путь отступления был прерван бабушкой. Вернее, получив приглашение от королевской семьи, я не имела путей отступления.

— Ха-ха… лучше притворяться образованной девушкой, чем вообще не пойти… Верно? Я согласна начать брать уроки этикета.

Дать отказ было бы невежливым по отношению к членам королевской семьи, поэтому, дав согласие, я немедленно приступила к изучению хороших манер во время чаепития.

Глава 15. То, от чего мне плохо (часть 2)

— Я глубоко благодарна за то, что пригласили меня сегодня, — скажите это и поклонитесь.

— Угол наклона неправильный. Кроме того, постарайтесь двигаться более элегантно.

Видя мои движения, преподаватель по этикету указывал на мои недостатки.

То, что в нашем доме работал лектор по этикету, не казалось удивительным.

Тем не менее, я думаю, что он не сможет мне помочь.

Не говоря уже о брате, даже отец не обращал внимания на подобные вещи. Я же впервые брала такой урок.

Подумав об этом, я пришла к выводу, что действительно не похожа на благородную дочь главы Дома маркиза.

Или, скорее всего, вся наша семья не похожа на жителей Дома маркиза... Возможно и так.

— Ваша улыбка жестковата. Еще раз.

Каждый раз, указывая на мою ошибку, учитель хлопал в ладоши.

«Кажется, звук хлопка в ладоши станет психологической травмой для меня», — думала я, внутренне вздыхая.

Несмотря на то, что не нужно было прилагать столько усилий, как во время моей обычной тренировки, как только начался перерыв, меня охватило невероятное чувство усталости.

Это было доказательством того, насколько некомфортно мне было выполнять эти нелепые движения.

В конце концов урок закончился тем же, чем мы занимались целый день — первым приветствием.

Затем, на следующий день, я прослушала краткий курс правил чаепития.

Несмотря на то, что, как правило, я вообще не пью чай.

С этим ничего не поделаешь, так, тренируясь целый день, у меня нет времени элегантно попивать чаи.

Я невольно вздохнула.

Сколько еще времени займет обучение?

Я просто хочу вернуться к своим тренировкам.

К сожалению, вчера у меня совсем не было возможности потренироваться. Вероятно, так произойдет и сегодня.

Я слышала, что время тянется медленнее, когда ты занимаешься тем, что тебе не нравится. Это действительно так.

Несмотря на то, что, когда я тренируюсь, мой день проходит в мгновение ока, вчерашнее время тянулось очень медленно.

— Так нехорошо. Если вы разрежете хлеб так, разве он не раскрошится?

Ее руки сошлись в хлопке, и прилетело предупреждение.

— Пожалуйста, сделайте каждый кусочек еще меньше. Оставив так, это будет выглядеть постыдно.

И снова послышался хлопок в ладоши!

— Пожалуйста, не режьте маленькие булочки, вы испортите долгожданную текстуру еды.

Хлопок!

— Я сказала, не откусывайте такие большие куски!

Хлоп!

Уже дошло до того, что бы я ни сделала, меня постоянно останавливают.

Звуки хлопков, заставляющие меня остановиться, уже раздражали.

Это просто чаепитие.

Могу ли я пережить чаепитие Королевы безопасно и без происшествий?

Чувствую, что это невозможно.

— О-дзё-сама, пожалуйста, сосредоточьтесь на уроке и перестаньте думать о ненужных вещах.

— Я рада.

Заметив острый взгляд учителя, я сосредоточилась на уроке.

Глава 16. Моя первая битва (часть 1)

Получив поспешные уроки, и каким-то образом создав впечатление, что научилась манерам, я отправилась в столицу.

На моих ногах были туфли на низком каблуке.

На моей голове был шиньон, и я была одета в необычную для меня юбку.

Я смогу спокойно пить чай, и, если возникнет разговор, я даже смогу поддержать его. Но что-то, выходящее за рамки моего обучения, застанет меня врасплох. Учитывая малое количество оставшегося времени перед отъездом, мне не удалось взять какие-либо дополнительные уроки.

Манеры благородства очень глубоки. Таковым было мое впечатление о них.

Пока я думала об этом, карета тронулась.

Сколько лет прошло с тех пор, как я последний раз ездила в карете?

В последнее время я занималась верховой ездой в пределах нашего особняка.

Пока я размышляла об этом, карета уже покинула территорию Дома маркиза Андэрсона.

— Такие мирные пейзажи...

— Можно подумать, в последнее время у меня было время наслаждаться пейзажами... — размышляя, пробормотала я.

Двадцать четыре часа в сутки, каждый день, я думала только о том, как стать сильнее. Я не обращала внимания ни на что, кроме этого.

Это было похоже на одержимость. Хотя поняла я это только сейчас.

Если бы мама была жива, то, скорее всего, я бы пошла по совершенно другому пути.

И это, наверное, было бы правильным.

Я уверена, что я бы стала настоящей знатной девушкой, и нет никаких сомнений в том, что я бы регулярно брала уроки этикета.

Представив себе жизнь в таком мире, я засмеялась.

— В чем дело?

Проехав немного дальше, я почувствовала, что внезапно карета начала набирать скорость.

— Молчите, бабушка.

Почувствовав, что настроение наших охранников изменилось, я быстро закрыла рот бабушке.

Даже не спрашивая, я поняла, что что-то случилось.

Аура охранников сопровождалась жаждой крови.

Несмотря на то, что я не знала, кто именно был нашим противником, я точно знала, что на нас напали.

Доказательством этого являлся послышавшийся на расстоянии знакомый звук мечей.

— Бабушка, успокойтесь.

Пыталась я успокоить дрожащую бабушку.

Но это не помогло. Вероятно, нет никого, кто бы не испугался внезапного нападения.

Тем не менее, как ни странно, я была спокойна.

Я крепко сжимала в своей руке меч.

Судя по звукам, количество врагов было немалым.

Всем сердцем я была рада тому, что мой меч находился у меня под рукой. В случае его отсутствия, я бы чувствовала себя неловко.

Слегка приоткрыв штору, я выглянула наружу из окна.

В то время как каждый из охранников боролся со своим противником, отдельная группа врагов направилась прямо к нашей карете.

Затем наступил момент, когда один из них грубо открыл дверь.

Я, с максимальной скоростью, рефлекторно вытащила свой меч и отрубила ему голову.

Шууууу, хлынул теплый красный цвет.

Запах железа окутал все вокруг.

Я действительно сделала это рефлекторно.

Те движения, которые уже врезались в мое тело, пока глубоко не укоренились. Поэтому во время взмаха мечом, они были воспроизведены без изменений и моих колебаний.

В этот момент моя жизнь оказалась на грани, поэтому у меня не было времени для сомнений.

Несмотря на то, что это была моя первая битва, я с легкостью смогла лишить жизни моих противников.

На мгновение, я кинула полный изумления взгляд на тело обезглавленного человека.

В отличие от одежды охранников нашего дома, его одежда была более грубой.

На всякий случай, осмотрев голову, я поняла, что это был человек, которого я никогда не видела раньше.

Я его убила?

Подумав об этом, я почувствовала тошноту.

Однако вскоре я пришла в себя и оседлала коня умершего человека.

— В чем дело! Если вы все обучались у генерала Газеля, то покажите мне то, что даже проигрывая в количестве, вы все равно сможете сокрушить врага!

Стараясь морально поддержать охранников, я почувствовала на себе их удивленные взгляды.

На мгновение обратив на меня свое внимание, они снова сделали серьезные лица и сосредоточились на противниках, продолжая обмениваться с ними ударами.

Прежде чем взять в руки меч, я сорвала с себя шиньон из волос и выбросила его.

Вдыхая, я погрузилась в глубины своего сознания, оттачивая свои чувства.

— Почувствуй дыхание противника.

А затем, пройдя границу между жизнью и смертью, найди путь к жизни! — инстинктивно говорила я, слушая свое подсознание.

Мое тело двигалось в соответствии с моим воображением.

Меч, который я поднимала много тысяч, много десятков тысяч раз, двигался так, словно был частью моего тела.

В знак этого, с предельной легкостью он продолжал собирать жизни моих противников.

Глава 17. Моя первая битва (часть 2)

Ничего не изменится благодаря моим мыслям о том, что может произойти в будущем.

Думая об этом, выдыхая, я боролось.

Так как боевые приемы глубоко укоренились в моем теле, меч уже стал частью меня.

Нельзя изменить прошлого.

В тот день, в то время, я решила ступить на путь решения этого конфликта.

Бессмысленно думать о мире, в контексте "что если".

Моя мама умерла, и я выбрала путь конфликта. Таков конечный результат.

Время не стоит на месте.

Сколько бы ты не оглядывался назад и не цеплялся за прошлое, уже невозможно вернуться в него.

Я сделала свой выбор и проживала с ним каждый последующий день.

Не существует причины, заставившей бы меня пожалеть об этом.

До того, как я осознала это, в моем окружении уже никого не было.

Вся моя окрестность превратилась в океан крови, и бесчисленное количество трупов валялось вокруг.

Осмотревшись, оказалось, что охранники разгромили каждого из своих противников.

Я перевела взгляд на единственного оставшегося в живых врага.

Человек уже полностью смирился со сложившейся ситуацией.

Его лошадь, которая могла бы помочь ему сбежать, уже мертва, и у него не было вариантов покинуть это место.

Почувствовав мой взгляд на себе, мужчина коротко вскрикнул и попятился назад.

Кажется, он очень боится, да?

Саркастически рассмеявшись, я поднесла клинок к телу этого человека.

— Мне не сказали этого...! О том, что одна поездка была с заменой... Мне вообще не сказали об этом!

Почему-то кажется, что он принял меня за замену.

Ну... Оценивая мою внешность и движения, действительно сложно догадаться о том, что я, в конце концов, молодая благородная девушка.

Думая о далеком будущем и учитывая всю сложность ситуации, я решила подыграть ему.

— В связи с тем, что физическое состояние О-дзё-самы не очень хорошее, я поехала вместо нее. Поэтому, пожалуйста, не удивляйтесь произошедшему.

Я сформулировала свою речь таким образом, чтобы проинформировать всех закончивших сражение охранников.

Увидев их недоумевающие лица, я продолжила разговор с врагом.

— Так что? У вас еще есть здесь другие товарищи?

— Я-я не...

— Понятно. Тогда какова ваша причина нападения на О-дзё-саму?

— Я-я не знаю...!

Нахмурившись на кричащего человека, я заметила, что его лицо стало еще испуганнее.

— Я говорю правду! Я действительно не знаю! Мы просто получили информацию о том, что молодая девушка из Дома маркиза будет проезжать здесь сегодня, так что...

— Похоже, есть необходимость собрать доказательства касаемо этого. Вы и вы, захватите этого человека и передайте его генералу в столицу. Увидев его, сообщите ему о произошедшем инциденте.

— Мэл будет...

— Я вернусь на территорию Дома. Причиной этому является то, что для меня, как для якобы двойника О-дзё-самы, будет неразумным появиться вместо неё. Если генерал сообщит Королеве о случившемся и скажет, что я, испугавшись, упала в обморок или что-то в таком роде, я уверена, что она поймет... К тому же, я потеряла свой шиньон.

Если бы я, молодая девушка со слабой конституцией, несмотря на произошедшее, находилась бы на вечеринке со спокойным лицом, это само по себе выглядело бы неестественно.

Хотя, на самом деле, мне и не стоит ехать туда, куда я не хочу.

Реальная причина заключалась в нежелании посещения вечеринки, организованной членами королевской семьи. Это было связано с тем, что, несмотря на уроки, которые я усердно брала, я могла все еще только притворяться девушкой с хорошими манерами.

Обратив внимание на карету, я увидела, что она была полностью разрушена.

Самой большой проблемой было то, что ее колеса стали шаткими и дребезжащими.

— Бабушка, вы в порядке?

Позвав бабушку, находившуюся все это время внутри кареты, я заметила ее бледное, истощенное кровью лицо.

— Да...

Взяв ее за руку, я почувствовала легкую дрожь.

То, что она еще не упала в обморок, было ожидаемым от нее, как от человека, служившего в Доме маркиза.

— Даже учитывая слова этого человека об отсутствии других товарищей, мы не может быть точно уверены в их правдивости. В связи с этим, оставаться здесь опасно, давайте поторопимся и уедем отсюда. Тем более, что двое охранников вместе с заключенным направляются в столицу.

Несмотря на то, что бабушке было довольно трудно оседлать лошадь, кто-то помог ей с этим.

Я схватила поводья.

— Ну, тогда берем разгон.

Как только я сказала это, моя лошадь побежала.

Не считая двух охранников, уехавших в столицу, все следовали за мной.

И вот, в конце концов я вернулась в особняк, так и не доехав до столицы.

Глава 18. Встреча отца (часть 1)

— Прошу прощения...

Тот, в чью комнату я вошел без предварительной записи, являлся человеком, с которым мне было трудно иметь дело.

Насильно протолкнувшись, кроме того, кого я искал, я увидел несколько гражданских чиновников.

Несмотря на моё внезапное появление, этот человек был очень спокоен.

— Маркиз Андэрсон, не так ли? Извините, но не могли бы вы немного подождать...

— Вы, распределите эти документы по соответствующим отделам. Кроме того, вот этот документ можете оставить себе, а вот эти два, обработав, верните мне обратно. Здесь и здесь есть противоречия. Возможно, времени, потраченного на него, было недостаточно. Кроме того, изучив этот график, я пришел к выводу, что он слишком оптимистичен. Возможно, только утверждение этой суммы займет не менее одной недели. Попробуйте адаптировать этот документ к ситуации.

Хозяином комнаты, в которую я вошел во время его работы, был герцог Ромел Джиб Армелия.

Он казался полной противоположностью меня: благородный дворянин с нежными чертами лица.

Являясь одним из высших дворян этой страны, он был главой герцогства Армелия и премьер-министром.

Вопреки своему мягкому нраву, он зарекомендовал себя человеком с острым политическим нюхом.

У каждого из подобных ему людей было соответствующее званиям величие, и даже сейчас его окружала такая аура.

Несмотря на это, глаза людей, которым он отдавал приказы, сияли.

Находившиеся в комнате люди, в ожидании следующего приказа, очень внимательно слушали его речь, чтобы не пропустить ни единого слова.

Такое поведение демонстрировало их гордость за возможность работать его правой рукой.

— Остальные, прошу рассмотреть данные мною вопросы дома и завтра предоставить мне предложения по их решению.

После того, как он отдал свой последний приказ, все поклонились и один за другим покинули комнату.

Затем мы остались в комнате наедине друг с другом.

— Как плохо, что я заставил вас ждать.

В этот момент Ромел заговорил тоном какого-то простого парня с бара, и от его величия, которое он имел до этого, не осталось и следа.

— Как бы выразиться правильно, мне сложно привыкнуть к такой внезапной смене вашего тона… — скромно улыбаясь, сказал Газель.

Ромел звонко рассмеялся.

— В самом деле? Несмотря на сказанные вами сейчас слова, в прошлый раз вы были довольно таки спокойны, общаясь со мной, помните?

... Это было совпадением.

Будучи приглашенным своими подопечными в бар, расположенный на окраине столицы, я увидел человека, которого, как мне показалось, я уже видел где-то раньше… Этот человек оказался Ромелем.

Невероятно, но, несмотря на то, что он был премьер-министром и главой ведущей дворянской семьи, Ромел общался и пил с простолюдинами…

— Ай-я, ваше удивленное лицо в тот момент позабавило меня. Замечательно, что вы не выкрикнули мое имя.

— Если бы вы не опередили мое желание сделать это, сказав, что все объясните позже, я бы крикнул.

— Раз я сказал, что все объясню, значит, так оно и будет. Сейчас, прямо перед вами стоит Ромель Джиб Армелия. Это все.

— …Вы обычно прячетесь за маской?

Услышав этот вопрос, Ромел рассмеялся, будто бы это его действительно развеселило.

Прекратив смеяться, он вновь посерьезнел, и взгляд внезапно стал острым. Взгляд пронзал настолько, что таил угрозу.

При этом Ромел говорил прежним тоном и был таким же приветливым, как и раньше.

— Ой, черт возьми, в этом дворце есть кто-то, кто не носит маску. В этом логове демонов это обычное явление, чтобы узнать реальные намерения друг друга, и в то же время для создания заговоров по саботированию других. Ох, это не страшно... моя маска чуть толще маски остальных, вот и все.

— Понятно… однако, что делал герцог в таком баре?

— …Вы говорите, в «таком» баре»... Действительно было странным увидеть меня там?

На самом деле, даже мое присутствие там, казалось странным. Однако встретить там Ромеля было более удивительным.

— Возможно и странным, но откровенно говоря, для меня это было неожиданным.

— Мой старик часто говорил мне, что нужно «знать людей». Это так же, как и в военной тактике. Знай своих врагов, верно? Невозможно управлять людьми, не владея информацией о них. Вот почему, будучи молодым, я путешествовал по городам и прислушивался к любым разговорам местных жителей. В какой-то момент использование их манеры речи стало для меня привычнее своей.

— Ваш уважаемый отец сказал великолепную вещь. Вы вынесли много полезного, воплотив в реальность его слова. Однако, в то же время, такое ваше поведение пугает.

После слов Газеля, Ромел широко улыбнулся. Его лицо напоминало лицо нашкодившего ребенка.

Так как «война» Ромеля заключалась «в правлении», то его «врагами» являлись все жители страны, кроме короля.

Имея статус герцога, он был знаком со многими дворянами, но это не мешало его общению с простыми людьми, как в той ситуации.

Он имел острое чувство власти. И в совокупности со знаниями о врагах, они были у него как на ладони.

— …Какова причина вашего визита ко мне? Только не говорите, что вы пришли поговорить со мной о чем-то подобном!

— Это…

Видя, как я теряю дар речи, Ромел вздохнул.

— Понятно… Полагаю, что вы пришли посоветоваться со мной, но... наверное, это подсказывает мне моя самоуверенность.

— Нужна помощь?

Возможно, я должен сказать что-то вроде: «Генерал Газель, мне очень жаль, что я угадал ваши опасения. Я в любое время готов прийти к вам на помощь. Не стесняйтесь, вы можете открыто говорить со мной касаемо задержания бандитов».

—...ааа! — воскликнул я, будто бы что-то вспомнил.

Ромель улыбнулся.

— Я знал, что вы будете там. И мое решение пойти тогда в бар оказалось правильным, — пробормотал Ромел.

Услышав эти слова, я невольно изменил выражение своего лица.

— Только не говорите, что вы пошли в тот бар, чтобы заставить меня прийти сюда…

Услышав мой вопрос, Ромел лишь широко подозрительно улыбнулся.

Глава 19. Встреча отца (часть 2)

Возможно, он сказал это просто так, но я не мог проигнорировать услышанное.

Мысленно я рассуждал о том, что такая ситуация, должно быть, просто совпадение. Целью Ромеля было знакомство с людьми. А это более важный повод для похода в бар, чем встреча со мной.

— Я уже говорил, что сходить в бар для меня обычное дело. Но интересно то, что в этом мире нет места совпадениям, — сказал Ромель, с кроющейся загадкой в глазах.

На мгновение я был ошеломлен от услышанного и впал в оцепенение.

— Это невозможно... я был приглашен туда подопечными. Наверняка наша встреча там это полное совпадение. Не может быть, чтобы вы приказали моему подчиненному…?

— Вы же сами знаете, что чертовски трудно найти хотя бы одного парня в нашей стране, который бы пошел на такую аферу.

— Тогда как же…?

— Существуют внутренние и внешние факторы, побуждающие людей к действиям. Внутренним фактором является их образ мышления. Вы можете его представить, обратив внимание на поведение человека. Внешний же фактор в свою очередь дает возможность оценить то, что уже произошло, и спрогнозировать то, что произойдет в будущем. Учитывая все это, мною был достигнут такой результат.

После слов, сказанных Ромелем, я ощутил мурашки на своем теле.

Я все еще был уверен в том, что это было просто совпадением.

— На этот раз все было прогнозируемо. Когда-то вы ходили выпить с парнями из предыдущей группы, верно? Настоящая группа слышала об этом, так что они ни в коем случае не могли упустить такой же возможности и пригласили вас выпить в последний день их тренировок под вашим наблюдением.

В связи с занимаемой мною должностью генерала и просьбой страны, мне приходилось периодически наблюдать за тренировками многих людей, не являющихся моими прямыми подчиненными. Так как желающих было много, я разделил их на группы.

В последний день наблюдения за одной из таких групп, меня пригласили выпить. Этот единственный случай произошел несколько месяцев назад.

Я очень удивился тому, что такой человек, как премьер-министр Ромель, знал точный график тренировок, и каким-то образом был осведомлен о том, что мы пошли в бар.

— У вас везде «глаза» и «уши»?

— Мне, как премьер-министру, вполне естественно владеть информацией о передвижениях армии. Касаемо похода в бар, могу сказать, что, увидев вас, известного человека, люди обязательно будут вести разговоры об этом. А вы ведь уже поняли, что у меня в городских барах есть свои «уши».

— В любом случае я удивлен, что вы оказались в курсе. Тем более, изначально мы планировали остановиться в другом заведении.

— Побывав во многих местах, я уже знаю, какой бар может посетить рыцарь.

Я почувствовал холод, пробравший меня до костей.

Обратив внимание на все нюансы, он выдвинул гипотезу, а затем вмешался для получения желаемого результата. Мысль о том, что это все дело рук премьер-министра этой страны, вводила меня в шоковое состояние.

— Вы приложили столько усилий ради получения поддержки с моей стороны... Зачем вам она?

— Ну, конечно, в большей степени благодаря моим расчетам, как премьер-министра... Страна сейчас очень дорожит вами. А также вы популярны среди масс, и само ваше существование служит сдерживающим фактором для других стран. Переговоры со страной Товаир прошли гладко только благодаря вашему присутствию на них. Поэтому я бы хотел, чтобы мы взаимно поддерживали друг друга.

— Страна, не так ли?

— Все верно.

— Какую помощь вы мне можете оказать? Такое высказывание, возможно, прозвучит грубо с моей стороны, но я не думаю, что вы сильны в боевом плане.

— Это правда... Я бы, наверное, проиграл даже вашей дочери.

Услышав такой ответ, я напрягся.

Несмотря на бесчисленные сюрпризы, преподнесённые в мой адрес, я все еще не привык к ним.

Как Ромель мог это предугадать?

— Вы шутите? Моя дочь находится в слабой физической форме, она не в состоянии драться.

— Ваша дочь настолько слаба, что смогла легко выкосить группу бандитов? — хихикая, сказал Ромель, с полной уверенностью в своих словах.

Я заметил его уверенный тон и вздохнул.

— Интересно, как вы узнали? Ведь внешняя версия произошедшей ситуации заключается в том, что с бандитами разобрался двойник моей дочери, являющийся ее охранником.

— Во-первых, это расстояние от столицы, на котором произошло нападение. Обычно, более эффективно, когда охранник, действующий как приманка, отправляется в путь за несколько часов до тебя, чтобы иметь достаточно большое расстояние между собой и каретой хозяина. Однако местонахождение вашей «приманки» было настолько далеко от места чаепития, что они вряд ли смогли прибыть туда вовремя, даже если бы ехали с максимальной скоростью. Я подумал, что если бы О-дзё-сама была настолько слаба, как вы говорите, то ей вряд ли бы позволили преодолеть такую опасную дорогу, тем более без острой на то необходимости.

— А во-вторых?

— …Интуиция.

Такой ответ Ромеля заставил меня засмеяться, впервые после прибытия.

— Это совсем не похоже на вас.

— Согласен. Просто… мое предчувствие стало достаточно сильным аргументом для моей уверенности в этом.

— Даже если я скажу, что моя дочь никогда не покидала территорию Дома?

— Я присутствовал на похоронах вашей жены, верно?

— Да.

— Вы знаете, глядя на вашу дочь там, дрожь пробрала мое тело. Я заметил, что среди всех присутствующих только она была сосредоточена на будущем. Разочарование в иррациональности реальности заставило пламя вспыхнуть в ее глазах, что характеризовало не поддающуюся контролю ее силу.

Слушая Ромеля, мои глаза сузились. Ведь я в тот момент ощущал такие же чувства, как и он.

— Я не знаю, есть ли у нее талант в военном искусстве или нет, но считаю, болезнь вашей дочери, связанной с потерей матери, маловероятной. Кажется, она скорее бы отбросила все свои переживания и побежала за ней. Будь она мужчиной, я бы не хотел оказаться на ее пути.

—У вас нет сына?

— Есть, он тренировался с ней под моим руководством. Объединив свои силы, кажется, они смогли бы многого достичь... Однако это бы имело достаточно экстравагантный вид.

— Не сомневаюсь! Я с нетерпением жду того момента, когда ваша девочка, ставшая уже женщиной, усовершенствует свои способности в боевом искусстве. Очень интересно, насколько далеко она зайдет.

— Все ясно. Мы отошли от темы…

Да, мне правда не хватает боевой мощи. Но, несмотря на это, являясь гражданским чиновником, я мог бы активно поддерживать вас во благо вашего скорейшего продвижения. Объединив силы, мы смогли бы раздавить не только бандитов, но и всех, кто стоит за ними.

— За бандитами?

— Что? Вы еще не докопались до этого? Тогда эта информация будет секретной до тех пор, пока вы не согласитесь стать моим союзником.

—...хахаха...! — рассмеялся я.

Это был грандиозно громкий смех, исходящий из глубин моего живота, заставивший стены комнаты содрогнуться.

— Очень интересно. Вы будете союзничать со мной, пока я не отомщу…

Он считает, что сотрудничество с ним поспособствует достижению моей цели? Стоит ли использовать все мое влияние на его благо ради этого?

Череда мыслей вспыхнула в моем воображении.

Насколько была бы чудесной возможность действовать, используя все свои силы, и при этом не опасаться последствий! Ведь по своей природе я являюсь простым солдатом. Задумавшись об этом, я рассмешил сам себя.

Было бы неплохо бегать по полю боя в роли генерала.

Мысль о возможном шансе влиять на ход битвы, вызывала у меня чувство волнения.

Звание генерала было эквивалентно кандалам, связывающим меня в это мирное время.

Я был постоянно занят переговорами и выполнением своих многочисленных обязанностей.

Множество людей страны, желая разделить славу вместе со мной, постоянно приглашали меня куда-то.

Несмотря на то, что я поступил в армию с целью побега от ненавистного аристократического общества, я оказался полностью потоплен в нем.

Приближенные ко мне люди дружелюбно улыбались, пытаясь поиметь какую-либо выгоду для себя. Будто бы я занимался чем-то подобным… Не имея возможности избежать подобных ситуаций, меня часто посещали подобные мысли о своих подчиненных.

В любом случае, это бремя являлось для меня трудностью, препятствующей движению вперед.

— Я так и знал, что, в конце концов, мы объединимся... Во-первых, сделаем что-нибудь с твоим дурацким говором…

— Виноват! Я буду рад, если вы позаботитесь об этом!

— Чертовски верно.

Итак, договорившись, мы обменялись крепким рукопожатием.

Глава 20. Мое разочарование (часть 1)

— Лязг-лязг, — раздавались звуки столкновения мечей.

— Вот он! Победитель, Дас! — громко объявил рефери имя моего оппонента.

Вздохнув, я убрала спарринг-меч и покинула арену.

Это был обычный тренировочный день.

Тем не менее пейзаж, отражаемый в моих глазах, отличался от обычного.

Я находилась на столичной вилле маркиза Андэрсона.

После инцидента с бандитами, я тайно приехала на эту виллу.

По какой-то причине, я осталась в образе «двойника».

Настоящая «я» слегла из-за слишком сильного шока, полученного во время нападения, и для всех окружающих «я» проходила курс лечения в сельской местности на территории маркиза Андэрсона.

Наверное, для любого благородного ребенка, подобного мне, было бы проблемой выхватить меч под открытым небом.

Такое положение дел в любом случае было мне на руку.

Поскольку в столице отец обучал не только людей из гвардейского корпуса, а и рыцарей из Ордена, то среди моих оппонентов наблюдалось разнообразие.

Было довольно увлекательно узнавать что-то новое.

Я не использовала комнату О-дзё-самы, так как на тот момент я не была ею. Я расположилась в комнате для гостей. Благодаря этому, я привыкла самостоятельно ежедневно обслуживать себя, удовлетворять свои повседневные нужды.

Так или иначе, я чувствовала, что мой образ жизни становится все менее похожим на образ жизни благородной дочери маркиза.

Оставляя в стороне эти размышления, я не понимала истинного мотива отца.

Почему я приехала в столицу так надолго?

Размышляя о накопленных вопросах, я также не понимала, в каком душевном состоянии находился отец.

Не знаю почему, но я чувствовала его оживление после инцидента с бандитами.

Как будто бы гора упала с его плеч, и он стал прежним.

Думая о том, что он изменился, я чувствовала, что это пошло ему на пользу и было все в порядке.

Я уже забыла, когда в последний раз видела, как он повышал голос или смеялся со своими подчиненными.

Кроме того, изменился не только отец, но и я.

В тот день, я боролась впервые. Не фиктивно, как сегодня. То было настоящей битвой, ставящей под угрозу жизни людей. Вероятно, я никогда не забуду тот момент. Некоторое время после случившегося я даже не могла есть. А также, в моем прошлом осталось много бессонных ночей.

Несмотря на это, я никогда настолько не осознавала ценность своей собственной жизни, как в тот момент.

Моя кровь закипала, а сознание в глубине моей души было ужасно холодным. Мое тело как никогда дрожало от переполняющей нервозности.

Это ощущение крепко запало мне в душу.

Несмотря на это, нет, возможно из-за этого я находилась в плохой физической форме.

Учитывая то, что сегодня матч был таким же, как и обычно, я была совершенно не в состоянии победить в нем.

Мое тело не успевало за моим воображением.

Это невольно меня раздражало.

Я все еще слаба.

Подумать только, "мое тело не успевало за моим воображением", о чем я вообще говорю?

Как будто для того, чтобы прийти в себя, я крепко сжала кулак.

— Эй, Мэл! Нам сказали собираться, — крикнул мне сэмпай.

— Хорошо! — ответила я и последовала за ним.

Так как в последнее время меня все называли этим именем, я уже полностью привыкла к нему.

Когда мы шли, я чувствовала пронзающие и ранящие взгляды остальных собравшихся.

Находясь в такой ситуации, я внутренне вздохнула.

…На территории дома маркиза Андэрсона, когда я впервые начала принимать участие в тренировках, было так же. Однако текущая ситуация была хуже. Причиной этому отчасти являлось то, что я была младше остальных.

Почему такая маленькая, слабая девочка участвует в обучении генерала?..

В то время, когда я была двойником, обычным человеком для посторонних, реакция и взгляды дворян, носивших титул рыцаря, больно ранили меня.

Рыцарям, которые до сих пор никогда не проводили времени с людьми, занимающими титул ниже ихнего, чрезвычайно не нравилось взаимодействие с простолюдинами.

Похоже, военнослужащие также были недовольны этим, и я, должна сказать, тоже.

Хотя близкие соратники моего отца относились к этому довольно спокойно.

Находясь в Риме, делайте так, как делают римляне... Я не должна была быть единственной, кто так думал.

Глава 21. Разочарование (часть 2)

— Мэл, Мастер зовет! — окликнула меня бабушка, пришедшая поздороваться.

Как раз во время того, как я собиралась ей ответить, бабушка быстро прошептала:

— Молодой мастер был вызван для вас и уже находится в гостиной учителя.

Бабушка была единственной слугой, которая знала, что я не являлась двойником.

Несмотря на сложившуюся ситуацию, бабушка неизменно продолжала служить мне.

«Я действительно благодарна судьбе за существование бабушки», — думала я, прогуливаясь по еще непривычному столичному особняку маркиза.

— Одзи-сан! — окликнула я человека, сидящего ко мне спиной.

— Вы уже пришли? Я сейчас на самом интересном моменте кое-какого обсуждения с Молодым Мастером, так что подождите немного, — обернувшись на мгновение, сказал Ромель-сан и продолжил разговор с моим старшим братом.

Кажется, они играли в настольную игру.

Судя по выражению его лица, старший брат был в проигрыше.

Я пристально наблюдала за игрой, развернувшейся между двумя увлеченными игроками.

Несмотря на это, я так и не смогла понять в какую сторону движется игра.

Возможно, это было и потому, что я не была сильна в этой игре, а также нельзя упускать из виду тот факт, что они уже находились на продвинутой стадии геймплея.

Одзи-сан, точнее Ромель-сан был представлен мне когда-то как близкий друг отца.

По всей видимости, их знакомство состоялось в баре. Он иногда приходил пообщаться с отцом или поиграть с моим старшим братом.

Даже со стороны было заметно, что Одзи-сан хорошо ладил с отцом. Возможно, из-за того, что он был простолюдином?

На первый взгляд он казался ничем не примечательным мужчиной, которого можно встретить где угодно.

Внимательно присмотревшись, можно заметить его довольно хорошо организованные черты лица. Но, даже несмотря на это, благодаря своему внешнему виду и поведению он не особо выделялся среди других.

Старший брат прекратил игру.

— Ой-ой, Молодой Мастер! Еще рано сдаваться. Разве здесь больше не осталось ходов?

— Ах! — с раздражением воскликнул старший брат, посмотрев на указываемое Одзи-саном поле для игры.

— Ваш ход четыре шага назад был неудачным. Если бы вы походили вот так, то мне пришлось бы перейти в оборону. И если бы вы сделали это... Вопреки всему, это был хороший матч, верно? В рисковые моменты вы выбираете безопасный путь. В нашем втором матче, две недели назад, вы сделали то же самое, помните?

Одзи-сан продолжал указывать брату на его ошибки.

Не позволяя ни одному слову ускользнуть от него, старший брат внимательно слушал его.

Похоже, что спортивные настольные игры помогали обучиться правильной разработке стратегии.

Следовательно, с тех пор, как мой брат начал усердно изучать военную тактику, его заинтересовали настольные игры. Он непрерывно поднимал свой уровень умений в этом деле и удивлял этим всех взрослых.

Мой брат мог одержать полную победу во всех матчах с людьми, приходящими на тренировку. Если же его противниками являлись разработчики военных стратегий, то ему удавалось выиграть два из каждых трех матчей.

Одзи-сан всегда избивал старшего брата черными и синими.

Я часто задавалась вопросом: из чего состоит его мозг? Если бы однажды это оказалось возможным, я бы очень хотела увидеть, что же происходит в его голове.

— Ну что, Молодой Мастер доволен?

— Думаю, да. К вашему следующему приходу я еще раз рассмотрю нюансы этого матча.

— Конечно, сделайте это! Меня очень радует, что к каждому следующему моему визиту Молодой Мастер становится все сильнее, — хихикая, сказал Ромель-одзи-сан.

Несмотря на улыбку, появившуюся на лице у брата, его глаза горели желанием новой битвы.

Непреднамеренно, я была очарована этими глазами.

Я никогда не видела, чтобы мой старший брат был настолько увлечен чем-либо.

Большую роль в этом сыграла смерть матери. С тех пор как она умерла, брат стремился только к тому, чтобы стать хорошей главой семьи в Доме маркиза.

Он обладал всеми необходимыми для этого качествами. Я никогда не видела, чтобы он испытывал какие-либо неудачи на пути к этой цели.

Но сейчас я видела его другим.

Казалось, что сейчас ему весело.

Его лицо честно отображало все эмоции, как это было в его более юном возрасте.

Это воспоминание дало почувствовать мне приятное тепло на душе.

Но то, что я слышала от него сейчас, меня немного удивляло.

То, о чем говорил старший брат, включало в себя полное воспроизведение того, как проходил матч. Он мог проанализировать все свои ходы и сделать выводы о том, какие из них были откровенно плохими, а какие просто неудачными.

Другими словами, он помнил без исключения каждую игру, в которой принимал участие.

Такой умственной способностью обладал не только мой брат, но и Ромель-одзи-сан. В этом я отличалась от них.

— Почему Одзи-сан начал играть в настольные игры?

— Хмм? Ну, конечно, потому что его это забавляет.

— Одзи-сан, было бы здорово, если бы вы стали стратегом. Несмотря на то, что я неравнодушна к вам из-за нашей связи, все же считаю, что у нас не так много стратегов, которые могли бы победить в игре моего старшего брата.

— Война и настольные игры не очень похожи.

— Да?

— Ага. Поверхность доски — ровное игровое поле. Кроме того, у каждого матча нет собственных мыслей, но зато есть заранее определенные правила… Вам ясен смысл сказанного, верно?

— На поле битвы от вас потребуется трехмерная точка зрения, верно?

— …Например?

— Погода, местность… Кроме того, масштаб вашей собственной армии, а также ее способности и мораль. То же самое относится и к вашему противнику.

— Это сравнимо с тем, что тебе нужно знать не только небеса, но и землю. А также себя и своего врага. Кроме того, вы должны понимать свою цель, прежде чем начать войну. В зависимости от вашей подготовки будет зависеть итог. Это то, во что я верю. И конечно, есть такие парни, как ваш отец, владеющие военным искусством настолько, что способны разрушить любые стереотипы.

Старший брат, не отвлекаясь, внимательно слушал слова Одзи-сана.

— Выслушав вас, я действительно считаю, что вы могли бы стать хорошим стратегом.

— Я уже нашел свое собственное поле битвы.… Даже в нетрезвом состоянии я великолепен, сражаясь на нем. Правда, Газель?

Сказав это, Одзи-сан опрокинул рюмку.

— Вот так. Битва, от которой вы не можете отступить, там.

По какой-то причине, у отца также в руке была рюмка с алкоголем.

— На этой ноте, давайте выпьем еще одну рюмочку. Этому скоро придет конец.

— Ну, мы не можем допустить это сейчас.

Громко рассмеявшись, они соприкоснулись рюмками.

Старший брат резко встал со своего места.

Да, запах алкоголя, витавший в комнате, был довольно сильным.

— Если ты будешь делать такое раздражительное лицо, Бог Удачи отвернется от тебя, — сказал Одзи-сан, поглаживая меня по голове, и продолжил:

— Находясь все время в таком напряженном состоянии, вы рискуете сорваться в самый неподходящий момент. Как насчет того, чтобы выпить с нами?

— Одзи-сан, я ведь несовершеннолетняя.

— Это шутка, просто шутка. Видишь, как твой старик смотрит на меня сейчас?

— Конечно.

Несмотря на взгляд отца на Одзи-сана, его все еще веселил этот разговор.

Глядя на него, я тоже невольно рассмеялась.

Как давно в доме не было так весело? Это было так мило, что мне стало грустно от этой уходящей ностальгической сцены.

«Я всегда хочу видеть это», — думала я, прищурившись.

Однако время не жде, и продолжает идти вперед.

Слишком нежная иллюзия прошлого ослабила мою решимость.

— Одзи-сан, я была рада видеть вас сегодня. Пожалуйста, приходите еще, хорошо?

Попрощавшись, я снова направилась к тренировочной арене.

_______________

Примечание: В одной из предыдущих глав Ромелем звали премьер-министра. В этой главе Ромель-сан, он же Одзи-сан, видимо, другой человек.

Глава 22. Разочарование (часть 3)

Во второй половине дня к нам присоединились парни из Рыцарского ордена.

После выполнения обычной программы тренировки начались спарринг-матчи.

Моим противником был один из юношей из Рыцарского Ордена.

По крайней мере, в поместье маркиза Андэрсона я видела его впервые.

Среди юношей его называли «надеждой» Рыцарского Ордена, и его будущее было ожидаемым. Его превосходное владение мечом полностью оправдывало его репутацию.

Каждый раз, сталкиваясь с его ударами, я чувствовала постепенно увеличивающееся его давление на меня.

Во время матча я то замедлялась, то снова входила в ритм с противником. И, наконец, я понесла поражение.

Действительно, что со мной случилось?

Мое тело не слушалось меня.

Хотя я знаю, что не должна на это реагировать.

— Вот и все! Победитель Дональд! — послышалось объявление рефери.

Рефлекторно, от собственного слабоумия и огорчения я прикусила губу.

— Я слышал похвалу в сторону двойника драгоценного ребенка Газеля и с нетерпением ждал момента, когда смогу сразиться с ним. Но, к сожалению, ваш уровень подготовки не оправдал моих ожиданий, — будто выплюнув, сказал мой оппонент Дональд.

— Не поймите меня неправильно. Вас выбрали в охранники дочери Газель-сама только по причине возрастной схожести. Только благодаря этому вы имели возможность получать инструкции от самого Газель-сама. Но это не меняет того факта, что вы простолюдинка. Также неприятно то, что такой глупый человек, как вы, обучаетесь в Доме маркиза Андэрсона.

Я не смогла подобрать слов для ответа ему и покинула арену.

Честно говоря, я хотела спросить, кем же является этот драгоценный ребенок? Я многому хотела возразить. Однако его слова пронзили мое сердце.

Я не могла отрицать тот факт, что я была благословлена окружающей средой, в которой родилась.

Начав изучение искусства владения мечом, я имела возможность получать ценные знания от героя страны — генерала Газеля. Он был человеком, которым восхищались многие годы. Бесчисленное количество солдат и рыцарей могли только мечтать об этом. Мне же казалось мое положение самым естественным в мире.

Наверное, мне не повезло бы так, не будь я благословлена свыше.

Это было неловко.

Это было унизительно.

Сама того не осознавая, я стала надменной.

Я думала, что стала сильнее.

Мне казалось, что я знаменита.

«Наверное, солдаты, проходящие со мной подготовку на территории маркиза Андэрсона, относились ко мне снисходительно, так как знали кто я», — мысленно размышляла я.

Однако, возможно, в действительности это и не было таковым.

Возможно, причиной всему было то, что я была дочерью генерала.

С тех пор, как я приехала в столицу, мне еще ни разу не удалось одержать победу. Видимо поэтому, я раздражала своим присутствием окружающих.

Мои мысли становились все негативнее, однако сейчас я не могла позволить себе заплакать, поэтому постаралась взять себя в руки.

Я терпела до тех пор, пока не закончилась тренировка. После ее окончания я отправилась в город.

Я не хотела плакать дома.

Я не могла плакать.

Я не хотела, чтобы мой отец, брат, бабушка или еще кто-то узнал об этом.

Не о том, что я плакала, а о причине моих слез.

Я не могла позволить себе ранить свою гордость еще сильней.

Я направилась в башню столицы.

На днях мы были в этом месте с отцом.

Для входа в башню требовалось пройти мимо солдат, находящихся на смотровой площадке. Они легко пропустили меня, так как проходили обучение в нашем доме и были знакомы со мной.

Поднявшись по длинной лестнице, я достигла вершины башни.

Открывшийся вид на столицу был замечательным.

Башня являлась закрытой для широкой публики, так как была построена в качестве наблюдательного пункта в случае чрезвычайной ситуации.

Именно поэтому я приехала в это место. Здесь можно было полюбоваться красивым пейзажем и побыть наедине с самим собой.

Приехав сюда впервые с отцом, я была под сильным впечатлением от увиденных декораций.

Однако сейчас, наворачивающиеся на глаза слезы не давали мне насладиться красотой вокруг.

В момент понимания того, что я нахожусь одна, чувства, испытываемые мною до сих пор, переполнили чашу моего терпения.

По моим щекам полились слезы.

— Ууууу, уууу! — рыдала я.

Это было унизительным, неловким и ужасным моментом.

Глядя на меня, они смотрели мимо и видели моего отца.

Несмотря на это, я...

Негативные чувства, копившиеся в моей душе, оказались настолько отягощающими, что вызывали боль в груди.

Даже слезы не облегчили мои страдания.

Скорее, стало только тяжелее.

В этот момент хотелось кричать от безысходности. Открыв рот, желая вскрикнуть, я услышала грохочущий звук.

Глава 23. Разочарование (часть 4)

— Кто!? — извергая свой гнев на того, кого я еще не видела, спросила я холодным тоном.

— Это я должен спросить кто ты? Это не место для детей.

Я увидела мальчика, немного старше меня.

— Вы сами не являетесь представителем уполномоченного персонала.

— Ранее, я приезжал сюда на проверку обстановки с отцом. С тех пор это стало моей обязанностью. Итак, кто вы?

— Мой отец… он также приводил меня сюда раньше и связан с армией. Здешние привратники мои знакомые…

Мне было очень сложно объясниться с ним.

В отличие от меня, у мальчика, на которого я выместила всю свою злость, была действительно весомая причина находиться здесь.

Я же пришла сюда следуя своему эгоистичному желанию побыть в одиночестве.

С другой стороны, я также имела на это право благодаря влиятельности моего отца.

Хоть я плакала из-за того, что, существуя в тени отца, я потеряла себя, в этой ситуации, себе во благо, я все равно использовала его имя.

Бурные эмоции, взорвавшиеся во мне минуту назад, внезапно утихли.

— Так вот почему они впустили тебя сюда!

— Я прошу прощения за мой тон. Я пришла сюда по личным причинам и сейчас немедленно уйду…

— …Подождите, — остановил меня он.

— Я преувеличил, сказав, что проверка обстановки на башне моя обязанность. Вернее это так, но неофициально. Мне нравится здешний вид, поэтому, получив разрешение моего отца регулярно приезжать сюда, мы договорились, что я буду сообщать о текущей ситуации в этом месте. Это являлось чисто символическим условием моих визитов сюда. Вот почему у меня нет полномочий придраться к вам, касаемо вашего нахождения здесь. Конечно, если бы вы пробрались сюда просто для приключений и не имели никакой связи с этим местом, я бы задумался о том, чем же здесь занимаются охранники…

На минуту я задумалась о доставленных неприятностях здешним привратникам.

Хотя уже нет смысла думать об этом. Я почувствовала, как моя голова начинает болеть от собственной глупости.

— Скорее всего, просить прощения должны не вы, а я. Увидев вас, я не заговорил первым и, следовательно, подслушал вас.

— Вы не виноваты. Даже если вы не… Я…

И тогда я начала ему рассказывать о сложившейся в моей жизни ситуации.

Он тихо сидел рядом и слушал меня.

— Вполне естественно, что о вас такого мнения, — выслушав мою историю, сказал он.

Я так и знала… Мне казалось, что камень на моем сердце становится еще тяжелее.

— Зачем так убиваться? Разве вы услышали ложь, относительно того, что вы находитесь в благословенном окружении? Правду. Хотя, наверное, не стоит воспринимать эту чушь всерьез.

— Даже если эта чушь является правдой?

— Это личное, субъективное мнение человека о вашей ситуации, которое уже невозможно поменять. Он просто по-своему истолковал тот факт, что именно отец помог вам овладеть мечом. И именно в этом кроется правда.

— Я действительно не понимаю…

— Другими словами, он просто завидует вам. Используя горькую для вас правду как щит, он нападает на вас, выражая свои чувства такими обидными словами.

— Но ведь это правда, что мне не хватает силы…

— И что?

После этого вопроса я потеряла дар речи.

— Похвально чувствовать стыд от нехватки собственной силы. Однако не стоит унижать себя из-за этого. Нужно смотреть только необходимости кому-то что-то доказывать.

— Согласна с вами.

— Так-то лучше. Для чего вы изучаете военное искусство? Если у вас нет конкретной цели и причин для того, чтобы не сдаваться, то просто прекратите заниматься. Потому что в будущем вы еще встретите много таких парней, как Дональд.

Слова мальчика попали в точку.

Все верно, у меня есть цель.

Я не откажусь от нее. Независимо от того, насколько тернистым будет мой путь к ее достижению. И даже если в будущем мои старания окажутся напрасными.

Я никогда не прощу тех, кто украл у меня самое драгоценное… Я обязательно отомщу им.

Я дала себе обещание сделать это.

Именно поэтому я отвела свой взгляд о той милой сцены.

Не хватает мощи? Буду тренироваться еще больше.

Люди вокруг не одобряют мой уровень способностей? Мне не нужно было их одобрение изначально, а сейчас так и подавно.

Размышляя таким образом, я искала силы для скорейшего достижения результата.

Эти умозаключения открыли мне глаза на происходящее.

— Спасибо. Вы взбодрили меня, и я уже чувствую себя намного лучше.

— Я вижу.

— Я заметила, что ваши советы исходят из личного опыта.

— Вероятно потому, что я всегда говорю сам себе подобные вещи.

— Тогда мы с вами одинаковы…

— Действительно.

Я пристально посмотрела на него.

Несмотря на красивые черты его лица, он создавал впечатление скорее страшного человека, чем красивого. Глядя на его фигуру можно было сказать, что он наверняка занимался военным искусством. Скорее всего, я бы смогла одержать победу, сражаясь с ним. Но, несмотря на это, интересным было то, что, посмотрев на него с другой стороны, я чувствовала, что он намного сильнее меня.

— Меня зовут Милли. Я не знаю, увидимся ли мы снова, но я желаю вам всего наилучшего.

По какой-то причине я не представилась как Мэл, а использовала сокращенную форму своего настоящего имени, которым звал меня отец.

— Меня зовут Руи. Приятно познакомиться.

Сказав это, мы обменялись рукопожатиями.

Глава 24. Мое решение

Я, как всегда, размахивала мечом.

Представляя движения Дональда, я как будто бы боролась с ним.

Я до него еще доберусь…

Примерно в то время, когда я начала чувствовать злость, и на моем лице появилась испарина, началась тренировка людей из отряда отца.

— Ты усердно работаешь с самого утра! — сказал подошедший ко мне отец.

— Газель-сама! Доброе утро.

Так как мы находились в поле видимости посторонних людей, я поприветствовала отца так, как положено для моего, на тот момент, статуса охранника.

— Ты не против моей компании?

— Конечно. Пожалуйста, присоединяйтесь.

Используя спарринг-меч, я начала сражаться с моим отцом.

Вокруг отражался звон наших мечей.

Я не могла победить в битве против генерала, поэтому я быстро отступила.

— Твое фехтование изменилось, — пробормотал отец во время нашего лонжерона.

— Каждый выпад стал решительнее. Это хорошо. Однако я до сих пор чувствую твои сомнения.

— Нерешительность, не так ли?

— Действительно. Даже когда ты, размахивая своим мечом, решительно целишься в противника, то перед тем, как коснуться его, твоя уверенность в правильности твоих действий ослабевает. Из-за этой нерешительности ты становишься уязвимой.

Мой меч ослабевает?

Причиной этому было то, что в последнее время мои движения разнились с картинками, возникающими в моем воображении. Это вызывало дискомфорт.

— Я понимаю, что во время той встречи ты была вынуждена лишить человека жизни… Возможно, впоследствии ты стала бояться владеть мечом. Учитывая все это, я до сих пор был лоялен по отношению к тебе. Но, тем не менее, если в дальнейшем ты не намерена побороть свой страх, то лучше оставь меч.

Неумолимые слова отца произвели на меня большое впечатление.

Его взгляд был таким же острым, как и слова.

Серьезное выражение его лица настораживало.

— Меч — это инструмент для убийства. Прежде, чем взять его в руки, нужно иметь решимость убить своего противника, но и при этом иметь смелость осознавать то, что и ты можешь быть убитой. Получая от меня меч, ты не сказала о том, что готова к этому, не так ли?

— Да.

— Однако если ты погорячилась, сказав это, отложи меч и никогда больше не входи на территорию этой тренировочной арены.

В следующее мгновение отец повернулся ко мне и взмахнул мечом.

Мне удалось увернуться от этого удара.

Отец сегодня был сам не свой.

Его настроение было до боли угнетающим.

— В чем дело?! Сомневалась ли ты сейчас в своем движении? — кричал отец, продолжая парировать мечом.

Даже не имея возможности поднять оброненный меч, я просто продолжала уворачиваться от ударов отца.

Его рев пронзал мое тело, словно удар током.

Было страшно.

Сомневалась ли я?

Неужели то, что я с таким усердием совершенствовала в себе, то, на что я потратила столько времени, может так легко рухнуть?

Нет.…

Нет-нет — это неправильно!

Я поклялась, что не проиграю иррациональности.

Я поклялась отомстить всем, кто украл у меня мать.

Даже если мне придется лишиться всего.

Изначально, у меня не возникало таких чувств, которые позволили бы мне просто, с легкостью, засмеяться и сказать:

— Я очень старалась, но больше не могу. Это мой предел.

Я никогда не останавливалась на достигнутом, никогда не сдавалась.

Раньше, я бы упорствовала в своем эгоизме и несмотря ни на что выполнила бы поставленную перед собой задачу. Даже, если бы мне пришлось использовать свое окружение ради этого.

Учитывая все это, в данный момент я не могла позволить себе быть побежденной отцом.

Вдруг я всем сердцем почувствовала притяжение к мечу. Моя рука, естественным образом, потянулась к нему. А затем я взмахнула им.

Мое тело стало реагировать точно так, как я себе это мысленно представляла.

Движения отца, нет, даже время, проведенное рядом с ним, казалось, шло медленнее.

Итак, я с лязгом отгоняла его меч, а затем, когда он не успел отреагировать на мой очередной удар, я, ожидая этой паузы с его стороны, положила свой меч на его шею.

— Теперь я действительно вижу в тебе решимость.

Услышав эти слова, я отступила.

— Я должна поблагодарить вас… спасибо, наш разговор заставил меня вспомнить одну очень важную вещь, — сказала я с улыбкой и отправилась в особняк, чтобы смыть с себя пот.

Глава 25. Вопрос сэмпая

— О, ты сегодня рано!

— Доброе утро, Куроитсу-сан!

Позвавший меня Куроитсу-сан был хорошим человеком, часто проявляющим заботу обо мне.

Он являлся правой рукой отца и был очень сильным. Несмотря на суровое лицо и крепкое тело, он был открытым и добрым.

— Хм, глаза горят? Чудесно! Я заметил, что вчера у тебя было плохое настроение, но сегодня, похоже, все хорошо!

— Я прошу прощения за то, что заставила вас волноваться.

— Не стоит беспокоиться, я волнуюсь по собственной инициативе, — сказал он, нежно поглаживая меня по голове своей большой теплой ладонью.

Вскоре после нашего разговора началось базовое обучение.

Базовые тренировки включали в себя разминочные упражнения, расслабляющие тело или, наоборот, стимулирующие увеличение физической силы.

Так как обычно рыцари принципиально не участвовали в этом этапе тренировки, сегодня при базовом обучении присутствовало малое количество людей.

Во время первого подобного тренинга, еще на территории Дома маркиза, я часто не справлялась со многими упражнениями. Но благодаря моему усердию, теперь это мне удается.

Сегодня я сделаю больше, чем вчера.

Завтра я сделаю больше, чем сегодня.

Постепенно я довожу свое тело до совершенства.

Постепенно я становлюсь способной делать то, что раньше казалось непреодолимым.

Другими словами, все, чем я занималась до сих пор, ни в коем случае не было бесполезным.

Несомненно, причиной моего такого позитивного мышления был вчерашний разговор с тем парнем, Руи.

После окончания подготовки мы приступили к учебным боям. Именно в этой части включались в работу рыцари, но сегодня среди них я не видела Дональда.

«Вот и славно. Вероятно, что рано или поздно я увижу его здесь. Но вопрос в том, насколько я выросту ко дню нашей встречи? Уверена, я стану еще сильнее, чем сейчас», — подумала я.

Эти мысли заставляли мое сердце биться быстрей и вызывали на моем лице улыбку.

— Интересно, до какой степени мне надо увеличить свою физическую силу, чтобы заставить этого человека ползать по земле после сражения со мной?

Насколько сильной я стану к этому моменту?

Чем больше я об этом думала, тем быстрее становился ритм моего сердцебиения.

Так как меня позвали, я была вынуждена прервать поток таких приятных мыслей в своей голове и подняться на арену.

Началась фиктивная битва.

Мое тело было легким.

Мои мысли были предельно ясны.

Мое тело двигалось именно так, как я себе это представляла.

Я боролась так же, как и во время инцидента с бандитами.

— Победитель Мэл! — прозвучал голос судьи, еще до осознания мной собственной победы.

Так как бой закончился немного быстрее, чем я предполагала, я почувствовала неудовлетворение. Вложив меч в ножны, я спустилась с арены.

— Эй, Чжу-тян! — окликнул меня Куроитсу-сан.

— Сегодня, ты была великолепна!

— Большое спасибо! Мне приятно слышать похвалу от вас, Куроитсу-сан! — поблагодарила его я улыбнувшись.

Однако когда он подошел поближе для того, чтобы пожать мне руку, я заметила появление морщины у него на лбу.

Разница в нашем энтузиазме довольно велика. Думая об этом, я чувствовала, что непреднамеренно скривилась.

— Перестань… глядя на твоё выражение лица утром, я думал, что ты в порядке, но твое фехтование сегодня изменилось. Не то чтобы изменилось, а… — сказав это, морщина на лбу Куроитсу стала еще глубже.

— Скажи, Чжу-тян, могу ли я задать тебе вопрос? Хотя, возможно, ты не сможешь дать ответ на него…

— Есть те вопросы, на которые я могу ответить и те, на которые не знаю ответа.

— Почему Чжу-тян взяла в руки меч?

— Разве я взяла меч только сегодня, Куроитсу-сан?

— Я не имею в виду конкретное действие. Меня интересует, почему ты решила изучать искусство владения мечом?

Интересно, почему его заинтересовало это?

В связи с тем, что я не раз сама себе задавала такой вопрос, ответить на него не составило труда.

— Потому что мою маму убили.

Мой ответ был чистой правдой.

Выражение лица Куроитсу-сана на мгновение стало удивленным.

— Я сказала что-то странное?

— Нет.

Казалось, какое-то время он находился в недоумении от моих слов.

— Я просто хотел узнать, почему такая маленькая девочка, как Чжу-тян, решила взять в руки меч, прости...

— Куроитсу-сан, вам не обязательно чувствовать угрызения совести из-за этого, — сказала я.

— Нет, я не могу поступать иначе. Мне, человеку, являющемуся членом армии, стала известна информация о том, что мы не смогли защитить одного из граждан нашей страны. Поэтому, несмотря на твои слова, я не смогу простить себя за это… Даже, понимая, что невозможно защитить всех, я не смогу найти себе оправдание… Извини, что задерживаю тебя.

Во время этой фразы Куроитсу-сана я услышала голос отца. Он велел всем собраться. Кажется, фиктивные битвы уже закончились.

— Что вы! Все хорошо.

Окончив разговор, Куроитсу-сан и я направились к отцу.

Глава 26. Сожаление отца

— Извините, генерал! Могу ли я украсть немного вашего времени?

Выполняя свои официальные обязанности в Доме маркиза Андэрсона, я услышал вопрос вошедшего Куроитсу.

— Вы пришли в подходящее время. Сейчас я более или менее свободен. Ну что, как поживаете, Куроитсу?

По какой-то причине ни одна мышца лица Куроитсу не дрогнула. Он был серьезен до такой степени, что это даже чувствовалось на расстоянии.

— Речь пойдет о Мэл.

— Она что-то натворила? — услышав имя дочери спросил я, неосознанно наклонившись вперед.

— Даже не столько о Мэл, как о вас, генерал. Знаете ли вы о ее намерениях?

— Не понимаю сути вашего вопроса.

— Сегодня, наблюдая за фиктивным сражением этой девочки, я почувствовал страх.

— Она обладает великолепным талантом, не правда ли?

Услышав мои слова, Куроитсу горько улыбнулся.

— Незадолго до этого сражения я почувствовал, что окружающая ее аура изменилась. Она жаждала крови. Эта аура была похожа на ту, которая чувствуется на поле битвы. Невероятно, что такая маленькая девочка может иметь подобные желания, — не ожидая подтверждения или опровержения сказанного, Куроитсу поделился своими ощущениями.

Заметив, как он старается сдержать свои эмоции, я прищурился, пытаясь разгадать его истинные мысли по выражению его лица.

— На самом деле, наблюдая за фиктивной битвой с самого начала, она владела мечом так, как будто бы ее целью было убийство человека несмотря ни на что. Не обращая внимания на окружающую ее опасность, она практически не защищалась. Сегодня, совершенно не колеблясь, она с наслаждением вошла в грудь своего соперника. Казалось, ей приносило удовольствие осознание риска лишиться жизни. Ее стиль борьбы будто бы говорил, что даже если она потеряет свою жизнь, то все равно все будет в порядке, — продолжил Куроитсу.

Эти слова были им сказаны так, как будто бы он боялся моей дочери.

Нет, вероятно, он на самом деле боялся.

Потому что я сам иногда испытывал это чувство по отношению к ней.

Куроитсу и я — люди, связанные армией.

Мы не раз испытывали ощущения, возникающие при обмене жизнями. Но, несмотря на это, нет, именно поэтому, он был напуган ее острой жаждой крови и ее стилем борьбы.

Ее превосходство во всем этом было настолько незнакомым, что, казалось, будто вы смотрите на кого-то из другого мира. Этот факт характеризует ее выдающиеся способности.

— Это Мэл, — тихо сказал я, словно пытаясь предупредить.

— С тех пор как она прибыла в столицу, меч утратил то самое свойство, которое определяло его принадлежность ей.

— Почему сам генерал учит ее владению мечом? По моему скромному мнению, развитие ее таланта нужно ограничивать, а не развивать. И эта ее жажда крови и неудержимая решимость… Сделав хоть один неверный шаг, она сойдет с ума. Не могли бы вы ей позволить идти по менее тернистому пути?

— Это было мое эго, — тихо пробормотал я и продолжил:

— Я так же когда-то потерял свою жену из-за бандитов. Когда она сказала, что хочет овладеть мечом, я был искренне рад. Если бы она овладела этим искусством, то смогла бы стать охранником моей дочери и защищать ее благополучие.

В столице, даже для одного из самых близких моих подчиненных в армии правда о том, что Мэл моя дочь, является секретом. Поэтому, мне пришлось солгать.

— Однако ее талант превзошёл все мои ожидания. Я научил ее основным позам, а затем неоднократно заставлял вступать со мной в насмешливые бои. Несмотря на нехватку опыта и знаний, она сама создала свой стиль борьбы.

— Почему все изменилось, когда она приехала в столицу?

— Вероятно, потому что приняла участие в настоящем бою. Хотя, вероятнее всего, мой стимулирующий разговор с ней вернул ее к нормальной жизни.

— Другими словами, причиной, по которой ее меч стал прежним, были вы? Сложно поверить, что она испытывала страх по отношению к мечу.

— Она боялась не меча. Она боялась своего таланта.

— Своего собственного таланта?

— Благодаря своему таланту, она с легкостью смогла украсть жизнь человека. С тех пор как она приехала столицу, я заметил в ней небывалую ранее жестокость. Но, участвуя в матчах, в которых она, взмахнув мечом, могла с легкостью одержать победу, Мэл неосознанно ставила перед собой блок.

Тренируясь со мной перед основными тренировками, она смогла побороть это в себе. Увиденное будущее, в котором была возможность, не прилагая особых усилий, лишать жизней людей, ненадолго подавило ее талант. Грубо говоря, те солдаты, которых я обучал до нее, не годились ей и в подметки. Даже близко.

— Не может быть...

— Вы правильно подметили, что она в шаге от безумия. Даже если бы ей пришлось лишиться всего, она бы взяла в руки меч ради мести, от которой ничего не получит. Для нее меч — это все.

— Тогда не будет ли лучшим, если вы просто направите ее в другое русло?! — закричал Куроитсу.

Услышав его крик, я на мгновение потерял дар речи.

— Я тоже хотел, чтобы она пошла по другому пути.

— И что?

— Однако вы недооцениваете ее решимость. Нет, вначале я думал так же, как и вы...

— Что вы имеете в виду?

— Вместо того чтобы стимулировать ее к дальнейшим занятиям, я попытался положить конец ее фехтованию. Словесно надавив на нее, я уже думал, что, находясь на грани, ее желание заниматься боевым искусством исчезнет.

Во время нашего разговора, я мысленно кричал о том, чтобы она не брала меч. Однако она боролась с этим. Скорее всего, в этот момент Мелиса ярко продемонстрировала мне свой дух, который убедил меня в том, что, отказавшись от меча, ее сердце будет разбитым.

— Она ходит по краю пропасти. Меч является для ее всем, и она не видит ничего, кроме него. Даже когда она знает, что в будущем ничего не извлечет из этого, она решила довести это дело до конца. Они никогда не откажется от меча. А если бы она и сделала это, то, наоборот, подвергла себя опасности. Сдерживание своих способностей может стать для нее непредвиденной ловушкой в будущем. Именно поэтому, я считаю, ей нужно позволить владеть мечом так, как она этого хочет. Учитывая ситуацию, в которой она сейчас находится, я вижу только один способ сойти с этого пути.

— Вы думаете, этот способ существует?

— Да, брак.

Герцог Армелии обратил мое внимание на то, что даже если бы я убил объект ее мести, она бы продолжала оставаться дочерью главы Дома маркиза Андэрсона и, следовательно, всегда бы находилась под прицелом каких-то злоумышленников.

Возможно, он прав... Однако пока существует вероятность нападения, она должна сама иметь возможность защитить свое собственное благополучие.

Это станет ненужным только тогда, когда она перестанет носить титул "дочери героя". А случится это только в тот момент, когда она присоединится к семье своего мужа.

— У вас есть на примете достойный кандидат в ее мужья? Он должен быть довольно-таки решительным парнем.

— Вы внимательно следите за ней! — рассмеявшись, сказал я, и продолжил:

— Честно говоря, пока нет. Если появится человек, которого она полюбит, я не буду против него... Я хочу одного — видеть ее по-своему счастливой. Только это.

— Вы говорите, как отец.

— Я и считаю себя ее отцом.

— Я хорошо понимаю ваши чувства, как генерала. Я глубоко извиняюсь за попытку проверить вас.

— Это хорошо. В будущем, пожалуйста, продолжайте присматривать за ней.

После этих слов, Куроитсу опустил голову, показывая свое признание.

Глава 27. Моя вспышка гнева

После того дня, когда я плакала из-за проигрыша Дональду, я еще много раз после тренировки приходила в башню полюбоваться пейзажами, открывающимися с ее вершины.

— Сегодня здесь совсем другая атмосфера!

— Да?

Как я и думала, новая встреча с Руи не заставила себя долго ждать. Мы снова случайно встретились на вершине башни.

— Возможно, атмосфера изменилась, так как я открылась вам.

— Хех, — сказав это, он сел рядом со мной.

— Скажите, у вас есть какая-то цель? — с любопытством спросила я.

— Почему вас вдруг это заинтересовало?

— Потому что в прошлый раз говорила о себе только я. Сегодня мне хотелось бы узнать что-то и о вас. Вы также страдаете от рождения в благословенной среде, верно? Тем не менее вы не сломались… Я думаю, этого не случилось благодаря тому, что вы уже достигли своей цели.

— Считаете ли вы естественным то, что завтрашний день ничем не будет отличаться от сегодняшнего?

— В чем подвох вопроса? Допустим, мой ответ «нет».

Услышав мой ответ, Руи на мгновение сделал удивленное лицо.

— Моя мать была убита. Несмотря на это, моя семья сегодня осталась такой же, как и до смерти мамы. До ее потери, я так же сомневалась, что завтрашний день будет таким же, как и сегодняшний. Повседневная жизнь такова, что вы никогда не знаете, когда и как она может измениться.

— Извините, виноват.

— Да, к чему это я…

— Нас с отцом отвезли на могилы жертв военной кампании Товаира. Это была гробница с множеством выгравированных на ней имен. Это были имена граждан, а также солдат, сражавшихся за их защиту.

— Я была там.

До появления моего отца-героя мы находились в невыгодном военном положении. Этому свидетельствовало большое количество жертв среди граждан и солдат.

— Я также встретился с ранеными солдатами, которые были отстранены уже во время военной компании… Несмотря на то, что они получили свои раны, защищая страну, я пришел к выводу, что они не получали должным образом полагающегося лечения. Только сейчас, благодаря приказу моего отца, ситуация постепенно улучшается, хотя… Ради сохранения повседневной жизни страна пожертвовала многими людьми. Даже сейчас она продолжает расплачиваться. Ради чего? Ради защиты страны? Нет, наверное, данный вопрос не рассматривался так обширно. Вероятно, они боролись, защищая то, что действительно хотели защитить, — сказав это, Руи тихо указал на окно и продолжил:

— У этого парня есть важные для него люди. И те, в свою очередь, имеют таких же важных людей для себя. Собравшись, все они формируют страну. Трудно выслушать каждого из них, но я хочу осуществить их заветную мечту, а именно, защитив страну, подарить им возможность жить в мире. Но при этом, не забывая отдавать дань уважения тем, кто положил свою жизнь ради этого. Вот моя цель.

— Хотите защитить страну, да…

Я не понимала такого желания. Скорее, мысль о нем вызывала тошноту.

— Тогда почему вы не овладели мечом? — искренне интересуясь, спросила я.

Даже не имея необходимости в защите других людей, быть сильным — это все. Быть слабым — это грех.

Я не ненавижу тех, кто использует свою слабость, как щит. Так как тогда они должны были быть защищены моим отцом.

Однако, после того, как он, в конце концов, их защитил, они украли у него самого дорого человека, получается так?

Тебя не ранят, если ты будешь сильным.

Тебя не заставят плакать, если ты будешь сильным.

С тобой будет все хорошо, независимо от происходящего, если ты будешь сильным.

Черт возьми, это правда.

Почему сильные люди должны спасать слабых?

Разве это нехорошо, если слабые люди становятся сильней?

Ведь тогда они смогут защитить себя сами.

Почему сильные должны нести ответственность за слабых?

Я не понимаю...

Вот почему я была искренне удивлена тому, что Куроитсу-сан принес мне свои извинения. Я просто не поняла их причину.

Мне импонируют люди из армии, так как они сильные. Однако я не могла разделить с ними желание касаемо защиты других. Я не могла понять этого.

— Я говорю не только о поддержании общественного порядка, а и о необходимой обстановке для мирной жизни в целом. Меня интересует решение этого вопроса в полном объеме. В зависимости от принятых мер можно защитить даже солдат. Вот почему я хочу пойти по стопам отца… Для этого необязательно иметь талант в искусстве владения мечом.

К сожалению, он никак не мог прочитать мои мысли, поэтому продолжал свою речь.

— Как насчет вас? Почему вы взяли в руки меч?

— Потому что мою маму убили. Я хочу своими руками отправить в ад парней, совершивших убийство.

— Месть, не так ли?

— Да, вы правы.

— Понятно.

Сказав это, он кивнул и устремил свой взгляд вдаль.

— Я не совсем понимаю ваше желание защищать.

Наблюдая за его взглядом, я также смотрела вдаль.

— Почему вы так думаете? Ведь, в конце концов, все эти люди остаются незнакомцами для вас, не так ли? Учитывая то, что они не являются близкими вам людьми, по какой причине вы готовы усердно работать ради них?

— Просто так. Короче говоря, я стремлюсь к этому просто для своего самоудовлетворения. Я больше не хочу развивать эту тему, — сказав это, он слегка улыбнулся.

— Как насчет вас? Что вы будете делать после этого?

— После чего? — не понимая смысла заданного вопроса, уточнила я.

— Что будет после того, как вы отомстите?

— Я не понимаю вашего вопроса. Моя цель — отомстить. Только ради этого я каждый день полирую свой меч. Ради этого я продолжаю жить.

Услышав мои слова, он сделал глубокий вдох.

— Это такая трата времени…

— Что вы имеете в виду? — нахмурившись, спросила я.

Мне было сложно справиться со своим раздражением, поэтому все мои эмоции были ярко выражены на моем лице.

— Если месть, ваша единственная цель, то, что вы планируете делать после ее достижения? После того, как вы отомстите, конечно, возникнет чувство удовлетворения. Однако если сейчас все свои усилия вы будете прилагать только во благо этому, то ничего не останется для будущего, не так ли? Так. Ничего не останется.

— Независимо от того, потеряю я что-то или приобрету в будущем, я вижу этот путь единственным для себя. Так как вы в прошлом никого не теряли, для вас является простительным то, что вы меня не понимаете.

Точно не понимая, когда это началось, в какой-то момент своей жизни я заметила, что вижу все в красном цвете. Я смотрела на сцену, где все выглядело монохромным, размахивала мечом, и все окрашивалось в красный цвет. Даже если в действительности не пролилось ни одной капли крови. Это был единственный цвет, который распознавало мое зрение. Мне даже казалось это красивым. Возможно, мое сердце разбито. Однако даже в этом случае месть была единственным желанием, поддерживающим его осколки.

— Вы правы. В отличие от вас, я никогда не терял кого-то особенно важного для себя.

— Тогда не отрицайте мою месть!

— Я не собираюсь отрицать ее. Вами овладевают эмоции до такой степени, что вы проливаете слезы, испытываете огорчение, ища силы, кричите, как сейчас, чтобы защитить ее. Именно так вы относитесь к ней, верно? Да, я не вы, и я не испытал себя источником таких чувств, поэтому я не могу легко отрицать их. И даже, если бы я их отрицал, эти слова были бы просто бессмысленными, так как обладателя столь сильных эмоция бесполезно убеждать в обратном тому, кто видит только поверхность.

Сказав это, он посмотрел на меня.

Его глаза оставались таким же ясными.

Будто бы они проецировали спокойствие его сердца.

— Тем не менее будущее, которое вы рисуете сейчас, не имеет никакого отношения к мести. Даже не имея таланта в военном искусстве, я понимаю это. Я считаю, что усердно занимаясь, вы впустую тратите свой талант. После того, как ваше желание отомстить осуществится, что вы будете делать? По крайней мере, мне кажется попусту потраченным временем то, что вы делаете, не глядя в будущее.

— То, для чего я хочу использовать свое время и боевые умения, зависит только от моего выбора, не так ли?

Руи тяжело вздохнул, встал и быстро ушел.

— Да уж...

Что я сделала не так? Слова, произнесенные им перед уходом, заставили меня успокоиться и вернуться к нормальному состоянию. Однако я все равно могла только безмолвно провожать взглядом его уходящий силуэт.

Глава 28. Желание старшего брата

— Брат…

Вернувшись из башни в особняк, я направилась в комнату брата. Почему-то у меня появилось желание поговорить именно с ним.

Старший брат в одиночестве играл в настольную игру. Я уверена, что он переигрывал свой матч с Ромель-одзи-саном.

— Входи, я сделаю перерыв.

— Спасибо.

— Я удивлен твоему приезду, Милли.

— Да? — уточнила я, вспоминая свои прошлые визиты.

Он действительно был прав. С момента моего переезда в столицу, я приезжала к нему только один или два раза.

— Итак, что ты хотела?

— Ты не против короткого разговора со мной?

— Конечно. Ты ведь пришла сюда ради этого, верно?

— Да. Почему ты задумался об изучении искусства владения мечом?

Услышав мой вопрос, брат засмеялся.

— Это довольно странный вопрос. Я сын главы Дома маркиза Андэрсона. Мой отец лучше всех в Королевстве Тасмерия владеет военным искусством. Разве это не повод изучить, до определенного уровня, искусство владения мечом?

— Все верно, но…

Оторвав свой взгляд от игровой доски, старший брат посмотрел мне в глаза.

— Милли, если у тебя есть что-то, о чем ты хочешь меня спросить, то лучше задай вопрос прямо. В этой комнате сейчас только ты и я. Ведь между братом и сестрой не должно быть недоговорок, верно?

После этих слов брата, я на мгновение задумалась о том, сколько времени прошло с тех пор, как мы последний раз вот так разговаривали?

И не только с братом... А еще с отцом и бабушкой.

Я всегда была сдержана в своих разговорах и никогда не говорила с ними так, как с членами семьи.

Или возможно, говорила, но только на темы, касающиеся мести.

Вот почему на секунду я была сбита с толку.

Не заставляя меня продолжить разговор, старший брат просто смотрел на меня.

— Неужели ты никогда не хотел отомстить за мать?

На мгновение брат задумался, и на его лбу появилась морщина.

— Честно говоря, такое желание возникало. Я хотел бросить в ад своими руками всех до одного убийц матери.

— А сейчас?

Услышав мой вопрос, брат грустно улыбнулся.

— Сейчас я хочу того же. Если бы у меня появился такой шанс, я бы сделал это без колебаний. Я не собираюсь прощать тех, кто украл мою горячо любимую маму и счастье нашей семьи.

— Это хорошо...

— Однако, Милли, еще больше меня беспокоит твое нынешнее состояние.

— Что ты имеешь в виду?

— Разве ты не говорила, что месть — это твое все? Другими словами, сейчас ты отвлекаешься от настоящего и смотришь только в прошлое. Не желая стать счастливой в будущем, ты стремишься вернуть прошлое счастье, которое, к сожалению, уже никогда не вернется. Наблюдая за всем этим, разве я могу быть спокоен?

Медленно, как будто бы предупреждая меня, старший брат задал вопрос.

Сказанные ним слова заставили мое сердце биться быстрей.

Я сделала выбор.

Я покинула этот нежный мир и решила продвигаться по тернистому пути крови.

Вот почему я не стану оглядываться в прошлое.

Однако, думая так, я больше всех цеплялась за него и не была способна оторваться.

За то прошлое, которое никогда не вернется, и за те теплые дни своей жизни.

Я не могу быть прощена.

В тот день, причиной расставания матери с отцом, причиной попытки вернуться домой, был мой эгоизм.

Если бы я не сказала, что хочу, отпраздновать свой день рождения с ней, то вернувшись вместе с отцом, она, возможно, благополучно добралась бы до особняка.

Это то, что я не могу себе простить.

Потому как именно я была причиной, которая привела к похищению моего драгоценного человека.

И я не могу притворяться, что этой внутренней ярости на саму себя не существует.

Эта жаждущая мести ярость затягивала меня.

— Ты можешь получать удовлетворение от этого. Однако, так как мы с отцом тебя очень любим, мы надеемся увидеть тебя счастливой. Именно поэтому мы считаем твое состояние душераздирающим и беспокоимся о тебе.

Несмотря на то, что нежный взгляд брата придавал еще больше тепла его словам, для меня эта доброта была болезненной.

— Брат...

— Когда я услышал, что на тебя напали бандиты, кровь охладела в моих жилах. И потом я почувствовал сильное раздражение от своего собственного идиотизма… Случай с матерью, конечно, ужасен. И я действительно хотел бросить всех этих парней в ад.

Сказав это, брат протянул мне руку.

— Однако ты жива. Ты жива!

Большая рука брата сжала мою.

Сжимая её, он будто бы пытался удостовериться в моем существовании.

— Я не хочу быть безразличным к тому, что находится сейчас в моих руках. Ведь тогда, в будущем, мне придется сожалеть об этом.

Слова старшего брата, тон которых постепенно наполнялся жаром, пронзили мое сердце.

Я думала, что выражение лица брата, как и отца, изменилось, по сравнению с тем временем, когда мы были моложе. Мне казалось, что это произошло благодаря влиянию Ромеля-одзи-сана. Я была неправа?

— Брат, ты считаешь, что я неправа?

— Нет. Правильно или неправильно решать только тебе. Пока твое сердце не отвергает твоего желания, то это правильно. Вот почему то, что я сказал, было моим эго.

Старший брат отпустил мою руку и погладил меня по голове.

— Я не буду отбивать у тебя желание отомстить. Точнее сказать, я не могу этого сделать. Ты должна стремиться к своей цели. Однако не забывай, что мы молимся за твое счастье.

Это пожелание было добрым.

Однако эти добрые и нежные слова не смогли растопить лед моего замороженного сердца.

Почему они стремятся к счастью?

Несмотря на то, что былое счастье того времени уже никогда не вернется, и мы уже никогда не переживем снова счастливые моменты прошлого.

Сколько бы мы не молились, вернуть украденное счастье того времени невозможно.

Я не понимаю...

Прежде чем исчезнуть, множество вопросов накапливалось и вертелось в моей голове.

Той ночью, впервые за долгое время, я погрузилась в свои размышления и не могла уснуть.

Я думала до тех пор, пока ночной ветер дул из широко открытого окна.

Глава 29. Слезы

Я не спала всю ночь.

Утром следующего дня я, не успокаиваясь, как обычно размахивала мечом на тренировочной арене.

Я думала о разных вещах, но так и не поняла смысла слов Руи о пустой трате моего времени. Так же, как и смысла слов моего брата о том, что он молится за мое счастье.

Я развивала свой талант для достижения поставленной цели, а именно мести. Я стану счастливой только тогда, когда отомщу.

Сколько бы раз я не размышляла на эту тему, ничего другого не приходило в мою голову.

Я думала, что когда наша семья потеряла мать, часть сердца каждого из нас замерзла.

Однако это было не так.

Замерзло только мое сердце.

Нет, выражение «замерзло», это мягко сказано.

Если бы сердце имело твердую форму, то я уверена, что оно бы было разбитым, разрушенным, искривленным.

Свидетельством этого было то, что до сих пор я видела все в красном цвете.

Заметив, что, размахивая мечом, я размышляла совсем не о том, я постаралась переключить свое внимание. Сейчас я должна сосредоточиться только на улучшении своего фехтования.

Ах, мое сердце танцует!

Как весело!

Это так весело, что я ничего не могу поделать!

В красном цвете, отражающемся в моих глазах, я почувствовала небольшой восторг.

Окончив обучение, я осмотрелась вокруг.

Сегодня было меньше людей, чем обычно.

Куроитсу-сана тоже не было.

В моей голове возник вопрос:

— Интересно, что случилось?

Однако, так как Куроитсу-сана не было рядом, спросить было не у кого.

Вернее, даже если бы что-то и случилось, то, вероятнее всего, мне, как обычному гражданину, не сказали бы об этом.

С чувством, похожим на отставку, я убрала за собой и вернулась в особняк.

Войдя в особняк, я увидела шумно бегущего ко мне старшего брата.

— Милли!

— Что-то случилось?

— Только что пришло уведомление…

По внешнему виду старшего брата было ясно, что речь пойдет не о каком-то тривиальном деле, поэтому я морально подготовилась.

— Отец уничтожил бандитов, напавших на мать…

В этот момент в моих глазах потемнело.

Мне даже показалось, что мир полностью затих и на мгновение остановился.

— Это правда?

— Да, это не ошибка. Об этом доложили люди из армии.

— Ясно... — ответила на слова брата я и пошла вперед шаткой, неустойчивой походкой.

— Ой! Милли! — как будто пытаясь меня остановить, меня позвал старший брат.

— Я пойду в свою комнату, — сказала я, чтобы отвергнуть его, и пошла дальше.

То, каким образом я дошла до своей комнаты, я не помню…

Несмотря на свое беспамятство, я находилась в своей комнате.

Рассеянно я посмотрела в окно.

Незаметно для меня, солнце зашло, и небо покрылось завесой тьмы.

Было тихо.

Настолько тихо, что это создало иллюзию о том, что я единственная во всем мире.

Капля соленой воды скользнула по моей щеке… это слезы счастья? Или же…

По крайней мере, моя цель была достигнута.

Отец уничтожил бандитов, напавших на мать.

Поскольку они украли у нас мать, я уверена, что отец был беспощаден.

Он, вероятно, великолепно отправил их в ад. Мое желание о мести осуществилось. Я была искренне этому рада.

Я была счастлива, однако... Однако я не могла полноценно испытать это чувство.

Скорее, мне казалось, что в моем сердце открылась дыра.

Ведь я хотела все сделать сама.

Я понимаю, что такое желание было вызвано только моим собственным эгоизмом.

Однако я хотела сделать это вот этими руками, используя отполированные месяцами методы, а также все то, что я взращивала в себе до сих пор для осуществления мести.

Ведь только ради этого я взяла меч в руки и оттачивала свое мастерство владения им.

Я жила этим.

Это было неприятно и ужасно.

Моя цель была достигнута.

Тогда, что же делать мне?

Осознавая это чувство утраты, я не могла найти цель или смысл будущей жизни.

Глава 30. Прощание с матерью

Звучал лязгающий звук касания мечей.

Декорации обычного обучения.

Я смотрела на это сверху.

С того дня, как брат сообщил мне о расправе отца с бандитами, я перестала посещать тренировки.

Я все время находилась одна в своей комнате.

Я не встречалась ни с отцом, ни со старшим братом.

Интересно, сколько дней я была в таком состоянии?

Поскольку дыра в моем сердце была еще огромной, меня одолевало чувство потери.

Тьма, увиденная мною в ту ночь, даже сейчас продолжала окутывать мое сердце.

Я просто хотела остаться здесь, ничего не делая... А потом, там же, сгнить.

Я плюхнулась на кровать.

В какой день это было?

Наступало утро, а за ним ночь. И вот утро наступает снова. Независимо от происходящего, время шло дальше.

Даже если я продолжу находиться в одиночестве, закрывшись в своей комнате… Ничего не изменится.

Продолжая размышлять о таких вещах, я закрыла веки, чтобы окружающее не отражалось в моих глазах.

Оставаясь в таком положении, сама того не осознавая, я уснула. Как я и думала, я проспала большую часть дня.

Проснувшись, я вяло подняла свое тяжелое тело и подошла к окну.

Кажется, тренировка уже закончилась.

Интересно, чем я буду заниматься, продолжая оставаться наедине с собой? Чего бы мне хотелось?

Я положила руку на окно.

В оцепенении я уставилась на виднеющийся с него пейзаж.

Я хочу увидеть то, что я видела тогда, еще раз.

Подумав об этом, я импульсивно вышла на улицу.

Покинув особняк, я побежала к башне. Добежав до нее, я стала быстро подниматься по лестнице.

— Руи… — позвала я его.

Однако его фигура не появилась.

Естественно, я загрустила.

Хотя я не знала, чем бы мы занялись при встрече.

Я села на место, предназначенное мне.

Я спокойно смотрела на открывшийся пейзаж.

В отличие от другого дня, дымка тьмы была покрыта светом города.

Объединившиеся огни имели волшебный вид.

Красиво...

Так как это было нечто не похожее на обычные декорации, я была еще больше очарована ними.

Прикоснувшись рукой к каменному полу, я услышала треск. Я достала свернутый лист бумаги, спрятанный между его камнями.

Так как я нашла это здесь, значит, скорее всего это что-то от военного чиновника? Но никто не станет подниматься по такой длинной лестнице, чтобы дойти сюда, верно?

Это может быть… С этими мыслями я развернула лист.

«Если ваша цель исчезнет, просто найдите другую. У вас еще так много времени. Не спешите жить».

Всего три предложения.

Если бы я нашла это письмо не сегодня, то, наверное, не поняла бы, о чем в нем идет речь.

Однако сейчас мне был понятен смысл этих слов. Мне было больно осознавать это.

Струящиеся по моему лицу слезы капали на письмо, делая его влажным.

Месть была для меня всем.

Ради нее я отказалась от всего в своей жизни…

И вот, несмотря на это, я внезапно потеряла объект отмщения.

Конечно, моя цель была достигнута, но это произошло совершенно не так, как я этого хотела.

Несмотря на приложенные мной усилия, объект моей мести был украден и уничтожен.

В момент осознания этого, мне даже показалось, что опора рухнула из-под моих ног.

Просто, куда мне идти дальше?

Чем я хочу заниматься в будущем?

Поскольку ранее меня не интересовало ничего, кроме моего желания, я не могла найти ответы на эти вопросы.

Потеряв свою путеводную звезду, я почувствовала себя выброшенной во тьму. Я чувствовала страх перед будущим. А вместе с ним нетерпение и пустоту.

Впервые, я поняла значение слова "после", сказанного Руи, до такой степени, что почувствовала боль.

— Просто, найдите другую, да… — смеялась я, перечитывая фразу из письма.

Мысленно я повторила слова моего старшего брата.

Это верно, я жива.

У меня, в отличие от мамы, есть будущее.

Насколько сожалеет о случившемся мама? Получить ответ на такой вопрос было непостижимо.

Я ненавидела себя за то, что стала причиной смерти мамы, я негодовала на людей, укравших ее у меня, и была возмущена миром, позволившим этому случиться.

Затем я мысленно пожалела себя и свою семью, потерявшую мать.

Тем не менее, мне казалось, что наибольшее сожаление и грусть, несомненно, испытывала мама.

Будь я на ее месте, я бы заплакала.

Потому что у нее отобрали абсолютно все. То, что она хотела сделать, будущее, о котором она мечтала, и время, которое она могла бы провести со своей семьей.

Мои прошлые размышления привели меня к такой мысли.

Поскольку я не задумывалась об этом ранее, мое собственное время остановилось.

Вот почему я не должна тратить его впустую. Я не должна отказываться от своего будущего. Человек, отказывающийся от него, при этом знающий тех, кто уже его не имеет, высокомерен, и является самым большим оскорблением для общества.

Я не должна бояться того факта, что пока не могу нарисовать картинку своей будущей жизни. Но я должна быть благодарна за то, что у меня есть такая возможность.

Если я сейчас потеряла свою цель, то в будущем можно найти другую.

Даже если ее уже нет, то мои достижения не исчезнут.

Подумав об этом, мое настроение улучшилось.

Хотя я так ничего и не решила.

Тем не менее такие мысли помогут мне в принятии правильного решения.

Жить дальше и продолжать идти вперед — это нормально.

— Мама… Кажется, я действительно готова попрощаться с ней, — пробормотала я, устремив взгляд в небо.

Глава 31. Его чувства

— О, Руи! Ты вовремя. Я подготовлю еще вот эти документы, и через три дня они будут у тебя, — небрежно сказал отец.

Увидев кипу документов перед собой, я на мгновение почувствовал подошедшее намерение убийства. Я подавил в себе это чувство и кивнул.

В конце концов, отец передавал мне документы, занимаясь которыми я мог приобрести больше практического опыта.

Хотя меня подавлял тот факт, что отец, имея более серьезное отношение к этому вопросу, мог бы подготовить их за один день.

— За возможность работы с этими документами, я прошу тебя не ходить в город и быть послушным.

— Аааа… Хорошо, хорошо!

Отец молча кивнул.

Я вышел из комнаты с таким же количеством документов, как и вошел, хотя их могло бы быть даже немного больше.

Я невольно вздохнул от тяжести, взвалившейся на мои руки.

Выйдя в коридор, я направился к своей комнате.

Внезапно я обратил внимание на виднеющуюся из окна башню.

Этот вид напомнил мне о встрече с девушкой по имени Милли.

Помогая отцу, я узнал о расправе с бандитами. Было бы здорово, если бы именно они оказались объектом ее мести.

В то же время, как следствие этих мыслей, возник вопрос — каково ее отношение к этому?

Я помню, как она сказала, что, даже несмотря на то, что она не может извлечь никакой выгоды из мести, это единственная и самая главная выбранная ею цель.

«В таком случае, что будет после того, как она отомстит?» — подумал я, вспомнив ее ответ.

Ее сосредоточенность на достижении единой цели, отказ от всего остального…

Что будет, если эта цель исчезнет?

Чем больше времени и сил она вкладывает на пути к ее достижению, тем острее будет чувство ее потери.

Эти мысли заставили меня забеспокоиться о девушке.

Ее целеустремленность казалась опасной. Направляясь к своей цели, она продолжала несмотря ни на что бежать по прямой.

Причиной ее слез разочарования являлся проигрыш другому. Улыбку же вызывало только продвижение на пути к достижению своей цели, называемой месть.

Тогда, когда необходимость мести исчезнет, что будет поводом для улыбки или слез?

Интересно, будет ли необычное чувство потери мучить ее?

Не сломает ли ее это?

Я заволновался.

Взглянув на документы, я понял, что, несмотря на свою обеспокоенность ее душевным состоянием, я не смогу пойти в башню в ближайшем будущем.

Потому что у меня тоже есть цель, к которой я стремлюсь.

После того, как пришло уведомление, я несколько раз ходил туда, но ее там не было.

Вот почему я оставил там письмо для нее.

Так как я впервые писал неофициальное письмо, я был сильно озадачен тем, что в нем написать. Но мне помогла моя хорошая память.

Было всего три строчки.

Колебался ли я в том, чтобы написать эти три строки?

Во время нашей следующей встречи, думаю, было бы хорошо, если бы она хотя бы разозлилась на меня…

Благодаря этому я бы понял, что чувство потери не раздавило ее, и она не закрыла свое сердце, не потеряла своих эмоций. Стало бы ясно, что все в порядке.

Скорее всего, было бы даже лучше, если бы она вместо скорби по исчезнувшей цели, стала необоснованно злой.

Интересно, когда я почувствовал симпатию к ее лицу? Когда я понял то, что хочу смотреть на него вечно?

Я заметил ее живые эмоции: она плакала, смеялась, злилась… Я видел, что она была чрезвычайно энергичной. Она не была похожа на обычного аристократического ребенка, едва ли выражающего какие-либо эмоции на своем лице, выдавливая мягкую улыбку.

— Я прошу прощения, Руи-сама. Ромель-сан зовет вас, — прервал мои размышления слуга.

— Отец? Понятно. Оставьте эти документы в моей комнате.

— Конечно.

Мне нужно было поторопиться, чтобы успеть разобраться в нюансах своей будущей работы.

Взбодрившись, я вернулся в комнату отца.

Глава 32. Мой мир

Я снова размахивала мечом.

Чувствуя себя не в своей тарелке во время поединка, я нахмурила брови.

Как я и думала, мой меч был отбит, и я проиграла.

— Что-то случилось? Ты так внезапно исчезла недавно? — спросил меня мой спарринг-противник Куроитсу-сан.

— Я почувствовал некую неуверенность с вашей стороны во время матча.

— Это действительно так. Вероятно, я еще не до конца привела в порядок свои эмоции.

Казалось, что Куроитсу-сан не очень поверил моим словам, однако больше не задавал мне никаких вопросов.

Я вернулась к тренировкам.

Потому что они были всем, что у меня было.

С тех пор я много размышляла и плакала.

Но, как и ожидалось, я так и не смогла придумать новую цель и осознать смысл своей будущей жизни.

Ведь отворачиваясь от всего, кроме мести, я преследовала эту единственную цель и ни на что больше не обращала своего внимания.

Вот почему сейчас у меня нет ничего, что могло бы меня заинтересовать.

Какой выбор мне сделать...

Для начала, хорошо бы было узнать из чего именно мне предстоит выбирать.

Но в то же время, я не могу стоять на месте.

Я не могу рассеянно ждать, пока пройдет время.

Я должна воздерживаться от бездарного времяпровождения в дань уважения к матери.

Вот почему я вернулась.

Несмотря на то, что у меня нет ничего кроме этого, я не хочу стоять на месте.

Подумав об этом, я поняла, что лучше возобновить тренировки, даже учитывая то, что благодаря им в моей жизни ничего не изменится.

Кажется, что я была из тех людей, кому больше подходила физическая работа, чем умственная.

Хоть я и не закончила приводить в порядок свои эмоции, размахивая мечом во время тренировки, я чувствовала, что они постепенно утихают.

Вместо того, чтобы что-то сказать мне, Куроитсу-сан взъерошил мои волосы.

— Забыл сказать… Ребята, приехавшие сегодня, после обеда планируют организовать неформальную встречу. Ты хочешь присоединиться, О-чжу-чян?

Услышав внезапное приглашение, я на мгновение застыла. Однако, немного подумав, я кивнула.

— Конечно.

— Хорошо. Тогда я доложу генералу об этом.

— Большое спасибо!

Я думала, что благодаря присутствию на этой встрече, я узнаю что-то новое.

Несмотря на то, что я все еще не видела своей цели... Нет, именно потому, что я еще не видела своей цели, я хотела измениться… А именно перестать быть той, кто не обращает внимания ни на что, кроме меча.

Эта встреча мне казалась хорошей возможностью для этого.

Окончив тренировку, я отправилась в город.

Размышляя об этом, я впервые ходила по городским магазинам.

У меня не было необходимости покупать вещи самостоятельно, к тому же я целыми днями была занята тренировками.

В некотором смысле, я была как дворянка — дочь, огражденная от окружающего мира.

Беспокойно оглядываясь по сторонам магазина, я последовала за Куроитсу-саном.

— Куроитсу-сан! — крикнули военнослужащие, сидящие на стульях в углу магазина.

— О, я заставил себя ждать! — улыбаясь, ответил Куроитсу-сан.

— Действительно. Только почему… подождите, ух! Куроитсу-сан, вы похитили Мэл-тян?

— Не глупи. Я ни за что бы не стал похищать ее! Нам бы найти стол.

— Согласен.

Все присутствующие при этом разговоре любопытно слушали и кивали. Похоже, они все тренировались в Доме маркиза Андэрсона, так как их лица мне были знакомы.

— Нет, я просто не думал увидеть ее здесь. Рад тебя видеть, Мэл-тян, добро пожаловать! — поприветствовали меня.

—Спасибо!

Внезапно вокруг стало очень шумно.

— Хорошо, что ты пришла.

— Я рад, что ты пришла.

— Куроитсу-сан хорошо придумал! Ты скрасила это затхлое, заполненное мужчинами место.

Находясь в удивлении от различных слов приветствия, я нерешительно огляделась вокруг, заставляя Куроитсу-сана встретиться со мной взглядом.

— В чем дело?

— Хм, мне стало интересно, почему меня все так приветствуют?

— Это естественно! Мы, все вместе, усердно тренируясь уже достаточно долгое время, проливаем пот в одном месте. О-дзё-тян — наш товарищ.

— Вот смотрю я на тебя, Мэл-тян, и восхищаюсь! Несмотря на твой юный возраст, ты обладаешь такой силой! В твоем возрасте я был занят только играми.

— Хотя сначала мы подумали, что заветный ребенок генерала ни на что не способен.

— Я был удивлен, узнав о количестве самостоятельной практики Мэл-тян.

— А я, узнав это, понял, что не смог бы так же…

Я была в шоке от слов, исходящих из уст присутствующих.

— Все эти люди высокого мнения о тебе, О-дзё-тян. Просто у них никогда не было возможности сказать тебе об этом. Вокруг тебя была какая-то стена, не позволяющая никому подойти к тебе.

— Как это?

— Вот так. Тебе просто нужно немного осмотреться вокруг, а не быть сосредоточенной только на мече.

Услышав эти простые слова, истинные слова, я на мгновение потеряла дар речи.

Я поняла, что он говорил правду обо мне. Я действительно была такой.

Соединив осознание этого со словами, сказанными в мой адрес ранее, я почувствовала себя немного виноватой и опустила глаза.

— Куроитсу-сан, о чем ты говоришь с Мэл-тян? Присоединяйтесь к нашему разговору!

— Конечно. О-дзё-тян, ты тоже приходи!

— Да!

После этого, заняв свои места за столом, мы заказали желаемые напитки и еду.

Чувствуя себя немного возбужденной, питаясь вне дома, я слушала всеобщую беседу.

— Почему вы все стали солдатами? — задала я вопрос, о котором думала.

— Вы спрашиваете, почему мы стали солдатами? Так как у меня много братьев и сестер, я — ради денег.

Не понимая, как количество братьев и сестер связано с причиной службы в армии, я невольно наклонила голову.

— Хорошо. Другими словами, я пошел в солдаты для того, чтобы сократить расходы на питание. Для такого человека как я, не имеющего какого-либо образования, самым лучшим и простым способом поднять свое благосостояние, было вступить в армейские ряды, имеющие систему заслуг. Также сыграла свою роль моя уверенность в своем мастерстве.

Часть его фразы «чтобы сократить расходы на питание» шокировала меня.

Ведь я не знала о чем-то подобном…

Я думала, что для того, чтобы всегда иметь теплую еду, можно работать только ради удовольствия, и когда этого захочется.

Разве это не естественно?

— Хотя эта твоя уверенность в себе на раннем этапе была подавлена генералом, — дразнили его сослуживцы, пока мысли кружились в моей голове.

Никто как я не удивился сказанному им.

Скорее всего, в том, что он сказал, был здравый смысл.

— Тогда как насчет вас, ребята, почему вы вступили в армию?

— Я? Потому что это престижно! Когда я увидел триумфальное возвращение генерала в страну, я подумал, что в будущем определенно должен стать солдатом.

— Я неосознанно думал, что пока этот человек здесь, мы и эта страна будем в безопасности.

— Я тоже так думал.

— Это правда. Генерал великий человек. Во время войны я находился в одной из деревень, которую освободил генерал. Вот почему я хотел последовать примеру этого человека и решил, что тоже хочу стать тем, кто сможет защищать других.

— А вот у меня нет определенных обстоятельств, которые как вам придавали бы мне решимости и мотивировали. Мне просто как-то захотелось этого. После вступления в армию, мне повезло, и я попал в отряд генерала. Увидев какую огромную ответственность несет на себе этот человек, я понял, что хочу всегда находиться рядом с ним. Еще раньше этого я понял, что продолжать погоню за спиной этого человека — это то, чем можно гордиться.

Незаметно дискуссия сменилась темой о содержании обучения отца и его боевых историй.

Несмотря на их мрачный внешний вид, когда они говорили об отце, их глаза сверкали, как у детей.

Они гордились тем, что постоянно участвовали в погоне за спиной отца.

Следуя его примеру, они хотели стать защитниками.

Они говорили об этом с чрезвычайно горячей страстью.

— Почему все чувствуют желание защищать других? — задала я вопрос сидящему рядом Куроитсу-сану.

— Защищать, не так ли? Вначале парнями, имеющими такие великие намерения, вероятно, были только те, кто в большей или меньшей степени пострадали от войны. Как тот парень. Деньги, честь… У всех были свои причины постучаться в двери армии. Защищать — это благородное намерение, но изначально не оно являлось нашим главным стимулом для вступления в армейские ряды. Однако спустя время мы поняли, что возможность служить под руководством генерала является самой большой нашей гордостью. Все были очарованы ним. Думая о своем желании быть похожими на него, естественным образом возникает второе желание, достойное похвалы и гордости — желание защитить другого. Двигаясь по кругу, мы верим, что когда-то мы так же, как и он, сможем защитить страну и важных для себя людей.

— Вы говорите, по кругу…

— Ну, однажды и ты, О-дзё-тян, вероятно, поймешь это.

Куроитсу-сана окликнул другой человек, поэтому наш разговор прервался. То смутное чувство, испытываемое мною в тот момент, глубоко в моем сердце продолжило таять.

Глава 33. Слезы отца

Это продолжилось даже после моего возвращения домой.

Потому что я просто не понимала этого желания защитить другого.

Когда-то Руи сказал то же самое.

Почему даже после того, как они украли мать, отец продолжал защищать людей?

Несмотря на изобилие ран на их теле, они все еще продолжают идти по этому пути.

— Мэл-сама, добро пожаловать домой!

— Подскажите, бабушка, отец уже вернулся? — тихо прошептала я ей на ухо.

— Да, вернулся.

— Интересно, хорошая ли идея навестить его?

— По словам стюарда, у него больше нет планов на сегодня.

— Тогда я ненадолго схожу к нему.

Я побежала в комнату отца.

Уже прошло много времени после нашего последнего разговора наедине.

Причиной этому было то, что сразу после уничтожения бандитов, я некоторое время не выходила со своей комнаты, а после отец был занят своими делами.

Когда я, немного нервничая, вошла в комнату, отец неспешно попивал алкоголь.

— Милли, не так ли? Тебя редко можно увидеть в моей комнате… Ты сегодня ходила развеяться с Куроитсу и ребятами, верно?

— Да, было очень весело.

— Это хорошо. Итак, что случилось?

— На самом деле ничего такого. Я просто хотела кое-что спросить.

— Спрашивай.

— Благодаря чему у вас появилось желание защищать граждан?

Услышав мой внезапный вопрос, отец удивленно посмотрел на меня.

— Сегодня, разговаривая с Куроитсу-саном и ребятами, я спросила, почему они решили стать солдатами. Они назвали множество причин. Но помимо этого их подтолкнуло к такому шагу восхищение вами, отец. Они стремились стать такими, как вы, защищать свою страну и ее граждан. Но я не понимаю истоков такого желания. Поэтому хочу узнать, почему же вы сами решили защищать граждан?

— Ты считаешь это решение странным для меня?

— Да. Потому что мать убита теми же защищаемыми вами гражданами.

Я заметила, что после моих слов дыхание отца на мгновение остановилось.

— Неужели так важно защищать незнакомых себе людей? Ведь вы никогда не знаете, когда, возможно, они отблагодарят вас враждебностью…

— Ты считаешь людей своими врагами?

— Нет. Однако я плохого мнения о них. Вместо того чтобы ждать защиты от кого-то, было бы хорошо, если бы они сами стали сильнее. Тогда они смогут защитить то, что считают нужным. Разве это не прекрасно!? Почему всех должны защищать вы? Ладно бы солдаты Товаира защищали бы таких, как я, но не всех людей страны…

Раздался звук шлепка.

Чувствуя, как щека становится горячей, я поняла, что отец меня ударил.

— Я не хочу больше слышать такого от тебя, — сказал тихим тоном отец.

— Даже я изначально не имел таких благородных намерений, как у этих, желающих защитить людей или страну, парней. Я пошел в армию, чтобы испытать свои собственные навыки, — сказал отец, тяжело вздохнув.

— Я потерял себя в этом. Граждане, не имеющие надлежащих боевых навыков, были растоптаны на войне. Я же, обладающий такими навыками, чувствовал, что должен защищать их, и мое тело неосознанно пошло на это.

Выпив оставшееся содержимое стакана одним глотком, отец снова вздохнул.

— Убийство моей жены заставило задуматься о разных вещах. Думая о том, что ее убийцами являются люди этой страны, я задаюсь вопросом, зачем же я так тяжело боролся за их мирную жизнь? Искать на это ответ бессмысленно. Ведь те, кто научил меня всему полезному, что я умею, были тоже людьми, — сказав это, отец грустно улыбнулся.

— После того, как они поддержали меня как героя, я должен был выполнять обязанности, возложенные на это звание, и продолжал безрассудно бежать вперед. Оказалось, что путь был проложен и позади меня. Люди медленно, но верно продолжали следовать за мной. Ты услышала, я сказал люди, верно? Те, чьи деревни были сожжены во время войны, стали солдатами. Они видели мои подвиги в то время, и у них появилось желание так же защищать кого-то. Люди, следующие за мной, будут защищать не только близких себе людей, а и каждого незнакомца, и я уверен, что еще кто-то последует за ними, как они за мной. Таким образом я почувствовал гордость за продолжение своего пути и был спасен. Мое прошлое не было бессмысленным. Все движется по кругу и, в конце концов, возможно, не останется людей, подобных мне, столкнувшихся с печалью потери дорогого человека.

— Но...!

— Все ли граждане бандиты? Станут ли они бандитами? Разве вы не понимаете, что у этих людей тоже есть близкие? Не имея возможности защитить их и себя самостоятельно, не считаете ли вы грехом их желание быть защищенными вами?

— Тссс!

— Не у всех есть талант к боевым искусствам, как у тебя. И даже обладая им, у них нет свободного времени для его ежедневного усовершенствования. Ты предлагаешь сказать этим людям, что отныне они будут защищать своих близких сами, но для этого они должны на время покинуть их для прохождения военной подготовки, подобной твоей, так?

— Но я…

Даже у меня уже не хватало слов для опровержения сказанного.

— Хорошо. Например, если бы твоя бабушка обратилась к тебе за помощью, ты бы отказала ей?

— Бабушка — дорогой моему сердцу человек. Конечно, я помогу ей.

— Тогда, если дорогой сердцу бабушки человек будет искать помощи, что ей делать?

— Так как бабушке будет грустно от их утраты, я защищу их.

— Вы не отказались бы от них и не сказали бы им защищать себя самим? Даже если бы вы не были знакомы с этими людьми, все равно бы пришли на их защиту, верно?

Я не могла ничего ответить, так как уже поняла, что пытался донести мне отец.

— Да, ходить по кругу означает защищать близкого кому-то человека…. Не все люди плохие. Те, кто убил твою мать, были, в конце концов, бандитами. Грех лежит только на них, а на мне лежит вина за то, что не смог защитить ее. Нельзя обвинять в этом всех людей.

Отец нежно обхватил мое лицо своими большими ладонями. Я уже не чувствовала оставленное пощечиной тепло и боль.

Вместо этого с моих глаз хлынули слезы.

— Каждый незнакомец имеет ценного для себя человека. Я не хочу видеть подобных себе людей, скорбящих о потере родных… Именно это желание дает мне силы продолжать идти вперед. Это то, что я чувствую сейчас, — сказал, улыбаясь, отец и вытер мои слезы.

Я много размышляла над словами отца.

"Я не хочу видеть подобных себе людей, скорбящих о потере родных…"

Я отлично понимала суть этой фразы...

Мне было хорошо знакомо отчаяние, печаль и ненависть, испытываемые в момент потери. Я не хотела бы когда-либо испытывать эти чувства вновь. В то же время, я не хочу, чтобы близкие моему сердцу люди испытали это. Такое желание было вызвано тем, что я сама прочувствовала эту боль, и не желала ее другим.

В тот момент я вспомнила слова, однажды сказанные Руи.

"Ради сохранения повседневной жизни страна пожертвовала многими людьми. Даже сейчас она продолжает расплачиваться. Ради чего? Ради защиты страны? Нет, наверное, данный вопрос не рассматривался так обширно. Вероятно, они боролись, защищая то, что действительно хотели защитить".

Он сказал это, когда мы находились в башне.

Если бы это было правдой...

Вероятно, я была схожа с теми людьми, которые, отчаявшись от иррациональности этого мира, были измученны чувством потери.

В момент осознания этого, мне стало за себя стыдно.

Глава 34. Моя клятва

До сих пор я была тщеславна, считая себя самым несчастным человеком в этом мире.

Похищение жизни матери было действительно достаточным мотивом для того, чтобы проклинать весь мир за мое несчастье.

Но мысль о том, что в такой же ситуации находилась не только я, а и другие люди, никогда не приходила в мою голову.

Даже несмотря на то, что они были рядом со мной.

Этими людьми были отец и старший брат.

Они так же, как и я, потеряли близкого человека.

Несмотря на это, я абсолютно не задумывалась об их чувствах.

Я просто проклинала иррациональность этого мира, мне было стыдно за собственную беспомощность. Затем, зациклившись на причине маминой смерти, я наплевала на свое собственное существование.

Все мое внимание было сосредоточено на мести, а также на собственных пристрастиях.

"Я не хочу быть безразличным к тому, что находится сейчас в моих руках. Ведь тогда, в будущем, мне придется сожалеть об этом".

Учитывая то, что мой старший брат переживал те же страдания, что и я, он говорил такие добрые слова в мой адрес.

На следующий день, после окончания тренировки, я отправилась в башню.

Пейзаж, покрытый сумерками, казался несколько пустым, но в то же время был приятным.

"У этого парня есть важные для него люди. И те, в свою очередь, имеют таких же важных людей для себя. Собравшись, все они формируют страну. Трудно выслушать каждого из них, но я хочу осуществить их заветную мечту, а именно, защитив страну, подарить им возможность жить в мире. Но при этом, не забывая отдавать дань уважения тем, кто положил свою жизнь ради этого. Вот моя цель".

Как и ожидалось, декорации вокруг напомнили мне слова Руи.

Я видела многих людей, приходящих к нам из города.

Не зная их имен, для меня они все были частью черни.

Даже во время моего пребывания здесь, у меня совершенно не возникало желания защищать их.

Тем не менее, я думаю, было бы лучше, если бы им не пришлось испытывать это отчаяние.

Я не хочу, чтобы они испытывали эту боль.

Именно потому, что я не понаслышке была знакома с этими чувствами.

Твои близкие, находящиеся рядом, имеют других близких для них людей — родственников, друзей, любовников, не важно...

У тех, в свою очередь, тоже есть дорогие для них люди, потеря которых оставит в их сердце зияющую дыру.

Вполне возможно, что если бы я копнула глубже, то обнаружила бы, что они как-то связаны со знакомыми мне людьми.

Да, я уверенна, что так бы оно и было.

Не важно, насколько велик этот город, этот мир. Связи между людьми переплетены, как паутина.

То есть, вполне возможно, что незнакомый человек является драгоценным человеком того, кто каким-то образом связан со мной.

На ум пришли отец и старший брат, слуги, работающие в Доме маркиза Андэрсона, члены Гвардейского Корпуса, а также люди из армии. И, конечно же, Руи...

— Смогу ли я позволить им испытать те же страдания, что и я когда-то? Смогу ли я терпеть их грустные улыбки? — подвергла сомнению я свое собственное мнение.

— Нет, — ответила я сама себе.

Я хочу, чтобы они были счастливы.

Долго жили и смеялись.

Мне хотелось их видеть именно такими.

Такой стимул для овладения искусством меча разве не является довольно значимым?

Защищать — высокое намерение, которое я пока еще не могу понять.

Но ради себя, я смогу.

Я буду использовать искусство фехтования, которое я так долго оттачивала.

Это было то, в чем я поклялась от чистого сердца.

Глава 35. Клятва маленькой девочки

— Ха-ха-ха...

Впервые в жизни я отчаянно бежала изо всех сил, чтобы сбежать.

Это было немыслимым для моего обычного поведения.

Мои волосы беспорядочно развивались и портили мой внешний вид.

Однако сейчас мне было наплевать на это.

В любом случае, я должна бежать.

Однако, судя по моему нынешнему состоянию, мои силы скоро достигнут своего предела.

Мое дыхание сбилось, а ноги не слушались.

В результате, недалеко от главной улицы, споткнувшись о небольшой камень, я упала.

Услышав звук приближающихся сзади шагов, я пришла в отчаяние.

— Ты уже надоела Чжу-тян. Не могла бы ты не доставлять нам столько хлопот?

— Да-да. О-дзё-тян, будь хорошей девочкой и подожди с нами, пока отец не приедет за тобой.

— Нам все равно, что с тобой будет. Так что будешь ли ты в безопасности к его приезду или нет, зависит только от тебя.

Я продолжала отступать, пытаясь уйти от догнавших меня вульгарно улыбающихся людей.

Одному из мужчин, видимо, это не понравилось, и он, демонстрируя свое раздражение, цокнул языком.

— На всякий случай, я спрошу, вы действительно планируете надлежащим образом сопроводить этого ребенка к ее отцу? — внезапно я услышала голос недавно прибывшего третьего лица.

Несмотря на то, что голос казался детским и не оставлял надежды на спасение, я почувствовала облегчение от того, что это был не мужчина, и подняла голову.

— Хм, вы в порядке?

Фигура человека, на которую я смотрела, была маленькой. Он был примерно одного возраста со мной. Исходя из внешнего вида волос этого человека, я подумала, что это мальчик.

Этот человек не проявлял никаких признаков страха и смотрел на меня с улыбкой.

— Эти люди ваши знакомые?

Услышав вопрос, я несколько раз покачала головой.

— Понятно…

Человек кивнул, как будто что-то понял.

— Как легко… — подумала я и инстинктивно вздохнула.

— Кто вы, черт возьми?

— Мы с тобой не знакомы. Если ты не хочешь пострадать, то поторопись уйти отсюда.

— Я уйду отсюда только с этим ребенком. В противном случае, нет… так что вы намерены делать? — не обращая внимания на хмурых людей, отчужденно сказал человек.

— Кажется, ты не поймешь, пока не почувствуешь боль!

Мужчины с оружием в руках напали на этого человека.

Во время этой ужасной сцены я на мгновение закрыла глаза.

…Даже если это мальчик, в силу своего возраста он не сможет их победить.

Была такая разница в телосложении... Я думала, что мальчик, несомненно, будет сильно избит.

Робко открыв глаза, я увидела, что, открывшаяся передо мной ситуация оказалась полностью противоположной.

Покрытые ранами взрослые люди катались по земле!

Я могла смотреть на это зрелище только в немом изумлении.

«Это не сон, не так ли?» — подумала я и инстинктивно ущипнула себя за щеку, сильнее чем того хотела.

— С вами все в порядке?

Юный мальчик подошел ко мне. Несмотря на то, что он сделал, я не ощущала страха по отношению к нему. Вместо этого меня окутало чувство облегчения и радости.

— О, да! Я в порядке…

— Понятно… Здорово. Это была настоящая катастрофа. Вы стали пострадавшей…

Мальчик нежно коснулся моего лица. Находясь в состоянии очарования от доброй руки мальчика, я почувствовала смущение, и мои глаза сузились.

— Большое спасибо, что спасли меня.

— Не стоит благодарности. Такая милая девочка, как вы, не должна возвращаться одна. Давайте, я проведу вас к главной улице.

Взяв его за руку, я встала и пошла.

Задумавшись о случившемся с мужчинами, и немного обеспокоившись тем, что на нас нападут сзади, я ненадолго оглянулась.

— Все нормально. Я связал их, чтобы они не могли встать, — будто бы прочитав мои мысли, сказал юноша и улыбнулся.

— Это правда….?

— Да. Я планирую позже передать их армии.

— Ясно. Честно говоря, я спасена только благодаря вам. Большое спасибо.

В этот раз на мою благодарность мальчик искренне улыбнулся.

Я находилась в шоке.

В конечном итоге я, пораженная его улыбкой, молчала до конца нашего совместного путешествия.

Немного прогулявшись и выйдя на главную улицу, группа, высвободившаяся из толпы, подошла с противоположной стороны…

Это были солдаты армии.

Мало того, эти солдаты находились под непосредственным руководством генерала.

Находясь на вершине фракции истинной силы, их способности не стыдили имя генерала. Возможно, они вели себя достойно, так как прошли интенсивное обучение.

— Ах, стреляй… — увидев их, пробормотал до сих пор молчавший мальчик.

Он был явно взволнован.

«Почему тот, кто смело бросил вызов огромным мужчинам, поступил таким образом?» — мысленно подумала я, и скоро узнала ответ.

Человек, возглавляющий группу солдат армии, явно удивился, увидев юношу, и бросился к нему.

— Ты идиот! — сердито кричал он.

Пока я удивлялась происходящему, мужчина повернулся к мальчику и показал кулак.

— Я не думал, что увижу тебя в таком месте! Нет, подожди… Я обычно понимаю, что случилось. Черт возьми… не суй свой нос в чужие дела, не надо!

— Я никогда не имею намерения сунуть куда-то нос. Просто гуляя по городу, я узнала об этом случае, и, погуляв еще немного, нашла ее.

— Хорошо. Поспеши вернуться.

— Извините, мне пора, — слегка махнув рукой, сказал мальчик, и быстро удалился.

— Ах…

Я хотела остановить его, но поскольку не знала его имени, то не смогла этого сделать.

— Я глубоко извиняюсь за опоздание. Меня зовут Газель. Я пришел, чтобы забрать вас.

Выход героя обычно вызывает аплодисменты. Однако для меня в тот момент был важнее не герой страны, а герой, спасший меня.

На обратном пути я бесчисленное количество раз спрашивала у генерала имя мальчика, но его ответы были расплывчатыми, либо он вовсе не отвечал мне.

— Я обязательно встречусь с ним снова и поблагодарю его, — от всего сердца поклялась я.

Глава 36. Моя повседневная жизнь

— Паркс-сама! Добро пожаловать домой!

Вернувшись в особняк, я наткнулась на старшего брата.

Так как мы находились в поле зрения других людей, я поприветствовала его как полагалось охраннику.

— Это я должен сказать тебе, а не ты, верно? Ты снова ездила в город, не так ли?

— Уууу…

Столкнувшись с ним, принятый мною облик для поездки в город разоблачил меня. Так как я все еще скрывалась и старалась для неузнаваемости изменять свой внешний вид, я выбрала необычный маршрут к своей комнате в особняке, чтобы ни с кем не встретиться. Как неудачно… Оправдываться перед братом уже не имело смысла.

— Несмотря на то, что я уже много раз говорил тебе не ходить в город без сопровождения солдат, ты все равно сделала это. Поскольку отец имеет звание "героя", ему наверняка завидует множество знати. Конечно, я знаю, как ты сильна, но мы не знаем, что произойдет, если за тобой будет послана целая группа убийц… Ладно, что сделано, то сделано, по крайней мере, постарайся сделать так, чтобы отец не узнал об этом.

— Аааа! Мы уже встречались.

Было немного сложно все объяснить, поэтому мои глаза начали бегать.

— Где? — спросил брат, строго посмотрев на меня.

— Была большая шумиха из-за пропажи какой-то дворянской дочери, ушедшей в город… Я нашла ее, в то время, как уже велись поиски, и подумала провести ее обратно домой, но случайно наткнулась на отца.

В последнее время, когда появлялась возможность, я шла погулять в город. В прошлом, я также часто ходила туда сама, но только по главной улице, ведущей к башне. Но в этот раз я изменила свой маршрут и бродила по всему городу.

После прогулки с Куроитсу-саном, я многое заметила впервые и узнала о множестве новых вещей. Это стало стимулом для меня узнать еще больше, а также одной из причин моего блуждания.

Однако главной причиной была сильная решимость внутри меня.

Я чувствовала, что для меня недостаточно просто издалека наблюдать за жителями нашего города.

Я хотела больше узнать об их образе жизни, почувствовать то, что чувствуют они, живя в городе, и таким образом приблизиться к ним.

Переживая недавние события, моя решимость относительно того, чтобы никто не испытывал таких страданий, как я, стала еще крепче.

Чем больше времени я проводила рядом с незнакомыми мне людьми, тем сильнее было чувство, что это желание все глубже проникает в мое сердце.

При этом, сегодняшний инцидент был полным совпадением.

Просто из любопытства к происходящему, я подошла к шумевшей толпе и прислушалась. Оказалось, что пропала маленькая девочка. Так как она была дочерью дворянина, волнение набирало обороты.

Немного поразмыслив, я попыталась угадать мысли той девочки, с которой я никогда ранее не встречалась. Если бы мы были похожи в том, что мало знали о внешнем мире, то места, которые могли бы заинтересовать меня, могли бы… Прогуливаясь по таким местам, я нашла ее.

К тому времени, когда я пришла в то место, одетая в милую и простую одежду девочка уже преследовалась мужчинами, с которыми, вероятно, она знакомиться не хотела.

Теперь, думая об этом, я вспомнила, что эта девочка была очень молчалива во время нашей прогулки по пути к главной улице. Вероятно, она была напугана моим поведением во время того, как я отгоняла мужчин.

Старший брат глубоко вздохнул.

Видя его состояние, я почувствовала себя виноватой, но, несмотря на это, чувство удовлетворения после спасения этой девочки продолжало наполнять мое сердце.

— Несмотря на то, что наш отец генерал, ему нравится быть в центре событий. Поэтому, когда похитили эту благородную девочку из высшего общества, он, вероятно, подумал, что будет лучше выйти на поиски и ему. В общем, ты сама все понимаешь. Просто сразу сдавайся и готовься к тому, что тебя будут ругать.

— Меня уже отругали…

— Слишком мягко… Возможно, тебя ждут тяжелые тренировки, которые помешают тебе в ближайшем будущем отправиться в город.

— Ну, это по-своему тоже хорошо.

— Ты единственная, кто считает тренировку наградой.

Засмеявшись, старший брат погладил меня по голове и ушел.

Затем я вернулась в свою комнату и переоделась.

— Мэл, Мастер зовет.

Примерно в то время, как я закончила переодеваться, в комнату зашла бабушка и сказала мне об этом.

— Хааа... Мэл. Пожалуйста, больше не подвергай себя опасности. Сердце старой бабушки не выдержит этого еще раз, — вздохнув, сказала она как раз в тот момент, когда я заметила ее странное суровое выражение лица.

Я всегда беспокоюсь о бабушке, не так ли?

— Мне жаль.

Услышав мой ответ, бабушка, казалось, сдалась и еще раз вздохнула.

— Ты не должна заставлять Мастера ждать. Поспеши.

— Хорошо.

Послушав бабушку, я пошла.

Казалось, что бабушка не последует за мной, так как она не сдвинулась с места.

— Ваше поведение заставляет меня волноваться. Ведь я должна смотреть на вас и брать пример, — были еле слышны слова бабушки мне вслед.

Она сказала это действительно очень тихо.

И все же, отчетливо услышав ее слова, я невольно улыбнулась.

Войдя в комнату отца, я увидела его сидящим на стуле посреди комнаты.

Как и у бабушки, его лицо было строгим.

Однако, как и ожидалось, была значительная разница в тоне их речи.

— У тебя есть, что сказать мне?

— Я прошу прощение за свое эгоистичное поведение.

Первым, что я сказала, было извинение перед отцом, так как я понимала, что он действительно волновался за меня.

Однако, по какой-то причине, услышав мои слова, отец сделал глубокий вздох.

— Честно говоря, ты... Нет, все в порядке. Ты прекрасно справилась, защищая дочь графа Маклейна. Я благодарен тебе.

Услышав такие слова отца, я опустила голову.

— Однако, я не доволен тем, что ты нарушила мои указания и поехала в город одна. Начиная с завтрашнего дня, в течение одной недели, ты будешь заниматься по усложненной программе тренировок, в качестве наказания. Не думаю, что выполняя ее, у тебя появиться хоть немного свободного времени для поездки в город.

— Хорошо.

Как и говорил мой брат, это была тяжелая тренировка.

В последнее время, в связи тем, что я стала чаще ездить в город, количество моих тренировок уменьшилось.

— Это хорошая возможность вернуть прежнюю физическую форму... — подумала я, повернулась к отцу и снова опустила голову.

Глава 37. Восхищение премьер-министра

— Ха-ха-ха!

В моих глазах отражалась тренировочная арена Дома маркиза Андэрсона.

В центре арены находилась Мелиса.

Прямо сейчас, казалось, она пыталась восстановить свое сбившееся дыхание.

С нее текли капли пота, впитываясь в ее одежду. Даже издалека было заметно, что вещи уже промокли до такой степени, что их можно было выжимать.

— Я стараюсь не вмешиваться в образовательную политику других людей, но не слишком ли это для О-дзё-тян, Газель?

Наблюдая за ней, я спросил у Газеля, стоявшего позади меня.

— Слишком сложно? Это наказание, которое она навлекла на себя сама. И если ей слишком тяжело, значит, оно правильное.

Фыркнув, сказал Газель, даже не взглянув на Мелису, находившуюся внизу.

Вероятно, он был уверен, что, даже не наблюдая за ней, она наверняка выполнит всю назначенную им программу тренировки.

И, как и думал Газель, она была отстранена от других участников тренировки, так как занималась строгой подготовкой, приказанной им пройти до конца в одиночестве.

— Говорите, наказание, которое она сама навлекла на себя… Но ведь она просто гуляла по городу, верно?

— Откуда Ромель знает… Нет, это не важно. Честно говоря, этот вопрос у меня возникает каждый раз, скажите, есть ли что-то, чего вы не знаете?

— Это ерунда. Есть вещи, о которых не знаю даже я.

— Мне действительно интересно…

— Ой, не смотрите так…

Газель впился в меня взглядом. Видя его таким, я невольно рассмеялся.

Из-за этого, взгляд Газеля стал еще грозней… Если бы он заметил мой смех, то наверняка бы взорвался, поэтому я постарался сдержаться и перевел дыхание.

— Мир полон вещей, о которых я не знаю. Особенно в отношении обстоятельств людей, — сказал я Газелю, надеясь, что сказанное удовлетворит его любопытство.

— Что вы имеете в виду? — спросил Газель, серьезно посмотрев на меня.

— Именно то, что я сказал. Например, давайте поразмыслим… Почему стремятся к тому, что не соответствует их статусу? Представим, что стремление — это фонарный столб. Однако если ваше стремление станет сильным до такой степени, что вы уже не сможете его контролировать, то оно превратится в пламя чрезмерных амбиций и сожжет не только вас, но и страну.

После этих моих слов Газель склонил голову.

— Ну, это просто размышления. Так чем плохо то, что О-дзё-тян ездит в город?

— Не меняйте тему так внезапно! Вот и славно. Я перефразирую ваш вопрос. Если дочь дворянина отправится в город, когда она захочет, разве ее родители не разгневаются на нее?

— Даже при том, что О-дзё-тян способна справиться с опасностью?

— Для родителя, переживающего за своего ребенка, что-то подобное не имеет значения. Во-первых, мы еще не поймали того, кто был за кадром. Во-вторых, зачем ей пытаться получить разрешение выходить на улицу… не говорите мне, вы…

Газель замолчал.

— У вас довольно хорошая интуиция, не так ли?

Каким-то образом, предугадав мысли Газеля, я опередил его в словах.

— Как я и думал, вы намекаете на то, чтобы использовать этого ребенка как приманку, чтобы вычислить тех, кто стоить за всем этим?

Тон Газеля снизился.

Его интенсивность была такой, как у человека, которого воспевали как героя.

— Не забегайте наперед. Я даже не думал об этом раньше. Причиной этому является то, что я не знаю, насколько сильна О-дзё-тян. Если бы у нее не было проблем с самообороной, и вы бы одобрили ее способности в самозащите, тогда я бы подумал, что это было бы возможным, но…

Несмотря то, что я не верил в то, что Газель одобрит это, я все-таки предложил такой вариант. Ведь все это может превратиться из проблемы на национальном уровне в простую домашнюю борьбу, что значительно облегчило бы ее решение.

— Не говорите глупости, я не позволю ей подвергнуться такой опасности.

— Конечно. Я знаю, так что не смотрите на меня так.

— Мне действительно интересно.

— Хааа… не смотрите на меня свысока.

После того, как Газель задался этим вопросом, мой тон также стал серьезным.

— Я сказал, что у вас "хорошая интуиция", но я никогда не говорил, что она верна… Я уже давным-давно вычислил парней, стоящих за этим. Причиной моего бездействия, а также запрета на какое-либо ваше движение в эту сторону является то, что благодаря этому мы не окажемся в невыгодном положении. Я подумал, что ей станет легче двигаться, если я расшатаю доску, на которой она стоит. Тем не менее если она не займет уготованную для нее роль, то я воспользуюсь другим планом.

— Не становитесь серьезным так внезапно!

— Это первое, что вы скажете после услышанного?

— Хммм….

Прямо в этот момент с арены послышались аплодисменты.

Рефлекторно взглянув в ее направлении, я увидел мужчин, наблюдающих за находящейся в центре тренировочной арены Мелисой.

Кажется, что после выполнения заданной Газелем программы, она присоединилась к тем, кто регулярно тренируется там, и великолепно одержала победу во время лонжерона.

В доказательство этому проигравшие ей катались по земле.

— Ой, ой, О-дзё-тян, на вашем месте я…. действительно возмутительно!

Непреднамеренно, я повысил голос.

Благодаря полученной с разных источников информации, я уже многое знал о Мелисе.

Однако, несмотря на это, я был удивлен.

— Кто бы мог представить, что такая миниатюрная девочка окажется сильнее обычного военного?

— По словам самой девочки, во время ее концентрации, окружающее движется медленнее, что позволяет ей лучше видеть. Между прочим, кажется, что ее слух становится острее, и она слышит дыхание противника, а также звук каждой из его мышц.

— То же самое происходит и с вами, Газель?

— Ни в коем случае. Я обычный человек, просто с немного более развитой интуицией, чем у других.

— Вы не должны так говорить о себе… Ну хорошо. Сегодня я увидел нечто интересное. Я пойду и в очередной раз выпью немного алкоголя.

— В следующий раз принесите что-нибудь из Макарана.

— Ладно, ладно!

Попрощавшись с Газелем, я вернулся домой.

Вернувшись, я увидел Руи, который, казалось, как будто бы ждал меня.

— Я вернулся!

— Добро пожаловать домой… Не могли вы поторопиться и пройти в кабинет?

Несмотря на то, что Руи недавно исполнилось десять лет, он совершенно не был похож на ребенка этого возраста.

Острый взгляд, а также черты лица, считающиеся далекими от нежных, создавали необычную атмосферу вокруг него.

Ту атмосферу, которая принадлежала взрослому человеку, несущему ответственность, а не ребенку.

Иногда на работе я слышал разговоры людей о своих детях. Проанализировав их, я понял, что он сильно отличался от них.

— Тебе холодно.

— И кто в этом виноват?

— Кто знает? Давайте поторопимся и пойдем работать, — сказал я, с расплывающейся по моему лицу улыбкой.

Я думал, что то, что он не похож на других детей своего возраста, это моя вина.

Однако в его годы я был таким же, так было в течение многих поколений герцогского Дома Армелия.

Переключившись, я бросил грубый взгляд на большое количество документов, лежащих передо мной.

— Ой, Руи, — позвал я сына, остановившись на одной из папок.

— Что это?

— Я разберусь со всеми этими документами. А ты тщательно изучи и организуй документы на этого парня.

Сомневаясь, Руи взял папку, однако как только он понял, что именно ему дали, цвет его лица изменился.

— Это...

— Даже если я ничего не скажу, ты ведь меня понял, верно? Это вопрос первостепенной важности.

— Конечно. Несмотря на то, что наемники являлись проблемой, подумать, что часть герцогства Ринмель сдвинется с места…

— Тебе удалось обнаружить наемников?

— Да, я как раз хотел сказать. Так как это случилось благодаря поиску по вашим стопам, отец, я не могу сказать, что пришел к этому сам.

— Учитывая все это, с наемниками все равно ничего не поделать. Но я постараюсь принять какие-то меры касательно данного вопроса. Ты ведь мне в этом поможешь, верно?

— Да, конечно.

Кивнув в ответ Руи, я погрузился в работу.

Глава 38. Совместный ужин

Трескающий звук, характерный для стука деревянных мечей, становился все дальше и дальше.

В то же время, я ощутила, что мои собственные чувства обострились.

Мои мысли стали ясными, и я просто сфокусировалась на противнике, себе и сражении.

Движения противника замедлились до такой степени, что их можно было легко рассмотреть.

Мой слух настолько обострился, что я могла слышать дыхание оппонента, а также звук движения собственных мышц.

Прямо в середине битвы, или, может быть, даже тогда, когда мне сказали сражаться, я погрузилась в это состояние. Я поняла, что могу так, в тот момент, когда отец, протестуя против меня, возобновил мою решимость.

Когда я впадаю в это состояние, мое собственное существование отдаляется. В некоторые моменты меня это пугает, однако в то же время доставляет удовольствие.

Это было не так, как тогда, когда я видела все только в черных и красных тонах.

Я ни в коем случае не была очарована сражением. Тем не менее яркие цвета заполнили мое видение окружающего, раскрасив мир внутри него.

Видеть это было прекрасно.

— Победитель, Мэл!

Услышав голос рефери, я наконец пришла в себя.

— Я проиграл. Согласен, ты действительно в хорошей форме. Ты заметила, что твое мастерство уже находится совершенно на другом уровне?

— Большое спасибо, Куроитсу-сан.

Мы обменялись рукопожатием с Куроитсу-саном, являющимся на тот момент моим противником.

— Случилось что-то хорошее?

— Что-то хорошее... Мне просто весело!

— Весело?

— Вероятно, это все потому, что раньше у меня была цель, ради которой я должна была становиться сильнее.

Ради мести.

Ради победы над иррациональной реальностью.

Во избежание потерь.

Я продолжала внушать себе, что я должна стать еще сильнее.

Независимо от того, насколько сильной я была, мне казалось, этого все равно мало, и я не была удовлетворена результатом.

Я продолжала обвинять себя, думая, что этого просто недостаточно.

— Мой повод становиться сильнее исчез... Однако это было всем, что я имела. В тот момент, когда я это поняла, на какое-то время я впала в отчаяние.

Я просто уединилась в своей комнате и отвергла мир.

Мне было грустно смотреть на себя в тот момент, и я пыталась отвести от себя взгляд, чтобы время поторопилось и прошло. Но проводить время, бездельничая, тоже было страшно.

— Но вы, Куроитсу-сан, а также все те, кто присутствовал на обеде, многие окружающие люди научили меня смотреть вперед, в будущее. Если это все, что у меня есть, то, обретя новую цель, я должна полностью воспользоваться этим. Однажды, подумав об этом, я почувствовала, будто бы с моих плеч исчезла какая-то ноша. Сейчас мне это кажется смешным. Однако мысль о том, что тренировки — это весело, может показаться вам неуместной.

— Почему? Разве это нехорошо? Если ты делаешь новый шаг вперед, то я только полностью поддерживаю это.

Увидев добрую улыбку Куроитсу-сана во время того, как он говорил эти теплые слова, я тоже улыбнулась.

— Хорошо, тогда давай вместе поужинаем, в честь твоего нового старта?

— Конечно!

После окончания тренировки по приглашению Куроитсу-сана, я пошла к нему и остальным на ужин.

— Несмотря на то, что именно мы пригласили тебя... У тебя действительно хороший аппетит, Мэл.

— А?

Мой желудок был пуст после тренировки, поэтому я с удовольствием ела.

Интересно, дисквалифицирует ли это меня как девушку?.. Хотя уже поздно об этом думать.

Я была единственной, кто ел с таким удовольствием. Остальные же только закусывали после выпитого.

— Это потому, что мой желудок пуст после тренировки. Обычно, я не ем так много. Если я буду есть так всегда, то это приведет к набору веса, и, следовательно, мои движения потускнеют. Поэтому мне все равно придется себя немного сдержать.

— Нет, ты неправильно меня поняла. Я имел в виду, что удивительно как ты можешь так энергично питаться после выполнения этой адской программы генерала.

— Это верно. Будь я на твоем месте, то уже бы выдохся!

— Нет, ты начал бы рвать во время тренировки.

Когда я увидела одобрение окружающих, то горько улыбнулась.

— В прошлом со мной случалось такое.

Все были шокированы от сказанного мной.

Какое-то время никто не шевелился, будто бы за этим столом время остановилось.

— Я сказала что-то странное?

Спросив об этом, время наконец-то продолжило свой ход.

— Н-нет. Услышать такое от тебя было неожиданным...

— Да уж, для меня тоже. Я даже не могу представить Мэл-тян в таком состоянии.

— Вот так. Никогда бы не подумал, что в жизни такого выносливого человека, как Мэл-тян, был такой период.

— Я была принята генералом в качестве ученика в довольно молодом возрасте. Вначале тренировки были для меня настолько интенсивными и тяжелыми, что я не могла принимать пищу. Это было ужасным. Но люди ко всему быстро приспосабливаются.

— Другими словами, ты так много тренировалась и в детстве?

— Очевидно, что изначально многое не получалось. То, чего я достигла сейчас, это результат постепенного увеличения нагрузки. Потребовалось немало времени, чтобы количество тренировок, отработанных мною сегодня, стали нормой.

— Так это было нормой...

Лица окружающих выглядели очень удивленными.

— А вы считаете нормой пить среди бела дня?

Мало того, что они взяли с собой в бар меня, ребенка, так еще и начали пить. Меня это удивляло.

Конечно, их приглашение доставило мне радость, ведь благодаря нашему общению мы становились ближе.

Естественно, будучи ребенком, я пила сок.

— Но ведь сегодня мы не работаем.

— Это ты тренируешься даже в выходные дни.

— Подготовка генерала... Среди тех, кто работает в армии, частные уроки в Доме маркиза Андэрсона невероятно популярны. Несмотря на то, что мы не участвуем в программе подготовки в личные войска Дома Андэрсона, количество участников ограничено. Независимо от того, являемся ли мы частью одного и того же подразделения, участвовать в ней довольно сложно, поэтому существует жесткая конкуренция.

— Поэтому такие посторонние, как мы, можем потренироваться у генерала только тогда, когда он свободен, например, во время праздников.

— Глядя на генерала, я с уверенностью могу сказать, что откажусь от любого количества выходных, ради тренировки с ним. Но из-за этого, я нахожусь в окружении одних мужчин, даже на выходных. И как следствие, не имею возможности устроить свою личную жизнь.

— Не говори так... Хотя ты прав...

Интересно, когда придет мое время...

Внезапно показалось, что их глаза смотрели в послезавтра.

В выражении их лиц я заметила печаль и немного грусти.

— Не будь таким пессимистичным.

Куроитсу-сан также смотрел на них жалостливым взглядом.

— Как женатый человек может понять наши чувства!

— Независимо от того, куда ты посмотришь, налево или направо, тебя будут окружать грязные люди... Ааа, как это удручает.

Я поняла, что причиной, по которой один Куроистсу-сан мог сохранять самообладание, было то, что он являлся женатым мужчиной...

— По крайней мере, я не считаю себя одной из тех грязных людей или им подобной.

Меня беспокоило, что по какой-то причине меня здесь воспринимали как мужчину.

— Нет, это правда, что Мэл-тян не мужчина, но...

— Да, я понимаю, что ты имеешь в виду.

После моих слов, глаза человека, в адрес которого они были направлены, забегали.

Хотя окружающие люди, казалось, поняли, что он хотел сказать.

— Мэл-тян выглядит мужественнее, чем мужчина, сидящий справа.

...Да?

Услышав эти слова, я наклонила голову.

— Выдержать такую программу, не озвучив ни единой жалобы, а наоборот, заниматься с радостью, да и еще с таким упорством, как она, не смог бы даже мужчина.

— Во время тренировки ее фигура выглядит такой крепкой...

— Галантно появляется и спасает девочку в беде.

— Ай-я, мы полностью потерялись на ее фоне.

Они слабо застонали, но, вздохнув, неистово рассмеялись.

— Давайте выпьем!

— Да уж! Как коллеги-холостяки позволим себе это, пока наш статус не изменился.

— Узы холостяка вечны и бессмертны... Но разве это не значит, что для него весна никогда не наступит? Разве не лучше поскорее освободиться от них...

— Лучше не говори так. В этом мире есть вещи, которых ты никогда не должна касаться. Просто по-доброму наблюдай за ними, Мэл.

Услышав мое тихое бормотание касаемо их слов, Куроитсу-сан сказал мне это.

Поэтому, послушавшись его, я сижу и тихо слушаю их разговоры.

Глава 39. Наше обещание

После этого разговора мы пили, ели и весело проводили время.

Сказав, что они пойдут пить дальше, меня высадили у ворот Дома маркиза Андэрсона, и мы расстались.

— Я должен питаться дома хотя бы по выходным, иначе моя жена обидится на меня...! — сказал Куроитсу-сан со слезами на глазах и хотел сбежать, однако его схватили и пытались силой заставить поехать с ними.

— Мэл, пожалуйста, позволь мне провести тебя в особняк, хорошо? Пожалуйста, соглашайся. Это будет моим поводом для побега. Ведь так как я пригласил тебя, то я несу ответственность за то, что ты благополучно доберешься до дома, — плача и моля о помощи, сказал Куроитсу-сан.

В ответ я просто стояла и в немом изумлении смотрела на него.

В то время как он был захвачен, его движения были определенно быстрее, чем во время тренировок. Я едва могла реагировать на них, поэтому находилась в искреннем удивлении от происходящего.

Я испугалась и делала вид, что не вижу его. Причиной моего испуга были разъяренные взгляды мужчин, услышавших слово "жена".

— Мэл!!!

— Вы, наверное, шутите, Куроитсу-сан. Мэл-тян прекрасно доберется и без вашего сопровождения. Пройдя через ворота прямо перед нами, она окажется в Доме маркиза. К тому же она трезвая... и главное, намного сильнее нас. Поэтому не нужно так беспокоиться, лучше пойдемте выпьем.

Я слышала эти слова, исходящие на расстоянии от меня, и молча, сердечно сочувствовала Куроитсу-сану.

В конце концов, пользуясь тем, что я наконец-то находилась в городе, я решила, что было бы бесполезным вернуться домой и не сходить в башню.

Поэтому я отправилась туда.

В последнее время отец был довольно строг со мной, и я не могла поехать в город без сопровождения.

Куроитсу-сану, вероятно, было приказано следить за мной и доставить меня домой.

Размышляя об этом, я пришла к выводу, что решение Куроитсу-сана было, пожалуй, самым правильным.

Я была знакома с охранниками башни, поэтому, увидев мое лицо, они впустили меня.

Войдя в нее, я поднималась по многочисленным ступенькам лестницы.

— Руи... — невольно сказала я имя своего знакомого, добравшись до верхнего этажа.

Возможно, так как я пробормотала это достаточно близко к нему, он услышал меня и медленно обернулся.

— Вас давно не было, Мэл.

Несмотря на то, что прошло много дней с нашей последней встречи, он сказал это с немного уставшим выражением лица, мягко улыбаясь.

— Да, действительно. Прошло много времени.

— Вы выглядите намного лучше, чем я думал.

Теперь, вспоминая нашу встречу, я поняла, что после захвата бандитов мы еще не виделись с ним.

Я рефлекторно улыбнулась его слегка удивленному выражению лица. Казалось, моя реакция была неожиданной для него.

— Мне жаль.

— Почему вы извиняетесь?

— Я односторонне допрашивал вас и пытался загнать в угол. Я прошу прощения за это.

Когда он искренне склонил голову, я почувствовала, что моя улыбка становится все шире.

— Пожалуйста, не извиняйтесь. Это правда, что... Я была раздражена в то время... Но как вы и сказали...

Перестав улыбаться, я начала говорить серьезно, подбирая слова, чтобы передать ему свои мысли правильно.

— Я только смотрела в прошлое, полностью отказываясь от важных вещей, которые я имею в настоящем. На самом деле, когда бандиты были захвачены... Моя цель исчезла, все исчезло, и я почувствовала себя опустошенной.

Я потеряла свой ориентир и почувствовала себя выброшенной во тьму, при этом ощущая страх перед неясным будущим.

Вот так... Представляя, как все повернулось бы, если бы я не смогла его увидеть, мне охватывает ужас.

— Однако в то время слова моего брата и ваше письмо помогли мне взглянуть вперед.

«Если ваша цель исчезнет, просто найдите другую. У вас еще так много времени. Не спешите жить».

Это были ваши слова.

«Однако... Ты жива. Ты жива!»

Эти серьезные слова были сказаны моим будто бы плачущим старшим братом.

Благодаря тому, что вы сказали мне это, я сейчас живу.

Я стала способна смотреть на время, известное как будущее, от которого раньше я отворачивалась.

С тех пор, я почувствовала, что мое остановившееся время пошло.

— Вот почему спасибо.

Сказав это, я улыбнулась и получила улыбку в ответ.

— Вы изменились.

— Да?

— Да уж. Острая атмосфера, окружающая вас, заставляла меня чувствовать себя так, будто бы меня закололи, если бы я подошел к вам ближе. Сейчас этого нет.

Я помнила свое состояние тогда, поэтому понимала о чем он говорил.

После того, как он упомянул это, я вспомнила, что Куроитсу-сан также говорил что-то подобное.

Чувствуя смущение от слов Руи, я безрассудно подошла к нему и села рядом.

Я это сделала, потому что не могла смотреть на него.

Находясь в таком положении, была хорошая возможность устремить свой взгляд на город, его пейзажи и не смотреть в глаза Руи.

— Вы знали, что захваченные бандиты были объектом моей мести? Может быть, вы знали?

— Я не был уверен в этом, просто предположил, вот и все.

— Понятно.

Он тоже сел рядом со мной.

— Хотите есть? — сказал он, внезапно достав из своей сумки пакет.

— Это манджу с рыночной площади... Из дома старика Фао.

— Спасибо.

Я взяла одну из шести манджу и положила ее себе в рот.

В этот момент во рту распространилась непередаваемая словами пряность.

— ....!?

— Ах, вы выбрали обманку? — увидев мою реакцию, пробормотал Руи будто бы не произошло ничего особенного.

— Кхе-кхе-кхе! Какого черта... Это обманка?!

— Манджу продаются в упаковках по шесть штук, каждая из которых имеет свой вкус. Пять из них несравненно вкусные, но по какой-то причине есть всегда одна чрезвычайно острая. Даже зная о том, что среди них есть обманка, остальные пять такие вкусные, что просто невозможно удержаться от их покупки, понимаете? К тому же, поделившись с друзьями, очень интересно наблюдать за их реакцией, если она им попалась.

После этих слов, я открыла бутылку воды, которую он мне дал, и энергично выпила все содержимое.

Даже несмотря на то, что я выпила всю воду, у меня во рту все так же чувствовалась острота.

— Я удивлен, что вы смогли съесть ее за один раз, но... Вы же не знали. Как вам удалось вытащить обманку с первого раза...

Руи сдержал смех.

Взглянув на мое выражение лица, он больше не мог терпеть и начал смеяться.

Сначала я не поняла его реакцию и была угрюма, однако постепенно осознав, что это смешно, тоже начала смеяться.

Пока я смеялась, острота во рту пропала.

— Если она уже попалась, то больше подобных ей здесь нет, верно? Дайте мне еще одну.

— Да, конечно.

Робко положив переданную мне манджу в рот, я почувствовала ее превосходный вкус.

— Обычно, это вкусно. Интересно, почему в их числе была обманка?

— Кто знает? Похоже, такие сюрпризы очень популярны среди любителей острого.

— Я совсем не понимаю этого.

— Вы часто бываете в городе, Руи?

Поскольку у него была возможность самостоятельно входить в эту башню, его отец, должно быть, обладает достаточно высоким статусом.

Но, даже несмотря на это, для меня было непостижимым то, что ему разрешали выходить в город без сопровождения.

— Да... Чем старше вы становитесь, тем больше ограничивается ваше передвижение. Это касается как времени, так и статуса. Даже если вы захотите, в будущем у вас вряд ли будет такая свобода, как сейчас. Именно поэтому я максимально использую свое свободное время и наслаждаюсь им.

— Хм...

Руи также взял манджу в руку и съел ее.

— Благодаря этому, я смог столкнуться с этой восхитительной вещью.

— Я тоже начала выбираться в город в последнее время. До сих пор все мое время занимали тренировки, поэтому сейчас есть много вещей, о которых я не знаю. Например, то, что я не знала о манджу этого старика Фао.

— Понятно... Тебе нравится город?

На мгновение я задумалась.

— Наверное, именно сейчас я считаю его довольно симпатичным.

— Было бы хорошо, если бы с этого момента вы были заняты поиском того, что вам нравится... Разве не прекрасно узнавать что-то новое? Узнать то, что ты не знал раньше, — величайшее счастье.

— Это правда.

— Тогда, в следующий раз, мы должны пойти прогуляться и попробовать еще какую-нибудь новую еду. У меня даже есть ряд рекомендаций по этому поводу.

— Это правда?! Вы обещаете?

Обещание на будущее.

Это новый шаг на пути вперед.

— Что это?

Мое сердце стучало от восторга.

Глава 40.1. Визит гвардейского корпуса

Если я похожу так, то потеряю это.

А если так, то это.

Я смотрела на доску, но идея хорошего хода не приходила в мою голову.

Скорее, я уже не имела путей отступления.

— Я сдаюсь.

Поняв это, я смело подала в отставку.

— Старший брат, ты стал еще сильнее.

— Есть один человек, которого я еще не могу победить.

Говоря это с кривой улыбкой на лице, в его голове, естественно, появился образ Ромеля-одзи-сана.

Если он может затмить в игре моего сильного брата, какое же положение он занимает в этом мире?

— В последнее время я не видела, чтобы он приходил к нам. Интересно, он снова пьет?

— Кто знает… Возможно, он занят внезапно появившейся работой.

— Работой? Честно говоря, я не могу представить, чтобы Одзи-сан с энтузиазмом работал над чем-то.

Мои единственные воспоминания о нем были связаны только с алкоголем.

Этот человек казался свободным, как ветер. Учитывая мой мысленный, сложившийся о нем образ, я просто не могла связать его фигуру с работой в какой-то компании или стране в качестве ее механизма.

— Помимо того, что мы видим на поверхности, у человека могут быть и неожиданные стороны. Как у тебя, например.

— Я похожа на Одзи-сана?

— Даже несмотря на ваш разный образ действий, в корне вы похожи… Вы оба скрываете в себе свирепые когти.

Услышав абстрактные слова моего брата, я могла только наклонить голову.

— …Ах! Большое спасибо за уделенное мне время. Я, наверное, пойду готовиться ко сну.

Взглянув на часы, я встала со своего места.

— Доброй ночи.

— Доброй ночи.

На следующий день, еще до рассвета я начала самостоятельную тренировку.

После полного выполнения самостоятельно составленной программы, я поела и усердно принялась за учебу.

Так как у меня абсолютно отсутствовал талант в боевой тактике, я не изучала её. Однако отец заявил, что я должна получить хотя бы минимум знаний, полагающихся благородной девушке.

Конечно, знание таких вещей являлось необходимым.

Видимо, этим он хотел помешать моим попыткам выйти в город.

Но с этим ничего не поделаешь. Ему казалось лучшим, если бы я встречалась только с Куроитсу-саном и другими людьми из армии, или с частными солдатами из нашего Дома маркиза. Это было связано с тем, что, так как я самостоятельно ходила в город, он не знал, с чем я могла столкнуться. В этом и была проблема.

После недавней провинности я не могла это опровергнуть, но…

Было интересно, о чем думал отец, приказывающий мне заниматься, даже не приставив ко мне учителя. Однако я понимала, что будет трудно нанять для меня репетитора, пока я нахожусь в Доме маркиза в качестве девочки по имени Мэл, являющейся охранником О-дзё-самы.

Учитывая это, у меня не было другого варианта, кроме того, как усердно работать над изучением всего этого от начала и до конца в одиночестве.

К счастью, во всех дворянских особняках была библиотека.

Я имела возможность получать информацию из нее. Что касалось чего-то непонятного для меня, я могла спросить у знающего старшего брата.

Вчерашняя настольная игра также произошла после того, как он научил меня чему-то.

В последнее время ежедневной рутиной являлась игра в качестве компенсации за мое обучение.

Я не решалась сказать это вслух, однако моя пригодность для того, чтобы быть противником брата, являлась чрезвычайно сомнительной.

На данный момент, благодаря частым играм со старшим братом, я стала немного лучше разбираться в их правилах. Это само по себе является доказательством того, насколько я полагалась на его знания.

Моим единственным спасением было то, что отец не имел никакого представления о манерах благородных девушек. Так как пока у него не было возможности пригласить наставника для девочек, я была временно освобождена от изучения этого предмета.

Теперь, после завершения сегодняшних дел, я заскучала. Я могла бы послушно остаться дома или….

Небрежно подумав об этом глядя в окно, я увидела солдат из частных учебных заведений Дома маркиза Андэрсона.

— Шурей-сан!

Наблюдая за тренировкой, кровь в моем теле энергично пульсировала, и, в конце концов, не выдержав, я спустилась на тренировочную арену.

— О, Мэл!

Дождавшись, пока тренирующиеся пойдут на перерыв, я позвала контролирующего их человека.

Суб-капитан Корпуса охраны Дома маркиза Андэрсона Шурей-сан являлся тем, с кем я тренировалась на территории Дома маркиза Андэрсона, поэтому мы были знакомы.

— Что случилось?

— Ничего, я ненадолго вышла на территорию Дома. В основном в мои обязанности входит проверка общественного порядка на территории.

Члены войска Дома маркиза Андэрсона являлись очень сильными воинами, обученными отцом… Кроме того, их место считалось элитным, поэтому им была предоставлена возможность поддержания общественного порядка в Доме.

Они были так называемыми отрядами безопасности. Их можно описать как людей, выполняющих обязанности, аналогичные тем, что и в столице.

Поскольку они являлись людьми, прошедшими обучение отца, их, вероятно, использовали также в качестве сдерживающего фактора.

Основной причиной этого было то, что отцу не требовались охранники, у них явно не было должной работы. С другой стороны, Дом маркиза Андэрсона, под крышей которого они работали, не мог внезапно распустить их, поэтому и был создан такой отряд.

— Я вижу. Как прошел обход территории?

— Как всегда. Я не встретила никаких идиотов, пытающихся как-то навредить территории, находящейся в ведении Газеля-самы.

— Это хорошо.

— Мэл, похоже, что ты стала необычайно сильна?

— Правда? Не замечала за собой такого.

— Какая забавная шутка. Знаешь, история о том, что Куроитсу потерпел сокрушительное поражение в матче с тобой дошла и до меня.

— Аааа….

— Проходи.

Во время того, как я, услышав слова Шурей-сана, рефлекторно улыбнулась, мне подали тренировочный меч.

— Продемонстрируй мне свою нынешнюю мощь, превзошедшую силу Куроитсу.

Собственно, чего и следовало ожидать от человека, обученного отцом, Шурей любил драться.

Подумав об этом, я услышала, как Шурей-сан рассмеялся и сказал:

— Посмотри на свое лицо.

— Лицо?

Дотронувшись до того места, на которое он указал, я почувствовала, что к нему что-то прилипло. Я улыбнулась.

Кажется, я все чаще улыбалась, сама того не осознавая.

Думаю, это было следствием того, что в тот момент я просто не могла говорить, так как настраивалась на предстоящую борьбу с Шурей-саном.

Глава 40.2 Визит гвардейского корпуса

— Тогда предлагаю организовать хороший матч.

— Начинай!

И вот, я побежала.

Даже во время бега, я смогла обострить свои чувства и просчитать движения Шурей-сана.

В одно мгновение, с огромной скоростью, ко мне приблизился его меч.

Я с легкостью остановила этот удар.

— Хе!

Шурей-сан широко улыбнулся.

— Тебе, конечно, не составило труда остановить меня.

Сказав это, Шурей-сан продолжил двигаться.

Читая легкие движения его рук и взгляда, а также его случайные махи мечом, я так же замахнулась.

— Как страшно. Ты стала еще сильней? — увеличив дистанцию между нами, сказал Шурей-сан.

— Вы тоже!

Ответив ему, я снова начала двигаться.

— Яяях!

Мы несколько раз обменялись ударами.

Я поняла, что моя реакция была быстрее реакции Шурей-сана. В тот момент, когда я об этом подумала, время нанести решающий удар еще не наступило.

Напротив, поспешив, я бы получила сильный удар в ответ.

Продолжая обмениваться ударами, я засмеялась.

Непрерывное нападение и защита на грани казались веселым зрелищем.

Всего один удар. Все, что от меня требовалось в этой ситуации, это не упустить момент.

Сопровождающие меня нервозность и волнение позволили мне почувствовать себя живой.

Однако веселое времяпровождение подошло к концу.

Я отразила меч Шурей-сана и приставила лезвие к его горлу.

— Я растерян.

— Большое спасибо.

После слов Шурей-сана, я убрала меч от его горла.

— Ай-я, ты действительно стала сильнее. Я думал, что мастерство фехтования тоже улучшилось, но... наверное, у меня все равно нет шансов победить тебя.

— Вы говорите, нет шансов победить… Несколько раз, во время опасных моментов, мне казалось так же.

— Ой, прекратим это, мне нужно вернуться и продолжить тренировку.

— Что вы говорите, Шурей-сан?

— А?

Шурей-сан сосредоточился на моем вопросе.

— До заката еще есть время. Во что бы то ни стало, давайте продолжим обучение.

— Нет, нет… Послушай, я все таки должен доложить генералу!

— Вы знаете, что Мастер не вернется до вечера? Или у вас есть другие дела?

— Я, не, но…

— Тогда мы продолжим обучение? — сказала я, мило улыбаясь.

Шурей-сан поднял свой меч и смиренно улыбнулся в ответ.

После этого мы еще неоднократно обменялись ударами. Позже я приняла участие в тренировочных лонжеронах против нескольких членов частных войск Дома маркиза Андэрсона. Я одна сражалась с несколькими из них одновременно.

Я тренировалась в том, чтобы, сосредотачиваясь исключительно на одном враге, я была в состоянии постоянно считывать ситуацию вокруг, оставаясь в курсе движения других людей.

Так как те, кто были в Доме маркиза Андэрсона, постоянно наблюдали за моими тренировками, они свободно помогали мне обучиться подобному.

Благодаря этому, я почувствовала себя счастливой.

Приезжающие на обучение в столицу парни относились ко мне как к равной.

Вероятно, этому также поспособствовало то, что Куроитсу-сан, один главных членов армии, участвующих в учениях, относился ко мне именно так.

Те, кто жили в Доме маркиза Андэрсона, также подражали манере взаимодействия Куроитсу-сана. Даже во время присутствия представителей армии и Рыцарского Ордена, они не меняли своего отношения ко мне.

Если бы в моем окружении не было благосклонно относившихся ко мне взрослых, мое присутствие было бы не уместным там, где я находилась сейчас.

И, даже несмотря на все это, тот факт, что меня рассматривали как взрослую, был для меня поводом для гордости.

Тренировки с членами Корпуса Гвардии Дома маркиза Андэрсона заставили меня почувствовать, что я вернулась домой… Туда, где я могла двигаться, чувствуя себя непринужденно. Ведь в столичном учебном заведении я всегда чувствовала напряженность. Это было сравнимо с ощущениями на работе.

На самом деле, я никогда не «работала» раньше, но каким-то образом я представляла, что, работая, я буду ощущать именно это.

В действительности, было не важно, какая среда являлась «лучшей», ведь пребывание в обеих являлось необходимым условием для моего собственного роста.

— Ах, Куроитсу-сан! — позвала я, неожиданно появившегося Куроитсу-сана.

— Ах Мэл, ты снова была довольно ловка.

Вокруг меня было множество "трупов"… Увидев "погибших" членов гвардейского корпуса, Куроитсу-сан улыбнулся.

— Почему вы здесь сегодня? Генерал еще не вернулся, — спросила я, улыбнувшись на реакцию Куроитсу-сана.

— Серьезно? Тогда, я, наверное, просто уже соскучился по нему. Я был неподалеку, поэтому решил заглянуть.

— Эй, Куроитсу!

— О, Шурей! Вы тоже здесь?

Шурей-сан возродился и позвал Куроитсу-сана.

Так как Куроитсу-сан довольно часто приходил в Дом маркиза Андэрсона для участия в тренировках, а также, учитывая то, что он и Шуреем были примерно одного возраста, у них было много шансов для встречи и обсуждения общих тем друг с другом.

— Я заметил, что незадолго до моего прихода вы были побеждены Мэл?

— Аааа, да… Вы все правильно заметили. Так как даже вы проиграли ей, мне было интересно, насколько она выросла… Признаюсь, это было великолепно.

— Без сомнения.

— Куроитсу, у вас есть еще какие-то планы?

— Хм? Вроде бы нет. Я только что закончил передавать вещи.

— Тогда, предлагаю пойти выпить вечером. Прошло много времени с тех пор, как я последний раз был в столице, поэтому прошу сопроводить меня.

— Аааа, ну хорошо. Так может, тогда пригласим с нами ребят, которые выходят на тренировку после рабочего дня?

— О, давайте пригласим.

— Мэл, что ты думаешь по этому поводу? — внезапно спросил меня Куроитсу-сан во время их беседы.

— Вы не против, если я тоже пойду?

— Конечно, нет. Вместе потея здесь, мы автоматически становимся товарищами. Поэтому давайте вместе отпразднуем визит Шурея в столицу.

— Да! Большое спасибо.

Глава 41. Вечеринка

Договорившись, мы приехали в город.

Незадолго до нашего отъезда вернулся отец, поэтому Шурей-сан и Куроитсу-сан отчитывались перед ним. Пользуясь моментом, я также сказала ему, что отправляюсь с Шурей-саном и компанией.

— Ну что ж, я думаю, находясь рядом с Шуреем и Куроитсу, с тобой не произойдет ничего плохого, — сказав это, он дал мне разрешение, но...

Несмотря на это, кажется, отец беспокоился о том, не вызовет ли мое присутствие в этом месте какой-либо шум.

Так как у меня было предыдущее нарушение, я держала рот на замке, но в то же время пыталась взглядом успокоить отца.

Если бы фазан молчал, его бы не застрелили. Я решила быть умным фазаном.

Деловой район города пользовался популярностью.

В кафе магазинов было много пьющих и едящих людей.

Наша компания зашла в относительно спокойный, но дорогой на вид магазин.

На самом деле, я здесь была уже второй раз. Когда-то меня привозил сюда Куроитсу-сан.

— О, Шурей-сан! Вы надолго в столице?

В тот момент, когда мы заняли свои места, из внутренней части магазина вышла незамужняя женщина и поприветствовала Шурей-сана.

Она являлась владелицей этого заведения. Ее звали мадам Калуи.

— Кто знает? Я еще, честно говоря, нет.

— Ха-ха. Ну, хорошо, когда есть работа. Работайте усердно, а затем, отдыхая и не спеша, тратьте свой заработок здесь.

— Значит, я правильно поступал, приходя сюда время от времени, не так ли мадам? — сказал Шурей-сан, улыбнувшись.

Мадам, находившаяся в удивлении от его реакции на ее пожелание, улыбнулась в ответ.

Отвлекшись от их разговора, я заглянула внутрь магазина.

Внутри него я увидела накрашенных, красиво одетых женщин.

Кажется, бизнес, связанный с этим магазином, процветает сегодня.

— О, мой…! Мэл-тян тоже пришла сегодня.

— Я побуду здесь какое-то время, мадам.

— Ну… как всегда, такой вежливый ребенок! Она действительно прекрасна.

Мадам, посмотрев на меня свергающими глазами, погладила мою голову.

Помнится, что во время нашей прошлой встречи, мадам почему-то мне не понравилась.

Казалось, что со всех сторон доносятся колючие взгляды, однако меня они не волновали.

— Что бы вы хотели сегодня выпить, Мэл-тян? Я закупила много видов фруктовых соков для вас.

— Правда? Большое спасибо, мадам.

— Тогда пойдемте ко мне и посмотрим.

Мадам потянула меня за руку и проводила к своему месту.

Время, проведенное за разговорами с ней, пролетело незаметно.

— Скажи Куроитсу, почему мадам так добра к Мэл-тян?

— Кажется, Мэл-тян помогла мадам вернуть украденные вещи. Галантно появившись, она прервала путь преступников, а затем прекрасно наказала их. Не прося никакой награды за это, она даже сопроводила ее домой.

В то время, она и ее поступки, мужественнее мужчин, были настолько очаровательны! — так сказала мадам.

Между прочим, похоже, что Мэл уже сама забыла об этом инциденте.

— Очаровать такую женщину, как эту мадам, очень сложно.

— Да уж, надо очень постараться.

…Позади меня был слышен такой разговор.

Заняв свое место, я заметила нескольких женщин, сидящих рядом.

Одной из них была мадам, которая искренне заботилась обо мне.

Женщины украсили нашу компанию словно цветы, и я наслаждалась нашей беседой.

— Этот фруктовый сок очень вкусный. Большое спасибо, мадам.

— Мне приятно слышать вашу благодарность, Мэл-тян. Значит, я не зря старалась.

Улыбка мадам была ослепительной.

Возможно, ее улыбка показалась необычной, так как женщины, сидящие с нами, только удивленно моргали, глядя на меня.

— Мадам действительно полюбила Мэл-тян. В прошлый раз вы пришли вместе с Куроитсу-саном, на этот раз к вам присоединился Шурей-сан… Какую связь вы имеете с ними? — спросила меня одна из женщин.

— Она тренируется вместе с нами.

Тем, кто ответил на этот вопрос, был Куроитсу-сан.

— Ах!? В таком возрасте? Неужели она настолько сильна? Настолько, что может тренироваться вместе с вами?

— Да, конечно. Не будь это правдой, она бы не была приглашена пойти с нами.

Мадам горько улыбнулась Куроитсу-сану и продолжила расспрашивать.

Услышав это, такое выражение лица было не только у этой мадам, а и у всех окружающих.

— Но я слышала, что тренировки довольно таки сложны… Мэл-тян, вы тоже принимаете в них участие?

— Конечно. Так же, как Шурей-сан и все остальные, я обязана быть охранником. Учитывая это, я должна стать сильнее ради своего хозяина.

В настоящее время я рассказывала им о своих установках.

Услышав мое объяснение, их глаза стали еще более удивленными… Реакция каждой из них была очень забавной.

Интересно, если бы я сказала им свой истинный статус, что бы произошло?

Однако я не планирую этого делать.

— Понятно… Несмотря на свой юный возраст, вы так усердно работаете…

— Не то чтобы…

Эта ситуация казалась мне немного неловкой. Я чувствовала, что мое лицо начинает гореть.

— У меня есть маленькая сестра. Я думаю, она примерно того же возраста, что и Мэл-тян.

— Хех… Младшая сестра, не так ли? Если она младшая сестра Оне-сан, то уверена, что она милая.

У женщины передо мной были ровные, бледно-золотые волосы. Она была изящным и красивым человеком.

— О! Мэл-тян….

Услышав мои слова, она хихикнула.

Да… Она действительно красива.

Прекрасным доказательством этого было покрасневшее лицо Дулы-сана, сидящего рядом с Шурей-саном.

Внезапно я посмотрела на себя.

На свое тело, не имеющее ни единой унции женственности.

Мне казалось, что я выглядела мужественнее многих окружающих меня мужчин.

Не то чтобы я была особенно недовольна этим, ведь я никогда не задумывалась об этом до сих пор… Однако, находясь в окружении таких милых дам, меня это несколько беспокоило.

— Что случилось, Мэл-тян? — спросила меня она.

Наверное, мое беспокойство отразилось в выражении моего лица.

— Я думала о том, какие же вы все красивые.

— Ой, спасибо. Но поверьте, вы, Мэл-тян, тоже очень милая.

— Правда?

— Имея терпение, девушка может стать такой, какой она захочет. При желании, я уверена, что, повзрослев, вы станете красавицей, заставляющей любого обернуться, чтобы еще раз взглянуть на вас.

Тот, кто может заставить любого обернуться… Честно говоря, я не могла примерить такую ситуацию к себе, но ее слова успокоили меня.

— Мэл-тян, если у вас возникнут какие-то вопросы, не стесняйтесь задавать их мне… Вероятно, вас окружает множество мужчин, желающих стать вашими союзниками. Однако я думаю, в будущем у вас появятся вопросы, ответы на которые вам захочется получить от человека вашего же пола.

— Большое спасибо. Хм…

— Меня зовут Лулурия.

— Очень приятно Лулурия-сан.

Той ночью, кроме Лулурии-сан, я подружилась еще со старшими сестрами мадам и, прежде чем покинуть магазин, весело провела время.

Глава 42. Мое путешествие

— Паркс-сама!

Возвращаясь в свою комнату в особняке, я увидела своего старшего брата и позвала его.

— Как проходит твоя подготовка к поступлению?

С начала следующего года старший брат будет учиться в Академии.

Так как в этой Академии обучались только сыновья и дочери высокопоставленных чиновников, то, получая высокоуровневые знания, они могли помогать друг другу, как сослуживцы.

Хотя я не думаю, что у моего брата возникнут какие-либо проблемы с учебой.

— Хорошо. В основном, я уже подготовился, поэтому мне не нужно уделять этому много времени.

— Понятно…Мне без тебя будет одиноко.

Поскольку ученикам Академии полагалось жить в общежитии, старший брат покинет дом на некоторое время.

— Ну, не говори так. Я буду возвращаться сюда на время каникул.

— Тогда, пожалуйста, рассказывай мне истории об Академии.

— На самом деле…

Замолчав, брат наклонился к моему уху.

— Ты так же попадешь туда через три года, — прошептал он.

— Это правда. Хотя, честно говоря, я не собираюсь поступать туда.

— Действительно?

— В отличие от тебя, Паркс-сама, я не прикладываю столько усилий к учебе. Даже имея больше свободного времени, я бы хотела еще больше тренироваться.

Я думаю, что, поступив в Академию и живя в общежитии, я не смогу учиться.

Для начала остается загадкой, смогу ли я обучаться самостоятельно или нет.

Я искренне надеялась, что, не посещая Академию, я смогу обучаться на дому.

— Я вижу. Но ведь впереди еще три года. Будет хорошо, если ты еще раз подумаешь о будущем.

— Да… — кивнула я.

Старший брат погладил меня по голове.

— Теперь мне необходимо будет вернуться на территорию еще один раз, — что-то внезапно вспомнив, пробормотал брат.

— А?

— Перед поступлением в Академию, мне необходимо закрыть некоторые вопросы. Учитывая мое будущее долгое отсутствие, я решил вернуться туда сейчас. Есть ли что-то, что бы вы хотели получить в качестве сувенира?

— Вроде бы нет. Меня больше беспокоит твоя безопасность, Паркс-сама.

— По крайней мере, я принял участие в немалом количестве тренировок. Плюс, я буду находиться в сопровождении телохранителей. Я благодарен за твою заботу, но со мной будет все хорошо.

Старший брат улыбнулся, но мое чувство тревоги за него только усилилось.

В прошлом остался случай с матерью и инцидент с нападением на меня.

Я не могла оставаться спокойной.

Время шло, а я бесконечно волновалась по этому поводу.

И вот наступил день отъезда брата.

Чувствуя, что я должна тайно следовать за ним, я уже сидела верхом на лошади.

Несмотря на то, что отец неизбежно отругает меня за такой поступок, я не могла поступить иначе. Ведь я беспокоилась о старшем брате.

Держа дистанцию, чтобы оставаться незамеченной, я последовала за группой, сопровождающей брата.

Как и ожидалось, в этот раз количество охранников было большим, чем обычно.

Мало того, что их был несколько, так они, включая Шурей-сана, были элитными.

Однако, проверяя телохранителей, я знала, что среди них было несколько простых солдат из армии.

Почему люди из армии тоже в их числе?

Возможно, я ошибалась, однако я знала в лицо некоторых из них, так как ежедневно тренировалась с ними… Так что, все-таки, я была права.

Среди военнослужащих также присутствовал Куроитсу-сан, являющийся командиром группы.

….Это невозможно.

Как бы отец не волновался за старшего брата, он никак не мог использовать армию в своих личных целях.

Что происходит?..

Трудно выразить словами тот дискомфорт, который я почувствовала в тот момент.

С составом группы не было никаких проблем, но чувство беспокойства подтолкнуло меня к тому, чтобы все-таки продолжить следовать за ними.

Выехав из столицы, я прошла через мирные пейзажи.

Благодаря тому, что группа старшего брата двигалась с большой скоростью, я все еще оставалась незамеченной.

Хотя, на всякий случай, я надела плащ с капюшоном.

В пути внезапно в мою голову пришла мысль о том, что я уже очень давно не покидала столицу.

В то же время я легко могла представить пылающий гнев отца после того, как он найдет письмо, оставленное мной. Мне стало любопытно, как он поступит со мной после моего возвращения.

Я думаю, вероятно, он начнет с того, что мои поездки в город временно прекратятся.

Несмотря на то, как долго он будет на меня злиться, я смиренно приму его гнев, так как понимаю, что он действительно волнуется за меня.

Ярость отца пугала меня, но еще больше я боялась сожаления о не сделанном.

Случись что с братом, мое сожаление не спасло бы его.

Именно поэтому, даже боясь гнева отца, я не собиралась возвращаться.

Чтобы ни случилось, я буду продолжать путешествовать и защищать старшего брата!

Укрепив свою решимость и продолжив путь, у меня была единственная проблема.

Этой проблемой были командировочные расходы.

Путешествие требовало изрядного количества денег.

Однако, так как для меня эта поездка была секретной, я не могла рассчитывать на средства Дома.

В настоящее время я воспользовалась средствами из своих резервов, но сумка, свисающая с моей шеи, вдруг показалась намного легче, чем ранее. Мне стало не по себе.

Даже включая количество денег, лежащих в пришитом к одежде кармане, их было недостаточно…

В течение дня светлая сумочка становилась все легче, и когда я взглянула на оставшуюся сумму, как и ожидалось, она была ничтожно мала. Увидев ее, я вспотела.

Тем не менее у меня уже не было возможности вернуться.

Это означало, что мне придется сократить расходы на проживание.

Хотя, если бы это было возможным, я бы хотела остаться в той же гостинице и подготовиться к нападению.

Однако что невозможно, то невозможно, поэтому я пошла на компромисс и воспользовалась самой дешевой гостиницей для путешественников, которая находилась как можно ближе к гостинице брата.

В дополнение к этому, я пыталась сэкономить на оплате еды и воды, находя их сама во время путешествия… Живя полевой жизнью, я продолжала следовать за родным братом.

И вот наступил момент, когда мы почти что прибыли к территории особняка.

Постепенно скорость моего движения снижалась, и отследить их становилось сложнее.

Таким образом, я не поехала по главной дороге, а выбрала путь по бездорожью.

Если здесь ничего не произойдет, то я вернусь обратно.

Как раз, подумав об этом, я почувствовала изменения в окружающей меня обстановке.

Глава 43. Боевая решимость

Внезапно я заметила группу, нападающую на старшего брата.

Спрятавшись, я наблюдала за ситуацией.

…Кто они такие?

Для бандитов, их экипировка была слишком практичной.

У меня появилась обеспокоенность касаемо их стремления напасть на сам Дом маркиза Андэрсона.

Армия и Корпус Гвардии координировали между собой борьбу, но глядя на это издалека, это казалось дрянным.

Однако этого и следовало ожидать, ведь они принадлежали к разным организациям.

Вследствие этого, каждый из них не мог сполна использовать свой собственный потенциал.

Поскольку, тренируясь с ними, я хорошо знала на что они способны, этот факт был для меня еще более заметным.

Используя свою численность, враг постепенно приближался к старшему брату.

Заметив это, я, используя манипуляции поводьями, увеличила скорость своей лошади.

Как они только смеют преследовать моего брата…

— Мэл!?

Находящийся в эпицентре битвы Шурей-сан первый заметил мое появление.

— Охранный корпус! Береги Паркс-саму! — сказав это, он убил одного из врагов.

— …!? Я ваш должник!

Шурей-сан и сопровождающий его Корпус Гвардии немедленно усилили защиту брата.

Затем они начали сражаться с врагами, нацелившимися на Паркса сзади.

— Я сделала это… — вздохнула я с облегчением.

Увидев меня, враги не верили своим глазам. Казалось, что мое появление их сбило с толку.

Однако вскоре на их лицах появилась слабая улыбка.

— Это не место для такого парня, как ты! Исчезни!

Одним махом я снесла голову одного из тех, кто с криком приближался ко мне.

Кровь закипала в моих жилах.

Однако, в отличие от нее, мой разум был чист, словно искупан в холодной воде.

Казалось, что мой разум и тело, все мое нутро восстанавливало само себя ради возможности концентрации на битве.

— Поступок, совершенный придурком, является не менее придурочным, чем он сам, — равнодушно пробормотала я, свысока глядя на них.

Лицом к лицу, легко уничтожив врага, не используя при этом неожиданной атаки, казалось, область затихла, и время остановилось.

— Как легко… Ваши лишенные решимости и убежденности клинки слишком легки, — сказала я, осмотревшись вокруг.

— Ха, решимость? Что будешь делать сейчас?! — бросили мне вызов несколько человек сразу.

Однако, вопреки сложной сложившейся ситуации, я чувствовала себя спокойно.

— Солдаты, обученные генералом Газелем, разберитесь с этими людьми! Ваша истинная сила сопровождается убеждением! Покажите им, что такое настоящая битва! — закричала я, повернувшись к армейцам.

Внезапно, позади себя, я услышала боевой клич.

— Берите пример с меня! — сказав это, я столкнулась с врагом и продвинулась вперед.

Пустив своих лошадей в бег, они следовали за мной.

Краем глаза заметив это, я погрузилась во вражескую группу.

Затем, проходя мимо, я убивала каждого из них.

Моей целью был командующий, находящийся в середине толпы врагов.

Если вы спросите, откуда я знала, где находился командир, я отвечу, что мне подсказывала это интуиция.

Во время того, как я продвигалась все глубже и глубже, мои союзники занимались перехватом нацелившихся на меня врагов.

Благодаря этому, я могла продолжать свое движение.

— Вы, ублюдки, не думайте, что вы сможете вернуться живыми после нападения на Дом маркиза Андэрсона!

Во время драки, я кричала так, будто бы мой гнев мог поразить приближающихся врагов.

Мне казалось, что содрогается даже воздух.

Когда враг затормозил, я пустила свою лошадь в галоп.

А затем я убила командира.

В тот момент я почувствовала чувство волнения со стороны врага.

— Не оставляйте никого позади!

Крича это, я убивала находившихся рядом врагов.

С легкостью я расправилась со всеми стоящими у меня на пути врагами. Подчиняясь моему приказу, все следовали за мной и уничтожали врагов.

Как и ожидалось, вражеская сторона мгновенно превратилась в беспорядочную кашу.

Вместе со звуком разрыва плоти, знакомый запах железа щекотал мой нос.

Солдаты армии побеждали врага со мной, и, окружая их, мы делали круг все уже.

Затем, оставшееся количество врагов было уменьшено до такой степени, что можно было сосчитать их.

— Привет.

Глядя на меня, многие из них трусились.

В связи с тем, что они уже давно были сняты со своих лошадей, в то время, когда они смотрели на меня, их ноги подкашивались.

Я неуместно рассмеялась над сценой, схожей с той, которая возникла во время прошлого инцидента с нападением на меня.

— Это действительно было тяжелым решением.

— Что ты, черт возьми, говоришь?! — крикнул мне в ответ враг.

— Решимость убивать и решимость быть убитым, — бескорыстно ответила я.

Услышав это, удивился не только враг, но и мои союзники.

— Решимость быть убитым?

— У меня нет желания умереть.

После уточнения военнослужащего, я криво улыбнулась и объяснила смысл сказанной мною фразы.

— Во время боя нет места крайностям. Сколько бы вы не тренировали свое тело, какие бы вы техники не доводили до совершенства… Вы умрете только тогда, когда придет время для этого… И вот тогда, вы действительно будете побеждены.

Именно эти слова я слышала от отца с самого раннего детства.

— Потому что на поле боя не существует «сильного» человека. Все, что там есть, это то, как вы победите своего врага, тех, кто это сделает, и тех, кто так и не решился на это. Именно это все, что есть.

Чтобы встретиться взглядом с одним из противников, я присела на корточки.

— У вас не было такой решимости. Вот почему, когда вы, ребята, оказались в невыгодном положении, вы так легко потерпели поражение. Если бы вы действительно придерживались этой решимости… Для начала, вы бы побоялись такой возможности и не предпринимали бы таких простых действий, должным образом не продумав их.

— Мэл… Когда у тебя появилась такая решимость? — донесся вопрос Куроитсу-сана.

Учитывая окружающую атмосферу, его серьезный тон звучал ужасающе.

— С самого начала. Взяв в руки меч, я приняла такое решение.

Хотя, кое-что мне подсказал отец.

Это было в то время, когда я хотела отомстить.

Как бы то ни было, но, имея возможность отомстить, я бы не возражала быть уничтоженной вместе со своей целью. Принимая это во внимание, в тот момент, возможно, моя решимость была близка к желанию смерти.

— Благодаря этому убеждению я с достоинством пережила случившуюся битву. Вот почему я продолжаю придерживаться этой решимости.

Я не хотела бы, что бы кто-то еще испытывал чувства, подобные моим. Ради этого, я не возражала поставить свою жизнь на карту.

Однако в то же время, ради людей, считающих меня близкой, я должна была выжить несмотря ни на что… Именно поэтому я боялась смерти.

Благодаря страху перед смертью у меня была решимость умереть. Такой противоречивой была мысль, которую я хотела донести.

— Я заметил.

— Мы еще продолжим наш разговор, однако... Эй, кто-нибудь! Свяжите этих парней! Армия возьмет их под стражу. Члены Корпуса Гвардии продолжат защищать Паркс-саму и благополучно доставят его в Дом маркиза Андэрсона.

Поскольку с момента окончания битвы прошло совсем немного времени, я еще не успела успокоиться. Непреднамеренно, я отдавала приказы, употребляя довольно грубую формулировку.

Меня удивило то, что армейцы подчинились моему приказу, как и во время боя.

Внешне, я была человеком, который не имел ничего общего с Домом маркиза. Даже будучи дочерью маркиза Андэрсона, они не были обязаны подчиняться моим приказам, так как я не являлась членом армии.

— Ну, я думаю, все нормально?

— Ты что-то сказала, Мэл?

— Нет, ничего. Ну тогда я оставляю этих парней вам!

Затем я, наконец, впервые за долгое время, ступила на территорию Дома маркиза Андэрсона вместе со старшим братом.

Глава 44. Спринт отца

Взяв себе в сопровождение нескольких охранников, я поскакал на лошади.

В ночь отъезда Паркса, было найдено письмо Мелисы, вызвавшее во мне бурю негодования.

Опоздавшие с письмом слуги извинились, однако я не винил их.

Причиной этому было то, что обычно Мелиса возвращалась в особняк после окончания тренировки, а именно после захода солнца.

А также то, что для всех Мелиса являлась простым охранником, а не дочерью дворянина.

Единственной из слуг, знавших правду о том, что она являлась благородной дочерью маркиза, была пожилая женщина, которую она называла бабушкой.

Вероятно, другие слуги просто не посчитали чем-то неуместным ее отсутствие.

Я думал только о том, чтобы немедленно вернуть ее. Однако, в конце концов, я отказался от этой идеи.

Ведь она тоже находилась в движении, и в связи с этим догнать ее было бы трудно.

Находясь в сопровождении членов Корпуса Гвардии, а также армейцев, ее путешествие должно быть довольно безопасным. Основываясь на этом, я принял такое решение.

В далеком будущем, получив весть от гонца, в котором говорилось, что до битвы она действовала самостоятельно, я безмерно пожалел об этом наивном ходе мыслей.

— Генерал, я вас ждал.

Когда я прибыл на военную станцию, расположенную на границе территорий, меня встретил Куроитсу.

— Я беспокою вас в связи со сложившейся ситуацией.

Войдя внутрь станции, я первым делом высказал благодарность Куроитсу.

Так как станция была не такой уж и большой, мы очень быстро добрались до помещения, расположенного во внутренней зоне, и остались наедине.

— Кем были наши враги?

Войдя в комнату, я сразу же перешел к основной теме.

— Согласно полученной нами информации, они являлись наемниками. Поскольку их работа хорошо оплачивалась, они без лишних раздумий согласились на нее. Их задача состояла в том, чтобы без разбора нападать на проезжающих через границу людей, имеющих высокий социальный статус. Таким было их признание.

Услышав доклад Куроитсу, я вздохнул.

— Понятно… А кто же работодатель?

— Об этом…

На мгновение, Куроитсу поник.

— Очевидно, они не знают.

— Говорите, они не знают?

Услышав неожиданный ответ, я нахмурился.

— Да. Скорее всего, они были наняты напрямую, однако для того, чтобы прийти к соглашению, использовали посредника. Ведутся его поиски, однако мы еще не напали на его след… Мы допросили всех оставшихся в живых, но они все говорят одно и то же.

— Продолжайте поиски.

— Да! Если возможно, не могли бы вы мне сказать, откуда получили информацию о случившемся? Я думаю, что, поговорив с этим человеком, нам будет легче выйти на след посредника.

— Это был Глава Герцогского Дома Армелия.

— Да? Герцог?

Вероятно, так как я назвал совершенно неожиданного для него человека, Куроитсу невольно повторил мои слова.

— Да уж. Я сам поговорю с герцогом. Если он что-то расскажет, то я поделюсь этой информацией с вами.

— Даже так… Понял… Почему герцог…

— Герцог — владелец довольно больших ушей… Никто не должен знать, что источником информации является он.

— Хорошо.

После этого разговора я наконец-то смог расслабиться и сел в кресло.

Вероятно, моя усталость была связана дорогой сюда из столицы, без возможности сна и отдыха.

Охранники, сопровождающие меня, сразу после нашего приезда отправились в комнату для отдыха и погрузились в крепкий сон.

— Как дела у Мэл? — небрежно спросил я.

Куроитсу ничего не ответил.

Находя это странным, я перевел свой взгляд на него и увидел неподдающееся контролю его дрожащее тело.

— Это было ужасно, — спустя минуту молчания, торжественно сказал Куроитсу.

— Почему?

— Она смогла быстро оценить ситуацию и, исходя из этого, диктовать инструкции. И прежде всего… этот дух.

Я думал, что он дрожит от страха, но это было не так.

Он был взволнован.

— Учитывая отсутствие причин следовать ее приказам, прежде чем понять это, я уже следовал за ней. Мне было наплевать на какие-либо условности. Я, естественно, следовал за спиной девушки, младшей меня на двадцать лет.

В доказательство этому, его тон становился более эмоциональным.

— Стиль ее командования отличался от генеральского, однако, она, несомненно, обладает этой способностью.

— И в чем же отличаются наши таланты командования?

— Спина генерала — это маяк. Если мы последуем за ним, то все будет в порядке. Этим ориентиром можно гордиться. Ее же спина, это пылающий адский огонь. Он зажигал в нас инстинкт и насильно избавлял от всяких сомнений. Это то, что чувствовал лично я, следуя за ней.

— Я понял.

— Раньше, когда генерал просил Белиуса преподавать тактику ведения боевых действий Парксу, я подшучивал над вами, спрашивая, планируете ли вы создать окончательный армейский корпус, но… Теперь я понимаю, что, возможно, в моей шутке была доля правды.

— Вы сказали уже достаточно для меня…. Хорошо. Куроитсу, завтра я покину это место и отправлюсь на территорию. Если вы узнаете что-то о работодателе, отправьте ко мне гонца с сообщением.

— Понял.

После этого Куроитсу поклонился и вышел из комнаты.

Как только его фигура исчезла, и дверь закрылась, я снова вздохнул.

Затем я медленно закрыл глаза.

Возможно, это было следствием того, что я расслабил свои плечи, медленно опустившись на подушку спинки стула.

Проделав столь дальний путь без сна и отдыха, я очень устал.

Вот так я там и заснул.

Глава 45. Моя мечта

— Я и подумать не мог, что моя беспомощная маленькая сестра будет сопровождать меня. Однако я благодарен тебе за свое спасение.

Спустя несколько дней после нашего приезда на территорию Дома, старший брат, улыбаясь, сказал мне такие слова.

Наконец пришло уведомление о приезде отца.

Приехав, он сразу вызвал меня.

Мне казалось, сейчас произойдет нечто страшное.

Находясь в немного испуганном состоянии, я направилась в его кабинет.

— Ты дура!!!

Как и ожидалось, первым, что я услышала, был подобный громовому раскату крик.

— Ты думала хоть о ком-то кроме себя? Этого поступка достаточно, чтобы оценить уровень твоего эгоизма!

— У меня нет оправдания моему эгоистичному поведению, вызвавшему так много беспокойств. Мне очень жаль, отец…

После того, как я послушно извинилась и опустила голову, отец обнял меня.

— Здорово, что ты не пострадала. А еще, хочу сказать, что ты хорошо защищала Паркса! — сказал отец дрожащим голосом.

Услышав это, что-то теплое выплеснулось из моей груди, и слезы невольно потекли по моим щекам.

— Мне очень жаль…!

К тому времени, как мы с отцом закончили разговор, старший брат уже благополучно завершил свои дела, и мы все вместе вернулись в столицу.

— Милли, успокойся немного, — заметив мое беспокойство, сказал старший брат.

— Я не могу успокоиться, так как прошло уже очень много времени с тех пор, как я в последний раз надевала платье… Почему мы не можем что-то придумать, чтобы бы мой меч находился у меня под рукой…

Решив отправится в столицу как «Мелиса», я выглядела соответствующе благородной дочери. Я была одета в платье.

Учитывая незнакомую одежду и окружение, мне было не по себе.

Наблюдая за моим поведением и состоянием, старший брат иронично улыбался.

— Отец с нами, так что не стоит так сильно волноваться, все должно быть хорошо. Просто расслабься и насладись пейзажем вокруг. У тебя ведь не было такой возможности по пути туда, верно?

— Да.

Несмотря на мой утвердительный ответ, я не могла привыкнуть к этой ситуации… В конце концов, вернувшись, я чувствовала себя еще более уставшей, чем после путешествия на территорию.

После завтрака я сразу же переоделась в одежду Мэл.

Переодевшись в привычную для меня одежду, я, наконец, почувствовала себя спокойно.

С этого момента я буду вести двойную жизнь. Жизнь Мэл и жизнь Мелисы.

Во время тренировок я была Мэл, а в оставшееся время Мелисой.

Я думала, что отец не одобрит мое желание продолжить тренировки, однако, неожиданно для меня, он дал свое разрешение.

Почувствовав облегчение, я направилась на тренировочную площадку.

— Мэл.

Обернувшись, я увидела, что заставивший меня остановиться голос принадлежал бабушке.

— Ты даже не представляешь, как я волновалась… Чтобы я делала, если бы с тобой что-то случилось? Я бы больше не смогла встретиться с О-дзё-сама… как и с самим Господом.

— Извините за беспокойство. Однако, как видите, я в порядке.

— Это хорошо. Но было бы лучше, если бы ты немного отдохнула. Ты ведь только сегодня вернулась, верно?

— Да. Но с тех пор, как я приехала в Дом маркиза Андэрсона, мне уже удалось немного отдохнуть. Чтобы мое тело не ослабло, я бы хотела принять участие в как можно большем количестве сегодняшних тренировок.

— Понятно… Вероятно, у меня нет необходимости беспокоиться, так как я знаю тебя, однако будь осторожнее. Я еще позже подойду, чтобы оценить твое состояние.

Бабушка была одной из немногих слуг, знающих о том, что Мэл — это Мелиса, и являлась моим сообщником.

Если бы ее не было рядом, я бы, наверное, не смогла проживать эту двойную жизнь.

Даже учитывая то, что сейчас мы в комнате находились одни, она притворялась, будто бы общалась с Мэл.

— Спасибо. Передавайте О-дзё-саме мои наилучше пожелания.

Сказав это, я вышла на арену.

Прошло много времени с тех пор, как я последний раз имела возможность потренироваться.

На территории Андэрсона, в качестве наказания, мне было позволено все что угодно, кроме участия в тренировках. Мне разрешалось только присутствовать в вагоне, который трясет по пути назад.

После того, как я вспотела, мои чувства разочарования испарились.

— Мэл, давно не виделись!

— Куроитсу-сан! Спасибо за тот день, — поблагодарила я Куроитсу-сана.

Однако он никак не отреагировал.

Находя это странным, я наклонила голову. Внезапно Куроитсу-сан рассмеялся.

— Нет, я просто думал, что это обычная ты.

— Что вы имеете в виду?

— Нет, ничего.

Несмотря на то, что он, подавляя смех, сказал мне, я все равно не понимала смысла его фразы и продолжала вопросительно смотреть на него.

— Аааа, Мэл-тян!

— Давно не виделись! Как отреагировал генерал? Как и ожидалось, он просто похвалил тебя?

Во время моего разговора с Куроитсу-саном, к нам подошли другие члены армии.

— Это уже было так давно. Спасибо вам за тот день. Я получила выговор из-за того, что действовала одна. Меня немного отругали за это… После, на некоторое время посадили под домашний арест. После окончания его срока, сегодня, верхом на лошади, я вернулась в столицу.

— Аааа, ты поехала отдельно от генерала и его семьи?

— Да. Хотя, будучи охранником, я не могла находиться на большом расстоянии от О-дзё-самы, поэтому мы прибыли примерно одновременно.

— Так как уже об этом уже упомянули, скажите, кто-нибудь видел О-дзё-саму?

— О, я сегодня успел мельком увидеть ее.

— Понятно.

— Несмотря на то, что я видел ее издалека и не имел возможности хорошо рассмотреть ее, я могу сказать, что она, как и ожидалось, действительно очень похожа на Мэл-тян.

— Действительно…

Их разговор заставил меня вздрогнуть.

Мне хотелось сказать им, что они говорят об одном и том же человеке… Однако я не сказала бы это даже во время пытки.

— Ведь если бы двойник не имел большой схожести с охраняемым человеком, он бы не мог выполнить свой долг.

Услышав мои слова, они кивнули, словно подтверждая их.

— Ну, это правда. Интересно, вы только внешне схоже или как личности тоже?

— Конечно, только внешне. С одной стороны — благородная дочь маркиза со слабым телосложением, а с другой — ценный ребенок генерала, героиня, которая может побороть взрослого! Мы полные противоположности.

Несмотря на то, что я говорила о себе, это выглядело убедительно.

— Ха-ха-ха-ха…

Соответствуя обстановке, я рассмеялась.

Это был довольно наигранный смех, но я не смогла иначе.

— Кстати, Мэл-тян, ты свободна после тренировки? Могла бы ты принять участие в лонжероне с нами?

— Да, с удовольствием.

Как и ожидалось, находясь в таком окружении и обстановке, я чувствовала себя комфортнее.

С этим ничего не поделаешь, так как я уже долго жила в ней.

Я думала о том, что было бы неплохо и в будущем проводить свои дни так же.

После этого разговора, я продолжила тренировку, и потом, как и обещала, сразилась с парнями, заинтересованными в спарринге.

Как я и думала, вспотев, я почувствовала себя намного лучше.

Усталость, накапливающаяся в моем сердце до сих пор, будто бы сдувалась.

— Мэл, как и ожидалось, ты потрясающая, — наклонив голову, сказал Куроитсу-сан, вытирая пот.

— К чему вы это?

— Это мысль меня не покидает с тех пор, как мы защитили Паркс-саму. Несмотря на внешность обычной молодой девушки, держа меч, ты становишься совсем другим человеком.

— Правда? По самой себе это не очень заметно, поэтому я не могу ничего сказать по этому поводу.

Хотя я, конечно, осознавала, что, находясь на месте битвы, я говорила намного грубее.

Тем не менее мое поведение было таким только в тех ситуациях, когда речь шла о жизни или смерти, поэтому я не думаю, что вела себя так же и во время тренировок.

— Это мое мнение. Теперь, думая об этом, мне интересно, какова твоя новая цель?

Не понимая смысла вопроса, я снова вопросительно посмотрела на него.

— Раньше ты говорила о том, что потеряла свою цель мести, однако обрела новую. Ты сказала, что ради достижения этой цели, ты полируешь свой меч.

— Аааа, — пробормотала я в ответ на слова Куроитсу-сана.

— Как и у всех.

— ….???

— Как и все, я хочу стать человеком, способным кого-то защитить. Как и все, я хочу продолжить следовать за генералом. И потом, если кто-то сможет последовать за мной… Если круг кого-то, защищающего кого-то, продолжит расширяться, то в конечном итоге даже наша большая страна станет местом, где людям никогда не придется испытывать скорбь от потери близкого. Ради этого я хочу вступить в армию.

— Вы….

Услышав мои слова, Куроитсу-сан, казалось, хотел что-то сказать, но замолчал.

— Я понял.

Мне было любопытно, что же он хотел сказать, но прежде, чем я успела спросить об этом, Куроитсу-сан улыбнулся и что-то пробормотал в понимающей манере. Таким образом, я так и не задала интересующий меня вопрос.

Глава 46. Моя миссия

Спустя два месяца отец пригласил меня в свой кабинет.

— Прошу прощения…

Кроме отца, в кабинете находились Куроитсу-сан и Белис-сан.

Возможно, благодаря их ауре, атмосфера в комнате была удивительно тяжелой.

— Ты пришла? Мэл, я пригласил тебя сюда, так как хотел кое о чем попросить.

— Какого рода дело вы хотите иметь со мной?

— Не могла бы ты принять участие в миссии моей армии?

Услышав слова, смысл которых я даже не понимала, на мгновение я потеряла дар речи.

— Зачем?

— Потому что некоторое время назад, как в столице, так и здесь, участились случаи похищения благородных дочерей из высокопоставленных или богатых домов.

Не может быть… Я закрыла рот, чтобы не сказать ничего лишнего.

Если бы отец не скрывал мою истинную личность, я бы легко могла выяснить причину такого тона отца и напряженной атмосферы в комнате.

— Поскольку враги достаточно умелые, даже наше расследование не приносит результатов, и мы не можем выйти на их след. Однако мы не можем допустить, чтобы беззащитные девушки оставались похищенными, поэтому вынуждены быстро принять меры для их спасения. Но…

— Другими словами, поскольку я являюсь двойником Мелисы, я должна действовать как она и стать приманкой?

— Верно.

— Понятно. Введите меня в курс дела, пожалуйста. Каков ваш план?

— Ты действительно не против? Я знаю о твоих способностях, но… Ты понимаешь, что это довольно-таки опасная миссия?

— В настоящее время беззащитные девочки находятся в очень опасном положении, верно? Я уверена, что их родители очень обеспокоены этим…. С каждым днем степень опасности, которой подвергаются девочки, увеличивается, и крайне важно разрешить эту ситуацию как можно скорее. Если для этого необходимо использовать мою силу, разве я могу сомневаться?

После того, что я сказала, отец вздохнул.

— Понятно… Белис расскажите все.

После, Белис посвятил меня в подробности плана, и, для его воплощения, я переоделась в одежду Мелисы.

Затем, как и планировалось, взяв в сопровождение нескольких охранников, точнее военнослужащих, переодетых в охранников, я села в свою собственную карету.

В это вечернее время в районе, где находились дворянские особняки, было малолюдно.

Было бы хорошо, если бы они напали на меня с первого раза, но…

Рассеянно думая об этом, я смотрела на улицу.

Казалось, что опустошенные вечерние пейзажи угнетали людей.

Выполняя миссию, я чувствовала себя относительно спокойно. Я, имеющая смелость думать об этом, казалась сама себе смехотворной.

Похоже, все прошло не очень хорошо, так как в итоге этот выезд оказался напрасным.

Спустя одну неделю была вторая попытка.

Мы пытались прогуляться по неопределенным благородным районам, а также в других местах с большим движением людей, но….

Враг совсем не клевал на нашу приманку.

«Возможно, виновники дел о похищениях уже прекратили свою деятельность?» — возникло подозрение в моей голове.

Конечно, кроме моего, были еще и другие подразделения, пытавшиеся проводить расследование, но по факту ничего нового им так же, как и нам, узнать не удалось.

Просто, даже обнаружив врага, им было бы трудно понять его истинное намерение. Ведь нашим приоритетом было спасение украденных детей.

Если бы мы просто ворвались на вражескую территорию, то захваченные дети стали бы заложниками, и весь наш план потерял бы свой смысл.

Именно поэтому, лучшим способом во всем разобраться, было позволить им захватить меня. А я, в свою очередь, уже могла бы защитить их изнутри, но…

Как только я подумала об этом, внезапно послышался шум.

Выглянув из кареты, я увидела сражающихся охранников.

Несмотря на бешеный ритм моего сердца, я настроилась действовать.

Вдруг с грохотом открылась дверь кареты.

— Теперь, О-дзё-сама, не могла бы ты пойти со мной?

Вопреки вежливому обращению, улыбка мужчины выглядела вульгарной.

Естественно, этот мужчина не являлся одним из моих охранников…

Я попыталась изобразить испуганный вид.

…Интересно, моя игра выглядела правдоподобно?

Задумавшись об этом, я сосредоточилась на этом человеке.

Насильно схватив, мужчина вытащил меня на улицу. Так как я не сопротивлялась, ему легко удалось это сделать.

Члены моей охраны вели борьбу с другими врагами.

Затем меня заставили сесть в другую припаркованную неподалеку карету и увезли.

Любопытно, куда мы направляемся… Несмотря на мое желание посмотреть в окно, я не могла это сделать, так как мои глаза были завязаны.

Исходя из своих ощущений, я могла приблизительно определить, сколько людей находилось рядом.

Я была способна на это благодаря своим ежедневным тренировкам.

Однако, как я и думала, другая группа людей, двигавшаяся отдельно от армейцев, начала тайно преследовать меня.

Хоть я и определила их приблизительное количество, я совершенно не знала, кем они являлись.

Несмотря на мое доверительное отношение к ним, я все равно решила продумать свой собственный план и действовать согласно ему.

Через небольшой отрезок времени, карета остановилась.

Затем кто-то насильно схватил меня за руку и повел за собой.

Покинув карету, мы шли довольно долго, поэтому я сделала вывод, что это довольно-таки просторное место.

Что это за здание?

Поскольку архитектурный стиль наших зданий не слишком отличался, я сосредоточилась на том, чтобы, исходя из своих ощущений, запомнить планировку.

Несмотря на то, что мои глаза были завязаны, я запомнила, сколько шагов мы прошли вперед, по какому количеству ступеней поднялись, и сколько раз мы повернули.

Наконец, мы прибыли к возможному месту назначения. Вместе со звуком открывающейся двери, мне сняли повязку с глаз и втолкнули в помещение.

Внутри него была обычная комната.

Да, она была скромно обставлена, но, тем не менее, там было чисто. Представляя базу похитителя, я, как и все, думала, что это будет какое-то грязное и громоздкое место, поэтому вид комнаты, учитывая ситуацию, показался мне неуместным.

Она напоминала комнату особняка какого-то дворянина.

Естественно, в ней не было какой-либо ценной мебели или предметов с выгравированным на них фамильным гербом.

Я вздрогнула, задумавшись о том, что, вероятно, я, наконец, занимаюсь своим делом.

Осмотревшись, я обнаружила группу детей.

Я сразу посчитала их количество.

Пять человек… Их было столько же, сколько и похищенных детей, о которых мне ранее рассказывал Белис-сан.

— Никто не пострадал?

Спросив это у них, я бросила беглый взгляд на их тела.

Несмотря на то, что в этом месте собрались люди, которые могли придраться ко мне, мой взгляд был довольно невежливым.

— Мы в порядке. Тебя тоже привезли сюда?

Среди группы молчаливых и робко кивающих девочек была одна, кажущаяся более крепкой. Она и говорила со мной.

— Да. Вы все тоже оказались здесь не по своей воле?

На мой вопрос они робко кивнули головой.

Должно быть, им очень страшно… Их глаза были заплаканными, а лица опухшими.

Даже сейчас, один ребенок все еще продолжал плакать.

Ощущение страха витало в воздухе… Первое, что я сделала, так это обняла этого грустного, дрожащего ребенка.

— Все будет хорошо, — сказала я и нежно слегка похлопала его по спине.

— Я уверена, что скоро прибудет подкрепление. Я обязательно вас всех защищу.

Прошептав это, я продолжала обнимать ее еще некоторое время.

Вскоре дрожь постепенно успокоилась, и напряжение в ее теле, казалось, ослабло.

— Как тебя зовут?

— Меня зовут Шариат. Я дочь из Дома графа Тироза.

— А я Мелиса из Дома маркиза Андэрсона.

— Дочь того самого Газель-сама!?

— Я охранник и двойник этой уважаемой девочки. На самом деле меня зовут Мэл. Для того чтобы разрешить этот инцидент, я проникла сюда. Прямо сейчас, моей миссией является ваша защита.

Казалось, через мои слова протекал свежий воздух.

Несмотря на то, что я была их ровесницей, они, скорее всего, испытали облегчение, услышав, что я буду защищать их.

Человек, стоящий на краю пропасти, ради своего спасения будет хвататься даже за соломинку.

Однако, как говорится, естественно, я не планирую довольствоваться простой соломой.

— Хотя это выглядит невежливым с моей стороны, я бы хотела, чтобы вы следовали моим указаниям. Во-первых, даже если сюда зайдет враг, пожалуйста, не паникуйте, не двигайтесь и оставайтесь на корточках. Если вы все соберетесь в одном месте, мне будет легче защищать вас. Кроме того, пожалуйста, переместитесь все в вот этот угол и оставайтесь там.

Встав, я указала на место.

Это был самый дальний от двери угол.

Все постепенно встали и робко сели рядом друг с другом в то место, на которое я указала.

— Во-вторых, испугавшись, несмотря на то, как это сложно, пожалуйста, не кричите. В таком случае, лучше закройте глаза.

Собрав относительно легкие столы, я создала крепость.

— Я тоже помогу.

Благородный шариат, который, казалось, не поднимал ничего тяжелее ложки, вызывался помочь, и мы вместе переставляли мебель.

Благодаря их помощи, я смогла перенести и более тяжелую мебель.

Несмотря на то, что я называла это крепостью, казалось, что ее быстро разрушат. Однако это было лучше, чем ничего.

После того, как мы закончили строительство крепости, я велела шариату войти внутрь.

Готовясь к бою, я оторвала подол своей юбки, так как она мешала бы мне вольно двигаться.

Затем я вынула меч, который все это время прятала под ней.

Этот меч являлся меньшим и более легким, по сравнению с тем, к которому я привыкла.

Внезапно послышался сильный шум.

Глава 47. Напряженность и победа

…Казалось, что за мной следовало отдельное подразделение.

Концентрируясь и прислушиваясь к шуму снаружи, создалось такое впечатление, что они уже прибыли к нам.

Когда дверь открылась, появился похитивший меня ранее человек.

Взволнованно войдя в комнату, он увидел в моей руке меч и остановился.

— О-дзё-сама, для чего меч?

— Естественно, для того чтобы воспользоваться им.

— О-дзё-сама воспользуется мечом? Я думаю, что тебе лучше отказаться от этой идеи. Ты можешь пострадать во время неумелого фехтования.

— Почему вы даже не хотите узнать, действительно ли оно является неумелым? — сказав это, я толкнула его.

Мужчина рефлекторно взмахнул мечом.

…Как медленно.

Слегка отступив, чтобы избежать его размаха, я, увернувшись, ударила его.

Не издав ни единого стона, мужчина рухнул.

…Он умер?

Прежде чем подтвердить его смерть, я вонзила свой меч в жизненно важные органы его тела.

Это было сделано мною для того, чтобы, в случае моей ошибки, он не напал снова.

Ведь я была одна… И позади меня были дети, не умеющие драться.

Я хотела максимально снизить риск.

Когда я подняла меч и взмахнула им, малиновая кровь стекла с его края.

Я быстро перешла в режим ожидания рядом с дверью.

Затем, через некоторое время, подошли следующие двое мужчин.

Я определила их приближение по тяжелому звуку шагов.

Прежде чем они вошли в комнату, я подошла к одному из них и снесла ему голову.

Во время того, как другой человек находился в состоянии удивления от того, что его спутник убит, я использовала свой предыдущий импульс и также убила и его.

Мужчины рухнули на землю.

Нанеся последние удары мужчинам, я немного их передвинула.

Как и следовало ожидать, если бы пришло сразу несколько человек, мне бы было трудно побороть их.

Нет, точно мне было бы сложно защитить всех в одиночку.

Тем более, учитывая то, что комната было достаточно просторной.

Если бы они разбежались, я все бы все равно оставалась с ними, независимо от своих желаний.

Однако, все происходило около дверного проема, и мне удавалось заставать врага у входа в комнату.

Учитывая сложившуюся ситуацию, у меня не было других вариантов.

Послышавшийся шум становился все громче.

Казалось, что приближался отдельный отряд.

Размышляя об этом, я услышала топот подходивших к комнате людей.

На этот раз их тоже было двое.

Используя тот же трюк, что и раньше, я зарезала первого человека.

Потом, уже собираясь замахнуться мечом на второго, но…. Приложив силы к своим ногам, я за долю секунды отскочила назад.

Кончик меча врага порвал мою одежду.

Враг, держащий меч, на мгновение растерялся, а затем рассмеялся.

— Я думал, мне удалось тебя ранить… Кажется, у О-дзё-самы довольно хорошая интуиция.

— Да, так и есть.

Глядя на мужчину, я вытерла со лба холодный пот.

Он был сильным. Намного сильнее тех троих мужчин.

Несмотря на то, что я внимательно наблюдала за ним, я не смогла найти ни одного полезного для себя пробела в его защите.

Мужчина двинулся первым.

Внутренне щелкая языком по его быстрому и точному фехтованию, я отвечала на каждую из его атак.

*Лязг-лязг-лязг* — раздавался звук касания мечей.

Мой центр тяжести немного сместился. Используя этот момент, мужчина предсказал мои следующие движения и взмахнул мечом.

Увернувшись от его удара, я отпрыгнула на небольшое расстояние.

Интересно, почему?

Несмотря на то, что в тот момент иметь сильного врага было невыгодным, я была удивлена тому, что я чувствовала себя счастливой.

Тот момент, когда моя жизнь была на грани, я тоже находила забавным.

— Ой, просто, что это за дух…

Слова, которые изумленно бормотал мужчина, едва доходили до моих ушей.

«….Не пропусти ни малейшего пробела.

…Предсказывай будущие движения противника».

Прошептала я внутри себя.

В следующее мгновение я приблизилась к человеку.

Отреагировав на мои движения, мужчина взмахнул мечом.

Парируя это, я, снова взмахнув мечом, агрессивно ответила ему.

Пытаясь избежать моего клинка, позиция мужчины слегка рухнула.

Я не позволила себе упустить этот момент.

Делая шаг вперед, я взмахнула мечом.

Одновременно с некоторым чувством сопротивления, появились малиновые брызги.

В тот момент человек рухнул.

— Если бы с вами пришло еще два человека, ситуация оказалась бы опасной.

Случись это, мне было бы трудно защитить этих детей.

После нанесения последнего удара по упавшему человеку, я восстановила свое дыхание.

Небольшое количество крови капало с бока, задетого мечом.

Однако я не могла взять передышку, так как сосредоточилась на ощущении присутствия поблизости.

Вдруг я снова услышала звук приближающихся к комнате шагов.

А потом они подошли к двери.

Этими людьми являлись хорошо знакомые мне члены армии.

— Спасибо за ожидание Мэл-тян! Ты в безопасности!?

— Да… Ваше пребывание здесь значит, что вы получили полный контроль над этим местом?

— Да. Благодаря тебе, Мэл-тян, мы смогли сражаться без каких-либо сомнений. Спасибо!

— Хорошо. Я была рада помочь.

Глава 48. Наше рандеву

— Давно не виделись.

Находясь в башне и осматриваясь вокруг, я увидела Руи.

Мое сердце танцевало от его долгого невидимого мной взгляда.

Несмотря на то, что мне не удавалось посетить башню во время каждого моего визита в столицу, я все равно довольно-таки часто бывала в своем любимом месте.

Однако, даже учитывая это, уже прошло несколько месяцев с нашей последней встречи с Руи.

Я заметила, что по сравнению с нашей последней нашей встречей, Руи изменился, а именно, стал значительно выше.

— Руи!

— Случилось что-то хорошее?

Я удивилась такому внезапному предположению.

— На вашем лице написано, что случилось что-то хорошее.

— Я так читаема?

Услышав мой вопрос, Руи улыбнулся.

Наблюдая за его реакцией, я заговорила:

— Как вы знаете, я недавно спасла одну молодую девушку. Опустив детали, я лишь скажу, что благодаря ее признательности, я поняла, что все создаваемое мною до сих пор не являлось бессмысленным. После ее спасения, я получила подтверждение этому, и была очень рада.

Сейчас я думаю о жизнях людей.

Что произойдет, что ждет вас… Вы не знаете, что произойдет с вами даже спустя минуту или секунду.

А то, что уже произошло, не изменить, и ни одна ситуация не подлежит своему точному повторению.

Именно поэтому люди сожалеют, говоря что-то вроде: «Я должен был сделать так, или я должен был сделать эдак».

В разгар невидимого будущего все люди стремятся вперед.

Маленькие фонари в нем, это их цели и мечты.

Однако, временами, именно благодаря этим фонарям, дорога будущего становится непростой.

«Хороша ли была дорога, по которой шел я?»

«Есть ли смысл в том, что я сделал?» — думают они.

Та дорога, по которой я шла с нерешительной решимостью, оказалась не той.

Несмотря на то, что это была окровавленная дорога, я прошла ее и пошла вперед.

Даже если бы мне дали возможность что-то изменить, я уверена, что выбранный мною путь остался бы неизменным.

Вот так…

То, что кто-то одобрил мой путь, утешило меня.

Помимо всего прочего, благодаря мне, люди не испытали ужасного чувства потери… Я действительно почувствовала, что это здорово.

Я искренне была рада.

Почувствовав облегчение, я начала плакать…

Вот, во что я верю сейчас.

— Ясно. Это замечательно.

Я улыбнулась словам Руи.

— Ага.

На мгновение, я отвлеклась на открывающийся вид с башни.

Он, стоя рядом со мной, также любовался пейзажем.

Внезапно я посмотрела на его лицо.

Он выглядел расслабленным, и его лицо выражало нежность.

Его глаза были такими же синими, как небо, на которое он смотрел. Хоть я и не была поэтессой, глядя на него, мне на ум пришли такие ассоциации.

Недолго посмотрев на него, внезапно что-то обеспокоило меня в его внешнем виде.

— Руи. Вы устали?

— Почему вы вдруг спросили об этом?

— Почему-то ваше лицо мне кажется бледным.

Мои слова на мгновение лишили его дара речи, и он присел.

— Аааа, возможно. В последнее время я мало спал.

— Эх! Тогда, возможно, было бы лучше поспать, вместо того, чтобы прийти сюда? Скорее поторопитесь домой и ложитесь спать! Недосып вреден для вашего здоровья,— взволнованно сказала я.

Он улыбнулся.

— Интересно, почему… Обычно я не чувствую недостатка времени.

— Времени? Что вы имеете в виду?

— Это просто означает, что у меня очень много работы. В основном, ее количество увеличивается по моему собственному желанию. Я всегда гонюсь за спиной отца… Ведь когда-нибудь я стану его преемником… Вернее, я хочу сменить его… Однако чем больше я преследую его, тем больше я чувствую разницу между нами, — глядя вдаль, тихо сказал Руи.

— Мне не хватает всего — знаний, опыта, творческих способностей и, прежде всего, таланта. Именно для того, чтобы похоронить все, чего мне не хватает, мне нужно думать и учиться.

Я вспомнила то время, когда мечтала принять участие в лонжероне с отцом.

Я тоже была такой.

Это то, чего мне не хватало. Чтобы заполнить этот пробел, я должна была чему-то научиться.

— Если мне не хватает таланта, то все, что от меня требуется, то бороться с этим с помощью учебы и совершенствования, верно? Время ограничено. Чтобы преуспеть отца, мне нужно сделать все, что в моих силах… Думая об этом, меня неосознанно начинают преследовать мысли о том, что мне совсем не хватает времени.

— Вы можете подумать, что я говорю это только из сочувствия, но я хорошо знакома с этим чувством. Когда я изучала искусство владения мечом, мне также казалось, что мне многого не хватает, и я думала, что мне необходимо чем-то заполнить этот пробел. Тем более что я занималась совсем не женским делом.

Слушая меня, Руи слегка улыбнулся.

— Но, единственное, что я не понимаю, это то, почему вы чувствуете себя загнанным в угол? Возможно, это правда, что время ограничено. Однако еще достаточно времени до того момента, когда вы станете взрослым… Хотя, на самом деле, я не имею права говорить такое, ведь я еще сама достаточно молода.

— Причиной моего нетерпения является мое осознание того, что время ограничено. Но давайте порассуждаем… Мне нужно делать все по-своему. Если бы мне пришлось один раз сломаться, в конечном итоге я бы мог следовать тому потоку и все нерешительно закончить. Если это произойдет, то, независимо от того, сколько времени пройдет, я в конечном итоге буду скрыт огромной тенью отца. Тогда, даже получив должность, позволяющую осуществить свою мечту и стать опорой этой страны, я в конечном итоге буду думать о том, что если бы на моем месте был отец, он мог бы что-то сделать лучше. Я боюсь этого. Я очень не хочу этого. Я не хочу иметь сожалений о том, что сделал что-то не так.

Я не могу забыть момент, когда он рассказал мне о своих мыслях.

Не могу забыть его слова, произнесенные в этой башне.

Эти воспоминания укоренились во мне.

Насколько сильно он боролся, чтобы прийти к этому?

Насколько высокой была стена, стоящая между ним и его целью?

Вероятно, этой стеной для него была большая тень его отца.

Даже если его отец не хотел этого.

— Это ваше первое дело, не так ли?

— Верно.

— Это является еще одной причиной, по которой вы должны идти спать. Если вы уничтожите свое тело, тогда вы поставите телегу перед лошадью, верно?

— Возможно, но…

Замолчав, он снова посмотрел вдаль.

— У каждого человека есть воспоминания, в которые он хотел бы вернуться.

Услышав его абстрактные слова, я наклонила голову.

— Это слова моей мамы. Например, момент, когда вы обедали всей семьей. Или время, проведенное за игрой с другом. Возможно, закат, который вы видели, возвращаясь домой… С возрастом, такие повседневные ощущения становятся еще прекраснее и ценнее.

Мягкий голос Руи растворился в воздухе городских сумерек и исчез.

Так или иначе, сказанное им мне показалось удушающим и в то же время красивым.

— Чем больше таких воспоминаний вы накопите, тем сильнее вы станете повзрослев. Не важно, насколько грязным будет казаться мир, когда вы станете взрослым… Такие ностальгические воспоминания будут сиять, и вы почувствуете, что даже такой мир прекрасен. Такими были ее слова. Короче говоря, я интерпретировал сказанное ею так, что пока ты ребенок, нужно вести себя подобающе ребенку.

— Она сказала прекрасную вещь.

— Да, это так.

— Но, делая то, о чем говорила ваша мама, вы бы потерпели крах, и все стало бы бессмысленным.

— Я понимаю это, — скривившись, сказал он.

— Каким-то образом, я начинаю понимать, что сон является расточителем моего времени. Я не планирую возлагать всю вину на слова матери, однако, по какой-то причине, когда я особенно занят, когда я едва справляюсь, я вспоминаю эти слова. И вспомнив их, у меня появляется огромное желание приехать сюда. Вероятно, это то воспоминание, к которому я всегда хочу вернуться.

— Как я вас понимаю.

— А еще, придя сюда, я, возможно, увижу вас.

Его слова застали меня врасплох. Я почувствовала, что мое лицо покраснело. Это нечестно…

Думая об этом, я чувствовала смущение. Я молилась о том, чтобы он связал красноту моих щек с отражающимся на моем лице закатом.

— Это… честь для меня, — сказала я, отведя взгляд.

— Вы помните наше обещание друг другу?

— Конечно.

— Я хочу пойти с вами город и сделать много вещей, на которые я способна только сейчас и только с вами.

Примерно в то же время, как мои щеки немного остыли, я окликнула его и сказала это.

— Я тоже, — снова улыбнувшись, ответил он.

Глава 49. Экономия красоты

…Горько-сладкая….

Спустя несколько дней, с целью получения консультации, я в одиночку посетила магазин мадам.

Я хотела узнать, что мне нужно сделать для того, чтобы стать более женственной, например, как девушки, присутствующие там… Могу ли я стать как же прекрасна, как и они…

Я бы солгала, сказав, что я рада такому желанию, но… В последнее время моя внешность меня особенно беспокоила.

Короткие волосы для удобства во время борьбы.

Тело, покрытое ранами.

Я никогда не сожалела и не умаляла себя за это.

Напротив, я даже считала, что этим можно гордиться.

Тем не менее, стоя рядом с Руи… Я задумалась о своей внешности.

Он хоть понял, что я девушка?

Интересно, он смотрит на меня как на представителя противоположного пола?

В тот момент, когда меня посетили подобные мысли, я подумала, есть ли в Доме маркиза кто-то, с кем я бы могла посоветоваться по этому поводу…

Ни один человек не пришел в мою голову.

Во-первых, мне было страшно разоблачить тот факт, что я ходила в город без сопровождения.

Во-вторых, встретив девушек в кафе мадам, мне они показались очень красивыми и милыми.

Рассуждая таким образом, я все-таки решилась и пришла в магазин мадам, но…

В результате, меня тщательно допросили старшие сестры, и в итоге я поделилась с ними всем, что меня волновало.

Все девушки с добротой смотрели на меня.

Почему-то это заставило меня засмущаться.

— Так, давайте вернемся к основной теме. Итак, что вы мне посоветуете сделать, чтобы быть такой же красивой, как и вы?

После того, как я снова спросила это, старшие сестры засмеялись.

— Как раз то, что говорит Мэл-тян, — во время смеха, сказала Лулурия-сан.

Было невозможно поверить в то, что кто-то вроде меня, собирался стать симпатичнее… Ведь у меня никогда не было оснований для этого… Или я так думала…

— Так, хватит! Вы не задумывались о том, что Мэл-тян может не правильно понять ваши слова? — обвинив всех, сказала мадам.

— Ой, извините Мэл-тян. Просто задумавшись о том, чего вы хотите, мне, черт возьми, показалось это странным, — хихикнув, будто бы смеясь надо мной, сказала одна из девушек.

— Несмотря на то, что вы и так удивительно милы, мне интересно, что мы можем сделать для того, чтобы вы стали еще милее, — сказала Лулурия-сан, протянув руку к моей щеке.

— Удивительно мила?

— Это все благодаря вашему желанию. Помните, я уже говорила это раньше? Девушки, желающие стать красивыми, обязательно станут таковыми.

— Верно-верно. Особенно яркий пример тому влюбленные девицы.

Все старшие сестры пощипали меня за щеки.

— Я влюблена!?

— Вы влюблены, Мэл-тян.

— Все верно. Не важно, как вы это воспринимаете, однако ваши мысли соответствуют мыслям влюбленной девушки, понимаете?

Старшие сестры смеялись над моей удивленной реакцией.

Любовь, любовь, любовь…!?

— О Боже, с чего вы это взяли?

Старшая сестра, увидев мое горящее от смущения лицо, горько улыбнулась.

— Вы почувствовали желание стать красивее из-за него, верно? — спросила Лулурия-сан.

Я, смущаясь, кивнула в ответ.

— Несмотря на то, что это чувство великой радости может превратиться в великую скорбь, вы все равно чувствуете себя счастливой, верно?

Я еще раз кивнула.

— Мэл-тян, есть ли кто-то еще, заставляющий вас себя чувствовать так же?

Я отрицательно покачала головой.

— Вот вы и ответили самой себе. Если бы я сказала вам об этом прямо, вы бы посчитали это хамством. Будучи честны с собой, вы сами можете ответить себе на все свои вопросы.

Внезапно я подумала о Руи.

Не обращая внимания, на что-либо другое, я думала только о нем.

В это время мое сердце ускоряло свой ритм.

Я стала счастливой.

Я чувствовала себя такой.

Это было особенным чувством, которое я могла испытать только благодаря ему.

Возможно, это было тем самым чувством, называемым любовью.

Конечно, я была влюблена в него.

— Несмотря ни на что, влюбленная девушка становится красивее благодаря этому светлому чувству.

Услышав слова другой старшей сестры, я наклонила голову.

— Вы что мне не верите?

Резкий вопрос Лулурии-сан лишил меня дара речи.

— Тогда я вам вот что скажу. Сейчас вы стали каждый день ухаживать за своими волосами, верно?

…Это было правдой.

Желая как-то приукрасить себя, я каждый день ухаживала за своими волосами так, как меня тому учила когда-то бабушка.

— До знакомства с ним, вы делали это?

Я покачала головой.

— Я заметила, что ваша кожа стала светлее, чем раньше. Вы тоже что-то делаете для этого, верно?

В тот момент, когда другая старшая сестра указала на это, я утвердительно кивнула головой.

Как сказала одна из девушек, кроме ежедневного ухода за волосами, я так же уделяла внимание лицу, опять же, следуя ранее исходившим советам от бабушки.

— Таким образом, рано или поздно, все ваши усилия приведут к результату. У красоты не существует ярлыков. Это то, к чему вы уже начали постепенно приближаться.

— Ну, в общем, у Мэл-тян хорошие внешние данные. Я думаю, она быстро превратится в красавицу, проходя мимо которой каждый захочет обернуться, чтобы взглянуть на нее вновь.

— Согласна. Во-первых, имейте некоторую уверенность в себе, Мэл-тян. Если вы не верите в себя, то, как может поверить в вас кто-то еще?

— Понятно, — подумала я, находя эти слова безоговорочно глубокими, и искренне кивнула в ответ.

— Хорошо. Тогда давайте усердно работать над тем, чтобы становиться еще привлекательнее. А мы будем подбадривать вас в этом.

— Большое спасибо, старшие сестры.

— Но сейчас расскажите нам немного больше о вашей горько-сладкой истории.

Блестящие глаза старших сестер подозрительно загорелись.

-…А?

После этого надо мной начали подшучивать старшие сестры.

Глава 50. Обычная я

После окончания беседы я подарила мадам глиняный кувшин.

Похоже, я потратила совсем немного времени старших сестер до открытия магазина.

Кажется, благодаря моему визиту, сестры немного развлеклись.

Кувшин, который я передала мадам, был заполнен медом, купленным на территории Андэрсона. Я купила его, когда была там, преследуя старшего брата.

Помимо разнообразия сортов меда, наша территория славилась своими гончарными изделиями и доспехами. Это было связано с тем, что на ней добывалась железная руда. Однако для того, чтобы купить такие изделия, требовались немалые деньги.

Представив то, как бы она отреагировала, если бы я подарила ей доспехи, я решила, что будет лучшим, если я куплю ей мед.

По крайней мере, я выбрала тот, который пользовался спросом у женщин.

— О, Боже мой… Это с территории маркиза Андэрсона? Спасибо, что нашли время принести мне это, — сказала мадам, невероятно нежно улыбаясь.

— Мы будем наслаждаться им все вместе.

— Непременно.

Слова мадам меня осчастливили, и я улыбнулась.

Оценив мой подарок, мадам погладила меня по голове.

— А когда вы успели побывать на территории маркиза Андэрсона? — непринужденно спросила мадам.

— Недавно. В то время, когда там находился молодой Мастер.

— Ааааа… Так вы ездили вместе с членами армии Дома? Если так, то путешествие должно было пройти довольно мирно.

— Вы знаете, мадам, нет. Я путешествовала одна.

— Что?

— Хм?

Видя изумленное лицо мадам, я рефлекторно наклонила голову.

— Одну минутку, пожалуйста. Не говорите мне, что вы в одиночку преодолели путь прямо к самой территории Дома маркиза Андэрсона?

— Да. Хотя, в последний день, я встретилась с членами армии.

— Только в последний день… Это равносильно вашему путешествию в одиночку. Разве это не опасно? Ведь по пути вам могли встретиться звери и даже бандиты!

— Все прошло без проблем, мадам. Я достаточно сильна, чтобы позаботиться о своем собственном благополучии.

Услышав мои слова, мадам глубоко вздохнула.

— Ну, так как окружающие мужчины признали вас, вы, должно быть, достаточно сильны. Однако вы, Мэл-тян, в конце концов, девушка… — сказала она и обняла меня.

— Действительно здорово, что с вами ничего не случилось и вы в безопасности.

Ее слова и жесты заставили меня снова улыбнуться.

— Я буду наслаждаться этим медом вместе со всеми девушками.

— Я буду счастлива этому.

— О, мадам… Это несправедливо. Позвольте тогда нам также поблагодарить вас, Мэл-тян!

Во время моего разговора с мадам, старшие сестры заканчивали подготовку магазина к открытию. Закончив, они по очереди обняли меня и поблагодарили.

После этого, я приятно провела оставшееся время до открытия магазина за беседой с мадам и старшими сестрами.

— Ладно, мадам, мне пора, прошу прощения за беспокойство! — сказала я, собираясь покинуть магазин.

— Приходите снова, Мэл-тян! — сказала мадам, провожая меня.

— А? Разве это не Мэл?

— Действительно она! Какое совпадение, Мэл-тян!

Услышав знакомые голоса, я обернулась, и, как и ожидалось, увидела Куроитсу-сана с другими военнослужащими.

— Какое совпадение! Куда вы направляетесь?

— Вы еще спрашиваете куда? Конечно же, в магазин мадам. Скорее всего, если вы пришли сюда, то…

«Пожалуйста, не говорите больше ни слова…» — отчаянно пыталась передать ему это жестами, я всячески двигала своим телом.

Если бы он продолжил, то сказал бы слишком много, и этим дал лишний повод для размышлений остальным.

— Мэл-тян, это несправедливо! Вы крадете наше место!

К счастью, все начали шуметь.

Тем не менее сказать, что я краду их место…

Я вздохнула.

— Мы с Мэл-тян хорошо находим общий язык. У нас есть общие темы для обсуждения.

Сказав это, мадам сделала соблазнительную улыбку и обняла меня сзади.

Увидев ее улыбку, у многих из мужчин загорелись глаза.

…Мадам, к чему вы стремитесь, разжигая в их сердцах огонь?

Чувствуя, что я не могу повлиять на ситуацию, все, на что я была способна в тот момент, так это выдавить из себя сухую улыбку.

— Ну, успокойтесь. Было бы хорошо, если бы вы показали, что являетесь людьми, чьи способности превосходят способности Мэл!

Все потеряли дар речи, услышав слова Куроитсу-сана.

— Ух…!

— Куроитсу-сан… Это, как и ожидалось, немного…

— Расскажите что-то типа того, как вы победили Мэл-тян… Или легче рассказать о поимке крупного хищника во время охоты…

Его слова оказались эффективны, так как плечи всех сразу поникли.

Выглядя такими, они казались даже немного милыми.

Тем не менее сказанные им слова… Эти слова действительно вызвали во мне желание спросить, как же они тогда оценивают меня…

— Как вам не стыдно…

Пока я размышляла, мадам полностью обрекла их на горе.

Кажется, что их нынешнее состояние не казалось ей таким же милым, как и мне.

Однако как только я подумала, что эти слова приведут их в уныние, они наоборот, начали смотреть на меня с пламенем в глазах.

— Это верно, мы тоже мужчины! Есть битвы, которых мы не можем избежать!

— Это верно. Мы не можем проиграть! Я выиграю и докажу, что я сильный человек! Мина-сан! Если я выиграю у Мэл-тян, пожалуйста, выбери меня!

— Мы не всегда проигрываем Мэл-тян! Вы мы тоже мужчины!

Мне кажется, он был не прав, сказав фразу «мы тоже мужчины»…

Ведь я все-таки девушка.

Я тихо пробормотала об этом, однако никто не ответил.

Ну, все в порядке… Я вздохнула.

После этого, они отвели от меня свой взгляд, однако все еще дрожали от негодования. Я даже почувствовала, как аура поразилась возросшим желанием сражения.

— Если вы так много говорите об этом, тогда, может, проясним ситуацию во время нашей следующей тренировки!?

— Как хотите!

Услышав их ответ, я невольно улыбнулась.

«Я с нетерпением буду ждать нашей следующей тренировки…» — подумала я.

Их настрой, который отличался от того, который был обычно присущ их личности, наоборот заставлял мое сердце танцевать.

«Хотя, я и раньше вела разговоры с мадам о том, как стать более похожей на девушку, я действительно была…» — подумала я и мысленно скривилась.

— Давай, давай, не поднимаем шум! Заходим!

Как будто пытаясь развеять эту воинственную атмосферу, сказал Куроитсу-сан, хлопая в ладоши.

— Мэл, ты с нами?

— А это удобно?

— Не думай об этом, ты все-таки уже вхожа в нашу компанию. Давай веселиться!

— Хорошо!

Приняв приглашение Куроитсу-сана, я последовала за ним.

— Сказав это, вы просто использовали Мэл-тян в качестве предлога, чтобы мотивировать их…

— Ну… Они действительно станут усерднее тренироваться.

Не услышав этих слов, находясь в прекрасном настроении, я вернулась в магазин.

Глава 51. Мой матч мести

Базовая тренировка закончилась, и я выдохнула.

Оглядевшись вокруг, я увидела армейцев, подобно мне вытирающих пот.

Однако на их лицах не наблюдалось обычных улыбок.

Поскольку за последнее время это была наша первая совместная тренировка с Рыцарским Орденом, вокруг царила какая-то жгучая атмосфера.

— Генерал Газель. Пожалуйста, потренируйте нас сегодня как следует.

— Я только хотел сказать, что займусь вашей тренировкой сегодня.

Один из парней, пришедший из Рыцарского Ордена, поприветствовал отца.

Вопреки их веселому приветствию, как обычно, между рыцарями и солдатами армии возникло напряжение.

В частности, я так же чувствовала острые взгляды рыцарей.

Оставляя в стороне армейцев, к которым они привыкли, присутствие единственной девушки здесь, вероятно, было для них непонятным и неприятным.

Вскоре после их приветствия наступило обучение.

Всё началось с тренировок.

Все молча завершили свои тренировочные качели.

Во время этого, отец пробирался сквозь толпу и время от времени давал советы.

После этого мы, как всегда, перешли к лонжеронам.

Поскольку мы занимались вместе, солдаты из армии выходили против рыцарей.

Я была включена в число армейцев и ждала своей очереди.

— Следующий! Мэл и Дональд!

Молча ожидая, я, вдруг, услышала свое имя.

Имя моего оппонента мне тоже показалось знакомым.

Посмотрев на арену, как мною и ожидалось, я увидела противника, однажды победившего меня.

Интересно…

Я почувствовала, что моя кровь кипит благодаря появившейся возможности проверить свою силу.

— Пожалуйста, подождите минутку, генерал! — как будто бы полив холодной водой мою жажду, крикнул Дональд.

— В чем дело Дональд?

— Почему я должен противостоять этому ребенку! С таким противником как она, я даже это тренировкой назвать не могу.

— Ты говоришь, что недоволен тем, что твоим оппонентом является Мэл?

Когда мой отец, понизив на октаву свой голос, задал ему этот вопрос, казалось, что Дональд на мгновение задумался и замолчал.

Тем не менее он вскоре оживился.

— Да. Несмотря на то, насколько Генерал благоволит этой девочке, даже борясь с крестьянином, абсолютно не имеющим способностей к борьбе, мне было сложнее выиграть, чем вступив в бой с ней.

— Вот как… Мэл, ты скажешь что-то?

Как ни странно, услышав его слова, я была совершенно спокойна.

Я понимала, что уже ничего не изменить.

В предыдущем лонжероне я проиграла ему.

Вследствие этого, он, вероятно, оценил мои способности неудовлетворительно.

Чтобы я не сказала, это уже являлось не поддающимся изменениям фактом.

Чтобы я ни говорила, я также не смогу изменить и своего мнения, касаемо ситуации, сложившейся в прошлом.

— Я считаю, что в моих словах нет необходимости.

Другими словами, я не имела другого варианта, кроме того, как заткнуть его своей силой.

Услышав мои слова, отец рассмеялся.

— Слышал, что она сказала… Ну, Дональд, если ты выиграешь битву против Мэл, я позволю тебе сразиться и в следующей битве.

— Надеюсь, вы сдержите свое слово.

Выражая недовольство, он неохотно согласился и повернулся ко мне.

По какой-то причине, я почувствовала, как смех вспыхнул в его глазах, наполненных презрением.

Взгляды окружающих меня рыцарей были примерно такими же, как и у него.

Находясь в таком окружении и обстановке, заставляющей людей плакать и убегать, мне, наоборот, было невероятно весело.

Я уже находилась в подобной ситуации, когда была в магазине мадам. Именно такими глазами на меня смотрели армейцы, их взгляд был полон бойцовского духа, но…

Чувство голода прервало мои размышления.

Ощущая напряжение, я будто бы шла по тонкому льду.

Я была наполнена боевым духом, похожим на дух стремления к контролю. Это чувство заставило меня задуматься о том, как вынудить моего оппонента подчиниться мне.

Взяв свой меч в руки, я улыбнулась.

Однако, сделав это, ощущение голода куда-то исчезло.

Или, может быть, всякие пустяки, подобные этому, покидали мои мысли.

Мое сознание отбрасывало различные чувства и мысли, бурлящие в нем, сосредотачиваясь на том, чтобы побороть врага.

Мое поле зрения и прояснившийся разум сосредоточились на битве.

Рефери произнес слова, символизирующие начало матча.

Мгновенно я сделала один шаг… Однако я не спешила двигаться дальше.

Я просто покачивалась, подобно листве на ветру.

Я это делала для того, чтобы в любой момент иметь возможность отработать движения соперника.

Затем, во время мучительной тишины, я стала еще более сосредоточенной на битве. Тем не менее я чувствовала, что мое существование — воля и эмоции, все больше поглощали меня.

Первым ударил Дональд.

Я оттолкнула его меч.

Он качался из стороны в сторону, время от времени изображая финты.

Я спокойно реагировала на них, ожидая своей возможности.

Возможно, потому что я знала его мнение обо мне, или может, он изначально был таким, его движения казались довольно-таки неряшливыми.

Его движения были быстрыми и мощными… Именно поэтому он был в состоянии сражаться таким образом до сих пор.

Мысленно проанализировав его движения, в тот момент, когда он замедлился, я перешла в наступление.

Каждый раз, сталкиваясь клинками, его позиция рушилась.

А потом я, наконец, оттолкнула его меч и положила свой клинок на его шею.

— Победитель Мэл!

В тот момент, когда члены Рыцарского Ордена удивленно смотрели на меня, рефери громко выкрикнул мое имя.

Глава 52. Учения отца

Благодаря голосу рефери, Дональд пришел в себя и резко встал.

— Это, должно быть, какая-то ошибка! Точно! В прошлый раз я с легкостью с ней справился. Если мы вступим в бой снова, я обязательно выиграю.

Видя его настрой, вздохнув с облегчением, рыцари начали поддерживать его заявление.

Стоящие с другой стороны военнослужащие, глядя на его реакцию, презрительно рассмеялись.

— Конечно. Тогда попробуй снова сразиться с ней, — сказал отец холодным, запугивающим голосом.

«Не думай, что у тебя будет второй шанс».

Каждый участник тренинга прочитал это между строк слов отца.

Так как это было тем, чему нас учил отец.

«Не думайте, что будет второй шанс, потому что во время битвы существует только смерть или победа.

Тренироваться с ожиданием того, что будет еще один шанс на битву, чрезвычайно глупо.

Не находись в заблуждении, что ты непобедим.

Всегда бойся смерти.

Всегда будь готов к собственной смерти».

Именно это отец постоянно проповедовал нам.

Не осознавая истинного смысла слов отца, Дональд поднял свой меч и встал в стойку.

Я также напряглась, чтобы иметь возможность отреагировать на голос судьи в любое время.

А потом…

— Начали!

Услышав голос рефери, на этот раз я начала нападение первой.

Чтобы нанести удар по неподготовленному противнику, я переместила все свое тело, оставив после себя остаточное изображение в пространстве.

— Да… — пробормотал в изумлении Дональд.

Казалось, что он был где-то далеко.

Впрочем, я не была против этого.

Возможно, будет точнее, если я скажу, что это не вошло в мое сознание.

Я находилась в таком состоянии, словно толстая стена изолировала мое сознание от внешнего мира.

Для того чтобы я могла предугадать каждое его движение, мое сознание было сконцентрировано только на нем.

Поскольку мой противник пребывал в оцепенении, я, подняв меч над его головой, отклонила его клинок, заставив его отлететь.

Затем, взмахнув мечом сверху вниз, я прикоснулась клинком к шее врага.

Это битва казалась решенной заранее, как будто бы она была предрешена еще в прошлом.

Битва, длившаяся всего несколько секунд, удивила всех.

— Победитель Мэл! — зазвучал строгий голос судьи.

Это объявление заставило каждого прийти в себя.

В одно мгновение в этот мир вернулся звук.

Этим звуком были крики приветствия, исходящие от парней из армии.

А также изумленные голоса рыцарей.

Казалось, что это были две движущиеся звуковые волны, равные по размеру.

Я, будучи в эпицентре этого, не особо задумывалась об этом.

Мне нечего было терять. Тем не менее, учитывая то, что я выиграла у того, о ком раньше страстно говорила, я была уверена в том, что я выиграю у него и в следующий раз. Однако в тот момент я не думала об этом.

Скорее, вместо этого я равнодушно вспоминала матч, и на ум пришли мысли вроде:

«Я должна была двигаться вот так…» и «Это движение было не таким уж плохим». В итоге я просто анализировала свои собственные движения.

— Еще раз…!

В то время, когда я ошеломленно размышляла об этом, пришедший в себя Дональд встал и крикнул эти слова.

Сочувствующая атмосфера воцарилась среди парней из Рыцарского ордена, а со стороны армейцев посыпались возражения.

Сложилась, так сказать, взрывоопасная ситуация.

Однако отец прервал слова Дональда.

— Я не хочу слышать от тебя такие легкомысленные фразы. Потерпев поражение на поле битвы, находясь на грани жизни и смерти, ты бы тоже так сказал?

Услышав четко сформулированный вопрос отца, Дональд на мгновение потерял дар речи.

— Это…

— Не будь тщеславным и не думай, что ты кого-то сильней... На поле битвы нет сильных или слабых. Сильным становится только тот, кто по ее окончанию победил и остался в живых.

После этих слов, суматоха незаметно исчезла.

— Это не просто обучение. Став небрежным, ты подвергаешь своих союзников опасности — слишком неприглядно. Начнем с того, что человеческое тело очень хрупкое. Ты ведь знаешь о том, что несчастные случаи являются неотъемлемой частью обучения? Если в твоей голове только беззаботные мысли о том, что ты самый сильный, то, следовательно, ты перестанешь уделять должное внимание своему телу, и оно в будущем станет объектом того самого несчастного случая.

Следующие слова отца заставили Дональда повесить голову от стыда.

— Я больше не буду тебе говорить об этом. Независимо от того, сколько раз тебя ударит током, ты все равно не сможешь победить его. Так что охлади свой пыл.

После этих слов, Дональд замолчал.

Армейцы, повысив голос, выкрикивали слова радости, напоминающие приветствие.

После этого, послышались недовольные возгласы и со стороны рыцарей.

Ик контрастирующие реакции противодействовали друг другу, создавая взрывоопасную атмосферу. Было ли это вызвано раздражением, или они были действительно рассержены, неизвестно. Однако мне кажется, вероятнее всего, это было из-за исходящего от отца чувства давления, подобного убийству.

— Это непросто, Дональд! Вы все! Успокойтесь! — взревел отец, таким образом, заставив всех замолчать.

— Для чего вы все тренируетесь? Не обманывайте других, не будьте самодовольны! Будьте жадными! Будьте скромными! В тот момент, когда вы все забываете об этом, вы ничем не отличаетесь от хулиганов, которых можно найти где угодно! Место, в котором вы родились и от кого вы произошли, не имеет никакого значения. Вы все изучаете методы убийства людей… Именно поэтому, необходимо контролировать себя. И, вдобавок ко всему, вы должны продолжать полировать свои мечи. Поймите, отправившись на поле битвы, где никто не будет вас уважать, где вы не сможете рассчитывать на поддержку кого-то, вы останетесь там совершенно одни! В этом месте все равны. Вы все выбрали для себя профессию, рядом с которой всегда стоит смерть. Не забывайте об этом! Если вы, даже несмотря на сказанное мною, все еще хотите продвигаться по этому пути, тогда не полагайтесь на слова! Покажите это своими действиями. Это все, о чем я хотел вам сказать. Продолжайте…

Какое-то время после гремящих, словно гром, слов отца никто не двигался.

Все просто стояли и безучастно смотрели на него.

В конце концов, судья объявил о следующем матче.

А потом снова началось обучение.

Однако атмосфера уже была намного напряжённей.

У всех рыцарей и солдат были серьезные выражения лиц, и в глазах кипел боевой дух.

Итак, обучение продолжалось.

Глава 53. Разочарование

Тренировка закончилась. Почистив свой тренировочный меч, я отправилась к водяной лунке для того, чтобы умыть свое лицо.

По пути к ней я столкнулась с небольшой группой, состоящей их двух-трех рыцарей.

Среди этих парней был Дональд.

Несмотря на то, что их было немного, это встреча была для меня неприятной.

Тем более что в их числе Дональд.

Почувствовав отвращение, я собиралась повернуть назад, однако в этот же момент я услышала, как кто-то сказал:

— Это все из-за тебя!

Дрожащий голос, пропитанный негативом, напоминающим ненависть, был направлен на меня.

Я никак не могла забыть голос, недавно услышанный в непосредственной близости, поэтому я сразу поняла, кому он принадлежал.

— Ой…

Один из рыцарей, пытаясь остановить, позвал его, но Дональд не отреагировал.

— Из-за тебя! Моя честь была полностью осквернена!

Почувствовав опасность, глядя на его свирепое выражение лица, я приготовилась к тому, чтобы в любой момент иметь возможность вытащить свой меч.

Те мне менее в тот момент, когда он попытался приблизиться ко мне, его насильно остановили два товарища.

— Стоп, Дональд!

— Отпусти меня!

Возможно, в то время, когда его удерживали, глядя на меня, его гнев усилился.

— Пожалуйста, не пытайтесь свалить вину на других. Это просто результат того, как вы осветили меня в бою… Это произошло из-за того, что, как сказал генерал, вы пытались тренироваться в расслабленном состоянии.

Причина, по которой я не могла быть полноценно счастлива, выиграв у Дональда, заключалась в том, что я поняла, произнеся эти слова.

Борясь с ним в первый раз, мое сердце танцевало.

Я не собираюсь оправдывать его потерю, но его движения меня кое-чему научили.

Сегодня же, борясь с ним, я не извлекла из его движений ничего полезного.

Со временем я поняла, что, возможно, он стал немного сильнее, по сравнению с тем, каким я его запомнила ранее, но… Случилось как случилось.

Потерпев поражение в первой битве с ним, у меня появился еще больший энтузиазм к тренировкам, так как я хотела одержать победу над ним в нашем следующем спарринге. Победив его, этот энтузиазм угас.

Я чувствовала разочарование.

Ведь я превзошла его даже после того, как он стал сильнее.

— …

Мне казалось, что сегодня он боролся лучше, чем в прошлый раз.

Два других человека отчаянно продолжали удерживать его.

— Ты женщина! Сколько бы ты не тренировалась, ты все равно не станешь сильнее мужчины!

Даже во время того, как его удерживали, он продолжал швырять в меня оскорблениями.

Мое опровержение только что вылило масло на его пламя, так что я пожинала то, что посеяла.

— Для тебя это просто игра, верно? Что ты за бельмо на глазу?

— Это не игра. Если меня в конечном итоге уволят с должности двойника-охранника, я планирую вступить в армию и использовать свои способности для защиты окружающих. Исходя из этого, следует вывод, что я появляюсь на тренировках не ради своего развлечения.

Услышав мой ответ, Дональд начал громко хихикать.

Его садистский смех, наполненный презрением, заставил меня невольно нахмурить брови.

В этот момент я почувствовала, что мне очень неприятно находиться рядом с ним, и я собралась снова уйти.

— Хахаха… Это же смешно! Ты вступишь в армию!? Ни одна женщина не может вступить в армейские ряды, что это за бред!

Услышав выплюнутые им слова, я рефлекторно остановилась.

…Женщины не могут вступить в армию?

Что он говорит?

Я заинтересовалась…

— Ты живешь мечтой, которая никогда не осуществится! Твои усилия бессмысленны! Ты бельмо на моем глазу! Никогда больше не посещай тренировку Газель-самы!

В то время как два рыцаря оттаскивали его, он выкрикивал в мою сторону эти слова, словно прощальное замечание.

Я застыла в оцепенении.

Неподвижно стоя, я будто бы провожала их взглядом.

…Просто, что он сказал?

Ложь, ложь, ложь…!

Куроитсу-сан знал о моей мечте и обещал поддержать меня… Я уверена, что это ложь, которую он сказал от отчаяния.

В противном случае, как он и сказал, с какой целью я продолжаю изучать искусство владения мечом!?

Несмотря на то, что я пыталась убедить себя в том, что его слова являлись ложью, это семя сомнения уже проросло во мне.

Воодушевившись этим мрачным чувством, я побежала искать Куроитсу-сана.

— О, Мэл! В чем дело? Почему ты бежала ко мне?

Прибежав к тренировочной арене, мне удалось быстро найти Куроитсу-сана.

— Ах, вах!

Найдя его, я сразу подбежала к нему.

— Что не так? Ты какая-то странная…

— Это правда, ложь!? — крикнула я, прерывая его слова.

— Это ложь, что женщины не могут вступить в армию, верно!? Куроитсу-сан, вы сказали, что поддержите меня, верно?!

После моих слов, его беззаботное настроение исчезло… Выражение его лица исказилось, как будто бы он испытывал жалость.

— Я прошу прощения…

Вопреки моему желанию, извинения Куроитсу-сана заставили меня понять это.

Слова Дональда ни в коем случае не были ложью, сказанной от отчаяния.

— Зачем!?

— Одержимая местью, ты была готова рисковать своей собственной жизнью. Я понял это тогда, когда ты рассказала мне о своих мечтах… Я не мог сказать тебе, что они неосуществимы. Я даже чувствовал, что пока ты смотришь в будущее, все будет хорошо. Хотя я понимаю, что было бы лучше, если бы я сразу сказал тебе правду. Однако мне не хватило смелости для этого…

Это ложь!

Я не хотела слышать что-то подобное!

— Почему? Почему женщины не могут вступить в армию?

Куроитсу-сан не мог ответить на мой вопрос.

Скорее всего, на него просто не существовало ответа.

Увидев размытое сожалением выражение лица, я подумала о том, что мой свет в конце тоннеля погас.

Однако я не могла спокойно принять этого.

— Ах, Мэл…!

Выбегая из особняка, я услышала, как Куроитсу-сан что-то кричал мне вдогонку.

Глава 54. Его вопрос

Из-за моих слез, все, что я видела вокруг, казалось размытым.

Однако для меня это не стало препятствием для того, чтобы бежать по знакомой дороге.

Я бежала и бежала, и бежала.

Я прибежала в башню.

С некоторых пор, когда мои дела были плохи, я всегда приходила сюда.

Во время моих эмоциональных и болезненных мучений, которые я не могла пережить самостоятельно, на ум всегда приходило только это место.

Побежав вверх по лестнице, я направилась к вершине башни.

Это место являлось самым высоким этажом в ней. С него можно было увидеть весь город. Добравшись туда, я сразу же стала взглядом искать Руи.

Однако его там не было.

В тот момент, когда мне показалось, что земля уходит из-под ног, я услышала…

— Вы тоже пришли сюда, Мэл. Прошло много времени с нашей последней встречи.

Я мгновенно обернулась.

— Руи…

Увидев мое лицо, он слегка удивился.

— Что случилось, Мэл?

Я промолчала.

Я просто не могла ответить на этот вопрос.

Сделав шаг навстречу, я прильнула к нему, закрыв глаза.

Он больше не стал задавать вопросов и просто молча обнял меня.

После этого, я даже не знаю, сколько мною было пролито слез….

Я просто плакала, плакала и плакала… Я плакала до тех пор, пока не устала, и слезы не прекратили катиться по моим щекам.

После того, как темная дымка, наполненная болью и гневом, пролилась вместе с моими слезами, мне удалось восстановить самообладание.

Однако в тот момент меня беспокоило кое-что еще.

Я осознала, что находясь в плену эмоций, я обняла Руи.

Я была так смущена, что не могла поднять голову.

— Вы успокоились?

Его спокойный тон голоса заставил меня застесняться еще больше.

— Я… Я сожалею, что так внезапно….!

— Я не против, так что не волнуйтесь по этому поводу. Вы в порядке?

— Да… Выплакавшись, я чувствую себя немного лучше…

Услышав мои взволнованные слова, он мягко похлопал меня по спине.

— Ну, успокойтесь. Итак, я могу спросить, что случилось?

— Это…

— Если вы не хотите говорить об этом, то не нужно.

— Нет…

Затем я рассказала Руи о случившемся.

Я сказала, что собиралась вступить в армию, а также о том, что была вынуждена понять, что это невозможно.

Рассказывая, мои эмоции иногда опережали мои слова, из-за чего вся временная шкала моего рассказа была нарушена. Вероятно, меня было довольно сложно понять.

Однако он ни разу не перебил меня и внимательно слушал.

— Все довольно просто, — сказал он после того, как я закончила свой рассказ и замолчала.

— Просто?

— Конечно. Вы выбираете единый путь и идете прямо по нему. Я действительно восхищен вашей целеустремленностью и серьезностью.

— С-с-спасибо, — невольно заикаясь от неожиданной похвалы, сказала я.

— Я просто высказал свое мнение… Однако мы отступили от темы, не так ли? Значит, вы не можете вступить в ряды армии, так? Если вы откажетесь от своей мечты только из-за слов этого человека, то, видимо, вы не настолько сильно этого хотели.

Услышав его пронзающие слова, мне стало больно, и я рефлекторно уставилась на него.

Заметив мое выражение лица, он ухмыльнулся.

— У вас есть несколько вариантов.

— Например, просто отказаться от армии?

— Нет. Я имею в виду изменить свою точку зрения. Например… Для начала, дайте себе ответ на вопрос для чего вы хотите вступить в армию? Зачем вы полируете свое военное искусство? Для того чтобы, овладев им, получить честь через армию или для того, чтобы защищать людей?

— Это…

Задумавшись об ответах на поставленные вопросы, я опустила свой взгляд.

— Для начала, попробуйте посмотреть на это иначе. Разве это не является хорошей возможностью для того, чтобы рассмотреть ваше желание с другой стороны. Вступление в армию являлось вашей целью или средством для ее достижения?

Я не смогла дать ответ на его вопрос.

— Если первое, то я действительно вижу повод для таких сильных переживаний, как у вас. А если последнее, то зачем плакать? Если это было средством для достижения цели, то вспомните о своей целеустремленности. Не важно, как звучит формулировка вашей цели, важно то, как вы планируете приблизиться к ее достижению.

— Это сложно.

— Например, желая вступить в армию, вы пытались извлечь эту выгоду благодаря вашему мастерству фехтования, оттачиваемого вами до сих пор, верно?

— Ага.

— Вступление в армию — это единственная выгода, которую вы можете извлечь из вашего фехтования? Нет, верно? Получив рекомендации, вы могли бы записаться в Рыцарский орден или же пополнить ряды наемников, ведь они также используют мечи.

— Это правда…

— И это всего лишь один из вариантов. Таким образом, хорошо подумав, вы найдете их множество. Сначала определитесь с целью. После этого, попробуйте подумать о том, каким образом вы ее сможете достигнуть. При этом подберите несколько путей к ее достижению. Если после этого вы все равно придете к выводу, что вступление в армию это лучший способ добиться ее, то...

— То что?

— То тогда хорошо подумайте о том, как можно осуществить это. И, как следствие, переключите свои мысли на это.

— Но женщины не могут вступить в армию…

— Да, это так. До сих пор ни одна женщина не стала солдатом. Однако почему вы не можете стать первой?

— Это…

Увидев, что я, растерявшись, не могу подобрать слов, он засмеялся.

— Видите? Вы не думали об этом, верно? Вы должны все выяснить, а затем уже решать проблемы по мере их поступления… Ведь было бы здорово, если бы вы были признаны первой женщиной-солдатом армии.

В тот момент мне показалось, что туман, стоявший передо мной все это время, рассеялся.

В то же время я поняла, что он прав и тоже рассмеялась.

Тогда я осознала, что действительно не знала причины, по которой женщины не могут вступить в армию.

Возможно потому, что они были слабыми?

Или просто потому, что это был давно установленный принцип?

Моя бурная реакция была обусловлена тем, что я не могла принять это чувство одностороннего отказа.

— О, да! Я поняла вас. Я постараюсь подумать об этом. Я еще раз обдумаю причины, по которым я хотела вступить в армию. И даже обнаружив, что другого пути для меня не существует, я приложу все усилия для того, чтобы бороться за свое место в армии.

После моих слов Руи улыбнулся, и его лучезарные глаза сузились.

Глава 55. Слезы отца

— Эй, Газель!

— Вас давно не было, Ромель!

В том случае, если часто приходивший ранее в Дом маркиза Андэрсона Ромель долго не появлялся, я начинал задумываться о том, что с ним что-то случилось.

Внезапно он появился.

По сравнению с прошлыми визитами его поведение оставалось неизменным. Как всегда, он культурно разговаривал и вел себя благородно. Мне это нравилось, поэтому все было хорошо.

— Даже так… — подумал я, невольно горько улыбаясь.

Уже долгое время я находился дома только ночью.

То, что он пришел в этот конкретный день и время, означало, что он был отлично проинформирован о моем графике и мог предугадать мои планы.

Заметив небрежный тон Ромеля, я почувствовал легкую дрожь от его дотошности.

— Вы пришли как раз вовремя! У меня тоже есть к вам дело, — сказал я, когда Ромель сел в кресло передо мной.

— Вы имеете в виду подробности того случая, когда Паркс подвергся нападению, верно?

— И это тоже…

«Так и знал…» — мысленно сказал себе я.

Сказать это вслух показалось неуместным.

— Я приношу свои извинения касаемо случившегося с Парксом. Я ориентировочно следил за передвижением наемников и ловил парней, которые время от времени совершали преступления, но… Я не мог схватить преступника, прежде чем он совершит преступление, и таким образом будет доказана его вина.

— Нет, все в порядке. Поскольку вы заранее проинформировали нас об этом, в конце концов, ничего страшного не произошло. Я также понимаю причину, по которой вы это сделали. То, что я хотел спросить, было не об этом…

— Речь идет об исходных обстоятельствах, касающихся двух дел, верно?

— Именно. Почему-то у меня какое-то плохое предчувствие… Я не могу дать ему никакого объяснения, однако испытываю это странное чувство. Хотя это всего лишь моя интуиция…

— Ваша интуиция похожа на интуицию дикого зверя, — сказал Ромель.

Во время произношения этих слов выражение его лица отражало искреннюю похвалу.

— Тем не менее она вас редко подводит… Посмотрим… Эти оба дела имели один корень зла.

— Что происходит в этой стране?

— Ой, ой, это не в стране. Это происходит с территорией маркиза Андэрсона, находящейся в центре всех событий. Другими словами, вы находитесь прямо в эпицентре этого водоворота.

— Что вы такое говорите?

Услышав слова Ромеля, я был удивлен и сомневался в сказанном им.

— Жертвами последовательных похищений являлись девочки примерно одного возраста с вашей дочерью, верно? Кроме того, они стали происходить после приезда вашей дочери в столицу.

— Другими словами, все это время они были нацелены на мою дочь?

— Вероятно, она была их конечной целью. Возможно, других девочек они использовали как прикрытие своих истинных намерений, — сказал Ромель и ухмыльнулся.

— Кто он? Кто этот ублюдок, дергающий за ниточки на заднем плане?

— О… Граф Румел был пойман. Не вы ли тот, кто поймал его? Учитывая это, разве дело о похищениях не считается раскрытым?

— Вам не кажется, что этот парень не обладает такой хитростью? — вопросом на вопрос ответил я Ромелю.

Не опровергая мое вмешательство, Ромель замолчал.

Я воспринял его молчание, как знак согласия.

— Прежде, чем я отвечу на ваш вопрос, мне бы хотелось разобраться с моим делом к вам.

В разгар тяжелого молчания, Ромель внезапно сменил тему.

— Я надеюсь, вы мне сможете помочь.

— Итак, какое у вас дело ко мне? Вы выглядите довольно уставшим, возможно, стоит отложить этот разговор на другой раз?

— Вы правильно заметили… Я действительно выгляжу немного уставшим. Я обратил внимание на то, что вы редко бываете в особняке во второй половине дня. Чем вы заняты в это время?

— Я занимаюсь некоторыми территориальными делами. Обычно я перепоручаю их другим, однако сейчас веду их сам.

— Ой-ой… Я знаю, что даже будучи занятым в качестве генерала, вы не позволите себе игнорировать вопросы, связанные с вашей территорией. Тем более что на вашей территории можно добыть руду хорошего качества и подобные ей ископаемые. Вы должны внимательно контролировать дела в этой области.

Дом маркиза Андэросона являлся семьей, получающей военные награды с момента основания нации.

С самого начала на территории, которой управляет Дом маркиза Андэрсона, было много гор, благодаря которым можно было добывать много руды.

Железная руда была самой используемой.

Полученную на их территории железную руду они превращали в оружие. По этой же причине, с давних времен, большинство людей, живущих на этой территории, изучали военное искусство.

— Даже учитывая то, что я изначально знал о том, что стану главой Дома, такие вещи, как менеджмент, мне до сих пор кажутся полным бредом.

— Ваша интуиция ограничена полем битвы, верно? Боже, как же хорошо, что я сегодня пришел к вам. Как вы считаете, Газель, мне уже удалось заслужить ваше доверие?

— Неожиданный вопрос. Не спрашивайте о таких смущающих меня вещах с таким серьезным выражением лица.

— Хорошо. Прежде чем мои люди начнут расследования, я осмелился приехать сюда и непосредственно сам поговорить с вами. Газель, не могли бы вы мне показать последние данные о шахтах?— спросил Ромель серьезным тоном.

Если бы он был обычным дворянином, то его просьба показалась бы неуместной и тут же была бы отклонена.

В конце концов, он просил показать ему данные по моим собственным активам.

Об этом просил человек, являющийся премьер-министром этой страны.

— Хорошо, сейчас…

Для меня это не являлось проблемой, поэтому я легко передал документы Ромелю.

На мгновение выражение лица Ромеля стало удивленным.

— Учитывая то, что вы меня об этом попросили, видимо, это важно для вас, верно? Я вам доверяю. Не как премьер министру, а как человеку. Я довольно плохо разбираюсь в этом…. Думаю, что взглянув на эти данные, вы с легкостью разберетесь с ними.

— Постараюсь, — пробормотал Ромель.

Пытаясь скрыть смущение, он взял документы и приступил к их анализу.

Его скорость во много раз превышала мою.

Он просматривал страницу за страницей настолько быстро, что создавалось впечатление, будто бы он просто считает их количество.

— Ой, Газель. Когда вы в последний раз ходили осматривать шахты?

— Около месяца назад. Как раз тогда я по каким-то делам находился на территории.

— А до этого?

— Да кто его знает! Периодически осматривал.

— Тогда, вы, вероятно, заметили, что по сравнению с прошлым на шахтах что-то изменилось?

— Не заметил. Наверное, не зря у меня было плохое предчувствие… Что случилось?

— Железную руду разворовывают.

— С чего вы это взяли?

— Вы спрашиваете меня с чего я это взял… Обратив внимание на изменённые цены, указанные в этом документе и сравнив их с заработной платой ваших подчиненных, отвечающих за это дело, воровство очевидно. Я бы вам советовал также проследить и за кузнецами. Мы должны срочно собрать улики в Торговой Гильдии.

— Кто бы это мог делать? С какой целью?

— Тот самый парень, о котором мы говорили ранее. Он же управляет ниточками, за которыми вы гоняетесь.

— Скажите, Ромель, не могли бы вы не тянуть и все мне рассказать? Кем является эта закадровая личность… — сказал я и горящими глазами посмотрел на Ромеля.

— Да, я все расскажу. Но только после того, как мы отследим эту железную руду… Хорошо?

— Зачем!?

— Ради вас.

— Что вы имеете в виду?

— Вначале я планировал рассказать вам все сразу и положить делу конец. Однако я хочу быть точно уверенным в том, что мои возникшие ранее подозрения касаемо вашего участия в заговоре беспричинны.

— Бах! — я толкнул Ромеля к стене.

— Вы думаете, что я был причастен к смерти Мерильды!?

— Да, вы меня правильно поняли, — исказив лицо от боли, утвердительно ответил Ромель.

— Сволочь!

Сильно прикусив губы, я с силой схватил Ромеля за воротник.

— Я сказал это… Мне известны случаи, когда дворяне скрывали свою стратегию под толстой маской! Люди использовали своих любимых ради достижения заветных целей.

— Не смей оскорблять Мерильду и мои чувства!

— Я уже понял! Вы не из таких!

Услышав эти слова, я немного ослабил силу своих рук.

— Я провел с вами достаточно много времени, прежде чем понять это. Я уже не думаю так. В данный момент я доверяю вам так же, как и вы мне.

— Тогда скажите мне! Кто, черт возьми, тот, кто заставил мою Мерильду умереть? — с горечью кричал я.

С тех пор, как мы начали общаться, я впервые был в таком состоянии.

— Вы до сих пор не поняли? Этот человек достаточно близок к вам. Это меня и натолкнуло на мысль о том, что изначально и вы учувствовали в этом сговоре. Он настолько ценен для вас, что я не смог бы убедить вас в его виновности, даже завоевав ваше доверие! И это тот, кто имеет возможность перенаправить эту железную руду в нелегальные каналы!

— Не говорите что это… — ошеломленно пробормотал я в ответ на крик Ромеля.

В этот же момент силы покинули мое тело, и я, наконец, отпустил Ромеля.

Ромель присел.

— Вам не нужно больше ничего говорить. Вы правы.

Шатаясь, я дошел до стула и рухнул на него.

Затем, наклонившись вперед, я закрыл руками лицо.

Видя мое состояние, Ромель сочувственно смотрел на меня.

В комнате воцарилась гробовая тишина.

Ни один из нас не решался произнести ни слова.

Громадная, обременяющая правда заставила меня бессознательно дрожать.

— Пожалуйста, проговорите это. Я смогу поверить только вашим словам…

В конце концов, нарушив молчание, я произнес это.

Ромель вздохнул.

— Тот, кто заказал бандитов, убивших вашу любимую жену… Тот, кто манипулировал парнями, напавшими на вашу дочь и сына… Тот, кто присвоил себе железную руду... Тот, кто планирует организовать восстание… Этот человек… Ваш младший брат.

Услышав слова Ромеля, я заплакал.

Глава 56. Реальность, брошенная мне моим отцом

— Почему!? Почему вы говорите мне отказаться от меча? Я не верю, что это говорите мне вы, отец! — упрекнула я отца.

После моих слов, его выражение лица ни на секунду не изменилось.

— Ты спрашиваешь почему? Ты являешься дочерью маркиза и не знаешь? Ты обязана вступить в политический брак, — сказал отец невероятно спокойным тоном.

— …

Услышав его непринужденно сказанные слова, я потеряла дар речи.

— То, что дочь маркиза владеет мечом, является неестественным и странным… Я думаю, что с сегодняшнего дня для тебя будет полезнее получать знания, которые в будущем пригодятся тебе в семье с будущим мужем.

— Я не хочу! Я… Я…

— Это уже решено! Я не принимаю никаких возражений! — сердито крикнул отец в то время как я все еще пыталась противостоять ему.

— Через неделю мы посетим Дом герцога Армелии, — сказал отец и ушел.

Некоторое время я стояла в оцепенении.

В конце концов, силы покинули мое тело, и, расслабившись, я присела.

Я вообще не понимала, почему все так…

Отец неожиданно вызвал меня, чтобы сообщить, что я буду помолвлена со старшим сыном Дома герцога Армелия.

Во время того, как я пыталась отшутиться, задавая вопрос о том, что, возможно, это шутка, он с серьезным выражением лица сказал мне, что этот вопрос уже решен.

Вдобавок к этому, мне сказали, что мне как «дочери маркиза» и «будущей герцогине» с сегодняшнего дня запрещены тренировки с мечом.

На самом деле, почему все именно так случилось в моей жизни?

Что-то внутри меня с грохотом стало рушиться.

Ради достижения цели, я до сегодняшнего дня продвигалась по выбранному пути, и вот, в конце концов, этот путь перекрыт.

Как будто бы сама цель была моей иллюзией, и вот сейчас она просто исчезла.

Несмотря на это, я не хотела, чтобы усилия, которые я приложила для продвижения по этому пути были напрасными… Думая об этом, я смогла собраться с мыслями и прийти в себя.

Это было неправильно.

Всю свою жизнь я шла по тому пути, который выбрала по собственной воле.

Путь в будущее, по которому я должна была следовать, должен был быть выбран никем иным, как мною.

Ранее, мне казалось, что отец одобрял свободу моего выбора…

Иначе, вероятно, что я не смогла бы взять меч в руки.

Ведь, как сказал отец, это было невозможным для дочери маркиза.

Меч, которым я так гордилась… Свобода выбора моего будущего пути была украдена у меня.

Испытываемое мною отчаяние было огромным. Мои мечты, свободу, надежды на будущее забрали.

— Ах… Ах… Ааааааах! — закричала я, всем сердцем ощущая тяжесть отчаяния.

Почему? Почему? Почему?

Почему так случилось?

Что я сделала не так?

Это потому, что я имела возможность заниматься тем, чем мне нравилось?

Или это было сном?

Может быть, все с самого начала было неправильным?

Естественно, так как я находилась в одиночестве, никто не мог ответить на вопросы моего внутреннего монолога.

Не имеющая выхода обида сидела внутри меня.

Лежа на полу, как будто бы извергая это жгучее чувство, я продолжала кричать.

А потом, примерно тогда, когда мой голос полностью охрип, я неуверенно встала.

Мое лицо было бледным.

Я с нежностью прислонила руку к стеклу окна.

Я это сделала так, как тогда, когда узнала, что цель моей мести исчезла.

Прохлада, ощущаемая кончиками моих пальцев, немного успокоила мою душу.

В таком случае, я просто, как тогда, закрою глаза.

Интересно, захочется ли мне, как тогда, изолироваться от всего и всех? Мне так же не захочется никого видеть и слышать?

Нет…

Потому что я все еще хотела достигнуть своей цели.

Возможно, я еще не выбрала путь, который приведет меня к ней, однако, если я перестану его искать, мои надежды действительно рухнут.

Я вспомнила, как во время нашей последней встречи Руи говорил о том, что нужно всегда продолжать борьбу за то, что для тебя важно.

Я крепко сжала кулаки.

Затем, взяв свой любимый, еще не конфискованный меч, я вышла из комнаты.

Несмотря на то, что мои мысли еще не были упорядочены, я, словно пытаясь стереть свое присутствие, быстро выбежала из особняка.

Пересекая сад, я направилась не к главным воротам, а к выходу, используемому слугами.

Через некоторое время я окажусь снаружи… Затем, глядя на постепенно увеличивающиеся размеры входа, по мере моего приближения к ним, я внезапно подумала о себе.

В своих действиях я ни в коем случае не руководствовалась каким-либо планом… Происходящее являлось результатом моих импульсивных действий.

«Если бы такая девушка как я вышла вот так на улицу, что бы она делала?» — мысленно я задала себе вопрос.

Единственное, чего я не хотела сделать в тот момент, так это позволить моим ногам остановиться.

Не имея выбора, я продолжала идти вперед.

«Вначале я выскользну из особняка, а уже потом подумаю, что делать дальше…» — подумала я.

— Ты думаешь, что действительно сможешь сбежать….

Увидев человека со знакомым лицом, стоящего перед выходом, я удивилась и автоматически остановилась.

Почему отец здесь?

Его появление там выглядело так, как будто бы он прочитал мои собственные мысли. Это привело меня в изумление.

…Это было смертельно….

Даже серьезно сражаясь с отцом, я смогла бы победить его только один из трех раз.

Учитывая мое расслабленное состояние, я понимаю, что во время борьбы он бы с легкостью смог отразить мой меч.

Отец, увидев мой меч, сразу конфисковал его.

Этот огромный провал снова заставил почувствовать меня тяжелое отчаяние, словно валун обрушившееся на мое сердце.

— Теперь, Милли, вернись в свою комнату. Чтобы ты ни придумала, ты не сможешь повлиять на мое решение.

Таким образом, меня, как преступника, задержанного полицией, потащили в мою комнату.

Глава 57. Мой конфликт

После неудавшегося побега мой меч конфисковали, а тренировочную одежду уничтожили.

Я была вынуждена жить под круглосуточным наблюдением.

Если бы наблюдение за мной вел кто-то из сторожевого корпуса, то я бы могла легко избавится от них и сбежать… Однако смотрящей за мной была бабушка вместе с другими слугами, поэтому я не могла ступить даже шагу.

Мои стражники не являлись комбатантами, поэтому я не могла позволить себе действовать иначе.

Я не решилась бы на то, чтобы обидеть этих безупречных девушек-слуг ради своей выгоды.

Были бы они членами Корпуса Гвардии, я, словно на тренировке, не раздумывая и не сдерживая себя, могла бы побороть их.

Дождавшись подходящего момента, я попыталась сбежать. Однако, заметив это, одна из слуг громко спросила:

— Милли-сама, в чем дело!?

Таким образом, окруженная этими суетливыми девушками, я не могла ступить и шагу. Они сразу заставляли меня вернуться в комнату.

Наверное, вы думали, что меня всегда охраняли хорошо обученные мускулистые члены Корпуса Гвардии….

Сейчас, столкнувшись с полной противоположностью моих ожиданий, я была бессильна.

Был ли отец тем, в чьей голове возникла идея такого состава? Я не знала… Однако, человек, придумавший это, действительно мог предугадать ход моих мыслей.

В конце концов, мне так и не удалось сбежать, и жизнь продолжалась.

Сегодня я безучастно продолжала проводить время, глядя в окно.

— Руи… — пробормотала я его имя.

Помимо того, что была украдена моя свобода, мне без моего согласия выбрали партнера… Думая об этом, я подумала о Руи.

Меня беспокоил тот факт, что я до сих пор не рассказала ему о моей симпатии к нему.

Я, наконец, осознала, что испытываемые мною чувства и эмоции назывались «любовью».

Даже если эти чувства ни к чему не приведут, я хотела бы ему выразить свою благодарность за то, что подарил мне возможность испытать их.

Я понимала, что для дочери Дома маркиза политический брак является вполне реальным будущим.

Однако даже, зная об этом, я не могла предположить, что подобное будущее ждет и меня.

Именно поэтому я мечтала о том, как я продолжаю владеть мечом.

В моих мечтах было также то, как я рассказала ему о своих чувствах и вместе с ним отправилась в будущее.

— Ты мне нравишься… — переполняясь от эмоций, сказала я, но мои слова бесследно растворились в воздухе.

Я горько улыбнулась этой реальности и вздохнула.

Глядя в окно, мне казалось, что я была снаружи.

Однако это все являлось только иллюзией.

Я все еще была отделена от внешнего мира за окном… Ситуация совершенно не изменилась.

Несмотря на то, что внешний мир казался так близок, моя свобода была далеко…

Это как расстояние между ним и мной… Я бессильно рассмеялась.

«Несмотря на то, что мы были так близки, сейчас мы так далеко…» — подумала я.

Подумав об этом, я уперлась в окно крепко сжатым кулаком.

Я сжала кулак настолько сильно, что мои ногти впились в ладонь, и появилось небольшое количество алой крови.

Кап… Кап…

Кровь поползла по окну… Алые капли стекали все ниже и ниже…

По моему лицу, отражающемуся в стекле, словно текли багровые слезы.

— Я не хочу сдаваться, — сквозь зубы сказала я.

Эти чувства не соответствовали чувствам дочери Дома маркиза Андэрсона.

Однако…

Желание свободы эгоистично?

Это по-детски иметь мечту?

Мой разум считал, что я должна выполнить свой долг, а мой инстинкт настаивал на том, что имею право избавиться от этого всего.

Эти две противоположные мысли столкнулись в моем сознании.

Нет, я не правильно выразилась, сказав, что они столкнулись…

Мое чувство разума отчаянно останавливало меня, склоняя к следованию моему инстинкту.

Вдруг, отойдя от стекла, я запоздало ощутила боль в ладони.

Небольшие раны, которые я нанесла сама себе, были отчетливо видны.

— Стук, стук, стук….

Внезапно я услышала стук, доносящийся за моей дверью.

Глава 58. Желание старшего брата

— О-дзё-сама, Паркс-сама пришел повидаться с тобой.

Услышав прозвучавшие вне комнаты слова бабушки, я вытерла с ладони кровь и направилась к двери, которая являлась единственным входом и выходом из этой спальни.

Соседней комнатой с ней была комната для «Мелисы».

Когда дверь открылась, я, быстро оглядевшись вокруг, заметила, что трое следящих за мной слуг выстроились в очередь.

Как и следовало ожидать, наблюдать за мной прямо из моей второй комнаты было не слишком удобно, поэтому бабушка и другие слуги находились там.

В конце концов, пока они контролировали территорию за пределами моей спальни, я была вынуждена оставаться там и не имела возможности для побега.

Обменявшись взглядами с бабушкой, стоящей у входа в гостиную, я дала свое подтверждение, и она открыла внутреннюю дверь.

— Давно не виделись, Милли!

— Я рада видеть, что у тебя все хорошо. Как дела в Академии?

— Я наслаждаюсь своим пребыванием там. Милли, мне кажется, ты бледна.

Услышав слова своего старшего брата, я мягко коснулась своего лица.

Даже попытавшись сгладить ситуацию, ничего бы не вышло, так как было уже немного поздно для этого.

— Я слышал, что случилось.

— Конечно, ты слышал…

Подавив свое раздражение, я рефлекторно рассмеялась.

— До брачного интервью еще три дня, а ты все еще надеешься сбежать?

Именно потому, что этот вопрос задал мой старший брат, я могла честно утвердительно кивнуть ему в ответ.

— Я, в свою очередь, тоже хочу тебя кое о чем спросить… Почему отец вдруг решил меня выдать замуж?

— Я так же, как и ты, не знаю о его истинных намерениях… Однако, я думаю, у него должна быть вполне весомая причина для этого.

— Это все во благо Дома маркиза Андэрсона?

— Кто знает? Я не могу сказать наверняка, что это что-то в этом роде.

— Тогда, что…

— Я не знаю. В конце концов это всего лишь мое предположение… Однако, основываясь на действиях отца до сих пор, я не мог себе даже представить, что он пожертвует тобой ради Дома маркиза Андэрсона.

Как будто бы прося объяснения сказанного, я пристально смотрела в глаза старшего брата.

Заметив характер моего взгляда, он улыбнулся.

— Отец больше чем кто-либо другой гордился тобою и признавал твой талант в военном искусстве. Именно поэтому я думаю, что для принятия такого решения у него была довольно веская причина.

Мысленно, я размышляла над словами брата.

— Даже если у него есть какая-то причина, она ничего не значит для меня, так как я ее не знаю, верно? На самом деле я не совсем уверена в том, что так и есть на самом деле.

Хотя, даже если бы я знала причину такого решения отца, то я, наверное, все равно бы добровольно не согласилась на это.

— Теперь, когда у меня так много свободного времени, я читаю книги.

Старший брат на мгновение растерялся, услышав, как я внезапно сменила тему.

— Среди них была одна книга, которая показалась мне очень интересной. Главной героиней была дочь главы какой-то деревни. Она с детства любила играть в швею, и, в конце концов, у нее появилась цель открыть собственный магазин дизайнерской одежды. Во время того, как она находилась на пути к своей цели, она встретила купца и влюбилась в него. Спустя время, она вышла за него замуж, таким образом, выступая против своих родителей, желающих выдать ее за другого парня ради деревни. В итоге, главная героиня сбежала с этим торговцем и стала успешным дизайнером в другой стране. Что ты думаешь об этой истории?

История, которую я рассказала, действительно существовала.

Возможно, это не то, что должна была читать дочь дворянина, но, желая усовершенствовать свою женственность, я читала все то, что могло бы мне помочь в этом.

— Понятно… Такие истории обычно нравятся девушкам, — с улыбкой сказал старший брат.

— Я буду откровенен… Так как это твоя собственная жизнь, я считаю, что ты вправе выбирать свой собственный путь. Тем более, пока у тебя есть решительность и искренность.

— Решительность и искренность, не так ли? — невольно повторила я слова брата.

«Решительность и искренность» были моим кредо в битве.

Решимость быть убитым и решимость убить.

И, так как невозможно вернуть тех, кто был потерян, нужно искренне не забывать тех, кто был принесен в жертву.

Поскольку это было связано с моими внутренними убеждениями, слова старшего брата впечатлили меня.

— На самом деле, мы не знаем, была ли рада главная героиня тому, что родилась в доме, который управляет этой деревней. Поскольку описания не так много, мы можем только предположить, что, родившись в этой деревне, она, вероятно, наслаждалась довольно хорошей жизнью там, верно? Если это так, то принести в жертву свое будущее ради ее развития было бы довольно справедливой компенсацией. Если героиня должна отказаться от всего, что было сделано для нее до этого момента, то, вероятно, она должна нести ответственность за свой выбор. И потом, она также должна иметь искренность, чтобы не забывать то, что было принесено ею в жертву… Если же девушка выбрала другой путь, в котором не было этого, то ее поступок можно считать ничем иным, кроме как проявления детского эгоизма.

— Называть это жертвой довольно таки интересно.

— Почему? Чтобы что-то получить люди должны чем-то жертвовать. С самого начала сдаваться, чтобы не пришлось чего-то лишиться глупость… Хотя я могу сказать, что это нормально, когда есть вещи, которые ты уже не можешь изменить. Говоря об этой истории, узы с ее семьей являются компенсацией, которую заплатили деревенские жители. И, следовательно, с тех пор ее будущее принадлежит ее спутнику, а именно торговцу.

— Ее будущее с компаньоном-купцом?

— Все верно. Если он выберет главную героиню, то он, в свою очередь, тоже должен будет чем-то пожертвовать. Так же, как это сделала она. Например, если бы он был наследником какого-то большого магазина, возможно, у него была тоже своя невеста. Отбросив это обстоятельство, чтобы соединить свою жизнь с главной героиней, он, вероятно, не сможет унаследовать полагающийся ему магазин. Кроме того, направившись в новую страну, он потеряет все свои важные наработанные годами связи. Ну, это всего лишь мои предположения, основанные на истории, рассказанной тобой, поэтому мы не знаем какие на самом деле были обстоятельства в той ситуации.

Я не была потрясена словами старшего брата.

Я всегда думала о том, что каждый должен нести ответственность за свои действия.

Тем не менее его слова были правдой… Если бы я каким-то образом смогла сбежать из Дома маркиза Андэрсона и признаться Руи в своих чувствах, возможно, они бы стали для него обузой.

Потому что имя Андэрсона очень влиятельно в нашей стране.

Я могу позволить себе стать его кандалами? Кандалами того, кто так много работает ради достижения своей цели?

Мой ответ был отрицательным.

Я понимала то, что так будет.

Я слышала, как он говорил об этом.

О том, сколько времени он тратит на достойное выполнение своих обязанностей ради продвижения на пути к своей цели.

Несмотря на это, я перекрою ему этот путь?

Это… Я не хочу этого делать.

— Милли?

Заметив, как я, нахмурив брови, задумалась, старший брат взволнованно окликнул меня.

— Все нормально. Я просто немного задумалась.

— Да?

— Да.

Заметив то, как я кратко отвечала, он понял, что спрашивать у меня что-либо еще, будет бессмысленным.

— Независимо от того, какой ты выберешь путь, я не буду осуждать тебя.

Когда я услышала то, что он пробормотал вместо каких-то еще вопросов, я удивлённо подняла голову.

— Однако просто не пожалей об этом. Не становись тем, кем ты не сможешь гордиться. Потому что наступит момент, когда ты откажешься от всего, что взращивала в себе до того дня.

— Брат…

— Идя по пути военного искусства, ты казалась мне потрясающей. Я уверен, что внутри тебя непоколебимое сердце. Я всегда восхищался тобой.

Его неожиданные слова лишили меня дара речи.

Я могла только глупо открыть рот от удивления.

— Разве это не очевидно? По крайней мере я, наследник благородного Дома маркиза Андэрсона, никогда не достигну твоего уровня.

Я не знала, что старший брат был обо мне такого высокого мнения.

— Старший брат…. Тебе не кажется, что, унаследовав Дом маркиза, ты приобретешь тяжелое бремя? Ты никогда не думал отказаться от этого или сбежать? Думал ли ты о том, чтобы вместо этого заниматься чем-то интересным для тебя, например, участвовать в разработке стратегий для армии?

— Сказав, что не думал, я солгу, — сказал брат, ухмыльнувшись.

— Тем не менее я никогда серьезно не задумывался о том, что именно я буду нести такую ответственность, особенно учитывая мои физические данные. С другой стороны, я мог бы обладать большим авторитетом. Я больше не хочу потерять кого-то близкого, а также не хочу позволить кому-либо испытать такую потерю. На пути к этой цели владение таким большим авторитетом поможет мне в этом, верно?

Он снова сказал то же самое…

Желание старшего брата было таким же, как и мое.

Внезапно я почувствовала неописуемое сожаление.

Находясь в шоке от внезапного препятствия на пути, я упрямо держалась за свою мечту и позволила своему полю зрения сузиться?

«Неужели я забыла о своем первоначальном желании?» — мысленно подумала я.

«Например… Для начала, дайте себе ответ на вопрос для чего вы хотите вступить в армию. Зачем вы полируете свое военное искусство? Для того чтобы, овладев им, получить честь через армию, или для того, чтобы защищать людей?»

— Это на самом деле было так…— как будто мысленно я ответила на сказанные им в прошлом слова.

— Большое спасибо, старший брат.

На мою внезапную благодарность старший брат молча протянул руку и погладил меня по голове.

Благодаря его жесту, я почувствовала тепло в своем сердце.

— Все, что я тебе сказал, правда. Независимо от того, какой ты выберешь путь, он будет правильным для тебя только в том случае, если ты никогда не пожалеешь о том, что выбрала именно его.

Сказав это, старший брат вышел из комнаты.

Глава 59. Моя помолвка (часть 1)

После нашего разговора с братом прошло три дня.

Это время пролетело мгновенно.

И сегодня я собиралась в Дом герцога Армелии вместе с отцом.

Поговорив со старшим братом, я приняла решение отказаться от идеи побега.

После разговора с ним, у меня не было уверенности в том, что, сбежав, я не пожалею о таком выборе.

Была ли моя жажда свободы эгоистичной?

Было ли это детской мечтой?

Нет, не было. Такого не было.

Важнее свободы и моей мечты была моя цель.

И моя свобода, и моя мечта были направлены на достижения моей цели.

В таком случае, что я должна делать, чтобы осуществить эту мечту? Я должна вернуться в прошлое и начать все снова.

Интересно, сможет ли Дом герцога Армелии поспособствовать скорейшему достижению моей цели? Честно говоря, это казалось чрезвычайно сомнительным.

Тем не менее я решила не думать об этом.

Я не умею ничего, кроме того, как владеть мечом. Именно поэтому изначально я не видела других способов достижения своей цели. Теперь, вероятно, появится хорошая возможность для поиска других вариантов.

Кроме того, я начала думать о том, чтобы что-то попробовать новое.

Это был дом первоклассных дворян.

Дом герцога Армелии, мужчины которого служили премьер-министрами той страны в течение нескольких поколений.

Однако, даже решив пойти на это, мысли о Руи и мои давние сожаления не давали мне покоя.

Если бы я могла встретиться с ним, что бы я сделала?

Что бы произошло, если бы я сказала ему о своих чувствах?

Я подумала, что если я не буду подбирать слова во время разговора, то помолвка с Домом герцога Армелии могла бы провалиться.

Если старший сын герцогского дома окажется одним из тех безнадежных людей, которые считают себя благородными лишь только из за своего происхождения, то, выйдя за него замуж, возможность осуществления моего желания отдалится, и самым лучшим вариантом в таком случае будет действительно побег.

Однако, даже сбежав, я бы не решилась продолжать свой путь вместе с Руи.

Просто потому, что я не хочу становиться его оковами.

В моих глазах отразился его боковой профиль.

Оплакивая в прошлом жертв битвы с Товаиром, он поклялся, что больше не допустит гибели людей… Он хотел работать на благо страны. Это было его целью.

Было бы хорошо, если бы мы могли идти вместе к одной цели.

— Ты закончила свои приготовления? — сказал появившийся в комнате отец.

Отец был одет в стильную военную форму, не имеющую кнопок.

— Да…

Прямо сейчас бабушка вместе с двумя другими слугами занималась моим внешним видом.

На моей голове были наращенные волосы, а на мое лицо был нанесен легкий макияж.

Я была одета в платье, специально сшитое для этого мероприятия. Поскольку я уже давно не носила такую одежду, мне было некомфортно в ней.

Мое изображение в зеркале настолько отличалось от моего обычного внешнего вида, что мне хотелось спросить, кто, черт возьми, это?

— Это похоже на мошенничество, — подумала я и похвалила бабушку за проделанную работу.

Следуя за отцом, я села в карету.

Тишина, царившая в карете, была настолько напряженной, что даже дышать было тяжело.

С тех пор, как случилась эта драка, похожая на драму, изображающую побег беглеца, я практически не разговаривала с отцом.

Я не могла придумать повод, чтобы заговорить с ним сейчас.

Как будто бы убегая от этих мыслей, я повернулась к окну и уставилась на пролетающие снаружи картинки.

Казалось, время тянулось ужасно медленно.

Находясь в такой тяжелой атмосфере, я вынужденно глубоко вздыхала бесчисленное количество раз. Столько же раз я мысленно задавала себе вопрос о том, когда же мы уже приедем. Наконец, мы прибыли на виллу Дома герцога Армелии.

Подойдя к воротам, мы увидели приветствующего мужчину средних лет, напоминающего дворецкого.

— Мы прибыли слишком рано? — неожиданно отец заговорил с ним весьма веселым тоном, как будто бы они уже неоднократно встречались ранее.

— Нет, совсем нет. Наш Мастер с нетерпением ждет вашего с дочерью прибытия, Газель-сама.

— Понятно. Это хорошо… Милли, познакомься, этого парня зовут Альф, и он работает здесь дворецким.

— Как дела? Меня зовут Мелиса Риз Андэрсон.

— Спасибо, что вы так вежливы с таким простым дворецким, как я. Я являюсь ответственным за столичную резиденцию. Меня зовут Альф. Я рад знакомству с вами. Теперь, Газель-сама, Мелиса-сама, позвольте мне иметь честь проводить вас. Проходите, пожалуйста, сюда.

Мы последовали за Альфа-саном.

Внутренняя часть особняка была не такой уж безвкусной, как я себе представляла. В комнате, украшенной мебелью, царило чувство собственного достоинства, и создавалось впечатление, что она хранит в себе какую-то историю.

— Я прошу прощения…. Газель-сама и Мелиса-сама прибыли, — сказал Альф-сан, остановившись перед единственной дверью.

Без промедления с лязгом отворилась дверь.

Думая о том, что сейчас наконец-то произойдет встреча с герцогом Армелии, я настолько волновалась, что во время ходьбы в моих ногах чувствовалась дрожь.

Наблюдая за своей походкой, я перевела взгляд на отца.

В тот момент, когда я остановилась, волнение достигло своего пика.

Однако я не могла продолжать смотреть в пол, поэтому пришлось поднять свой взгляд.

На мгновение появилось что-то, что заставило меня забыть о происходящем.

Я была настолько удивлена, что увиденное мной не укладывалось в моей голове.

Почему? Почему Ромель-одзи-сан здесь!?

Несмотря на то, что я хотела закричать, я не могла вымолвить ни слова.

Я просто, словно рыба, хватала ртом воздух.

— О, дорогая, исходя из твоего выражения лица, Газель не рассказал тебе обо мне, верно?

— У меня не было свободного времени для этого. Как вы и ожидали, Милли попыталась сбежать. После этого инцидента мы больше не встречались, — неохотно ответил отец.

Несмотря на мои мысли о том, что, возможно, произошла ошибка и это просто совпадение, услышав их разговор, я поняла, что это не так.

Как и ожидалось, герцогом Армелии был Ромель-одзи-сан!

— Извини, что удивил тебя. Еще раз представлюсь, я Ромель Джиб Армелия.

— Что? что? Почему…?

— Можешь не удивляться… Это правда. Не то, чтобы я лгал тебе до сих пор… Кстати, мы действительно встретились в баре.

— Кто бы мог подумать после общения с вами о том, что вы глава герцогского Дома? Несмотря на то, что вы не лгали, я чувствую ваше озорство в том, что и правду вы тоже не сказали.

— Пожалуйста, остановись, иначе я буду смущен. Я просто умею хорошо играть. И даже если ты скажешь, что я не выгляжу как глава герцогского Дома, ну…

— Тише…

Разговаривая с О-дзи-саном, я понимала, что немного грубила ему. Однако кто бы мог поверить в случившееся!

Кто мог поверить в то, что О-дзи-сан был одним из высших дворян этой страны, а также главой герцогского Дома Армелии!?

— Ой, пришло время знакомства с моим парнем.

Находясь в замешательстве, я полностью забыла о причине нашего визита, однако, услышав эти слова, я снова пришла в себя.

Кем является сын О-дзи-сана?

Несмотря на мой интерес, подумав о мотиве нашей встречи, мое настроение ухудшилось.

Я чувствовала себя еще более взволнованной, чем тогда, когда входила в комнату. Мое сердце выпрыгивало из груди.

Послышался стук в дверь.

Когда О-дзи-сан кивнул, один из слуг Дома Армелии, находившийся у дверей комнаты, беззвучно открыл их.

Я быстро опустила голову.

— Я прошу прощения…

Однако в тот момент, когда я услышала до боли знакомый голос, исходящий со стороны дверей, я подняла голову.

— Ах!

Увидев рассеянно уставившегося на меня говорящего человека, я невольно воскликнула.

Я была удивлена настолько, что даже повторное знакомство с Ромель-одзи-саном не шло в сравнение.

Я просто смотрела на того, кто вошел в комнату.

Он был удивлен не меньше меня и ошеломленно смотрел в мою сторону.

— Милли?

Как я и думала, это был он.

Он был тем, кого я знала.

— Почему вы здесь?

Мое убеждение углубилось после его слов.

Затем я смогла пошевелиться.

Глава 60.1. Моя помолвка (часть 1)

— Это я хочу знать, почему вы здесь!? Руи!— в упор глядя на него, я потребовала объяснений.

— Вы находитесь в моем собственном доме, — сказал он с удивленным и в то же время обеспокоенным выражением лица.

— Тогда, может быть, вы…

Услышав наш разговор, Ромель-одзи-сан рассмеялся.

— Хахаха… Мои предположения подтвердились!

— Что за глупости вы говорите? Лучше пусть Милли расскажет, как познакомилась с Руи-доно! — сказал отец, пристально посмотрев в глаза Ромель-одзи-сана.

— Что тут рассказывать? Поскольку они, кажется, уже хорошо знакомы, им, вероятно, будет неловко разговаривать при родителях, поэтому, Газель, давайте покинем эту комнату.

«Ой, подожди минутку! Не меняй тему…» — видимо, хотел сказать отец, но Ромель-одзи-сан быстро потащил за собой отца, словно пытаясь это предопределить.

— Вы знали? Что вашей гостей сегодня буду я….

— Я не знал. Помимо всего, отец сказал, что это его приказ… Мне показалось это странным, однако я и подумать не мог, что придете вы.

— Тогда…. Вы планировали обручиться с дочерью Дома маркиза Андэрсона?

Я понимала, что задать такой вопрос ему было несправедливо, так как я находилась в том же положении, что и он.

— Нет… Мне было приказано прийти сюда, но при этом после встречи я должен был сам принять решение хочу ли я обручится с ней. Я планировал отказаться.

— Да?

Пытаясь понять истинный смысл его слов, я не могла интерпретировать его так, как мне бы хотелось.

Сидя на стуле, Руи глубоко вздохнул.

— Он снова одурачил меня. Без сомнения, этот человек ожидал, что все так и будет…

Явно показывая свою неудовлетворенность, Руи энергично взъерошил свои волосы.

Его челка стала растрепанной.

— Милли.

Вздохнув, он поднял голову и посмотрел мне в глаза.

Его мощный взгляд поразил меня, и мое тело инстинктивно задрожало.

— Вы мне нравитесь.

Услышав это, я почувствовала, что что-то внутри моей головы взорвалось.

Смущение и счастье одновременно переполняли меня. Мои мысли не поспевали за происходящей реальностью.

— Вот почему я планировал отказаться от помолвки с дочерью Дома маркиза Андэрсона.

Такое признание в любви было впечатляющим.

Исходя из смысла его слов, я ему нравилась как Милли, а не как дочь Дома маркиза Андэрсона.

— Почему так? Разве вы не сын Дома герцога Армелии? Раньше вы говорили, что хотите превзойти своего отца, поэтому, я думаю, было бы лучше, если бы ваша жена была родом из властного Дома.

Мой вопрос был бессмысленным.

Ведь я была единственной дочерью Дома маркиза Андэрсона, и этот факт уже никогда не изменится.

До сих пор я, можно сказать, никогда не задумывалась об этом, но кровь, пульсирующая в сосудах моего тела, принадлежала непосредственному наследнику знаменитой военной семьи, Дому маркиза Андэрсона.

Что еще более важно, я являлась дочерью человека, которому было присвоено звание Героя… Среди аристократического общества он, вероятно, был признан влиятельным человеком.

Вопрос заключался в том, смогу ли я вести себя как дворянка в условиях высшего общества.

Оставив размышления в стороне, я хотела убедиться в этом.

Даже учитывая мое понимание того, что, скорее всего, на мой вопрос не последует ответа, я все равно, несмотря ни на что, хотела его услышать.

— Моей целью всегда было превзойти силу моего отца. Однако я должен добиться этого благодаря своим собственным способностям, иначе в этом не будет никакого смысла. Вот почему у меня изначально никогда не было намерений полагаться на Дом моей жены… Я планировал побег. Вы мне понравились, поэтому я хотел сбежать отсюда вместе с вами, Милли.

— Руи…

Внезапно по моим щекам потекли слезы, и все мое поле зрения стало размытым.

Я не была для него аксессуаром из моего Дома, или аксессуаром, связанным с именем моего отца-героя… Он говорил, что я ему нравлюсь…

— Правда в том, что я планировал рассказать вам о своем статусе после того, как занял бы свою собственную должность. Даже если бы я еще не достиг своей цели, я бы сделал это, когда бы сменил отца. В таком бы случае, независимо от того, кого бы я выбрал себе в невесты, никто бы не имел права жаловаться на мой выбор. Однако… Боже, по замыслу моего отца все сложилось намного проще.

Руи протянул ко мне руку.

— Ты мне нравишься. Я буду рад, если с сегодняшнего дня у нас будет общее будущее. Пожалуйста, возьмите меня за руку.

Ошеломленная его словами я протянула руку.

Однако, как будто бы пытаясь остановить это, он снова заговорил:

— Однако прежде чем вы возьмете меня за руку, я бы хотел, чтобы вы хорошо все обдумали.

Услышав его слова, я рефлекторно дернулась от удивления, остановив руку.

— Я не планирую менять путь, по которому иду сейчас. Если вы пойдете со мной по этому пути, я буду очень рад. Однако тогда я заставлю вас отказаться от своей мечты… Несмотря на то, что я знаю, насколько сильно вы хотели ее осуществления.

Возможно, вы подумали о том, что его слова очень эгоистичны. Ведь он требовал, чтобы я свернула со своего пути, а его путь остался неизменным.

Однако я чувствовала, что он говорит искренне.

Несмотря на то, что было бы лучшим, если бы он не говорил этого, похвально то, что он все-таки оставил выбор за мной.

В конце концов, поскольку он меня хорошо знал, то, вероятно, понимал, что обладательница такого характера, как у меня, способна даже на побег во избежание нежелательного брака.

— Просто ответьте мне на один вопрос.

— Какой?

— Если я решу идти вместе с вами, означает ли это то, что я не буду на защищаемой стороне? Я думаю, что я буду более полезна на защищающей…

— Пока вы останетесь такой, какая вы есть.

Услышав слова Руи, я невольно улыбнулась.

В этот момент я нежно взяла его за руку.

— Я понимаю, что, став вашей невестой, мне придется полностью отказаться от идеи вступления в армию. Я очень хорошо это понимаю. Ведь немыслимо, чтобы невеста следующего главы Дома герцога Армелии являлась солдатом, верно? Возможно, ей даже не позволено владеть мечом. Однако даже в этом случае я возьму вашу руку по собственной воле.

— Милли…

— Я думала об этом. О том, о чем мы говорили в башне в тот день… О моей мечте и о моем желании… Это правда, что защищать кого-то с помощью меча моя мечта. Но это не моя цель. Это средство для ее осуществления. Моя цель, мое желание заключается в том, чтобы больше не было ни одного человека, испытывающего грусть от потери близкого. Грусть, которую испытывала я. Если для достижения этой цели вы знаете другие способы, то все в порядке.

— Я понял…

— Я хочу быть на вашей стороне. Я хочу путешествовать по жизни вместе с вами. Когда зашли разговоры об этой помолвке, я была не в состоянии разобраться в своем отношении к будущему жениху… Потому что мне нравитесь вы.

Глава 60.2 Моя помолвка (часть 2)

— Милли.

Он мягко положил руку мне на щеку и приблизил лицо.

Я была смущена от постепенно приближающегося его лица и закрыла глаза.

А потом наши губы слегка прикоснулись друг к другу.

Это теплое и приятное ощущение связывало реальность с нынешней ситуацией, и мои глаза наполнились слезами счастья.

— Спасибо, — улыбаясь, сказал он после нашего поцелуя.

— Я не сделала ничего, за что бы меня нужно было благодарить. Я все делаю по собственной воле.

— Я вам не подхожу.

Находясь на небольшом расстоянии друг от друга, я услышала, как он тихо пробормотал эти слова.

Прежде чем я успела переспросить его о том, что он сказал, он резко сменил тему.

— Вы не против, если мы сейчас пойдем, и я поздороваюсь с генералом Газелем?

— С отцом?

— Да… Ведь нам необходимо, чтобы он одобрил нашу с вами помолвку.

— Вы ведь знаете, что это отец меня привел сюда? Если бы он не планировал одобрить помолвку, то, вам не кажется, что наша сегодняшняя встреча не состоялась бы?

— Несмотря на это, мне нужно подвести итог. Ведь он отец женщины, в которую я влюблен… Разве не естественно поприветствовать своего будущего свекра?

Я была счастлива услышать такие слова от него.

Мое лицо горело.

Чтобы как-то скрыть это, я шла за ним, опустив голову.

Наконец, мы пришли в комнату.

В тот момент, когда он, постучав, открыл дверь, первым, что я заметила, был запах алкоголя.

Этот сильный запах заставил меня невольно скривиться.

— Отец, вы снова пьете в середине дня!?

Руи потребовал объяснений от Ромеля-одзи-сана, сидящего рядом со мной.

— Сегодня же есть для этого повод! Я праздную твою помолвку с Милли-тян!

Слова Ромеля-одзи-сана заставили нас на мгновение потерять дар речи от смущения.

— М-моя Милли… Моя Милли…

Громко плача, отец опустошил еще один стакан, наполненный алкоголем.

Несмотря на то, что я была счастлива, в тот момент я чувствовала себя довольно неловко.

— Я прошу прощения за моего отца, герцог Армелия.

— Не обращайся ко мне так официально. Называй меня, как и обычно, Ромель-одзи-сан, хорошо? Давайте, Газель. Успокойтесь. Если вы будете так много плакать, то охрипнете.

— Нет, но Милли…!

— Вы же знали, что это произойдет. Разве не вы решили привести ее сюда? — вздыхая, сказал Ромел-одзи-сан.

— Я-я сделал это, но…

— Генерал Газель… — позвав отца, вмешался в их разговор Руи.

Несмотря на то, что секунду назад его поведение выглядело жалким, он резко посмотрел на Руи.

Величество отца казалось таким же сильным и ужасным, как и тогда, когда он руководил армией в качестве генерала.

— Пожалуйста, разрешите мне жениться на вашей дочери, Мелисе Риз Андэрсон.

— Ты любишь Милли? Клянешься ли ты защищать ее своим телом?

— О-отец…

В тот момент, когда я позвала отца, пытаясь остановить его, Руи сказал:

— Да, я люблю ее. Я люблю ту, которая всегда искренна во всем… Однако я понимаю, что мне трудно будет защитить ее своим телом.

— Не понял…

— Все просто. Ваша дочь Мелиса, вероятно, гораздо опытнее меня в военном искусстве. Мастерство фехтования является для меня только хобби. Если дело дойдет до того, что я буду вынужден защитить ее своим телом, я смогу использовать его только в качестве щита.

Отец строго посмотрел на Руи.

Его глаза были абсолютно неподвижны. Даже по сравнению с тренировками в армии, его лицо выглядело гораздо более пугающим.

— Так как мои навыки намного уступают ее умениям, я буду продолжать совершенствовать себя в военном искусстве. А потом, используя приобретенные способности, я буду защищать ее.

Услышав слова Руи, отец какое-то время молчал, а затем неожиданно вздохнул.

— Я верю, — сказал он.

— Ромель! Присоединяйтесь ко мне! Это предварительное празднование! Давайте пить до рассвета! На этой ноте, ты тоже присоединяйся к нам, Руи-доно.

Затем Ромель вдруг обернулся вокруг себя и заорал:

— Давайте пить до рассвета!!!

— О-отец, если вы будете пить до рассвета, то, что же будет с вашей работой? Точнее, у меня тоже есть дела, так что…

— Отец! Вы будете беспокоить окружающих, находясь здесь до рассвета! С вами все в порядке?

— Не говори так! По крайней мере во время празднования, забудь о работе!

Наши с Руи попытки остановить их были бесполезны.

В конце концов, они втянули в это даже Руи, и все трое начали пить.

Как и следовало ожидать, присутствие дамы в таком месте было неприемлемым, поэтому меня временно отвели в другую комнату.

Я надеялась, что немного позже мне удастся привести в чувства достаточного пьяного отца и поехать с ним домой.

Несмотря на то, что я была очень рада тому, что отец одобрил мою помолвку, меня также немного беспокоило состояние Руи, ведь они пили довольно крепкий напиток.

Размышляя об этом, я ненадолго стала рассеянной.

Я была спокойна и счастлива. Я уже давно не испытывала таких чувств.

Мне казалось, что уголки моего рта невольно поднимаются.

Увидев свое улыбающееся отражение в чае, приготовленном для меня слугой, я немного смутилась.

— О, ты здесь!

В тот момент, когда, как мне показалось, я услышала стук, в комнату вошла женщина.

Эта женщина была очень худой и в целом выглядела довольно бледно.

Ее эфемерные черты лица неосознанно смотрели на меня.

Она села прямо передо мной.

— Приятно познакомиться, моя будущая дочь. Меня зовут Аурелия. Я известна как Аурелия Лал Армелия. Я жена Ромеля и мать Руи.

Я была очарована ею и находилась в оцепенении, однако, услышав ее слова, пришла в себя.

— Приятно познакомиться! Я Мелиса Риз Андэрсон! Надеюсь, мы поладим.

Услышав мое приветствие, Аурелия-сама хихикнула.

— Боже, как энергично…

Несмотря на то, что изначально она говорила нежным тоном, сейчас ее голос был настолько низок, что казалось, воздух мгновенно замерз.

— Леди не должна использовать такой громкий тон. Кроме того, когда ты говоришь так быстро, то вызываешь у своего слушателя чувство дискомфорта.

Хотя Аурелия-сама все еще улыбалась, по какой-то причине я почувствовала, как по моему телу пробежали мурашки.

— Это было ужасно грубо с моей стороны. Я была слишком счастлива тому, что познакомилась с вами, Аурелия-сама, поэтому растерялась.

После моего ответа, Аурелия-сама снова начала хихикать, прикрывая свою улыбку веером.

Не зная как реагировать на такую неожиданную реакцию, я в полном изумлении смотрела на нее.

— Ах, как смешно! Извини, но это было слишком забавно.

Смех Аурелии-самы не прекращался, и в уголках ее глаз начали собираться слезы.

Вытерев их, Аурелия-сама снова заговорила:

— Твой соревновательный дух очень хорош. Однако ты не должна позволять оппоненту так вести себя в твоем присутствии. Ведь правильно говорят, что взгляд может сказать более тысячи слов, верно?

— Пожалуйста, извините меня.

— Мелиса-сан. Мой муж рассказывал мне о тебе.

Другими словами, она знала, что я до сих пор не выучила манеры из-за того, что была сосредоточена на военном искусстве….

Может быть, она имела в виду, что я не подхожу на роль жены ее сына?

— Я не буду спрашивать тебя о том, чем ты занималась ранее. Важно то, чем ты будешь заниматься с этого момента…. Мой муж просил меня лично заняться твоим образованием… Поэтому я хочу тебя кое о чем спросить. Смогла ли бы ты посещать мои уроки?

Интересно, почему?

От начала и до конца поведение Аурелии-самы было милым, она очень нежно улыбалась.

Несмотря на это, мне казалось, что на самом деле она говорила:

«Если ты собираешься выйти замуж за моего сына, то ты не имеешь права отказаться, не так ли?»

Каким-то образом ее слова мне показались угрожающими, не позволяющими мне ответить отрицательно.

— Конечно. У меня много пробелов в знаниях. Я весьма воодушевлена вашим руководством. Я буду рада, если вы позанимаетесь со мной.

Однако я никак не могла ей проиграть.

Вероятно, до сих пор я еще не была признана Аурелией-самой как невестой Руи.

Именно поэтому я не могла позволить себе отказать ей.

— Отлично. Тогда давайте не будем откладывать и уже завтра приступим к обучению. Сегодня уже довольно поздно, поэтому, пожалуйста, возвращайся домой. Я уверена, что Газель-сама, вероятно, останется, а твоя ночевка здесь до свадьбы плохо отразится на твоей репутации.

«Полагаю, мне придется отказаться от ожидания отца», — подумала я, внутренне вздохнув.

— Я прошу прощения за моего отца.

— Хорошо. Вероятно, это результат того, что мой муж ведет себя неподобающе своему возрасту. Я буду с нетерпением ждать твоего завтрашнего приезда.

— Я также с нетерпением жду следующей встречи с вами.

Исходя из ситуации, я оставила своего пьяного отца и, следуя указаниям Аурелии-самы, вернулась домой в Дом Андэрсона.

Глава 61. Мои занятия

На следующий день я снова приехала в Дом герцога Армелии.

Кстати, отец до сих пор находился там.

После того, как я прошлой ночью вернулась домой, из Дома герцога Армелии прибыл посланник с сообщением о том, что отец, как и ожидалось, останется там.

Я понимала, что остаться там для него было намного безопаснее, чем возвращаться домой в нетрезвом состоянии, поэтому одобрила его такое решение.

После моих прошлых попыток казаться вежливой, я чувствовала себя немного неловко, и мне было довольно трудно заставить себя снова отправиться туда.

Вздохнув, я подняла голову и пристально посмотрела на Дом герцога Армелии.

Я ощущала такое напряжение, как будто бы собиралась выйти на поле битвы.

Мое сердце билось в ускоренном ритме, заставляя испытывать неприятные ощущения.

Чтобы успокоиться, я сделала глубокий вдох и выдох.

Чтобы я не делала, мне не удавалось избавиться от мысли о том, что мне будет трудно справиться с этим.

«Это» — необходимые манеры и знания для знати, а также все основные элементы, необходимые для этого самого высшего общества.

До сих пор я, отводя взгляд, продолжала убегать от этого.

Я всегда откладывала это, говоря, что мне сейчас это не нужно.

Теперь мне придется поплатиться за свое прошлое.

Мне придется показать настоящую себя Аурелии-саме. Она поймет, что я не знаю даже элементарного.

Однако мне придется принять это.

Потому что на кону стоит мое будущее.

Если меня заставят столкнуться с тем, чего я «не могу», это наверняка будет полезным опытом для меня.

Тем более, если этим будет что-то «естественное» для благородного ребенка.

До сегодняшнего дня я занималась только военным искусством, и этого уже не изменить. Если бы я начала раньше заниматься в этом направлении, сейчас было бы легче… Но, к сожалению, я не нашла в себе силы для того, чтобы заняться еще чем-то, кроме меча.

Я знаю, что так случилось из-за моей неуверенности в себе.

Это было необычно. Если бы речь шла о военном искусстве, я бы могла воспринять то, что я «не могу сделать» как «возможность для роста». Однако когда речь шла о нравах и аристократических знаниях, то, что я «не могла сделать» казалось огромной непреодолимой стеной. Обычно присущая мне смелость испарилась.

Я остановилась и снова сделала глубокий вдох и выдох.

«Не стесняйся… Твоя гордость не какая-то крошечная вещь по сравнению с собственным тщеславием!»

Мысленно думая об этом, я поддерживала свое «слабое я», которое не хотело продолжать путь вперед.

— Хорошо…

Я снова с энтузиазмом уставилась на особняк и вошла в него.

— Добро пожаловать! Пожалуйста, позвольте провести вас, — встретил меня у входа дворецкий Альф.

— Альф-сан…

— Мелиса-сама, пожалуйста, зовите меня просто Альф.

— Хорошо. Альф, мой отец…?

— Если вы говорите о Газель-саме, то сегодня он будет еще здесь.

— Понятно. Мне жаль его.

— Пожалуйста, не говорите так. Наш Мастер Ромель-сама очень наслаждается его обществом.

— Я заметила…

Обсуждая это, я, следуя за ним, вошла в комнату.

— Добро пожаловать Мелиса-сама. Давай сразу приступим к тренировке наших манер.

— Прежде чем мы начнем, я хотела поблагодарить вас, Аурелия-сама, за заботу о моем отце. Кроме того, я очень рада вашему кураторству надо мной и поддержке.

— Не за что. Тем более что мой муж доволен… Я чувствую себя немного неловко, понимая, что Ромель отвлекает занятого Газель-саму. Итак, давай начнем сегодняшнее занятие с чаепития. На нем будем присутствовать только мы, но, я уверена, что у вас уже был опыт чаепития и в больших компаниях.

Затем началось чаепитие.

Вспоминая то, чему я молниеносно научилась перед чаепитием Королевы, я отчаянно пила, поддерживая разговор.

— Кажется, ты уже владеешь основными жестами…

— А?

Ее неожиданные слова невольно озадачили меня.

— Кстати, Мелиса-сан. Ты знаешь, какова цель чаепития?

— Социализация?

— Да, именно. Для дворян очень важно углублять свои отношения. Ради получения информации, а также ради приобретения союзников для какого либо дела… Оставляя это в стороне, с кем бы тебе было легче разговаривать — с тем, чье лицо не выражает никаких эмоций или с тем, кто улыбается тебе?

Я понимала, о чем она говорит.

Ее стиль разговора не был схож ни с чьим другим.

— С человеком, который улыбается.

— В самом деле! — Аурелия-сама улыбнулась.

— Благородные манеры не ограничиваются только чаепитием, их спектр очень широк, поэтому я понимаю, что тебе сложно сосредоточиться. Тем более, ты не привыкла еще к такому поведению. Наша цель сделать так, чтобы, не концентрируясь, твое поведение соответствовало благородным манерам.

Сказав это, она подняла свою чашку и отпила глоток.

Ее последовательные движения были отполированы и изящны, словно вода.

— Кстати, Мелиса-сан, как ты думаешь, почему благородные манеры так сложны?

— Эх…?

Я никогда не думала об этом.

Я только знала, что следовать им сложно и хлопотно.

— Манеры существуют для того, чтобы не вызывать дискомфорт у других. Каждое действие, в зависимости от того, как оно интерпретируется получателем, может даже рассматриваться как обман. Даже если у тебя нет злого умысла, твои действия могут вызвать недовольство получателя и мнение о тебе будет испорчено. Чтобы этого не произошло, существует определенный этикет. Бывают случаи, когда мы должны встречаться с людьми высшего класса других стран, поэтому такие навыки, в том числе необходимы для дипломатии.

— Ясно…

— Хотя среди знати есть те, кто, желая как можно ярче проявить свою властность, к сожалению, крайне зациклен на манерах.

Поняв то, что она сказала, я непреднамеренно горько улыбнулась.

До сих пор я распознавала манеры, используемые только с такой целью.

Именно поэтому я подумала, что это излишне хлопотная вещь.

— Во всяком случае, нет ничего плохого в желании совершенствовать свои манеры. На этой ноте, давай проведем работу над ошибками твоих совершенных ранее действий.

Сладко улыбаясь, она снова засмеялась.

Несмотря на ее очень нежную улыбку, от нее, как обычно, исходило давление, не позволяющее мне сказать «нет».

— Х-хорош-о.

— Тогда начнем.

Прежде, чем наше занятие завершилось, я провела очень много времени с Аурелией-самой.

Глава 62.1. Конфликт отца

Я зажмурился от солнечного света, попадающего в комнату.

«Аааа… Голова болит?» — мысленно пробормотал я, взялся за голову и посмотрел вниз.

Причина такого состояния была очевидна… Это было похмелье.

Взяв стоявший на тумбочке у кровати кувшин с водой, я наполнил свою чашку и выпил все одним глотком.

Затем, переодевшись, я вышел из гостевой комнаты в более расслабленном, чем обычно, состоянии.

— Доброе утро, Газель.

— Ах, утро…

Зайдя в гостиную, я увидел Ромеля.

— Вы очень плохо выглядите… Возможно, это по тому, что даже великий герой не может победить свой возраст?

— Я могу сказать вам то же самое. Вы очень плохо выглядите…

Услышав мои слова, Ромель лишь горько улыбнулся.

— Вероятно, Мелиса уже приехала сюда, и ваша жена усердно занимается с ней.

— Да уж. Знаете, она довольно удивительная, а также обладает острым умом.

Поддавшись влиянию необычайно гордой улыбке Ромеля, я улыбнулся.

— Учитывая то, что она до сих пор держит вас за поводья, я могу себе представить.

— Хахаха… Это тоже правда. Что же, я уверен, что Милли-тян в будущем не будет отставать от своего учителя.

— Хмммм… Конечно.

Немного с гордостью согласившись с ним, я присел на диван и посмотрел вверх.

Ощутив головную боль, я рефлекторно скривился.

Слуга, находившийся в режиме ожидания у входа, принес чашку воды и оставил ее на столе.

Вероятно, он принес именно воду, а не, например, чай, приняв во внимание мое физическое состояние.

— Уйди ненадолго.

По приказу Ромеля слуга, кивнув, направился к выходу из комнаты.

— Спасибо за воду.

Устало улыбаясь, я махнул рукой уходящему слуге, сохраняя свою расслабленную позу.

Услышав мои слова, слуга остановился, снова кивнул головой и, наконец, вышел из комнаты.

— А сейчас, когда мы одни, давайте оставим шутки на потом и поговорим серьезно.

Сказав это, взгляд Ромеля стал серьезным, а легкая атмосфера, возникшая раньше, исчезла.

— Речь пойдет о Уилле, не так ли?

— Да, разговор касается вашего младшего брата.

— Он предпринимал какие-либо действия с тех пор?

— Пока он вел себя довольно тихо. Другими словами, не предпринимал.

— Понял.

— У вашего младшего брата все схвачено. Мы все еще пытаемся уловить следы руд. Расследование продолжается, но, к сожалению, до сих пор мы не нашли никаких определенных доказательств.

— Ясно.

— Далее про наемников. На данный момент мы уверены в том, что какие-либо следы их перехода на другие территории отсутствуют.

— Чем обоснована ваша уверенность?

— Группы наемников, перебравшиеся в эту страну, работают либо в качестве охранников, либо числятся у посредника по случайным работам и принимают заказы от него. Мы получили тайное подтверждение от тех посредников, у которых они числятся. Количество исполнителей не изменилось.

В связи с увеличением количества наемников, приехавших во время войны с Товаиром, появились посредники.

После войны было много восстановительных работ, для выполнения которых не хватало рабочих. Так как постоянно велся поиск работников, и, поскольку руководители наемников нуждались в работе, чтобы получать ежедневную прибыль, они въехали в страну в поисках заработка.

В конце концов, чтобы эффективно использовать увеличившееся количество наемников, была создана должность, называемая посредник.

— Хм…

— Также мы изучили материалы, проходящие через все пункты проверки в разных местах. В результате мы обнаружили некоторые подозрительные моменты, касающиеся потока людей. Кроме того, мы запросили расследование распределения товаров и их цен у торговой гильдии каждой территории и получили подтверждение того, что количество поступающих на рынок товаров осталось прежним. Также мы не обнаружили повышения цен на них. Другими словами, это означает то, что количество потребляемых товаров не изменилось. Если количество людей увеличилось, то, следовательно, тут что-то не так, верно?

— Вы все это исследовали? — выслушав результаты расследования, рефлекторно спросил я.

Этот вопрос был риторическим… Выслушав его, я представлял себе то огромное количество документов, которые ему было необходимо изучить.

— Мне очень жаль, но я вынужден разочаровать вас. Этими делами занимался Руи… Я был занят другим.

— Руи-доно занимался этим!?

Услышав неожиданный ответ, я ненамеренно повысил тон.

В этот момент моя головная боль, вызванная похмельем, усилилась, и я выпил воды.

— Да. Будучи осведомленным о сопутствующих причинах, Руи принял командование на себя и распорядился провести все расследования, которые он считал необходимыми. Я также ознакомился с его отчетом, — сказал Ромель и горько улыбнулся.

— В таком молодом возрасте… Это довольно удивительно.

Я также сухо улыбнулся.

— Оставляя это в стороне, все, что осталось, это исключить возможность того, что они прячутся в каком-то отдаленном районе… Но, собираясь расследовать это, нам придется отправлять людей в каждое из таких мест. Конечно, официально мы отправим их туда по другой причине, но, вероятно, это займет какое-то время.

— Согласен.

— В дополнение к этому, я предположил мотивы действий вашего младшего брата… Изначально, ваш брат должен был стать следующим главой Дома маркиза, верно?

— Да, это так.

— Это означает, что наиболее вероятной причиной его действий является проблема с главенством семьи. Причиной, по которой он собирает наемников, вероятно, являются внутренние разногласия на территории Андэрсона. Другими словами, существует большая вероятность того, что наемники будут тайно пребывать на территории Дома.

— Ранее вы говорили, что думали о том, что я нахожусь в сговоре с братом, верно? Что вы подразумевали под этим?

— Ну, это было всего лишь предположение, понимаете? Влияние, которое вы оказываете на страну как герой… В частности, ваше значительное влияние в армии… В общем, прямо говоря, я был насторожен вашим отчуждением от королевской семьи. Несмотря на то, что приток наемников на другие территории уменьшился, ситуация на территории Дома маркиза Андэрсона все еще оставалась неестественной, так как на ней в конце концов они медленно, но продолжали собираться.

— Я вас понял.

— Оставляя эти мысли в стороне, я уверен, что вы хотите самостоятельно решить проблемы, связанные с вашей территорией, однако мы не хотим потерять вас. Поэтому мы также продолжим расследование.

— Я у вас в долгу.

Глава 62.2. Конфликт отца

— Мне кажется, не стоит давать Уиллу столько свободы. Если вы не планируете предпринимать что-то касаемо него, то позвольте нам отправить туда войска и убить его.

Вдруг Ромель надел маску премьер-министра.

— Это…!

Я неосознанно поднял голову и удивленно посмотрел на него.

Чувство напряжение наполнило комнату.

— Почему вы пытаетесь защитить его? Он тот, кто убил вашу жену и пытался навредить вашей дочери и сыну, не так ли?

В тот момент, когда Ромель, вздыхая, задал этот вопрос, чувство давления несколько смягчилось.

Несмотря на это, его тон был все еще похож на тот, который он использовал во дворце, что означало, что до сих пор находился в маске премьер-министра.

— Я не пытаюсь защитить его…

— Убив его, все разрешится слишком быстро.

Говоря это, я весь дрожал.

— В настоящее время Уилл подозревается в подстрекательстве и содействии в убийстве мадам Дома маркиза Андэрсона, в подстрекательстве к убийству сына и дочери Дома Андэрсона, а также в содействии серийным похищениям в столице. Как я показал вам, мы нашли доказательства касаемо первых двух преступлений, однако поскольку его действия были довольно хорошо продуманы, относительно серийных похищений у нас только косвенные улики.

— Именно по этой причине его будет трудно осудить по национальным законам страны?

— Нет, кроме случаев серийного похищения в столице, у нас есть достаточно материала для открытия дела… Но, я считаю, что ваш престиж приоритетнее. Как только этот случай будет обнародован, само имя Дома маркиза Андэрсона пошатнется, и как само собой разумеющееся, ваше имя как героя тоже.

— Ха… Моя репутация важнее закона?

— Вы можете смеяться сколько угодно. Но мы ведь не можем оставить это безнаказанным, верно? Прежде чем он вызовет внутренние разногласия на территории вашего Дома, мы должны быстро разобраться с ним. Вам следуют больше заботиться о своей репутации.

— Меня мало волнует мнение других обо мне…

— Но вы же не можете сказать, что оно совершенно не имеет значения для вас?

Сужая глаза, Ромель, нахмурившись, посмотрел на меня.

— Как вы помните, я ранее говорил о том, что одно ваше имя стало сдерживающим фактором для других стран… Раны этой страны, полученные вследствие войны с Товаиром, до сих пор не затянулись. Вы понимаете, они полностью не зажили! Именно поэтому мы не можем показывать какую либо слабину другим странам… Ведь есть много идиотов, не понимающих этой ситуации. Они завидуют вашему званию героя и пытаются строить заговоры против вас, выжидая возможность для того, чтобы вас убить! Учитывая эту ситуацию, имея внутренние беспорядки на своей территории, вы никак не можете посметь изменить мнение страны о вас!

*Бах!* Ромель ударил по столу.

Казалось, что его не столько раздражала моя нерешительность, как осознание истины о том, что раны, полученные страной во время войны с Товаиром, до сих пор не зажили.

Во время произношения этих слов, его брови нахмурились еще сильнее.

— Почему вы делаете такое печальное лицо? — без злого умысла непреднамеренно спросил я.

Ромель сразу понял, что я имел в виду, и скривился, ощущая свою неуверенность.

— Разве это не очевидно? Моя задача состоит в том, чтобы защищать страну… Я обязан сделать так, чтобы жизнь людей была стабильной. Другими словами, я не могу допустить, чтобы началась война. Ведь уже один раз я не смог остановить ее. Боже мой, я озвучиваю то, что доказывает мою некомпетентность как премьер-министра.

— Время уже не вернуть назад. Никто не может предугадать будущее.

— Время не вернуть назад? Количество пролитой крови настолько велико, что ее невозможно смыть такими словами… В то время я не смог выполнить свой долг… Я не могу простить себе этого. Я не могу забыть о жертвах того времени. Помня об этом, я больше не позволю повторения этого! — с уверенностью сказал Ромель.

Выслушав его, я действительно поверил в серьезность его чувств.

Потеряв силу своего духа, я снова опустил голову.

Пытаясь обуздать дрожь, я обхватил свое тело руками.

— Интересно, почему... — пробормотал я после нескольких минут молчания.

— Я понял, что хочу отправить всех без исключения ублюдков, причастных к смерти Мерильды, в ад. Это было моей целью в жизни. Естественно, это также относится и к тому, кто, как вы говорите, тянул за ниточки на заднем плане.

С каждой моей фразой дрожь моего тела усиливалась и становилась более заметной.

«Интересно, почему мое тело так дрожит?» — мысленно подумал я.

— Я ненавижу Уилла. До такой степени, что хочу убить его! Потому что именно он украл у меня Мерильду!

Ромель с удивлением посмотрел на меня.

Жалость отражалась в его глазах.

— Вы понимаете это!? Меня ужасает то, что воспоминания о моей любимой женщине со временем угасают! Ее улыбающееся лицо, ее нежный голос…! Несмотря на то, что я все это так отчетливо помнил… Что я так сильно ее любил… Время безжалостно крадет у меня эти воспоминания! Однако я прекрасно помню ее окровавленное тело, хотя и хочу забыть это… Мысль о том, что я не смог защитить ее, постоянно мучит меня!

«Ах, понятно», — понимая мои собственные чувства, спокойная часть моего разума насмехалась над собой.

— Всплывающие воспоминания, эмоции, которые я испытывал, думая о Уилле, заставляли меня колебаться! Не знаю как для него, но для меня он был важным членом нашей семьи!

Он был важен для меня.

Даже несмотря на то, что он сделал, он все еще оставался таковым.

Даже если бы я ненавидел его всем сердцем и душой.

Даже сейчас, я не хотел верить в эту ненависть.

Тем не менее Ромел говорил правду.

Несмотря на то, что мы лично знакомы недавно, я знал, сколько сил он вложил в эту страну.

Его чувство ответственности вызывало уважение к нему.

И, кроме того, разве не он говорил ранее, что я не могу просто проигнорировать этот вопрос?

Вот почему я понимал, что он не лжет.

Мы с братом были очень близки. Тот факт, что я полностью доверял ему и не мог даже предположить, что он способен на такое, сыграл большую роль.

— Если вам смешно, то смейтесь. Несмотря на то, как я страстно говорил о мести, когда дело дошло до этого, я в конечном итоге выгляжу позорно.

В то время как я упрекнул себя, взгляд Ромеля стал спокойным.

— Как я могу смеяться? — тихо пробормотал он.

Услышав эти слова, я невольно дернулся.

— Я постоянно о чем-то думаю и принимаю решения. Всякий раз, делая это, я выбираю то, что связано с наиболее меньшим риском. Я всегда должен выбрать, от чего отказаться, а что принять. Возможность взять все в свои руки была бы идеальной, однако в действительности это невозможно. Я всегда мысленно просчитываю, какая линия доведет до конца. Даже если это само по себе означает, что я должен отказаться о чего-то… Даже если это какое-то мое ценное воспоминание… Если это необходимо, я всегда легко откажусь от него.

Когда я поднял взгляд, глаза Ромеля были похожи на глаза маленького, потерявшегося ребенка… В его взгляде читалось недоумение и замешательство.

Ни в коем случае я не осуждал нынешнее состояние Ромеля.

Чтобы занять пост премьер-министра, его, вероятно, заставили принять ряд решений.

Среди них были, возможно, ограниченные и чрезвычайно тревожные варианты.

И каждый раз, когда это происходило, он делал выбор.

Несмотря на то, что в душе он проливал слезы, он все еще надевал хладнокровную маску и хотел помочь большинству, сокращая меньшинство.

Он делал это даже тогда, когда что-то «драгоценное» было среди этого меньшинства.

— От какого количества вещей я отказался? Конечно, я никогда не сожалел об этом. Я не знаю зачем, но иногда я думаю об этом. Если бы я не отказался от этого, что бы могло произойти? Я уверен, что будучи на вашем месте, я бы предпочел сдаться… Однако вы не сдались. Вы не отказались от этого. Вы чувствовали, что это важно, и даже дорожили своими прошлыми воспоминаниями. Таким образом, вы можете насмехаться над собой таким, какой вы есть на самом деле.

Единый столп веры стоял внутри Ромеля.

Перед этим столпом самые важные вещи могли измениться и стать неважными.

Иногда его привязанность могла быть невероятно глубокой, но при необходимости он мог жестоко и безжалостно изгнать ее.

Именно так была абсолютна эта колонна внутри него.

Боже, как изменились наши обстоятельства…

Его собственное состояние являлось результатом выбора, который он сделал, и я уверен, что Ромель не пожалел о нем.

Однако прямо сейчас слова Ромеля создавали впечатление, как будто бы он мне завидовал… Я неловко прищурился.

— Изначально, проблема была связана с вашими родственниками, — внезапно, вздыхая, продолжил говорить Ромель.

Его прежний приказной тон голоса исчез.

— Но в следующий раз, когда я узнаю хоть о малейших его движениях, я без колебаний введу на его территорию свои частные войска. Если вы не примете решение в течение разумного перерода времени, я сделаю все, что считаю нужным.

— Хорошо. Виноват.

Я не смог подобрать других слов для ответа и опустил голову.

Я понимал, что Ромель невероятно компрометирует меня.

— Я определенно разрешу этот вопрос… Независимо от того, что для этого потребуется предпринять.

И тогда, все еще сомневаясь, я принял решение.

Глава 63. Содержание моего урока

— Ладно, остановись.

Вместе со звуком хлопков я прекратила свои движения.

— Твоя физическая форма, Мелиса-сан, очень хороша. Интересно, это из-за твоей военной подготовки?

В ответ на слова Аурелии-самы я могла только улыбаться, двусмысленно склоняя голову.

Это было следствием того, что я сама не знала ответа на ее вопрос.

— Однако твои движения слишком резки. Там, где нужна быстрая реакция, это хорошо, но... То, чего хочет высшее общество — это элегантность. Движения должны плавно перетекать друг в друга и соединяться, словно текущий поток... Вот так.

Сказав это, и поднявшись, Аурелия-сама встала на месте и поклонилась.

Это напоминало то, что я делала раньше.

Несмотря на то, что она была довольно небрежно одета, по сравнению с тем, как выглядела в гостиной в течении дня, на мой взгляд, Аурелия-сама была похожа на актрису, только что сошедшую со сцены.

— Теперь не могла бы ты начать все с самого начала?

Следуя указаниям Аурелии-самы, я снова попала в ужасную ситуацию, так как неверно взялась за подол своего платья.

…В течение первой половины дня были уроки иностранных языков. Затем обед, а во второй половине дня были уроки правильных манер. Уроки проходили один за другим, и, прежде чем я успевала очнуться, солнце уже садилось за горизонт.

Поскольку я была очень сконцентрирована, время шло быстрее, чем ожидалось.

…Честно говоря, поскольку я еще не привыкла к этим урокам, когда они заканчивались, я чувствовала себя морально уставшей.

Со временем это чувство усталости пропало, и время пролетало незаметно.

Полагаю, это было знаком того, что я привыкла к урокам Аурелии-самы.

В тот момент, когда я подумала об этом, передо мной поставили чашку с чаем.

— На сегодня достаточно. Пожалуйста, отдохни.

— Да, большое спасибо за сегодня.

Я медленно поднесла полученный чай к своему рту.

— Это что-то из твоего дома… Это чай Salbill из южного района территории Андэрсона.

После окончания уроков, в качестве награды было чаепитие, во время которых обсуждался пройденный материал. В это время Аурелия-сама, безусловно, продолжала даровать мне свои учения.

…Несмотря на то, что этим местом управлял мой дом, я впервые узнала, что территория Андэрсона производила листья черного чая, поэтому я немного смутилась.

Чем я занималась до сих пор? Наверное, военным искусством.

— Это очень вкусно. Хотя стыдно признать, я впервые узнала, что на нашей территории выращивают черный чай, — подавленно сказала я, подняв голову.

— Да? Если я не ошибаюсь, территория Андэрсона славится производством меда и руд, верно?

— Да, именно так.

— Этот черный чай совсем недавно стал популярным в столице. Изначально мне сказали, что он был выращен под пристальным вниманием одного из регионов. Ходят слухи, что он великолепно сочетается с медом, продаваемым в магазинах на территории Андэрсона.

— Понятно.

— Создание таких причуд также является причиной существования высшего общества и является обязанностью жены и дочери.

В глазах Аурелии-самы была невообразимая сила, которую было бы невозможно представить, глядя на ее грациозную фигуру.

— Например, этот чай. Из-за этого повального увлечения производящие его чайные плантации расширились, и, как следствие, появились новые рабочие места. Благодаря тому, что люди смогли получать стабильный доход, общественный порядок улучшился и, учитывая это, удалось создать новую отрасль… Это важная обязанность, которую мы выполняем для того, чтобы обогатить продажи с нашей собственной территории.

— …Общественный порядок улучшился… Верно?

Я неосознанно глотала эти слова.

— Да, это так. Чтобы жить, нужен стабильный доход. Однако без работы для получения этого дохода ничего не поделаешь. Примерами того, что может случиться в таких случаях, являются отток населения, уезжающего на работу за пределы своей страны, или рост преступности, из-за людей, прибегающих к воровству. Если это ради жизни, то такие понятия как добро и зло превращаются в пустяки, приводя к ухудшению общественного порядка, тем самым еще больше тратя человеческие сердца впустую… И тогда этот порочный круг продолжается… Конечно, это не единственная причина, но можно сказать, что одна из основных. Поддержание общественного порядка важно, но само по себе устранение коренной причины… Единственное, кто может сделать это, — хозяин территории, в то время как обязанностью его жены является помогать ему в этом деле.

Устранение коренной причины…

Мне показалось, что это единственное, что заставило меня понять смысл ее слов.

Это было дорогой, которая до сих пор соединяла мое желание со словами Руи и старшего брата.

— По этой причине нужно быть чувствительным к современным тенденциям. Нужно знать, что пользуется спросом на рыке и чего на нем не хватает. Однако это только начало. Чтобы выиграть битву, ты должна знать своего врага и себя… Это на самом деле так.

— Я бы хотела задать один вопрос, если можно…

Услышав мои слова, Аурелия-сама молча улыбнулась.

Приняв это за утвердительный ответ, я сказала:

— Как вы, наверное, знаете, я не дебютировала в высшем обществе. Моя мама уже скончалась, а отец является человеком весьма отстраненным от последних тенденций. У меня есть старший брат, но он учится в Академии и, скорее всего, тоже не так много времени проводит в высшем обществе… Вы сказали, что этот напиток недавно привлек к себе внимание… Кто именно пропагандировал этот чай?

Улыбка Аурелии-самы стала еще шире.

— Мой муж попросил меня. Он задавался вопросом, есть ли что-нибудь, что могло бы быть полезным в качестве учебных материалов для тебя. Просто так получилось, что что-то, что искали потребители, и то, что искала я, пересеклось.

Аурелия-сама не дала точного ответа о том, кто это был.

Однако этих слов было достаточно.

— Это так? Большое спасибо за эти замечательные новые знания.

На мою благодарность Аурелия-сама просто слегка улыбнулась.

Глава 64.1. Свидание с ним

После окончания урока, я вышла из комнаты и направилась к выходу.

Я бы не сказала, что полностью изучила здание, но, приходя сюда каждый день, казалось, что я уже запомнила его планировку.

Я уже не нуждалась в сопровождении.

Из-за этого мне казалось, что меня признали невестой… Кем-то, кто станет членом семьи в будущем. Это делало меня немного счастливее.

— О, разве это не Мэл-тян?

Услышав знакомый голос, я обернулась и увидела Ромеля-одзи-сана. Я почти рефлекторно произнесла его имя, как обычно привыкла, но вскоре поправила себя и поклонилась.

— Ромель-одзи-сан…. Ромель-сама!

— Все в порядке. Твоя внезапная вежливость меня смущает.

Так как обычно такой стиль речи здесь неуместен, я внутренне рассмеялась.

— Я все еще новенькая, поэтому рефлекторно использую такое обращение к вам, как и раньше. Поэтому позвольте мне назвать вас Ромель-сама, пока я к этому не привыкну.

— Если это так, то ничего не поделаешь. Милли-тян, ты действительно немного изменилась. Аурелия поспособствовала?

— Ну… Я согласна с тем фактом, что учения Аурелии-самы замечательны, но сказать, что я изменилась благодаря ей, было бы неправильно.

— Это так? Твоя сила воли, безусловно, довольно крепка.

— Такие слова похвалы очень любезны с вашей стороны.

— Ахахахах… Ты неисправима. Не удивительно, что Аурелия так хорошо отзывается о тебе, говоря, что ты быстро учишься.

— О, мой…

Услышав эту похвалу от столь неожиданного источника, я почувствовала, что мое лицо покраснело.

— Она довольно строга в отношении этикета. Но даже, учитывая это, она лестно отзывалась о тебе. Она сказала, что ты «сильная» молодая леди.

То, что Аурелия-сама имела в виду, когда говорила о «силе», естественно, означало не физически, а умственно.

Получив такую оценку, я очень обрадовалась.

На сегодняшний день это было единственное оружие в моем арсенале.

— Ну, продолжай. Вскоре ты выйдешь на совершенно другое поле битвы, поэтому я уверен, будет много вещей, которые, возможно, смутят тебя. Я уверен, что ты станешь исключительным человеком даже там… На этой ноте я должен откланяться. Извини, что задержал тебя, — ухмыльнувшись, сказал он и ушел.

Поклонившись, я провела его взглядом.

Наблюдая за его уходящей фигурой, я думала о том, что он очень занятой человек.

Он казался веселым, однако, как и прежде, в глубине его глаз просматривалась слабая тень.

Как и ожидалось, Ромель-сама снова продолжил сражаться на так называемом собственном поле битвы.

Я уверена, что это так.

…Так или иначе, я чувствовала себя так, словно уже видела часть членов Герцогского дома Армелия.

Мое прошлое… Когда я думаю о себе до момента помолвки, мне хочется дать себе пощечину.

Даже если бы я видела только одну из его масок, этого было бы достаточно, чтобы понять, что она была «дворянской».

Это полностью отличалось от моего мысленного образа дворянина.

Они понимали выполняемые обязанности, а их фигуры пытались воплотить их… Я не испытывала ничего, кроме уважения к нему.

И, если возможно… Я хотела стать подходящей женщиной для этого дома. Я так думала.

Нет, это не «если возможно».

«Я сделаю это возможным», — возобновив свою решимость, подумала я про себя.

— Милли, что вы делаете стоя в таком месте?

Услышав знакомый голос, я пришла в себя.

— Руи! Извините, я немного задумалась.

— Я вижу. Нет никаких проблем, все в порядке.

Поскольку Руи также поступил в Академию и жил в общежитии, несмотря на то, что я посещала Дом Армелии каждый день, я всего несколько раз встречалась с ним после помолвки.

Это заставляло меня чувствовать себя немного одиноко.

Учитывая то, что Руи по-своему также усердно трудился, я не могла проявить свой эгоизм.

— У вас есть время?

— Э-э…. Я жду карету, однако кроме этого у меня нет конкретных планов.

— Ясно. Тогда давайте немного побудем вдвоем.

Руи схватил меня за руку и повел за собой.

Это была та самая рука, которая сдерживала меня, когда мы заблудились в городе.

Тепло, которое мне передавалось от него, заставляло уголки моих губ естественно подниматься.

В то же время мои щеки стали немного ярче.

Позволив Руи потащить меня, мы, в конце концов, оказались во дворе.

Проведя меня до скамейки в саду, он предложил присесть на нее мне и сел рядом.

— Сейчас самое лучшее время года, чтобы любоваться цветами. Я думал о том, как бы хотел показать вам их однажды, так что здорово, что это желание осуществилось.

Слова, которые он произнес после этого, заставили мои щеки почувствовать еще больше тепла.

— Как уроки?

— Ну, тренировки… Точнее уроки очень познавательны. Учиться чему-то новому каждый день намного приятнее, чем я предполагала.

— Согласен. Это действительно приятно.

Сказав это, Руи слегка улыбнулся.

— Я не могу представить, что есть что-то, чего вы не знаете!

— Что вы сказали? Знаете, есть множество вещей, о которых я не знаю! На самом деле, я не знал, что Милли на самом деле является дочерью Дома маркиза Андэрсона, верно?

— Раз вы мне это говорите, значит, мне ничего не остается, как согласиться с вами, правда?

— Хахаха… Это правда.

Как будто чтобы поднять мне настроение, Руи погладил меня по голове.

— Как Академия?

— Ну… Там довольно интересно. Вероятно, было бы невозможно собрать всех дворян одного поколения за ее пределами. Паркс-сама также заботиться обо мне.

— О… Вы часто встречаетесь со старшим братом?

— Мы учимся в разных потоках, поэтому не очень часто. С тех пор, как я поприветствовал его в качестве вашего жениха, мы стали время от времени разговаривать.

— Понятно.

Я не смогу увидеть старшего брата в Академии.

К тому времени, как я туда поступлю, старший брат уже закончит учебу.

Как и ожидалось, мой старший брат, к которому я привыкла, и брат, учащийся Академии, отличались.

Я скучаю по старшему брату как по члену моей семьи, поэтому немного любопытно, как он.

Пока я думала об этом, Руи протянул руку к моим волосам.

— Ваши волосы стали длиннее.

— Да. Я отращиваю их. Как вам?

Руи всегда видел меня с короткими волосами, поэтому я действительно хотела узнать его мнение.

— Вам идет. И короткие, и длинные волосы…

— Фуфуфу… Это делает меня счастливой. Спасибо.

Подул ветер, и мои отросшие до плеч волосы, слегка разлетелись.

Немного приблизившись к нему и, положив свою руку ему на щеку, я посмотрела в его глаза.

— Скажите, вы достаточно спите, Руи?

Несмотря на то, что у него не было мешков под глазами как у Ромеля-одзи-сана, я все равно спросила об этом и почувствовала облегчение.

— Что это так внезапно?

— Я заметила, что у Ромеля-самы были мешки под глазами… Так как это, скорее всего, от сильной занятости, я заволновалась, что вас ждет то же самое. Тем более что даже после поступления в Академию вы продолжаете помогать Ромель-саме.

— Все нормально. В отличие от моего отца я молод. Даже если я немного безрассуден, мое тело справляется с этим.

— Вы уже говорили об этом. Однако как только ваше тело износится, уже будет слишком поздно, понимаете?

— Я с благодарностью приму ваше предупреждение.

— О, просто принять недостаточно. Вы должны прислушаться к нему.

Услышав мои обвинительные слова, Руи снова рассмеялся.

— Вы меня подловили… Ну, я приложу усилия, чтобы последовать вашему совету.

— Боже мой… Я всегда являлась образом знати своего рода, чтобы упорно сдержать их бесцельно высокую гордость… Хотя, я тоже благородных кровей.

Глава 64.2. Свидание с ним

Я горько улыбнулась, продолжая свои слова.

— С тех пор, как я приехала сюда, мой имидж сильно изменился. Скорее, я пересмотрела свои прошлые суждения. Вспомнив глупую себя, я поняла, что имела только общее суждение о многих вещах, и, исходя из этого, делала какие-то выводы…

— Есть также дворяне, которые ведут себя так, как вы себе представляли, среди знати. Если бы вы изменили вашу позицию, у вас бы была другая точка зрения… Впечатления — пугающая вещь. Если вы посмотрите на одну сторону человека и подумаете, что это вся его суть, то в конечном итоге сильно ошибетесь.

Это было действительно так.

Основывать свои решения на случайной информации о ком-то ужасно.

Если вы небрежны и проглатываете то, что слышите от других, и воспринимаете это как свои собственные мысли, то в конечном итоге можете объединить людей в группы, не рассматривая каждую личность по отдельности… Затем, основываясь на том, что вы принимаете решения, которые, по вашему мнению, являются верными, будете ли вы в будущем гордиться собой, не сожалея об этих решениях?

Отныне, я буду присматриваться к людям, и наверняка среди них будут те, которым можно будет доверять. Когда это произойдет, я должна быть уверена, что никогда не забуду этот урок.

— Я действительно полностью осознала это.

— Но сейчас вы все еще в процессе обучения, верно? В таком случае, не лучше ли подумать об этом так: «Здорово, что я узнала что-то новое»?

— Фуфуфу, это правда… Скажите, Руи. У меня немного странный вопрос, но…

Сделав паузу, я посмотрела на Руи.

Он не показывал мне никаких конкретных жестов, пытаясь остановить мои слова.

— Почему все из Герцогского Дома Армелии так благородны?

— Даже если вы спросите меня, почему… Для начала, дайте определение дворянину?

— Теперь, когда вы упомянули об этом, мне интересно, кто это?

На мой взгляд, самым благородным дворянином была Аурелия-сама.

Она понимала власть, которую имела, и использовала ее во благо граждан… Она придерживалась такой позиции.

Однако если бы вы спросили меня, было ли это все для того, чтобы быть благородным, я понимаю, что это немного другое.

Это было, вероятно, доказательством того, что в настоящее время определение благородного в моем уме не полностью укрепилось.

— Извините, позвольте мне исправить себя… Почему все ваши мысли и действия направлены во благо людей?

— Интересно, почему? Я отвечу, потому, что это нормально для нашего Дома. Если бы я должен был ответить за себя, то в моем случае так произошло потому, что меня познакомили с людьми, а затем дали возможность побывать в разных местах.

— Эхе…? Так ли это для всех в Доме Армелии?

Произнеся этот вопрос, я уже достигла понимания.

Мне сказали, что Ромел-сама и отец впервые встретились в городском баре, плюс моя встреча с Руи также была в городе.

Изумительное изменение обстоятельств сделало меня неспособной тщательно обдумать это, но сейчас, когда я поняла, что их истинные личности были членами Дома герцога Армелии, это, конечно, казалось неестественным.

Встретить главу большой аристократической семьи и следующего главы семьи, просто прогуливаясь по городу… Обычно, это было бы невозможным.

Я была горшком, которого называли чайником.

— Если вы не знаете нынешнюю ситуацию, то создать новую политику или внести в нее изменения будет затруднительно, верно? Возможно, поэтому я фактически выбрал свой собственный путь, когда отправился на место битвы с Товаиром.

Хотя для него было бы разумно сказать, что это было ради короны.

— Я сам поехал в город и познакомился с ними… Благодаря этому я многому научился.

Помимо всего прочего, причина, из-за которой я смог определиться со своим направлением в жизни, несомненно, была определена благодаря этому опыту.

— Я понимаю…

— Но меня удивляет, что вы находите это странным.

— О, почему это?

— Не желая, чтобы другие испытывали те же чувства, через которые вам пришлось пройти, говоря, что вы хотите защитить других… В каком мире вы найдете благородную дочь, которая решиться на это, а затем ослушается строгого генерала Газеля? Повышение квалификации?

Услышав вопрос Руи, я невольно горько улыбнулась.

— Вы же знаете, что в моем случае во время тяжелых тренировок моей мотивацией было нечто другое.

— Это правда… Но я уважал вас даже тогда.

— А?

— Независимо от ваших намерений существует не так много людей, которые могли бы справиться с обучением генерала Газеля… Это правда, что обучение генерала очень популярно, но с другой стороны также известны его резкость и настойчивость, вы ведь знаете…

Даже учитывая то, что я еще совсем недавно обучалась у отца, даже сейчас это утверждение на самом деле не вызывало каких-либо особых чувств.

Честно говоря, мне любопытно, чем занимаются во время обучения другие люди.

Хотя, вероятно, у меня больше не будет возможности это выяснить.

— Именно поэтому те, кто находится под руководством генерала Газеля, являются собранием элит… Отбросив это в сторону, девушка, которая даже моложе меня, имела настолько сильную волю, что была способна вынести тренировку, которая заставила бы даже взрослых мужчин сбежать. Когда я узнал об этом, у меня появилось чувство уважения к вам. И именно тогда ваше существование стало для меня источником вдохновения.

— Спасибо.

Услышав мою благодарность, Руи мягко улыбнулся и погладил мою голову.

Улыбка Руи действительно льстила моему сердцу, поэтому я отвела взгляд и вздохнула.

Поскольку он всегда был напряжен, улыбка немного расслабила его. Увидев его сияющие глаза, мое сердцебиение ускорилось, и я не знала что делать.

— Кстати, вы часто приезжаете сюда?

— Да. Когда у меня остается немного времени после разговоров с отцом, я часто прихожу сюда отдохнуть… Все эта зелень успокаивает, правда? Когда я устаю, то обычно расслабляюсь здесь.

Я тихо закрыла глаза и прислушалась к шепоту ветра.

В это же время танцевали цветы и пели деревья.

Когда я открыла глаза, то солнечный свет сиял на прекрасных цветах.

Как будто бы это был прожектор, освещающий своих актеров.

— Это действительно так. Здесь очень красиво... Пребывание здесь очень успокаивает.

На этот раз Руи осторожно провел рукой по моей щеке.

— Вы начали улыбаться чаще.

— Эх…

На мгновение я не поняла, что он имел в виду, и растерялась.

— После того, как вы стали обучаться у моей матери, атмосфера вокруг вас изменилась. Она стала напряженной до такой степени, что ее можно почувствовать. Я заметил, что ваша улыбка тоже стала тусклее. Вероятно, это потому, что вы усердно работаете, чтобы получить новые знания и навыки… Однако вам не нужно избавляться от положительных качеств, которые у вас изначально были.

— Мои… Хорошие качества?

— Их много, не так ли? Ваша целеустремленность. То, как вы искренне смеетесь и плачете. Отполированное фехтование, верно?

— Но… Я не могу остаться такой же, как в прошлом. Разве это не правильно?

Как мои волосы, которые стали немного длинней.

— Это правда. Если отныне вы хотите стать похожей на большинство людей, чтобы не подвергаться остракизму со стороны группы, а также чтобы соответствовать ей, возможно, будет необходимо в чем-то сдерживать себя. Таким образом, вам, вероятно, придется создать и периодически носить толстую маску… Однако, пожалуйста, не делайте этого передо мной. Не надевайте маску и будьте самой собой.

— Руи…

Эти слова были неожиданными.

С тех пор, как я начала обучаться у Аурелии-самы, я поняла, как невероятно отличались мои жизненные обстоятельства от жизни обычной благородной девушки.

Именно поэтому я подумала, что мне придется искоренить человека, которым я являлась до сих пор.

Я думала, что это было чем-то необходимым для продвижения по моему пути.

Однако Руи это отрицал.

Он принял меня такой, какая я есть на самом деле, и сказал, что я ему в целом нравлюсь.

— Возможно, мое желание высокомерно, — улыбаясь, предположил Руи.

— Высокомерно? Почему?

— Потому что именно я натолкнул вас на это, а теперь надеюсь, что вы не изменитесь. Хотя в этом мире нет ничего неизменного.

Я положила свою руку поверх его.

— Однако сейчас… Я спасена. Вы сказали, что мне нужно оставаться такой, какая я есть. Более того, я рада, что это сказали именно вы. Хорошо, что я не отказалась от всего, что создала до сих пор...

Аристократические знания были единым оружием.

Хотя Аурелия-сама тоже сказала мне это.

Прежде, чем понять это, я уже расставила приоритеты для себя в маске.

Я мягко поцеловала его в руку.

— Спасибо, Руи.

Руи схватил наши перекрывающиеся руки, а затем, приблизив свое лицо, заставил наши губы пересечься.

— Во-первых, я должен подготовить тренировочную площадку в этом доме, — пробормотал он после того, как наши губы оторвались друг от друга.

— Вы серьезно!?

— Неужели вы не верите моим словам?

— Конечно, нет. Мне просто интересно, хорошая ли это идея.

— Конечно.

— Спасибо! Руи!

Я была так счастлива, что обняла Руи.

— Я уверен, что с этого момента вам придется пережить много трудностей. Но не надо держать все это в себе и говорить мне лишь бы что. В конце концов, я также буду полагаться на вас.

Голова Руи оперлась о мое плечо.

Этот вес и тепло давали возможность почувствовать себя невероятно комфортно.

— Да уж…

Я подумала о том, что буду усердно работать.

Я подумала о том, что хочу много работать.

Для того чтобы идти вместе с ним на его стороне.

Глава 65. Начало любовной истории отца и матери

Спустя несколько дней.

Давно не видясь с отцом, я направилась в его кабинет.

В последнее время казалось, что отец был очень занят, и так как я почти каждый день находилась в Доме герцога Армелии, у нас было не так много возможностей уделить время друг другу.

Сегодня у меня также были уроки с Аурелией-самой, но у отца был редкий выходной.

— Отец, вы сейчас свободны? — постучав в дверь и просунув голову в кабинет, спросила я.

Обычно, несмотря на то, что мы являемся членами семьи, я должна спросить разрешения до того, как вошла… Это было вежливым в соответствии с манерами, но в нашем доме было все иначе.

Для отца, который обычно проводил много времени в армии, отправка предварительного объявления была пустой тратой времени.

Это правда, что в военное время, когда ситуация может меняться с каждым часом, постоянно ожидание отправки объявления до посещения, чтобы дать отчет, заставило бы военную разведку постоянно опаздывать.

Он полностью привык к этому, поэтому мы перестали давать предварительные объявления в нашем доме.

До сих пор я привыкла к таким вещам, поэтому даже не знала о таких правилах, пока не стала посещать уроки манер Аурэлии-самы.

Кстати, Дом Армелия также не отправляет объявления до прибытия при посещении внутри дома.

Это было сделано для того, чтобы каждое поколение глав семей постоянно испытывало нехватку времени из-за своих официальных обязанностей наиболее эффективно использовать свое время.

— …Войди.

— Я прошу прощения.

Когда я вошла в кабинет, папа был необычно окружен документами.

Обычно, на его рабочем столе можно было увидеть только отчеты по территории или документы об армии.

— В чем дело, Милли?

— У меня к вам вопрос.

Услышав это, отец встал со своего места и подошел ко мне.

— Почему?.. Почему отец был так предан делу обручения с Домом герцога Армелии?

— Почему ты спрашиваешь об этом?

— Мне всегда было это интересно. Отец был настолько настойчив?.. Поскольку вы не из тех, кто пошел бы на это ради Дома…

— Почему ты так уверенна в этом? Разве ты не знаешь, что я так же все еще аристократ?

— Даже если вы скажете это, отец… Как и ожидалось, я не могу связать этот поступок с тем отцом, к которому я привыкла. Я уверена, что у вас была какая-то причина для этого.

— Нет никакой причины. Просто я понял, что смогу доверить тебя только сыну Ромеля... Вот все о чем я думал.

— Правда?

— Ты настойчива. Может, ты недовольна своей помолвкой с Руи-дуно?

— Конечно, нет! Я с нетерпением жду нашей свадьбы.

Услышав мои слова, отец облегченно вздохнул и сказал:

— Тогда, разве это не хорошо? Независимо от того, что поспособствовало этому, твоим партнёром станет человек, делающий твое лицо таким!

Какое лицо он имел в виду по «таким»?

Подумав об этом, я коснулась своего лица.

Тем не менее просто прикоснуться к лицу было мало… Я должна была посмотреть в зеркало, или так и не узнала бы, какое выражение лица у меня было в тот момент.

— Теперь, все обдумав, я снова буду принимать участие в тренировках.

— Что ты сказала?

— Руи одобрил это. Он сказал… Что мне хорошо быть собой. Таким образом, я буду снова тренироваться в роли Мэл.

— Я не могу перечить Руи-доно. Знаешь, единственным, кто мог одобрить что-то подобное, является Руи-доно.

— Вероятно, это правда…

Я еще не слышала о существовании высокопоставленной знатной девушки, владеющей мечом.

За исключением Дома маркиза Андэрсона, который ценит военное искусство, я не могу себе представить, чтобы это разрешили в Доме герцога Армелии.

— Может быть, вы ожидали это и именно поэтому порекомендовали помолвку с Руи?

— Ты все еще думаешь об этом? Ответ — нет. Начнем с того, что я не знал о Руи. Теперь, я бы хотел спросить, когда ты успела познакомиться с Руи-доно? Кажется, ты была знакома с ним ранее.

— Я встретила его примерно в то время, когда переехала в столицу. Знаешь, примерно в то время… У меня был спад, верно? Я продолжала проигрывать свои тренировочные матчи, и результаты моих тренировок были не очень хорошими. В то мрачное время я взорвалась после поражения Дональди и, сбежав из дома, отправилась в город. Тогда я и встретила его.

— Тогда он познакомился с Милли, как с Мэл?

— Ну да.

— Понятно… Я уверен, что Ромель знал об этом. Этот злобный парень.

Несмотря на то, что отец сказал о нем плохо, он весело рассмеялся.

— Что касается тренировок, если Руи-доно позволил тебе, я не против. Однако Аурелия-сама очень старается обучить тебя. Ты ни в коем случае не должна пренебрегать ее уроками.

— Я это понимаю.

— Ну, если так, то тогда все будет хорошо. Ведь ты та, кто унаследовал половину крови Мерильды.

Глаза отца показались немного грустными.

— Как вы встретили маму?

— Что с тобой сегодня? Почему ты задаешь мне все эти бессмысленные вопросы?

— Разве это не хорошо? После того, как я уже встретила свою судьбу, мне стало любопытно узнать историю о том, как познакомились мои родители. Я ведь еще не знаю об этом…

— …Конечно. Моя первая встреча с Мерильдой была на поле битвы. Я позаботился о ликвидации последствий войны, и Мерильда помогала раненым воинам на этой территории.

— Дочь барона помогала раненым воинам?

— Да… Хотя она раньше не изучала медицину. Тем не менее она помогала с заменой бинтов, урегулированием еды и занималась выполнением всевозможных других задач. Приходить на само поле боя и помогать, для нее было чем-то таким, чего она захотела сама. Не заботясь о своем внешнем виде, она искренне ухаживала за ранеными. Никто не говорил ей, что ей придется находиться рядом с теми, кто пережил некий кошмар. Прежде чем я узнал это, мне стало ясно, что я постоянно ищу ее и преследую взглядом. В те дни у меня не было такого преувеличенного звания, как у генерала, поэтому я часто посещал раненых членов моей группы в качестве начальника отряда. Мои визиты заканчивались нашими с ней долгими разговорами о разных вещах. Даже среди членов моей группы было несколько неравнодушных к Мерильде людей.

— Как вы тогда признались маме в своих чувствах?

— Нет, я не признался, я сделал ей предложение.

— Ой, как настойчиво!

— Я мог думать только о Мерильде. Она согласилась, и мы благополучно обручились… Однако после этого, когда я вернулся, меня официально назначили генералом, и поплыли разговоры о том, что я сменил Дом маркиза Андэрсона. Стали появляться люди, которые пытались помешать моему браку с Мерильдой. Это была настоящая катастрофа. Оппозиция этого дома была особенно жесткой. Ну, тогда в Доме маркиза Андэрсона был довольно жестокий внутренний конфликт.

Хотя отец рассказывал об этом довольно легко, я понимала, что для него это довольно тяжелая тема.

— Для нее имя Андэрсона было просто набором тяжелых кандалов, а Дом маркиза походил на тесную тюрьму. Она жила расслабленной и свободной. Именно я втянул ее в такой мир… Однако, несмотря на это, она решила пойти по выбранному мною пути. Желая заставить всех замолчать, она усердно работала, чтобы не стать позором семьи маркиза.

Отец нежно погладил меня по голове.

Его жест был добрым, а улыбка печальной.

— У тебя есть половина крови этой Мерильды. У тебя есть необоснованно сильное желание не потерять то, что очаровало меня, и половина крови этой доброй и красивой женщины… Вот почему у тебя все будет хорошо. С этого момента, я уверен, что ты сможешь преодолеть любую трудность, независимо от того, насколько она будет сложна….

— Большое спасибо, отец.

В конце концов, мне так и не удалось спросить о том, о чем я действительно хотела узнать, но даже в этом случае я была рада услышать хоть немного из истории жизни моей мамы.

Глава 66. Моя тренировка после долгого перерыва

На следующий день у меня был перерыв в уроках, поэтому я впервые за долгое время отправилась на тренировочную арену.

Естественно, я была одета как Мэл.

— А? Мэл, как давно тебя не было!

— Шурей-сан! Давно не виделись! Хм… Почему сегодня так мало людей?

Осмотрев окрестности, я наклонила голову.

Обычно в этом месте было большое количество людей, но сегодня было довольно тихо.

— Ааа, это потому, что сегодня тренировочные площадки открыты только для гвардейского корпуса… Когда все узнают, что сегодня приезжала Мэл, то уверен, что все расстроятся, особенно Куроитсу-сан. Он говорил, что хотел побороться с тобой, чтобы показать насколько улучшил свои навыки, но ты не пришла, поэтому он обиделся.

— Фуфуфу. В последнее время я пропускаю тренировки, поэтому сейчас не подойду для него.

— Пропускаешь тренировки, говоришь… Ты себя плохо чувствуешь?

— Нет, это не так, но…

Я не могла сказать, что помолвлена, поэтому запуталась в своих словах.

— Ну, если это не из-за этого, тогда все хорошо… Я хорошо поработаю над твоим расслабленным телом, так что готовься.

— С удовольствием!

Долгожданная тренировка заставила мое тело рано застонать.

К тому времени, когда я закончила основополагающую тренировку, мое тело уже было тяжелым от истощения, а дыхание стало быстрым.

Кроме того, мое раньше проворное тело теперь реагировало на несколько секунд позже.

Даже если эти несколько секунд могут быть фатальными в настоящей битве…

Поскольку мое тело стало больше, между моим умственным образом и реальностью была небольшая разница, которая, возможно, также сыграла свою роль.

— Как и следовало ожидать, это не хорошо. Просто немного забросив тренировки, мои инстинкты стали тупыми, и что более важно, мне стало сложнее управлять своим телом, — невольно пробормотала я, вытирая пот.

Так как Руи позволил мне тренироваться, в будущем, я могла бы постепенно увеличивать время тренировок…

— Ой, ой. Ты это серьезно говоришь?

Услышав потрясенный голос позади меня, я рефлекторно обернулась.

— Куроитсу-сан! Я думала, тренировочные площадки открыты сегодня только для гвардейского корпуса…

— У меня были дела с генералом. Собираясь возвращаться, я зашел, чтобы пригласить Шурея выпить, но… Я даже подумать не мог, что ты тоже будешь здесь.

— Прошло много времени с тех пор, как мы разговаривали в последний раз, Куроитсу-сан.

— Да, мы долго не виделись… Подожди, я этого не говорил. Неужели прошло много времени с тех пор, как ты в последний раз тренировалась?

— Да. Куроитсу-сан тоже об этом не знает? Я ведь не приходила сюда в последнее время, верно?

— Это правда… Это действительно так. Тогда что с этим?

Куроитсу-сан указал на гору «трупов» позади меня.

Шурей-сан был среди них.

— Хм, это люди, которые действовали как мои спарринг-противники, но…

— Твои навыки нисколько не снизились!

— Это неправда. Я уверена, что те, против кого я боролось, поймут это. Каждая из моих индивидуальных атак была легкой, а мои реакции стали медленными. Я привыкла сражаться, поэтому мне удалось побороть их, но я знаю, что с новым противником мне будет бороться намного сложнее.

— Если ты в состоянии побороть членов гвардейского корпуса Дома маркиза Андэрсона, то, я думаю, что ты находишься в довольно хорошей физической форме.

— Ни в коем случае. На самом деле, среди солдат во время предыдущих серийных похищений детей были исключительно сильные люди... Мир огромен. Если я стану слишком гордиться своими собственными силами, то, в конце концов, кто-то вытащит коврик из-под моих ног.

— Ты изменилась…

Он казался довольно удивленным моими словами. Куроитсу-сан горько улыбнулся.

— Мое желание не изменилось… Однако для того, чтобы владеть мечом, нужно принять соответствующее решение, верно? Если я не буду решительно держать свой меч, то, следовательно, буду подвергать опасности окружающих меня людей. Вот почему, взяв в руки свой меч, я не позволяю себе трусить. Если я хочу продолжать владеть им, то, думаю, что необходимо продолжать тренироваться и усовершенствовать свои навыки.

Я думаю, что сделала определенные выводы после тех серийных детских похищений.

Я знала… Я верила, что поняла это.

Тот меч, который должен был защищать тех, у кого нет власти, никогда не сломается.

Однако я не совсем поняла это.

Потому что люди, которые стояли за мной… Те, кто сражался вместе со мной, были тоже сильными.

Во время этого инцидента было все иначе.

Позади меня были люди, которые сами не могли защитить свои тела.

Хотя это была совместная операция с армией, в этом месте не было никого, кроме меня, кто бы мог защитить их, поэтому у меня не было никакого другого выбора, как постоять за этих девушек самостоятельно.

Если бы я в то время не смогла защитить тех девушек и рухнула?

Я уверена, что они не смогли бы остаться в безопасности.

Скорее всего, возможно, что из-за моего сопротивления они столкнулись бы с ситуацией намного катастрофичнее.

Именно поэтому.

Не было ничего, что позволяло бы мне в тот момент сдаться.

Это была моя обязанность, которую возложил на меня мой меч и мой долг.

Во время этого инцидента я впервые ощутила вес ответственности за людей и сложность их защиты.

— Ну, я знаю о твоей силе решимости. Несмотря на это, меня все еще порой удивляют твои слова.

— Это так. Как и следовало ожидать, тренировки с вами были наиболее трудными.

— Ой-оооо, — вставая, сказал Шурей-сан.

— Вы парни! Это то, что происходит, когда вам не хватает подготовки! Обучение будет удвоено в течение следующего времени!

И тогда те, кто все еще катался позади нас, взмолились.

— Ни за что…

— Скажи им! Шурей-сан!

Хотя Шурей-сан слышал их крики, он только широко улыбнулся и проигнорировал их.

— Теперь, когда я думаю об этом, Куроитсу-сан… Этот человек позади вас…

Внезапно я заметила юношу, стоящего позади Куроисту-сана.

У него были черные волосы и упорядоченные черты лица, а также стройное тело.

Если бы я внезапно увидела его в городе, то, безусловно, он бы стал тем, на ком бы остановился мой взгляд. Здесь, кроме меня, он был самым молодым.

Он был примерно одного возраста с моим старшим братом.

— Ааа, он один из тех вопросов, которые мне приходилось решать сегодня. Ранее, когда я давал свой отчет, я хотел представить его генералу, но…

— Рад вас видеть. Меня зовут Авель. Я прикреплен к Первому дивизиону армии. Извините, но вы…

— Меня зовут Мэл. Я работаю охранником молодой леди Дома маркиза Андэрсона, Мелиссы. Думаю, мы подружимся.

— Я тот, кто был недавно зачислен в армию. Изначально, я занимался бумажной работой, но в этом году они получили приказ сверху, что каждая армейская дивизия должна принять хотя бы одного ученика на определенный период времени. Поэтому Куроитсу-сан решил поставить меня под надзор дивизии. Естественно, мои навыки все еще не на должном уровне, так как я только начал тренироваться, поэтому, вероятно, мне будет нужным некоторое время поприсутствовать здесь.

Говоря об армии, их отряд считался сильным в бою. Однако по крайней мере пара человек была назначена для бумажной работы.

Это было необходимым, так как кто-то должен был контролировать такие вещи как бюджет, управлять индивидуальным снаряжением каждого солдата, контролировать товар и заниматься другими рутинными делами.

Тем не менее даже, будучи назначенным на такую должность, в конечном итоге они считались военными.

Требовалась определенная боевая сила, и им было необходимо знать, как использовать корпус и понимать тех, кто сражается на линии фронта. Таким образом, в течение определенного периода времени ежегодно каждое подразделение должно было принимать кого-то из тех, кто занимался бумажной работой, и обучать его.

— Хех… Если вы являетесь членом отряда Куроитсу-сана, то, значит, вы достаточно опытны.

Член подразделения под непосредственным контролем заместителя начальника… Если бы было решено, что у него нет никакого опыта, то не было бы никакой возможности попасть ему сюда.

Отец и Куроитсу-сан имели такую личность.

После моих слов Абель-сан немного застеснялся, поэтому его лицо покраснело, и он поспешно взмахнул рукой влево и вправо.

Этот жест произвел впечатление, что он дружелюбный человек… Это было очень мило.

— Нет, нет, я не говорю, что слаб… Просто я не могу сравниться с вами, Мэл-сан — человеком, который способен подавлять известные элиты среди элит Корпуса охраны Дома маркиза Андэрсона…

— К сожалению, я сегодня уже не могу больше бороться.

Я лучше всех понимала состояние своего тела.

Сражаться больше, чем сегодня, было бы невозможным.

— Таким образом, я думаю о том, чтобы сосредоточиться на тренировках здесь в будущем… Может быть, у меня появится снова возможность увидеть вас…

— Спасибо за вашу вежливость.

— Мы планируем отправиться в бар после обеда, какие у тебя планы Мэл?

Закончив разговор с Абель-саном, я услышала слова Куроитсу.

— Я прошу прошения, но я не могу. Ну что ж, всем большое спасибо за сегодняшний день.

Отказавшись, я покинула это место и вернулась в свою комнату. Немедленно вытерев пот, я переоделась.

Сев на кровать я ощутила, что после моей первой за долгое время тренировки мое тело истощено.

— Слава Богу…

Однако мое сердце наполняло чувство удовлетворения.

Как и следовало ожидать, тренировка пошла мне на пользу.

Способность двигать своим телом и постоянное чувство напряжения во время взмахом мечом было великолепным.

Поскольку я думала, что больше не смогу этим заниматься, я была искренне счастлива.

Если…

Если бы на Руи в будущем напали, то я бы без колебаний могла взять в руки меч.

Я уверена, что вокруг него будет бесчисленное количество охранников, но… Это не будет абсолютным.

Как когда-то с моей матерью…

Именно поэтому я познала горе от потери близкого человека. Я совершенно не хотела снова испытывать эту боль… Я не хотела терять его. Таким образом, впадая в полусознательное состояние, я снова и впредь решила умиротворять себя.

Глава 67. Тайная беседа жениха и свекра

— Отец… Как после этого прошло расследование герцогства Ринмеля?

— Аааа… Они были очень осторожными, поэтому это было довольно сложным.

Бросив документы на стол, он вздохнул.

Я взял их в руки и пролистал.

— Умеренная фракция и сторонники жесткой линии… Каждый из них продолжает расследовать внутренние дела другого, проверяя на прочность при контакте.

— В значительной степени… Но обе фракции настолько осторожны, что это хлопотно. Как я и думал, проводить все свое время в борьбе за власть — это больше, чем национальный характер этой страны….

Герцогство Ринмел… Это был регион, объединивший северную часть Королевства Тасмерия и восточную часть страны Тауэрия.

— Прямо сейчас сторонники жесткой линии… Фракция, которая защищает расширение территории, составляет часть высшего руководства. Если из-за борьбы за власть герцогство Ринмель будет разбито, угроза этой стране исчезнет.

— Да, для того, чтобы работать в этом направлении, мы отдали приоритет расследованию слабых сторон фракции сторонников жесткой линии…. Однако есть еще худший сценарий развития событий. Если ситуация изменится, мы сможем в самое короткое время начать войну.

— Мы будем использовать войну с Товаиром за основу? Это правда, что война с Товаиром была спровоцирована плохим урожаем, поэтому она началась в мгновение ока, но… Хотя герцогство Ринмель расположено к северу от нашего Королевства Тасмерия, как Товаир, мне сказали, что с тех пор, как качество почвы улучшилось, урожайность зерновых сортов стабильна. Какие именно изменения в ситуации вы ожидаете, когда говорите это?

— Ну, я думаю, что слишком серьёзно подхожу к этому….. Ты знаешь какой-то простой и эффективный метод объединения страны, которая раскололась из-за борьбы за власть?

Выслушав отца и немного подумав, я сказал:

— Создание общего врага, не так ли?

— Точно. Ну… Борьба за власть не является слишком большой проблемой, а также в нашей стране есть великий герой. Весьма вероятно, что я просто слишком сильно зацикливаюсь на этом… Оставляя это в стороне, как насчет твоего дела о наемниках?

— Он делает успехи…. Точнее, я должен сказать, что с его стороны не было никаких движений. Как я говорил вам на днях, те ребята, которые собирались на территории Андэрсона, все еще находятся в Доме маркиза Андэрсона.

— Я знаю.

— Может быть, поэтому…

— О чем вы?

Услышав мой вопрос, отец резко посмотрел на меня.

— Причина, по которой Милли была отправлена на помолвку. Если она выйдет замуж за Дом герцога Армелии, то будет вдали от цели, а также появится возможность держать ее вдали от поля битвы. Вот, что я думаю.

— Она твоя первая любовь, не так ли? Я просто хотел помочь тебе, как отец.

— Я не знал, что вы так добры ко мне.

— Ты дурак. Я добр, но не могу не дразнить своего милого любимого сына.

Даже когда я был удивлен своим отцом, он смеялся от удовольствия.

— Ну, это нормально. Вы, безусловно, добры, особенно к вашему лучшему другу…

— Хахаха… В значительной степени. Хотя, даже если Милли-тян втянут в битву, скорее всего, она будет в порядке.

— Пожалуйста, не шутите. Это правда, что она очень сильная. Однако… Именно по этой причине она прорвется через авангард и попытается раздвинуть как можно шире раскинуть руки, чтобы защитить других. У нее такая ужасно опасная сила…

— Что, ты действительно влюбился в нее, не так ли?

Услышав серьезный тон отца, я почувствовал, что мое лицо становится горячим.

В конце концов, я закашлялся, пытаясь сгладить ситуацию.

Видя мое смущение, отец самодовольно рассмеялся.

— Что вам говорил Газель-доно?

— Он сказал, что не хочет его смерти, — выдохнув, ответил отец.

— Не говорите мне, что вы действительно одобрили это?

— С этим ничего не поделаешь. У него было столько энтузиазма. Если я безрассудно возложу на него руку, то, похоже, он в конечном итоге укусит меня, поэтому лучше быть его союзником…

— Но как…

— Конечно, я сказал ему, что если этот парень уедет, мы будем действовать так, как нам нравится… Руи, не упускай никакой информации. Конечно, если хочешь защитить дом своей невесты.

— Я планировал сделать это с самого начала.

— Я знал, что ты так ответишь. Я продолжу следить за герцогством Ринмель... В этот раз я защищу эту страну от пламени войны, Руи…

— Да.

После этого я вышел из кабинета отца и вернулся в свою комнату.

Затем я рухнул на подаренное мне кресло.

— Ты выглядишь довольно уставшим, Руи-сама.

Человек, который был моим личным помощником, усмехнулся, увидев мое состояние, и окликнул меня.

— Я так выгляжу?

— Ты очень строг с собой.

Юноша осторожно налил чашку чая и поставил ее передо мной.

— Ты не строже меня? В частности, по отношению к себе?

— Это не относится к делу.

Даже криво улыбнувшись, казалось, юноша все еще наслаждался своими словами.

— Хех… Мне очень интересно узнать, что вызвало у тебя столько энтузиазма?

— Не то чтобы случилось какое-то конкретное важное событие… Просто я снова осознал величие этого мира.

Мгновенно опустив глаза, словно о чем-то думал, я пил налитый для меня чай.

Однако скоро я перевел свой взгляд на него.

— Ну, все хорошо. Не мог бы ты оставить меня в покое на некоторое время?

— Понял. Пожалуйста, извини.

Проводив его, медленно начал просматривать документы.

Глава 68. Моя встреча со своим личным помощником (часть 1)

Мои занятия в Доме Армелии закончились, и я села в карету.

По дороге домой я любовалась знакомыми пейзажами.

Дом маркиза Андэрсона находился неподалеку от Дома герцога Армелии.

Так как особняки были расположены возле дворца столицы, это было само собой разумеющееся.

Вскоре путешествие закончилось, и мы прибыли к особняку. Примерно в это же время я заметила какую-то суету у ворот.

— Остановите карету!

Когда я открыла окно и дала указания кучеру, карета постепенно остановилась.

Причиной скандала стали две девушки, которые казались старше меня, и привратники, которые с удивлением смотрели на остановившуюся рядом с ними карету.

— У вас все в порядке?

Когда я из окна окликнула привратника, он поспешно выпрямил спину и сказал:

— Мелиса-одзё-сама! Добро пожаловать!

— Спасибо… Здесь довольно шумно, что происходит?

Когда я повернулась к привратнику и поприветствовала его, он выглядел обеспокоенным и запинался во время разговора.

— Это, ммм…

— Вы, молодая мисс Дома маркиза Андэрсона? — прервав привратника, сказала одна из девушек.

Несмотря на то, что ее вопрос привлек мое внимание, привратник поспешно попытался прикрыть рот девушки.

Вероятно, это было потому, что обычно дворяне придирались к их поступкам.

— Да, это так, но… Что у вас случилось?

Тем не менее, будучи не склонной обращать внимание на невежливость, я просто продолжила разговор.

— Пожалуйста, позвольте нам встретиться с генералом Газелем!

— С отцом, не так ли?

Мне было интересно, чего именно они хотели, но я даже не могла подумать, что они желают встречи с отцом.

Ранее я слышала, что из-за геройского звания отца и его достижений, граждане очень доверяли ему.

Также среди них было несколько сумасшедших фанатов… Это то, что я слышала от Куроитсу-сана.

Однако, внимательно присмотревшись к этим людям, я подумала, что они не производят впечатления умалишённых.

— Зачем вам это?

— Мы восхищаемся генералом Газелем и стремимся завербовать первую дивизию армии. Тем не менее мы слышали, что женщины не могут вступить в армию… Мы хотели бы узнать, можно ли каким-то образом обойти это правило, поэтому пришли сюда.

Услышав это, я осознала, что их сегодняшнее желание пересекается с прошлой мной.

Поскольку у меня когда-то было такое же желание, я восприняла это как нечто естественное.

Закрыв на мгновение глаза, я засомневалась.

Принятое мной решение было довольно снисходительным, если это можно так назвать… Вздохнув, я открыла дверь кареты.

— Пожалуйста, садитесь. Я не уверена вернется ли сегодня отец домой, но… Я сразу же сообщу ему о вашем визите.

— Большое спасибо!

После моих слов, они обе быстро склонили головы.

Так как в течение долгого времени они оставались недвижимыми, я убедила их сесть в карету, и мы продолжили путь.

Вернувшись в особняк, я приказала слугам провести их в гостевую комнату, а корпусу охраны наблюдать за ними. Затем я пошла в свою комнату.

Почти одновременно со мной в мою комнату вошла бабушка.

— Я слышала об этом, О-дзё-сама. Кажется, ты пригласила в особняк подозрительных людей?

— О, я приказала Корпусу Гвардии наблюдать за ними, поэтому они не нанесут никакого вреда людям особняка. Я уверена, что гвардейцы смогут уладить конфликт, если это будет необходимо… Хотя я убеждена, что все закончится тем, что это окажется лишней мерой предосторожности.

Их действия были наполнены слишком сильным духом, поэтому вряд ли они лгали.

Вот почему я решила, что их намерения искренни и пригласила их в особняк.

— Я не спрашиваю о чем-то подобном. Я хочу знать, почему ты поступила именно так?

— Ой, вы думаете, я могла им отказать? Ведь я сама когда то стремилась вступить в армию!

Когда я, слегка хихикнув, посмотрела на бабушку, она широко улыбалась.

— Да, да. Я знаю. Ты не откажешься от своей цели, даже если не сможешь осуществить ее самостоятельно.

— Фуфуфу, я так и знала, что вы это скажете. Итак, отец сегодня вернется в особняк?

— Эти девушки просто счастливицы. Я недавно узнала, что генерал скоро прибудет.

— Ах, удача действительно на их стороне. Бабушка, я хотела бы быть свидетелем их встречи, поэтому не могли бы вы помочь мне преобразиться?

— Да, конечно!

Затем я переоделась в одежду, которую мне помогла выбрать бабушка и направилась в гостиную.

— О! Отец…

По счастливой случайности по пути туда я встретила отца.

— Ты не должна просто говорить «О! Отец», не так ли? Боже, ты совершила такую ошибку…

— Да, это правда. Именно поэтому я пришла сюда, чтобы также услышать их историю.

— Это не то, что можно решить таким образом! Ты планируешь помогать каждому, кто захочет со мной поговорить напрямую?

— Нет, это не входит в мои планы.

— Тогда почему ты помогла этим людям?

— Интуиция.

Слово, которое я сказала отцу, заставило его на мгновение застыть.

— Интуиция…

— Да, вы правы. Просто встретившись с ними, вы сами это поймете. От них исходит какая-то жесткая энергия. К тому же, я никогда ранее не содействовала людям, которые хотели встретиться с вами, не так ли?

— Это… Они ведь женщины, верно? Ты же знаешь, что даже после разговора со мной они не смогут вступить в армию.

Эти слова отца звучали так, словно на самом деле он говорил:

— Никто не может знать это лучше, чем ты…

И это было правдой.

Именно поэтому я и пригласила их в особняк.

Чтобы понять, почему даже зная об этом, они не отказались от своего желания.

— Я знаю. Но, пожалуйста, посмотрите на них и поговорите с ними…

— Только пять минут.

— Я верю, что этого будет достаточно для того, чтобы выслушать их историю.

Затем мы вошли в гостиную, где нас уже ожидали девушки.

— Вы хотели поговорить со мной?

Мы с отцом сели напротив них.

Взамен, услышав голос отца, одна из девушек неожиданно встала.

Вслед за ней встала и другая девушка.

— Пожалуйста, простите нас за наш внезапный визит!

— Пожалуйста, простите нас!

— Все нормально. Присаживайтесь и рассказывайте, зачем пришли.

Получив прощение отца, две девушки снова присели.

— Меня зовут Анна. А это моя младшая сестра-близнец…

— Я Эналин.

— Мы приехали сюда из деревни Фэррота.

Услышав название незнакомой деревни, я склонила голову и вопросительно посмотрела на отца.

У сидевшего рядом со мной отца на мгновение также появилось необычное взволнованное выражение лица.

Конечно, так как удивление мгновенно пропало с наших лиц, девушки, сидящие напротив нас, ничего не заметили.

— Как вы знаете, наша деревня была одной из тех мест, которые были превращены в поле битвы с Товаиром. Наш отец и мать погибли во время войны.

— Это прискорбно… Вы хотите сказать, что желаете вступить в армию для того, чтобы отомстить за них?

— Нет, это не так. Конечно, я не могу сказать, что обида и горе от потери отца и матери исчезли, но… Мы благодарны вам, генерал Газель, так как если бы вы не появились тогда в нашей деревне, то мы бы погибли вместе со своими родителями

— Я понял. Если бы вы остались в той деревне, то…

— Да. Как вам известно, в то время армия Товаира грабила деревни.

— Те, кто противостоял им, были уничтожены. У оставшихся в живых были украдены все их вещи, и они не могли продолжать так жить. Кроме того, армия Товаира продолжала оккупировать деревню, чтобы сделать на ней свою базу…

На мгновение Анна запнулась.

Эналин погладила сестру по спине, чтобы успокоить ее.

Когда они замолчали, я мысленно представила карту Королевства Тасмерия.

Если это было действительно местом, где воевал отец, то деревня Феррот, вероятно, находилась либо на территории бывшего Сезуна, либо на территории графа Монро.

Вероятно, они были окружены армией, поэтому не могли самостоятельно обратиться за помощью.

Вражеская армия также не допустила бы этого.

Они понимали, что позволить жителям сбежать равносильно тому, что уступить свое положение врагу.

— В то время мы были очень молоды и поэтому, когда убивали наших родителей, мы плакали и кричали, но… Наш плач раздражал солдат Товаира, и они уже собирались нас убить… Именно в тот момент генерал Газель спас нас.

— Сила генерала Газеля была подавляющей. Мы были удивлены и очарованы той силой, которая позволила вам разрушить эту безнадежную, не имеющую выхода ситуацию. Мы глубоко уважаем генерала Газеля, который спас нам жизнь.

— С тех пор мы хотим быть полезными для генерала Газеля… Вот что мы думали. Мы хотели бы помогать вам и так же, как и вы, защищать кого-то. Это то, о чем мы мечтали последние годы. Поэтому, пожалуйста, позвольте нам вступить в дивизию генерала Газеля!

«Аааа, вот в чем дело», — подумала я.

Я помню слова, которые однажды сказал мне отец:

«Прежде чем я узнал это, путь был уже проложен позади меня. По этому пути медленно, но верно за мной следовали люди. Они были не кем иным, как простыми людьми».

Жизнь, которую спас отец, последовала за ним.

Затем этот круг расширился… Это то, что я поняла.

— Я понимаю ваши намерения… Однако, как вы знаете, в армию могут вступить только мужчины. Я не могу произвольно изменить это правило. К сожалению, но…

— Почему не берут женщин?! Мы не проиграем ни одному мужчине! И… Если вы скажете, что это бесполезно только потому, что мы женщины, то мы готовы отбросить эту женственность!

— Если вопрос в способностях, то мы понимаем это. Однако если это связано только с полом… Если нас будут судить по нашим способностям, а не по тому, кем мы родились, мы не сдадимся.

Они отчаянно отбивались от слов отца.

Это отчаяние напомнило мне то, какой я была когда-то.

— Что вы сделали для достижения этой цели?

— О-ой… — не обращая внимания на отца, когда он попытался остановить меня, я продолжила:

— Иметь желание защитить кого-то — это замечательно. Однако если вы не тренируетесь должным образом для достижения этой цели, то это просто пустые слова.

Услышав эти слова, сестры пристально посмотрели на меня.

— Конечно, мы тренировались. Самостоятельно, но… У нас не было возможности подойти к этому более серьезно.

— Да? Тогда не могли бы вы вдвоем попробовать поработать в этом особняке?

— А?

— Да, это было бы замечательно. Мы просто хотели найти кого-то, кто был бы личным помощником Милли. И если вы согласитесь работать здесь, то сможете принять участие в тренировках Корпуса Гвардии. Даже если вы вступите в армию, то будет необходимо время для утверждения этого. В таком случае вам следовало бы немного успокоиться и подождать… Однако если я увижу, что вы плохо тренируетесь, то немедленно выгоню вас. Ты согласна со мной, Милли?

— Да, отец. У меня нет возражений.

— Что скажете вы?

— Мы…!

Сдерживая Анну, которая, казалось, сейчас не хотела идти на компромисс, Эналин встала перед ней и, протянув ей руку, сказала:

— Я думаю, нам стоит принять это предложение, Анна.

— Но, Эналин!

— Если мы будем тренироваться здесь, то шансы на осуществление нашей мечты возрастут. Я слышала, что даже военнослужащим нелегко пройти подготовку генерала Газеля. В таком случае мы должны остаться здесь и умерить свой пыл, продолжая ходатайствовать перед страной.

— Мы согласны. Позаботьтесь о нас, пожалуйста.

Затем они в сопровождении Корпуса Гвардии покинули комнату.

Глава 69. Моя встреча со своим личным помощником (часть 2)

— Почему ты поддержала их?

— Разве вы еще не поняли этого?

Слегка улыбнувшись, я посмотрела на отца, который встал и неловко отвел взгляд.

— Это была языковая ошибка.

— И я в точности повторю вам это. Когда вы услышали название деревни Феррот, то отреагировали довольно вяло, понимаете? Вы сказали, что они могут стать моими личными помощниками только после того, как услышали это название, не так ли? Так какая связь между вами и деревней Феррот?

— Я просто погрузился в свои чувства, вот и все. Деревня, в которой я встретил Мерильду… Это была деревня Феррот на территории Сезуна.

— Хех…. Подождите, так может быть….

У меня возникла определенная мысль.

Это было невозможным…. Несмотря на то, что мой разум пытался отрицать это, я не могла отбросить эту мысль.

Причиной этого было то, что… Возможно ли, чтобы дворянин отправлял свою дочь на другую опасную территорию, которая помимо этого являлась местом поля боя? Эти сомнения мешали мне отказаться от нее.

Начнем с того, что благородная дочь должна стоять на самом пьедестале. Вряд ли ей было позволено ухаживать за ранеными… Скорее, можно сказать, ей бы не позволили этого.

Несмотря на это, почему она изо всех сил старалась отправиться на поле битвы другой территории?

— В самом деле. Твоя мать, Мерильда, жила в доме барона Сезуна, — сев напротив меня на место Анны и Эналин, сказал отец.

— Почему…. Разве весь Дом барона Сезуна не покинул военную компанию Товаира?

— Она осталась со своим двоюродным братом, который прятался в то время в особняке. Похоже, пойдя против желаний своей семьи в то время, она пошла работать медсестрой в освобожденные мной деревни.

— Тогда где ее двоюродный брат и его семья?

— Похоже, что они были жителями территории Сезуна и оставались ответственными за управление частью обширной территории. Однако вскоре после начала войны все члены ее семьи погибли. Не имея других родственников, она (двоюродная сестра) была временно взята под контроль дома барона Сезуна. Вот как произошло….

— Хм, это может быть неуместным вопросом, но…. Двоюродный брат, который умер во время войны, был прямого происхождения?

— Почему ты спрашиваешь об этом?

— Потому что…. Если это не так, то почему мама не стала преемницей Дома барона Сезуна?

— Я видел эскиз ее портрета, который ранее висел у нее дома. Тот, на котором она была изображена вместе с парой барона Сезуна. Кстати, портрет, оставленный позади барона Сезуна и ее портрет, были полностью идентичные. Если ты захочешь, я покажу тебе его позже. Он до сих пор хранится в комнате Мерильды…. Ну, для меня, была ли Мерильда двоюродной сестрой или родственницей прямого происхождения, не имело никакого значения, поскольку я сделал ей предложение, не зная, что она все-таки из Дома барона Сезуна.

— Если это так, то почему…

— Мне интересно, почему ты так обеспокоена этим?

Услышав вопрос отца, я внезапно пришла в себя.

Он прав…. О чем я говорю в данный момент?

Независимо от того, кем была моя мать, факт того, что она была моей матерью, не изменится.

— Ну, если бы меня вынудили, я бы сказал, что это было решением королевской семьи. В то время они хотели как можно скорее возродить этот регион и пытались построить там оборонительный лагерь. В частности, королевская семья отчаянно пыталась сделать это ради укрепления обороны северной части королевства. Был способ, которым она могла бы взять жениха для своей семьи, но…. Я пытался войти в ее семью, но когда эта информация достигла столицы, было решено, что я унаследую Дом маркиза Андэрсона. Я был крайне против этого. После женитьбы на Мерильде я не планировал вступать в наследство. Мне действительно хотелось уйти из армии и быть принятым в ее семью. Обсуждая это некоторое время, мы так и не пришли к компромиссу…. Королевская семья не хотела, чтобы я увольнялся из армии, а моя семья хотела, чтобы я унаследовал Дом маркиза Андэрсона. Мерильда желала поддержки от страны, чтобы оживить территорию и построить оборонительный лагерь из армии, а я желал жениться на ней и прожить в мире всю жизнь. Результат согласования ожиданий этих четырех сторон привел к нынешнему положению вещей.

Неожиданно грандиозная история на мгновение шокировала меня.

— Какая замечательная история.

— Ну, да… В любом случае мы поступили довольно странно, но когда я услышал, что эти девушки родом с бывшей территории Сезуна, и, кроме того, из деревни Феррот, где мы встретились с Мерильдой, вопреки своему здравому суждению, я не смог прогнать их.

— Так и было….

— Ты услышала от них то, что хотела?

После этих слов я вспомнила о существовании Анны и Эналин.

— Да. Я планирую присматривать за ними…. Мне кажется, что им еще нужно многому научиться.

— Это правда. Когда они покидали комнату, я обратил внимание на их телосложение. Думаю, им нужно много тренироваться. Наверное, ты это поняла еще до того, как я их увидел, верно? Несмотря на это, почему….

— Потому что я хочу это увидеть.

— Увидеть это?

— Да. Прежде чем мы вошли, я попросила вас кое о чем, верно? Я сказала: «Пожалуйста, посмотри на них и услышь их желание своими глазами и ушами». Вы услышали их желание, так что теперь нам нужно увидеть его. Сила их желания…. Насколько сильными могут стать люди благодаря силе их решимости.

Шокированный отец смеялся над моими словами.

— Неужели так сложно сказать правду? То, что тебе они просто понравились. Без сомнения, ты уже решила поселить их здесь еще до того, как я с ними познакомился, не так ли?

— Да, это правда…. Это вы называете своей интуицией?

— Хахаха, точно.

— Ну, тогда позвольте мне извиниться…. Отец, спасибо, что поддержали меня.

Когда я встала и откланялась, отец махнул рукой, словно говоря, не обращай на это внимания.

Я рефлекторно улыбнулась его жесту и вышла из комнаты.

Вернувшись в свою комнату, я направилась к столу, чтобы почитать книгу.

В последнее время я читала книги, написанные на иностранных языках, а также книги по истории и им подобное по просьбе Аурелии-самы, но с недавних пор я в дополнение к этому также стала читать книги и по другим предметам.

Возможно, это было связано с тем, что я не привыкла читать книги, и мне требовалось немало времени, чтобы закончить читать одну из них.

Поскольку я хотела проводить больше времени на тренировках, в последнее время, находясь в своей комнате, я всегда читала.

Спустя некоторое время, спокойно читая книгу, я услышала стук в дверь.

— Прошу прощения, О-дзё-сама.

В комнату вошли три человека — бабушка, Анна и Эналин.

Анна и Эналин уже были одеты в униформу слуг этого дома.

Будучи одетыми в одинаковую одежду, их черты лица были едва различимы между собой.

Раньше их можно было различать по их нарядам, но…. Этим двум девушкам придется носить совершенно одинаковую одежду из-за необходимости быть одетыми в униформу.

«Я думаю, в будущем я смогу как-то отличать их друг от друга…» — подумала я, глядя на их лица.

Им было около двадцати лет. Они были старше моего старшего брата и имели ясные глаза.

«…Это нехорошо, что я не могу найти никаких различий между ними».

Внутренне вздохнув, я сказала:

— Меня зовут Мелиса Риз Андэрсон. Пожалуйста, будьте благосклонны ко мне.

— П-пожалуйста, будьте благосклонны к нам.

— Пожалуйста….

— Я буду курировать вас. Мы посвятим все свое время и силы, чтобы быть вовремя полезными О-дзё-саме, — поклонившись, сказала бабушка, на которую возлагалась обязанность присматривать за ними.

— Мне приятно слышать ваши слова, бабушка. Возможно, первое время вам будет довольно сложно втянуться в работу, но, пожалуйста, работайте усердно. Кроме того, с завтрашнего дня вы сможете принять участие в обучении отца. Если вам что-то понадобиться, сообщите об этом кому-нибудь в особняке.

— Хорошо.

— Понятно.

Было интересным то, что, несмотря на абсолютную схожесть их лиц, они демонстрировали совершенно разные реакции.

— О-дзё-сама, мы отвлекли вас от чтения, просим прощения за это.

— Ничего страшного, все отлично.

Когда три женщин вышли из моей комнаты, я снова сосредоточилась на лежащей передо мной книге.

Я слышала только звуки переворачивающихся страниц.

Было очень тихо.

Я погрузилась в себя и словно попала в мир книги.

— Прошу прощения…. О-дзё-сама, ужин готов.

Забыв о времени и погрузившись в чтение, вместе со стуком я услышала голос бабушки снаружи комнаты.

Отведя взгляд от книги, я открыла дверь.

— Как прошел первый день новеньких?

— Они совершенно сбиты с толку, поскольку еще не привыкли к работе.

— Ну, это естественно… Я их понимаю.

— Вот, почему я считаю, что вы должны стать для них хорошим примером для подражания. Я также буду руководить ими, чтобы они не смущались. Куда бы они ни пошли, как и ожидалось, у них всегда будет образец для подражания, что поспособствует их скорейшему росту.

— Я сделаю все возможное, чтобы просветить их.

Отужинав, я направилась не в свою комнату, а в мамину.

Открыв дверь, я увидела идеально чистую комнату. Это создало иллюзию того, что мама до сих пор живет здесь. Казалось, что везде были ее следы.

— Мама…

Казалось, что в этой комнате остановилось время. Войдя в нее, мне казалось, что мое время также остановилось.

Однако через некоторое время я пришла в себя и начала исследовать внутреннюю часть комнаты.

Моя цель…. Портрет был вскоре найден.

Он лежал внутри стола, словно сокровище.

В окружении людей, которые, кажется, были парой барона Сезуна, была изображена молодая мать.

Она очень счастливо улыбалась.

Однако мне стало ужасно грустно, когда я подумала о том, как эта счастливая сцена будет разбита на крошечные кусочки в не слишком далеком будущем из-за войны.

Несмотря на то, что я знала о войне только по рассказам других, внезапно она изменилась во мне как нечто гораздо более близкое.

Сколько горя скрывала мать за этой нежной улыбкой?

Какие же жалкие чувства она питала?

Снова посмотрев на этот набросок, я как будто хотела сжечь его в своей памяти, а затем осторожно убрала его и вышла из комнаты.

Глава 70. Моя встреча со своим личным помощником (часть 3)

— Бог мой… Разве это не стало для тебя хорошим опытом? — отреагировала на случившееся Аурелия-сама.

Во время перерыва между уроками, речь зашла об Анне и Эналин.

— Любой твой поступок может привести к необратимым последствиям, поэтому ты не должна поступать так, как тебе вздумается.

Услышав слова Аурэлии-самы, я рассмеялась.

— Отставим это, давайте продолжим обучение.

Не обращая внимания на мою реакцию, она мило улыбнулась.

— О, да!

— Ну, перерыв окончен. Попробуй сделать это еще раз с самого начала.

После этих слов заиграло пианино.

Прислушиваясь к нотам, я вышла вперед, подойдя к Альфу, который стоял передо мной.

— Да, все правильно. Обрати внимание на музыку…. Твои движения должны быть элегантными.

Слушая советы Аурелии-самы, я обратила свое сознание к ногам.

Не сделав этого, мои ноги бы запутались.

В глубине души я чувствовала, что привести движения моего тела в соответствие с музыкой было довольно сложно.

Единственным искупительным моментом было то, что благодаря военному искусству, которым я до сих пор занималась, мое тело находилось в хорошей физической форме.

— Не смотри на свои ноги! Всегда улыбайся… Да, вот так. Уделяй больше внимания потоку!

Последовав совету Аурелии-самы, я улыбнулась.

Хотя я понимала, что это выглядит довольно натянуто.

— Держи осанку прямой. Все правильно, хорошо!

Пока не закончилась пьеса, я продолжала танцевать вместе с Альфом.

— Спасибо за сегодняшнюю встречу.

Когда урок закончился, я поблагодарила Аурелию-саму и Альфа, а затем собрала свои вещи и поехала домой.

Вернувшись в свою комнату, я переоделась. Затем, подойдя к окну, я стала наблюдать за проходящей в настоящее время тренировкой на площадке для занятий.

Казалось, что Анне и Эналин каким-то образом удалось догнать подготовку остальных ребят.

Среди впервые проходивших обучение у отца людей было мало тех, кто имел достаточный уровень физической подготовки для прохождения базового обучения.

Обратив на это внимание, стало ясно, что они тренировались совсем недолго.

Как бы то ни было, глядя на их истощенные тела и покрасневшие лица было бы лучшим, если бы они были немного выносливей.

После этого девушки смешались с сотрудниками Корпуса гвардии и приступили к тренировочным качелям.

Как они и говорили, их фехтование было любительским и все еще находилось в процессе формирования.

— Как проходит их обучение, О-дзё-сама? — подавая мне чай, спросила бабушка.

— О, бабушка! Вам тоже интересно?

— Несмотря на то, что я не очень хорошо разбираюсь в военном искусстве, меня беспокоит их состояние.

— Понятно. Эти девушки должным образом относятся к обучению отца… Хотя, несмотря на их неплохие навыки, я не могла бы сразиться с одной из них как с равносильным соперником. Тем не менее я с нетерпением жду их дальнейшего роста.

— Да? Кстати, О-дзё-сама, когда они пришли в этот особняк, кажется, что ты обратила внимание только на их физическую форму, но… Возможно, ты была знакома с ними до их визита сюда?

— Нет, я честно впервые встретила их перед особняком. Я ведь говорила вам об этом ранее, верно?

— Ты не говорила мне об этом напрямую, но говорила что-то вроде того, что приказала Корпусу охраны наблюдать за ними, чтобы они не нанесли никакого вреда людям особняка. А также то, что уверена, что в будущем это окажется лишней мерой предосторожности.

— Ааа, да, было такое… Фуфуфу, эта была просто моя интуиция.

Возможно, мои слова были неожиданными, поскольку глаза бабушки округлились, и она ошарашено моргнула.

Увидев это, мне снова стало смешно, однако я сделала глоток чая, чтобы подавить в себе смех.

— Я приняла это решение, основываясь на том, как они позиционировали свой центр тяжести во время ходьбы, на том, как смотрели и так далее. Отец часто говорил мне, что следует судить о способностях оппонента по его неосознанным движениям, поэтому после тренировок я много внимания уделяла наблюдению за движениями других. В остальном, я полагаю, мне помогли уроки Аурелии-самы.

— Аурелии-самы? Чем могло помочь в этом обучение в Доме герцога Армелии?

— Трудно скрыть движения, которые были внедрены в человеческие кости. Аурелия-сама часто указывает на то, как я двигаюсь. Благодаря этому я стала уделять этому больше внимания и начала присматриваться к неосознанным движениям окружающих.

Учитывая то, что это суждение было вынесено основываясь на личном опыте, я думаю, на мое решение повлияла не только интуиция.

Несмотря на это, я все равно больше доверяла собственному опыту.

— Ясно… О-дзё-сама, есть кое-что, что бы я хотела сказать тебе после нашего разговора.

— О, что бы это могло быть?

— Это может показаться самонадеянным, но я поражена твоим ростом с тех пор, как ты начала брать уроки правильных манер в Доме герцога Армелии. Конечно, это отчасти связано с тем, что ты прикладываешь к этому достаточно много усилий… А также то, что, безусловно, герцогиня Аурелия превосходный преподаватель. Самое главное, чтобы наблюдательные способности, которые ты культивировала до сих пор, сыграли для тебя важную роль. Ты наблюдаешь, видишь различия, а затем подстраиваешься под них. Я думаю, именно благодаря этому ты смогла вырасти с такой удивительной скоростью.

— Боже… Я рада слышать от вас такую похвалу в свой адрес.

Даже после того, как я сказала это, слова бабушки все еще продолжали звучать в моей голове.

Это правда, что, даже увидев что-то на первый взгляд кажущееся совершенно несвязным, я погружаюсь в закрома своего разума и ищу точки соприкосновения с этим, тем самым сама спутываясь с ними.

— Это невероятная способность. Я с нетерпением жду твоего дальнейшего роста в будущем, О-дзё-сама.

— Да, бабушка, я буду продолжать усердно работать над собой.

Бабушка нежно улыбнулась в ответ.

— Теперь, учитывая обучение девушек, что мне делать со своим собственным темпераментом?

Однако, несмотря на то, что я сказала это с улыбкой, бабушка тяжело вздохнула.

— Как насчет того, чтобы представиться им как Мэл?

— О, бабушка, вы меня не станете отговаривать от этого?

— Как ты думаешь, сколько лет я забочусь о тебе, О-дзё-сама?

— Ну да, вы правы… Хорошо было бы познакомиться с ними в роли Мэл… Однако если они станут моими личными помощницами, то им не понадобится много времени для того, чтобы догадаться что Мэл и я это один тот же человек.

— Ты планируешь скрывать это от них?

Как будто услышав что-то неожиданное, бабушка слегка удивилась.

— Даже если они догадаются, ничего страшного не произойдет, так как они уже будут являться сотрудниками нашего дома, но… Честно говоря, я бы не хотела, чтобы об этом узнала широкая публика.

Хотя в том, что я обучалась военному искусству, не было ничего постыдного, все равно, как и ожидалось, для благородной дочери это было неуместным.

Распространение этой информации испортило бы мою репутацию, поэтому я хотела сохранить это в секрете от других дворян.

Что касается секрета, то чем меньше людей будут его знать, тем меньше шансов, что он раскроется… Поэтому, даже если бы он принадлежал моему собственному Дому, у меня не было бы в планах рассказывать его всем.

— Я поняла. Тогда как насчет того, чтобы отказаться от тренировок?

— Я не хочу. Как только я прекратила тренировки, мое тело очень ослабло. Вот почему я хочу продолжать тренироваться, но…

Вдруг в моей голове всплыло тренировочное меню на один день.

Поскольку большую часть своего времени я проводила в Доме Армелии, мне было бы сложно тренироваться вместе со всеми.

— В любом случае тренироваться со всеми мне сейчас не совсем удобно, поэтому я буду делать это самостоятельно. Было бы хорошо созвониться с некоторыми людьми из Корпуса Гвардии, чтобы они составили мне компанию на тот период, пока девушки работают в особняке.

— Если хочешь, на время твоих тренировок я поручу им работу, которая не приведет их на тренировочную площадку. Мне следует еще очень многому научить их. Я буду находиться рядом с ними и не позволю вам встретиться.

— Хорошо, спасибо, бабушка.

— Пожалуйста.

Услышав слова благодарности, бабушка тепло улыбнулась.

— Теперь я много думаю об этом, бабушка. Что вы думаете об этом?

Этот вопрос относился к разговору о семье.

Муж бабушки уже скончался. У них был один общий ребенок.

Поскольку этот ребенок уже вырос, было решено, что бабушка поедет со мной в столицу, а он останется на территории.

С тех пор, как бабушка приехала в столицу, она не брала длительных отпусков и не возвращалась на территорию. Учитывая это, она давно не виделась со своей семьей.

Так как отчасти это было из-за меня, я неоднократно предлагала ей взять отпуск и съездить домой, но она каждый раз отказывалась. Подумав, что мы бы могли предложить работу ее ребенку в столице и объединить их с бабушкой, я попыталась выяснить все обстоятельства, снова спросив об этом у нее.

— О-дзё-сама. Я искренне благодарна, что ты беспокоишься о таком никчемном человеке, как я. Тем не менее это действительно лишнее. Поскольку я поклялась хранить верность Дому маркиза Андэрсона, мне выпала честь работать здесь.

— Правда? Но вы ни разу не посетили территорию с тех пор, как мы приехали сюда.

— Да меня все устраивает, — с улыбкой сказала бабушка.

Увидев ее улыбку, я поняла, что никакие мои слова не смогут повлиять на ее решение.

Если я что-то решила или сказала, то никто не сможет переубедить меня. Бабушка была такой же.

— Если вы передумаете, то можете всегда сказать мне об этом.

— Конечно, я скажу тебе.

— Тогда, я полагаю, мне пора вернуться к чтению. Бабушка, пожалуйста, принесите мне горячего чая.

— Поняла.

Глава 71. Свидание со своим женихом

С тех пор, как эти девушки появились в нашем доме, прошло уже некоторое время.

Так как казалось, что сестры уже привыкли к жизни в особняке, они постепенно приступили к работе моими личными помощниками.

На самом деле, когда я читала книгу, Анна преподнесла мне заваренный ею чай.

Сделав глоточек, я сказала:

— Этот чай слишком горячий.

— А?

— Для заваривания чая из магазина Filden лучше заливать его едва теплой водой, иначе он получится более терпким на вкус. Чтобы насладиться оригинальным сладким вкусом, вода должна быть менее горячей.

Я действительно полюбила пить чай только после того, как начала брать уроки правильных манер в Доме герцога Армелии.

Видимо, для дворян было вполне естественно знать, что «хорошие вещи» и «подлинные предметы» были созданы для того, чтобы выйти в мир.

Я полагаю, что проводимое в перерыве между уроками чаепитие было также частью моего обучения.

Теперь вернемся к основной теме.

Само собой разумеется, что нужно было не только разбираться в различных сортах чая, но и знать как оптимально его заваривать… Вот почему я также изучала это.

Честно говоря, до изучения основ правильных манер я никогда не тратила время на чаепитие. Потея на тренировках, меня всегда мучило чувство жажды, которое со временем глубоко укоренилось во мне.

Конечно, тогда я даже не обращала внимания на вкус.

— Ах да! Приношу свои извинения…

Я не знала, что ждало в будущем Анну и Эналин, но считала, что им не помешает узнать больше о некоторых вещах.

Таким образом, они могли подумать, что я излишне придираюсь к мелочам, однако я все же сказала им это.

— Хорошо. Я хочу, чтобы ты запомнила это на будущее. Пожалуйста, будь внимательнее в следующий раз.

Отведя взгляд от книги и сказав это, я посмотрела ей в глаза.

Она несколько раз взволнованно кивнула головой, взяла чайник и на некоторое время вышла из комнаты.

Я снова перевела взгляд на книгу.

После этого я какое-то время была занята чтением. Примерно тогда, когда солнце начало садиться, я почувствовала, как немеет мое тело от длительного сидения.

Затем я позвала в комнату бабушку.

— О-дзё-сама, что ты хотела?

— Я планирую пойти на тренировку. Когда я вернусь и переоденусь, то позову вас.

— Поняла.

Сказав все, что хотела, я быстро переоделась в тренировочную форму.

Внезапно мне стало любопытно увидеть свое отражение в зеркале, поэтому я взглянула на него.

Это была одежда, к которой я привыкла.

Именно по этой причине, увидев свое отражение в зеркале, мне показалось оно неуместным.

Несмотря на то, что последнее время мои волосы были короткими, как у мальчика, сейчас они уже немного отросли и достигали плеч.

Как и следовало ожидать, было трудно тренироваться с волосами такой длины, поэтому я собрала их в хвост.

Затем, взяв свой меч, я покинула особняк.

Сначала я обежала круг вокруг особняка.

Возможно, так как прошло уже некоторое время после моей последней тренировки, я немного вспотела уже после первого круга.

Закончив бег, я взяла меч и приступила к тренировочным качелям.

Как и ожидалось, мой меч был хорош.

Каждый раз, когда я размахивала им, мое сердце успокаивалось, и я как будто бы срезала все лишнее в своем сознании.

Однако, с другой стороны, мой разум протрезвел, а умеренное чувство напряжения было довольно-таки приятным.

Я хотела бы всегда размахивать своим мечом, не имея посторонних мыслей.

Затем я вернулась в свою комнату и пошла ужинать.

Вернувшись впервые после начала обучения к тренировкам, я думала о том, насколько ослабло мое тело.

С тех пор, после ежедневных непрерывных тренировок, я чувствовала, что мое состояние значительно улучшилось.

По крайней мере, до того момента, когда мне пришлось сидеть некоторое время в своей комнате сразу после тренировки.

Часто говорят, что все, что нас не убивает, делает нас сильнее.

Думая об этом, поужинав, я оделась и встала перед зеркалом.

Моя одежда была наглаженной, а волосы уложены.

Причина, по которой я уделяла так много внимания своей внешности, заключалась в том, что Руи, по-видимому, имел на сегодня некоторые поручения, которые должен был выполнить поблизости нашего особняка, и поэтому должен был заехать в Дом маркиза Андэрсона.

Несмотря на мои ежедневные визиты в Дом герцога Армелии, на самом деле я почти не встречалась там с Руи.

Вместо этого мы часто обменивались письмами.

Вначале, так как Руи никогда ранее не писал личных писем, его стиль письма был довольно жестким.

При этом я также ранее никогда не вела переписку с кем-либо, но меня учила этому Аурелия-сама.

Оставляя это в стороне, когда дело дошло до встречи с ним, я была счастлива, однако все равно очень волновалась… Я не могла сдержать себя и неосознанно прихорашивалась, пытаясь успокоиться.

— О-дзё-сама, Руи-сама прибыл, — крикнула мне Эналин, когда я ерзала перед зеркалом.

Было немного неловко, что кто-то видел меня в таком виде, поэтому я застыла.

Какое-то время я сосредоточено смотрела на нее и оставалась неподвижной. Пока она ждала моих следующих указаний, выражение ее лица ни на секунду не изменилось.

— Хорошо, я поняла. Проведи его в гостиную.

— Ясно.

После этого я предприняла последние бесполезные попытки привести в порядок свою прическу и вышла из комнаты.

Быстро шагая по коридору, я направилась в гостиную.

Позвав Анну, я приказала ей открыть мне дверь.

— Я заставила вас ждать, Руи.

— Нет, совсем нет.

Когда я слегка опустила голову, Руи нежно улыбнулся мне, махнув рукой.

— Вы не будете против, если я попрошу Анну и Эналин выйти?

— Но…

Девушки с недоумением смотрели на нас с Руи.

— Это Руи, вы можете не беспокоиться. Тем более, сюда скоро придет бабушка, — попыталась убедить их я.

— Ясно.

Услышав мои слова, они неохотно кивнули в знак согласия.

— Я слышал, они новенькие? — спросил Руи, как только они вышли из комнаты.

— Да, все верно. Они обе усердно работают как в особняке, так и на тренировочной арене.

— Я вижу…

— Скажите, Руи. До вас также дошли слухи об их частых посещениях дворца?

— Да, уж. Я много внимания уделяю подобным темам.

— Другими словами, это означает, что… Вы бы не сочли это важным, если бы обратили на это внимание?

— К несчастью. Они не поднялись на вершину…. И, честно говоря, даже сейчас я отношусь к этому как к шутке.

— Понятно….

— Что ж, для того, чтобы принять это, в армии должна произойти реорганизация, поэтому препятствия для достижения их цели довольно-таки велики.

— Да, это раздражает, но вы правы.

— Хотя я действительно думаю, что их сила воли невероятна… Иначе они, вероятно, не смогли бы так часто приносить свои письменные петиции.

— Согласна…

Его слова меня осчастливили, и я неосознанно расслабилась.

Если они действительно хотят поступить в армию, то им придется приложить немалые усилия, чтобы воспользоваться этой возможностью.

Мой отец был влиятельным человеком в армии, так же, как голос премьер-министра Ромеля-самы был влиятельным во дворце.

Если бы мы спросили их об этом, то, вероятнее всего, услышали бы, что это что-то нереальное.

Хотя это еще сопровождалось бы замечаниями о насильственных действиях.

Тем не менее вероятность того, что обратная реакция выльется на этих девушек, была высока.

Нет, не только они… Вероятность того, что это выльется на всех женщин, которые намеревались поступить в армию в будущем, также была высокой.

Если они будут раздавлены этим, то все двери, которые позволили бы женщинам пополнить армейские ряды, закроются.

Потенциально, это могло спровоцировать то, что эти двери больше никогда не откроются.

Чтобы ситуация не повернулась таким образом, для императорского дворца было бы лучше подумать над этим вопросом и соответствующим образом скорректировать систему, вместо того, чтобы навязывать это силой двух людей.

— Я косвенно передам наш разговор соответствующим должностным лицам.

— Спасибо, Руи.

— Не стоит благодарностей.

Руи махнул рукой, подзывая меня к себе.

Склонив голову, я подошла к нему. Он сидел прямо напротив меня.

Руи нежно поцеловал меня в щеку.

— Извините, у меня есть еще кое-какие дела…

Сказав это, он встал.

— Ах…

Увидев его извиняющуюся горькую улыбку, я не могла подобрать слов, чтобы задержать его.

— Мы встретимся снова?

— Да, конечно.

Услышав положительный ответ, я бросилась к нему и обняла его.

Он не удивился моему внезапному порыву нежности и, улыбнувшись, погладил меня по спине.

…Как раздражает.

Как будто бы я была единственной, кто чувствовал себя здесь одиноко.

Наверное, было неправильным так думать о нем, ведь он изо всех сил старался приехать ко мне в гости, не имея на это свободного времени.

Однако, так как мои чувства к нему становились с каждым днем сильней, я чувствовала горечь от его нынешнего самообладания.

Я хотела видеть его взволнованным.

Я хотела наполнить его голову только мыслями обо мне, и чтобы он мог видеть только меня.

Такие желания кружились во мне и выглядывали изнутри моего лица.

На этот раз я поцеловала его в щеку и отступила.

— До скорой встречи. В следующий раз, когда у вас будет возможность посетить наш особняк, я проведу для вас экскурсию по нему.

— Конечно. Буду с нетерпением ждать этого.

Глава 72. Личный разговор отца

— Прошло много времени, Уилл.

Верхом на лошади я в одиночестве вернулся на территорию маркиза Андэрсона.

Затем, встретив конный корпус на лошадях, мы направились к дому моего младшего брата Уилла Андэрсона.

Уилл остановился на другой резиденции отличной от основной резиденции маркиза Андэрсона, которая располагалась в северо-восточной части территории.

— Давненько не виделись, старший брат.

Уилл был выше меня и также обладал довольно хорошим телосложением. У него была стройная фигура, напоминающая длинный тонкий столб.

Благодаря тому, что его кожа практически не загорала, она была белой. Прямо сейчас, возможно, потому, что его состояние ухудшилось, он казался совсем бледным.

— Ты очень бледный и неважно выглядишь. Ты плохо себя чувствуешь?

— Нет…. Совсем недавно мне не хватало времени для сна.

Горько улыбнувшись, он сел напротив меня.

— Теперь, думая об этом, я понимаю, что уже немного поздно, но поздравляю.

— Ха?

Не понимая, о чем он говорит, я наклонил голову.

— Я имею в виду помолвку Мелисы-тян.

— Ах… Аааа…

— Я действительно завидую тебе. Было бы хорошо, если бы моя дочь тоже могла обручиться с хорошим человеком.

— Боже мой… — пробормотал он, попивая чай.

Я пристально смотрел на Уилла в течение короткого промежутка времени — он потягивал чай и вздыхал.

— Так… В чем дело, старший брат? Довольно необычно, что ты приехал сюда.

— Правда?

— Да.

На мгновение я закрыл глаза.

В комнате воцарилась тяжелая атмосфера.

— Я хотел спросить тебя кое о чем…

— О чем?

Сказав это, я положил клинок на шею своего младшего брата.

Глаза Уилла округлились от удивления, а затем со страхом посмотрели на лезвие меча и на меня, его обладателя.

— Что, да… Что… Что ты имеешь в виду под этим…

— Я не люблю ходить вокруг да около, Уилл. Почему ты напал на мою семью? — фыркнул я на Уилла, когда он в замешательстве стал заикаться.

Уилл закашлялся.

— Ответь мне, Уилл. У меня уже есть доказательства того, что ты связан с наемниками.

На его шее в месте касания кожи с лезвием меча уже появилась красная полоса, из которой выступала кровь.

Несмотря на то, что в той ситуации я уже был готов его зарезать… Но, даже учитывая это, Уилл вздохнул и рассмеялся.

— Не мог бы ты опустить свой меч? Старший брат.

Казалось, его возникшее несколько минут назад замешательство исчезло, и он не проявлял никаких признаков обеспокоенности.

— Почему ты спрашиваешь… — посреди мрачного молчания тихо пробормотал Уилл.

— Что в этом странного?

— Ты такой эгоистичный, старший брат… Делая все, что тебе вздумается, ты отказался от своих обязанностей старшего сына. Как раз тогда, когда мы думали, что брат покинул Дом, ты стал героем, а затем ловко занял место главы семьи… Ты когда-нибудь думал обо мне? О ком-то, на кого повлияли твои действия?

Мой меч вздрогнул.

— Это…

Я ненадолго виновато отвел взгляд от Уилла.

— Я всегда ненавидел тебя. По сравнению с тобой, мои навыки фехтования были намного хуже, поэтому я отчаянно стремился к знаниям… Но, несмотря на это, наши родители всегда уделяли больше внимания одаренному в боевом искусстве старшему брату. Я был искренне счастлив, когда тебя выгнали из Дома маркиза Андэрсона, потому что думал, что наконец все внимание будет принадлежать мне. Все это время… Я думал, что вместо старшего брата, который делает что хочет и идеально владеет мечом, я, усердно работающий над усовершенствованием своих знаний, более подходил на роль главы семьи. В то время я думал о том, как усердно работать над дальнейшим развитием Дома маркиза Андэрсона… Несмотря на это, в тот момент, когда война закончилась, и старший брат вернулся домой, я был с легкостью вышвырнут…

— Уилл…

— Какого черта я вообще жил!? Я не удобная пешка ни для старшего брата, ни для Дома маркиза Андэрсона! Несмотря на это, никто не думал обо мне, а просто продолжал самоутверждаться за мой счет!

— И поэтому ты напал на мою семью?

— Да. Изначально я хотел напасть на тебя… Однако, увидев, как ты страдаешь, я был доволен и поэтому передумал.

Мой клинок немного соскользнул, но я снова вернул его на его шею брата.

— Почему ты выбрал мою семью вместо меня…..!

Я прикусил губу, сдерживая в себе нахлынувшую ненависть.

— У меня не было достаточно сил для того, чтобы убить тебя, так как твое фехтование превосходно. Ну…. Найдя выход из ситуации, я увидел страдающего старшего брата и был чрезвычайно рад этому.

В отличие от меня, Уилл продолжал рассказывать об этом без каких-либо эмоций.

Видя его реакцию, я уже не мог этого вынести и быстро взмахнул мечом.

Однако Уилл не сдвинулся ни на шаг.

Как будто бы находясь в ожидании, пока его жизнь оборвется, он просто уставился на меня.

Мягкий ветерок, доносящийся от меча, коснулся шеи Уилла.

Однако я не сдвинул меч дальше, чем мог бы.

— Как только я узнал о твоих делах, то понял, что твоей жизни пришел конец. Несмотря на это, почему ты признался мне во всем этом?

Будучи на грани, я остановился.

Я решил задать Уиллу еще один вопрос.

— Кто знает… Я даже сам не совсем понимаю, зачем я признался тебе, — сказал Уилл и сухо засмеялся.

— Так как мой план не выполнен до конца, возможно, я еще не полностью удовлетворен, но… Я, возможно, просто получил удовольствие от того, что смог сам рассказать своему старшему брату то сокровенное, что таил в своем сердце многие годы.

Я слегка отодвинул меч.

Уилл равнодушно смотрел на меня.

— Ты будешь находиться под домашним арестом. Не думай, что ты когда-нибудь сможешь выйти из тюрьмы.

В одно мгновение члены Корпуса гвардии, которые находились в режиме ожидания за пределами комнаты, схватили Уилла.

— Старший брат довольно щедр.

В ответ на это Уилл не проявлял никаких признаков паники и тихо рассмеялся.

Затем, по предложению Корпуса гвардии, он встал и направился к двери.

— Уилл… — стоя в стороне словно вкопанный, я позвал по имени своего младшего брата, даже не взглянув на него.

— Я не буду извиняться. Даже если твоя месть была результатом моих ошибок, ты все-таки украл жизнь ценного для меня человека.

Уилл пожал плечами, словно не понимая, о чем я говорил в тот момент.

— Однако я люблю тебя. Как члена своей семьи.

— Старший брат действительно наивен, — улыбаясь, сказал Уилл, уходя вместе с Корпусом гвардии.

Глава 73. Наш с братом перерыв

В тот день отец позвал меня в кабинет.

Должно быть, по довольно важному вопросу, так как старший брат также вернулся из Академии, и мы вместе направились к отцу.

— Вы пришли?

Первое, что мы увидели, войдя в кабинет, было истощенный отец, вид которого лишил нас дара речи.

Как будто бы его тело было облачено в ту же самую темную тень, как и тогда, когда мы потеряли мать.

— Сядьте там.

Мы присели напротив отца на стулья, как он нам и указал.

— Сегодня я принял решение, что Уилл Андэрсон будет находиться под вечным домашним арестом.

Домашний арест означал наказание, согласно которому человек не имел права покидать пределы своего имущества.

Вечное заключение означало то, что, будучи живым, он никогда не сможет покинуть свое назначенное имение — это было чрезвычайно суровое наказание.

— Дядя? За что он получил такое наказание...

Старший брат был так же, как и я сбит с толку. Это можно было понять, глядя на выражение его лица во время вопроса, который он задал отцу.

— За что, спрашиваете вы? Он убил Мерильду и был главным виновником нападений на вас.

Услышав эти слова, мы на мгновение потеряли дар речи.

— Почему?.. Дядя…

— Я был таким уж непростительным существом для него, по-видимому… Я сожалею, что мои прошлые ошибки в конечном итоге втянули вас в это.

Увидев, как отец высмеивает и самоуничтожает себя, я почувствовала, как защемило мое сердце.

Какова должна быть ноша потери самого любимого человека, убитого его же родственником?

Я даже не могла себе этого представить.

Потеря любимого человека… Это было тем, чему я все еще могла сочувствовать.

Потому что мы все были одинаковыми.

Будь то любовь к члену семьи или любовь к супругу, для нас троих она была важна, и ее существование было незаменимым.

Я уверена, что чувство потери было таким же.

Однако тот человек, которого он не хотел потерять, был кем-то украден. Украден тем, кого он считал для себя важным. Я никак не могла представить нынешние чувства отца.

Скорее, я не хотела этого представлять.

Например, если Руи умрет от рук моего старшего брата… Эта ситуация невозможна.

Именно поэтому я ничего не могла сказать.

Так как мы почти не имели воспоминаний о нашем дяде, первое, что бросилось в глаза, услышав слова отца, это его гнев и ненависть по отношению к своему брату.

Честно говоря, домашний арест был невыносимо снисходительным наказанием.

Однако когда я подумала о чувствах отца… Я обнаружила, что не могу ничего сказать.

Потому что я не хотела быть такой, как прежде, когда я расставляла приоритеты только по собственным чувствам и освещала чувства отца и старшего брата... Чувства всех важных для меня людей.

В комнате царила тяжелая атмосфера.

Ни я, ни старший брат, ни отец, не осмеливались открыть рот.

Пытаясь что-то сказать, спустя миг мы замолкали.

Так продолжалось какое-то время...

Отец снова заговорил.

— Это все, что я хотел сказать.

Наши с братом тела стали дрожать.

Я хотела кое-что спросить и кое-что сказать...

Однако все эти мысли были размыты из-за недоумения, и я не могла выразить их словами.

В конце концов, я так и не решилась что-то сказать и просто стояла на месте.

В то же время сидевший рядом со мной брат тоже встал.

И тогда мы оба вышли из комнаты.

Вот так мы молча прошли по коридору.

У нас не было никакой цели.

Несмотря на то, что в тот момент, когда отец позвал нас в кабинет, дела, которые я планировала завершить после разговора, приходили мне на ум один за другим... Из-за полученного ранее шока все мои планы были сорваны.

— Может, проведем некоторое время вместе?

Сказав это, старший брат слегка рассмеялся.

Я молча кивнула и направилась со старшим братом в гостиную.

Достигнув комнаты, мы с братом присели.

Слуги приготовили нам чай и поставили напротив каждого из нас по чашке.

Я медленно подняла чашку и сделала глоток теплого чая.

Мне казалось, что это тепло оказало успокаивающее воздействие на мое сердце.

— Ты очень изменилась.

— Спасибо. Это плоды учений Аурелии-самы.

— Дело не в том, что... Я думал, что ты очень разгневаешься, услышав историю отца.

— Мой... Я больше не ребенок, который может догадаться о чувствах отца.

— Понятно... Это правда.

Сухо улыбнувшись, старший брат поставил чашку на стол.

— Тогда, я думаю, это означает, что я еще не повзрослел.

— Ты хочешь сказать, что ненавидишь дядю?

— Я не знаю... Честно говоря, я не ненавижу. Просто по какой-то причине желание плакать сильнее этого.

— Это... Я чувствую то же самое.

— Милли, ты когда-нибудь имела возможность встретиться с дядей?

— Нет. Даже после того как ты поступил в Академию, у меня не было такой возможности...

— Понятно. Тогда ты мало что помнишь о нем.

— Да, честно говоря, это так. Ранее я только слышала его имя.

— Я понял....

— У тебя ведь остались воспоминания о нем, верно?

— Хотя они расплывчаты... Но когда я был моложе, впечатление, которое он производил, когда держал меня на руках, было очень нежным и добрым. Он был из тех людей, у которых слегка встревоженная улыбка... Если бы меня спросили, то я бы сказал, что он не был похож на человека из Дома маркиза Андэрсона.

Похоже, что в Доме маркиза Андэрсона... Что отношения с нашими родственниками ухудшились, начиная с поколения отца.

Одной из причин этого было то, что отец находил тех. кто пытался приблизиться к званию Героя, раздражающими.

Вдобавок ко всему, поскольку я всегда тренировалась, мое состояние не позволяло познакомиться с родственниками. Именно поэтому у меня почти не было воспоминаний о дяде.

Он был незнакомцем, имеющим со мной одинаковую фамилию... Именно таким я его знала.

— Возможно, таким образом он хотел стать главой семьи Дома маркиза Андэрсона... Или, может быть, он ненавидел самого отца...

Старший брат продолжал говорить ласковым тоном.

— В любом случае, это уже случилось.

— Случилось?

Услышав слова старшего брата, я невольно наклонила голову.

— Да уж. На этом битва с врагом матери закончилась... Хотя я и не сражался.

— Нет, это не конец.

На этот раз уже брат, услышав мои слова, наклонил голову.

— Чтобы больше не было людей, которым бы пришлось испытать те же чувства, что и нам... Желание осталось неизменным. Вот почему это ни в коем случае не конец.

Старший брат засмеялся.

Он смеялся очень приятно и гордо.

— Это правда. Ты подвел меня к этому... Ты действительно стал способен смотреть вперед.

— Ну, кто знает? Как я уже говорил, я не могу сказать, что в конце концов ненавижу дядю.

— Я тоже... Я уверена, что эта боль будет преследовать нас до конца нашей жизни.

— В самом деле... Однако, в отличие от меня, ты не был охвачен ненавистью и все еще мог идти вперед, не так ли? Скорее, ты использовал это в качестве топлива для себя.

— Из того, что я вижу, прямо сейчас ты, похоже, не одержима ненавистью?

— Это благодаря тому, что один человек помог мне смириться с этим. Я, потерявшая мать... Я чувствовала только ненависть. Я ненавидела бандитов, которые украли мать, ненавидела слабых граждан, которые продолжали искать помощи у отца и проклинали этот иррациональный мир. Однако прямо сейчас... Я не ненавижу тех, кто это сделал. Хотя до сих пор я не смогла полностью отбросить это чувство... Однако я смогла принять этот иррациональный мир.

Я ни в коем случае не могла сказать, что простила дядю.

Я еще не была человеком, способным на такое, и моя мать не была настолько безразличным мне существом, чтобы я смогла простить такой поступок.

Честно говоря... Узнав, что дядя был тем, кто украл у нас мать, и, увидев изможденное «Я» отца, когда он говорил нам об этом, я еще раз мысленно пожаловалась на иррациональность этого мира.

Помимо всего прочего, тот факт, что тот, кто убил мать, был кем-то, с кем мы были связаны кровью... Греховность в краже жизни родственника была настолько невероятной, что на мгновение вызвала в моем разуме некоторые опасения.

Тем не менее...

Я уже знала.

Тот мир, который продолжал проклинать ненависть, был отнюдь не только иррациональным и жестоким.

В нем также были теплые чувства, рожденные от контакта с другими людьми.

Вот почему я больше не буду одержима ненавистью.

Чувство ненависти сформировало мое существование и укоренилось в моем сердце, но... Оно не составляло всего этого.

Старший брат громко рассмеялся.

Его глаза сузились... Это был такой бодрящий смех, что, казалось, он изгнал из себя всех своих демонов.

— Позволь мне поблагодарить тебя, Милли. Благодаря тебе, я смог привести свои чувства в порядок.

— Это прекрасно. Мне тоже удалось немного успокоиться благодаря возможности поговорить с тобой, старший брат.

Сказав это, я еще раз улыбнулась.

— Ну тогда, пожалуйста, извини.

Глава 74. Мое прощание с бабушкой

Попрощавшись со старшим братом, я вернулась в свою комнату. Взяв в руки книгу, я приступила к чтению.

Действиям, которые мне нужно было предпринять для моего образования, не было конца.

В мире еще было столько всего, о чем я не знала… Ежедневно думая об этом, я возродилась.

Каждый раз, получая новые знания, я думала об этом и впитывала их в себя. Это было весело.

— Прошу прощения, О-дзё-сама…

Постучавшись, в комнату вошла бабушка. Затем она зажгла пламя лампы.

Погрузившись в мир книги, я даже не заметила, что солнце уже начало садиться.

— Да, уже так поздно…

Положив книгу, я потянулась.

Послышался треск моих костей.

— Бабушка, вы бы не могли приготовить для меня чай?

— Да, конечно.

Бабушка плавными, напоминающими текущую воду, движениями сделала чай.

— Да, как и ожидалось, чай вкусный.

Я удовлетворительно вздохнула, ощутив привычный вкус.

В следующий миг бабушка споткнулась и упала.

— Бабушка, вы в порядке?

— Да, все в порядке. Прошу прощения за то, что заставила тебя волноваться…

Пытаясь встать, бабушка скривилась от боли и присела.

— Кажется, вы вообще не в порядке. Я позову кого-нибудь!

После того как я позвонила в колокол, в комнату вошла Анна.

— Пожалуйста, позови кого-нибудь из гвардейского корпуса. Бабушка упала и травмировалась.

— Хорошо. Может мне следует вызвать врача?

— О да. Пожалуйста, сделай это.

— Прости меня, О-дзё-сама….

— Бабушка, вам не стоит извиняться. Сейчас вы должны думать только о своем здоровье.

Вскоре прибыл член гвардейского корпуса и вынес бабушку на своей спине.

— Похоже, она сломала ногу. Ей нужно немного отдохнуть.

— Понятно… Я попрошу других слуг на некоторое время взять на себя обязанности бабушки. Также я должна сообщить об этом отцу. Попросите, чтобы за бабушкой хорошо ухаживали, ладно?

— Будет сделано.

— Ах, я так волнуюсь. Уверена, что даже если я сказала бы бабушке успокоиться и отдохнуть, то она бы только разозлилась…

Услышав мои слова, Анна горько улыбнулась и кивнула.

— Мы должным образом возьмем на себя всю ее работу. Скорее всего, она больше переживает за то, что побеспокоила Мелису-саму.

— Побеспокоила, говорите вы… Бабушка мне всегда помогала.

Бабушка, которая находилась со мной с рождения, была человеком, отвечающим за мое обучение. Для меня она была такой же близкой, как и другие члены моей семьи. После того, как мама скончалась, она стала той, на кого я могла положиться в любой ситуации.

— В любом случае сначала я должна сообщить об этом отцу. Анна, где он сейчас?

— Мне сказали, что он сейчас в кабинете.

— Понятно. Тогда я немного приберу на своем столе и сразу же пойду к нему. Ты бы не могла сообщить отцу о случившейся ситуации, Анна?

— Конечно.

После того как Анна ушла, я снова вернулась за свой стол.

Как будто бы сдерживая свои безудержные эмоции, я вздохнула.

Если я уйду, то бабушка точно будет суетиться, поэтому об этом не может быть и речи…. Я не хотела заставлять ее волноваться.

— Это нормально, что для заживления перелома потребуется определенное время, — повторила я несколько раз, чтобы успокоить свое возбужденное сердце.

Бабушка была важна для меня.

Немного успокоившись, я отправилась в кабинет отца.

Спустя некоторое время здоровье бабушки не улучшилось.

Несмотря на мое понимание того, что перелом кости не восстанавливается так быстро, мне не удавалось взять себя в руки и перестать волноваться.

— Бабушка, как вы себя чувствуете?

Обычно я не заходила в комнаты слуг, но, поскольку я очень волновалась за нее, мои ноги просто сами привели меня сюда.

Увидев меня, глаза бабушки на мгновение округлились…. Однако в следующий момент она мягко улыбнулась.

— Благодаря твоему визиту, я смогу исцелиться к завтрашнему дню.

Несмотря на ее воодушевляющие слова, я заметила в ее глазах грусть.

— Бабушка… — сказала я и мягко сжала ее руку.

Ее теплые руки были морщинистыми.

Эти руки всегда защищали и направляли меня.

Бабушка посмотрела на мои руки и заметила, что они заметно увеличились по сравнению с тем, когда я была моложе.

— Ты действительно выросла.

Бабушка положила свою вторую руку поверх моей и нежно погладила.

— Ты была сорванцом, но всегда была внимательной ко мне. Наша добрая и невинная О-дзё-сама. Я очень горжусь, что смогла наблюдать за твоим взрослением.

— Бабушка…. Вы не должны говорить такие вещи…. Как будто бы вы собрались покинуть меня….

— Прости меня. Я просто немного поддалась своим чувствам.

Сказав это, она улыбнулась необычайно озорной улыбкой, напоминающей улыбку маленького ребенка.

— Однако, О-дзё-сама, мы ненадолго расстанемся. Пока я не могу помогать тебе…. Пока я здесь…. Я временно вернусь на территорию Андэрсона, чтобы отдохнуть.

«Вам не нужно заботиться обо мне…. Просто оставайтесь здесь», — хотела сказать я, но промолчала.

Обдумав ее желание, я поняла, что оно было естественным.

Когда человек заболевает или получает травму, он всегда хочет вернуться домой.

В частности, на этот раз это не было болезнью. Она просто вернется домой на территорию Андэрсона.

Будет лучшим, если она выздоровеет в окружении своей семьи.

Я была обеспокоена тем, что она ни разу не посещала свой дом с тех пор, как переехала в столицу…. В этом смысле ее травма была хорошей возможностью сделать это.

— Вы вернетесь? — обеспокоенно спросила я.

Несмотря на мое неразумное детское поведение, бабушка нежно улыбнулась.

— Да, да. Конечно, я вернусь и буду рядом со своей О-дзё-самой.

— Тогда, бабушка, я буду ждать вашего восстановления и возвращения.

— Хорошо, О-дзё-сама.

Получив уверенный положительный ответ, я облегченно вздохнула и откинулась на спинку стула.

— Когда вы планируете отправиться на территорию?

— Завтра.

— Завтра? Это довольно внезапно.

— Помимо моей травмы, у меня нет других проблем со здоровьем. Для меня подготовят эксклюзивную карету, поэтому я смогу благополучно преодолеть этот путь.

— Понятно. Если так, то я спокойна.

— Обещаю, что как только я выздоровею, то немедленно вернусь.

— Хорошо, бабушка. Я буду ждать вашего возвращения.

На следующий день бабушка села в специально подготовленную для нее Домом маркиза Андэрсона карету и отправилась на территорию.

Глава 75. Личный помощник, охранник и учитель

— Анна! Пришло время будить О-дзё-саму!

Услышав слова Эналин, я ахнула и взглянула на часы.

— Ах, ты права! Спасибо, Эналин!

Я сдержала свой порыв побежать и спокойно направилась в комнату Мелисы-самы, чтобы разбудить ее.

Жить в особняке дворянина было действительно неудобно.

Я не понимала, почему здесь запрещено бегать, даже если ты спешишь.

Мелиса-сама просыпалась довольно рано, поэтому, пока я доберусь до ее комнаты, она, вероятнее всего, уже проснется. Таким образом, эта моя обязанность была лишена всякого смысла.

На самом деле сегодня, к тому времени, когда я дошла до комнаты Мелисы-самы, она уже проснулась и приводила себя в порядок.

— Доброе утро, Мелиса-сама.

— Доброе утро, Анна.

Несмотря на то, что на ней не было косметики, она, как обычно, была прекрасна…. Я смотрела на нее с восхищением, а в моей голове возникали подобные мысли.

— Я прошу прощения за то, что заставила вас ждать. Я помогу вам.

После того как я помогла ей одеться, мы направились в столовую.

Следуя за Мелисой-самой, я внимательно наблюдала за ней.

Если честно, мне было не по себе рядом с ней.

Ее, без намека на нечистоту, красивая внешность, казалось, сверкала, как будто бы она была осыпана счастьем всего мира.

Ее, не знающее ни боли, ни грусти выражение лица заставило меня понять, что она являлась человеком, который жил в совершенно ином мире, чем я.

С тех пор как мы впервые встретились, понимание этого с каждым днем становилось ясней.

В то же время у меня возникало единственное сомнение.

Почему Мелиса-сама приняла нас?

И почему, когда мы впервые встретились, она проверяла нас, задавая разные странные вопросы?

«Что вы сделали для достижения этой цели?»

Даже сейчас в моих ушах звучал этот вопрос.

«Желание защитить кого-то — это великолепное намерение. Однако если вы не будете должным образом тренироваться для достижения своей цели, то это просто пустые слова».

Каждый раз, когда я вспоминала эти слова, чувство раздражения глубоко проникало в мою грудь.

Несмотря на то, что она была кем-то, кто испытывал только счастье… Только потому, что ее отец — герой, возможно, она тоже ошибалась.

Это меня раздражало до такой степени, что в моей голове возникали подобные мысли.

Конечно, я никому не говорила об этом.

Как говорила Эналин, в Доме маркиза Андэрсона все устроено таким образом, чтобы мы могли стать сильнее.

Члены Корпуса Гвардии была неимоверно сильны, однако и содержание их тренировок было настолько строгим, что мы едва могли выдержать его.

Именно поэтому я не могла избавиться от такой мимолетной эмоции…. Я думала, что направлю свое раздражение на человека, который принял нас здесь.

— О, итак, сегодня отъезд? Подготовка завершена?

— Да, Анна и Эналин помогли мне. Да, Анна?

Я пришла в себя, только услышав вопрос Мелисы-самы.

Передо мной сидела Мелиса-сама и, вызывающий у меня восхищение, генерал Газель.

— Ах, да…. Да. Все готово. Вы можете выезжать в любое время.

Улыбнувшись и кивнув мне, Мелиса-сама повернулась к генералу Газелю и сказала:

— Значит, я отправлюсь сегодня. Аурелия-сама порекомендовала мне это, чтобы я могла получить больше знаний, а также это хорошая возможность немного развеяться и отдохнуть.

— Это правда…. Я уже бывал в городе Рубель по военным вопросам, но не знал, что это такой популярный курорт.

— Да. Узнав это, мне захотелось хотя бы один раз посетить это место.

— Понятно. Ну, поезжай и насладись пребыванием там.

— Хорошо. Большое спасибо, отец.

К этому времени Мелиса-сама уже доела и, встав, вышла из столовой.

Так же, как и тогда, когда она шла в столовую, я последовала за ней.

После этого мы с Эналин отнесли багаж Мелисы-самы в карету, а затем сели в нее сами.

Нашим пунктом назначения был город Рубель…. Популярный среди знати летний курорт, который был расположен к северо-востоку от столицы.

После того, как в карету села Мелиса-сама, мы отправились в путь.

— Мелиса-сама! — окликнула сидящую напротив нее Мелису Эналин.

— Что случилось, Эналин?

— Возможно, эта мысль пришла ко мне в голову немного поздно, но не слишком ли мало охранников сопровождают нас?

Я была согласна с опасениями Эналин, поэтому мысленно кивнула.

Прямо сейчас нас сопровождали всего два члена Корпуса Гвардии.

Для знати, и, в частности, для леди такого выдающегося дома как Дом маркиза Андэрсона, охраны было слишком мало.

— С этим не будет проблем.

— Однако на всякий случай….

— Все нормально.

Ее уверенное поведение раздражало, поддерживая то чувство, которое я испытывала еще с утра.

— Почему вы настолько уверены в этом? — спросила сидящая рядом со мной Эналин.

Возможно, она также испытывала раздражение, поскольку ее тон был немного строже, чем обычно.

— Почему ты спрашиваешь?

Услышав ее вопрос, Мелиса-сама рассмеялась.

— У меня нет никаких оснований для этого вопроса, но я подумала, что было бы хорошо, если бы нас сопровождало большее количество охранников. Однако, учитывая, что эти двое солдат являются членами Корпуса Гвардии, наверняка их будет достаточно.

— Это так.

Как говорила Мелиса-сама, возможности членов Корпуса Гварди были самыми высокими в этой стране.

Успев прочувствовать это на своем собственном теле, я больше не сомневалась в ее словах.

После этого мы продолжили езду, проезжая некоторые города…. Прошло три дня, прежде чем мы прибыли в пункт назначения Рубель.

Поскольку город Рубель был летним курортом, который служил дворянам и был собственностью королевской семьи, несмотря на свое расположение, его дороги были вымощены, а вокруг расстилались красивые улицы.

Приехав туда, Мелиса-сама, казалось, как будто бы не чувствовала усталости от путешествия, так как она сразу же отправилась исследовать город.

Эналин пошла вместе с охранниками сопровождать Мелису-саму, а я распаковывала багаж в гостинице, которая была заранее забронирована.

Оказавшись в комнате, я осторожно выдохнула.

Это был совершенно не связанный до сих пор со мной мир.

Гостиница, сама поездка на летний курорт, вещи, которые я прямо сейчас держала в своих руках — все это…

Кроме того, ситуация, в которой я оказалась в настоящее время, не была реальной.

Я закрыла глаза и вспомнила все, что произошло со мной до сих пор.

Эта ужасная сцена войны.

Наверное, именно поэтому пребывание здесь вызывало у меня такое сильное чувство дискомфорта.

Я бескорыстно выполнила свои обязанности и безучастно присела на стул, чтобы привести в порядок свои эмоции.

— Анна, спасибо, что распаковала багаж. Мы только что вернулись.

В этот момент вернулась Мелиса-сама.

— Пожалуйста, простите меня. Я справилась довольно быстро… — заикаясь, сказала я.

Несмотря на то, что я начала распаковывать вещи утром, через окно уже проникали лучи заходящего солнца.

— Как и ожидалось, время проходит в мгновение ока…. Я, скорее всего, скоро буду голодна. Я планирую поесть в этой гостинице. Как вы смотрите на то, чтобы тоже пойти куда-нибудь поужинать?

Как и следовало ожидать от гостиницы, которая предоставляла комнаты большому количеству дворян, у нее была довольно хорошая обеденная зона. Кроме того, сотрудники гостиницы были всему обучены и на высшем уровне обслуживали своих постояльцев.

— Да…. Мы с удовольствием примем ваше щедрое предложение.

Выполнив мелкие поручения Мелисы-самы, я согласилась с Эналин, и мы с членами Корпуса гвардии отправились в город.

Глава 76. Личный помощник, учитель и охранник (часть 2)

Я ходила на экскурсию по городу Рубель вместе с Мелисой-сама.

Если бы меня спросили, то я бы ответила, что вместо того, чтобы отдохнуть в своей комнате, Мелиса-сама предпочла активное времяпрепровождение. Она энергично гуляла не только по городу, но и по лесам, наслаждаясь природой.

Мы, сопровождающие Мелису-саму, также бродили за ней туда-сюда, прежде чем узнали, что уже прошло пять дней.

— Это было довольно весело. Я бы хотела снова приехать сюда, во что бы то ни стало! — сказала Мелиса-сама, возвращаясь домой.

Сказав это, глаза Мелисы-самы сузились, и она улыбнулась.

— Это было бы прекрасно, — пробормотала я.

Я ответила равнодушно, но глаза Мелисы-самы засверкали.

— Городской пейзаж на самом деле был очень красивым, и, прежде всего, еда была очень вкусной… В частности, были превосходными блюда из морепродуктов, приготовленные из свежей рыбы.

Пока мы с Мелисой-самой делились впечатлениями от поездки, Эналин смотрела в окно.

Этот пейзаж отличался от городского… Мелиса-сама предложила поехать по этому пути, так как она хотела насладиться всеми видами пейзажей.

Сюда мы ехали по часто используемой дороге из столицы в Рубель, но наш обратный путь был другим.

Несмотря на это пейзаж не сильно изменился, поэтому она либо была рассеяна, либо наоборот, бдительна.

Поскольку Эналин не выражала много эмоций, только исходя из ее выражения лица, было трудно что-то понять.

— Анна, Эналин, что вас больше всего привлекло в этом городе?

Услышав вопрос Мелисы-самы, мы, с оторвавшейся от окна Эналин, переглянулись.

— Прогулка по лесу напомнила мне о нашем родном городе, поэтому я испытала ностальгию, — сказала я.

Эналин кивнула, согласившись с моими словами.

— Да? До того, как вы оказались в нашем Доме, вы жили в своем родном городе?

— Нет. Мы были приняты бабушкой из семьи нашего отца и жили в деревне вдали от нашего родного города…. Так как мы посвящали все наше время обучению, у нас осталось не так много воспоминаний о том месте.

— Ваша бабушка поддержала вашу мечту?

— Нет. Бабушка не давала нам много тренироваться, говоря, что это не женское занятие.

— О, Боже…. Как же вы убедили свою бабушку? Или вы ушли, ничего не сказав?

— Бабушка скончалась. Ее физическое состояние было плохим уже в течение нескольких лет, поэтому мы были к этому готовы.

— Понятно…. Прости.

— Нет…. Я благодарна бабушке. За то, что забрала нас и позволила вести обычный образ жизни.

— Вы не представляли для себя дальнейшей жизни в этой деревне?

Вопрос Мелисы-самы вновь вызвал в моем сердце негативные эмоции.

Возможно, она сама не осознавала это, так как бездумно смеялась.

— Пожалуйста, поймите меня правильно…. Я не собираюсь высмеивать вашу мечту. Мне просто интересно. Встретившись с мирным образом жизни в деревне, ты не подумала о том, чтобы выбрать другой путь?

— Я — нет, — четко ответила Эналин.

— Несмотря на то, что уже прошло довольно много времени…. Сцены войны прожжены в моих глазах, а крики все еще звучат в моих ушах. Я уверена, что они будут следовать за мной всю оставшуюся жизнь…. Не имея возможности повернуть время вспять, по крайней мере, мы надеемся, что больше не будет людей, которым придется противостоять тем же ужасам, с которыми пришлось когда-то столкнуться нам. Это то, чего мы желаем больше всего.

— Понятно….

Мелиса-сама уставилась в окно кареты.

Она казалась погруженной в свои мысли, так как на ее лбу появилась морщина.

Что с ней? Во всяком случае, я уверена, что это был причудливый вопрос от великой дворянки.

Придя к такому выводу, я поджала губы и отвернулась от нее.

Карета продолжала двигаться вперед, а затем, достигнув деревни, остановилась.

Мы быстро пошли в гостиницу. Немного отдохнув, Мелиса-сама попросила у меня приготовить для нее чай.

— Чай вкусный, Анна. Ты хорошо справляешься.

— Для меня большая честь слышать вашу похвалу.

Спустя мгновение, комнату достигла непривычная для такого тихого места суета.

— О, ты тоже слышишь это? Интересно, что бы это могло быть?

— Мы с Эналин все узнаем. Не отходите от членов Корпуса Гвардии, Мелиса-сама.

— Хорошо.

Получив разрешение Мелисы-самы, мы поспешно выбежали из гостиницы.

На улице было очень шумно по сравнению с тем, когда мы только приехали в гостиницу.

— Что происходит?! — спросила я у одного из бежавших по дороге людей.

— Беги! Это бандиты! Они идут с той стороны! — сказал мужчина, а затем вырвался из моих рук и побежал дальше.

— Бандиты…. Несмотря на то, что уже давно было достигнуто перемирие, и общественный порядок значительно улучшился…. Наверное, все еще не так спокойно….

— Этот район находится далеко от ближайшей военной станции. Вдобавок ко всему, члены Армии не смогут быстро прибыть сюда, чтобы защитить его.

— Почему Мелиса-сама выбрала именно такой маршрут?!

Я неосознанно выразила свое негодование по отношению к Мелисе-саме за то, что она выбрала такой неблагополучный маршрут только потому, что «хотела увидеть различные пейзажи этой страны».

— Сейчас не время говорить о чем-то подобном. Мы должны немедленно укрепить обороны вокруг Мелисы-самы.

— Ты права.

Я согласилась с Эналин и убежала.

Однако Эналин, которая должна была последовать за мной, исчезла.

— Эналин! — обернувшись, выкрикнула ее имя я.

— Я не могу бросить людей, к которым некому прийти на помощь, потому что они оказались в такой же ситуации, как и когда-то мы…!

— Тогда я тоже…!

— Но ведь сейчас мы работаем в Доме маркиза Андэрсона. Мы не можем допустить, чтобы что-то случилось с Мелисой-самой, поэтому ты, Анна, должна оставаться с ней.

Услышав слова Эналин, я не могла сдвинуться с места.

— Поторопись! — как будто бы, чтобы взбодрить меня, крикнула Эналин.

— Я скоро вернусь!

Мое колебание было мгновенным.

Я сосредоточилась на том, куда мне нужно было идти, и быстро бросилась бежать.

Переплетаясь с бегущими людьми, я помчалась к гостинице.

Глава 77. Личный помощник, учитель и охранник (часть 3)

— Мелиса-саама!

Прибыв в гостиницу, я забыла постучать в дверь и резко открыла ее.

— Что случилось? — спокойно спросила Мелиса-сама, контрастируя с моим взволнованным поведением.

Она была одета не так, как обычно. На ней была одежда хорошего качества, но не платье. Ее наряд больше напоминал простой удобный мужской костюм.

Ее волосы были связаны в пучок, а на талии висел меч.

— Мелиса-сама…. Вы выглядите как….

— Это сейчас не важно. Какова ситуация на улице?

Я на мгновение вздрогнула от острого взгляда Мелисы-самы, когда она, взглянув на меня, задала вопрос.

Кроме того, она как-то по-особенному говорила. Ее тон отличался от обычного.

Элегантный и нежный тон Мелисы-самы стал безразличным, создающим впечатление, что она допрашивала меня.

— Ээээ….. Кажется, пришли бандиты.

— Понятно. Пойдем, Анна.

Она говорила так, как будто бы сообщила мне о том, что мы едем в Дом герцога Армелии. Ее беззаботная манера речи была такой, как будто бы мы собираемся заняться каким-то обычным делом. Это еще больше сбивало меня с толку.

— Куда мы…!?

— Разве это не очевидно? Мы идем на улицу.

— Аааа! Итак, мы сбегаем, верно! Тогда я подготовлю для вас карету.

— Карета не нужна. Ты умеешь ездить верхом на лошади?

— Да…

Я торопливо последовала за шагающей впереди Мелисой-самой, а члены Корпуса Гвардии за мной.

— В таком случае, следуй за мной. Мы пойдем туда, куда пошла Эналин.

— Что?! Вы не можете! Пожалуйста, бегите! Мои слова могут показаться самонадеянными, но не умеющая драться Мелиса-сама станет там только помехой!

— Прямо сейчас, в это время, жители этой деревни дрожат от страха. Среди них находится моя личная помощница Эналин… Я ни за что не позволю себе сбежать.

— Тем не менее…

— Интересно, с чего ты взяла, что я не умею драться?

— Эх…

— Если ты хочешь спасти Эналин, то не говори ерунды и иди за мной!

Это был резкий крик.

Я была не в состоянии сказать что-либо, и могла только следовать за Мелисой-самой.

Когда мы прибыли в конюшню, Мелиса-сама опытными движениями подтянула лошадь.

Наблюдая за этой сценой в немом изумлении, я тоже подготовила лошадь, так как мне нельзя было от нее отставать.

А затем Мелиса-сама запрыгнула на лошадь и помчалась.

— Подождите, подождите, не так быстро!

Мое лицо невольно поморщилось от скорости, с которой отдалялась от меня Мелиса-сама. Я едва могла догнать ее. Если бы я хоть немного расслабилась, то осталась бы позади.

Случайно посмотрев в сторону, я увидела двух членов Корпуса Гвардии. Их лица также были искажены, поэтому, вероятно, я передвигалась не так уж медленно….

Во время нашего пути мне на глаза попались тени трех фигур перед ведущей лошадью.

Один из них, казалось, собирался возить меч в падающего на землю человека.

В этот момент Мелиса-сама ускорилась.

Неужели она могла передвигаться еще быстрее?!

Сдерживая желание закричать, я торопливо последовала за ней.

Если хозяйка опережает охранников и личных помощников в такой опасной ситуации, не делает ли это их никчемными неудачниками?

В тот короткий момент, когда у меня возникли такие запоздалые сомнения в этой безвыходной ситуации, Мелиса-сама обнажила меч и вонзила его в мужчину на коне.

— Что это…

Она убила троих мужчин одного за другим.

Я рефлекторно увлеклась ее чрезвычайно ярким фехтованием.

Как будто танцуя, она без колебаний взмахивала мечом, крадя жизни. В тот миг она напоминала прекрасную богиню смерти.

Когда я ошеломленно смотрела на это, мы с охранниками уже догнали ее. Все трое мужчин были мертвы.

— С вами все в порядке? — крикнула Мелиса-сама лежавшему на земле человеку, похожему на сельского жителя.

— Да… — взглянув на Мелису-саму, дрожащим голосом ответил он и кивнул.

— Понятно. Находясь здесь, вы подвергаете себя опасности. Поспешите вернуться домой.

— Хорошо…

Услышав положительный ответ, Мелиса-сама снова заставила свою лошадь бежать.

— Спасибо! Огромное спасибо!

Наконец, признав факт своего спасения, мужчина плакал, выражая бесчисленное количество раз свою благодарность Мелисе-саме.

Возможно, эта благодарность достигла ушей Мелисы-самы, так как она однажды оглянулась и улыбнулась ему.

Однако в следующее мгновение она снова помчалась вперед.

— Пожалуйста, подождите…!

Не обращая внимания на мой крик, Мелиса-сама продолжала движение.

Всякий раз, сталкиваясь с напавшими на жителей деревни бандитами, она умело лишала их жизни.

Члены корпуса гвардии и я могли только следовать за ней.

Глава 78.1 Личный помощник, учитель и охранник (часть 4)

— Эналин здесь нет…

Сделав круг вокруг деревни, благодаря огромным усилиям Мелисы-самы, мы уничтожили всех бандитов.

Однако мы не нашли Эналин.

Обеспокоенная тем, что она могла быть убита бандитами, я в ужасе спрыгнула с лошади и осмотрелась.

Люди обнимали своих погибших родственников и плакали.

Несмотря на свое желание отвернуться и не слышать их воплей, я продолжала смотреть по сторонам, потому что, возможно, кому-то требовалась медицинская помощь.

— Ты…. Ты уже вернулась? Несмотря на то, что ты одна, здорово, что для тебя все закончилось благополучно… — обратился ко мне незнакомый сельский житель.

— Эх….

— Ты говорила, что последуешь за похищенными сельскими жителями и вернешь их в деревню, верно? Вот почему…

— Ааааа… Все верно. Я ненадолго вернулась, чтобы позвать на помощь своих товарищей.

В тот момент я решила притвориться Эналин.

Поскольку у этого человека было и так бледное заплаканное лицо, я не хотела расстраивать его, поэтому быстро соврала.

Вскоре я покинула это место и отправилась доложить Мелисе-саме о текущей ситуации.

Нам нужно было найти Эналин.

— Ситуация ясна. В каком направлении пошли бандиты?

— В сторону того леса…

— Мы немедленно последуем за ними.

— Но это слишком опасно! Мы ведь не знаем их количество!

— Пройдет слишком много времени, прежде чем сообщение о случившемся дойдет до ближайшей военной станции. И… Пока мы визуально не подтвердим их местоположение, мне нечего сказать им. Только находясь рядом с ними, мы сможем что-то решить.

— Тем не менее…

— Ты слишком многословна… Однако ты абсолютно права, так что оставайся здесь, Анна.

— Нет, если вы настаиваете на том, чтобы мы пошли за бандитами, то, пожалуйста, возьмите меня с собой!

— Это приказ!

— Но…

На мгновение мы с Мелисой-самой встретились взглядами.

Вокруг нас воцарилась холодная и тяжелая атмосфера.

В конце концов, Мелиса-сама сдалась.

— Болтая здесь, мы впустую тратим время. Анна, по крайней мере ты сможешь защитить себя. Поехали!

Мелиса-сама побежала впереди членов Корпуса Гвардии, заставляя нас следовать за ней.

Все молчали.

Были слышны только звуки шелестящей сухой травы и ржание лошадей.

Под лунным светом наши лошади бежали по бандитским следам.

Внезапно Мелиса-сама остановилась.

— Вот! Их следы заканчиваются здесь.

Пробормотав это, Мелиса-сама спрыгнула с лошади и пристально посмотрела на стоящую перед нами крепость.

В пуще леса стояло единичное строение, расположенное неподалеку от деревни.

Изнутри послышался смех.

Внезапно я заметила кого-то, кто так же, как и мы, исследовал эту крепость… Эта была Эналин.

— Эналин!

— А, Анна… А?

Увидев меня, она почувствовала облегчение, однако заметив позади Мелису-саму, она открыла рот от удивления.

— Эналин, хорошо, что с тобой все в порядке!

— Что здесь делает Мелиса-сама?

— Давай поговорим об этом позже… Каждая из вас станет в пару с членом гвардейского корпуса. Пара Эналин проникнет через черный ход — вы должны спасти похищенных женщин. Не стесняйтесь уничтожать врагов, которых вы встретите на своем пути.

— Хорошо.

Вероятно, у нее было много вопросов… Но пугающий взгляд Мелисы-самы заставил Эналин просто кивнуть в ответ.

— Пара Анны пойдет со мной в лобовую атаку.

— Хорошо.

— Все хорошо помнят услышанные ранее крики жителей деревни? — пробормотала Мелиса-сама в тот момент, когда чувство напряжения достигло своего пика.

Услышав этот вопрос, все в замешательстве кивнули.

— Прямо сейчас, в этот момент, похищенные люди дрожат от страха и ищут помощи. Даже сейчас в деревне есть те, кто молится за их возвращение. И они слезно скорбят за теми, кто уже не вернется… Мы не можем позволить этим бандитам забрать у них кого-то еще.

Исходивший от Мелисы-самы холод и жажда крови заставили всех дрожать.

— Живи и делай то, что должен делать!

— Да!

После этого, Эналин в сопровождении одного из членов гвардейского корпуса отправилась к черному входу.

— Я могу задать вопрос?

— Какой?

Несмотря на острый взгляд Мелисы-самы я взбодрилась и открыла рот.

— Почему вы так бурно реагируете на упоминание о бандитах?

Это, наверное, не то, о чем мне следовало бы спрашивать в тот момент и в том месте.

Тем не менее я хотела услышать ответ.

После столкновения с бандитами в городе оказываемое ею на нас давление только усилилось.

В частности, глядя на эту крепость она на мгновение испустила взгляд отвращения. Это был холодный и ужасный взгляд.

Услышав мой вопрос, Мелиса-сама удивилась.

— Потому что мою маму убили…

Однако в следующее мгновение она тихо пробормотала:

— Эх…

На этот раз ее неожиданный ответ удивил уже меня.

О-дзё-саму переполняло счастье.

Таковым было мое впечатление о ней.

Согласно ее ответу, ее мать была убита бандитами… Неужели все это время мое мнение о ней было ошибочным?

Этот вопрос не давал мне покоя.

— Позже я отвечу на все твои вопросы, а сейчас давай оставим этот разговор…

Глава 78.2. Личный помощник, учитель и охранник (часть 4)

Слова Мелисы-самы заставили меня вернуться к реальности.

В это время она уже подошла к крепости.

Затем, со скоростью ветра, она убила двух стоящих у входа людей.

В тот момент, когда те двое собирались рухнуть, член Корпуса Гвардии молниеносно подбежал к входу и подхватил их, после чего тихо положил на землю.

Мелиса-сама осторожно открыла дверь.

Один за другим она лишала жизни встречающихся в коридоре врагов и продвигалась вперед.

Враги не могли дать ей должного отпора, поэтому замертво падали за землю.

Тем временем член Корпуса Гвардии и я могли лишь в немом изумлении наблюдать за ней.

Вскоре коридор опустел, и в нем не осталось никого, кроме нас.

В противоположность обрушившейся тишине в конце коридора послышался веселый смех.

Я уверена, для всех стало неожиданностью то, что за пределами этой комнаты разворачивалась такая сцена.

Открыв дверь, Мелиса-сама уничтожила ближайшего к ней бандита прежде, чем он успел ее заметить.

В одно мгновение недавно наполненная смехом комната затихла.

Прежде чем они смогли осознать происходящее, Мелиса-сама уже один за другим убивала их.

Только когда треть врагов слегла, они поняли, что произошло.

«Что это такое? Что происходит в мире?» — в ужасе подумали они.

— Нападайте! — в муках страха закричал один из бандитов, направив свое лезвие в сторону Мелисы-самы.

Услышав команду, враги накинулись на Мелису-саму.

Как и ожидалось, она оказалась в невыгодном положении, если бы сражалась одна против толпы…. Вместе с членами Корпуса Гвардии я направилась к Мелисе-саме, чтобы защитить ее.

Тем не менее она легко справлялась сама, вновь лихо расправляясь с врагами.

— Уууу! Спасите меня! — закричал один из них.

Мелиса-сама остановилась.

Используя этот момент как хорошую возможность для нападения, они напали.

— Ребята, вы когда-нибудь спасали кого-то?

Однако, задав этот вопрос, она великолепно избежала атак, которые приходили со всех мыслимых направлений.

— Просить о пощаде — глупая идея… Все, что вы можете сделать, это попросить о пощаде в аду.

В следующее мгновение на нее нахлынула волна еще большей жажды крови.

На лбу каждого из присутствующих в комнате выступил холодный пот. Мы словно сопротивлялись обвивающему нас намерению убийства.

— Независимо от того, какой у вас опыт, ребята, вы уже сделали свой выбор. Вы выбрали меч. Сделав это, вы должны были быть готовы к тому, что можете погибнуть от его лезвия… Не так ли?

Несмотря на холодность, ее прекрасный голос звучал достаточно звонко.

Тем не менее сказанные ею слова звучали жестоко.

Услышав ее вопрос, мужчины повернулись и хотели бежать.

— На вашем пути!

Они подбежали ко мне и членам Корпуса гвардии, которые стояли у входа, а затем подняли свои мечи.

Мы перехватили эту атаку.

С другой стороны те, кто не смог сбежать, снова начали атаковать Мелису-саму.

Вместо того чтобы вести беседы, они бросили ей вызов в бою. Казалось, что она стала для них символом страха и тем, от чего бы они хотели скрыться… Возможно, стараясь исполнить свое желание, они стали действовать таким образом.

Даже противостоя врагу, мы, естественно, обращали на нее свое внимание.

Мы не могли отвести взгляда от ее прекрасного и острого фехтования, а также этого ужасно безжалостного желания убивать!

Это было неимоверно и восхитительно!

Возможно, из-за того, что ее стиль борьбы был шокирующим, она особенно приковывала к себе мое внимание.

Однако прежде всего… Так как она всегда шла впереди нас, мы видели только ее спину.

Увидев свободно двигающуюся по комнате Мелису-саму, я, наконец, поняла это.

В отличие от ее пугающего боевого стиля, выражение ее лица…. Складывалось впечатление, что она не знала как справиться со своей обидой и горем, поэтому уже была готова расплакаться.

Вдруг я услышала ее крик….

— Я не хочу никого терять! Я не позволю снова забрать у меня кого-то!

Мне показалось, что она произносит какую-то молитву.

Ее пугающее намерение убить было похожим на доспехи, призванные скрыть ее печаль.

Мелиса-сама убила всех присутствующих в комнате врагов.

Несмотря на то, что эта ситуация должна была быть для Мелисы-самы невыгодной, ведь она сражалась против толпы в одиночку, это вовсе не оказалось для нее помехой.

Однако, расправившись со всеми своими противниками, на ее лице не было признаков радости и облегчения. Она немедленно повернулась к члену Корпуса Гвардии и вышла из комнаты.

— Анна! Осторожно! — внезапно закричала Мелиса-сама.

Когда я перевела взгляд в сторону, один из якобы убитых людей размахивал своим лезвием над моей головой.

Он был врагом, с которым мне пришлось иметь дело.

Я растерялась и на мгновение застыла, даже несмотря на то, что малейшая пауза могла стоить мне жизни.

В моих глазах медленно отразился взмах меча.

Однако он не достиг моего тела.

Это произошло потому, что с неимоверной скоростью ко мне подбежала Мелиса-сама и, используя свой меч, ответила на удар вместо меня.

Оттолкнув меч противника, она поменяла позу и пнула нападавшего, удаляясь от него.

А затем она убила его.

— С тобой все в порядке? Ты не ранена?

Наконец, я пришла в себя и услышала вопрос Мелисы-самы.

— Да, я глубоко извиняюсь!

— Ничего не поделаешь. Это ведь твой первый опыт в реальном бою, верно?

— Еще раз прошу прощения за то, что заставила вас заботиться обо мне.

Сказав это, она направилась к выходу из комнаты. Затем, она безразлично одну за другой открывала двери комнат, проверяя, не прятался ли там кто-то из бандитов.

Таким образом, Мелиса-сама продолжала сражаться до тех пор, пока все члены бандитской группировки не были уничтожены.

— Готово, — пробормотала Мелиса-сама и открыла дверь последней комнаты.

В комнате находились похищенные жители деревни, а также Эналин с членами Корпуса Гвардии.

Стоящие на страже бандиты уже были мертвы и лежали на земле.

— Мелиса…

Прервав слова Эналин, Мелиса-сама приложила указательный палец к губам и покачала головой.

Эналин поняла ее знак и, закрыв рот, понимающе кивнула.

Изначально захваченные в плен женщины с сомнением смотрели на Мелису-саму, но после того, как она сказала, что бандиты уничтожены и они могут вернуться в деревню, пленницы заплакали от радости.

Затем, взяв с собой женщин, мы все покинули крепость бандитов.

Глава 79.1 Личный помощник, охранник и я

Несмотря на то, что это было путешествие для моего развлечения, я не думала, что на деревню нападут бандиты, и я буду втянута в бой впервые за последнее время.

На следующий день после инцидента мы вернулись в гостиницу, позволив одному из солдат Корпуса Гвардии отправиться на пост и сообщить о случившемся, а также разобраться с последствиями.

Несмотря на то, что мы предлагали жителям деревни помощь, они заявили, что чувствуют себя обязанными нам, и вежливо отказались. Таким образом, нам стало скучно.

В конце концов, у нас не было другого выбора, кроме как вернуться в гостиницу и отдыхать.

Выскочив вчера из гостиницы, кажется, мы пропустили бандитов, которые уже проникли в нее, так как внутри нее было грязно.

Мы также потеряли часть нашего багажа, но, что более важно, некоторые из сотрудников гостиницы погибли. Это вызвало у меня депрессию.

Если я так себя чувствовала, то можно догадаться, как чувствовали себя те, кто работал в гостинице….

Как будто бы чтобы подавить это неприятное чувство, я выпила приготовленный Анной чай.

Анна и Эналин смотрели на меня обиженными взглядами.

— Интересно, вы хотите что-то спросить?

Не в силах вынести эти взгляды, я заговорила первой.

— Хм, О-дзё-сама….

— Как вы стали такой сильной? — безоговорочно спросила Эналин, пока Анна собиралась с мыслями.

Несмотря на мои предположения о том, что Эналин не видела, как я сражалась, вероятно, ей об этом рассказала Анна.

— Разве Анна тебе не обо всем рассказала? Когда я была моложе, мою маму убили бандиты. После этого я стала принимать участие в тренировках Дома Андэрсона, чтобы отомстить убийцам. В конце концов, вышеупомянутые бандиты были наказаны моим отцом.

— Дело не в этом! Почему вы, дочь Дома маркиза Андэрсона, такая сильная?

Похоже, Анну не удовлетворил мой ответ, поэтому она задала еще один вопрос.

Ее лицо было недоумевающим.

Однако в следующий момент она внезапно пришла в себя, напряглась и опустила голову.

— Прошу прощения…. Я просто была шокирована вашим появлением во время боя.

— Все в порядке. Тем не менее даже если вы спросите, почему…. Озвученный ранее мною ответ является единственным ответом на этот вопрос.

— Несмотря на это, я не могу не спросить…. Как и любая другая женщина…. Мне бы хотелось узнать, каким образом вы обрели такую силу….

Анна и Эналин внимательно смотрели на меня.

Находясь в тяжелой атмосфере, я невольно вздохнула.

— Кроме тренировки с Корпусом гвардии и армией я также с утра до вечера занималась самостоятельно. День за днем я повторяла этот цикл снова и снова…. Таким образом я накапливала свой опыт.

— Почему вы зашли так далеко….

Возможно, все еще не поверив мне, Анна продолжала расспрашивать меня.

— Как я уже говорила ранее, это было ради мести. Я хотела беспощадно убить и отправить в ад каждого, кто украл у нас мать…. В течение долгого времени это было смыслом моей жизни.

— Неужели вы не прекратили тренировки после того, как генерал Газель поработил их?

— Нет. После этого…. Не желая, чтобы кто-то, как и я, испытывал боль от потери близкого человека, я собиралась вступить в Армию, поэтому продолжала тренироваться.

Услышав мой ответ, их глаза округлились от удивления.

— Причиной, по которой я приняла вас, было то, что ваши желания совпадали с моими желаниями из прошлого…. Именно поэтому мне были до боли знакомы ваши чувства.

— Если можно, Мелиса-сама… — нерешительно заговорила Анна.

— Вы сдались? Отказались от мечты?

— Анна!

Услышав ее прямой вопрос, Эналин вызывающе произнесла имя Анны.

— Все в порядке…. Я не сдалась. Для меня вступление в ряды Армии являлось лишь средством для осуществления моей мечты.

— Тогда это так и осталось мечтой?

— Я не хотела, чтобы кто-то испытывал такую же боль от потери близкого человека, как и я… Даже не имея возможности спасти от этой боли всех, я, по крайней мере, могу помочь тем, кто находится рядом со мной. Нет, по крайней мере, спасти от этого людей нашей страны. Для этого существуют другие методы, для использования которых не обязательно быть армейцем. Я стала размышлять об этом. Таким образом, владея только фехтованием, оттачиваемым мною с юных лет, а также будучи дочерью генерала и невестой Дома герцога Армелия, я буду обладать огромной силой, способной взволновать многих людей.

— В тот момент я выбрала уничтожить бандитов и спасти жителей деревни.

— Я не сожалею о своем поступке.

— В той ситуации, не видя другого выхода, я решила использовать свою военную мощь, чтобы решить эту проблему.

— На самом деле, это была только временная мера.

— Появляются бандиты, поэтому мы подчиняем их, и если они появятся снова, мы снова подчиним их…. Этот цикл может повторяться снова и снова.

— Необходима фундаментальная контрмера для предотвращения появления бандитов.

— Я могу покорять их своим мечом, но…. Мелиса Риз Андэрсон другая.

— В будущем, обзаведясь полезными связями, возможно, я смогу принять меры для устранения основной причины.

— Однако я искренне поддерживаю вас, — сказала я и завершила этот разговор.

Анна и Эналин молчали.

Они просто смотрели вдаль, приводя свои мысли в порядок.

Я пила чай и наблюдала за их лицами.

Глядя на неподвижных девушек, я размышляла о разных вещах.

— Им пора вернуться с армией… — отведя взгляд и повернувшись к окну, пробормотала я.

Вдруг я что-то вспомнила.

— Эналин, у меня есть к тебе просьба.

Услышав мои слова, Эналин как будто бы пришла в себя.

— Не могла бы ты переодеться в мою одежду и притвориться мной?

Какое-то время Эналин не отвечала.

— О чем вы говорите? — как будто бы спрашивала она, склонив голову.

— Что вы имеете в виду?

— На этот раз я в полную силу сражалась перед жителями деревни, верно? Обычно, благородные девушки вообще не владеют мечом.

— Как это связано с тем, что вы просите меня притвориться вами?

— В настоящее время я участвую в тренировках Дома маркиза Андэрсона под псевдонимом Мэл, но это упускается из виду, так как я была «двойником и охранником» Мелисы-самы. Той, кто сражалась вчера, была Мэл, таким образом, Мелиса-сама сбежала из гостиницы и пряталась где-то недалеко от деревни… Это будет краткое изложение того, что произошло. В армии есть люди, которые знают Мэл, поэтому все должно получиться. Эта версия покажется более реалистичной, чем та, в которой дочь Дома Андэрсона в совершенстве владеет мечом.

Я не могла отрицать тот факт, что я хотела выдать желаемое за действительное.

При этом я была уверена, что не могла сидеть без дела.

— Вот почему я хотела бы, чтобы ты притворилась Мелисой. Все нормально. Всем будет ясно, что после случившегося ты не хочешь встречаться с людьми, поэтому прикрываешь лицо складным веером.

— Это не очень хорошая идея….

— В конце концов, это не запланировано. Однако, это лучше, чем бездействие. А теперь поторопись и переодевайся.

Я стала раздеваться одновременно с Эналин.

Глава 79.2. Личный помощник, охранник и я

Затем я снова надела одежду, которая была на мне вчера.

Эналин не могла скрыть свою растерянность, когда я убедила ее переодеться, а затем сесть вместо меня в карету.

Поскольку, даже оставшись в деревне, мы не могли помочь, мы собирались дождаться возвращения члена Корпуса гвардии и покинуть это место.

Как раз в то время, когда мы закончили подготовку, в сопровождении армейцев вернулся член Корпуса гвардии.

Увидев меня, член Корпуса гвардии на секунду задержал на мне свой взгляд, но вскоре, казалось, понял ситуацию.

Вероятно, именно потому, что он проходил обучение вместе с Мэл, ему было все ясно уже после вчерашней битвы.

Эта Мелиса являлась Мэл.

— Мэл-тян? — внезапно обратился ко мне один из военнослужащих.

Мне казалось, что я уже видела это лицо раньше.

— Здравствуйте, давно не виделись.

Повернувшись к нему, я опустила голову.

Заметив наш обмен, возглавляющий группу человек вопросительно посмотрел на меня.

— Она Мэл. Охранник дочери Дома маркиза Андэрсона. Чтобы выполнять свои обязанности, она с самого детства обучалась у самого генерала Газеля, поэтому ее мастерство владения мечом на высоком уровне. У меня были сомнения, как им удалось победить такое большое количество бандитов, однако теперь, увидев ее, мне стало все ясно, — представили меня человеку, который возглавлял группу.

— Так она такая умелая?

— Да. По крайней мере, ее мастерство было признано теми, кто участвовал в тренировках генерала Газеля. Было бы странным, если бы дочь Дома маркиза Андэрсона отправилась в путешествие с таким малым количеством охранников.

— Как меня уже представили, я Мэл. Спасибо, что нашли время прибыть сюда по этому поводу.

— Нет-нет, это мы приносим свои извинения, что доставили вам неприятности. Спасибо, что защитили нашу деревню.

— Нет… Я защищала О-дзё-саму, поэтому все произошло естественно.

— Какое прекрасное чувство долга… Я искренне сожалею, но не могли бы вы нас провести к бандитской крепости? После этого, я бы хотел, чтобы вы рассказали нам все подробности случившейся ситуации…

— О... Мэл, я все сделаю… — услышав просьбу, повысил голос член Корпуса Гвардии, однако я покачала головой.

— Ждите меня у кареты… Наверняка, преодолев такую дальнюю дорогу, вы очень устали. Мелиса-сама очень беспокоилась о вас, поэтому позволила вам сопровождать ее в карете.

— Нет, это лишнее…

— Мелиса-сама боится оставаться одна. Анна была рядом с ней все это время, однако этого не достаточно, чтобы успокоить ее, поэтому я думаю, что будет лучшим, если вы сейчас останетесь рядом с ней.

— Если это приказ О-дзё-самы, то, конечно, я останусь….

— Вы можете узнать все подробности у Анны, которая уже находится в карете. Кроме того, я буду благодарна, если вы предадите ей, что я отправилась руководить армией…. Ну что, мы идем?

Я привела их к крепости бандитов и детально рассказала им о случившемся.

Поскольку речь шла о уже решенной проблеме, закончив объяснять последовательность событий, я не услышала никаких вопросов и была свободна.

Затем, вернувшись к карете, я сообщила всем, что мы можем отправляться домой.

Мелиса-сама, которая ехала в экипаже…. Точнее, Эналин, едва заметно кивнула.

— Ну, тогда, на этой ноте, мы вынуждены попросить прощения.

Хорошо, что никто не изъявил желания поздороваться с Мелисой или узнать ее мнение касаемо случившегося. Я очень старалась замаскировать под себя Эналин, и это здорово, что ей не пришлось ничего делать. Несмотря на это, я чувствовала себя немного виноватой перед ней. Задумавшись об этом, я взяла в руки поводья лошади.

— Пожалуйста, подождите! — внезапно кто-то позвал нас.

Оглянувшись через плечо, я удивилась, потому что увидела спасенную мною вчера женщину.

— Меня зовут Бриттани. Большое спасибо за вчерашний день…. Если бы вы не спасли меня, кто знает, что со мной могло случиться….

— Я рада, что смогла помочь вам.

— Э-э-э…. Возможно, это не уместно с моей стороны, однако, пожалуйста, позвольте мне выразить свою благодарность.

— Нет— нет, ваших слов вполне достаточно….

— Ни за что….

— Вы уже уезжаете, верно?

— Да. Мы можем со спокойным сердцем оставить деревню, так как сюда уже прибыли армейцы.

— Понятно.

Ее извиняющееся выражение лица заставило меня почувствовать себя виноватой.

— В благодарности действительно нет необходимости. Честно говоря, если бы О-дзё-сама не пожелала проехать через эту деревню, то я бы и не оказалась здесь. Будучи охранником О-дзё-самы, я обязана защищать ее и устранять любые возникающие на ее пути опасности. На этот раз уничтоженные мною враги являлись угрозой и для вас. Пожалуйста, не обращайте на это внимание.

— Даже несмотря на ваши слова, я была спасена благодаря вам, ребята…. Это факт.

Сказав это, Бриттани нежно улыбнулась.

Однако в следующее мгновение женщина нахмурилась, как будто бы о чем-то подумала.

— Ааааа! Скажите, вы планируете в ближайшее время посетить столицу?

Ее лицо прояснилось, когда в ее голову внезапно пришла идея. Она достала из маленькой коробочки бумагу и стала что-то писать.

— А?

Когда я сказала это, мне неожиданно передали записку с написанным ею контактным адресом.

— На самом деле, я участница оперной труппы…. Так что, если вы окажетесь в столице, позвольте мне предоставить вам место в опере в качестве подарка.

Оказалось, эта женщина была певицей…. Учитывая ее внешность, это не было удивительным.

— Значит, вот как…. А как вы оказались в этой деревне?

— Это моя родная деревня. Стыдно признаться, однако я уже долго не была здесь, поэтому воспользовалась своим перерывом в работе и вернулась…. Но произошло это….

— Ясно….

— Благодаря вам я все еще жива и смогу петь. К сожалению, у меня нет ничего, кроме подобной благодарности.

— Хорошо, я приму ваше приглашение и буду с нетерпением ждать вашего выхода на сцену.

— Большое спасибо! Правда, большое спасибо!

Попрощавшись с оставшимися в деревне военнослужащими, мы уехали.

Глава 80. Новичок и мой матч

Спустя два дня.

По пути домой ничего особенного не произошло, и мы благополучно вернулись в Дом маркиза Андэрсона.

Так как нападения со стороны бандитов были довольно редким явлением, следует сказать, что в этом не было ничего сложного.

Хотя, когда я сообщила обо всем отцу, он почему-то иронично ухмыльнулся.

На следующий день после возвращения я приступила к тренировкам под видом Мэл.

Поскольку Анна и Эналин уже знали о существовании Мэл, необходимость беспокоиться о том, что они что-то узнают, отпала.

Кстати, тем двоим, а также членам Корпуса гвардии, которые знали что Мэл и Мелиса это один и тот же человек, было строго настрого запрещено кому-либо говорить об этом.

— Анна, твой шаг слабый. Таким образом, ты будешь легко контратаковать.

— Да! Прошу прощения!

Можно сказать, что взамен на молчание, они попросили потренировать их.

Я не лгала, когда сказала о том, что действительно хочу помочь им в осуществлении их мечты, поэтому с готовностью согласилась на их условия.

Таким образом, прямо сейчас мы находились в разгаре спарринга.

— Еще раз, пожалуйста.

Эналин встала перед Анной и приготовила меч.

Увидев ее вызывающий взгляд, я неосознанно почувствовала нечто невероятно приятное.

Я ненамеренно улыбнулась.

Эналин взмахнула мечом.

….Да, это было хорошее движение.

Без малейшего колебания можно сказать, что это было неуклонное фехтование, которое могло отнять жизнь противника.

После того как у них появился опыт в реальном бою, их фехтование изменилось.

Меч стремился уже не просто подавить противника, а убить его.

Столкнувшись с врагом, оставить его в живых гораздо сложнее, чем просто убить.

Пока у них не было значительной разницы в физической силе.

Сражаясь нерешительно, вы подвергаете опасности не только свою жизнь, а и жизни ваших товарищей, а также людей, которых вы защищаете.

Чтобы обладать решимостью убивать своих противников, нужно иметь готовность быть убитым.

Отвечая на ее удары, я ощутила силу ее решимости и воли.

— Прекрасные движения.

Услышав мою похвалу, Эналин совсем не ослабла.

— Однако твои атаки повторяются. Таким образом враги смогут быстро догадаться о твоей тактике нападения.

Приспосабливаясь к движениям Эналин, я щелкнула мечом.

Ее меч взлетел в воздух.

В этот момент я указала острием меча на ее лицо.

— Я победила….

Сказав это, я спрятала свой меч.

— На сегодня достаточно. Вы обе должны проанализировать слабые места собственных движений.

Как раз когда я сказала это, к нам с улыбкой приблизился Куроитсу-сан.

— Мэл, похоже, тебе весело.

— Я вижу, у Куроитсу-сана тоже хорошее настроение?

— Ха-ха, я просто заразился твоей радостью.

Несмотря на сказанные им слова, они прозвучали не внушающим доверия тоном.

Тем не менее заниматься с девушками действительно было довольно забавно, поэтому я не стала выдвигать никаких опровержений.

— Тренировать этих двоих так весело?

— Да…. Потому что есть кто-то, кто серьезно бросил мне вызов.

— Ой-ой, звучит так, как будто бы мы не отнеслись к тебе серьезно, когда впервые столкнулись с тобой.

— Нет, я так не думаю. Я знаю, что Куроитсу-сан с другими парнями всегда серьезно относились ко мне…. Во время тренировки.

— Они серьезно хотят одержать над тобой победу?

Внезапно в глазах Куроитсу-сана зажегся опасный свет.

Как будто бы он не простит их, если мой ответ будет положительным.

— Я бы не сказала, что…. Однако, как бы мне подобрать правильные слова, чтобы описать это…. Они признали меня своего рода соперником. Я остро чувствую их боязнь проигрыша. Несмотря на то, что их сила еще несравнима с моей, они все еще пытаются сбить меня с толку. В качестве доказательства, чему бы я их не учила, они обязательно повторят это в следующем спарринге. Я думаю, что эта искренняя жажда победы действительно может привести их к достойным результатам.

Услышав мои слова, Куроитсу-сан криво улыбнулся и вздохнул.

— Умение наслаждаться этим кажется странным…. Ведь тогда у тебя будет еще меньше шансов ослабить свою защиту, верно?

— Совсем нет, Куроитсу-сан…. Я бы также наслаждалась этим, если бы не была такой, какая есть сейчас.

Мои слова спровоцировали еще более широкую улыбку Куроитсу-сана.

— Как хорошо, Мэл-сан.

За спиной Куроитсу-сана неожиданно появился мужчина.

Если я правильно помнила, его звали…..

— Авель-сан!

— Понимание Мэл-сан в военном искусстве удивительно. Могу ли я также попросить вас потренировать меня?

— Спасибо за ваши щедрые слова. Однако, мне кажется, вам стоит обратиться за помощью к профессионалу…. Хотя, если вы хотите видеть меня в качестве своего соперника для обучения, я с удовольствием соглашусь составить вам компанию.

Важно провести черту.

Если бы я смело ответила так, как думала на самом деле, то размазала бы грязь по лицам инструкторов, поэтому, как и следовало, я уклонилась от этого.

— Хорошо. Тогда, пожалуйста….

Сказав это, Авель-сан приготовил свой меч.

В то же время стоящие рядом с нами Куроитсу-сан, Анна и Эналин дистанцировались.

На мгновение я закрыла глаза и выдохнула.

Входящий в мои уши шум уже звучал несколько отдаленно.

Сконцентрировавшись, я открыла глаза.

После этого, я приготовила свой меч.

— Пожалуйста, отнеситесь ко мне со всей серьезностью.

Услышав мои слова, Авель-сан взмахнул мечом, который пролетел перед моими глазами.

Ловко….

Я парировала, а затем отступила, намереваясь взять дистанцию.

— Как и следовало ожидать от Мэл-сан.

Когда он это сказал, я напала на него.

На секунду он замешкался, однако вскоре справился с моей атакой.

Глубже, острее…. В таком состоянии все мое сознание было сосредоточено на движениях своего противника, а также на кончике собственного меча.

В то же время чувство восторга естественным образом охватило мое сердце.

Как он поступит в дальнейшем?

Как я отреагирую на его следующий ход?

Каждый раз, когда мы сталкивались мечами, я чувствовала дискомфорт от его движений. Это было настолько весело, что я не могла сдерживать своих эмоций.

Однако время спарринга закончилось в мгновение ока.

Отразив меч соперника, я отправила его в воздух.

— Я сдаюсь… — подняв обе руки, сказал он.

— Большое спасибо, — вложив меч в ножны и склонив голову, сказала я.

— Как и следовало ожидать, Мэл-сан…. Я совсем не подхожу на роль вашего противника.

— Вы слишком скромны. В течение всего боя я испытывала дискомфорт.

— Могу ли я рассчитывать на то, что в будущем вы снова станете моим противником?

— Да, конечно. Я тоже хотела предложить вам это.

Мы улыбнулись друг другу.

Когда мы боролись, я испытала то чувство неловкости, что и в прошлые времена.

Как будто он использовал незнакомый мне тип фехтования… Это непреднамеренно вызвало замедление моей реакции.

Вероятно, он показал мне еще не все свои козыри.

Но что из этого?

В любом случае, мы пернатые.

В обычном фиктивном бою я не использую всю свою силу в прямом смысле этого слова, потому что в итоге сломаю своего противника.

Принимая все это во внимание, с тех пор, как у меня была такая приятная шуточная битва, прошло уже много времени.

Даже если он сдерживался, я думаю, что этот спарринг оказался для него полезным.

— Ну, тогда я не стану любезничать. Возможно, сразимся еще в одном бою?— спросил он, подняв свой упущенный меч.

— Конечно, — улыбнувшись, ответила я.

Правда, что, когда тебе весело, время пролетает в мгновение ока. Приказ об окончании тренировки прозвучал лишь только после того, как мы уже провели несколько матчей.

— Вы действительно великолепны. Думаю, не многие из парней смогли бы достойно сразиться с Мэл-тян.

В тот момент, когда тренировка была объявлена оконченной, военнослужащие стали собираться вокруг Авель-сана.

— Нет…. Было бы правильнее сказать, что она та, кто сдерживает меня. Начнем с того, что этот матч не был серьезным. Мы сражались в фиктивной битве, о которой я попросил только ради получения опыта. Если бы она была серьезной, то я бы не продержался ни секунды, — сказал Авель-сан и горько улыбнулся.

— Мэл-тян довольно опасна, когда сражается всерьез…

Услышав подобный обмен мнениями, я восхитилась тем, насколько он правильно оценивал себя.

— Большое спасибо, Мэл-тян.

Во время того, как я размышляла об этом, ко мне подошли Анна и Эналин.

— Вы двое хорошо потрудились. Я планирую вернуться в особняк, а вы, если хотите продолжить тренироваться, можете не стесняться. Я присмотрю за О-дзё-самой.

— Тогда мы воспользуемся вашей добротой.

Таким образом, оставив девушек, я вернулась в особняк самостоятельно.

Новые главы искать там: https://ranobe.me/ranobe232

Table of Contents

Reia Благосостояние воительницы

Благосостояние воительницы

Глава 1. Иррациональная реальность

Глава 2. Следы героя (часть 1)

Глава 3. Следы героя (часть 2)

Глава 4. Повышение квалификации

Глава 5. Мои треки (часть 1)

Глава 6. Мои треки (часть 2)

Глава 7. Мои треки (часть 3)

Глава 8. Мои треки (часть 4)

Глава 9. Мои треки (часть 5)

Глава 10. Плач отца (часть 1)

Глава 11. Плач отца (часть 2)

Глава 12. Плач отца (часть 3)

Глава 13. Подарок от отца

Глава 14. То, от чего мне плохо (часть 1)

Глава 15. То, от чего мне плохо (часть 2)

Глава 16. Моя первая битва (часть 1)

Глава 17. Моя первая битва (часть 2)

Глава 18. Встреча отца (часть 1)

Глава 19. Встреча отца (часть 2)

Глава 20. Мое разочарование (часть 1)

Глава 21. Разочарование (часть 2)

Глава 22. Разочарование (часть 3)

Глава 23. Разочарование (часть 4)

Глава 24. Мое решение

Глава 25. Вопрос сэмпая

Глава 26. Сожаление отца

Глава 27. Моя вспышка гнева

Глава 28. Желание старшего брата

Глава 29. Слезы

Глава 30. Прощание с матерью

Глава 31. Его чувства

Глава 32. Мой мир

Глава 33. Слезы отца

Глава 34. Моя клятва

Глава 35. Клятва маленькой девочки

Глава 36. Моя повседневная жизнь

Глава 37. Восхищение премьер-министра

Глава 38. Совместный ужин

Глава 39. Наше обещание

Глава 40.1. Визит гвардейского корпуса

Глава 40.2 Визит гвардейского корпуса

Глава 41. Вечеринка

Глава 42. Мое путешествие

Глава 43. Боевая решимость

Глава 44. Спринт отца

Глава 45. Моя мечта

Глава 46. Моя миссия

Глава 47. Напряженность и победа

Глава 48. Наше рандеву

Глава 49. Экономия красоты

Глава 50. Обычная я

Глава 51. Мой матч мести

Глава 52. Учения отца

Глава 53. Разочарование

Глава 54. Его вопрос

Глава 55. Слезы отца

Глава 56. Реальность, брошенная мне моим отцом

Глава 57. Мой конфликт

Глава 58. Желание старшего брата

Глава 59. Моя помолвка (часть 1)

Глава 60.1. Моя помолвка (часть 1)

Глава 60.2 Моя помолвка (часть 2)

Глава 61. Мои занятия

Глава 62.1. Конфликт отца

Глава 62.2. Конфликт отца

Глава 63. Содержание моего урока

Глава 64.1. Свидание с ним

Глава 64.2. Свидание с ним

Глава 65. Начало любовной истории отца и матери

Глава 66. Моя тренировка после долгого перерыва

Глава 67. Тайная беседа жениха и свекра

Глава 68. Моя встреча со своим личным помощником (часть 1)

Глава 69. Моя встреча со своим личным помощником (часть 2)

Глава 70. Моя встреча со своим личным помощником (часть 3)

Глава 71. Свидание со своим женихом

Глава 72. Личный разговор отца

Глава 73. Наш с братом перерыв

Глава 74. Мое прощание с бабушкой

Глава 75. Личный помощник, охранник и учитель

Глава 76. Личный помощник, учитель и охранник (часть 2)

Глава 77. Личный помощник, учитель и охранник (часть 3)

Глава 78.1 Личный помощник, учитель и охранник (часть 4)

Глава 78.2. Личный помощник, учитель и охранник (часть 4)

Глава 79.1 Личный помощник, охранник и я

Глава 79.2. Личный помощник, охранник и я

Глава 80. Новичок и мой матч